Миллер Тони: другие произведения.

Санитары леса

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В размеренную жизнь Александра, типичного представителя "офисного планктона" врываются перемены. По ночам снится какая-то дичь, на работе проблемы, да ещё и соседи за стенкой орут. Проблемы в жизни перерастают в серьезный кризис, и вот он уже плетётся по городу, словно раненый зверь. А в лесу, пускай и кирпичном, о раненом звере всегда позаботятся санитары. Санитары леса.

  Санитары леса.
  
  
  
   Звонок будильника прервал беспокойный сон, Александр зевнул, и поёжился от холода. В квартире было зябко. Начало осени, как ни крути, самое холодное время года, когда по ночам температура на улице падает ощутимо, а отопление ещё не включили.
   Сунув ноги в тапки он прошлёпал на кухню. Добавил в чайник воды и щелкнув клавишей оставил его кипятится, а сам отправился в туалет. Да, да, утро начинается не с кофе, хотя в его утреннем распорядке он играл не последнюю роль.
   Особенно потребность взбодриться ощущалась именно сегодня. Снилась какая-то очередная муть, лучи света пробивающиеся сквозь голые ветви деревьев были подобны скрюченным пальцам, что тянулись к его горлу.
   Бредятина. Вот только настроение из-за такого вот репертуара "ночного кинотеатра" с самого пробуждения было изрядно подпорчено. Чувствовалась необъяснимая тревожность и подавленность. Ох уж эта осенняя хандра.
   Заварив кофе и оставив его остывать, Александр принялся готовить завтрак. Ну как, "готовить"... Разогреть в микроволновке это не готовка, так, название одно.
   Чтобы не терять время, отправился в комнату и, сев на кровать, натянул подобранные с пола носки. Сначала левый, и после продолжительной паузы - правый. Неловко балансируя на одной ноге натянул на себя джинсы, после чего взял со стула рубашку и, усевшись на кровать, принялся застёгивать пуговицы.
   Писк микроволновки прервал его медитацию в шкаф, или "утренний тупняк", как он его называл. Пришло время закинуться топливом на день, ну и заодно включить голову, что ещё более важно. Будучи типичной "совой" он окончательно просыпался лишь после обеда, ближе к вечеру, ну а утром от спящего в кровати человека его отличало лишь умение удерживать тело в вертикальном положении.
   Размешивая сахар в чашке он бессмысленно пялился в окно. Серое, хмурое утро, холод в квартире и дурное послевкусие от сна изящно дополняли вопли за стеной. Основной вокал, как обычно, был у Маринки, но пару минут спустя, ей начал "подпевать" и Семён. Что-то они последнее время зачастили... Ведь первое время, как въехали в начале года, было потише.
   В подъеде тяжело хлопнула дверь и вниз по лестнице зачастили сердитые шаги. Александр понятия не имел, как шаги могут быть сердитыми, но ощущение было именно такое. Человек, вероятно Семён, не просто шёл, а топтал, бил ногами ступеньки.
   Поставив посуду в раковину и глянув на часы он направился в прихожую. Ничего с ней до вечера не сделается. Одно из преимуществ холостяцкой жизни, наряду с тем, что такие вот "концерты" он слышит через стену, а не у себя дома.
   Обувшись и накинув куртку он вышел из квартиры и закрыл за собой дверь. "Здравствуй, холодный и жестокий мир!"
  
   * * *
  
   Дождя пока что не было, но, судя по небу, пойти мог в любой момент. Мимо пролетел желтый лист. То-то дворникам веселья будет! Ну а пока большей частью они ещё зеленые, ну или, скорее, грязно-зеленые, именно так они выглядели на фоне хмурого неба.
   Во дворе, возле машины стоял Семён и курил, тоскливо поглядывая на облака. На заднем сидении виднелись ящики с инструментами, а на крыше - раскладная лестница.
   - Здорово, сосед! - поприветствовал он Семёна. - Как ты?
   - Слыхал?... - вяло поинтересовался тот.
   - Сложно было не услышать. - ответил он. - Думаю, этажом выше и ниже тоже слыхали.
   - Эх... - вздохнул тот и махнул рукой.
   - Из-за чего весь сыр-бор то? Если не секрет.
   - Да как обычно, бабские хотелки... "Не хочу быть столбовой дворянкой, хочу быть Владычицей Морскою!" - ответил он кривляясь и передразнивая жену. - Нам за съём квартиры платить каждый месяц, плюс, пытаемся откладывать на первый взнос по ипотеке, чтобы уже в своё вкладываться, а не в съемное, а ей уже сейчас хочется жить не хуже чем её подружки! Я, вон, со стройки не вылезаю по десять - двеннадцать часов, а ей всё мало!
   - Сочувствую, мужик... - ответил он и от неловкости отвел взгляд в сторону. - Может... ну её нахер, а? На работе умираешь, так ещё и дома мозг клюют.
   - Так-то оно так, но... люблю её, понимаешь? Дуру эту... - произнес Семён и его лицо приняло растерянно-обиженное выражение. - Ничего, немного осталось. Вот въедем в свою хату, сына заделаем, так она и успокоится.
   - Ну, хорошо если так. Держись! - попытался он ободрить. - Как говорится, нас эээ... бьют, а мы крепчаем!
   - Ага... - откликнулся тот. - Спасибо.
   - Хорошего дня!
   - И тебе.
  
   Не успел Александр выйти со двора, как путь ему преградил Кузьмич, Ефим Кузьмич, если точнее. Фамилии его никто не знал, да и особо не интересовался, звали его больше по отчеству, да и не то, чтобы звали... обычно он сам приходил, незваным, вот как сейчас, и попробуй отвяжись.
   Выглядел он как обычно, как обычно выглядит алкоголик со стажем. С хорошим таким стажем, если, конечно, тут вообще есть что-то хорошее. Не понятно, сколько ему лет даже, то ли сорок, то ли шестьдесят. Худющий, редкие волоски на черепе то ли седые, то ли просто какие-то белёсые. Кожа на лице как у несвежего покойника, вся в каких-то пятнах и шелушится.
  
   - О! Зёма! Доброго утречка! - поприветствовал тот с энтузиазмом. - Не найдётся десяти рублей на хлеб, а?
   - Знаю я твой хлеб, Кузьмич! - ответил он чуть брезгливо, обходя его слева. - С какой стати мне тебя поить за свой счёт?
  
   Кузьмич не обиделся, очевидно ввиду опыта и тренировки, поскольку отказы слышал каждый день и не по одной сотне раз, так что легко переключился на Семёна и начал подкатывать уже к нему.
  
   - Когда ж ты сдохнешь наконец упырь старый?! - послышался позади голос Марьи Петровны, что уже заняла свой пост у окна, из которого она контролировала весь двор.
   - Да я вас всех переживу! - откликнулся Кузьмич. - Спасибо Семён! Твоё здоровье...
  
   * * *
  
   Дорога на работу, за эти годы стала столь привычной, что он уже давно шел на полном автопилоте. Вот тут небольшая яма, тут лужа, а вот эа этом участке может обрызгать машина, тут надо проскочить побыстрее и осторожнее.
   Точно так же, большей частью, ему были знакомы и лица идущих навстречу прохожих. Точно так же, к тому же самому времени и они спешили на работу, где продавали треть своей жизни, чтобы обеспечить другие две трети.
   Над головой раздался нарастающий гул самолёта, что быстро приблизился и так же быстро полетел дальше. От вибрирующего, низкого звука по телу словно бы прошла волна, нахлынула и схлынула.
   - Ишь, как низко летают! Видимо к дождю... - подумал он и ухмыльнулся.
   Настроение, испорченное сном стало понемногу выправляться и холодный осенний воздух понемногу выдувал из головы утреннюю муть. Шум машин, шарканье ног. Вон, в магазин подвезли товар. Водитель открыл машину и разгружает лотки, судя по всему, с какими-то булками.
   Люди, машины... Дождик накрапывать начал, вот как чувствовал... Он натянул на голову капюшон и продолжил путь к работе. Одно и то же, одно и то же...
  
   * * *
  
   Млять! Не, ну я понимаю, что понедельник-день тяжёлый, но это просто Звездец, с большой буквы "П"! Лучше уж "одно и то же", чем такие перемены!
   Стоило ему пройти через проходную, как он ощутил царящую в воздухе нездоровую атмосферу. Казалось, что невидимые, связывающие людей нити напряглись и воспалились. Спроси его кто-нибудь, едва ли он смог бы внятно сформулировать свои ощущения, а уж тем более рационально объяснить, на основании чего он сделал такой вывод.
   Фактов не было, а ощущения были, словно бы то тут, то там, бегали огоньки лазерных прицелов, а на стенах висели таблички: "Внимание! Работает снайпер".
   Впрочем, долго ждать подтверждения своим предчувствия ему не пришлось. Во время обеденного перерыва Витёк выцепил его в коридоре и, подхватив под локоть, отвёл в сторонку.
   - Слышал новости? - спросил тот и огляделся по сторонам.
   - Пока нет, - ответил Александр, - но что-то мне подсказывает, что скоро услышу.
   - Першин, Золкин и Филимонов уходят! - выдал Витёк.
   - Куда уходят? - не понял он.
   - Увольняются! Час назад отнесли заявления в отдел кадров!
   - Это хреново... - произнес он и задумался. - Они же наши старшие монтажники. На них всё держится. И без того по срокам не всегда успевали, а теперь так вообще... Да и косяков в работе без них будет больше. А косяки - это переделка и новые задержки по срокам.
   - Да не о том ты думаешь! Ответственный ты наш!
   - А о чём?
   - Ты за зарплатой уже ходил?
   - Вечером зайду, а что?
   - А то! Премия-то, тю-тю!
   - Как "тю-тю"? - спросил он опешив. - Это ж треть получки!
   - А вот так! Говорят они из бухгалтерии сразу к директору пошли, а уже через час понесли кадровикам заявления об увольнению по собственному!
   - Всё это не к добру...
   - Это тебе интуиция подсказала, да?! - съязвил тот. - Всё это смахивает на нечто дурнопахнущее, что норовит сесть на нас сверху!
   - Ну, не будем спешить с выводами. - рассудительно произнес он. - В конце концов, одни уходят, другие приходят. Хотя, конечно, без премии будет грустно...
   - Ага, оптимистичный ты наш! - ответил тот и хлопнул его по плечу. - Посмотрим, на сколько его у тебя хватит.
  
   Голый оклад и корректировка финансовых планов в уме, заметно пошатнули его относительно положительный настрой, а объявление об общем собрании в столовой после завершения рабочего дня так и вовсе наполнили сердце недобрыми предчувствиями.
   Предчувствия его не обманули. В течение получаса директор, Андрей Владимирович, распинался о мировом финансовом кризисе, о наложенных на Отечество санкциях, и том тяжелом положении, в котором находится отрасль.
   И в такой ситуации бегство отдельных членов коллектива, является, по сути, предательством каждого из тех, кто не дрогнул и остался. Мол, совсем скоро они осознают какую ошибку они совершили, но будет уже поздно, назад их уже не возьмём.
   "Да, всё это станет для всех нас некоторым испытанием, необходимостью на время затянуть пояса, но при этом и возможностью очиститься, выявить гниль и избавиться от балласта!"
   В общем, обычная демагогия призванная обосновать решение проблем предприятия за счёт его работников, и очернение тех, кто не готов из своих средств спонсировать работодателя.
  
   "Стоп! Где это я?" - опешил Александр и остановился. Задумавшись о событиях этого дня он сам не заметил, как свернул не туда, и уже несколько минут шагает по вечернему парку.
   Под ногами ветерок гонит сухие листья. Слышно, как они шуршат перекатываясь по асфальту, в странной для вечернего города тишине. Над его головой свет фонаря, словно с трудом, пробирается сквозь голые ветви, рано лишившегося листьев, дерева. Картина зацепила и извлекла из памяти образы сегодняшнего сна. Ему, вдруг, стало страшно. Развернувшись на месте он поспешил прочь, с трудом сдерживая себя от того, чтобы побежать. Хрень какая-то...
   Проходя мимо магазина, что рядом с домом, он, немного поколебавшись, всё же зашёл. Кишки от пережитого ощущались словно дрожащий кисель и есть совершенно не хотелось, но надо, надо. В крайнем случае позже, когда окончательно отпустит...
  
   Отпустило. Не, ну и в самом деле, чего тут бояться? Ну, ладно бы, была какая-то реальная опасность. Так нет же! Задумался, свернул не туда. И что? Развернулся и пошел обратно. А что сон был дурной, так на то он и сон.
   Закинув на сковородку четыре вареные сосиски, он залил их шестью куриными яйцами и стоял у плиты, помешивая содержимое сковородки лопаткой, чтобы не пригорело. Ммм... как аппетитно пахнет! Сглотнув набежавшую слюну он продолжил готовку.
   Ну, хоть за стеной тихо. Может помирились? Пусть хоть у них день принесёт что-то хорошее, а то с такими выкрутасами на работе, вся его уверенность в завтрашнем дне из твёрдой скалы превратилась в зыбкое болото.
   Внезапно, в соседней квартире послышались невнятные, гневные вопли, удар, звон разбитого стекла. Александр прислушался. Тихо. Но всё равно, как-то странно, и от чего-то тревожно.
   Желудок напомнил о себе урчанием. Ладно. Ужин сам себя не съест. Надо, Саша, надо... Пусть в этом дне будет хоть что-то положительное.
  
   * * *
  
   Широко раскрыв не видящие глаза Александр резко поднялся на кровати, несколько раз моргнул после чего его взгляд принял более-менее осмысленное выражение. Тяжело дыша он огляделся по сторонам, и смахнул со лба текущий в глаза холодный, едкий пот. Дико колотящееся в груди сердце начало понемногу успокаиваться.
   - Блин, такое ощущение, как-будто три километра пробежал... - пробормотал он себе под нос. - Что же такое?! Вторую ночь подряд какая-то дичь сниться. И, вроде, даже, как та же самая, вот только ощущения ещё более мерзкие...
   Поднявшись с кровати он откинул одеяло, чтобы постельное бельё просохло, а сам, ощущая гадкую слабость в ногах, пошел в душ, чтобы смыть с себя холодный пот, да и заодно немного согреться, а то уж больно зябко. Когда же отопление включат?!
  
   Размешивая сахар в чашке с кофе он размышлял, уставившись неподвижным взглядом в стену.
   Определенно, вчерашний день был не самым удачным. С самого утра всё не заладилось: дурной сон, вопли за стеной, звездец на работе... Совершенно не понятно, во что это в итоге выльется? Премия, которую за семь лет работы на данном предприятии Александр уже привык считать безусловной частью своего заработка, обратилась в ноль, что пусть пока не критично, но всё же ударило по его бюджету.
   Но это если только в этом месяце, а если и в следующем? Во вчерашней путанной речи директора конкретных причин и сроков он так и не услышал. Санкции, "крысис", и прочие не зависящие от нас обстоятельства - это, конечно, хорошее объяснение, но в других организациях как-то ведь выкручиваются?
   Что же делать? Искать другую работу? Так за эти годы он привык уже... И ноги сами идут и руки сами работают, людей знаю, обязанности не слишком обременительны. Экономическая ситуация сейчас и в самом деле не спокойная, по этому не факт, что у коллег-партнеров-конкурентов дела идут лучше. Да и не так много фирм данного профиля в городе, по пальцам пересчитать. А больше, с его профессией, ему некуда податься. Не улицы идти мести, в самом деле?! Да и осень - не самое лучшее время, чтобы начинать там карьеру...
  
   Ну, по крайней мере, у соседей за стеной тихо. Хотя, конечно, после нескольких месяцев скандалов это немного странно.
   Глянув на чашку, он привстал и достал из шкафчика бутылку. Перелив кофе в чашку большего размера он щедро разбавил его коньяком, исключительно "для сугрева". Да и, откровенно говоря, чтобы немного унять нервозность, а то в таком настроении ещё и на работу переться...
   Небо за окном опять темно-серое, накрапывает мелкий дождик, на градуснике плюс шесть. Хоть какой-то во всём этом плюс... Ха-ха...
  
   Выйдя во двор Александр осмотрелся. Машина Семёна стоит на своём обычном месте, а его самого что-то не видать. Странно. Обычно он уезжал на работу ещё раньше его и вон, только вчера задержался, что, в общем-то, для него редкость.
   Подойдя к машине и заглянув в неё он не обнаружил в ней ни инструментов, ни рабочей одежды. Однако... Похоже, он и не собирается ехать на работу. Тоже что-то там произошло?
  
   - Семёна ищешь? - прокричала из окна Марья Петровна. - Так он в магазин пошёл за опохмелом, бедненький.
   - А что случилось-то? - спросил Александр недоуменно. - С Маринкой опять поругался? Так это ж, у них, дело обычное...
   - Так кинула она его, шалава этакая! - ответила Петровна осуждающе. - Вчера днём прикатила на машине с каким-то "Вадимом" и вынесла свои вещи.
   - Да, дела...
   - Он, как вчера приехал с работы, так на весь дом орал, бедненький...
   - Мля..., простите, Марь Петровна...
   - Чего уж там... - произнесла она, и махнула рукой.
   - Ну, ничего, погорюет и успокоится. - предположил он. - А там, глядишь и одному ему будет лучше, чем с такой змеёй. Каждый день ему скандалы устраивала.
   - Кто знает, кто знает... - с сомнением пробормотала она. - Будем надеяться на лучшее.
   - Ну да. - откликнулся он. - Пойду я, на работу пора.
   - Ага, ага... - рассеянно откликнулась она. - Хорошего дня...
  
   Пройдя метров двести Александр увидал Семёна с открытой бутылкой пива возле магазина, что с горячностью что-то рассказывал Кузьмичу, который, внимательно слушая, согласно кивал головой. До Александра доносились обрывки фраз, большей частью состоявшие из мата.
   Ммм... да... Жаль его, конечно. А Кузьмичь-то, хватку не теряет... старый алкоголик. Чует где можно на халяву урвать... Так и есть. Дослушав гневный спич Семёна, Кузьмич ухватил его за локоть и повёл обратно в магазин.
   Ну, ничего, молодой, выдержит, подумал Александр. Ему сейчас надо. Пусть уж лучше голова болит, чем сердце. В конце-концов Семён вырулит из пике, успокоится, проспится и перевернет эту страницу, а ему сейчас надо сосредоточится на работе. Что ж готовит новый день?
  
   * * *
  
   Стоило ему зайти за проходную, как на его голову словно бы накинули тяжелое одеяло. В глазах чуть потемнело, краски поблёкли, звуки стали глуше, а в воздухе, как-будто стало меньше кислорода. Александр вздрогнул и поёжился.
   Посмотрев по сторонам, он увидел как его коллеги, волоча ноги, разбредаются по своим рабочим местам. Похоже, не у него одного такие ощущения. Быть может, из таких-вот индивидуальных настроений и складывается общая атмосфера? Ничего, прорвёмся... И это пройдет...
   В коридоре, рядом с кабинетом его, как и вчера, перехватил Витёк. От распирающего его нетерпения он едва ли не приплясывал.
  
   - Слышал новости?! - шёпотом прокричал он, и быстро огляделся по сторонам.
   - Когда? Ночью, во сне? - ответил он. - Так там у меня вместо новостных выпусков, последнее время всё больше фильмы ужасов крутят.
   - Делать тебе нечего, раз такие сны смотришь! - ответил тот. - Я тут вчера вечером поспрашивал немного своих знакомых, а те пробили кой-какие базы... В общем, выяснилось, что две недели назад, наш директор, Андрей Владимирович, купил участок в пятнадцать соток под ИЖД.
   - Эээ... зачем ему, у него же квартира здоровенная, как я слышал.
   - Ну как зачем? В квартирах пускай холопы живут, а барин хочет себе усадьбу!
   - Вот куда наши премии ушли... - произнес Александр, и его лицо приняло раздосадованное выражение.
   - Ага, премия! - съязвил Витёк. - Вперёд смотри! Он же теперь строиться год будет, потом отделочные работы, потом все эти хоромы придётся мебелью и техникой обставить! А за чей счёт будет весь этот праздник, а? Как думаешь?!
   - За наш... - тихо ответил он.
   - Я тебе тут больше скажу. - продолжил Витёк. - Стройка это такое дело, что деньги сосёт дай боже. Сколько туда не вливай, всё будет мало. Так что не только без премии останемся, но ещё и работать будем - каждый за двоих. Сверхурочно, по увеличенным нормативам.
   - Таким макаром он нас всех досуха выпьет... Неужели ничего нельзя сделать?
   - А как? Зайти к нему в кабинет и пристыдить? Так вон, вчера трое зашли, а потом заявления понесли.
   - Ну не знаю... - произнес Александр задумчиво. - А если это будут не трое, а больше? Организуем профсоюз. В конце-концов, если ещё человек пятнадцать уйдёт, то вся работа встанет. Пока найдёшь им замену, пока обучишь - сроки выйдут, контракты будут сорваны, а это влечёт за собой штрафы и неустойки. Да и репутация уйдёт в минус, а конкуренты не дремлют, и с распростёртыми объятьями примут наших бывших заказчиков.
   - Дело говоришь! - оживился Витёк. - При таком раскладе ему дешевле окажется свои планы пересмотреть, чем нести такие убытки.
   - Вот только как это организовать? - произнес он. - Да так, чтобы народ объединился и не зассал?
   - Не беспокойся! - ответил тот и хлопнул его по плечу. - Это я возьму на себя!
   - Ага... - согласился Александр. - Ты такой, у тебя может чего и выйдет. Ладно, мне пора уже.
   - Давай! Успехов! А мне тут надо ещё успеть много с кем поговорить...
  
   * * *
  
  
   Чем хороши наполненные работой дни, так это тем, что пролетают совершенно незаметно, фьють, и всё. Думаешь, что пол-часа прошло, глядь на часы, а уже и обед.
   Во время перерыва Александр раза три или четыре видел Витька, разговаривающего то с одним, то с другим человеком, и каждый раз он покачивал головой, поражаясь его энергичности.
   Но, революция-революцией, а работа сама себя не сделает. А работы и в самом деле много, и если что не сделаешь сегодня, то она никуда не девается, а приплюсовывается к завтрашней. Стоит сбавить обороты, как и в самом деле, чтобы разгрести эту кучу, придётся оставаться после работы, а то и в субботу выходить...
  
   Так выходит, что на работе нет времени подумать, а как вернёшься вечером домой, то уже нет сил. А как поужинаешь, так и вообще - в сон клонит, а там подъём и снова на работу. Вот и получается, что лишь во время обратной дороги можно о чём-то поразмыслить.
   Андрей Владимирович, конечно, знатно их всех подставил... Это надо же... И, главное, как он вчера распинался! "Отечество в опасности!" "Все вместе затянем пояса..." Ага! Затянем пояса, и построим мне дом!
   Получится ли на него как-то повлиять? Едва ли... Это если и в самом деле значительное число людей объединятся и будут готовы идти до конца... что не особо-то вероятно. Да и в таком случае, директор может пойти на принцип и решить пойти на убытки, но не прогнуться под простых работяг, а то мало ли, чего они ещё завтра потребуют? В общем, посмотрим, что у Витька выйдет, а там будем уже сообща решать, что делать.
   Определившись с планом действий Александр переключился на внешний мир. А посмотреть было на что. Листья на деревьях парка уже совсем пожелтели, хотя на древьях рядом с его домом они были ещё зелеными и лишь единицы из них начали жухнуть.
   Легкий ветерок, что подталкивал его в спину, с легким шорохом волочил сухие листья по асфальту. Собственно, этот шорох, да звук его шагов - были единственными звуками, что раздавались в этой неестественной тишине.
   Стоп. СТОП! Какого хера?! Почему он опять в этом долбанном парке?! Резко развернувшись и совершенно не стесняясь Александр бросился бежать. Да и стесняться-то было некого, вечерний парк был тих и пуст. Вроде бы, пуст.
  
   * * *
  
   - Млять! Ну что такое?! - нервно бормотал он, сжимая дрожащей рукой ключ и пытаясь поспасть им в замочную скважину. - Еще и свет в подъезде от чего-то не горит...
   Справившись со своей задачей он ввалился в квартиру, захлопнул дверь, и, прислонившись к ней спиной, попытался успокоиться.
   Чуток отдышавшись и придя в себя, он, не разуваясь, пошел на кухню и, достав коньяк, сделал хороший глоток прямо из горлышка. Откашлялся и приложился ещё раз. Жжение во рту отвлекло от панических мыслей. Александр распахнул холодильник в поисках закуси.
   - Ага... сервелат... пойдёт...
   Руки тряслись, словно у алкоголика с двадцатилетним стажем. Вместо того, чтобы ровно нарезать колбасу он просто искромсал её на кусочки разного размера и формы. Но их по крайней мере можно было засунуть в рот, чтобы заесть жгучий вкус коньяка.
   Пол-часа спустя чуть начатая бутылка опустела и на смену паническому страху пришла обычная пьяная муть.
   - Всё это шутки по-по-дсознаниия! - принялся он доказывать свою точку зрения микроволновке, что показалось ему в тот момент довольно забавным. - С ччего всё началось? Мне приснились ветки деревьев и ббььющий через ннних свет. И вот, стоило мне отттвлеечься, как пппподсознание привело меня туда. Я что сделал? Правильно! Исспугался, чуток. Запомнил этот момент и по-этому мне он ссснова приснился! И опять ппподдсознание ппривело меня туда! Вот и всё! Всё что мне нужно, так это... Что мне нужно? А? Именно! Всего-то, мне нннужно ззавтра возвращась с работы не отвлекаться на мысли, а смотреть по сторонам, и всё! А сейчас, хоть ботинки снят, что ли... как они там...
  
   * * *
  
   Яркий, слепящий свет бил сквозь голые ветви деревьев. Свет двигался, приближался всё ближе и ближе. Он пытался убежать, но ноги словно приросли к асфальту. Рывок! Ещё, ещё! Внезапно контроль над телом вернулся к нему и он, дернувшись, наконец сорвался с места и полетел куда-то вперед, в темноту.
   Жесткий удар по локтю заставил его взвыть. Ребра, колено... вроде всё... тишина. Он попытался встать, но его ноги были словно связаны... Обернуты какой-то тканью... Млять! Да это же, вроде как, одеяло...
   Сон, это опять всего лишь сон... Разве что, в этот раз он ещё умудрился слететь с кровати. Герой... Ну, хоть не сломал ничего, вроде... Локоть, правда, стреляет, но уже успокаивается. А вот голова "бо-бо", да и во рту помойка...
   Сколько там на часах? На час раньше будильника. Ну, значит, вместо душа можно будет ванну набрать. Немного полежать, расслабиться. А то так и свихнуться не долго...
   А может он и в самом деле, того? А? Вот и снится ему одна и та же хрень, а потом ноги сами несут куда не надо. Ладно, если и завтра будет такая же ерунда - надо будет в аптеке попросить какое-нибудь снотворное, чтобы тупо отрубиться без снов. А если не поможет... Ну, тогда к врачу. Хотя, как же не хочется!
   Ну да ладно, может обойдётся. Не сходят же с ума вот так, сразу, без какого-то повода? Без предшествующих странностей? Хотя, кто его знает... Опять же, если я за собой ничего не замечал, то это не значит, что этого не было...
   Ладно, надо пока решать текущие задачи. Непонятно, что в ближайшие дни с работой будет. Тут или самому увольняться (ой как не хочется) или попытаться образумить директора. Фиг с ним, решил строить - строй, но не за наш же счёт! Ну не за год, а за два, раз уж решил. Пусть кредит на себя возьмёт, если очень надо. Незачем простых работяг обирать!
   Накручивая себя так, он отправился на кухню. Посмотрел в открытый холодильник, и, прислушавшись к своим ощущениям, закрыл его. Не лезет еда, не лезет... Водички лучше попью. Пару стаканов. Нет, лучше три, хорошо идёт...
  
   * * *
  
   Выйдя в подъезд Александр удивлённо замер. На соседней двери, рядом с дверной ручкой и ещё, чуть выше, виднелись бумажные полоски с печатями. Похоже случилось что-то... Есть один способ узнать. Быстро спустившись по ступенькам, он выскочил из подъезда и, развернувшись, уставился на окна первого этажа. На месте.
   - Здравствуйте, Марь Петровна! - поздоровался он. А чего у Семёна дверь опечатана, а?
   - Ах, Сашенька... - запричитала она, - Горе-то какое! Помер Семён наш... Вчера, во второй половине дня и полиция приезжала и скорая помощь. Его увезли, а дверь опечатали.
   - Как помер? - растерянно переспросил Александр. - Я ж его вчера утром у магазина видел... Водкой, что-ли, отравился?
   - Эх, если бы... - произнесла она и махнула рукой. - Вчера, после обеда, часа в три, заявилась эта змея со своим хахалем. Видать не все вещи забрала. Поднялась туда, и через пять минут такой визг подняла... на весь дом. Врачи, что выносили его на носилках, говорили, что он в ванной себе вены вскрыл, видать по пьяни. Вот, вся кровушка из него и того... вытекла. Там его и нашли, бледного.
   - Бред какой-то... - пробормотал он. - Не, ну всякое в жизни бывает... но чтобы вот так... на следующий день... Не может быть! Хороший же парень!
   - В том то и дело, Саш, что одно и тоже может случится как с хорошим человеком, так и с плохим. - горько произнесла она. - И, по правде говоря, с добрыми, что-то скверное даже чаще происходит. Жизни изначально чужда справедливость, а стоит тебе дать слабину, доверившись кому-то...
   - Ну не может же всё быть так плохо, Марь Петровна! - с горячностью произнес Александр. - Ведь живут же люди! По-разному жизнь складывается!
   - Да, кому какой жребий выпадет... - прошептала она, после чего добавила уже громче, - Ты, главное, себя береги, Саша.
   - Спасибо... - поблагодарил он. - Пойду я уже, а то на работу опаздываю...
  
   * * *
  
   Вот уже третий день подряд он проходил через проходную, словно через тамбур между, пусть и хмурыми, но живущими обычной жизнью улицами, и сумасшедшим домом, право слово...
   Всю дорогу у него из головы не выходил Семён. Понятное дело. Люди как-то привыкли, что по-настоящему страшные вещи происходят где-то там... с другими. Специально для того, чтобы журналисты и репортёры могли, обсасывая все подробности, довести случившуюся трагедию до своих телезрителей, что, в лучшем случае вздохнут, покачают головой и продолжат свой ужин.
   И всё становится совсем иначе, когда это происходит совсем рядом, с кем-то, кого ты знаешь. И тогда абстрактное "...достали из под обломков тело..." бьёт словно бы ножом по сердцу, от чего и годы спустя не заживший до конца рубец даёт о себе знать.
   Как несправедлива жизнь. Семён, вон, чуток забухал и всё, сорвался... а тот же Кузьмич пьет уже, как кажется, даже не годами, а десятилетиями! И вон, видок, конечно, потасканный, но всё ещё бодрячком. Как же так?
   И, кстати, это же он вчера затащил похмеляющегося Семёна обратно в магазин. Падла! Если бы не он...! Если бы, да кабы... Если бы он сам тогда плюнул бы на работу и посидел бы с Семёном, дал тому выговориться... Но, кто же знал?
   Всё равно, Кузьмичу надо бы дать по морде! Вот только, ему впервой, что ли? Таким хоть ссы в глаза, всё божья роса.
  
   Пока Александр, размышляя так, шел по территории, проходящие мимо рабочие несколько раз ободряюще хлопали его по плечу, а уже в дверях он столкнулся с Михалычем, что пожал ему руку и произнес негромко: "Хорошее, Саш, ты дело затеял. Давно пора директора на место поставить. Негоже собственные проблемы за наш счёт решать. Вот только боюсь, кабы чего не вышло..."
   - Ну, всех-то не уволит же, в самом деле! - ответил Александр, немного сориентировавшись в ситуации.
   - Всех-то нет... - произнес неуверенно тот, - Ну да ладно. Ты, главное, знай, что все мужики за тебя!
   - Спасибо, Михалыч! Приятно слышать!
  
   * * *
   Не, ну надо же! Как Витёк расстарался! Прям-таки сделал его "Лицом протеста", хотя, по факту, сам сделал всю работу. Собственно, и про покупку директором участка под строительство, тоже он разузнал. По-хорошему, именно ему, Витьку, с его энергией и энтузиазмом, всё это надо и возглавить... Но, видать, парень он пробивной, но вот смелости ему не хватает. Так что, да, кому-то ведь нужно взять на себя ответственность? А то все так и будут сидеть, в носу ковырять и ждать друг от друга инициативы.
   Как говориться - на ловца и зверь бежит. Вот и Витёк, приплясывает от нетерпения в коридоре, возле двери его кабинета, видать, поджидает.
  
   - Ну вот и ты! Наконец-то! - воскликнул тот, - Хорош ты спать! Так всю революцию и проспишь!
   - Скажешь тоже! Я если и задержался... - ответил Александр, и взглянул на часы, - то всего на восемь минут. Да и то, по уважительной причине.
   - Ни сколько не сомневаюсь, Gewerkschaftsführer! - выпалил он, и вытянулся в струнку, как на параде.
   - Какой-такой "фюррер"? - не понял он.
   - "Глава профсоюза" - по-немецки. - пояснил тот, - Правда, прикольно звучит?
   - Харэ прикалываться! - произнес Александр раздраженно. - Ты же сам всё разузнал, сам всё организовал, сам с людьми договорился, а я тут - так, постольку-поскольку.
   - Не преуменьшай своей заслуги! - ответил внезапно посерьёзневший Виктор. - Ты этого не осознаёшь, но в отличии от меня, у тебя в коллективе репутация "О-го-го!" Затей я всё от своего имени, то хер бы кто подтянулся, а вот ты у них в авторитете.
   - Не... ну приятно, конечно... - он немного растерялся, - Но, дальше-то что будем делать?
   - Понятно что. Ставить Владимировича в позу, а то иначе через месяц мы все по выходным будем рыть у него на участке котлован под дом.
   - Это да... Он такой... - Александр задумчиво почесал затылок.
   - Ты главное помни, - твёрдо сказал Витёк, - что мужики с тобой! Ничего он нам всем не сделает. Вон, трое ушли - как он взвыл! А если десяток? Так что придётся ему поумерить аппетиты!
   - Именно. - подтвердил он. - Когда пойдём?
   - Как появится. Он ведь теперь, с этой стройкой, не только деньги будет туда уводить, но и сам там пропадать. Это же, знаешь, сколько хлопот... Электричество, газ, воду подвести, канализацию... Куча разрешений, проектов, справок. Так что видеть его тут мы будем не часто. Ты иди, пока работай, я тоже делами займусь, а заодно буду поглядывать, когда он тут объявится.
   - Хорошо. Договорились. No pasaran!
   - Лучше и не скажешь! No pasaran!
  
   * * *
  
   День тянулся невыносимо долго. Сосредоточиться на работе было практически нереально. Раз за разом он прокручивал в голове события последних дней пытаясь понять, мог ли он как-нибудь помочь Семёну. И ведь, в принципе мог бы, если просто в нужный момент не прошёл мимо. Но, кто ж знал, что это был тот самый момент?
   Да и предстоящий разговор с директором... Как бы он внешне не хорохорился, внутри все потроха сводило судорогой, а в ногах отчётливо ощущалась предательская слабость. Оставалось лишь надеяться, что в ответственный момент его голос сохранит твёрдость, и не превратится в жалкое блеяние.
   Закончился обеденный перерыв, и день неуклонно стремился к своему завершению, а от Витька всё не было ни каких известий. Александр даже успел немного расслабиться, решив, что разговор переносится на завтра, как в начале шестого тот, как обычно, "безумной белкой" влетел в его кабинет.
   - Что? Бездельничаешь?! - завопил Витёк. - Тут такое...
   - В отличии от тебя, я делом занят. - ответил Александр. - Какие-то новости?
   - Да, шеф изволил таки подъехать. - ответил он уже чуть более спокойно. - Видать, чтобы проверить, чего это мы тут натворили за день, без его контроля.
   - Значит, идём? - спросил он, внутренне собравшись.
   - Идём.
  
   * * *
  
   - Андрей Владимирович, я... то есть мы, пришли выразить своё категорическое несогласие с вашим решением, относительно лишения всего коллектива премии, что составляет существенную часть нашего заработка! - сказав это он, невольно, сглотнул и продолжил. - Лишение премии даже какого-то одного работника, должно быть вызвано, допустим, какими-то нарушениями с его стороны, а не просто так, внешними, не зависящими от него обстоятельствами! С тем же успехом я могу прийти в магазин и ссылаясь на экономическую ситуацию в стране стоя на кассе заявить, что их товар я не могу оплатить по полной стоимости и по-этому беру за пол-цены.
   - Ну, ну... Занятно. - произнес директор, и поудобнее развалился в кресле. - Ну не согласны вы, и что?
   - Не согласны не только мы, но и все работники предприятия! Сегодня нас по надуманному поводу лишили премии, а через месяц сократят зарплату. При том, что работы меньше не становится. Это несправедливо! - сказал он твёрдо, чуть повысив голос. - Более того, у нас есть основания полагать, что новая финансовая политика связана не с абстрактным "мировым финансовым кризисом" или "санкциями", а исключительно с вашими личными... дополнительными тратами!
   - Мои личные траты - не твоё дело! - резко ответил Андрей Владимирович, и на долю секунды словно бы преобразился в дикого зверя, сбросив с себя весь внешний лоск успешного бизнесмена. Но уже мгновение спустя он продолжил. - Тем не менее, я пока не понимаю смысла этого... визита. Всё что я слышу - это бухтение и скулёж. Если бы меня, вдруг, заинтересовало бы чьё-то мнения, то я бы спросил, но в данном случае ни твоё, ни чьё либо ещё мнение на МОЁМ предприятии, меня не интересует. Тут Я принимаю решения, а ваше дело - им подчиняться, или, если я правильно понимаю мысль, что вы тут пытаетесь мне донести...
   - Да! Именно! - завёлся Александр. - Мы все отказываемся... продолжать эти трудовые отношения! Поищите себе других дураков, что согласятся работать за гроши!
   - Это всё? - спросил директор спокойно. - В таком случае не вижу проблемы. Одного-двух, как ты изящно выразился "дураков", я найду. Или ты думал, что "волна народного протеста сметёт заждавшегося буржуя"? Спешу тебя заверить, что если завтра ещё хоть один человек подаст заявление на увольнение - я очень удивлюсь. Более того, тебе самому писать заявление не нужно, я сам тебя уволю по статье 81-й, пункту 3, части первой, за несоответствие занимаемой должности, с занесением соответствующей записи в трудовую книжку.
   - Но я... - попытался было возразить Александр.
   - Ты сомневаешься, что я смогу это сделать? - спросил тот, и приподнял бровь. - Более того, я лично обзвоню своих... коллег, и оставлю о тебе такую рекомендацию, что тебя туда и грузчиком не возьмут. Как и мне, им "профсоюзные вожаки" не нужны.
   - Но... - промямлил он растерянно.
   - Разговор окончен! - произнес тот твёрдо. - Я и так потратил на тебя уйму своего времени! Завтра после обеда зайдешь в отдел кадров. Свободен!
   На ватных ногах он повернулся и вместе с товарищем направился к двери.
   - Да, а тебя, Виктор, я попрошу остаться. - произнес Андрей Владимирович за его спиной. - Ты, как я вижу, тоже замарался в этом "мятеже", пусть и на вторых ролях, с тобой будет отдельный разговор.
  
   * * *
  
   Выйдя в коридор, Александр прислонился спиной к стене, его трясло. Нет, нет, не на такой результат он рассчитывал... Оставалась, конечно, надежда на то, что те, кто хлопал его с утра по плечу впишутся за него, но... если честно он уже и сам в этом сомневался. Выбирая между "затянуть пояса" и "остаться с голым задом", большинство выберет первое.
   Если бы директор просто послал бы его нахер, то можно было бы ещё побороться, собрать толпу... Но после такого "волчьего билета"... Тут даже самые недовольные десять раз подумают, стоит ли даже "по собственному желанию" писать, не обернется ли для и них это проблемами с поиском работы?
   Ещё и Витька подставил своей самоуверенностью... "Ильич" доморощенный... Тот, конечно, тоже хорош, сам во всё это влез, но жалко будет если и его уволят... О чём они там треплются?
   Тихонько подойдя к двери Александр прислушался.
  
   - ...так, ну это понятно. - произнес голос директора. - Вот только я не пойму, Виктор, зачем был нужен этот цирк? Из Сашки такой же "профсоюзный вожак", как из меня балерина. Да и работник он неплохой. Был.
   - Всё дело в том, Андрей Владимирович, что вы, сидя у себя в кабинете, совсем не ощущаете настроения, что возникли в коллективе после вчерашнего объявления. - ответил ему голос Витька. - Народ вполне всерьёз настроился либо "валить отсюда", либо "требовать прежней оплаты труда". Нужно было что-то делать, и срочно. Как вы сами понимаете, если нет возможности что-то предотвратить - надо это возглавить. Вот и я, не теряя времени, "организовал профсоюз", от имени Александра, прежде, чем это догадается сделать кто-то ещё.
   - Хм... В принципе, согласен. - произнес голос директора. - Тут ты хорошо сработал, на упреждение, малой жертвой предотвратил дальнейший разброд.
   - Да, теперь, после "показательной расправы" можно уже не опасаться возникновения реального профсоюза или организованного протеста, поскольку теперь каждому понятно, чем это может лично для него закончится.
   - Ладно, оставим пока этот вопрос. Как там дела с проектом на подключение газа?
   - Сегодня подал документы в работу, через пару недель должно быть готово. - отчитался Витёк.
   - Хорошо... - послышался довольный голос Андрея Владимировича. - А когда твой брат со своей бригадой сможет приступить к работе?
   - Да хоть завтра!
   - Завтра, так завтра. - ответил директор. - Надо будет для начала...
  
   Александр отшатнулся от двери, не в силах дальше слушать этот разговор. Услышанное не умещалось в его голове. Казалось, что это всё это сон, бред! Что-то абсолютно не реальное!
   Он бы ещё понял, если бы тот начал отпираться, мол "я - не я, и корова не моя", но вот чтобы так, грубо и цинично заранее всё спланировать, и использовать его, чтобы запугать весь коллектив, а потом выбросить как мусор...
   Находится на территории своего БЫВШЕГО места работы стало вдруг совершенно невыносимо и ноги сами понесли Александра прочь, прочь... куда угодно, только прочь отсюда.
  
   Сколько они с Витьком... Виктором были знакомы? Да уже лет пять, примерно. Нормально ж общались, частенько ходили после работы в кабак, выпить пива, да обсудить последние сплетни. И вот, чтобы после всего этого... Нет, ну ладно бы он обидел его как-то, сам того не заметив. Нет, просто из-за того, что его уважали в коллективе, он показался наиболее подходящей жертвой, козлом отпущения, инструментом.
   Ради денег Виктор предал, даже не просто предал, а по сути продал всех сотрудников фирмы, своих коллег, в рабство, а его самого выкинул на улицу. Что ему делать? Куда идти? По специальности ему теперь не устроиться, а как ещё зарабатывать на жизнь?
   В трудовой книжке - клеймо. Кроме того, куда бы он теперь не пошёл, везде о нём будут наводить справки, чтобы понять, с кем имеют дело, звонить на предыдущее место работы, а там Владимирович выдаст ему такую характеристику, что и в тюрьму не возьмут, как ни просись.
   Пособие по безработице? Ха! Квартплата в два раза выше! А ведь ещё и кушать что-то надо, не говоря уже обо всём остальном. К хорошей жизни - пусть относительному, но всё же достатку, быстро привыкаешь, а вот отказываться от всех этих приятных мелочей очень тяжко, начинать экономить на еде...
  
   С самого утра день не заладился... Сначала новость о Семёне, словно удар под дых, выбила его из равновесия, а теперь, он сам предан и выброшен на улицу. От нахлынувших на него растерянности и отчаяния Александру захотелось заорать во весь голос, но он сдержался, дабы не шокировать прохожих, которых... впрочем... в парке и так не было.
  
   * * *
  
   В этот раз он зашел в парк ещё дальше, чем в прошлый раз. Слева, в свете фонарей виднелась импровизированная спортивная площадка, а чуть дальше - полуразрушенная сцена, на которой лет сорок назад, судя по всему, давали концерты.
   Отчего то, тут, в самом центре парка на деревьях совершенно не было листвы, словно уже наступил ноябрь и вот-вот выпадет снег. Александру внезапно стало зябко и он поёжился.
   Снова вспомнились сны, одолевавшие его последние дни, вчерашний и позавчерашний вечер, когда ноги сами приводили его сюда и как он в ужасе бежал отсюда... И, вроде, ему стоило бы опять испугаться, но... внутри словно что-то перегорело. Тупое безразличие и полное равнодушие к происходящему охватили его.
   Его мир рухнул. Могло ли ещё произойти что-то сопоставимое с тем,что уже произошло? Куда уж хуже то?! Может даже наоборот, он наконец достиг того места, которое так его манило, и теперь просто постоит тут немножко, и его отпустит.
   Над головой раздался тихий гул, словно бы от летящего самолёта. Александр поднял голову и тут же зажмурил глаза от вспыхнувшего в небе огня. Яркие потоки света пробились сквозь голые ветви деревьев и, словно фотовспышка, разделили мир на белое и чёрное.
   Конус света накрывший парк сузился до луча, что накрыл бывшую сцену. Свет был настолько интенсивным, что казался плотным, вещественным. Матово-белая колонна, от земли и до самого неба. Пару секунд спустя, она побледнела и растворилась в воздухе, превратившись в обычный яркий свет бьющий откуда-то сверху, бьющий на группу фигур, возникших на земле.
   Гости выглядели настолько банально и канонично, что Александр оцепенел от растреянности. Головы, раза в два превосходившие голову взрослого человека, непонятно как держались на плечах худеньких тел, что могли принадлежать детям лет семи - восьми.
   Огромные тёмные глаза, маленький рот, пара щелей вместо носа. Вместо кожи их серые лица были покрыты чем-то вроде мелкой чешуи, по крупнее сверху, на черепе и по меньше на лице, вокруг глаз и рта. В противовес детальным и выпуклым головам, их тела казались тёмными фанерными силуэтами, что подставили снизу исключительно ради относительного человекоподобия.
   Взгляды стоящих на сцене фигур, а их было чуть более десятка (насколько он мог судить), скрестились на Александре. От такого внимания ему сразу стало неловко и он решил было увеличить дистанцию между собой и гостями, желательно сразу на несколько километров, но его тело не слушалось. Как и в последнем сне, он стоял, словно статуя, не в силах пошевелиться.
   Сам то он не мог сдвинуться с места, а вот фигуры, наконец, зашевелились и все вместе двинулись к нему. Вот только двигались они как-то странно... Они не шли по земле, перебирая ногами, нет. Их ноги вообще не касались земли. Казалось... Нет, и в самом деле, их головы неторопливо плыли по воздуху, покачиваясь то вправо, то влево, а тела... болтались снизу, словно тряпочка... Причудливый нижний плавник у плывущей по воздуху круглой рыбы.
   Метров за пять до Александра, ближайшая к нему голова разомкнула тонкие серые губы, и явила его взгляду полупрозрачные, игольчато - острые зубы. Много зубов...
   Нет, не таким он представлял себе "контакт с братьями по разуму". Конечно, оставалась ещё вероятность, что это у них такая дружелюбная улыбка, а зубы предназначены кусать инопланетные фрукты, а не рвать мясо...
   Пару лет назад ему довелось побывать в зоопарке. Там, стоя у вольера с по которому, буквально в пяти метрах от него, прогуливался четырёхсоткиллограммовый бурый медведь, Александр тогда очень живо представил себе, каково это оказаться напротив такого зверя на лесной полянке, без заборов и стен разделяющих их.
   Это же самое чувство, примитивнейший животный страх, пробудилось сейчас внутри него, и пробив сковавший его сердце лёд затопило его изнутри, словно бы пылающей лавой, безумным страхом. Разум панически метался, запертый внутри парализованного тела, пытаясь вернуть над ним контроль. Имей он возможность кричать, то уже сорвал бы горло, вопя от нахлынувшего на него ужаса. ЕГО СЕЙЧАС БУДУТ ЕСТЬ!
   Внезапно, откуда-то сбоку, между Александром, и подплывающей к нему стаей инопланетных пираний, выскочила смутно знакомая человеческая фигура. Стоило ему взмахнуть руками, словно бы стряхивая с них воду, как на его пальцах появились длинные крючковатые когти.
  
   - Ишь чего удумали, гастролёры залётные, наших овец драть! - произнёс тот хрипло и чуть невнятно, после чего бросился в бой.
  
   Вращаясь,словно вихрь, незванный защитник чередовал пинки ногами с размашистыми ударами когтистых рук. Стайка летящих голов словно бы взорвалась. Одни просто покатись по земле в разные стороны, другие же, попав под удар когтями, красовались длинными рваными ранами, из которых сочилось что-то чёрное.
   Яркая вспышка ослепила Александра на несколько секунд. Когда зрение вернулось, он увидел, что свет, который словно прожектор освещал старую сцену с площадкой перед ней, погас. Вместе со светом, с земли исчезли и тела пришельцев. Исчезла и сила, что удерживала его на месте, отчего он, словно мешок картошки, рухнул на асфальт.
   В пустом парке, освещённом горящими фонарями, остался только он и его защитник, что стоял неподалёку, спиной к нему. Стоило тому обернуться, как Александр сразу узнал... Кузьмича, немного помолодевшего, с торчащими изо рта здоровенными клыками...
  
  * * *
  
   С каждым шагом, что делал Кузьмич на встречу сидящему на асфальте Александру, его клыки становились всё короче. Три шага, и вот, они уже скрылись под верхней губой. Та же метаморфоза произошла и с его когтями. Упругая походка хищного зверя сменилась обычным шарканьем дворового пропойцы. Разве что выглядел он сейчас чуть свежее,чем пару дней назад, когда Александр видел его в последний раз. Не на шестьдесят лет, а скорее на сорок.
   - Ну как, Зёма, сложный был день, да? - задал Кузьмич риторический вопрос.
   - Эээ... аа... - проблеял Александр и кивнул головой в сторону сцены.
   - Эти? - спросил тот. - Не боись, не вернутся. Я ещё позвоню кому следует и он свяжется с их начальством, которое потом вздрючит этих гавриков за браконьерство. Мы же договорились! Хотите смотреть? Смотрите. Но не трогайте! Это наше стадо! А эти, вон, заскучали, свежего мяса им захотелось!
   - Эти сны... - прошептал он. - Почему я?
   - Не льсти себе, ты не какой-то особенно вкусный. Мясо как мясо. - ответил ему тот. - Просто они, чтобы прикрыть свою задницу, если попадутся на горячем, как вот сегодня, стараются следовать нашим законам. В какой-то мере. Тебя они выбрали потому,что ты дошёл до Грани и даже шагнул за неё одной ногой. Это сделало тебя законной Добычей. Впрочем, лично я бы тут не торопился и дал бы тебе определиться в том,что ты выбираешь - жизнь или смерть.
   - Так значит Семён... Не сам, это ты его...
   - Да. Это моя природа. Должен же я чем-то питаться, помимо водки? Да и печень иначе лет двести как отказала бы... Да, немного,можно сказать поторопился, но тут надо быть расторопным, пока коллеги не опередили... В любом случае Семён выбрал смерть и я лишь сократил этот путь. Мы санитары этого кирпичного леса, выбраковываем лишь слабых и больных духом. Нам это дозволено.
   - А... а как же я теперь? - прошептал Александр.
   - Ты? Ну, прямо сейчас... - произнес Кузьмич, и взглянул на него вспыхнувшими алым глазами. - То, что сейчас произошло - встряхнуло тебя и ты сделал шаг назад. У меня нет прав на твою кровь... Пока. Но и знать, помнить всё это ты тоже не имеешь права.
   - Я... я никому не скажу!
   - Конечно не скажешь, потому что не будешь помнить. - ответил тот, и, достав из кармана плоскую бутылку водки, грамм на двести пятьдесят, протянул её Александру. - На, пей, прямо из горла, иначе моя магия не подействует.
   - Магия? - удивился спросил он, и сделал хороший глоток из бутылки.
   - Конечно! Или ты думал,что это всё просто выверты биологии? - ответил Кузьмич.
   - Не знаю...
   - Вот, тебе и не положено знать. - произнес тот, и его глаза снова вспыхнули алым. - Скажи лучше, Саш, ты меня увааажаешь?..
  
   * * *
  
   Проснулся Александр от холода. "Когда же, наконец, отопление включат?!" - подумал он не открывая глаз. Впрочем, похоже в этот раз дело не только в отоплении. Кровать была непривычно жёсткой и неудобной.
   Открыв глаза он приподнялся и огляделся. Да... скамейка в парке - не самая лучшая лежанка... Голова трещит, в висках пульсирует боль, во рту пакостно и сухо, а желудок просится наружу, мир посмотреть. Возле скамейки валятся пустая бутылка из под водки.
   Похоже, вечер удался... чего это я так нажрался? Да ещё и в этом парке... Стоило ему так подумать, как в его памяти всплыл вчерашний день, короткая история его "революционной борьбы" и её закономерный финал.
   Да... Вот ведь Витёк - сука... Надо будет хоть мужиков предупредить на будущее. Но это потом, сейчас надо будет как-нибудь до дома добраться и горячую ванну принять, а тот так и простудиться недолго...
  
   Неподалёку от магазина он столкнулся с вышедшим на свой промысел Кузьмичём, что подходил к прохожим и стрелял у них мелочь.
   - А! Зёма! Скверно выглядишь. - поприветствовал его тот. - Может по пивку? Сразу полегчает.
   - Не, Кузьмич, не надо. - ответил Александр. - Я как-нибудь сам справлюсь.
   - Ну чего ты? Давай, я угощаю!
   - Нет, не в этот раз. - твёрдо ответил он и пошел дальше.
   - Я подожду... - неслышно пробормотал себе под нос Кузьмич и переключился на других прохожих.
  
   Александр шёл по улице опустив голову. Подкинула же жизнь задачку... Что же теперь делать? Но задачи на то и даются, чтобы их решать. В конце - концов, вон, листьев сколько нападало! Надо же их кому то мести? С голоду он не помрёт, а там видно будет. Жизнь - штука длинная.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) О.Миронова "Межгалактическая любовь"(Постапокалипсис) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) В.Кей "У Безумия тоже есть цвет "(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"