Monic Reader Room: другие произведения.

Как выжить в жестоком мире магии [год первый]

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Открой свой Выход в нереальность
Peклaмa
Оценка: 5.00*41  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Гарри Поттер. Зарисовка. В целом - закончено (20.12.2015).
    Сразу заявляю, пайринга с Тонкс не планируется, какие бы вы там намеки не видели. А если даже и будет, то о-очень нескоро! Текст в долгом ящике. Первый год - это пока все, что я хотел написать.
    Это вообще спонтанная работа, которая родилась из желания действительно показать попаданца, который совершенно не хочет лезть во всякие странные и опасные для жизни события. Который просто хочет долго и спокойно жить. Попытка показать вменяемого и обычного человека, что волей судьбы попал в такую вот передрягу, именуемую "попадалово".
    Никоим образом не относится к "осколкам" (наверное...). Это лишь зарисовка. Здесь я не продумывал мир, детали, сюжет, персонажей. Так что не ждите логичной работы, да и вообще многого не ждите. Писалось порывом без плана, стройной сюжетной линии и лишь с желанием привести все к тому концу, который я вижу.
    Если появится вопрос: "Зачем ты пишешь эту фигю?", я сразу отвечу: "Хочется".

  "Знаете, какая же все-таки печальная судьба у горе-попаданца?" - Размышлял в свое время мальчик десяти лет, сидя в маленькой спальне дома номер четыре по Тисовой улице пригорода Лондона. И как вы понимаете, размышлял о превратностях судьбы совсем не всем известный Гарри Поттер. Избранный вообще человек, точнее маг, не везучий! Кто в него только не попадал! И люди, и демоны, и боги, и разные космические сущности, он сам из прошлого или на худой конец из параллельной реальности... В общем, не везучий парень, как пить дать. И в этот вот раз тоже был попаданец. Правда - обычный. Обычный человек, с обычной жизнью, с обычным характером... Хотя нет, характер у человека был необычный... Но это неважно. Важно то, что попаданец, исключая характер, был до жути обыкновенным. Ни сил прибавки, ни мощи, ни таланта к магии, и даже захудалых предков-основателей - и то не было! Как позже выяснилось, единственным бонусом от такого вот попадания было то, что разум его был надежно защищен смертью. И нет, не той мифической девой с косой и черными волосами, что так любит давать задания нерадивым странникам, то на поиск ее артефактов, то еще на какой бред... Нет, просто обычная смерть. Умер человек во время террористического акта, с кем не бывает, а разум, пройдя через смерть, приобрел дивную сопротивляемость, можно даже сказать невосприимчивость к любым ментальным воздействиям. Ибо шок - он такой!
  
  Ну да хватит о бесполезной чуши, умер - бывает, попал - так тоже не первый. Ничего нового, ведь правда? Но все же... Вернуться надо к самому началу. Попал он, этот попаданец, удачно, в девятый день рождения мальчика. И какого же было его удивление, когда оказалось, что Дурсли не такие уж и деспоты-тираны, которые чуть ли не каждый день избивают дитя. Нет, Дурсли были обычной семьей, которая любила размеренную и тихую жизнь. И потому они не любили всю эту "сверхъестественную чушь", как любил поговаривать Вернон. Магия... Для кого-то это жизнь, обыденность и воздух, а для некоторых - лишь раздражающая и непонятная штука. Хотя, стоит сказать, что Петунья и Вернон ненавидели магию по разным причинам. Первая больше из-за детской обиды, толики зависти, и разочарования в том, что ее любимая сестра променяла семью на магию. А второй как раз таки просто любил размеренную жизнь без эмоциональных потрясений. И потому-то они и недолюбливали Гарри. Петунья боялась привязываться, а Вернон боялся магии и перемен, что она несет. Но... как бы то ни было, они... любили Гарри. Да, своеобразно, но любили. Он не голодал, у него была одежда, да - не новая, но вполне приличная, и не нагружали они его работой. Уборка ведь не считается непосильным трудом? Тот же Дадли был обязан убираться в своей комнате сам. В общем, не так страшен черт, как его малюют. Так что бравому попаданцу было довольно легко договориться с Дурслями, благо невменяемостью те не страдали. Но... как рассказчик, я, пожалуй, начну с самого начала истории... Или точнее с разговора, с которого и начались изменения...
  
  
***
  
  В тот вечер Гарри был довольно напряжен, хотя и не показывал этого своим родственникам. Они в свою очередь были заметно заинтересованы в столь необычном поведение племянника. Дадли был отправлен спать, так что в гостиной сейчас находилось лишь трое людей. Почему же Дурслям было любопытно? Все просто. Сегодня утром Гарри Поттер попросил их о серьезном разговоре. Он был вежлив, сдержан и открыт, потому Петунья смогла убедить своего мужа согласиться.
  
  - Так и о чем же ты хотел поговорить, Гарри? - Начала разговор Петунья. Было видно, что мальчик неуверен и робеет.
  
  - Ну... Я бы хотел поговорить о своих странностях... Как будто это магия...
  
  - Мальчишка!.. - Начал Вернон, приподнимаясь с кресла, но его жена придержала его от поспешных действий.
  
  - Нет, вы неправильно поняли, просто... Я стал замечать, что вокруг меня происходят странные вещи, и мне не к кому обратится, кроме вас. Меня это пугает... - Дурсль старший тут же успокоился и принялся как-то по-новому рассматривать племянника. Петунья была удивлена. - И... вот... - Закончил мальчик неуверенно.
  
  - И когда это началось? - Поинтересовалась женщина.
  
  - Примерно полгода назад... - Вжав голову в плечи, ответил мальчик. - Тогда, со стрижки... - Петунья вспомнила. Тогда она отправила его подстригаться, а вернулся мальчик с той же шевелюрой, с которой и уходил. Тогда она подумала, что он просто потратил деньги на сладости, и потому и наказала его.
  
  - Значит, ты сказал правду? Волосы сами отросли буквально на глазах? - Поинтересовался уже спокойный Вернон. Мальчик лишь обреченно кивнул. Мужчина переглянулся со своей женой. Потом передернул плечами и кивнул, а затем встал и вышел на кухню. После этого, Петунья поведала мальчику краткую историю о магии, родителях Гарри, и о их смерти. Женщина ожидала любых вопросов, ожидала восторга, нетерпения или радости, но она никак не ожидала того, что первым вопросом мальчика будет:
  
  - Значит... это из-за магии умерли мои родители? - Петунья была удивленна. Как самому вопросу, так и той интонации, которой он был задан. Так что она и не нашла, что ответить сразу. С того дня жизнь Гарри Поттера круто изменилась. Теперь в доме номер четыре по Тисовой улице жило три человека ненавидящих магию. Вот только по совершенно разным причинам ненавидящих.
  
  
***
  
  - Гарри, принеси почту, пожалуйста. - Попросил Вернон, не отрываясь от новостей, что шли по телевизору. Названный мальчик неспешно встал из-за стола, закинул в рот еще один кусок яичницы, и отправился в прихожую. С минуту все было тихо, но затем на кухню, с криком "Дядя Вернон!", ворвался Гарри Поттер, и тяжело дыша от неожиданной пробежки, передал письмо из желтого пергамента своему родственнику. Тот удивленно посмотрел на племянника, а затем и на врученную корреспонденцию. К мужу подошла Петунья, услышав крик мальчика. А Дадли сейчас был на своих тренировках по боксу, куда записался совсем недавно, и потому не мог присутствовать на столь знаменательном событии. Вернон обратился к письму и прочитал то, что на нем было написано. Секундный ступор и он передает его жене. Та так же читает и на миг замирает с широко раскрытыми глазами. Затем письмо вскрывают, и старшие Дурсли погружаются в чтение, а Гарри как-то настороженно поглядывает на конверт. Спустя несколько минут, Петунья начинает вслух читать основное письмо, из которого становится ясно, что Гарри Поттера приглашают учиться в школу чародейства и волшебства Хогвартс.
  
  - Мне что... - Как-то убито начал мальчик и скривился. - Придется ехать... Туда?! - Дурсли еще раз переглянулись, перечитали письмо и ответили:
  
  - Не знаю, Гарри. Обычно вслед за письмом должен приходить представитель школы... По крайней мере, так было с моей сестрой... - Петунья неуверенно повела плечами, после чего посмотрела выжидательно на мужа, ожидая его решения.
  
  - Нет Гарри, мы тебя им не отдадим. По крайней мере - попытаемся... - Вернон сжал письмо в кулаке, тем самым смяв его. - Но ты должен и сам понимать, они маги и... они могут многое сделать в обход наших законов. - Можно было физически ощущать, насколько больно было Дурслю-старшему это говорить. Все же, он слишком сильно не любил магию и магов, и одна из причин - это их безнаказанность перед законами и правилами обычных людей. Петунья в свое время все ему рассказала, все, что знала о магах и их возможностях. И одна только мысль о том, что они могут просто и без затей манипулировать его памятью, приводила Вернона в тихую ярость. Но поделать он все равно ничего не мог.
  
  - Надеюсь, у нас получится. - Тихо проговорил Гарри. - Не хочу туда ехать. - Петунья и Вернон согласно кивнули. Спустя еще несколько минут, они порешали, что будут ждать представителя школу, а затем все занялись своими делами. Письмо дядя убрал в свой сейф. А Гарри... Гарри отправился в свою комнату и лег на свою же кровать. Его одолевали тяжкие думы. Он действительно не хотел ехать в Хогвартс. Он вообще не хотел вступать в магический мир. Но совсем не по причине, по которой думают Дурсли. Просто Гарри, новый Гарри, осознавал всю опасность пребывания в мире магии, и конкретно в школе. Ему хотелось жить, жить хорошо и благополучно. А эти желания вступали в конфликт с суровой реальностью обучения в Хогвартсе, где что не год, то экспресс-тест на прикладное выживание в условиях приближенных к боевым. И вот новому Гарри совершенно не хотелось встречаться с троллями, падать с метел, навещать добрых церберов и гигантских пауков, проходить бредовую полосу препятствий, сражаться на смерть с безумным учителем... Да поверьте, ему даже с василиском не хотелось сражаться! Не то что уж с сотней дементоров. А участвовать в опасных испытаниях и подавно! В общем, не хотел Гарри в магический мир, ой не хотел... Но кто же его когда спрашивал?
  
  
***
  
  - Остролист и перо феникса. - Утверждающе протянул уже немолодой мужчина с сединой на голове и странными, блеклыми глазами, подавая очередную палочку юному и очень интересному клиенту. Профессор Флитвик, что сопровождал Гарри Поттера в походе по Косой Аллее, в данный момент покупал мальчику питомца в качестве подарка на его одиннадцатый день рождение. Сам мальчик был разочарован. У него не получилось отвертеться от учебы в Хогвартсе. Когда Дурсли отказали Хагриду, и когда тот увидел, что Гарри полностью согласен со своей семьей, то ушел ни с чем, а на следующий день в дом на Тисовой улице пришел ни кто иной, как сам директор, председатель и бла-бла-бла Альбус Дамблдор. После продолжительной дискуссии, Дурсли и сами не поняли, как согласились, а Гарри, понурив голову, выслушал ЦУ седобородого дедушки о том, что в конце недели к нему явится учитель и поможет совершить покупки. Так что теперь юный мессия, скрепя сердцем, покупал волшебную палочку. Кстати, он вот только что ею взмахнул, и из ее кончика повалили тучи золотых и черных искр. - Да... Отлично подходит. Прекрасная палочка. - Олливандер испытывающе посмотрел на Гарри Поттера. - Берегите ее, мистер Поттер. - Проникновенно сказал он, после чего уже обычным своим тоном. - С вас семь галлеонов. - Гарри заплатил требующуюся сумму, и поспешно покинул магазин волшебных палочек, после чего отправился в сторону магазина животных. По пути наш юный герой размышлял о том, что судьба - дама капризная, и, тц, скотина такая - стервозная. Где собственно его великие предки, что выстроились в очередь со своими титулами, дабы передать их своему наследнику? Где бездонные сейфы с раритетными артефактами, миллиардами золотых монет, горами драгоценных камней, запретными и тайными книгами о всех разделах магии? Где все это? Где пяти-десяти сложные имена, состоящие из известных фамилий и имен прошлого? Где всякие Мерлины, Слизерины, Морганы, Мордреды, Дарки или на худой конец Паверелы? Вот где? Неужели одинокий сейф с жалкими одиннадцатью тысячами галеонов - это все что у него есть? Нет, Гарри не был меркантильным, просто столько историй он читал, где все это было, что он подсознательно ожидал, что и у него все это будет... Но, как говорится, не срослась селезенка с печенью... Хотя на самом деле он этого и не ожидал, просто такие размышления помогали ему отвлечься от грозящего поступления в школу магии. Да и по сути, одиннадцать тысяч - не такая уж и маленькая сумма. На тысячу рядовой волшебник может прожить всю жизнь, особо ни в чем себе не отказывая. "Нибус-2000", например, стоил триста семьдесят золотых монет. Анонсированная "Молния" будет стоить около восьмисот. Такие вот дела в магическом мире. Гарри выдохнул и стал ждать профессора Флитвика, прислонившись к стене рядом с входом в магазин. Через пять минут он стал счастливым обладателем прекрасной полярной совы, абсолютно белоснежной, лишь черные глаза выделялись на фоне ее перьев. В тот момент Гарри действительно был рад. Все же сова действительно была красива, даже великолепна, и в тот момент Поттеру было совершенно плевать, что она заметна, что она демаскирует его... Ему она просто нравилась. Все же, быть может, магический мир не такой уж и плохой? Но потом Гарри вспомнил гигантскую змеюку и предстоящий через пару-тройку лет турнир, и понял, что сова совой, но магический мир - это определенно полная лажа! Причем лажа - опасная для здоровья!
  
  
***
  
  Остаток лета прошел в напряжении. Гарри ни в какую не хотел ехать в магическую школу, его родственники это понимали, но ничего сделать не могли. Не с магами. Да и Дамблдор был на диво убедителен. В ход пошло все, и уговоры, и угрозы о том, что если мальчик не научится контролировать силу, то ему и окружающим будет плохо, и о том, что Министерство может послать магов, ибо не обученные маги - опасны... В общем, уши медом заливать он умел. Потому мальчику ничего не оставалось, кроме как читать учебники, да повторять про себя мантру бывалого бойца: "Постоянная бдительность!". Первого сентября Вернон отвез своего племянника на вокзал Кинг-Кросс и с напутствующими словами, да сожалением во взгляде, проводил того до скрытого перехода, о котором мальчику рассказал сопровождающий его при покупке вещей к учебе профессор. Тепло попрощавшись с дядей, и пообещав ему, что будет осторожен, Гарри Поттер прошел через барьер, отделяющий мир обычных людей и мир магов. Напоследок, уже проникая в иллюзорную стену, мальчик саркастично оценил на "Грубо!" разворачивающееся представление, удостоив рыжую семейку лишь мимолетным взглядом. Семейство Уизли ему сразу не понравилось: слишком громкое, слишком кричащее и слишком неопрятное. Хотя свою роль в неприязни сыграло и его предубежденный взгляд на эту семью, почерпнутый из огромного количества историй. В любом случае, то, как активно кое-кто набивается к нему в ближайшее окружение, со своей ли подачи, или же с подачи ДДД, говорит совсем не в их пользу. И новый Гарри решает перебдеть, чем недобдеть. Ведь от выбора окружения и друзей зависит его жизнь и благополучие. Хотя, как думал Гарри на самом деле, друзья - вещь вообще уязвимая, а потому, лучше их вообще не иметь. Во избежание.
  
  Миг холодных иголок легко впивающихся в тело, и Гарри Поттер оказался на магической платформе, от которой ходит алый поезд, что в данный момент пускает клубы сизого дыма в воздух. Поудобнее перехватив ручной чемодан с небольшим расширением пространства для большей вместимости, мальчик изменился в лице, за миг превратившись из недовольно-обреченного ребенка в цепко оценивающего окружающих юношу. Не рост и не внешний вид создавал такое впечатление, а лицо и взгляд выдавали в нем то, что он так долго скрывал глубоко внутри себя. Впрочем, и это впечатление быстро прошло. Еще миг, и вот перед толпой лишь обычный, в меру любопытный и спокойный мальчик, с глазами, лучащимися дружелюбием. Еще несколько секунд он восхищенно осматривался, да так, что все, кто в этот момент мог его видеть, понимали, что перед ними дитя, что только что увидело магию. Летающие чемоданы, домовики, странные вещи, люди в разнообразных мантиях и конечно же, куча детей со старших курсов, что дорвались до палочек и возможности колдовать. Все это создавало удивительную в своем хаосе атмосферу. Но вот, мальчик захлопнул раскрытый рот и не спеша направился к поезду. До отправления еще оставалось примерно тридцать минут, так что мальчик определённо успеет найти подходящее купе.
  
  
***
  
  Раскрыв дверь очередного купе, мальчик неспешно заглянул внутрь. Внутри находилась лишь одна девушка, как подумал Гарри, курса эдак с шестого-седьмого, уже переодетая в школьную форму, хотя и частично. Точнее, просто в мантию, под которой были обычные вещи. Легкая блузка и юбка до колен. На вышитом гербе был изображен барсук. Она привалилась к стеклу и невидящим взглядом смотрела перед собой.
  
  - Вы не против?.. - Спросил мальчик, смущенно посмотрев на возможную попутчицу. Та сонно на него посмотрела, похлопала глазами, разрешающе махнула рукой и снова вернулась в свою прошлую позу, правда теперь глаза она прикрыла. Гарри Поттер вошел в купе, закрыл за собой дверь, закинул чемодан на верхнюю полку, и тяжело выдохнув, уселся напротив девушки. Он откинулся на спинку и уставился в окно, рассматривая прощающихся со своими детьми родителей. Завидовал ли он? Отнюдь. Своих родителей он отпустил уже давно, еще в свои первые двадцать, а здешних он и не помнил. Да и... Хорошо, что их уже нет на этом свете, иначе бы наверняка, где-нибудь, да прокололся. Но вы этого не слышали. Ведь Гарри Поттер - милый и наивный мальчик, что только увидел волшебство, а так же только узнавший, какой он известный и какие хорошие люди - его родители-то. Да и вообще, он очень пугливый. Ведь он так боялся волшебного мира, когда ему о нем в первый раз рассказал Хагрид.
  
  - Как зовут? - Спустя минут пять после отправки поезда, спросила его попутчица. К ним в купе более никто не заглянул, так что они вдвоём расположились с большим удобством, заняв по два места.
  
  - Гарри. - Просто ответил мальчик, после минутной задержки, так как он настороженно рассматривал девушку.
  
  - Приятно познакомится. - Кивнула та, и еще раз махнула рукой. - А меня Тонкс. - После чего прошлась взглядом по его внешнему виду, отметив для себя растрепанную и длинную, для мальчика, шевелюру и его зеленые глаза. Никаких других отличительных деталей она не нашла. "А как же очки?" - спросит внимательный читатель. Просто Гарри - мальчик любопытный, так что наивный вопрос Флитвику: "А магия может восстановить зрение?", и вот они заходят по пути обратно в магическую аптеку, где за сто пятьдесят галлеонов Гарри покупает нужное зелье. Оно дорогое - да, но не такое уж и редкое. Так что курс из трех глотков каждые два часа, и вот, на следующий день, мальчику не нужны очки. - Кстати, раз ты Гарри, то не Поттер ли часом? - Девушка улыбнулась, увидев, как мальчик вздрогнул. Он молчал и смотрел на нее немигающим взглядом. Но та снова мягко улыбнулась и добавила. - Да не беспокойся, мне просто любопытно.
  
  - Да. - Выдал Гарри это слово спустя еще несколько секунд гляделок. После чего отвернулся.
  
  - Да ладно тебе, не обижайся. Что такого, что я тебя узнала? Я же не кидаюсь на тебя с расспросами или еще чем. - Девушка закинула руки за голову и растянулась на сидениях.
  
  - Ну да... - Неуверенно протянул мальчик, после чего повернулся к своей попутчице обратно. - Просто все, кого я встречал до этого, когда узнавали мою фамилию, были... - Мальчик подбирал слова. - Навязчивы. И шрам рассматривали. Это неприятно. - Доверительно сообщил Гарри Поттер. После чего добавил. - Но спасибо, что ты так не делала. А то я устал от всего этого... - Мальчик, кончено, безбожно врал, ведь разговаривал он только с Олливандером и аптекарем, а узнал его и то - только первый. Но... ведь девушка, да и другие этого не знают, так?
  
  - Да не за что. - Она рассмеялась. - Я даже в чем-то понимаю тебя. - На это мальчик вопросительно хмыкнул. - Да-да! Не ты один у нас особенный! - Со смехом ответила Тонкс. - Я метоморф и отношение ко мне у большинства... Ну... не совсем здоровое. - На последних словах девушка потупилась и явно вспомнила что-то неприятное.
  
  - Метоморф? А что это значит? - Наивно хлопая глазами, спросил Гарри Поттер, разводя девушку на долгую лекцию, где из одного выходило другое, а из другого - третье. И так далее. Так, не заметив поездки, за разговором, прошел весь путь на поезде. Никто не беспокоил их, ни Уизли, ни Малфои, ни другие навязчивые личности. О Гарри Поттере как будто все забыли, но... надеяться на это было слишком бы оптимистично. Даже для обычного Гарри Поттера. А в Хогвартс сейчас едет далеко не обычный Гарри Поттер. Во время пути, девушка многое рассказала мальчику, так, общую информацию о жизни волшебников и разных интересных мелочах. Например, Тонкс поведала ему о сладостях магического мира. Внутренний Гарри Поттер вроде бы и знал о них, но как-то поверхностно и на уровне "да-да, что-то такое помню", потому ему было очень интерсено. А уж когда мимо проезжала тележка со сладостями, то Гарри было не остановить, он купил всего по немногу, что бы распробовать каждую экзотическую сладость. Тонкс тоже купила себе немногу сладкого, в основном, правда, "Взрывную шоколадную плитку Банг-банг". И следующую часть пути они проехали, обсуждая тонкости вкуса разного шоколада, разных конфет, и насколько хорошо тянутся тянучки. И Гарри Поттеру было действительно интерсено и весело. Даже внутреннему. А девушка... Девушке просто было весело общаться с маленьким и милым мальчиком, который не страдает предубеждениями. Вообще, не сказать, что Тонкс как-то сильно доставали в школе, даже наоборот, она была в приятельских отношениях с большинством сокурсников, но в тоже время именно друзей, не то, что близких, у нее в школе не было. Кто из зависти к ее внешности и способностям, в основном, правда, это были маглорожденные, кто из-за ее способности, но уже по причине того, что метоморфинг относился нынешним министерством к осуждаемым разделам магии. Вроде и не запрещено, но и связываться уже многие не хотят. Во избежание. К этой категории относились просвещённые маглорожденные и полукровки. Ну а чистокровные... Они в большинстве своем были со Слизерина, а там не одобряли больше ее семью, чем ее саму лично. Андромеду, ее мать, они не шибко жаловали. Вот и вышла такая ситуация, когда в принципе люди нормальные, но дружить - не с кем, по вышеописанным причинам. Но Гарри тогда этого не знал, а сама девушка прошлась по своей жизни довольно скромно. Так и ехали. И приехали в Хогсмит, где разделились. А сегодня ночью, Тонкс будет думать-гадать, не показался ли ей тот оценивающе-холодный взгляд у наивного мальчика-который-выжил, которым он ее на секунду одарил, когда они выходили из поезда и расходились в разные стороны, кто к лодкам, а кто к каретам. На свою беду она подумала, что ей всего лишь показалось. А Гарри Поттер? Гарри Поттер тогда просто смотрел на черных, крылатых лошадей, что тянули неспешно двигающиеся в сторону замка кареты. Или же нет?..
  
  
***
  
  - Ну и куда вы желаете поступить? - Тихо, будто шепча на ухо, произнес голос в голове Гарри Поттера. - У вас странный разум... - Уже для себя протянула Шляпа. Мальчик был рад, что этот артефакт не смог прочитать его мысли и разум, ведь тогда бы его игра пошла на грани фола. Потому он ответил мысленно:
  
  - Хаффлпафф. - Идти во враждующие факультеты ему совершенно не хотелось, ведь это однозначно добавляло очки лишней головной боли. Потому они даже не рассматривались. Рейвенкло же... Было бы можно, но Гарри не был уверен, сможет ли потянуть тот уровень знаний и рвения, что были отличительной чертой этого факультета. Потому он и выбрал барсучий факультет. Домашняя, ненавязчивая обстановка, тишина и спокойствие. Что может быть лучше. Да и мальчик был уверен, что на этом факультете можно было довольно легко быть одиноким, и никто бы не навязывался к нему в друзья. Сложнее, конечно, чем на факультете воронов, но определенно легче, чем на львином или змеином. Первые в принципе взбалмошные какие-то по мнению Поттера, а вторые... слишком зацикленные на правилах, противостоянии, и других не особо интересных вещах. Да и просто, поступи бы он на Слизерин, это бы слишком выбилось из образа наивного мальчика.
  
  - Так куда же вы желаете поступить? - Снова спросила Шляпа. Мальчик удивился, ведь он уже ответил? Но ему несложно, он повторил еще раз мысленно название нужного факультета. Но это не принесло результата. - Хм... Не хотите выбирать? - Удивленно заключила Шляпа. Тут до Гарри Поттера дошло, что раз она не может читать его разум, то и не может услышать его ответ. Так что он, сделав глубокий вдох и сглотнув, прошептал как можно тише:
  
  - Хаффлпафф. - И Шляпа, наконец, поняла.
  
  - Что же, хорошо. Так и быть... - И на весь зал, усиленным магией голосом древнего артефакта, прогремело "Хаффлпафф!". Аплодисменты были сильны. Мальчик встал с табуретки, снял шляпу, передал ее Макгонагалл и отправился к столу, что наиболее активно рукоплескал. А заместитель директора уже вызывала другого ученика. А Гарри Поттер, облегченно улыбаясь, прошел к концу стола, и сел слева от своей знакомой, рядом с которой было пустое пространство. Она улыбнулась ему и, сказав "Поздравляю!", продолжила наблюдать за распределением. Ну а мальчик посмотрел на Дамблдора, который, заметив его взгляд, весело ему подмигнул. Так же Гарри посмотрел и на былинных профессоров: Снейпа и Квирелла, которых нельзя было не узнать. Первый одарил мальчика раздраженным взглядом, а второй... вообще не посмотрел на него. Спустя десять минут распределение закончилось, а столы наполнились едой. Гарри Поттер был в восхищении. И это было всем заметно. Старшекурсники же лишь снисходительно улыбались и спокойно ели. Кстати, как прошло это самое распределение? Да так же, как и знал внутренний Гарри. Так что он был рад сегодня.
  
  
***
  
  Учеба началась неспешно. Гарри Поттер не спешил заводить друзей, но был при этом дружелюбен и вежлив с однокурсниками со своего факультета. Вначале к нему пытались набиться Ханна Аббот и Эрни Макмиллан, но он стоически придерживался своей политики малообщительности. С учениками других факультетов он общался редко: с воронами вообще никогда, со змеями было только одно столкновение, а именно с Драко Малфоем, которое закончилось ничем, так как Гарри Поттер его игнорировал, да и в тот момент с ним была Тонкс. С львами было не так просто, но и они отвязались две недели спустя. Гарри Поттер прослыл нелюдимым, тихим, и скромным мальчиком, малообщительным, но при этом добрым и трудолюбивым. Ведь на уроках он не блистал, но всегда был в числе твердых середнячков по всем предметам, даже по зельям, где преподаватель его почему-то невзлюбил. Но после пары уроков, видя полную невосприимчивость Поттера к его колкостям, а так же старательную работу, профессор Снейп перестал третировать ученика. Наиболее близкими знакомыми для Гарри Поттера стали Тонкс и Грейнджер. И если с первой он проводил большую часть свободного времени, как своего, так и ее, так как метаморф готовилась к сдаче финального экзамена, то вторая просто занималась вместе с ним в библиотеке и иногда общалась. Да и как выяснилось позже, ее совсем не жалуют на ее факультете, но она пока терпит насмешки и грубое общение. Так что первые месяцы прошли довольно спокойно, а возгласы "Смотри, Поттер!" и того раньше. Даже урок полетов прошел в штатном режиме. Правда, мальчик Невилл таки упал с метлы, а Драко куда-то запустил его напоминалку. Этому старался помешать Рон, но тот был слишком неуклюж и промахнулся. По крайней мере, так Гарри Поттеру рассказала Тонкс, которая в свою очередь узнала об этом из сплетен. Урок полётов Хаффлпафф-Рейвенкло прошел спокойно и без эксцессов. К концу октября отношения полностью устаканились. Рейвенкло вообще никуда не лез, Слизерин быстро отстал, особенно видя то, что их декан перестал задирать Поттера, а Гриффиндор... Он тоже успокоился, правда, только ближе к середине октября. Особенно старался доставать его излишним вниманием Рон Уизли. Но и он отстал со временем, но держался он дольше всех. Настырный рыжий парень! Но это не мешало нашему мессии. И Гарри Поттер тихо-мирно учился, делал уроки, и болтал по вечерам с Тонкс, у которой, как оказалось, в связи с ее не шибко обычными способностями и неуклюжим характером, не было друзей. Теперь Гарри Поттер мог официально блистать своими знаниями причин отсутствия друзей у Тонкс. А то раньше все это было лишь догадками. В любом случае она со всем факультетом была в приятельских отношениях. Точнее, следует сказать, что у нее не было врагов, лишь приятели и знакомые. Друзьями, как говорилось выше, она не обзавелась. Хотя была парочка ее однокурсниц, с которыми она общалась наиболее плотно, ну, по сравнению с другими. От них-то она сплетни и узнавала. Так что Гарри Поттер, блистая своим тихим характером и детской наивностью, а так же не обезображенным стереотипами мозгами, стал для нее первым другом.
  
  И все было спокойно... Вплоть до Хэллоуина. Когда в Большой зал вбежал профессор Квирлл и сообщил что в подземелье, оказывается, тролль, поднялся дикий кипишь. Директор громко приказал всем разойтись по факультетам, и, собрав преподавателей, отправился ловить тролля. Гарри Поттер, чье лицо на миг осветила кривая ухмылка, которая тут же превратилась в испуганно открытый рот, топтался на месте, и Тонкс, которая обоснованно считала себя ответственной за своего маленького друга, потащила его к общей толпе хаффлпавцеф. В какой-то момент Гарри Поттер заметил, что к нему настойчиво продвигается Невилл Лонгботтом, отходя от толпы гриффиндорцев. Так что, не теряя времени, мальчик, схватив покрепче руку Тонкс, и быстрее зашагал вперед нее, стараясь протиснуться в центр толпы. Расчет его оказался верным. Они благополучно дошли до своей гостиной, так и не достигнутые юной заменой истинному избранному. Ночь Гарри Поттер провел в комнате Тонкс, которая жила одна, так как ее соседка год назад перевелась в Шармбатон. Мальчик мотивировал это тем, что ему страшно, а у Тонкс взыграл материнский инстинкт, да и просто она хотела успокоить своего маленького друга, который не страдал предрассудками на счет нее и ее необычной способности. И все были довольны. Особенно хитрый Гарри Поттер, который провел замечательную ночь, посапывая на довольно внушительной груди девушки, обнятый ей же. Да и что говорить, эта ночь еще сильнее сблизила наивного мальчика-который-выжил и одинокого, хоть этого она и не признавала, метаморфа.
  
  
***
  
  На следующее утро, за завтраком, были озвучены две новости. Первая - тролль был обезврежен и доставлен туда, куда нужно. А вторая новость была более мрачной. Первокурсница Гриффиндора Гермиона Грейнджер - была убита троллем, когда тот оказался в женском туалете. При инциденте так же пострадали первокурсники Невилл Лонгботтом и Рональд Уизли. Печальная новость прокатилась по залу, все были в подавленном настроении. Уроки в тот день отменили, так как учителя были заняты организацией похорон и утряской дел в связи с гибелью ученицы, а тех же пострадавших быстро поставили на ноги. Физически. Морально они были убиты горем больше, чем все остальные. Все же, на их глазах все это произошло. Уроки продолжились лишь через день. Первая неделя была жутко напряженной. Не было былого шума и гама, все вели себя на удивление тихо. Хотя это и не удивительно. Тонкс так же была обескуражена, с того утра она часто бледнела и вздрагивала от громких звуков, особенно когда она была одна. Так что спустя день Гарри Поттер окончательно и с концами переехал из своей спальни, в спальню девушки. Все равно там была свободная кровать. И видно Тонкс основательно поговорила с деканом факультета, так как та не вмешалась и позволила жить мальчику и девочке в одной комнате. Хотя, учитывая их возраст, и то, что Тонкс на последнем курсе, она не шибко-то и сильно возражала. Все же, профессор Спраут была женщиной чувствительной и заботливой, а так же понимала, что дети сейчас явно не в себе и напуганы. Так что Гарри Поттер был доволен. Внутри естественно. Снаружи он был подавлен посильнее большинства, своим знакомым он говорил, что всегда знал, что магия опасна. Потому что из-за магии же погибли его родители, и вот теперь и однокурсница. Так что Тонкс не только для себя приняла такое решение, она просто хотела помочь своему маленькому и ранимому другу, который ранее делился с ней своими страхами и опасениями на счет магии. В первые недели после происшествия они спали вмести в одной кровати, как и в ту ночь Хэллоуина, так как девушка не могла заснуть одна в темноте, ибо ей все казалось, что тролль где-то рядом, а Гарри Поттер просыпался по ночам с криками от кошмаров. А когда они ложились спать вместе, то оба высыпались и не жаловались на страхи. Гарри избавился от кошмаров, а Тонкс, чувствуя рядом кого-то близкого и в какой-то мере родного, чувствуя его тихое, размеренное и спокойное дыхание, его человеческое тепло - быстро успокаивалась, а страхи ее отступали и не беспокоили. С того месяца они всегда спали вместе, и если Тонкс уже через месяц пришла в себя, то вот Гарри, ее маленький друг, к которому она привязалась еще сильнее после всего произошедшего, все еще тихо вздрагивал ночью и ворочался, когда она предложила спать снова по отдельности. Просто она еще и сама не осознавала, насколько привыкла к нему и его тихому сопению. И когда выяснилось, что Гарри еще мучают кошмары, хоть и не так сильно, она безапелляционно заявила, что он будет всегда спать с ней. По крайней мере, в этом году. Так и повелось. А эхо того ужасного события еще долго откликалось в сердцах как учеников, так и преподавателей. И лишь внутренний Гарри Поттер был доволен. Он смог избежать смертельной опасности, а значит... Значит не все потерянно и не все предрешено! Да и приятный бонус в виде действительно теплой и приятной постели его радовал. Да, он не был в том возрасте, когда мог испытывать физическое удовольствие от всего этого, но вот морально - да, еще как. И разум бедного попаданца ликовал. Ликовал от осознания того, что не все еще предрешено, и он-то еще побарахтается!
  
  
***
  
  Но... Жизнь продолжалась в независимости от событий мира людского, и через месяц об этом страшном событии будут говорить все меньше, через три - постараются забыть как страшный сон, а через год - это совсем забудется. Станет лишь историей. Лишь строчкой в протоколе одного отдела министерства магии Англии. А спустя года два, всем будет абсолютно наплевать, что когда-то в этом замке училась Гермиона Грейнджер. Все забудут о ней. Таково уж человеческое сознание. А как же ее родители? Ведь, наверняка, кому-то интересно, не так ли? И как рассказчик, я вам отвечу. Скажу о том, о чем детям не сказали. Открою тайну... Хотя какая это тайна? Ну, просто в ту неделю у обливеаторов было на один вызов больше. Всего лишь... Какая мелочь, не правда ли? А время-то шло, шло своим неспешным ходом, шло к началу нового, девяносто второго года.
  
  
***
  
  Гарри Поттер был в принципе доволен своей спокойной жизнью в Хогвартсе, которая, после Хэллоуинского происшествия, стала еще более размеренной и спокойной. Никто к нему с непристойными предложениями, по типу "сходить глянуть милашку-цербера", "помочь перевезти дракошу" или там "сгонять по бырому за философским камнем" - не лез. И что особенно его радовало, так это отношения с Тонкс, что становились все ближе и крепче. С ее стороны. Гарри ведь обычный, милый, но пугливый и скромный мальчик, так что никаких тайных-тайных планов он не строит, да! В общем, уроки шли своим чередом, домашние задания задавались и делались, младшие дети отходили от происшествия, а старшие осознано старались забыть, усиленно занимаясь кто чем. Кто учебой, кто любовными интрижками, а кто квиддичем. Каждый в меру своих желаний и способностей. И все бы было хорошо, внутренний Гарри Поттер был бы полностью доволен жизнью, и какой-никакой, но безопасностью, о которой, в самом деле, говорить было рано, так как некто Т.М.Р. сейчас ненавязчиво так сидел в затылке некого К.К., и активно так занимался своей подрывной деятельностью, но случилось непредвиденное. Точнее, не то что бы непредвиденное, просто внутренний Гарри Поттер это как-то упустил из своего цепкого вида в свое время, так как имел дело он не с обычными людьми, а магами. Да и не было это опасно для жизни... По крайней мере, он так думал изначально. В общем-то, все оказалось довольно прозаично и забавно... у Тонкс начались месячные. И... Жизнь Гарри Поттера, как наиболее близкого ее друга, резко осложнилась. Но перед описанием его злоключений на этом поприще, я, как рассказчик, обязан внести некие пояснения. "Месячные" - не вполне корректное название, так как у магов, а в данном случае ведьм, все немного по другому, и если у людей месячные имеют как раз такие примерно месячную периодичность, то у ведьм все сложнее. Дело в том, что маги - народ более долгоживущий, чем обычные люди, раза эдак в три. И это влияет не только на саму продолжительность жизни, но и на некоторые части физиологии. В общем случае, у магов некоторые процессы происходят в три раза медленней, чем у людей. Но это только в общем случае. Совершеннолетие, а соответственно и полная физическо-магическая дееспособность у них устанавливается в обычные семнадцать-восемнадцать лет. А беременность протекает в среднем на месяц-два дольше. Но вот месячные подходят под правило "общий случай", так что их периодичность у ведьм в среднем раз в три-четыре месяца, и Гарри Поттеру посчастливилось таки напороться на это время... А ведь пройди еще месяц и все прошло бы гораздо, гораздо спокойнее для них обоих... Ведь там каникулы зимние, а соответственно и разъезд по домам.
  
  Конечно, ценность вышеописанной информации не велика, но всяко ценнее ответа на вопрос: "Откуда берутся огромные круги на кукурузных полях?". Да и должен я был, как рассказчик, упомянуть о столь значимом, для психики одинокого и грустного попаданца, моменте. И кстати о кругах... Сначала, кончено, грешили на инопланетян, но потом выяснилось, что в этих местах ежики водят хороводы... Тайна века раскрыта - да! И кстати, ценность этой информации так же близка к нулю.
  
  Собственно, началось все для Гарри Поттера с того, что в один прекрасный день, в начале декабря, у Тонкс было преотвратнейшее настроение. Причем изменилось оно на такое вот плохое - довольно быстро, и не сразу наш юный, и уже не совсем мессия, смог понять в чем же дело. Первые два дня были похожи на игру в сапера на поле десять на десять и с количеством мин равному девяносто девяти... Довольно проблематичными были эти дни. Это если коротко. И Гарри Поттера спасало лишь то, что он был маленьким и тихим мальчиком, да и что не говори, но Тонкс к нему относилась очень хорошо, так что свое плохое настроение она срывала на других. Но даже так, мальчику доставалось. Хотя бы в том, что из-за своего настроя, Тонкс стала малообщительной, грубой, и еще более неуклюжей, что приводило ее в еще большее негодование. И только Гарри начал привыкать к такому вот подвешенному состоянию, научился правильно реагировать, да и просто правильно вести себя при такой вот Тонкс, как все снова резко поменялось. На третий день девушка стала апатичной. Меланхоличной. Задумчивой. Замкнутой. Утром она не разбудила Гарри. Не помогла собрать вещи и одеться, хотя до этого всегда этим занималась, все же, то ли у нее мать в душе заиграла, то ли старшая сестра... Дальше - больше. Она ни с кем не общалась, даже с Гарри, ушла в себя, и, что самое удивительное, забурилась в библиотеке! И ладно бы учебники читала, так нет... она читала сопливые книги некого Г. Локхарта! Когда Гарри Поттер об этом узнал, то сначала не поверил, сходил сам посмотреть, а потом ходил ошарашенным несколько часов, так как знал, что Тонкс ненавидит писанину Локхарта. А к вечеру решил забить, во-первых не его дело, во-вторых - нервы целее будут, а в-третьих - "Ни во что не вмешиваться и выжить!". Так звучало его первое, второе, и третье правило жизни в этом мире. Но к таким вот решением пришел внутренний Гарри, а внешний же - благоразумно решил поинтересоваться у однокурсников Тонкс что же с ней случилось и не нужна ли ей помощь. Тогда-то и выяснилось все про месячные, страшные тайны, пестики-тычинки и сокровенные тайны. Маленькому Гарри Поттеру поведали эту страшную информацию две подружки-семикурсницы, которые наиболее активно общались с Тонкс, хотя назвать их друзьями было нельзя, при этом они хитро так хихикали и иронично посматривали на краснеющего героя магического мира. А Гарри Поттер лишь старался правильно отыграть эмоции своего внешнего возраста, смущение, покраснение, немного стыда... Ну, все как и должно быть у застенчивого мальчика одиннадцати лет. Хотя, внутренний Гарри лишь кривился, все же, одного слова "месячные" ему хватило для полного понимания ситуации, но девушки-подружки этого же не знали! Так что пришлось терпеть, играть и смущаться. И после этого, благоразумный Гарри Поттер решил оставить подругу в покое и не беспокоить, ведь он мальчик скромный, добрый и понимающий, хоть и маленький еще... В общем, всех удовлетворило решение мальчика-который-выжил. Ну, не само решение, а то, как оно было подано и отыграно. По крайней мере, декан их факультета сказала ему о том, что рада, что Гарри мальчик - понимающий и не обижается, а Альбус бла-бла-бла Дамблдор ему одобрительно подмигнул за завтраком на следующий день. Так что внутренний Гарри снова ликовал, ведь он снова прекрасно справился с проблемой и не вышел при этом из образа. Хотя его и интересовал один момент. Почему Тонкс не приняла соответствующее зелье? И хоть Гарри узнает об этом гораздо позже, я, как рассказчик скажу вам об этом сейчас. Просто Тонкс, из-за всей этой кутерьмы с троллем и смертью ученицы, а так же из-за ночных и не очень кошмаров, просто напросто забыла заказать необходимый флакончик. Почему же заказать, а не сделать, ведь рецепт не так уж и сложен? Да просто она метоморф, а у них всегда немного своеобразный организм, так что нужен индивидуальный подход в столь тонкой части здоровья и физиологии.
  
  Но вернемся к зря ликующему Гарри Поттеру. Ох, зря ликующему! И нет, ничего плохого не случилось, просто, еще день спустя, Тонкс вошла в последнюю и наиболее проблемную для юного волшебника стадию. Стадию повальной эмоциональности и гиперболизированной заботы. Ооо... Вот тогда-то Гарри Поттер и познал истинный повседневный свой личный Адъ и Израиль. Даже его внутреннее "я", не то что внешнее, слегка панически содрогалось в последствии. И опять же, ничего опасного... Ну... Почти... Просто Тонкс стала излишне сильно о нем заботиться. И если сначала у окружающих это вызывало умиление, как действия метоморфа, так и реакция на них Гарри Поттера, то на третий день все встречные просто в наглую ржали. Даже вечно в принципе сдержанные слизеринцы. А уж усталый, обреченный, вымученный взгляд героя, удовлетворил даже Драко Малфоя, который изредка доставал Гарри, и всячески старался вывести его из себя. Так что же Тонкс делала? А все! С утра она его будила, умывала, собирала, вела на завтрак и кормила с ложечки не принимая никаких возражений. А одиннадцатилетний Гарри Поттер и физически, и магически не мог справиться с ней. Ну никак! Бой был излишне неравным! И если в обычной ситуации он мог воззвать к разуму и заболтать Тонкс, то вот в тот момент... В общем - не мог. А учителя ничего не делали... Даже их декан... Лишь из последних сил сдерживали улыбки и старались делать вид, что ничего не видят, ничего не слышат, и вообще все нормально и обыденно! С другой стороны, внутренний Гарри Поттер понимал, почему они позволяют твориться такому безобразию. Все просто: детям, да и взрослым тоже, нужно было отвлечься от печальных событий, а обстановку в замке нужно было разрядить. И такое вот странное стечение обстоятельств прекрасно с этим справилось. Гарри не думал, что это очередной хитровыебанный план ДДД, слишком уж много было случайностей, но и не мог не признать изящность такого хода для сложившейся в замке ситуации. В общем, герою магического мира в который раз пришлось за всех отдуваться. Ну да не в первой, так что Гарри смирился и старался получать удовольствие, как учил его древний-древний и баянистый анекдот.
  
  Что еще Тонкс делала, ведь я вам рассказал только про утро и завтрак? Ну, давайте продолжим. После завтрака она его отводила на урок, убегала на свой, со звонком прибегала и отводила на следующий. А однажды, когда он, не дожидаясь ее, ушел сам, она его быстра нашла и прилюдно его раскритиковала! Распекала минут десять, пока не кончился перерыв. Да так живо, эмоционально, что даже внутреннее "я" Гарри Поттера было под впечатлением и почувствовало толику вины, а все окружающие, а затем и весь замок, омуты памяти и передача воспоминаний - рулят, получили здоровую порцию смеха и хорошего настроения, а наши герои так же новую порцию косых и смеющихся взглядов. Но Тонкс не обращала на них внимания, ведь ее маленькому Гарри нужна забота! Какое тут на других внимание обращать?! Так что после этого Гарри терпеливо дожидался Тонкс и терпел беззлобные шутки и подначки старшекурсников. На обеде повторялся завтрак, в свободное послеобеденное время девушка занималась с ним, и ладно бы по программе занималась, так нет! Она его, скорее всего с дошкольником перепутала, так что чтение по слогам, как и прочие детские обучающие программы, стало обыденностью для вечеров барсучьего факультета. И новым поводом для сплетен, шуток и приколов. А вот когда массы узнали о том, что Тонкс лично умывает Гарри в ванной для старост, и даже не спрашивайте, как она выбила пароль, при этом абсолютно не стесняется сама раздеваться, да еще и купается вместе с ним: всем было не до смеха. Все люто бешено завидовали. А когда просочилась инфа о том, что и спят они в одной кровати... Хотя до этого думали, что они просто в одной комнате живут... Все старшее мужское население Хогвартса зашлось слюнями, фантазиями разного рода извращенного толка, а так же еще более бешеной завистью и показным негодованием. От решительного перехода к шуткам со стороны их останавливало лишь то, что Гарри Поттеру было одиннадцать лет и ничего такого - не было! Ну, они так думали... Да и Гарри тоже так думал. До последней ночи перед приходом Тонкс в себя. Тогда он решил не пить заваренный ею травяной чай, из-за которого он так крепко и сладко спал и как бы не видел кошмаров, а незаметно испарил содержимое колдовством. Во-о-от! Не зря он не выпил тот чаек. Совсем не зря! Иначе бы не узнал один интересный и замечательный факт о том, что Тонкс, под покровом темной темноты, глухой ночью, часов эдак в двенадцать, безбожно самоудовлетворяется одной рукой, при этом второй прижимает Гарри к себе и судорожно вдыхает его запах, уткнувшись тому в макушку. И все. На этом участие Гарри Поттера в акте ее самоудовлетворения заканчивалось. Границ дозволенного Тонкс не переходила, хотя о границах приличия явно благополучно позабыла, малолетних не совращала, хотя этот самый малолетний был бы отнюдь не против... годика эдак через два-три. Ибо сейчас, как это бы не печалило внутреннего Гарри, он был слегка не в той форме, в которой нужно. В общем, информация для Гарри Поттера была интересной, но отнюдь не важной. Так что он решил не раскрывать себя, да не смущать почем зря девушку, с которой у него сложились довольно теплые отношения. Хотя однажды, и может даже совсем скоро, он ей это припомнит. Но в более спокойно обстановке и по прошествии определенного времени. Что бы страсти поутихли. Да и опять же, внутренний Гарри Поттер прекрасно ее понимал, нужна же ведь девушке разрядка? Как физическая, так и морально-эмоциональная. Особенно в связи с последними событиями и просто насыщенностью последних дней. А раз она его не домогалась, и за определенные, хотя и весьма растянутые, рамки не выходила, то можно и забыть на время. Но Гарри Поттер для себя все же отметил две вещи. Первое - Тонкс явно уже относится к нему не совсем как к другу. И второе - Тонкс очень вынослива... И это его слегка, но настораживало. В далекой перспективе естественно, но все же.
  
  Перед тем как окончательно лечь спать, девушка ловко, используя магию, меняла постельное белье, которое излишне ее компрометировало, переодевалась в свою излюбленную ночную майку и шортики светлых оттенков, и ложилась обратно. После чего спокойно обнимала мальчика и прижимала к своей объемной груди. И кстати, что умилило внутреннего Гарри Поттера, так это то, что Тонкс перед тем как засыпать, целовала его в лоб. Но не это так умилило и удивило попаданца, поцелуев что ли не видел? Нет... Просто Тонкс... Она сделала это реально с любовью. Не для галочки, не для себя, а действительно с любовью и желанием хорошего сна для Гарри. И ведь знали они друг друга от силы тройку месяцев... И тогда внутренний Гарри Поттер еще раз для себя осознал, что женский разум - потемки. А теперь он уяснил и еще один немаловажный факт: женский разум метаморфа - темные потемки.
  
  
***
  
  Наутро ничего не говорило о ночных приключениях. Тонкс была бодра как никогда и, наконец, пришла в себя, так что утро началось... с извинений и объяснений. Но в то утро мальчик, гордо подняв голову, ни слова ей не сказал, оделся и отправился на завтрак. Хотя еще долгих две недели его преследовало дикое хихиканье и хитрые улыбки окружающих, но Гарри Поттер терпел. Тонкс тоже доставалось, но как-то слабо, и мимоходом, так что для нее ничего толком и не изменилось, кроме отношений с Гарри Поттером. А он, то бишь Гарри Поттер, пришел к выводу, что все было - не так уж и плохо, да и плюс был. Его с Тонкс отношения стали еще более близкими, потому горемычный попаданец принял ее извинения и стал с ней разговаривать всего лишь неделю спустя после того, как Тонкс отпустило. И всю эту неделю она покаянно ходила за ним хвостиком и постоянно извинялась. И даже взятки давала! Пыталась подкупить его шоколадными лягушками, которые попаданцу очень нравились! Но он терпел и держался. С честью. Неделю. И простил. За обещание годового запаса шоколадных лягушек. Знала, чертовка, чем соблазнить маленького, но такого наивного мальчика! А я, как рассказчик, авторитетно заявляю: "Продажное, слабовольное ничтожество!". Но если вернуться к извинениям, то лягушки были лишь предлогом, и оба это понимали. Да и не винил мальчик ее. Ведь и сам, без ее сбивчивых объяснений после того, как она пришла в норму, понимал, что все дело в ее метоморфской природе. Повышенная эмоциональность и самовнушаемость - дикое сочетание. Но этим страдали все женщины-метоморфы. Уж слишком у них нестабильный гормональный и эмоциональный фон во время месячных, потому им и необходимо принимать соответствующее зелье. А то вот такие ситуации будут периодическими. Благо, годам к тридцати это все ослабевает и метоморф, наконец, может себя полностью обуздать, тем самым контролировать и без всяких зелий. Такая вот рекурсия. А их отношения вернулись в прежнее русло, но стали чуть ближе и доверительней, особенно со стороны Тонкс.
  
  А год учебный все шел и шел. Обстановка в замке возвращалась к былой, и не малой заслугой была достойная жертва Гарри Поттера во благо всего учебного заведения. Профессор Спраут даже наградила его лишними тридцатью баллами. Но тс-с! Это тайна. Для всех они были получены за помощь в уборке теплиц, но настоящая формулировка "За достойное Хаффлпаффа терпение!" не оставляла сомнения в истинной причине награды. Да и ободряющий взгляд декана как бы тонко намекал. И ДДД хитро сверкал своими очками. В общем, все получили то, что было нужно: кто очки, кто хорошее настроение, кто более близкие отношения, а кто-то и возможность первоклассно отыграть свою роль. И год шел дальше... И шел он к своему завершению. Новый год наступит через несколько дней, а пока, в этот холодный декабрьский вечер, в полупустой от разъехавшихся учеников гостиной барсучьего факультета, перед жарким камином в большом и удобном кресле сидела Тонкс. На ее коленях с удобством расположился Гарри Поттер, что сейчас сладко и спокойно посапывал на ее груди, плотно укутанный пледом. Он впервые, со дня приезда в Хогвартс, ощущал некое подобие полной защищенности. И временами, когда он выходил из дремы, он, глядя на огонь, надеялся, что это чувство останется с ним подольше. Ведь впереди еще столько опасных для его драгоценной жизни испытаний. Столько проблем и сложностей. Но он верил... Он сможет выжить. Ведь у него все для этого есть. Хотя и нужно для этого лишь одно: голова на плечах. Рабочая правда, а не просто как аксессуар, но и это у него есть. Та ночь перед камином на коленях Тонкс - была самой спокойной и умиротворенной из всех прожитых в этом мире. И первой, когда он уснул столь глубоко без чьей-либо помощи. А Тонкс еще долго с легкой улыбкой наблюдала за ее посапывающим маленьким другом. Да и другом ли? Ведь он за такое короткое время стал для нее чем-то большим. Вспомнить хотя бы те ночи... Но это пока не важно. Девушка уснула приблизительно в час ночи, и более в будущем ее никогда уже не беспокоили кошмары, связанные с троллем и ужасной смертью первокурсницы. Поистине. Это была важная ночь. А скоро ведь Новый Год... И новый виток в этой истории. И пока ни одно из крепко спящих перед горящим камином тел не знало, что их ждет в будущем. Ой... Я ведь вру! Одно тело - так точно знало. На то это и история о попаданце!
  
  
***
  
  В первый день рождества, двадцать пятого декабря, ранним утром, Гарри Поттер проснулся раньше обычного. И не его в этом вина! Просто Тонкс, что под утро ворочается, скинула его на пол. И так как спали они в гостиной в кресле у камина, то мальчик не только упал, но и, запутавшись в пледе, больно стукнулся о фигурную решетку, что отгораживала тлеющие поленья от ковров комнаты. Собственно от звука удара и приглушенного чертыханья маленького мальчика проснулась и Тонкс. Которой мгновенно стало очень стыдно! Вон, даже волосы розовеют вперемешку с зеленой крапинкой. Что? Я не рассказывал об этом феномене? Ох... Моя ошибка, да! В общем, коль Тонкс была метоморфом молодым, то и не могла полностью контролировать свой дар. И если произвольных превращений уже удавалось избегать, то вот мелкий контроль значительно хромал. Так что периодически девушка щеголяла со странной шевелюрой, неестественным цветом кожи и так далее. Вот и в этот раз случился такой казус. Благо Гарри был привычным и не обратил на это внимания, а лишь усиленно массировал появляющуюся шишку. Тонкс, увидев такую вот сюрреалистичную картину, как ее маленький, но жутко милый друг, заспанно щурясь и шипя от боли, тер свою голову, стала странно улыбаться. И на некоторое время она была потеряна для общества. Так что Тонкс, сначала любовалась и умилялась, а только затем, словно очнувшись, поспешила извиниться. После чего поспешно рванула к Гарри Поттеру и занялась тем, что до этого делал он сам, то есть терла ушиб, дула на него, а когда мальчик сказал, что стало легче, умильно поцеловала место травмы. И хоть в последнее время она стала гораздо реже творить такое, но иногда все же случалось. Очень уж Тонкс нравилось строить из себя заботливую старшую сестренку... В общем, новогоднее утро было хоть и не самым радужным, но веселым - наверняка. К тому же, что самое главное, пришло время распечатывать подарки! Которых было не то чтобы много, но они были!
  
  Тонкс ели удержала Гарри от немедленной расправы над ни в чем неповинными свертками, и для начала потащила на обычные, ежедневные процедуры утреннего умывания. Праздник - праздником конечно, но... сами понимаете. Девушка чувствовала свою ответственность за своего друга. Так что к подаркам они преступили только спустя полтора часа, за которые успели умыться и позавтракать. Еду они вкушали, кстати, в гостиной своего факультета, которую заботливо притащили домовики. И они были единственными обитателями своего факультета в этой башне. В Хогвартсе вообще осталось мало учеников на рождество в этом году. Эмоции от происшествия поутихли, конечно, но вот совершенно не забылись. Так что в этом году, помимо преподавателей, в школе осталось целых двенадцать учеников. Гарри и Тонкс с Хаффлпаффа (И то, Тонкс осталась ради Гарри, а Гарри решил не ехать к Дурслям, так как, не без основательно полагал, что каникулы, проведенные можно сказать с Тонкс наедине - будут гораздо лучше, чем с родственниками), четверка Уизли с Гриффиндора, один первогодка и две старшекурсницы со Слизерина, и трое старшекурсников с Рейвенкло, которые решили не отвлекаться от своих экзаменационных проектов. Так что завтрак было разрешено пропустить, как и обед, но вот присутствовать на Рождественском пиру, то есть на ужине - было обязательно. В общем, вернувшись к горке подарков, Гарри и Тонкс с нетерпением стали их перебирать. На удивление у Гарри подарков было довольно мало, всего три, хотя и не удивительно, он мало с кем общался, что там - у обычных людей, что здесь - в Хогвартсе. Но вот гора открыток настораживала. Видно, все хоть сколько-то мало-мальски знавшие Гарри Поттера, решили ему прислать поздравления... Кучка же Тонкс была не в пример больше и объемнее. Но обо всем по порядку. Гарри Поттер медленно взял первый сверток из пожелтевшей, жесткой бумаги, и неспешно распаковал его. Это был самый подозрительный сверток, так как принадлежность двух других установить было элементарно. Магловская коробка - Дурсли, деревянный кейс, оформленный, скорее всего, Биллом Гейтсом времен создания восьмой винды, когда тот стал ярым приверженцем кубизма. Правда кубики были двух цветов, и нормальный человек сразу же признал бы в этом кейсе шахматную доску. Собственно ей он и был. Это был подарок Тонкс. Довольно дорогой набор, с большой свободой кастомизации и полностью послушными фигурами (после определенных настроек), которые, все же, могли правильно советовать, ведь в них было вложено множество тактик. Потому вот этот сверток из бумаги был наиболее странным подарком, хотя и внутренний Гарри догадывался, что в нем. Тонкс в это время с увлечением и радостными возгласами разрывала упаковку подарка, что прислала ее семья. Но вот Гарри справился с бумагой и его рука коснулась странной на ощупь ткани, она будто вода переливалась между пальцами, скользила по руке и отдавала легкой прохладой. Откинув упаковку, мальчик встряхнул подарок и с сомнением посмотрел на странную мантию.
  
  - Эм, Тонкс... - Позвал Гарри девушку, отвлекая ту от ее неимоверно интересного занятия. Хотя, именно внутреннему Гарри больше нравилась ее одежда, которую та сменила после душа. Кстати, стоит уточнить один момент: в гостиной каждого факультета была своя общая ванная комната, так же разделенная на мужскую и женскую половины. Ну, что бы студенты далеко не бегали. Хотя и по замку было разбросано множество туалетов с ванными. Всякое бывает же... Например такие комнаты примыкали к раздевалкам команд по квиддичу. В общем, наскоро приняв душ, пока Гарри ходил в их комнату переодеваться в более легкую одежду, Тонкс с наслаждением избавилась от школьной формы и напялила на себя свой излюбленный комплект из светлых шортиков и майки. И не зря эта ее одежда была у нее излюбленной! Внутренний Гарри Поттер отвечает! Хотя, этот же внутренний Гарри, не мог не отметить, что стиль ее одежды, как и ее любимые цвета, довольно часто контрастировали с цветом ее волос. Все же, Тонкс почему-то всегда свои волосы держала в одном цвете - фиолетовом, изредка меняя его тон, и при этом, среди одежды у нее преобладали светлые и спокойные цвета: белый, бледно желтый, бледно зеленый и бледно же розовый. И Гарри все забывал поинтересоваться у нее о причинах этого.
  
  Девушка, отвлёкшись от подарков своих, повернула голову в сторону зова, и не успела поинтересоваться причиной зова, как с сомнением уставилась на мантию в раках ее Гарри. Мальчик, заметив куда направился взгляд девушки, молчал.
  
  - Хм... - Протянула Тонкс, почесав голову. - Какая-то она большая для тебя... - Девушка опустила свой подарок на пол, встала с корточек и подошла к Гарри, с любопытством рассматривая странную вещь.
  
  - Да не только! - Наставительным голосом, хотя скорее голоском, - да блин, в одиннадцать лет это реально голосок, как рассказчик заявляю! - ответил Гарри. - Она странная. Вот, потрогай. - Он протянул мантию Тонкс, которая тут же ее взяла и стала ощупывать.
  
  - Согласна. Она странная. - Еще немного пощупала. - Какой необычный материал. Чем-то на шелк смахивает, но... не то. Ну-ка... - Хихикнула девушка, и, взмахнув полами мантии, накинула ту на себя. - Ну, как, мне идет? - Хитро и с улыбкой спросила девушка у своего маленького друга. Тот широко распахнул глаза и удивленно смотрел на нее. Тонкс показалось это странным, хотя странность быстро прояснилась, потому как мальчик стал легонько посмеиваться.
  
  - Знать не знаю! - Честно ответил Гарри. Снова хихикнул. - Ты просто прозрачная.
  
  - Что? - Удивленно спросила девушка, такого она не ожидала, так что сразу посмотрела вниз. - Хм, и правда... - Тонкс задумчиво открывала и закрывала полы мантии. - Что ж, поздравляю Гарри, тебе подарили мантию невидимку. Причем, как я могу судить, очень качественную. Даже и не думала что такие могут быть.
  
  - Круто! - Гарри живо заерзал на месте, стараясь стянуть свой подарок с Тонкс, и хитро-хитро скалился.
  
  - Ты чего это так оживился! - С подозрением спросила Тонкс, рассматривая хитрую рожицу мальчика.
  
  - Ну как "чего"? - Искренне возмутился Гарри! - Это же мантия-невидимка! Теперь я могу безбоязненно подсматривать за девочками в ванной! Как раз на Слизерине остались те две старшекурсницы... - Гарри уже стянул мантию с Тонкс, и сделал пару шагов по направлению к двери из гостиной... Девушка сначала была в шоке, а вот теперь как-то очень нехорошо улыбалась.
  
  - Подглядывать значит... А ну стой, Гарри! - Крикнула она и кинулась за мальчиком, что сейчас уже почти дошел до двери... Как его сбило с ног, мягко правда, повалило на землю, пол то есть, и придавило. Ну как придавило, Тонкс просто уселась на него, правда в основном она опиралась на свои ноги, а то ведь и раздавить могла, при такой разнице в росте и весе. - Рано тебе еще, мелочь, за девчонками в ваннах подглядывать! - Тонкс строго глядела на своего подопечного. А внутри, хоть и не осознанно, но слега приревновала, из-за того, что Гарри решил подглядывать за другими девушками, а не за ней. Но это чувство было очень глубоко внутри. Слишком глубоко пока...
  
  - Бу-бу-бу. - Надулся Гарри, повернув голову вбок.
  
  - И нечего дуться! - Сказала Тонкс, вставая с героя всея магмира Англии, попутно забирая у того мантию-невидимку.
  
  - Эй! Это мой подарок! - Вскочил мальчик, как только Тонкс с него слезла, совершенно забыв, что он вообще-то дуется! Тонкс лишь засмеялась и кинулась убегать. Гарри кинулся за ней. После седьмого круга по гостиной, он таки смог догнать девушку, та благоразумно не спешила просвещать его на тему ее же поддавания, и они снова плюхнулись на пол, застеленный ковром. Правда теперь Гарри был сверху и он совершенно не стеснялся сидеть и опираться прямо на живот Тонкс. - Мой подарок! - Победно воздев руку с мантией к потолку.
  
  - Твой-твой... - Ответила раскрасневшаяся Тонкс, учащённо дыша. - Но Гарри... - Уже серьезнее начала она. - Пообещай, что не будешь лезть в неприятности. Мантия мантией, но она делает тебя невидимым, но далеко не неуязвимым или неосязаемым! - Тонкс серьезно и с беспокойством смотрела на мальчика. - Подглядывание - это не страшно и не опасно, ну... - она усмехнулась, - даже если тебя заметят, то отделаешься парочкой неприятных, но не смертельных проклятий. - И снова серьезно. - Но все же Гарри...
  
  - Да понял я. - Отмахнулся мальчик. - Я же не дурак! Соваться туда, куда не следует - не буду. Да и не охота, я жить хочу. Пусть во всякие передряги храбрецы с Гриффиндора лезут. А я жить хочу... Вот. - Гордо ответил Гарри.
  
  - Ну и молодец. - Потрепала Тонкс мальчика по черной, непослушной шевелюре, при этом, поднимаясь в сидячее положение, из-за чего Гарри по инерции съехал с ее живота на колени. - Я рада, что ты такой умный. - Рассмеялась девушка, поднимаясь на ноги, и рукой поддерживала Гарри, чтобы тот ненароком не упал. Когда оба стояли на своих двоих, она присела на одно колено, что бы быть с ним лицом к лицу. - И если так хочешь по подглядывать, то так и быть, сходим сегодня в ванную старости, разрешу поглазеть на меня. - С усмешкой заявила девушка, стараясь смутить друга. - Ну и искупаемся заодно.
  
  - Да что я там не видел-то! - Совершенно не хотя смущаться, заявил этот маленький мальчик, чем заставил Тонкс слегка икнуть от такого поворота. "Воспитала на свою голову!" - подумала тогда девушка. А уж то ехидство, какое звучало в его словах, не замеченным быть не могло.
  
  - Ладно-ладно, уел, признаю! - Скрепя сердцем, ответила Тонкс.
  
  - То-то же! - Победно попенял ей мальчик, а потом снова надул щеки и отвернулся. - А ты еще мой подарок забрать пыталась...
  
  - Ну хорошо... - Протянула Тонкс. - Видел он все... Окей, когда будем купаться, я увеличу грудь. - Сделала попытку девушка, искупить свою небольшую вину.
  
  - Ты прощена! - Тут же отреагировал мальчик, и кинулся девушке на шею, крепко обнимая. - Обожаю тебя.
  
  - Ну-ну... - Рассмеялась девушка, но тоже прижала мальчика к себе, после чего, не удержав равновесия, снова завалилась на ковер. Спустя минуту, когда они оба отсмеялись, а так же с удобством развалились на коврах посреди гостиной рядом друг с другом, Тонкс поинтересовалась. - А в подарке не было записок?
  
  - Ха? Я не посмотрел. - Просто ответил Гарри. А девушка, тяжело выдохнув и пробормотав "Ну что за мальчишка?!", перевернулась на живот и потянулась к разорванной упаковке из бумаги. Притянув ту к себе, она снова легла на спину и на вытянутых руках, да под любопытным взглядом мальчика, потрясла ее. Из упаковки выпала небольшая белая карточка, выполненная из куда более дорогого материала, чем сама упаковка. Девушка откинула бесполезный кусок бумаги в сторону, подхватила карточку и развернула таким образом, что бы написанное было видно как ей, так и Гарри.
  
  - Это еще более странно. Знал твоего отца? - Тонкс вопросительно посмотрела на Гарри. Тот помотал головой, мол - не знаю. - Ну, по крайней мере, если пославший не ярый шифровщик, мы можем сделать один вывод... - Мальчик заинтересовано посмотрел на девушку. - Пославший - мужчина, а значит пятьдесят процентов подозреваемых - отпадают. - Иронично закончила девушка. Гарри улыбнулся и согласно кивнул. - Ладно, давай продолжим подарки разбирать что ли... - Энергично воскликнула Тонкс, резко переходя в сидячее положение. После чего с подарками было покончено за полчаса. Все же, больше странных предметов прислано не было. Дурсли подарили мальчику набор сладостей и набор же обыкновенных, но качественных ручек. Ибо Гарри в свое время запамятовал о том, что в магическом мире пишут перьями. И страдал полгода. Но вот теперь-то он заживет! Гарри вообще много писал Дурслям, рассказывал о школе, учителях и событиях. Те были в большом шоке, когда Гарри коротко расписал происшествие с троллем. Ох, сколько беспокойства-то было в письме ответном. Ну и, конечно же, Гарри писал о своей подруге Тонкс, так что Дурсли, хоть магию и недолюбливали, но написали в ответных письмах, что будут рады ее видеть на летних каникулах у себя дома. Такие вот дела. Так что, когда с подарками было покончено, Тонкс быстро сгоняла в их комнату, взяла банные принадлежности, сменную одежду, и, конечно же, коробку шоколадных лягушек, которых в их комнате был целый шкаф. Обещание про годовой их запас Тонкс исправно выполняла. Загрузив все это в наплечную сумку, она вернулась в гостиную, где Гарри со смешным выражением лица думал о сущности бытия. Точнее о том, брать ли с собой шахматы или же нет. Тонкс разрешила его терзания, банальным образом закинув кейс в свою сумку, которая была зачарована на небольшое расширение пространства. После чего, переговариваясь не о чем, они двинулись из подземелий в сторону ванной старост. До праздничного ужина еще было далеко, так что они успеют вдоволь накупаться. Да и шахматы опробовать-то надо, благо у этой модели влагозащита была предусмотрена.
  
  
***
  
  Гарри Поттер вальяжно развалился на воде и с неподдельным интересом сдувал пузырьки пены в воздух. Подплыв к бортику ванной, хотя скорее небольшого бассейна, раскидывая перед собой пену в разные стороны и зарываясь в нее лицом, мальчик, ополоснувшись, потянулся к коробке с его любимым лакомством, и взял из нее шоколадную лягушку, которую тут же закинул себе в рот. Тонкс же в это время на другом конце ванной, облокотившись на изогнутый борт и раскинув руки, расслабленно лежала с закрытыми глазами. Ее розоватые волосы, которые она специально заранее удлинила и теперь те спокойно могли достать ей до пят, так что примерная длина локонов составляла около полутора метров, волнообразными линиями покрыли пространство вокруг нее, заставляя тот участок воды поблескивать розовыми отблесками. Сама Тонкс не особо любила длинные волосы, но где-то месяца два назад, когда она впервые так сделала, восхищению Гарри не было придела. Так что с тех пор, когда они принимали ванную в ванне старост, она всегда удлиняла и распускала свои волосы. Хотя сейчас Гарри Поттеру было явно не до красивых светло-фиолетовых, или же темно-розовых волос. Мальчик сейчас приступил к изучению своих новых шахматных фигур. Те были не стандартной черно-белой расцветки, а темно-красной, почти под цвет мореного красного дерева - это "черные", и желтовато-белый цвет слоновой кости у "белых". И в данный момент, пока все еще юный мессия, игрался с оформлением своего маленького войска. Ну, все же в детстве любили играть в солдатиков? По крайней мере, из мальчиков? Вот-вот! Так что Гарри был очень увлечен, ковыряясь в настройках. Тонкс, приоткрыв глаза, сощурилась от света, так как глаза отвыкли от него, и нашла взглядом своего друга. Склонив набок голову, она просто наблюдала за ним с легкой улыбкой. Ей действительно нравилась его эта непосредственность и та самая детская простота, и... свобода. Все же, девушка, прожила в этом мире уже достаточно, что бы успеть вкусить такие вещи как предрассудки, предубеждение, недоверие, отчуждение, презрение, ненависть... Да много чего. И именно потому этот не по годам смышлёный мальчик, но который при этом оставался ребенком, так ей нравился. Нравилось наблюдать и смеяться вместе с ним над чем-то дико банальным и глупым, и при этом совершенно не испытывать неудобств. Может, в ней говорил материнский инстинкт, или же это нереализованное желание из детства иметь брата? Она не знала, да и не задумывалась, а просто жила. Но все же, стоит отметить один важный факт... Это лишь она считала Гарри Поттера обычным, но умным мальчиком. А правды она никогда не узнает... Но и это не важно. Ведь внутренний Гарри Поттер, хоть и не из этого мира, но хочет прожить обычную и спокойную жизнь. К этому он стремится, к этому он идет...
  
  Девушка, смахнув с себя остатки полудремы, потянулась вверх, расплескав воду и пену вокруг себя. В нос ударил аромат масла из роз, который они использовали сегодня. Легкий запах окутывал всю ванную комнату, но в моменты, когда кто-то из них двоих сильно тревожил пенную воду, аромат становился гораздо сильней. Тонкс, замерев на мгновение, вдыхала этот запах, после чего, встряхнув плечами, сбросила это наваждение. Парой плавных взмахов по воде, она собрала свои волосы позади себя, слегка укоротила, чтобы так сильно не мешали, и неспешно встав, направилась к своему другу, который не обращал ни на что внимания и усердно что-то творил с белыми фигурками. И если для Гарри эта ванна была можно сказать бассейном, то для девушки это была просто большая ванна. Все же, метровая глубина - не такая уж и большая, и вода, когда Тонкс стояла, достигала той примерно до середины живота. Тонкс совершенно не стеснялась своего обнаженного вида, во-первых, такие вот совместные купания проходили не в первый раз, да и что говорить, в первый раз именно она была инициатором, так что не ей жаловаться, во-вторых, она в принципе была не из стеснительных натур, да и в-третьих - она банально доверяла Гарри. В том смысле, что он стал для нее наиболее близким человеком, быть может, после матери. Отец, который почти не принимал участия в ее воспитании, постоянно пропадая на магловской работе, был ниже в табеле доверия Тонкс, чем ее новый друг Гарри. Так что девушка чувствовала себя абсолютно нормально, но в то же время, это не мешало ей дразнить Гарри. И первые месяца полтора это работало, а потом тот привык и уже совершенно спокойно реагировал на ее обнаженный вид.
  
  Еще одной причиной, а может и следствием большого доверия Тонкс к Гарри, было то, что та спокойно относилась к его просьбам как-либо изменить свой внешний вид. Любого другого она бы просто послала, а особо настойчивых - прокляла бы. Прецеденты были. Может Тонкс и была неуклюжей в повседневной жизни, но вот ее талант в чарах и боевой магии признавали многие, в том числе и учителя. Так что ей было чем ответить особо ретивым и настойчивым личностям. Да и были они как-то неоригинальны. Изменение размера груди - было на диво популярной просьбой среди юношей с четвертого по седьмой курс... И многие после таких просьб прохлаждались в больничном крыле от пары часов до пары суток, в зависимости от гнева Тонкс и извращенности ее сознания на тот момент. И все это рассказывается к тому, что просьбы по изменению внешнего вида от Гарри, она охотно исполняла. Быть может дело в том, что просьбы мальчика были полны праздного любопытства и детской непосредственности? Может быть. Гарри обычно просил длинные волосы и плел из них всякие абстрактные фигуры, после чего просил волнообразно менять цвет волос, пока не получалось что-то интересное. Иногда они развлекались тем, что Тонкс преображалась в какого-то студента и старательно его копировала, как внешне, так и поведением. А беспристрастное жюри в лице Гарри Поттера давало оценку. Правда, все заканчивалось тем, что девушка начинала кривляться, и Гарри начинал хохотать. Особенно забавной была ситуация, когда девушка изображала одну из старшекурсниц Слизерина, которая была известна своим холодным и отстраненным поведением. Да... после того вечера, ни Тонкс, ни Гарри, не могли спокойно смотреть на ту студентку, постоянно срываясь в гнусное хихиканье. Благо та слизеринка этого не заметала... Наверное...
  
  Гарри вздрогнул, когда почувствовал, что на него кто-то облокотился. Хотя сразу же успокоился, так как понимал, что никого постороннего ванна не пустит, пока в ней находились люди. Это Тонкс наконец-то дошла до мальчика и опустился позади него в воду, после чего, сложив руки на его шее, заглянула тому через плечо.
  
  - Не испугала? - Спросила Тонкс, рассматривая то, как Гарри настраивает ладью. Тот отрицательно мотнул головой и опустился в воду, а соответственно и в пузырчатую пену чуть глубже. Девушка потянулась за ним, но на полпути остановилась, и, освободив его шею, как бы странно это не звучало, подхватила вскрикнувшего от этого Гарри, уселась на скрещённые под водой ноги, после чего усадила на них самого мальчика. - Не возмущайся. - Щелкнула она легким щелбаном по носу Гарри. Тот что-то пробубнил, но не вырывался и продолжил свое занятие. А девушка за ним наблюдала, за тем, как он старательно настраивает свое войско. Спустя минут десять, Гарри наконец закончил. Он сам потянулся, разминая уставшие плечи и взял очередную шоколадку, которую тут же закинул в рот.
  
  - Не хочешь сыграть? - Спросил Гарри, разворачиваясь лицом к Тонкс.
  
  - Конечно! - Как само самой разумеющееся ответила девушка. - Я по твоему чего тут жду? - Усмехнулась она. Но прежде чем приступить к игре, она взяла с бортика палочку, взмахнула ей, и вода стала стремительно нагреваться, а из кранчиков потекло дополнительно масло из роз, обновив аромат в ванной и увеличив количество уже почти сошедших пузырьков. После чего скомандовала. - Новая партия! - Шахматная доска сама разложилась, и фигурки разноцветных войск повскакивали на свои места. - Ты белыми?
  
  - Естественно! Я что, зря с ними тут почти час возился? - Возмущению мальчика не было придела.
  
  - Ладно-ладно, все, успокаивайся и ходи. - Тонкс потрепала мальчика по голове левой рукой. - А не то съем лягушку!
  
  - Эй! Мои лягушки! - Вскинулся Гарри и угрожающе посмотрел на девушку. Так прошло несколько секунд, после чего оба рассмеялись. - Ладно, так и быть, одну можешь взять. - Смилостивился Гарри.
  
  - Ну спасибо, о щедрая душа! - Хмыкнула Тонкс, но лягушку таки взяла. И съела. Она тоже любила этот десерт. Хотя и не так сильно как Гарри. - Ну так что, начнем?
  
  - Пфх. - Выдохнул Гарри в пену перед собой, которая после такого взлетела в воздух. - Ну а что? Эй ты, пешка, е2 - е4.
  
  За шахматами они провели примерно три часа и успели сыграть всего две партии. В первой выиграл Гарри, но только потому, что настроенные фигуры его охотно слушались. Черные же в свою очередь очень туго выполняли приказы Тонкс, из-за чего та злилась и чертыхалась постоянно. Они норовили не так сходить, отказывались выполнять приказы, или просто выполняли его наполовину. Очень забавно было смотреть, как пешки ходили лишь на одну клетку, когда Тонкс приказывала ходить на две, или гордый ферзь, что остановился посреди доски, потому что побоялся идти во вражеские тылы из-за, как он думал, посредственных тактических знаний девушки... За это время девушка еще два раза обновляла пену и один раз подогревала воду, так что наплескались они вдоволь. Когда вторая игра, скрепя сердцем, закончилась в ничью, На часах уже было почти три дня, так что Тонкс спохватилась и стала потихоньку заканчивать банные процедуры. Гарри не возмущался, ему тоже надоело сидеть в воде, так что они приступили к уже конкретному мытью. Точнее Тонкс усадила мальчика на бортик ванной и медленно, но хорошо стала намыливать его, устроившись на небольшом коврике за ним, что был зачарован на вечную сухость. Особенно тщательно она обработала его волосы, которые были на диво непослушны.
  
  В общем-то, так происходило не в первый раз, так что стеснения никто из них не испытал. Гарри был уже привычен, а Тонкс сама по себе такая, да и что говорить, если даже в первый раз она особо не смущалась? Так что финальная стадия помывки прошла спокойно и тихо. После того как мальчик окунулся в ванную с уже чистой и прохладной водой, и смыл с себя все мыло, пришел его черед быть мойщиком. Ну да это громко сказано. Просто он так же как и Тонкс минутой ранее намыливал ее. И тоже не стеснялся, скорее, считал обыденностью. Но только внешне. Внутренний же Гарри морально расслаблялся в такие моменты, ибо все же, это довольно напряжно постоянно играть в школе полной магов и странных личностей, цели которых не всегда ясны, а иногда ясны, но легче от этого не становится. Так что Гарри, милый, добрый, и скромный мальчик, просто намыливал Тонкс и ничего более. И то, что он иногда ну совсем не осознанно делал некие возбуждающие ту движения... Ну, это просто случайность, ага. Авторитетно заявляю как рассказчик! Именно, попаданец в таких казусах ну совершенно не причем. Просто стечение обстоятельств... И, заклинаю, не смейте вспоминать Угвея и Шифу!
  
  Собственно, на этом все и закончилось. После того как Тонкс смыла с себя свою порцию мыла, они зашли в специальную кабинку, где их мгновенно просушил поток горячего воздуха. Ну и затем оставалось лишь одеться, что они успешно и сделали. И отправились на выход, правда, сделав задержку в предбаннике, где девушка в который раз старалась укротить непослушную шевелюру мальчика. Естественно предварительно усадив того себе на колени. И стоит сказать, что это одна из немногих постоянных процедур, которые Гарри раздражали. Ну не нравилось ему, когда расчёской по голове елозят, и такое чувство, будто волосы выдирают... В общем, Гарри крутился, извивался, бурчал, но терпел. И вот, когда Тонкс привела его прическу в какое-то более ли менее удобоваримое состояние, она с улыбкой заявила:
  
  - Вот просто красавец! - После чего потрепала по волосам, что сразу же разрушило ту прическу, которую та так старательно вычесывала. С другой стороны, на это она и рассчитывала, ибо с искусственно уложенными волосами Гарри выглядел до странного... странно. А так она придала хоть какой-то вид естественности волосам мальчика. - И все же жаль, что ты не метоморф... Гораздо меньше бы проблем была с внешностью... - Задумчиво протянула девушка.
  
  - Ну уж прости что не таким уродился! - Недовольно пробурчал Гарри Поттер, спрыгивая с колен девушки на пол. Тонкс на это лишь снова улыбнулась. Ну да, недовольный и надувшийся Гарри у нее всегда вызывал приступы умиления, и как бы сказали в будущем - "кавая".
  
  - Окей, не куксись. - Подхватила она на руки мальчика, и, не слушая его возражений, посадила себе на согнутые руки, а на плече закинула сумку. - Лучше пойдем, перекусим, а то я проголодалась. - Вот и отправились они на кухню за едой, так как обед был безбожно пропущен. А одними шоколадками сыт не будешь. Гарри еще долго бурчал себе под нос, что он мол - не маленький, и вообще - жутко самостоятельный, но постепенно все это сходило на нет, так как мальчик банально стал клевать носом и засыпать на ходу. Все же, детский организм диктовал свои условия существования, а почти пять часов в воде - довольно серьезное испытание для ребенка, а уж в горячей и подавно. Тонкс заметила это как раз на подходе к кухне, и лишь поудобнее перехватила мальчика, изменив его позу таким образом, что он завалился на ее плечо и спокойно засопел. Перед тем как взять еды, девушка благоразумно отгородила себя чарами тишины, что бы радостные вопли домовиков не разбудили Гарри. И не зря она это сделала, благо эльфы быстро все поняли и стали себя вести очень тихо: выдали еды на двоих, хотя скорее на пятерых, но это же домовики, проводили до выхода и чуть ли платочком не махали вслед... А дойдя до родных подземелий, Тонкс уложила мальчика в кресло, укрыла того вчерашним пледом, да пододвинула ближе к огню. Сама же, перекусив, принялась за то, на что она забивала в последние несколько дней... Подготовкой к сдаче ЖАБА.
  
  
***
  
  Последующие дни прошли довольно живо и интересно, и закадычную парочку совершенно не беспокоило отсутствие большей части учеников, им это было даже в радость. Как авторитетно выразился Гарри: "Зато дышать легче!". Ну и Тонкс была с ним в принципе согласна. Праздничный ужин прошел довольно весело, в основном благодаря Дамблдору и, как ни странно, семейке Уизли. Уж что не говори, но развлекаться они умели. Даже вечно чопорный Перси. В этом году, из-за малого количество оставшихся учеников, все сидели за одним столом, и преподаватели, и ученики, благо, ситуация была такова, что учителей было даже больше! Но что ни говори, ужин прошел в веселой и домашней обстановке, даже вечно хмурый и мутный Снейп был слегка, совсем чуточку, но менее хмурым и мутным. Гарри даже нашел в угощениях пару сиклей, набор хлопушек, и... странную медаль, с надписью "За выдержку". Учитывая явно еле сдерживающих смех преподавателей, как бы ничего незнающего декана, и хитро-улыбчивого директора, это было подставой. Самой настоящей. И Тонкс тогда неудачно так отвлеклась от разговора с рейвенкловцем и увидела медаль. И ладно бы там просто была надпись! Так нет, на ней была изображена женщина, укачивающая грудного ребенка... И этот намек был непозволительно толстым. В общем, когда метомрф очень красноречиво икнула и истерически стала посмеиваться (может, ее насмешки и не коснулись почти, но вот самой ей было очень стыдно за свое поведение), на медаль обратили внимание все оставшиеся ученики, сидевшие за столом. Те кто хорошо видел, пересказали тем, кто нехорошо видел... И тогда стол не выдержал и потонул-таки в хохоте. Спустя секунду к ним присоединился и Гарри, который гордо повесил медаль на шею, умел он все же играть на публику когда надо... И единственной кто не смеялась, была Тонкс (ну и Снейп, но кто его в расчет берет?)... Та в буквальном смысле покраснела от смущения... И волосами, и кожей, и глазами... И это лишь усилило тогда смех. В общем, праздник выдался на ура, и даже Тонкс признавала это впоследствии, правда, только наедине с Гарри. И закончился бы этот день хорошо, если бы не одно "но". Нет, "но" было гораздо больше, но было оно роковое "но". По пути в свои подземелья, на перекрестке коридоров, они встретили двух рейвенкловцев, что тогда ненавязчиво что-то прятали в полах своих мантий. Хотя граненные очертания бутылок трудно было не узнать. В общем-то, ситуация банальная, эти зубрилы решили в честь праздника все-таки расслабиться, и посветить свободное время не научной деятельности, а разрушительной. Ну, разрушающей их организм. Выпить в честь праздника они короче решили. Ну и почему да не позвать бы мирно проходящих мимо знакомых студентов? К тому же, когда одна из знакомых - такая девушка как Тонкс? Может, многие и относились к ней с предубеждением для дружбы на постоянной основе, то вот к кратковременным общениям предубеждений не было. По крайней мере, у конкретно тех двоих рейвенкловцев - точно. Собственно, суть да дело, перебросились парой фраз, да Тонкс и не заметила, как согласилась. Видно шампанское, которое на праздничном ужине было разрешено пить совершеннолетним ученикам, таки уже подействовало. А метоморфы - раса довольно чувствительная к таким изменениям, особенно когда метоморф - молодой. В общем, Тонкс затесалась в компанию уже слегка поддатых старшекурсников с Рейвенкло, ну а с ней за компанию увязался и Гарри... Праздновать они решили в гостиной Хаффлпаффа, ибо она была ближе.
  
  Да... В общем, там такое творилось! Как рассказчик говорю! Такое!.. Что-то с чем-то... А на утро у одного везучего, но в то утро как-то не очень, попаданца было прекра-асное настроение! Настолько хорошее, что ни в сказке сказать, ни пером описать, ни матом сформулировать. Зря все же Гарри Поттер поддался на те уговоры уже пьяной Тонкс. Так философски размышлял не мальчик, но муж, когда проснулся утром двадцать шестого декабря в постели Тонкс... И если кокой-то дятел подумал, что ночью что-то было... То уверяю, ничего, что подходит под определение "совращение малолетних" - не было. Но если вам показалось что здесь все-таки есть какие-то сексуальные намеки, то вам не показалось, они реально есть, но в тоже время, вы снова правы, и это лишь намеки, не имеющие связи с действительностью. Зато на утро у горе-попаданца были проблемы с головой и дыханием. Голова не то что бы болела, но шумы в ней стояли такие!.. В общем, все как выше, ни в сказке сказать, ни... Ну и так далее. И было это состояние ну очень неприятным. А почему же он дышать мог с трудом? А вот тут пришло время для реально сексуальных намеков, ибо все дело в позе, которой он спал. Точнее, дело в позе и расположении Тонкс. Я сейчас не буду расписывать все перипетии, что привели к этому, но опишу то, что творилось на утро в комнате Гарри и Тонкс на кровати самой Тонкс.
  
  Снизу лежал Гарри. А на нем лежала Тонкс. Это если коротко. И если у вас опять не успела разойтись фантазия, то я с гордостью продолжу. В общем, лежала Тонкс не просто так, а аккурат головой в конец кровати, когда Гарри лежал диаметрально наоборот. То бишь мальчик-то как раз и лежал нормально, даже на подушке, но вот девушка не искала легких путей, потому заснула, обнимая ноги Гарри как подушку, и уверенно разместившись на его теле всем своим немалым весом, немалым для одиннадцатилетнего щуплого мальчика, ну, это пояснение что бы вы ничего лишнего не подумали, и самозабвенно пускала слюни во время сладкого сна. Ну и так получилось, что мальчик, а точнее его голова, оказалось точно между ног девушки, а та - лежала на животе, потому проснувшемуся Гарри тогда открылся, хотелось бы сказать прекрасный, но скажу просто - вид на ее попку, одетую в ее же обыденные светлые трусики. И тут бы попаданцу морально испытывать эстетствующее удовлетворение, но его тогда больше беспокоила невозможность нормально дышать. Да, он не задыхался, но чувство недостатка воздуха, вкупе с шумящей головой и невозможностью вдохнуть нормально, заставляли крутиться. В общем, придя в себя немного, он попытался сбросить с себя девушку, но не вышло. И снова попытался, и снова не вышло. А Тонкс лишь сладко поерзала, сползла чуть вниз, или вверх, если смотреть с позиции Гарри, и почти уткнулась трусиками в лицо пока еще избранного. Но в тоже время, и вес, давящий на ребенка, стал больше. Гарри попытался сделать что-нибудь руками, но не вышло. Видно отлежал их, и в тот момент они были какими-то ватными и малочувствительными. Сделав очередной кашляющий выдох, внутренний Гарри представил себе надпись на могилке "задушен спавшей на нем девушкой", подумал о том, что это будет наиболее нелепая смерть из возможных в Хогвартсе, погибнуть в сражении с василиском было бы эпичнее, и принял единственное верное на тот момент решение. Проследите логическую цепочку: недоступные конечности, недостаточно сил для самостоятельного высвобождения, не работающий голос из-за пересохшего горла, и попка виновницы сего положения под носом. Ну, проследили логическую цепочку? Ну да не важно. В общем, Гарри взял, да из последних сил уткнулся раскрытым ртом в левую (она была ближе) ягодицу девушки. И сжал как можно сильнее зубы. Громкий крик, эм... ладно, визг, оповестил его о том, что все прошло успешно, так что он, не теряя времени, помог подскочившей на месте Тонкс, с помощью своих коленей естественно, упасть на пол сбоку от кровати. Громкий звук удара удовлетворил мстительный настрой внутреннего Гарри Поттера, и тот наконец-то смог вздохнуть полной грудью. После чего произошёл, можно сказать, обыденный диалог.
  
  - Ай-яй-тс-сссс... - Шипела на полу еще не пришедшая в себя Тонкс, но уже теревшая пострадавшие места: голову и левую ягодицу. Ну и выглядела в этот момент она до боли неуклюже. - Айск. - Прикусила девушка язык и схватилась за голову уже двумя руками, видно, последствия ночного празднования, наконец-то, начали проявляться. - Как же хреново... - Шипя, выдавила Тонкс, открывая глаза. - Гарри, чего кусаешься? - Тихо и стараясь не двигаться, спросила девушка. Она вообще старалась замереть статуей и переждать...
  
  - А нечего было на мне спать. Я чуть не задохнулся! - Громко высказал свой протест мальчик, ничуть не жалея свою подругу, которая тут же скривилась от громких звуков.
  
  - Прости-прости, только потише... - На выдохе высказалась Тонкс, и медленно, без резких движений, стала опускаться на пол, после чего, с блаженством примостила свою голову к железной витой фигурной ножке кровати. Гарри внял просьбе, молчал, и активно приводил себя в порядок: глубоко дышал, двигал руками, а затем и растирал их. - Гарри, не мог бы ты достать из шкафа в кладовке то синее зелье... - Жалобным и что самое главное тихим голосом попросила девушка. Можно сказать она шептала.
  
  - Пф! - Громко выдохнул Гарри и отвернулся, надув щеки. Тонкс этого не видела, но явственно почувствовала и представила. Уж очень красноречивыми были звуки, которые издавал мальчик. А за месяцы, прожитые вместе, метоморф очень уж хорошо изучила характер ребенка. Он хоть и был не по годам умный и сообразительный, хотя и не демонстрировал это всем подряд, но все равно оставался ребенком. И даже внутренний Гарри Поттер не мог много сделать с детским телом. Возраст диктовал свое, да и что уж говорить, попаданец просто наслаждался этим. Тонкс, простонав от раскалывающейся головы и зудящих травм, собралась с силами и как можно более жалобно и умоляюще протянула: "Ну пожалуйста! ". Не помогло. В ответ ей было лишь... - Пф, бу-у! - После чего Тонкс пришлось использовать тяжелую артиллерию!
  
  - Гарри... Я попрошу декана отпустить тебя со мной в Хогсмид... - Снова шепот разлетелся по комнате. И...
  
  - Ты прощена! - Громко высказался Гарри и соскочил с кровати, благо размяться он уже успел, после чего, не обращая внимания на жалобное "тище", еще громче и звонче добавил. - Чего не сделаешь ради дорогой подруги и чуть ли не сестрицы! - После чего, хихикнув на почти натурально похныкивающую Тонкс, он быстрым шагом двинулся из комнаты прочь, вниз по лестнице в основной зал, и оттуда налево, к неприметной двери в темном углу гостиной, сразу за одним из каминов. Это была кладовая Хаффлпаффа. Здесь было много полезной мелочевки, которую делали и складировали сами хаффлпаффцы. В том числе и антипохмельное зелье. Гарри мгновенно нашел нужный флакончик и туже схватил его, после чего, задумавшись на миг, захватил с собой еще и обычное заживляющее зелье, которые использовалось в качестве мази. И вот мальчик уже собирался идти обратно, как на глаза ему попалась... поварёшка. Маленькая поварёшка. Нехоро-ошая такая улыбка появилась на лице милого, скромного и наивного мальчика, так неподходящая к озвученной характеристике. Но сегодня в месте жительства студентов Хаффлпаффа никого кроме них двоих не было (рейвенкловцы свалили где-то ночью), так что, мести - быть. Так подумал Гарри, и захватил поварёшку с собой, после чего он тем же быстрым шагом двинулся обратно к лестнице.
  
  Кстати, внимательный читатель может спросить, а каким это образом мальчик может спокойно ходить по лестнице женского крыла общежития? Ведь это запрещено, а когда кто-то пытается, то он тут же скатывался вниз, так как лестница превращалась в абсолютно гладкую горку... Сначала это реально было проблемой, ну, в те, первые ночи, когда Гарри спал в комнате Тонкс. Тогда девушка банально проносила Гарри на руках. Но потом, когда девушка разрешила этот вопрос с деканом, профессор Спраут поговорила с Дамблдором и тот, покивав (разговор проходил при Гарри и Тонкс), дал свое отеческое разрешение, после чего внес мальчика в исключения. Исключения - это специальный блок в зачарованние лестницы, который позволял добавить исключения (гениально). Но коли серьезно, то этот блок использовался для преподавателей мужского пола, что бы те могли беспрепятственно, при нужде, пройти туда, куда нужно. Теперь же и Гарри был в этом списке. И главное то, что зачарованние это было общим для всех гостиных. Так что теперь мальчик мог спокойно ходить по женским спальням в любом из общежитий.
  
  В общем, забравшись на нужный уровень, Гарри вошел обратно в комнату и с возгласом "Проснись и пой!", стукнул поварёшкой по железной жерди на углу, о которую как раз опиралась Тонкс... Думаю, не стоит описывать все те реакции, крики и мат, что стояли в то мгновение в одной из женских спален факультета Хаффлпафф... Тонкс даже попыталась побегать за Гарри, но не преуспела, так как боль в голове усилилась и взяла свое.
  
  - Гарри, ну чего ты делаешь... Мне, блин, итак хреново! - Протяжно выдала тогда Тонкс.
  
  - А нечего было на мне спать! - Вновь попенял девушке Гарри. - И вообще, сама виновата, вот возьму, и снова укушу за попу! - С угрозой заявил мальчик.
  
  - Но я же извинилась! - Праведно, но так же тихо, возмутилась Тонкс, после чего вновь зашипела.
  
  - А я не извинял! - Голосом "мая хата с краю - ничего не знаю" заявил мальчик-который-выжил.
  
  - Эй! - Уже явнее возмутилась девушка. - Ты же сказал, что я - прощена!
  
  - И? Может, я соврал! Ты еще долго будешь искупать мои мучения! - Чуть ли не зловеще хохоча, объявил свои планы Гарри. - Ты использовала меня как подушку и кровать одновременно, душила своим весом всю ночь, а сейчас еще и возмущаешься? - Обвинительно ткнул в нее пальцем мальчик.
  
  - Ну хорошо-хорошо, я поняла, раскаялась и клянусь искупить свою вину, так что давай жить дружно. - Пару раз за высказывание шипя от давящих приступов головной боли, но таки закончила столь длинное предложение Тонкс. Но из-за боли она не увидела одного важного действа. А именно как Гарри быстрым рывком кинулся к ней. - Айяй! - Вскрикнула девушка, а ее итак уже темные от боли волосы почернели еще сильнее. - Да черт, Гарри, хватит кусать мою задницу! - Вышла из себя Тонкс и прокричала это. О чем тут же пожалела. Боль усилилась. Отпечаток зубов стал явственно виднеться и на правой ягодице. - Ну Гарри, чего ты еще хочешь?! - Негодующе и жалобно спросила Тонкс, аморфно развалившись на полу. Сил прислоняться к холодному металлу уже не осталось, да к тому же, к болям в голове, добавились занывшие мышцы.
  
  - Будешь всю неделю катать меня на своей спине! - И затем весело, но веско, добавил. - Везде!
  
  - Да-да, я согласна... - Не обращая внимания на требование, так как начался новый приступ боли. - Только дай мне этот чертов флакон... - Все это звучало бы грозно, если бы не шёпот и умоляющий тон. Все же, тяжелый алкоголь и метоморфы - адская, и, к сожалению, не совместимая смесь.
  
  - И еще одно желание ты мне будешь должна... - Добавил Гарри с подозрением щурясь.
  
  - Да согласна, согласна, на все согласна... - Шептала Тонкс. - Но дай уже зелье, пожалуйста. - Гарри на миг задумался, а потом решил проверить.
  
  - И каждый день будешь сексом со мной заниматься...
  
  - Конечно, согласна, так что.... Что? - Нашлась девушка, когда до нее таки дошел весь сакральный смысл фразы. - Гарри... - Как-то странно протянула она, и жалобно, и возмущенно, и негодующе.
  
  - Что? Я просто проверял, слушаешь ты меня или нет. Может, ты на автомате отвечаешь, а потом будешь утверждать, что ничего не знаешь, ничего не было! - Тонкс медленно покачало головой и убито выдохнула. "Подружилась на свою голову..." - Подумала тогда девушка и как некстати вспомнила те ночи... Но мысли были прерваны очередной волной давящей боли. - Ладно, последнее - было шуткой. Держи. - Протянул он ей заветный синий флакон. Та с радостью и благодарностью его приняла и тут же откупорив, выпила. - Но все остальное в силе!
  
  - Ага... - Блаженно протянула девушка, улыбка появилась на ее лице, а волосы стали приобретать обратно свой обыденный, бледно-фиолетовы оттенок. Тонкс расслаблено растянулась на прохладном полу. Сейчас, в позе звезды, в трусиках и лифчике, с блаженной улыбкой, она выглядела так... Хотел бы я сказать "мило", или там "беззащитно и эротично", но на деле она была похожа в данный момент на наркомана, дорвавшегося до дозы. Круги под глазами, подрагивающие конечности... Лишь усугубляли дело. Гарри, понаблюдав за девушкой с минуту, быстро сбегал виз за водой и поставил ее рядом с Тонкс, которая благодарно повела головой, обозначая кивок.
  
  - Я пока сгоняю за едой, а ты приведи себя в порядок... Смотреть страшно... - Он снова оценивающе прошелся по ее телу. - Похожа на систематического обдолбыша. - С этими словами, он направился на кухню, краем глаза заметив, как Тонкс с легкой и осознанной улыбкой смотрит ему вслед, попутно прикладываясь к горлышку кувшина...
  
  
***
  
  Дальнейшие каникулы проходили на диво спокойно и размерено. Тонкс, когда пришла в себя, сначала возмущалась, но обличительная речь Гарри на десять минут хорошенько остудила ее пыл. Так что она покаянно согласилась со всеми выдвинутыми требованиями. И всю неделю катала мальчика на своей спине. И в Хогвартсе это происходило на четвереньках. В общем Тонкс играла роль лошадки. И по заверениям Гарри - играла очень хорошо. Ясное дело, катала она его не постоянно, но все же, достаточно, что бы все живущие в замке люди успели поглазеть на бесплатное представление. Но большую часть времени катание представляло из себя поездку на руках девушки. Либо же, Гарри просто обнимал ее со спины руками и ногами, тем самым и катался. В последнем варианте, девушке приходилось сильно изворачивать руки, дабы придерживать не в меру наглеющего друга. Но в целом, отдых, можно сказать, удался. Особенно после того, как Тонкс смогла уговорить профессора Спраут отпустить их в Хогсмид под ее - Тонкс - ответственность. Все же, девушка уже была совершеннолетней и формально вообще могла оставаться в замке только лишь на учебное время, но это лишь формально. В общем, главное то, что после долгих уговоров, а так же очередного и внепланового совещания с директором, им дали зеленый свет. Хотя, это как посмотреть. Просто, когда за завтраком двадцать седьмого декабря Дамблдор озвучил предложение о посещении магической деревни всем оставшимся ученикам, многие были рады и согласились. Так что после завтрака, все ученики, кроме первокурсников со Слизерина и Гриффиндора, отправились в Хогсмид под присмотром профессора Вектор, и Гарри - лично под присмотром Тонкс и под ее же ответственность. Кстати, оставшиеся в замке первокурсники были жутко обижены на несправедливость мира. И если со слизеринцем вопросов не возникало, девушки с зеленого факультета банально не хотели брать на себя ответственность, то вот Рон возмущался особенно громко и нудно. Но все равно, увы, его братья не были совершеннолетними, а потому и ответственность на себя взять не могли. Так что осталась эта парочка в огромном замке куковать в одиночестве. Многие преподаватели вообще-то тоже уезжают из школы на каникулы. У них ведь тоже есть семьи и родственники. В общем, с того дня, выходные стали еще веселее. Каждый день Тонкс и Гарри проводили на улице, изучали окрестности, посещали достопримечательности Хогсмида... Особенно сильно они зависли в Сладком королевстве. Там они провели однажды целый день, расхаживая между стеллажами, и покупая приглянувшиеся сладости. И если Тонкс тут все уже изучила, то для Гарри же наоборот все было в новинку. Так же в эти каникулы Гарри попробовал сливочное пиво. У него был странный вкус, но Гарри понравилось, к тому же, он был слабоалкогольным и довольно легким на употребление. Кончено, лично ему бы никто и не продал этот напиток, слабоалкогольность - слабоалкогольностью, но ему еще было только одиннадцать лет, и алкогольные напитки продавать столь маленькому ребенку было нельзя... Но когда это кого останавливало? А у Гарри в свою очередь был универсальный пропуск и разрешение в лице Тонкс.
  
  В общем, та для виду поупиралась конечно, но еще чувствовала вину за то утро, даже при том, что мальчик над ней тогда знатно поиздевался, и быстро сдалась под его энергичным натиском. Ну и купила две бутылки. Себе и ему. И если сначала она чувствовала себя немного паршиво, так как не смогла отказать этому маленькому чертенку, который с довольной лыбой наблюдал ее возвращение из Трех метел, и таки купила запрещенный для его возраста продукт, то после, когда они стали пить это пиво, сидя на крыльце Визжащей хижины, она обо всех этих переживаниях позабыла. Просто, Тонкс с радостью и умилением наблюдала за довольно щурящимся мальчиком, что с огромным удовольствием делал медленные глотки. Его счастливый и мечтательный вид искупал многое. Да и поздно, если честно, было хвататься за моральное и нравственное воспитание мальчика. Не после того, как с ее попустительства, и неважно, что сама она уже в тот момент не соображала, Гарри попробовал (что уж приукрашивать, напился) в одиннадцать лет то самое Огневиски Огдена. В количестве явно большем, чем "просто попробовать". В общем, Тонкс пришла к выводу, что уже явно, как говорится, пофиг на такие мелочи. Да и не ей заикаться о приличиях и нормах... Слишком уж явно и часто в последнее время ее преследуют воспоминания о тех ночах, во время месячных. А так как Гарри практически все двадцать четыре часа находится рядом с ней, то и времени для разрядки, хотя бы такой суррогатной, у нее не было. А снова поить мальчика тем настоем... Ну, Тонкс банально не могла придумать причину для этого. Да и не хотелось ей обманывать своего друга.
  
  В общем, за такими вот размышлениями, переживаниями, общением и прогулками на пару с развлечениями и пролетели каникулы. Но в последний день перед началом занятий, случилось одно интересное происшествие. В то утро население замка стремительно росло, дети возвращались из своих домов, так что так привычная тишина и умиротворённость гостиной Хаффлпаффа, к которой Гарри и Тонкс успели привыкнуть, была безжалостно разрушена. И в связи с этим, с самого утра они покинули гостиную и после завтрака отправились прогуливаться по замку. В тот день они решили отойти от обжитых частей школы, так как возвращающиеся ученики наводнили и коридоры основных помещений Хогвартса. Гарри в тех местах никогда не бывал, а вот Тонкс - походу бывала. Потому, как и в первые дни в этой школе, она исполняла роль гида: рассказывала об истории мест и помещений, через которые они проходили, показывала интересные места и закоулки. Особенно Гарри запомнились ее слова о некоторых, очень темных закоулках и углах, где, по словам Тонкс, ну очень хорошо можно целоваться по ночам. Как пояснила девушка, из собственного опыта эта информация. В общем, так они проходили до вечера, благо еды с собой прихватили достаточно. Мальчик узнал много интересного. Например, в одном тупиковом коридоре была дверь, которая вела в комнатку с диваном. И ладно бы там просто был этот предмет мебели, но... на стене напротив дивна висела картина, изображающая самый натуральный секс. Что такое произведение искусства забыло в школе - неясно, но оно было. И ладно бы просто картина, так это была волшебная картина! А потому были соответствующие звуки, движения, эмоции и натуральность...
  
  - Так вот оно какое, магическое порно! - С придыханием заявил Гарри и смеющимся взглядом посмотрел на слегка покрасневшую Тонкс. Может она и не стеснялась Гарри как такового, да и о каком стеснение может идти речь, если девушка вполне комфортно чувствовала себя рядом с ним, когда была обнажена, но все равно... Стоять в этой тесной и душной каморке рядом с Гарри и наблюдать за магической версией порнографии... Было странно, немного стыдно и... возбуждающе. И Тонкс понимала, что возбуждается, но всячески себя уверяла, что это из-за картины и только, а Гарри - тут вообще не причем. - Так ты, поэтому упиралась, когда я шел в эту сторону? - Поинтересовался мальчик, полностью потеряв интерес к картине, и сосредоточил свой взор на метоморфе, которая покраснела не только щеками (обычный румянец, а не всей кожей), но и волосами. В данный момент она смотрела куда угодно, но только не на Гарри, причем без видимых причин. Ну "без видимых" для милого, скромного и замкнутого Гарри Поттера. А для внутреннего Гарри Поттера все было вполне очевидно. Тут даже мысли читать не надо. Да и не умел он этого.
  
  - Ну... - Как-то не в тему начала Тонкс, поправляя воротник своей рубашки, расслабляя его для большего доступа воздуха. - Да... Наверное... - Видно мыслями она была далеко от этого место, ибо говорила она странно, протяжно и как будто невпопад. Гарри понял, что нужно срочно спасать ситуацию. Ему нужна сейчас более ли менее адекватная Тонкс.
  
  - Эй! - Он подошел к девушке и взял ее руки в свои. - Земля вызывает тормозящих метоморфов! - Гарри потряс ее за руки, насколько ему позволял его не великий рост. Та реагировала как-то вяло, полностью уйдя в себя. Сама Тонкс, тоже не особо понимала происходящее с собой. Она уставилась в угол комнатки и пыталась разобраться в себе, полностью отрешившись от реальности. И пришла она не к утешительным для себя выводам. Просто она яснее обычного осознала, что причина ее возбуждения и смущения далеко не только провокационная картина.
  
  А Гарри, мерзопакостная скотина такая, наблюдая, что девушка пока недоступна, в приступе сильного издевательского вдохновения и просто-таки неимоверного желания совершить шалость, успел, похихикивая, расположить Тонкс на диване, бордовеньком кстати, закинуть ее руки себе за шею, умастится на ее коленях, и сделав вид что это она его тянет у себе, стукнулся лбом о ее лоб. А теперь представьте себе эту картину! Полутемная комната. Лишь одна свеча в противоположном углу горит, освещая картину. Бордовый диван. Собственно сама картина с диагональю под два метра, где парочка симпатичных молодых людей, девушка и юноша, занимается тем, что яростно увеличивает генофонд английской магической нации, во всевозможных позах и формах, со всеми соответствующими звуками и криками, которых за дверью в комнату было не слышно. Взрослая девушка с длинными, розоватыми волосам и внушительной на фоне среднего размера Англии грудью, развалилась на диване с полурастегнутой рубашкой и почти сползшей мантией, и прижимает к себе маленького мальчика лет так десяти-одиннадцати (уж больно Гарри был щуплым), которого разместила на своих коленях и удерживает своими руками от возможного побега. Прибавьте к этому то, что в момент, когда Тонкс от соприкосновения лбов пришла в себя, она инстинктивно сжала свои руки, так что все получилось до ужаса естественно, так что лицо Гарри сейчас было в жалких миллиметрах от лица девушки и выражала степень полно удивления, граничащего с полным охринением.
  
  Представили? Молодцы. Вот в такой вот позиции и очнулась от размышлений Тонкс. И как бы ясно, что нужно делать, оттолкнуть мальчика, или просто отодвинуть и отшутиться, или попросить слезть там... Но все дело в том, что хоть Тонкс и не понимала, как такое могло случиться, хотя все факты говорят о том, что это она сама все сделала, инстинктивно, пока размышляла. Особенно красноречивым было лицо ее друга, которое в данный момент было так близко. Но самое важно, что и испугало и еще больше возбудило Тонкс, так это то, что она не хотела отпускать Гарри. Не сейчас, когда его лицо так близко. Сейчас она могла отчетливо разглядеть его зелёные глаза, каждый полупрозрачный капилляр, его зрачок и радужку с расходящимися в ней природными линиями. Она могла прекрасно рассмотреть его острое лицо, так странно сочетающееся с его возрастом... И нос, брови, подбородок... Тонкс могла бы долго перечислять, но больше всего ее в данный момент привлекали почему-то его губы. Как знала Тонкс, Гарри сам по себе довольно бледный, но в полумраке комнаты, под стоны нарисованной парочки, под красными отблесками дивана, его губы казались еще более бледными, почти белыми, и Тонкс не могла оторвать от них свои взгляд. Они шевелились, Гарри что-то говорил, но она не слышала. Она была слишком заворожена этим зрелищем. Слишком возбуждена от картины и ситуации. Слишком долго не занималась самоудовлетворением, не говоря уж о сексе. Потому разум тогда отступил на второй план. Он был вытеснен желанием тела, чувствами, неоформленными желаниями разума, и тем, что несмотря ни на что, Гарри стал для нее самым близким человеком. Она не могла объяснить, как, но так случилось. Он был милым, заботливым для своего возраста, достаточно умным и разумным, а так же непосредственным и искренним. Это подкупало девушку, которую не шибко жаловали искренним вниманием и поддержкой. Родители ее любили, но Андромеда была Блэк по сути и это отражалось на ее поведение. Холодное, выверенное, четкое. Она любила Тонкс, но не показывала этого ярко. А отец много времени проводил на работе и потому не мог уделять много внимания и времени своей дочери. Так и получилось, что в периоды, когда Тонкс было важно внимание, чья-то поддержка и постоянное присутствие, этого не оказалось. И Гарри появился очень вовремя. Он занял ту нишу, которую так и не смогли занять ее родители. Потому сейчас девушка не могла просто отпустить Гарри. Не могла заставить себя, да и не хотела. Слишком притягательными были в тот момент его губы. И слишком незначительными были протесты разума.
  
  А Гарри в этот момент все ярче и ярче осознавал, что шутка его зашла куда-то явно не туда, совсем не туда! Сейчас все стало серьезно. Не такое планировал юный мессия. Ох не такое... Не учел он особенностей женского разума. И уж тем более не учел особенностей женского разума метоморфов. С другой стороны, внутреннему Гарри Поттеру было интересно, чем же все закончится, но он твердо решил следовать своему же образу. Образу милого, наивного, доброго и невинного мальчика. Но нужно играть! Играть свою роль...
  
  - Эм... Тонкс?.. - Вопросительно тянул Гарри ее имя, с долей опаски посматривая на выражение лица той. При этом он пытался отстраниться от нее, но вот руки девушки держали его на удивление крепко. Как говорится, шутка боком вышла... - Ты чего таким голодными глазами на меня смотришь? - Спросил мальчик, после того, как девушка довольно медленно и, окей, эротично облизнула свои пересохшие губы. Даже Гарри засмотрелся на такое, так что мальчик замолчал и лишь выжидательно наблюдал за тем, как глаза Тонкс неотрывно следили за его губами, сразу после того, как она широко открытыми глазами прошлась по всему его лицу... Это продлилось жалкий десяток секунд, когда девушка решилась. Медленно, словно в замедленной съемке, Гарри наблюдал, как девушка подается вперед. Ее руки начинают тянуть его голову навстречу ее голове. Хотя, при их пропорциях это смотрелось довольно забавно. Она слегка прикрывает свои глаза и склоняет голову набок, что бы удобнее было губам соединиться. В краткий миг заминки, внутренний Гарри, наконец-то нашел подходящие слова, дабы описать то, какой сейчас предстала перед ним Тонкс, каким было ее лицо, и то, какой была вся это ситуация. Чувственной. Обольстительной. То выражение лица девушки он никогда не забудет. Томное, мягкое предвкушение и желание, приоткрытые губы стремятся вперед, а тень вины на лице лишь делает его еще более чарующим.
  
  Сам поцелуй начался так же неспешно и медленно, как и движение Тонкс. Она не впивалась, она прикоснулась своими мягкими губами к губам мальчика и сильнее прижала его к себе руками. В тот момент Тонкс уже ни о чем не думала. Ее голова была пуста, лишь лицо перед ней и чувство его губ. И поцелуй. Это все что тогда ее интересовало. Сделать губы чуть более пухлыми, чуть изменить их форму... Девушка вспоминала все уловки и трюки, которые она выучила за свою школьную жизнь, все те мелкие, и порой незаметные изменения тела, но которые в совокупности дают просто потрясающий эффект. И главное то, что раньше, она никогда не применяла все эти изменения одновременно. Лишь сейчас, с ее Гарри... На фоне звучали одобрительные звуки, что прорывались сквозь стоны. Это персонажи картины внесли свои пять копеек в действо, что сейчас происходило в комнате. Они его полностью одобряли. Не зря та картина называлась "Смертный грех". Но Тонкс не обращала внимания на это, а Гарри расслабился и получал удовольствие, попутно талантливо симулируя внезапный удивленный ступор. Девушка не отрывалась от губ мальчика, лишь мягко углубляла поцелуй, попутно перемещая Гарри под себя, укладывая того на диван. И все это без разрыва поцелуя. Когда мальчик уже лежал на диване, Тонкс перестала его удерживать руками и обхватила его лицо по бокам, сразу же после этого запустив в рот мальчика свой язык. Но не успела девушка, как следует преступить к этой части поцелуя, как сдавленное мычание и барахтанье под ее телом, стали приводить Тонкс в себя. Она отстранилась от Гарри, чуть отодвинула свое лицо. В ее глазах было лишь туманное желание и легкая пустота. Этакий невидящий взгляд. Но... губы мальчика уже были освобождены.
  
  - Тонкс! - Гарри уперся руками в ее плечи и громко позвал ту по имени. - Ты что делаешь? - А во взгляде недоумение и легкая страх-паника. И это помогло. Этот взгляд и эта реплика.
  
  - Что... я... делаю?.. - Сама себе, раздельно, задала вопрос девушка. Она стремительно возвращала себе самоконтроль. Уж очень сильно на нее подействовал взгляд мальчика, который она видела до этого только в первые дни после смерти первокурсницы с Гриффиндора. - Что?.. Гарри... - Она вмиг осознала все, что произошло, и тут же отскочила назад, оттолкнувшись руками от дивана... Остановившись в метре от мальчика, на ее лице за мгновение стал властвовать страх и ужас. Если не сказать, что нечто большее... Сейчас Тонкс была просто в суверенном ужасе от своего поступка. Она схватилась руками за голову и расплакалась. И при этом постоянно срывалась на хриплый шепот. - Прости... Прости... Гарри... Прости... Я не хотела!.. Нет... Прости... - Чем дальше, тем глуше были ее слова и всхлипы, и тем сильнее она рыдала. Да, сейчас это была натуральная истерика. Да что уж там, даже магическое порно на время заткнулось и тактично убралось в кусты. Гарри сидел ошарашенный, он явственно не понимал, что происходит. Но увидев, как девушка все меньше говорит и все больше плачет, вышел из ступора. Он не знал, что делать в таких ситуациях, потому, помявшись на месте, решил действовать так же, как действовала сама Тонкс, когда успокаивала его. Он передвинулся ближе к рыдающему телу и осторожно, словно был не уверен в своих действиях, обнял девушку. Та вздрогнула, попыталась вновь отстраниться, но Гарри ее удержал руками на месте, после чего, когда та размякла и более совершенно не сопротивлялась, прижал ее голову к себе и полностью обхватил руками, создав подобие кокона, после чего уткнулся носом в ее белеющие волосы. И не успел Гарри начать шептать успокаивающий бред, истерика перешла в новую фазу. Если до этого Тонкс плакала относительно тихо, лишь шмыганье носом, да легкие икающие завывания гулко разносились по комнате, то сейчас она зарыдала в голос. Громко, надрывно... Постоянный недостаток воздуха лишь усугублял ситуацию, и разбавлял поток слез многоступенчатым иканием. Девушка уперлась руками в торс мальчика и стала неистово сжимать ткань его рубашки. Влага уже стала впитываться в одежду мальчика, распространяясь мокрым пятном, достигая воротника и левого рукава. И даже в местах, где Тонкс держалась за его одежду руками, стала потихоньку скапливаться влага. Слезы, что не впитались сразу, капали на руки Тонкс и по ним стекали дальше к рубашке мальчика. Наконец-то Гарри нашелся и стал делать то, что и планировал изначально. Стал шептать.
  
  - Тихо Тонкс, успокойся... - Как можно более мягким голосом старался произносить эти простые слова Гарри. - Все нормально, все нормально... Ничего не случилось... - Добавив в голос больше мягкости и участия, Гарри стал поглаживать ту по голове. Но девушка продолжала безостановочно рыдать. Да Гарри и не рассчитывал на быстрый результат. Ну, внутренний Гарри, внешний же, лишь добавлял и добавлял понемногу панику на свое детское и милое лицо. Продолжая поглаживать Тонкс по голове, он осторожно, стараясь ее не потревожить, хотя, учитывая градус истерики это было, право слово, лишним, стянул к себе на колени. Она тут же уткнулась в них, а звуки рыданий стали чуть приглушенней. - Тонкс, да приходи же ты уже в себя! - Все так же шепотом, но с толикой отчаяния в голосе, попросил Гарри. И о чудо, хотя, скорее стоит благодарить эмоциональность метоморфов, хотя эта же самая эмоциональность и стала причиной истерики, но все же, благодаря ей, и опустошение приходит гораздо быстрее. Первыми пропали подвывания. Надрывный плач с дрожащим телом, сменился - на простой плачь с придыханием и периодическим иканием. Но знак был хороший, девушка успокаивалась, и Гарри усилил свои шёпот. - Ну, успокойся Тонкс, все в порядке, ничего же страшного не случилось! - Делая четкие разделения в предложении между словами, Гарри уверено продолжал гладить девушку по голове. Сам он нагнулся к ее уху и говорил прямо в него, стараясь создать доверительную и спокойную атмосферу. И его старания не прошли даром. Вскоре отошла даже икота и придыхание. Остался лишь сам плач, который становился все менее сильным. Хотя ткань уже полностью промокла, и особой разницы не было, но и слезы капали все реже. Так что мальчик перестал что-либо говорить и просто ждал. Спустя еще неопределённое количество времени, когда слезы полностью закончились, Тонкс не спешила поднимать голову. Она все еще лежала, уткнувшись в живот мальчика, и глухо сипела. И раз она не собиралась начинать, то начать решил Гарри. Он переместил свои руки, что поглаживали девушку по голове, на ее плечи и потянул вверх. Она абсолютно не сопротивлялась, лишь сильнее сжалась. Поравнявшись головой с головой Гарри, она, тем не менее, старалась не смотреть на него и опускала взгляд куда-то вниз и вбок. Вся ее поза, красноречивее любых слов, говорила о чувстве вины и страха, что сейчас овладел ей. Согнутые в коленях ноги, растрепанная одежда, приподнятое на руках туловище, руки мальчика, что держали ее за плечи, и обрамленное белесыми мокрыми и растрепанными волосами заплаканное лицо со взглядом направленным куда-то в дальний угол комнаты. Гарри было непривычно видеть Тонкс в таком состоянии. Что-то похожее было в ночь после объявления о смерти Гермионы Грейнджер, но куда слабее и... обыденнее. Спустя минуту никто так и не завел разговор, а вина на лице Тонкс читалась еще более отчетливо, чем в начале. Сейчас она выглядела до боли жалко и безвольно. Потому Гарри, внутренний Гарри, решил отойти слегка от своей линии поведения, рассчитывая, что нестандартное его поведение приведет Тонкс в нормальное состояние куда быстрее, чем глупые попытки поговорить.
  
  Приняв решение, мальчик, все так же удерживая девушку за плечи, потянул ее вперед, стараясь уложить ту на диван полностью. Тонкс абсолютно не сопротивлялся, была совершенно податливой и даже подстраивалась под желания Гарри. Точнее, она послушно следовала его движениям и легла на диван. Гарри, удостоверившись, что девушка покорно лежит, склонился над ней, стоя на коленях и руках, которые расположил по бокам от тела Тонкс. После чего, склонился к ее лицу и поцеловал уже сам, не закрывая глаз и следя за реакцией той. Девушка на удивление внутреннего Гарри не то что не отстранилась или там возмутилась, а прикрыла глаза и приоткрыла же рот. Она как бы говорила: "Делай со мной что хочешь". И Предложение, конечно, было заманчивым, но вот внутренний Гарри слишком хорошо представлял себе последствия этого поступка. Точнее, проблем, в которые он может вылиться. А Тонкс, даже стала скромно отвечать на поцелуй Гарри, хотя, ответом это назвать нельзя. Она просто давала делать мальчику все, что тому захочется, и немного участвовала в процессе, следуя за ним. Тогда Гарри понял, что план - пока не сработал. Да что уж там, Тонкс вон уже, осторожно обняла мальчика... Так что, не дожидаясь у моря погоды, он решил перейти к крайним мерам. Отстранившись, мальчик увидел взгляд девушки: полный смирения, покорности судьбе и кротости... Дикое сочетание в глазах той, кто недавно была энергичной и радостной девушкой. Гарри, не спеша, что бы дать девушке время на раздумья, стал расстёгивать еще застегнутую половину пуговиц рубашки. Та и теперь совершенно не сопротивлялась. Она послушно раздвинула руки, дабы Гарри было легче расправляться с пуговицами. Тогда мальчик использовал последнее средство. Он сдвинул руку вниз, к джинсам девушки, расстегнул молнию и пуговицу, отвернул края, и потянул резинку трусиков Тонкс вниз. Но и тогда она лишь выгнула ноги и подалась вперед, что бы мальчику было легче совершить, как она думала, задуманное. В тот момент внутренний Гарри уже откровенно матерился про себя, размышляя, до чего же может довести чувство вины. Осознав, что такое поведение не приносит результата, попаданцу пришлось вспомнить единственное оставшееся средство, которое может помочь в таком случае! И это точно не жаркий секс всю ночь напролет.
  
  Гарри, делая вид, что продолжает стягивать трусики девушки, свободную, левую руку стал отводить назад, после чего, дождавшись подходящего момента, когда Тонкс расслабится и прикроет глаза, ожидая продолжения банкета, Гарри применил его! Навык, который безотказно помогал мужчинам испокон веков в общении с женщинами... И имя ему - женские ласки! Кхм... Простите, это из другого текста... Ну, понимаете, работы много, текстов много, вот и случаются, но я как рассказчик, прошу прощения! Так, продолжим... И имя ему - ББПЕ! С размаху, отведенная назад рука, дала смачную пощечину Тонкс, в которую Гарри вложил всю свою хиленькую силу, помогая при этом себе ногами, он спихнул девушку вниз, и та, с большой скоростью от инерции пощечины, долбанула о каменный пол лбом.
  
  - Оучь! Твою ж... - Прошипела Тонкс из позы "мордой в пол". Спустя секунду она вскочила. - Гарри! - И тут же запнулась, снова вспоминая и осознавая произошедшее.
  
  - Пфф... - Громко и облегченно выдохнул мальчик, смотря на виновато выглядящую, но уже более ли менее живую Тонкс... - Ну наконец-то ты в относительном порядке! - Девушка снова поникла и как-то затравленно посмотрела на мальчика. - Ну что? Только не говори мне, что снова собираешься в истерику впадать? - Подозрительно вопросил Гарри, с интересом начиная разглядывать свою руку, как бы примеряясь...
  
  - Гарри... - Жалобно протянула девушка. - Ты просто не понимаешь, я ведь... И как бы... И вообще... - Очень понятно разъяснила свою позицию девушка. Она не знала, куда деть свой взгляд и руки, потому рассматривала всю комнату и теребила рукава рубашки.
  
  - Да ладно тебе. - Махнул рукой мальчик. - Ну поцеловала, ну и ладно... Подумаешь! - Уверено и в то же время с поистине детскими интонациями заявил Гарри.
  
  - Да не в поцелуе дело! - Громко заявила Тонкс, и, схватившись за лоб руками, стала быстро теребить свои волосы, показывая тем самым свое нервозное состояние. Хотя, опомнившись, она добавила уже чуть спокойнее. - Не только в поцелуе... - И в очередной раз неловко замолчала.
  
  - Эм... - В недоумение протянул мальчик, после чего пожал плечами и заявил. - Ну и хорошо. Раз не в поцелуе - то вообще не понимаю, чего ты переживаешь! - Воскликнул Гарри Поттер, вставая с дивана и подходя к девушке...
  
  - Чего... переживаю?.. - Нервно повторила Тонкс... А потом резко добавила. - Да того, что я на полном серьезе хотела заняться с тобой сексом! - Тяжело задышала девушка. При этом, она как-то странно начала посматривать на спокойного мальчика.
  
  - А-а, всего-то! - Махнул рукой Гарри. - У тебя это, как его, ну, еще Тед с Марком обсуждали это сегодня утром в гостиной...
  
  - В смысле "всего-то"?! - Была праведно возмущена Тонкс. Она тут ему душу изливает, шокирующие факты рассказывает, а он ей "всего-то!". Да что там, сейчас, из-за того пренебрежения, с которым отнесся Гарри к ее откровениям, она была просто в негодующем возмущении!
  
  - Ну, блин, забыл слово! Что-то там про неудовлетворенность Марка было... - Все продолжал вслух думать Гарри.
  
  - Да о чем ты вообще? Я тут самым сокровенным делюсь, а ты... - Продолжала возмущаться Тонкс. Но ее перебил мальчик, что наконец-то вспомнил то, что хотел.
  
  - Точно! Вот оно! - Победно посмотрел Гарри на Тонкс. - У тебя - "недотрах"! - И главное пальцем в девушку ткнуть, пальцем... И побольше победного азарта в голос.
  
  - Что? - Медленно спросила девушка, спустя целых десять секунд. - Что? - чуть громче, чем следовало, повторила она. Но вот она замолчала и просто смотрела на довольно скалящегося мальчика. После чего таки нашлась. - Гарри... - Мило протянула она, но вот волосы, что становились ярко-красными, тонко так намекали, на все растущую и неконтролируемую ярость. - Беги, мелкий ты мерзавец! - Громко, на выдохе, выдала Тонкс и неспешным шагом, отступать было некуда, а комната небольшая, так что если мальчик и кинется к двери, то она успеет, стала наступать на нервно захихикавшего героя магического мира.
  
  - Эм, ну Тонкс, ты чего?.. - Начала мальчик, отодвигаясь обратно к дивану, даже не делая попыток сбежать. Но девушка лишь как-то садистски стала улыбаться... - Ну чего из крайности в крайность бросаешься?
  
  - Чего? Это еще и я виновата?! - Нависнув над свалившимся на диван мальчиком, спросила Тонкс. - Ты откуда такие слова-то знаешь? - Уже куда спокойнее спросила девушка, а волосы ее стали приобретать "стандартный" розовато-фиолетовый оттенок. Все же, хорошо, что до этого произошел наибольший эмоциональный взрыв, и сейчас она, так сказать, очень отходчива.
  
  - Ну так, говорю же, Марк и Тед сегодня утром это обсуждали... Вот я и уловил смысл их разговора, да запомнил слово... - Кротко отвечал мальчик, излучая самое невинное сияние! Ангелочка короче косплеил. - Да и сам мог бы догадаться, ведь я всегда с тобой... - Как-то глухо и все тише заканчивал Гарри.
  
  - Та-ак! - Протянула девушка, подозрительно осматривая притихшего друга, уперев свои руки в бока. От былой неуверенности не осталось и следа. - Ну-ка продолжай. - Испытывающий взор Тонкс идеально скопировала со своей матери... Гарри проникся. Сильно проникся. И качественно.
  
  - Ну... Как бы там... В общем... - Не знал, как начать мальчик. А взгляд Тонкс становился все более нетерпеливым. - Просто, в тот вечер... Ну, в последний день твоих месячных, я это... Как бы решил не пить отвар и притворился спящим... - Гарри видел, как взгляд Тонкс меняется с испытывающего на убито-обреченный с примесью осознания жестокой действительности. - Вот...
  
  - Эх... - Выдох девушки был очень уж красноречив. А уж последовавший за этим вздохом интернациональный жест, известный многим под тайно-кодовым наименованием "фейспалм", лишь придал картине завершенности. Затем Тонкс покачала головой и уже спокойно спросила. - Значит, узнал все-таки?.. Блин, поверить не могу, мне - стыдно! - Удивленно заключила девушка, плюхаясь на диван рядом с Гарри. - Прости, а?
  
  - Да не понимаю, чего ты так прикапываешься к этим мелочам? Я ведь все понимаю, чего просто не сказала? - Спросил мальчик, поворачивая голову к Тонкс. - Уж часок погулять я и сам могу.
  
  - Ну, мне банально было неудобно просить о таком. Да и... - Она красноречиво посмотрела на Гарри. - Мелкий ты еще, о таких вещах рассуждать! - И не слушая возмущенного "эй", продолжила. - Хотя этот самый мелкий и успокаивал же меня после того, как довел до такого... - Не к кому не обращаясь, проговорила девушка. - И все же, прости меня. Мда... - Почесала голову Тонкс и улыбнулась. - Ладно, раз ты такой весь из себя понимающий, то давай забудем, что тут было, окей? - Весело спросила Тонкс, стараясь скрыть остатки неуверенности.
  
  - Неа, эти воспоминания будут согревать меня холодными зимними вечерами, начиная со второго моего курса и далее... - Проникновенно сообщил Гарри девушке. В ответ на это наглое заявление, Тонкс ткнула его в плече, авторитетно заявив "Пф, дурак!", и после этого рассмеялась.
  
  - Спасибо Гарри. - Смахнув выступившие от искреннего смеха слезы, сказала метоморф. И на недоуменный взгляд пояснила. - Да за все. Хотя, сейчас, наверное, за поддержку. - Девушка приподнялась и обняла уже севшего Гарри. - Правда, ты - хороший друг. - Она отстранилась и посмотрела на него. - И я рада, что тогда ты сел ко мне в купе. - Потрепала та его по макушке. Любила она этот метод поощрения и благодарности.
  
  - Глупая Тонкс... - В сторону бросил Гарри, слегка покраснев. Девушка сдавленно хихикнула... - Ну чего?! - Возмущенно спросил мальчик. Ну правда, чего она смеётся-то?
  
  - Да просто поражает твоя логика. - Гарри закатил глаза. - Ну правда! Как смотреть на мое обнажённое тело, или раздевать меня... И да, я запомню это! - Пригрозила пальцем девушка. Не признавать же что она реально была готова отдаться? И хорошо, что Гарри оказался мальчиком воспитанным... - Так все нормально и обыденно, а стоит похвалить, да по голове потрепать - так сразу краснеешь.
  
  - Ну знаешь! - Вновь возмутился Гарри... - Ну... это все разные вещи... - Наконец он выдал после секундной заминки. - К тому я привычен. И, кстати, благодаря тебе же! Вот. А это - все же смущает... - Объяснял Гарри. - И хватит ржать! - не выдержал мальчик, наблюдая на смеющуюся в кулак девушку. - И вообще! - Он вскочил на пол и двинулся на выход...
  
  - Эй, ты куда? - Обеспокоено спросила Тонкс. - Да я же пошутила, ты чего, обиделся? - Направляясь было за мальчиком, слегка обескуражено уточнила свой вопрос девушка. Но тот остановился у самой двери, и, обернувшись к ней, с серьёзной миной заявил.
  
  - И что бы пока свои дела не завершишь из комнаты ни ногой! - Гордо кивнув самому себе, мальчик открыл дверь и вышел в коридор. Тонкс в шоке стояла и смотрела на захлопнувшуюся дверь. Потом нервно хихикнула и как-то настороженно осмотрела комнатку. Тут дверь снова распахнулась, и девушка вздрогнула от неожиданности. Гарри просунул голову в комнатку и, ткнув пальцем в картину, нахмурившись, добавил. - А вы, - поочередно посмотрел она на юношу и девушку, - продолжайте! - Пара на изображении улыбнулась и довольно захихикала. Гарри же, снова строго, но уже со смешинками во взгляде, посмотрел на Тонкс и снова захлопнул дверь, напоследок помахав рукой.
  
  - А ведь Гарри прав... - Тихо прошептала девушка спустя целую минуту бесцельного стояния, и посмотрела на персонажей картины, которые быстро приступили к своему основному делу, то бишь сексу, и их стоны наполнили комнатку. Кстати, как вдруг заметила Тонкс, с потрясающим акустическим эффектом. - Да и, собственно, почему бы и нет? - Сама себя подбодрила девушка, и, достав палочку, прошептала запирающее заклинание, направив кончик той на дверь. После чего, с каким-то нездоровым интересом и как-то по-новому начала рассматривать эту самую палочку, а затем и диван. Тонкс повела плечами, и решительно стянула с себя мантию, после чего с удобством расположилась на бордовом диване...
  
  Спустя пять минут, если бы кто-то мог слышать сквозь столь сильные заглушающие чары, а так же проходил в том коридоре, он мог бы услышать презабавнейшие звуки. Громкие женские стоны и аккомпанемент из чуть более глухих, но куда более эротичных парных стонов...
  
  
***
  
  А Гарри в это время неспешно брел в сторону обжитых мест, его путь вел в гостиную его факультета. Но все же, немного не туда. Помните, я говорил вам, что в тот день, в последний день каникул, произошло кое-что интересное. И если кто подумал, что вышесказанное и было этим самым интересным, то вы жестоко ошибаетесь. Нет, интересное началось после. Гарри Поттер, мальчик-который-выжил, мессия света, герой магического мира Англии, целенаправленно шел к одному кабинету, который они посетили с Тонкс днем. Там не было ничего интересного, потому они быстро покинули то пыльное помещение. Хотя, все же, столь быстрый уход был инициирован именно Гарри. Внутренним Гарри. Уж слишком красноречивой для знающего человека была плоская конструкция, накрытая тяжелым и пыльным покрывалом. Вот и Гарри внутренне предположил что это - оно самое. И именно это было одной из причин, почему он оставил Тонкс в той комнате. Просто, все сложилось на удивление удачно, и не воспользоваться происками судьбы, попаданец не мог. Так что путь героя всея магмира Англии сейчас лежал именно в тот заброшенный класс. До которого он, кстати, добрался за пятнадцать минут быстрого шага.
  
  Войдя в помещение, Гарри с непривычки чихнул, так как пыли в воздухе и на поверхностях было реально много. После того как он внимательно осмотрел каждый угол комнаты и чуть ли не ощупал его, ну, что бы уж точно не пропустить невидимого наблюдателя, если он тут окажется. Конечно, стопроцентной гарантии это не дает, но немного попаданец успокоился. После всех этих манипуляций и откладывания момента "М" на потом, он все же приблизился к большой плоской штуке, что стояла посреди правой стены помещения. Как раз между сваленными партами с одной стороны и пыльными, сломанными шкафами с другой. Лицо мальчика было на диво серьезным и сосредоточенным, оно так не подходило к его обычному образу, что вызвало бы приступ ступора у любого, кто хоть сколько-то знал Гарри Поттер лично. Благо, таких личностей было немого сосчитать их можно по пальцам одно руки. Человеческой руки с одним ампутированным пальцем, это если точнее. Пару раз вздохнув для верности, мальчик резко дернул ткань вниз и сорвал покрывало с объекта, которое действительно оказалось ростовым зеркалом. Мальчик улыбнулся. Он потер глаза. Ничего не изменилось. Постояв перед зеркалом еще пять минут для верности, попаданец, подняв с пола покрывало, набросил его обратно. После чего, не оглядываясь, прогулочным шагом вышел из заброшенного класса и отправился в свою гостиную. На лице его играла умиротворенная улыбка. Внутренний Гарри Поттер в тот момент действительно был спокоен, ему даже перестало будущее казаться излишне мрачным. Для кого-то это было бы мелочью, но отнюдь не для попаданца. Для него это было еще одной часть сложного пазла, который он вот уже второй год пытается собрать. У судьбы странное чувство юмора, и наш герой очень не хотел быть тем, над кем эта дама будет шутить. Так что для него эта мелочь была очень важна.
  
  В гостиной к вечеру собралось много народу. Все же, последний день перед началом нового семестра, так что все приезжают со своих каникул. Когда Гарри вошел внутрь и закрыл за собой дверь-бочку, никто на него не обратил внимания, и это очень порадовало юного героя. Все же, его факультет уже привык, за полгода-то, что Гарри не любит внимание, не любит слишком много общаться и шибко шумные компании. Да и вообще, их факультет был на диво тактичен к личным потребностям. Здесь царила именно та, радушная и комфортная обстановка, где каждому удавалось найти свой угол. Будь то шумная и спокойная компания, где вовсю обсуждают квиддич, мировые команды и шансы каждой из них в предстоящем турнире. Или же групка в темном углу, которая наслаждалась неспешной игрой в шахматы. Гарри, как внутренний, так и внешний, был рад и доволен сделанному далеких полгода назад выбору. Факультет барсуков был именно тем, каким он его и представлял. Может не совсем, но в целом, ему здесь действительно нравилось. Да и успокаивающие желто-черные цвета создавали теплую, домашнюю обстановку в столь большом помещении и столь многодетном обществе.
  
  Гарри обычным шагом двигался в сторону лестницы, что вела в женские спальни. По пути некоторые ученики приветливо кивали, и Гарри кивал им в ответ, но большую инициативу никто не проявлял. Хотя, быть может причина этому то, что четверокурсник Седрик Диггори сейчас с увлечением рассказывал собравшейся толпе о том, как он на эти каникулы посещал Испанию и встречался с тамощней национальной командой по квиддичу "Halcones salvajes", что переводилось как "Дикие ястребы". Она занимала далеко не последнее место в мировом топе, так что многим было интересно послушать о них из первых рук и узнать мнение Седрика о них как о команде, и как о людях в частности. Диггори вообще был одни из самых видных и заметных учеников факультета Хаффлпафф. Он был достаточно симпатичен, талантлив в магии и полетах на метле, а так же имел ту самую харизму и обаяние, о которых так часто твердят. При этом он был дружелюбен, весел и общителен. В общем, прирожденный лидер. И уже сейчас он занимал достойное место в списке самых перспективных молодых людей школы. Многие уже пророчили ему замечательное будущее на пополам с известностью. В общем, Гарри относился к нему сугубо положительно, но вмешиваться в его судьбу совершенно не планировал. Ему хватало забот и проблем с других фронтов. И Тонкс - была в самом конце этого списка проблем.
  
  Толстый Монах, призрак их факультета, в данный момент участвовал в обсуждении с несколькими пятикурсниками о тонкостях истории Эдинбургского шествия малых магических народностей. Как понял наш герой, они готовились к СОВ, и потому были столь дотошны к простодушно рассказывающему Монаху. Проходя мимо играющих в плюй-камни своих однокурсников, Гарри поздоровался с ними чуть теплее, чем с другими членами своего факультета. Может он и был нелюдимым и малообщительным, но все же старался поддерживать дружеско-приятельские отношения со своими ровесниками. Ханна Аббот и Сьюзан Боунс наблюдали за тем, как Эрни Макмиллан и Джастин Финч-Флетчли играли в эти самые камни. Мальчик тоже остановился и некоторое время с интерсом смотрел за противостоянием. Но вскоре, ему это наскучило, и, попрощавшись с ними, все же направился в свою комнату. Точнее, в комнату Тонкс. К этому тоже уже привыкли. Подумаешь, обыденная вещь, когда мальчик спокойно поднимается по лестнице женского крыла общежития. Обыденная, когда этот мальчик - Гарри Поттер. Застенчивый и скромный ребенок... По пути он встретил тех самых подружек, что в свое время его просвещали на счет месячных Тонкс, так что с ними Гарри тоже кивком поздоровался, а они в свою очередь весело помахали ему руками. И лишь после того, как Гарри закрыл дверь в свою комнату, отсекая весь шум и гам гостиной, он расслабленно опустил плечи и облегченно расплылся в усталой улыбке. Уж слишком сильно он сегодня устал. Весь день ходить по замку на своих двоих - это не хухры-мухры! Да и эмоциональная напряженность последних часов заставила организм одиннадцатилетнего ребенка знатно вымотаться. Потому Гарри Поттер, особо долго не думая, разделся, побросал вещи посреди комнаты, и завалился на кровать. Свет он не включал, так что приятный полумрак окружал его, а прохлада, стоявшая в личных комнатах, позволяла глубоко дышать и постоянно чувствовать свежесть. Закутавшись в одеяло посильнее, мальчик и не заметил, как провалился в крепкий сон. Все же, сегодня он сильно вымотался, но даже в полудреме его мысли были о том самом, новом и обнадеживающем кусочке пазла. Зеркало Еиналеж, древний артефакт, дошедший еще со времен основателей... Могущественное и сильное колдовство было вплетено в его структуру. Гарри читал о нем в библиотеке. И этот артефакт показывал ему лишь его отражение. В зеркале Еиналеж отражался лишь сам Гарри и ничего более. Для него это было самое обыкновенное зеркало, коих по всему миру миллионы.
  
  
***
  
  Гарри вышел из дремы через субъективных пару минут, хотя на самом деле прошло больше двух часов. А разбудила его Тонкс, которая пыталась тихо пробраться к своей кровати, но учитывая ее неуклюжесть, это сделать у нее не вышло. Не к кровати пробраться, а тихо... Зацепившись за одежду Гарри, разбросанную на полу, и в связи с темнотой, царящей в комнате, та запуталась в ногах и шумно полетела вниз. Легкая тряска лишь подтвердила опасения мальчика. Откуда-то с пола послышались сдавленные и приглушенные чертыханья, и даже пару раз проскользнул типичный мат. Тонкс попыталась подняться, зацепившись рукой за стойку балдахина, которая принадлежала второй кровати в комнате, на которой давно уже никто не спал. Гарри свои ночи проводил в ее постели, так что та естественно не использовалась. И снова неудачно поступила Тонкс. Зря она попыталась подтянуться на этой стойке, она явно была для этого не предназначена. И стойка решила это тут же доказать. Увы, наиболее красноречивым образом. Да, она банально вылетела из пазов, и девушка вновь оказалась на полу. С очередным грохотом. А за этим последовал и следующий грохот, это вторая кровать не выдержала и ее балдахин, без одной из четырех опор, самым шумным образом оказался на полу. И, похоже, часть конструкции прилетела и Тонкс на голову, так как та еще раз сдавленно ойкнула после явственного звука удара о плоть. На миг в комнате установилась тишина.
  
  - Эм, Тонкс... - Сонным и заспанным голосом позвал Гарри. - Ты там в порядке?..
  
  - Да... - Тихо выдавила девушка, из-за всех сил стараясь не ругаться по черному. - Я сейчас, полежу и приду... А ты спи, завтра уроки уже. - Гарри на это лишь сладко зевнул, да завалился на подушку, удовлетворившись ответом Тонкс. Та, впрочем, не солгала, и спустя три минуты тихого лежания, стала аккуратно подниматься, всматриваясь в темноту, и с точностью до миллиметра стала ползком двигаться к своей кровати. Повторять опыт с поспешным вставанием на ноги она не хотела. С горем пополам до своей милой кроватки она добралась еще минуты полторы спустя, куда с огромным облегчением ухнула. Отдышавшись, она, так же как и мальчик до этого, поскидывала на пол одежду, так как сил нормально раздеваться у нее не было, уж слишком она увлеклась в той красной комнатке, да и желания, если честно, тоже. После чего, повернувшись набок, залезла под одеяло, которым укрывался Гарри. А что? Оно было одно, зато большое! Или это просто мальчик пока был маленьким. В общем, Тонкс, укрывшись, и еще раз вздохнув с облегчением, притянула к себе уже во всю сопящее тельце, и, чмокнув того в макушку, блаженно закрыла глаза. В эту ночь она спала очень крепко и спокойно. И заснула быстро, так расслабленное и ватное после пары часов игр тело требовало своего заслуженного отдыха. Да и что говорить, эта разрядка ей очень помогла, как в физическом, так и в не очень смысле.
  
  Завтра утром начнется новый семестр, с завтрашнего дня начнутся финальные подготовки к экзаменам. И с завтрашнего же дня, отношения между Тонкс и Гарри окончательно и бесповоротно изменятся. А еще в эту ночь седовласый старик стоял на балконе своего кабинета, его огненно-красная птица, известная в этом мире как феникс, тихой трелью напевала свою мелодию, что благотворно влияла на его разум, успокаивала и дарила умиротворение. Все же, нервы даже у магов в таком-то возрасте довольно плохо поддаются лечению. Увы, магия, доступная людям - не всесильна, хотя ее пределы очень широки. В эту ночь, Дамблдор, а это если кто не понял, был именно он, размышлял о своих поступках, правильно ли он поступал по жизни, были ли другие пути, и... можно ли было все исправить? Он видел много ошибок в своей жизни, много просчетов, но в то же время полностью принимал их. Старик тяжело вздохнул.
  
  - Как думаешь, Фоукс, правильно ли я поступаю, что тяну Гарри в наш мир? - Птица склонила голову, и ее загривок вспыхнул ярким пламенем, ярким, но мягким. - Понимаю. Но он тоже в чем-то прав. Он не по годам умный мальчик, да и его отношения с мисс Тонкс довольно своеобразны... - Старик с мягкой улыбкой посмотрел куда-то в ночное небо. - Эх, молодость... - Его очки задорно блеснули. - И все же... - Взгляд Дамблдора принял свойственную его возрасту мудрость, силу, и внутренний стержень, которые он отлично научился прятать, дабы быть ближе к ученикам. Все же, Хогвартс - это его жизнь и в какой-то степени его детище, хотя и не всецело. - Во многом он прав... Наш мир показал ему пока лишь только свою темную сторону... - Старик протянул покрытую старческими морщинами руку к голове красивой огненной птицы и провел по голове несколько раз. - Но все же, он добрый мальчик. И мисс Тонкс влияет на него положительно, хотя их дружба довольно своеобразна, ты так не думаешь? - Птицы курлыкнула, выражая свою однозначную позицию, после чего красноречиво посмотрела на своего хозяина. Старик покивал, после чего задумался. Но это состояние быстро прошло. Его интересовала и еще кое-что. - Скоро умираешь, Фоукс? - Феникс легонько кивнул. А Дамблдор улыбнулся. - Я рад за тебя. Скоро ты вновь сможешь расправить крылья и как в былые времена парить над этим древним замком. - На балкон опустилась тишина, лишь ночь своими звуками оглашала пространство вокруг. Ветер медленно бродил сквозь стволы многовековых деревьев запретного леса, а снежинки кружились в забавном танце, покрывая землю тонким слоем снега. Дамблдор последний раз взглянул на улицу и вошел в свой кабинет. Фоукс взлетел за ним и устроился на столе, который был усеян кипой бумаг.
  
  Но одно письмо выделялось на фоне остальных. Оно лежало четко посередине, и было незапечатанным. Но в тоже время, на выступающей части письма было кое-что написано, и внимательный взгляд даже может прочитать имена тех, кому оно адресовано. Видимая часть письма гласила: "Мистер и миссис Грейнджер, с превеликим сожалением мне придется сообщить вам печальную весть. Ваша дочь...". Дамблдор, сев за стол, достал письмо из конверта и снова его прочитал. Тяжело вздохнув, он добавил приписку в конце о том, что посетит их спустя два часа, после того, как письмо придет к ним. Скольких трудов стоило старику, используя все свое влияние, не допустить стирания памяти этим маглам. Министерство, и Фадж в особенности, очень хотело замять это дело и использовать такое универсальное средство, как обливиэйт. Но Дамблдор смог настоять на своем, с оговоркой, что будет сам сообщать родственникам о смерти их дочери, и следить за тем, что бы те не стали слишком много болтать. Это было трудное решение, но Дамблдор принял его сразу же. Он чувствовал ответственность за учеников, и не мог просто так позволить каму-то играть с судьбами обычных и ни в чем не повинных людей. Да и старику просто было не по себе от осознания того, что родителе могут полностью забыть о своем ребенке... Он считал это неправильным. Девочка достойна того, что бы о ней помнили...
  
  В такие моменты директор школы волшебства все чаще осознавал, насколько же он устал от всего этого. От жизни, проблем, политики, тяжелых решений, всего!.. Иногда так хотелось просто выпить эликсир бессмертия, что ему неоднократно предлагал его старый друг, уединиться, и жить вдали от мира, занимаясь исследованиями. Но он давно принял решение не идти по этому легкому пути. В старости есть свои плюсы. И самое главное, Дамблдор осознавал, что смерть его настигнет в любом случае, рано, или поздно, но настигнет, и он решил не бежать от нее, а прожить остаток своей жизни без сожалений. Ему это не удалось. Он не смог вовремя остановить Тома, он не смог сберечь многих своих учеников, он не смог принять правильно решение тогда, когда это было нужно, и из-за этого Гарри и Невилл лишились своих родителей и своего законного детства. Они смогли получить лишь копию. В чем-то хорошую, в чем-то плохую, но копию. Именно его решение привело к такому исходу. И Дамблдор сожалел. И теперь он не смог уберечь ученицу, которая даже из школы не выпустилась. Это был довольно сильный удар по итак уже немолодому старику, что в своей жизни потерял многих. Слишком многих. И многие из этих многих потерь были на его же совести. По крайне мере так считал сам Дамблдор. А потому, он решительным движением закончил письмо и запечатал его, после чего передал Фоуксу. Сейчас чета Грейнджер отдыхала в Америке, а разница во времени составляла пять часов, а значит, в девять вечера по американскому времени ему предстоит нелегкий разговор.
  
  И ладно бы только это. В последнее время, Дамблдор все чаще стал подмечать, что упускает из виду что-то важно, что-то такое маленькое, но которое в действительности меняет всю картину... Еще раз выдохов, он понаблюдал, как феникс исчезает во вспышке ярко рыжего огня. Что же он упускает?.. Видно, в старости есть и минусы. Дамблдор решил подумать об этом позже и принялся разбирать документы, что накопились за время каникул. А еще он решил попросить Северуса еще внимательнее следить за Квирреллом, уж слишком он стал вести себя странно. И явно не от того, что повстречался в Албании с вампиром. Что-то происходит, но Дамблдор никак не мог понять, что, и увидеть цельную картину. Что-то ускользало от его взора. Он проверил первый документ и взялся за второй. Албания... Что-то зудело в голове старца... Но в эту ночь он так ни к чему и не пришел. Когда настало время отправляться, Фоукс вновь появился в кабинете, а директор как раз успел разобраться со всеми бумагами. Тяжело вздохнув от предстоящего разговора, он коснулся своего фамильяра и исчез во вспышке уже ярко-красного пламени, признака того, что феникс переносит еще кого-то помимо себя.
  
  
***
  
  Второе полугодие началось столь же незаметно и неспешно, как и первое. После каникул и отдыха с родителями и родственниками, дети, можно сказать, полностью отошли от трагедии Хэллоуина, потому в школу на полных парах возвращалась ее былая атмосфера. Больше никто не шептался об опасности по углам, никто не ходил, оглядываясь, и никто не боялся оставаться в помещениях замка в одиночестве. В общем, все вернулось на круги своя, и только отношения Гарри и Тонкс стали поистине близкими. По крайней мере, с того дня, с того последнего дня рождественских каникул девяносто первого года, что девушка, что мальчик стали полностью открыты между собой. Для них не было запретных тем между собой, не было тайн. Ну, почти... Все же мы понимаем, что одну свою тайну Гарри Поттер никому не расскажет... Но за исключением нее, тайн - да, не было. Собственно, с тех пор их отношения и не менялись. Они достигли той стадии, когда каждому из них друг с другом было полностью комфортно. Можно сказать, что их отношения перешли на ту самую мифическую стадию "лучший-лучший друг", который ближе братьев и сестер. Так что этот семестр проходил гораздо лучше, легче и... веселее, чем предыдущий. Интересных событий не происходило, учеба шла своим чередом, а финальные экзамены приближались. И если для Гарри Поттера это было не так страшно, все же, первый курс, то вот Тонкс с каждым днем становилась все более нервной и взволнованной. ЖАБА - это не шутки, ибо результаты этого экзамена напрямую влияют на твою дальнейшую жизнь. Потому девушка большую часть свободного времени тратила на подготовку, а так же на ежедневную рутинную писанину по домашним заданиям. Гарри относился к этому с пониманием, потому не третировал бедного метоморфа почем зря, то есть не играл малое дитя и не требовал к себе постоянного внимания. Хотя, как он, так и Тонкс - понимали, что если бы тот захотел, она бы банальнейшим образом забила на учебу, и играла бы с ним. Или развлекала. Или же гуляла бы. В общем, много чего. Так что на конец зимы установилась даже можно сказать определенный график дня, определенный распорядок, когда эта неразлучная парочка, после того, как заканчивались уроки, запиралась в своей комнате и с головой уходили в изучение школьных материалов. И если Гарри довольно быстро заканчивал со своими заданиями, все же, кто будет действительно сильно нагружать первокурсников, то Тонкс занималась до самой ночи. В общей сложности, она оставляла себе на сон в среднем по шесть-семь часов. И это при том, что комендантский час наступает в девять вечера, отбой - в десять, а подъем в восемь. Расписание - довольно условное, так как в школьных правилах установлен только комендантский час, после которого запрещено студентам находиться вне своих гостиных, а так же установлено время уроков. Так что, по сути, студент вообще может спать не ложиться. Но они, студенты то есть, этим не спешат пользоваться. По понятным и объективным причинам. В общем, Тонкс спать ложилась примерно в час-два ночи, и Гарри соответственно засыпал гораздо раньше. Но это им не мешало. Гарри мог бы вообще не оставаться с девушкой, но, во-первых он был банально не общительным, а во-вторых, когда он рядом, девушке было гораздо легче сосредоточиться, да и просто расслабиться и полностью сосредоточиться на учебе. Просто, когда Гарри где-то долго пропадал, она начинала беспокоиться и нервничать. Точнее, не начинала, а продолжала, так как со всеми этими экзаменами она постоянно была на взводе, беспокоилась и нервничала. А присутствие Гарри ее успокаивало. Да и сам он старался ей помогать по мере своих скромных сил, общаясь, когда та делала перерывы. Все же, постоянная зубрежка - никогда не приносила пользы. Знания должны и уложится в голове.
  
  Так и проходили дни за днями, недели за неделями, и месяцы за месяцами. Но долгой спокойная жизнь в Хогвартсе принципиально не может быть. И первый звоночек приближающейся развязки этого года-испытания стало утро в начале мая. Которое, было не таким уж и плохим само по себе. По крайней мере, это был выходной день, и можно было благополучно выспаться. Прошлым вечером Гарри до поздней ночи проверял Тонкс по учебнику, та настояла, что бы мальчик был как можно более беспристрастен и придирчив. И он с честью справился, задавая вопросы так каверзно, насколько мог придумать и выдать его внутренний разум. Так что к почти трем часам ночи они были так вымотаны, что выключив свет палочкой, они уснули там же, где и сидели. Даже не удосужившись не то что умыться, а банально раздеться... Так что утро они встретили не абы как, а в мятой одежде, неряшливо съехавшей куда только можно и нельзя, с отпечатками от пуговиц и выступов на коже и, особенно, лице. Первой, как обычно бывало, проснулась Тонкс. Сонно проморгавшись, она достала из-под головы свою руку, которую стало неприятно колоть. Отлежала. Минутой позже, когда растирание стало приносить плоды, девушка откинулась на подушку. Солнечный свет мягко заливал их комнату. И то, что она располагалась в подземелье, свет совершенно не интересовало. Ну да Тонкс уже привычна и ее это не раздражало, а вот Гарри относился к такому положению дел куда более резко. Ему очень не нравилось, когда того будил яркий свет. Ну да что поделать: магия! Причем магия замка. Потому девушка решительно поднялась на руках, потянулась к канату, свисающему сбоку, и резко дернула. Полог, который они вчера вечером забыли задернуть, с глухим звуком падающей ткани, отгородил кровать от так раздражающего мальчика солнца. После сего нехитрого действия, Тонкс снова завалилась на подушки. Ее полурасстёгнутая рубашка от всех ее действия вздулась от воздуха и сейчас плавно опускалась на ее тело. Девушка потянулась, растянувшись на двойной кровати во весь рост, как можно сильнее выгнула над головой руки, и вытянула свои обнаженные ноги, напрягая все мышцы в теле, после чего зажмурилась и глубоко зевнула. Юбка, которую она перед сном практически сняла, но все же не до конца, за ночь была скинута на пол, одинокий белый носок на ее левой ноге явно скучал по своему правому собрату, который был безжалостно откинут к краю кровати. Там же каким-то макаром оказались и ее трусики. Тонкс озадачено смотрела на сей предмет ее гардероба и пыталась понять суть бытия. А если точнее, просто разобраться "что?", "где?" и "почему?". Так и не решив для себя ничего, она махнула на размышления рукой, предпочитая утро провести отдыхая. Повернувшись набок лицом к Гарри, она стала наблюдать за его спокойным сопением. Она следила за его дыханием, за тем как вздымались его ноздри, и как он во сне то открывал, то закрывал рот. На лице Тонкс появилась легкая улыбка, которую она и не стремилась прятать. Подперев правой рукой свою голову, она замерла в этой позе и лишь смотрела. Девушка давно осознала свое отношение к этому мальчику. Да и все же, с того дня прошло уже четыре месяца, всяко бы успела осознать, да и случилось это сразу. В первую неделю ей еще было слегка стыдно, но потом и это прошло. Так что сейчас она могла сказать точно. Это не любовь, точнее не та любовь, которая страсть. Тонкс просто нравился этот мальчик. Глядя на него ей становилось спокойнее, с ним она могла разговаривать на любые темы, от него у нее не было секретов. И Тонкс надеялась, что и для него она была кем-то подобным. Дорогим и важным человеком. Девушка, протянула левую руку и поправила челку Гарри, сдвинув ее вбок, дабы та не лезла ему в глаза. "Нужно бы подстричь его..." - Подумала про себя Тонкс.
  
  - Руки распускаем? - Сонно поинтересовался Гарри, который был разбужен действием девушки. Он приоткрыл один глаз, да и тот щурил от света. Может лучи и не проникали под полог, но все равно было светло.
  
  - Естественно! - Тихо усмехнулась Тонкс. - Я как раз собиралась тебя изнасиловать, подчинить империо, увезти в Антарктику и заточить в башне изо льда. - Принимая сидячее положение, продекламировал девушка.
  
  - А-а! - Понимающе зевнул Гарри, снова открывая один глаз. - Тогда это... подожди, а то я еще не проснулся. Хочу быть в здравом уме и твердой памяти, когда ты... Уах... будешь меня насиловать... Гарри часто заморгал, стараясь привыкнуть к свету. Тонкс сейчас стояла на коленях и тянулась к верхнему краю балдахина, намереваясь распахнуть его. - О как... - Сонно, но уже с нормально открытыми глазами, заметил мальчик. - А ничего так, соблазнительный ракурс... - Одобрительно покивал Гарри, скидывая с себя свои мятые и грязные вещи. А Тонкс, наконец, свершила задуманное. Полог распахнулся, и внутрь двойного спального места проникли солнечные лучи. Почему двойного, может кто поинтересоваться у меня? Ну... После того памятного вечера и ночи, когда Тонкс успешно доканала неиспользуемую кровать, они с Гарри решили проблему гениально (банально), они, выругались, сплюнули, да надежно зафиксировали две кровати магией, сделав одну большую. Пришлось, правда, повозиться с балдахином, но с помощью трансфигурации и чар они и с этим справились. Точнее, справилась Тонкс, но Гарри ее поддерживал, а так же был строгим критиком. Так что теперь в их комнате, большую часть места занимала двойная кровать с единым пологом. Девушка, после того как совершила задуманное, снова растянулась на матрасе, при этом скинув голову по боковой грани кровати. - Нет, я-то не против, но все же, нижнее белье для кого придумали? - Поинтересовался Гарри, вытаскивая из комода большое полотенце и сменную одежду. Так как выходной, форму можно было не надевать, а потому сменка состояла из легких, темных штанов и обычной майки.
  
  - А мне так удобнее. - Донесся снизу из-за кровати голос Тонкс, чья полурастегнутая рубашка в данный момент, вследствие позы, задралась, выставляя, собственно, все на обзор. Кстати, для Гарри это было не новостью, но все же бледно-фиолетовыми волосы у Тонкс были везде. Хотя, так же стоит отметить, что эти самые волосы у нее были только там и на голове. Очень уж удобна ее способность в деле ежедневного моциона и ухаживания за внешностью. И Тонкс не уставала об этом напоминать Гарри... - Хм? - Она, опираясь руками о кровать, приподнялась, показавшись из-за матраса. - Ты мыться?
  
  - Угу. - Кивнул мальчик, рассеяно осматривая комнату в поисках своих носков. О да, вечная проблема, что появилась с первыми носками мира... - Кстати, а времени-то сколько? - Только что вспомнил мальчик о том, что не знает который час?
  
  - Сейчас... - Тонкс снова откинулась назад с кровати, прикоснулась к своей волшебной палочке, которая спокойно лежала на прикроватной тумбочке, после чего произнесла. - Тайм... - Из кончика палочки вылетели мягко светящиеся ленты желтого цвета и мгновенно сложились в общепринятые цифры, обозначающие время в формате двадцати четырех часов. - Ого... - Удивленно выдала девушка, после чего резво села на кровати и скинула с себя рубашку. - Уже почти полдень! - После чего тоже забегала по комнате в поисках сменных вещей, чистого белья и ванных принадлежностей. - Блин, они же в двенадцать выходят! - Пожаловалась девушка на основную группу студентов от третьего курса и старше, которые сегодня могли посетить Хогсмид. Тут она нашла все вещи и, накинув на себя свой халата, взяла Гарри за руку и кинулась прочь из комнаты.
  
  - О, точно! - Стукнул себе по лбу свободной рукой мальчик. - В этот раз снова пойдем вместе? Тебе не кажется, что это уже наглостью попахивает? - Обыденно поинтересовался одним интересным моментом Гарри. Тонкс ничего не ответила, так как в этот момент они, пробежав почти пустую гостиную, в которой были лишь младшекурсники, шумно ворвались в женскую часть ванных комнат, в которой никого не было. Все уже давно встали.
  
  - Да ладно тебе. - Бросила Тонкс, закидывая их вещи в специальные влагозащищенные корзины, и скидывая с себя халат туда же. Гарри занимался тем же, только в его случае это была обычная одежда. - Несколько месяцев никому не было дела, а тут думаешь, резко очухаются? - Спросила девушка, включая воду в душе. Теплая, почти горячая, вода шумно ударила из душевого смесителя, и Тонкс тут же зашла под этот поток, затягивая за собой и Гарри. Благо тот уже успел раздеться. - Да и не думаю, что это так долго было тайной. Это же школа. - Как само собой разумеющееся, заявила девушка. - Все же, тебя определенно видели, а раз преподаватели так ничего и не предприняли, значит, они же и позволяют. - Шустро намазывая себя гелем для душа, продолжала объяснять свою точку зрения Тонкс. После того, как она закончила со своим телом, она принялась быстро намыливать и Гарри. - Да и вообще, формально же не прикопаться, верно?
  
  - Ну... Наверное... - С сомнением протянул мальчик. После чего повел плечами и добавил. - Ну да думаю, ты все же права. - Покивал Гарри, поднимая руки верх, позволяя Тонкс смыть с себя мыльный покров. - Ну и учитывая, что у директора явно ко мне особое отношение... И насколько я помню, даже Филч видел меня в тот раз, когда мы возвращались в замок. Вот уж не думаю, что он из тех, кто станет молчать. А значит, можно сказать, мы получили почти официальное добро на наши вылазки... - Почти уверено закончил Гарри Поттер.
  
  - Что? Ты мне не говорил, что тебя видел этот старикашка. - Возмущенно заявила девушка, вычленив самое главное из слов мальчика. Гарри лишь отмахнулся.
  
  - Так ведь ничего и не изменилось. - Резонно напомнил он.
  
  - Все равно! - Но Тонкс быстро успокоилась и выключила ненужный душ. После чего сначала Гарри закутала в полотенце, а потом и сама стала вытираться. - Ладно, согласна, это не так уж и важно, но впредь я требую, что бы ты мне даже такие мелочи рассказывал, о мелкий герой всея Британии. - Заявила девушка, опустившись на колено перед Гарри и активно вытирая тому голову своим полотенцем, так как в свое тот был замотан. - И к кому это тут у нас у директора особое отношение?
  
  - Ну, ты же не можешь отрицать, что уж слишком благосклонно он ко мне относится. - Ответил мальчик, морщась от того, что с его волосами творили непотребное! - И доступ к женским спальням дал...
  
  - Это потому что ты переехал ко мне. И вообще я тогда почти час профессора Спраут уламывала! - Вставила Тонкс.
  
  - Вот! - Возвел руку вверх Гарри. Девушка уже закончила его вытирать и стянула с него его же полотенце. - Думаешь, кому-нибудь другому мальчику позволили бы жить с девочкой в одной комнате? Даже учитывая, что у нас такая разница в возрасте?
  
  - Ну, после происшествия с троллеем... - Тонкс на миг одарила его потяжелевшим взглядом. - Да и вообще с тогдашней атмосферой это и не удивительно. - Закончила свою мысль Тонкс.
  
  - Все равно, слишком легко все получилось, вот! - Уверено заявил Гарри, одевая чистую одежду. - Но ладно с переселением. А походы в Хогсмид на каникулах? Ты даже не была уверена, станет ли профессор Спраут тебя слушать! А все закончилось тем, что профессор Дамблдор, разрешил внеплановое посещение деревни, так еще и меня, первокурсника, отпустил! И не надо про твою ответственность! - Строго высказался Гарри. - Остальным первокурсникам это что-то не помогло. А ведь поручителями могли выступить и те же учителя, что ушли в деревню вместе с нами. Да и ладно, если только это! Но ведь и сейчас, когда ты меня в Хогсмид водишь, никто и слова не говорит. Или... - Гарри с сомнением на лице посмотрел на девушку, что уже почти оделась и сейчас застегивает последние пуговицы рубашки. Мальчик же уже был полностью одет, обут и даже расчесан! - Ты всерьез думаешь, что учителя ничего не знают?
  
  - Ну... Не думаю, конечно! - Возмущенно выдала Тонкс. - Но это все равно не подтверждает, что директор относится к тебе как-то по-особенному. Может, они просто решили оставить в этом году все как есть, ведь формально с каникул ничего не изменилось, да и не запрещал мне никто из учителей брать тебя с собой под так сказать мою же ответственность. - Размышляла вслух девушка, бегом взбираясь в свою комнату и закидывая туда ненужные вещи. Гарри следовал за ней по пятам. - Да и вообще, не зря же ты просил своих опекунов прислать записку о том, что мне разрешено их ненаглядного племянника опекать в их отсутствие. - Кончено, официальной силы эта записка не имеет, но зато при разбирательствах, если такие последуют, у Тонкс будет официальное разрешение опекунов Гарри, которое они, при нужде, смогут подтвердить и лично. По крайней мере, на такой логике строилась мини-афера с посещением Хогсмида первокурсником у Гарри и Тонкс. В это время они, тяжело дыша, вклинились в вереницу учеников, что сейчас неспешно шла к воротам из замка, где их дожидался учитель-сопровождающий и завхоз Филч.
  
  - Ну, как скажешь. - Ухмыльнулся Гарри. - Если что, сама за все отвечать будешь!
  
  - Конечно-конечно, ты-то у нас еще маленький и несамостоятельный... - Согласилась Тонкс, с улыбкой покивав на его слова, да еще уничижительно похлопала его по голове...
  
  - Эй! - Негодованию мальчика не было предела, и он вывернулся из-под руки Тонкс. - И ничего я не маленький! Я даже целовался уже, вот! - Надавив на больную тему, мстительно оскалился Гарри. Тонкс вздрогнула и ее взгляд стал слегка виноватым... Но затем мгновенно вина сменилась раздражением и голова Гарри познала ад. Девушка стала активно натирать его макушку, приговаривая что-то о "неблагодарных, но иногда столь милых засранцах, что она не всегда может себя сдержать"... Мальчик быстро осознал свою вину и запросил пощады словам "Прости-прости-прости". С минуту они шли и не говорили, а потом одновременно посмотрели друг на друга, да рассмеялись. В этот момент они прошли мимо Филча, который сверял проходящих учеников со списком. При взгляде на героя магического мира, он негодующе скривился, сморщил морщинистый нос, но ничего не сказал, лишь отметив одной галочкой имя Тонкс в своем табеле. Кстати, Гарри Поттер, наверное, был единственным не родственником Тонкс, кто знал причину ее нелюбви к своему имени. Хотя, все как всегда оказалось банальнее некуда. Так уж случилось, что в восприятии Тонкс, ей совершенно не подходило вычурное имя, которое ей выбрала ее мать. Видно, это семейное. Все Блэки немного повёрнуты на вычурных именах. Нет что бы что-то простое и легкое. Так нет, всякие Андромеды, Нарциссы, Вальбурги... Вот и Нимфадора в эту степь уходит, как думает сама Тонкс. Ну и второй причиной было то, что девушке просто физически не нравились сокращения этого имени. Уж слишком они получались "приторными", как утверждала сама девушка. И хоть она совершенно не переносила их, как имя, так и его сокращения, после того разговора, два месяца назад, она разрешила Гарри называть ее так, как ему хочется, когда они наедине. Мальчику это польстило, но не более, он продолжал называть свою подругу по фамилии, и лишь изредка, когда хотел подчеркнуть какой-либо момент, или просто пошутить, то сокращал имя Тонкс.
  
  В Хогсмиде царил легкий гвал и хаос, ученики группами и поодиночке сновали туда-сюда, переговаривались на ходу, смеялись и кричали. Обычный выходной у обычных детей-магов. Везде что-то вспыхивало, глухо или не очень взрывалось, светилось, мигало... Дети развлекались и отдыхали. Тонкс и Гарри так же решили не отставать от остальных и заняться тем, для чего в Хогсмид ученики Хогвартса и приходят. То есть занялись покупками и развлеченьями.
  
  И это был бы самый обычный поход в Хогсмид, если бы не одно "но". Во время отдыха в магической деревне, когда Гарри и Тонкс сидели в Трех метлах и пили обыкновенный "Воздушно-молочный шейк от Гарнии-Бра", который все называли коротко "Гарбра", а мальчик так еще совершенно по детски болтал ногами в воздухе, они услышали шокирующую новость, которую обсуждала добрая половина всех присутствующих. И если Тонкс удивилась самому факту, который присутствовал в новости, то вот Гарри заставил нервничать отнюдь не он... А то, что этот факт подразумевает. Сегодня ночью факультеты в общей сложности потеряли двести баллов. Сто пятьдесят - Гриффиндор, и пятьдесят - Слизерин. А так же четыре имени были на слуху у каждого студента Хогвартса. Невилл Лонгботтом, Рональд Уизли, Симус Финниган и Драко Малфой. Все они были замешаны в неком ночном прошествии. Ходило много разных версий между студентами в пабе, даже Тонкс сделала пару предположений, но видя, что ее друг ушел в себя, не отвлекала его. И лишь Гарри Поттер, внутренний Гарри Поттер, знал истинное положение вещей, а так же осознавал грядущие за ними последствия. Попаданца охватил жуткий мандраж. Он глубоко задышал, и волнение с новой силой охватило его. Она приближалась. Развязка этого года, развязка все этой истории с философским камнем - приближалась. И хотя до этого все шло нормально, именно в тот выходной Гарри Поттер осознал, что нельзя быть ни в чем уверенным до конца. Да, именно тогда попаданец испугался. Именно тогда он с навязчивой четкостью осознал, что опасность, из-за которой тот не хотел ехать в эту магическую школу, подобралась к нему непозволительно близко. Время, которое казалось таким вялотекущим, вдруг превратилось в несущийся бурный поток. Тонкс, распознав состояние Гарри, схватила того за руку и поспешила с ним обратно в Хогвартс. По пути попаданец старался успокоиться, повторял про себя те факты, которые он уже успел узнать, повторял, что многое, что должно было случиться, обошло его стороной. И это помогало. Внутренний Гарри Поттер вдруг совершенно ясно осознал, что если он никуда не полезет и будет вдвойне осторожней, а так же совсем сократит ненужные выходы из гостиной своего факультета, то и эта опасность обойдет его стороной. Нужно было только подождать и глядеть в оба. А что до философского камня? Да, попаданец бы хотел его получить, но не думал, что у него есть реальный шанс это сделать. И дело не в том, что он думал, что камень - фальшивка. Наоборот, он был совершенно убежден, что он настоящий. Было множество косвенных фактов, подтверждающих это. Нет, просто он не был наивным, и не считал, что у него реально получится заполучить камень и оставить его себе. Не тот уровень, не тот возраст, не те возможности. Да и опасность для жизни превышала все мыслимые и немыслимые пределы, выходя далеко за рамки разумного.
  
  Придя в замок, Гарри уже и сам поспешил в гостиную своего факультета, да так, что Тонкс еле поспевала за ним. Когда они оказались в своей спальне, мальчик облегченно выдохнул и завалился на кровать. Тонкс обеспокоенно следила за действиями и состоянием своего друга. Спустя десять минут тишины, она тихо поинтересовалась, в чем дело. Гарри ответил не сразу. Просто попаданец старался придумать хоть сколько-нибудь адекватное объяснение. И придумал. Внутренний Гарри Поттер решил все скинуть на ту историю с троллем. Он поведал Тонкс о том, что когда услышал о ночном прошествии, подумал, что опять случилась что-то столь же ужасное. А так же добавил о том, что его страх перед магией снова активизировался. Тонкс чутко слушала, и когда Гарри закончил, то просто подошла к кровати, легла рядом с мальчиком и, притянув того к себе, крепко обняла. Она старалась подарить ему чувство защищенности и спокойствия, которое он давал ей своим присутствием. И именно тогда Тонкс поняла, что каким бы умным ее друг не был, он пока оставался ребенком. В те выходные они почти не выходили из своей спальни. Их сокурсники удивлялись такому странному поведению, но не в свое дело не лезли, от этого их отучили еще в начале года, да и в принципе эта парочка Гарри-Тонкс была несколько обособленной, потому все просто приняли к сведению и не вмешивались. Что еще больше утвердило опасения нашего героя, так это то, что виновникам такого обвала баллов назначили то самое наказание. Поход в лес вместе с лесником. С тех выходных Гарри как можно реже старался появляться вне стен своей факультетской гостиной, есть он старался так же в своей комнате, а еду ему приносила Тонкс. Выходить же в замок он старался лишь с толпой однокурсников. В таком вот напряженном состоянии год близился к концу и Тонкс, готовясь к экзаменам, старалась всеми силами поддерживать своего друга. А попаданец все четче осознавал, что финальный аккорд зловещего этюда "Гонка за философским камнем", случится со дня на день.
  
  
***
  
  В день, когда Альбус Дамблдор покинул школу, так как его вызвали по какому-то вопросу в Министерство магии Англии, по какому, ученикам не сообщали, да и вообще, факт отсутствия директора особо не распространялся. Просто Тонкс, когда консультировалась с профессором Макгонагалл, стала свидетелем того, как заместителя директора оповестил этот самый директор о своем уходе. А спустя полчаса об этом она рассказала и Гарри. Все ученики уже сдали свои экзамены, и лишь семикурсники все готовились к ЖАБА и корпели над своими свитками с выпускными работами. Они сдавали свои экзамены на месяц позже остальных, то есть в конце июня и не в Хогвартсе, а в специальном отделе Министерства. Так что Тонкс пользовалась явным свободным временем, которое появилось у преподавателей в связи с почти что оконченным учебным годом и не стеснялась вылавливать их где только можно (да и где нельзя), с последующим выпытыванием у тех всей нужной ей информации. Девушка могла быть настойчивой, умела этой настойчивостью пользоваться, и не стеснялась ее применять. В общем, в тот день, когда Гарри Поттеру сообщили новость о том, что директор покинул школу, он наотрез отказался выходить не то что из гостиной, а из комнаты в принципе. Ясное дело, что для Тонкс все выглядело не так явно. Мальчик организовал все до банальности просто. Когда девушка вернулась из своих странствия по коридорам замка, целью которых был поиск учителей, и когда рассказала интересную новость, Гарри многозначительно покивал и пристроился на кровати рядом с девушкой, которая в тот момент взялась за чтение очередной книги по трансфигурации, которую выдала ей Макгонагалл, дабы Тонкс от нее побыстрее отвязалась. Ну а мальчик, не будь дураком, и, понимая, что он явно не сможет вменяемо объяснить девушке, почему это наотрез отказывается выходить за порог комнаты, улегся на ней, обняв ее торс как подушку, и банально заснул. Не зря Гарри Поттер все же с пару недель назад реквизировал усыпляющее зелье из общей кладовой своего факультета. Обычно их принимали старшекурсники перед экзаменами, что бы хорошо выспаться, но мальчик нашел ему и такое применение. И какого же было удивление попаданца, когда на утро следующего дня он проснулся как ни в чем небывало. Подсознательно он ожидал любой мало-мальской подставы, но нет... Это было обычное утро. Ну, за исключением позы, в которой он проснулся. Тонкс, как и предполагал мальчик, решила не беспокоить своего друга не только побудкой, а и сменой позы вообще, так что он все так же с удобством развалился на самой девушке, которая лишь приняла более удобную для себя позу, заложив за голову пару подушек. Рядом на тумбочке валялись упаковки из-под батончиков разной степени шоколадности и орехости. С другой стороны расположилась та самая книга с закладкой где-то посередине, которую читала Тонкс, перед тем, как Гарри заснул. Сам мальчик был заботливо укрыт пледом. Ну, из-за того, как они спали, плед укрывал не только Гарри, но и Тонкс. Про обнявшие его руки и говорить не следовало. Выдохов с облегчением, мальчик перевернулся на спину и съехал с девушки на матрас кровати, где и устроился, перенеся себе с полки пачку шоколадных лягушек, которые он так любил. И принялся неспешно есть, чувствуя, как беспокойство, что тисками скрутило его разум и душу, постепенно его отпускало.
  
  И Гарри Поттер не зря полностью успокоился, видно его интуиция все же решила выйти из спячки и проявить себя. Спустя два часа проснулась и Тонкс. Будничный разговор, переброска колкостей разной степени оригинальности и заезженности. Неспешные сборы, замечания Тонкс о том, что Гарри - "Ну просто умилительная соня, и вообще ми-ми-ми!" и поход до Большого зала. Вот такие перемены уже вызвали у Тонкс огорошенное недоумение. Гарри же объяснил все просто, он наконец-то осознал, что год прошел и вроде все в порядке, и магия - не такая уж и страшная штука. Но вот в Большом зале творилась несвойственное утру оживленность, все ученики что-то усиленно обсуждали, даже вечно сдержанные на таких вот общих сборах слизеринцы. Разместившись за столом Хаффлпаффа, Тонкс первой поинтересовалась причиной ажиотажа среди присутствующих. И как оказалось, этой ночью произошло очень странное и необычное происшествие. Некто Квиринус Квиррелл пробрался в Запретный коридор, да, в этом году в Хогвартсе был запретный коридор, куда было запрещено приближаться любому студенту, если тот хоть сколько-нибудь дорожил своей жизнью, и попытался украсть хранящийся там философский камень. Одно это уже вызвало бурю эмоций и обсуждений в среде студентов. Но если бы было только это. Трое первокурсников с Гриффиндора, которые каким-то мистическим образом смогли разузнать о планах профессора ЗОТИ, ну и, так как это были гриффиндорцы, они не придумали ничего лучше, чем кинутся самим останавливать коварного злодея... Взрослого мага... Ну что поделать, гриффиндорцы же! Попутно в зале распространилась информация о тех препятствиях, что были созданы учителями на пути к философскому камню. Гарри, да и Тонкс, вообще не представляли, как эта тайна стала достоянием общественности, но это так. И когда эта информация прошлась по залу, все еще больше ужаснулись, да и, чего греха таить, подивились нереальному везению злополучной троицы Невилл-Рон-Симус. Одно наименование вида существа, которое охраняло сам вход к подземелью с хранимой там вещицей, вызывало трепет и уважение к директору, который смог где-то того откопать. Цербер. Трехглавый, гигантский демонический пес родом из средиземноморья, а точнее эллинских стран. В древние времена они были действительно устрашающими существами, невосприимчивыми к любым магическим проявлениям направленного типа, их отражала их шкура, которая по своим свойствам превосходила драконью чешую в этом аспекте. Что уж говорить об огромной физической силе, свирепости, бритвенно-острых зубах и о врожденных инстинктах, хранящих тысячелетний опыт... Да и к тому же, это была именно собака, так что и охранник из нее был отменный. Особенно учитывая то, что изначально именно для этого и вывели это разумное чудовище. Да, церберы - разумные существа. И одно то, что это было первым препятствием, заставляло знающих людей содрогнуться.
  
  С другой стороны, следующее препятствие, в свете сторожащего вход цербера, выглядело, по меньшей мере, слабо. Ведь что опасного в растении, которое проходят первокурсники на первом же курсе, причем в первом же семестре?.. И так-то оно так, если не знать одно но. Дьявольские силки - это не одно растение, а вид. И что-то подсказывало старшекурсникам, выбравшим своим профильным предметом гербологию, что такую ценную вещь, как философский камень, охраняли далеко не обычные Дьявольские силки, а одна из самых опасных их разновидностей, которая отличается так же и тем, что псевдо-разумна, ну, насколько может быть разумно растение, и тем, что отлично противостоит основной слабости своего почти безопасного собрата, а именно боязни света. Так что более компетентные в этом вопросе студенты предположили, что растение просто пропустило трех студентов с шилом в одном месте, так как на это у него были инструкции, что-то типа "не причинять вред детям/ученикам". Или же оно само решило, что раз несанкционированное проникновение таки произошло, то быть может, эти дети смогут задержать нарушителя до прихода главного защитника, спрятанного в глубоком подземелье замка, сокровища. Учитывая, что Гарри и сам уже привык к тому, что их декан, профессор Спраут - это лесничий Хагрид в женском обличии, которая, правда, больше по опасным растениям, чем по опасным животным, но кого интересуют такие частности? В общем, Гарри Поттер был бы отнюдь не удивлен, если бы ловушкой оказалась наиболее опасная версия Дьявольских силков.
  
  На фоне предыдущих опасностей, монструозный конструкт чар от декана Рейвенкло, профессора Флитвика, который намертво связывает пространство и завязывает его на дверь и единственный ключ... Смотрится как минимум безопаснее и адекватнее для школы, полной детей. Да и рой ключей-обманок должен был защитить настоящий ключ от разоблачения. Видно не помогло, но после такой информации, Гарри стал с очень большим уважением относиться к декану факультета Рейвенкло.
  
  Собственно, и декан Гриффиндора смогла удивить учеников. Ее препятствие состояло из огромной шахматной доски и шахматных же фигур, что как бы само собой подразумевало необходимость партии для дальнейшего продвижения. При этом комната была зачарована антиаппарационным барьером. И как выразился один особо дотошный рейвенкловец: "Не думаю, что фигуры были лишь для игры... Учитывая что профессор Макгонагалл - мастер трансфигурации и анимации...". На его предположение одобрительно покивала большая часть присутствующих старшекурсников с Рейвенкло, да и старшие с других факультетов посматривали на того, на удивление понимающими взглядами. Ну и для каждого было очевидно, что без выигранной партии, проход дальше не откроется. А шахматные партии длятся иногда на удивление долго... Что не раз подтверждали и сами Гарри с Тонкс.
  
  Про следующие же препятствия было известно на удивление мало, хотя, большего и не требовалось. Одного того, что это был огромный тролль, заставило многих в зале содрогнуться. И хоть прошло уже больше полугода с того происшествия, все в тот момент, когда эта информация прокатилась по залу, явственно вспомнили о факте смерти одной ученицы от одного из таких созданий. Ну а про препятствие от декана Слизерина, Северуса Снейпа, было известно лишь то, что это была какая-то мудрёная загадка, основанная на зельях. Никто не сомневался, что уж кто-кто, а Снейп там, где есть возможность кого-то вполне официально травануть, обязательно траванет! Так что в изощрённости загадки, а так же в том, что при неправильной ее разгадке, глупый неудачник будет долго и мучительно умирать - сомнений не было. Не зря же, не смотря на скверный характер, все мало-мальски знакомые с зельеварением личности, были свято уверены в гениальности школьного зельевара. И это я сейчас вам рассказываю не о других учениках, а вообще обо всех, кто в зельях разбирается в пределах нескольких стран от Англии.
  
  В общем, ученики ужаснулись, пообсуждали, да и пришли к выводу, что: "Блин, а Квирелл реально был крутым магом! Хорошо притворялся...". И были те люди правы, ибо так быстро пройти все препятствия - это надо уметь! И мочь! При этом все исходились в предположениях, каким же было препятствие директора школы, если оно-таки смогло задержать мага, который быстро прошел все остальные препятствия, три из которых были созданы мастерами в своих областях! На ум ничего внятного не приходило, поскольку единственным, кто мог это поведать за исключением самого директора, был Невилл Лонгботом, который в данный момент прохлаждался в бессознательном состоянии на одной из комфортабельных (стандартных) коек больничного крыла школы, куда его доставил сам же достопочтимый Альбус Дамблдор. По всем известным фактам, Тонкс, кстати, тоже поучаствовала, по Большому залу прокатилась и устоялась такая версия: что-то заставило директора покинуть вчера школу, предположительно письмо из министерства; в это время, за философским камнем пошел профессор Квиррелл, а вслед за ним, спустя какое-то время, кинулась и гиперактивная троица с Гриффиндора; Дамблдор, узнав о проникновении, поспешил обратно и успел вовремя, как раз тогда, когда Невилл пытался остановить Квиррелла, так как оставшаяся пара Гриффиндорцев выбыла еще по пути; Дамблдор схватился в магическом поединке с бывшим профессором ЗОТИ, и еще более бывшим профессором Магловедения, в результате которого тот скоропостижно скончался. То, что скончался, было официальным заявлением директора первым пришедшим на завтрак ученикам, после чего он ускакал решать неотложные дела, которые вдруг, совершенно неожиданно так навалились. В общем-то, в тот день все только это и обсуждали, в конце концом придя к мнению, что директор, конечно, тот еще маразматик, раз такое в школе учудил, но маразматик крутой и сильный, раз такую штуку забабахал, что мага, который защиту трех мастеров прошел, на его застопорился... А вечером Тонкс подозрительно порасспрашивала Гарри, чего это он так вовремя опасаться перестал. Но мальчик сделал невинное лицо, да косил под дурочка, заявляя, что оно само и он вообще не при делах.
  
  Больше потрясений в тот учебный год не происходило... Ан нет. Во-первых, местной сенсацией стало пробуждение героя всея Хогвартса и по совместительству потенциального героя на полставки всея Англии. То бишь, спустя три дня после инцидента с философским камнем очнулся Невилл Лонгботом, и отбоя от посетителей у него еще долго не было. Всем таки хотелось узнать из первых рук, что там все же произошло, и какую защиту намудрил сильнейший светлый маг Британии. Тогда-то и стало известно про хитрое-хитрое зеркало... Дамблдором восхитились и в которой раз авторитетно объявили его маразматиком, но маразматиком гениальным и мудрым. А так как он был стар, то "маразматик" - автоматом прощался. Камень, кстати, директор лично отвез Фламелю, и вместе с тем организовал его новое место сохранения.
  
  Во-вторых, шоком для всех стало то, что на прощальном пиру, что предвещал скорую отправку учеников по домам, победителем межфакультетского состязания, вместо вроде как прочно умостившегося на этом почетном месте Слизерина, стал Гриффиндор, потому как Дамблдор щедро раздал очки злополучной троице, что бросилась грудью на амбразуру. В общем, Гриффиндор, с перевесом в целый бал, выиграл кубок школы, впервые за много лет сместив Слизерин на почетное второе, серебряное место. Правда, слизеринцы были этому отнюдь не рады. В тот момент, когда декорации зала сменились с зеленого и серебряного на красный и золотой, зааплодировали все. Ну, кроме Слизерина. Тот хранил гробовое молчание. И Гарри Поттер в чем-то понимал их. Все же, хоть балы были заслужены, но вот так, прям перед отъездом, обламывать победителей - не есть гуд. Нет, внутреннему Гарри Поттеру было плевать, но вот внешне он высказал свое удивление столь явному фаворитизму. Тонкс только махнула на это рукой, сказав, что полезно приспустить Слизерин с небес на землю, хотя бы на один год. И да, к слову, по итогу года, Хаффлпафф занял свое уже законное четвертое место...
  
  
***
  
  В поезде Гарри и Тонкс, так же как и по пути в школу почти год назад, заняли отдельное купе. Благо, недостатка в них, в последнем вагоне - не было, и им никто не мешал в течение всего времени, что поезд шел до вокзала Кинг-Кросс. В этот раз девушка подготовилась и взяла с собой в своей безразмерной сумочке нужные для удобной поездки приспособления. А точнее, два табурета, что по размерам как раз подходили к межкресельному пространству купе. Финальным штрихом стал матрас, который Тонкс накинула на сиденья купе и табуреты, тем самым создав удобную кровать, на которой предстоящий путь будет проведен с неоспоримо большим удобством, чем на обычных креслах. После всех манипуляций, девушка гордо представила свое изобретение Гарри, который скептически осматривал эту конструкцию.
  
  - Аэм... Как бы... - Потер подбородок мальчик. - Знаешь, вроде даже надежно смотрится...
  
  - Ну так! - Гордо покивала девушка, с распахнутыми руками рухнув на собственноручно созданную кровать. - Иди уже сюда! - Весело позвала Тонкс, похлопав рукой рядом с собой. Поезд уже как пять минут тронулся, потому сейчас перешел на свой стандартный, неспешный темп. Стук колес гулким эхом отдавался в салоне вагона, но не раздражал и не оглушал, так как чары звукоизоляции исправно работали и справлялись со своими обязанностями. Гарри не заставил себя долго ждать, и с разбегу плюхнулся на матрас, из-за чего девушку слегка подбросило в воздух. Мальчик за этот год изрядно поднабрал в весе и вырос на целых шесть сантиметров, чем тот очень сильно гордился. Сейчас разница в росте между мальчиком и девушкой была уже не столь катастрофичной, как год назад, при их первой встрече.
  
  - Тонкс? - Позвал Гарри девушку, что в данный момент занималась тем же, чем и последние полгода занималась в свободное от учебы время... Училась. Ну почти, сейчас девушка изучала методичку по боевым заклинаниям. К ЖАБА она подготовилась и была уверена, что все нужные ей предметы сдаст на "Превосходно", уж что-что, а гонял ее Гарри по вопросам нещадно. И сейчас она готовилась к экзаменам на поступление в "МААБ", "Магическая Академия Аврората Британии". В данный момент Тонкс изучала, как можно понять из названия книжки, краткий перечень обязательных для абитуриента боевых заклинаний, с удобством расположив свою голову на коленях мальчика. И если смотреть сверху, то парочка сейчас расположилась в форме буквы "Т": Гарри развалился вдоль окна и смотрел на пейзажи по ту сторону стекла, а Тонкс естественно расположилась посередине купе, вытянувшись в сторону двери. Мальчик, подождав, пока та обратит на него внимание и отвлечется от методички, продолжил. - И все же, почему именно аврорат? Не слишком ли это опасно? Ну, в будущем? - С беспокойством в голосе задал тревожащий его вопрос мальчик.
  
  - Да ладно тебе! - Ответила Тонкс, не отвлекаясь от книжки. - Чего ты так волнуешься? Эта работа может и опасна, но умирают там редко. А с моими талантами, я лучше всего подойду именно аврорам.
  
  - И все же! - Не успокоился Гарри. - Это опасно. И... серьезно! Я ведь беспокоюсь.
  
  - Ну... - Тонкс отвлеклась от методички и посмотрела на Гарри с улыбкой. После чего подняла руку и взъерошила его волосы. - Спасибо. Мне приятно. - Девушка кивнула и села на месте, после чего вытянула руки вверх, растягивая позвоночник. Она зажмурилась и зевнула. - Э-эх... - После чего, развернувшись к мальчику, посмотрела на него. - Ну ладно, предположим, я не иду в аврорат, и куда мне в таком случае поступать? Меня нынешний свой уровень отнюдь не удовлетворяет. - Девушка требовательно смотрела на мальчика.
  
  - Хм... - Гарри задумался, откинувшись на спинку кресла. - Не знаю. Но не в аврорат! Опасно! - Уверено заявил Гарри, да настолько, что девушке перехотелось спорить, по крайней мере, по этому поводу. - Но если все же подумать... Нужно место, где ты сможешь развивать и применять свой дар, а так же где дают расширенное и углубленное образование по чарам и боевой магии. В министерство работать пойти не хочешь?
  
  - Издеваешься? И сидеть в офисе сутками? - Возмущенно выдала девушка. - Не хочу. - Твердо заявила она.
  
  - Ясно... Так, а если... - Мальчик задумчиво повертел головой и закусил ноготь большого пальца. - Ну точно! Я придумал идеальный вариант!
  
  - Ну и? - Поторопила девушка, ей реально было интересно, что же там придумал Гарри. Хотя, она уже решила, что если ее другу так не нравится ее выбор, то она пойдет учиться куда-нибудь в другое место. Но ей было интерсено, чем же будет ее убеждать Гарри...
  
  - МАМО! - Звучно выкрикнул Гарри.
  
  - Эээ? - Удивленно протянула Тонкс. Вот уж о чем она не думала, так это о карьере дипломата.
  
  - А что? Международная академия магических отношений тебе отлично подходит. И применение своим способностям метоморфа найдешь, и сидеть на месте не придется, по миру прошвырнешься. - Перечислял плюсы Гарри. - А уж там-то обучают отлично! Да и вообще... - Гарри хитро взглянул на Тонкс.
  
  - Ну продолжай... - Поторопила его девушка.
  
  - И вообще свой человек в международном союзе магов мне бы очень пригодился, да! - Гордо кивнул мальчик и стал испытующе смотреть на Тонкс. Та скептически осмотрела того с ног до головы.
  
  - Мда, мелочь она и есть мелочь... - Пропела девушка.
  
  - Эй, я серьезно! И с последним - тоже! Может, по мне и не скажешь, но я беспокоюсь за свое и твое будущее! Вот! - И отвернулся.
  
  - Да ладно тебе, я пошутила. - Девушка ткнула мальчика в плече. - А если серьезно, то я даже не думала об этом направлении. И ведь в чем-то ты прав... - Тонкс задумчиво уставилась в окно. - Ты, правда, хочешь, что бы я туда пошла учиться? - Спросила серьезно девушка.
  
  - А тебе важно мое мнение? - Подозрительно сощурившись, уточнил мальчик. - Что-то с авроратом ты не спешила со мной советоваться...
  
  - Кончено важно! - Уверила его Тонкс, затягивая к себе на руки. - Ты же мой самый-самый близкий друг, и еще сомневаешься? - Тонкс обняла его и стала тискать. Ну... любила она это дело... - А аврорат был просто моей целью все эти годы, не знаю... Как то подумала на четвертом курсе, что было бы неплохо, так и повелось... Да и весь год ты как-то не особо был против.
  
  - Пф! - Заявил Гарри, спасая свою голову от надругательства со стороны девушки. - Я весь год был занят тем, что старался не поддаться соблазнению одной метоморфской особы... - Тонкс напряглась и слегка сжалась, когда поняла, как же выглядело со стороны все ее поведение в течение года. - Которая просто всеми силами старалась меня совратить, и даже поцелуй мой первый, чертовка, стырила! - Девушка, даже плечи понурила, слушая эти хоть и шутливые, но все же правдивые обвинения.
  
  - Гарри... - Виновато протянула девушка. - Я...
  
  - Хорошо хоть мне понравилось! - Закончил мальчик, и, развернувшись на коленях девушки, нос носом уткнулся той в лицо. Тонкс замерла и не двигалась, во все глаза и как-то заворожённо наблюдая за мальчиком. - Тонкс, хватит себя винить. - Серьезно посмотрел Гарри на нее.
  
  - Но ведь... - Начала девушка, но тут же прервалась. Сейчас, когда Гарри осознанно и серьезно поднял эту тему, впервые с тех каникул, она чувствовала себя до ужаса сжато и виновато. Это уж мальчик отметил правильно. Обычно девушка старалась просто не вспоминать об этом факте... Но сейчас, она с новой силой все вспомнила и прочувствовала. И она снова стала ощущать то гнетущее чувство вины, страха... а так же злости на саму себя, так как Тонкс ярче обычного осознала, что те чувства, что завладели ей в той красной комнате, никуда не исчезли. Они поутихли, и слегка трансформировались, но остались. И это пугало девушку. Но больше она боялась, что если начнет серьезно воспринимать все свои чувства и желания, что если начнет настаивать, то Гарри может испугаться и оттолкнуть ее. Или просто не понять, и опять же оттолкнуть. Или оттолкнуть и возненавидеть... В своих мыслях на тему печальных исходов, Тонкс стала забираться все дальше и дальше. И если бы все продолжилось в том же темпе, то быть может, легкая истерика снова была бы обеспечена, особенно из-за того, что сейчас девушка все сильнее и сильнее себе накручивала. Но ее отвлекли. Что-то мягкое и нежное коснулось ее губ. Тонкс в ужасе распахнула глаза и уставилась на мальчика, что сейчас уверенно примкнул к ее рту. Спустя секунду она осознала, что это не она его целует, а наоборот. И безвольно расслабилась. Гарри не спешил и не торопился, да и не углублял поцелуй. Он ведь хороший и наивный мальчик. Он ничего не знает о поцелуях, кроме того, что это соприкосновение губ. Ну а то, что творила с ним тогда Тонкс, он просто от шока позабыл, ага. В данный момент метоморф лишь следовала за поцелуем ее друга, в страхе ожидая конца, так как не знала, что мальчик задумал и решил. Но секунду спустя она отбросила эти мысли, и просто позволила делать мальчику все, что тому вздумается. Если бы он сейчас решил заняться с ней сексом, она бы была не против. Даже "за". Но Гарри этого не знал. По крайней мере, девушка на это надеялась, так как понимала, что не сможет в данные момент ему перечить. Что-то в тот вечер, в последний день каникул, в ней надломилось, что-то, связанное с ее другом. Быть может, уже тогда она внутри себя приняла свои же чувства к мальчику. Наконец, Гарри отстранился и серьёзно смотрел на Тонкс, которая, под таким пристальным вниманием, сильнее съёжилась, ее волосы посерели, и она опустила взгляд.
  
  - Тонкс... - Начал мальчик, и та довольно ощутимо вздрогнула. - Хватит бессмысленной вины и самобичевания. Я не стал, да и не стану относиться к тебе как-то по другому, лишь из-за того, что мы поцеловались. И даже из-за того, что ты внутри хочешь большего. - Гарри положил ей руку на макушку и сделал то, что девушка так часто делала с ним. Потрепал ее по волосам. Она удивленно посмотрела на него. И кивнула... После чего уткнулась в плече мальчика и крепко обняла его. - Ну Тонкс, ты чего, снова плакать собралось? Мне что, снова тебя поцеловать?
  
  - Нет, не нужно... - Слабо усмехнулась девушка, отстранившись, и внимательно посмотрела на Гарри. - Просто, я постоянно удивляюсь, насколько ты иногда можешь быть взрослым. И при этом все равно еще ребенок.
  
  - Ну так! Я знаю, я умный! - С гордостью подтвердил Гарри, откидываясь с колен девушки на матрас. - Неужели сомневалась?
  
  - Ну что ты... - Хихикнула девушка, но все еще оставалась серьезной. Она улеглась рядом с ним, и внимательно посмотрела на мальчика. - Гарри... - Тот обратил на нее внимание, а лицо выражало готовность слушать. - Спасибо тебе. - Тот удивленно распахнул глаза. - Ну не строй из себя! Ты понял, о чем я. - Она улыбнулась. - Ты не представляешь, насколько это было важно для меня, узнать, что ты думаешь по поводу моей... - Тонкс подбирала слово. - Ну ты понял. - Мальчик серьезно кивнул. - И... спасибо что принял меня такой... Я... - Она запнулась, но потом решилась. И не только сейчас. В тот момент, Тонкс для себя решила, что больше не будет бояться, и всегда, какой бы странно не была ее проблема, она открыто спросит об это своего друга. - Уже столько всего себе напридумывала. Думала, что если все узнаешь, что я все еще... Испытываю к тебе эти чувства, ты покинешь меня... Испугаешься... Посчитаешь странной... Подум...
  
  - Тонкс! - Гарри взял ее за руку, прервав. - Ну чего ты, в самом деле! Я тебя слишком хорошо знаю! И такие мелочи, нисколько не изменят факта, что ты - моя лучшая подруга. Да даже и не мелочи, не изменят этого факта!
  
  - Кхм... - Рассмеялась Тонкс. - И опять ты меня успокаиваешь. Это уже стало походить на печальную и хреновую традицию. И в кого ты такой умный и понимающий? Это риторический вопрос! - Сразу же заявила девушка, как увидела открывающийся рот мальчика.
  
  - Ну, вообще-то я хотел лишь спросить, так получается, ты меня любишь? В прямом смысле этого выражения, адресованного от парня девушке? Эм... Ну, то есть, наоборот...
  
  - Молчи уж, парень! - Бросила девушка, но смущение все же взыграло, и она слегка покраснела, да потупила свой взор. Но чувствуя на себе испытывающий взгляд мальчика, все же ответила. - Ну да-да! Что-то типа этого. - Недовольно закончила Тонкс.
  
  - Круто! В меня влюбилась девушка, старше меня на шесть лет...
  
  - Сама в шоке! - Кисло заявила Тонкс. - И как же меня угораздило?
  
  - Эй, я что, по твоему не привлекательный? - Возмутился Гарри.
  
  - Привлекательный-привлекательный! И умный, и красивый, и еще много чего! Только мелкий еще! - Смогла-таки съехидничать девушка, при этом ни капли не соврав. Для нее все было именно так.
  
  - Ну, это хорошо! - Гордо заключил мальчик. А Тонкс вопросительно приподняла бровь: "Мол, чего это ты так быстро согласился?". - А то, что маленький, так это быстро проходит! Вот! - Хихикнув, уточнил Гарри. - И буду я, когда выросту, совращать девушек пачками, как ты совращала меня! Ха!
  
  - О, какие у тебя планы! А меня совращать-то планируешь? - Возвращаясь к привычному настрою, спросила Тонкс.
  
  - Естественно! - Кивнул мальчик. - Вот только зачем? Ты уже совращена! Мва-ха-ха! - Копируя злодейский смех, ответил мальчик.
  
  - О да! - Обреченно покивал Тонкс. - Я безвозвратно и безразвратно совращена мелким шкетом, что только колдовать-то научился! Бедная и невезучая я.
  
  - То ли еще будет! - Доверительно сообщил Гарри, рассматривая в потолок. - И все же, как тебе идея с МАМО?
  
  - Да на удивление неплохо. Если так подумать, то и правда, у меня может получиться. Думаю, все же подам заявку, и если пройду, поеду учиться. Жаль только что Академия во Франции находится...
  
  - Ну, зато ты будешь гораздо свободнее. И я был серьезен, когда говорил, что мне понадобятся связи! Так что готовься, и учись хорошо!
  
  - Уговорил, ради тебя только и буду учиться, ага! - Покивала девушка.
  
  Оставшаяся поездка прошла в том же духе, Гарри и Тонкс обсуждали, на какое направление идти, если ее возьмут в МАМО. Когда проезжала тележка со сладостями, они купили немного, дабы перекусить. Учебный год, первый год в Хогвартсе, был завершен, и все сейчас ехали назад, в свой привычный дом. Но многие возвращались с заметными изменениями. Гарри Поттер осознал, что может изменить судьбу, что уготована ему, понял, что бытие магом - не такая уж и плоха перспектива, и главное осознал, что у него появилась верная подруга, с которой можно поделиться любым вопросом, любой информацией, любой просьбой, любым секретом, ну, кроме того самого. Мальчик действительно был рад итогам этого годового испытания на жизнь. А Тонкс... Тонкс в поезде наконец-то успокоила свою душу, которую гложило изнутри неопределенность и страх. Тот страх, который до конца она и не осознавала долгое время. В последние часы разговора в поезде, девушка окончательно поняла, кто же для нее самый дорогой, и... она более не боялась признать этого, любимый ей человек.
  
  Когда ученики сходили с поезда на магической части Кинг-Кросс, Гарри и Тонкс вышли одними из последних. Девушку встречала ее мать, Андромеда Тонкс, высокая и статная женщина, от которой разило строгостью и легким налетом высокомерия. Но она тут же смягчилась, когда увидела свою дочь. Она так же тепло поприветствовала Гарри Поттера и уже официально пригласила того погостить в доме четы Тонкс. Об этом он уже говорил с девушкой в конце года, да и в поезде они уже утрясли детали, но такая дань "традиции" была обязательна. Ну, с высоты взглядов Андромеды Тонкс. Сама же подруга Гарри, не разделяла ее консервативных взглядов, но относилась к ним с уважением. Тонкс обменялась телефонами с Гарри, которыми не удосужились обменяться в течение года, и тепло распрощались, при этом мальчик стребовал с девушки обещание навестить его у Дурслей. Та, впрочем, легко согласилась, и передала ему сквозное зеркало, которое все забывала передать мальчику. На той ноте они и разошлись окончательно. Андромеда, взяв свою дочь за руку, аппарировала прочь. А Гарри стоял и ждал, пока перрон опустеет. Это случилось довольно быстро, не прошло и получаса. Когда людей на вокзале практически не осталось, Гарри Поттер повернулся в сторону поезда и с выражением, далеко не подходящим его юному возрасту, смотрел вслед медленно удаляющемуся алому составу. Но даже так, спустя две минуты, лишь рассеянные клубы дума напоминали о том, что здесь недавно стоял магический поезд. Перрон полностью опустел. Он будто вымер. И только тогда мальчик осознал окончательно. Он выжил. Прошел год. И он выжил. И небо не рухнуло, и портал в Ад не открылся. Он выжил и был здоров. Гарри Поттер, герой магического мира рассмеялся. Счастливо, заливисто, с задором... В этом смехе он выпускал все те тревоги, что накопились за год учебы в магической школе. Спустя минуту он успокоился, а цепкий взгляд изумрудных глаз остановился на проходе в магловский мир.
  
  - И это значит лишь одно. - Кривая, такая чуждая улыбка озарила лицо попаданца, а сейчас именно он вышел на передний план. - Это не запись, это полноценная игра. И даже пешка может достигнуть противоположного поля, обойдя все опасности чужих фигур, которые на себя возьмут другие... Фигуры ли, пешки ли... Это не важно. - Мальчик утробно, но тихо рассмеялся. - Мне лишь нужно выжить, и свалить из этого дурдома как можно дальше. Ну а раз так... - Мальчик взглянул в голубое небо и направился в сторону магического прохода. - Надо лишь превосходно сыграть!
  
  
***
  
  Мальчик выбежал из прохода и сразу же увидел тучного мужчину с пышными усами.
  
  - Дядя Вернон! - Радостно закричал мальчик, а многие прохожие оборачивались, и улыбались.
  
  - Ну здравствуй, Гарри! - Добро похлопал обнимающего его племянника по плечу мужчина. - Как же я рад, что ты в порядке! Пошли скорее, Петунья столько всего приготовила. О, я вижу, ты не забыл за год вкус ее стряпни? - Наблюдая, каким голодом наполнился взгляд мальчика, спросил Вернон.
  
  - Еще чего! Не дождетесь! Сам все съем!
  
  - Ну кончено, для тебя же все готовили! - С улыбкой ответил мужчина, открывая дверь своей машины перед племянником. После чего, убедившись, что тот с удобством устроился, сел за водительское сидение и тронулся. - Ну, рассказывай, давай! - Подтолкнул в нужную сторону Гарри Вернон. И тот начал свой долгий рассказ. Мальчик захлебывался, тараторил, но старался как можно полнее и красочнее описать весь учебный год. Вернон слушал, и иногда радовался, иногда ужасался, иногда злился. Но все равно он был рад, что его племянник вернулся живым и здоровым. А так же тому, что тот смог найти себе хорошего друга. Точнее подругу, но это уже частности.
  
  
***
  
  "Машины уезжала из Лондона в его пригород, и чем дальше она уезжала, тем яснее я понимаю как рассказчик, что эта история кончается. Машина скрылась за горизонтом, а история... Да, вы правы, она кончилась. Но кончилась лишь эта история... А за ней, наверняка последуют и другие. Хотя, кто знает?.. Да хранит Тройка Великих этого попаданца."
  
  - Хм... Чего-то этой истории не хватает... - Задумчиво посетовал некто. - Точно! Экшона маловато!.. Хотя, это не важно. И так сойдет. - Некто убрал перо от пергамента и взглянул на экран, что показывал едущую машину. - И все же, какой интересный экземпляр. Надо бы братьям на рецензию отдать, когда допишу. Или... Кто там у нас сейчас в теле ребенка? Хм?.. Шикарно! - Потер уставшие руки некто. - Вот уж кто долго не проснется! Решено, вот Карасуба и расскажет брату это в качестве сказки. - Поставив точку, некто хлопнул в ладоши, и рукопись исчезла, оставив после себя лишь контур без пыли. - Забавно же будет, когда он узнает, что автором сего шедевра был я? - Некто усмехнулся. - Эх дела мои божественные, что же вас так много, тьфу... - И некто пропал. Как и стол, и как пыль, и как перо... Здесь снова царствовала пустота. И экран, который показывал активно вкушающего домашнюю еду Гарри Поттера. Очередного Гарри Поттера.
Оценка: 5.00*41  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Освоение Кхаринзы"(ЛитРПГ) Н.Любимка "Академия драконов"(Любовное фэнтези) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2"(Боевик) А.Минаева "Академия Алой короны. Обучение"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) A.Delacruz "Real-Rpg. Ледяной Форпост"(Боевое фэнтези) Л.Хард "Игры с шейхом"(Любовное фэнтези) А.Минаева "Академия Алой короны-2. Приручение"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"