Миллер Тони: другие произведения.

Фазовый переход

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Ссылки
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Главы 1-13

  Глава 1. Пролог.
  
  20 июля 2032 года, США, Хьюстон, Космический центр имени Линдона Джонсона, Центр управления полётами NASA.
  
   Сегодня был важный день, и, по этому, в центральном зале было особенно многолюдно. На своих рабочих местах присутствовало около двух десятков людей, погружённых в работу.
   Помимо пяти огромных экранов, занимавших всю стену, и на которые выводилась общая информация, перед каждым, на трёх - четырёх мониторах отображалась предназначенная лично ему информация.
   Справа, в дальнем углу за соседними столами работали двое мужчин. Первый, чуть полноватый, пятидесяти с лишним лет постоянно хмурился, озабоченно глядя на свои мониторы. Второй же, его товарищ, лет тридцати с небольшим, вглядывался в поступающую к нему информацию с любопытством и некоторым предвкушением.
  
   - Связь устойчивая? - спросил первый.
   - Да, телеметрия поступает без потерь. - ответил второй.
   - Уже пять минут как "Рассвет-2" провёл последнюю корректировку курса, а результата ждать ещё десять. - произнес тот и вздохнул.
   - Как ни как, двести семьдесят миллионов километров. В конце концов, мы шли к этому моменту три года, так что эээ... девять минут это не так и много.
   - Вот только, как медленно они тянутся!
   - Это да...
   - Если зонд промахнется мимо Цереры, и не сможет выйти на орбиту...
   - Шансы на повторную корректировку есть.
   - Вот только дополнительная корректировка, даже если она окажется успешной, это трата драгоценного топлива, того, что понадобится на обратный путь! Какой смысл лететь на астероид за пробой грунта, если мы не сможем доставить его обратно на Землю?
   - Ну... в самом худшем случае, при нехватке топлива, обратная дорога просто займёт больше времени, не пять лет, а, допустим, десять.
   - Замечательно... Через... семь минут мы узнаем, когда получим результат от этой миссии, при нашей жизни, или же, полученный реголит будут исследовать наши правнуки...
   - Ну, ну! Больше оптимизма, друг! В конце концов, всё может пойти согласно расчётам! Не зря же мы их делали? Да и не первая это миссия в пояс астероидов. Вон, предыдущий "Рассвет" до сих пор вокруг Цереры крутится! Так что шансы на успех, на данном этапе, более чем хорошие! Хочется переживать - переживай за спускаемый аппарат.
   - Вот! В самом деле! Ты же помнишь миссию "Розетты" к комете Чурюмова-Герасименко? Тогда спускаемый аппарат "Филы", вместо штатного приземления, трижды отскочил от поверхности, и в итоге угодил в трещину! Более того, трещина оказалась в тени, отчего все его солнечные батареи оказались полностью бесполезными!
   - Ну, программу - минимум он на заряде аккумуляторов отработал! - ответил он, и, глянув на часы, добавил, - Осталось четыре минуты.
   - В том то и дело, что "программу - минимум". А если бы ему надо было вернуться к "Розетте" с образцами грунта? Как бы он взлетел, лёжа на боку в трещине?
   - Это да, но надо помнить, что комета - это пятикилометровая картофелина неправильной формы, а Церера - шар, диаметром почти тысячу километров, со слабеньким, но вполне ощутимым гравитационным притяжением, да и поверхность у неё куда ровнее. Не говоря уже о том, что инженеры тоже не зря свой хлеб едят, и недочёты из-за которых "Филы" сел не самым лучшим образом, были учтены. - терпеливо ответил он, снова взглянул на часы и добавил, - Две минуты.
   - Эххх... - вздохнул тот. - Ну, будем надеяться, будем надеяться... Хочется, всё же разложить на отдельные атомы пробу грунта, и, раз и навсегда, поставить точку в споре о происхождении пояса астероидов. Что это, "строительный мусор", оставшийся со времён возникновения Солнечной системы, или осколки погибшей планеты?
   - Ну, первый вариант куда как более вероятен... - осторожно заметил он.
   - Это да, но, пока не исследуем реголит - ничего точно сказать нельзя. А для того, чтобы он очутился тут, надо, для начала, чтобы "Рассвет-2" вышел на расчётную орбиту!
   - Вот оно! Смотри! Пошла информация! - воскликнул он, и они оба уткнулись в экраны.
   - Тааак... Время работы двигателя... Изменение скорости... Вектор движения... Расстояние...
   - Идеально! Просто идеально! - прошептал он, и хлопнул по плечу своего товарища. - Видишь! А ты сомневался!
   - Теперь дело за малым, - ворчливо заметил он - отработать всю программу наблюдений, отправить на Цереру спускаемый аппарат, а потом поймать его и вместе с добычей вернуть на Землю... Но, надо признать, первый шаг сделан, и сделан хорошо...
  
  
  16 июля 2037 года, США, Хьюстон, исследовательская лаборатория NASA. (пять лет спустя)
  
   Образец грунта полученный с Цереры, крупнейшего объекта в поясе астероидов по привычке называли реголитом, хотя он имел очень мало общего с образцом, полученным в своё время с поверхности Луны.
   Поверхность спутника Земли покрыта, если говорить просто, многометровым слоем смеси пыли и песка, слегка сцементировавшейся под воздействием вакуума.
   В отличии от лунного реголита, образец доставленный с Цереры состоял, как и ожидалось, из гидратов и карбонатов, самым неожиданным из которых оказался карбонат натрия, или попросту сода. Кроме этого, были обнаружены богатые железом глинистые минералы, к примеру кронстедтит, которому Церера и обязана своим коричнево - серым цветом.
   Но всё это снаружи, на поверхности - тонкий слой, что в месте посадки спускаемого аппарата составлял всего лишь восемнадцать сантиметров. А вот уже под ним залегал обычный водяной лёд, что, согласно некоторым расчётам, покрывал малую планету слоем толщиной в сто километров, и по объёму содержащейся в нём воды - превосходил все океаны Земли вместе взятые.
   Ожидаемо, банально, скучно. Всё это, большей частью, лишь подтвердило и уточнило данные, полученные дистанционно. Казалось бы, на что были потрачены десять лет (включая время на подготовку к миссии) и сотни миллионов долларов?
   Но... было одно "но"... Лед, добытый спускаемым аппаратом включал в себя три молочно-белых, кристалла. Два размером с ноготь и один величиной со спичечную головку. Кто бы мог подумать, что такая малость будет иметь столь значительные последствия?! Никто.
  
   - Что показал спектрограф?
   - Жуткая мешанина! Преобладает, как и ожидалось, кремний, но помимо него ещё почти три десятка элементов!
   - Странно. А другие два кристалла?
   - Как ни странно, у всех трех образцов химический состав идентичен. Можно предположить, что данная аномалия для данного минерала является не исключением, а правилом.
   - Да у них, вообще, аномалия на аномалии! Минералы образуются при остывании вулканических пород, кристаллизуются из расплава, а не сидят во льду, словно замёрзшие рыбы!
   - Во, во...
   - Ладно, посмотрим что покажет рентгеноструктурный анализ. Установка готова?
   - Да. Я уже и образец поместил в камеру.
   - Хорошо. Глянем, что у него там внутри... Интересно, как в кристаллической решётке размещён весь этот коктейль из химических элементов....
  
   Щелкнув мышью по кнопке он активировал рентгеновский лазер, что пройдя через кристалл должен был сформировать дифракционную картину, по которой можно будет судить о структуре образца.
   Яркая, слепящая вспышка озарила лабораторию, а вслед за ней раздался громкий хлопок, совсем немного не дотягивающий до того, чтобы назвать его взрывом. Из установки повалили клубы дыма.
  
   - Blyat, что это было?! Короткое замыкание? - воскликнул он, и закашлялся.
   - Не расслышал... А... Действительно, похоже, но такое впечатление, что несколько сот киловольт коротнуло, с хорошим током, а там нет таких напряжений, да и вообще подобной мощности.
   - Смотри! Дым идёт из камеры для образцов! Ты представляешь, что из нас сделают, если кристалл пострадает?!
  
   Кашляя от дыма, они бросились к установке и с усилием извлекли из неё катридж с исследуемым минералом. Металлическое крепление, в котором находился образец было расплавлено, как и стеклянная колба, часть которой, судя по всему, просто испарилась. Сам кристалл был цел.
  
  
  17 июля 2037 года, США, Хьюстон, кабинет начальника исследовательской лаборатории.
  
   - Вы подготовили отчёт по вчерашнему инциденту? - спросил сидящий за столом мужчина двух лаборантов, стоящих перед ним.
   - Да, вот он. - ответил один из них, протягивая ему папку с документами. - Электронную версию мы скинули вам по внутренней сети.
   - Хорошо, я ознакомлюсь. - произнес он, и поудобнее устроился в кресле. - А пока, расскажите на словах, что произошло и каков был нанесён ущерб?
   - Вчера, в ходе планового эксперимента по рентгеноструктурному анализу образца в процессе работы в камере с исследуемым минералом возникла электрическая дуга, существенно повредившая контейнер с образцом. Сам кристалл не пострадал.
   - Я вас правильно понимаю, что кристалл цел, и из потерь - лишь катридж для образцов? - переспросил он.
   - Два контейнера... - тихо ответил лаборант.
   - Как два? - не понял он. - Второй-то как пострадал?
   - Мы... мы повторили тот эксперимент...
   - Что?!
   - Мы предположили, что... инцидент произошел в результате взаимодействия образца и рентгеновского излучения... И мы повторили эксперимент, снизив на порядок мощность излучения.
   - И?
   - Ммм... Инцидент повторился, но в меньшем масштабе. Так же, примерно, на порядок. Капсула частично оплавилась и всё. Поскольку тут наблюдалась определённая закономерность, мы повторили эксперимент в третий раз...
   - Вы меня до инфаркта довести хотите? Да?
   - Мы ещё на порядок снизили мощность излучения и установили видеокамеру, которая зафиксировала, как в момент облучения образца, между двумя противоположными концами кристалла заискрился разряд. В результате третий катридж не пострадал.
   - Хм... Правильно ли я вас понимаю... Выходит, что кристалл преобразовал рентгеновское излучение в разность потенциалов? Что-то вроде пьезоэффекта?
   - Да, довольно похоже, вот только... Вся установка не потребляет столько энергии, сколько выделилось в ходе первого эпизода. Мощность излучения не превосходит нескольких ватт, чего явно недостаточно, чтобы испарить несколько грамм стекла.
   - Вы хотите сказать, что на каждый полученный ватт энергии, кристалл вернул два в виде электричества?
   - Ну... не два, больше. Мы тут прикинули на глазок... - произнес лаборант и глянул на своего коллегу.
   - Сколько? Каков коэффициент?
   - От восьмисот до тысячи...
   - И как вы это объясните? Масса кристалла изменилась?
   - Масса не изменилась... А что насчёт объяснения... Мы тут долго спорили и сошлись в итоге на том, что это некая версия Вечного двигателя второго рода. Не первого, конечно! Как бы странно всё это не выглядело, но мы не можем допустить даже мысли о том, что энергия возникает из ничего... Судя по всему, внешнее излучение запускает процесс преобразования в электричество некой энергии... недоступной нам. Что это может быть - мы не знаем. Энергия вакуума? Гравитационные волны? Сказать сложно, слишком уж мало было проведено экспериментов...
   - Хммм... Вся эта информация отображена в вашем докладе? - спросил он, задумчиво стуча пальцами по столу.
   - Да, конечно. - быстро подтвердили они.
   - Значит так. - произнес он, судя по всему, придя к какому-то решению. - Продолжайте эксперименты, с соблюдением всех предосторожностей, конечно же! О результатах докладывайте лично мне. Более - никому ни слова! Всех спрашивающих - переадресуйте на меня... И, да. Относительно первого контейнера, вы тут всё сделали правильно, и не могли предположить, что будет такой вот результат, а вот за второй контейнер я у вас из зарплаты вычту.
  
  4 августа 2037 года, США, Хьюстон, исследовательская лаборатория NASA. 20:15 (две недели спустя)
  
   - Вот и всё. Последний эксперимент в этой серии окончен. Как там показатели?
   - Полностью совпадают с предсказанными.
   - Отлично. Всё-таки мы молодцы!
   - Это да... Как думаешь, нобелевку нам дадут?
   - За что? За серию несложных экспериментов и подмеченную, очевидную, закономерность? Даже не факт, что в историю войдём... Скорее всего, как безымянные лаборанты при гениальном шефе, под чьим руководством и было совершено это открытие.
   - Эххх... Скорее всего так оно и будет. И хорошо если хоть небольшую премию кинут в зубы.
   - В любом случае - мы то знаем, что мы молодцы, и сделали важное дело. А это надо отметить!
   - Что?! Водка? Crazy Ivan! Как ты её сюда пронёс?!
   - Ну, во-первых не Иван, а Пётр, а во-вторых есть способы... - ответил он и сделал жест рукой, напоминающий ползущую змею. - Пить будешь?
   - А что делать? Буду. А то ты один всю эту бутылку выпьешь, и расколотишь тут всё оборудование...
   - А почему ты думаешь, что эта бутылка одна?
   - Ааа... ну нельзя же столько и без закуски...
   - Почему, "без закуски"? Вот, смотри...
  
  Прошло полтора часа.
  
   - Скажи, Абрахам, вот ты - коренной американец. Где же твой дух авантюризма? Дух первопроходцев, что прошли от восточного побережья до западного?
   - Эх, Пётр, Пётр... Моего авантюризма хватило лишь на то, чтобы взять ипотеку, и теперь всё, я связан по рукам и ногам.
   - Понимаю... Но, по крайней мере мы прикоснулись к такой тайне, что перевернёт весь мир!
   - Ну, это ты приеувеличивааешь! Язык заплетается... Мало иметь "вечный двигатель", надо ещё научиться их изготавливать! А мы к этому так и не приблизились! Мы даже толковой рентге..ги..ге..граммы не получили! Мы понятия не имеем, как устроена его кристаллическая решётка и как он работает! Откуда черпает энергию?
   - Не, ну согласись, что... ну даже пол года на..назад сам факт, что нечто подобное может существовать в действительности - перевернул бы всю физику! А мы не только установили этот факт, но и уже нашли некоторые закономерности!
   - В принципе, да... Мне самому в голову даже не приходило, что такое возможно...
   - Вот! И за это надо выпить!
   - Надо! По русскому обычаю, стоя?
   - Есть и другой обычай... Его надо обмыть... Как этот контейнер открывается...
   - Что это ты делаешь? Как это, "обмыть"?!
   - Вот, смотри! Я бросаю кристалл в стакан с водкой и теперь мы по очереди выпьем из этого стакана...
   - Смотри, смотри! Булькает!
   - О! Как интересно... Наверно, падающего света сватает на выработку небольшого напряжения... Ну, значит, будем считать это шампанским!
   - Давай, попробую... Кто ещё мог бы похвастаться таким безумством... Пить водку с кристаллом, доставленным с другой планеты... - Абрахам отхлебнул и удивлённо поморщился.
   - Что такое? - удивился Пётр. - Какой-то привкус появился?
   - Это просто вода...
  
  5 августа 2037 года, США, Хьюстон, кабинет начальника исследовательской лаборатории.
  
   - Не, ну вы двое точно решили свести меня в могилу! Ваше увольнение - фактически уже решённый вопрос. Я хочу только одного, понять... неужели оно того стоило?!
   - Стоило! - воскликнул Абрахам и покачнулся. - Ни о чём не жалею!
   - Ну а вы Пётр?
   - Соглашусь с коллегой, но хочется немного дополнить, чтобы была понятна его экспрессия. Вчера мы завершили длительную и утомительную серию экспериментов, подтвердившую нашу теорию и расчёты. Вот и решили немного расслабиться... Рабочий день, кстати, на тот момент уже давно закончился!
   - "Немного расслабится"?! Три бутылки водки на двоих! Это немного?
   - Ну как видите, мы оба живы и стоим на ногах. - ответил Пётр и покосился на коллегу.
   - Ладно, допустим, у всех нас свои представления о допустимых нормах. Что за теория?
   - Мы выяснили, что кристалл выдаёт электрическую энергию в ответ на направленное на него излучение и всегда больше, чем получает. Но насколько больше? Как оказалось, соотношение между полученным и отданным напрямую зависит от частоты электромагнитного излучения. Наиболее сильный эффект у рентгеновского излучения, с чего мы и начали, гораздо более скромный у видимого света, но всё равно, даже в таком случае кристалл выдаёт в несколько раз больше энергии, чем получает. В общем, мы вывели формулу по которой можно высчитать коэффициент преобразования в зависимости от частоты.
   - Ну, всё это конечно хорошо и очень интересно. Но, поскольку, изготавливать эти кристаллы мы пока не можем, равно как и добывать их на Церере в промышленных масштабах, то ценность этого исследования не слишком велика. Хотя, физикам-теоретикам будет о чём поломать голову.
   - Небольшая поправка, раньше не могли производить, теперь можем.
   - Что? - воскликнул начальник лаборатории, и привстал со стула.
   - Вчера, во время экспериментов с этиловым спиртом, мы с коллегой открыли способ производства этих кристаллов. Попутно надышались паров и получили токсическое поражение внутренних органов! Пострадали за Науку!
   - И в чём заключается этот способ? - заинтересовался директор.
   - Видите ли... Из-за того, что нас неправильно поняли, и приняли научный эксперимент за "пьянку на рабочем месте"... Боюсь, мы с коллегой, не сможем вспомнить, в чём заключался этот метод.
   - Я вас услышал... - произнес он и задумался. - А какие у меня есть основания вам доверять?
   - Размеры и масса кристаллов были изначально строго задокументированы. - ответил Пётр. - В ходе нашего вчерашнего эксперимента, масса кристалла выросла примерно на полграмма, а длина на полтора миллиметра, что открывает возможность по их выращиванию, причём, в относительно не сложных условиях. Но для того, чтобы уточнить эти условия, подобрать оптимальные, необходимы дальнейшие эксперименты.
   - Вы же понимаете, что мне потребуется проверить это утверждение? - произнес начальник лаборатории. - Иначе, если я вас прикрою и приму эту абсурдную версию с экспериментами над этиловым спиртом, а потом окажется, что всё это не имеет под собой ни каких оснований, то моей репутации будет нанесён ущерб.
   - Разумеется. - согласился Пётр. - Тем более, что мой коллега в данный момент не способен приступить к работе, да и мне лучше сегодня отлежаться, да минералочки попить.
   - Хорошо, сегодня ваши слова проверят, и во второй половине дня я позвоню и озвучу своё окончательное решение.
  
  8 сентября 2037 года, США, Хьюстон, исследовательская лаборатория NASA. (прошел месяц)
  
   - Смотри, какой здоровый вымахал! Почти десять сантиметров, а был ведь всего с ноготок!
   - Да, да! Растёт прямо на глазах!
   - А всего делов-то оказалось - опустить в раствор содержащий необходимые ему химические элементы и осветить лампой. Вон, тогда из водки весь спирт выжрал за десять секунд. Кислород с водородом ему оказались не нужны, а вот углерод слопал...
   - Ты так говоришь, словно он живой.
   - Честно говоря, даже не знаю. Можно, конечно, бросить кристалл поваренной соли в перенасыщенный раствор того же самого хлорида натрия и этот кристалл начнёт расти, но тут... Он же расщепил молекулы спирта! А это, по сути, признак метаболизма!
   - А даже и так, то что в данный момент это меняет? Люди же выращивают ту же картошку на фермах, чтобы было что покушать? Будут выращивать и эти кристаллы ради дармовой энергии. А живые они или нет... пусть потом учёные разбираются. Ну не захватят же они Землю!
   - Да, сложно представить... Хотя, последствия, однозначно, будут глобальными...
   - Ты представь, Пётр, мобильники не требующие зарядки! Электромобили не только не будут требовать электричества, но и станут вдвое легче из-за того, что избавятся от тяжеленных батарей! Да что там, электромобили, можно будет сделать квадрокоптеры, способные по воздуху перевозить людей на тысячи километров!
   - Ага... а так же оснастить их лазерным оружием... Бронированные, летающие, швыряющие высокотемпературную плазму разносчики демократии...
   - Ты так говоришь, как-будто это что-то плохое! Действительно, я не подумал... Обладание такой технологией даст нашей стране решающее преимущество. Человечество, объединённое под единой властью - это же давняя мечта! Прекратятся все войны!
   - Ага... "a na kadbishe vse spokoynenko, vse kulturnenko-blagorodnenko..." Ладно, в конечном счёте - это не нашего ума дело. Нам надо разобраться, как лучше всего их выращивать.
   - Именно. Какой вариант предложим в отчёте?
   - В принципе, я думаю, можно упомянуть оба. В коктейле из трёх десятков реактивов, под мягким рентгеном, такой кристалл можно вырастить всего за пару дней. Ну а в морской воде, в которой и так содержится практически вся таблица Менделеева, под ультрафиолетовой лампой процесс займёт уже неделю. Ощутимо дольше, но зато этот метод куда доступнее.
   - Да, качай себе воду из океана, свети на кристаллы лампой. А можно и на кораблях, в открытом море растить.
   - С кораблями, хороший вариант... Плывет себе рыболовецкая шхуна, а под ней, на тросе, мешок с кристаллами и лампа, что их освещает...
   - Ну и фантазия у тебя, Пётр! Это же совсем кустарщина! Мне как-то сложно себе это представить... Это как наработка оружейного плутония у себя в подвале!
   - Мало ли, как оно всё сложится, Абрахам. Кто знает? Ладно, вернёмся к работе. Как, пробуем разбить его пополам? Надо же выяснить, будут ли части кристалла продолжать расти, да и вообще, обладать теми же самыми свойствами?
   - Ага... А то иначе мы просто нашли способ сделать из трёх маленьких кристаллов, три больших.
  
   Разделить образец ровно пополам у них не вышло. Уж больно твёрдым и одновременно хрупким он был. Словно стекло под молотком, кристалл разлетелся на четыре крупных и множество мелких осколков. Пользуясь тем, что Абрахам отвернулся, Пётр незаметно взял один, миллиметра два длинной, и положил в карман халата.
  
   - Ну, давай всю эту россыпь теперь бросим в наш коктейль!
   - Лучше одну только мелочь, на ней рост будет лучше виден.
   - И то верно!
  
  Четыре часа спустя.
  
   - Вот и всё. Нефть, уголь, ветряки, солнечные и гидроэлектростанции, даже атомные станции - все они безвозвратно устарели и стали частью истории...
   - Термоядерные станции так и не достроили. Вот обидно будет тем, кто работал над ними...
   - Кому они теперь нужны? Разве что для научных экспериментов.
   - Слушай, Абрахам, доложишь завтра за нас двоих? - произнес Пётр и, поморщившись, прижал ладонь к правому боку. - Что-то я не хорошо себя чувствую.
   - Что? Печень? - сочувственно произнес он. - Говорил же тебе - надо завязывать!
   - Болит так, словно её орёл клюёт... - ответил он, и скривился. - И, к слову, я не просто бухал, а лечил душевные раны! Схожу завтра с утра к врачу.
   - Ладно, я тебя прикрою. В любом случае, наша работа тут сделана и в историю мы уже вошли.
  
   На следующий день, в пятницу, Абрахаму так и не удалось дозвониться до своего товарища. В итоге, решив не беспокоить того до понедельника, он переключился на свои дела.
  
  12 сентября 2037 года, США, Хьюстон, исследовательская лаборатория NASA.
  
   К удивлению Абрахама, дверь в лабораторию охраняли два вооруженных ФБР'овца, что вежливо, но крайне настойчиво порекомендовали ему пройти в кабинет его начальника. Подчинившись приказу, он направился туда, отмечая по пути обилие людей с оружием и нездоровую суету.
   В кабинете руководителя лаборатории, помимо его самого, так же присутствовало пять человек, что деловито изымали из архива документацию, и паковали компьютерную технику.
  
   - Сэр,что-то произошло? - удивлённо спросил Абрахам.
   - Да, в виду очевидной важности данного проекта для государственной безопасности, информацию по нему и все материалы у нас изымают, чтобы продолжить исследования в более... контролируемых условиях, с соблюдением всех необходимых мер безопасности и секретности.
   - А как же мы?
   - Вы дадите подписку о неразглашении и будете работать дальше, но уже над другими задачами.
   - А, кстати, где ваш коллега? - поинтересовался у Абрахама один из присутствующих в кабинете сотрудников в штатском. - Пётр, если не ошибаюсь.
   - В четверг вечером ему стало плохо, печень прихватило, и он отправился к врачу. - ответил тот растерянно. - Сказал ещё так странно, мол, больно, будто орёл клюёт...
   - Что?! - воскликнул тот. - И вы ничего не поняли?!
  
   Достав телефон, он принялся нервно листать список контактов. Найдя нужный, он, еле дождавшись ответа, принялся говорить.
  
   - Быстро пробей мне местоположение Петра Розенберга! Да, сотрудника лаборатории NASA. Да, именно по этому делу. Я подожду... Телефон находится по адресу проживания? Хорошо... Пробей, на всякий случай, по базам пограничного контроля. Да, я подожду, подожду... Что? - прошептал он, меняясь в лице, - как это 'покинул страну'...
  
  1 сентября 2039 года, Южная Корея, Сеул. (два года спустя)
  
   - Аджосси, вы не заняты? - спросила секретарша, заглядывая в кабинет своего босса.
   - Я всегда занят, Агасси. - ответил тот, отвлекаясь от экрана монитора. - В чём дело?
   - К вам тут директор компании, из Шэньчжэня, что производит аккумуляторы для нашей электроники.
   - Что? Он в городе?
   - Насколько я поняла, он срочно прилетел в страну, для встречи с вами, по какому-то, крайне важному вопросу.
   - Не мог позвонить?
   - Насколько я могу судить, тема разговора не только важна, но и крайне конфиденциальна.
   - Хм... Хорошо, пригласи его в мой кабинет.
  
   - Приветствую, Сонбэ, что за спешка? - обратился он, к вошедшему в кабинет пожилому китайцу. - Вы скверно выглядите.
   - Привет, привет. - произнес тот устало, и рухнул в кресло, положив на колени небольшой дипломат. - Ручаюсь, после того, как я открою этот кейс, ты тоже три дня спать не будешь, а это, знаешь ли, не добавляет ни красоты ни здоровья.
   - Что там? - заинтересованно спросил он, дождавшись, пока секретарша покинет кабинет.
   - Два дня назад, я получил ЭТО по почте. Не сам, понятное дело... К счастью, мне удалось локализовать возможную утечку информации и все, кто видел ЭТО, сидят сейчас в запертые в подвале, и я всерьез рассматриваю вариант, при котором, если понадобится, они уже никогда из этого подвала не выйдут.
   - Всё так серьезно? - произнес тот удивленно.
   - Серьезнее некуда. - ответил он. - Слишком уж многое стоит на кону. То, что тут находится, в ближайшие месяцы, ну или, быть может, пару лет, перевернёт весь мир, и нам надо решить, как лучше поступить. Оседлать эту волну, прежде, чем она нас смоет или попытаться как-то защититься от неё. Смотри.
  
   Набрав код, он раскрыл кейс и достал из него лампочку. Горящую лампочку, вкрученную в обычный патрон, но без идущего от него провода.
  
   - Что за фокус?! - воскликнул хозяин кабинета.
   - Ага... я тоже так сначала подумал. - ответил его гость. - Вот только горит эта лампочка уже третий день. По крайней мере, я вижу как она горит третий день, так-то, скорее всего, куда дольше. Согласно письму того, кто её мне прислал, светить она будет, пока не перегорит.
   - Какая-то особая лампа?
   - Совершенно архаичная лампа, как видишь, потребляет уйму энергии. Видимо, именно по этому отправитель её и использовал. Для наглядности. Вон, такая горячая, что хоть дом отапливай... Будь она светодиодной, то источник энергии для неё можно было упрятать в этом патроне, но для стоваттной лампы накаливания...
   - Сверхкомпактный аккумулятор? - предположил кореец.
   - Возможно, но согласно приложенному к данной посылке письму, внутри этого патрона - неограниченный источник энергии. Что примечательно, технология масштабируема. Ей по силам питать не одни только лампочки! Можно изготовить батареи, что будут бесконечно снабжать электроэнергией как мобильные телефоны с ноутбуками, так и электромобили, поезда, большие заводы, дома, целые города!
   - Фантастика...
   - Скорее сказка, страшная сказка. В первую очередь для моего бизнеса!
   - Он хочет продать нам эту технологию?
   - Он её нам дарит! В письме подробно расписано как всё это работает, и как можно наладить производство. При минимальных вложениях, мы сможем продавать вечные аккумуляторы для смартфонов уже через три - четыре месяца!
   - Так в чём подвох? Зачем ему это?
   - Он открыто предупреждает, что отправил аналогичные посылки нескольким сотням заинтересованных лиц. Его цель - максимально широко распространить технологию, чтобы она не стала единоличной собственностью какого-то одного государства или компании.
   - Ишь ты... Идейный. Прямо-таки Прометей, принёс людям огонь... И ведь правильно всё рассчитал. Если мы не ухватимся за это шанс и попытаемся замять эту историю, то через полгода наши конкуренты выпустят продукт, что моментально вытеснит нас с рынка. Даже если Корея, с Китаем вместе полностью откажутся от этой технологии, запретят её, то довольно быстро окажутся в крайне невыгодном положении перед теми странами, что с радостью ухватятся за такой подарок с неба.
   - Как бы этот дар не стал проклятьем...
   - Станет, разумеется станет... Представляешь, какой у него военный потенциал? Обладай им единолично какая-то одна страна, вроде наших заокеанских или северных партнеров, то они бы не удержались от соблазна пройтись по планете огнём и мечом. А так... Паритет более-менее сохраняется. Разумеется, без локальных конфликтов не обойдётся. Сильные сожрут слабых, в общем, как обычно... Землю тряхнет сильно, но люди ко всему привыкают. Правители между собой договорятся, реорганизуют энергетику, после чего наступит Золотой век изобилия и процветания, я уверен!
  
  
  Глава 2.
  
  17 сентября 2197 г., Конфедерация Крепостей России. (прошло 158 лет)
  
   В этом году зима наступила раньше обычного. В прошлые годы, редко когда раньше первых чисел октября здесь, в подмосковье, случались первые ночные заморозки, а теперь, вон - днём на сухой траве справа и слева от трассы лежал иней. Грязь, уже окончательно промерзшая, громко хрустела под колёсами, когда машины съезжали с асфальта, и преодолевали разрушенные участки старой дороги.
   Тихо урча электродвигателями, большие грузовые автомобили, сверху до низу укрытые бронёй из склёпанных вместе листов стали, неторопливо, со скоростью бегущего человека, двигались по своему маршруту.
   Разумеется, они вполне могли увеличить скорость вдвое, даже втрое, но уж больно сильно твари любили делать засады с подкопом, влетать в которые на полной скорости не было никакого желания. Да и расход энергии возрастал многократно.
   Из двадцати двух машин, девятнадцать перевозили грузы, и только три - пассажиров. Не так много было желающих покинуть относительно безопасные стены городов-крепостей и отправиться в путь. Лишь крайняя необходимость могла выгнать человека в открытое поле. Уж больно не спокойные это были места. Рязань, Тула, Калуга, сами по себе - скверное соседство, что же тогда говорить про Московское логово, до которого было всего-навсего сто километров?
   Едва ли не каждую неделю, полчища нечисти штурмовали стены здешних городов, и каждый год, в одном только этом районе, три - пять караванов, на подобии этого, не доходили до своего пункта назначения.
   Дай волю, люди бы ни за что, не покидали свои крепости, но увы, ни один член конфедерации, сам по себе, не мог обеспечить себя всем необходимым.
   Пищу для себя, за малым исключением, выращивали все. Некоторые, правда, вместо картофеля или зерновых растили лён, ткани из которого потом обменивали у других городов на излишки продовольствия, но готовых пойти на такой риск было не много.
   Чаще всего, города специализировались на нескольких относительно простых, или одном сложном виде продукции, вроде электродвигателей для транспорта, которые и обменивали посредством таких вот грузоперевозок на всё остальное, необходимое для жизни.
   Этот рейс, из Коломны в Можайск, расстояние между которыми немногим более двухсот километров, был рассчитан на три дня. И дело не только в черепашьей скорости передвижения, но и в том, что в остановочных пунктах, Серпухове и Обнинске, предстояло сгрузить часть товаров, взять новых пассажиров, взамен высадившихся, почту. Всё это требовало времени. Да и с наступлением темноты, дураков, готовых сунуться за стены не было.
   Как и всегда, торговый караван сопровождала охрана. В кузове первой и каждой третьей следующей машины, сидело по два человека. Вернее как, "сидело". Сидел и отдыхал от вахты только один из пары, второй же, привалившись к ящикам, стоял на холодном ветру, и, посматривая по сторонам, был готов в любой момент поднять тревогу.
   Именно этим, в данный момент и занимался Смирнов Павел Викторович, тридцати пяти лет от роду, что вместе с напарником, Васильевым Сергеем, ехал в кузове четвёртой машины.
   Павел напряженно оглядывался по сторонам. Редко какой рейс обходился без нападений, так что расслабляться не стоило. Тем более, мелкий снежок, что так не кстати, повалил с неба, сильно ограничил видимость, а твари охотно использовали любое преимущество, что могли получить, будь то особенности рельефа или погода.
   Отдельные снежинки застревали в волосах, выбивающихся из под шлема и короткой бородке. Благодаря теплому тулупу, мехом во внутрь, по крайней мере холод его не беспокоил. Поверх тулупа крепились стальные пластины, прикрывающие грудь, спину и частично живот. Ниже его защищала, одетая поверх одежды кольчужная юбка. Бедра и голени так же были прикрыты металлом. То тут, то там, на доспехах виднелись глубокие царапины и небольшие вмятины.
   На поясе, слева, висел тяжелый боевой молот с длинной рукоятью, а на ремне, переброшенном через плечо, блистая медными катушками - винтовка Гауса. Время от времени он её снимал, включал, проверяя всё ли в порядке, после чего снова возвращал за спину.
  
   - Заметил что-то? - спросил Сергей, поправив лежащую на коленях гауссовку.
   - Пока нет, но предчувствия нехорошие. - ответил Павел, оглядываясь по сторонам. - Чую, в ближайшие полчаса будут гости.
   - Что-то серьезное? - поинтересовался он, мгновенно переходя из расслабленного в собранное состояние.
   - Ты же знаешь, как это работает. Я чувствую лишь опасность, угрожающую непосредственно мне. - ответил тот и передернул плечами. - Вон, пару лет назад, твари порвали охрану первых двух машин, прежде, чем их накрыли выстрелами со следующих. Так я тогда вообще ничего заранее не почувствовал, поскольку ехал в конце, и лично мне тогда ничего не грозило, даже пострелять не пришлось. Так и тут, может одна какая сволочь бросится именно на наш автомобиль и придётся отбиваться, а может, поляжет половина каравана, а я просто отделаюсь лёгким испугом.
   - Ну ладно, принцип понятен. Сейчас то, что чувствуешь? Драка будет?
   - Похоже, пострелять придется. Но без серьезной опасности для моей жизни.
   - Ну, значит и мне можно особо не беспокоится. - пришел к выводу он. - Не возражаешь, если я народ предупрежу?
   - Млять... ну зачем... - ответил Павел недовольно скривившись. - Не нужна мне такая слава. Итак, думаю, нас поставили в начало колонны, поскольку тут самый опасный участок.
   - Быть может атака будет в хвост, и нас зацепит лишь краешком? А вот тех кто сзади, одних покалечат, а других на куски порвут?
   - Мне то с того какая печаль? Они такие же наёмники, как и я. Им за это платят. И взяли нас в охрану не по дружбе, а за способности и послужной список. Если они не справятся - то значит ошиблись с выбором профессии, а начальник охраны - с выбором наёмников. Я то тут при чём?
   - Что, настолько похер? - удивился Сергей.
   - Ну да. В городах, вон, и без того народу - не протолкнуться.
   - Эх... знал бы ты, насколько нас мало, Паша...
   - Ага, ты мне ещё расскажи про двенадцать миллиардов живших в "Золотой век", из которых три четверти умерли в один день, а девять из десяти выживших в тот день не пережили первого года! По мне, так людей и сейчас слишком много. Не представляю, как они тогда не поубивали друг друга...
   - С тобой всё ясно, - произнес он и махнул рукой, после чего достал из-за пазухи рацию и нажал на кнопку. - Мужики! Мне тут одна птичка насвистела, что нам в ближайший час стоит ждать гостей.
   - Пшшшш... Спасибо, Серёга. Как там "птичка", сильно нахохлилась? Сколько балов?
   - Пять - шесть из десяти, не больше, но это для четвёртой машины. В хвост может прилететь сильнее. Ну или, возможно, просто на малый патруль нарвёмся и всё.
   - Шшш.шшш... Принято. Мужики, просыпайтесь, расчехляйте говномёты!
   - Навёл панику, орнитолог. - буркнул, поёжившись, Павел. - А что если ничего не произойдёт?
   - Ну значит народ чуток помёрзнет, и всё. - ответил он, и, встав, присоединился к наблюдению. - Это лучше, чем если из-за не готовности к атаке, кому-то чуток голову оторвут. Это, в отличии от простуды, знаешь ли, не лечится.
   - Ладно, в конечном счёте, если они, вместо того, чтобы зевать и протирать глаза - сразу откроют огонь по врагам, то это и мне, то есть нам, полезно.
   - Вот! Ты начинаешь понимать! Люди должны помогать друг другу!
   - Ага! Мне такое говорят, когда хотят с меня что-то получить! После чего убирают этот лозунг в пыльный чулан до следующего раза.
   - Ммм... да... - протянул Сергей растеряно. - Подожди-ка... Что-то мне не нравится вон тот участок возле дороги... Среди травы проплешины...
  
   Стоило ему это сказать, как передняя машина резко остановилась, провалившись передними колесами в прорытую под тонким асфальтом траншею. Водители, отдать должное, среагировали моментально. Взревела сирена и начиная со второй, грузовики принялись выруливать через один то вправо, то влево, формируя компактное, боевое построение.
   По обеим сторонам от дороги земля словно взорвалась, во все стороны полетели комья подмёрзшей почвы, пучки травы, камни. Не успели они упасть вниз, как в сторону машин бросились твари.
   Более всего они напоминали пауков высотой около метра, с размахом лап около трёх. Вот только эти "пауки" были, словно бы, выточены из хрусталя, вернее, не "вытачены", а вырублены. Можно было подумать, что кто-то от огромного кристалла терпеливо и методично откалывал, отбивал кусок за куском, чтобы получить вот это угловатое, с направленными во все стороны острыми гранями нечто.
   Все его восемь лап оканчивались полуметровыми серповидными лезвиями, острыми и настолько твёрдыми, что, пускай и с некоторым усилием, но вполне могли пробить стальные пластины сантиметровой толщины, защищавшие борта грузовиков. Что уж говорить о доспехах... те были предназначены больше для защиты от подранков, сумевших прорваться к машинам, ну и для самоуспокоения, конечно же. А то уж очень не комфортно выходить с голым задом против такой мясорубки.
   Стоило появиться мишеням, как с машин мигом закашляли винтовки, посылая в тварей тяжеленные стальные пули, разогнанные до сверхзвуковой скорости электромагнитным полем. Попадая, такая пуля отбрасывала пауков немного назад, и оставляла на кристаллических панцирях белые щербины с бегущими во все стороны трещинами.
   Два - три попадания в одно место гарантированно пробивали панцирь, но ты попробуй попади! Выручал лишь массированный огонь из шестнадцати стволов, что сдерживал нападающих, и, рано или поздно, пробивал хрустальную броню.
   Проникая внутрь угловатых, словно битое стекло тел, стальная пуля, раз за разом отскакивала от внутренних стенок, перемалывая мягкое нутро в фарш.
   Из трещин в панцире на землю текла алая, словно бы человеческая кровь, разве что, более густая, с каждым мгновением становящаяся всё более и более вязкой. Секунд через пятнадцать - двадцать, после гибели паука, его кровь окончательно застывала, словно вода на морозе, и превращалась в россыпь алых кристаллов, размером от миллиметра до двенадцати - единственную и самую твёрдую валюту этого мира.
  
   * * *
  
   Сидя на ящике в кузове грузовика Павел обозревал окрестности, сжимая в руках винтовку. Пускай, чувство тревоги его и отпустило, порядок - есть порядок. Достаточно было половине тварей затаиться и выскочить чуть позже, когда люди вылезут из машин и разбредутся собирать трофеи...
   В ближнем бою, на открытой местности, даже против обычного "паука" человеку, сколько бы подготовленным он ни был, ничего не светило, кроме быстрой смерти. Несколько иной была ситуация, когда получивший несколько пуль монстр пытался взобраться на машину, или даже влезал в кузов. Вот тогда и пригождались доспехи с боевым молотом, которым, если умеючи, да ещё и на адреналине, вполне можно пробить панцирь там, куда уже до этого попала пуля. Впрочем, у этого молота было и другое применение.
  
   - Ну, сколько их там насчитали? - поинтересовался Павел у вернувшегося Сергея.
   - Тридцать восемь штук.
   - По две штуки на рыло. - быстро посчитал он.
   - На твоё бородатое рыло - три. - великодушно сообщил тот. - Начальник охраны высоко оценил своевременность твоего предупреждения.
   - Строго говоря, предупредил ты. - буркнул он.
   - Вот по-этому, ты со мной и поделишься добычей! - весело произнес Сергей, потирая замерзшие руки.
   - Не исключено. - проворчал он. - Ты же знаешь, папка суров, но справедлив!
   - Вот и посмотрим на твою справедливость, да и на щедрость заодно!
   - Про щедрость я ничего не говорил! - быстро произнес Павел. - Кстати, сколько себе берёт обоз?
   - По пять камней с тушки.
   - Терпимо...
   - Ну так и убыток у них не велик. - ответил Сергей. - Головную машину вытащили. Ты же знаешь, передний мост у неё подготовлен к таким сюрпризам, так что чинить там ничего не надо. Тварей к машинам мы не подпустили, по этому броня у них цела. Всего делов - потеря часа времени, да хлопоты по отрубанию лап, пока мы тут сверху за окрестностями приглядываем.
   - Они ещё с земли мелочуху собирают и по карманам прячут, даже отсюда видно...
   - Должны же быть и у них какие-то радости! Тебе жалко что ли? В конце-концов, они тоже рискуют жизнью, пусть в меньшей степени.
   - Жалко! Я бы тоже нашёл как потратить эти деньги! - возразил сердито Павел.
   - Как? Жене бы купил подарок? Еду для детей?
   - У меня, в кабаке, шлюхи голодные плачут! - ответил он ухмыльнувшись. - Серьёзно, Серёга, тебе не кажется, что меня уже поздновато жизни учить? Тут у каждого складывается по-своему, и каждый выбирает по себе.
   - И отвечает сам.
   - Не без этого. Я, просто, стараюсь отвечать только за себя. Ни дома, ни забот, ни обязательств. В конце концов, любой такой рейс может стать последним. Окажись тут вдобавок к этим "паукам" десяток "богомолов" и штуки три "носорога", то они бы живо нас превратили в кучу рубленного мяса вперемешку с железом. Однажды так оно всё и закончится, но пока я жив, я хочу получить от жизни побольше, и, насколько возможно, не брать на себя чужие проблемы.
   - Это твой выбор. Ты, по крайней мере осознаёшь что делаешь.
   - Ну да. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на увиливание и враньё, в том числе самому себе.
   - Это точно. - подтвердил Сергей. - Смотри, похоже отправляемся.
  
   Подъехав к куче паучьих тел машина приостановилась, и двое мужиков закинули к ним в кузов пять туш, похожих на ледяные глыбы, размером с мешок картошки. Сергей встал на вахту и принялся оглядывать окрестности, а Павел достал молот и принялся разделывать добычу. Это было целое искусство!
   Разумеется, можно было со всей дури расколошматить паучий панцирь, чтобы добраться до кристаллизовавшейся внутри тела крови. Собственно, именно так и поступали все новички. Вот только в таком случае всё содержимое этого "хрустального ларца" перемелется в красный песок, что тоже имеет свою цену и гильдия энергетиков примет его на вес для заправки батарей, что питают, к примеру, двигатели вот этого грузовика. Но куда ценнее цельные кристаллы, размером от сантиметра и более.
   Каждый камень - это тепло и свет для дома, жар - для приготовления пищи или плавки металла, топливо для двигателя, заряд для винтовки. Кровь их врагов - стала кровью, текущей по жилам их общества. Единственной валютой с непреходящей ценностью. Жаль, только, что в отличии от мифических молочно-белых кристаллов Золотого века, кроваво-красные имели ограниченный заряд энергии и не росли от воды и света.
   Вообще, Павел был склонен довольно скептически относиться к рассказам об Эпохе Процветания, в первую очередь из-за того, что по словам немногих оставшихся в живых стариков, невообразимое благополучие и достаток были основаны именно на этих "чудо-камнях", каждый из которых мог десятилетиями питать любой из этих грузовиков и не требовать замены. Притом, без особых хлопот из одного такого камня можно было сделать пять, десять, двадцать, и обеспечить тем самым, энергией весь этот обоз. Бред какой-то!
   Он знал, что для того, чтобы получить что-то, всегда нужно потрудиться. Даже если ты просто нашёл на земле кровавик, то за ним, как минимум, нужно нагнуться.
   Ему показывали старые энергоблоки, в сердце которых находился чёрный как уголь кристалл, ставший таким, по заверениям людей, в Судный день, вместе со всеми остальными "чудо-кристаллами" на Земле, но он считал, что тот, скорее всего, просто выработал свой ресурс.
   Отвлёкшись от мыслей о прошлом, Павел сконцентрировался на своей работе. Ему предстояло максимально аккуратно вскрыть панцирь паука, чтобы как можно больше камней остались целыми.
   Выверенными и осторожными ударами молота он расширял трещины, оставшиеся от попадания пуль, после чего, одев кольчужные перчатки, расшатывал и вынимал куски хрустального панциря, после чего швырял их за борт машины. С тремя своими пауками он разобрался примерно за час.
  
   - Ну, как успехи? - поинтересовался Сергей.
   - Грешно считать чужие деньги. - буркнул Павел.
   - Ну, что-то из это и мои, как ты сам говорил.
   - Да, вот тебе пяток кристаллов. - произнес он, протягивая их напарнику. - По мне так более чем щедрая плата за две фразы по рации.
   - И в самом деле! - обрадовался тот. - Сегодня прямо день чудес! Пожалуй, я не буду их тратить, а положу в кармашек и буду носить около сердца, в память о твоей щедрости!
   - Дело твоё. - проворчал он. - Как там, видать чего?
   - Да, уже подъезжаем к Серпухову. - ответил тот. - Своих я там вскрою.
  
  Глава 3.
  17 сентября 2197 г., Серпухов.
  
   По своему внешнему виду этот город не сильно отличался от всех других, виданных Павлом, а видывал он не один и не два десятка, правда все на территории Российской Конфедерации. Что творилось на других территориях - ему известно не было, но он не без оснований полагал, что там было примерно то же самое.
   Причиной такого единообразия были одинаковые условия, в которых оказались жители Земли, те из них, кто выжил, конечно же. А выжили в Судный день те, кто находился вне больших городов, городов с населением примерно от трёхсот тысяч жителей и более. А над всеми прочими, со слов очевидцев, кто был достаточно близко, чтобы что-то увидеть и достаточно далеко, чтобы остаться в живых, развёрзлось небо и пролился Ледяной дождь.
   В этом была определённая ирония. Наиболее ортодоксальные верующие, видя все те излишества, весь тот образ жизни людей Золотого века, с уверенностью ожидали Конца света - как закономерной и заслуженной кары для погрязшего в грехах человечества. Они заранее представляли себе это в виде "льющегося с неба огня и горящей серы", а по факту, получили нечто прямо противоположное.
   Небо потемнело, и из возникших словно бы из ниоткуда грязно-серых облаков на мегаполисы и областные центры пролились светло-бирюзовые струи ледяной жидкости, что соприкасаясь с поверхностью, мгновенно, то ли застывали, то ли замерзали. Уже через пару минут улицы, дома, машины, люди - всё было покрыто слоем стеклоподобной массы, а дождь всё лил и лил...
   Словно муха в янтаре - города застыли под хрустальным саркофагом, и уже через пару недель в них появились первые твари, которые быстро убедили ищущих поживы, что им тут делать нечего, а через четыре месяца, к осени, начались рейды в уцелевшие городки, где, к тому времени, начал вырисовываться некоторый порядок.
   Подробностей о том, как, какой ценой и какими средствами формировался этот новый порядок, ему было известно мало. Во многом, из-за давности лет, как ни как, уже почти семьдесят прошло, и, едва ли, кто из очевидцев до сих пор жив, а те, кто в своё время, так или иначе, услышали какие-то подробности - не спешили ими делиться, поскольку лучше прочих понимали чем чревата болтливость, ведущая к неодобрению имеющих власть.
   Первую атаку тварей выжившие, чьё число к тому времени сократилось ещё на треть, встретили стрельбой из окон домов. В виду отсутствия опыта, и по причине того, что оружие в основном было у "княжеской дружины", потери были чудовищные. Один "паук", пробравшись в окно, мог вырезать несколько десятков человек.
   Стало очевидно, что в условиях такой внешней угрозы необходимо пересмотреть как вопросы обороны, так и внутренние порядки. Тысяча отморозков с оружием ещё могут защитить себя, но ни как не остальное, пятидесятитысячное население города. А если раздать винтовки всем желающим, то, при нынешних порядках, они в первую очередь повернут их против существующей власти.
   В таких обстоятельствах, самопровозглашенные лидеры поселений были вынуждены идти на диалог с населением. Были написаны первые законы, определены права и обязанности. Чуть позже, когда было худо-бедно налажено сообщение с другими городами, люди начали "голосовать ногами", и в случае, когда в каком-то городе власти закручивали гайки слишком уж сильно - жители просто уезжали в соседний. Тут, как говорится, "нищему собраться - только подпоясаться".
   Таким образом, со временем, был достигнут относительный компромисс между жёсткостью и мягкостью. Впрочем, в каждом городе по-своему. В одних случаях это была явная монархия, конституционная, с советом представителей выбранных из народа. В других - та же монархия, но титулы и должности назывались несколько иначе: "глава города", "мэр", "комиссар", даже "президент". В третьих - пытались строить коммунизм, в четвёртых - демократию по древнегреческому образцу. Где-то даже, власть строилась по теократическим принципам, что, правда, не сильно меняло её сути.
   По этой причине, на текущий момент, государственным устройством на этой территории являлась конфедерация городов-крепостей, в каждой из которых был свой закон, свой суд и свои порядки. Тем не менее, на уровне властей шли какие-то переговоры между городами, заключались договора. Вероятно, о взаимопомощи, экономические, и быть может, военные союзы. Возможно что-то ещё, но Павел этого точно не знал, поскольку к такой информации допущен не был.
   Ядром каждого города становился район с максимальной этажностью домов, где можно было разместить всех людей на минимальной площади, чтобы оградить её как можно более короткой стеной. Ведь одно дело построить, и оборонять от нападающих стену длиной три километра, а другое дело - в тридцать!
   Стена, опоясывающая Серпухов, была построена из бетонных панелей, полученных при разборе старых построек, не вписавшихся в нынешнюю городскую черту.
   Это, кстати, тоже было общим правилом. Новым городом становился один из кварталов старого, а остальные дома за его пределами постепенно разбирались трофейными командами. Забиралось практически всё. Любой металл, кирпичи, бетонные плиты, всё что могло пригодиться.
   Крепость пожирала останки города, породившего её, и не имея возможности расти вширь - росла вверх, одновременно наращивая плотность расположения зданий. В результате, спустя десятилетия, каждое поселение напоминало, скорее, один большой дом, высотой в десять-пятнадцать этажей, опоясанный высокой стеной, чем, собственно, город.
   Но стена была не единственной его защитой. Каждые пятьдесят метров из неё выдавалась башенка, со стоящим на ней небольшим рельсотроном. Пусть и не большой, метра четыре длинной, но даже такой, на ближней дистанции, штука очень грозная.
   Может завалить крупную нечисть с первого же попадания, или пробить навылет бронированный грузовик, вроде того, на котором они ехали, или другую военную технику, но такого, вроде бы, еще не было. Вроде.
  
   Машины, одна за одной, въезжали в ворота. Сразу за ними начинался гостевой квартал. Ну, так это называлось. Правильнее было назвать это "гостевыми комнатами", ввиду того, что весь город представлял собой единую постройку. Миновав тамбур они въехали в большой гараж, высотой около шести, шириной ( и глубиной) около ста метров.
   Массивные колонны поддерживали потолок ангара и делили его на секции, в одну из которых и ехали сейчас грузовики. Там водители и торговцы займутся своими делами, а охранники-наёмники сразу поднимутся по металлическим лестницам, что вьются вокруг колонн, этажом выше. По крайней мере, именно это и собирался сделать Павел.
   Там, наверху, над гаражом, находилось всё то, что нужно "усталому путнику" - гостиницы, бары, магазины, бордели. От города к городу архитектура и оформление варьировались, но общий принцип соблюдался - парковка для транспорта - место для его обслуживания, место для ночлега, и то, где гости города могли потратить свои деньги.
   Квартал был полностью изолирован от остального города и никого из пришлых во внутренние помещения не пускали, кроме как под конвоем. Если у тебя, вдруг, были какие-то дела к конкретному жителю города, то его можно было вызвать в гостевую зону по внутренней связи, где и велись все дела.
   В какой бы город он не приехал, общий порядок везде был более-менее одинаковый, вне зависимости от местной специфики. Те же бордели существовали как при суверенных монархиях, так и при религиозных общинах. Все нуждались в товарообороте и притоке алых кристаллов. Те кто этого не понял - сгинули. Дарвин тут был бы счастлив.
   Для Павла, все эти кварталы в разных городах были, словно бы, осколками одного большого города, разбитого на части и разделённого переездами. Именно его он считал своим домом, в нём и жил уже восемнадцать лет, с тех пор как сбежал из под опёки своей матери.
   Та работала над выращиванием картофеля в помещениях города. Все эти ящики с землёй, "натуральные удобрения", специальные лампы, что изготавливают где-то на Урале, способные заменить растениям солнце. Муть, в общем. Особенно вот эти самые - "натуральные удобрения", их запах и внешний вид.
   Фии... Да ну эти воспоминания. Сколько лет прошло, а его всё так же воротит. Прочь эти мысли, пора сконцентрироваться на чём-то более приятном. Серёга, вон, пусть со своей добычей ковыряется, а он в это время лучше внимательно изучит меню и карту бара.
  
   * * *
  
   Как бы ему не хотелось согреться и расслабиться, в первую очередь - дело. Не имея над собой строго начальника, приходилось быть самому себе тираном и деспотом. Городскую стражу снаряжает и тренирует её начальство, а наёмники вынуждены заботиться о своём снаряжении и физическом состоянии самостоятельно. Выше заработок, но и больше спрос.
   Оно и правильно. Ты ведь не станешь рассказывать несущейся на машину твари о том, что тебя трясёт с похмелья, энергоблок винтовки выработал свой ресурс, а пули ты забыл купить по рассеянности? И ладно бы, тот же "паук" или "богомол" просто выпотрошил разгильдяя, так ведь и напарнику достанется, а потом и машине.
   Так что и наёмники придирчиво присматривались к тем, кто будет прикрывать их спину, да и наниматели были весьма разборчивы. Репутация играла огромную роль. После нескольких косяков, пусть даже и не фатальных, тебя могли просто перестать брать в рейсы. И, прощай вольная жизнь, здравствуй городская стража! Да и то, если повезёт.
   Впрочем, порой наёмники сами уходили в городскую стражу. Чаще по возрасту, иногда, как говорится, по семейным обстоятельствам. Про таких, по традиции, шутливо говорили, что им в колено попала стрела, хотя ни кто не знал, откуда и почему возник такой обычай. При чём тут колено? При чём какие-то стрелы? Павел не понимал.
   К оружейнику уже выстроилась небольшая очередь. Как ни как, не одному ему сегодня довелось пострелять. Заняв место, он сбегал к представителю гильдии энергетиков, где так же занял место в очереди на сдачу красного песка, добытого из пауков. Постояв там для приличия (а на самом деле, чтобы запомнили) минут десять, он убежал обратно, и встал обратно в очередь к оружейнику.
   Как оказалось, всё тянулось так долго из-за того, что Сидорович, как звали местного мастера, рекламировал всем наёмникам новый вид боеприпасов. Особенность винтовки Гауса в том, что пуля в ней разгоняется электромагнитным полем, что имеет массу преимуществ перед старинным огнестрельным оружием. Нет гильз и пороха, нет пороховых газов, что в первую очередь производят шум при стрельбе, и вспышкой демаскируют стрелка. Вместо них - медные катушки, что разгоняют в стволе одну только стальную пулю.
   Индукционные печи позволяют переплавлять в пули любой металлолом (у Павла в закромах была одна такая, маленькая, работающая от одного кристалла) так что особых сложностей в изготовлении боеприпасов не было. И, казалось бы, что тут ещё можно придумать? Тем не менее, тут, в Серпухове, додумались закалять пули, делая их твёрже, что должно было повысить их проникающую способность.
   Павел подумал, и взял сорок штук на пробу, решив сначала пострелять ими по мишеням, а потом, если они окажутся, по крайней мере, не хуже, стандартных пуль, снарядить ими магазин, через одну с обычными. И там уже бой покажет на что они способны.
   Рассчитавшись с Сидоровичем он побежал в приёмку кристаллов, где, как раз, подошла его очередь.
   Ёмкость застывшей крови не зависела от размеров отдельного кристалла и зависела, в общем то, от одной только массы. Другое дело, что с мелкими кристалликами, чуть крупнее обычного песка работать было значительно сложнее, чем с большими. Крупные, сантиметровые, Павел и сам мог заменить в энергоячейке, взамен ставшего бесцветным кристалла, исчерпавшего свой ресурс.
   Куда сложнее было с мелкими фракциями. Каждую песчинку нужно было поместить в предназначенное для неё место. Ему доводилось, любопытства ради, разбирать отработанные батареи. Совершенно непонятно, как они ставили миниатюрные кристаллики, сотнями, каждый в своё крепление... Для этого был нужен либо какой-то хитрый способ, либо, ловкие руки и уйма свободного времени, вместе с терпением. Павел подозревал, что тут задействовали детей, мол, пускай тоже пользу приносят, но, наверняка, он не знал.
   Как обычно, песок у него приняли по курсу один к трём, к стандартным кристаллам, а среднюю фракцию - один к двум. Разделение энергетик произвёл на сите. То что осталось на нём - средняя фракция, то что прошло сквозь - мелкая.
   Довольно пересчитав свои прибыли за этот день, Павел, пока не забыл, спустился вниз, и, найдя начальника обоза, вручил ему пятнадцать камней налога, за трёх пауков. Поднимаясь обратно по лестнице он размышлял о том, что за небольшие пострелушки заработал достаточно, чтобы прожить тут, в своё удовольствие не меньше месяца.
  
   За эту сумму, какой-нибудь работяга должен целыми сутками горбатиться две-три недели, а он просто прокатился в кузове и немного пострелял. Казалось бы, не справедливо как-то, но с другой стороны, при таких нападениях на торговые караваны, достаточно часто тварям удавалось добежать до машин, и даже запрыгнуть на них. Особенно этим славились "богомолы", что, размахивая своими передними лапами, похожими на косы, легко могли запрыгнуть на машину с расстояния в десять метров.
   При таких раскладах, желающих подставить своё нежное мясо под хрустальные ножи было не очень много. От того, и оплачивался их труд и риск вполне достойно, опять же, ещё и трофеи. С поля боя они брали не просто валюту, новое золото, которым расплачивались в магазинах и барах, нет, они брали и привозили в города тепло, свет, энергию для автомобилей и прочих механизмов, наполняли города жизнью. Так что, их миссия более чем благородна...
   В принципе, они - один из трёх источников по снабжению городов-крепостей, столь нужной им энергией. Вторым являются трофеи, оставшиеся после нападения тварей на стены поселений, тут, кстати, кое-что перепадает стражникам в виде премии. Ну а третий источник - это "охотники" - отморозки безбашенные. Кем надо быть, чтобы самим искать тварей? Соваться в окрестности бывших мегаполисов?
   И, вроде бы, естественный отбор давно должен был поставить точку в этом вопросе, но нет, всё никак не переведутся, дурни. С другой стороны, может это, своего рода выбраковка? Пусть уж лучше такие наводят шороху за пределами городов и дохнут там, чем в самих городах? В любом случае, век охотника не долог, если только в нём, внезапно, не проснется инстинкт самосохранения, и он не поймёт, что сложно собирать с земли свои собственные кишки, отрубленными руками.
  
   Разобравшись, наконец, с делами, довольно посвистывая, Павел направился в сторону, раздававшихся по этажу звуков. Концерт, судя по всему, ещё не начался, и музыканты пока просто настраивали инструменты, и, в качестве тренировки, проигрывали отдельные фрагменты композиций.
   Зайдя внутрь ресторана "Вольный стрелок", он сразу заметил на сцене, в углу, знакомые лица. Вот-те раз! Это же их пассажиры! В принципе, он мог бы догадаться. Помимо торговцев, среди людей не так много желающих покидать стены своего города, и отправляться куда-то.
   Отношение к музыкантам у него было противоречивым. С одной стороны он был очень даже не прочь перекусить и пропустить стаканчик-другой (третий, четвёртый) под приятное бренчание. А уж если у певца (а ещё лучше - певички) и голос хорош, то так вообще - вечер удался. Но, с другой стороны, он не понимал, что побуждает этих людей посвящать этому занятию свою жизнь, регулярно ею рискуя, между прочим! Хоть и не в той мере, что наёмники, конечно же, но тем не менее.
   Да, кое-что они зарабатывали, но и расходы у них были немалые. Переезды стоили хороших денег, а сколько пришлось отдать за инструменты и звукоусиливающую аппаратуру страшно было даже представить! Удивительно, что кто-то сейчас вообще занимался их производством. Едва ли это можно считать продукцией, необходимой для выживания.
   Несколько раз ему доводилось завести близкое знакомство с певичками. Пользуясь моментом, Павел пытался разузнать, в чём же смысл такой жизни. Ради чего всё это? Постоянные разъезды, риск? Он то, на всём этом, неплохо зарабатывал, а они? Неужели не смогли устроиться в жизни как-то иначе?
   Но, певички, стоило лишь задать этот вопрос, моментально менялись в лице, их взгляд становился пугающе - отрешённым, а речь, по мнению Павла, бессвязной. Какое, к чёрту, "служение Искусству"? Что за "долг перед человечеством"? Или, вот: "страсть самовыражения". Вы это о чём вообще?
   Смирившись с неспособностью понять данную публику, он пришёл к мнению, что тут, вероятно, какой-то особый диагноз, некое психическое расстройство, которым на протяжении всей истории страдает определённый процент людей. Тем не менее, это не мешало ему получать удовольствие от плодов их труда.
   Вон, и сейчас, затянули старые добрые хиты 20-х, 30-х годов двадцать первого века. Классика. Позже, ничего подобного уже сочинить не могли. Увы. А с наступлением "Золотого века", по какой-то причине что-то новенькое вообще перестало появляться. Причём касалось это не только музыки, но и фильмов, фасонов одежды, даже науки! Старые идеи доводили до ума, переделывали на новый лад - и всё. Зажрались, наверно.
   В детстве ему доводилось слушать старые записи, пока ещё не сломалась окончательно прежняя аппаратура, да книжки, бывало, почитывал. Так что был в курсе. Мать, к слову, будучи биологом-агрономом, утверждала, что у него есть способности к наукам и пыталась дать ему соответствующее образование. Но, сложилось иначе. Уж больно его манила свобода. По началу, как сбежал из дома, было не просто, но потом как-то втянулся, и теперь ему сложно представить, что его жизнь могла сложится иначе.
   После обеденного сухпая, свиной стейк и рагу из овощей казались особо вкусными. Вроде даже ощущались какие-то специи! Опять нашли где-то старый склад? Или кто-то, наконец, научился выращивать? В Судный день Азию, ввиду её многолюдности, накрыло особо плотно, а потом было как-то не до приправ. С голоду бы не помереть, а то, говорят, бывали прецеденты.
   Рядом с на скамейку шлёпнулся Серёга, и, подняв руку, дал знак официантке.
  
   - Давно играют? - спросил он, кивнув в сторону сцены.
   - Минут пятнадцать как начали. - ответил Павел. - Узнаёшь?
   - Эээ... А, ну да. Пассажиры наши.
   - Ага, - подтвердил тот. - Как пауков своих расковырял?
   - Грешно считать чужие деньги! - вернул от ему его же фразу и рассмеялся. - Нормально. Даже чуть лучше, чем обычно.
   - Это хорошо!
   - А вот что плохо, так это то, что завтрашний день нам предстоит провести тут. Всё-таки, падение в яму не прошло бесследно для передней машины. Что-то там треснуло и требует ремонта.
   - Это печально. - произнес Павел озадаченно. - Нам компенсируют простой?
   - За полставки. - ответил Сергей.
   - Ну, хоть так. - оживился тот. - Ненавижу такие... паузы посреди рейса. Одно дело, когда работа сделана, и можно с чистой совестью на недельку пуститься в загул, а другое дело когда вот так... Настроился на работу, а тебе говорят - сиди и жди!
   - Ну ты то найдёшь чем себя занять!
   - Это да... сейчас, вон, допью и выберу себе грелку на ночь.
  
   * * *
  
   - Слушай, как тебя...
   - Можешь звать меня Настей. - ответила лежащая рядом женщина.
   - Хм... ну ладно, "Настенька", - произнес он, поморщившись. - Скажи, а зачем тебе вот это? Неужели нет другой работы?
   - Наёмника пробило на философию? - спросила она с усмешкой.
   - Да, как-то Серпухов на меня так подействовал сегодня. - признался он. - Сначала, слушая музыку в очередной раз задумался о том, зачем им это.
   - Тот вариант, что им просто это нравится, ты не рассматриваешь?
   - Этого недостаточно. - отмахнулся он. - Вполне можно полоть грядки в теплицах, а вечерком играть в своё удовольствие. Я, было, пробовал расспрашивать, так там муть какая-то... Что-то идейное. Не понимаю.
   - И ты решил, что шлюху понять будет проще?
   - Ну, всё это как-то проще и ближе. - ответил он ухмыльнувшись, и положил ладонь ей на бедро.
   - Давай сыграем в эту игру, наёмник. - произнесла она с улыбкой. - Скажи, какова роль генетического полиморфизма в экологической пластичности популяции?
   - Да ты прикалываешься! - опешил Павел.
   - Я полностью серьёзна. - ответила она, и внимательно посмотрела ему в глаза. - Если ты не понимаешь таких вещей, то не поймёшь и остального. О чём тогда говорить?
   - Ты будешь смеяться, но понимаю. - буркнул он. - Генетический полиморфизм, или, иначе говоря, генетическое разнообразие, играет решающую роль в способности вида приспосабливаться к меняющимся условиям.
   - О! Ты меня поразил! - воскликнула она, и, чуть отпрянув, посмотрела на него другим взглядом. - Не ожидала, не ожидала... Откуда такие познания?
   - А ты думала... Я ж не просто так, а с образованием... Мать у меня - биолог.
   - Сам же пошёл в наёмники, да? - произнесла она. - Ну да ладно. По крайней мере не совсем дурак, раз дожил до таких лет отстреливая тварей... Я не зря упомянула генетическое разнообразие. Взгляни с этой точки зрения на нынешнюю ситуацию. Гибель девяносто восьми процентов популяции это уже чудовищный урон по генофонду человечества. А то, что выжившие попрятались за высокими стенами и бояться нос за них высунуть - только всё усугубляет. В маленьких городах и раньше семьи жили поколениями, "варились в одном котле", но тогда хоть какая-то движуха была. Кто-то уезжал на заработки в Москву, кто-то из деревень приезжал сюда. В "Золотой век" был небольшой отток людей из больших городов в провинцию. Но теперь... Каждый город практически полностью изолирован от других. В таких условиях уже через несколько поколений начнут проявляться признаки вырождения. Даже если нам удастся и дальше сдерживать тварей, мы просто сгниём за этими стенами.
   - И по этому... - начал было Павел. В его глазах мелькнуло понимание.
   - Да. Через нас, от таких вот бродяг, города получают свежую кровь. Ну и кровавики, конечно, - она рассмеялась своему каламбуру, - но это вторично. Помимо этого наш орден ведёт родословные всех жителей и согласовывает заключение браков. На будущее разрабатываются и иные программы, разной степени рискованности. Но пока, вроде как, всё ещё не слишком безнадёжно.
   - Раз уж вы используете нас как племенных быков, то выходит... - произнес он несколько неуверенно.
   - "Используете нас"! Ах ты мой бедненький! - произнесла она с иронией и погладила его по щеке. - Да, думаю, в каждом городе, где ты побывал за время своей наёмничей карьеры - есть твои дети.
   - Ммм.. дя...
   - Биологом ты не стал, но от биологии убежать не смог. - пошутила она. - Давай, ещё разок...
  
   Час спустя, Павел, уже почти засыпая, пытался уложить в голове свалившуюся на него информацию. Это оказалось не просто. Всё это задевало какие-то очень глубокие струнки в его душе, и было сложно рассуждать не предвзято.
   Чтобы отвлечься, он решил переключится на что-то ещё. Вот. Завтра будет свободный день. Надо будет себя чем-то занять...
   Его сердце кольнуло неясное, но очень не хорошее предчувствие.
  
  
  Глава 4.
  18 сентября 2197 г., Серпухов.
  
   Ресторан "Вольный стрелок" был стилизован под кузов грузовика. Столешница покоилась на стопке из узких, длинных ящиков, чуть полинявших, с налётом ржавчины на ручках для переноски. Скамья, на которой сидел Павел была выкрашена в тот же цвет, что и грузовые контейнеры. В оформлении стен чередовались крашенные доски и стальные плиты испещренные глубокими царапинами. Потолочные и настенные светильники были изготовлены из фрагментов панцирей тварей.
   Вероятно, предполагалось, что всё это должно пробуждать аппетит у посетителей. На его взгляд это было спорным решением, но вставать и идти в какой-нибудь другой, которых тут, в гостевом квартале, было аж целых три, ему было лень. В задумчивости он ковырял вилкой в тарелке, время от времени отправляя приглянувшиеся куски в рот.
  
   - Не помешаю? - спросил у Павла крупный мужчина, лет пятидести, усевшийся на скамейку напротив него.
   - А? - рассеяно переспросил он, - Нет, не помешаете.
   - Неужели не вкусно? - спросил гость.
   - Съедобно. - ответил он. - А вам то чего?
   - Да просто я шеф-повар данного заведения, - ответил тот, - оттого и интерес.
   - Ясно. Не "кулинарный шедевр", но есть можно.
   - Вот! - оживился мужчина, - Я, собственно, именно по этому и вопросу. Павел Викторович, если не ошибаюсь?
   - Не ошибаетесь. - проворчал он. - Но я, пока, что-то не улавливаю, какого чёрта вам надо? Проверяете, не отравился ли кто вашей стряпнёй?
   - Нет, нет, что вы! Такого у нас уже давно не было! - произнес тот с горячностью, - Я по другому вопросу, насчёт "кулинарного шедевра". Ко мне обратился мой коллега, из города. Он находится в несколько затруднительном положении... Дело в том, что завтра у одного... уважаемого человека День рождения, и мой коллега отвечает за организацию застолья. Как вы сами понимаете, по такому поводу стоит постараться и приготовить что-то особенное. Просто ради того, чтобы, образно говоря, самому не оказаться на столе. Вот только запас продуктов сейчас не блещет разнообразием и сделать из них достойное именинника блюдо будет крайне затруднительно.
   - Я понимаю затруднения вашего коллеги, - ответил Павел, - вот только, мне то что с того?
   - Две сотни. - произнес негромко повар, предварительно оглядевшись.
   - Звучит интересно... - произнес он, с трудом сохраняя равнодушный вид. - Но если вы решили подать на стол моё мясо, то этого, всё же, будет слишком мало.
   - Нет, конечно же! Нет! - от избытка чувств, мужчина принялся активно жестикулировать. - Дело в том, - произнес тот негромко, - от водителей вашего обоза мне стало известно, что в паре часов езды от города пасётся стадо оленей. Как вы сами знаете, по какой-то причине, твари их не трогают, так что за последние годы их расплодилось немало.
   - И что вы предлагаете? Сходить на охоту?! Прогуляться на свежем воздухе?
   - Ну, почему прогуляться... Съездить. - смутился он. - Вы же умеете водить машину?
   - Разумеется. Охранник должен уметь, в случае чего, подменить водителя.
   - Ну так вот, я, как бы организую машину, а вы съездите и добудете зверя. Достаточно будет одного, чтобы решить проблему моего коллеги, но, в принципе, если получится добыть нескольких, то они так же будут оплачены. В пятую часть цены, без такой наценки за срочность.
   - Вы же понимаете, что это безумие - отправляться одному на охоту за пределы города?
   - Потому то и плачу такие деньги! - возразил тот. - Вы, конечно, можете взять с собой одного или нескольких человек и разделить с ними награду...
   - Ээээ...
   - К тому же, я неспроста обратился именно к вам. В среде наёмников вы пользуетесь определённым авторитетом... Вам приписывают способность чувствовать тварей...
   - Млять... Да не тварей, а опасность. Причём только для себя. - буркнул он.
   - Вот! Ещё лучше! - обрадовался тот. - Ощутив опасность, вы всегда можете развернуться назад! Подумайте! Двести камней! Сколько рейсов вам надо сделать, чтобы их заработать? А тут - за полдня!
   - Ладно, допустим. - сдался он. - А где мне взять машину и как выехать из города?
   - Я тут уже всё подготовил. - суетливо произнес он и полез в карман. - Смотрите, это почти как настоящее распоряжение начальника транспортного цеха, об отправке дополнительной машины в помощь трофейной команде. Ну и договор найма на ваше имя, для этого задания. Мол, вы не только перегоните туда машину, это мог бы сделать и наш водитель, но и обеспечите безопасность работ, присмотрите, чтобы твари их не обижали.
   - "Почти как настоящие"? - с сомнением произнес Павел, разглядывая бумаги.
   - Ну, для того, чтобы взять машину и выехать из города этого хватит. - успокаивающе произнес мужик. - Стража то в курсе, что вы тут на день застряли, так что ничего странного, что вы решили потратить этот день с пользой и немного подработать. И едва ли кому из них придет в голову мысль, что у вас есть необходимые бланки навыки, чтобы изготовить подделку.
   - Хммм... - промычал он, всем своим видом выражая сомнение.
   - Тут нет никакой опасности! - заверил тот. - Более того, если бы вам грозило разоблачение в подлоге, вы бы ведь это почуяли?
   - Ну хорошо, допустим я выехал из ворот, что дальше?
   - Чтобы не вызвать лишних вопросов у стражи на стенах, езжайте в Старый город, но как только въедете в него, и скроетесь за домами, сразу же выруливайте на север, а потом на ту дорогу, по которой приехали. Там, километров через пятнадцать-двадцать и встретите оленей.
   - Ммм... Ну ладно, уговорил чёрт языкастый. - решил наконец он. Ощущение опасности было, но слабое и какое-то далёкое. - Когда я вернусь, кого мне спросить, чтобы добычу отдать?
   - А? Ой, дико извиняюсь! Я так и не представился? - смутился он. - Олег Павлович. Спросите у любого официанта, они меня позовут.
   - Ну, Олег Павлович, по рукам! Готовьте камешки! И, да, с вас ещё и обед.
  
   * * *
  
   Не, ну в самом деле! Есть какая-то магия в этих бумажках с подписями и печатями. Иногда кажется, что это волшебные свитки с записанными на них заклинаниями, способные творить настоящие чудеса! Взмахнул одним и перед тобой возник бронированный грузовик, взмахнул вторым и, вот, отворяются двери.
   Павел вёл машину, заметно нервничая. Дело было не сколько в предчувствии непосредственной опасности, прямо сейчас он ничего не чувствовал, сколько ощущение, что он вписался в совсем уж рискованную авантюру. Вскройся дело с подлогом документов... Пусть, не он лично их рисовал, но по ним он получил принадлежащий одной из служб города автомобиль, после чего использовал его в личных целях, рискуя крайне дорогой техникой.
   Чем ему это может грозить? Везде свои порядки, но распространяются они, в первую очередь, на граждан данного города. Если житель одного города совершит проступок в другом, то, в большинстве случаев, по официальным каналам будет передана информация в его родной город, где с него и взыщут по местным законам. Могут, конечно, оставить без наказания, но это подпортит отношения с соседями.
   Что касается наёмников... Тут несколько сложнее. Просто взять и подвергнуть суду - поссориться с гильдией. Для такого шага нужен уж очень веский повод. Но вот нажаловаться - это запросто, что скажется на его репутации. Да и доступ в Серпухов для него будет закрыт. В общем, неприятно конечно, но не критично. Хотя, разумеется, лучше обойтись без этого.
   Но зато, двести камней - это двести камней... Не то чтобы они были так уж очень ему нужны для покрытия текущих расходов. Нет, тут всё было в порядке. Но вот на приобретение чего-то ценного, редкого... Там нужны совсем другие суммы.
   Была у него одна мечта - гауссовка прежнего производства. Их иногда находили трофейные команды в оружейных сейфах. Там и внешний вид - обалдеть! А уж начинка... мощная электроника, а не современная кустарщина, совсем другие конденсаторы, множество тонких настроек под разные боеприпасы. В результате, по скорости пули и точности стрельбы такие винтовки превосходили нынешние минимум в два раза!
   Вот только в продаже они появлялись ой как не часто. А если и появлялись, то стоили баснословных денег. Вынь да положь мешок кристаллов... Пару раз он наталкивался на них в магазинах, и каждый раз у него не было нужной суммы. Обидно.
  
   * * *
  
   Тааак... Место, вроде как то. Понятно, что олени не привязанные и со вчерашнего вечера вполне могли уйти куда-то по своим оленьим делам. Но, с другой стороны, куда им спешить? Сухая трава, слегка подмороженная, но всё же, вроде как, пригодная в пищу.
   Приоткрыв дверь он огляделся. Интуиция - интуицией, но какие-то меры предосторожности необходимы? Так... тварей не видать. Выбравшись, он по лесенке забрался в кузов машины, а с него на крышу. Вот отсюда хороший обзор! Не то, что из салона, через лобовое стекло, прикрытое снаружи решёткой из толстых стальных прутьев.
   Ага! Вот они! И в самом деле, не далеко ушли. Вон, почти у горизонта виднеются силуэты. Травку щиплют. Хорошо. Жаль только, на машине к ним не подъедешь... А то было бы классно - подъехал, свистнул, они сами в кузов попрыгали... Не, придется ножками топать. Сколько до них? Километра три?
   Справа поле ограничивал небольшой лесок, куда Павел и загнал машину. Всё же, бросать её бесхозной на дороге - сомнительное решение. А то, в принципе, не исключён вариант, при котором проходящий мимо обоз, сначала избавится от него, а потом перегонит эту машину подальше и продаст.
   А что? Сам виноват. Незачем так подставляться. Каким же идиотом надо быть, чтобы выехать из города в одиночку? Нарвался бы на тварей, а они, мало того, что его самого прибьют, так ещё и ценную машину попортят! (По какой-то причине, уроды кристаллические не только людей убивали, но, отчего-то, ещё и технику кромсали.) Так что прибить дурака и спасти от его глупости ценную вещь - дело святое.
   Убедившись, что с дороги не видно ни грузовика, ни следов, которые он замёл веником из веток, Павел направился между деревьев, держась метрах в двадцати от опушки. Ему то и надо, подобраться метров на двести. Хотя, если получится ближе, то ещё лучше. Может выйдет и второго завалить, прежде чем они бросятся бежать. Там уже, поймать кого-то в прицел будет совсем не просто.
  
   Жёлто-красные листья тихонько шелестели над головой. Негромко щебетали птицы. Под ногами похрустывал иней. Павел пробирался через готовящийся встретить раннюю зиму лес, и шёпотом матерился. И нельзя сказать, чтобы совсем уж без причины.
   Первым и главным объектом для критики, что естественно, был он сам. Только сейчас он полностью осознал, в какую авантюру он влез. Выскочи сейчас из засады пара пауков - тут ему и конец. Интуиция, правда, пока лишь тихонечко ноет, намекая на грядущие неприятности, но прямо сейчас ему непосредственно ничего не угрожает.
   В конце концов, он делает это не ради того, чтобы проесть, пропить, протра.тить эти деньги! Нет! Всё это ради Мечты! С этими двумя сотнями у него будет, ну вот почти те пять, что последний раз стоила гауссовка Золотого века, когда он её видел в продаже!
   Второй причиной для недовольства был сам лес. Из кузова машины он видел все эти деревья... Думал, пройдёт между ними и всё. Ан нет! Кругом навалены ветки скрипу.чие, целые деревья, что повалило ветром, какие-то ямы, заполненные водой, покрытые поверху тоненькой корочкой льда, стоит на которую наступить, как твоя ноги мигом уходит по щиколотку в болотную жижу. Млять! Так и простудиться можно!
   По крайней мере он догадался оставить доспехи в машине. Смысл-то от них в этой ситуации? А вот тащить на себе лишние пятнадцать килограмм было бы совсем грустно. Хорошо что обратно можно будет пойти через поле, напрямую, особо не таясь, не перелезая постоянно через эти лом.аные палки!
  
   Путь через лес занял почти час. Время от времени Павел тихонечко, согнувшись и прячась за деревьями крался к опушке и смотрел - далеко ли ещё? Сволочи копытные искали что-то под ногами и флегматично двигали челюстями.
   Ему удалось подобраться достаточно близко для уверенного выстрела, и он подумывал, что, быть может, удастся подкрасться чуть ближе, но треснувшая под его ногами ветка заставила стадо встрепенуться, настороженно оглядываясь, и стало понятно, что подойти ближе уже не выйдет.
   Выждав минут пять, чтобы дичь успокоилась, он чуть высунулся из-за дерева и прицелился. Подумав, он выбрал самца, из-за роскошных рогов. Мало ли, получится вытребовать за них отдельные деньги? Ну или взять себе, как память об этом приключении. Хотя, едва ли он сможет кому-то о нём рассказать, так, чтобы не подставиться.
   Палец нажимает на кнопку и винтовка негромко, словно бы, чихает. Чуть громче, чем сломанная за несколько минут до этого ветка. И, ограничься всё лишь этим, то, возможно, олени бы даже не особо всполошились, но... летящая с огромной скоростью тяжелая пуля насквозь пробила грудь, взятого на прицел красавца.
   Брызги крови окропили стоящих за ним оленей и ещё один, сделав пару неверных шагов, рухнул на землю. Да! Двое одним выстрелом! Вторая, правда, самка. Без рогов и помельче, но тем не менее! День-то налаживается!
   Оставшиеся в живых, ожидаемо, бросились прочь. Павел был более чем доволен результатом первого выстрела, так что не счёл нужным пытаться подстрелить кого-то ещё. В благодушном настроении он наблюдал, как олени резво скачут по полю, как вдруг один из них споткнулся и упал на бок. Что такое?! То один, то другой, кубарем летели на землю, после чего неуверенно поднимались на ноги и, чуть хромая, уже не бежали, а шли дальше.
   Павел растерялся. Что это за падучая на них напала? Вглядевшись, он заметил, что у очередного оленя, прежде чем упасть, ноги провалились в землю, словно бы подмёрзшее поле внезапно превратилось в топкое болото.
   Позади бегущего, а вернее, уже идущего стада, земля зашевелилась, словно водная гладь, от внезапно подувшего ветра. Мягкая, перерытая земля расступилась и из нее приподнялись сверкающие, гранёные панцири.
   У Павла перехватило дыхание. Никогда раньше его не парализовало при виде опасности. Всегда, он сначала стрелял, а потом думал. Тут же, он застыл, словно статуя. Перед ним была не очередная засада, вроде той, на которую они нарвались вчера, нет, перед ним была армия, судя по площади ожившей земли.
   Более того, по переднему краю, из земли высунулись 'носороги' - здоровенные жуки, похожие на жуков-носорогов, каждый размером не многим менее его грузовика, с конструкцией на голове, больше напоминающей не сколько рог, сколько обращенное вперед лезвие топора.
   Таких тварей, насколько он слышал, чаще всего видели при попытках взять штурмом город. Мало что могло устоять перед таким живым тараном. И, судя по собравшейся орде, именно за этим они и пришли, и теперь просто спрятались и дожидаются ночи, чтобы напасть неожиданно.
   Блин, как же всё совпало! Стрелять бессмысленно, бежать тоже. Остаётся одно - ждать своей участи. Но, странное дело. Как бы его не скрутил страх, в нем не было той 'трясучки', того беспокойства, тревоги, что предвещало опасность для его жизни. Может обойдётся, а?
   И в самом деле. Похоже твари высунулись посмотреть, кто тут у них по головам топчется, и теперь снова ворочаются, прячутся под землю, не хотят быть обнаруженными раньше времени.
   Что же делать то? Похоже, что для него тут сейчас всё обойдётся. Вот только... Что с оленями делать? Раньше он планировал вернуться за грузовиком и подъехав по полю, закинуть трофей в кузов. Но сейчас, ехать сюда на машине - будет верхом наглости. Может тогда сразу попробовать задавить парочку тварей? Или, вот тоже... Зачем, вообще, терять время? Можно прямо сейчас просто пойти, и поссать на разрытую землю, прямо на голову жуку. Тоже самоубийство, но в этом есть, по крайней мере, какая-то эстетика!
   Как же жалко то! Бросить добычу? Хотя... Сохатого, он точно не утащит, а та, что помельче, похоже, молодая самка, выглядит более пригодной к транспортировке... Закинуть её на плечи, и пошли гулять, родимая...
   Выждав ещё минут десять, Павел осторожно направился к подстреленной дичи. Подойдя поближе, он удостоверился, что олень настолько большой, что он его не только не дотащит до машины, но даже, подгони он машину сюда, в кузов закинуть было бы проблематично... Килограмм двести с лишним, это не шутки. А вот дама - настоящая леди, изящная и воздушная. Меньше ста, может даже ближе к восьмидесяти кило. Такую ему вполне по силам отнести подальше от этого плохого места... туда где тепло, а воздух полон вкусных запахов. Как бы так взяться, чтобы в крови не сильно измазаться...
  
   Обратная дорога заняла вдвое больше времени. Это поначалу тащить было не так сложно, но чем дальше, тем сильнее накапливалась усталость и приходилось делать паузы. Последнюю четверть пути, он тащил свою добычу уже на одном только упрямстве. Ну не зря же всё это было! Не, ну на что только не пойдёшь ради Мечты!
   Забравшись в кабину Павел замер, и минут пятнадцать смотрел вперед невидящим взглядом. Придя в себя, он включил двигатель и направился обратно. Обошлось, вроде обошлось... Хотя, было близко. Чтобы он ещё хоть раз согласился на что-то подобное?!
  
   До города он добрался без приключений. Разве что, чуть не поехал сразу к воротам, но вовремя спохватился и сделал крюк через старый город, чтобы поддержать легенду перед городской стражей.
   На въезде в ангар его встретил Олег Павлович, чуть ли не приплясывая от нетерпения. Ну да, и в самом деле, дело заняло чуть больше времени, чем предполагалось. Повар, явно, принимает это дело очень близко к сердцу. Видать, он не просто посредник. То ли он сам и есть тот 'коллега', что попал в беду, то ли тот человек уж очень ему дорог. Не важно. Важно то, что дело сделано и ожидает оплаты.
   Запрыгнув в машину, заказчик, махнул рукой в дальний угол гаража, в сторону бокса с небольшой дверцей.
  
   - Ну как? Как дело прошло?! - спросил он, еле сдерживаясь.
   - Как сказать, одновременно хорошо и не очень. - честно признался Павел. - Начну с хорошего, олень в кузове, так что дело сделано.
   - Так это же замечательно! - воскликнул он с облегчением. - Что же тут может быть плохого? Стража же ничего не заподозрила? Машина в целости и сохранности вернулась в гараж. Причин задавать вопросы нет. До трофейных команд каждый день мотается уйма машин, так что тут никто особо и не смотрит, если внимания не привлекать. А что это у тебя на одежде? Кровь?
   - Ага... олени отстреливались, вот и зацепили слегка. - съязвил тот. - Я эту тушу полтора часа тащил на своём горбу до машины, чтобы не привлекать лишний раз внимания тварей, что окопались на том поле!
   - Что? - поразился он.
   - То! - с раздражением ответил Павел. - Перепуганное стадо бросилось топтаться по их головам, вот они и выглянули посмотреть, в чём дело. Их там целая армия! Несколько сотен! Одних 'носорогов' я видел более пятнадцати штук. Угадай, на что они нацелились?
   - Учитывая то, что им бежать до города полчаса - час? - тихо спросил он. - Похоже, ночка будет жаркая. Восемь лет назад было нечто подобное. Тогда в трёх местах им удалось проломить стены и бои шли уже в самом городе.
   - Вот, вот! Что делать то будем?
   - А что тут можно сделать? - несколько нервозно поинтересовался Олег Палыч. - Конечно, хорошо бы предупредить, вот только как ты обоснуешь эту информацию? Где, в старом городе ты видел армию тварей? Ах, не в городе? А где? Что ты там один делал? И как ты вообще выехал из города на служебной машине?
   - Ммм... дааа...
   - Вот, вот! Сейчас, что? Дело сделано, машина на месте, вопросов нет. А стоит начать поднимать панику - вопросы возникнут! - принялся убеждать он его. Что изменится, если ты или я начнём бегать и орать, мол твари рядом! А? Они же всё равно нападут! Или не нападут. Может они просто мимо решили пройти по своим непонятным делам? А вот лично тебе и лично мне будет задница! Тебе, если что, есть куда идти, а мне? Так что извиняй, но если начнётся разбирательство, то я буду вешать всё на тебя! Мол подговорил, убедил, запугал... А то иначе меня просто выставят на мороз, за ворота, и иди куда хочешь...
   - Понятно... - пробормотал Павел. - Но тут и в самом деле, скажи мы или нет, это мало на что повлияет. Стража и без того бдит. Твари и так, нападут или не нападут, если у них другие цели. А вот самим себе мы можем подгадить конкретно...
   - Вот! Ты всё правильно понимаешь!
   - В конце концов, в жизни каждый сам за себя, так что пусть остальные заботятся о себе самостоятельно. Нам свои проблемы приходится решать самим, пусть и они решают свои проблемы без нашей помощи.
   - Именно! - согласился он. - Давай, гляну, чего ты там притащил.
   - Ага. А я пока пересчитаю камушки...
  
   * * *
  
   Пообедать ему так и не удалось. Сначала он помогал Палычу поднять мешок с тушей на второй этаж, потом было необходимо переодеться и постирать одежду. Перепоручать кому-то это дело он не стал, дабы, опять же, не привлекать лишнее внимание.
   В ресторан он попал к ужину, и теперь, дождавшись своего заказа, ковырялся в нем вилкой. На душе было очень не спокойно, так, что даже еду приходилось запихивать в себя с усилием.
  
   - Здорово! - поприветствовал его Сергей. - Как тебе не запланированный выходной?
   - ... я этот выходной... - пробурчал Павел себе под нос, после чего ответил уже громче, - Бывало и лучше. Подработку себе нашел, за стены успел смотаться.
   - Ну, значит не скучал.
   - Это да... - согласился он, - Совсем не скучал! Млять...
   - Слушай, Паш, что это ты какой-то нервный? - обеспокоенно спросил тот.
   - Это не я такой, а жизнь такая... сука... - он попытался взять кусок мяса, но его руки так дрожали, что ему это всё никак не удавалось, и вилка, скрипя и дребезжа, в пустую царапала тарелку.
   - Подожди, а ты случаем не тварей чуешь? - спросил Сергей, собравшись.
   - Я же тебе говорил, что чую не тварей, а опасность! - чуть ли не заорал он.
   - Народ! - громко произнес тот, обращаясь к ужинающим в зале наёмникам. - Судя по всему, дело серьёзное. Вчера, на дороге, он и в половину не был таким нервным.
   - Похоже, будет штурм. - раздался чей-то голос.
   - Пошли, мужики, предупредим стражу. - предложил Сергей. - Если уж прямо в городе будет столь опасно, то им лучше знать об этом заранее.
  
   * * *
  
   Старший каравана не без труда, но тем не менее смог убедить городскую стражу в том, что 'нервничающий Павел' - примета верная. В результате, не ясно, правда, чья это была инициатива, но всех наёмников подрядили подежурить на стенах, окружающих гостевой квартал, и тем самым усилить стражу. Десять камней за ночь, плюс долю от трофеев, собранных под стенами их участка стены, если нападение всё же состоится.
   Нашлись, правда, остряки, заявившие, что обычно за ночь платят они, а не им, но в целом, возможность пострелять с высоких стен и заработать на этом, народ воспринял с энтузиазмом. В такой ситуации, возможности отказаться у Павла практически не было.
  
   Высота стены из трёх бетонных панелей составляла около девяти метров. Сами панели крепились к вбитым в землю столбам. С обратной стороны стены имелся и второй слой панелей, добавленный, вероятно, для придания стене хоть какой-нибудь, но дополнительной прочности, поскольку в этих панелях были оконные и дверные проёмы. Так же, со стороны города вдоль стены высились деревянные леса и подмостки, по которым, собственно, и ходили стражники.
   Разумеется, любая тварь вскроет эту стену своими клешнями минут за десять, а то и меньше, но кто ей это позволит? Для того на стенах и дежурит стража, вместо того, чтобы просто запереть ворота на крючок и пойти спать...
   С наступлением темноты ощутимо похолодало. Дыхание вырывалось из рта облаком пара. Градусов пять мороза, но для конца сентября всё же прохладно. Неподалёку, на башенке тихонько гудел рельсотрон, прожекторы ярким светом освещали пространство перед стеной где-то на полторы-две сотни метров. В воздухе зависло тревожное ожидание.
   На их участке стены на каждого человека приходилось как раз одна секция стены. Павел, словно зверь запертый в клетке, метался по своему отрезку, время от времени поглядывая за стену. Серёга стоял на соседнем участке, и время от времени сочувственно поглядывал на него.
   Всё началось внезапно. Из темноты на яркий свет, словно гигантские тараканы выскочили жуки-носороги. Их скорость поражала. Автомобилям, из-за возможных ловушек на дороге приходится ползти еле-еле, поскольку если ты на трассе влетишь на полном ходу в устроенную тварями ловушку, то, даже если переживёшь аварию и сможешь отбиться, то дальше тебе придётся идти пешком... Этим же, стесняться было нечего, более того, их задачей как раз и было достичь стены как можно быстрее, вот они и мчались во весь опор. Более того, время от времени они резко и непредсказуемо меняли направление движения, двигаясь ломанной линией. Следом за ними, словно лавина из битого стекла, мчалась армия нечисти.
   Каждый из рельсотронов, рявкнув, успел сделать не более двух - трёх выстрелов. Вспышка плазмы, и стальная болванка полуметровой длины отправляется в полёт. Попадания были... мчащиеся па полной скорости твари взрывались, словно брошенный с большой высоты на асфальт хрустальный графин. Но, чаще всего, снаряды бессильно вспахивали землю, оставляя трёхметровые кратеры.
   Раздались первый щелчки гауссовок. Не по носорогам, конечно же, по задним рядам пауков, богомолов и ещё каких-то тварей среднего и мелкого калибра что мчались вслед за живыми таранами, что на полной скорости устремились к стенам.
   Кажется, что всё это длилось долго, но на самом деле, с того момента, как первый жук выскочил из темноты, до того момента, как он оказался у стены прошло секунд пятнадцать. Словно парализованный, как тогда на поле, Павел, сжимая в руках винтовку смотрел, как на расстоянии двадцати метров носорог сменил направление и устремился прямо к нему.
   Время замерло. Звуки превратились в невнятный гул. Сергей смотрит на жука, взглядом мгновенно оценивает траекторию его движения, переводит взгляд на застывшего на месте Павла и бросается к нему.
   В один и тот же момент, Сергей врезается в Павла, отбрасывая его на несколько метров назад, и в это же самое время жук, своим рогом на полном ходу врезается в стену. Бетон ломается словно фанера, подобная топору морда-лезвие походя рубит арматуру, словно спички и проносится дальше, сквозь образовавшийся пролом.
   В клубах пыли вниз рушатся средняя и верхняя секция стены, деревянные леса, подмостки, Сергей... Через образовавшийся пролом в город хлынули твари.
  
  Глава 5.
  21 сентября 2197 г., Серпухов.
  
   По потолку ползла муха. Потолок был не ровный, облезлый. Было видно, что с него лет двадцать назад смыли всю побелку, а потом, кое-как побелили снова. Где-то мела оказалось больше, где-то меньше. Пятна, трещинки, немного паутины по углам. Там, в пыльных нитях, если присмотреться, то, наверняка, можно найти сухую шелуху от съеденных мух. Потолок гостиничного номера - это, прямо, маленькая экосистема. Свой маленький мир, где одни жрут других.
   Сколько, оказывается, можно узнать, просто внимательно разглядывая совершенно банальные вещи. Павел лежал на кровати и смотрел вверх. В голове было пусто и ничего не хотелось. Он просто лежал и смотрел.
  
   * * *
  
   На балконе гостевого квартала стоял мужчина лет пятидесяти пяти. Седые волосы были коротко стрижены, волевое, обветренное лицо гладко выбрито. Держась за перила он внимательно наблюдал за царящей внизу суетой. Посмотреть было на что.
   Пролом в стене с внешней стороны перегораживали пять бронированных грузовиков, на каждом из которых расположилось по четыре стрелка. Человек десять возились в самом проломе, расчищая его от обломков. Рядом, другая группа собирала ажурную металлоконструкцию, судя по всему - строительный кран.
   Ведущая на балкон дверь скрипнула, и оттуда появился мужчина лет тридцати.
   - Звали, Дмитрий Михайлович? - обратился он к старшему.
   - Да, Василий. - ответил тот. - Вчера подъехал ещё один караван и мне удалось договориться с их начальником охраны о том, что он передаст нашему обозу трёх человек взамен... тех, что мы потеряли. А это значит, что завтра мы отправляемся.
   - Как вы думаете, дорога безопасна?
   - А когда она была безопасна? - ответил риторическим вопросом начальник охраны обоза. - Но та армия, что штурмовала Серпухов, тут и полегла. Едва ли в окрестностях остались какие-либо крупные силы, иначе бы они тоже участвовали в том штурме. Если это можно так назвать...
   - А что не так, Дмитрий Михайлович? - заинтересовался он. - Им же удалось пробиться в город. Причём в четырёх местах!
   - Ну а толку то? Ну пробили стены, убили несколько человек, трое наших и шестнадцать стражников. И что дальше? Зачем всё это? Я пытаюсь понять их мотивы и цели.
   - Эээ... они же просто звери. - произнес он неуверенно. - Какие у них могут быть цели? Ну, убить нас всех, разве что.
   - Вот, вот. Убить. Как пища мы им не интересны. У них ведь даже пасти нет, чтобы есть. Лично я считаю их кем-то вроде роботов, боевых машин. Все эти засады на дорогах, штурм городов - всё это войсковые операции с использованием военной техники. Вот только какие-то они бестолковые. Руководи я штурмом, то, поверь, жертв было бы в десятки раз больше.
   - Я как-то не думал об это в таком ключе. Действительно, сложно представить, чтобы стая волков бросилась на штурм стен, под пули. - принялся рассуждать он. - С тем количеством, что их тут было, они бы могли держать город в осаде, изрядно осложним жизнь жителям. Параллельно, уничтожать приближающиеся к городу караваны. Один за другим.
   - Вот видишь. Использовать эти силы можно было куда как как более эффективно. То ли нам противостоят идиоты, то ли мы чего-то не понимаем. Ну да ладно об этом. Домыслы можно строить сколько угодно, но перед нами сейчас стоит конкретная задача - два дневных переезда. В связи с этим, у меня есть к тебе просьба.
   - Да, Дмитрий Михайлович, слушаю.
   - Я хочу, чтобы дальше ты поехал вместе с Павлом Смирновым.
   - С нашим "Вороном"?
   - Почему "Вороном"? - не понял тот.
   - Ну, как говорят - "накаркал..."
   - Ааа... ну я бы, скорее, сравнил бы его с канарейкой.
   - Почему? - не понял уже Василий.
   - В прошлом, лет триста назад, когда люди работали в шахтах, прорытых глубоко под землёй туннелях, где добывали разного рода руду, уголь и прочее... то там, часто, скапливался газ, что мог привести к взрыву или незаметно отравить рабочих. Для того, чтобы избежать этого, люди стали брать под землю клетки с канарейками, ну.. это такие жёлтые воробьи, что очень чутко реагировали на присутствие в воздухе ядовитых примесей. И если птица начинала вести себя беспокойно или теряла сознание, то шахтёры срочно покидали опасное место, и выбирались на поверхность.
   - Не знал. Действительно похоже.
   - Ну так вот, Вась, твоя первая задача - наблюдать за нашей "канарейкой". Как ты сам понимаешь, неожиданное нападение и нападение, о котором узнаёшь заранее - две большие разницы.
   - Это да... Разница может измеряться в человеческих жизнях.
   - Именно. Представь, как бы проходил недавний штурм, не получи мы предупреждения заблаговременно? Людей на стенах вдвое меньше, все они расслаблены и каждый думает о чём-то своём. И тут, неожиданно, твари выскакивают из темноты и с разбега таранят стены... Я на этот счёт, кстати, имел разговор с начальником городской стражи. Неужели сложно хотя бы траншею сделать? Так он всё ноет, мол, сколько же тут понадобится энергии, чтобы прорыть пятикилометровый ров нужной глубины и ширины. У них в бюджете и без того каждый камень на счету.
   - И что? - возмутился Василий. - А если через неделю опять атака?
   - Как показывает практика, подобные нападения происходят раз в несколько лет. И им, видимо, проще восстанавливать стены и мириться с потерями, чем вложиться в оборону. - сказав это, Дмитрий Михайлович махнул рукой, указывая на царящую внизу суету.
   - Но, как же так...
   - А вот так. Люди далеко не всегда поступают разумно и дальновидно. Увы. Вполне возможно, что продави начальник стражи сейчас строительство защитного рва, то потом, лет через пять спокойной жизни, с мелкими набегами, конечно, но без таких штурмов, ему припомнят столь "неразумные траты", что в итоге может стоить ему должности.
   - Ммм... да...
   - Но, вернёмся к нашей "птичке". Твоя задача не только следить за его состоянием, чтобы во время предупредить обоз, сам он в таком настроении не вполне отдаёт себе отчёт в том, что с ним происходит, так надо будет ещё его поддержать эмоционально. Все мы теряли друзей на дороге... но он, отчего то, особенно остро воспринял смерть Сергея. Разговори его, не дай ему замкнуться. А то, мало ли. Представляешь, вчера стражники скинулись и попытались отблагодарить его за предупреждение, так он швырнул в них камни и послал далеко и витиевато.
   - Наёмник отказался от денег?!
   - Вот именно. - подтвердил тот. - Я не знаю, что с ним сейчас творится, но в таком состоянии последнее дело - оставлять человека наедине с собой. Мало ли, к каким выводам он придёт, и какие решения примет?
   - Ага. А то вдруг ещё в стражу уйдёт, решит, мол, осесть, угомониться.
   - Поверь, "уйти в стражу", не самое скверное, что тут может случится.
  
   * * *
  
   Напарник Павлу попался какой-то совсем бестолковый. Он видал его раньше, конечно, но близко не общались, и тем более не ехали на одной машине. Всего-то на пять лет его моложе, а такое впечатление, что на пятнадцать! Пацан-пацаном! Он, было даже, предположил, что тот, по какой-то причине только недавно подался в наёмники, но нет, уже больше десяти лет стажа. Как при этом можно было быть таким чучелом - Павел не понимал.
   Одежда на том сидела так, словно бы с чужого плеча, броня - вкривь и вкось. Ремни в одних местах чрезмерно расслаблены, а в других - наоборот перетянуты. Да что там броня, ремень гауссовки - и тот не отрегулирован по длине! Отдать должное, хотя бы сама винтовка находилась в приемлемом состоянии.
   Пока он, движимый перфекционизмом, приводил напарника в порядок, чтобы, как он выразился "тот не позорил его перед другими машинами", они разговорились и более-менее сошлись. Не смотря на свой донельзя нелепый внешний вид, тот оказался вполне вменяемым парнем.
  
   Чем хорош новый напарник, так это тем, что он ещё не слышал всех твоих баек, историй и анекдотов, а ты его. За таким трёпом совершенно незаметно и проходит время.
  
   - А вот ещё! - отсмеявшись продолжил Павел. - Едут двое наёмников в кузове, и вот одному уж очень живот скрутило, видать на завтрак подсунули что-то не свежее. Просит он тормознуть на минутку машину, сам спрыгивает и в кусты, а напарник, значит, в кузове остался. Сидит он в кустах, и вдруг видит, как к нему паук бежит, лапами перебирает. Хвать винтовку, а камень то сел, нет заряда! Натягивает штаны, времени застегнуть нет, так и бежит: в одной руке винтовка, а другой штаны поддерживает! У самого грузовика запутался в штанах и споткнулся, а паук в это время как раз на него прыгнул! В итоге тот перелетает через упавшего наёмника и влетает прямо в кузов! Мужик вскакивает с земли и дёру! А на ходу кричит: "Ты пока этого разделывай, а я за следующим побежал!"
  
   Они оба заржали.
  
   - Ситуация, конечно... - отсмеявшись сказал Василий. - Хотя, если вдуматься, всё правильно.
   - Да? - удивился Павел.
   - Ну да, - подтвердил он, - сам смотри. Засранец полностью небоеспособен. Гауссовка не стреляет, даже для ближнего боя, который сам по себе последнее дело, он не пригоден. А тот, что в кузове, уже находится на страже и готов к бою. Он должен был видеть, что за его товарищем гонятся. Странно, что ещё тогда не начал стрелять, возможно, боялся зацепить. В любом случае, у него в этой ситуации шансов больше. Вполне может сделать несколько выстрелов в упор, а потом взяться за молот.
   - Может и так...
   - Не, Паш, ну смотри, в цифрах. Если первый вступит в бой, то его шансы нулевые, а если убежит - то близки к единице. С других машин его точно прикроют. Теперь смотрим как дела у второго. Если первый попытается забить паука прикладом и таким образом чуть-чуть его задержит, а потом.. хм... перестанет загораживать второму линию огня, то шансы второго, пожалуй, 0.9 , а если он вступает в бой с пауком запрыгнувшим в кузов... то тут как пойдёт, но шансы всё равно не плохие. Оценим их как 0.6
   - И какие выводы?
   - А вот какие. В ситуации, когда первый принимает неравный бой, а второй мстит за него, их суммарный "выигрыш" равен 0.9 , а когда, как в анекдоте, первый тактически отступает, а второй принимает бой в кузове, то их "выигрыш" уже 1.6
   - Но при этом, во втором случае, если я правильно, Вась, тебя понял, тот что в кузове рискует куда больше.
   - Ну, как бы - да. - согласился он. - Но тогда, если доводить ситуацию до абсурда, для него оптимально сразу начать стрелять в сторону паука, с хорошим шансом пристрелить своего товарища. Тогда, для того, что в кузове, риск минимален. Переводя ситуацию в цифры, его шанс равен единице, а его товарища - ноль, поскольку тут или паук догонит, либо напарник пристрелит. Суммарно выходит единица, что чуть лучше, чем 0.9 но ощутимо хуже, чем 1.6 Там есть хороший шанс, что выживут оба, а тут один гарантированно гибнет.
   - Но ведь здоровый, нормальный человек так и будет в бою заботится в первую очередь о себе! - с горячностью произнес Павел. - Кто же будет в эти секунды производить все эти расчёты?!
   - Тут всё дело, Паш, в том, как человек смотрит на мир, себя и других людей. Вот, скажи, ты умеешь играть в шахматы?
   - Знаю как фигуры ходят.. - буркнул тот.
   - Так вот, ты можешь считать себя "королём", и бросать другие фигуры на свою защиту. А можешь представить себя, допустим, если не "пешкой", то "слоном" или "ладьёй". И может так выйти, что твоей фигурой придётся пожертвовать ради победы в игре, либо, ради того, чтобы сохранить ферзя и ещё несколько фигур, а в конечном счёте, опять же, ради победы.
   - Каждый мнит себя "королём". - проворчал Павел.
   - Ну, не скажи. - не согласился Василий. - Если представить в виде шахматной партии войну людей и тварей, то кто в неё ты или я? Все мы фигуры, большей или меньшей важности, но наш "король" - это человеческий род в целом. Тебе может казаться, что ты, пусть и рискуя, просто зарабатываешь себе на безбедную жизнь, но нет, ты тоже солдат на этой войне, ты защищаешь важные грузы. Благодаря нам всё ещё существует сообщение между городами, то, без которого они бы давно уже зачахли.
   - Так ты что, думаешь... - тихо спросил Павел, - что Серёга... просто решил, что я более важная фигура на этой войне, в этом противостоянии, и пожертвовал собой, чтобы я мог жить? Я не рассказывал... но он тогда оттолкнул меня и сам попал под удар, предназначенный мне.
   - Вероятно... это действительно так. - согласился он, на секунду опешив. - Я знаю, ты недолюбливаешь разговоры о своём даре, но практически каждое твоё предупреждение - это спасённые жизни. Понимаешь? Спасая тебя Сергей спасал не только тебя, но и тех, кого ты ещё спасёшь, заранее предупредив об опасности.
   - Млять... Чувствую себя так, словно взял в долг грузовик камней и теперь мне предстоит его как-то возвращать... Мерзкое ощущение...
   - Просто "мерзкое", или...? - насторожился Василий.
   - Что-то странное происходит... - пробормотал Павел, и, закрыв глаза, откинулся назад. Минуту спустя, он взялся за рацию. - Внимание! Головная машина! Ожидайте гостей справа.
  
   Пять минут спустя, куча сухих листьев в небольшом овраге разлетелась во все стороны и из неё выпрыгнула проворная фигура, словно бы держащая в руках пару сабель. Прыжок был стремительным и точным, вот только пули оказались быстрее. В верхней точке траектории полёта "богомола", они встретили тварь и быстро спустили её с небес на землю.
  
   - Что это было? - удивился Василий. - Как ты его почуял? Он же тебе лично не угрожал?
   - Мерзкие ощущения... - пробормотал Павел и замкнулся в себе.
  
   * * *
  
   Судя по всему, караван выбрал весь норматив неприятностей, положенных на рейс они выбрали и дальнейшая дорога проходила без происшествий. Мотор гудит, ящики поскрипывают, холодный ветер обдувает лицо. Едешь, треплешься, по сторонам поглядываешь.
  
   - А ты знаешь, - произнес Павел, - что я даже родился в таком вот грузовике?
   - Что, серьёзно?! - поразился Василий.
   - Ага! И первый месяц жизни провёл в дороге. - подтвердил он. - Тогда, в шестьдесят втором, в Забайкалье нахлынула совершенно безумная орда тварей из Азии. Там тогда и штурмы городов были не чета нынешним. Бывало, за ночь вырезали города целиком, десятки тысяч жителей. А если и удавалось отбиться, то только ценой таких тяжёлых потерь, что выжившие предпочитали бежать на запад, да подальше. В такой ситуации и оказалась моя мать в последние дни беременности. Отец погиб на стене, защищая город, а ей и тем не многим, кто пережил тот штурм, пришлось спешно спасаться, поскольку вторую такую атаку им уже было не пережить. Похоронили погибших, собрали с тварей камни, и в путь. Бежали аж до Урала. Хорошо ещё, что погода была тёплая. Родился я, кстати, в годовщину Судного дня, в ночь с тридцатого апреля на первое мая. Так что жизнь моя с самого рождения началась с разъездов-переездов.
   - О как! - восхитился Василий. - Ну тогда, можно сказать, тебе на роду было написано стать наёмником!
   - Ну да! - согласился Павел. - Хотя мать, конечно же, считала иначе.
   - Они все такие! - махнул рукой он. - Им лишь бы сыночка был сыт, в тепле и безопасности, а чего он сам хочет...
   - Ага, ага... Та же история.
  
   * * *
  
  23 сентября 2197 г., Можайск.
  
   До Обнинска добрались без проблем, там переночевали, после чего отправились в Можайск - конечный пункт их маршрута. Разумеется это не означало, что на этом всё и закончится, нет. Дорога - не имеет конца. Просто там у Павла и других наёмников истекал контракт.
   Водители проведут профилактический ремонт машин, торговцы спланируют следующий маршрут, начальник охраны наймёт людей на новый рейс. Все так или иначе отдохнут, в меру здоровья и фантазии. Помянут оставшихся в Серпухове.
   По крайней мере именно это собирался сделать Павел в первую очередь, после чего планировал сделать небольшую паузу, взять отпуск, о чём честно предупредил Дмитрия Михайловича по приезду. Тот, разумеется, отнёсся к его решению без особого восторга, но и не стал переубеждать, чего Павел, честно говоря, немного опасался. Уж больно полезен он был, и даже не сколько даже как стрелок, сколько как 'сигнализация'.
   Тем не менее, как говориться: 'Вольному - воля'. И этой волей он сейчас в полной мере хотел насладиться. Этому способствовал ещё и полный расчёт с последним работодателем, по итогу которого он, с учётом 'оленьих денег', имел пятьсот восемьдесят шесть камней. Более чем солидная сумма, что изрядно оттягивала его рюкзак.
   Прежде чем пуститься в загул, Павел, по старой привычке решил завершить все дела. Пули он докупил в Обнинске, со снаряжением так же было всё в порядке. Тем не менее он решил пройтись по магазинам в надежде на Мечту. Как ни как, в кои-то веки у него в наличии было достаточно денег, так что он был готов к встрече. Да, детка...
   К сожалению местный Сидорович, как было принято называть торговцев оружием и боеприпасами, порадовать его не смог. У него не было даже последней новинки - закалённых пуль, что хорошо показали себя при прорыве в Серпухове, хотя Павел мало что помнил о том бое.
   Под ногами ходуном ходят леса и приходится прилагать не малые усилия, чтобы не полететь вниз, к тварям, что мечутся в лучах прожекторов. Свист пуль, визг рикошета, звон и хруст разбиваемых панцирей тварей.
   С мелочью особых проблем не было. Главное - со стены вниз не упасть, а так... стреляй себе и стреляй. Сложнее было с 'носорогами', но и у такой бронированной махины были свои слабые места. Голова, особенно передняя часть - были абсолютно непробиваемые, а вот корпус, особенно сзади-сбоку, защищен был куда слабее. К тому же, длинные очереди неизбежно ломали ему конечности, отчего он резко терял в подвижности и был уже не так опасен. Поморщившись, Павел прогнал из головы воспоминания. Тут задача - нажраться и забыть, а не прокручивать в голове раз за разом.
   Для очистки совести, да и просто от безделья он решил пройтись и по другим лавкам Гостевого квартала. Кожевник, бронник, магазин одежды и снаряжения, аптека... Всё обычно, всё стандартно. Со скуки заглянул даже к энергетику, хотя тут вообще нужды не было, поскольку не было и трофеев на обмен. Зашел, намереваясь тут же выйти, но... от неожиданности Павел замер на месте, не веря своим глазам. За спиной энергетика, у стены стояла Она...
   BruteForceGun 9000, военная модель, выпущенная в серию менее чем за десять лет до Судного дня. Корпус из удивительно лёгкого, черного с синеватым отливом сплава, катушки в стволе не медные, а из высокотемпературного сверхпроводника, оптический прицел совмещённый с прибором ночного видения... Ах...
  
   - Что-то хотели, уважаемый? - с легкой иронией спросил мастер-энергетик. - Желаете обменять песок на камни?
   - Эээ...? - растерянно ответил Павел. - Не.. нет. Просто я засмотрелся на ваше ружьишко. Ерунда, конечно, но выглядит симпатично.
   - Едва ли BFG 9000 можно назвать просто 'ружьишком'. - произнес тот довольно, сразу раскусив нехитрый приём Павла. - Редкая вещица!
   - Вот только зачем она вам? - спросил он, чуть дрожа. - Вы же постоянно тут сидите, под защитой стен. Не скрою, я уже давно хотел бы прикупить себе нечто подобное. Поверьте, в моих руках она принесет куда больше пользы...
   - Не сомневаюсь, уважаемый, не сомневаюсь. - произнес тот усмехнувшись. - Но ведь вы понимаете что это не просто оружие, но и, одновременно, коллекционный предмет, инвестиция, если вам знакомо это слово. С годами его ценность будет только расти и через три - пять лет я смогу продать его куда дороже, чем купил сам.
   - Так я прямо сейчас готов купить его дороже, чем приобрели его вы! - с горячностью предложил он.
   - У вас найдётся с собой семьсот камней? - спросил хозяин лавки и удивлённо приподнял бровь.
   - Сколько?! - воскликнул Павел. - Да ей красная цена - пять сотен! Я бы ещё полтинник сверху накинул, но семь сотен...
   - Мой товар - моя цена! - твердо произнес тот. - Строго говоря, это даже не товар, а моя личная вещь. Я тут вообще другими делами занимаюсь! Камни, энергия...
   - Но, но... - промямлил он. Его мысли метались в поисках выхода. Такой шанс выпадал раз в несколько лет и уходить ни с чем он очень не хотел. Он думал даже занять у кого-то денег, но в среде наёмников давать и брать в долг было не принято. Сегодня ты тут, а завтра - ищи тебя... Да и кто знает, какой твой рейс станет последним? Занять у продавцов в других магазинах или у стражников? Ха-ха...
   - Смотрю, вы приняли всё это очень уж близко к сердцу... - произнес энергетик.
   - Конечно! Знали бы вы, сколько лет... - ответил он, не скрывая своей досады.
   - Хммм... понимаю, понимаю... Но и вы поймите меня, я не могу просто так уступить в цене первому встречному наёмнику! Это дело принципа! Но, возможно... возможно я смогу уступить вам этот экземпляр за соответствующую услугу...
   - Какую такую услугу? - с сомнением произнес Павел, и прищурившись взглянул на собеседника.
   - Ха! - рассмеялся тот. - Поверьте, та услуга, что вы подумали, стоит куда дешевле! Нет, работа как раз по вашей части, сопряженная со стрельбой и немалым риском. Но оно того стоит, верно?
   - Что за работа? - заинтересовался он.
   - Ммм... понимаете, - произнес тот, и почему-то огляделся, хотя в помещении они были одни. - я не только торговец, но и исследователь. Изучаю не только красные, но и чёрные, бесцветные камни... Меня очень интересует кровь этих существ, причины по которым она кристаллизуется и то, как этого можно избежать. Быть может, из неё выйдет получить те самые, изначальные, белые кристаллы, на которых зиждилось процветание Золотого века?
   - Заманчиво, конечно, заманчиво... - ответил Павел. - Вот только стоит подстрелить тварь, как через двадцать - тридцать секунд её кровь превращается в эти камни. За это время я её вам не донесу! Если только вы не имеете ввиду...
   - Да, да. Вы правильно подумали. Мне нужен живой образец.
  
   * * *
  
   - Да вы спятили! - воскликнул Павел. - Как вы себе это представляете? Мне как, надеть на 'богомола' ошейник с поводком? Или приехать на нём верхом?! Да и как я притащу тварь в город?! Что я скажу страже? 'Его зовут Мухтар, и теперь он будет жить у меня?!'
   - А ты горазд на выдумку! - одобрительно произнес тот. - Нет, всё гораздо проще и прозаичнее. В Старом городе у меня есть... лаборатория, место для экспериментов, так что подвергать опасности город и отвечать на вопросы стражи не придётся. Я вывезу тебя из города на своей машине, после чего буду ждать сигнала по вот этой рации.
   - Хммм... тоже старой работы. - оценил рацию Павел, повертев в руках. - В Старом городе встречаются твари?
   - Не часто, но иногда на трофейные команды нападают пауки. - ответил тот.
   - А есть идеи, как его можно захватить живьём? - спросил он.
   - Я думаю, это даже не слишком сложно. Сам бы сделал, но предпочитаю перепоручить это профессионалам. Каждый должен заниматься своим делом, не так ли? Нужно первыми же выстрелами повредить ему хотя-бы пару ног, а потом, когда он потеряет в подвижности, отстрелить и остальные. Желательно, выбить ему только последние суставы-лезвия, чтобы повреждения не оказались смертельными. Ну а когда дело будет сделано - накинуть вот эту сеть. - тут он достал из под прилавка свёрток черного цвета. - Углеродное нановолокно. Порвать не возможно.
   - Хммм... Звучит как план. Найти или подкараулить, перебить ноги, накинуть сеть...
   - После вашего сигнала по рации я подъеду, и мы отвезём его в мою лабораторию, после чего я отвезу вас в город и вручу вот эту чудесную BFG 9000. Ради возможности изучить живого паука мне ничего не жалко.
   - Договорились! Когда выезжаем? - спросил он. - И, заодно, как к вам обращаться?
   - Зовут меня Михаилом Сергеевичем, Павел. Да, да, я знаю кто вы. Неужели вы думаете, что я всем подряд делаю подобные предложения? Что же касается нашей операции... Сейчас в любом случае уже поздно, если только вы не хотите охотится в темноте... - произнес Михаил. - Так что завтра, в девять утра, я жду вас в гараже.
   - Отлично! - произнес Павел радостно. - Тогда до завтра!
   - До завтра! - ответил тот, после чего тихонько добавил, глядя в спину уходящему наёмнику. - Poauau pouri...
  
   * * *
  
  24 сентября 2197 г., Можайск.
  
   - Судя по всему, Михаил Сергеевич был не последним человеком в городе, поскольку не только имел свою машину, бронированный пикап, с люком на крыше, из которого можно было высунуться и стрелять, но так же мог беспрепятственно покидать город в любой момент. Стража даже машину его не осмотрела.
   - Для порядка, Павел высунулся из люка и, сжимая в руках гауссовку, поглядывал по сторонам. Мимо мелькали полуразобранные, полуразрушенные дома, от многих из которых остались лишь фундаменты, да кучи строительного мусора. Тварей видно не было.
   - Немного попетляв по улицам, энергетик остановил машину на перекрёстке, среди относительно целых домов. Конечно, насколько целым может быть дом, простоявший без жильцов и ремонта семьдесят лет.
  
   - Я бы на твоём месте занял позицию в одном из домов, с хорошим обзором. - посоветовал он.
   - А я бы посоветовал не умничать, - несколько нервозно ответил Павел, - поскольку рисковать своей задницей придётся не тебе, а мне. Вот сейчас сунусь с опасной улицы в безопасный дом, а у них там логово.
   - Хорошо, хорошо! - произнес он, поднимая руки. - Не буду спорить с профессионалом. Часов до пяти жду от вас вестей. Понятно, что может банально не повезти, тогда свяжитесь со мной по рации и я верну вас в город, а завтра попытаемся снова. Ежели я не дождусь от вас сигнала, то... по маячку в этом устройстве кто-то другой вернет мне рацию и сеть...
   - Но не будем о грустном. - прервал его Павел.
   - Конечно, конечно! - согласился Михаил Сергеевич. - Будем рассчитывать на наш общий успех. Мне - материал для исследований, а вам - ценную игрушку.
   - Кому игрушка, а кому - рабочий инструмент. - буркнул он. - Хорошо, задача ясна. Приступаю.
  
   * * *
  
   Место для засады Павел выбирал вдумчиво. Во-первых, это должен быть отдельностоящий дом, с обширным открытым пространством вокруг него. Какой интерес сидеть в засаде и контролировать лишь небольшой двор?
   Во-вторых, дом должен быть с плоской крышей, по той же самой причине. С неё можно спокойно смотреть во все четыре стороны, главное перемещаться на корточках и особо не мелькать у края, а то стоящую на крыше фигуру издалека видать...
   Подходящий дом он нашел достаточно быстро. Шикарная девятиэтажка среди малоэтажной застройки. И это с учётом того, что значительная часть города вообще представляла из себя, как это раньше называлось, 'частный сектор'. Там, в переплетении улочек, среди развалин особняков и заброшенных садов можно было как самому потеряться, так и совершенно спокойно нарваться на засаду. Так что этот дом был идеальным пунктом наблюдения. Если он уже не занят, конечно...
   Повезло. Медленно и аккуратно пройдя по этажам Павел не обнаружил ни одной твари, хотя следы их пребывания тут имелись. Длинные царапины на стенах, на уровне пояса, и разломанные дверные коробки, через которые протискивались угловатые чудовища.
   Входную дверь и двери в квартиры он перекрыл разного рода хламом, что нашел в заброшенных квартирах. Не для того, чтобы помешать пауку или какой ещё твари пройти. Тех, при желании, не остановят ни кирпичные, ни железобетонные стены. А для того, чтобы они не смогли это сделать бесшумно.
   Поднявшись из подъезда, по лестнице, на крышу, Павел осторожно обошёл по периметру крышу и оглядел окрестности. Вроде, чисто. Выбрав один из углов крыши он устроил там наблюдательный пункт. Через пятнадцать минут он перебрался на противоположный угол крыши, откуда через следующие пятнадцать минут на третий, а потом и на четвертый угол.
   Такая смена позиций не только расширяла его область наблюдения, но и позволяла сохранять бдительность. Если часами сидеть на одном месте и пялится на одну и ту же картину, то можно задремать или просто отключится от происходящего и переключиться на собственные мысли.
   А так, он особо не скучал. Нервозности и страха, как ни странно, тоже не было. Часов в одиннадцать Павел углядел на северо-западе колонну машин, судя по всему трофейная команда поехала разбирать ещё какой-то дом. Через пол часа заметил стаю бродячих собак, а ещё через час - кабанчика, которого они преследовали.
   Во втором часу дня, не отрываясь от наблюдений, он перекусил взятым с собой сухпаем. Блин, хорошо, что хоть ещё не так холодно! А то сидеть вот так в засаде при минус двадцати было бы совсем не весело!
   Стоп. Что это там блеснуло? Вон там, в окне первого этажа, в соседнем доме... Павел включил винтовку, чтобы та прогрелась. Снова блеск, но уже в другом окне. Значит не показалось... Дверь подъезда приоткрылась и из него, с трудом протискиваясь через дверной проём, выбрался паук.
   Павел быстро поймал его в прицел. Так, до мишени метров восемьдесят. Завалить на такой дистанции одиночного паука - как нефиг делать. Если он тут действительно один... Обездвижить сложнее. Но тоже можно. Можно попробовать.
   Дождавшись, когда тварь повернётся к нему 'лицом', Павел навел прицел левее его головы, на четыре боковые ноги, и нажал на спуск. Винтовка вздрогнула и длинная очередь понеслась к цели.
   Да, да! От восторга он чуть не вскочил. Одной очередью ему удалось повредить пауку три лапы. Две потеряли по суставу, а третья, похоже, сломана. Далеко он теперь не убежит! Нельзя терять времени!
   Быстренько сбежав по лестнице и разблокировав входную дверь Павел выскочил наружу. Огляделся. Никого. Вот только подранок настойчиво ковыляет в его сторону. Странно как-то. Неужели он не понимает, что у него нет шансов? Где твой инстинкт самосохранения, тварь?
   Метров с пятнадцати он принялся отстреливать своей добыче оставшиеся конечности, стараясь целится в суставы. Десяток выстрелов и опасный монстр превратился в беспомощного калеку, бессильно пытающегося ползти дальше на своих культях.
   Сеть и в самом деле оказалась чрезвычайно прочной и одновременно лёгкой. Небольшой свёрток, стоило его развернуть, оказался здоровым полотнищем, четыре на четыре метра, в которое он, матерясь и пиная ногами упаковал добычу. Готово!
  
   - Приём, приём, как слышно? - произнес Павел в рацию.
   - Слышно хорошо. - ответил ему Михаил. - Как успехи?
   - Успехи вяло трепыхаются у меня под ногами. - произнес он, довольно ухмыляясь.
   - Отлично. Выезжаю. Жди меня через двадцать минут. Объект протянет?
   - Думаю да. Повреждений корпуса нет. Всё как и договаривались.
   - Чудно... чудно... Маяк показывает твоё примерное местоположение, но будет проще, если назовёшь ориентиры.
   - Рядом девятиэтажка, на которой я и сидел.
   - Ага... Знаю такую в том районе. Жди.
  
   * * *
  
   Ну, насчёт двадцати минут Сергееич приврал, но через пол часа он и в самом деле был на месте. Выйдя из машины он с довольным видом обошёл вокруг паука.
  
   - Великолепно! Раз он протянул пол часа, значит и в самом деле нет серьезных повреждений. То что нужно!
   - Рад, что вам нравится. - заметил Павел. - Грузим?
   - Да, да.. Конечно. - чуть рассеяно ответил он.
  
   Откинув борт, они вдвоём, взявшись за сеть, затащили паука в кузов, зафиксировали там цепями, после чего сели в кабину.
  
   - Ну как? Едем в вашу лабораторию, а потом в город? - уточнил Павел.
   - Конечно, - ответил Сергей, - всё согласно договорённости. Винтовка, считай, уже твоя.
   - Дело было не самым простым, так что я честно её заработал! - произнес он и нахмурился. На него, внезапно, нахлынула тревога. - Что-то мне не нравится... Как-бы тут не оказались ещё твари. Вы езжайте, а я если что прикрою.
  
   Павел встал, высунулся по пояс из люка на крыше и стал беспокойно оглядываться по сторонам. В это время, Михаил Сергеевич достал что-то из кармана. Мощный электрический разряд с гудением разорвал промежуток между электродами. Ткнув устройство в бок Павла он нажал на кнопку ещё раз.
   Затащив бесчувственное тело обратно в кабину, он включил двигатель и тронулся с места.
  
   - Какие замечательные образцы для эксперимента! Оба хороши!
  
  
  Глава 6.
  24 сентября 2197 г., Можайск. Старый город.
  
   Резкий запах был подобен ледяной спице, что через ноздри вонзили прямо в голову. Павел дернул головой в сторону от неприятного запаха и попытался было заслониться рукой, но не смог. Попытался дёрнуться - тоже безуспешно. Перед глазами мельтешили мутные пятна и вспыхивали искры.
   Пытаясь побороть охватившую его дрожь, он принялся медленно и глубоко дышать. Минута, две и то ли его дыхательные упражнения принесли свои плоды, то ли организм сам восстановился, но мутный водоворот перед глазами, замедлившись, остановился окончательно. Моргнув несколько раз он разглядел потолок.
   Потолок быль пыльным, облезлым. Кое где виднелись пятна плесени и даже что-то напоминающее мох. Определённо, это не гостиничный номер! Что с ним, и как он тут оказался?! Он попытался вспомнить последние события.
   Ах, да! Его мечта! Гауссовочка! Договор с... как его... Сергеевичем, охота на паука... Ага... он молодец, отработал как следует, спеленал урода. Вызвал энергетика на машине. Вроде как они загрузили паука в кузов... и всё, темнота...
  
   - Ну как, очухался? - послышался голос Михаила Сергеевича.
   - Какого хера ты творишь, сука? - выдавил из себя Павел, пытаясь пошевелиться. - Ты что, в благодарность за выполненный заказ вырубил меня, спеленал и куда-то притащил?!
   - Примерно так и есть. - покладисто согласился тот. - Можешь на меня обидеться.
   - Сейчас я освобожусь, и ты, гад такой, узнаешь, насколько больно я умею обижаться! - прорычал Павел и задергался, пытаясь высвободится.
  
   Судя по всему, он лежал на чем-то вроде стола. Его грудь, бёдра и голени были туго перетянуты какими-то ремнями, а руки, судя по всему, скованы наручниками.
   Чуть приподняв голову он смог разглядеть помещение, в котором находился. Какой-то, судя по всему, подвал. Стены изначально были сверху донизу покрыты невнятного цвета кафельной плиткой размером десять на десять сантиметров, но сейчас немалая часть её отвалилась.
   Хозяин этого дворца стоял склонившись над столом в противоположном углу комнаты. Стол был заставлен какой-то стеклянной посудой, довольно причудливой, какие-то трубочки и провода. Можно было разглядеть хороший микроскоп и совершенно непонятное электронное оборудование.
   Кстати... Повернув голову влево, Павел увидел, что рядом с ним так же находятся какие-то приборы, судя по всему медицинского предназначения. По крайней мере вот эта прыгающая линия, несомненно, отображает его сердцебиение.
  
   - Я не обманул, когда сказал, что провожу исследования с кровью этих существ. - произнес Михаил, продолжая заниматься своими делами. - Вот только мои эксперименты лишь косвенно касаются энергетики. В большей мере, так сказать, биологи... Не понимаю, как вы можете называть их "тварями"?! Вы что, не видите, насколько они совершенны? Не вот это - мясо, кости, жидкости, грязь, а чистый кристалл питаемый потоками энергий, из которых пресловутое электричество, то, что вы извлекаете из камней - самая грубая и вульгарнейшая из пронизывающих его сил.
   - Ну так пойди и поцелуй эту тварь, в её сверкающую задницу! - произнес Павел и снова дернулся, проверяя прочность ремней.
   - Не, ну как с таким... вести серьёзные разговоры? - задал тот риторический вопрос, адресовав его потолку. - Ты ведь ни черта не понимаешь! Знать не знаешь, в какое время живешь, что произошло сто лет назад и что происходит сейчас. Жрёшь, пьёшь, да на машинах катаешься, постреливая время от времени из винтовки. Ковбой! А это... - тут он махнул рукой в другой угол помещения, - настоящее чудо, к которому довелось приобщиться людям! Я бы тебе такое рассказал... но, извини, у нас нет этих месяцев, что необходимы, да и не нужна тебе сейчас эта информация.
   - От чего же ты сейчас вообще треплешься, как злодей киношный? - выплюнул из себя Павел.
   - Понимаешь, я не совсем лишен определенной этики... - произнес он извиняющимся тоном. - И в вопросах медицинского вмешательства я придерживаюсь принципа информированного согласия. - тут Михаил не сдержался и глупо хихикнул. - Кровь этих существ, это жидкий кристалл, который и является источником их силы, их сути. При смерти существа часть энергий рассеивается, и он дестабилизируется из-за чего и происходит фазовый переход из жидкого в твёрдое состояние. Но если набрать в ладонь горсть жидкой крови, то она так и останется жидкой! Понимаешь, что это значит? Мы, как минимум отчасти, совместимы! В нас есть нечто, что удерживает её от кристаллизации, кровь воспринимает тело человека так же, как и организм своего прежнего носителя!
   - Тааак! Чего это ты удумал-то, а?! - прокричал Павел, смекнув к чему тот ведёт.
   - Вижу, ты не совсем безнадёжен. - одобрительно произнес Михаил Сергеевич. - По крайней мере умнее, чем три предыдущих... образца. Отдельные компоненты крови этих существ однозначно токсичны для человека. Это примеси... и они не так важны, как основа. Я перелью тебе... литр жидкого кристалла... да, этого должно хватить...
   - Хватить для чего?! Чтобы я сдох?!
   - Скорее всего да. - согласился он. - По крайней мере с твоими предшественниками произошло именно это. Но, ты не думай, что они просто отравились, или залитый в их вены жидкий кристалл внезапно затвердел. Нееет! Всё куда интереснее! Они кристаллизовались как и эти существа! Ну, по крайней мере их мягкие ткани. Лёгкий удар молотком, и то что ещё не давно было человеческой плотью - осыпалось горстью ценных камней. Пусть и неудача, но приятный бонус, не правда ли?
   - Млять! Вот ты урод! Ты сам то понимаешь что творишь?! - завёлся Павел и принялся изо всех сил дёргаться. Ремни не поддавались. - Ты обманом заманиваешь людей в ловушку, убиваешь их, да ещё радуешься, что не одно только удовольствие получаешь, но и прибыль!
   - Ой, да что ты понимаешь. - произнес он раздраженно и махнул рукой. - От этих экспериментов зависит дальнейшая судьба человечества, и что тут значат жизни отдельных людей? Десятков людей, даже тысяч?
   - Вот только какого хера ты, мразь, решил, что вправе распоряжаться чужими жизнями? Ставь ты опыты на себе, 'во благо человечества', я бы и слова не сказал. Может даже наоборот, похвалил бы: 'Спасибо за попытку сделать мир лучше', и положил цветы на твою могилу. Но ты же, без сомнений и жалости жертвуешь не собой, другими, ради своих представлений о 'светлом будущем'! Как ты вообще себе представляешь результат всего этого? 'Возрадуйтесь люди! Я принес вам спасение и счастье! Правда для это пришлось замучить несколько тысяч человек, но оно того стоило!'
   - Заткнись, тупое мясо! - заорал, потерявший самообладание Михаил. - Твоя демагогия - всего лишь попытка сохранить свою жалкую, бессмысленную жизнь. Думаешь, я этого не понимаю?! Глупый, животный страх, не более того! Ты полагаешь, всё это - лаборатория, оборудование - минутный каприз, а предыдущие эксперименты - 'ошибки молодости'? Вот, я такой сейчас схвачусь за голову и воскликну: 'Ах! Прости, я было не прав!' Да?
   - Я тебе голову твою, плешивую оторву, так что и хвататься будет не за что! - пообещал ему Павел и замолчал.
   - Ой, ой! Как страшно! - принялся поясничать он. - Ну давай, придумай что-нибудь пострашнее да поинтереснее!
  
   Павел молчал. Он и сам понял, что говорить что-то бесполезно, всё давно решено и никакие слова ничего не изменят. Всё, что он мог сейчас сделать - это, насколько возможно, сохранять достоинство.
  
   - Вот и молодец. Не надо меня отвлекать от работы пустым сотрясанием воздуха. - продолжил он. - В конечном счёте, чтобы ты не думал, это эксперимент, а не казнь. Своего рода лотерея, ты ведь знаешь, что это такое? Так что у тебя есть пусть мизерный, но всё же шанс сорвать джекпот.
  
   Пройдя в другой угол помещения, что находился за пределами поля зрения Павла, Михаил прикатил медицинскую каталку с примотанным к ней цепями и опутанном сетью пауком. Судя по слабым движениям, тот был всё ещё жив.
  
   - Видишь, твой будущий 'кровный брат' всё осознал и не дёргается. - он опять глупо хихикнул. - Впрочем, он тут вообще не рискует... Так, потерпеть немного... Где тут моя дрель?
  
   Достав дрель и поставив на неё нужное сверло он принялся сверлить панцирь, сквозь ячейку сети. Прошло не менее десяти минут, пока сверло не взвизгнуло и не провалилось вовнутрь. Быстро подсоединив трубку он подключил к нему свою установку, и красная, словно бы человеческая кровь паука побежала по системе.
   Михаил Сергеевич засуетился, видимо, контролируя процесс. На другом конце стола, в колбу закапала прозрачная, чуть отливающая перламутром жидкость.
  
   - Ага! Всё хорошо... Не будем терять время...
  
   Он подкатил каталку с примотанным к ней Павлом, вместе с подключёнными к нему медицинскими мониторами, к своей установке и довольно ловко вогнал иглу в вену на его правой руке, после чего подсоединил к ней трубочку от капельницы, а ту к ёмкости, в которую начала собираться очищенная кровь паука.
   Павел зачарованно наблюдал за тем, как мутноватая, опалесцирующая жидкость побежала по трубочке к игле в его руке и вошла в тело. Вонзилась в тело, как раскалённый докрасна металлический прут.
   Павел зашипел от боли и стиснул зубы. От локтевого сгиба, словно по бикфордову шнуру, огонь быстро поднялся до подмышки, а оттуда, секунду спустя, достиг сердца. Казалось, по центру груди взорвалась граната. Боль и жар хлынули во все стороны, охватывая всё тело и ударяя в голову.
   Заорав изо всех сил, он забился, прикованный к каталке, пытаясь освободится. Боль словно бы отодвинула разум в сторону, и, пробуждая в нём древнейшие инстинкты, в панике стала перебирать доступные варианты, чтобы спастись, мобилизуя все силы организма, запуская органы и системы на полную мощность и даже более того, сверх всяких пределов, на износ, без жалости, лишь бы преодолеть этот кризис.
   Вдруг, он словно бы 'нащупал' мыслью что-то у себя в голове, как забытую купюру в кармане старой куртки, как дверную ручку в полной темноте. Нащупал, и в отчаянии потянул на себя.
  
   * * *
  
   Пролетев около метра Павел свалился на землю. Слой опавших листьев чуть смягчил удар, впрочем, упади он на бетонный пол, едва ли он бы почувствовал разницу. Как-то не до того ему было в тот момент. Завывая от боли он покатился по земле, суча ногами, врывая мягкий дёрн и разбрасывая сухую листву.
   Сколько прошло времени... трудно сказать, по крайней мере он бы не смог ответить на этот вопрос. Может пять минут, а может и час, но жар стал спадать, а вместе с ним и сводящая с ума мука. Прохладный воздух обдувал его тело, проникал в лёгкие через плотно сжатые зубы. Дыхание и сердцебиение замедлялись, боль ушла и на её место вернулся рассудок, а вместе с ним и вопросы.
   Он что, потерял сознание, а эта тварь в человеческом обличьи вывезла его куда-то и выкинула? Едва ли. Раз он, каким-то чудом, пережил этот эксперимент, ну или пока пережил, то этот вивисектор, наверняка, выпотрошил бы его заживо, чтобы понять, как ему это удалось. Так что тут явно что-то другое.
   Приподнявшись на локте Павел огляделся. Темно. Какая-то яма или овраг. Сверху виднеются кроны деревьев и звездное небо. Для могилы великовато, чем-то похоже на заросший котлован под фундамент дома.
   Он попробовал встать. Ноги держали плохо, голова кружилась, да и в глазах двоилось. Ему удалось сделать, буквально, два - три шага, как на него опять накатила какая-то волна, все потемнело и он, внезапно, снова оказался в лаборатории.
   Слава богу, в этот раз хоть не привязанным к медицинской каталке, а в метре от неё. Павел нахмурился, пытаясь собраться с мыслями, но удивлённая ругань Михаила отвлекла его, и он переключился на своего 'лечащего врача', стоящего неподалёку.
   Говорить о чём-то, выяснять отношения, угрожать или злорадствовать... было бессмысленно. Время разговоров прошло. Сейчас Павел видел перед собой врага, которого надо уничтожить. Не раздумывая, он, с мутным взглядом, шатаясь словно зомби, бросился на него, и они с покатились по полу, задевая столы, роняя на пол стеклянную посуду и медицинские инструменты.
   Подобный клинч выглядит, откровенно говоря, безобразно. Пыхтение, сопение, рычание, сквозь стиснутые зубы... Но оружия у Павла не было, да и не в том он был физическом состоянии, чтобы устраивать грамотный мордобой. Ну а его противник мало того, что имел все признаки малоактивного образа жизни, так ещё и был старше, а в данном случае точнее будет сказать - старее его, лет на десять - пятнадцать, так что силы были примерно равны.
   Первым это осознал Павел, и его руки вцепились в горло Михаила Сергеевича. Тот попытался было оторвать их, но, питаемая ненавистью хватка, была очень уж сильна. Всё так же продолжая левой рукой защищать своё горло, от стискивающих его пальцев, правой потянулся в карман, и, извернувшись, достал из него шокер и вонзил его в бок Павла, одновременно нажимая на кнопку.
   Ощутив укол через одежду и разряд тока, Павел моментально понял в чём дело. Вот только, отчего то, шокер не сработал как надо. То ли используемый в качестве батареи камень сел, то ли что то ещё, но разряд лишь неприятно пощекотал его бок.
   Вдруг, под его пальцами, горло противника стало удивительно мягким, словно варёная курятина. Руки провалились в него и обхватили позвоночник. Лёгким движением руки оторванная голова отлетает в сторону.
   Вытерев об одежду Михаила перепачканные ладони, Павел встал на ноги. Держали они неплохо. Да и вообще, состояние было вполне приемлемым.
  
   - Я же обещал, что оторву тебе голову, а ты не верил! - произнес он, обращаясь к телу. - Сколько же в тебе кровищи то... - он попятился от растекающейся лужи и огляделся.
  
   На столе, около дверного проёма лежала его куртка, рюкзак, броня и винтовка. Быстро подойдя, он оделся. В броне и с оружием в руках Павел почувствовал себя более уверенно и даже оглядел помещение в поисках чего-то полезного в быту, в качестве компенсации морального ущерба.
   В глазах потемнело, и его снова качнуло. Восстановив равновесие, он снова обнаружил себя в яме. Глубина метра четыре, края более-менее пологие, так что выбраться будет не сложно.
   Придя к такому выводу, он поспешил его реализовать. Ночью, в яме, он ощущал себя не комфортно. Возможно, дело вкуса, но ему не нравилось.
   Выбравшись из ямы Павел огляделся. Хм... Жиденький лесок из берёзок, клёнов и ещё какие-то деревья. Какие именно - разглядеть при свете звёзд было сложно. Тем более, глаза после подвала не привыкли к темноте. Яма за его спиной, действительно, более всего напоминала заброшенный строительный котлован. Отойдя от неё немного, он обнаружил ещё один.
   Стоило догадке оформиться в его голове, как опять навалилась тьма, и через несколько секунд Павел уже стоял на улице города, среди полуразрушенных зданий. Обернувшись он увидал покосившуюся вывеску супермаркета. Похоже, это в его подвале находилась лаборатория доктора Франкенштейна, а вот напротив него, стоял обычный двухэтажный дом, ровно там, где несколько секунд назад была яма.
   Что за дичь творилась, он не понимал, но правила игры были ясны. Оставалось решить, что делать.
   Судя по всему, после того, как они с Сергеевичем погрузили добытого паука в машину, Михаил вырубил его шокером и отвёз на свою базу. Пока он валялся в отключке, тот подготовил всё к своим опытам. Далее - переливание и последовавшая за ним агония, длительность которой оценить сложно. В сумме, времени прошло немало, и сейчас, судя по часам, было уже около полуночи.
   Учитывая размеры старого города, даже если этот супермаркет находился на самой окраине, что маловероятно, до городских стен было менее двух километров. Можно добежать за пятнадцать минут. В таких условиях оставаться и ночевать в развалинах было не разумно. В темноте винтовка ни чем не могла ему помочь и любая встреча с тварью будет фатальной. Тем более, если их будет больше одной. Тогда вообще никаких шансов. Так что выход один - бежать к стенам, в город.
   Поскольку Павел не знал направления, он осторожно пошел по самой широкой улице и не прогадал. Уже через пять минут он увидал впереди, вверху, слабое зарево от работающих на стене прожекторов. Определившись с направлением он побежал.
   Определённого оптимизма добавляло то, что он, как ни странно, не испытывал дурных предчувствий. Хотя, кто знает, может этот эксперимент поломал в нём что-то? Может он и пережил его, но смертельно болен? Кто тут может что-то с уверенностью сказать? Определённо, он не прошёл без последствий. Одни эти 'выпадения из реальности' чего стоят!
   Павел успел уже выбежать из нетронутых руин в зону работы трофейных команд. Дома были разобраны до фундаментов, впереди была видна стена и широкая полоса освещенной земли перед ней. Он даже разглядел ворота, ведущие в гостевой квартал, через которые въехал этим утром. Всего лишь несколько часов назад! А кажется, будто месяц прошел...
   Забавно, он никогда не видел, как выглядит город ночью снаружи... Едва ли, подобное доводилось видеть многим людям. Тоже, ведь, повод для гордости. Но, как и с тем оленем, маловероятно, что он когда-то сможет это кому-то рассказать. Может через много лет, в старости... Хотя, едва ли он доживёт до неё.
   До ворот оставалось менее ста метров, и он уже вот-вот как должен был выбежать на свет. Он уже придумал легенду для стражи, объясняющую то, как он оказался ночью один за стенами. Мол, подскользнулся, упал, стукнулся головой, очнулся - темно, побежал на свет.
   Внезапно, мир опять мигнул. Вот, именно, словно прикрыл на долю секунды глаза и ты в другом месте. В другом, но очень похожем. Рельеф тот же. Домов и вообще, чего-либо сделанного людьми нет. Жиденький лесок из молодых деревьев остался позади, за спиной, и сейчас Павел находился на открытой местности.
   Перед ним начиналось большое пятно мёртвой земли. Вот, прямо сейчас под ногами ещё есть жухлая осенняя трава, а через десять метров она сходит на нет и остаётся одни лишь песок, глина и камни. Хм... Он с сомнением посмотрел землю, после чего решительно пошел вперёд.
   Если ему удастся преодолеть стену в этом безлюдном отражении его мира и проявиться уже там, то это снимет с него необходимость объясняться со стражей. При условии, конечно, что он не проявится перед чьим-нибудь носом, в стене или в не предназначенном для чужаков помещении.
   Прикрыв на несколько секунд глаза Павел представил стену и ворота. Открыл глаза и сопоставил с увиденным. Ага... понятно. Вон, даже видна небольшая возвышенность... Ориентируясь по памяти он прошел шагов двести. Тут, вроде как, должен находится гараж...
   Стоило ему остановиться, как в глазах потемнело и он очутился между грузовиками. Повезло! Повезло что не внутри грузовика или перед грузовиком, где слышны голоса людей. Так, а что теперь делать? Идти в свой номер? А если опять? Падать с высоты второго этажа ему не хотелось.
   Пораскинув мозгами он заполз под машину и принялся ждать, и неожиданно для себя заснул.
  
  Глава 7.
  25 сентября 2197 г., Можайск.
  
   Пробуждение по понятным причинам вышло не слишком приятным. Конечно, Павлу не раз приходилось засыпать в одежде и обуви, из-за чего на утро сильно болела голова, подташнивало и хотелось пить, но там он, чаще всего засыпал на кровати в своём номере, в крайнм случае под столом в ресторане, но ни как не в холодном гараже, лёжа под грузовиком на бетонном полу!
   Выбравшись из под машины, он вытащил свой рюкзак, расстегнул его и достал фляжку с непрекосновенным запасом. Четыре хороших глотка для сугрева, а пятый - за шиворот, для запаха. А то мало ли, возникнут вопросы. Все бухали, а он не бухал? А почему? А где был, что делал? И где наш дорогой Михаил Сергеевич?
   Последний вопрос особенно деликатен. Ещё вчера, на выезде из города он заметил, что его наниматель тут, определённо, имеет не малый вес. И объяснять, каким образом голова уважаемого человека оказалась отделена от его тела Павлу совершенно не хотелось. Как бы не разнились системы власти и законодательство городов, в одном они были единодушны - убийство авторитетных пацанов карается беспощадно.
   Тут даже бегство в другой город помогало далеко не всегда. Такого преступника ни кто укрывать не будет. Требовалось не только убежать, но и скрыться, потеряться бесследно. И даже это не всегда помогало, поскольку, как он слышал, такой беглец навсегда попадал в списки целей у гильдии Охотников за головами.
   И совершенно не важно, какое хобби имел Михаил Сергеевич. Ты сначала докажи его друзьям и коллегам, абсолютно не предвзятым в этом вопросе, к слову, что это именно его лаборатория, а не твоя или чья-то ещё. Что это не ты его туда заманил и подло убил.
   И даже если бы ему и удалось это доказать, то никто ещё не отменял принцип: 'Quod licet Jovi, non licet bovi'. Мол, 'Знай мы о его шалостях, мы бы его за это поругали! Но это никоим образом не даёт тебе право отрывать ему голову! Кстати, а как ты это сделал, а?'
   Вот, тоже, деликатный вопрос. А как? Эксперимент 'доброго доктора', определённо, имел некий эффект, помимо безумной боли, конечно же. Это и совершенно невозможная для человека сила, да и эти выпадения из реальности чего стоят!
   На всякий случай Павел взялся за лист брони у машины и попытался оторвать. Не вышло. Даже не шевельнулся. Будем надеяться, что молодой организм справился и поборол заразу... В конце концов, пусть ранее он себе в вену никакой гадости не пускал, но вот пить доводилось всякое, и ничего, живой!
   В любом случае, сам факт, что он пережил тот эксперимент, в отличии от его предшественников, и пускай на время, но приобрел странные способности - наверняка заинтересует многих. К тому же, не стоит исключать тот вариант, что Сергеич проводил свои опыты с санкции своего начальства.
   При таком раскладе ему грозит уже не просто суд и петля, а увлекательное времяпрепровождение в какой-нибудь ещё лаборатории. А ему это надо?! Прошлой ночи ему за глаза хватило!
   В общем, да, ездил с М.С. В старый город, сопровождал его в качестве охраны, потом вернулся, пришёл к середине пьянки, оттого его ни кто и не запомнил, нажрался, уснул отчего-то в гараже. Всё. Версия достаточно правдоподобная. Стража на воротах видела как он уезжал с Михаилом и видела как тот, позже, поехал в город один. Должно прокатить.
   Но, будем надеяться, что его и спрашивать никто не будет, но иметь версию про запас будет полезно. Всяк лучше, чем выдумывать её на ходу, под внимательными взглядами лишённых чувства юмора людей.
   Сейчас надо будет перекусить и найти себе контракт, чтобы быстренько свалить из этого гостеприимного города...
  
   * * *
  
   За завтраком Павел фактически завалил всю свою легенду. По крайней мере, помятый внешний вид и запах спиртного, хорошо помогавшие слиться с толпой этим утром, плохо сочетались с богатырским аппетитом, что внезапно навалился на него.
   Глядя на озадаченные, завистливые лица людей за соседними столиками, что пытались в себя хотя бы просто водички влить, ему стало неловко и пришлось объяснится: 'Представляете, день вчера был такой дурацкий! Нажраться успел, а пожрать - нет!'
   После завтрака Павел сбегал в свой номер, где принял душ и привел себя в порядок. Почистил одежду, проверил и обслужил винтовку. Пока занимался оружием, он тихонько ворчал себе под нос: 'Эх... опять пролетел мимо своей Мечты... И, главное, как пролетел! Со свистом! Но больше никаких авантюр... Может ещё немного придётся скопить, немного поискать. Рано или поздно - всё будет!'
   На бирже этим утром народу было не слишком много, по понятным причинам, а из тех, кто был, далеко не все стояли ровно. Павлу, с его репутацией и без того найти работу было не сложно, а в данных условиях, пусть и пахнущий спиртным, но твердо стоящий на ногах наёмник уже был на вес золота, и его сразу от дверей, ухватили за локоток и отвели в уголок.
   Ну а стоило начальнику охраны каравана узнать, что за птица попалась в его сети, так тот сразу предложил полуторную ставку, и без разговоров потащил в ангар, к машинам, велев дожидаться его там, пока он не вернётся с остальными наёмниками. Вероятно, боялся что конкуренты перекупят.
   Павла это более чем устраивало, так что он и не возражал. Разве что уточнил маршрут и длительность. Суточный перегон до Вязьмы, сто двадцать километров, это, конечно, маловато для беглеца, но тут главное выбраться за ворота, а там - ищи ветра в поле!
   Часам к десяти начальник охраны укомплектовал штат и они наконец отправились в путь. Проверка документов на груз и сопровождающих его лиц прошла без эксцессов, чего Павел немного опасался, а это значит, что по крайней мере пока у властей этого города к нему претензий нет.
   У него самого, понятное дело, определённые претензии были, мол, что за змею они тут пригрели, а? Вот только кого это волновало... Никого.
   Ну да ладно. Справился, пережил, не заработал, но и не потерял. Даже приобрёл своеобразный опыт. Так что можно забыть и ехать дальше. Дорога зовёт!
  
   * * *
  
   Обычная дорога, обычная работа. Пол часа стоишь на посту, обдуваемый холодным ветром, пялясь по сторонам, пол часа отогреваешься сидя в кузове. Половина дороги позади, а ни чего так и не произошло. Не то чтобы ему хотелось пострелять... Просто было скучно, да и, отчего-то, возникло чувство неудовлетворённости такой работой.
   Казалось бы, сидишь, время от времени смотришь по сторонам. Тебя везут из пункта 'А' в пункт 'Б'. Именно там, по прибытию ты получаешь свою плату. И если по дороге ничего не произошло, то и хорошо. Никаких задержек, никакая жуткая хрень не лезет на грузовик с намерением раскидать твои останки в радиусе десяти метров. Просто сел и приехал, словно пассажир. Только в отличии от них, не ты платишь, а тебе.
   Вот только при таком раскладе пользы от него меньше, чем вот от этого ящика. В нём хоть какое-то барахло, кому-то нужное. А он? Кому он нужен, какая от него при таком раскладе польза? Не, своё-то он получает. Тут без вопросов. Но ведь должно же тут быть что-то большее?
   Каждый человек на своём месте не только получает, но и отдаёт. Словно живая клетка человеческого тела он не просто сидит на своем месте и потребляет питательные вещества вместе с кислородом, что ему приносит кровь, но и выполняет в этом теле какую-то функцию, делает свой вклад в поддержании жизни тела, частью которого является.
   Когда он, предупреждает товарищей, а потом отстреливает нападающих на караван тварей, то он не просто отрабатывает своё содержание, а защищает других людей и грузы, делает возможной торговлю между человеческими анклавами.
   А ведь, к примеру, его винтовка собрана из частей изготовленных минимум в трёх - четырёх разных местах. Не будь торговли, жители поселений швыряли бы со стен городов камни в толпы наступающих тварей... Выходит, он действительно важен и нужен.
   Странные мысли. Когда его это заботило? Но в последние дни всё так сложилось одно с другим, что неизбежно настроило его на этакий философский лад. Сначала Серёга, что не просто бухтел, мол 'люди должны помогать друг другу', но и делом доказал верность собственным убеждениям.
   Потом Василий, и его пример с шахматами. Действительно, если посмотреть со стороны, то он просто один из наёмников. Пускай не пешка, но точно не король и даже не ферзь. И Земля вокруг него не вращается.
   А вчера он, вообще, прошёл на волосок от смерти. Безумный эксперимент безумного учёного, что уже стоил жизни трём его жертвам, а сам Павел чуть не стал следующей. И не понятно, то ли маньяк этот довёл очистку паучьей крови до нужного уровня, то ли просто организм Павла оказался покрепче и справился с заразой, но факт остаётся фактом - он чуть было не сдох в том подвале.
   А вот если бы сдох, то что дальше? Не, ну лично для него всё бы просто закончилось. А для остальных? Кто бы о нём вспомнил? Какой след он оставил после себя? Ведь смысл его жизни не в том, чтобы есть, пить, проводить время со шлюхами. Всё это лишь способ поддерживать свою жизнь, и делать её достаточно комфортной. А сама жизнь для чего?
   Вот этот грузовик, он для чего существует? Не для того же, чтобы кристаллы жрать, а для того, чтобы грузы возить. Так и итог его жизни, которая рано или поздно закончится не в том, сколько он съел, а в том, сколько пользы принес. Перебил несколько сот тварей, добыл уйму кристаллов, что пошли в оборот и в конечном счёте стали светом, теплом, топливом для машин. В конце концов, его предчувствия спасли не одну жизнь! А значит, не будь его на свете, то и эти люди погибли и не принесли той пользы, что смогли принести благодаря тому, что остались живы.
  
   - Слушай, Стас, - обратился Павел к напарнику, - в чём смысл твоей жизни, а?
   - Тварей убивать. - ответил тот. - Чтобы они нас всех не поубивали.
   - Так чего в охотники не пошёл? - поинтересовался он.
   - Глупо это. Лучше я, охраняя караваны, за свою жизнь перебью тысячу тварей, чем сгину в третьем-четвертом охотничьем рейде, не перебив и сотни.
   - Логично. - согласился Павел, подивившись такой рассудительности. - Готовься, скоро придется немного пострелять.
   - Чуешь их? - поинтересовался тот, и в его глазах загорелся огонёк азарта.
   - Да. - подтвердил он, и взялся за рацию. - Мужики, минут через пятнадцать - двадцать по правой стороне будет засада.
  
   * * *
  
   Сжимая винтовку, Павел вглядывался вдаль. Заметить окопавшихся тварей было почти нереально, но тем не менее, он внимательно вглядывался в расстилающееся по правой стороне от дороги заросшее поле.
  
   - Странно... - произнес он. - Стас, видишь вон там, около тех трех деревьев, на земле красные пятна?
   - Нет. - ответил он недоуменно. - Обычная земля, присыпанная снегом. Даже будь там что-то красное, то на таком расстоянии фиг разглядишь.
   - Не, ну точно есть! Словно туман подсвеченный красными лампочками! - произнес Павел с горячностью. - Восемь, девять... тринадцать, четырнадцать! Четырнадцать пятен! Видишь?
   - Нет, не вижу. - ответил тот, честно вглядываясь в указанное ему место. - Скоро подъедем, может будет лучше видно...
   - Ну почему же ты не видишь! Они же прямо светятся!
   - Может потому, что я и тварей заранее не чую? - задал он риторический вопрос.
   - Хм... - задумался Павел. - А ведь и в самом деле, судя по времени пора им уже появиться. Давай-ка я попробую их расшевелить, если это и вправду то, что я думаю.
  
   Подняв винтовку, он включил её, дождался заряда конденсаторов и дал по скоплению пятен короткую очередь. Эффект превзошел все ожидания. Раскидывая землю во все стороны, из земли выскочили десяток 'пауков' и четыре 'богомола'. На встречу им понеслись очереди из двенадцати винтовок.
   С одной стороны, стрелять было не очень удобно, поскольку цели находились впереди, в паре сотен метров по ходу движения колонны, так что только у передней машины был хороший обзор, остальным же приходилось стрелять поверх голов своих товарищей.
   Но с другой стороны, выскочи они из засады у самых грузовиков, стрелять может было и удобнее, но и у них был бы не нулевой шанс добраться до машин. А так, ближе чем на тридцать метров ни одна тварь не добежала.
   Во время короткой остановки для сбора трофеев, Павел, пребывал в смятении. Выскочившие из земли твари, для него были подобны горящим светильникам, сияли, словно раскалённые угли в костре. Даже сейчас, когда их разделывали, отрубая всё лишнее и собирая пролившуюся на землю и затвердевшую кровь, он видел их сияние. Видел его сквозь грузовики!
   И, кстати, в глубине машин тоже виднелись красные огоньки, а ещё, он перевёл взгляд на приклад своей винтовки, и там тоже, неярко, горел один огонёк. Его рюкзак пылал алым, так же как и рюкзак напарника, у того, правда, тусклее. Окинув новым взглядом вереницу машин, он везде видел горящие красные точки. Что же с ним происходит то?!
   Чтобы успокоится, Павел закрыл глаза и принялся медленно вдыхать воздух через нос, и так же медленно выдыхать через рот. Через несколько минут он и в самом деле пришел в норму. Свечение, что он продолжал видеть и через закрытые веки так же угасло.
   Если быть точным, и он тут отдавал себе отчёт, 'угасла' его способность видеть кровь тварей, как внутри них самих, так и кристаллизовавшуюся, в виде камней. Спору нет, способность полезная. Вот только если его предчувствия ещё можно свалить на интуицию и всё такое, то такие фокусы с глазами - однозначно последствия живительной клизмы от доброго доктора.
   Выходит, переливание не прошло бесследно. Не вывел организм из себя всю отраву. Как минимум, что-то осталось, и вот так проявляет себя. А что дальше? Он покроется хрустальным панцирем? Отрастит себе ещё шесть ног? Начнёт на людей кидаться? Пока, вроде, не тянет, но это пока!
  
   - Слушай, - обратился он к Стасу, - не рассказывай другим, пожалуйста, что я там что-то видел, чтобы от меня не ожидали много. Со мной ещё такого не было, и мне надо пока самому разобраться, что это за глюки.
   - Хорошо. - согласился тот, - А то и в самом деле, люди понадеются, что ты не только заранее предупреждать будешь, но ещё и место укажешь, а оно раз, и не сработает...
   - Вот именно. - подтвердил Павел. - Надо посмотреть, как оно будет в следующий раз, и только тогда делать выводы.
   - Ага. - согласился Стас. - Жаль только, что ты один такой. По крайней мере я о таком больше не слышал. Если бы все могли тварей заранее видеть, то насколько бы безопаснее стала наша работа! Остановились, расстреляли издалека, собрали трофеи и дальше поехали!
   - Это да... - произнес он.
   - А как объяснишь сегодняшний случай, если будут спрашивать? - спросил тот.
   - Почувствовал, что скоро нападут, вот и пальнул на удачу.
   - Хорошая версия. - признал Стас, после чего добавил, - Ты, главное, не зарывай талант в землю. Сам знаешь, чем больше сила - тем больше и ответственность.
  
   * * *
  
  25 сентября 2197 г., Вязьма.
  
   До города добрались уже в сумерках. Вообще, осенне-зимний сезон - время особенно рискованное из-за сокращения светового дня. Для того, чтобы преодолеть то же самое расстояние приходится либо гнать машины на большей скорости, рискуя хорошо так влететь в вырытую тварями яму, либо выезжать затемно, и так же в темноте добираться до цели. Пускай машины и сияют прожекторами, словно люстры, видимость уже совсем не та. Всегда остаётся немалая вероятность, что какая-то хрень выскочит из темноты и быстренько вскарабкается в кузов к людям.
   Получив в добавок к трофейному пауку ещё и расчёт за сопровождение каравана, Павел снял комнату, куда и забросил всё своё барахло, после чего отправился ужинать. Без особого желания, правда, скорее по привычке. Слишком уж многое навалилось на него в последние дни.
   Ещё неделю назад он был вполне доволен жизнью и будущее виделось ему вполне радужным. Теперь же он понятия не имел, как Можайские среагируют на пропажу своего главного энергетика и увяжут ли это событие с ним. Не знал, как ещё аукнется ему то переливание паучьей крови. Мало ему этого, так ещё и картошка, вон, бегает по тарелке и не даёт наколоть себя вилке... Бесит!
   Внезапно он вспомнил, как неделю назад вот так же за ужином начал психовать, а потом пришли гости... Прислушавшись к себе он понял, что нормально поспать этой ночью не выйдет. Вот только что ему сейчас делать?
   По хорошему, надо вставать и идти предупреждать стражу о грядущей атаке. Вот только сделать он это сможет лишь сославшись на своё имя и репутацию 'пророка'. Но он ведь убегает и прячется, не так ли? Сначала оповестил весь обоз о своём присутствии, предупредив о засаде, теперь весь город. Замечательная скрытность!
   Но какие тут есть ещё варианты? Покушать и пойти спать, а вы тут развлекайтесь как хотите? В Серпухове атаку встречала предупреждённая, усиленная наёмниками стража, и то, сколько было жертв! А если он промолчит?
   Может, получится как сегодня днём, как бы случайно пальнуть и тем самым обнаружить противника? Поднял тревогу, сорвал неожиданную атаку и тихонько вернулся назад. Без имён, не привлекая к себе внимания. План? Ничего умнее в голову не лезет, а значит это и будет планом.
  
   * * *
  
   Ночью было уже холодно. Дыхание стражников, патрулирующих стену, вырывалось клубами пара и рассеивалось в морозном воздухе. С балкона по трапу Павел выбрался на стену и глянул наружу. Дело было скверное. Не более чем в полукилометре от города, во тьме пылали сотни огней. Огней, которые видеть мог только он.
   Что-то они зачастили. То годами лишь мелкие набеги, да засады на дорогах, то уже второй штурм, и довольно серьёзный штурм!
   Павел родился и вырос при существующих порядках, и скверную, в общем-то ситуацию, был склонен воспринимать как норму. Города-крепости, бронированные караваны, что связывают их между собой, снующие твари, что время от времени устраивают засады на дорогах и пробуют на прочность оборону городов. Насколько он помнил, все то же самое было и пятнадцать и десять и пять лет назад.
   Он не знал другой жизни. Рассказы о прошлом воспринимались... ну, как рассказы, как сказки на ночь, как истории о Средних веках и Каменном веке. Просто истории, а реальная жизнь - вот она. И эта жизнь его вполне устраивала.
   Казалось, так будет всегда. Жизнь поменялась, сформировался новый уклад, и вот, теперь мы будем жить так. Пусть и плохо, но стабильно-плохо. Вот только, похоже, жизнь не стоит на месте и не считает себя обязанной соответствовать людским ожиданиям.
  
   - Что, не спится? - поинтересовался у него стражник, скучающий на чуть вынесенной вперед стены башенке с рельсотроном.
   - Ага. - подтвердил Павел. - Думаю, дай подышу свежим воздухом, да со стены погляжу.
   - Гляди. - великодушно разрешил стражник. - Вот только смотреть тут особо не на что. Скука смертная.
   - Да, - согласился он, - А теперь ещё и холодно.
   - Точно! - произнес тот.
   - Слушай, - обратился он к стражнику чуть нерешительно, - а дай мне из рельсотрона жахнуть! А то ни разу из него не стрелял!
   - Ты чё, спятил?! - поинтересовался тот. - У него на каждый выстрел камень уходит! Делать нехер, шмалять впустую! С меня же потом спросят!
   - Ну, камни-то не проблема! - произнес Павел, похлопав себя по карману, - Дам сразу пяток за такую возможность!
   - Ээээ... - растерялся тот. - А если меня спросят чего стрелял, а? Втихую-то не пальнуть. Сам выстрел не очень громкий, а вот от удара снарядом об землю взрыв такой, что в городе окна зазвенят!
   - Так я вдаль пальну! Разочек! - принялся убеждать его Павел, - А если к тебе будут какие-то претензии, то скажешь, что, мол, возникли сомнения в исправности орудия и ты решил произвести пробный выстрел за свой счет. Добавлю еще камень к тем пяти.
   - Нууу... если так... - тот заколебался в нерешительности, - Ладно, помни мою доброту! Давай свои камни!
  
   Получив камни стражник оживился, включил орудие и продемонстрировал кнопки, нажатие на которые смещало ствол вправо-влево и вверх-вниз. Как он рассказал, во время тренировок на ствол ставят слабенький, старый лазер, подсвечивающий на земле точку, куда нацелен рельсотрон, после чего, двигая четырёхметровым стволом, необходимо буква за буквой изобразить длинную фразу. Всё это нужно для того, чтобы не просто уметь быстро наводить ствол на мишень, но и сопровождать им быстро бегущую цель.
   Павел рассказал ему о недавнем бое в Серпухове, на что стрелок ответил, что когда бой идет под самыми стенами, пользы от орудий не много. Ты просто физически не можешь смещать ствол так быстро, чтобы поспевать за 'носорогом'. Собственно, оттого твари и нападают ночью. Выскакивают из темноты сразу к стенам, а не дают себя расстрелять днём на подходах.
   Сев за орудие, Павел прицелился в группу наиболее ярких огоньков и нажал спуск. Пушка рявкнула, выплюнув из себя вместе со снарядом длинный язык пламени и долю секунды спустя, вспышка от попадания снаряда отразилась в сотнях хрустальных панцирей.
   Отдать должное, это срзу привлекло внимание. Прожекторы заметались, направляя свои лучи от стены вдаль, и их свет заискрился на телах тварей. Загудела сирена, раздался выстрел ещё одного рельсотрона. Павел выскочил из-за орудия, уступая место стражнику. Начался бой.
  
   * * *
  
  26 сентября 2197 г., Вязьма.
  
   Заснуть ему удалось лишь под утро, часам к пяти. Всех 'носорогов' удалось расстрелять на подступах к городу, так что иметь дело пришлось лишь с ордами 'мелочи', что, тем не менее, тоже доставили проблем.
   Те же богомолы, дай им волю, могли бы вполне перемахнуть через стену, а 'пауки' пусть не быстро, но взобраться по ней, или проделать в ней дыру. Покуда к страже не подошло подкрепление, включая наёмников, тех из них, кто мог крепко стоять на ногах, обстановка была напряженной, но дальше всё свелось к методичному отстрелу нападающих. Рутина.
   Часам к четырём утра закончили, и ещё час Павел приходил в себя. Принял душ, чтобы смыть пот и принял из фляжки, чтобы успокоить нервы. В итоге, где-то в пять он заснул, и был не слишком разд проснуться в начале десятого, от сильного стука в дверь.
   Матерясь, в одних трусах, он открыл дверь и уставился на пятерых здоровенных стражников, в какой-то иной форме, направивших на него оружие.
  
   - Смирнов Павел Викторович? - спросил один из них таким тоном, что сразу отбил у него желание как-то сострить на сей счёт.
   - Он самый. - подтвердил он. - А в чём дело?
   - Собирайся, князь хочет тебя видеть.
  
  Глава 8.
  
  26 сентября 2197 г., Вязьма.
  
   - Князь хочет видеть... - проворчал Павел. - Сейчас, штаны надену... Надеюсь, он меня не без штанов видеть хочет...
   - Приказано доставить тебя вместе с вещами. - пояснил представитель княжеской гвардии. - Не успеешь за пять минут надеть штаны - понесёшь их в руках. Время пошло.
   - Какие шустрые... - буркнул он. - А что если я сейчас занят? Я, вот к примеру, ещё не завтракал! Да и в туалет бы сходить...
   - Был приказ доставить тебя с вещами и быстро. - произнес гвардеец. - Приказа доставить целым и здоровым не было.
  
   Павел понимал, что спорить с такими ребятами - для здоровья мало полезно, поэтому далее препираться не стал, хотя настроение располагало. Зевая, но тем не менее быстро оделся, с сомнением глянул на пластины брони, но, решив что на себе их тащить будет удобнее, чем в руках, так же нацепил поверх одежды. Рюкзак за спину.
   Взяв винтовку, он попытался было перекинуть её ремень через плечо, но увидев недвусмысленный жест конвоира, передал ему. Понятное дело, кто ж его пустит к князю с оружием в руках...
   Двое 'сопровождающих' шли впереди, указывая дорогу, а трое позади Павла, вероятно, прикрывая от нападения со спины. Ха-ха... Чтобы он не сбежал, понятное дело. Хотя куда тут сбежишь? На воротах его не выпустят, а если он ухитрится спрыгнуть со стены и не сломать себе ноги, а стража, вдруг, не станет по нему стрелять и даст уйти, то куда он уйдёт? До ближайшего города три - четыре дня, если пешком.
   Даже если он, со всеми своими навыками, дойдет до цели, что ещё не факт, учитывая тварей, мороз по ночам, необходимость спать, есть, пить... То в итоге, добравшись до другого города, он встретит этих же ребят, поджидающих его и настроенных не столь добродушно. Да и князь, определённо, в восторге не будет...
   В итоге, всё вернётся туда же, с чего и началось, вот только ситуация станет гораздо хуже. Потеряно время, здоровье, испорчены отношения... И то-то смеху будет, если изначально князь хотел его, допустим, наградить за вовремя поднятую тревогу! Отсыпет ему мешок камней, а потом торжественно вручит ту винтовочку, BFG-9000, что он видел у суки-Сергеича... Нет, не треснет, не слипнется, и вообще, мечтать не вредно. Вот!
   Коридоры Гостевого квартала привели их к двери, перед которой стоял пост охраны. Один из гвардейцев протянул Павлу мешок из тёмной ткани и приказал одеть на голову. Пришлось подчиниться.
   Павел знал, что жители городов крайне скрытны в том, что касается их жизненного уклада, внутренней планировки городов, и уровня достатка. Они вполне могли ходить голышом и жрать друг-дружку, но это ни как не касалось пришлых, и оставалось их внутренним делом.
   Двое, сопровождавших сзади, взяли его под локти и повели ничего не видящего Павла вперёд, по коридорам города, на встречу с его хозяином. Какого чёрта тому понадобилось?!
  
   * * *
  
   Извилистый пусть по городу, с мешком на голове закончился, судя по эху, в просторном зале. Ничего, сверх этого, Павел сказать не мог, поскольку снимать с его головы мешок никто не торопился.
  
   - ...Таким образом, господа, как видите, картина вырисовывается довольно тревожная. - закончил своё выступление резкий голос.
   - Благодарю, Сергей Семёнович. Вы и ваши коллеги помогаете нам взглянуть на ситуацию шире, чем она видится из-за наших стен... - произнес властный голос. - А зачем вам был нужен этот наёмник?
   - Дело в том, Владимир Романович, как вы правильно сказали, этот человек - наёмник, а следовательно находится в ведении и под защитой присутствующего здесь Старшего координатора гильдии наёмников.
   - Да, - послышался новый голос, - это наш человек, и я его знаю, знаю, кто он.
   - А кто он? - заинтересовался обладатель властного голоса.
   - Возможно вы слышали, Владимир Романович, что существует небольшой процент людей, обладающих не вполне обычными способностями. В частности, люди ощущающие чужой взгляд, предчувствующие опасность. Так вот, этот наёмник, Смирнов Павел, обладатель этого дара в крайней степени. Сопровождая караваны он предчувствует нападение тварей за пятнадцать - двадцать минут, причем в последнее время даже указывал, с какой стороны дороги поджидает засада.
   - О как! Крайне полезная способность, для человека его профессии! И много таких?
   - Дар, понятное дело, может проявляться в разной степени. Подобных ему, за последние пятьдесят лет мы зафиксировали менее десяти.
   - Редкая птица...
   - Редкая и ценная. Дело ведь не только в том, что этот дар уберегает его самого, он косвенно защищает и тех, кто с ним. Как вы сами понимаете, засада о которой знаешь заранее и неожиданная засада - это две большие разницы.
   - Это да...
   - Не раз и не два, Властители городов пытались прибрать себе этого ценного кадра... Не так ли, Алексей Фёдорович?
   - Именно, и я, кажется, понимаю к чему вы клоните. И, при всём уважении к вам и той организации, что вы представляете, по этому вопросу позиция нашей гильдии остаётся неизменной.
   - Я вас понимаю, и до недавнего времени я был полностью на вашей стороне. Человек, определённо, был на своём месте. Его дар спас жизни десяткам, как минимум, наёмников. О грузах и технике я и не говорю. Ставить его на стены какого-то одного города - не рационально. Но, буквально на днях, ситуация изменилась.
   - И что же произошло?
   - Во-первых, общая ситуация, о которой я поведал ранее. Как вы сами понимаете, в таких условиях, мобилизация ресурсов вполне оправданна. И во-вторых, изменения в даре самого Павла.
   - Да? И какие же?
   - По дороге сюда, на караван, который сопровождал Павел было совершено нападение. Четырнадцать тварей, если вам интересно. Так вот, он не только предупредил заранее и указал сторону дороги, но и за сотню метров от засады открыл огонь по скрытому противнику, заставив его, тем самым, обнаружить себя раньше времени.
   - О, как...
   - Ну а теперь на сладкое. Знаете кому мы обязаны предупреждением об атаке этой ночью?
   - Догадываюсь.
   - Разумеется. А знаете, как он это сделал? Он подкупил стражника, и выстрелил из рельсотрона прямо по стоящим в полукилометре от города, прячущимся в темноте, тварям! Спишем это на интуицию? При этом, ещё неделю назад, в Серпухове, в аналогичной ситуации, он смог предсказать лишь сам факт предстоящей атаки.
   - Его дар развивается?
   - Судя по всему, да. И у нас есть некоторые подозрения о том, что могло стать тому причиной... Но, сейчас это не важно. Важно то, что Павел, определённо, перерос свою нынешнюю должность. Полагаю, что в наших рядах он сможет принести больше пользы, послужить всему государству, а не какой-то отдельной его организации.
   - Возможно. Но зачем, скажи мне, Сергей, ты поднял этот вопрос на общем собрании? Перед князем? Могли бы это с тобой вдвоём обсудить...
   - Алексей, сотрудничество с торговцами дурно на тебя влияет! - произнес он и рассмеялся. - Прошу прощения, Владимир Романович, что втянул вас в это дело, но я знаю этого человека, и уверен, что подойди я к нему один на один, он бы меня сразу отшил, одновременно радуясь, что его капитал в виде Павла, прибавил в стоимости! А прояви я настойчивость, попытался бы вытянуть из меня взамен как можно больше ценного! И всё это без стыда и совести, невзирая на всю тяжесть сложившейся ситуации.
   - А вот это было обидно! Ты же знаешь, как я радею за общие интересы! Забирай его к себе, без вопросов! Пока кто-нибудь другой не прибрал к рукам... Сможешь пристроить его к делу, более важному, чем защита обозов - будет замечательно.
   - По рукам! Призываю всех присутствующих в свидетели.
   - Эээ... - промычал из под мешка Павел, шокированный таким поворотом дел. - Без меня, меня женили...
   - А твоё мнение тут ничего не значит. - произнес, судя по голосу, Владимир Романович. - Тебе и без того оказана немалая честь, присутствовать на этом совете, и, по крайней мере, быть в курсе того, как, кем, и каким образом решалась твоя судьба. - после чего обратился уже к другому собеседнику. - Сергей Семёнович, когда прибудут ваши люди?
   - Как обычно, в час ночи.
   - Хорошо. В таком случае, пусть этот наёмник посидит пока в карцере. Чтобы глупостей не наделал, и заодно для профилактики звёздной болезни.
  
   * * *
  
   Нельзя сказать, что Павел не бывал в карцерах раньше. Бывал и не раз, особенно в юности. Резкий нрав плюс алкоголь - не редко становились причиной драк. Перевёрнутые столы, летящие во все стороны стулья, разбитая посуда... Опять же, травмы разной степени тяжести.
   Но за последние годы его характер несколько сгладился. Уж больно дорого обходится несдержанность. Да и научился он, наконец, не придавать значения чужому глупому трёпу. Так что уже несколько лет бывать в карцере ему не доводилось.
   А тут всё по-прежнему... Комнатушка размером едва-едва метр на метр больше напоминала колодец. Сесть - на на что, лечь - тоже, если только свернуться на грубом полу калачиком, поскольку во весь рост не вытянуться, даже по диагонали.
   В итоге он уселся на пол и прислонился спиной к стене. Хорошо ещё, что он при полном обмундировании и в верхней одежде, а то в помещении, традиционно, было не жарко. Зарешеченное окошко под потолком стекла не имело, и через него во внутрь задувал морозный воздух. Хорошо, что, по крайней мере, зима только началась! В мороз тут вообще не комфортно, особенно если тебе дали три-четыре дня карцера...
   Когда там за ним приедут? В час ночи? Странные какие-то ребята... Путешествуют ночью, прессуют регионального главу гильдии Наёмников на глазах у князя, который им, при этом, вежливо поддакивает...
   И как просто и легко они между собой определили его дальнейшую судьбу! Суки! Устроили тут рынок рабов! А стоило ему обозначить своё недовольство, заявили, что он никто и звать его никак, а чтобы не забывал об этом - посиди, подумай. Плохо они его знают! Он тут сейчас такого надумает!
   А чего он и в самом деле 'надумает'? Фактический глава его гильдии его сдал. Был не прочь продать, но не фартануло, переиграли его, пришлось подарить. Уже сегодня пойдут радиограммы в другие города, и на биржах наёмников его статус обнулится. Всё, выбыл из списков. Карьера окончена. Вот так, легко и просто.
   И что теперь? Поартачится? Сбежать от новых хозяев? Вот только куда? В городскую стражу? Едва ли князь Вязмы это одобрит. Да и вообще, куда бежать от организации, что, судя по всему, уже давно следила за ним? От организации, перед представителем которой хозяин города едва ли не заискивал?
   В общем, вариантов тут особо и нет, и остаётся лишь надеяться, что это окажется нормальный народ, и работа не хуже прежней... Но вот само отношение бесит конечно. Ничего, есть у него один козырь в рукаве. Он им покажет, что с ним придется считаться! Вот только как он тогда это сделал?..
   Закрыв глаза Павел сосредоточился. Тьма под веками вспыхнула сотнями, тысячами оранжево-красных точек. Где-то одна-две, где-то несколько десятков вместе, а где-то сразу несколько сотен. Покрутив головой Павел убедился, что они повсюду вокруг него. Похоже, это все камни города. Хм... тоже не бесполезно. Хотя найти практическое применение этой способности будет не просто.
   Выходит, кстати, он видит не самих тварей, а заключённую в них энергию? И в камнях она сохраняется даже после их смерти. Получается, разница между живым пауком и горстью камней, полученных с него, не так уж и велика? Ммм... Ну да ладно, ему сейчас нужно кое-что другое.
   Мысленно он представил как берётся за дверную ручку и тянет её на себя... Тут Павел почувствовал какие-то перемены.. и сразу же - ощущение полёта. Идиота кусок! Он же не знает на каком этаже находится!
   Пролетев некоторое расстояние, он кубарем покатился вниз по склону. Остановка. Уф... Жив и более-менее цел, разве что на спине синяк будет. На спине, внизу, около копчика. Ещё и измазюкался слегка, но, вроде, ничего не сломал и шею не свернул. Повезло.
   Поднявшись на ноги, он огляделся. Яма с пологими склонами, глубиной метров пять. И это не предел! Дальше котлован уступами уходил всё ниже и ниже! Судя по всему, город имеет весьма масштабную подземную часть. А ведь мог бы и туда свалиться!
   Ладно, был дураком, исправлюсь. 'Всё, что не убивает - делает нас сильнее' и всё такое. Пора выбираться из ямы и посмотреть на этот мир при солнечном свете. В прошлый раз он гостил тут ночью и при свете звезд обзор был так себе.
  
   Сверху центр поселения напоминал кратер. Сам город - пятно безжизненной земли посреди большого поля, а его середина - яма глубиной метров сорок, насколько он мог судить. По крайней мере та девятиэтажка, на крыше которой он сидел, поджидая паука, там бы легко поместилась.
   Ну да и чёрт с этой ямой. Его куда больше заинтересовал окружающий поляну лесок. Было в нём что-то странное, чего он не заметил в темноте. Тяжело шагая по безжизненной земле и потирая пострадавшее при падении место Павел направился к деревьям.
   Чем ближе он подходил к ним, тем лучше видел лёгкую, бело-голубую дымку между берёзами и клёнами. Её можно было принять за туман, если бы не несколько странностей.
   Во-первых, начиналась она неподалёку от опушки, примерно там же, где на лишенной жизни земле появлялась первая трава. На самом поле тумана не было, хотя, как он видел во время утренних поездок, туман более всего заметен как раз в поле. Любит он стелиться по земле, заполняя низины.
   А во-вторых, дымка эта была отчётливо неоднородной. Более всего она напоминала каплю молока упавшую в воду. Какие-то струи, потоки, завихрения. Может быть дым? Но нет, когда Павел зашёл в лес, какого-то особенного запаха он не почувствовал. Пахло просто осенним лесом, и повсюду царило ощущение какой-то необычной свежести и чистоты.
   Опавшие листья тихо шуршали под его ногами, словно бы шептали ему о чём-то, воздух ласкал его щёки, а лучи солнца радовали взгляд. Интересно, тут растут грибы? А то раньше, как раз осенью, в лесу собирали грибы и потом их ели. Павлу захотелось пройтись по этому лесу, поискать тут эти самые грибы, разжечь костер и пожарить их на огне, нанизав на прутик. Сидеть, любоваться на пламя и ни о чём не думать.
   Павел вздрогнул и взял себя в руки. Не время расслабляться! Да и вообще... Что-то странное с ним происходит. Как-то всё это не характерно для него. Свежий воздух пьянит что-ли?
   Внезапно, слева, на периферии зрения он заметил движение. Дернув головой он успел уловить мелькнувшую между деревьев низенькую, щуплую фигуру. Ребёнок? Тут что, живут люди? А кто ещё тут живёт? А он то, вот незадача, без своей винтовки... Да, жаль, нет ружья... Так что давай-ка прочь из леса... Тем более, сегодня ему надо просто продемонстрировать, что в клетке его не удержишь, не более того. А то много о себе возомнили, главнюки!
   Теперь осталось определиться с местоположением гостевого квартала. А это не так-то просто. Хм... Сделаем вот так...
   Стоя на опушке леса Павел снова мысленно потянулся к 'дверной ручке' и, после секундной темноты, опять оказался в привычном ему мире. В паре сотен метров от него высилась стена города, а сам он стоял в поле, где прошедшей ночью расстреливал тварей.
   Быстро, пока его не заметили стражники, Павел принялся ориентироваться на местности. Так... дорога, ворота, а за ними как раз гараж. Зафиксировал направление, расстояние... Всё, обратно.
   Десять минут прогулки неспешным шагом, и он на месте. Снова переход, и он в гараже. Непонятно, как это выглядело со стороны. Но, судя по всему, никакие вспышки или громкие звуки переход не сопровождали, так что внимания он не привлёк.
   Может показаться странным, что человек может появиться в помещении из воздуха, и никто не обратит на это внимания. Но, согласитесь, если это не произошло прямо на ваших глазах, у вас перед носом, то естественней будет предположить, что вы просто не заметили как человек подошёл, а не то, что он каким-то образом возник из неоткуда. Тем более, Павел вёл себя вполне естественно и выглядел как обычный наёмник.
   Не таясь и не прячась, он отправился наверх, потратил час на то чтобы прошвырнуться по магазинчикам, после чего завалился в ресторан. Завтрака его лишили, а так он, по крайней мере, пообедает нормально. Даже, пожалуй, стоит поесть с запасом. Не известно, как на его финт среагируют местные власти, и когда его отсутствие обнаружат, но что-то подсказывало ему, что на ужин рассчитывать особо не стоит.
   В конце концов, в его жизни сейчас наступил переломный момент. То, чем он жил всё это время - подошло к концу, и что будет дальше он не знал. В любом случае - это повод. Однозначно повод. Четырёх стопок будет достаточно... Ну, максимум пять.
  
   * * *
  
   Требовательный стук в дверь прервал его сон. Опять! Павел попытался было накрыть голову подушкой, но сон уже был перебит, да и стучали уж больно настойчиво.
  
   - Открывай, Смирнов! - прокричал голос из-за двери. - Мы знаем, что ты здесь! Не заставляй нас ломать дверь!
   - Сейчас, сейчас! - проорал он в ответ. - Дайте хоть штаны надеть!
  
   Слегка качаясь, Павел прошел через комнату и открыл дверь. Знакомая форма. Гвардейцы. Вроде как, даже, те же, что и утром. Разве что в этот раз их не пять а... раз, два, три... Восемь.
  
   - Опять вы! - произнес он укоризненно.
   - Какого хера ты карцер прогуливаешь, а? - проорал гвардеец. - Почему мы должны искать тебя по всему городу?!
   - А чего меня искать? - поинтересовался Павел, вы что с первого раза номер комнаты не запомнили? А насчёт карцера... Ты сам-то когда там последний раз был? Никаких удобств! Я всю ночь защищал ваш задрипанный городишко, отстреливал тварей со стены, не спал, а меня за это в карцер! Причём, без завтрака! Да и относительно обеда были у меня сомнения! Так что, чего я там забыл, а? Холодно, голодно, спать не удобно! Вот и вернулся обратно. Ни от кого не прятался, так что и искать меня не нужно было.
   - Ладно, - вмешался другой гвардеец, - хватит поясничать. Про неудобство карцера расскажешь своему новому руководству, возможно, они подберут для тебя подходящий. С таким характером, жить тебе в нём на постоянной основе. Одевайся-собирайся и пойдём. Итак тебя уже заждались, так что копошись в темпе.
  
   Путь по коридорам гостевого квартала снова привёл к охраняемой двери в основную часть города. Мы что, не в гараж? Странно. Опять одели на голову мешок, и опять путь в темноте. Не так и долго, минут пятнадцать, но в этот раз немалую часть времени занял подъем по лестницам. Скрип двери, порыв холодного ветра. С головы Павла, наконец, сняли мешок и он смог оглядеться.
   Ночь. Крыша высотного дома, где-то в центральной части города. Люди в незнакомом обмундировании с отличным оружием. И... здоровенный, матово-чёрный военный коптер, тихонько, еле слышно вращающий винтами, готовящийся к взлёту.
  
  Глава 9.
  
  27 сентября 2197 г.
  
   Изнутри коптера шум двигателей был почти не слышен. Хорошая звукоизоляция. Внутреннее пространство десантного отсека могло вместить в себя человек тридцать, но сейчас, помимо Павла, тут присутствовали мужчина, лет пятидесяти и десяток... солдат, другого слова он подобрать не смог.
   Одинаковая униформа с одетыми поверх неё бронежилетами, одинаковые каски, одинаковое оружие. Да и выглядели они как-то одинаково. Все примерно одного возраста, лет двадцати пяти, одинаково выбриты, с одинаково равнодушным выражением на лице.
   Оружие у них, кстати, отчего-то сплошь старинное-огнестрельное. Короткий автомат на груди, пистолет на поясе. Складывалось впечатление, что они во-первых, снаряжены для противостояния людям, и смогли бы дать хороший бой, к примеру, той же гвардии князя, а во-вторых, имеют доступ к обширным складам с техникой, снаряжением, оружием и боеприпасами, что не истощились за эти семьдесят лет.
   Если у них есть действующая авиация и доступ к складам с оружием, то там ведь есть не только ручное оружие, но и ракеты, бомбы... При таком раскладе становится понятна покладистость князя.
  
   - И как много городов вы обложили данью? - спросил Павел у сидящего напротив него пожилого мужчины.
   - Сотни. - ответил он, пожав плечами. - Всю Конфедерацию Крепостей России, если быть точным. Ведь это мы её и создали, да и поддерживаем на плаву до сих пор.
   - Вот прямо без вас никак, что-ли? - скептически поинтересовался он.
   - Именно так. - подтвердил тот. - Представь себе семь-восемь сотен людей, что высадили в лесу. Что они будут делать? Конечно, они могут разбрестись по лесу и пытаться выжить поодиночке, но тысячи лет человеческой истории доказали, что это будет не самым лучшим решением.
   - Почему это? - спросил он. - Каждый сам за себя.
   - Во-первых, специализация. - ответил тот. - Вот представь, есть среди них хороший плотник или портной, но при этом плохой охотник. Что с ним станет?
   - Помрёт с голоду.
   - Так точно. И получится, что выживут только хорошие охотники, не способные при этом сшить нормальную одежду из добытых ими шкур или изготовить новое оружие, взамен пришедшего в негодность. Они не смогут изготовить из глины посуду, кирпичи, построить нормальный дом. Жизнь этих охотников-одиночек будет мало отличаться от жизни животного, что бродит по лесу в поисках добычи.
   - Ну, по крайней мере они выживут.
   - Выживут, но только в первое время. Поскольку, во-вторых, в силу вступают разного рода случайности. Представь, что такой вот охотник заболел, ногу сломал или ещё что-то в таком духе. Что с ним станет?
   - Съест все свои запасы.
   - Это хорошо, если они у него есть. Без холодильников пища хранится не долго, знаешь ли. Но с учётом того, сколько срастаются переломы, едва ли у него будут с собой запасы на несколько месяцев.
   - Значит ему не повезло.
   - Подобное невезение однажды случится с каждым. Один сломал ногу, другой подхватил заразу, третий отравился. Рано или поздно твоё выживание будет зависеть от того, поможет тебе кто-нибудь или нет.
   - Это да... - вынужден был согласится Павел, вспомнив, как Сергей спас ему жизнь на стене.
   - Но и это ещё не конец. Есть 'в-третьих'. Что если за этими 'охотниками' тоже будет вестись охота? Кто будет охранять его, когда он спит? Кто поможет ему, когда он столкнётся с превосходящим по численности противником? Десять воинов легко перебьют тысячу, если отловят их по одному.
   - Значит этой тысяче надо собраться вместе, и тогда они легко победят тот десяток! - предложил Павел.
   - Вот именно. С этого я и начал. - ответил его собеседник. - Им с самого начала нужно объединится в одну группу и распределить между собой обязанности. Охотники будут добывать мясо, фермеры - растить картошку, плотники - строить дома, портные - шить одежду и так далее. Вот только вся эта деятельность нуждается в руководстве и регулировании. К примеру, что делать первым, копья или топоры для рубки деревьев? Обувь или верхнюю одежду? Что строить - баню, ледник для хранения еды или частокол вокруг поселения? Мнения могут быть разные, но делать надо что-то одно. Кто-то должен принимать окончательное решение в том, кому и чем надо заниматься, разрешать внутренние споры и конфликты, организовывать помощь нуждающимся и оборону против общего врага.
   - Хорошо. - признал Павел. - Допустим и в самом деле, выживать выгоднее сообща, а для совместной деятельности нужно, чтобы кто-то руководил. Допустим. Но по какому праву именно вы взяли на себя такую функцию?
   - А потому что смогли. - ответил тот. - Не морщись. Мало назвать себя 'главным', надо ещё иметь возможности эту власть реализовать. Давай, к примеру, назначим князя Вязьмы, Владимира Романовича, верховным правителем. Как он будет руководить, допустим, городами за Уралом? Будет слать туда записки с распоряжениями через торговцев? А как он поступит, когда в ответ те начнут слать его на хер? Власть, знаешь ли, подразумевает под собой, в том числе, и способность заставить других выполнять твои приказы.
   - То есть, просто право сильного? И всё?
   - Ты знаешь, что в том же английском языке, для примера, слово 'power' - означает одновременно и 'силу' и 'власть'? Это, по сути, синонимы. Силой власть берётся, силой удерживается. Вопрос только в том, как этой властью пользуются. К примеру, мы бы могли, как ты выразился 'обложить данью' подвластные нам города-крепости, и тянуть из них все соки, обеспечив себе, тем самым, сытую жизнь. Вот только есть одна проблема...
   - Твари?
   - Именно. Ослабленные поселения не смогут дать им отпор. Голодные стражники, без доспехов, с одной винтовкой на троих не смогут защитить свой город, и при такой манере руководства, руководить скоро будет нечем и некем.
   - Ну хоть какая-то от них польза...
   - Если бы 'Судный день' ограничился лишь уничтожением больших городов, то мы, поверь, уже бы давно отбивались от захватчиков из других стран. Ну и, параллельно, сами старались бы подмять под себя новые территории... Зачем их отдавать потенциальному противнику?
   - Разумеется, разумеется. - произнес он с иронией. - Жажда власти тут не причём. Ну да ладно... В конечном счёте, это всё теория, хоть и занимательная. Меня больше интересует 'практика'. А именно, откуда вы взялись такие хорошие, и куда мы летим?
   - Вопрос резонный. - согласился тот. - Но для начала, хочу обратить твоё внимание на лица моих телохранителей, видишь легкую тень охреневания на них?
   - Ммм... Что-то такое и в самом деле есть. - признал Павел. - И чем это вызвано?
   - Дело в том, что в силу занимаемого положения, предпочитаемый мной язык общения - это большей частью язык приказов. Я говорю копать, ты копаешь. Улавливаешь? Если ты не копаешь, то тебя наказывают и ты копаешь. Ну или уже тебя закапывают. Тут по-разному бывает. В моём подчинении тысячи людей, и если я буду за каждым ходить, объяснять и уговаривать, то... сам понимаешь, дела встанут.
   - Так отчего мне такая честь?
   - Ну, во-первых, ты человек у нас новый и почти ничего не знаешь. Надо же тебе это объяснить? Лететь нам ещё около четырёх часов, так что время есть. Почему бы не скоротать его за беседой? А во-вторых, если копать ил не копать человека ещё можно заставить, то изобретать, проектировать, руководить другими - из-под палки уже не выйдет. Пытками можно вытянуть из человека всё, что он знает, но вот работать на тебя в полную силу он не будет. Более того, подневольный работник может начать вредить. Зачем такой риск? Так что у тебя сейчас есть выбор из трёх вариантов.
   - Каких? - заинтересовался Павел.
   - Первое, если свобода для тебя дороже всего, мы прямо сейчас откроем дверь, и лети куда хочешь...
   - Ммм... Огласите весь список, пожалуйста.
   - Хорошо. - согласился тот. - При втором варианте, ты можешь решить, что пошли мы все на хер, и сотрудничать с такими гадами ты не будешь. В таком случае, тебе найдётся работа, не требующая талантов, но требующая присмотра. Как я уже говорил, копать-не копать, тяжести таскать, говно выносить... Едва ли тебе такое понравится, но жить будешь.
   - Как я понимаю, есть и третий вариант?
   Да, тот, ради которого всё и затевалось. - подтвердил мужик. - Ты сотрудничаешь с нами, а мы находим применение твоим способностям. Даже если с твоей интуицией не выгорит, то переучим тебя на солдата. Ну а будешь чудить - всегда есть вариант номер два.
   - Всё так интересно, что я даже не знаю, что выбрать... - произнес Павел и почесал затылок. - Расскажите, что-ли, что вы из себя представляете и чем занимаетесь, помимо сбора дани.
   - Ладно. - согласился его собеседник. - Начать тут стоит с самого начала. Как ты сам знаешь, в Судный день, буквально за несколько минут, все сколько-нибудь крупные города были уничтожены, а в малых, уже на следующий день воцарился хаос. Но было ещё кое-что, а именно - армия. Войсковые части, военные городки, склады и базы. Понятно, что то, что находилось в городах - было уничтожено вместе с ними, но значительная часть уцелела.
   Первое время основной версией было то, что против нас применили неизвестное оружие, и у кое-кого руки тянулись к 'красной кнопке'. Вот только спутниковые данные показали, что ровно то же самое произошло по всей Земле. Так что тут виноватых не найти. Ну и масштаб и одновременность атаки не позволяли свалить всё на фанатиков-террористов. Ну а когда из 'заледеневших' городов попёрли твари, окончательно стало ясно, что это инопланетное вторжение.
   Да, да, это основная версия по сей день, и главный довод тут в том, что в момент атаки, по всей планете молочно-белые кристаллы, служившие бездонным источником энергии и ставшие причиной не виданного расцвета человечества, сменили цвет на чёрный и перестали выдавать энергию. Остановилось и погасло всё. И тут удар. Совпадение? Едва ли.
   Это выглядело так, словно их просто отключили. Те, кто это сделал, определённо, понимают в них больше чем люди. А с учётом дальнейших событий... тех же алых камней, что выходят из крови тварей и работают так же, как и те, белые, разве что не множатся и имеют ограниченный запас энергии. Всё это указывает на то, что это одна и та же технология. А знаешь, откуда те белые кристаллы взялись?
   - Я, честно говоря, в само их существование особо не верил... - признал Павел, пожав плечами.
   - Они взялись из космоса! Их привез на Землю автоматический аппарат с Цереры, крупнейшего объекта в поясе астероидов между Марсом и Юпитером. Сами эти астероиды, к слову, считают остатками погибшей планеты. Не та ли судьба ожидает и Землю?
   В общем, определившись с ситуацией, военные попытались сначала отбить у противника Тулу, а когда это не вышло - нанесли ядерный удар по Москве.
   - Эээ... и каков результат? И что там с Тулой было?
   - На Тулу выдвинулись пятьдесят танков при поддержке авиации. Стоило им углубиться в город, как их уничтожили буквально за пару минут. Авиация сыпалась с неба, а на земле взрывались танки.
   - Орда тварей? А до коптеров как дотянулись?
   - В том то и дело, что нет. Из того, что удалось разобрать из записи эфира, помимо криков и проклятий, стало ясно, что им противостояли человекообразные фигуры. Причём, их было совсем мало, возможно вообще одна.
   Понимаешь?! Выглядело всё это так, словно десяток кур атаковали пулемётчика, который порвал их на части короткой очередью.
   Именно этих гуманоидов мы и считаем захватчиками, и их технологический уровень не сопоставимо выше нашего. Ну а 'твари' - это что-то совсем иное. Может это их крысы и тараканы? По крайней мере в них нет ни великого разума, ни реальной силы.
   - Что там с Москвой?
   - А?... всё без толку... Ракеты просто исчезали. Растворялись в воздухе на подлёте к городу.
   - А мы сейчас не слишком близко? - спросил Павел с опаской, глядя чуть левее и ниже своего собеседника, на гигантский пылающий костёр, что он видел сквозь борт машины.
   - Нет, они устраняют лишь непосредственную угрозу себе. - ответил тот, и поинтересовался. - Чуешь их?
   - Вижу. - признал он.
   - Как интересно... И на что это похоже?
   - На огромный костёр. Скорее даже, на извержение вулкана, поскольку пылает не только город, но и что-то глубоко под ним. Словно бы, огонь идёт откуда-то снизу... или опускается вниз.
   - Возможно, это то, чем они занимаются? Стремятся вглубь планеты? Именно там находится то, что им нужно, а твари служат лишь сторожевыми псами, что отгоняют нас от их раскопок?
   - Если это так, то что-то мне подсказывает, что у Солнца и в самом деле может появится второй пояс астероидов... - растерянно произнёс он.
   - Именно это нам и нужно предотвратить. - твердо произнес тот.
   - Но как?! - воскликнул Павел. - Что мы тут можем сделать, если они со всех сторон нас превосходят?!
   - Не знаю. - честно признал его собеседник. - Я полагаю, что ключом тут могут стать твои способности. Одно то, что ты можешь их видеть - станет неслабой подмогой... А там может ещё что придумаем...
   - Ну ладно, - произнёс Павел, - давайте закончим урок истории. Что там дальше было?
   - Тогда командование решило, что раз с наскока взять не вышло, надо начинать осаду... В том смысле, что приготовились к долгому противостоянию. В качестве базы был выбран резервный командный пункт под горой Ямантау, на южном Урале. Помимо хорошей защищенности и обширных складов, то убежище могло вместить большое количество жителей. Сейчас, к слову, там обитает более трёхсот тысяч человек.
   - Ого! Это как двадцать обычных городов!
   - Да, примерно так. Тогда туда переехали все военные и организовали там штаб, по противодействию противнику. Туда же свезли и все уцелевшие стратегические и военные запасы. Мы до сих пор доедаем консервы, изготовленные в прежнюю эпоху.
   - И чем такая толпа народу занята? Помимо скрытного управления другими городами? И почему, кстати, скрытного?
   - Понимаешь, тогда, при атаке Тулы мы увидели истинную мощь противника и не испытываем в отношении их иллюзий. Если они захотят нас уничтожить - они это сделают с лёгкостью. То, что они этого до сих пор не сделали, говорит лишь о том, что нынешнее положение дел их устраивает. Всё вот это - люди запертые в городах-крепостях, редкие караваны. Недовольства они не высказывают, занимаются своим делом, и лишь набеги тварей не дают нам окончательно расслабится. А так - всё не так плохо, как могло бы быть.
   А вот заяви мы, что все эти разрозненные города являются одним государством, с армией, военной техникой и оружием, начни мы крупномасштабную войну с тварями... Кто знает, что они сделают? Некоторые считают, что, быть может, они тут добывают какие-то ресурсы. Возьмут то, что надо и улетят. Зачем их провоцировать? Я так не считаю, но и такие настроения есть.
   Что же касается текущей деятельности... Помимо экономики и политики мы ещё занимаемся образованием и наукой, а так же, сохранением знаний. И знания эти не только общего порядка, вроде того, что Земля - это шар, что вращается вокруг Солнца, а не наоборот. Нет, есть уйма узкоспециализированных знаний, о которых большая часть людей даже не задумывается.
   Например, твоя броня. Ты знаешь, что это не просто переплавленные металлолом, а конкретный сплав, в котором помимо железа и углерода присутствую легирующие добавки? Точно не помню, четыре или пять, но в строго выверенной пропорции.
   Ты знаешь, как изготовить гауссовку? Каким должно быть сечение провода в катушках? Как приготовить лак, что служит на нем изоляцией? Какой электролит в конденсаторах?
   Автомобили, одежда, обувь, лекарства, светильники, рации, все привычные тебе вещи нужно как-то сделать. Без чертежей, учебников и системы образования, люди, к этому времени, уже ходили бы одетые в шкуры, вооружённые палками и камнями.
   Имеющиеся научные архивы нужно не просто сохранить, но и приспособить к нашим текущим возможностям и потребностям. Например, как прокормить людей, запертых в стенах городов? Очень не простая задача. А ведь питание должно быть ещё и полноценным. А медицина? Да даже развлечения, музыка и искусство. Без этого тоже никак.
   Когда ты, как наёмник, сопровождал обоз, то отвечал лишь за себя и своего напарника. Даже не за весь обоз, поскольку это забота начальника охраны. Мы же отвечаем за миллионы людей. Совсем другой уровень, знаешь ли...
   - Понятно... - произнес Павел задумчиво. - Масштабные задачи. Да и ситуация с тварями, оказывается, хуже чем я думал...
   - Это ты ещё не всё знаешь. - обнадёжил его собеседник.
   - Вот спасибо... - буркнул он. - Но, если вы считаете, что от меня во всём этом может быть какая-то польза, то давайте попробуем поработать по третьему варианту.
   - Вот и хорошо, Павел. - произнес тот. - Зови меня Сергеем Семёновичем.
   - Договорились. - сказал он. - Долго ещё?
   - Час с небольшим. Скоро будем на месте.
  
  Глава 10.
  
  27 сентября 2197 г. гора Ямантау, "Москва-2"
  
   Зависнув над горой, пилот передал по рации условный сигнал, и внизу загорелись габаритные огни, подсвечивающие площадку для посадки. Стоило коптеру на неё опустится и выключить двигатели, как площадка вздрогнула и вместе с машиной пошла вниз.
   Однако! Это сколько же надо энергии иметь, чтобы такую махину вверх-вниз катать? Такой лифт, думается, кушает о-го-го! Прошло, наверно, минут десять, пока лифт с коптером не остановился.
  
   - Иванов! - громко позвал Сергей Семёнович.
   - Я! - откликнулся один и сопровождавших его солдат.
   - Ко мне.
   - Слушаюсь!
   - Слушай приказ. Сопроводить Смирнова Павла в вашу казарму и обеспечить койко-местом. До 14:00 отбой. В 14:30 обед вместе с личным составом отделения, а после, к 15:00 сопроводить в кабинет к Леониду Павловичу. Приказ ясен?
   - Так точно!
   - Исполнять. - приказал он, и добавил. - Пусть в казарме дневальный за ним приглядывает, чтобы глупостей не натворил.
  
   Из ярко освещённого ангара, в котором Павел насчитал не менее десятка угольно-чёрных коптеров, они всем скопом выехали на большом пассажирском электромобиле, способном вместить в себя более трёх десятков пассажиров. Как и ангар, тоннель по которому они ехали, был ярко освещён. Прямо не подземелье, а летний солнечный день!
  
   - А вы тут энергию, я смотрю, не экономите! - обратился он к сопровождающему. - Так много камней, что девать некуда?
   - Нет. Потребности комплекса обеспечивает ядерный реактор. Да, да, настоящий, рабочий. С момента появления энергокристаллов, в 2040-м, они начали активно вытеснять любую иную форму производства энергии, как сам, наверняка, знаешь. Слишком уж выгодно, слишком уж легко. Государство тогда сначала пыталось бороться, потом контролировать, а поняв, что это бессмысленно - обложить дополнительными налогами, чтобы субсидировать оказавшуюся в заднице отрасль. Зачем нужны тепловые, атомные, гидроэлектростанции, если их легко может заменить устройство размером с чемоданчик? Так что борьба старого с новым была проиграна заранее. Слишком уж не равны были силы. Тем не менее, все стратегически важные объекты, вроде этого, были оснащены альтернативными источниками энергии, а в подвалах гос. учреждений находились резервные генераторы с запасом топлива.
   - Дальновидно...
   - Ну да, время показало, что 'манна с неба' оказалась довольно горькой. С тех пор, любые 'кристаллические' технологии мы используем по-минимуму. Те же коптеры, очень уж удобны, но и им есть альтернатива, если что. Вертолёты поддерживаются в работоспособном состоянии, и время от времени пилоты совершают на них тренировочные вылеты.
   - Ясненко. Что могу сказать? Разумно. - произнес Павел и огляделся по сторонам. - Смотрю комплекс довольно велик... Сколько мы уже едем...
   - Комплекс, неофициально мы называем его 'Москва - 2', действительно велик, но в данном случае просто аэропорты вынесены за пределы основного жилого пространства, чтобы в случае, если враг прорвётся через лифтовые шахты, то не оказался сразу на базе. Ну и, думаю, понятно, что одно нажатие кнопки и срабатывают взрыватели, после чего этот тоннель обрушивается.
  
   * * *
  
   Спать особо не хотелось. Пусть ночью вздремнуть и не удалось, но зато вчера днём он неплохо поспал. Лёжа на кровати он прокручивал в голове прошедший день.
   Да, устроил истерику, да оплакал свою свободу, словно девица, которую насильно выдают замуж. Вот только, был ли он вообще когда-нибудь свободен? Будучи членом гильдии наёмников, он подчинялся её правилам. Его могли как поощрить, так и наказать. Могли выгнать. Устройся он в стражу, так и там свои правила и своё начальство, что вправе принимать решения, не спрашивая его мнения.
   И так везде. В любой группе людей есть свои правила, обязанности, запреты. Даже стань он, допустим, правителем города, то не стал бы свободнее. Скорее наоборот, появилась бы куча новых хлопот и обязательств.
   Свободным можно быть, живя один в лесу, да и то, до тех пор, пока не придет кто-то, кто объявит себя хозяином леса, и не потребует с него налог, в той или иной форме, а так же подчинения установленным им правилам.
   Так что по факту, он сменил одного работодателя на другого, разве что, не по своей инициативе. Но с другой стороны, о тайной столице страны он и слыхом не слыхивал, и если бы он захотел сюда попасть сам - фиг бы у него что вышло. Сюда не приходят, сюда приглашают. Хотя, конечно, довольно навязчиво.
   Народ, из тех, кого он видел, зашуганым, изможденным или подавленным не выглядел. Бледные все, разве что - жители пещер... Компашка самая крутая, что есть в стране, а то и на континенте. Не считая пришельцев. Надо же, ему и в голову не приходило... Впрочем, он особо и не задумывался о том, откуда взялись твари. Для него они были всегда. Прут из остекленевших городов, нападают на караваны и города-крепости. Увидел - стреляй. А тут вот оно как, оказывается.
   Так что не всё так плохо. С его даром, едва ли его будут тут держать постоянно. Скорее всего, будет летать и вынюхивать. Может, постреливать иногда. Так что, по сути, всё то же самое. Разве что, надо будет выяснить, чем тут кормят, и как тут с бабами...
  
   * * *
  
   Проснулся он от зычного вопля 'ПОДЪЁМ!' О как... даже не заметил, как уснул. Ну, посмотрим, как тут кормят. А кормили, очень даже неплохо. Очень. Вплоть до того, что некоторые продукты не были ему знакомы, вроде красных, водянистых овощей (или фруктов?), порезанных дольками.
   На входе в столовую висело меню на эту неделю, и, как оказалось, каждую неделю оно менялось. Ууу... Зажрались москвичи - 2. Впрочем, учитывая то, что теперь и он имеет возможность приобщиться к данным благам... Жизнь налаживалась.
  
   - Слушай, - спросил Павел своего провожатого, - а кто этот... ну, как его... к которому мы идём?
   - Леонид Павлович? - уточнил солдат. - Начальник Службы безопасности нашего сектора. Сам понимаешь, кого попало в столицу не приглашают, так что основную проверку ты уже прошёл. Но, видать, остались какие-то вопросы.
   - И что будет, если я не пройду это собеседование?
   - Ну, Сергей Семёнович уже озвучивал тебе варианты. - ответил он, и, остановившись перед дверью прокомментировал. - Пришли.
  
   * * *
  
   Во главе большого стола сидел пожилой мужчина в форме, а справа от него, в кресле развалился Сергей Семёнович. Перед столом, посреди комнаты стоял одинокий стул, предназначенный, очевидно для Павла. Ммм... да... Неуютненько....
   - Садись. - произнес хозяин кабинета. - На тебя есть довольно подробное досье, но не смотря на это, к тебе есть несколько вопросов. Да и охота глянуть своими глазами, что ты за птица.
   - Хорошо, - ответил Павел, садясь на предложенный ему стул. - Я понимаю.
   - Для начала уточним некоторые данные... - произнес он, открывая папку с документами. - Тааак.. Смирнов Павел Викторович, 2161 год рождения?
   - Всё верно. - подтвердил он.
   - Мать, Смирнова Наталья Владимировна, год рождения 2140?
   - Да, вроде так.
   - Когда вы с ней общались последний раз?
   - Не помню, больше десяти лет назад. Она потом куда-то пропала. Какое это имеет значение?!
   - Всё имеет значение, в соответствующем контексте...
   - Каком именно?!
   - Не важно... Следующий вопрос. Как давно вы знакомы с Горбенко Михаилом Сергеевичем, 2149 года рождения?
   - А это кто такой? Дядя мой, что ли? Раз уж вы взялись за моих родственников...
   - Он ваш родственник? В вашем досье нет такой информации... Последний раз вы встречались с ним три дня назад, в Можайске. Помните?
   - А... Михаил Сергеевич, точно... Сука такая...
   - Тааак... 'Испытывает неприязненные отношения' - пробормотал тот, и принялся делать какие-то заметки.
   - Чего это вы там пишете, а? - всполошился Павел? После чего обратился уже к Сергею Семёновичу. - Я тут ещё кой-чего уточнить хотел... Насчёт политической обстановки вы меня немного просветили во время полёта, а как насчёт судебной системы?
   - Что именно вас интересует?
   - Ну, если бы я, допустим, в Каменках по-пьяни набил кому-нибудь лицо, и меня тамошние власти искали с целью наказать?
   - Согласно вашему досье, разумеется, я предварительно его прочёл, подобные эпизоды действительно имели место, но в розыске вы не значитесь. Ни у нас, ни в Гильдии убийц.
   - А вы тоже розыском занимаетесь? И какие у вас отношения с Гильдией? Почему вы терпите наёмных убийц? Охота за людьми узаконена?
   - В виду существующих обстоятельств, законодательство, как ты знаешь, в каждом городе своё. И тут мы не вмешиваемся. По крайней мере пока. Что касается случаев, когда преступивший закон бежит в другой город... Ты, вообще, знаешь сколько стоят услуги Гильдии?
   - Эээ... Как-то не интересовался.
   - Прикинь свой вес в камнях, примерно столько и выйдет. Как сам понимаешь, это не мало даже для глав городов, и такую сумму из-за каприза или обиды платить не будут. Удовольствие не дешёвое и не частое, на самом деле. Тут больше пропаганды для профилактики, чтобы люди понимали, что бегство в другой город - это не бегство от правосудия.
   - Более того, - добавил Леонид Павлович, отвлекшись от бумаг, - каждый такой заказ согласовывается с нами. Не зря же мы эту гильдию организовали? Можно легко отследить кто, кого и как часто заказывает. Если какой-то правитель начинает злоупотреблять этим инструментом... То последствия могут быть очень печальными. К примеру, в город больше не будут ездить торговцы, а если и будут, то без сопровождения наёмников. И это самые мягкие методы.
   - А если кто-то решит работать через других людей?
   - В том и смысл Гильдии, что она сама будет давить конкурентов, что совсем не сложно, поскольку эти конкуренты не имеют ни нашей поддержи, ни нашего покровительства. В результате, эта 'сфера услуг' упорядочена и подконтрольна нам.
   - И вообще, Павел, чего это тебя так заинтересовала эта тема? - вмешался Сергей Семёнович. - Что у вас там с этим Горбенко произошло? Голову ему оторвал, что ли?
   - Откуда вы знаете?!
   - От тебя. - произнес Леонид Павлович, поправляя очки. - Так что, как говориться, сказал 'А', говори и 'Б'.
  
   * * *
  
   - ... и этот хер паучий говорит, мол, троих замогилил, неплохо камней на них поднял, но может с тобой что интересное получится? - продолжил свой рассказ Павел. - После чего прогнал кровь паука через свою установку и уже полупрозрачную запустил мне в вену. Я чуть не сдох от боли! Вы не представляете... Как меня колбасило...
   - А он ни чего не сказал насчёт того, чего хочет этим добиться? - уточнил Леонид Павлович. - Как я понимаю, кристаллизация человеческих тел была побочным эффектом?
   - Он что-то разглагольствовал на тему дальнейшей судьбы человечества, мол ради этой великой цели он с удовольствием замучает десятки, тысячи людей. Мы с ним немного подискутировали на эту тему, но он счёл, что я, как лицо заинтересованное, не могу рассуждать беспристрастно... Говорил, что, мол, нихера вы не знаете! Восхищался тварями, и, кстати, избегал их так называть...
   - Вот видите, Сергей Семёнович, всё как я вам говорил, а вы не верили! - произнес 'безопасник'. - Коллаборационизм, 'пятая колонна' - всё это реалии любой войны, даже с пришельцами!
   - Версия правдоподобная, хотя не ясно, как они наладили и поддерживают контакты... - задумчиво произнес тот. - Извини, Паш, что мы тебя перебили на столь драматическом моменте, как я понимаю, ты каким-то образом выжил?
   - С трудом. - буркнул он. - В общем, мне удалось освободится и мы с этим козлом плешивым сцепились... Этот гад меня ещё шокером приголубил, а я... ну так вышло, что оторвал ему голову...
   - Эээ... буквально? - уточнил Леонид Павлович.
   - Ну да... - подтвердил он. - Кровищи-то было...
   - Я правильно понял последовательность событий, - уточнил уже Сергей Семёнович. - В ходе драки Горбенко ударил тебя шокером, от чего ты должен был потерять сознание, а ты вместо этого голыми руками оторвал ему голову?
   - Он меня, походу, этим же шокером перед этим и вырубил, после чего притащил в свою лабораторию. - произнес Павел. - А почему во второй раз не сработало? Наверно иммунитет выработался...
   - Ага, а после выстрела в голову вырабатывается иммунитет к пулям. - съязвил Леонид Павлович. - Похоже, Сергей, что-то у нашего 'друга' что-то получилось, но явно не то, на что он рассчитывал. Вот и потерял голову от успехов.
   - А то, что Павел начал видеть тварей через пару дней - принялся рассуждать Сергей Семёнович, - показатель того, что последствия инъекции имеют тенденцию к развитию.
   - Отлично! Хоть какая-то движуха началась на старости лет! - произнес Леонид Павлович, довольно потирая ладони.
   - Что будем делать со всем этим?
   - Как стемнеет, отправим туда отряд. Пару моих следователей и десяток оперативников для поддержки. - ответил тот. - Нужно выжать из этой лаборатории всё что возможно. Хотя, есть у меня сомнения... Всё же, прошло уже несколько дней... Ну, хоть что-то ребята там да разнюхают.
   - Думаешь, после пропажи Горбенко его единомышленники подчистили следы?
   - Почти наверняка.
   - Стоп! - вмешался Павел. - А с чего вы взяли, что у него были единомышленники? Может это просто маньяк-одиночка и всё?
   - Дело в том, Паш, что этот кадр был уже у нас в разработке. Причём по просьбе правителя Можайска.
   - Что? Он что, не мог сам с ним разобраться? Паучий потрох, конечно, мужик авторитетный, насколько я уловил, но не настолько же, чтобы создать сложности местному князю!
   - В том то и дело, что авторитетный. Вот только почему?
   - Не понял...
   - Ну, кто он такой? Он обычный энергетик, продавец в магазине, не более того. Откуда весь этот авторитет? Причём среди очень разных людей, формально с ним никак не связанных. Пару раз его попытались прижать, да вот только сразу начиналась очень не хорошее движение, на грани бунта. Связанные с ним документы "терялись", приказы "забывались" или напрямую игнорировались. Жёны видных деятелей города заявляли, что у них "болит голова" из-за того, что невиновный человек томится в застенках. И беспокойство вызывали даже не эти... эпизоды, а их необъяснимость. Так что, оторвав ему голову, ты оказал большую услугу гуру Можайска, а вот друзья Горбенко могут быть в обиде.
   - Пусть они там обижаются...
   - А вдруг они не только там? Мало ли, где они ещё могут быть? - произнес задумчиво Леонид Павлович. - Очень уж мне не нравится эта ситуация. Тайный культ тварепоклонников, что знают больше нас о предмете своих воздыханий. Ладно, будем разбираться...
   - Если не возражаешь, я добавлю к отряду, ещё пару своих штабных ребят. - предложил Сергей Семёнович. - Хочу по дороге, в полёте, проверить одну свою задумку...
   - Почему бы и нет... - согласился тот. - А сейчас отдадим Пашу в поликлинику, на опыты. Надо же хоть немного понять, что с ним сотворили?
   - На какие-такие опыты?...
  
   * * *
  
   - Не, Паш, ну чего ты упираешься? - приговаривал Сергей Семёнович, удерживая его за локоть и ведя по коридору. - Леонид Павлович просто неудачно пошутил. У него проф.деформация и юмор специфический. Он и так держался как мог, даже про пытки шутить не стал. Это как врачебный юмор, типа 'вскрытие покажет' и всё такое...
   - С детства не люблю врачей! И моя последняя встреча с доктором-экспериментатором любви к ним мне не прибавила!
   - Не надо переносить единичный негативный опыт на всех представителей той или иной группы! Это попросту не справедливо! Да и не врач он был, а энергетик, по совместительству живодёр-любитель, а у нас трудятся профессионалы!
   - Профессиональные живодёры?!
   - Ну что ты заладил? - произнес он с упрёком. - Верочка, не смотра на возраст, терапевт высшего класса!
   - Ещё и бабка какая-то... - буркнул он недовольно.
   - Ну, не совсем. - успокоил его Сергей Семёнович. - Сам увидишь. Вот, пришли уже.
  
   Кабинет за дверью оказался довольно просторным, площадью около тридцати квадратных метров. Шкафы, какое-то оборудование... Павел во всём этом не разбирался. Аппараты, пробирки, микроскоп. Обставлено богато, конечно же... За столом, повернутом к двери сидела женщина и что-то писала. Услышав, что дверь кабинета открылась, она подняла голову, чтобы взглянуть на вошедших.
   Павел чуть было не споткнулся. Нихрена себе 'бабка'... Хозяйке кабинета было лет тридцать, если и 'с хвостиком', то совсем небольшим. Длинные русые волосы были собраны в хвост на затылке, а выразительные глаза били просто наотмашь...
  
   - Верочка, не помешаем? - произнес Сергей Семёнович. - Пациента тебе привел. Наше пополнение, сегодня только прибыл.
   - Какой... Первичная диспансеризация? - ответила она, чуть запнувшись. - А почему ко мне? Не то, чтобы я отказываюсь, просто вы же знаете, я больше исследователь, чем специалист по запущенным инфекционным, церрозам и прочим панкреатитам, что чаще всего встречаются у ваших рекрутов.
   - Ну, часть этого я не исключаю, в данном случае... - Семёнович скосил взгляд на Павла и изобразил извиняющееся выражение лица. - Но есть тут кое-что такое, узнав о чём, вы лично мне будете по гроб благодарны, и не задумываясь забросите все текущие исследования, без сомнения очень важные. Так что Павла, отсюда, каждый раз придётся забирать силой.
   - Не меньше взвода... - тихонько пробормотал 'предмет обсуждения'.
   - Заинтриговали, Сергей Семёнович. Определённо, заинтриговали. - произнесла она задумчиво. - У меня даже версий нет. Если бы какая-то новая зараза, то едва ли вы стояли бы так близко...
   - Перед вами жертва вивисектора, перелившего ему кровь от живого 'паука'. Причём, он мало того, что пережил данный эксперимент, в отличии от своих предшественников, но и приобрёл не характерные для человека способности. В частности, голыми руками оторвал своему палачу голову и начал видеть тварей в темноте на расстоянии в несколько километров. А будущее предвидеть он мог и до этого, но теперь эта способность у него обострились.
   - Ах! Вы настоящий кавалер! Знаете какой подарок сделать девушке! - воскликнула Вера. - Он вам ещё потребуется? В смысле живым и здоровым? Можно провести вскрытие?
   - Не шути ты так! - укоризненно ответил он. - Паша только что от Леонида Павловича, а тут ты ещё! Он только прибыл, и не привык к вашему юмору. Мало ли, решит ещё, что у нас тут, под Ямантау, какое-то логово каннибалов! Он и без того врачей недолюбливает.
   - Я? - удивился Павел. - Я врачей очень люблю! Честно-честно!
  
   * * *
  
   Пять часов пролетели незаметно. Павел и не предполагал, что с человека можно взять столько разного на анализ. Не все процедуры были приятны, но он мужественно тепел. Возьмись Вера перелить ему ещё кровушки от какой-нибудь твари, его бы даже не пришлось к каталке приковывать.
   В процессе исследований тушки Павла, потребовалось прогуляться и по другим кабинетам медицинского блока, познакомится с другими врачами. УЗИ диагностика прошла без происшествий, а вот рентген мало того, что отказывался его просвечивать, так ещё и оказывал странное воздействие: ощущение тепла и лёгкое покалывание.
   В разговорах с другими врачами Вера ни словом не обмолвилась о специфике данного случая. Как она потом пояснила, есть, во-первых, такое понятие как 'врачебная тайна', согласно которому, состояние здоровья пациента является тайной для всех, кого это напрямую не касается.
   А во-вторых, по очевидным причинам, ситуация попадает под гриф 'секретно', пускай Сергей Семёнович напрямую об этом не сказал. Абсолютно незачем 'пускать в народ' идею о том, что людям можно переливать кровь пришельцев, а уж тем более говорить о том, что это может дать какие-то способности. Иначе эксперименты, вроде того, что был проведён над ним, станут массовыми. А оно надо?
   Павел представил, как в одном городе за другим, идейные последователи Михаила Сергеевича, козла плешивого, начнут предлагать наёмникам награду за поимку твари живьём, а потом тащат их вместе с добычей в подвал... Его передёрнуло. Нет уж. Нафиг, нафиг... Лучше уж молчать.
   В процессе общения с Верой он многое узнал о жизни в подземном городе. На его вкус, слишком много уставщины, но жить можно. Не нужно думать о еде. Приходишь в столовую по расписанию, и тебя кормят. Не нужно думать о одежде и оружии - всё что нужно дадут. Не нужно думать о крыше над головой - жильём обеспечат. Просто подчиняешься установленному порядку и делаешь своё дело.
   Разумеется, Павел не терял время и отчаянно флиртовал, что совсем не просто делать во время гастроскопии или, к примеру, взятия пункции спинного мозга, но он не терял надежды. И, как кажется, его попытки были не совсем уж безрезультатны. По крайней мере над его шутками она с удовольствием смеялась даже в такой вот, казалось бы, не вполне романтической обстановке. Даже, с каким-то намёком сообщила, что как врач и как благоразумная женщина с нетерпением ждёт результатов посева взятых у него мазков. Что бы это не значило.
   Время бежит быстро и вот наступил вечер. Сопровождавший его от аэропорта Иванов, чьего имени он так до сих пор и не узнал, постучался, заглянул во внутрь и сообщил, что вылет состоится менее чем через час, и пора бы уже собираться, после чего скрылся за дверью.
  
   - Было очень приятно познакомится, Вера! - произнес он, вставая. - Очень жаль, но в данный момент мне пора. До скорой встречи!
   - Взаимно, Павел! - произнесла она, прощаясь. - Покинули вы мне материала для работы! Надеюсь, через день-два я уже смогу сделать какие-то выводы. До скорой встречи!
  
   Павел вышел из кабинета, а Вера, глядя в закрывшуюся за ним дверь тихонько добавила: 'До скорой встречи, taku aroha...'
  
  Глава 11.
  
  27 сентября 2197 г. гора Ямантау, "Москва-2"
  
   - Слушай, а как тебя зовут-то? - спросил он своего провожатого. - А то фамилию знаю, а имя - нет. Непорядок!
   - Серёга, Сергей. - представился тот.
   - Павел. - ответил он для порядка, поскольку тот уже не раз слышал его имя. - Сразу в ангар идём?
   - Нет, сначала на вещевой склад и в арсенал заскочим. - произнес тот. - Тебе необходимо получить снаряжение и оружие. А то твоё и выглядит... варварски, и не так удобно, как наша форма, поверь. Тот же бронежилет килограмм на восемь легче, чем твоя броня. Пулю остановит, ну а в ближнем бою с тварями... Что так, что этак - пользы маловато, зато в нашем снаряжении двигаться будет легче, что часто важнее. Ну и, заодно, не будешь так сильно выделяться и прохожих в коридорах пугать. Ты же теперь один из нас.
   Взглянув на одежду Сергея, Павел был вынужден согласится, что она и качеством выше и больше подходит с тактических соображений. Ведь раньше его задача была - торчать в кузове грузовика и отстреливать тварей. Этакая стационарная огневая точка. Бегать, прыгать - от него не требовалось, а требовалось часами торчать на морозе. Теперь же обстоятельства поменялись. Во многих отношениях. Так что переодеться не помешает.
   Опять же, может оружие выдадут. А то как у него изъяли его гауссовку перед визитом к князю, так и ходит безоружным. Непривычно, да и неприлично как-то! Словно без штанов...
   На вещевом складе, согласно имеющего у Серёги ордера, он получил совершенно безумный ворох одежды, включая верхнюю зимнюю, две пары ботинок и десяток комплектов нижнего белья. С этим тюком в руках, вдвоём с Сергеем, быстрым шагом отправились в казарму, где Павел, переодевшись, бросил на кровать свои прежние пожитки.
   Когда надеваешь на себя всё новое-свежее, возникают своеобразные ощущения. В обычном состоянии ты на себе одежду и не замечаешь, не отвлекаешься на неё, а тут - чувствуешь всем телом. Ещё и запах своеобразный. С обувью та же история. Тем не менее, действительно, новое снаряжение куда легче и практически не сковывает движения. Замечательно, теперь в арсенал.
   В оружейной ожидаемо возникли проблемы, в связи с тем, что ему пытались всучить стандартный автомат, под начинённый порохом патрон. Павел спорил и ругался, объяснял, что им через двадцать минут вылетать на боевое задание, а он такое оружие и в руках не держал, не говоря уже о том, чтобы метко из него стрелять.
   - Винтовки Гаусса не являются уставным оружием! - убеждал его заведующий арсеналом. - У нас практически нет под них боеприпасов, да и никто не выделит тебе энергокристаллы для её питания.
   - У меня есть запас камней, - ответил ему Павел. - так что на первое время хватит. А там я как раз и огнестрел ваш освою. Там ведь не только стрелять из автомата надо, но и ухаживать за ним, разбирать, чистить. А пока дай мне что-нибудь привычное, не слишком плохое.
   - Хорошо... - уступил ему офицер, - Вот тебе древняя 'BFG 9500F'. Лучше нет, извиняй. И пять сотен выстрелов к ней. Пойдёт?
   - Да... - прошептал он, - Пойдёт...
   - Пистолет хоть возьми! - проворчал тот, вручая ему кобуру с парой снаряженных обойм.
   - Да, да... - согласился Павел, крепко прижимая к себе винтовку.
   Кто бы мог подумать, после стольких лет... Так обыденно... Ему всучили то, что он так долго искал... Даже лучше... Лучше чем та '9000-я' из-за которой он оказался в лаборатории вивисектора. И не получил, кстати! А тут...
   Вот только, была во всём этом толика неудовлетворённости. Он ведь не просто хотел отличную винтовку, как хороший инструмент, он хотел быть владельцем супер-винтовки среди других наёмников, что не могли позволить себе подобной роскоши. Теперь же, он, скорее, белая ворона среди нынешних коллег, а не 'чёткий пацан'.
   Ладно. В любом случае - он молодец. Бился, бился, бился головой об стену и добился. 'Хотелка' закрыта, и надо бы ещё к чему-то стремиться, а то как иначе жить, без цели?
   Вот только... Не, ну что-то же он хочет? За последний день на него столько навалилось, так что и сообразить сложно. Слишком уж резко и кардинально всё изменилось. Он сытно и вкусно поел, переоделся в новую и удобную одежду, у него есть крыша над головой. Причём не просто городок в поле, за ненадёжными стенами, а бункер под горой, столица страны.
   Разве что, может быть... Вера? Хотелось бы надеяться, что у них что-то сложится. С его прежним образом жизни, построить постоянные отношения едва ли было возможно. Его тело было удовлетворено, а душа... Ту, что затронула бы её, ранее он не встречал, иначе бы про него давно бы уже говорили: 'Вон и Паше 'стрела попала в колено', осел, остепенился'. Теперь же, вон оно как сложилось, и жизнь сделала резкий поворот и вот, сразу, такое знакомство. Ладно, чего загадывать наперёд, но это вполне себе цель.
   К тому же, он всё ещё зол на Плешивого Козла, хоть и оторвал ему голову. И речь тут не только в перенесённой им боли, и вполне реальной возможности не просто умереть, а ещё и рассыпаться горстью кристаллов, обогатив тем самым своего убийцу, нет. Павла крайне задело проповедуемое тем мировоззрение. Готовность замучить тысячи людей ради 'высшего блага'. Вот только что это за 'благо', провозвестники которого столь безжалостны и жестоки?
   И если раньше Павел успокаивал себя тем, что всё закончилось и этот гад более не топчет землю, то теперь выясняется, что у того была целая орава единомышленников, у которых этот урод был в авторитете! Более того, есть некоторые основания полагать, что они как-то связаны с пришельцами!
   Тот же сукин сын напрямую ими восхищался и отказывался называть 'тварями'. Восхищался теми, кто сначала уничтожил большую часть людей, а теперь охотится за потомками выживших? Как такое вообще возможно?!
   Сегодняшний вылет покажет, насколько эта теория верна. Или они получат его оборудование и записи, или окончательно выяснят, что о его работе знали и другие, равно как и о расположении тайной лаборатории.
   Ну и напоследок, конечно, хотелось бы разобраться, что с ним произошло. Обострившееся предчувствие опасности, способность видеть тварей в темноте, сквозь препятствия. Ещё и мир этот 'параллельный', или что-то вроде. Информацию о нём он перед начальством пока придержал, чтобы иметь козырь в рукаве.
   Да и было там что-то пугающее... Может эти твари вообще родом оттуда? И сами сбежали из этого мира, от чего-то более страшного, чем они сами?
   В общем, пока прямо не спросят - молчу. Вообще, надо сначала пообвыкнуть на новом месте, вникнуть в местные порядки. Опять же, узнать результаты анализов. А там видно будет.
  
   За этими размышлениями он и не заметил, как они с Сергеем добрались до ангара. Угольно-чёрный коптер уже стоял на платформе лифта, и все ждали только их.
  
   * * *
  
   Внутри коптера было довольно людно. Серёга Иванов сразу подсел к девятерым своим товарищам-солдатам, ну или если быть более точным, 'оперативникам', как их назвал Леонид Павлович. Чуть поодаль сидели две пары в чуть ином обмундировании с какими-то шевронами на рукавах. Автоматов у них не было, но зато в ногах стояли контейнеры с каким-то оборудованием. Один из них дал знак Павлу сесть рядом с ними.
   - Сергей Семёнович дал нам указание проверить, насколько ваши способности видеть врагов могут быть полезны в плане аэроразведки. - произнес он.
   - Хм... хорошая идея. - согласился Павел. - Вот только тут может потребоваться поэкспериментировать с высотой полёта. На полукилометровой дистанции я их точно вижу, а вот когда летели сюда - я отчётливо видел лишь логова, а вот отдельные твари, вне их, были едва заметны, словно тусклые звёзды.
   - Штатная высота полёта три с половиной тысячи... - произнес его напарник задумчиво. - тут и в самом деле мало что разглядишь, даже если днём лететь.
   - Ну если только очень большую толпу. - добавил Павел. - Тем более, я вижу не всего, допустим, паука, с его лапами, а лишь его центральную часть, потроха, кровь.
   - Хорошо, пойду распоряжусь, чтобы пилот снизился до полутора тысяч метров. - произнес его первый собеседник. - Если кто-то внизу, вдруг, начнёт палить из ручного оружия, то на такой высоте, едва ли пуля сможет нам что-то сделать. - сказав это он отправился в кабину, чтобы дать указания пилотам.
   - А как вы собираетесь использовать то, что я вижу? - поинтересовался Павел, - Ведь ладно я, вижу в темноте и сквозь дно коптера, а вы?
   А у нас есть карты. - произнес его собеседник и показал экран планшета, что держал в руках. - Вот эта точка на карте - мы.
   Хм... замечательно... а как работает навигационная система? - спросил он. - Разве спутники ещё работают? Всё-таки они свыше семидесяти лет без обслуживания.
   - А вы довольно образованы, для простого наёмника. - одобрительно произнес, судя по всему, штабист. - Действительно, срок службы навигационных спутников давно закончился и все они вышли из строя. Но существуют и другие методы навигации. Например, с помощью гироскопов. Коптер 'знает' в каком направлении и на какое расстояние он пролетел, и ему не нужны никакие сигналы извне, которые, к слову, можно заглушить или исказить.
   - И какова точность такой системы?
   - При полёте на полторы тысячи километров, отклонение будет не более пары метров. Так что мы можем вслепую сесть на крышу, с которой однажды взлетали и чьи координаты у нас сохранились.
   - О как!
   - Вот только новые коптеры не производятся, увы. Мы, ради того, чтобы сохранить их на как можно более долгое время, используем лишь малую часть из того, что есть. Для того, чтобы когда вот этот, к примеру, окончательно выйдет из строя - пустить его на запчасти, и взять со склада новый. Но и те, что на складе - тоже постепенно ветшают. Многие материалы медленно, но всё же деградируют со временем.
   - По этому, через несколько десятилетий...
   - Да, наше техническое превосходство останется в прошлом и мы, во многом, сравняемся с прочими городами. К тому времени, если люди всё ещё будут живы, мы приподнимем общий уровень развития насколько сможем, так что, быть может, у нас всё ещё будет какая-то авиация, к примеру. Но вот электроники не будет. Наладить производство интегральных схем в наших условиях едва ли возможно. Из-за этого уже много лет большое количество людей переносит на бумагу информацию с электронных носителей. Книги, справочники, таблицы, чертежи. Всё это множится и рассылается по городам, на тот случай, если с нами что-то случится. Мало ли, Враг всерьёз решит уничтожить столицу?
   - Всё это звучит не слишком оптимистично. - произнес Павел задумчиво. - Люди постепенно сдают позиции, а пришельцы...
   - За один только последний год, граница Москвы передвинулась на четыреста пятьдесят метров. Землю словно бы сковывает лёд, вырастают даже некие подобия кристаллических деревьев. Причём, годом ранее, рост границ составил чуть более трёхсот метров.
   - А другие логова?
   - Та же история. Разве что не так явно. В случае с Рязанью, к примеру, рост, за те же периоды, составил сорок два и сорок девять метров соответственно.
   - В таком случае, участившиеся нападения на города в Подмосковье...
   - Да, это следствие этого процесса. - подтвердил тот догадку Павла. - Они расширяют ареал своего обитания, оттесняя и выдавливая нас.
   - 'Оттесняя'? Это же штурм городов! Сколько людей погибло!
   - Именно. Вспомните Судный день, сколько тогда людей погибло? Та же Москва, раз уж мы завели о ней разговор, погибла минут через десять - двадцать после атаки. Как долго жили люди в том же метро или подвалах зданий - мы не знаем. При этом, нынешнее население Конфедерации в половину меньше населения одной только Москвы, и все эти люди сосредоточены в отдельных маленьких городках, каждый из которых представляет собой отличную мишень. Мы уверены, если они решат нас уничтожить, то сделают это менее чем за час. Причём, по всей Земле.
   - Но тогда нападения тварей...
   - Мы до сих пор не знаем, что это такое. Быть может, это их молодняк резвится? Или их домашние животные, которых они выпускают на пастбище? А может прибывшие с ними паразиты?
   - Да уж... - вздохнул Павел. - Завезли нам космических тараканов... К слову о них. Что там у нас впереди и чуть левее по курсу?
   - Дмитровоград. - ответил тот, сверившись с картой.
   - А за ним, дальше, что за логово?
   - Самара.
   - Тааак... - произнес Павел и помрачнел.
   - Что ты видишь?
   - От логова, в сторону Дмитровограда движется армия. На глазок, до города километров пять, не более. Трудно оценить масштабы, не видя глазами...
   - Так ты и наши города-крепости видишь? - удивился тот.
   - Не их самих, а те камни, что собраны в них. Бледное пятно, по сравнению с логовом, но вполне различимое. Отдельные камни светятся так же, как и твари. Мне кажется, я вижу заключённую в них энергию...
   - Это очень интересно... - произнес второй штабист, сделав какую-то заметку на своём планшете, - но меня сейчас интересует численность и состав этой армии.
   - Хм... сложно сказать. Пара сотен точно. Вот если бы мы подлетели поближе...
   - Не в этот раз. Этой оценки достаточно. Это не истребление, а запугивание. Не без потерь, но справятся.
   - А вы можете их предупредить?
   - Да, действительно. По крайней мере будут готовы.
   Он отправился в кабину к пилотам и оттуда послышался его голос.
   - Дмитровоград? Как слышно. Приём.
   - Дмитровоград слушает. Кто это? Приём.
   - Код: пять, три, восемь, эс, ка. Приём.
   - Код принят. Ожидайте. - ответили из города, после чего последовала пауза. - Старший смены, Аблов Николай Владимирович. Я вас слушаю.
   - Николай, сейчас мы пролетаем мимо вас, и с помощью экспериментального оборудования заметили тварей, что приближаются к вам со стороны Самары. Не менее двух сотен. Среди них, наверняка, не менее десятка 'носорогов'. До города им осталось не более пяти километров.
   - Млять! Спокойно же было... Спасибо, что предупредили. Теперь хоть встретим гостей! Хлебом-солью, да из всех стволов...
   - Успехов! - пожелал тот им. - Отбой.
  
   * * *
  
   За оставшиеся три часа полёта Павел заметил ещё одну армию и одиннадцать крупных групп на дорогах. Было приятно. Пусть ему самому пострелять по тварям не довелось, но несколько жизней он сегодня спас.
   Тем не менее, чем ближе они подлетали к своей цели, тем сильнее у него портилось настроение. Судя по всему, ничего хорошего их там не ждало. Более того, перед его глазами, отчего-то, маячил образ лежащего на земле Иванова Серёги, с рассечённой грудной клеткой и животом.
   - Иванов, слушай, тут есть запасной бронежилет? - прокричал он через салон коптера.
   - Нет, а что? - откликнулся он.
   - Надел бы, что-нибудь дополнительное на грудь. Не помешает. - посоветовал ему Павел. - предчувствия не хорошие.
   - Одел бы, да нет. Да и не положено. - ответил тот, пожав плечами. - Не переживай. Я понимаю, первый вылет.
   - Предчувствия? - встрепенулся штабной. - Ожидаете нападения?
   - Да. - ответил он. - Не сразу, но будет массированная атака. Будут тяжело раненные. Есть аптечка?
   - Аптечка есть. - подтвердил тот, - Подготовим. - после чего обратился ко всем присутствующим. - Народ. К словам Павла Викторовича относимся максимально серьёзно. Атаки тварей он уже годами предвидит безошибочно, а как начал их ещё и в темноте видеть, так мы его себе и заграбастали. Информация точная и многократно проверенная.
   Народ в коптере зашевелился и принялся проверять оружие, снаряжать запасные магазины и поправлять бронежилет. Павел и сам, наконец, проверил работоспособность своей винтовки, уровень заряда. Попросил показать, как снимать с предохранителя, и как менять магазин у пистолета.
   На планшете, штабной, открыл старую карту Можайска и Павел, вспоминая события той ночи, отыскал на ней тот супермаркет, из подвала которого ему посчастливилось выбраться.
  
  
  28 сентября 2197 г. г. Можайск, Старый город.
  
   Коптер завис над крышей здания. Паша напряжённо вглядывался в темноту, оглядываясь в разные стороны.
  
   - Ну как?
   Пара десятков, где-то. Но россыпью. То там, то тут. Ближайший метрах в ста.
   Народ. Слушай приказ. Действуем тихо и аккуратно. Высаживаемся на крышу, ищем лестницу на первый этаж, а оттуда в подвал. Перед тем, как открыть любую дверь - её должны осмотреть сапёры. Я не исключаю ловушек. СБ'шники осматривают подвал, потом так же, через крышу, покидаем здание. Коптер будет ждать нас в Можайске. Всем всё ясно? Двинули!
   Аппарат завис метрах в двадцати от крыши, после чего из него выбросили канаты, по которым народ резво заскользил вниз. Спускаться ниже было нельзя из-за 'богомолов', что могли допрыгнуть и повредить машину.
   Десантироваться по толстому тросу с высоты семи-восьми этажей было немного страшно. Тем не менее, Павел правился, пускай не так быстро и изящно, как остальные. Быстрая перебежка к люку. Пока двое вскрывают замок, остальные разбежались к краям крыши, и контролируют обстановку. Пять минут спустя, с легким скрипом люк вскрыт, и один за другим все посыпались внутрь.
   Торговый зал завален ржавым хламом и занесёнными, сквозь разбитые окна листьями. На листьях, кстати, виднелись следы колёс. Похоже, Михаил Сергеевич, мать его, на улице не парковался, а загонял машину вовнутрь. И судя по тому, что сейчас её тут не было, тут уже кто-то побывал, а учитывая, что с улицы машину не видно, едва ли это был 'случайный прохожий'.
   Четверо бойцов остались в зале, а остальные направились в сторону служебных помещений. Как раз, около двери ведущей туда и обрывались следы шин. Короткий коридор, выбитые двери, небольшой холл, а в нём - ведущая вниз лестница.
   Сапёры осмотрели ведущую в подвал дверь, поводили вокруг неё какими-то приборчиками, после чего один из них аккуратно её открыл, в то время как все остальные затаились наверху. Дверь негромко скрипнула и раздался тихий хруст.
   На Павла, словно бы, дунуло резким порывом ледяного ветра, что было несколько странно внутри помещения.
   - Вы тоже это почувствовали? - спросил он, оглядевшись по сторонам. Освещенные фонарям лица были напряжёнными, но не более того.
   - Что такое? - спросил у него Сергей.
   - Словно холодный ветер подул, одновременно с открытием двери в подвал.
   - Похоже, там была какая-то сигнализация - предположил штабист, - и мы её потревожили. Глянь, как там твари?
   - Млять! Зашевелились! Все направляются сюда!
   - Быстро вниз! Следаки - делайте свою работу, в темпе. Остальные - к бою!
  
   * * *
  
   В подвале, куда вместе с СБ'шниками и штабистами забежал Павел было пусто. Не то, чтобы, совсем, были столы, даже медицинская каталка с ремнями, лужа крови на полу, но ни тела Горбенко, ни оборудования, ни документов в подвале не было.
   На бетонном полу виднелись кровавые следы от ботинок, след волочения тела в сторону двери. Более, ничего примечательного Павел не видел, хотя, у следователей, тут был своё мнение.
   В то время как один бросился фотографировать всё что можно, второй принялся в темпе снимать отпечатки пальцев с дверной ручки, поручней каталки, края стола - везде, где кто-то мог прикоснуться.
   Наверху послышались автоматные очереди.
   - Живее, живее! - скомандовал штабной. - Как там с тварями, Павел?
   - Три в здании, ещё четыре на подходе, остальные ещё дальше, но тоже бегут сюда.
   - Ссссуки... - прошипел он. - Кто же мог подумать, что всё так плохо...
   Подойдя к двери, Павел увидел около порога знакомую пыль.
   - Похоже тут был подложен кристалл, который раздавили открывая дверь. Полагаю, на него твари и среагировали. - сделал вывод он.
   - Покажи. - среагировал следователь. - Ага... И в самом деле...
   - Сколько вам ещё надо времени? - спросил 'штабной' следователей.
   - Два - три дня, - ответил один из них, грустно улыбнувшись. - Но, как понимаю, у нас нет и десяти минут.
   - Именно. - подтвердил тот. - Задачу-минимум выполнили?
   - Да, - подтвердил следователь, и даже чуть больше.
   - Значит уходим. - решил тот. - Если что, можем вернутся через несколько дней, а то сегодня здесь явно на нас засада. Не будем искушать судьбу.
  
   * * *
  
   Наверху бойцы рассредоточились так, чтобы прикрывать все возможные направления для атаки. В том коридоре, по которому они совсем недавно прошли, лежали три 'паука' с разбитыми панцирями, в груде, словно бы стеклянных, осколков. Еще двое виднелись в другом конце у распахнутых дверей, что, судя по темноте за ними, выходил на улицу.
   Шесть спереди, четверо сзади. - отдал команду командир отряда. - Остальные по обстоятельствам.
  
   Стоило выйти в зал, как через оконные проёмы в бывший торговый зал вломились четыре 'паука'. Застрочили автоматы. Павел тоже вскинул свою новую винтовку и выпустил очередь по ближайшему. В мечущемся свете фонарей осколки брызнули словно искры и тварь отшвырнуло на метр назад. Панцирь треснул, хлынула кровь. Замечательно! Следующий!
   И следующие не заставили себя ждать. Помимо тех, кто лез в окна, некоторые зашли с тыла, и ломились через хозяйственные помещения. Там было чуть проще, поскольку трое человек с автоматами надёжно держали коридор, не давая им его пройти.
   В зале пространства было больше, по-этому сосредоточить огонь было сложнее. Скоро, казалось, весь зал был завален дохлыми 'пауками', а они всё лезли и лезли. К счастью, нападающие кончились быстрее, чем патроны.
   И тут, стоило им чуть расслабиться, выдохнуть и опустить стволы автоматов как сверху раздался треск, и сквозь потолок, вместе с камнями и мусором, в облаке пыли, прямо среди них рухнул ещё один и бросился прямо к Павлу.
   Сергей не задумываясь бросился ему наперерез, но 'паук' отмахнулся от него, отбросив в сторону ударом лапы, последняя фаланга которой напоминала изогнутую в обратную сторону саблю. Брызнула кровь.
   На Павла повеяло ледяным холодом. 'Паук' бросился к нему, одновременно атакуя двумя передними лапами. Удар, звон, кувыркаясь он летит несколько метров и врезается в стену. 'Неужели это всё?' - подумал он.
   Наконец застрекотали автоматы. Послышался треск, свист осколков. Тишина. 'Странно. Я всё ещё жив? Почему?' - продолжил размышлять Павел. Вроде бы и не болит ничего, так чтобы очень. Он просто мешком валяется у стены и всё. Зашевелившись, Павел встал на карачки, а после поднялся на ноги. Ноги держат. Но почему? Такой удар должен был разорвать его пополам! Взглянув на себя он обомлел. Его тело, поверх формы и бронежилета, покрывала хрустальная броня.
   Материал был тот же, что и панцирь 'паука', а фасон... Да! Практически один в один та броня, что он носил много лет! Нагрудник, куда пришелся основной удар, пластины на бёдрах. На руках, от запястий до локтя, хрустальные наручи. Ладно, разберёмся позже, как там Иванов? Павел бросился к нему.
   Серёга был плох. Непонятно было как он вообще был ещё жив. Удар сверху-вниз разрубил его бронежилет вместе в рёбрами, после чего, ниже, вскрыл ему живот. Среди осколков костей было видно как слабо и не уверенно колышется сердце.
   - Как же так... - забормотал Павел, падая перед ним на колени. - Как же так... Ну почему... Опять Серёга... Зачем ты сунулся, зачем! Это не правильно! Так не должно быть! - прокричал он.
   Жар охватил его. Отчего-то, ему померещился запах леса. Аромат хвои и прелой земли. Хрустальный доспех на нём начал таять, словно бы сделанный изо льда, но вода не растекалась по полу лужей, а словно впитывалась в него. Но Павел этого не видел.
   Его руки потянулись к разрубленной грудной клетке товарища. Взяв обломок ребра он приставил его на то месте, где по его мнению он должен был быть, и тот моментально прирос, словно бы его посадили на клей.
   Воото... этот сюда, а этот сюда. - бормотал он себе под нос. - А тут чего разорвано? Непорядок. - его пальцы, соединили края и они сцепились, словно он застегнул молнию на брюках.
   Его кисти слегка светились и словно бы сами собирали по частям сломанную игрушку, а не живого человека. Вот, он свёл края, и словно бы склеил кишечник, вправил его на место, и соединил кожу. Теперь, от горла и до паха у Сергея виднелся лишь длинный розовый шрам.
   Приложив сияющие ладони к груди пациента, Павел застыл на долгие десять секунд, после чего его руки погасли, а сам он без сознания рухнул на пол.
   - Кто-нибудь уже вызвал коптер?!
  
  Глава 12.
  
  28 сентября 2197 г. гора Ямантау, "Москва-2"
  
   - Смотрю, все в сборе? - произнес Сергей Семёнович и оглядел присутствующих в зале для совещаний. - Хорошо. Вера Павловна, как ваши пациенты?
   - У Сергея Иванова сильно выражена анемия из-за обильной кровопотери, ну и травматический шок, что не удивительно, с учётом того, что ему пришлось пережить. Состояние, тем не менее, стабильное и прогноз благоприятный. - отчиталась она. - С Павлом Викторовичем одновременно сложнее и проще. Проще в том смысле, что он вышел из комы и в данный момент спит, а сложнее из-за того, что причина такого кризиса, более всего напоминающего нервное истощение, мне не ясна. Очевидно, исцеление Иванова потребовало определённых усилий, траты какого-то ресурса. Хотя, у меня в голове, конечно же не умещается всё это 'филиппинское хилерство'. Если бы не слова столь многих свидетелей, и шрам у пациента, я бы не восприняла это всерьёз.
   - Спасибо, - поблагодарил он, - о состоянии здоровья Павла мы ещё поговорим. Но с начала, я бы попросил Михаила Юрьевича поделиться своими впечатлениями и выводами относительно проведённой операции.
   - Как я понимаю, основные события вам уже известны? - произнес мужчина. - В таком случае, не буду повторяться. Дорога до Можайска показала, что использование Павла в качестве 'радара' более чем эффективно. Ну, знаете, я ожидал что-то вроде: 'Чую, где-то враги притаились', но когда он протягивает руку, и, указывая пальцем, говорит, что там группа из стольки-то тварей... Причём, в тех двух городах, где он увидел подступающие армии, нападение действительно произошло. Я специально удостоверился на обратном пути.
   Примерно за час до прилёта на место Павел поинтересовался у Сергея, нет ли у него запасного бронежилета, а узнав что нет, попросил приготовить аптечку, и предупредил, что через некоторое время после высадки будет массированная атака.
   При открытии двери подвала он почувствовал что-то, и сразу сказал, что это послужило сигналом тварям. В бою держался уверенно, стрелял результативно. Разве что, проглядел 'паука', проникшего через крышу. Но, с другой стороны, он туда и не смотрел.
   Во время атаки Павел, буквально за секунду окутался облачком искрящегося тумана, который сгустился на нём в виде 'хрустальной' брони, что достойно выдержала удар, отбросивший его метра на четыре и припечатавший об стену.
   - Полагаю, это было больно.
   - И в самом деле. Но, к моему удивлению, секунд через пятнадцать тот пришел в себя и бросился лечить Сергея. Надо сказать, воспринял он это очень близко к сердцу и, как мне показалось, в процессе 'починки' находился в не вполне адекватном состоянии. Ну знаете, как-будто у вас упала и разбилась крайне ценная для вас ваза. Крайне ценная.
   - Несколько дней назад его напарник, тоже Сергей, кстати, спас ему жизнь, пожертвовав своей. На Павла, идейного эгоиста, это подействовало очень сильно. Три дня провалялся в прострации. А тут опять Сергей, и обстоятельства схожи.
   - Похоже, что именно стресс и спровоцировал пробуждение способностей к целительству. Не факт, что он сможет повторить что-то подобное в сознательном состоянии, но мало ли... - задумчиво произнёс Михаил Юрьевич, после чего добавил: - Вера Павловна, как я понимаю, вы ещё будете с ним работать? Попробуйте его сводить в стационар. В ту же травматологию. Может у Павла что-то выйдет?
   - Возможно... Хотя вы сами видели, что это далось ему не просто, - ответила она, - но будем надеяться, что в более лёгких случаях, исцеление также обойдётся ему меньшей ценой. Хотя, как врач, я не понимаю как это работает в принципе...
   - Ладно, вернёмся к событиям той операции. - произнёс Сергей Семёнович. - Вашим людям, Леонид Павлович, удалось что-то разузнать в том подвале?
   - Ну... как вы уже знаете, подвал был пуст, но кое-что узнать получилось. По крайней мере, задачу-минимум мы выполнили.
   - Что вы имеете в виду?
   - Мы выяснили, что рассказ Павла, о случившемся с ним имеет под собой основание. Как вы сами понимаете, паранойя - это моя профессия, по этому было необходимо проверить, не являются ли его слова откровенной выдумкой. Кто знает, может он был давним соратником и единомышленником Горбенко? Может это не мы его завербовали, а они внедрили его к нам? Сейчас, по итогам расследования, я могу сказать, что доверяю ему гораздо больше. В пользу его слов говорит само наличие этого подвала, лужа человеческой крови на его полу, крошка от панциря твари, медицинская каталка, на поручнях которой обнаружены отпечатки пальцев Павла, причем, именно там, где за них ухватился бы лежащий на каталке человек.
   - Согласен, ситуация крайне не обычная, проверить стоило. Что-то ещё?
   - Да. Во-первых, то, что из лаборатории вывезли всё оборудование, а так же тело Михаила Сергеевича, подтверждает подозрения о том, что он действовал не один, а в составе группы. Отпечатки пальцев, которые удалось снять с поверхностей, принадлежат как минимум четверым разным людям. Так что это, определённо, не какой-то один доверенный напарник.
   Во-вторых, меня крайне беспокоит устроенная там ловушка. Сам факт её наличия указывает на то, что нас ждали. Так же, само её устройство, в виде кристалла, что был раздавлен при открытии двери даёт информацию к размышлению. Тут можно предположить, что либо данные 'заговорщики' просто знают о тварях больше чем мы, раз уж смогли создать устройство приманивающее их, либо... и это самое скверное, они не только знают больше нас, но ещё и состоят с тварями в сговоре. Т.е. разбитый камень стал для тварей не просто 'громким звуком', привлёкшим внимание, а условным сигналом.
   Так же меня заинтересовали слова Михаила Юрьевича о том, что и Павел почувствовал этот сигнал. Это говорит о том, что он, образно говоря, находится с тварями 'на одной волне'. Думаю, можно смело утверждать, что большая часть его новых способностей заимствованы у наших врагов. Зрение, физическая сила, доспех этот кристаллический.
   - Целительство?
   - Ммм... маловероятно. В отличии от прочего, это у меня как-то слабо сочетается с 'пауками'. Скорее, это что-то присущее ему самому. Ведь вы же обратили внимание, насколько развилось его предвидение? Он не просто почувствовал опасность, но и предсказал конкретного пострадавшего. Возможно, вместе с усилением способности видеть будущее, проснулись и иные таланты?
   - Интересно, что в нем ещё откроется и до какой степени усилится то, что есть?
   - Лично мне бы хотелось, чтобы он как-то научился перехватывать их переговоры, и понимать их, само собой. - мечтательным голосом произнес Леонид Павлович. - Но даже то, что мы имеем сейчас - помогает лучше узнать врага. А это - самое важное.
   - Кстати, Сергей Семёнович, - вмешался Михаил. - Продолжая мысль Леонида Павловича. В коптере Павел упомянул, что видит не самих тварей, а их кровь и точно так же видит и камни. Для него они так же 'светятся'. А что если и твари точно так же всё это видят?
   - Хммм... не исключено. - согласился он. - И что из этого следует?
   - Ну, например, сидя в засаде около трассы они видят камни в оружии наёмников, в топливных картриджах машин. И что если нам бы удалось это свечение как-то экранировать? Тогда, возможно, караваны могли бы проходить мимо засад не замеченными. По крайней мере в каких-то случаях. Это могло бы уменьшить потери. Опять же, экранируя топливные ячейки коптеров, мы сделаем их менее заметными для тварей, а то, выходит, они нас видят.
   - Хорошая идея. Надо будет озадачить научный отдел. Пускай подготовят разные материалы, сплавы, всё, что только возможно, а Павел будет через них смотреть на камни. А параллельно, на двух-трёх маршрутах запустим караваны на машинах с обычными аккумуляторами или топливными ячейками вместо камней. Уж на сотню километров их заряда хватит. А охрану вооружить огнестрелом.
   - И чтобы ни в багаже, ни в карманах не было камней!
   - Да, разумеется. Тут надо будет подойти строго... Пусть челночат туда-обратно, а мы будем собирать статистику. Сколько нападений на обычные караваны, а сколько на такие, 'безкамневые', на тех же маршрутах. - принялся рассуждать Сергей Семёнович. - На ближайшем заседании Верховного совета предложу эту идею.
   - Да, если это действительно даст результат... Весь транспорт на аккумуляторы мы не переоборудуем, но какие-то критически важные перевозки - вполне. А там, глядишь, что-то и с экранированием выйдет.
   - Ладно. Подытожим. - произнес Сергей Семёнович. - Ваше мнение, Леонид Павлович.
   - Ну, проверку он прошел, так что ему можно доверять на общих основаниях. Не без пригляда, конечно, но по этой части комплекса Павел может ходить без сопровождения.
   - Михаил Юрьевич?
   Думаю, имеет смысл задействовать его в патрулировании. Не менее трёх вылетов в неделю. И пускай в научный отдел заглядывает, раз в день, на тесты.
   - Согласен. - произнес он, кивнув головой. - А вы, Вера Павловна?
   - В виду специфики данного случая, за Павлом необходимо постоянное медицинское наблюдение, ведь, фактически, он совмещает в себе человеческую и инопланетную, то ли биологию, то ли технологию. И при этом, эффективно взаимодействует с этим жидким кристаллом, без значительного вреда для собственного здоровья. По крайней мере, на данный момент. Ситуация беспрецедентная и поэтому невозможно предсказать, как она будет развиваться. Некоторые, тревожащие меня моменты есть уже сейчас, к примеру...
  
   * * *
  
   Первое, что он ощутил - это тепло и уют. Мягкая кровать, тяжёлое одеяло, здоровенная подушка, в которой тонула голова, разве что... Павел принюхался, запахи какие-то химические. Больница?
   - Ну как, пришел в себя, мой герой? - послышался знакомый женский голос.
   - Вера? - произнес он, и, распахнув глаза, приподнялся на кровати. - Приятное пробуждение! Едва ли я мог желать большего! Что ж ты стоишь, как не родная, присаживайся.
   - Надо же! Угадал! - ответила она с улыбкой, поправила причёску и села у него в ногах. - Как самочувствие?
   - Хммм... - протянул Павел, и прислушался к себе. - Небольшая слабость, муть в голове и жрать хочу. Именно жрать, не есть. Как там Серёга?
   - Жив, как ни странно. После всего того, что ты с ним сделал. - произнесла она насмешливо, чуть пододвинулась поближе и добавила. - Собственно, благодаря этому и жив. Как это ты так, а? У меня в голове не укладывается... Собрать человека голыми руками.
   - Сам не знаю. - ответил он и пожал плечами. - В тот момент на меня накатило такое отчаяние... До сих пор трясёт... Это было невыносимо, я чувствовал, что должен что-то сделать. Вот и сделал... Понимаю, что собирать живого человека, как разобранный автомат - глупо, но отчего-то получилось. При этом, было такое ощущение, словно задержал дыхание, и с каждым мгновением кислорода остаётся всё меньше и меньше. На последних секундах 'зашил' и, как понимаю, позорно вырубился.
   - Не 'позорно вырубился', а героически потерял сознание! - ответила она, грозя ему пальцем. - Леонид Павлович сделал строгое внушение всему отряду, включая пилотов, чтобы они помалкивали об этом... происшествии. Не хватало нам тут паломников под дверью. Или ты был бы не против?
   - Не, не! Незачем. Палыч - мужик дальновидный и предусмотрительный. Ведь с паломниками как? Сначала они ходят за тобой толпой, в рот заглядывают, внемля каждому твоему слову, а потом всё норовят показать местные пейзажи с высоты нескольких метров, а чтоб ты не упал - руки и ноги фиксируют...
   Ну а если серьёзно, то я сам не знаю, смогу ли повторить что-то подобное ещё раз. А люди будут рассчитывать. Почему тому человеку ты помог, а мне нет? Моему брату, дочери? Чем мы тебе не угодили?! Или тебе нужна какая-то плата?!
   - Это да... - согласилась она. - Тяжело больные люди готовы хвататься за соломинку и в своём отчаянии не вполне адекватны.
   - И это отчаяние легко переходит в истерику, гнев, ненависть... А оно мне надо? Особенно учитывая то, что я сам охреневаю от того, что сделал и понятия не имею как оно так получилось. Хотя, если разберусь и смогу как-то помогать людям, то почему бы и нет?
   - Ну, вот и будем постепенно разбираться. Мне-то самой, знаешь как интересно... Во многих отношениях. - произнесла Вера, улыбнулась чуть грустно, и подсела ещё ближе. - Действительно во многих. Я даже немного жалею, что ты не просто новый рекрут, или солдат, которого перевели из другого сектора. Всё было бы куда проще. Обычные мужчина и женщина встретились и...
   - Ну и не морочай себе голову! - прервал её Павел, приобнял и прижал к себе. - Всякое в жизни бывает, и живут же люди.
   - Но ты же понимаешь, что я не только женщина, но и учёный. - произнесла она, серьёзно глядя ему в глаза. - А ты, предмет изучения. Каково тебе это? Я ведь почти как тот Горбенко, что чуть не убил тебя.
   - Ты ведь не собираешься подвергать мою жизнь опасности? Делать со мной что-то против моей воли? Не так ли? - спросил он. - К тому же, ты совершенно на него не похожа! Какие шикарные волосы, какая пышная... Ничего подобного у него не было, поверь! К тому же мне самому интересно, что со мной происходит! И мне вдвойне повезло, что я повстречал столь компетентного специалиста.
   - Ну, так-то да... - согласилась она, чуть успокоившись. - Не окажись ты здесь, найти хорошего врача тебе было бы крайне не просто... Да, кстати! Ты ведь мой пациент, а врачебная этика...
   - ...идёт лесом. - продолжил за неё Павел. - Это только в психотерапии недопустимы личные отношения между врачом и пациентом, а во всех остальных случаях это даже на пользу. Чему ты удивляешься? Думала, что твой мужчина просто 'тупой наёмник'? Я достаточно образован, знаешь ли... Академиев не кончали, а вот книжки держать в руках доводилось... К слову, раз уж речь пошла о медицине. Что там с моими анализами?
   - А? Ах да... анализы... - ответила Вера немного рассеянно, после чего встряхнула головой и сосредоточилась. - Так вот, мой мужчина, анализы у тебя в целом хорошие, но немного странные.
   Хороши они тем, что ты абсолютно здоров. Вот прямо совсем. Ни хронических заболеваний, ни инфекций. Можно смело сказать - такого просто не бывает в природе! Особенно, учитывая твой прежний образ жизни. Нет, нет! Не говори. Я знаю как живут наёмники и не испытываю на этот счёт иллюзий. Вероятно, твой целительский дар работает в первую очередь в отношении тебя самого. Возможно, из-за него ты и смог пережить тот эксперимент. Кто знает? Но есть одно 'но'...
   Анализы показали у тебя неявные признаки аутоимунного заболевания. Похоже на волчанку... А может что-то ещё. Пока не ясно. Скорее всего, это реакция организма на жидкий кристалл в твоём теле. Он словно бы пытается отторгнуть его от себя. Да, да, он никуда не делся... Даже более того, его, насколько я могу судить больше чем тот литр, который, с твоих слов, намеревался влить тебе Горбенко. Думаешь, откуда взялась та кристаллическая броня, что спасла тебя от удара 'паука' и куда она потом делась?
   - Так что, эта гадость так и циркулирует в моей крови? - скривившись спросил Павел.
   - Ну, почему сразу гадость? - ответила она. - Ему ты обязан своими новыми возможностями. Судя по всему, он ещё и подстегнул твой личный дар. Ты ведь стал предвидеть опасность гораздо чётче? Да и целительство - тоже штука полезная.
   В крови его, кстати, нет. Биопсия показала, что он сосредоточился в мышцах, словно обволакивая волокна. Немного есть под кожей и в жировом слое. Нет, нет! Ты никоим образом не толстый! Что ты! И ещё я обнаружила его в спинномозговой жидкости. Вероятно, он есть и в жидкости, омывающей головной мозг... Иначе как он даёт тебе видеть невидимое? Не через закрытые глаза же?
   Всё это так удивительно и странно... Так удачно встроился в человеческую анатомию и биохимию. А симптомы аутоимунного мы купируем. В крайнем случае попьешь иммуносупрессоры, что чуть ослабят твой организм, чтобы он так нервно не реагировал на этот... имплантант... или как это ещё назвать...
   - Хммм... ну понятно. - произнес он задумчиво. - Ладно. На данный момент, как я понимаю, всё хорошо, а там видно будет. Вы ведь будете за мной приглядывать, доктор?
   - Обязательно. - ответила она, прижавшись к нему. - И днём и ночью.
   - Да, к слову... Почётным докторам положено своё жильё? - спросил её Павел. - А то, я бы пригласил тебя к себе в казарму, но не уверен, что тебе там понравится... И как там насчет пожрать?
  
   * * *
  
  29 сентября 2197 г., поздняя ночь.
  
   - Да, я проверила его физические возможности. Отвела его в спортзал. К сожалению, у меня нет информации о его прежних возможностях, но по сравнению с другими мужчинами его возраста и весовой категории, что были в зале, его показатели выше процентов на пятнадцать - двадцать. Я там устроила маленькое соревнование...
   - Очень находчиво, Вера Павловна.
   - Благодарю, hoa mahi.
   - Что показала биопсия?
   - Toto o nga atua проникла в мышцы, соединительные ткани, подкожный жировой слой, ну и конечно же, цереброспинальную жидкость.
   - Как это сказалось на здоровье объекта?
   - Некоторые маркеры аутоиммунного заболевания неясной природы, что будет не сложно купировать. И всё.
   - Замечательно, замечательно! Через неделю я представлю свой проект одному из Ariki, в ходе чего, обязательно, упомяну и ваш вклад в эту работу.
   - Ещё раз благодарю, hoa mahi. Для меня честь работать с вами, Михаил Сергеевич.
  
  Глава 13.
  
  6 октября 2197 г. гора Ямантау, "Москва-2"
  
   Неделя вышла довольно насыщенной, хотя и не настолько, как первый день на новой работе, с первым вылетом на задание. Тем не менее, всё это заметно отличалось от его прежнего образа жизни и требовалось 'войти в колею' - запомнить, где что находится, кого как зовут, определиться с распорядком дня.
   На новом месте, в новом деле всегда так. Сначала тебе надо пережить первый день, потом первую неделю и первый месяц. А дальше уже всё пойдет по кругу, по накатанной, повторяясь раз за разом с небольшими вариациями.
   Как Павел и ожидал, в отношении него начальство решило сделать ставку на самый очевидный и стабильно работающий навык - его способность видеть тварей, хотя, отдать должное, подошли тут весьма творчески.
   Во-первых, это наиболее очевидно - наблюдение за перемещениями больших групп противника. За те три вылета, что были на этой неделе, удалось предупредить жителей семи городов, о предстоящих неприятностях. Понимание того, что благодаря ему враг не нападёт неожиданно, а будет встречен осветительными ракетами и выстрелами рельсотронов ещё на дальних подходах, наполняло его сердце удовлетворённостью. И не сколько из-за того, что твари будут уничтожены, а сколько из-за того, что будут спасены жизни людей.
   Во-вторых, и это было уже не так очевидно, коптер зависал в полу километре над нужным городом, после чего Павла просили дать примерную оценку того, сколько в нём камней, и в каких районах города они сосредоточены.
   Михаил Юрьевич, штабной офицер, подчинённый Сергея Семёновича, руководивший тем вылетом в лабораторию и ставший теперь непосредственным начальником Павла, пояснил, что одной из задач подземной столицы в управлении экономикой государства была забота о том, чтобы у всех городов был достаточный запас энергоресурсов, особенно в начале зимы. Вплоть до того, что в отдельных случаях собранные в виде налогов камни направлялись как безвозмездная помощь.
   Вот только оценить, насколько печально обстоят дела в тех или иных крепостях - не представлялось возможным, и приходилось верить на слово, надеясь, что хозяева городов наглеть слишком уж не будут. Но, судя длинным, витиеватым тирадам Михаила, не раз и не два эти надежды были вероломно обмануты. Самые бедные и нуждающиеся на деле оказывались едва ли не самыми богатыми.
   Ну и в-третьих, вопрос с экранированием свечения камней. Идея о том, что сидящие в засаде твари, точно так же, как и он, видят сквозь землю сияние камней в движущемся по дороге обозе сначала поразила Павла, а потом показалась донельзя логичной.
   Ведь и в самом деле, если это сияние можно как-то прикрыть, замаскировать, то с большой вероятностью караваны будут спокойно проезжать мимо засад, не подвергаясь нападению! Вот бы ещё создать какой-нибудь прибор, что мог бы предупреждать о близости тварей! А то он, Павел, такой один, а обозов много... Вот только пока до этого было очень и очень далеко. Даже с экранированием свечения дело особо не ладилось.
   Павел ежедневно ходил к местным техникам-исследователям, которые к его приходу готовили новые образцы, за которыми прятали камни, от одного до пяти, для чистоты эксперимента, чтобы Павел не просто говорил 'вижу', но и называл количество в подтверждение своих слов.
   По итогам недели успехи были скромные. И при этом несколько неожиданные. Например, выяснилось, что если смотреть на камни через преграду из золота, то они меняют цвет с оранжевого на серый. А в случае с серебром, теряли чёткость и выглядели размытыми пятнами. Результат не совсем тот, на который они рассчитывали, но всяк больше чем ничего. Более того, из него следует, что преграда, в принципе, способна повлиять на то, как виден кристалл, так что исследования продолжаются.
   Из-за участия в вылетах, что проводились только после наступления темноты, Павел был оформлен в ночную смену. Просыпался в два часа дня, завтракал вместе с Верой, вернее, завтракал только он, а она обедала, после чего отправлялся на уроки.
   Да, да! Именно уроки. Помимо военно-прикладных предметов, вроде отработки навыков обращения со всевозможным оружием и военным оборудованием, тактики боя в различных условиях и оказания первой медицинской помощи раненым (тут Павел мог кое-что рассказать и сам, но благоразумно молчал и слушал), помимо всех этих, безусловно полезных предметов, были уроки истории, литературы и естествознания, куда было собрано понемногу из географии, астрономии, биологии, математики и физики.
   Как он узнал, родившиеся в Москве-2 получали куда как более качественное образование с самого детства, а этот курс был организован для взрослых, не имевших в своё время такой возможности. Большей частью тут присутствовали люди из высшего руководящего состава своих городов.
   Если в детстве, когда мама учила Павла, тот усиленно отбрыкивался от тех знаний, что она пыталась, к слову, небезуспешно, запихнуть в него, то тут, усаты и бородатые ученики слушали очень внимательно, делали записи и задавали вопросы, рассматривая всю получаемую информацию исключительно в прикладном ключе.
   В той же географии интересовали расположения залежей полезных ископаемых, дороги и их состояние, ближайшие к ним заброшенные города, крупные города ставшие базами пришельцев.
   Уроки биологии в первую очередь вращались как вокруг производства продуктов питания, будь то гидропоника, теплицы или мини-фермы с курами и свиньями, так и вокруг всего, что связано с медициной и поддержанием здоровья в существующих условиях.
   Ну а на уроках истории большей частью рассматривались разного рода формы правления, существовавшие в прошлом, их сильные и слабые стороны, а так же недостатки, оказавшиеся для них фатальными.
   После уроков Павел заглядывал в лабораторию, где пялился на камни, сквозь разного рода преграды, а потом - на пол часа в спорт зал, чтобы размяться, после чего наконец отправлялся в медицинскую часть, к Вере.
  
   * * *
  
   Чувство падения в бездонную пропасть, что он испытал при первой встрече с ней, так никуда и не делось. Казалось бы, уже не пацан сопливый, а на тебе... глупая ухмылка на всё лицо и туман в голове. Впрочем, определённы жизненный опыт позволял не просто нестись сухим листом по бурной реке, а в какой-то мере сохранять вменяемость. По крайней мере за пределами кабинета Веры, или её комнаты, куда он переселился из казармы под беззлобные шуточки солдат: 'Ишь какой шустрый! Вот это - чудо так чудо! Это вам не Серёгу собрать по кусочкам!'
   Официально, по медицинской части, Павел числился 'подопытным' в связи со своим 'неоднозначным биологическим статусом'. Одновременно, по этой же причине находился на амбулаторном лечении. На практике это выражалось в продолжающемся сборе анализов, и исследовании тушки Павла с помощью разного рода приборов, а так же, в приёме лекарств, с последующей оценкой их результативности.
   Поначалу Вера мало комментировала свою работу, но потом, с удивлением узнав, что Павел тут и сам в немалой степени сведущ, принялась рассказывать ему о результатах своих изысканий.
  
   - Судя по всему, этот жидкий кристалл, как и прочие виды технологий пришельцев хорошо взаимодействует с электричеством и электромагнитным полем. Именно по этой причине он поглощает рентгеновское излучение и именно из-за этого удар шокером... да, да, Леонид Павлович мне рассказал... удар шокером подействовал на тебя как стимулятор, кратковременно увеличив твою силу в несколько раз. Собственно, она и сейчас ощутимо выше среднего.
   Ты, у меня, конечно же, и без того в отличной форме, но... Помнишь то маленькое соревнование, что я организовала в спортзале неделю назад? Разумеется, ты у меня лучший и то соревнование наглядно это показало, вот только все твои соперники регулярно занимаются спортом уже много лет, а ты, когда последний раз висел на турнике? Эта неделя не в счёт, само собой.
   - Скорее всего, этот жидкий кристалл улавливает электрические импульсы, с помощью которых передаются сигналы в нервной системе, к примеру, идущие от мозга к мышцам, да и сама деятельность мозга сопровождается немалой электрической активностью, что он так же считывает.
   Разумеется считывает, а иначе как бы он среагировал на грозящую тебе опасность и сформировал кристаллический доспех? Это была реакция на твоё чувство опасности. Причём, учитывая, что фасон доспеха был очень похож на стандартный наёмничий... Откуда, ты думаешь, он мог взять эту информацию? Только из твоего мозга.
   - Хм... Но тогда выходит, что 'паучья кровь' это либо что-то очень мощное и разумное, что смогло приспособится под физиологию человека, быстро разобравшись в его анатомии и биохимии, настолько, чтобы воспринимать образы напрямую из мозга, либо изначально создавалась пришельцами в расчёте на людей... - предположил Павел. - Вот только непонятно, что оно делает внутри тварей.
   - Ммм... интересная версия... - согласилась Вера.
  
   Помимо такого интересного предмета обсуждения, как, собственно, Павел и состояние его здоровья, были у них и иные темы для разговора. Оба они выросли в очень разных условиях: Вера в подземелье, а Павел, по сути, в дороге, кочуя от одного города к другому, но, как ни странно, это не стало препятствием, а наоборот сближало их, делая интересными друг другу. Детские шалости, связанные с профессией байки, необычные случаи из жизни. Каждый час проведённый вместе - подкидывал дров в этот костёр, а безуспешные попытки сломать кровать по вечерам - словно ведро бензина вылитое в огонь.
  
   * * *
  
  7 октября 2197 г. г. Москва - Хрустальная
  
   В этот раз точка входа оказалась на окраине города. Странно. Ну да ладно. Даже эти, по сути, трущобы, были невыносимо прекрасны! Ни один дворец, построенный человеком в прежнюю эпоху не сравнится даже с самым простым из окружавших её домов. Да что там, дворцы, королевская корона будет выглядеть потрёпанной кепкой среди этого великолепия!
   Полированный камень всевозможных цветов, золото, платина, иридий - судя по радужному блеску, и, конечно же, кристалл. Гладкий, причудливо гранённый, словно бриллиант и даже подобный застывшей в движении морской волне. При этом, всё это, каким-то образом гармонировало друг с другом и не выглядело безвкусной роскошью.
   Подняв руку, Вера сделала условный жест и сформировала Зов. Под её ногами на изысканной мостовой вспыхнула светящаяся путеводная нить, и она отправилась в путь, на условленную встречу.
   Непонятно, что занесло Михаила Сергеевича на окраину города, - размышляла она, - в этот, не самый презентабельный райончик. Вон, даже немногочисленные прохожие, идут не уверенной походкой, как она, а вяло плетутся среди окружающего их великолепия. А вот и он, сидит за столиком, под хрустальным деревом.
   - Приветствую, Михаил Сергеевич! Какими судьбами вас занесло в эти трущобы?
   - Доброй ночи, Вера Павловна. - ответил он, и по его виду было заметно, что он не в духе. - Вот только занесло сюда не только меня, как видите, но и вас. 'Квартал потерявших доверие'. Вот так...
   - Что случилось? - встрепенулась она. - Мы впали в немилость? Но с чем это может быть связано? Ваш доклад...
   - Да, да... мой доклад... моя работа, которой я посвятил восемь лет! - воскликнул он. - Господин был в гневе, но тем не менее, соизволил дать пояснения. Сама идея о гибридизации не только кощунственна по своей сути, но и бесперспективна. Все те неудачи, что я претерпел - были более чем закономерны. Кристаллизация и гибель образцов - не моя ошибка, а неизбежность!
   - А как же последний эксперимент? - взволнованно спросила Вера. - У вас же получилось!
   - Эххх... - он махнул рукой. - Просто стечение обстоятельств. Крайний образец оказался носителем редкой мутации, что встречается лишь в одном случае на несколько миллионов. Только по этому он до сих пор жив.
   - До сих пор? - чуть не прокричала она.
   - Да, тоже не каких перспектив. - подтвердил Михаил. - Образец обречён.
   - И что, ничего нельзя сделать?!
   - Ничего. Более того, как сказал Господин, на поздних этапах он может быть даже опасен, как пошедший в разнос ядерный реактор. В нём две... силы, что воюют друг с другом, и им не примириться в одном теле. Те признаки аутоимунного заболевания, что вы заметили, это первые симптомы идущей в нём войны. Обе стороны не настроены сдаваться и, с каждым витком противостояния, наращивают силы, до тех пор, пока его тело не окажется бессильным сдерживать эту мощь.
   - И как же... - её голос задрожал. - Что же делать?
   - Что, что... исправлять свои ошибки. - ответил он, стукнув кулаком по столу. - Нам обоим сняли по пятьсот Очков лояльности. Оттого я теперь обитаю вот тут, да и ваша точка входа теперь здесь, в этом квартале. Более того, как неблагонадёжным, дорога за Внутреннее кольцо нам закрыта.
   - Как так?! Сняли пятьсот очков за один раз? Я же за всю жизнь заслужила лишь шестьсот семьдесят!
   - Ну, вот так. - Михаил развёл руками. - Впрочем, не надо грустить! Нам оставили возможность искупить свою вину, пускай и отчасти, исправить ошибку. Если мы это сделаем, то нам вернут по триста очков, так что потеря не будет критичной. Нынешнее положение - это скорее предупреждение, чем серьёзное наказание.
   - И что для этого нужно сделать?
   - По моему, это очевидно. - произнес он. - Я уже отдал распоряжение своим помощникам уничтожить лабораторный журнал и всё оборудование, что они вынесли из моей базы. Ну а вам необходимо 'усыпить' последний образец. Вам, как врачу сделать это будет совсем не сложно. Один укол или таблетка... Это даже не будет грозить вашему нынешнему положению! Все же понимают, что его состояние противоестественно и по этому смерть не вызовет подозрений!
   - Что?! Но я... Я не могу так!
   - Я понимаю, Вера, вы врач, и спасаете жизни, а не отнимаете, но поймите, это не убийство, а... эвтаназия, проявление милосердия к обречённому! Более того, это же не что-то непоправимое, сами знаете. Мне самому знакомство с этим человеком, знаете ли, дорого стоило. Когда вам отрывают голову, поверьте, это больно! Повезло, что он ещё сделал это быстро... Но ничего, я здесь и вполне доволен своим посмертием. Будет доволен и он. Вы сможете, даже, послать ему Зов, после чего из Пустошей этот, как его, Павел, выйдет к городу, и, проявив толику здравомыслия, сможет приобщиться к благам Цивилизации. Ещё спасибо скажет!
   - Но... для меня это слишком неожиданно...
   - Я понимаю, Вера Павловна, понимаю. - успокаивающе произнес он. - Немного поразмыслив вы сами придёте к выводу, что это не только единственный, но и наилучший выход из сложившейся ситуации. Неужели вы хотите, чтобы ваш пациент умирал в муках, а вы сами, за своё непослушание, лишились того, чего достигли за годы верного служения?
  
   * * *
  
   За обедом, который для Павла был завтраком, он внимательно вглядывался в лицо сидящей напротив него Веры. Та была сама не своя, её словно бы лихорадило. При общей бледности щёки её розовели, а лоб блестел от выступившего на нём пота.
  
   - Слушай, - обратился он к ней, - ты сегодня что-то сама не своя. Что-то случилось?
   - А? - откликнулась она, вяло ковыряясь вилкой в тарелке, - Да, ничего, всё нормально... Просто спала плохо.
   - Точно? Может тебе выйти, свежим воздухом подышать? Тут есть какое-нибудь окошко, или что-то в этом роде?
   - Окошко в подземном бункере? - слегка оживилась она, - Как ты себе это представляешь? Но идея хорошая. Давай поедим, и в парк сходим?
   - Тут есть парк? - поразился Павел.
   - Да, представь себе. - подтвердила она, - но не под землёй, конечно же. Неподалёку есть лифт, который ведёт в небольшую долину. Вход в неё перегорожен забором. Там стоит сигнализация и камеры наблюдения, так что парк вполне безопасен.
   - Отлично!
  
   Доев, они отправились в свою квартиру где оделись потеплее. Как ни как, днём на улице было уже минус десять, после чего Вера повела его к лифту, что и в самом деле обнаружился совсем рядом.
   У лифта стоял пост охраны, на котором она продемонстрировала своё удостоверение. Охранник достал ключ и открыл для них дверь.
  
   - Серьёзно тут! - прокомментировал происходящее Павел.
   - Само собой. - ответила Вера. - Не то, чтобы кто-то ожидал нападения через подобные шахты. Всё-таки, они слишком узкие. Да и перекрыть их легко, но порядок есть порядок.
  
   Поднявшись на лифте, они оказались в небольшом тамбуре, в котором так же дежурила охрана. В одном из них Павел с удивлением узнал Иванова.
  
   - Серёга! Ты почему не в кровати, а?!
   - А! Паш, привет! Решили погулять? - воскликнул он радостно. - Морозно, но на свежем воздухе бывать надо, а то Вера Павловна и в самом деле засиделась под землёй. Вон и вид какой-то бледный.
   - Сергей, и в самом деле, не уходи от вопроса! - вмешалась тут Вера. - Почему не в палате, а на посту?
   - Ну так скучно там... - признался он. - А я уже вполне здоров! Благодаря сами-знаете-кому... Вот я и договорился, что на операции за пределами города я пока летать не буду, мало ли, действительно, там прихватит, а вот в наряды внутри города - уже можно. Тут, если что, десять минут и я в палате. А так при деле! Тут ведь нагрузок никаких. Сижу себе на стульчике с товарищем, бдим.
   - Ну ладно, бдите... - произнесла она и, словно бы, обмякла. - Пойдём, воздухом подышим.
   - Хорошей прогулки! - пожелал им напарник Сергея.
   - Спасибо! - поблагодарил их Павел, после чего они открыли дверь и вышли наружу.
  
   * * *
  
   Сергей Иванов был жутко доволен. Повезло так повезло! Вера Павловна, о строгости которой к пациентам ходили легенды, так вот просто отнеслась к нарушению им постельного режима! В любой другой день она бы, как минимум, пригрозила ему всеми возможными карами и потребовала, чтобы, мол, когда я буду возвращаться, на посту уже стоял другой человек, а ты, как ни в чём ни бывало, спал в своей палате и даже во сне не покидал её до моего разрешения! А тут, прямо ангел во плоти!
   Может это Пашка так на неё влияет? Не зря же говорят, что эээ... недостаток личной жизни плохо влияет на характер женщины. А тут, значит, наоборот, как жизнь наладилась, так и подобрела. Как же хорошо, что они сошлись, особенно так быстро.
   Вот только... Ну не выглядела она сейчас счастливой, скорее наоборот. Такое впечатление, что у неё умер кто-то. Была бы она одна, он бы решил, что они с Павлом разругались и расстались. Так нет же, вот они, вместе и Пашка спокоен и доволен жизнью. Неужели не замечает? Что-то тут, определённо, не так!
  
   - Слушай, - обратился он к своему напарнику. - что-то у меня сердце не на месте. Вера Павловна сама не своя, будто подменили.
   - Ага. - согласился тот. - С таким настроением не на морозе гуляют, а в подушку рыдают.
   - Знаешь, - произнес Сергей, - схожу-ка я за ними, присмотрю издалека.
   - Хорошо, а я постою снаружи двери, чтобы тебя не терять из виду, мало ли что.
   - Договорились.
  
   Выглянув за дверь, Иванов обнаружил, что парочка уже преодолела пару десятков метров до опушки леса и скрылась за деревьями. Хорошо, что из-за снега их следы были хорошо видны. Стараясь не шуметь, он последовал за ними.
   Метров через тридцать, как он знал, была небольшая поляна, где он рассчитывал их обнаружить, и не ошибся. Они стояли вместе и о чём-то негромко говорили, склонив друг к другу головы, после чего Вера махнула рукой, словно бы указывая на что-то. Павел обернулся и высматривать что-то между деревьев, силясь там разглядеть... Что там может быть? Белка?
   В это время Вера сделала маленький шажок назад, и одновременно с этим выхватила из-за пазухи нечто, ярко блеснувшее в лучах солнца, и вонзила в спину Павлу. Брызнуло алым и тот, вскрикнув, упал. Сергей остолбенел.
   Зарыдав, она рухнула на колени, и склонившись над телом, вытащила из него нечто, более всего напоминающее сделанный из стекла кинжал, покрытый кровью.
   Придя в себя, Иванов бросился к ним, а Вера срывающимся голосом принялась декламировать:
   - 'Сюда идут? Я поспешу. Как кстати кинжал Ромео! Вот твои ножны! Останься в них и дай мне умереть.'* - после чего полоснула себя по левому запястью.
   Подбежав к ней, Сергей вырвал у неё странный стеклянный кинжал, отбросил в сторону и схватил её за руку, с силой пережимая вены, чтобы остановить хлещущую кровь.
   - Лёха!!! - завопил он, - Зови врачей!!! И подмогу!!! Один я её долго не удержу!!!
   Вдруг, лежащий перед ним Павел вздрогнул, зашевелился, словно бы силясь встать, и исчез, растворившись в воздухе.
  
  * У. Шекспир 'Ромео и Джульетта'
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) О.Миронова "Межгалактическая любовь"(Постапокалипсис) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) В.Кей "У Безумия тоже есть цвет "(Научная фантастика) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"