Милютин Сергей Витальевич: другие произведения.

Сигнал бедствия

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 8.50*6  Ваша оценка:

  СИГНАЛ БЕДСТВИЯ
  
  'Экий Жавер, - без энтузиазма подумал Серж, - Съест и не подавится'.
  Молодой человек напротив Рожина выглядел одушевленной функцией - подтянутой, сосредоточенной и абсолютно равнодушной.
  - Не скрою, мсье Рожен, - сказал 'Жавер', - только от Вашей откровенности зависит, насколько приятным будет дальнейшее общение.
  Контрабандист скептически оглядел мрачные серые стены и металлическую дверь с генетическим замком. С беспокойством - бетонный пол и полицейский шокер в углу.
  - Приятным для кого?
  - Для обеих сторон, разумеется, - заверил молодой человек.
  Серж муторно опустил глаза и поглядел на 'одну из сторон'. В отражении на гладкой столешнице кривил кислую морду потрепанный мужик под сорок (на самом деле тридцатилетний) с блуждающим взглядом, полустертой печатью интеллекта на лице и неаккуратно залепленным портом на левом виске. В отличие от собеседника субъект выглядел помятым и неуверенным.
  - Видите ли, господин... эээ... - Рожин запнулся.
  - Обращайтесь ко мне просто - Детектив, - подсказал Детектив.
  - Я не совсем понял, что конкретно Вас интересует, - Рожин поморщился и потер рукой затылок,- Кажется, у меня сотрясение мозга. Так-то я всецело готов к сотрудничеству.
  - Наш врач Вас обязательно осмотрит, - успокоил Детектив, - После беседы. Нас интересует, как Вас занесло на Пантанал и что Вы там видели с первой до последней минуты пребывания. Важны малейшие нюансы.
  Рожин наморщил лоб.
  - Я выполнял рейс на Касаваскес. Вёз... эээ... - Серж растерянно замолчал.
  - Мы знаем про груз. Для нас это не имеет значения. Продолжайте.
  Рожин облегченно выдохнул.
  - Так вот, оказался я в этой системе совершенно случайно - просто промежуточный прыжок. И принял этот злосчастный сигнал...
   ***
  Тремя днями раньше.
  Серж вытаращился на мистера Патти в глубоком замешательстве. Недоумение постепенно переходило в раздражение, раздражение - в гнев.
  - Погодите, я правильно понял? Вы воспользовались кодом 'три тройки' и заставили меня сесть на эту Богом забытую планетку, чтобы я увез отсюда некоего Элиса Джонса. Пока все верно?
  Патти с превеликим достоинством кивнул. Сержа передернуло. Впрочем, ему не нравилось в 'патриархе' буквально все - и длинная библейская борода, и трехцветная тесемка на лбу, и выцветший балахон с индейским орнаментом. И имя, которым старый ньюхип представился. 'Это - от 'патриарха', - объяснил Патти добродушно, - Ребята так сократили. У нас - по-простому'.
  - При этом Джонс не болен, не ранен и никакая опасность ему не угрожает, - нервно продолжил Серж, - Так?
  - Так, мсье Рожен. Собственно, это он - опасность.
  - И что Джонс сделал - кого-то убил? - пауза, - Или собирается убить?
  'Патриарх' отрицательно покачал головой.
  - Ни то, ни другое.
  Рожин помрачнел.
  - Начинаю понимать, почему Вы не отвечали на вызовы с орбиты. А я уже невесть что подумал.... Но в чем проблема-то? Он - местный громила? Грабит, угрожает, бьет? Единственный на планете имеет оружие?
  Патти еще раз покачал головой.
  - Это что - шутка? - взорвался Рожин, - Вы соображаете, во сколько обходится такой крюк и непредусмотренная посадка? Каждое приземление наносит кораблю огромный ущерб! Я уже не говорю, что ложный вызов по коду смертельной опасности - уголовка!
  - Мы заплатим, не беспокойтесь, мсье Рожен.
  - Что вы заплатите? Цену контракта, который я могу потерять?
  - А сколько это?
  Мозги Рожина лихорадочно заработали. Он схватил палку и начертил на земле число. Патти изумленно поднял брови.
  - Вы что - на мафию работаете? Откуда такие заработки у скромного дальнобойщика?
  - А если и на мафию? - запальчиво заявил Серж, - Деньги есть деньги!
  - Но потерю мафиозного контракта Вы у нас не отсудите.
  Теперь Патти смотрел иронично. Рожин нахмурился и откинул голову.
  - Послушайте, мистер Патти, или как Вас там. Вы могли бы хотя бы иметь уважение к человеку, который все бросил и прилетел вас спасать...
  Патти кивнул.
  - ...потому что если бы Вы этого не сделали, Вами заинтересовался Астропол. А оно Вам, судя по всему, не надо.
  Рожин раскрыл рот.
  - Вот столько в криптодэйтах, - Патти торопливо стер ногой нолик в конце числа, - платим все сразу и Вы забираете Джонса. Вы же, кажется, на Ригель летите?
  - Туда, - задумчиво подтвердил Рожин, глядя на цифры; вздрогнул, будто очнулся, - В смысле - заберу? Я, что ли, еще должен сам его повязать и увезти силой?
  - Не беспокойтесь, мы Элису объяснили, что ему здесь не рады . Это он в состоянии понять. Пообещал, что уедет, если будет на чем и куда. Но предупредил, что если останется, продолжит в том же духе.
  - Что продолжит? - уточнил Рожин.
  Патти глянул исподлобья.
  - Вам не все равно? Для Вас Элис не опасен, - Патти сделал ударение на 'Вас'.
  - А для Вас - наоборот?
  Патти кивнул.
  - И для всего остального населения планеты. Да Вы не волнуйтесь, - поспешно добавил он, - Так-то Джонс - просто фрик. Абсолютно безобидный. Мальчик-одуванчик. Хорошо воспитанный, прекраснодушный. Ну, разве что, чересчур упрям...- Патти вздохнул.
  Серж подождал продолжения, но не преуспел. Поглядел на носки своих армейских сапог. Потом на цифры на песке. Поднял голову.
  - Ну, скажем, три раза по столько.
  - Два раза и предполетный осмотр с ремонтом по необходимости нашими силами - но из Ваших материалов. У нас есть хороший механик.
  - Годится, - услышал Серж свой голос.
  Вздрогнул. Мысленно двинул себя по лбу. Мысленно махнул рукой.
  ***
  Патти привел к Рожину угрюмого типа с длинными руками, украшенными синими выступающим жилами, одетого в грязную, некогда белую майку без рукавов. Представил как Келли. Из-под бесформенной военной панамы (вариант для жарких стран на землеподобных планетах) на Рожина презрительно уставился острый фиолетовый нос и не менее выдающийся бордовый подбородок с серой старческой щетиной. Серж недоверчиво покосился на типа.
  - Ты точно механик?
  Тип мрачно кинул взгляд на корабль, сплюнул.
  - 'Фенрир', 15-я модель - самая распространенная. Многофункциональный военный катер. Годится под грузы, а можно - и под десант. Я на таких лет пять летал. Кстати, внешне выглядит вполне прилично. Небось, дал интенданту на лапу, чтобы годную машину списал?
  Рожин замахал руками.
  - Ладно, верю, верю. Сколько надо времени на проверку и ремонт по первому протоколу?
  Келли еще раз сплюнул.
  - Я что - ясновидящий? Надо внутри поглядеть. А там, если не полная труха и со стандартным комплектом запчастей порядок - неделя работы.
  - Три дня, не больше! - хором воскликнули Патти и Рожин. Удивленно переглянулись.
  Келли обернулся к Патти.
  - Три дня, но платишь вдвое.
  Тот вздохнул.
  - Нельзя быть таким жадным, Келли...
  - Я знал, что договоримся, отче. Ключ давай, - механик без паузы обратился к Рожину.
  Серж протянул ключ.
  - Сам разберешься или показать? В закрытом кубрике - только груз. Он тебе не нужен. Пароль не пытайся взломать, не сможешь все равно.
  Келли хмыкнул, не глядя, вырвал ключ, чуть не вывернув Рожину кисть. Молча пошел к кораблю.
  'Трое суток с этим типом на катере?' - перепугался Серж.
  - Кстати, Патти, а где Вы меня разместите, пока Ваш друг будет старушку чинить?
  Патти глянул на него в недоумении.
  - Ну как же! - Серж широко улыбнулся, - На время ремонта - отель, шведский стол три раза в день, достопримечательности.
  Патти задумчиво пожевал губы.
  - Я нахожу, что Вам будет комфортней на корабле.
  Рожин перестал улыбаться.
  - Послушайте, Патти-патриарх, я не люблю, когда меня используют втемную.
  - Знаете, Рожен, за такие деньги... - начал было Патти.
  - За любые деньги, - отрезал Серж, - Вы мне покажете все, что я посчитаю нужным увидеть, - поднял руку, предупреждая возражения Патти, - Я знаю, что нужнее Вам, чем Вы мне.
  - Да тут просто община неохиппи, - с досадой сказал Патти, - Ничего особенного. Люди убежали от суетного мира, и не хотят, чтобы мир вторгался к ним.
  - Ага. Пляски под луной, песни под гитару, травка и свободная любовь, - с улыбкой заключил Серж, - Все, как мне нравится.
  Патти вздохнул.
  - Пойдемте.
   ***
  - Мне надо кое с кем связаться. Не беспокойтесь, просто идите за мной, - скороговоркой бросил Патти, достал из кармана допотопную трубку и быстро исчез в глубине леса.
  Рожин в некоторой растерянности последовал за ним. Спина 'патриарха' маячила чуть впереди, уводя Сержа от небольшой примитивной посадочной площадки по красной дорожке между высоких деревьев. Рожин почувствовал легкий ветерок, наполненный ароматом лесных трав неведомой природы. Кругом веяло теплом, но не жарой, по лесному свежо, но не сыро. Раскидистые кроны создавали приятную тень, не мешая, впрочем, освещать путь свету желтой звезды, местами окрашенному полупрозрачными листьями светло-зеленым.
  В траве по сторонам от тропинки в красно-оранжевым разводах копошились маленькие, очень похожие на земных жучки и гусеницы. По земле пробежала тень. Рожин запрокинул голову. Между сходящихся вершин парила стайка ярких разноцветных птиц.
  - Ну, прямо Эдем... - завороженно пробормотал Серж.
   - Нам тоже нравится, - совсем рядом отозвался Патти.
  Рожин вздрогнул, огляделся. Старый ньюхип уже закончил разговор и, замедлив шаг, поравнялся с дальнобойщиком.
  - Наверно, весной тут вовсе Ксанаду, - восхитился Рожин.
  - Здесь нет весны, - возразил Патти, - времен года нет. Мы - на экваторе, если Вы не заметили. Постоянно 75-90 по Фаренгейту. Иногда - теплый дождь по ночам, - последние слова Патти-'патриарх' произнес с гордостью, будто о собственной заслуге.
  - Как Вы скрываете такую райскую планетку? - полюбопытствовал Серж.
  - Райскую? - Патти удивленно приподнял бровь, улыбнулся, - Да нет. Большая часть Панты - удушливый тропический ад. Болота, кровососущие насекомые, плотоядные растения.
  Серж огляделся.
  - Как-то не похоже.
  Патти обвел рукой.
  - Это все - небольшая долина, километров сто по периметру. Единственная аномалия на весь шарик, где могут жить люди.
   Рожин пожал плечами.
  - Если здесь можно жить, значит, и остальные области планеты легко терраморфируются. Неужели никто не пытался?
  Патти резко остановился, будто наткнулся на стенку. Нахмурил лоб, заложил руки за спину.
  - Пантанал открыли около ста лет назад. Сначала планета оказалась в спорной области между Ма Го и Федерацией. Поэтому никто сюда не совался. А когда закончили разграничение, федералы законсервировали Панту на двести лет, как резерв колонизации. Хотите знать, в каком статусе наша община?
   Патти уставился прямо в глаза Рожину.
  - Вижу - хотите.
  'Патриарх' выдержал паузу.
   - Нас тут нет, - Патти смотрел зло и пристально, - И наше отсутствие хорошо защищено. Скажем так, в общине состоит отпрыск одного очень влиятельного в этой части Галактики семейства. Родственников желание чада находиться здесь вполне устраивает, и они следят, чтобы нас никто не трогал.
  - Зачем Вы мне это рассказываете? - Рожин скорчил нарочито недоуменное лицо, - Какое мое дело? Взял парня, деньги - и улетел.
  - На всякий случай, - жестко отрезал Патти, - Ради Вашего же блага. Чтобы когда улетите, разные захватывающие идеи в голову не приходили. А то очень серьезные люди могут Вас неправильно понять.
  - Да я и не...
  - Я уже понял, что три дня на катере мне Вас не удержать. И любопытства Вам не занимать. Так что, ради бога, ходите-смотрите, но помните на будущее, что я только что сказал.
  Серж открыл рот, чтобы ответить, но тут лес неожиданно расступился. Взгляду Рожина открылась большая поляна с несколькими странными сооружениями, напоминающими вигвамы, только поприземистей, одетые сверху в шапочки из матово черных солнечных батарей. Между вигвамами росли явно посаженные и ухоженные цветы и другие растения земного и неземного происхождения.
  На краю дорожки жевал травинку хайрастый долговязый парень неопределенного возраста с клинообразной бородкой и перехваченными тесемкой волосами, облаченный в штаны и рубаху в бело-серых разводах с грубой вышивкой у ворота и на рукавах.
  - Харви, покажите мсье Рожену все здесь, - Патти неопределенно махнул рукой, и, не прощаясь, завернул за вигвам.
  Рожин обескураженно проводил его взглядом, обернулся к клинобородому.
  - Харви, хиппи и ботаник, - представился хип.
  Серж пожал руку.
  - Серж, гедонист и дальнобойщик.
  - У нас тут что-то вроде столицы, - пояснил Харви, неожиданно сильно сдавив кисть Сержа, - Передатчик, посадочный модуль, склад, медпункт, зал собраний. Еще мой огород. Собственно, все.
  - Какая-то маленькая столица, - усомнился Серж.
  Ботаник развел руками.
  - Так на всей планете - только тридцать человек. У нас небольшая община. Пока.
  - Логично такой маленькой колонии жить всем вместе. Мало ли что?
  Харви кивнул.
  - Одна из проблем - жильё. Это единственное поляна, какую я знаю, где стоит целых семь храмов.
  - Семь чего? - изумился Рожин.
  Хипарь шлепнул себя по лбу ладонью. Хмыкнул.
  - Прости, это у нас слэнг такой. Мы храмами называем вот такие круглые сооружения. Их формики строят, - Харви покосился на Сержа, нахмурился, - Местные животные. Патти их так обозвал, они чем-то на муравьев похожи, - пояснил ботаник, - А чем-то - на обезьян.
  - Храмы? - уточнил Рожин, - У них есть религия?
  - Да нет, конечно! - рассмеялся Харви, - Я же говорю - животные. Сначала кто-то пошутил, а потом в обиход вошло.
  - А зачем они их, действительно, строят?
  Харви пожал плечами.
  - Почем я знаю - инстинкты какие-то. Как у бобров или термитов. Я - ботаник, а не зоолог. Мне достаточно, что храмы есть, и вполне для жилья годятся. В жару в них прохладно, а в дождь не протекают. Сомой внутри обкурил, паутину на пол бросил - и порядок.
  Наткнулся на вопросительный взгляд Рожина. Чертыхнулся. Махнул рукой.
  - Не обращай внимание. Тут чужие редко бывают - поневоле забудешь, что наш жаргон не всем понятен. В общем, не кучно храмы стоят. Так-то их больше, чем людей. Выбирай любой из пустующих и живи.
  - Слушай, а если эти... формики в свой храм явятся, а вы - там?
  Харви рассмеялся.
  - Да нет, не беспокойся. Они в те храмы, где селятся люди, больше не заходят.
  - Брезгуют, что ли?
  Харви недоуменно поглядел на Сержа. Потом рассмеялся и хлопнул того по плечу.
  - Ну, ты - шутник!
  Серж тоже усмехнулся.
  - А сами строить не пробовали?
  - Мы не уродуем природу, - строго парировал Харви, - Берем только то, что она дает. И не больше, чем надо. Так что тут живет меньше десятка человек.
  - Кто да кто? - уточнил Серж.
  - Я, - не удивившись вопросу, ответил Харви, - Патти, он - главный. Великий человек! Келли, механик. Ты его видел, все здесь чинит. Клаус, доктор. Корнелиус заходит, писатель. Он неподалёку живет.
  - Девушки у вас есть? - перебил Серж, - Мне танцы ньюхип-богинь под луной обещали.
  Ботаник улыбнулся.
  - Имеются. Прямо тут - Мадлен. Имельда - на соседней поляне. И еще есть - но туда идти надо.
  - Красивые?
  Харви пожал плечами.
  - На мой вкус - да. Но мое мнение вряд ли тебе подойдет. Видишь ли, я - гей, - поколебался и добавил, - С Нью-Хиджаза.
  - Вот оно что... - протянул Рожин, - Сочувствую, - помолчал, - Они же, кажется, своих голубых нигде в покое не оставляют? Ой, прости, я что-то не то сказал?
  - Да ничего, - Харви махнул рукой, - На Пантанале я - в полной безопасности. Мне здесь нравится, - на лице хиппи появилась светлая улыбка, почему-то немного извиняющаяся.
  Серж почувствовал себя неловко. Оба замолчали.
  - Элис Джонс тоже в поселке живет? - прервал паузу Рожин.
  - Да.
  - Ты в курсе, зачем я здесь?
  Ботаник кивнул.
  - И это правильно.
  - Почему? - поинтересовался Рожин, - Что он сделал?
  Харви скорчил грустную гримасу.
  - Не оправдал нашего доверия.
   ***
  Харви и Серж стояли, наклонившись к земле. Ботаник, весь светясь, тыкал палочкой в грядку. Серж видел в указанном направлении обыкновенную морковь и чувствовал себя полным идиотом.
   - Да нет, ты посмотри! - захлебывался от восторга Харви, - Невероятный пример удачной акклиматизации. Только вкус немного другой. Но нисколько не хуже исходного! А еще тут капуста прижилась, репа...
  - А это что? - Желая показать заинтересованность, Рожин ткнул во что-то травянистое с кучей крупных коричневых горошин, прижавшихся к стеблю, - Тоже акклиматизация?
  - Это... - Хип с трудом оторвал взгляд от милой его сердцу морковки, - Нет, это местное. Очень толковая штука, кстати. Мы называем 'хлебное зерно'. Кидаешь его в кипящую воду, и оппа - сразу получается мягкая съедобная штука размером с шарик для пинг-понга, не дать, не взять - пшеничная булка. Народ на нем брагу ставит. Очень приличную. А Келли - самогон делает. Не поверишь - не хуже виски получается! А вот тут у меня арбуз... Ой, а что с нашим арбузиком.
  Харви сложился пополам, раздвинул траву и как завороженный уставился на маленький полосатый шарик размером с теннисный, умильно бормоча себе под нос.
  Рожин отступил на шаг. Выпрямился, со скрипом расправил затекшую спину. Огляделся. Невдалеке располагался длинный карбоновый стол с двумя скамьями по обе стороны и навесом из незнакомого материала. Рожин тихонько отошел от Харви и, приподнявшись на носки, осторожно потянул ткань на себя. Серая материя оказалась удивительно мягкой и приятной на ощупь. Неожиданно навес подался в сторону Сержа, чуть не свалившись на дальнобойщика. Рожин попытался вернуть конструкцию в первобытное состояние, но безуспешно.
  Совсем рядом колыхался полог вигвама. Оттуда доносилась музыка, древняя и гипнотизирующая. 'Не иначе, из хипповой традиции' - рассудил Серж.
  - Серж, куда ты делся? - услышал Рожин взволнованный голос ботаник.
  'А нет меня, я - в домике' - мысленно ответил дальнобойщик, отодвинул полог и заглянул в вигвам, но увидел только несколько тусклых огоньков и пляшущие по стенам тени. В нос ударил одуряющий вкусный запах.
  Неожиданно его шею обвили гибкие, как змеи, будто бескостные руки. На лицо упали шелковистые волосы, в губы впились чужие - женские. У Рожина перехватило дыхание. Он судорожно вдохнул пряный аромат. Сержу показалось, что он стремительно улетает в мягкую теплую бездну. Внезапно полет прекратился. Бездна отстранилась и превратилась в смеющуюся молодую женщину.
  - Привет, дорогой!
  - Мы знакомы? - слегка обалдел Рожин.
  - Нет, и это хорошо! - в глазах девушки мелькнула смешинка, - Я люблю новые встречи.
  - Серж, - представился Рожин, еще не придя в себя.
  - Зря ты это сказал, - не одобрила незнакомка, - Побыл бы еще некоторое время незнакомцем.
  - Теперь уже поздно. А ты - кто?
  - Я - любовь. Еще меня зовут Мадлен, но это лишнее. Я наполняю мир любовью, то есть собой. Если я стану всем миром, а мир станет мной, зачем мне другие имена?
  Ласковые руки опять обвили Рожина, но теперь вокруг талии. Девушка Мадлен положила голову на грудь Сержа.
  Рожин улыбнулся.
  - Но мир огромен, а ты такая маленькая. Не боишься, что растворишься в бесконечном пространстве?
  - Нет, дорогой, - ничуть не смутившись, ответила Мадлен, - Чем больше любовь отдаешь, тем больше ее в тебе остается. Это - не игра с нулевой суммой.
  - Какие мы слова знаем! - развеселился Серж.
  - Я не знаю, это Патти подсказал, - Мадлен рассмеялась в ответ.
  Серж огляделся. Глаза немного адаптировались к недостатку света. Рожин разглядел круглое миловидное личико с большими глазами, обрамленное множеством длинных косичек. Верхние косицы переплетались с двух сторон от пробора, собираясь наверху в смешную и трогательную корону.
  - Почему в темноте сидишь?
   - Я тут обед стряпаю. Это блюдо не любит яркий свет.
  - Так неудобно же - не видно ничего!
  Мадлен пожала плечами.
  - А я люблю все, что можно делать без света. Хочешь попробовать?
  'Попробовать что?' - не успел озадачиться Рожин. Его рот закрыла маленькая ладонь с двумя коричневыми шариками на ней. Серж взял подарок зубами, как бы невзначай прихватив губами теплую кожу. Шарики обожгли язык, Рожин с трудом удержал угощение во рту и почувствовал необычный приятный вкус и сладость.
  - Мм, что это?
  - Пирожные из хлебного зерна с земляникой и имельдберри.
  Серж улыбнулся.
  - Выходит, кроме всепроникающей любви у нас есть другие таланты?
  Мадлен замотала головой.
  - Нет, тот же самый. Кормить других людей - разновидность секса.
  Серж разинул рот.
  - Так это сейчас...
  - Очень горячий поцелуй, - Мадлен расплылась в милой улыбке.
  Рожин опять почувствовал, что куда-то улетает...
  ***
  - Серж! Ты куда пропал? - донеслось из другого мира.
  Рожин стряхнул морок.
  - Извини, у меня дела, - неловко пробормотал девушке и быстро выскочил за занавеску.
  В глаза ударил яркий свет. Серж прикрыл глаза рукой. Перед входом, сунув руки в карманы, стоял Харви.
  - Продолжим экскурсию? - поинтересовался Серж.
  - Да ты, вроде, уже и без гида прекрасно обходишься, - с неудовольствием заметил Харви, и ни слова не говоря, куда-то направился.
  'Ха!' - подумал Рожин. И последовал за ним.
  - Тоже головой слегка поехал? - без сочувствия поинтересовался Харви, не оборачиваясь, - У нее в храме постоянно сома курится. Как она сама еще не свихнулась - не знаю. И вся ее стряпня получается с небольшим содержанием сомы. Это нормально, по-твоему?
  Рожин помолчал, переваривая. Выдержав паузу, спросил спину впереди:
  - И многих она тут... эээ... окормляет?
  Харви глянул через плечо.
  - Ты про Мадлен? Всех желающих. Она у нас навроде штатной поварихи. А что?
  Рожин запнулся. Хлопнул глазами.
  - А. Ну да, логично. А куда мы идем?
  - Я - к Имельде, - пробурчал Харви, - У меня к ней дело. Зачем тебе туда - не знаю.
  - А тебе зачем?
  - О твоем приезде сообщить. Элис - в некотором смысле ее протеже. Был.
  - Далеко идти?
  - Уже пришли.
  Серж и Харви стояли на полянке с одним храмом, разрисованным причудливыми узорами. Чем больше Рожин смотрел на раскраску храма, тем меньше понимал - восхищает она его или раздражает.
  - Имельда, познакомься, - пробурчал Харви, глядя на сине-зеленый куст с большими зелено-синими цветами, - это Рожен, астропилот. Знакомьтесь, мьсе Рожен, это Имельда, творец.
  - Где? - не понял Серж. Никого кроме них двоих он не видел.
  - Надо слиться с миром, его изначальной, естественной сущностью. Чтобы спастись и спасти мир. Иначе - распад, разрушение, гибель, - протяжно пропел кустарник.
  - Ой... - Серж отшатнулся.
  Растения колыхнулись. Только теперь Рожин заметил силуэт. Девушку, раскрашенную под куст. Еще через мгновение Серж понял, что ничего, кроме краски и наушника в одном ухе, на девушке нет.
  ...Имельда медленно танцевала под слышную только ей музыку. Выглядело это странно и завораживающе. Рожин не мог оторвать взгляд от фигуры девушки - гибкой и с приятными формами. В очередном танцевальном движении художница развела руки, так что ее груди - не одетые и не голые под слоем краски, заманчиво колыхнулись, отчего у повидавшего виды Сержа слегка замерло сердце.
  - Чтобы стать свободными, надо сбросить с себя одежды цивилизации, - распевно вещала Имельда, - Это не так сложно. Посмотрите на нас, мьсе Серж Рожен! Мы наряжаемся в муравьиную паутину, живем в брошенных муравьиных домиках, берем хлебное зерно из лесных закладок. Едим плоды с деревьев и овощи, которые выращивает Харви. Зачем нам цивилизация?
  - Вы так полагаете? - Рожин скептически покосился на солнечные батареи на вигваме.
  Имельда сделала еще несколько па, переступая изящными ножками по песку, проросшему мягкой травой, и медленно водя руками по воздуху, будто плавая.
  - Ах, мсье Серж Рожен, как Вам объяснить? Я мыслю образами и эмоциями, а не словами. Но это не беда. Корнелиус может Вам все рассказать лучше, чем я, или кто-то еще. Представьте себе - он здесь, на Панте. Вы удивлены?
  Серж пожал плечами.
  - Удивился бы, если б имел понятие, кто это.
  Имельда скорбно сложила руки и в полунаклоне медленно сделала круг на месте. Серж побился бы об заклад, что при этом она не касалась земли. Он чувствовал, что танец и голос ньюхипессы постепенно вводят его в транс. Рожин слегка встряхнулся, чтобы сбросить наваждение.
   - Не знаете второго Торо, как это печально... - между тем, пропела девушка.
  'Да я и первого-то...' - с некоторой неловкостью подумал Рожин.
  - Вам обязательно надо с ним встретиться. Вы еще слишком отравлены искусственным миром астростанций и промышленных колоний. Как Элис.
  - Я как раз приехал его забрать, - зачем-то уточнил Рожин.
  - Я знаю... - печально пропела Имельда.
  - Вы жалеете?
  - Мне всегда жаль, когда суета мешает человеку понять мудрость природы. Глупыш всерьез воображает, что разум - такое немыслимое счастье, - Имельда залилась серебряным смехом.
  - То же самое можно сказать двумя словами: Элис - дурак, - мрачно заметил Харви.
  - Элис не безнадёжен, - благодушно пропела Имельда, - Просто ему нужно подрасти. Он еще мальчик - и душой и сознанием. Вы же меня понимаете, Серж Рожен?
  - Откуда? - удивился Рожин, - Я его еще не видел ни разу.
  - Так посмотрите!
  Имельда встала на одну стройную ногу, вытянув другую под прямым углом и наклонилась к Сержу. Свободно висящие груди качнулись из стороны в сторону в районе рожинского живота. Длинной узкой кисть указала куда-то направо от Сержа.
  Рожин оглянулся. Он уже решил, что его будущий пассажир тоже здесь. Но на другом конце поляны висел большой холст с двумя изображенными на ней фигурами. Первая на удивление реалистично изображала ангелоподобного юношу в сером балахоне, подпоясанном грубой веревкой, со светлыми волосами до плеч и голубыми глазами. Правой рукой юноша держал за лапу-ветку антрацитовое существо в треть человеческого роста. За спиной парочки Серж разглядел красный мост над темно-синей водой и подернутый туманной дымкой странный город с абрисами пирамидальных зданий.
  - Что это за черный дьявол рядом с Джонсом на картинке? - шепотом полюбопытствовал Рожин у Харви, - Какая-то аллегория?
  - Нет, - Харви покачал головой, - Это формик. Местный венец творения. Я тебе про них рассказывал.
  Рожин пристально всмотрелся в черную фигуру. Две верхних и две нижних конечности формика выглядели совершенно одинаково - как палки одинаковой толщины, чуть согнутые по всей длине. Ноги и руки крепились к овальному туловищу с сужением чуть выше середины. На круглой голове формика выделялись два нароста в виде полусфер - таких же антрацитово-черных, как все остальное тело. Пристально вглядевшись, контрабандист увидел на каждом глазе-наросте длинную узкую щелочк. Создавалось впечатление, что формик слеп или спит.
  ***
  Выйдя по красной дорожке к посадочной площадке, Рожин увидел пасторальную картину, чуть не заставившую его прослезиться.
  В красных лучах садящегося светила на манер аркадского пастушка красовался знаток десантной техники Келли. Ноги механика возлежали на ящике с запчастями. Задница труженика удобно устроилась в кресле, беззаконно отвинченном в кают-компании и вынесенном к задней стенке корабля. Механик меланхолично созерцал закат через темные очки, время от времени прикладываясь к продолговатому сосуду. При каждом глотке седая щетина на обожженном подбородке мелко подрагивала. Опыт и смекалка подсказали Рожину, что пьет Келли отнюдь не воду.
  - Как идет ремонт, господин механик? - с опасливым дружелюбием поинтересовался Серж, подходя.
  Келли не удостоил его даже поворотом головы. Серж расстроился. Настроение и погода к скандалу никак не располагали.
  - Тогда боюсь, придется сообщить господину Патти, что из-за пагубного пристрастия механика мне придется задержаться дольше, чем мы с ним ожидали, - уныло пригрозил он.
  Келли усмехнулся.
  - Не забудь еще передать, что мне насрать. Меня не этот старый хипяра волнует, а профессиональная репутация. Обещал - сделаю. Не боись, дальнобой, улетишь в адское пламя в назначенный срок. А у меня законный отдых после трудового дня.
  Серж облегченно вздохнул.
  - В таком случае, в кают-компании есть фужеры. Два.
  Келли глянул на Сержа поверх очков. Поднес отверстие бутылки к глазам, вздохнул и резюмировал:
  - Неси.
  Через пару минут Серж вышел из корабля с двумя фужерами и коробкой закуски.
  - Ну, что нового во внешнем мире, собутыльник? - бросил Келли через выпяченную губу, заграбастав фужер и наполняя его прозрачно-коричневой жидкостью.
  - А что Вас интересует? - спросил Рожин у механика, раскладывая снедь на ящике.
  - Давай сверху по одному.
  Рожин задумался.
  - В Федерации лопнул пузырь индустрии андроидов. Человекообразные секс-роботы вышли из моды.
  - Это хорошо, - Келли удовлетворенно качнул бесформенным головным убором.
  - ...Их вытеснила с рынка вернувшаяся мода на компьютерные секс-симуляторы
  - Тьфу ты, - Келли сплюнул брезгливо, - Что еще?
  Рожин не дождался, когда Келли нальет ему, и плеснул себе сам. Осторожно понюхал. Запах на удивление радовал.
  - На Земле ширится антикупольное движение, - продолжил Серж, вдыхая аромат самогона, - Активисты распространяют результаты исследований, будто жизнь в городах с закрытым искусственным климатом в долгосрочной перспективе крайне вредно действует на психику.
  Келли осушил фужер без тоста и чоканья. Рожин покосился на него и тоже выпил. Брови контрабандиста подскочили на лоб и медленно съехали на место. Пойло и впрямь сильно напоминало виски, только помягче, и отдавало легким ягодным духом. Послевкусие ласкало язык и обоняние. Рожин несколько раз медленно вдохнул и выдохнул, наслаждаясь.
  - Недурно... Что там дальше? В Евро-Американском союзе окончательно запрещены контактные коммы. Запрет на их продажу введен в действие еще десять лет назад.
  - А твой где? - Келли постучал себя по виску, - Я вижу - у тебя дырка залепленная от порта.
  - Мне нельзя - последствия долгого непрерывного использования. Нервы, припадки, все такое, - нехотя ответил Серж.
  - Ты эту дрянь себе, небось, сам вставил? - презрительно полуспросил-полуконстатировал Келли.
  Рожин неопределенно пожал плечами.
   - А вот у нас в десанте всем вживляли, - с непонятной гордостью ударился в воспоминания Келли, - Хочешь-не хочешь, полезно - бесполезно. Сколько ребят потом в дурку сыграло - вспомнить страшно... Вот что у хипанов правильно - на коммы у них табу, что на контактные, что на дистанционные, на всякие.
  Келли сообщил это с искренним изумлением, что у ньюхипов что-то может быть правильно.
  - Кстати, Келли, - спросил Рожин, - Вы знаете, кто такой Торо?
  - А как же, - с интонацией ленивой умудренности бросил Келли.
  Рожин немного подождал, но продолжения не последовало. Решил уточнить.
  - И кто он?
  - Чудак такой из девятнадцатого века. Забил на общество. Жил один в лесу, обходился тем, что в этом лесу находил. Рыбалкой, охотой и разорением птичьих гнезд. Вроде этим и прославился.
  - А это в девятнадцатом веке считалось круто? - усомнился Рожин, - По-моему, еще в двадцать первом на Земле в Африке или в Сибири таких по чащам шаталось дохрена и больше.
  Келли передернул голым плечом в веснушках.
  - Он еще книжки писал, как забил на общество, живет один в лесу, рыбачит, охотится и разоряет гнезда. И как это прекрасно - забить на общество, жить одному в лесу, охотиться...
  - И как книжки - интересные? - перебил его впадающий в транс Серж.
  Механик так вылупился на Рожина, что тот понял - Келли Торо не читал.
  - Здесь услышал - от Имельды, - соизволил объяснить механик, - Раз пятьдесят уже. И захочешь забыть - не получится.
  Келли закинулся самогоном. Ни один мускул на его лице при этом не дрогнул.
  - Видел ее только что, - кстати, заметил Рожин, растянувшись на втором импровизированном шезлонге, - Не могу понять - она под кайфом, что ли?
  - Да нет, по жизни такая, - Келли щедро плеснул в фужеры коричневое, на удивление прозрачное, - Ну и под кайфом, не без этого.
  - Марихуану акклиматизировали? - уточнил Рожин, разглядывая содержимое фужера.
  Келли слегка качнул головой из стороны в сторону.
  - Местная дурь, сома называется. Сам не пробовал, но, говорят, от нее глюки прикольные.
  - Тоже Харви культивирует?
  Келли выпил и отрицательно покрутил головой.
  - Ее в храмах берут, она там уже собранная и высушенная. Можно курить, а можно с хлебом жрать.
  Рожин украдкой глянул на Келли, оценил его кондицию и почувствовал легкую зависть. Накатил сразу все налитое.
  - А откуда сома в храмах?
  - Формики собирают, ясен пень. Они, вообще, ребята трудолюбивые.
  Рожин чуть не поперхнулся. Прокашлялся.
  - Ты чего? - удивился Келли.
  - Да так, - Рожин махнул рукой, - вспомнил одного черненького чумазенького чертенка. С закрытыми глазами.
  - С формиками встретился?
  - Нет, на картинке видел.
  - Хочешь живьем позырить? - предложил Келли.
  ***
  Келли и Серж топали по темной тропинке, попеременно отхлебывая из бутылки. Рожин давно пожалел, что пошел, но почему-то ему очень не хотелось, чтобы именно пьяница и мизантроп Келли посчитал его трусом. Серж поймал себя на том, что на мнение Харви или Патти по этому поводу ему абсолютно наплевать, и в очередной раз подивился выкрутасам собственной психики.
  - Стой, - услышал он хриплый голос механика, - Смотри, вот они.
  Рожин повертел головой, и вдруг увидел при свете звезд на тропинке рядом цепочку черных силуэтов с большими круглыми головами и глазами-полусферами, напоминающими издалека закрученные рожки. Теперь он услышал и легкое шуршание с еле слышным перезвоном. Формики медленно шествовали один за другим, чуть сгорбившись, почти по-человечески переставляя задние конечности, и мерно помахивая передними. От сходства тварей с людьми Сержа замутило. 'Или с чертями', - подсказал Рожин сам себе.
  - Вот как раз очередную закладку в лесу сделали и теперь в Теноч идут, спать, - громко прокомментировал Келли.
  - Ты чего кричишь, - испуганно прошипел Рожин, - Услышат же!
  Сначала Серж решил, что Келли закашлялся. Потом понял, что механик так хохочет.
  - Сейчас тебе покажу кое-что, - просмеявшись, пообещал старый десантник и вышел на тропинку, загородив ее полностью.
  Через пару секунд первый формик дошел до Келли и остановился в шаге от него, чуть не уткнувшись глазной сферой механику в середину бедра. Рожин стоял за ближайшим деревом, затаив дыхание. Формики находились так близко, что он чувствовал их звериный запах, слегка отдающий сероводородом, и разглядел лапы с четырьмя длинными гибкими отростками - то ли пальцами, то ли щупальцами. Передний формик поводил головой из стороны в сторону, будто осматривая пространство вокруг неожиданной преграды. Обошел Келли справа, остальные формики устремились за ним.
  Рожин облегченно вздохнул, но тут механик резво обежал формиков по краю дорожки и опять встал перед ними. Процессия снова остановилась перед ним. На этот раз формики постояли на пару секунд дольше. Обошли Келли слева. Механик в очередной раз обежал их, и на этот раз лег поперек дороги.
  'Что он творит!' - ужаснулся Серж.
  Чертенята подошли к Келли, и один за другим осторожно переступили через него. Когда это сделал последний, пьяный придурок схватил его за ногу. Рожин, следовавший за ним за деревьями, чуть не заорал от неожиданности. Формик начал судорожно извиваться, теперь в общем шуршании выделился его звук - более громкий с участившимися звонкими нотками.
  - Келли, отпусти его! - прошипел Рожин.
  - Не ссы, водила! - громко рассмеялся шутник и ухватил животное за другую ногу.
  Формик рухнул на передние конечности, отчаянно болтая схваченными ногами.
  'Да он же пьяный! - подумал Рожин, - Еще до моего прихода набухался в стельку и чудит, ничего не соображая! Сейчас у них терпение лопнет и они его разорвут нахрен на части'.
  Формики, сразу заметившие потерю бойца, вернулись к попавшему в беду товарищу. Четверо переплели свои черные щупальца с его на обеих лапах, и начали тянуть в свою сторону. Остальные трое стояли и громко шуршали.
  - Пусти его, придурок, я ухожу! - злобно заорал во весь голос Рожин.
  Келли посмотрел на него с разочарованием и выпустил формика из рук. Освобожденный зверь тут же вскочил на ноги и быстро побежал вперед вместе с остальной командой. Механик с сожалением проводил их взглядом.
  - Зря, - посетовал он без малейшего упрека, - Ты самого интересного не видел. Когда я начал бы хватать их всех по очереди. Такая ржака.
  - Так что, они, вообще, никогда не дают сдачи? - Рожин озадаченно смотрел вслед процессии.
  Келли помотал головой.
  - Никогда, - и залился кашляющим смехом, отдышался, - Бывало, кто-то из хипов приходит к зерновой закладке, а там формики - принесли собранное засыпать. И вот он собирает зерно из закладки, а они прямо в это время подсыпают. Ты - берешь, берешь, а они - подсыпают, подсыпают. Мозгов - как у крокодила. Я видел однажды вскрытую черепушку одного нильского охламона - во время Суданского инцидента дело было, - пояснил бывалый солдат, - думалку с трудом разглядел.
  - Крокодил может укусить, - буркнул дальнобойщик, увиденное отчего-то вызвало у него чувство сильной неловкости.
  Механик поднес к губам бутыль с самогоном и хлебнул от души, молча протянул Рожину. 'Черт, где он ее прятал?' - удивился Серж. Взял, сделал большой глоток из горла. Тело наполнило приятное успокаивающее тепло.
  - А они - местные ньюхипы. Непротивление злу насилием, все такое, - неожиданно трезвым голосом заявил Келли - Думаешь, почему Патти именно на этой планете свою секту замутил? А он тут братанов-хиппанов нашел.
  - Да ладно, - Рожину чуть не выронил бутыль, уставился на него.
  - Ага, - кивнул механик, - Здесь все ньюхипы - звери, птицы, рыбы. Деревья. Даже камни некоторые.
  Рожин вылупил глаза.
  Келли захохотал, согнулся пополам, рухнул на колени. Несколько раз показал на Рожина пальцем, будто пытаясь сказать. Но из-за смеха так и не смог.
  - Да пошел ты, клоун чертов! - крикнул Рожин.
  - Да нужен ты мне, - беззлобно отозвался Келли и пошел в лес в известном одному ему направлении.
  'Вот и иди', - хотел сказать Серж, еще раз хлебнув из горла. Но вслух не произнес. Решил, что хорошую мысль достаточно подумать. Ноги плохо слушались, в голове нехорошо шумело. Тянуло блевать, но почему-то очень не хотелось. 'А как я к катеру выйду-то?' - озадачился Рожин.
  - Эй, абориген! Ты что, меня здесь бросишь? - крикнул он вслед Келли, - А ну как меня тут съедят?
  - Некому тут есть, - донесся откуда-то из другого мира удаляющийся голос, - Ничего с тобой не сделается. Люди здесь - самые опасные существа. Особенно друг для друга.
  'Стоп. Так Келли же - не абориген, - смекнул Серж. Он - колонист, иммигрант. А кто мне тогда отвечает?'
  Рожина скрутило, он упал на колени, сжал зубами прохладную водянистую травинку. Чуть полегчало. Рожин встал и пошел куда-то, почему-то надеясь, что непременно выйдет к катеру.
  - Элис тоже бродит по ночам, - опять произнес кто-то не близко и не далеко, - Пытается понять этих черных тварей. Для этого он ходит как формик, шелестит и позвякивает как формик, и также в упор не видит людей. Вы можете встретиться, но он тебе не поможет - потому что не заметит.
  Незримый собеседник зашелся кашляющим смехом, который скоро перешел в мерное шуршание. Серж ускорил шаг. Деревья хватали его за ноги, дергали за волосы и хлестали по лицу. Кто-то противно пиликал на скрипке у правого уха. Рожин разобрал мотив бетховенской 'Оды к радости'. Вышел на тропинку, уселся и отхлебнул из бутыли. Новый глоток не добавлял ничего - не становилось ни лучше, ни хуже, ни понятней, ни страшнее.
  - Эй, кто главный по лесу? - закричал Рожин, - Хозяева, проводите меня до моего корабля! Я ни в чем перед вами не виноват. Не крал вашего зерна, не захватывал ваших зиккуратов. Даже дурь вашу не курил. Просто мотался от звезды к звезде и случайно забрел сюда - как в чужую дверь по ошибке. Мне от вас ничего не надо.
  Рожин поднял голову и увидел черный силуэт. Почувствовал запах тухлых яиц.
  - Слишком поздно, - сказал формик, - Ты не найдешь дорогу домой.
  - Почему? - Рожина мутило, он покачал головой, - Погоди, не отвечай. А то еще скажешь что-нибудь ужасное. А я не хочу ничего такого слушать. Хочешь выпить?
  Формик взял бутыль и запрокинул над головой. Сел, обнял Рожина гибкой рукой. Рожин повернул голову к формику. У существа оказалось лицо Мадлен.
  - Что ты здесь делаешь? - удивленно спросил Серж.
  - То же что и всегда - любовь, - ответил формик с лицом хипушки.
  - Разве формики любят людей? - он потряс головой, - Или нет, я, наверно, хотел сказать - разве люди любят формиков?
  - Все любят друг друга, просто не все это помнят, - ласково объяснил формик, - Вот я помню. Особенно теперь. Мне Элис подсказал. Элис любит формиков, понимает их.
  - Элис? - Серж удивленно отпрянул. У него на коленях оказалась обнимающая его за шею совершенно голая Мадлен. На ее голове темнели две полусферы.
  - Я не понимаю.
  - Со временем все поймешь, - пообещал кто-то или что-то, Серж уже не врубился, мир сделал кульбит и исчез.
  ***
  Проснулся Рожин от слепящего света. Не открывая глаз, Серж попытался дать приказ системе выключить освещение. Сообразил, что находится на планете, приказал опустить экран на иллюминатор, но свет продолжал бить в глаза. 'Сломано, что ли?' - с трудом сумел он подумать. Почему-то мыслительный процесс давался тяжело.
  Нехотя Рожин вытянул ноги, чтобы спуститься с кровати, и беспомощно засучил ногами. В недоумении открыл глаза. Кровати не наблюдалось. Одетый и обутый Рожин лежал на карбоновом коврике под внешней стенкой катера. Рядом в кресле из кают-компании покачивался Келли. На ухе и глазу механика красовалось две мигающие висюльки с надписью 'Механик'.
  'Инструкцию по ремонту изучает, - решил Рожин, - Или порнуху.'
  Рожин попытался опереться на руку, и громко ойкнул.
  - Болит? - флегматично поинтересовался механик, - А не надо было вчера долбить в ствол кулаком и требовать повариху.
  Серж внимательно оглядел распухшую руку.
  - А как я вчера пришел?
  - Сходи к Клаусу, - коротко бросил ему Келли и опять погрузился в виртуальную реальность .
  ...Постучав и услышав недружелюбное приглашение, Серж осторожно отодвинул полог и зашел в вигвам доктора. С виденными Рожиным жилищами Мадлен и Харви дом Клауса разнился кардинально. Изнутри он выглядел практически как отсек корабля с сенсорными стенами и контейнерной мебелью, разве что геометрия поверхностей сильно отличалась из-за внешней формы вигвама. Через середину дома проходил тяжелый полог до верха и от стены до стены, деля внутреннее пространство на рабочую часть и приватную. Переднее помещение выглядело похоже на приемный покой больницы. В кресле перед голографическим экраном сидел угрюмый дядька с круглой лысой башкой и мускулистыми волосатыми ручищами.
  - Здравствуйте, доктор, я - Серж, - представился Серж.
  - Поздравляю, - откликнулся Клаус равнодушно.
  - Вам про меня говорили, наверно.
  - И что?
  - Вот, - Серж протянул опухшую правую руку, - Я слышал, Вы тут всех лечите. Может и меня - за умеренную плату?
  - На Пантанале я ни с кого денег не беру, - отрезал Клаус, - Показывайте, что у Вас там.
  Рожин сел напротив, засучил рукав.
  - С Келли бухали? - поинтересовался Клаус, осматривая рожинскую кисть и предплечье.
  - Как Вы поняли? - смутился Рожин.
  Клаус посмотрел исподлобья.
  - Сильный выхлоп. Бухает тут только Келли. Корнелиус пьет. Я иногда выпиваю. Остальные дурь курят, - Клаус повертел руку Рожина так и сяк, не обращая внимания на гримасы пациента, на последних словах сделал акцент, - Патти - вовсе трезвенник.
  - А чего это он? - заинтересовался Рожин.
  Клаус мельком глянул на Рожина, прищурясь. Вернулся к больной руке. Достал из контейнера в столе оранжевый шарик и приложил к внешней стороне кисти. Рожин почувствовал, как рука исчезла - вместе с болью, весом и тактильными ощущениями.
  - Для человека Вашего рода занятий Вы чересчур любопытны, не находите?
  'И что ему Патти про меня наговорил?' - подумал Рожин.
  - Как Вам сказать, доктор? Знавал я пару-тройку человек в своем ремесле, как раз из-за отсутствия любопытства угодивших в Валхаллу раньше времени, - заметил он вслух, - А, вообще - может, я хочу сюда вернуться и в общину вступить? Надо же мне знать, кто таков местный босс, и как тут, вообще, дела?
  Последние слова Клауса явно развеселили. Доктор потер глаза обеими руками.
  - Патти - идейный ньюхип. Не просто - дитя цветов, как остальные, а идеологически загруженный. Хочет построить здесь новую Новую Христианию.
  - Что это такое?
  Клаус откинулся в кресле.
  - Легенда ньюхипизма. Якобы бывший до Нью-Миддл-эйдж-крэш в центре Европы город хиппи с таким названием. Новая Христиания не входила ни в какое государство. Там не действовали внешние законы, не платили налоги, не служили в армии. Жители города открыто продавали и употребляли легкие наркотики. Одевались, как хотели, делали, что хотели, любили друг друга, как хотели. Ненасилие проповедовали.
  С этими словами Клаус неожиданно воткнул в сержеву руку иглу. Рожину почудилось, что он услышал треск и скрежет металла по кости. Он аж подпрыгнул.
  - Ай!
  - Врете, не больно Вам, - ворчливо отмахнулся Клаус.
  - У Вас тут что, обычной человеческой робоаптечки нет? - взвизгнул пациент.
  - Мы тут не держим ИИ, - спокойно объяснил доктор, - Члены общины к его использованию относятся крайне негативно.
  - Луддиты хреновы, - огрызнулся Серж обреченно.
  - Вам про Христианию еще интересно?
  Рожин злобно кивнул. Клаус откинулся в кресле.
  - Так о чем я? Христианиты проповедовали ахимсу, веганство, свободную любовь, абсолютную свободу личности, анархию как устройство общества и прочие опасные и возмутительные штуки. И весь капиталистический мир ничего не мог с ними сделать.
  - А чем они тогда жили в самом центре Европы - в конфронтации со всем капиталистическим миром? Кормил борцов кто? По-моему, фигня какая-то, - хмуро спросил Рожин, попробовав и оставив попытки пошевелить пальцами.
  Клаус пожал плечами.
  - Кто знает? После Второй Интернет-войны пропало дохрена информации о прежних временах. Определенно что-то такое было, но, сколько в этом мифе правды, а сколько мечтаний о будущем, обращенных в прошлое - непонятно. Факт в том, что по этой легенде как по проекту Патти и его последователи планируют построить здесь новый мир. Удовлетворены?
  - Так это Имельда на своей картине Христианию изобразила? - рискнул угадать Рожин.
  Клаус помотал лысиной, варганя на столе из содержимого разных баночек подозрительную жижу.
  - Вы про ту, где Элис в наряде минорита? Нет, это Фриско - земная столица неохиппи. Мисс Васкес любит каламбуры. Полное название города - Сан-Франциско, город святого Франциска. Элис в образе каламбурного святого вводит в священный город хиппи формика, как Франциск привел в Ассизи волка.
  - Зачем он его туда приводит?
  - Вы про Элиса или про Франциска?
  Рожин осекся.
  - Погодите. Вы сказали 'мисс Васкес'? Она каким-то боком к тем самым Васкесам относится?
  - Да.
  - Настолько близко?
  - Настолько, что мы можем не беспокоиться о незваных гостях, - Клаус попшикал из пульверизатора на руку Сержа, отчего рука слегка заблестела, - Посидите здесь спокойно пять минут, а потом - идите с Богом. Еще вечером зайдите, я посмотрю, как процесс заживления идет.
  - Тогда я Вас еще спрошу.
  Клаус вздохнул.
  - Ну, спрашивайте.
  Рожин задумался.
  - Вот скажите доктор, Вы же медик? - Клаус приподнял брови, - Я имею в виду, значит, биолог в каком-то смысле? Как Вы объясняете поведение формиков?
  Клаус косо глянул на него.
  - Это Вы с Джонсом пообщались?
  - Да нет - с формиками. Мне Келли показал.
  Клаус поморщился.
  - А, эти его дурацкие шоу... Ну что Вам сказать? Формики жили здесь сотни тысяч лет в неизменной среде. В их системе мира каждое дерево и каждая травинка давно нашли свое место. И вдруг появляемся мы, не похожие ни на что, буквально, не от мира сего. Делаем то, чего никто раньше не делал. Рефлексы формиков не дают им ответа, как реагировать на этот вызов, и они нас просто игнорируют.
  - Как-то глупо звучит, - прокомментировал Рожин.
  - Это потому, - ответил Клаус, - что Вы невольно оцениваете их реакции с точки зрения человека. А они - животные. Посмотрите, сколько тысяч лет люди разводят пчел и забирают у них мед. А пчелы продолжают его собирать, в том числе лить собранное в обрезанные соты.
  ***
  Не успел Серж выйти из вигвама доктора, как его чуть не сбил с ног молодой человек с длинными светлыми волосами. Голубые глаза парня метали молнии. Он невидяще скользнул испепеляющим взглядом по неожиданной помехе и развернулся к предмету своего гнева.
  - Я просто не знаю, как это назвать, Корнелиус. Ладно, остальные: один - тупой солдафон, другой - фанатик, третья - наркоманка. Но Вы-то - известный писатель, интеллектуал. Вы понимаете, что у них есть зачатки собственной цивилизации?! - вулканировал Элис, кто же еще, - Я даже представить не решаюсь, что они создали бы, если бы мы им хоть чуть-чуть помогли.
  Корнелиус, одетый в серый балахон грузноватый представительный мужчина с большим морщинистым лбом, бордовыми щеками и бородой с проседью, скривился как от зубной боли.
  - И правильно не решаетесь. Ну что они выродили бы? Новый Ацтлан с окровавленными алтарями на пирамидах? Что там в обязательной программе? Дикарские пляски у костра с воплями, ритуальный каннибализм - куда без него. Потом непременно войны-войны-войны. Потом задымленные города, отравленные реки. Религиозные заблуждения - одно абсурдней и омерзительней другого. Зачем это все повторять еще раз?
  Элис растерянно уставился на него.
  - Но есть же еще культура - литература, музыка, философия... В смысле - еще нет, но появится. Новая, необычная, ни на что не похожая! Разве оно того не стоит?
  Корнелиус вздохнул с досадой.
  - Да поймите Вы, у этой планеты уже есть культура - это мы. Культура, уже совершившая все ошибки, переболевшая всеми детскими болезнями. Другой не надо.
  - Но формики...
  - А формики пусть остаются тем, чем являются, - строго перебил его Корнелиус, - в меру сообразительными зверушками. Благодаря которым у нас - местного культурного слоя - есть необходимый минимум для жизни без надрывания пупка в поисках еды и крова. И возможность для спокойных размышлений, творчества и тихой радости от жизни в мире с природой. Мы прекрасно встроены в местный ландшафт. Вершина его пищевой и цивилизационной пирамиды.
  Элис упрямо сжал губы.
  - То есть, Вы, литератор, хранитель гуманитарных ценностей, - Элис осуждающе вытянул узкую длань в сторону Корнелиуса, - сознательно отказываете формикам в праве на развитие?
  Корнелиус раскатисто рассмеялся.
  - О чем Вы, Элис? Они же животные - какие у них права?
  - Они могли бы стать как люди! - выкрикнул Элис.
  Корнелиус досадливо махнул рукой.
  - Опять пошла сказка про белого бычка... Ну не всякая возможность обязана реализовываться! Это примерно как кто-то считает, что все люди должны получить высшее образование. А зачем? Мне говорят: более образованному развитому человеку жить интересней. Но не образованный-то этого не знает, и ему и без этого хорошо. Зато вместе с образованием и запросы вырастают на порядки. Понимаете - мы искусственно, без веских причин, создаем потребности, которые потом тяжкими усилиями и с непредсказуемыми последствиями пытаемся удовлетворить.
  Он ткнул в экран планшета.
  - Я двадцать лет пытаюсь это человечеству втолковать.
  Корнелиус пару раз вдохнул и выдохнул, успокаивающе улыбнулся Джонсу.
  - Все, что нам надо от аборигенов - чтобы они были безопасны и полезны нам. Давали еду, кров, материю для одежды. Кому неймется - сому. Сейчас мы это имеем. Все! Этого достаточно!
  - От аборигенов? Аборигенами, обычно, разумных зовут, а не животных, - бесцеремонно вклинился Рожин.
  Корнелиус недоуменно уставился на Сержа, выпучил глаза.
  - Я так сказал? Тьфу ты. Элис, Ваша заумь заразна. Хорошо, что Вы уезжаете.
  Элис бросил на писателя пламенный взгляд и удалился. Пару минут Корнелиус и Рожин провожали его взглядом. Потом посмотрели друг на друга.
  - Серж, дальнобойщик, - представился Рожин.
  - Я знаю, - кивнул Корнелиус, направляясь куда-то в сторону.
  - Откуда? - удивился Рожин, зачем-то увязавшись за ним.
  - От Имельды. Она говорила, что Вы хотели со мной познакомиться.
  'Я?!' - удивился Рожин.
  - Я Вас понимаю, - Корнелиус снисходительно улыбнулся, - Не часто представляется возможность свести знакомство с номинантом на Нобелевскую премию. Хотя я живу уединенно, мисс Васкес я почти ни в чем не могу отказать. Что читали из моего?
  - Да так, кое-что, - уклончиво ответил Рожин, чувствуя себя полным болваном, - Знаете, у меня тут одно дело к доктору Клаусу...
  - Кстати, Вы пробовали нунавутский коньяк? - вдруг спросил Корнелиус, - Один поклонник с Земли прислал.
  ***
  - Я понял, что Вам надо подлечиться, - добродушно заметил Корнелиус, - Можно еще по одной, если хотите. Но я бы не особо советовал. Так на чем мы остановились?
  Изнутри вигвам писателя-аскета выглядел как жилище богатого алкоголика. Под ногами катались и сталкивались пустые бутылки. На неубранной постели тут и там валялись очень приличного вида комм-панели для ручного ввода. Номинант на Нобелевку писал по старинке, руками, прямо как Чак Паланик или Михаил Харитонов. В вигваме Корнелиуса пахло архаикой и нунавутским коньяком.
  'Хоть и зазнайка, а неплохой же мужик' - расслабленно подумал Рожин. Мир вокруг на глазах становился ярче, добрее и гуманнее.
  - Обсуждали, какие невероятные усилия приходится прилагать, чтобы создать мир, где никто не напрягается.
  - Я как раз подробно отвечаю на этот вопрос в своем последнем романе, - важно покивал Корнелиус, - Главные препятствия для начала жизни в гармонии с миром и своими желаниями - не внешние, а внутренние. Знаете, что забавно?
  Писатель солидно вкусно хохотнул.
  - Я там как утопию описываю реальную историю общины, которую по сформулированным мною принципам создает здесь Патти. Представляю, как вытянутся лица у скептиков, когда однажды правда выйдет наружу, и они узнают, что я живописал не мечту, а о реальность!
  - Про формиков и Элиса Вы там тоже пишете? - не сдержался Рожин, очень уж Корнелиус выглядел довольным собой.
  Улыбка писателя слегка поблекла, он нахмурился.
  - Знаете, Рожен, у французского писателя Анатоля Франса есть роман. Там некий священник сослепу покрестил пингвинов. Увидел как через мутное стекло дикарей-малоросликов и, проникнувшись жалостью к их отверженности, немедленно приступил к таинству. Господь решил этот казус, превратив их в людей. А дальше они стали друг друга убивать, угнетать, пытать и мучить.
  - Ну и какая мораль сей притчи? - поинтересовался Рожин, - Не надо жалеть пингвинов? Или не следует их превращать в людей?
  - В первую очередь, нужно хорошо подумать, прежде чем делать резкие движения, - объяснил Корнелиус, - Какими бы добрыми намерениями они не диктовались. Талейран, Ваш, мсье Рожен, компатриот, в своих мемуарах писал: 'Не поддавайтесь первому побуждению, ибо оно, как правило, благородно'.
   - Экий цинизм, - хмыкнул Рожин.
  Корнелиус приподнял бровь.
  - Вы полагаете? Князь Беневентский, конечно, циник и негодяй, и если кого-то не предал, то просто не нашел в том выгоды. Но это его бонмо - не цинизм и не негодяйство, а одно из самых человеколюбивых высказываний, что мне известны. Слишком много несчастий в истории начались с необдуманных глупостей прекраснодушных идиотов.
  Писатель поставил чашку, еще источающую аромат коньяка, на пол.
  - Формики созданы для служения людям. Это данность. Не надо нарушать естественный ход событий, - вещал Корнелиус, явно довольный возможностью надуть в уши новому человеку.
  - Что Вы имеете в виду? Кем созданы? Господом богом? - вцепился в последние слова Серж.
  Корнелиус прищурился, наклонив голову.
  - А Вы веруете в Высшее существо?
  - Нет.
  - Зря. Но тут другая история.
  Корнелиус махнул рукой в сторону выхода, где колыхалась легкая дневная занавеска.
  - Смотрите, мсье - вся планета тропическое болото, царство миазмов, кровожадных чудищ и ядовитых гадов. И только здесь - светлый, прозрачный лес, свежий воздух, никаких хищников, минимум насекомых, множество съедобных растений, мягкий климат. Просто идеальный курорт. Вам не кажется, что все это не может быть, так сказать, самозародившимся?
  - Вы считаете, что кто-то это целенаправленно сотворил? Какая-то разумная раса? - догадался Серж.
  - Да, - просто ответил писатель и улыбнулся.
  - Кто именно? Краксы, афродитяне, пауки с Арахны?
  - Нет-нет, - Корнелиус пренебрежительно махнул рукой, - Краксы и иже с ними - новые расы. Они в космос вышли примерно одновременно с людьми. А тут - явно работа на тысячи лет.
  - А для кого это все? - Серж не мог остановиться, - Для формиков?
  - Нет, конечно! - Корнелиус рассмеялся, - Формики - часть рая. Они строят жилища, явно предназначенные не для них, заготавливают еду и материалы, пригодные для разумных рас. Я, вообще, подозреваю, что мы раскрыли только часть их полезных функций. Эти неведомые ребята создавали курорт для себя!
  Корнелиус тоненько захихикал.
  - Я подозреваю, - заговорщически прошептал он Рожину, - что это была какая-то весьма технологическая цивилизация. Перегруженная машинерией еще больше, чем наша. А лужайка с ромашками, данная нам в ощущениях, - писатель неопределенно махнул кирпичного цвета рукой, - это их истерический вопль после того, как они нажрались своего полимерно-компьютерного комфорта досыта. Это идеи их Торо и Корнелиусов, только реализованные на совсем другом уровне технологий.
  Номинант на Нобелевку гордо выпрямился.
  - Однажды, когда будет можно, я открою миру эту поразительную историю, подтверждающие правоту моих идей о возвращению к природе!... Ну а пока, - в одно мгновение на глазах Сержа живой монумент вдруг опять превратился в хитренького хорошо устроившегося мужчину под шестьдесят, - я тут пишу с натуры сказочки. А читатели спорят, правдоподобны мои повести или нет.
  Корнелиус опять засмеялся, но уже от души, широко раскрыв рот и развернув легкие.
  - А ну как формики поймут, что люди - самозванцы? - усомнился Рожин.
  - Ну почему самозванцы-то? - Корнелиус лучился отеческим снисхождением, - Случились в некой стране война, мор, глад. Прежний барон помер, а наследники не объявились. Крестьяне остались бесхозные. И вот приходит банда молодцов. Главарь говорит: 'Я теперь ваш барон'. Он самозванец?
  Писатель поднял проспиртованный коричневый палец.
  - Если берет, что считает нужным, и ему не перечат, и может оградить свое баронство от внешних сил - так он барон и есть.
  - Один нюанс. Хозяева могут вернуться.
  Корнелиус добродушно замахал руками.
  - Дорогой Рожен, не умеете Вы мыслить в космических масштабах. Даже если предположить, что они за тысячи лет не расточились во вселенских безднах. Коли прежних господ здесь сейчас нет, вряд ли они появятся в ближайшие лет двести. А мне больше и не надо.
  ***
  Элис сидел на пригорке, ожесточенно обрывая у цветка лепестки. Сейчас он не напоминал Сержу сердитого ангела, скорее - грустную золотоволосую человекообразную игрушку. Поднял глаза на Рожина.
  - Ну что, пообщались с нашим Гомером?
  - Ага, - Серж кивнул, - И с Эскулапом тоже.
  - И с Солоном-законодателем? - подхватил Элис, неистово терзая остатки ни в чем не повинного растения, - Я Патти имею в виду.
  - И с.... эээ... скажем так, Деметром, - буркнул Рожин.
  - Удивительное дело, - Элис в сердцах хлопнул рукой по земле, - Ведь, всё неглупые образованные люди. При этом - рядом с ними, вот просто несколько шагов пройти - редчайшее явление во Вселенной, разум нарождающийся! И никакого любопытства. Знаете, я, когда только приехал сюда, поинтересовался у Клауса - какое у формиков общественное устройство. Что это - стая, родовой прайд или сложная семья, как у термитов или пчел. А он говорит - 'Понятия не имею'. Пять лет здесь прожил - и ни малейшего интереса.
  - Ой, а Вы кто? - вдруг спохватился Джонс, - Я Вас здесь раньше не видел. Вы только что прилетели?
  - Если следовать той же терминологии, я, в некотором смысле - твой личный Харон, - пояснил Серж.
  - Что?? - Джонс от испуга чуть не свалился с пригорка.
  - В смысле - перевозчик твой, - поспешно добавил Рожин, - Это я должен тебя отсюда увести в Ригель-сити. Место хреновое, спорить не буду, но на страну мертвых все же не очень тянет.
  - А...- Элис облегченно заскучал, - Приятно познакомиться. А как Вы меня узнали?
  - Имельда очень похоже изобразила.
  - Да, - Джонс рассеянно кивнул, - Мы с ней троюродные брат и сестра. Она меня сюда и позвала. В рай свободы, творчества и ненасилия. Однако, похоже, такого места в населенном мире нету.
  Он вздохнул.
  - Ты - тоже Васкес? - полюбопытствовал Серж.
  Элис насупился.
  - Я порвал со своей семьей. Их деньги, власть, показное величие - все построено на угнетении, лжи и попрании прав.
  - Ты - исключительный человек, парень, - похвалил Элиса Рожин.
  Джонс опустил голову.
  - Я - лузер. Не смог тут никому внушить простую мысль, что формикам надо помочь.
  - А знаешь, Элис, - Рожин положил расстроенному Элису руку на плечо, желая утешить, - Может, ничего страшного? Меня господин Корнелиус почти убедил. Живут себе обезьяны своей обезьяньей жизнь. Допустим, наблюдаются у них зачатки разума. Ну и не надо вмешиваться - через миллион лет, глядишь, сами дойдут до чего-нибудь. Без спешки, без подталкиваний в поясницу.
  Джонс поднял удивительные голубые глаза херувима на Сержа. Теперь в них плясала веселая хитринка.
  - Зачатки разума? Вы Теноч видели?
  - Нет, - признался Рожин, - Но слово знакомое, что-то такое Келли упоминал. Что это?
  - Сокращение от Теночтитлан, - увлеченно пояснил Джонс, - Как столица империи ацтеков на земле в шестнадцатом веке - до Кортеса. Здесь так называют главный 'муравейник' формиков. Если готовы потратить лишние пару часов, поймете, почему.
  ***
  Рожин испытывал дурацкое дежа вю. Опять он в подпитии пробирался по лесу с местным провожатым и опять - чтобы посмотреть на формиков. Только теперь алкоголь выветривался быстрее, а с ним и тяга к познанию.
  - Далеко еще? - грубовато поинтересовался дельнобойщик у Джонса, - А то мы как-то долго идем. Ненароком потеряю Вас и заблужусь.
  'Как давеча' - добавил он про себя.
  - Мы уже близко. Разве не слышите? - Элис поднял палец.
  Серж вдруг сообразил, что означает мерный гул, который он начал слышать метров за сто отсюда. То, что он принял за звук водопада впереди, было отдаленным бормотанием множества формиков. Но, господи, сколько же их там тогда? Рожин испуганно глянул на Элиса. Тот раздвинул кусты, за которыми виднелось открытое пространство.
  - Смотрите вон туда, - интонация Джонса напомнила Рожину детство - тайный просмотр с братом отцовского голо-порно.
  Серж подошел.
  - Господи, что это...
  Рожин смотрел на вытянутую чашеобразную долину, до краев заполненную песочно-серыми конусообразными строениями разных размеров и вариантов формы. Пристальный взгляд обнаруживал в расположении обрезанных сверху конусов странную, но определенно присутствующую систему. Между сооружениями стояли, двигались, лежали сотни, нет - тысячи формиков. Некоторые из них тащили деревья, плоды и камни. Другие как будто обрабатывали нечто, напоминающее ткань. Третьи сооружали новые конусы или разбирали старые.
  - Какой невероятный муравейник, - прошептал Серж, - Я видел термитные колонии на Арахне размером с пассажирский звездолет. Но это...
  - Как Вы сказали? Муравейник? - переспросил Элис, - Гляньте вон туда!
  Элис показал пальцем.
  - Как думаете, что это?
  Рожин повернул голову и увидел стену, разрисованную замысловатым орнаментом. Обернулся к Джонсу.
  - Хочешь сказать, они рисуют?
  - Искусство у них тоже есть, - медленно кивнул Джонс, - Но это другое. Обратите внимание на одинаковые элементы. Они не повторяются как в обычном орнаменте - через равные промежутки. Это письменность.
  - Что?? - Серж вытаращился на Элиса, - Да нет, мало ли какие могут быть...
  - Я уже расшифровал часть их текстов, - перебил его Джонс.
  Рожин закрыл рот. Потом открыл. Потом опять закрыл. Элис ткнул пальцем в стену.
  - Эта надпись - сообщение о погоде на сутки. Оно меняется. Вот этот иероглиф означает дождь. Они умеют предсказывать погоду.
  - Ты думаешь? - растерянно спросил Рожин.
  Джонс кивнул.
  - Знаю. Я наблюдаю за ними почти год. У меня была возможность увидеть закономерности, составить гипотезы и проверять их.
  - И... - Рожин с трудом собрался с мыслями, - Ты рассказывал об этой стене кому-нибудь?
  - Всем. Только никто не хочет слушать, - выражение лица Джонса стало печальным до чрезвычайности.
  - Не знаю даже, что сказать.
  - Подождите, это еще не все. Вон на той стене, - Джонс показал в противоположном направлении, - дневное расписание работ. Кто-то отправляется на осушение болот, а кто-то - сажать вот эти деревья.
  Джонс погладил ближайший ствол.
  - Харви выяснил: смола этого дерева содержит летучие инсектицидные соединения. А еще, что этот лес кем-то посажен по единому плану. Понимаете, что это значит? - Элис повернулся к дальнобойщику, его глаза восторженно блестели, - Все это - не только город, но и долину, и лес на десятки километров кругом - своими гибкими черными трубочками создали формики. Они - строители этого мира!
  ***
  Рожин ввалился в вигвам Клауса, плюхнулся на стул перед ним. Снял полимерную оболочку с руки. Вытянул конечность вперед, делая вид, что смотрит в окно. Ему не хотелось встречаться с доктором глазами. 'Странно: врут они, а неловко - мне' - подивился Рожин.
  Клаус молча открыл шкафчик.
  - Они - разумные, - не удержался Серж, - В какой же дурацкой игре вы все тут участвуете...
  Клаус повернул к нему голову, слегка приподнял бровь.
  - Вы о ком, мсье Рожен?
  - О формиках, доктор, - мрачно ответил Серж.
  - Да что Вы говорите? - Клаус искоса поглядел на Рожина, - Ну и какой вывод Вы предлагаете сделать из этого великого открытия?
  - Что Джонс прав. И Вы это знаете. И все это знают. И всегда знали.
  Клаус отставил склянки. Выпрямился, положил могучие волосатые руки на стол. 'Сейчас он меня удавит, - испугался Серж, - чтобы не разглашал тайну. Вон мускулы какие.' Доктор окинул Рожина с ног до головы ироничным взглядом.
  - Тоже в Прометеи решили податься? Впрочем, что печень Вы не бережете, я сразу заметил... - Клаус хмыкнул, - Дорогой мой, умение строить домики - еще не признак разума. Это и бобры умеют. Разумное существо, в первую очередь, характеризуется способностью устанавливать причинно-следственные связи. А что мы видим здесь? Община на Панте существует уже много лет, а поведение формиков не изменилась никак. Они продолжают безропотно отдавать нам свои строения и запасы, не сопротивляются выходкам Келли...
  Доктор взял в волосатую лапищу дряблую кисть Рожина. Слегка сжал. Серж ойкнул. Клаус усмехнулся уголками губ, ткнул в паре мест ладонь несчастного. Контрабандиста перекосило от неожиданно сильной боли. 'Нарочно он, что ли'. Поставил на стол тюбик с хелс-желе.
  - Вы уверены, что они себя так ведут от недостатка мозгов? - Серж хмыкнул, - Да на таком основании половине людей надо отказать в разуме. Они к своим правительствам относятся точно так же.
  - А, что? Эта мысль не лишена смысла, - Клаус пожал плечами.
  - А как же вся ваша братия на Пантанале? - Рожин прищурился, - Вы же тут все противники насилия.
  - Не путайте насилие с сопротивлением насилию, Рожен.
  Серж задумался.
  - Ну хорошо, а если бы формики вдруг возмутились систематическому грабежу, Вы бы признали за ними наличие разума?
  Клаус уставился на Рожена.
  - Возможно. Но не хотелось бы мне тогда с этим разумом познакомиться...
  ***
  Рожин вышел из вигвама Клауса. В голове слегка мутило - то ли от анестезии, то ли от коньяка, то ли от того и другого разом. То ли от разговора с Клаусом. Серж подошел к вигваму Патти. Постучал в косяк.
  - Патти ушел к Ричардсам, у них дочка пошла. Первые шаги - событие, сам понимаешь. Ты, я видел, вышел от Клауса? О чем говорили?
  Рожин обернулся. От своего вигвама к нему шел Харви.
  'А тебе-то что за дело?' - устало рассердился, но не произнес вслух Серж.
  - Да ни о чем. Так, обсуждали с доктором связь наличия рук с наличием мозгов.
  Серж поднял вверх опухшую кисть в полимерном коконе. Зачем-то пошевелил пальцами. Харви печально улыбнулся.
  - У домов без окон есть недостаток - слишком хорошая акустика. Рожен, ты увезешь Джонса? Ты не передумал?
  Рожин, пошедший было прочь, остановился.
  - Я не пойму, Харви. А сам-то ты чего хочешь?
  Харви опустил голову. Молча скрылся в своем вигваме.
  ***
  Серж медленно шел по красной тропинке, пока она не уткнулась в карбонопластовый круг. Контрабандист поднял голову. В кресле сидел все тот же Келли, в тех же майке и мятой панаме, с тем же фужером.
  - Вы, вообще, делом когда-нибудь занимаетесь? - мрачно поинтересовался Рожин.
  - Выпьешь со мной? - проигнорировал вопрос Келли.
  Рожин уселся на ящик рядом.
  - А мы что - друзья?
  Механик удивленно глянул на него.
  - У меня нет друзей. Так что мне в одиночку пить, что ли?
  - Логично, - согласился Рожин.
  'А пропади все пропадом' - подумал Серж. Протянул руку в сторону. Почувствовал холод фужера. Сжал ладонь. Отхлебнул ароматного огня. Чуть полегчало. Почувствовал пристальный взгляд со стороны залепленного порта на виске. Медленно повернул голову.
  - Чего уставились?
  - Да вот думаю, где таких фриков, как ты, учат управлять боевыми катерами? - Келли и впрямь глядел на него оценивающе, как сержант на новобранца или проститутка в баре.
  - Где всех учили, там и меня, - устало огрызнулся Серж.
  - Ты - десантник? Не верю.
  - Из меня вышел очень хреновый десантник, - вяло ворочая языком, проговорил Рожин, - Только меня никто не спрашивал, когда забирали. Да Вам-то что за дело? Вы, кажется, по этой ать-два мерзости скучаете...
  - Угу, - Келли саркастически покивал, - Я так и понял, что из тебя десантник, как из Харви - герой-любовник. По штатному расписанию десантного взвода кроме главного пилота-механика должны быть еще штурман и бортинженер. Причем, взаимозаменяемые. Потому что, если во время прыжка случится жопа, снаружи никто не спасет. А ты один летаешь. Ты что - дурачок?
  Келли еще хлебнул, скривился.
  - Контрабандист хренов. Какой тебе космос? - к удивлению Рожина, механик все больше распалялся, - Ты же, как эти ньюхипы - на двух шагах три раза споткнешься. А туда же - во взрослые дела полез!
  Рожин хмыкнул.
  - Вы что, предлагаете мне здесь остаться?
  Келли удивленно уставился на Сержа.
  - Да ничего я не предлагаю.
  - Ладно, проехали, - Рожин махнул рукой, - Скажите лучше, почему Патти так хочет Элиса с планеты выгнать. У меня концы с концами не сходятся. Ну, топит он за права формиков. Но, ведь, тогда за пределами Пантанала он для Патти еще опаснее.
  - Патти предлагал мне его грохнуть, - вдруг спокойно сказал Келли.
  - Что??
  - А что - логично. Я тут единственный, кто убивал и умеет это делать. Большие деньги предложил.
  - И что Вы сделали?
  Келли глянул на него исподлобья.
  - А ты как думаешь? Конечно, согласился.
  Рожин клацнул отпавшей челюстью.
  Келли повернулся к нему, посмотрел в лицо, уронил фужер и заливисто загоготал, тыча в Сержа пальцем.
  - Поверил! Ой, не могу...
  - Ну так... - Рожин захлопал глазами.
  - Ты не понял, куда попал? Это же ньюхипы грёбаные, они комара умышленно не убьют. Травоядные.
  - На сегодня работу закончили? - ровным голосом спросил Серж, - Вот и идите домой. Спать. Или надираться - мне без разницы. Шагом марш.
  Келли встал, еще раз оглядел его с ног до головы, будто собираясь подраться. Потом махнул рукой. Пробормотал презрительно: 'А...'. И шаркая шлепками, поковылял прочь по тропинке.
  ***
  Рожин глядел на быстро садящееся солнце и табл за таблом закидывал в себя концентрат. Лезть за нормальной едой не осталось ни сил, ни настроения. Неожиданно на периферии обзора со стороны 'столицы' показалась движущаяся фигурка. В полутьме Сержу привиделось, что бледные конечности и пятно лица перемещаются отдельно друг от друга. Потом он сообразил, что остальное тело скрывает какое-то темное облако.
  Через несколько шагов по эксцентричному наряду Рожин опознал Имельду. Лицо аристократки скрывала белая греческая маска с нарисованным широко улыбающимся ртом. На кажущихся босыми ступнях девушки слегка поблескивали прозрачные гладкие мокасины. Коротко остриженная голова, руки и ноги гостьи торчали из черно-блестящего нечто, назвать которое одеждой язык не поворачивался. Это больше напоминало сеть или колючую проволоку, намотанную в несколько слоев.
  Вместе с Имельдой появился сладковато-пряный запах сомы, такой густой, будто девушка сама состояла из дымящейся травы.
  - Что это на Вас? - спросил контрабандист, не поздоровавшись.
  Имельда коснулась груди.
  - Паутина. Наши из нее делают ткань. А я ношу вот так.
  - А формики как ее используют? - полюбопытствовал Серж.
  Девушка пожала плечами.
  - Как паутину - для ловли птиц и насекомых.
  'А ты - птица или насекомое?' - чуть не спросил Рожин. Ему представилось, как неожиданно многоногая Имельда с двумя парами прозрачных крыльев, кружась в трансе, закручивается в гигантскую паутину. Потряс головой, видение исчезло.
  Девушка села прямо на карбонопласт, вытянув прекрасные ноги. Серж почувствовал себя неловко.
  - Может, присядете в кресло? А я на ящик переберусь.
  Рожин скосил глаза и как на спицу наткнулся на нечеловечески спокойный взгляд. Ему показалось, будто острие с легким усилием проткнуло у него в башке границу между внешним и внутренним и мягко вошло в самый темный угол его сознания. 'Я пьян что ли? Как мне ее теперь оттуда вынуть?' - озадачился Серж.
  - Не надо, - Имельда махнула рукой, - Отсюда мне удобнее с Вами разговаривать. Я хотела Вас спросить. Вы не носите комм. Почему?
  - Вероятно, по той же причине, что и Вы, - пробормотал Рожин, глядя в сторону.
  Имельда кивнула.
  - Да, я так и подумала. Это частая проблема ветеранов с периферийных планет - повреждение мозга от передозировки комма.
  - Что?? - Серж чуть не упал с кресла, - Но откуда Вы...
  - Да не пугайтесь, все очень просто - Вы водите военный катер, - Имельда протянула изящную конечность в сторону корабля.
  - Ага...
  - А потом, кому как не мне узнать товарища по несчастью, - она вздохнула, потом рассмеялась, будто серебро рассыпала, - Я была глупышкой из семьи нобилей. Мне казалось, что ничего не может мешать моим прихотям - включая законы природы. Я пробовала самые новые варианты коммов, в том числе запрещенные и дорогостоящие - благо, то, что для других казалось целым состоянием, юная глупенькая аристократка могла заплатить из карманных денег. Пока один из коммов не захватил мой мозг и не превратил его в кашу. Потом мою несчастную голову долго собирали, и даже, кажется, нечто слепили.
  Греческая маска на лице с безупречными чертами растянулась в широкой улыбке. Серж пару раз моргнул и отвернулся. Сочетание совершенной красоты, отточенной несколькими поколениями генетических коррекций, и явного безумия во взгляде причиняло ему почти физическую боль.
  - Вы, кстати, знаете, что давно можно сделать комм с интеллектом, превышающим интеллект носителя? - между тем, говорила Имельда, - Их и делают. Это невероятное ощущение, когда искусственный разум овладевает твоим и начинает строить внутри тебя свой собственный нечеловеческий мир. Его невозможно забыть... Как я ненавижу все это, как ненавижу.
  Девушка поднялась на ноги и закружилась на месте. Медленно опустилась вниз, завертелась месте, как юла, выпрямляясь и опадая, выставляя руки в сторону и прижимая их к груди, меняя скорость вращения. В тусклом освещении корабельных огней по паутине пробегали холодные голубые искорки.
  - Я - второй запасной пилот в десантном дивизионе. Я имею в виду - бывший, - вдруг хрипло заговорил Серж, - Нам понадобилось срочно улепётывать, а основной пилот погиб. И первый запасной тоже, - во рту пересохло, Серж с усилием сглотнул, - Подобная ситуация предусмотрена инструкцией, но никому не приходило в голову, что такое произойдет на самом деле. Конечно, мой комм оказался не настроен правильно, и мне пришлось пользоваться чужим. Без постепенного входа в прыжок. Без сменщиков, без дублеров. В течение сорока восьми часов с начала полета и до окончания прыжка.
  - Вы герой, Серж Рожен, - пропела сирена у его ног.
  'Она безумна, ей можно рассказывать что угодно. Ничего не боясь,' - вдруг подумал Рожин и испытал странное облегчение.
  Рожин расхохотался.
  - Как будто у меня оставался выбор! Я единственный на корабле мог провести команду через прыжок. Остальные не сумели бы при самом большом желании. Погибли бы все, включая меня. Подключая комм бедняги Харпера, я понимал, что в лучшем случае стану куклой с мозгами, пропущенными через мясорубку.
  Щека контрабандиста задергалась в нервном тике.
  - Мне неслыханно повезло. Вместо того чтобы просто спалить мне соображалку, чужой комм локализовал участок у меня в мозгу и за время сверхусиленного рабочего контакта не просто прокачал через него кучу данных по управлению кораблем в прыжке. Он их в некотором смысле выжег на внутренней стенке черепа.
  Рожин истерически хохотнул.
  - Удивительно! Мне полагалось просто свихнуться. Это - очевидный и самый ожидаемый исход. Вместо этого я сохранил рассудок, но как бы стал симбиотическим существом без симбионта. У меня в башке, - Рожин постучал себя по черепушке, - слепок комма, его эмулятор. Все, что в прыжке делал комм, теперь могу делать и я. По крайней мере, - Серж пнул обшивку корабля, - на кораблях этой серии, и нескольких других. Безо всякого комма, - Рожин усмехнулся, - Возможно, я единственный такой во Вселенной! Одна загвоздка - никто толком не знает, что и когда могут выкинуть мозги человека, если их переписал компьютер.
  Девушка сидела, поджав ноги, внимательно глядя на него и наклонив голову. И ни о чем не спрашивала. Рожин помолчал, продолжил.
  - Командир звена сделал мне разрешение на полеты - знаете, в гражданском флоте много ветеранов десанта, есть лазейки. Но вот нормальную работу с такой анкетой получить решительно невозможно. Вот так я и стал... тем, кем стал, - закончил Серж, и выдохнул.
  - Я ненавижу искусственный мир, - голос Имельды прозвучал иначе - сурово и глухо.
  'Да она меня не слушала! Или слушала? - Рожин запутался, - Ни черта не понять.'
  - Он отнял у меня самое главное - меня саму, - прошептала Имельда.
  Несоответствие слов и интонации сбивало Рожина с толку. Казалось, будто человек перед ним декламирует текст кого-то другого, не понимая смысла. Как если бы настоящая Имельда пыталась докричаться до внешнего мира изнутри оболочки с безнадежно сбившейся программой.
  - Я ненавижу коммы, космические корабли, прогулочные флаеры, общепланетную Сеть, систему межзвездной коммуникации, фудсинтезаторы, нанофауну, города, книги, одежду, человеческий язык. Я отказалась от всего, чтобы оказаться подальше от всего этого.
  - И ошиблись, - с непонятной самому жестокостью вдруг перебил Рожин, - Эта долина - рукотворна. Она - плод целенаправленной разумной деятельности. Как это кресло, на котором я сижу. Так считает Корнелиус, так думает Джонс. Клаус, по-видимому, тоже. Вам некуда бежать от искусственного мира. Это иллюзия.
  - Пусть иллюзия, Серж Рожен, - опять закружившись на месте, пропела Имельда, - Она - последнее, что у меня есть. Я просто хотела сказать Вам, потому что Вы можете понять лучше других. Я увидела кое-что страшное, после чего и уговорила Патти выгнать Элиса.
  - Что же?
  - Элис пытался надеть комм на формика.
  Кто-то внутри Рожина громко хмыкнул, потом заржал в голос. Рожин согнулся пополам от сдерживаемого приступа хохота.
  - Это так смешно, Вы не находите. Но чего Вы от меня хотите?
  - Его не должно быть здесь. Сделайте так, чтобы его не было, Серж Рожен. Он - Ариман, вторгшийся в совершенный мир и осквернивший его соблазном разума. Злое божество.
  Серж инстинктивно отвернулся, прикрыв глаза рукой, будто ему в лицо плеснули кипятком.
  - Стоп-стоп-стоп, не надо меня гипнотизировать, или что Вы там делаете. Объясните сначала, зачем Вам...
  - Не надо ничего объяснять и выяснять. Просто Вы должны распутать этот клубок, Серж Рожен, - тихо прошелестела девушка, - Возьмите.
  Девушка закружилась, быстро удаляясь. Рожин разжал кулак и увидел там нечто, напоминающее пучок карбоновых жгутов. Серж не успел моргнуть глазом, как в руках у него оказалась большая черная сеть. В темноте при свете звезд метрах в пятнадцать от него еле различимо белело удаляющееся пятно с нечеткими очертаниями обнаженного девичьего тела.
  Рожин отшвырнул сеть в сторону, бросился за девушкой и чуть не врезался башкой в дерево. Отпрянув, увидел на стволе участок с ободранной корой, контуром напоминающий женский силуэт.
  'Не птица и не насекомое. Паучиха она' - подумал Серж. Выкрикнул в гущу леса:
  - Здесь каждую ночь чертовщина творится?
  - Куда ты бежишь?
  Рожин вздрогнул, обернулся. Рядом на дорожке стояла Мадлен в коротком темном платье с открытыми бледными плечами и бедрами. В полутьме ее лицо выглядело невероятно притягательно и загадочно, в сознании Рожина смешиваясь с другим - только что виденным.
  - К Элису, мне надо с ним поговорить, - пробормотал контрабандист и сам удивился своим словам.
  Глаза Мадлен приблизилось. В них читалось участие и беспокойство.
  - Ты плохо выглядишь, Серж Рожен. Что случилось?
  Серж почувствовал слабость, оперся рукой на ствол, другой схватился на лоб.
  - Не знаю. Сюда только что приходила Имельда. Она меня заморочила, околдовала. Сначала заставила рассказать про себя всю подноготную, а потом пыталась что-то в голову засунуть. Или уже засунула. Самое ужасное, что я даже не знаю, что именно.
  Мадлен пожала плечами.
  - Имельда - аристократка. Ее с раннего детства учили подчинять людей своей воле, заставлять делать, что ей надо. Это у них как рефлекс.
  - Ну и что теперь делать? - растерянно спросил Серж, - Есть какое-то средство от этого?
  - Разве ты не знаешь? - удивилась Мадлен, - То же, что и всегда - любовь.
  ***
  Серж очнулся от звука бульков - буль-буль-буль. Обнаружил себя в кресле пилота на катере. Обернулся - на местах командира и запасного пилота сидели потные и голые по пояс номинант на Нобелевскую премию писатель Корнелиус и доктор медицины Клаус и разливали из огромной бутыли коричневый самогон.
  'Когда мы успели взлететь?' - удивился Рожин, - 'И почему они тут, а Элиса нет?'
   - Да здесь он, - писатель ободряюще подмигнул, - Все наши - здесь.
   Серж скосил глаза: по стене рубки, попирая здравый смысл и искусственную гравитацию, танцевала восьминогая Имельда с лицом Мадлен и пылающими ледяным огнем глазами. Рожин зажмурился.
  - Элис, - закричал он, - Объясните, что происходит! Почему они летят с нами?
  - Я забрал их с собой, чтобы дать формикам создать свой мир, - гордо ответил Джонс, как ростровая фигура по пояс высунувшись из навигационного экрана.
  - Мартышковый мир! Муравьишковый мир! - глумливо закашлялся возникший из кубрика Келли. Ветеран покачнулся, ухватился за косяк, нагнул голову и Рожин увидел, что неизменная панама прибита к макушке огромным гвоздем.
  - Как можно презирать тех, за чей счет живешь? - извиваясь в трескающемся экране, завыл Джонс, заламывая руки.
  - Ахахаха! - безумно расхохоталась танцовщица и рухнула на пол, смяв крылья.
  - Да только так и можно, мой друг, - задумчиво пробормотал Клаус, утирая обильный пот со лба, - Только так, - поднял кувшин над собой, запрокинул голову и разинул рот. В глотку Клауса полился бесконечный коричневый поток с одуряющим запахом сомы. Доктор начал стремительно надуваться, превратился в шар, вывалился из кресла и укатился в кубрик, по пути сбив и увлекая за собой механика.
  - Мы - единственный разум этого мира! - оперным басом пророкотал Корнелиус, - Другого нет и не будет!
  'Единственный разум? Другого не будет?' Сержа охватила паника, он попытался встать, но перегрузка вдавила его в сиденье. Гул и сирена врезали по барабанным перепонкам. Мертвый голос бесстрастно затянул:
  - Корабль не готов к прыжку. Для продолжения операции наденьте пилотный комм и дайте подтверждение экстренной ситуации. Корабль не готов к прыжку...
  Голова Корнелиуса внезапно превратилась в огромный комм. Он медленно поднялся со своего места и, вытянув вперед скрюченные пальцы, двинулся к Сержу. Катер тряхнуло. Рожин неожиданно легко вырвался из кресла, но появившиеся из ниоткуда дюжие десантники в закрытых шлемах повисли на нем, силой усаживая обратно.
  - Ааааа! - заорал Серж, - Мадлен, спаси меня!
  Шлем ближайшего десантника открылся. Рожин с ужасом увидел улыбающееся Мадлен.
  - Успокойся, дорогой, - прошептала она ласково, - Смерть - тоже проявление любви. Скоро ты сольешься со Вселенной - без остатка.
   - Келли!
  Из кубрика раздался судорожный кашель, сорвавшись в ультразвук.
  - Джонс, помоги!
  Элис протянул к Рожину руки и вывалился из навигационного экрана, который наконец-то разлетелся вдребезги.
  ...Серж встрепенулся, открыл глаза, недоуменно поморгал. Вспомнил затянувшуюся прошлую ночь и свой приход в вигвам Мадлен. Дальнейшее - с густым ароматом сомы - плохо разделялось на сон и явь. Рожин привстал. Он находился в закрытой части вигвама, на огромном лежбище. Абсолютно голый. Воплощенная любовь рядом отсутствовала. В отверстие наверху бил яркий полуденный свет. Снаружи раздавались приглушенные крики.
  Серж взял комбинезон и нащупал в кармане увесистый предмет. Достал оттуда большой пистолет для забивания гвоздей в стены, оставленный у корабля Келли. Не смог припомнить, когда положил его в карман и зачем.
  Рожин натянул одежду и выполз из вигвама, прикрывая лицо рукой. И остановился на пороге.
  За столом под навесом рядом с жилищем Мадлен на длинных скамьях расположилась целая ассамблея ньюхипов: отрешенная кровавогубая Имельда в красном сари с бордовой точкой на лбу и открытой левой грудью, насупленный Харви в нелепых серых штанах и рубахе с орнаментом, мрачный Клаус в чем-то бесформенном и тоже сером, уже датый к полудню писатель Корнелиус, с презрительно-снисходительным и выражением лица.
  Напротив Корнелиуса сидел Элис Джонс, похожий на удрученного херувима, с фарфоровым лицом и бровками домиком.
  С краю скамьи, чуть наособицу, обнаружился Келли - в неизменной панаме цвета хаки и майке с голыми плечами. В отличие от остальных сидящих, перед которыми стол ломился от яств, механик обходился одним кувшином и глиняной чашкой в неровной раскраске, откуда время от времени отхлебывал.
  'Ну, прямо - чаепитие у Безумного Шляпника. Все - немного не в своем уме.'
  Воцарилось растерянное молчание. Взгляды всех устремились на Сержа.
  Над столом склонилась Мадлен в просторном сарафане с глубоким вырезом на груди. В момент появления Рожина она собирала на поднос пустые тарелки. Девушка заметила его, приветливо улыбнулась мимолетно, и упорхнула куда-то. 'Вот так', - коротко заключил про себя Рожин про себя. И впрямь - что еще скажешь? Серж почувствовал себя немного обманутым. Совсем чуть-чуть.
  Оставшиеся, кроме Келли и Джонса, глядели на Рожина, будто он застал их за чем-то постыдным.
  - Серж Рожен! Присоединяйтесь к нам, мы провожаем Элиса, - наконец, пропела Имельда.
  - А что происходит? - спросил Рожин.
  - Общество решило Элису отвальную устроить. Чтобы, значит, проводить по-людски. Но что-то пошло не так, - Келли хохотнул, Серж понял, что механик уже хорош, - Патти умотал в самом начале, Корнелиус уже замолк. Клаус с Элисом еще лаются. Присоединяйся, со смеху помрешь!
  Клаус покосился на Келли, пожал плечами.
  - Увольте, сержант. На Вашу роль шута я не претендую.
  - Я знал, что Вам в конечном счете будет нечего ответить! - со смесью горечи и удовлетворения выкрикнул Джонс.
  Раздался глухой треск. Серж повернулся в направлении, откуда шел звук и увидел Харви с деревянной ложкой, сломанной пополам. Огородник исподлобья глянул на Элиса. Потом на Клауса, на Келли, на Имельду, затем на Рожина. И, наконец, опять на Элиса, и швырнул обломки на стол.
  - О кей, Элис, давай называть вещи своими именами. Да, формики - почти разумные. А, может, даже без почти. Да, мы паразитируем на них. Забираем результат их труда...
  - Харв, может, не будешь так языком молотить? - скривился Клаус, - А то тут посторонний. Он твой полет фантазии может за чистую монету принять.
  Ботаник отмахнулся в сердцах.
  - Ну и что - посторонний? Он приехал и уедет. А нам тут жить. А живем мы - за счет формиков. Формики не сопротивляются. Ну и прекрасно! А этот придурок хочет установить с ними контакт, Ему не нравится, что они нас, видите ли, не замечают. Разбудить их желает. А нахрена их будить? - истерически завизжал Харви, - Откуда мы знаем, что будет, когда эти твари проснутся? Может, они нас на куски разорвут?
  - Но, позвольте, - изумленно пробормотал Элис, вертя головой то к одному сидящему, то к другому, - Неужели в Вас нет элементарной благодарности к тем, кто нас кормит, поит и одевает? Неужели Вам даже в голову не приходит дать им что-то взамен? Достижения цивилизации...
  - Цивилизация? - Имельда неожиданно открыла глаза, - Зачем им это, Элис? Они живут своеобычной животной жизнью. Ах, как бы я хотела, чтобы моя жизнь с самого начала сложилась как у них...
  - Ты бы сдохла, дура! - радостно бросил ей Келли, оторвавшись от кувшина.
  - Да Вы что? - безмятежно прошелестела мисс Васкес.
  - То, - отрезал Келли, - Ты живешь на свете благодаря цивилизации. Все тут присутствующие окочурились бы в младенчестве, если бы не цивилизация. И если бы ты хоть иногда смотрела по сторонам, а не витала в своих торчковых мечтаниях, увидела бы, что твои любимые формики мрут как мухи.
  - Вот! - гневно закричал Элис Клаусу, - Даже этот солдафон со мной согласен!
  - Я - с тобой? - Келли так изумился, что даже выпрямился, - Да ты дурак еще хуже ее. Она - пассивная дура, а ты - активный придурок. Ходишь тут уже несколько месяцев и рассказываешь толпе народа, как ты разрушишь их удобную и привычную жизнь. В другом месте тебя бы грохнули давно. Ей-богу, я впервые и впрямь поверил, что вы тут все гребанные ненасильники.
  - А разве нет? - удивленно подал голос Харви.
  - Господа, господа, но послушайте же! - закричал Элис в отчаянии, - Как же вы не понимаете? Разум - это такая редкость, такая драгоценность. И вот вы оказались рядом с ней. Просто шли по проселочной дороге и наткнулись на валяющийся в пыли огромный алмаз. Волей судьбы он оказался в Вашей власти. И вместо того, чтобы подобрать, огранить его, принести людям, чтобы они увидели его прекрасное сияние, вы....
  Келли издевательски закивал головой.
  - Да, мальчик, да, - выговорил он, вытягивая вперед губы: 'да' почти превратилось в 'ду', - Вместо этого я его кладу в карман, потом распиливаю на куски и продаю подпольному ювелиру на 47-й улице - в темной задней комнате за четверть цены. Потому что мне пофигу разум, если от него нет пользы, а только головняк. Алмаз... А жало скорпионье не хочешь?
  - Вы озлоблены, Келли, - тихо сказал Элис, - обижены, раздражены...
  - Да нет, дурачок, - пьяно простонал Келли почти с жалостью, - Просто я - старый и битый, - он махнул рукой, - Впрочем, ты и сто лет проживешь - ничего не поймешь. Хотя вряд ли проживешь...
  - Вы озлоблены, Келли, - упрямо повторил Элис, - Вы даже не задумываетесь, чего могли бы достичь здесь мы и формики, составив единое общество!
  На мгновение на поляне повисла недоуменная тишина. Ее прервал Корнелиус.
  - Погодите, как Вы сейчас... ? - с веселым изумлением протянул он, выпучив глаза на Элиса, - Мы с формиками, составив... единое общество?
  Корнелиус изогнулся дугой, будто в начале эпилептического припадка, и оглушительно раскатисто захохотал. За ним, широко улыбнувшись, тоненько захихикал Харви, засмеялся, утирая слезы огромными кулаками, доктор Клаус, рассыпалась серебряными переливами Имельда Васкес. Келли зашелся своим фирменным кашлем-смехом, похожим на сдавленный лай, уронил голову на стол и опрокинул наземь кувшин. Коричневая пахучая жидкость разлилась у его ног и быстро ушла в красноватую землю.
  - Тьфу ты, - пробормотал Келли, - Да ну вас, дурачье.
  Наклонившись, крепко ухватил опустевший кувшин за горлышко, встал из-за стола, и, насвистывая, пошел к своему вигваму.
  Рожин догнал механика у входа, схватил за плечо. Келли досадливо стряхнул его руку.
  - Да отстань ты, смертник, починил я твой корабль. Еще утром. Пока ты у Мадленки валялся.
  - А сюда, не иначе, пришли сообщить мне о выполнении работы, - криво усмехнулся Рожин - Но заплутали чуток.
  - Нужен ты мне, - Келли презрительно скривился и кинул Рожину ключ - тот его еле поймал, - Я одну работку делал для Элиса. А тут - банкет.
  - Для Элиса? Вы ему помогаете? - изумился Серж.
  Келли пожал плечами.
  - Он платит. И хорошо. По крайней мере, до сих пор платил. На остальное мне плевать.
  Рожин выпучил глаза и ткнул в Келли пальцем.
  - Патти прав, Вы - патологический жадина. Вы же мне понимаете, что если у Элиса получится, сюда понаедут федералы. А Вы, насколько я понял, военный преступник.
  Серж наткнулся на ледяной взгляд механика. Поспешно поправился.
  - По версии федералов, разумеется. Сам-то я ничего такого не думаю, мне политика, вообще, по барабану. Просто имею в виду, что Вам тогда не поздоровится.
  Келли глянул исподлобья.
  - Сынок, ты думаешь, я случайно сумел пятнадцать лет прослужить в космодесанте и остаться в живых? У меня фантастическое чутье. Когда запахнет жареным, я почувствую раньше всех и свалю.
  - Как свалите? - Рожин иронично поднял брови, - Сюда же никто не летает.
  - Ты дурак, что ли? - Келли хлебнул из кувшина, - Ты думаешь, вся эти гаджеты кругом - вечные? Или что Клаус исключительно местными травами лечит? Еще как летают! Как по расписанию - каждые семьдесят дней. Привозят все необходимое, забирают сому...
  Рожин разинул рот.
  - Да ладно....
  Келли хмыкнул.
  - Сома - элитный продукт. Природный, без всяких примесей, незамутненный, как слеза - здесь же чистейшая экология. Сому на Земле в самых элитных клубах за большие деньги толкают. Я уж не знаю, почем его Патти сбывает. Картель, конечно, львиную долю берет, но и то, что остается, должно быть огромными деньжищами.
  Рожин закрыл рот. Подождал, когда Келли начнет ржать и показывать пальцем. Но Келли молчал и спокойно тянул самогон из кувшина.
  Серж вдруг почувствовал, что тело заполняет гремучая смесь из запоздалого понимания, гнева, ужаса и чего-то еще горячего и противного.
  ***
  Рожин вошел в вигвам 'патриарха'. Молча задернул занавеску. Мимолетно сообразил, что впервые здесь. Не торопясь, просканировал взглядом пол, стол, полки.
  - Что-то ищете, мсье Рожен? - удивился Патти.
  - Смотрю, нет ли твердого тяжелого предмета, - объяснил Серж, продолжая бегать глазами.
  - А зачем Вам твердый тяжелый предмет? - с беспокойством уточнил 'патриарх'.
  - Да вот и я думаю - ни к чему, - Рожин остановил на Патти пристальный взгляд, - А то, боюсь, в процессе разговора под руку попадется.
  Патти медленно отодвинул рабочую панель. Рожин сел напротив. Не зная, куда девать руки, сжал в кулаки и положил на стол, будто отчаянно схватился на невидимые рычаги.
  - Объясните мне, почему Вы решили сплавить отсюда Джонса?
  Патти недоуменно посмотрел на Рожина.
  - Вроде бы Вам тут все уже объяснили, во всех подробностях, - он вздохнул, - Мало народа. Каждый новый человек - свежий собеседник. Всё расскажут, даже чего знать не хотите.
  Рожин покачал головой.
  - Не-а, паззл не складывается. Здесь Элис - просто надоедливый болтун, а за пределами Пантанала может стать очень опасен. Если он сможет куда-нибудь вбросить информацию, что на планете живут почти разумные существа, а человеческая колония их систематически грабит, вашей пасторали придут кранты. Так зачем его так срочно отсюда выгонять, да еще с такими издержками?
  Патти молчал. Серж хлопнул ладонью по столу.
  - Так, давайте начистоту. Мне проблемы не нужны. Даже за деньги. Я, на самом деле очень осторожный человек. Только потому еще жив и на свободе. Корабль уже готов к отлету. Так что, если не объясните, улечу без Джонса.
  - А как же наш уговор?
  Рожин молча развел руками. Патти скорчил расстроенную улыбку.
  - Это не по-джентльменски, мсье Рожен...
  Дальнобойщик рассмеялся.
  - Какое джентльменство между контрабандистом и наркоторговцем!
  - И это разболтали! - Патти всплеснул руками, - Ну что за люди...
  Рожин встал, оперся руками на край стола и наклонился к старому ньюхипу, глядя прямо в глаза.
  - Следите за банкомётом, - сказал Серж, - Сому Вы забираете у формиков. Пока животные не возражают. Но тут появляется Элис и начинает мутить воду про 'пробуждение' муравьишек, обращение пингвинов в истинную веру и все такое. Элис - трепло, балабол. Его болтовня не опасна. Вы это знаете - я это знаю. Но согласятся ли с этим люди Папы Хосе? У них же наверняка есть в общине тайный наблюдатель, который не упустит шанс выслужиться и непременно сгустит краски.
  Патти молчал, опустив голову на руки. Серж ткнул в него пальцем.
  - Вы спешите сплавить Элиса с планеты до планового прилета корабля Ригельского картеля. Потому что если люди Папы Хосе узнают - а может быть, уже узнали - что в общине завелся кадр, ставящий поставки сомы под вопрос, они без церемоний грохнут Джонса на глазах у всей общины. В лучшем случае - одного Джонса. При Вашем вольном или невольном содействии или бездействии. А это - крах всех Ваших планов по организации здесь новой ново-христианства, или как Вы свою секту называете. Хиппаны разбегутся, Имельда уедет. И Вы станете картелю не нужны. Со всеми вытекающими последствиями.
  Рожин скрестил руки, опустил задницу на край стола.
  - Вы здорово придумали. Я увожу Элиса с планеты - Ваши хиппаны спокойны. Все разошлись спокойно и без насилия. Осталось понять, как решается вопрос с молчанием Джонса за пределами Пантанала, - Серж наклонился к старику, прошептал, - У меня в голове крутится вот какой вариант: некто Патти уже после отлета Джонса с планеты сообщает друзьям из картеля, что опасный для них человек удаляется от Пантанала на старом корыте с такими-то опознавательными знаками. Пух! - и нет ни корыта, ни Джонса, ни глупого контрабандиста. Я правильно понял?
  Ньюхип поднял голову. К удивлению Сержа Патти улыбался. Впрочем, в глазах старика стояли слезы.
  - Простите, но все это так смешно, - прошептал старик дрожащим голосом, - Я, ветеран движения неохиппи, последователь Ганди и Толстого - организатор двойного убийства... Хорошо, я Вам все объясню. Но нашим - ни слова.
  Рожин презрительно пожал плечами.
  - Картель тут не при чем, - пробормотал Патти со вздохом.
  Серж нервно развел руками.
  - Другого ответа я и не ожидал.
  - Картель не при чем, - упрямо повторил старик, - Дело совсем в другом. Они стали себя странно вести, - выдавил Патти, - Не просто странно - пугающе.
  - Кто? - не понял Рожин.
  - Да формики же! - Патти в сердцах стукнул кулаком по столешнице, - Я надеюсь, Вы уже поняли, у нас тут полная свобода. Всяк может делать, что хочет. Огородничать, как Харви. Писать гениальные книжки, как Корнелиус. Чинить, что ломается, как Келли...
  Рожин кивнул.
  - Сидеть на соме, как Имельда. Трахаться со всеми подряд, как Мадлен...
  - Она еще - хороший повар, - брякнул Патти.
  Рожин и 'патриарх' уставились друг на друга. Патти помотал головой.
   - Не суть. Я про Элиса. Когда он приехал, сразу заинтересовался формиками. Я ему не мешал, даже обрадовался - думал, еще какие-то им полезные применения найдет.
  Рожин усмехнулся.
  - Да куда уж больше-то!
  - Почему нет? - Патти пожал плечами, Парень - с образованием. А что с прибабахом, так тут все такие. За дело Джонс взялся с энтузиазмом, занимался формиками сутки напролет. Я не обращал внимания, пока он не завел свои разговоры, что они - разумные и их надо окультуривать. Я тогда просто решил, что парня понесло не в ту степь. Попытался объяснить, что он не прав. Но на него мои слова произвели почему-то, наоборот, возбуждающее действие. Тогда он уже начал всех этими идеями доставать.
  Патти замолчал.
  - Я тоже думал, что все это пустая болтовня. Ну не похож Элис на человека, способного на серьезные дела. Тем более такого масштаба. Но неделю назад Харви мне сообщил, что Элис уже несколько дней ходит в Теноч и там что-то происходит.
  - И?
  Патти повернулся к Рожину.
  - После сообщения Харви я сам проследил за Джонсом до самого Теноча, и увидел все своими глазами.
  Зрачки Патти расширились, как у наркомана или человека, увидевшего жуткое.
  - Они ходили за ним! Формики. Ходили. За человеком. Останавливались, когда он им вещал. Будто слушали! Элис показывал формикам какие-то картинки, и их обычный треск менялся! Он становился как бы более членораздельным. Как будто твари разговаривали между собой.
  Патти невидяще уставился перед собой, прошел по комнате взад-вперед как сомнамбула.
  - Но даже не это меня больше всего испугало. Когда Элис ушел, я остался в кустах на пригорке, продолжая наблюдать за формиками. И, знаете, они продолжали трещать иначе, чем всегда. Они сбивались в толпы по несколько сотен особей и эти толпы начинали тарахтеть еще сильнее. Как будто, когда Элис ушел, продолжали обсуждать показанное им.
  Патти сел на скамью.
  - Я просидел в засаде до вечера. Вечером формики успокоились, впали в обычное ночное оцепенение. Тогда я вернулся в поселок, нашел там Элиса и потребовал, чтобы он немедленно прекратил свои эксперименты. Я пытался объяснить ему, под какой удар он может поставить налаженную жизнь на планете. Но он...
  - Все это прекрасно, - перебил его Рожин, - Почему я Вам должен верить, что нас не собьют, когда мы улетим с планеты?
  Патти пожал плечами.
  - Ни почему. Можете верить или нет.
  Рожин взял голову Патти обеими руками, подтащил к своему лицу, пристально посмотрел в красные слезящиеся глаза старика. Оттолкнул. Патти плюхнулся обратно на стул.
  ***
  - Верю, - быстро и четко, будто вышвыривая из себя слова, произнес Серж, - Поверю окончательно, если увеличите сумму вдвое. Эээээ... втрое.
  - Заметано, - обреченно выдохнул Патти, опустил голову, махнул рукой.
  - Как-то быстро Вы согласились.
  - Но что же делать! - закричал Патти в сердцах, - Вы представляете себе, что случится с экономикой нашего сообщества, если....
  - Как Вы сказали? - засмеялся Серж,- Экономикой??
  - А что Вас так удивило? - не понял Патти, - Ну да. Главный продукт питания у нас - формиковское хлебное зерно. Жилье - формиковские храмы. Пути сообщения - формиковские дороги...
  - Источник финансирования - формиковская сома, - подхватил Рожин.
  - Допустим, - согласился Патти, успокоившись, - И что?
  Теперь перед Рожиным опять появился уверенный в себе хитренький глава общины ньюхипов.
  - Ничего, - Рожин пожал плечами, - Просто зачем это называть экономикой? Обыкновенное паразитирование, - он криво улыбнулся, - Вы - нахлебники у животных. Вам приходило в голову посмотреть на ситуацию в таком ракурсе?
  Патти нахмурился.
  - Во-первых, должен Вам сознаться, я не считаю формиков животными. Да, не делайте большие глаза. На самом деле, я считаю их куда более разумными, чем это предполагает Джонс. Возможно, в этом и проблема... Во-вторых, - Патти вдруг улыбнулся, - дорогой мсье Рожен, в каждом обществе есть куча народа, в непосредственное производство материальных благ не вовлеченное. Ну и что? Да вот Вы сами - разве не нахлебник? Не сеете, не строите, живете нарушением закона. А при этом питаетесь хорошо.
  - Я грузы перевожу, уважаемый господин Патти, - в том ему ответил Серж, - Перемещаю материальные ценности оттуда, где они не особо нужны, туда, где они необходимы. Законы не всегда разумны, и не всегда полезны для простых смертных. Я исправляю их несовершенство. А польза моей деятельности подтверждается тем, что мне платят. А какой толк основному разумному населению планеты - формикам - от вашей банды бездельников?
  Патти вскинул голову, посмотрел на Рожина почти с презрением.
  - Наша банда бездельников обеспечивает им возможность спокойно жить на своей планете, как они привыкли.
  - В смысле? - не понял Рожин.
  - А как Вы думаете, - вкрадчиво поинтересовался Патти, - Кто пробил планете статус заповедника?
  Рожин помотал головой. Нахмурил лоб.
  - Знаменитые родственники Имельды?
  - Бинго! - обрадовался Патти, - Еще немного, и я опять начну считать Вас умным человеком. А это им зачем, как Вы думаете? Хорошо, я объясню. Держать сумасшедшую дочурку-наркоманку в ньюхиповской общине на планете, откуда очень сложно улететь, гораздо лучше, чем в закрытой психушке. Опять же - профессиональный присмотр высококвалифицированного специалиста.
  - Доктор Клаус? - Рожин разинул рот.
  - Угу. А как Вы думаете, почему в заповедник, где в амбарах лежит собранный чистый и безопасный наркотик, не лезет толпа наркоманов и наркодилеров?
  - Почему?
  - Да потому что один чрезвычайно влиятельный наркокартель следит за тем, чтобы сюда никто не лез. Я поставляю ему объемы, которые его вождей вполне устраивают. При этом у картеля нет проблем с властями. Опять спросите - почему?
  - Те же Васкесы, - то ли спросил, то ли констатировал Рожин.
  - Ну да. Картель отгоняет от Имельды и от всей общины бандюг. Васкесы ради этого позволяют картелю вывозить сому. Община имеет малую толику на жизнь. Формики живут себе, как привыкли, в счастливом неведении. Все - в профите!
  - А что с этого имеете Вы, Патти? - Рожин сел напротив 'патриарха', - Сдается мне, что размеры малой толики куда больше реальных расходов общины. Вы могли бы давно уже свалить на благоустроенную планету с увесистым мешком денег, и жить припеваючи! Зачем так рисковать за лишний миллион?
  - Вам этого, возможно, не понять, - Патти гордо выпрямился, - но я, в самом деле, верю в идею мира без насилия.
  - Что?? - Рожин расхохотался, - Вы - идейный? После всего, что я сегодня узнал?
  - Община - это моя попытка создать мир без насилия. Хотя бы на отдельно взятой планете. И пока, как видите - удачная.
  'Удачная??' - Рожину захотелось заржать ему в лицо, но решил, что и так слишком перегнул палку.
  Патти помрачнел.
  - Удачная, - упрямо повторил старик, - Только если этот идиот не 'разбудит' формиков.
  'Патриарх' умоляюще поглядел на Рожина.
  - Я Вам еще добавлю - сколько хотите. Только увезите его прямо сейчас. Так быстро, как сможете. Вот сию минуту.
  Рожин задумался, замотал головой. Налил полную чашку воды из 'тыквы', жадно выпил в три глотка.
  - Да нет, ерунда, - Серж махнул рукой, нервно улыбнулся, неожиданно врезал кулаком по столу и заорал, - Что Вы мне мозги парите! Ну как этот фрик может кого-то к чему-то побудить, кроме как дать ему в смазливую рожу?
  Патти сцепил пальцы рук в замок, так что побелели костяшки.
  - Думаете, не может? Ну хорошо, вот Вам еще, чего никто не знает, кроме меня. Я той ночью около Теноча видел еще кое-что. Мадлен совокуплялась с тремя формиками.
  - Что?? - Рожин от изумления уронил чашку на пол.
  - Формики же разумные, как очень убедительно утверждает Джонс, - не мигая, на редкость внятно произнес Патти, - А если разумные - как люди. Закон безудержного расширения области любви распространяется и на них.
  Рожин согнулся в желудочном спазме и выскочил из столовой. Самогон из хлебного дерева с вылился на мягкую почву Пантанала.
  ...Через десять минут, Серж, умывшийся и прополоскавший рот чистой водой, отодвинул полог и остановился на пороге. Обернулся:
  - Патти, можно еще один вопрос? Зачем брать у формиков еду, ткань, захватывать их дома? Зачем весь это самообман? Вы можете просто продавать сому и покупать все необходимое.
  - То есть, просто стать обыкновенной бандой, живущих наркоторговлей, встроенной в мир бандитских картелей и современного капитализма? - удивился Патти, - Но это же будет уже не новая Новая Христиания!
  - А сейчас, по-Вашему, это что-то другое?
  Патти опустил голову и не ответил.
  ***
  - ...Ваша версия избыточна, - прокомментировал Детектив.
  - Что?
  Серж с трудом вернул свои мысли из леса на Пантанале в камеру с бетонным полом.
  - Я имею в виду, - спокойно пояснил Детектив, - участие картеля в Вашем убийстве в этой конструкции не нужно. Даже наоборот - Патти совсем не выгодно впутывать картель. Достаточно грамотно внести неисправность в устройство Вашего корабля. Например, в систему охлаждения. Такая неисправность дала бы катеру возможность вылететь за орбиту Пантанала, но сказалась при прыжке. Корабль благополучно поднимается над планетой, потом - обычная звездочка прыжка, и он никуда не прилетает. Вы думали об этом?
  Рожин молчал, слегка выпятив подбородок с уже заметной щетиной.
  - Так почему Вы, все-таки, полетели? Почему поверили Патти?
  Серж печально улыбнулся.
  - Но что мне следовало делать? Разобрать катер по винтикам в поисках адской машины? Сколько бы это заняло у меня времени? Вряд ли я до следующего прилета корабля картеля, не говоря о том, что я - пилот, а не механик. Или вовсе не лететь? И что дальше? Бегать от наркоторговцев по ядовитым болотам, пока не поймают? Пришлось поверить.
  ***
  Катер поднялся на орбиту. Серж отбросил ремни. Повернулся к сидящему рядом Джонсу.
  - Можешь отстегнуться. Дальше будет скачок, но ты его не заметишь.
  - Я - в курсе, - кивнул Элис спокойно, - Я с родителями много летал. На курорты Нью-Флориды. На Землю в Европу. В Лунный свет.
  'А я - только из жопы в жопу' - мрачно поразмыслил Серж.
  Он молча взял Джонса за рукав, вывел из рубки и отвел к унылой серой двери кубрика.
  - Кстати, насчет отелей Нью-Флориды, - Рожин ткнул пальцем в полумрак помещения, забитого карбоновыми контейнерами, - Тут только одна каюта. Кубрик переделан под грузы, но сейчас заполнение не полное, так что место есть. Будешь спать там. Располагайся. А я пока все к скачку подготовлю.
  Рожин склонился над панелью. Но только он смог сосредоточиться, как из кубрика раздался сдавленный вопль. Серж подбежал к двери.
  - Что случилось? - спросил он у побелевшего Джонса.
  Элис медленно переступил порог, ухватившись за косяк, будто у него подкашивались ноги.
  - Я знаю, что Вы перевозите, - прошептал Джонс дрожащим голосом, - В контейнерах - шкуры серебристых атманов. Сотни шкур!
  'Твою мать' - промелькнула в голове Сержа своевременная мысль.
  - С чего ты взял? - сказал он вслух.
  - На полу волоски валяются. Их ни с чем не спутать. Вы же не будете рассказывать, будто к Вам сюда приходила дочка мафиозо в атмановом манто? - добавил Элис с искаженной улыбкой.
  'А неплохо бы', - некстати подумал Серж.
  - А откуда тебе знать, святоша, во что одеваются дочки мафиозо? - мрачно поинтересовался Рожин. Этот разговор ему все больше не нравился.
  - Я знаю, как одеваются дамы из высшего света на закрытых вечеринках, - парировал Джонс, - От этой и подобной грязи я и сбежал. А теперь Вы мне предлагаете ночевать среди останков сотен разумных существ, практически - в братской могиле. Какая мерзость! - закричал Элис, трясясь от гнева.
  - Ну, хорошо, шкуры атманов там, не спорю, - сдался Рожин, - Чего ты так разорался-то? Они потому и серебристые, что атманы - старенькие. Точнее - мертвенькие. Бедные родственники продают трупы своих умерших родичей, чтобы свести концы с концами. Что плохого-то?
  Элиса продолжало трясти.
  - Вы знаете, какие гроши им платят?
  - Так я не понял, - уточнил Серж, - Тебе не нравится, что у атманов покупают шкуры, или что им за них платят мало?
  - Только не надо тут невинность из себя корчить, - тремор у Элиса прекратился, осталась спокойная убежденность и злость, - Вы не могли не слышать, что после появления моды на шубы из серебристых атманов на Атмане в несколько раз подскочило число убийств. Причем, именно за счет пожилых особей.
  - Ничего я ни про какой подскок не слышал. А почему я, вообще, должен интересоваться, правду мне эти торговцы говорят или нет? - Рожин вытаращил глаза в деланном изумлении, - Ты же, кажется, сам заметил, что атманы - разумные? Вот пусть сами и разбираются, помер этот дедушка своей смертью, или его родичи укокошили ради шкурки, или вовсе посторонний удалец ободрал. Люди покупают кучу вещей, которые им привозят хрен знает откуда. С происхождением каждой разбираться, что ли? Почему меня должно беспокоить, сшил ли эту рубашку на автоматическом заводе наемный работник со страховкой и отпуском, или вручную в темном подвале раб на цепи? Я что, обязан за весь мир отвечать?
  - Да, именно так, - припечатал Элис с холодной улыбкой, - Сначала Вы спокойно проходите мимо зла. А потом соучаствуете в нем, старательно закрывая глаза. Вас и подобным Вам устраивает, что со злом борется кто-то другой! Ради вас же - из последних сил, преодолевая ваше же сопротивление. Я все чаще задумываюсь - а заслуживаете ли вы этого, вообще?
  - Борец-обличитель нашелся, - Серж запальчиво ткнул в Джонса пальцем, - Сам-то своих формиков бросил. Тебе только шепнули на ухо, что тобой недовольны, ты - лапки кверху и сбежал. Вот и вся твоя революционная философия.
  - Я оставил послание, - спокойно ответил Джонс.
  - Кому? - не понял Рожин.
  - Формикам, конечно.
  - Ты формикам оставил послание? - Серж вытаращил глаза.
  - Помните те знаки, которые я Вам показывал, 'иероглифы'? Я их расшифровал, - Элис аж засветился от гордости, - И написал формикам письмо, где объяснил все, как есть. Келли мне смастерил устройство, которое им его покажет - сегодня утром прямо на стене пирамиды.
  - Келли? - опешил Рожин, - Как он согласился??
  - Очень просто! Я отдал ему все отступные, которые мне заплатил Патти.
  Рожин моргнул.
  - Ты, вообще, что-нибудь себе оставил? В смысле, деньги у тебя есть?
  - Есть вещи важнее денег.
  Серж вздохнул. Сполз по стене, пока задница не уткнулась во внешнюю коммуникационную трубу.
  - Знаешь, Элис, я не виноват, что ты - кретин. Поэтому, я не буду думать, что с тобой случится, когда я тебя высажу в Ригель-сити. Что ты будешь жрать, где ночевать в этой клоаке, в которой у тебя нет ни единого знакомого. Просто высажу и все. И забуду о тебе. Ты понял меня?
  Джонс с тихой жалостью посмотрел на Сержа.
  - Мир состоит не только из таких как Вы, мсье Рожен.
  Сержа перекосило. Он медленно встал:
  - Слушай, ты...
  И в этот момент взревел сигнал кода 'три тройки'. Серж опустился обратно на трубу.
  - А вот хрен вам, ребята. Второй раз не наколете... Стой, куда!
  Элис метнулся в рубку. Серж ухватил его за край балахона, когда Джонс уже нажал кнопку внешней связи. На экране появилось перекошенное от ужаса женское лицо. Серж не сразу узнал Имельду.
  - Помогите! Они всех убили! Всех! - вопила Имельда.
  - Кто убил, что случилось! Толком говори! - закричал на нее Рожин.
  - Спасите меня! - завизжала Имельда, - Они лезут в окно! Заберите меня отсюда.
  Внезапно между лицом и экраном появилась черно-коричневая лапа формика. Имельда вдруг исчезла из поля зрения и замолчала, будто ее выключили. Перед камерой прошествовали два формика, деловито несущие к окну мольберт и кисти мисс Васкес. Потом в камеру брызнуло черно-красное, изображение и звук исчезли.
  Серж смотрел на погасший экран с разинутым ртом. Медленно повернулся к Элису.
  - Послание, говоришь, оставил? Что ты им написал? - просипел Рожин, уставившись на Джонса и слепо шаря рукой на полке, - Ты точно понял, чего у них там что значит? Знаки препинания верно расставил? Дательный падеж с предложным не попутал?
  - У них нет падежей. По-моему, - пробормотал Элис неуверенно, - Вы молоток положите на место, пожалуйста.
  - По-твоему?? - заорал Серж, схватив Элиса за грудки, - Да ты понимаешь, идиот, что ты своей деятельной глупостью тридцать человек убил? Тридцать! Человек!!!
  - Вообще-то, двадцать восемь, - испуганно уточнил Элис, - И с чего Вы взяли, что я? Что это именно из-за моего послания? Это недоказуемо.
  - Ах, недоказуемо! - взвился Серж, - Да я тебя сейчас за борт вышвырну через мусорный люк, и это будет недоказуемо.
  Серж тряс Джонса за грудки. Элис вздрагивал и тыкал его в плечо ладонью, неуверенно пытаясь освободиться.
  - И, вообще, с чего Вы взяли, что все погибли? Может, она преувеличила от страха? Это же Имельда, у нее мозги сомой сожраны. Может, никто не погиб.
  Серж, больше не в силах сдерживаться, молча боднул Джонса лбом в переносицу. Элис отлетел в угол рубки. Вытянул руку вперед, защищаясь. Другой схватился за разбитый нос.
  - Погибли! Погибли! Не спорю! Не бейте только! - отполз по полу подальше от Рожина, - Но, может, не все, может, кто в живых остался.
  Серж выпучил глаза. Кивнул.
  - Да, да, конечно! Может, кто-то еще жив!
  Рожин метнулся к пульту.
  - Хотите сесть на планету? - осторожно поинтересовался Элис из угла.
  - Сначала долбану антиастероидной пушкой по Теночу, - мрачно проговорил Серж, не оборачиваясь.
  - Зачем??
  Серж, не мигая, смотрел на появившееся на экране меню корабельной защиты. Уверенно ткнул несколько иконок. Замигал красный предупреждающий сигнал. Серж прищурился и отключил его.
  - Грохну несколько тысяч обезьян и их пирамиды. Пока они будут очухиваться, может, кого-то удастся...
  Слово 'спасти' Рожин договорить не успел. На его затылок опустился молоток.
  ***
  ...- Что случилось дальше?
  Рожин посмотрел на Детектива и пожал плечами.
  - Да, в общем, уже ничего. Пока я валялся в отключке, Джонс привязал меня ремнями к медицинскому столу. Объяснил, что не хотел допустить геноцид, - лицо Рожина на секунду перекосилось, потом пришло в норму, - Сам довел корабль до Ригеля - у засранца оказались права яхтсмена. Посадил старушку в районе Ригель-сити, вколол мне какую-то снотворную дрянь, отвязал и свалил. А когда я очнулся, надо мной уже стояли ваши ребята.
  Детектив кивнул.
  - Хорошо. Подождите, мне нужно выйти на минутку.
  Альберто Хименес, по кличке Детектив, потомственный омбре Ригельского картеля, вышел из комнаты. В кресле за дверью перед зеркальным экраном в задумчивости сидел Толстый Вьехо, обхватив необъятное пузо.
  - Мне кажется, он не врет, синьор Вьехо, - осторожно обратился к нему Детектив.
  - Не врет, но привирает чуток, - уточнил Толстый Вьехо, - Особенно в конце, но это и понятно. По крайней мере, его слова объясняют почти все. Только это уже не слишком важно - инфа о случившемся на Панте уже просочилась в Сеть. Придется сообщить Папе, что с поставками сомы выходит небольшая заминка. Какой замечательный бизнес просрали! - Вьехо махнул рукой, - Ладно, Альберто, ты хорошо поработал. Вряд ли Рожен еще что-то полезное скажет. Можешь быть свободен. Мои ребята с ним разберутся.
  Детектив взялся за ручку двери, неуверенно обернулся.
  - Синьор Вьехо, извините, можно вопрос?
  - Спрашивай.
  - А что вы собираетесь с дальнобоем дальше делать? Парень же - не при делах совсем. И не знает толком ничего...
  Вьехо поднял голову и удивленно посмотрел на Детектива.
  - Отвезем обратно на корабль, тачку заправим, подкинем запчастей для комплекта. И пусть летит куда подальше, не оглядываясь. А ты что подумал?
  Альберто молчал, не зная, что сказать. Вьехо нахмурился. Поднял все свои полтора центнера из кресла.
  - Твой отец несколько поздновато привлек тебя к делам. Не знаю, что тебе наговорили о картеле и что ты сам напридумывал. Разумеется, мы не убиваем людей без крайней необходимости. И уж точно не мочим просто случайно оказавшихся в неудачное время в не подходящем месте.
  Вьехо улыбнулся.
  - Мы не вредим людям просто так. Верим в Бога, отличаем добро от зла. Никогда не совершаем поступков, не подумав хорошенько, к каким хреновым последствиям они могут привести. У нас есть представление о грехе и ответственности. Мы знаем, когда поступаем плохо, и жалеем об этом.
  Толстый Вьехо похлопал Инспектора по плечо.
  - Мы - не самые плохие люди, Альберто. И не самые страшные. Бывают и хуже, и страшнее. А Джонса этого мы найдём, не беспокойся, - добавил он с улыбкой.
  - А стоит ли? - вдруг сказал Альберто шепотом, - Признаться, синьор Вьехо, он меня немного пугает.
   И поёжился.
  
  
Оценка: 8.50*6  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Григорьев "Биомусор"(Боевая фантастика) А.Верт "Пекло"(Боевая фантастика) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) В.Кретов "Легенда"(ЛитРПГ) А.Емельянов "Тайный паладин"(Уся (Wuxia)) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) Ю.Васильева "По ту сторону Стикса"(Антиутопия) М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"