Молина Мария: другие произведения.

Розанов. М.Ю.Лермонтов

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:

Розанов. М.Ю.Лермонтов
Гоголь и Лермонтов - что мы знаем о них - ничего ровным счетом. Все обыкновенно, однако непреодолимо ощущение, что необыкновенное так и прет.

Описывают реальное, но черты неправдоподобные в этом реальном есть - но "Степи Гоголя лучше степей Малороссии" (В.Белинский), а Петербург Лермонтова - Петербург настоящего - ибо создается иллюзия правдоподобия, и новая реальность прекрасна.
Сомнабула: их произведения - как сон.

"Сомнабулист сочетает в себе величайший реализм и несбыточное, он идет по крнизам, крышам домов, не оступаясь, с величайшей точностью, и в то же время он явно руководствуется такой мыслю своего сновидения, которая очевидно не связана с действительностью. Вот это-то и было у них обоих, Гоголя и Лермонтова. Оба они имеют параллелизм в себе жизни здешней и какой-то нездешней. Но родной их мир - именно нездешний.

Демонизм:
Гоголь - почти равен колдуну из "Страшной мести":
"Когда же есаул поднял иконы, вдруг все лицо казака переменилось: нос вырос и наклонился в сторону, вместо карих - запрыгали зеленые очи, губы засинели, подбородок задрожал и заострился, как копье, изо рта выбежал клык, из-за головы поднялся горб, и стал казак - старик" ("Страшная месть").
Как похоже на Гоголя, который уже "насмешил всю почтенную публику", отплясав казачка в "Повестях Рудого Панько", и когда все ожидали, чтО он такое еще выкинет, "вдруг поднялся у казака горб из-за спины", он состарился, осунулся в петербургских своих рассказах и, наконец, в "Переписке с друзьями" и "Авторском завещании" заговорил самые необыкновенные вещи, а умер фантастично т покянно, как будто нагрешил самые несбыточные грехи.
Так же Лермонтов - почти равен Демону.
О себе он пишет:
   Но я не так всегда воображал
   Врага святых и чистых побуждений,
   Мой юный ум, бывало, возмущал
   Могучий образ. Меж иных видений
   Как царь, немой и гордый, он сиял
   Такой волшебно-сладкой красотою,
   Что было страшно... И душа тоскою
   Сжималася - и этот дикий бред
   Преследовал мой разум много лет.
Розанов: "Это слишком субъективно, слишком биографично".

Между Гоголем и Лермонтовым и потусторонним, "поту-светлым" (Розанов) миром была связь несомненная. Отсюда их гордость и свобода - они легко могли порвать с целым миром, - оттого что "над ними был авторитет сильнее земного, рационального, исторического" - Господь? Некое бестелесное явление? "Господь страшный и милостивый", явления которого так пугали Лермонтова (см. "Сказку для детей"). Они давали этому ярлык "колдун", "демон", "бес", так как оно не соответствовало представлению о религиозном, святом. На "ярлыках" - штемпель несходства с привычным, или ожидаемым, или общепринятым.

Лирика Лермонтова - глубочайше-личная, только ему принадлежащего переживания, чувства - но чувства, "сейчас же раздвигающегося в обширные панорамы, как будто весь мир обязан его слушать", весь мир в нем заинтересован.
"Нет поэта более космичного и более личного".
Кроме того: н раб природы, ее страстнейший любовник, совершенно покорный ее чарам, ее властительству над собой; и как будто вместе - господин ее, то упрекющий, то негодующий на нее. Казалось бы, еще немного мощи - и он будет управлять природой. Всякий другой поэт возьмет ландшафт, воспоет птичку, опишет вечер или утро; Лермонтов всегда берет панораму, так сказать, качает и захватывает "в строку целый бок вселенной, страну, горизонт".
У Лермонтова есть чувство собственности к природе; это, пожалуй, и образует в нем вторую половину того, что называют демонизмом. (Природа и трансцендентность).
"Все знают и он рассказывает, что плакал и приходил в смятение от видений "демона". Но публика бехотчетно и в нем самом чует "демона". "Вас двое, и кто вас разберет, который которым владеет". (Земное и небесное).
Тайна в том, что напряженное чувство сверхъестественного превращается в маленькую личную сверхъестественность.

"Бог", "природа", "я" (его лермонтовское) склубились в ком, и уж где вы этот ком ни троньте, получите и Бога, и природу. Вслед за "я", или вслед за "Богом" является его "я" среди ландышей полевых ("Когда волнуется желтеющая нива"), около звезды, на сгибе радуги (многие места в "Демоне").
То, что было бы неестественно у других поэтов - братание со звездами:
   Когда бегущая комета
   Улыбкой радостной привета
   Любила поменяться с ним..., -
у Лермонтова - нормально, и это "составляет самую удивительную его особенность".
"Маленький Бог", "бесенок", "демон" - он все смеет:
   ... с звезды восточной
   Сорву венец я золотой
   Возьму с цветов росы полночной;
   Его усыплю той росой...
Розанов: "Звездное и царственное - этого нельзя отнять у Лермонтова; подлинно стихийное, "лешее начало" - этого нельзя у него оспорить. Тут он знал больше нас, тут он владел большим, чем мы, и это есть просто факт его биографии и личности".

Ю.Манн. Динамика русского романтизма. "Мцыри"
Максимов Д.Е.: Мцыри "лишен внешних признаков исключительности, ореола избранности и таинственности", в отличие от других романтических героев.
Ю.Манн: это едва ли верно. Д, Мцыри лишен таинственности. Зато есть все остальное. Подчеркнуто если не деталями портрета, так динамикой поведения.

Параллелизм бури и переживаний центрального персонажа отделяет Мцыри от других людей:
   ...в час ночной, ужасный час,    Когда гроза пугала вас,
   Когда, столпясь при алтаре,
   Вы ниц лежали на земле,
   Я убежал. О, я как брат
   Обняться с бурей был бы рад!
   Глазами тучи я следил,
   Рукою молнии ловил...

   Скажи мне, что средь этих стен
   Могли бы дать вы мне взамен
   Той дружбы краткой, но живой,
   Меж бурным сердцем и грозой?
"В озарении молний щуплая фигура мальчика вырастает почти до исполинских размеров Голиафа".

Стандартное романтическое развертывание конфликта: бегство в далекий, манящий призраком свободы край; неудача, гибель.
Но есть особенности:
                            <----------- (герой)
(естественная среда) <-> (родная среда)
Для романтического героя бегство - решительный шаг, разрыв связи с родной средой и приобщение к иному культурному миру (ср. Алеко Пушкина).
Для Мцыри естественная среда = родная среда. Его решительный шаг - лишь возвращение на круги своя. "Он рвет не с усвоенным в младенчестве мироощущением, а с навязанным позднее ему насильно образом жизни".
Обычная ситуация бегства обернулась неуловимо ситуацией возвращения.

Баратынский, поэмы: возвращение как примирение.
Мцыри: нет необходимости примиряться, так как он не отчуждался, не бежал от родного мира, он только был с ним разделен.

Нет решающего события по причине отчуждения (отвергнутой любви, коварства друзей и т.п). Ребенок заведомо чужд окружающему.
   ...Чужд ребяческих утех,
   Сначала бегал он от всех,
   Бродил безмолвен, одинок,
   Смотрел, вздыхая, на восток...

Экономность построения конфликта - ничего лишнего. "Яд любви" еще не дошел до сердца Мцыри, он еще лишь у порога "тайн любви", самой жизни. Отсюда:
Почти чистый порыв, самодостаточный своим стремлением к воле и свободе и еще не осложненный более конкретными мотивами и представлениями.
Опять же, нет никакой тайны. Мцыри оставляет то, что ему заведомо чуждо, и устремляется к родному, к своему. Отсюда естественность конфликта.

Образы ветра, облаков и птиц - образы естественного хода:
И облачко за облачком,
Покинув тайный свой ночлег,
К востоку направляло бег -
Как будто белый караван
Залетных птиц из дальних стран...
Могучий конь, в степи чужой,
Плохого сбросив седока,
На родину издалека
Найдет прямой и краткий путь.
Что я пред ним?..


Образы родства:
Обнявшись, будто две сестры,
Струи Арагвы и Куры...
Прижать свою грудь "к груди другой, 
Хоть незнакомой, но родной"...
Деревья "как братья в пляске круговой"...
О, я, как брат, 
Обняться с бурей был бы рад...


Образ единения (повторение числа 2):
Две сестры, две сакли "дружною четой", две скалы. Отсюда 1) естественное стремление восстановить природные связи; 2) трудность, часто неосуществимость этого желания (скалы, разделенные потоком, никогда не соединятся).

Естественная среда (= черкесам в "Кавказском пленнике", то, куда он бежит в первичной ситуации, вторичная ситуация) теряет свою двупланность, становится односторонней: образ далекой и желанной родины - "чудный край травы и битв", воплощение вольности.
Следует: неосуществимая мечта, как сон. Следует: естественная среда в Мцыри не выявлена.

Романтическая коллизия :
центральный персонаж противопоставлен окружающему миру. У первого - превосходство, у второго - агрессия по отношению к центральному персонажу, и, как следствие, отчуждение героя.
В "Мцыри" преобразовано:
*мальчик -----> отсутствие преступления (и вообще злого поступка центр. персонажа) -----> "преступление" - только как нарушение запрета свободы, то есть бегство. Никкой мести.
*окружение (монахи) -----> злое существует лишь как насилие над волей, над естественным чувством родины.
Отсюда:
Мотивировка его разочарования предельно локализована - под сомнение поставлен только "монастырский закон", но не жизнь и не справедливость вообще. То есть конфликт в поэме конкретизирован, доведен до естественнейших психологических движений, "дедемонизирован".
Однако именно в этом источник повышенной философичности поэмы.

Мцыри и Демон: первый - недемоническая, второй - демоническая ситуация. Традиционно так представлены две тенденции творчества Лермонтова.
Б.Эйхенбаум о "Мцыри": "Проблема соотношения добра и зла здесь оставлена в стороне, но зато выдвинута другая, очень важная для последних лет жизни и творчества Лермонтова, проблема борьбы за моральные ценности - проблема человеческого поведения, проблема гордости и убеждений, проблема "веры гордой в людей и жизнь иную".
Д.Е.Максимов: "Поэма "Мцыри" далека от астрального содержания и отвлеченно-фантастической небесной эмблематики романтических мистерий", хотя мистерия и сыграла "в формировании этой поэмы известную роль" (в повышении символизма "Мцыри").

См. тж. "Мой демон" Лермонтова.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"