Аннотация: Разумная жизнь на далёкой планете Терра в железный век. Похожа ли она на нашу? И прилетали ли к нам инопланетяне, например, в древний Египет?
Борис Мишарин
Мечты и реальность,
Фантастика и бытие.
Далёкая планета Терра...
Космический корабль-матка бороздил просторы галактик уже около года. И сейчас исследовал группу связанных между собой гравитационным взаимодействием пространств Галактики: Млечного пути, Андромеды и Треугольника. Самая большая из них Андромеда, в два раза меньше Млечный путь и в четыре Треугольник.
Капитан корабля Зигфрид Онуэл интересовался вопросами эволюций и с удовольствием посещал планеты около желтых карликов, где в разных стадиях развития существовала разумная жизнь. Именно те планеты, обитатели которых еще не развились до уровня космических полетов. Всегда интересно посмотреть развитие жизни, и сравнить её с историей своей планеты.
Капитан громадного космического крейсера дремал в удобном кресле, вспоминая свой дом. Раннее утро, постепенно поднимается солнце и озаряет верхушки деревьев, еще накрытые легким туманом. Кое-где сверкают росинки алмазными бликами и постепенно высыхают в теплых лучах, освежая изумрудную зелень листьев.
Воспоминания детства... А в современных реалиях строгость линий металла, пластика, стекла. На три четверти уничтоженная природа восстанавливалась, и для выезда в лес, на речку, в поле необходимо иметь соответствующее разрешение, которое давалось за особые заслуги перед государством. Последствия цивилизации, чудом не перешедшей за смертельную грань.
Онуэл знал планеты, на которых флора и фауна в результате алчной эксплуатации погибла, постепенно уводя за собой в небытие и всё человечество материков. Может, и возродится там когда-нибудь разумная жизнь из оставшихся многоклеточных существ, но сколько времени это займет? Сотни тысяч лет, миллионы?
Вошедший в каюту помощник доложил:
- Господин капитан, в галактике Андромеды, в системе Мирак обнаружен желтый карлик, имеющий десяток планет. На третьей зелено-голубой планете есть разумная жизнь.
Созвездие Андромеды... Онуэл вспомнил древнюю легенду о царе Цефее, его жене Кассиопее и дочери Андромеде. Хвастовство жены, обиды нереид и нимф, гнев Посейдона. Освобождение красавицы Андромеды Персеем...
Множество легенд и космических жизней, развивающихся по-своему. Капитан уткнулся в карту, но помощник пояснил сразу же:
- Господин капитан, планета не исследована ранее и на звездном атласе не обозначена. Разведывательный катер осмотрел ее с воздуха и взял несколько образцов разумных существ. Жизнь в самом начале развития - хижины из жердей и бревен, древесные луки, железные мечи низкого качества...
За свою долгую жизнь Зигфрид Онуэл побывал на многих планетах различных галактик. Везде одни и те же законы природы, однако, разумные существа могли трактовать их в собственных аранжировках. Но как не трактуй законы, а главный един - каждый человек хочет жить лучше. Отсюда и все его действия. Статус не важен - дерьмократ, простите, демократ, социалист или коммунист, капиталист. На Земле, например, "Кодекс строителя коммунизма" руководители разных рангов сразу похерили, растащив имущество. Растащили именно те, кто учил, судил и управлял. Остались верными догмам лишь большинство рядовых. А почему? А потому, что законы любого государства не должны расходиться с законами природы. Онуэл оставил воспоминания.
- Приведите ко мне инопланетян, - приказал капитан.
Он рассматривал их с интересом и, может быть, какой-то ностальгией. Безобразные существа походили на четырехлапых пауков, если их положить на пол. Маленький череп и длинные конечности на торсе. Немного мозга и куча мышц. Но ведь и его раса несколько тысячелетий назад выглядела подобным образом. Это сейчас, обладая левитацией и силой мысли, они могут передвигаться и переставлять предметы, что-то мастерить, не используя мышцы физически. Увеличенная голова и рудементированные конечности... Наверняка этим "паукообразным" мы тоже кажемся уродцами, подумал он.
Капитан разглядывал инопланетян и одновременно сканировал мыслительный процесс доставленных на корабль существ. Они тоже испытывали определенные чувства. Чувства страха, омерзения и ненависти перемешивались в единый конгломерат эмоций, который они не могли выразить ни словами, ни физически. Преобладала боязнь за собственную жизнь. Они боялись и дрожали от страха, что вполне естественно в их положении, считал он.
Онуэл ухмыльнулся плебейским мыслям и приказал отправить всех в атомный разложитель. Где-нибудь могут пригодиться их атомы для структурных решеток, и он считал преступным деянием выбрасывать мусор в открытый космос. Нет, больно бы им не было: в космосе, в безвоздушном пространстве они бы лопнули мгновенно, не успев ничего почувствовать. И в разложителе они ничего не успеют понять: каждая клеточка организма улетит в отведенное место практически мгновенно. Было живое существо и рассыпалось на клетки-атомы.
Всех в разложитель, кроме одного индивидуума. Он не боялся и не гневался - он, вопреки страху, интересовался пришельцами и желал поучиться, поговорить, узнать что-то новое. Более развитый и пытливый природный ум... такой достоин особого существования. Пусть правит в угоду себе и людям. Людям - это важно!
II
Небо загрохотало среди ясного дня, жители Терры крестились боязно и поглядывали на небо, не затянутое тучами. Откуда идет этот звук, что грохочет, если нет облаков и колесница Громовержца не несется по ним? Сердится Громовержец, но за что, что сделано не так? Засверкали молнии и высоко в небе появилась маленькая точка. Она опускалась, увеличиваясь в размерах по мере приближения. Вскоре ясно стал виден человеческий контур и обозначился человек, зависший на небольшой высоте.
Посланец богов - другой мысли не возникало ни у кого и не могло быть в те далекие времена. Никто из людей не мог летать и зависать в пространстве. Гром и молнии в отсутствии облаков... Громовержец явно отправлял на Терру своего сына.
На базарной площади практически мгновенно собрались все жители города Лесоярска. Все пять тысяч человек от мала до велика.
Асита, так теперь именовался посланец неба, плавно опустился на деревянный помост для глашатаев, объявляющих с высоты постройки Указы и новости. Жители пали ниц, разглядывая снизу посланца с подобострастием в неведомых доселе одеждах. Но Асита понимал, что время его еще не настало. Он прыгнул с помоста и "растворился", пока все склонялись в почтении. Горожане некоторое время продолжали кланяться, а потом удивленно осматривались, выискивая глазами спустившегося с небес человека. Куда он исчез?..
Много разговоров и версий случившегося. Большинство подумало, что посланец хочет инкогнито изучить местные порядки и жизнь людей, чтобы потом принимать верные решения. Другие утверждали, что посланцу богов незачем что-либо изучать - они и так знают всё.
Только князь Лесоярска Газини находился в растерянности и замешательстве, внешне выглядевший уверенным и почтенным. Он понимал, что посланца необходимо почитать или вообще отдать ему власть, чего не хотелось вовсе. Он понимал, что посланец вмешается в его правление, но каким образом, как?
Асита не вспоминал, что совсем недавно находился на космическом крейсере, что его отец умер от непосильного труда, чтобы прокормить семью. Он помнил, что жил с матерью в простеньком шалаше из веток, который промокал насквозь в сезон дождей. Что трудился не покладая рук, но все равно богатым не становился, даже если охота была удачной. Приходилось отдавать большую часть добычи за прошлые долги.
Вбежав в жилище, Асита быстро скинул с себя инопланетную одежду - сапоги, брюки, рубашку и кафтан до голени, метровой длины сверкающий меч, положив всё под бамбуковый настил, служивший кроватью. Нацепил одежду из старых холстин. И даже его родная мать ничего не заметила, вернувшись с базарной площади домой. Зачем он это делал? Асита сам не осознавал, словно работал выработанный, но скорее безусловный рефлекс.
- Сынок, Асита, что теперь будет с нами? Исчез посланец богов, пока мы лежали ниц. Это недобрый знак, - высказала свою мысль мать Аситы Амади, вернувшаяся с городской площади.
- Мама, - ответил ей сын, - если посланец исчез, то время его еще не настало. Он появится в нужный момент и защитит всех. Я так думаю, мама.
Амади согласно кивнула головой, не став спорить. Наверное, это так, посчитала она, а может, и нет. И сейчас лучше думать о пище.
- У нас нечего есть. Я наберу фруктов, а ты бы сходил на охоту, сынок.
Асита взял в руки лук. Он треснул еще на прошлой охоте и сейчас уже никуда не годился. Изготовить лук - дело непростое. Ветка ясени, дуба или тиса сушится определенным образом. Но эту ветку еще нужно подобрать, найти. Амади поняла, что около месяца мяса у них не будет, пока сын изготавливает лук, а выменять его, естественно, было не на что. Придется влачить существование на фруктах, которые не насытят, но с голоду помереть не дадут. Такова доля большинства людей, когда уже сформировались кланы богатых.
Асита вздохнул огорченно и достал из-под бамбукового настила нечто, завернутое в тряпицу.
- Я пойду, мама, может быть, удастся добыть что-нибудь.
В ответ Амади тоже вздохнула несладко, она понимала, что мясо сын может взять немного только помогая кому-то на охоте на крупного зверя. Разделывая, например, буйвола и таская его мясо в хижину охотника, он может получить кусок в благодарность. Даже небольшую птицу подстрелить не из чего.
А на космическом крейсере Зигфрид Онуэл улыбнулся, он не вмешивался в процессы развития планет, это не поощрялось Космическим Разумом, но в этот раз не устоял, кое-что усовершенствовал в мозге террянина, подарив лучшее оружие, доспехи и некоторые предметы. Довольный, он приказал проложить курс в спиральную галактику Треугольника. Через столетие интересно будет вернуться и посмотреть, как развивалась планета.
III
Пятитысячный Лесоярск растянулся на пару километров вдоль широкой реки Званги. Тепло субтропиков позволяло собирать экзотические и питательные фрукты практически постоянно. Население охотилось и рыбачило, занимаясь земледелием в меньшей степени.
Уже ковали железные мечи, и это означало конец бронзового века, но город Лесоярск, а по сути большая деревушка, жил в древних социальных отношениях. Пятитысячное поселение возглавлял князь, тогда это было совсем не смешным. Все население подчинялось ему и уже образовалась своя иерархия - существовали богаты и бедные. Благодаря уму, силе и удаче кто-то добывал больше мяса и фруктов и имел, естественно, больший вес в обсуждении всемирных вопросов. Но, в основном, богатели те, у кого в семье было несколько сыновей. Отец и трое, например, сыновей могли убивать буйволов достаточно часто без привлечения сторонних лиц и не делиться мясом ни с кем. Могли давать мясо в долг и нанимать работников, увеличивая своё состояние. А что мог один Асита? Только редко и с трудом подстрелить небольшую козу или оленя.
Асита осторожно брел по саванне. Трава по пояс могла скрывать и прятать естественных врагов из животного мира. Он мог натолкнуться на свирепых гиен, огромного льва, леопарда, наступить на ядовитую змею. Всюду подстерегала опасность и охотники, обычно, по одному не ходили. Не выстоять одному против гиен или львов.
Асита незаметно ушел в саванну, его бы не понял никто из жителей города - он шел на собственную смерть. Так бы посчитал каждый житель пятитысячного городка. Даже если не наткнуться на свирепых хищников, то лань, газель или другое травоядное не застрелить из лука, не подобраться одному на расстояние выстрела. Можно, конечно, длительное время сидеть в засаде - авось повезет. Потому охотились всегда группами - кто-то загонял дичь, а самые меткие били на повал стрелами и добивали мечами. Но большая охота намечалась через неделю, от которой беднякам доставались лишь крохи. А кушать хотелось сейчас.
Асита брел осторожно, вынув меч и иногда раздвигая им особо высокие пучки трав. Меч... таких мечей не было ни у кого из горожан. С виду увесистый, но на деле легкий, он был длиннее любого и сверкал сталью, словно лучами солнца. Горожане Лесоярска не были воинами, но некоторые все же имели мечи. Шестидесятисантиметровый железный и часто ржавеющий меч обычного горожанина никоим образом не шел в сравнение с метровой особой сталью Аситы.
Он помнил, как в детстве на город напало чужое племя. Оно появилось внезапно... Кровь, огонь, слезы... Убитые мужчины, уведенные в плен женщины. Остались лишь те, кто находился за пределами поселения - собирал фрукты и ягоды, охотился, рыбачил.
Зигфрид Онуэл, капитан крейсера, исключил из его памяти все события, связанные с появлением на корабле. И теперь собственный меч из инопланетного сплава, покрытого серебристо-зеркальным родием, не только рубил и колол врага, но и мог посылать невидимый смертоносный луч на километровое расстояние. Асита получил оружие, которое не будет иметь никто еще многие и многие столетия.
Он брел по траве и внезапно уловил недовольный рык льва. Тот находился в нескольких десятках метров и разрывал только что убитого бородавочника. Лев не хотел отрываться от обеда, но человек подошел слишком близко и мешал царственной трапезе. Рык не отогнал пришельца, и лев решил наказать его. В несколько прыжков он достиг человека, но Асита, отпрыгнув в сторону, одним взмахом своего сверкающего меча обезглавил царя зверей. Гривастая голова откатилась в сторону, а тело по инерции еще пролетело несколько метров и рухнуло в траву, заливая ее кровью.
Некоторое время Аситу сотрясал страх от встречи со львом, которая в любые времена не сулила ничего хорошего. Он постепенно приходил в себя, начиная понимать, что действовал интуитивно и разглядывал меч, словно видел его впервые. Потом отрубил от убитого львом бородавочника большой кусок мяса, который смог унести, вытер о траву меч, убирая его в ножны, и прихватил с собой львиную голову. По приходу домой у его шалаша на окраине Лесоярска собралось несколько десятков жителей - никто не ходил в саванну в одиночку и тем более не приносил голову огромного льва, которую Асита воткнул у своего ветхого жилища на кол.
Довольная Амади развела огонь и готовила на вертеле мясо бородавочника. Сын на многочисленные вопросы отвечал просто: "Лев напал и мне ничего не оставалось, как отрубить ему голову. Со страху отрубил, со страху еще и не то можно сделать".
Вряд ли кто-то смог бы отрубить голову одним взмахом даже мертвому льву. Меч длиной шестьдесят сантиметров не давал такой возможности, а срез шеи явно показывал, что удар был единственным. Обезглавить льва в прыжке - этого никто представить не мог, но голова на шесте свидетельствовала совершенно о другом. Люди не понимали, стараясь совместить очевидное и невероятное. Даже в группе никогда не убивали львов. Лев... его боялись все.
В Лесоярске разговоры о пришельце с неба постепенно затихли и вновь разгорелись об отрубленной львиной голове. Как совершить подобное, если длины меча явно не хватает и тем более отрубить голову в прыжке? Никто даже не думал, что лев мог спокойно подойти и подставить голову под меч. Неординарные способности, но Асита такой силой и ловкостью явно не обладал. Бедный крестьянин враз стал известным и почитаемым горожанином. Никому и в голову не могла прийти мысль, что у Аситы находился совершенно другой меч, неизвестный еще никому из террян. Боги помогли Асите, боги, другого трактования событий никто не придумал и не искал.
IV
Небольшое поселение Лесоярска, именуемое в народе городом, мирно существовало в своих обыденных трудах и заботах. Жители собирали фрукты, охотились, рыбачили, вели бытовые разговоры. Но однажды на взмыленном скакуне появился иностранный посол. Иностранный, наверное, сказано через чур, но незнакомый представитель совершенно другого города. Скорее всего, из того, чьи воины нападали на Лесоярск пару десятков лет назад.
На базарной площади собрались все жители города. Посол сообщил следующее:
- Князь города Верхнегорска и великий полководец одноименной долины Фолами требует от жителей Лесоярска и князя Газини оброк в тысячу женщин и тысячу мужчин, которые станут невольницами и рабами великого князя. Солнцеподобный полководец Фолами дает вам одну ночь на сборы и завтра утром две тысячи рабов князя должны отправиться своим ходом вверх по реке до города Верхнегорска. Ежели неоспоримая воля великого князя не будет выполнена в срок, то его воины уничтожат всех жителей Лесоярска от мала до велика. Никто не останется жить, ослушавшись веления великого и всемогущего князя Фолами. Какой ответ даст князь Газини моему господину?
Газини сжал кулаки и был готов разорвать в клочья этого наглого посла. Но все понимали, что статус посла неприкосновенен и необходимо принимать решение. Мирный пятитысячный Лесоярск не мог противопоставить силу воинственному тридцатитысячному Верхнегорску. Князь Газини осматривал свой народ с высоты помоста, и уже видел мокрые глаза женщин и сжимающиеся в ярости кулаки мужчин. Его княжество могло выставить против захватчиков всего лишь десяток мечей. А у Фолами их было около пяти тысяч. Жители Лесоярска хорошо понимали, какое решение примет их князь, дабы не погубить всех. Другого выбора нет.
Каждый житель Лесоярска сейчас думал лишь о том, чтобы выбор пал не на него и мысленно проклинал посла Фолами и его князя. Что делать? Придется смириться с судьбой, другого выбора нет.
Но на помост внезапно вскочил Асита. Он в ярости закричал:
- Поганый посол Верхнегорска, собака гиены Фолами, передай своему ублюдку и хозяину, что гордый город Лесоярск никогда не примет никаких унизительных предложений. Я вызываю твоего индюка Фолами на смертный бой. На смертный бой, - в ярости повторил Асита, - победитель которого возглавит оба города и станет повелевать всем. Если собака Фолами откажется от достойного и честного поединка, то все станут считать его трусом, и он не сможет княжить даже в собственной доме. Передай подлецу Фолами, что я стану ждать его и биться у речного водопада, это как раз на середине расстояния между нашими городами. Свободу Лесоярску и смерть гиене Фолами, - крикнул призывно Асита.
Посол пришел в ярость от оскорблений собственного князя. Он никак не ожидал, что малочисленные мирные жители ответят небывалой храбростью и вызовут его повелителя на честный бой, от которого нельзя отказаться. По неписанным правилам князь мог сам не участвовать в поединке, а выставить своего лучшего воина. Если Фолами победит, то получит не две тысячи рабов, а всех жителей побежденной стороны на вечное пользование. Посол понимал ситуацию, но поделать уже ничего не мог, как и князь Газини. Он поставил коня на дыбы и ускакал в свой далекий город.
Народ Лесоярска, находясь в шоке, замер. Он одновременно гордился, восторгался и огорчался ответом Аситы. Его поставили на кон, не спросив никого. Многие радовались такому решению, а другие наоборот злились. Если Асита проиграет, то рабами станут все, а что он проиграет - не сомневался никто. Зачем он выскочил со своим предложением? Ушли бы две тысячи, и оставшиеся жители могли жить свободно и беспроблемно. А теперь придется гнуть спину всем мужчинам и стать невольницами всем женщинам и девушкам. Вечные унижения и побои, а в конечном итоге смерть. Смелая и гордая выходка Аситы кидала всех в пропасть. Никто, ни один житель Лесоярска не поддерживал выходку смелого парня.
Особенно злился князь Газини. Он понимал прекрасно, что его княжество кончилось и придется раболепствовать перед Фолами. Скорее всего, Фолами прикажет отрубить ему и всей семье головы, женщин отдаст для разврата солдатам. В призрачный процент победы Аситы он не верил, не верили в него и другие жители Лесоярска. Его не убивали и не калечили только потому, что кто-то действительно должен выступить против Фолами, что оттянуло бы рабство всего на несколько дней. Газини мог бы спокойно жить и править остатком населения города. А теперь... а теперь ничего. Только презрение и ненависть к выскочке из народа. Именно так в те времена относились к подобным героям и храбрецам.
Но подленький выход все же имелся. Так считал Газини. Если тайно отрубить голову этому псу Асите и преподнести её князю Фолами, то он сохранит жизнь княжеской семье. О народе Газини не думал, считая его участь решенной. Но подослать убийц не получалось - вечно кто-то крутился ночью около шалаша Аситы. Народ словно охранял его, потому как другой надежды никто не имел. Злился, проклинал и охранял...
Амади, мать Аситы, естественно, переживала больше всех. Она, как и многие другие, не понимала, как можно вызвать опытного противника на бой человеку, никогда не державшему в руках меча. Но сын сразу же предотвратил все ее попытки поговорить и спросить о чем-либо.
- Мама, - произнес он серьезно и проникновенно, - еще не настало время задавать вопросы и отвечать на них. Пока ты и другие лесоярцы не поймут ничего. Вернусь с победой - тогда и поговорим. А пока о предстоящем бое ни слова.
Асита собрал вместе всех жителей города, у которых имелся меч. Таких оказалось десяток. Он обратился к ним:
- Вы все слышали мой ответ гадюке-послу на базарной площади Лесоярска. Я помню, как двадцать лет назад воины Верхнегорска пришли и убили всех. А сегодня они обнаглели настолько, что даже идти не захотели и выставили условия - прийти самим в рабство. Наш князь не собирался и не собирается защитить жителей Лесоярска, так будем же мы мужчинами. У вас есть мечи, и вы прекрасно понимаете, что воины Верхнегорска никого из вас живыми не оставят. Но они просто так не убьют вас, они станут обучать на вас своих молодых воинов, то есть элементарно забьют до смерти. Ты, Зубери, самый сильный из всех, станешь командиром над десятком солдат и моим ординарцем в том числе. Нас мало, всего десять, но мы с гордостью выступим против проклятого Фолами и победим, я в этом уверен. Мне потребуются храбрые и преданные воины, вы ими станете и поможете мне управлять новой завоеванной великой империей. Большие дела ждут нас, бойцы, а пока станем тренироваться в искусстве боя на мечах.
Десяток мужчин Лесоярска ничего не понимали, но необъяснимо верили Асите. Верили и повиновались потому, что предпочитали умереть в бою, а не быть позорно забитыми на тренировках воинов Верхнегорска.
Две недели он тренировал своих бойцов, две недели обучал их искусству фехтования и разным приемам рукопашного боя. Сам он владел этим в совершенстве и не задавался вопросами - откуда. Его тоже не спрашивали - учителю или командиру не принято задавать лишних вопросов.
Через две недели Асита с бойцами выступил налегке. Оседланный конь, немного продуктов и никаких повозок. На двадцатый день Асита заметил армию Фолами. Князь, уверенный в своей победе, собрал всех своих воинов, чтобы они сравняли с землёй Лесоярск, и отомстили его жителям за обидные и злые слова Аситы. Он уже отдал команду своим воинам грабить, насиловать и убивать. Воины шли в мечтах о добытом богатстве и наслаждении с женщинами. Фолами разрешил насиловать даже маленьких девочек. Не все воины на это были способны, но часть об этом мечтала давно.
На рассвете к князю Фолами прибыл посол Аситы Зубери. Он прокричал князю и всем воинам послание своего командира.
- Согласно имеющейся договоренности о битве между великими воинами обеих сторон, сообщаю, что она состоится через час на этом поле. Воины проигравшего дадут клятву верности победившему господину. Верен ли своему слову князь Фолами?
- Верен, верен, - ответил рассмеявшийся князь, - только кто мне присягать станет? Горстка сопливых бойцов? Десять против пяти тысяч...
- Победивший возглавит всех, - прокричал Зубери и ускакал к своему стану.
Цивилизация на планете еще не достигла уровня развития коварной подлости и предательства установленных правил. Князь Фолами мог не принять предложения лесоярцев и напасть на город. Но тогда он бы потерял уважение своих бойцов, ибо его сочли бы трусом все. Асита намеренно поставил врага в положение, когда количество и умение воинов нивелируются. Всё решает схватка двух человек. И оба не сомневались в себе.
Асита достал из своего тюка полученную на крейсере одежду. Время пришло, и он одевал доселе неизвестную форму из незнакомой ткани. Черные, блестящие глянцем сапоги, зеленые брюки, белую рубашку и шитый золотом зеленый кафтан. На боку длинные ножны, украшенные бриллиантами, рукоятка меча с большим рубином на конце. Его верные воины не видели своего господина в такой одежде и сразу поняли, что он посланец небес. Именно в такой одежде спустился посланец с неба и сейчас сразится с князем Фолами. В победе уже не сомневался никто, одолевавший до селе страх сменился на радость, гордость и величие к своему господину.
Асита выехал на жеребце до точки соприкосновения. Туда же примчался на своем скакуне и Фолами. Бойцы осматривали друг друга. Асита глядел с ненавистью на крепкого и закаленного в боях врага, он все еще помнил, что благодаря этому князю многие жители Лесоярска остались без своих близких родственников и друзей в недалеком прошлом.
Фолами выглядел удивленным необычной одеждой противника. Он заметил более длинный меч, но нисколько не испугался таким преимуществом. Искусство боя и техника были на его стороне. Что мог противопоставить еще неокрепший мальчишка против опытнейшего бойца?
Они медленно сходились друг с другом. Фолами крутил мечом из стороны в сторону, не давая сосредоточить взгляд и уже успел нанести два удара, от которых Асита отпрыгнул легко. Снова излюбленный удар Фолами после отвлекающего взмаха щитом. Асита отскакивает в сторону и наносит ответный удар. От меча Фолами остается лишь рукоятка - отрубленное лезвие отлетело и воткнулось в траву. Высокомерие мгновенно слетело с лица князя под ошеломленный вскрик воинов, и он понял, что сражается с очень достойным противником. Но как выиграть бой без оружия? Страх, обыкновенный страх заползал и сковывал тело Фолами. Асита усмехнулся и произнес громко, чтобы слышали бойцы, стоявшие в стороне, как полагалось:
- Я разрешаю тебе, князь, взять в руки новый меч и сражаться достойно. Пусть его принесут. Мне не пристало рубить голову безоружной собаке.
Такое разрешалось правилами и одновременно унижало противника. Опыт боевых действий и искусство владения мечом имели огромное значение в схватке. Пусть не часто, но случай тоже имел место в бою. Поэтому мало кто из опытных бойцов разрешал другому воспользоваться новым мечом. Многие воины Фолами смотрели на него с презрением, как он принимает новый меч из рук своего ординарца. Презрение смоется временем, а жизнь останется - так сейчас рассуждал Фолами. Меч снова в его руках, и он может разить им.
Князь осторожно и медленно подходил к противнику, все же считая его неискушенным бойцом. Он специально открыл лицо для удара мечом, вынуждая Аситу действовать. Один из излюбленных приемов Фолами, когда противник наносит удар в голову, он отбивает его щитом и мечом свободно разит врага в шею, отрубая голову напрочь. Но меч Аситы взмывает вверх, снова перерубая клинок князя и обрушивается с силой наискось, разрубая туловище Фолами по диагонали. Вздох и вскрик изумления, бьющий фонтан крови из развалившихся половин тела. Всё затихает в наступившей тишине поля.
Асита поднял над собой сверкающий меч, с которого все еще капала кровь и крикнул в небольшой металлический рупор, заставляя содрогнуться воинов Фолами от невероятно громкого голоса:
- Признаете ли вы своего нового повелителя Аситу?
Ошеломленные увиденным, воины встали на одно колено и преклонили голову.
- Клянетесь ли вы служить мне верой и правдой?
- Клянемся, - ответили воины хором.
- Ступайте домой и готовьтесь к встрече своего нового короля Аситы. Я прибуду к вам через месяц. Идите, - приказал Асита.
Он, не торопясь, возвращался в свой родной Лесоярск. Пять его верных воинов скакали вперед и сообщали о великой победе. Глашатаи кричали с помоста:
- Властелин Лесоярска и Верхнегорска Асита, король новых земель приветствует жителей города. Больше уже никто не сможет напасть и причинить нам зло. Князя Газини, не способного защитить жителей города, приказываю казнить немедленно и публично, дабы толку от него не имеется никакого.
Воины скрутили князя и обезглавили незамедлительно. Ошарашенная толпа горожан грабила княжеские покои, выкатывая из подвала бочки с вином. Но прибывшие в город бойцы нового короля приказали вернуть всё имущество назад, ибо это добро принадлежит теперь другому владельцу. А несколько бочек вина разрешили выкатить на помост.
Горожане кричали здравицы королю Асите и пили вино, истинно радуясь, что не придется идти в неволю и рабство. Удивлялись, как простой горожанин смог победить опытного и могучего воина. Мать Аситы Амади тоже ликовала со всеми, еще не понимая, что она теперь королева.
Асита въехал в город на вороном скакуне в необычной одежде. Жители сразу же узнали в нем посланца небес и встречали своего повелителя на коленях, опустив голову. Ни у кого не возникали сомнения в победе, ибо посланца небес победить невозможно.
Он сразу же проехал к своему шалашу и обнял мать. Произнес с радостью на лице:
- Мама, ты теперь королева Лесоярска и Верхнегорска и должна вести себя соответственно. Мы идем сейчас в бывшие покои Газини, и ты должна переодеться в лучшие одежды. Теперь это будет наш дом по праву.
V
Празднование победы в Лесоярске завершилось. Народ принял титул короля Аситы безоговорочно не только потому, что он победил князя Фолами, разрубив его туловище пополам. В большей степени потому, что он спустился с небес. Статус посланца богов неоспорим, и все жители относились к новоявленному королю с глубоким уважением, почтением и признательностью.
Асита, сидя в кресле, размышлял над последними событиями. Дел предстояло настолько много, что голова шла кругом. Но всё сразу не сделаешь и необходимо решать задачи по мере возможностей. Он пригласил к себе верного воина Зубери.
- Зубери, я назначаю тебя начальником своей стражи и хранителем королевских покоев. Подбери сотню лучших воинов, обучи их приемам владения мечом и одень в одинаковые кафтаны. Каждый стражник должен быть вооружен секирой и коротким мечом, закажи оружие кузнецам, а пока пусть охраняют с тем, что есть. Никто не должен войти в мои покои без доклада. У королевы тоже охрану поставь и пригласи ко мне казначея.
- Слушаюсь, Ваше Величество.
Зубери поклонился не низко, но достойно и вышел. Через некоторое время он доложил:
- Ваше Величество, охрана у вас выставлена и у Её Величества королевы Амади тоже. Это пока из наших десяти бойцов, а дальше я наберу и обучу стражников. Казначей прибыл, заводить?
- Тебе, Зубери, предстоит много работы. Назначь секретарем Рунако, он был с нами на битве с Фолами. Пусть он руководит приемом и приглашает нужных мне людей. Заводи казначея.
- Слушаюсь, Ваше Величество.
Казначей вошел, с любопытством разглядывая Аситу. Но стражники по бокам сразу же уронили его на колени и согнули голову к полу.
- Как звать тебя? - спросил Асита.
Казначей хотел встать, но стража разрешила только приподнять голову.
- Бузиба, - ответил он.
- Ваше Величество, - ткнула его в бок стража.
- Бузиба, Ваше Величество, - повторил он.
- Ты, Бузиба, собирал налог с каждого дома. Сколько и каких ценностей находится сейчас в казне?
- В казне ничего нет.
Его снова ткнули в бок, и он добавил:
- Ваше Величество.
- Князя казнили, а ты, значит, собака, казну спер. Пытать его жестоко пока не сознается, - распорядился король.
- Нет, Ваше Величество, нет - я всё скажу, всё отдам, расскажу, где прячут деньги жена и дочери князя. Не казните меня, Ваше Величество, бес попутал, истинно бес.
Он попытался подползти ближе и поцеловать сапоги Аситы, но стражник сапогом прижал его тело к полу.
- Так бес попутал или все-таки алчность взыграла? - спросил с иронией король.
- Алчность, Ваше Величество, алчность, - уже всхлипывая ответил казначей, - князь Газини не платил мне ничего, а жить надо на что-то. Помилуйте, Ваше Величество, я преданно служить стану, помилуйте.
Асита чувствовал, что казначей говорит правду. Газини забирал весь налог, не оставляя в казне ничего для своих подчиненных и им тоже надо было на что-то жить.
- Я проявлю к тебе милость, Бузиба, и сохраню тебе жизнь. Ты даже останешься казначеем, но должен вернуть всё в казну, в том числе и спрятанное имущество жены и дочек Газини. Ступай со стражниками и верни краденное на место.
Король махнул рукой и Бузиба, кланяясь и благодаря, вышел спиной из королевских покоев. Асита не ошибся в нем. Казначей указал страже на все потайные места семейства Газини. Ценностей оказалось не мало - два сундука серебра, три золота и пять с драгоценными камнями. Копи князя Газини теперь перешли в собственность короля Аситы. Король оставался довольным - когда есть деньги: можно осуществлять преобразования в стране. Он издал свой первый Указ, объединив территорию Лесоярска и Верхнегорска в страну Арголанию.
Через месяц он прибыл в Верхнегорск. Жители встречали его с любопытством и недоверием. Он победил Фолами и не поверить своим воинам они не могли. Но слухи о посланце небес их только смешили. Прилетел с неба - чушь полная. Все верили в бога Громовержца и его крылатую колесницу. Упасть с неба и не разбиться - этого быть не могло. Недавно их житель упал со скалы. Кожаный мешок с мясом и костями - более ничего не осталось от человека.
Аситу встречали у ворот Верхнегорска с куском прожаренного мяса и стаканом вина или нечто похожего на водку. Его бесспорно признавали князем, но тут глашатай зачитал новый Указ. Король, так король Арголании - никто не спорил, но и ожидаемого почтения Асита не увидел. Он понимал, что казнями уважения не заслужить.
В середине Верхнегорска находился единственный каменный дом убитого князя Фолами. Асита въехал в него и сразу же приказал привести всё семейство бывшего князя. Два взрослых сына, две дочери и жена. Их привели и бросили на пол. Сыновья возмутились сразу же - не пристало князьям стоять на коленях.
- Князьям? - усмехнулся вопросительно Асита. - Князьям действительно не пристало. Но тут нет князей.
Он махнул рукой и сынков Фолами утащили, не поднимая. Их мать догадалась сразу и начала просить:
- Асита, не убивай моих сыновей, Асита, умоляю тебя...
- Асита я для своей матери, а для тебя, неблагодарная женщина, я Его Величество король Арголании и правитель Верхнегорска. Всыпать ей тридцать плетей за неучтивость, а потом отрубить голову.
Он перевел взгляд на дочерей, не обращая внимания на раздающиеся женские визги.
- Этих приготовить к моему вечернему отдыху.
Дочерей увели более вежливо. Асита сразу же приказал привести к нему местного казначея. Тот не стал ничего скрывать и утаивать, чем заслужил честь остаться на своем посту.
Король объявил конкурс на планирование строительства своей новой столицы в районе города Верхнегорска и его окрестностях. Разные мастеровые люди приходили к нему, но никто даже близко не обозначил желаемого проекта. Обычные планы домов разнились лишь количеством комнат.
На третий день секретарь Рунако вошел к королю, поклонился и произнес:
- Ваше Величество, в городе есть бедный мастер-строитель Тафари. Его не пускали к вам, так как считают неадекватным. Я сам послушал его и понял, что у него много достойных мыслей. Возможно, они сказочные, но вдруг он сможет воплотить их в жизнь.
- Хорошо, Рунако, заводи этого мастера, послушаем его мысли.
Тафари вошел и опустился на колени, склонив голову.
- Говори, - кратко произнес король.
- Ваше Величество, позвольте узнать ваши желания. Вы хотите возвести город-крепость, город-замок, обычный город и какова будет численность населения? От этого станет зависеть и возводимое строительство.
Асита удивленно посмотрел на стоящего на коленях плохо одетого молодого человека. Действительно - вполне обоснованный вопрос.
- Город на сто тысяч человек в будущем и даже с возможным увеличением через десятки лет. Город, окруженный неприступной стеной с моим замком посередине.
- Я понял задачу, Ваше Величество и смогу ее выполнить, если будут рабочая сила и строительные материалы. Я бы начал с водопровода и канализации.
- С водопровода и канализации? - переспросил король.
- Именно так, Ваше Величество. В дома должна поступать вода, чтобы не таскать ее ведрами, а отходы не выливать на улицу или в разные ямы. Необходимо создать закрытые оттоки испражнений за стены города. Тогда в домах появятся чистота и порядок. Конечно, необходимо строить каменные дома даже для простых людей, просто они будут небольших размеров. У дворян побольше, у князей еще больше, а у вас, Ваше Величество, целый замок.
Король Асита слушал и изумлялся уму простого мастерового.
- Как ты станешь подводить воду, убирать нечистоты и возводить дома из камня? Где возьмешь столько обрабатываемого плитняка для строительства? Уровень воды в реке ниже домов и вода, как известно, вверх не течет.
- Ваше Величество, за городом на холме есть несколько ключей. Вода там абсолютно чистая и прозрачная. По желобам она может скатиться в любой дом. Есть даже горячий гейзер, который можно использовать в банных целях. Но воды из ключей не хватит на такой большой город и придется брать из реки. В реке вода не совсем чистая, особенно в половодье, и брать ее необходимо в два этапа. Специальным насосом закачиваем воду в огромную емкость, где вода отстаивается и светлеет. Потом перекачиваем ее в водонапорную башню, откуда она уже самостоятельно течет в любое жилище. Дома можно строить из кирпичей, а королевский замок и крепостные стены из бетона.
Еще долго Тафари объяснял принципы получения бетона и кирпича, механизм простого насоса или насоса по типу водяной мельницы. В конце беседы Тафари был назначен главным архитектором и строителем Арголании, ему был жалован титул графа и выделена небольшая охрана.
Король озадачился рабочей силой. Мастеровые Верхнегорска уже приступили к работам под руководством Тафари, но рук явно не хватало.
VI
Жители города Верхнегорска признали Аситу своим королем, но относились к нему настороженно. Единственная радость - он не грабил город, не убивал и не насиловал женщин, как бы это происходило в случае с другим захватчиком.
Поверженный город всегда подвергался насилию в том или ином свете. Но горожане находили сему событию объяснение - Асита прибыл всего с десятью воинами и считался слабым. Он выиграл бой не армией, а своей ловкостью, храбростью, умением и силой. Хотя перед боем никто не поставил бы на него и одной копейки. Поэтому большинство считало, что ему сказочно повезло. Так бывает в сражении. Редко, крайне редко, но бывает. В слухи о небесном происхождении Аситы никто не верил. Никто не видел его спускающемся с неба, как в Лесоярске, и жрецы желали видеть князем своего человека, а потому тайно именовали Аситу самозванцем, настраивая народ и прежде всего воинов.
Люди присматривались к непочитаемому королю и к его идее строительства. Планов его не знали и считали, что он строит себе еще больший каменный дом. Рабочим обещали заплатить из королевской казны, и они трудились, не пререкаясь.
Асита владел ситуацией, но не принимал никаких кардинальных мер. Скоро народ увидит его силу и преклонится ниц. Он решил проинспектировать армию Верхнегорска и приказал всем воинам выстроиться в поле за стенами города.
Нехотя и не торопясь, они все же собрались толпой на ближайшем поле с оружием. Жрецы видели в этом добрый знак - можно враз расправиться с Аситой и его горсткой бойцов, поставив княжить полководца Джеро, командующего армией. Набожный, он всегда благоволил духовенству и давал бы возможность обогащения слугам божьим. Приказ короля жрецы считали подарком судьбы и божеским провидением.
Асита появился в поле со своей верной сотней стражников из Лесоярска. Никто не встречал его с почтением и не преклонил головы в приветствии. Его вообще никто не приветствовал и якобы даже не замечал.
Верховный жрец Верхнегорска Джитуку убедил Джеро в самозванстве Аситы и случайной победе над Фолами. Необходимо убить пришельца и возглавить княжество Верхнегорска, а всех жителей Лесоярска сделать рабами и невольницами. Таково веление богов, напутствовал верховный жрец. Несколько сотен воинов уже ждали команды наброситься на Аситу и его стражников, предвкушая насилие и грабежи в соседнем Лесоярске. Жрец заранее торжествовал - стражу Аситы и его самого изрубят на куски доблестные воины Верхнегорска в минуту. Джитуку станет по-настоящему править в городе при боголепном Джеро.
Верховный жрец отделился от огромной толпы воинов и торжественно-язвительно прокричал:
- Асита, ты случайно победил достойного князя Фолами. Такая редкость выпадает иногда в мире, и ты правил нашим городом несколько дней согласно существующих правил. Но стражники неоправданно называют тебя посланцем небес. Я, верховный жрец Верхнегорска Джитуку, объявляю тебя, Асита, лжецом. А лжец не может править городом или страной. Убить их! - прокричал в истерике жрец.
- Убить! - откликнулись три сотни воинов, вынимая мечи из ножен.
Всего лишь мгновение отделяло несколько сотен воинов Верхнегорска от момента нападения на Аситу и его стражу. Доблестные воины Лесоярска тоже схватились за рукоятки мечей, чтобы стоять насмерть и не опозорить чести воина, погибнув в бою. Никто не дрожал от страха, готовясь биться до последнего вздоха.
Но Асита громоподобно прокричал в металлический рупор, вынимая свой меч из ножен.
- Стоять, подлые слуги дьявола!
Он потряс мечом в вытянутой руке вверх, и ошеломленные страхом воины Джеро замерли в испуге, увидев, как сверкает и искрится небывало удлинившийся стальной клинок. Казалось, он достает до небес и голос подобен грому.
- Джитуку продался дьяволу, - снова прокричал Асита, - на земле ему нет места и пусть он отправляется в ад вместе со своими прислужниками. Да будет всегда казнен тот, кто обнажит меч против меня.
Асита взмахнул мечом и клинок, словно молния, перерубил пополам тела Джитуку, Джеро и еще трех сотен воинов, которые достали мечи из ножен. Оставшиеся бойцы в ужасе смотрели на агонирующие и одним взмахом перерубленные пополам сотни тел, из которых фонтанировала кровь. Асита вновь закричал недовольно в рупор:
- Кто еще считает лжецом своего короля, посланного богами править на земле?
Все воины и жители города, заранее приглашенные Джитуку и пришедшие посмотреть на свержение ничтожного правителя, в почтении и страхе упали на колени, склонив головы. Никто не осмелился перечить королю, никто не сомневался теперь в его истинной силе и праве на трон, никто не оспаривал его небесного происхождения. Кто из смертных может разрубить пополам одним взмахом меча более сотни тел? Позже, обсуждая произошедшие события, не смотря на жуткую смерть воинов, горожане оставались довольными - теперь никому не победить их народ, никому не справиться с посланцем небес, при котором все начнут процветать!
VII
Начинались сезонные дожди мягкой субтропической зимы. Снег, конечно, здесь никогда не выпадал, и зима наступала только как время года. Асита с десятком стражников шел по улицам Верхнегорска. Он и его свита теперь с удовольствием замечали истинное почтение горожан к своему королю. Посланец небес - в этом сейчас не сомневался никто. Разрубить триста тел одним взмахом меча... Только через несколько тысячелетий ученые смогут объяснить наличие лучевого меча, способного разъединять межатомарные связи в кристаллической решетке тел и тем самым разрезать их на части. А пока сие не подвластно смертным и статус Аситы однозначно божественен.
Дождь прекратился всего на несколько часов, и король решил использовать этот короткий промежуток времени. Он уже понял, что его воины не представляют из себя обученную армию, а скорее всего сборище вооруженных людей. Пять тысяч человек собрались толпой в поле. Асита обратился к воинам:
- Мои доблестные бойцы! Вы должны стать непобедимой армией, а для этого необходимо многому научиться. Я назначаю командующим войском Рутендо и присваиваю ему звание генерала. Тысяча человек станет называться полком и ими станут командовать Адиса, Бапото, Гамюка, Гугу, Симба, которым я присваиваю звание полковников. Командиры научат вас сражаться и побеждать. Вы получите денежное содержание из королевской казны и не станете работать в поле, охотиться или ловить рыбу. Король даст вам одежду и пищу, а вы должны оттачивать искусство владения мечом, луком и действовать в команде. Полковники сами назначат сотников и с этого дня ваша работа - это служение королю и обучение военному делу.
Асита слушал приветствие и понимал, что это дружно кричит вооруженная толпа, а не дисциплинированные воины. Но командиры научат бойцов владеть мечом, сражаться в строю, выполнять команды и ничего не бояться. Он сам обучал командиров и оставался в уверенности, что они достойно выполнят свою роль.
Его свита из десяти стражников поредела и за ним следовали теперь только четыре воина. Они направились в кузницу, где изготовляли мечи и щиты.
В кузнице Асита даже немного поморщился - везде грязь, вещи раскиданы как попало, заготовки мечей валяются в разных местах. Беспорядок в помещении и головах...
Главный кузнец Боваддин преклонил одно колено на землю, заставляя своих слуг упасть ничком перед вошедшим королем Верхнегорска и всей Арголании. Он почему-то посчитал, что его статус позволяет только склонить голову и встать на одно колено. Сопровождавшие короля стражники уже поняли, что им придется отрубить голову главному кузнецу и оружейнику города. Асита не одобрял непорядок и грязь. Но сейчас он стал разговаривать, словно не замечая ничего.
- Скажи, Боваддин, сколько мечей ты изготавливаешь в месяц?
- Ваше Величество, - Боваддин встал с колена без разрешения, но король жестом повелел страже не вмешиваться, - процесс изготовления мечей достаточно сложный и требует к себе достаточно много знаний, умений и профессиональных навыков. Никто в Верхнегорске не умеет ковать мечи - это лишь мои ничтожные подмастерья, - он указал рукой на присутствующих помощников. - Хороший меч изготавливается пять дней, Ваше Величество.
Асита не возразил и внешне не отреагировал никак, хотя его уже распирала ярость. Он указал рукой на молодого мужчину в лохмотьях, лежащего на земляном полу кузницы. Стража немедленно подняла его.
- Вот ты...
- Камо, Ваше Величество, - подсказал подмастерье.
- Вот ты, Камо, покажи мне последний изготовленный меч.
- Ваше Величество, - попытался произнести Боваддин.
Но король приказал ему замолчать и повернулся к Камо. Тот порылся в углу кузни и извлек начавший ржаветь меч.
- Мы давно не ковали мечей, - пояснил Камо, - господин говорил, - он указал на главного кузнеца, - что сейчас в этом нет необходимости. Все наши воины вооружены.
- Да, это так, мечи сейчас никому не нужны, - успел все-таки высказаться Боваддин.
Асита взял меч в руки и произнес с отвращением:
- Такие мечи действительно никому не нужны. Металлическая палка с рукояткой, а не меч. Что скажешь, Камо?
Подмастерье удивился и даже испугался - почему король спрашивает его?
- Ваше Величество, господин не позволяет вмешиваться в процесс изготовления мечей. Только он знает, как лучше изготовить клинок.
Боваддин довольно улыбался, собираясь позже похвалить своего помощника.
- Я позволяю вмешаться, - возразил король, - как бы ты сам ковал меч, Камо?
- Ваше Величество... - Камо немного растерялся, - я бы... я бы добавил в сплав металла немного... хотя, простите, начинать надо с доменного горна. Отдельно получать железо и булат, используя легирующие добавки, а мечи делать трехслойными - железо внутри, а сталь сверху. Такой меч с измененной формой станет намного прочнее, не будет ржаветь и легко перерубит или сломает все имеющиеся доселе. Я говорил об этом господину, но он отверг все мои предложения, не посчитав их достойными. Доменный горн тоже необходимо усовершенствовать, обеспечив подачу принудительно нагнетаемого воздуха.
- А луки? - спросил довольно король.
- Луки? Я бы тоже делал их по-другому. Сейчас они стреляют на сто метров и пронзают человека в кожаной защите на расстоянии до тридцати метров, но этого крайне мало. И на охоту с таким луком ходить нерентабельно. Простой дугообразный лук... Я бы изготавливал его с четырьмя изгибами и композитным, то есть из трех материалов. Деревянную сердцевину древка можно усилить роговыми пластинами и жилами. Такой лук будет стрелять на триста метров и убьет на расстоянии ста метров и даже немного более. Изготавливать такой лук дольше и сложнее, но и служить он станет тоже по времени дольше.
Камо замолчал, довольный произнесенным. Ему не давали ранее высказаться, а тут слушал сам король! За одно это стоило жить!
- Ты молодец, Камо, я верю в тебя и назначаю главным оружейником и кузнецом своего королевства. Теперь все они твои слуги, - король обвел рукой присутствующих подмастерьев. - А этого, - он указал на Боваддина, - казнить немедленно. Отрубите ему голову. Нет - сначала руки и ноги, а потом уже голову его же собственным тупым и ржавым мечом. Завтра, Камо, прибудешь ко мне домой со своими планами переобустройства кузницы, изготовления мечей и луков.
Король кивнул головой и стража поволокла на улицу кричащего в истерике и молящего о пощаде Боваддина. Асита еще раз осмотрелся и приказал:
- Ты наведи здесь порядок, Камо, а то как-то грязно и не уютно тут. Привлекай людей для работы, командуй и создавай оружие, способное разить наверняка. Его потребуется много.
Король вернулся домой и пожелал отобедать. С удовольствием съел кусок зажаренного бородавочника, запивая фруктовым вином. Задумался над прошедшими событиями. Невероятные, они резко изменили его жизнь.
Родной Лесоярск, где каждый житель знал в лицо и видел его спускающимся с небес, где его любили и почитали. Захваченный Верхнегорск, где его с трудом приняли, боялись, считали королем, но пока не любили.
По неписанным законам семья побежденного князя уничтожалась, а город подвергался грабежу и насилию. Именно благими намерениями был выстлан путь к свержению Аситы жрецами и руководством армии. Но король показал силу и его приняли. Добро не возымело положительного эффекта, а зло дало ему власть и повиновение горожан. Это Асита усвоил четко. Здесь уважали и почитали только силу.
Он ушел в спальню на полуденный отдых и велел привести дочерей Фолами. Девушки семнадцати и восемнадцати лет прекрасно понимали куда их привели и зачем. Их отец развлекался здесь с захваченными в плен юными девочками, которых потом казнили. Казнили потому, что извращенец не оставлял шансов на выживание, и он элементарно облегчал участь загубленных, отрубая головы.
Но Лузала и Мудива не беспокоились о себе в подобном ключе. Их тела созрели для соития и не будут разорваны в жестком сексе, как казненные малолетки. И они дочери князя, а значит, станут обладать привилегиями среди наложниц. Они смотрели на нового короля свысока и с пренебрежением.
Но Асита огорчил их сразу, заявив коротко: "Не понравитесь - отдам солдатам, а позже велю казнить". И они старались вовсю...
VIII
Асита разложил большой лист бумаги на столе, начертив на нем реку Звангу, города Лесоярск и Верхнегорск. На этом его географические познания заканчивались. И он понимал прекрасно, что этого крайне мало. Наверняка где-то еще есть селения, а это означало потенциальную рабочую силу или войско, которому необходимо противостоять. И противостоять не внезапно, а готовиться к этому. Он позвонил в колокольчик, в кабинете мгновенно появился секретарь Рунако, склонившийся в почтении.
- Рунако, в Верхнегорске наверняка есть люди, которые неплохо знают окрестности, уходили далеко от города и посещали другие селения. Разыщи их и приведи ко мне, разыщи всех, кто знает, что находится там далеко за лесами.
- Слушаюсь, Ваше Величество.
Рунако поклонился и вышел. Асита отложил лист, на котором еще предстояло нанести обозначения местности. Он понимал прекрасно, что карта жизненно необходима и в будущем даст преимущество в маневрировании.