Контент предназначен для лиц старше 18 лет.
Браузер в инкогнито или очистка кэша поможет всегда видеть самый свежий текст.
Эта книга содержит материалы, которые могут быть неуместными для детей и подростков. В ней может присутствовать жестокость, сексуальные сцены, насилие или другие элементы, которые могут вызвать дискомфорт. Пожалуйста, продолжайте чтение только если вам 18 лет и старше, и вы готовы к восприятию контента подобного характера.
Чтение данного материала означает, что вы осознаете свою способность к восприятию взрослого контента и принимаете полную ответственность за свои действия и последствия.
Этот текст не является самостоятельным произведением. Он часть текстового квеста. Начало можно найти тут
— О, чудесно! — мягко улыбается Скаэскорэсс.
Цамтул спокойно снимает короб и приседает рядом, открывая клапан.
— Эм, Цамтул, — несмело доносится от слегка склонившейся к нему Скаэскорэсс.
— Да? — поднимает тот голову, с удовольствием проходясь взглядом по длинным голым ножкам, слегка зависая на выдающихся сисяндрах, заглядываеющей в открытый короб, женщины.
— А ты не мог бы выгрузить их на кухне? — спрашивает Скаэскорэсс, хлапая глазками.
Цамтул прикрывает короб и вновь закидывает его на плечо. Заходя вслед за Скаэскорэсс в прихожую, он движется по узкому коридору вдоль лестницы на второй этаж. В самом конце коридора они заходят в дверь в левой стене, попадая на довольно большую кухню.
В самой кухне Скаэскорэсс сворачивает еще раз на лево и доходит до самого угла. Там, присев у люка в полу, женщина начинает возиться с массивным кольцом, за которое следует поднять крышку подпола.
В пару шагов Цамтул подходит ближе и перехватывает массивное железное кольцо крышки подпола. Скаэскорэсс благодарно отпускает его и отходит в сторону. Открыв люк, Цамтул видит приставную лестницу, уходящую в темноту подпола.
Крышка оказывается немного тяжелее, чем рассчитывает женщина. Из-за этого ей, чуть не упав, приходится вместо корточек встать на колени, уперевшись одной рукой в пол для большей устойчивости. Тяжелая грудь отвисает, натягивая ткань платья, что, в свою очередь, приводит к задиранию подола. Для Цамтул открывается вид на пухлые губки, обрамляющие мягкие складки малых лепестков, а выше темнеющее широкое пятно собранной звездочки, реагирующей на рывки своей хозяйки.
Неожиданное препятствие оказывается преодоленным и Скаэскорэсс поднимает массивную крышку подпола, открывая провал внизу, у которого стоит приставная лестница.
Женщина собирается спуститься внутрь.
Пока Скаэскорэсс спускается по лестнице, Цамтул подготавливает свертки для подачи.
Вдвоем они быстро перегружают продукты из короба по местам в подполе.
Справившись со всем, Цамтул получает отметку в листовке и покидает дом.
— Давай я спущусь, а ты просто будешь указывать что и куда ставить, — говорит Цамтул и получает в ответ благодарную улыбку.
Аккуратно спустившись вместе с коробом по лестнице, Цамтул открывает тот и достает первый сверток.
Повертев сверток в руках, Цамтул громко объявляет, что внутри. Сверху доносится объяснение, куда его положить. В таком тандеме Цамтул и Скаэскорэсс быстро справляются с поставленной задачей.
Закончив, Цамтул поднимается по приставной лестнице.
Цамтул поднимает руку с продуктовым свертком вверх, давая возможность кухонному свету упасть на него и приподнимается на пару ступенек, чтобы женщине было удобнее.
Пока Скаэскорэсс рассматривает сверток, Цамтул рассматривает промежность женщины, сидящей на корточках у люка.
Еще пару ступеней вверх и он бы оказался на одном уровне с аккуратным треугольником темных волос, идущим, но не доходящим до пухленьких темных губок.
— Это на верхнюю полку стеллажа, — доносится до Цамтул сверху.
Приходится отворачиваться от прекрасного вида и спускаться, относя сверток в нужно место.
Лепестки внутренни губок непокорно выглядывают из мягких складок, а при небольших переминаниях Скаэскорэсс кажется, что сейчас они разойдутся в стороны, открывая желанную дырочку.
— А это на нижнюю.
Точно бликуют! В щелке непослушных лепестков показывается тягучая капелька, что размазывается по внешним губкам при переминании Скаэскорэсс.
— Это — на полку, если там есть место. Если нет, то под нее, но на видное место.
Внешние губки налились и разбухли, внутренние хорошо блестят, а до Цамтул доносится характерный запах женщины.
Но в руках последний сверток.
— Этот куда-нибудь на центральные полки стеллажа, — доносится до Цамтул, у которого сердце стучит в ушах, в нос бьет запах текущей пизды, а член чуть ли не насквозь промочил смазкой его мантию.
— Туда, на четвертую, — вновь говорит Скаэскорэсс никуда не двигающемуся Цамтул.
— На четвертую снизу, — вновь повторяет Скаэскорэсс, но Цамтул не слушает ее.
Пара ступеней вверх, сверток ложится на пол кухни, а губы Цамтул впиваются в губы Скаэскорэсс. Только не в верхнии, а в нижние.
— Ох! — приглушенно вскрикивает-стонет Скаэскорэсс, когда с шумом вдыхающий ее запах Цамтул, широким языком проходится по ее текущей щели.
— Ха-а, — тянет женщина, когда крепкие руки охватывают ее булочки, чтобы сильнее прижать к себе. Язык еще раз широко проходится по всей пизде. Снизу вверх. У верха кончик языка напрягается, забуриваясь глубже, раздвигая лепестки ароматных складок. Острый кончик зыка охаживает маленькую дырочку, чтобы чуть сдвинуться вверх по рельсам складок и коснуться пульсирующий отросточек.
— Ха-ах! — новый вскрик Скаэскорэсс, который она пытается зажать рукой, но под настойчивым напором Цамтул, женщина откидывается назад, упираясь руками в пол.
Цамтул же в это время все так же стоит на лестнице, еле-еле возвышается над полом. Но это совершенно не мешает ему сильнее сжать задницу Скаэскорэсс и придвинуть ту к себе.
Женщина полностью ложится на пол. Повинуясь Цамтул, она задирает свои ноги вверх, полностью выставляя свою текущую промежность и темное пятно пульсирующего ануса. Цамтул с удовольствием нярыет языком в хлюпающую дырку пизды. Под активное шевеление языка во влагалище, пальцы Цамтул перебирают кользкие и распухшие губки постепенно разводя их в стороны.
В итоге губки оказываются полностью растянуты в стороны, раскрывая вид на широкий вход во влагалище, блестящий от смазки и слюны Цамтул. Полюбовавшись несколько мгновений, Цамтул снова заныривает языком в эту влажную пещерку, вызывая все новые и новые стоны. Не останавливаясь на этом, Цамтул проходит острым кончиком языка по щели вверх, лаская и маленькую дырочку, пытаясь забуриться языком и в нее, а после вновь поднимается к клитору Скаэскорэсс.
Поглаживания пальцем темного трепещущего колечка синхронизируются с кончиком острого языка, танцующего на клиторе. Поглаживания разбавляются надавливаниями. Стоны Скаэскорэсс не прекращаются, но постоянно меняют тональность, реагирую на ласки Цамтул.
Набухший от возбуждения анус опухает и пульсирует под лаской Цамтул. Чуть большее, чем обычно, усилие и палец заныривает внутрь на фолангу. Рефлекторное сжатие колечка успокаивается под мелкими подергиваниями пальца и непрекращающейся лаской клитора.
Набухший от возбуждения анус опухает и пульсирует под лаской Цамтул. Чуть большее, чем обычно, усилие и палец заныривает внутрь на фолангу. Рефлекторное сжатие колечка успокаивается под мелкими подергиваниями пальца и непрекращающейся лаской клитора.
Некоторое время Цамтул так и подергивает пальцем в плотном пульсирующем колечке, теребеня языком клитор. Каждое оглаживание клитора отдается сладким спазмом в горячей попке, который чувствует Цамтул через свой палец. Так же чувствует как и бешенный пульс в розгаряченных венах ануса.
Подпривыкнув к непрекращающейся ласке, Скаэскорэсс постепенно расслабляет анус. Теперь он отвечает приятным почмокиванием на действия Цамтул. Ощутив перемену, Цамтул активней начинает шевелить пальцем из стороны в сторону. Судорожные подергивания сменяются целенаправленным оттягиванием пальца вверх, к текущей щели.
Похлюпывания пизды и ануса начинают звучать все чаще и чаще. Вытащив палец из задницы Скаэскорэсс, Цамтул на несколько мгновений отстраняется, окидывая сочащиеся дырки взглядом, а после кладет обе руки на ягодицы Скаэскорэсс и запускает средние пальцы в ее задницу.
Под всхлип-стон Скаэскорэсс Цамтул двигает пальцами вглубь и наружу, но не вынимая их.
Спустя пару разрабатывающих движений к средним пальцам добавляются и указательные.
Четыре пальца двигаются немного вглубь и наружу, вглудь и наружу, нежно трахая жопу Скаэскорэсс.
Ее пульсирующая пизда чавкает смазкой на каждое движение, а сама женщина стонет, удерживая задранные ноги руками.
Цамтул напрягает погруженные пальцы и разводит их в стороны. С развратным чавком анус Скаэскорэсс расходится в стороны, раскрывая темную и горячую дыру. Удерживая анус Скаэскорэсс распахнутым, Цамтул впивается губами в торчащий клитор женщины.
Подергивая напряженными пальцами, удерживая задницу Скаэскорэсс распахнутой, Цамтул активно теребит языком ее пульсирующий клитор. Пытаясь руками закрыть себе рот Скаэскорэсс сочно кончает. Цамтул не прекращает удерживать ее содрагающийся анус раскрытым и все так же наяривает языком оголенный клитор. Одна судорога сменается другой, а та третей. Сильные конвульсии сменяются слабыми аж до тех пор, пока женщина не расслабляется полностью, обмякая на полу кухни.
Прекратив ласки языком, Цамтул не отказывает себе в удовольствии еще чуток подержать задницу Скаэскорэсс распахнутой, но вскоре вытаскивает из нее пальцы. Под стон-всхлип, они выходят из женщины.
Пока Скаэскорэсс приходит в себя на полу, Цамтул берет последний сверток с продуктами и кладет его на место в стеллаже. Закинув короб на плечо, Цамтул выбирается из подпола и аккуратно закрывает тот.
Скаэскорэсс все еще лежит на полу в задранном платье.
Ее глубокое дыхание колышет мягкие груди, что растеклись по боками и чуть ли не касаются пола.
Достав листовку, Цамтул с улыбкой протягивает ту Скаэскорэсс.
Кое-как повернувшись на бок, уставшая женщина наширивает в переднике карандаш и ставит необходимую отметку.
Скаэскорэсс все еще лежит на полу в задранном платье.
Ее глубокое дыхание колышет мягкие груди, что растеклись по боками и чуть ли не касаются пола.
Достав листовку, Цамтул с улыбкой протягивает ту Скаэскорэсс.
Кое-как повернувшись на бок, уставшая женщина наширивает в переднике карандаш и ставит необходимую отметку.
Пряча листовку, сидящий на корточках рядом с женщиной, Цамтул замечает направление ее желтых глаз. А направлены они на бугор его мантии, за которыми скрывается перевозбужденный член.
Откинув мантию в сторону, Цамтул добивается судорожного всхлипа женщины, что с жадностью впивается взглядом в ничем не прикрытый пульсирующий член.
Прикинув имеющееся время, Цамтул отставляет в сторону короб и пристраивается сбоку от лежащей Скаэскорэсс. Так, чтобы его член оказался у ее лица, а его лицо, в свою очередь уперлось в только что кончившую пизду.
Чувствуя как горячие губы смыкаются на головке его члена, Цамтул сам с удовольствием устраивается на мягких ляжках и запускает свой язык в горячую расщелину.
Скаэскорэсс нежно, но страстно обрабатывает член Цамтул, в то время, как он старается над ее пизденкой, вновь запустив пальцы в колечко ее жопы. Женщина сочно обрабатывает головку Цамтул, проходясь языком и зубками по уздечке и даже не забывая о яйцах.
Кончая Цамтул продолжает нализывать пизду Скаэскорэсс и сжимать пальцы, раздвигая ее анус в такт кончанию. А это, в свою очередь, приводит к тому, что только сглотувшая сперму женщина, начинает кончать и сама, дергаясь в объятиях Цамтул, что не дает закрываться ее пульсирующей жопе.
Задышав глубже, Цамтул непроизвольно делает несколько движений бедрами, стараясь трахнуть рот Скаэскорэсс. Та, поняв его состояние, помогает себе руками и усиливает ласку головки с уздечкой. Уткнувшись во влажную пизду, Цамтул глушит свой стон, с которым он кончает. Такой долгожданный, а оттого особо мощный выстрел семени сменяется еще одним, а затем еще одним. Кончая, Цамтул щедро наполняет рот Скаэскорэсс.
Насладившись послеоргазменной негой, Цамтул выбирается из сплетения женских ног. Достав листовку, он с улыбкой протягивает ту Скаэскорэсс.
Кое-как повернувшись на бок, уставшая женщина наширивает в переднике карандаш и ставит необходимую отметку.
Движением бедер вытащив член из протестующе замычавшей женщины, Цамтул приподнимается на колени. Потянув не понимающую в чем дело Скаэскорэсс, Цамтул заставляет встать ее на колени, задрав задницу кверху. В такой позе тяжелые груди оттягивают ткань черного платья. Темные длинные волосы выбились из-под яркого чепчика. Крепкие белоснежные ягодицы контрастируют с задранным подолом черного платья, выставляя на обозрение темное пятно подрастянутого ануса и текущую щель пизды.
Подхватив кончиком члена тягучую каплю смазки, Цамтул приставляет головку к разработанной дырке. Небольшое нажатие и с тихим "Ох", от Скаэскорэсс член раздвигает поддатливые стенки жопы. Оставаясь в кольце ануса, не погружаясь глубже, Цамтул выводит головку из дырки. И погруает вновь, чтобы опять достать.
Спустя несколько повторений, анус Скаэскорэсс перестает закрываться, широко зияя темной дырой. Разведя ягодицы женщины в стороны, Цамтул подставляет темную дыру под свет кухни, с удовольствием рассматривая влажную жопу вглубь. Подхватив членом новую струйку стекающей из пизды смазки, Цамтул вводит член в раскрытую жопу Скаэскорэсс.
На этот раз он не останавливается, погружаясь до самого конца. С характерным звуком выдавливая загнанный внутрь воздух, он вводит член до тех пор, пока его лобок с силой не упирается в задранные ягодицы. Свисающая мошонка Цамтул касается текущей пизды. Засадив член на полную, Цамтул начинает его вытаскивать. За яйцами тянутся слюни кончившей пизды. При полном вынимании члена, жопа Скаэскорэсс делает сочный чмок втягиваемого воздуха, раскрывая анус во всю ширь. А в следующее мгновение в этот распахнутый зев вновь засаживается член Цамтул.
Неторопливо, нежно, но неостановимо Цамтул протрахивает раздолбанную задницу Скаэскорэсс, разбалтывая ее еще больше. Темноволоска блядски стонет на любое действие члена Цамтул с ее задницей. Ее огромные груди отвисают, оттягивая черное платье и мягко покачиваются в такт, ходящего в ее заднице, члена.
Каждый раз вынимая член, Цамтул вынимает его полностью. Расхлябанная жопа Скаэскорэсс растягивается все больше. Это не делает саму дыру шире, нет. Просто анусу Скаэскорэсс становится привычней быть в раскрытом состоянии. Теперь женщине приходится прилагать усилия, чтобы его попытаться закрыть. А любые попытки прикрыть эту дыру, когда член снаружи, пресекаются Цамтул, который вовремя засаживает Скаэскорэсс.
При очередном вхождении в задницу Скаэскорэсс, руки женщины подламываются и она почти падает лицом на пол, прижимая свои сисяндры. Ее тело содрогается в конвульсиях оргазма, размазывая текущую густую смазку по внутренним частям бедер. Пизда и жопа попердывают от ходящих ходуном кончающих мышц.
Цамтул на несколько мгновений задерживается полностью внутри кончашки, удерживая Скаэскорэсс на члене. А после продолжает аккуратно, но неостановимо, протрахивать ее кончающую жопу.
Один оргазм сменяется другим, а тот перетекает в третий. Уже не совсем понятно это новые оргазмы или долго длящийся старый. Продолжая неторопливо двигаться в заднице Скаэскорэсс, Цамтул придерживает ту за агонизирующие ягодицы. В какой-то момент трясущаяся женщина разом как-то обмякает.
Несколько более энергичных движений, загоняющий член дальше в разъебанную задницу, упираясь головкой в стенки темной глубины, чтобы усилить ощущения от разболтанной дыры, и Цамтул подходит к своему пределу. Засадив до упора в обмякшее тело, Цамтул наконец-то изливается в жопу Скаэскорэсс. Первый залп отправляет щедрую порцию жирного семени в ее анальные глубины. Второй выстреливает в догонку. За ним третий и четвертый.
Полностью излившись, Цамтул достает член из Скаэскорэсс.
Дыра ануса остается открытой. Подув в нее, Цамтул улыбается образованному эху.
Аккуратно уложив женщину на бок, Цамтул приводит себя в порядок.
Темные волосы выбились из-под чепчика женщины и разметались по полу. Часть прядей прилипла к расслабленному сейчас лицу. Желтые глаза скрыты за опущенными веками. Огромные груди лежат одна на другой, натягивая черное платье, частично скрытое за передником. Широкий подол, обычно свисающий мягкими и объемными складками сейчас высоко задран, оголяя стройные ноги, переходящие в мягкую задницу. Треугольник черных волос украшает низ живота, поблескивая капельками пота и ниточками размазанной смазки из пизды.
Цатул аккуратно поглаживает голову Скаэскорэсс и начинает чуть-чуть трясти ее за плечо. Вскоре женщина со стоном начинает приходить в себя. Веки ее трепещут и с трудом раскрываются. Мутный взгляд желтых глаз начинает обшаривать кухню, пока не натыкается на Цамтул.
Долгое время фокусировки, а после голова Скаэскорэсс, наконец-то включается.
— Цамтул! — приходит узнавание. — Ох! — непроизвольно вырывается, когда она пытается встать.
Вместе с "ох" из судорожно попытавшеся закрыться жопы, с влажным звуком выходит сперма Цамтул.
— Ой! — более звонко вскрикивает Скаэскорэсс и начинает краснеть.
Но от этого "ой", жопа испытавает новые нагрузки, что приводит к новым звукам с ее стороны.
— Мне пора, — с улыбкой говорит Цамтул, — встать сможешь? — спрашивает он.
— Попробую, — нуверенно отвечает ему женщина.
Обойдя лежащую женщину сзади, Цамтул присаживается, рассматривая многожды раз кончившую пизду. Пухлые и темные от прилитой крови, натруженные губки все так же сдавливают лепестки внутренних губок. Сейчас все это щедро блестит от вытекшей смазки, что тягучей паутинкой растнулась между ляжек.
Ведя взглядом дальше, Цамтул наконец-то доходит до разъебанной им задницы Скаэскорэсс. Темно-багровый провал все так же остается открытым. На вид, туда можно просунуть большой палец не коснувшись стенок ануса. Из поблескивающей глуюины видно немного спермы Цамтул.
С помощью Цамтул и не без еще парочки веселых звуков из ее дыр, Скаэскорэсс в итоге утверждается на ногах.
Убедившись, что женщина более-менее пришла в себя, Цамтул прощается и покидает гостеприимный дом.
Внимательно смотря, куда ставит ноги, Цамтул аккуратно поднимается по лестнице. Сверху доносится легкий шорох шагов отошедшей в сторону Скаэскорэсс. Выбравшись из люка, Цамтул протягивает листовку с заданием, в которую и получает нужную отметку. Проверив, что все в порядке, Цамтул отправляется на выход, провожаемый Скаэскорэсс.
Взявшись за приставную лестницу, Цамтул начинает подниматься на верх. Закинув голову, чтобы видеть свою цель, он замечает сидящую у края Скаэскорэсс. Женщина сидит на корточках и полы ее платья скрывают ее ножки... только от самой Скаэскорэсс. Для Цамтул же открывается прекрасный вид на набухшие нижние губки, между которыми выглядывают влажные лепестки. С каждой ступенькой Цамтул становится все ближе к этому великолепию.
Цамтул продолжает свое восхождение по лестнице, будто ничего не заметил. Скаэскорэсс встает и отходит от края, давая ему возможность спокойно выбраться из подпола.
Закрыв люк, Цамтул протягивает листовку с заданием и получает в нее отметку, после чего, провожаемый Скаэскорэсс, покидает дом.
Цатул аккуратно поглаживает голову Скаэскорэсс и начинает чуть-чуть трясти ее за плечо. Вскоре женщина со стоном начинает приходить в себя. Веки ее трепещут и с трудом раскрываются. Мутный взгляд желтых глаз начинает обшаривать кухню, пока не натыкается на Цамтул.
Долгое время фокусировки, а после голова Скаэскорэсс, наконец-то включается.
— Цамтул! — приходит узнавание. — Ох! — непроизвольно вырывается, когда она пытается встать.
Вместе с "ох" из судорожно попытавшеся закрыться жопы, с влажным звуком выходит воздух.
— Ой! — более звонко вскрикивает Скаэскорэсс и начинает краснеть.
Но от этого "ой", жопа испытавает новые нагрузки, что приводит к новым звукам с ее стороны.
— Мне пора, — с улыбкой говорит Цамтул, — встать сможешь? — спрашивает он.
— Попробую, — нуверенно отвечает ему женщина.
Следующим заходом фаданниэсс Корцуэсс приносит большой артефактный кувшин и, наконец, шарлотку с двумя небольшими белыми тарелками. Расставив все так, чтобы этим было удобно пользоваться, женщина присаживается на свое место.
Цамтул подходит к стоящей на четвереньках женщине и ставит рядом с нею короб.
Отвлекшись на парня, Скаэскорэсс поворачивается в его сторону и оказывается лицом рядом с бугром на мантии Цамтул.
Бугор образован встающим членом. С каждым проходящим мигом он поднимается все больше и больше.
Скаэскорэсс завороженно смотрит на эту выпуклость.
Сглотнув тягучаю слюну, она протягивает руки и отодвигает в сторону полу мантии.
Член вырывается на свободу, почти хлопнув по животу Цамтул.
На вершине головки выступает блестящая капелька смазки.
взявшись рукой за основание члена, Скаэскорэсс поднимает взгляд на Цамтул.
Желтые глаза встречаются с карими. Секунды тянутся, стуча молотами в висках. А после, не отрывая взгляда, Скаэскорэсс наклоняется чуть ниже и распахнув ротик, засасывает в него висящие яйца Цамтул.
Не выдержав, Цамтул тихо стонет, запрокидывая голову. Глаза прикрываются, а все внимание утекает туда, где шаловливый язычок перебирает его яйца. Женская ручка уверенно сжимает основание члена. Крепкое членопожатие сопровождается активной игрой языка на яйцах и в противовес ему, почти незаметным движением кулачка по горячему стволу. Причем это движение не затрагивает ни уздечку, ни головку, дразня и нагнетая возбуждение.
Оттопырив большой палец, Скаэскорэсс помещает его на уздечку. Скользя по смазке, вытекщей из уретры, Скаэскорэсс размазывает ту по чувствительному месту плавными массированиями. Новый стон Цамтул, колени которого предательски начинают подгибаться.
Скаэскорэсс втягивает и так ноходящиеся яйца во рту и опускает голову ниже, оттягивая мошонку торчащего члена. Большой палец в это время поднимается еще чуть выше, лаская уздечку своим основанием. А после сгибается, кладя подушечку на трепещущую дырочку уретры. Легкое нажатие, с которым кончик пальца и ноготок вдавливают раскрытую дырочку уретры, совпадают с оттягиванием всосанных яиц.
— Ха-а, — непроизвольно вырывается у Цамтул.
Со звонким чмоком у Скаэскорэсс изо рта выскальзывают оттягиваемые яйца. А в следующий миг наклоненный член оказывается внутри жаркого рта, заглоченый больше чем на половину.
— Хо-о, — новый выдох Цамтул, сопровождающий движения головы Скаэскорэсс и ее язычка.
— Это что тут такое? — внезапно раздается возглас от выхода из кухни.
Вздрогнувшая парочка внезапно осознает, что они не одни и что в дверях стоит разозленная фаданниэсс Корцуэсс — хозяйка этого дома.
Скаэскорэсс, стоящая на коленях с заглоченным членом Цамтул быстро встает и извиняюще кланяется.
— Ты опять за свое, блядливая девчонка! — гневно восклицает фаданниэсс Корцуэсс.
— Прошу прощения, фаданниэсс Корцуэсс! — раскаянно говорит Скаэскорэсс, — этого больше не повторится!
— Не повторится? — восклицает фаданниэсс Корцуэсс, подходя ближе. — Сколько раз я это уже слышала? А ну марш отсюда, развратница!
Не смотря на Цамтул, Скаэскорэсс еще раз извиняюще кланяется и быстро убегает из кухни.
Пожилая, некогда огненно-рыжая женщина с трепещущими крыльями носа. Обычно красные глаза сейчас кажутся бордовыми и гневно рассматривают застуканную парочку. Многочисленные и глубокие морщины на лице лишь сильнее подчеркивают обуревающие ее эмоции.
Темная, полупрозрачная ткань мантии имеет глубочайшее декольте, заканчивающееся чуть выше пояса. Оно открывает вид на обвисшую, но до сих пор огромную грудь женщины, еще больше подчеркнутую сложенными под ней руками. Соски с расплывшимися пятнами ареол просвечиваются через натянутую мантию и гневно топорщатся, выпирая сквозь полупрозрачную ткань.
В боковых разрезах мантии, что начинаются гораздо выше талии, хорошо видны женские бедра широко расставленных ног. По-старчески тонкая кожа кое-где имеет заметные прожилки темных вен.
Не смотря на напряженность ситуации Цамтул не может не отметить, что воздушная ткань мантии заметно очерчивает складки нижних губ фаданниэсс Корцуэсс.
— Прошу прощения! — Цамтул извиняюще кланяется, тем самым позволяя полам своей мантии опасть, скрывая все еще торчащий член. — Не могла бы фаданниэсс Корцуэсс проставить отметку о доставленных продуктах?
Женщина переводит взгляд с убежавшей помощницы на протягиваемую листовку, а после на короб с продуктами.
— Да, конечно.
Она берет листовку и садится за большой кухонный стол.
Дождавшись, пока Цамтул вытащит все свертки и сложит их у люка, фаданниэсс Корцуэсс жестом приглашает того подойти.
Закинув пустой короб Цамтул подходит к женщине.
Фаданниэсс Корцуэсс проставляет нужную отметку и кладет ее на стол, отодвинув в сторону.
Цамтул вынужденно наклоняется, тянясь за листовкой. В момент прикосновения пальцев к клочку с отметками, Цамтул чувствует как теплые и мягкие пальцы смыкаются на его висящей мошонке.
Фаданниэсс Корцуэсс проставляет нужную отметку и поворачивается к стоящему рядом Цамтул. Женщина протягивает ему листовку. В момент прикосновения пальцев к клочку с отметками, Цамтул чувствует как теплые и мягкие пальцы смыкаются на его висящей мошонке.
Неловко скомкав листовку, Цамтул используя обслюнявленностью машонки, выскальзывает из хватки пожилой женщины. Пробормотав что-то про занятость, он убегает из дома.
Замерший в неудобной позе Цамтул слышит как фаданниэсс Корцуэсс обращается буд-то сама к себе.
— Эта несносная побдядушка совсем не умеет держать себя в руках, набрасываясь на любой крепкий член, — теплый пальцы с мягкой кожей массируют свисающую мошонку, что еще не обсохла от слюны Скаэскорэсс. — Я столько раз ругала ее за это! И вот опять, стоило тебе переступить порог этого дома, как эта блядушка сразу же набрасывается на тебя!
Цамтул молчит, чувствуя как к одной руке подключается вторая, вращательными движениями проходящаяся по возбужденному стволу и сосредотачиваясь на потемневшей головке.
— Но мне тяжело ее сильно наказывать, потому что, как женщина, я ее прекрасно понимаю.
Цамтул наконец-то выпрямляется и переводит взгляд на сидящую перед ним фаданниэсс Корцуэсс.
Красные глаза будто заглядывают в саму душу. Словив его взгляд, женщина как-то по-особому улыбается, а после склоняется ниже и одним махом насаживается ртом на член Цамтул.
Чувствуя как член скользит в сдавлеваимом со всех сторон тунеле, а после проталкивается дальше, в самое горло женщины, Цамтул не сдерживает стона.
Упираясь носом в лобок Цамтул, фаданниэсс Корцуэсс несколько раз дергает головой из стороны в сторону, массируя горлом перевозбужденную головку члена, а после почти полностью соскальзывает с члена, не размыкая клотного кольца губ.
Женщина делает несколько глубоких вдохов носом. Не ослабляя хватку кольца губ на пульсирующем члене, фаданниэсс Корцуэсс яростно и самоотверженно начинает насаживаться на член до самого упора. С каждым разом ее останавливает только живот Цамтул, в который она бьется носом. Член же скользит по ее рту в самое горло и дальше. Яростное насаживание приводит к тому, что и так перевозбужденный Цамтул кончает. Кончает, выстреливая спермой в жадное горло. Прямо в пищевод, минуя рот.
Поглотив все, что выкончал Цамтул, фаданниэсс Корцуэсс, как ни в чем не бывало, соскальзывает с его члена.
Элегантно вытерев свои губы, женщина обращается к все еще где-то витающему Цамтул:
— Молодость — это прекрасно, Цамтул! И мне очень приятно, что ты не тратишь ее напрасно.
Смотря, как Цамтул скрывает полой мантии кончивший член, фаданниэсс Корцуэсс продолжает:
— Если торопишься, я не буду тебя держать. Но если есть время, мне будет приятно посидеть с тобой несколько проливов. Как раз недавно приготовила шарлотку, — женщина кивает в сторону варочной поверхности, на которой угадывается упомянутая шарлотка, накрытая чистым полотенцем.
— Шарлотка — звучит очень заманчиво, — говорит Цамтул, ставя короб на пол и, повинуясь взгляду фаданниэсс Корцуэсс, усаживается рядом с ней.
Легкая улыбка касается женских губ, собирая лучистые морщинки в уголках глаз. Несмотря на возраст, фаданниэсс Корцуэсс грациозно встает из-за стола и отправляется к плите. Там, немного поколдовав, она возвращается с деревянным решетчатым подносом и набором для заваривания. Сам поднос стоит в неглубоком поддоне, а на деревянной решетке расположены две маленькие пиалы. Рядом с ними стоит более глубокая емкость, в которую уже засыпана сухая смесь для отвара. Тут же стоят две емкости покрупнее, одна из которых имеет плотно прилегающую крышку.
Неторопливым жестом крышечка с глубокой емкости убирается в сторону, а внутрь заливается горячая вода из артефактного кувшина. Кувшин возвращается в сторону, емкость с водой накрывается крышкой. Морщинистые руки с аккуратно подстриженными ногтями мягко подхватывают емкость.
Через специальный носик горячая вода наливается в одну маленькую пиалу, а затем во вторую. Остатки сливаются в оставшуюся глубокую емкость. Вода из прогретых приборов выливается на деревянную решетку и собирается в поддоне. В воздухе начинают витать легкие березовые ароматы.
В емкость высыпается приготовленная порция. Накрывается крышкой и обнимается сухими женскими ладонями. Фаданниэсс Корцуэсс несколько раз встряхивает ее, а после подносит к лицу, приоткрывает крышку и делает глубокий вдох. Красные глаза умиротворенно прикрываются, пока женщина наслаждается ароматом. Несколько мгновений спустя она подносит емкость к Цамтул.
Наклонившись, Цамтул так же делает глубокий вдох. В нос попадает теплый и легкий запах руфал шэсни. Глаза непроизвольно прикрываются, чтобы лучше прочувствовать оттенки.
— Собранные ночью, — с улыбкой объясняет фаданниэсс Корцуэсс.
Понимающе кивнув, Цамтул продолжает наблюдать, как женщина устанавливает емкость с листьями на решетку подноса, а крышечку — рядом. Морщинистые, но еще крепкие руки вновь подхватывают кувшин. Емкость с листьями заливается водой и накрывается крышкой.
Ухватившись пальцами за специальные боковые держатели, женщина, придерживая крышку, наклоняет емкость над подносом и полностью выливает отвар на решетку. Березовый запах смешивается с руфал шэсни, задавая тон атмосфере.
Крышка — в сторону, вода из кувшина — к распаренным листьям, накрыть крышкой и сразу аккуратно перелить в подготовленную емкость. А уже из нее — в маленькие пиалы. Сначала гостю — а потом и себе.
— Как у тебя дела, Цамтул? — спрашивает фаданниэсс Корцуэсс, подкладывая ему на тарелку треугольничек шарлотки, а после такой же беря и себе.
— Нормально, — пожимает тот плечами.
Укусив пирог, Цамтул на мгновение замедляется, смакуя рассыпчатую структуру теста и вкус печеного яблока, бьющий ароматом в нос. Новый глоток из пиалы дополняет приятную феерию.
— Не сильно расстраиваешься, что я прогнала эту вертихвостку? — женщина ставит пустую пиалу на решетку подноса и, взяв кувшин, заливает новую порцию горячей воды в емкость с крышечкой. — Так-то мне, наверное, следует извиниться.
— Да нет, ты и так уже... извинилась, — Цамтул делает еще один укус и, допив остатки из пиалы, ставит ее на поднос.
— Хо-о? — с улыбкой тянет фаданниэсс Корцуэсс, берясь за специальные ручки у емкости с отваром и слегка проводя языком по губам, смачивая их. — Хочешь еще?
— Эх, — слегка вздыхает женщина, — совсем загоняли тебя с этими доставками, — чуть остывший отвар наполняет пиалу Цамтул.
Цамтул прожевывает очередной кусок шарлотки.
— Нормально, — не соглашается он, — можно сказать, отдыхаю от библиотеки, — короткий глоток отвара.
— А, — понимающе кивает фаданниэсс Корцуэсс, — все для будущего, все для блага семьи? — она как будто цитирует кого-то, поднося пиалу к губам.
— Что-то вроде того, — соглашаясь, кивает Цамтул, доедая свой уголок.
— Бери еще, не стесняйся, — фаданниэсс Корцуэсс указывает взглядом на пирог.
Цамтул кивает, что понял, но решает закруглиться с пирогом.
Пауза. Каждый смакует свои мысли под оттенки руфал шэсни.
— Но в погоне за будущим не упускаешь ли ты настоящего? Как дела у твоей зеленоглазки? — женщина наполняет пустые пиалы.
На лице Цамтул непроизвольно возникает улыбка.
— Спасибо, вроде все более-менее нормально, — женщина в это время вновь заливает распаренные листья горячей водой из кувшина. — Учимся, гуляем, двигаем понемногу общие проекты, да и свои собственные она не забывает, — немного увлекается Цамтул.
Фаданниэсс Корцуэсс немного наклоняется к Цамтул, удерживая пиалу:
— А ебешь ее хорошо?
— Фаданниэсс Корцуэсс!
— Что фаданниэсс Корцуэсс? — отвар переливается из одной емкости в другую. — Я уже больше десяти лет фаданниэсс Корцуэсс! А нормальной женщине — нужно не только твое светлое будущее, но и стабильность в настоящем! — отстатки отвара из пиалы выпиваются одним махом. — И крепкий член, на который она может насадиться — эту стабильность ей дает почувствовать! — пиала со стуком опускается на деревянную решетку, заставляя всю посуду немного подпрыгнуть. — Слышишь меня, Цамтул? Настоящий крепкий член, стабильно протрахивающий ее пизду — это залог счастливых отношений! — в такт словам узловатый палец стучит по столу, будто вбивая слова.
— Жопу, — непроизвольно поправляет задумавшийся Цамтул.
— И жопу тоже, — с улыбкой соглашается немного успокоившаяся фаданниэсс Корцуэсс, — но деток вы через жопу не заведете.
— Да мы и не планируем их сейчас, — немного растерянно говорит Цамтул, ставя свою пустую пиалу на поднос.
— А как же ты видишь свое светлое будущее без детей? — удивляется фаданниэсс Корцуэсс, разливая очередную порцию.
— Так в следующем году, — говорит Цамтул, — как раз, чтобы к выпуску восстановилась нормально.
— Эх, молодость, — тянет пожилая женщина и, немного в сторону, ни к кому не обращаясь, добавляет, — "в следующем году" — это у них не сейчас, — говорит она и меланхолично отхлебывает отвар.
Фаданниэсс Корцуэсс вновь заливает горячей водой парящий руфал шэсни и накрывает его крышечкой, давая настояться. Заглянув в кувшин, она произносит:
— Это последний, — кивок на завариваемый отвар. — Еще на один останешься?
— Нет, фаданниэсс Корцуэсс, — улыбается Цамтул, — нужно отчитаться о доставке, — Цамтул указывает глазами на стоящий рядом короб.
— Что ж, тогда просто насладимся проливом.
Молчаливо согласившись с хозяйкой дома, Цамтул дожидается, когда отвар заварится, а потом с наслаждением выпивает еще парочку пиал ночного руфал шэсни. Приятная горечь растекается по языку, обволакивая рот. Мелкие глотки в спокойной обстановке вгоняют в некое медитативное состояние, успокаивая разгоряченный за день разум и даря покой.
Закончив, фаданниэсс Корцуэсс провожает Цамтул до выхода и на прощание говорит:
— Заскакивай и просто так, Цамтул. Приятный компаньон помогает лучше раскрыть вкус руфал шэсни.
— Обязательно, — говорит Цамтул женщине и, махнув рукой в прощальном жесте, покидает дом.
Входная дверь возвышается более чем на три метра и завершается остроконечной верхушкой, повторяющей линии стрельчатых окон. От массивных петель тянутся медные широкие скобы с рядами крупных заклепок. Поверхность из вяза украшена грубо изображенными синей краской фигурами Демонов и Духов. Примечательно то, что фигуры эти в основном скованы цепями или распяты между ограничивающими столбами. Дверной молоток выполнен из меди в виде стилизованной ладони, в которую ударяет сам молоточек.
Один из домов Южной улицы, что прилегает к Пекарне.
Его стены сложены из массивных гранитных блоков. Дом имеет два полноценных этажа и высокую черепичную крышу, в которой обустроены жилые комнаты и вплотную прилегает к похожему соседу.
Из крыши равномерно выступают три надстройки, причем восточная — венчает выпирающую башню. В каждой надстройке прорезано высокое стрельчатое окно, а в центральной — сразу три.
Входная дверь, расположена в центральной части дома. Над дверью висит большой фонарь, подвешенный на массивной цепи. На боковых частях башни — узкие, высокие окошки-бойницы, выдержанные в том же готическом стиле, что и стрельчатые окна.
Над входом, на втором этаже башни, устроен открытый балкон с простой кованой оградой. К ней прикреплены несколько деревянных поддонов, поддерживающих глиняные горшки с пышно разросшимися цветами.
Краем глаза Цамтул замечает выразительную фигуру Скаэскорэсс, идущую по улице на запад.
На западе, между мастерской Артефактов и жилыми домами, открывается простор Школьной площади.
На востоке тянется сплошная стена вплотную стоящих домов.
Сам перекресток образуется поворотом основной улицы и двумя проходами, расположенными по бокам от отдельно стоящего жилого дома.
Помимо мастерской Артефактов и жилых домов, здесь видно высокое здание Пекарни.
В центре небольшой площади, образованной пересечением дорог, растет огромное дерево. Вокруг его ствола устроена деревянная лавочка.
Идя по левой стороне вдоль сплошного ряда домов, Скаэскорэсс доходит до дерева, окруженного лавкой. Так же неторопливо она сворачивает к главному входу в мастерскую Артефактов.
Мастерская Артефактов. Главный вход.
Мельком бросив взгляд на идущего за ней Цамтул, Скаэскорэсс скрывается в проулке за ящиками, стоящими у стены жилого дома.
Свернув в неширокий проход, Цамтул заходит за стоящие друг на друге ящики. И тут ему открывается вид на разгоряченную брюнетку, объемная грудь которой ходит ходуном, а желтые глаза лихорадочно блестят.
— Ты пришел! — с вожделением шепчет она и бросается к Цамтул.
От сильных объятий парня чуть ли не вдавливает в стену, а Скаэскорэсс уже опускается перед ним на корточки и руками судорожно залазит под полы его мантии.
Горячий стержень набухающего члена оказывается извлечен наружу и тут же попадает в плен влажных губок.
Прямо во рту женщины член увеличивается настолько, что Скаэскорэсс подключает руку.
Нежные покачивания головы, насаживающейся на пульсирующий член запускают волны наслаждения, бьющие в голову Цамтул.
Цамтул кладет руки на темную макушку, прикрытую белым чепчиком, а сам запрокидывает голову, опираясь на стену дома. Скаэскорэсс выпускает головку из своих губок и ведет язычком по стволу вниз. Пара щекочущих оглаживаний кончиком языка по свисающим яичкам и широкий лизь всей мошонки. В следующий миг приставив губы трубочкой она втягивает в себя сначала одно яичко, а затем и второе, полностью вбирая мошонку в рот.
Ноги Цамтул от этого предательски подкашиваются и ему приходится прикладывать дополнительные усилия, чтобы устоять на месте. Из запрокинутого горла вырывается непроизвольный стон.
Скаэскорэсс продолжает играться яйцами у себя во рту, одновременно надрачивая рукой смотрящий в небеса член.
Руки Цамтул, все это время лежащие на голове Скаэскорэсс, напрягаются отстраняя ее от себя.
Скаэскорэсс с легким непониманием смотрит на Цамтул.
— Я хочу трахнуть твою задницу! — с хрипами шепчет Цамтул сидящей перед ним женщине.
Вздрогнув, та с горящими глазами встает и поворочивается к Цамтул спиной.
— Туда, — командует Цамтул, подталкивая Скаэскорэсс к растущей в переулке яблони.
Уперевшись руками в мощный ствол дерева, Скаэскорэсс наклоняется, оттопыривает свою попку.
Цамтул подходит к ней, нежно похлопывает по подставленной заднице, скрытой черным платьем.
Огладив несколько раз мягкие ягодички, Цамтул наклоняется и одним махом закидывает подол черного платья ей чуть ли не на голову.
Белые ягодицы Скаэскорэсс прекрасно контрастируют с черной тканью.
Надавив немного рукой, Цамтул добивается, чтобы женщина наклонилась еще больше, задирая задницу выше.
Крупные груди сочно свисают, оттягивая верх платья и белый передник не способен их удержать.
Заметный румянец начинает распространяться по оголенной жопке.
Цамтул прижимается стоящим членом, утапливая его между прохладных булочек, а сам наклоняется ближе.
Руки его проводят по нежной коже бедер, поднимаются выше, сколзя к талии и дальше, мимо складок платья и передника к огромным сисяндрам.
Сильно, но нежно охватив эти бидоны, Цамтул ласково массирует их. Приминания, поднимания, пощипывание сосков и легкие покачивания бедер, заставляющих член тереться между булочек Скаэскорэсс. Пальцы рук, упирающиеся в грубую кору яблони белеют от напряжения.
Смазав член в щедро текущих соках пизды, Цамтул добавляет каплю Тьмы, концентрируясь на сокрытии неприятных ощущений. Отклонившись, он разводит в стороны ягодицы. Темный пятачок вокруг анального колечка растягивается вслед ягодичкам. Ухватившись поудобнее, Цамтул большими пальцами нежно касается жопки, прямо рядом с эластичным колечком.
Дополнительное натяжение и пульсирующий от возбуждения валик расходится в стороны. С милым причмокиванием попка Скаэскорэсс раскрывается.
Прямо к этой дырочке Цамтул и приставляет смазанный и напитанный Тьмой член.
Легкое усилие и головка проскальзывает внутрь. Приятный стон Скаэскорэсс и тянущее чувство раздвижения ее задницы. Входя в задницу Скаэскорэсс, Цамтул вновь наклоняется над ней, оглаживая, обнимая и охватывая ее сочные груди.
— Выгни для меня свою попку, — шепчет на ушко Скаэскорэсс склонившийся Цамтул, который продвигает свой член все глубже и глубже.
Скаэскорэсс стонет и сгибает колени, еще больше оттопыривая свою задницу.
— Да-а, — все таким же жарким шепотом произносит Цамтул, — Вот так.
Член его погружается на максимальную глубину. Живот упирается в мягкие ягодички, максимально подставленной жопки.
— Ты прекрасна! — говорит Цамтул, постепенно начиная двигаться в горячей заднице темноволоски. — Твои сиськи — замечательны! — несколько сжатий, чтобы не было сомнений о чем говорит Цамтул. — А твоя задница — великолепна!
С этими словами Цамтул отклоняется и плавно вынимает член из хлюпнувшей дырки.
Смотря как колечко стыдливо дергается и закрывает дырочку, он говорит:
— Нет, нет. Раскрой для меня эту прелесть, — Цамтул ухватывается за ягодицы и разводит их в стороны.
Несмело колечко расслабляется и, под натиском Цамтул, расходится в стороны. Тихий чмок и вздох, отдающийся эхом в темном объеме, с которым воздух входит в задницу Скаэскорэсс.
— Вот так! — громко шепчет Цамтул. — Вот так и раскрывай свою прекрасную дырочку, — он берет одну раку Скаэскорэсс и тянет ее к ягодице.
Женщина понятливо ухватывается за свою булочку и оттягивает ее в сторону, давая шире раскрыться своей попке.
Смотря на пульсирующее отверстие, Цамтул продолжает:
— А я буду в нее запихивать свой член, — и Цамтул придерживая рукой, направляет член в раскрытую жопу.
Погружение с фырком выходящего воздуха, но Цамтул не засаживает глубоко. Вместо этого он, продолжая удерживать член рукой, достает его, заставляя жопу Скаэскорэсс издавать новые звуки.
— Вот так, — приговаривает он, погружая головку в не успевшую закрыться задницу.
— Раскрывай, раскрывай свою замечательную задницу, — приговаривает Цамтул засовывая головку в колечко раскрытого ануса и вытаскивая ее вновь, — раскрывай ее шире, чтобы мой член со свистом туда заходил!
Более сильное движение бедер и член погружается полностью, с фырчанием выдавливая воздух. Обратное движение и с чмоком он покидает зияющее дупло, чтобы вновь скользнуть в эту зияющую дыру.
Чмоки, фырки и попердывания разъебываемой задницы сладко перемешиваются со стонами Скаэскорэсс и бубнежом Цамтул. На очередном протрахе, Скаэскорэсс не выдерживает и кончает, подрагивая всем телом. Вдавив член до упора, Цамтул дает кончающей Скаэскорэсс прочувствовать свою твердость в ее заднице, а потом в несколько движений доводит себя до оргазма, выплескиваясь спермой в ее глубину.
Вытащив кончивший член, Цамтул с удовольствием рассматривает пульсирующую дыру Скаэскорэсс.
Оглянувшись, он примечает кучу деревянных ящиков, что свалены в проулке.
Потянув еще не пришедшую в себя Скаэскорэсс, Цамтул направляет ту к ящикам.
Одной рукой Цамтул перекладывает ящики так, что они образовывают ложе шезлонга, а другой рукой подводит туда Скаэскорэсс. Подсадив женщину, он помогает ей устроиться полу лежа на импровизированном ложе.
Полюбовавшись на раскрасневшуюся темноволоску, он аккуратно, но властно ослабляет шнуровку платья на груди и вываливает огромные сисяндры по бокам от белого передника.
Наигравшись с грудью, Цамтул задирает передник с черным платьем, оголяя раскрасневшиеся ножки.
Разведя те в стороны, Цамтул смотрит на мокрую от смазки пизду, темнеющую набухшими внешними губками. Внутренние, более темные складочки непокорно выглядывают мягкими лепестками.
Ухватившись пальцами за внешнюю мягкость, Цамтул сдавливает ее в щепотках и проминает между пальцами. А после растягивает в стороны, открывая себе вид на чмокнувшую дырочку мокрой пизды. Сдавить обратно, закрывая ее. Потянуть в стороны, вызывая новое причмокивание. Повторить. Сдавить между ладоней, потирая собранные складки губ так, чтобы ласка передавалась закрытому клитору.
Раскрыть полностью, заставляя дырку пизды влажно разойтись в стороны. Прильнуть губами в эту прелесть, прорываясь языком в хлюпающий вход. Поддразнить пизденку под томные охи Скаэскорэсс и провести языком выше, лаская мелкую дырочку и переходя к пульсирующему клитору. Кончиком языка потеребить тот через внутренние складки, а потом рвануть к нему на прямую.
Тихий вскрик и подергивания, реагирующие на каждое движение кончика языка, проходящегося по оголенному бугорку.
Проход широким языком по всей пизде и быстрые протрахивания напряженным кончиком текущей дырки.
Чувствуя, что член вновь приходит в боевое состояние, Цамтул выпрямляется.
Несколько надрачиваний и он подхватывает ноги Скаэскорэсс. Приподнимает их, и подтягивает к себе, полностью кладя женщину на спину. Не отпуская стройные ноги, Цамтул с улыбкой поднимает их дальше, ведя их выше и выше, к самым плечам лежащей Скаэскорэсс.
Сдавив свои огромные сисяндры, что начали заваливаться по бокам, Скаэскорэсс просовует руки между своих задранных ножек и фиксирует их локтями, укладывая ладони на оголенные ягодицы. Скаэскорэсс лежит прямо перед Цамтул, задрав и подставив ему все свои дырки.
Из расслабленной дырки выходит немного воздуха, разбрызгивая сперму Цамтул, но тот уже затыкает дыру членом и вгоняет его наполовину. Разработанная дыра, да еще и щедро смазанная спермой, легко пропускает член, который вскоре полностью вынимается. Скаэскорэсс разводит свои булки в стороны, шире раскрывая пульсирующую дыру, в которою Цамтул вновь засаживает член.
— Вот так, красотка, — говорит он, мощно двигая членом, но сохраняя нежность в движении. — Вот так и ракрывай эту прелесть, пока я протрахиваю ее.
Придерживая член левой рукой, Цамтул каждый раз полностью вынимает его, а после засаживает по новой, растрахивая анус Скаэскорэсс. Правая рука, огладив покрасневшие бедра, ложится на лобок женщины. Большой палец удобно размещается на раскаленном клиторе и начинает его наглаживать в такт ходящего в анусе члена.
Мокрые от пота растрепанные волосы облепляют лицо Скаэскорэсс. Раскрытые губы жарко дышат в такт сношающего ее задницу Цамтул. Черные ресницы трепещут, а глаза мечутся, фокусируясь не на окружающем, а на крепком члене, пронзающем ее насквозь, проникающим в самые темные глубины, достигая чуть ли не души.
Палец, что так беспечно гуляет по оголенным нервам, заставляет ноги ходить ходуном, но даже это невозможно из-за того, что ноги зафиксированы самой Скаэскорэсс.
Член выходит из обкончанной дыры, а потом погружается туда вновь.
Каждое погружение члена в задницу видно и через текущую пизду, что выпирает горбом от проходящей под ней головки.
В размеренные чмоки с попердываниями внезапно врывается нарастающий стон Скаэскорэсс. Понимая, что она вот-вот кончит, Цамтул поддерживает трахательный ритм. Глубокий вдох женщины переходит в грудной стон оргазма. Мелкая дрожь напряженных мышц сопровождает кончание Скаэскорэсс. Цамтул делает особо плавные и проникновенные движения, доходя членом как можно глубже, продлевая и раскрывая оргазм кончающей женщины.
Убедившись, что самый пик прошел, Цамтул немного ускоряется, полностью не выходя из задницы Скаэскорэсс. Новый темп оказывается настолько актуальным, что Скаэскорэсс кончает вновь. А может это не прекратившийся прошлый оргазм вновь набирает силы.
Протрахав Скаэскорэсс чуток в таком темпе, Цамтул резко выдергивает член из сочно чавкнувшей задницы.
С улыбкой взглянув на женщину, что с судорогой вцепилась в свои булки, он помогает ослабить ей хватку.
Расплетя ноги Скаэскорэсс, Цамтул переворачивает женщину, укладывая ее животом на груду ящиков.
Подкашивающиеся ноги просто свисают в раскоряку. Подставив один из ящиков так, чтобы она не могла свести колени, Цамтул пристраивается к ее расслабленной заднице.
Сперма, все еще вытекающая из растраханной дырищи, смешивается с вязкой смазкой из пизды и липкими паутинками. Она цепляется между женских ножек, капая на ящики. Разведя булки в стороны, чтобы прицелиться к зияющей дыре, Цамтул вновь вгоняет туда член.
Темп чуть активней, но все еще сохраняющий нежность. Затраханная Скаэскорэсс расслабленно лежит так, как положили. Она только тихонько постанывает, каждый раз как головка члена Цамтул упирается в поворот ее анальных глубин. Ноги женщины безвольно свисают по бокам от ящика.
Цамтул, трахающий это почти безвольное мясо, периодически берется за член и подергивает им в разъебанном постоянно открытом кольце ануса. Развратный чавкающий хлюп в это время хорошо слышен в проулке. Протрахивание Скаэскорэсс продолжается. В какой-то момент безвольность Скаэскорэсс пропадает, сменяясь ее попытками дернуться. Но разъезжающиеся ноги не хотят находить опору, лишь неуклюже елозя по камням брусчатки.
Стоны Скаэскорэсс становятся громче, ноги сучат активнее. Цамтул не прекращает протрахивать ее жопу и в следующий момент Скаэскорэсс начинает кончать вновь. Цамтул продолжает трахать кончающую жопу, удобнее ухватившись за красные ягодицы. Ноги женщины, так и не нашедшие опоры, пытаются сдвинуться, но этому мешает ящик. Стон переходит в подвывания, член ебет анус, непослушные колени сдавливают ящик и тут из пизды выстреливает тугая струя лисмиэсс.
Дребезжащий стон сквозь мокрые пряди волос, забившиеся в обветренные губы, дрожь тела, член Цамтул, продолжающий трах сходящего с ума ануса и новая струя лисмиэсс, выгибающая Скаэскорэсс дугой. А потом еще одна и еще. После последней женщина обмякает всем телом, полностью теряя сознание.
В пару движений Цамтул доходит до пика и щедро заливает сперму в разъебанную анальную глубину.
Выйдя из Скаэскорэсс, он видит, как выкончанная сперма потихоньку вытекает из расслабленной дыры. Ее края вяло свисают, совершенно не собираясь сходиться.
На груде ящиков, животом вниз, лежит женщина в черном платье с белым передником. Ее темные волосы растрепанно свисают по бокам, белый чепчик сбился, сочные груди с огромными ареолами сосков свисают в грубые ящики чуток не доходя до их дна. Черное платье помято и задрано вверх, оголяя стройные ножки, выделяющиеся своей белизной на общем фоне.
Эти ножки безвольно свисают в растопырку из-за ящика, что не дает им сомкнуться. Обойдя Скаэскорэсс так, чтобы оказаться сзади нее, Цамтул присаживается. Промежность женщины еще сохраняет красный оттенок недавней активности. Между ягодиц, хранящих оттиски грубых досок, виднеется чудовищно растраханная дыра анала. Неровные края безвольно свисают, изнутри медленно сочится белесая сперма. Вытекая, она огибает складки пизды и скользит дальше, смешиваясь со смазкой, натекшей из самой пизды.
Вскоре послышался тихий женский стон, с которым Скаэскорэсс начала приходить в себя.
Присев рядом с лицом женщины так, чтобы она его сразу заметила, Цамтул с улыбкой принимается ждать.
Черные ресницы трепещут и приоткрываются. Желтые глаза бездумно двигаются из стороны в сторону, не фокусируясь ни на чем. Спустя несколько секунд, во взгляде женщины появляется осмысленность и она фокусируется на улыбающемся Цамтул.
— Привет, красавица, — говорит Цамтул, — как ты?
Скаэскорэсс издает стон, с которым пытается пошевелиться, но это приводит к тому, что она лишь неуклюже дергается на ящиках.
— Не торопись, — улыбка Цамтул становится шире, — мы тут знатно повеселились.
Видя, как глаза Скаэскорэсс непроизвольно расширяются, Цамтул понимает, что она вспоминает недавние приключения. Краска заливает щеки женщины и она делает новую попытку встать.
К шуму скрипящих ящиков добавляется влажный звук, с которым сперма разбрызгивается из напрягшегося ануса.
Краснота Скаэскорэсс переходит на уши и свисающие белые сисяндры.
— Ха-ха, — по-доброму усмехается встающий Цамтул. — Я же говорю, не торопись, — он оглаживает спинку Скаэскорэсс и несколько раз хлопает по ягодичкам, вызывая новые звуки.
— Твоя жопка знатно постаралась, — Цамтул оглаживает ягодицу и по ней спускается рукой к промежности.
Сдавив между указательным и средним пальцем скользкие складки, Цамтул массирующим движением размазывает по ним смазку со спермой. А после наклоняется к ушку все еще лежащей Скаэскорэсс:
— И я был бы не против это когда-то повторить, — с этими словами он оттягивает скользкие пальцы от складок пизды и погружает их в старающийся закрыться анус.
Развратные звуки от этого движения разносятся по проулку.
Чмокнув в висок, Цамтул выпрямляется.
— Ладно, а то что-то я начинаю заводиться по новой.
Вытащив пальцы из растянутой дыры, Цамтул делает резкий взмах рукой в сторону. Выплеском Вуш он очищает руку.
Убрав ящик между ног Скаэскорэсс в сторону, он опускает подол ее платья, скрывая растраханную дыру, и помогает Скаэскорэсс утвердиться на ногах. С удовольствием понаблюдав, как женщина прячет свои необъятные груди обратно в платье, Цамтул убеждается что она окончательно пришла в себя.
Пожилая, некогда огненно-рыжая женщина с трепещущими крыльями носа. Обычно красные глаза сейчас кажутся бордовыми и гневно рассматривают застуканную парочку. Многочисленные и глубокие морщины на лице лишь сильнее подчеркивают обуревающие ее эмоции.
Темная, полупрозрачная ткань мантии имеет глубочайшее декольте, заканчивающееся чуть выше пояса. Оно открывает вид на обвисшую, но до сих пор огромную грудь женщины, еще больше подчеркнутую сложенными под ней руками. Соски с расплывшимися пятнами ареол просвечиваются через натянутую мантию и гневно топорщатся, выпирая сквозь полупрозрачную ткань.
Глубокие морщины на лице растягиваются вслед за довольной улыбкой тонких губ.
Женщина неторопливо и грациозно поднимается со своего места, а следующим движением опускается у ног опешившего Цамтул. Мягкие обвисшие груди упираются в его колени, когда женщина сильно придвигается к Цамтул, хищно заглядывая в его глаза.
— Тогда не откажу себе в удовольствии повторить, — говорит фаданниэсс Корцуэсс, пробегаясь сухими пальцами по внутренней стороне бедер вздрогнувшего Цамтул.
В мгновение ока тепло-свисающие яйца Цамтул оказываются в крепкой хватке женщины. Следующим движением она отбрасывает в сторону мантию, оголяя отдыхающий от недавних кончаний, член. Костлявый палец с аккуратным ногтем легонько проводит по бархатистой коже члена. Непроизвольно он начинает шевелиться, разворачиваясь и набухая.
— Молодость — это прекрасно! — говорит фаданниэсс Корцуэсс, жадно наблюдая за встающей у нее на глазах плотью и тут же набрасывается на член ртом.
Попав во влажный и горячий плен, член тут же получает активное внимание от шустрого языка женщины, увеличиваясь еще больше. Несколько кивательных движений головы, чтобы кольцо губ скользнуло по уже стоячему стволу и левая рука фаданниэсс Корцуэсс сжимается сильнее, оттягивая мошонку застонавшего Цамтул.
Плотно обхватывающее кольцо губ беззвучно соскальзывает с пульсирующего члена, что упруго смотрит в потолок.
Размашистый шлепок старческой ладони на отмаш по обслюнявленному члену заставляет Цамтул подпрыгнуть, выпучивая глаза.
— Не бойся, фаданлэшни, арэсс Корцуэсс тебя не обидит, — вкрадчиво говорит женщина с лихорадочным взглядом, продолжая крепко удерживать Цамтул за яйца, — тебе даже понравится! — шепотом продолжает она.
От ее тона и слов член Цамтул пульсирующе подергивается, выпуская вязкую капельку смазки.
— Понятливый, арлэш, — с коварной улыбкой говорит фаданниэсс Корцуэсс и отвешивает новый шлепок по чувствительной головке.
А после набрасывается на торчащий ствол ртом и начинает активно насаживаться, в такт разминая яйца.
Цамтул начинает улетать от контраста ощущений и, запрокинув голову, издает гортанный протяжный стон, стараясь пошире расставить колени, подставляя тазом член под жесткие ласки.
Рот сменяется правой рукой, что с несвоственной костлявой кисти силой сжимает напряженный стержень. Большой палец женщины грубо массирует уздечку, а после с слилой вдавливает ноготь во впадинку уретры, вырывая из Цамтул новый стон.
— Давай, талвэ, поделись со мной арвэ лисмифин, — женщина до боли усиливает нажатие ногтем, а после начинает грубо дрочить истерзанный член.
Подметив нужный момент, фаданниэсс Корцуэсс охватывает ртом головку и тут же получает мощный залп спермы, который чуть ли не выворачивает Цамтул наизнанку, заставляя его напрягаться всем телом, в попытках продвинуть кончающий член дальше. Вслед за первым идет не менее мощный выброс, сопровождающийся массированием яиц, что кажется увеличивает объемы выплескиваемого лисмифин.
Обессиленный Цамтул расслабленно откидывается на спинку стула.
Высосав все до последней капли, фаданниэсс Корцуэсс еще раз наотмаш шлепает по опадающему члену, заставив Цамтул дернуться всем телом.
— Хороший, талвэ, — приговаривает фаданниэсс Корцуэсс впиваясь взглядом во вскинувшегося Цамтул, — хорошо порадовал диэсс фаданниэсс.
Женщина встает не отрывая взгляда красных глаз. Она оглаживает свое тело, проводя руками по бедрам. Заскальзывает пальцами к себе в щелку, скрытую полупрозрачной мантией, и ведет руками выше, к все еще объемной, пусть и обвисшей груди. Щиплет соски через черную сеточку мантии, заставляя те затвердеть заметными бугорками.
А после дарит Цамтул хищную улыбку, сменяющуюся более мягкой и возвращается на свой стул.
Цамтул берется за молоточек и три раза стучит по медной ладони.
Вскоре дверь открывает женщина чуть старше Цамтул. Блондинка, волосы которой собраны под белый чепчик. Черное платье с рукавами и высоким воротом органично дополняет белый передник. Длинный подол скрывает стройные ноги. Женщина быстро окидывает Цамтул внимательным взглядом зеленых глаз.
— Фаданлэшни Цамтул, — кланяется жена подмастерья фаданни Каушкор.
— Да, фаданлэшни Цамтул, — Корхарэсс шире открывает дверь и пропускает Цамтул внутрь, — прошу в гостинную.
Блондинка проводит гостя и покидает комнату.
Встав у стола, Цамтул ждет.
— Цамтул! Арвэ арлэш! Я так рада тебе! — женщина стремительно приближается к Цамтул. — Что же ты стоишь, присаживайся! Ты по делу или просто решил проведать диэсс хослэшхоанзогвэ каэсс?
— Фаданниэсс Корцуэсс, не нужно на себя наговаривать! — улыбается Цамтул. — Нам ли, адептам Хшэс, жаловаться на хослэш? Тем более имея такие данные! — Цамтул выразительно окидывает взглядом фигуру пожилой женщины.
— Ох, Цамтул, ты знаешь, как сделать мне приятно! — фаданниэсс Корцуэсс поворачивается в сторону коридора и повышает голос. — Корхарэсс! Отвар!
Спустя некоторое время в гостиную входит Корхарэсс, неся перед собой поддон с деревянной решеткой. На ней покоится артефактный кувшин с горячей водой и набор емкостей для церемонии заваривания.
Расставив все на столе между Цамтул и хозяйкой дома, Корхарэсс еще раз кланяется и покидает комнату.
Пожилая женщина одета в свою повседневную темную манитию из полупрозрачной ткани. Глубочайшее декольте, заканчивающееся чуть выше пояса, позволяя любоваться огромными, пусть и обвисшими из-за возраста, сисяндрами некогда огневласой женщины. Соски с расплывшимися пятнами ареол просвечиваются через натянутую мантию. В боковых разрезах, что начинаются гораздо выше талии, хорошо видны женские бедра. Тонкие сеточки темных венок немного смазывают прущую сексуальность старушки. Сквозь воздушную ткань передней полы мантии темнеет щель ее пизды.
— Как у тебя дела, арвэ арлэш? — участливо спрашивает пожилая женщина, принимаясь за священнодействие.
Она неторопливо убирает в сторону крышечку глубокой емкости. Подхватив артефактный кувшин, женщина наполняет ее горячей водой. Слушая неторопливый рассказ Цамтул, фаданниэсс Корцуэсс отставляет кувшин в сторону и накрывает емкость крышечкой.
Морщинистые руки с аккуратно подстриженными ногтями мягко подхватывают ее. Через специальный носик горячая вода льется сначала в одну маленькую пиалу, затем во вторую. Остатки сливаются в свободную глубокую емкость.
Вода из прогретых приборов выливается на деревянную решетку и собирается в поддоне. В воздухе начинает витать теплый, слегка сладковатый аромат красного дерева с мягкой смолистой глубиной.
Убрав крышку, фаданниэсс Корцуэсс высыпает в емкость приготовленную порцию высушенного руфал шэсни. Снова закрыв ее, пожилая женщина обнимает емкость сухими ладонями.
Фаданниэсс Корцуэсс несколько раз встряхивает ее, а затем подносит к лицу. Приоткрыв крышку, она делает глубокий вдох. Красные глаза умиротворенно прикрываются, пока женщина наслаждается ароматом.
Несколько мгновений спустя она подносит емкость к Цамтул.
Наклонившись, Цамтул так же делает глубокий вдох. В нос попадает теплый и легкий запах руфал шэсни. Глаза непроизвольно прикрываются, чтобы лучше прочувствовать оттенки.
— Собранные ночью, — с улыбкой объясняет фаданниэсс Корцуэсс.
Понимающе кивнув, Цамтул продолжает наблюдать, как женщина устанавливает емкость с листьями на решетку подноса, а крышечку — рядом. Морщинистые, но еще крепкие руки вновь подхватывают кувшин. Емкость с листьями заливается водой и накрывается крышкой.
Ухватившись пальцами за специальные боковые держатели, женщина, придерживая крышку, наклоняет емкость над подносом и полностью выливает отвар на решетку. Запах красного дерева смешивается с руфал шэсни, задавая тон атмосфере.
Крышка — в сторону, вода из кувшина — к распаренным листьям, накрыть крышкой и сразу аккуратно перелить в подготовленную емкость. А уже из нее — в маленькие пиалы. Сначала гостю — а потом и себе.
— Мальчишка, — по-доброму улыбается фаданниэсс Корцуэсс, — ты, как и мой муж, все витаешь в несбыточных мечтах! — тон ее становится чуть злее, — а я этого терпеть не могу!
Цамтул наклоняется к женщине через стол.
— Фаданниэсс Корцуэсс, поверьте, я отлично это знаю! Но я могу узнать это только у такой привлекательной фаданниэсс! И я готов приложить все силы со своей стороны, чтобы нивелировать неприязнь к этой теме!
— Ох! — фаданниэсс Корцуэсс откидывается на спинку стула, — твой сладкий язычок болтается не в том месте!
— И я это немедлено исправлю!
Цамтул смещается со своего стула и устраивается у ног женщины.
Пола мантии тянется от пояса к полу. Небольшие складки животика, припухший лобочек с возрастной кожей, темнеющая щель пизды, что блестит каплями смазки, видной через полупрозрачный материал. Руки Цамтул располагаются на коленях пожилой женщины. Крепкие пальцы массирующими движениями оглаживают дряблую кожу некогда сексуальнейших ножек. Большие пальцы упруго надавливают на внутреннюю поверхность бедер, ведя руки выше и властно раздвигая ноги женщины. Сбившееся дыхание и жар пизды, ощутимый мужскими руками, когда пальцы добираются до текущей щели.
— Ха-а, — стонет фаданниэсс Корцуэсс, запрокидывая голову, вцепляясь в волосы Цамтул и притягивая того к своей промежности. — Давай же, арлэш, сделай приятное этой каэсс!
Откинув полупрозрачную ткань, Цамтул впивается в мягкие губы. Стон сверху становится громче. Напряженный кончик языка упирается в точку схождения дряблых губок и резкое мотание головы из стороны в сторону вырывает неожиданный крик фаданниэсс Корцуэсс.
Отстранившись от пизды, Цамтул с улыбкой говорит:
— Аристократические рода, — и вновь приближается к старческой пизде.
— Дха-а, — тянет женщина, поддаваясь тазом навстречу языку Цамтул, — рода-а, — стонет она, сильнее сжимая волосы парня. — Изначально было пять родов, что привел в Стумар Стэкшарав, — женщина пытается говорить, пока ее пизду нализывает Цамтул. — Мудрэгу, Поквогур, Нэвукшум и Ксар под предводительством Бурэгтур.
Парень хватается пальцами за дряблые губы и растягивает их в стороны, открывая довольно большую дыру старой пизды, что из-за возраста и нескольких родов потеряла свою былую эластичность. Но течет эта дыра как у молодой сучки.
— Призвание аристократических родов — защита и расширение Стумар, — голос пожилой женщины срывается на повизгивания, когда парень затыкает ее дыру своим языком. — Для этого Стэкшарав даровал им пути создания новых земель. С каждой новой территорией связан новый аристократический род, который удерживает ее целостность в Срединном мире. Новый род является вассалом Бурэгтур и рода, участвовавшего в его основании.
Слушая краем уха рассказ, Цамтул непрерывно работает над дряблой дыркой.
— Я родилась в Дэргароранис, основанном в 4929 году и подчиняющемся только королевскому роду. Аристократический род состоит из пяти ветвей: основной — правящей — и четырех побочных. Каждый род обладает своими особенностями и тайнами в магии. Чтобы сохранить и приумножить эти особенности, браки заключаются преимущественно внутри рода.
Цамтул прикладывает подушечку пальца к хлюпающей дырке, поддразнивая круговыми движениями вход пизды, а сам сосредотачивается на клиторе старухи.
— Женщина, рожденная в правящей ветви, всегда покидает род, становясь женой главы четвертой ветви другого рода. Таким образом, с одной стороны происходит движение между родами физических особенностей и подходов к магии, а с другой — сохраняются основные отличия рода.
Речь фаданниэсс Корцуэсс постепенно теряет связность по мере того, как возбуждение сильнее охватывает старую развратницу, мнущую свои отвисшие сиськи через прозрачную ткань мантии.
— Правящая ветвь отвечает за стратегию всего рода. Первая — за Замок, вторая — за Школу, третья — за Город. Четвертая, — голос старухи сбивается, — четвертая, она, — женщина напрягается, — она отвечает за связь, — стон, — связь с другими, — фаданниэсс Корцуэсс напрягается всем телом, сжимая до боли волосы Цамтул, — рода-а-а-гха-ми, — кончает она.
Кончает, содрагаясь всем телом.
Переждав бури пожилой хозяйки, Цамтул успокаивающе оглаживает ноги обессиленной женщины и возвращается на свое место.
Фаданниэсс Корцуэсс безвольно откинулась на спинке стула. Руки с пергаментной кожей свисают по бокам, ноги с тут и там виднеющимися прожилками темных вен, широко расставлены, а из малиновой пизды сочится влага. Дряблая, но довольно большая, грудь просвечивается сквозь ткань мантии. Корни седых волос слегка потемнели от пота, а красные глаза прикрыты веками.
Спустя некоторое время фаданниэсс Корцуэсс приходит в себя. Ее осоловевший взгляд фокусируется на Цамтул.
— Ох, хэшазвэ арлэш, — с теплотой говорит она, — боюсь представить что же ты творишь с внвэу ликлэшхоанзогвэ аркаэссу!
Цамтул лишь улыбается.
Фаданниэсс Корцуэсс и Цатул продолжают общаться и пить отвар. Когда темнеет, Цамтул замечает, что уже довольно поздно. Он прощается и покидает гостепреимный дом.
— Мальчишка, — грустно улыбается фаданниэсс Корцуэсс, — ты, как и мой муж, все витаешь в дальних далях! — тон ее становится чуть злее, — а я этого терпеть не могу!
Цамтул наклоняется к женщине через стол.
— Фаданниэсс Корцуэсс, поверьте, я отлично это знаю! Но я могу узнать это только у такой привлекательной фаданниэсс! И я готов приложить все силы со своей стороны, чтобы нивелировать неприязнь к этой теме!
— Ох! — фаданниэсс Корцуэсс откидывается на спинку стула, — твой сладкий язычок болтается не в том месте!
— И я это немедлено исправлю!
Цамтул встает со своего стула, но фаданниэсс Корцуэсс поднимает руку в останавливающем жесте.
— Не торопись, арлэш, — немного усталый выдох, с которым морщины на лице как будто становятся глубже.
Становится как-то особенно заметно, что женщина перед Цамтул уже на закате своей жизни.
— Вопрос был задан и я отвечу на него. Просто вопрос этот не простой.
Фаданниэсс Корцуэсс неспешно подносит пиалу к губам и делает маленький глоток. Ее взгляд устремляется куда-то сквозь Цамтул, голос ровный и негромкий:
— Рода не только образуются, но и уничтожаются, Цамтул. Это особо не афишируется, но и не скрывается. Информацию об этом можно найти в Библиотеке. Одна из книг, присутствующая в любой Библиотеке Школы, — это "Аристократические рода и гербы". Каждый глава нового рода делает такую книгу в год образования его земель, и копия обязательно хранится в Библиотеке Школы. Зэцкор дэ Рикухиш не был исключением.
Опустевшие пиалы наполняются новой порцией отвара. Постукивание посуды, звук льющейся воды, тишина, позволяющая сформулировать дальнейшие мысли.
— Если ты удосужишься полистать этот скучный для кого-то труд, — немного лукавый взгляд на Цамтул, — то найдешь много всего интересного. И среди прочего будет такой род, как Баозэцэридсэн, — пауза, во время которой фаданниэсс Корцуэсс делает очередной глоток. — Он был основан в 4485 году. Как и Рикухиш, подчинялся только роду Бурэгтур. А в 4528 году вся территория размером с современный Дэргароранис исчезает чуть ли не в единый момент.
Гнетущая пауза, во время которой фаданниэсс Корцуэсс неотрывно смотрит на Цамтул. И взгляд этой пожилой давит.
— Это был первый раз, но, к сожалению, не последний, — новый глоток, с которым женщина прикрывает глаза, а потом размеренно, будто вбивая гвозди, продолжает. — 4712 — Тилинфа. Через двадцать шесть лет, 4738 — Тарэлриаф. Затишье на двести лет, но 4979 — Каникаэсс, — сквозь закрытые веки стекает слеза по старчески-сухой морщинистой коже.
Отставив пиалу, фаданниэсс Корцуэсс элегантным движением вытирает следы своей слабости. Открывшиеся глаза смотрят на Цамтул с внутренней силой.
— Ты молод, Цамтул. Твоя жизнь только начинается. А это — тяжело. Жизнь никогда не бывает простой. Рода в прямом смысле держат на себе целостность земли, на которой мы живем, балансируя Стихии, чтобы Срединный не потерял целостность, — ее крепкий голос наполненяется клокочущей яростью, — а каждый бесконтрольный Дух или Демон расшатывает этот баланс. Поэтому и существуем мы, Патрульные, чтобы каждую эту тварь, что смогла просочиться через заслон Высших, уничтожить или же загнать в рамки баланса.
Женщина откидывается на спинку стула, немного успокаиваясь.
— И поверь, Цамтул. Здесь не может быть достаточных усилий. Потому что малейшая ошибка — и все. Все твои знакомые, родные и близкие, место, в котором ты вырос, Школа, в которой ты учился, леса и реки — все это в единый миг может превратиться в мешанину Стихий. С основания Рикухиш не прошло и тридцати лет, аввэ арлэш. Всем нам предстоит очень много работы.
Помолчав несколько мгновений, фаданниэсс Корцуэсс будто сбрасывает с себя тяжесть поднятой темы.
— Ох, касрэтанвэ арлэш, разбередил ты душу диэсс хослэшхоанзогвэ каэсс.
— Думаю, я знаю как могу загладить свою вину! — с улыбкой отвечает Цамтул.
Он смещается со своего стула и устраивается у ног женщины.
Пола мантии тянется от пояса к полу. Небольшие складки животика, припухший лобочек с возрастной кожей, темнеющая щель пизды, что блестит каплями смазки, видной через полупрозрачный материал. Руки Цамтул располагаются на коленях пожилой женщины. Крепкие пальцы массирующими движениями оглаживают дряблую кожу некогда сексуальнейших ножек. Большие пальцы упруго надавливают на внутреннюю поверхность бедер, ведя руки выше и властно раздвигая ноги женщины. Сбившееся дыхание и жар пизды, ощутимый мужскими руками, когда пальцы добираются до текущей щели.
— Ха-а, — стонет фаданниэсс Корцуэсс, запрокидывая голову, вцепляясь в волосы Цамтул и притягивая того к своей промежности. — Давай же, арлэш, сделай приятное этой каэсс!
Откинув полупрозрачную ткань, Цамтул впивается в мягкие губы. Стон сверху становится громче. Напряженный кончик языка упирается в точку схождения дряблых губок и резкое мотание головы из стороны в сторону вырывает неожиданный крик фаданниэсс Корцуэсс.
— Дха-а, — тянет женщина, поддаваясь тазом навстречу языку Цамтул.
Она стонет, сильнее сжимая волосы парня. Цамтул хватается пальцами за дряблые губы и растягивает их в стороны, открывая довольно большую дыру старой пизды, что из-за возраста и нескольких родов потеряла свою былую эластичность. Но течет эта дыра как у молодой сучки.
Под ласками Цамтул, фаданниэсс Корцуэсс довольно быстро доходит до предела. Она напрягается всем телом, сжимая до боли волосы Цамтул, и кончает.
Кончает, содрагаясь всем телом.
Переждав бури пожилой хозяйки, Цамтул успокаивающе оглаживает ноги обессиленной женщины и возвращается на свое место.
— Мальчишка, — грустно улыбается фаданниэсс Корцуэсс, — ты, как и мой муж, все витаешь в дальних далях! — тон ее становится чуть злее, — а я этого терпеть не могу!
Цамтул наклоняется к женщине через стол.
— Фаданниэсс Корцуэсс, поверьте, я отлично это знаю! Но я могу узнать это только у такой привлекательной фаданниэсс! И я готов приложить все силы со своей стороны, чтобы нивелировать неприязнь к этой теме!
— Ох! — фаданниэсс Корцуэсс откидывается на спинку стула, — твой сладкий язычок болтается не в том месте!
— И я это немедлено исправлю!
Цамтул встает со своего стула, но фаданниэсс Корцуэсс поднимает руку в останавливающем жесте.
— Не торопись, арлэш, — немного усталый выдох. — Ты спросил, и я отвечу, пусть эта тема мне и надоела. В свое время мой муж очень любил ее обмусоливать.
Фаданниэсс Корцуэсс неспешно подносит пиалу к губам и делает маленький глоток. Ее взгляд устремляется куда-то сквозь Цамтул, в ее прошлое. Не позволив себе глубоко погрузиться в воспоминания, женщина неторопливо начинает рассказывать:
— Изначальных родов было и остается пять. Стэкшарав нашел их и привел в Стумар. Точнее, поручил Хэфау найти подходящих созданий, и уже он нашел людей. Так вот, изначальные — это те, кто совершили переход. Территория, которую сейчас занимают Бурэгтур, Мудрэгу, Поквогур, Нэвукшум и Ксар, — это и был весь Стумар. И, как понимаешь, это сильно отличается по размерам от текущей ситуации.
Опустевшие пиалы наполняются новой порцией отвара. Постукивание посуды, звук льющейся воды, тишина, позволяющая сформулировать дальнейшие мысли.
— В этом и есть одно из предназначений людей в Стумар — делать его больше и разнообразнее, — пауза, во время которой фаданниэсс Корцуэсс, давая словам уложиться в голове Цамтул. — И Стэкшарав предоставил для этого возможности. Что это за возможность, ни я, которой это совершенно не интересно, ни мой муж, который, наоборот, очень этим интересовался, — не знаем. Возможно, это ритуал, а возможно, что-то другое, но конкретика в нашем случае не так важна, — новый глоточек душистого отвара. — Важно то, что эта возможность очень ресурсоемкая, — новая пауза. — Настолько ресурсоемкая, что первое расширение мира произошло почти через тысячу лет после перехода в Стумар. А точнее, в 953 году род Бурэгтур впервые расширил Стумар и получил себе в вассалы род Касфинмэхон.
Руки пожилой женщины неторопливо наполняют горячей водой емкость с листьями.
— Естественно, люди, которые в итоге стали родом Касфинмэхон, не появились в 953 году, — крышечка возвращается на место. — Это были ближайшие и вернейшие сподвижники Бурэгтур на протяжении долгих лет, — взгляд алых глаз давит на Цамтул своей серьезностью. — Те, чья верность не вызывала сомнений, и те, кто имел наибольшее влияние внутри Бурэгтур, за исключением самого аристократического рода, — ароматный напиток разливается по опустевшим пиалам. — Естественно, у меня нет никаких подробностей или достоверной информации об их заслугах в те времена, но, арлэш, ты должен понять одно — они были не единственные, но именно их Бурэгтур возвысил до аристократического уровня.
Пригубив отвар, фаданниэсс Корцуэсс продолжает:
— Были ли другие желающие? — Обязательно! Была ли подковерная борьба с неприглядными решениями? — Безусловно! Люди остаются людьми, что сейчас, что тогда. Изменилось ли что-то за более чем восемь тысяч лет, что минули с тех пор? Конечно, арлэш, конечно изменилось. Конкуренция за возможность стать у истоков нового рода стала гораздо жестче. Возможно, это хоть немного поможет тебе осознать величие того, чего смог достичь Зэцкор дэ Рикухиш.
Помолчав несколько мгновений, фаданниэсс Корцуэсс будто отбрасывает навеянное настроение.
— Ох, касрэтанвэ арлэш, такие разговоры не для диэсс хослэшхоанзогвэ каэсс.
— Думаю, я знаю как могу загладить свою вину! — с улыбкой отвечает Цамтул.
