Monosugoi: другие произведения.

Пароманс (пролог + главы 1-3)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Пролог,из которого читатель узнает кое-что о прошлом Джонатана Уинтерхарта, а также первые три главы, рассказывающие о том, каким же образом он ввязался в самую важную авантюру в своей жизни и существовании человечества.


   - Говоря откровенно, мои воспоминания становятся все менее отчетливыми. - Гордон хлебнул из бокала. - Там был некто Кеог, пытавшийся меня убедить, что будущее, в котором я побывал, это всего лишь наваждение, самовнушение... "Вы ненавидите Землю и настоящее, - говорил он, - и поэтому придумали все эти звездные королевства и великие космические войны". В мое время Землю еще никто не покидал, космические путешествия были мечтой, и мои рассказы о будущем он считал бредом сумасшедшего.
  
   Эдмонд Гамильтон "Возвращение к звездам"

Пролог

  
   С капитанского мостика "Каледонии" идущий по правому борту линкор королевского звездного флота Британской империи "Океан" водоизмещением в сто пятьдесят тысяч тонн казался отражением в черном зеркале космоса. Коммодор Джонатан Уинтерхарт был неплохо осведомлен о возможностях "Океана", ибо его брат-близнец, на мостике которого он сейчас стоял, находился под командованием Уинтерхарта уже почти семь лет.
   Сигарообразный титановый корпус "Океана" ощетинился пятью кольцами тридцатидюймовых пушек на вращающихся лафетах. Укрытый дополнительным броневым колпаком нос при таране наносил противнику сокрушительные повреждения. Сразу за титановыми пластинами в два кольца располагались люки ракетно-торпедных аппаратов. На корме "Океана" грозно вращались башни сдвоенных пятидесятидюймовых орудий, каждое из которых легко пробивало насквозь астероид. Дюзы изрыгали струи раскаленного пара, толкавшие судно через межзвездную пустоту - корабль набирал маршевое ускорение. А еще под обшивкой с горящими на солнце заклепками скрывались два десятка маневренных истребителей "спитфайр". В разгар боя они срывались с паровых катапульт взлетных палуб и налетали на противника подобно рою железных ос, жалящих пулеметными очередями.
   И "Каледония" и "Океан" были спущены со стапелей орбитальной верфи Дептфорд почти полвека назад и успели сменить не по одному капитану. Однако даже сейчас "Океан" под командованием капитана Гастингса мог дать фору куда как более современным судам, в том числе линейным кораблям "Коллингвуд" и "Св. Винсент", водоизмещением в сто семьдесят тысяч тонн каждый, шедших сзади. Пусть калибр их основных орудий был чудовищным даже по сравнению с мощью "Океана" и "Каледонии", а на поддержку они выпускали на двоих семьдесят истребителей "файрфлай", командовавшие ими капитаны даже близко не имели того боевого опыта, что Уинтерхарт и Гастингс. В послужном списке капитана Джорджа Макдоннелла, командовавшего "Коллингвудом" числилась лишь одна боевая операция - подавление шахтерского бунта на Меркурии, которую Уинтерхарт, часто ловивший себя на симпатиях к социалистам, находил не самой достойной страницей в истории Британской империи. И это не считая того, что "Коллигвуд" принял бой (если это вообще можно было назвать боем) с двумя наспех переоборудованными баржами для перевозки руды. Капитан Геркулес Монтгомери, под командование которому отдали "Св. Винсента", и вовсе мог похвастаться только пятью годами хождения на "Принце Уэльском" под командованием контр-адмирала Нельсона, успешными учениями и окончанием с отличием Королевского военно-космического колледжа в Дартсмуте. А также отцом-графом, членом палаты лордов и крупным венерианский землевладелец. И если Макдоннеллу добиться должности капитана новейшего линкора помогли, как подозревал Уинтерхарт, взятки кое-кому из лордов-заседателей Адмиралтейства, то в случае с виконтом не понадобилось даже этого - семейство Монтгомери состояло в близком родстве с правящей династией.
   На совещании в Адмиралтействе, где Уинтерхарту представили Макдоннелла и Монтгомери, он успел составить мнение о них. Оба были молоды. Оба, хотя и понимали, как попали на свои корабли, мечтали оправдать оказанное доверие. Но на этом сходство заканчивалось. Макдоннелл оказался мрачным и нелюдимым типом, выходцем из купеческой семьи, которую ненавидел всеми фибрами души. И он готов был на все, лишь бы заслужить титул. Говорил Макдонннелл мало, но по существу, и при планировании операции проявил завидную осторожность. Местами, на взгляд Уинтерхарт, граничащую с трусостью. Геркулес Монтгомери же наоборот исходил кипучей энергией вулкана и каким-то мальчишеским задором. Юнца наполняли романтические идеалы и стремление к позерству, однако стратегическим талантом и он обделен не был. Более того, он уже успел завоевать популярность у своего экипажа. Уинтерхарту лишь приходилось себе постоянно напоминать сдерживать виконта в его авантюрных порывах.
   А ведь в его годы он был таким же, усмехнулся про себя Уинтерхарт.
   - Капитан, световой сигнал прямо по курсу! - из переговорного устройства донесся голос впередсмотрящего.
   - Принять сообщение, - сидящий в капитанском кресле Уинтерхарт наклонился к медному раструбу.
   Серии вспышек светового семафора приближающейся тройки "спитфайров" теперь можно было разглядеть невооруженным взглядом. По приказу Уинтерхарта эскадра сохраняла режим радиомолчания.
   - Звено разведки докладывает об успешном выполнении задания. Просит разрешения на посадку.
   - Внимание палубным постам три и пять! - разнесся по "Каледонии" голос коммодора. - Приготовиться к приему истребителей!
   Уинтерхарт легко мог себе представить, как тремя палубами ниже засуетились матросы и механики, и загремели цепи посадочных кранов. Взревели компрессоры, подавая через шланги воздух в вакуумные костюмы аварийной команды...
   Внутренний шлюз закрывается, и в то же мгновение поднимается наружная заслонка. Воздух с ревом устремляется наружу, высасывая мелкий мусор и забытую неосторожным матросом бескозырку. Оставляя за собой пушистый след из остывающего пара, вдоль борта "Каледонии" скользнул остроносый силуэт "спитфайра". Лейтенант-коммандер Гектор Уолкотт, известный на весь флот франт и позер, на посадку заходит обязательно едва не задевая крылом обшивку и с максимально разрешенным ускорением. Уже паря над палубой, он резко делает тормозной выброс, и боевая машина окутывается облаком пара. Секунду спустя из образовавшегося тумана выныривает украшенный образом архангела Михаила нос истребителя, решетки радиатора которого еще исходят белесыми струями. Затем появляется фонарь кабины и поднявшийся за ней королевской коброй швартовочный крюк. Последними наблюдатели из палубной команды видят крылья с обратной геометрией, вырастающие из двух округлых цилиндров турбопаровых двигателей. На хвостом оперении "спитфайра" красуется сине-бело-красный круг. Уолкотт нежно, как светскую даму в танце, подводит свою машину к палубному крану. Под бурные аплодисменты матросов, неслышные через обшивку и заполняющий палубу вакуум, он цепляет крюк истребителя за кран и прикладывает руку в перчатке к груди, раскланиваясь с благодарной публикой. Заслонка опускается, палуба вновь наполняется воздухом, и оператор крана аккуратно опускает "спитфайр" на отведенное ему место. К нему тут же устремляются техники для послеполетного осмотра, а Уолкотт, не дожидаясь их, перемахивает через борт и летит над путаницей причальных тросов и головами матросов и к люку на верхнюю палубу.
   Пять минут спустя Уолкотт стоял на мостике, прижимая к груди шлем и рапортуя Уинтерхарту.
   - Коммодор, сэр. Пиратская флотилия Гиллиана обнаружена в малом скоплении Сандорфа. Состав - восемь канонерских судов, три корвета, одно бронированное судно водоизмещением не менее ста тысяч тонн. Как и предполагалось, это перестроенный учебный фрегат "Навуходоносор", пропавший в поясе Копейра около пяти лет назад.
   Пиратская флотилия Джо Гиллиана объявилась в поясе астероидов три года назад. Ее предводитель отличался чудовищными наглостью и везением. За прошедшее время он ограбил не один купеческий конвой, трижды уходил от преследования флотами Британской империи и Лунной Республики, а какое-то сверхъестественное чутье подсказывало ему, когда под прикрытием торговых судов по космосу шастали корабли-ловушки - он ни разу не попался ни на одну приманку. В конечном итоге Гиллиана сдали его же собственные собратья по ремеслу, покусившись на вознаграждение в семь миллионов иридиевых фунтов стерлингов.
   - Значит вся компания в сборе, - кивнул Уинтерхарт. - Отличная работа, лейтенант-коммандер, - кивнул Уинтерхарт. - Как вы оцениваете состояние судов группы противника?
   В скафандре страшно чесалась спина, но снимать его во время боя запрещал устав. А вот Уолкотт щеголял в кожаной куртке, перетянутой ремнями и таких же штанах с нашлепками на коленях. Большинство пилотов, зная хрупкость космических истребителей, не брали с собой даже кислородные баллоны, не говоря уж о том, чтобы переодеваться в скафандры. И прямо в этот момент Уинтерхарт страшно завидовал пилоту, потому что смерть при взрыве истребителя быстра и безболезненна, а проклятая чесотка могла изводить его еще не один час. Чтобы хоть как-то отвлечься, Уинтерхарт перевел взгляд на звезды за бортом.
   - Думаю, канонерки в расчет можно не брать - старые орудия малого калибра, - продолжил Уолкотт. - Они неплохо справлялись с торговыми судами, но обшивка наших линкоров им не по зубам. Корветы также относятся устаревшим проектам, но они модифицированы на пиратских верфях. Могут доставить хлопоты, однако главной проблемой остается "Навуходоносор". Его подвергли серьезной переделке и теперь он мало уступает нашему линкору. Исходя из внешних элементов реконструкции, рискну предположить, что он может нести до двух десятков истребителей типа "фулмар". Однако, коммодор, сэр, боюсь наша главная проблема не в этом...
   Уинтерхарт оторвался от звезд и уставился на Уолкотта.
   - В центре группы мной обнаружен корабль-кольцо синдриков.
   Коммодор с трудом удержался от того, чтобы выругаться вслух.
   Синдрики прилетели в Солнечную систему больше ста лет назад и, до настоящего времени, были единственными известными землянам обитателями других звезд. Люди недолюбливали их за внешний вид - сложно отнестись благожелательно к двухметровому дурно пахнущему тритону, ходящему на задних лапах и разговаривающему с ужасным квакающим акцентом. Однако, между тем, синдрики изъявили только желание торговать с Землей и делали это весьма успешно. Так что никто уже не удивлялся, встретив разгуливающего по набережной Темзы тритона в цилиндре и фраке. Синдрики могли достать все, лишь б у вас хватило денег оплатить их услуги. Лишь две вещи они не продавали землянам ни за какие посулы - секрет межзвездного двигателя, позволявший им путешествовать за пределами Солнечной системы, и какую-либо информацию о мире, из которого они прибыли.
   - Полагаю, сэр - заключил Уолкотт. - Корабль-кольцо захвачен и является пиратским призом. А значит...
   Заканчивать фразу Уолкотт не стал. Заполучить хоть один корабль-кольцо было голубой мечтой любого государства Солнечной системы, от Британии, раскинувшейся до самых ее краев, до объединявшей всю Европу Священной Римской империи. Русский престол и красный Марс не пожалели ли бы никаких средств, лишь бы межзвездный двигатель синдриков оказался у них в руках. И вот этот шанс упал в руки коммодору Уинтерхарту.
   - Вы отсняли позиции противника?
   - Так точно, сэр, - Уолкотт извлек из внутреннего кармана куртки завернутые в дорогой шелковый платок с монограммой пластинки самопроявлящихся дагерротипов, и протянул их коммодору.
   Развернувшись к лампе в подволоке, Уинтерхарт впился взглядом в первый снимок. Между застывших на стеклянной пластине каменных глыб, самая маленькая их которых едва уступала в размере "Коллингвуду", отчетливо просматривались пиратские суда. Три корвета образовывали равнобедренный треугольник. Перестроенный фрегат, каждый квадратный фут обшивки которого, казалось, состоял из орудий самых разных калибров, дрейфовал чуть сзади. А прямо в центре снимка, опутанный обрывками паутины абордажных тросов, висел загадочный корабль тритонов - тонкое колесо с четырьмя спицами, посаженное на серебристую гантелю. При этом "шары" гантели не были сплошными, а состояли из доброго десятка вращающихся во все стороны колец. Спутать курьерский корабль синдриков с любым космическим судном землян было невозможно. Остальные снимки, сняты с таким расчетом, чтобы использовать их для определения точных координат пиратского флота, демонстрировали Уинтерхарту то же самое.
   - Барлоу, ко мне! - Уинтерхарт завернул дагерротипы обратно в надушенный платок Уолкотта. - Размножить и передать фототелеграфом на остальные корабли. Передайте также мой приказ - любой ценой обеспечить захват корабля тритонов. Это гораздо важнее, чем шайка пиратов...
   Адъютант принял снимки и поплыл с мостика.
   Уинтерхарт дотянулся до переговорной трубы.
   - Внимание орудийным постам! В расположении противника обнаружено судно синдриков, предположительно им захваченное. Приказываю в бою вести огонь с таким расчетом, чтобы не задеть его. И если чей-нибудь снаряд его хотя бы поцарапает, я лично выброшу всех виновных в открытый космос! - Уинтерхарт отбросил трубу и развернулся к пилоту. - Вам, Уолкотт, это я думаю повторять не надо.
   - Так точно, сэр, - лицо пилота осветила ослепительная улыбка. - Будем сдувать с него пылинки, пока не доставим в Адмиралтейство.
   - Вы свободны, лейтенат-коммандер.
   Вселенная вокруг мостика "Каледонии" светилась миллиардами звезд, рядом которых, Уинтерхарт был в этом уверен, существовало множество обитаемых миров, наверняка населенных разумными существами куда как более приятными, нежели лупоглазые пройдохи синдрики. Как и Уинтерхард, бесчисленное множество этих существ могло в этот момент смотреть на звездное небо и гадать, есть ли где-нибудь там похожая на них жизнь. Уинтерхарт ни на минуту не сомневался, что рано или поздно кто-нибудь их них доберется до Солнечной системы, и тогда монополия синдриков на межзвездные перевозки падет.
   Или, возможно, после сегодняшнего боя это они, люди, прибудут туда и протянут руку дружбы обитателям иных звезд. А ведь среди них наверняка найдутся и те, кто похожи на нас, решил Уинтерхарт. А так как хоть он и был закоренелым холостяком, но не дурак приударить за симпатичной барышней, то воображение нарисовало ему встречу с прекрасными зеленоволосыми таукитянками. Они забрасывали цветами отважных звездоплавателей, возглавляемых коммодором Уинтерхартом, водрузивших на их планете "юнион джек"...
   От радужных мечтаний Уинтерхарта оторвал штурман, доложивший о достижении точки разворота. Пора было приступать к маневрам.
   - Всем машинам малый вперед.
   - Есть малый вперед, - отозвался вахтенный, переводя корабельный телеграф.
   - Курс ноль-семьдесят.
   - Есть курс ноль-семьдесят, - рулевой накренил штурвал, следя за показателями ангулометра.
   Звезды за стеклами мостика задрожали и поплыли вверх. До расчетного времени встречи эскадры с пиратской флотилией оставались считанные минуты и рулевой менял курс - согласно замыслу Уинтерхарта они завершали дуговой маневр и заходили на противника перпендикулярно плоскости эклиптики. В этот момент он должен был представлять собой идеальную мишень для торпед. После торпедной атаки британские линкоры выпускали палубные истребители и, не меняя вектора ускорения, разворачивались к пиратам бортами, вели огонь из кольцевых пушек. На макет-карте в Адмиралтействе все это выглядело прекрасно, однако многолетний боевой опыт подсказывал Уинтерхарту, что еще с тех времен, когда Альфред Великий гонял датчан по Уэссексу, ни одно сражение не происходило так, как было запланировано.
   Когда звезды перестали двигаться, перед носом "Каледонии" пролегла серебристая река. На таком расстоянии пояс астероидов уже не казался сплошным потоком, и в нем него виднелись черные провалы и отдельные глыбы камня.
   Вскоре визирные посты доложили о том, что пиратская бригада находится в пределах прицельной дальности главного калибра. Уинтерхарт протянул руку к плавающему на шнурке у капитанского кресла биноклю.
   Даже через мощную оптику пиратские корабли выглядели не больше тараканов. Уинтерхарту хорошо были видны отливающий горящий медью "Навуходоносор" и три корвета. Они дрейфовали в пространстве. Канонерки и корабль синдриков пока не просматривались.
   Отложив бинокль, Уинтерхарт объявил:
   - Всем постам - боевая тревога!
   Корпус "Каледонии" содрогнулся и наполнился шипением пара и грохотом зубчатых передач. Заработали гигантские поворотные механизмы, вращающие орудийные кольца и башни кормовых орудий. Вслед за этим коридоры корабля пронзил вой сирены, врывавший из сна тех немногих матросов и офицеров, что отдыхали после последней вахты.
   - Сигнальные посты, запросить "Океан", "Коллингвуд" и "Св. Винсента" о готовности, - бросил Уинтерахарт в переговорную трубу.
   Долго ждать ответа не пришлось.
   - Коммодор, сэр, с "Океана" и "Коллингвуда" поступили доклады о готовности, - по переговорной трубе доложили сигнальщики.
   - А "Св. Винсент"? - Уинтерхарт инстинктивно обернулся назад, но линкор находился ниже "Каледонии" и разглядеть его было нельзя.
   Еще не хватало, чтобы у молодого виконта Монтгомери в первом же бою что-то случилось.
   - Передайте им повторный запрос, - приказал Уинтерхарт. - Пусть немедленно докладывают.
   Под килем "Каледонии" немедленно зажегся сигнальный семафор, пославший серию вспышке света на наблюдательный пост "Св. Винсента". Минутой позже он засверкал ответными огнями.
   - Капитан Монтгомери сообщает, что заклинило поворотный механизм кормового орудия, - ожила переговорная труба. - Торпедные аппараты, кольцевые орудия и палубные истребители к бою готовы.
   Уинтерхарт мысленно выругался. Вот тебе и новейший линкор, только сошедший с лунных стапелей! Коммодор не отводил в предстоящем сражении основную роль исполинским орудиям "Коллингвуда" и "Св. Винсента", но подобные сюрпризы не приходились ему по душе.
   Однако времени на раздумья не оставалось. Пиратские суда становились ближе с каждой минутой, и Уинтерхарт начал отдавать приказы.
   - Торпедные аппараты к бою. Цель - пиратское соединение прямо по курсу. Сигнальным постам - передать приказ по эскадре.
   - Торпедные аппараты к бою готовы! - донеслось из переговорного устройства.
   Пошли доклады от сигнальщиков.
   - "Океан" докладывает о полной боевой готовности!
   - "Коллингвуд" к бою готов!
   - "Св. Винсент", торпедные аппараты к бою готовы!
   - Огонь! - скомандовал Уинтерхарт.
   Из отверстий в обшивке перед мостиком ударили белые струи. Паровые катапульты отправили первую партию торпед за борт. Как только те оказались в открытом космосе, включились химические двигатели и к каменной реке устремились десятки змей из оранжево-белого пламени.
   Уинтерхарт вжался в кресло и пристегнулся ремнями. Офицеры, находящиеся на мостике проделали то же самое.
   - Отменить режим радиомолчания, - продолжал отдавать приказы Уинтерхарт. - Эскадрилья "Каледонии" - на взлет. Боевая задача - уничтожение канонерок. Орудийные кольца с первого по третье - открыть прицельный огонь по противнику.
   Ожили динамики радиосвязи, и на мостик ворвался шквал переговоров пилотов истребителей и команд капитанов линкоров. Стремительно приближающиеся к астероидному скоплению линкоры покидали рои "спитфайров" и "файрфлаев".
   А следом начался ад. Загремели передачи, одновременно поворачивающие восемнадцать тридцатидюймовых пушек. По корпусу "Каледонии" словно ударил гигантский молот, затем еще и еще. От каждого удара корабль содрогался, словно локомотив, несущийся по плохо уложенным рельсам. Начался обстрел пиратских судов. Отрезок пространства между застывшей среди астероидов флотилией наполнился дождем из стальных болванок, начиненных нитрометаном. А на обшивке дредноута уже начали расцветать огненные цветки торпедных попаданий.
   Пираты сориентировались быстро. Из маневровых дюз фрегатов ударили столбы пара, капитаны разворачивали их носами к нападавшим. Однако один из кораблей уже поймал машинным отделением несколько торпед и из-под обшивки выплеснулись быстро затухающие в вакууме языки пламени. Пострадавший фрегат беспомощно завис, изрыгая облака обломков и клубы пара, а минутой позже до него добрались снаряды британской эскадры, за считанные секунды превратившие судно в кладбище. Из изрешеченного корпуса наружу выплеснулась корабельная атмосфера и тела членов экипажа. В орудийных башнях начали взрываться крюйт-камеры.
   Навстречу "Каледонии" устремились снаряды, выпущенные уцелевшими фрегатами и канонерками. "Навуходоносор" оказался бронирован столь тяжело, что почти не пострадал от обстрела, однако Джо Гиллиан не спешил уводить его с линии огня. В бинокль Уинтерхарту было видно, как катапульты фрегата принялись выбрасывать в космос пиратские истребители, поднялись стволы палубных орудий, нацелившись на британцев, но сам корабль с места не сдвинулся. И коммодор не заметил никаких повреждений ходовой части.
   - "Океан", приказываю сосредоточить огонь на "Навуходоносоре", - Уинтерхарт забарабанил пальцамипо подлокотнику. - Разрешаю применение главного калибра.
   Что-то с этим неподвижным пиратом было не так.
   - Есть сосредоточить огонь на "Навуходоносоре", - отозвался Гастингс.
   И тут до Уинтерхарта дошло, что он не видит корабля синдриков. Корвет полностью скрывал его.
   - Оставить огонь! - рявкнул он. - Эскадрильи "Коллингвуда" и "Св. Винсента" - сковать действия истребителей противника. "Океан", поддержите их. Цели эскадрилий "Океана" и "Каледонии" - канонерки. "Коллингвуд", "Св. Винсент" - продолжайте работать по корветамЯ сам займусь "Навуходоносором", он прикрывает судно синдриков!
   Заработавшие после отмены радиомолчания динамки по-прежнему наполняли мостик голосами командиров эскадрилий и капитанов судов.
   - Капитан, фиксируем приближением вражеских снарядов! - крикнул вахтенный.
   - Опустить бронеставни, - отозвался Уинтерхарт. - Поднять перископы. Начать разворот.
   К его лицу опустилась медная труба с окуляром на каучуковой прокладке. Дрожь корпуса сообщила Уинтерхарту, что "Каледония" разворачивается к пиратам бортом. Теперь в бой могли вступить кормовые орудийные кольца и сдвоенные пушки главного калибра. Линкор превращался в настоящую машину смерти, посылая во врага беспрерывный поток снарядов - стоило отстреляться пушкам, нацеленным на пиратов с одного борта, как кольца проворачивались, и на противника оказывались нацеленными два новых перезаряженных орудия. Следовал залп, поворот колеса, новый залп... За это время канониры успевали перезарядить орудия, стрелявшими первыми и они вновь поворачивались к врагу. Такая карусель смерти могла длиться не один час - пока не кончались снаряды или не заклинивало поворотные механизмы.
   На широкие обзорные окна мостика наползли титановые плиты, надежно защищающие от попаданий вражеских снарядов. Уинтерхарт ухватился за поручни перископа и развернул его в сторону пиратской флотилии.
   Поле астероидов под "Каледонией" ежесекундно вскипало фонтанами каменных обломков. Их высекали корабельные снаряды и очереди из пушек истребителей, стремительно лавировавших между глыбами камня и льда.
   - Докладывает "Океан", - в динамиках мостика раздался голос Гастингса. - Уничтожено три канонерские лодки противника. У нас временно вышли из строя два орудия в первом кольце.
   - Продолжайте огонь, - отозвался Уинтерхарт. - Капитан Монтгомери, что с вашим главным калибром?
   - Ведем ремонтные работы, - сообщил виконт. - Коммодор, наши пилоты докладывают, что "Навуходоносор" продолжает дрейф, двигатели не включает. Я тут подумал...
   Монтгомери на мгновение замялся.
   - Не тяните кота за хвост, капитан!
   - Коммодор, сэр, разрешить взять "Навуходоносор" на абордаж! - звонко выкрикнул Монтгомери.
   - Вы кретин, Монтгомери, - раздался вдруг скрипучий голос Макдоннелла. - Гиллиан вас в решето превратит из своих пушек! Он вооружен не хуже "Св. Винсента"!
   - Заткнитесь, Макдоннелл! - рявкнул Уинтерхарт. - Когда мне нужно будет услышать ваше мнение, я сообщу вам об этом.
   В монотонных грохот орудий "Каледонии" врезались новые звуки - глухие удары и дикий скрежет. Пираты начали попадать в несущийся на них развернутым бортом линкор.
   - Сколько пушек осталось у "Навуходоносора"? - спросил Уинтерхарт.
   - По моим подсчетам, не более половины, - сообщил имярек. - Я предлагаю полностью уничтожить орудия правого борта с помощью "файрфлаев" и собственных пушек. На "Навуходоносоре" нет оружейных колец, а значит, расстреляв один борт, я обеспечу безопасность "Св. Винсента" при абордаже.
   Уинтерхарт на мгновение задумался. Скрежет пиратских снарядов по обшивке "Каледонии" вызывал зубную боль, и он скривился.
   - Капитан Монтгомери, я передаю в ваше подчинение эскадрилью "Коллингвуда". Действуйте согласно вашему плану. Макдоннелл, ваша задача остается прежней - уничтожение корветов противника, действуете совместно со мной. Капитан Гастингс, берете под командование мои истребители. Ваша задача - канонерки. Ни одна не должна покинуть поле боя.
   Оба капитана подтвердили получение приказа, но особой радости в голосе Макдоннелла Уинтерхарт не заметил. Он перевел перископ на набирающий ход по правому борту "Св. Винсент". Тот поливал снарядами из всех орудий "Навуходоносора", лишившегося почти всех пушек с одной стороны. Вырвавшись вперед из строя, линкор развернулся к пирату левым бортом и, не прекращая огня, выдвинул жерла абордажных пушек, метавших крючья. Как только корабли сблизились, по борту "Св. Винсента" прокатилась цепочка вспышек, и в пространстве между двумя судами пронзили десятки стальных тросов, уходящих глубоко в пробоины корпуса "Навуходоносора". Вслед за этим на опердеке "Св. Винсента" стали открываться люки, за которыми, держась за фалы, выстроились королевские морские пехотинцы. Они были облаченные в тяжелые черные доспехи с кислородными ранцами, голову каждого скрывал полукруглый шлем со "свиным рылом", над которым мрачно горели в свете вспышек выстрелов выпуклые овальные окуляры. Вооружение абордажной команды составляли пики и помповые ружья с компенсаторами для снижения отдачи.
   Лебедки "Св. Винсента", завывая, продолжали наматывать тросы, притягивая корабли друг к другу. Когда расстояние сократилось до пары сотен футов, абордажники на линкоре одновременно оттолкнулись ногами от палубы и вылетели в космос. Большинство из них попало прямо в пробоины, в которые метили, часть опустилась на корпус. Последние, используя пневматические крюкометы, зацепились тросами за ближайшие пробоины и вскоре присоединились к собраться по оружию, уже проникшим на палубы "Навуходоносора".
   Между тем бой продолжался, и перевес был явно не в пользу Гиллиана. Совместными усилиями "Каледонии" и "Коллингвуда", оставшиеся два фрегата были разгромлены. В бою пострадало второе орудийное кольцо "Каледонии" - пиратские снаряды, пробив обшивки, разнесли в клочья шестерни вращающего механизма и заклинили его. "Коллингвуд" отделался мелкими пробоинами. Истребители за это время полностью уничтожили пиратские "фулмары", наполнив поле боя облаками мелких обломков, и теперь преследовали две уцелевшие канонерки, удиравшие прочь. "Океан", также получивший несколько незначительных пробоин, занял позицию над "Св. Винсентом", находясь вне зоны досягаемости пушек "Навуходоносора".
   Бой можно было считать завершенным.
   Уинтерхарт вытер вспотевший лоб платком и приказал поднять бронеставни.
   Именно в этот момент на месте "Навуходоносора" возникла слепящая вспышка, слизнувшая нос и первые орудийные кольца "Св. Винсента". Уцелевшая половина корпуса отлетела вверх, врезалась в "Океан", разрывая обшивку линкора, и тут же исчезла во вспышках - сдетонировали снаряды кормовых пушек. К несчастью именно перед этим капитан Гастингс затеял корректировку курса, и теперь струи пара из боковых дюз несли "Океан" прямо на "Каледонию".
   - Все машины полный вперед, курс сто двадцать-двести сорок!
   Глядя на приближающийся неуправляемый линкор, Уинтерхарт отдавал приказания совершенно автоматически, и также автоматически надевал шлем скафандра. Не менее автоматически его сознание фиксировало, как из разрывов в растущей громадине корпуса "Океана" вылетают бьющиеся в агонии люди и какой-то мусор...
   А потом последовали удар, скрежет, и корпус "Каледонии", там, где его пропахал укрепленный нос "Океана", пошел волнами, как неспокойное море. Бронированные стекла мостика лопнули облаком мелких осколков, и космос мгновенно высосал наружу все, что не было закреплено, в том числе двух офицеров и зазевавшегося вахтенного. Вцепившись в поручни капитанского кресла, Уинтерхарт с какой-то ненормальной отстраненностью наблюдал, как, продолжая разрывать обшивку "Каледонии", неумолимо приближается борт "Океана" с беспомощно вращающимися пушками на орудийном кольце.
   Последнее, что увидел Уинтерхарт, прежде чем весь его мир заполнила огромная броневая плита, усеянная надежными английскими заклепками, была крохотная горящая точка, вырвавшаяся из эпицентра взрывы, минуту назад бывшего "Навуходоносором"...
  

Глава I,

в которой Джонатан Уинтерхарт обедает с генерал-губернатором Плутона и получает неожиданное коммерческое предложение

  
   Шестерни у виолончелиста в механическом оркестре генерал-губернатора Плутона Гленна Килроя заедало. Он безбожно фальшивил и выбивался из слаженного звучания остальных железных музыкантов. Когда в моцартовском дивертисменте виолончель снова взвизгнула как кошка, которой на хвост наступили, Уинтерхарт силой воли заставил себя вслушиваться в изливающийся из уст генерал-губернатора поток красноречия. Впрочем, он подозревал, что Килрой именно этого и добивался, стараясь отвлечь гостя от сбоящего оркестра.
   - Я абсолютно уверен, в необходимости держать весь этот арестантский сброд в ежовых рукавицах! Для него Плутон - самое подходящее место. И я удивлен тому, как мало сюда попадает отъявленных негодяев! Порой мне кажется, что британское правосудие слишком мягкое - за последние три месяца ко мне поступила только одна партия заключенных. И почти все они оказались банковскими мошенниками! Вы представляете себе, мистер Уинтерхарт - бухгалтерами! А где же убийцы, насильники? Неужели с тех пор как я покинул берега туманного Альбиона, ситуация с преступностью в стране и колониях улучшилась? О нет, я позволю себе в этом усомниться! А пиратство? Только не говорите мне, что оно потеряло привлекательность для разного рода негодяев! То ли было лет десять назад, при генерал-губернаторе Осборне - судя по учетным книгам, в то время шла настоящая война с этим бичом свободного космоса!
   Уинтерхарт кивнул, не отрываясь от еды. Во-первых, он был слишком хорошо воспитан, чтобы разговаривать с полным ртом. А, во-вторых, говорить он был не в настроении. Поэтому рот его постоянно оставался набитым.
   - А вы, мистер Уинтерхарт, - обратилась к капитану старшая дочь губернатора Юнона, весь обед строившая ему глазки. - Вы ведь тоже принимали участие в сражениях с пиратами!
   Отчаянные попытки добиться его внимания Уинтерхарт пока успешно игнорировал, однако заданный вопрос едва не заставил его поперхнуться куском мяса ледяного ската под белым соусом. Которого он, кстати, находил на вкус более чем приличным. В отличие от оркестра, повар генерал-губернатора за весь обед ни разу не подпустил петуха.
   - Верно, мистер Уинтерхарт! - Килрой явно обрадовался возможности разговорить молчаливого гостя. - Ваши успехи на поприще борьбы с корсарами пояса астероидов гремели во всех уголках Солнечной системы! Когда Юнона была еще ребенком, она хранила газетные вырезки с вашими дагерротипами под подушкой! Верно, солнце мое?
   Генерал-губернатор зашелся громогласным хохотом.
   - Ах, папа, вы заставляете меня краснеть! - губернаторская дочь прикрыла лицо веером и послала Уинтерхарту еще один страстный, как ей видимо казалось, взгляд.
   Если учесть, что веса в Килрое было не меньше двухсот восьмидесяти фунтов, его увешанный медалями, словно рождественская елка игрушками, сюртук едва сходился на животе. И это, похоже, у них было семейное, так что выражения страсти Юноны возымели отнюдь не тот эффект, на который она рассчитывала. Увы, но все семейство Килроев напоминало Уинтерхарту хорошо откормленных и отмытых до розового цвета хрюшек в какой-нибудь преуспевающей ирландской усадьбе. Хотя... Если добродетельная мамаша не будет кормить младшую дочь Джейн на убой, та с годами вполне могла расцвести в знатную сердцеедку. Но, увы, сейчас ей было всего одиннадцать, а характерная смуглость кожи и черты лица говорили Уинтерхарту о том, что вряд ли ее отцом был генерал-губернатор...
   Однако же пауза слишком затянулась, и капитан вынужден был с огромным сожалением отложить вилку.
   - Видите ли, милорд, охота за пиратами занятие отнюдь не столь увлекательное и феерическое, как об этом пишут газетные журналисты. Иначе, возможно, я не сидел бы рядом с вами сейчас за этим столом.
   - О, мы наслышаны об этой ужасной истории! - кивнул Килрой. - Но, на мой взгляд, ваше решение уйти с флота было несколько поспешным.
   - Позвольте, мистер Уинтерхарт, - Юнона опустила веер. - А чем же оно было продиктовано? Разве Адмиралтейство не возражало против вашей отставки?
   - Да, да! - добавил Килрой. - Я даже слышал от надежного источника, что вы отказались даже принять звание контр-адмирала!
   - Примерно так все и было, - буркнул Уинтерхарт, отводя взгляд к окну. - Если уж вам так интересно, я даже получил письмо от Ее Величества. Но это не заставило меня поменять решение.
   Хотя в обеденной зале было натоплено так, что с Уинтерхарта едва не лил пот, пейзаж за стрельчатым окном, по краям покрытым морозным узором, душу не грел совсем. Плутон служил Британской империи ссылкой, куда без особого риска можно сплавить отбросы общества. Естественная удаленная от цивилизации тюрьма, полностью покрытая снегом и льдом, к которой ходили только конвойные суда, ледовозы да курьеры вроде "Катти Сарк" с особыми заказами. Сбежать с Плутона невозможно, поднимать бунт бессмысленно. Планета полностью жила на привозных продуктах, ведь на ее ледяном покрове не приживалось ни одно земное растение. Местная ползучая флора, невзрачная и грубая, в пищу человеку не годилась. Уинтерхарт не согласился бы остаться в таком месте дольше, чем того требовала доставка груза "Катти Сарк", ни за какие деньги. Однако при этом Плутон был стратегически важным источником льда, добываемого из карьеров по всей его поверхности. Поэтому умные люди понимали, что назначение сюда Килроя генерал-губернатором при всем желанием сложно назвать ссылкой провинившегося аристократа - а в кулуарах Уайтхолла ходили слухи именно об этом.
   - Вы, должно быть, решительный человек, мистер Уинтерхарт! - подала, наконец, голос жена Килроя, до это поедавшая нарезанный мелкими кусочками вареный лук. - Вы отказали в просьбе самой королеве!
   - Простите, леди Аделаида, но вы не совсем верно меня поняли. Ее величество, как и ваша дочь, интересовалась причинами моей отставки, а не предлагала мне какой-нибудь пост.
   - И что вы ей ответили?
   Юнона, похоже, задалась целью вытрясти из Уинтерхарта вес подробности, чтобы потом вдоволь посмаковать их с гувернантками.
   - Что общение с пиратами плохо сказывалось на моем здоровье, - Уинтерхарт вонзил вилку в несчастного ската, и принялся его демонстративно жевать.
   Если учесть, что в этот момент механический оркестр смолк, возникла неловкая пауза, нарушаемая лишь шипением воздуха, нагнетаемого в поршни музыкантов.
   - О, ну тут я с вами полностью согласен! - нашелся Килрой. - Уж я-то хорошо знаю эту публику!
   Он дал знак слугам, чтобы они быстро вынесли музыкантов. Завернув вентили, те выкатили их прочь, и теперь в обеденной зале было слышно лишь звяканье столовых приборов.
   - Тогда, милорд, вы понимаете, почему я так спешу покинуть ваш гостеприимный дворец, - Уинтерхарт отложил вилку и вытер губы салфеткой.
   - Наверняка здесь найдутся и те, кого сюда отправили вы! - хрюкнул Килрой, предполагая удачную шутку.
   Ага, подумал Уинтерхарт. Это уж точно. Главное, чтобы к тому моменту, когда эта новость станет достоянием каторжан, он уже был далеко отсюда.
   - Тогда может быть по стаканчику виски перед дорогой? - предложил генерал-губернатор.
   - С удовольствием, - отозвался Уинтерхарт.
   - Что ж, прошу в мой кабинет! - Килрой поднялся из-за стола.
   - Леди Аделаида, леди Юнона, леди Джейн, - раскланялся Уинтерхарт.
   Кабинет генерал-губернатора находился в угловой башне выстроенного в стиле Пьюджина дворца. Одну стену кабинета занимал книжный стеллаж до потолка. Как успел заметить Уинтерхарт, на массивных полках из красного дерева громоздились толстые тома изданий по экономике, горному делу и праву, причем далеко не все они были на английском. Противоположную стену украшал лишь портрет Ее Величества, вывешенный над камином. Рядом с камином стояли два кресла и ломберный столик. Напротив окна в полстены возвышался исполинских размеров стол, покрытый бордовым сукном и заставленный письменными приборами. Рядом со столом Уинтерхарт, к своему огромному удивлению, обнаружил тумбу тихо пощелкивающей компактной машиносчетной станции с пневматическим приводом. Все это лишний раз подтверждало, что Килрой отнюдь не тот напыщенный толстяк, которым он выставлял себя в свете.
   - Взгляните, мистер Уинтерхарт, - Килрой подошел к окну, жестом приглашая проследовать капитана за ним. - Я деловой человек, и никогда не скрывал, что из любой ситуации стараюсь выйти с прибылью.
   Внизу, за окном, сияла прозрачная мозаичная пирамида, покрывающая весь внутренний двор. Под ней раскинулась обогреваемая подземными источниками оранжерея. В то время, как снаружи царила лютая зима, под стеклянной крышей цвели магнолии и с ветки на ветку порхали разноцветные попугаи.
   - Но в том, что касается моей семьи, - продолжил Килрой. - Я не считаюсь с расходами.
   - О да, милорд, - кивнул Уинтерхарт, прикидываю в уме, во сколько британской казне обходится содержание такой оранжереи. - Я успел это заметить.
   - Я хочу, чтобы моя семья ни в чем не знала недостатка. Не скрою, хотя мой поверенный и рекомендовали вашу компанию, сперва я был настроен скептически. Однако, до дня рождения леди Аделаиды еще почти две недели, а вы уже стоите передо мной...
   - Милорд, не знаю, кто рекомендовал вам "Бритиш Старлайн", однако кто бы это ни был, он, очевидно, был не самого высокого мнения о нас. "Катти Сарк" - не то судно, которое тратит по полгода на обычный полет с Земли к Плутону, тем более в периоды сближения. Поэтому, если вы хотели сделать сюрприз очаровательной леди Аделаиде и организовать доставку именно в ее день рождения, вы либо ошиблись компанией, либо сроками.
   Генерал-губернатор и впрямь не любил размениваться на мелочи. Доставка изготовленных ювелирным домом Графф украшений обошлась ему в сумму, на которую можно было прикупить неплохой домик где-нибудь на побережье Ост-Индии. Уинтерхарт, возможно, так бы и поступил, если бы половина суммы сделки не принадлежала его партеру, Мэйсону Уэсту, а большая часть из оставшейся половины должна была пойти в счет оплаты полученного на "Катти Сарк" кредита банка "Бэрингс". Но даже при таком раскладе Уинтерхарт отнюдь не оставался внакладе. Кроме того, у него была еще одна важная причина не тратиться на домики с пасторальными пейзажами в окнах - он, в отличие от своего партнера, чертовски любил летать по космосу.
   - Такого кретина, как Уиллис, который едва не продал "Катти Сарк" на лом, нужно еще поискать, - Килрой отошел к столу и отомкнул ящик. - Я рад, что корабль попал в надежные руки. Скажите, мистер Уинтерхарт, много вам пришлось вложить в него, прежде чем она снова стала самым быстрым клипером Солнечной системы?
   - Эти расходы уже оправдались, милорд, - ответил Уинтерхарт. - Так что наша с вами сделка уже идет в чистую прибыль.
   Килрой намек понял и рассмеялся.
   - Не смею больше задерживать с оплатой, - он вынул из ящика стола бутыль из тяжелого стекла, наполненную янтарного цвета жидкостью, и перелил часть его содержимого в тумблер. - Но позвольте пока предложить неплохого шотландского виски. В знак уважения одного делового человека к другому. С вами, мистер Уинтерхарт, судя по всему приятно иметь дело.
   По кабинету разлился терпкий дымный аромат.
   - А это, - Килрой протянул Уинтерхарту узкий деревянный ящик. - Примите в качестве компенсации за страстные взоры моей старшей дочери. Она и в самом деле когда-то была без ума от вас, а сейчас ей здесь ужасно скучно. В ее возрасте все девушки склонны к избыточному романтизму.
   На крышке ящика красовался трафарет с изображением женщины, держащей в руках якорь и мужскую голову. Бежавшая под ним надпись сообщала, что коробка содержит в себе сигары из табачных водорослей сорта "Gloria Venus", выращенных на венерианских плантациях Монтгомери. На мгновение на лице Уинтерхарта предательски дрогнула жилка, но он тут де взял себя в руки. Вряд ли генерал-губернатор сделал такой подарок специально или с каким-то тайным намеком - венерианские сигары действительно отличались необычайно богатым и мягким вкусом, столь ценящимся среди знатоков.
   - Благодарю вас, милорд, - Уинтерхарт открыл ящик и сделал вид, что серьезно увлечен изучением его содержимого. - Это чрезвычайно любезно с вашей стороны.
   Килрой тем временем отошел к книжным стеллажам и, ухватившись за корешок марксова "Капитала", выдвинул его из общего ряда книг. Часть полки отъехало в сторону, открыв стальную дверцу сейфа с дисковым замком. Набрав весьма некороткую комбинацию, Килрой отпер сейф и вынул из него позвякивающий кожаный кошель.
   - Здесь ровно пятьсот иридиевых фунтов, как и оговорено в контракте. Можете пересчитать.
   - Милорд, вы меня обижаете. Как может один джентльмен не доверять другому?
   Уинтерхарт опустил кошель на стол рядом с сигарами.
   - За вас, милорд, и ваше очаровательное семейство! - он поднял тумблер и сделал из него глоток.
   - За вашу коммерческую удачу, мистер Уинтерхарт, - ответствовал ему генерал-губернатор. - Вы позволите сделать вам еще одно предложение?
   - Я весь внимание.
   - Как я уж говорил, моим дочерям слишком скучно на Плутоне. Одна из них уже слишком взрослая, а другая еще слишком мала для того, чтобы осознавать истинную цель моего пребывания здесь...
   Килрой сделал многозначительную паузу, давая возможность Уинтерхарту продемонстрировать, что и тот в курсе министерских интриг. Тот не стал разочаровывать генерал-губернатора и не менее многозначительно промолчал.
   - Итак, - продолжил Килрой. - По трезвому размышлению я решил отправить Джейн и Юнону обратно на Землю. Там доверенные люди займутся поиском подходящей партии для Юноны, а Джейн будет определена на обучение в колледж Св. Эдмунда.
   - Похвальная предусмотрительность, - вставил Уинтерхарт, прикидывая, каким образом хитрый толстяк сплавить жену, чтобы никто не мешал ему наслаждаться жизнью.
   На Плутоне ведь содержались не только каторжники-мужчины.
   - Можно было бы подождать рейсового корабля до Внутренней Области, однако он придет только через два месяца. На конвойных судах, как вы понимаете, я своих дочерей отправить не рискну. А потому не согласитесь ли вы оказать мне эту услугу, капитан Уинтерхарт? За достойное вознаграждение, естественно.
   - Увы, милорд, при всем уважении вынужден отказаться, - не моргнув глазом соврал Уинтерхарт. - На обратный путь у меня достигнут ряд договоренностей, так что путь на Землю будет не самый быстрый. Кроме того, милорд, "Катти Сарк" вряд ли сможет оправдать ожидания членов вашей, привыкших к достойному их уровня комфорту, семьи.
   Уинтерхарт брехал Килрою без зазрения совести. Не было у него никаких договоренностей, кроме одной - после возвращения на Землю на целый месяц (а то и более) залечь где-нибудь на пляжах Барбадоса. Любой космический волк время от времени испытывает настоятельную необходимость ощутить под ногами твердую почву матери-Земли, а Уинтерхарт не был там почти год, выполняя один контракт за другим. Деньги он высылал Уэсту банковскими переводами, а общался с ним посредством светограмм с финансовыми отчетами. Даже драгоценности для Килроя он забрал в порту Лунной республики, куда их привез лично Уэст, но разговор между ними не занял больше времени, чем требовалось чтобы выпить по чашке кофе в "Круазетт".
   Так что, уже опуская "Катти Сарк" на поверхность Плутона, Уинтерхарт чувствовал - как только он получит деньги, судно ляжет на самый прямой курс к Земле, не экономя на льде.
   Хотя, будь Джейн Килрой на десяток лет старше и без своей коровы-сестрицы, он бы еще, пожалуй, подумал. А так... А так Уэст, скорее всего, будет еще очень долго изводить его своим нытьем за отказ от предложения Килроя. Поэтому черта с два он ему об этом скажет.
   Килрой воспринял категорический отказ Уинтерхарта спокойно. Обменявшись еще массой положенных по случаю любезностей, они распрощались. К парадному выходу, где Уинтерхарта ждал пускающий клубы пара гусеничный вездеход, его проводил дворецкий с именем столь труднопроизносимым, что капитан забыл его сразу после того как услышал. Оное сухопарое и долговязое существо относилось к тому типу лакеев, что свою должность мерили по хозяину, а потому от его кислой и надменной рожи у Уинтерхарат едва не свело зубы, пока он покидал губернаторский дворец.
   Вездеход сорвался с места, подняв облако снежной пыли. За спиной у Уинтерхарта гудел парогенератор, приводивший в движение механизм. Широкие траки наматывали милю одну за другой, шлейф пара за вездеходом развевался словно облако пыли за кавалерийским полком, галопом несущимся по сельской дороге. Льда здесь не жалели, он был везде в избытке. В любой момент можно было выйти из кабины с киркой и наколоть топлива еще на десяток-другой миль пути.
   Черное небо над ведущей в порт дорогу разрезала паутина вагонеточных путей. Между поддерживающими ее опорными столбами с грохотом проносились подвесные поезда с единственным горящим глазом спереди. А за мрачными громадами ледокольной фабрики время от времени в небо устремлялись искрящиеся в лучах прожекторов фонтаны - работы в ледяных карьерах не приостанавливались ни на минуту.
   Миновав карьеры, вездеход сбавил скорость, въезжая на территорию поселение каторжан. Не смотря на покрывающую все вокруг снежную шубу, играющую всеми оттенками радуги, выглядел городишко мрачновато. Проходы между домами из крупных серых блоков почти не были освещены, их выщербленные стены оплетали узловатые лианы Nivalis Verber, высасывающие из них тепло и тянущиеся к трубам, которыми были беспорядочно утыканы все крыши. Трубы безостановочно изрыгали клубы едкого дыма, ибо топили их все тем же просушенным Nivalis Verber. А он, как известно, был для человека ядовит.
   Света в окнах видно не было - от холода они завешивались теплыми одеялами. Фонари на улицах также встречались редко, в основном там, где находились высоченные сочащиеся паром тумбы разветвителей пневмопочтового трубопровода. Ярко горели лишь забранные решетками витрины местных пабов, распахнувших двери возвращающимся со смены каторжанам. Первые из них уже начали попадаться навстречу вездеходу, везшему Уинтерхарта. Взгляды, которыми они провожали вездеход, никак нельзя было назвать любезными или уважительными, и Уинтерхарт на всякий случай проверил, на месте ли его "кольт-миротворец".
   Впрочем, вряд ли он ему бы понадобился - на каждом втором перекрестке высилась вышка, по опорам которой проскакивали электрические искры. Вышки венчали стальные шары из которых торчали орудийные стволы и прожектора. Тяжело вращаясь, они обшаривали каждый квадратный дюйм поселка, порой подолгу следуя за каким-нибудь подозрительным каторжником. Генерал-губернатор Килрой, надо было отдать ему должное, знал толк в обеспечении безопасности.
   Вездеход вкатился на ровное заснеженное поле порта. На идеально ровной поверхности сиротливо торчало несколько круглых административных строений, за ними тянулись однообразные ряды складов. Вездеход пересек железнодорожные пути, на которых стояли окутанные дымом грузовые составы. Несколько десятков рабочих монтировали пандус, ведущий на широкую грузовую платформу. Соседние платформы уже были загружены новехонькими механическими ледорубами - чудовищными нагромождениями шипастых цилиндров и стальных резцов.
   За путями начиналось царство пусковых катапульт. Вездеход вынес Уинтерхарта к широкому стальному желобу, убегающему на решетчатых фермах в небо. Рядом с ним, словно яйца Фаберже в подставки, были уложены несколько готовящихся к взлету судов, в том числе и "Катти Сарк". Над погрузочной площадкой застыл портовый кран, переносящий суда в стартовый желоб катапульты.
   Уинтерхарт выпрыгнул на скрипящий снег, знаком поблагодарил водителя, и направился к ведущему на его погрузочную площадку трапу.
   Поднявшись на мостик, капитан просмотрел сообщения портового телеграфа, и достал из кармана парки кисет с трубкой. Подаренные Килроем сигары он решил оставить на потом.
   Вернувшись на открытую палубу своего судна, Уинтерхарт тут же узнал, что кому-то позарез понадобился.
   - Джонатан Уинтерхарт! Мне нужен Джонатан Уинтерхарт!
   Под усыпанным яркими звездами небом звонкий голос мальчишки-курьера метался как испуганный заяц, отражаясь от покрытых инеем опор катапульты. Тот, кого он искал, не отзывался, и посыльный продолжал выкрикивать имя в надежде, что будет услышан кем-то, кроме каторжан, закрепляющих тросы плунжера на спусковых крючьях.
   Уинтерхарт, стоя на палубе "Катти Сарк", затянулся дымом из трубки. Определенно, урожай венерианских табачных водорослей в этом году был особенно хорош, пусть даже и собирали его не на плантациях Монтгомери. Каждый вдох душистой отравы распространял внутри иллюзию тепла, столь редкого на этой ледяной каторге. Но, увы, оно и оставалось лишь иллюзией - от мороза на Плутоне не спасала ни меховая парка с капюшоном, ни перчатки медвежьего меха, ни лохматые унты. Пуская табачные кольца, Уинтерхарт рассматривал тусклый мячик Солнца, который вскоре для него должен стать гораздо больше и горячее. А крики курьера можно просто проигнорировать.
   Но посыльный, похоже, попался настырный. Убедившись, что вопли не возымели должного результата, он приступил к расспросам каторжан. Начальник стартовой команды, изуродованный шрамами уголовник, судя по татуировкам на лице со спутников Юпитера, все-таки сдал Уинтерхарта, указав мальчишке на него.
   Парень подбежал к трапу, ведущему на площадку "Катти Сарк".
   - Мистер, вам срочная светограмма.
   - Да неужели, - Уинтерхарт выпустил колечко дыма. - Знаешь, малец, она меня не интересует.
   Он догадывался, кто отправитель послания и что в нем могло содержаться. Но в кошеле на поясе у него позванивали иридиевые фунты Британской Солнечной империи. Доли Уинтерхарта в них было более чем достаточно, чтобы не вылезать с Барбадоса ближайший месяц. Так что предложения работы его не интересовали. А что еще могло содержаться в сообщении, пришедшем по системе специальных зеркал, передающих световые сигналы из одной точки Солнечной системы в другую, туда, куда радиосигналы шли слишком долго?
   - Но мистер, - на глаза пацана от обиды даже навернулись слезы. - Как же так...
   - Отнеси ее обратно на телеграф, - отрезал Уинтерхарт.
   Мальчишка шмыгнул носом.
   - Меня отец накажет, если узнает, что я не успел вовремя ее доставить.
   Выпустив очередную порцию дыма, Уинтерхарт стал нашаривать в карманах парки мелочь. Выудив фартинг, он бросил его посыльному.
   - Поднимайся по трапу, только не сорвись.
   Предупреждение оказалось лишним, мальчишка вскарабкался на палубу как обезьяна и протянул Уинтерхарту запечатанный сургучом пакет.
   - Ты каторжников-то, что, совсем не боишься?
   Мальчишка растянул губы в улыбке до ушей.
   - Не боюсь. Они меня знают, я им всегда почту ношу. Мистер, а вы с Земли?
   Уинтерхарт кивнул.
   - Ух ты! Здорово! А я вот нигде кроме Плутона не был.
   Бедный парень, подумал Уинтерхарт. Не повезло. Пожалуй единственный, кто не жалеет о своем нахождении на Плутоне, это генерал-губернатор Килрой, проживающий в обогреваемом подземными источниками дворце с оранжереями. И хотя мальчишка не был ребенком каторжников или ссыльных, вряд ли его будни в городке наемных служащих и охраны, раскинувшемся на склоне по другую сторону линии карьеров, были намного увлекательней жизни подневольных ледодобытчиков.
   - Капитан! - раздался усиленный рупором голос. - Катапульта заведена. Приготовьтесь к погрузке.
   - Ну, давай, вали отсюда, - направление к трапу мальчишке пришлось указывать толчком.
   Если малой рассчитывал разжалобить Уинтерхарта настолько, чтобы тот согласился взять его с собой, то он ошибся. Капитан "Катти Сарк" в помощниках не нуждался. Перестраивая выкупленное судно, он не пожалел средств на самую мощную машиносчетную станцию, механические конечности которой находились по всему судну от кормы до носа. И теперь, будь то погрузка или выгрузка, маневры в космосе или посадка на планету, Уинтерхарту не нужна была команда. Все выполняли стальные клешни и система пневматических клапанов под управлением дифференциального исчислителя, расположенного под мостиком.
   Со свистом выпустив столб пара, портовый кран опустил крючья на обшивку "Катти Сарк". Облаченные в толстые кожаные комбинезоны причальные скользнули по тросам вниз и моментом завели крюки в корабельные крепления, дав сигнал крановщику красными фонарями. Наверху заскрежетали шестерни.Тросы натянулись, поднимая клипер на полную высоту. Палуба под ногами Уинтерхарта вздрогнула, и "Катти Сарк" поплыла к плунжеру. Каторжник, управлявший краном, дело свое знал туго и уложил клипер на желоб с первого раза.
   Вспомнив, что все еще сжимает в руке телеграмму, Уинтерхарт сломал крошащийся на морозе сургуч и вскрыл пакет.
   "Есть работа тчк крайне выгодно тчк срочно тчк пути плутона забрать пассажира земли встречаетесь титания отель шератон спросить дэниэл дефо тчк мэйсон уэст".
   На самом деле "Катти Сарк" являлась единственным кораблем компании "Бритиш Старлайн", состоявшей всего из двоих людей - собственно Джонатана Уинтерхарта и его компаньона Мэйсона Уэста. В отличие от Уинтерхарта, который кроме вождения клипера ничем больше не занимался, Уэст исполнял обязанности президента, секретаря и бухгалтера. Обоих компаньонов такое разделение труда устраивало. Так что теперь просто проигнорировать указание пятидесяти процентов акционеров Уинтерхарт не мог. Тем более Уэст обладал удивительным чутьем на выгодные сделки, пусть даже они не всегда находились в рамках закона. Надо отдать ему должное, это он уболтал поверенного генерал-губернатора Плутона нанять "Катти Сарк" для доставки драгоценностей ювелирного дома Графф ко дню рождения жены.
   Над желобом загорелся зеленый фонарь, сопровождаемый ревом сирены. Началась предстартовая подготовка. Техники в последний раз проверяли отводные дюзы, очищая их ото льда. Когда "Катти Сарк" помчится по желобу катапульты, из тысяч отверстий в нем будут бить струи пара удерживающие корабль в паре дюймов от дна желоба. Излишки пара стравят в отводы, из которых ударят паровые гейзеры в сотню футов высотой каждый. И не дай Бог, хоть одна дюза окажется забитой - катапульту разнесет в клочья. Впрочем, самого Уинтерхарта последнее обстоятельство не волновало. Даже если механизм взорвется, он уже будет находиться на орбите.
   Уинтерхарт вернулся на мостик. Обшивка "Катти Сарк" выдерживала космический холод, так что морозы Плутона оказались для нее не страшнее лондонской осени, и внутри царило блаженное тепло. Уинтерхарт сбросил с себя заиндевевшую парку и включил громкую связь.
   Впереди зажегся желтый фонарь.
   - Диспетчер, это "Катти Сарк". Прошу разрешения на взлет.
   Из переговорной трубы, установленной над штурвалом, донесся ответ:
   - Взлет разрешаю, запуск будет произведен по красному сигналу. Удачного возвращения капитан.
   - А как же! - раздался их угла рубки скрипучий голос. - Его ведь ждут все шлюхи Бриджтауна, три кометы тебе в зад!
   Вслед за этим до слуха Уинтерхарта донеслись кошмарные скрежещущие звуки. Похоже у Флинта, одноглазого механического попугая, доставшегося "Бритиш Старлайн" при продаже вместе с "Катти Сарк", совсем разладились внутренние шестеренки. Что касаемо чувства юмора, то оно у него было разлажено всегда.
   - Заткнись, - бросил автомату Уинтерхарт. - А не то когда-нибудь я точно перестану тебя заводить.
   - Смажь меня, смажь меня! - загремела жестяными крыльями вредная механическая птица.
   - Ага, обязательно, - огрызнулся Уинтерхарт. - Если тебя при взлете ускорением не размажет.
   Но он и так знал, что этого никогда не произойдет. "Катти Сарк" построили две сотни лет назад, и, по словам ее последнего владельца, попугай все это время ни разу не покинул судно. Уинтерхарт тоже привык к Флинту и серьезно подозревал, что если попугай когда-нибудь сломается, он первым побежит сдавать его в ремонт. Но пока что мерзкий автомат каким-то чудом ухитрялся избегать даже обычной ржавчины.
   Перед "Катти Сарк" зажегся красный фонарь.
   - Полундра! - заорал попугай. - Всем покинуть корабль! Капитана - на рею!
   Нет, пожалуй с ремонтом это он поторопился, подумал Уинтерхарт. Может сегодня у проклятой трещотки все шестеренки, отвечающие за его мерзкий голос, заклинит окончательно?
   Сейчас площадка вокруг катапульты должна была полностью обезлюдеть. Уинтерхарт почувствовал, как отщелкнулись крючья, удерживающие судно, желоб наполнился горячим паром, приподнявшим "Катти Сарк" в воздух, и в то же мгновение ускорение вдавило его в противоперегрузочное кресло. Нещадно трясясь, корабль рванул по уходящей в небо серебряной стреле. Встающие над краем желоба шпангоуты слились в сплошную полосу, но вот и они промелькнули и исчезли, тряска прекратилась и за стеклами рубки налилась черная пустота космоса.
   А недалеко от катапульты, обхватив ногами опору старого грузового крана, мальчишка-посыльный наблюдал, как сверкающая звезда по имени "Катти Сарк", расправив крылья, по пологой дуге исчезает в бездонном небе Плутона.
  

Глава II,

в которой Уинтерхарта знакомят с мисс Алисой Стрендж, а сам он знакомится с ее недоброжелателями

  
   Выучка прислуги на Титании была ни к черту. Портье в отеле "Шератон", похоже, читал только по слогам, а книгу записи постояльцев и вообще видел впервые в жизни. Когда он, морща лоб, стал водить пальцем по строчкам, Уинтерхарт окончательно потерял терпение. Вырвав книгу, он сам нашел фамилию Дефо. Отодвинув ошалевшего портье, Уинтерхарт зашел за стойку, поднял трубку телефонного аппарата и нажал кнопку вызова нужного номера.
   - Мистер Дефо? - капитан не стал дожидаться утвердительного ответа. - Это Уинтерхарт. Меня прислал Уэст. Я жду вас ровно пять минут, после чего ноги моей в окрестностях Урана не будет.
   Задвинув на место портье, Уинтерхарт прошествовал к дивану, установленному на открытой веранде отеля. Время по местным меркам было раннее, и по мощеному переулку лишь спешили мелкие клерки, обязанные являться в свои конторы первыми. Впрочем, на дальних спутниках позднее или раннее время определялось весьма условно, ибо вся жизнь здесь ориентировалась на электрическое освещение, а сутки приравнивались к земным по Гринвичу.
   Уинтерхарт вынул из кармана серебряный брегет. Часы показывали ровно половину восьмого утра. Уинтерхарт убрал их, опустился на диван и закурил трубку. Рядом лежала свежая "Дейли телеграф", переданная ночью по светографической связи и размноженная местной типографией. Он развернул ее и углубился в чтение.
   - Мистер Уинтерхарт, я полагаю?
   Ну вот, а он только дошел до результатов королевских скачек.
   Уинтерхарт свернул газету и отложил ее в сторону. Перед ним стоял подтянутый по военному джентльмен, облаченный в серый твидовый костюм и кепи. На костюме, включая заправленные в кавалерийские сапоги брюки, удивительным образом не обнаружилось ни одной складки, а от блеска надраенных сапог рябило в глазах. Через руку у подошедшего была переброшена массивная трость с серебряным набалдашником в форме головы льва.
   - Мистер Дефо? - Уинтерхарт встал и приподнял шляпу.
   - Так точно, - подошедший в ответ приподнял свою кепи. - Мисс Алиса Стрендж.
   Из-за спины Дефо показалась дама - стройная, невысокого роста, в скромном черном платье с высоким воротником. Возраст ее Уинтерхарту определить не удалось по причине шляпки с вуалью, скрывающей лицо, и тонких кожаных перчаток на изящных ручках.
   - Мисс Стрендж, - Уинтерхарт еще раз приподнял шляпу и слегка поклонился.
   - Присядем? - Дефо кивнул на выставленные под навес столики кафе в доме напротив.
   Они пересекли мостовую и сели за стол под вывеской. От взгляда Уинтерхарта не ускользнул тот факт, что Дефо выбрал себе такое место, чтобы видеть всю улицу. Заспанный официант принял у них заказ. Уинтерхарт, перенявший кое-какие привычки от своих знакомых контрабандистов-китайцев, взял "молочный улун", а Дефо и мисс Стрендж выбрали "ассам".
   - К сожалению, у нас слишком мало времени, мистер Уинтерхарт, поэтому я перейду сразу к делу, - начал Дефо не дожидаясь пока принесут заказ. - Мистер Уэст сообщил, что вы могли бы быть крайне полезны нам, учитывая срочность поручения. Кроме того, я имею на руках массу лестных отзывов от людей, знавших вас по службе на флоте. Полагаю, эта информация дает мне основания полагать, что наш договор будет исполнен в самые короткие сроки.
   - Все зависит от оплаты, - пожал плечами Уинтерхарт.
   Все это время он косился на мисс Стрендж, которая за время разговора не шелохнулась ни разу. Уинтерхарту начинало казаться, что под вуалью скрывается лицо статуи.
   Дефо вынул из свисающей через плечо кожаной сумки упакованные в банковскую мешковину пять ощутимо тяжелых колбасок.
   - Здесь тысяча иридиевых фунтов, - сообщил Дефо. - Это задаток. Как только мисс Стрендж сойдет в порту Сиднея, вы получите от моего представителя еще столько же.
   Доля Уинтерхарта из этих денег покрывала кредитные расходы за "Катти Сарк" на несколько месяцев вперед, однако капитан ни единым движением лицевых мускулов не выдал своего удивления.
   - Полагаю вопрос о том, к чему такая спешка будет излишен? - Уинтерхарт взвесил деньги в руке.
   Приятная тяжесть неоспоримо свидетельствовала о том, что Дефо его не обманывает. А личный опыт Уинтерхарта подсказывал ему, что такие деньги платят отнюдь не приятный вояж молоденькой девицы.
   - Безусловно, - кивнул Дефо. - И у меня к вам будет просьба...
   - Да? - Уинтерхарт приподнял бровь.
   "Кольт-миротворец", который он всегда носил в подмышечной кобуре, вдруг напомнил о себе своим весом.
   - Впрочем, целесообразней будет расценивать это как одно из условий контракта. На пути до Земли вы должны обойтись минимумом остановок. Где вы планировали дозаправку?
   Подали чай, и Уинтерхарт счел разумным выдержать паузу, пока официант расставлял на столе чайник и чашки.
   - На Европе, - заговорил Уинтерхарт, как только они вновь остались одни. - Кроме того, я планировал задержаться там на пару дней. Говорят на Юпитере, наконец, установилась тихая погода и открыли парусный сезон...
   - Измените свои планы, - отрезал Дефо. - Совершите дозаправку на одной из независимых станций на Хильдах.
   - Это невозможно. В этом секторе всегда были неспокойные солярные течения, а сейчас, как вам наверное известно, мистер Дефо, здесь уже второй год бушует солнечный ураган. Это серьезно затрудняет навигацию, и курс приходится все время корректировать. Даже когда я командовал "Каледонией", мне приходилось учитывать влияние солярных течений, а уж такому небольшому судну как "Катти Сарк" совершенно немыслимо сейчас пройти до пояса астероидов без дозаправки, а то и двух.
   - Мистер Уинтерхарт, доставка мисс Стрендж на Землю в кратчайшие сроки чрезвычайно важна. Если в результате этого вы понесете какие-либо убытки, мы компенсируем их вам. И постарайтесь избегать встреч с синдриками.
   - Это уже второе условие.
   Дефо коснулся пальцами кепи.
   - Мистер Уинтерхарт, мы друг друга поняли.
   Значит избегайте встреч с синдриками, подумал Уинтерхарт. Чем, интересно, так насолили эти лупоглазые уродцы его нанимателям?
   - Простите, мистер Дефо, но в данном случае я хотел бы получить некоторые объяснения... - начал было Уинтерхарт, но его прервали.
   - Мистер Уинтерхарт, - его имя, казалось, было произнесено ангелом. - Я очень прошу вас побыстрее отправиться на Землю.
   Мисс Стрендж приподняла вуаль и теперь у Уинтерхарта не оставалось никаких сомнений в юном возрасте спутницы Дефо. Внешность ее оказалась ангельской под стать голосу - обрамленное золотыми локонами бледное лицо леди, никогда не знавшее яркого солнца Внутренней Области, узкие розовые губки, изящный вздернутый носик и бездонные глаза аметистового оттенка, смотрящие с мольбой.
   - Поздравляю, Алиса, вы его очаровали, - усмехнулся Дефо, глядя на застывшую на полпути чашку в руках Уинтерхарта. - Может быть, ваш шарм заставит его поторопиться.
   Отказать такой женщине в ее просьбе мог только бездушный автомат вроде механического попугая Флинта. Флинта... Уинтерхарт поморщился.
   - Мисс Стрендж, я должен сразу предупредить - "Катти Сарк" не предназначена для перевозки пассажиров, - торопливо заговорил он. - Кроме того, там постоянно находится одна механическая сволочь, попугай... Страшный матершинник, и, увы, я только недавно заводил его. Боюсь, вам будет не очень комфортно в полете.
   Мисс Стрендж смущенно улыбнулась, прикрыв рот рукой, и Уинтерхарту показалось, что электрические фонари на улице разгорелись еще ярче.
   Черт побери! Уинтерхарт заставил себя встряхнуться. Он видит эту дамочку в первый и последний раз в жизни. А в голову уже лезут всякие глупости.
   - Ваши вещи, мэм? - Уинтерхарт отставил чашку, давая понять, что он готов отправляться.
   Мисс Стрендж подняла с пола небольшой саквояж.
   - Здесь все, что нужно современной леди в дороге.
   Расплатившись, они покинули кафе. Свернув переулка, на котором находился отель, Уинтерхарт и его спутник попали на центральную окружную улицу, опоясывающую всю Титанию, где их мгновенно поглотила разношерстая толпа обитателей внеземелья. Чашка с "ассамом" мисс Стрендж так и осталась нетронутой.
   На окружной жизнь кипела круглые сутки. Здесь всегда было светло как днем, гремела музыка, которую старались переорать уличные зазывалы, а среди вполне респектабельных пассажиров рейсовых судов шныряли личности столь подозрительной наружности, что в Лондоне полисмены останавливали бы их на каждом перекрестке только за один вид. Однако даже в британском внеземелье власти смотрели на подобный сброд сквозь пальцы, а в вольных колониях и вовсе почитали за рядовых граждан.
   Не меньше на улице было и праздных гуляк, забравшихся в столь дальние края в поисках экзотических удовольствий. По своему опыту Уинтерхарт знал, что таких ждало в лучшем случае разочарование, а в худшем прощание с честно нажитыми сбережениями, а порой и с жизнью. Ибо у самого Уинтерхарта не возникало ни малейшего сомнения в том, что все слухи о всевозможных запретных удовольствиях, якобы доступных за пределами пояса астероидов, распускали те, чьим бизнесом было опустошение кошельков подобных лопухов. Шлюхи в местных борделях мало отличались от своих коллег по ремеслу в Уайтчепеле или Гоа, под видом чудесных зелий просветления и счастья доверчивым глупцам подсовывали низкокачественный пакистанский опий, а единственным действительно стоящим способом потратить деньги была охота на юпитерианских левиафанов. Но последняя стоила таких баснословных денег, что была доступна только избранным.
   Впрочем, Уинтерхарту было также известно, что не все из этих слухов лживы.
   Едва покинув стены Адмиралтейства, он сразу же понял, что размеренная и убогая жизнь клерка или мелкого государственного чиновника не для него. С некоторым удивлением, Уинтерхарт осознал, что по натуре своей он авантюрист, а пребывание среди звезд оставило в нем свой неизгладимый отпечаток. А вскоре он встретил Мэйсона Уэста, финансиста из Сити пользующегося репутацией одновременно сомнительного и надежного человека. Именно он открыл для бывшего капитана Королевского звездного флота мир тех, кого он считал людьми второго сорта, с другой стороны. И, что удивительно, спустя совершенно недолгое время Уинтерхарт чувствовал себя среди них словно рыба в воде.
   Именно тогда он узнал, что за пределами Внутренней области действовали сети заведений для людей со столь странными вкусами, что порой даже и понять, в чем именно они находили удовольствие, было сложно. Однако простой турист вряд ли сможет попасть в такие места, ибо они тщательно скрывались от посторонних. А пусть даже ему и удалось бы каким-то чудом проникнуть в один из этих дворцов запретных удовольствий, скорее всего он бежал бы прочь в ужасе от увиденного.
   Уинтерхарт и Уэст не гнушались заключать договора с владельцами подобных заведений хотя бы потому, что все они были совершенно законны, пусть порой и на грани. Для таких клиентов "Катти Сарк" не раз приходилось перевозить более чем странных пассажиров или грузы. Обычно Уинтерхарт благоразумно не проявлял к ним интереса. Но как-то раз он вынужден был задержаться в одном из таких заведений на Фебе, в которое доставил чрезвычайно причудливой конструкции машину, назначение которой стало для него настоящей загадкой. Уступив просьбам Уинтерхарта, получатель груза по имени Смит (по странному стечению обстоятельств большинство таких клиентов подписывали договора фамилиями Смит - если вообще подписывали) продемонстрировал предназначение сего чудовищного нагромождения шестерней, рычагов, валов и механических рук.
   До того дня Уинтерхарт считал, что в своей жизни он видел достаточно, чтобы ничему не удивляться, но когда стало понято для чего нужна привезенная им машина, он буквально потерял дар речи. А на его вопрос, какой ненормальный получает удовольствие, наблюдая как такие вещи проделывают с женщиной, Смит рассмеялся и сообщил, что весьма небедные дамы платят баснословные деньги, чтобы опробовать это на себе. После этого Уинтерхарт дал себе зарок никогда больше не интересоваться назначением неизвестных машин, которые он перевозит.
   Следуя впереди Дефо и мисс Стрендж, Уинтерхарт гадал, что же за люди эта парочка. Они мало походили на влюбленных голубков, равно как и на партнеров в каком-либо предприятии. Опыт также подсказывал ему, что Дефо не входит в криминальные круги внеземелья. Скорее что-то в нем было от военного, причем явно не авантюриста в отставке вроде самого Уинтерхарта. Ни один преступник Солнечной системы в здравом уме не предложил бы капитану "Катти Сарк" перевезти груз опиума или рабов, равно как и участие в откровенно противозаконной авантюре. Из чего следовало, что и Дефо и Стрендж - фамилии липовые, а срочность и тайность перевозки девушки на Землю обусловлена какими-то внутренними интригами богатых семей внеземелья, коих за пределами Внутренней Области водилось более чем достаточно. Либо все-таки проблемами с преступным миром, но скорее как у его жертв. Последнее казалось Уинтерхарту предпочтительней - оружие в руках он держать умел и постоять за себя и свою пассажирку смог бы. А вот в противостоянии со звонкими иридиевыми кругляшками проигрывали порой даже короли.
   И вскоре его подозрения подтвердились самым пренеприятнейшим образом.
   Текущая по окружной людская река разбивалась на тонкие ручейки и обтекала уходящие в небо серые цилиндры причальных столбов, на которых белой краской были выведены огромные номера. Между ними тянулась паутина проводов и труб, с которых свисали тысячи фонарей. Титания, с ее тонким слоем атмосферы, служила всего-навсего перевалочным пунктом между дальними колониями. Пронизанная насквозь причальными столбами, из космоса она походила на ощетинившегося ежа. Уинтерхарт, посещавший Титанию не единожды, ухитрился пришвартовать "Катти Сарк" в пятнадцати минутах ходьбы от "Шератона".
   Но не прошли они и полпути, как мисс Стрендж заозиралсь, схватив Дефо за руку.
   - Мистер Дефо, они уже здесь! - вскрикнула она, сминая тонкими пальцами рукав егопиджака.
   Уинтерхарт ощутил укол ревности, впрочем тут же смытый нехорошими предчувствиями. Но в окружающей их толпе не наблюдалось ничего подозрительного. Синдрики, осенило Уинтерхарта. Однако в толпе не было ни одного тритона.
   - Мистер Уинтерхарт, ни о чем не спрашивайте, бегите с мисс Стрендж к кораблю! - Дефо выглядел обеспокоенным.
   Он достал из кармана очки, стекла в которых переливались всеми цветами радуги, и нацепил их на нос.
   - Бегите же!!! - внезапно Дефо выдернул из-за пояса "трантер" такого калибра, что с ним без опаски можно было ходить на юпитерианских левиафанов.
   - Скорее, мистер Уинтерхарт! - вскрикнула мисс Стрендж, и Уинтерхарт рванул вперед.
   За спинами у них пару раз громыхнуло так, что заложило уши. Толпа взорвалась визгом. Уинтерхарт снес плечом застывшего в недоумении констебля, выхватил револьвер и выстрели в воздух. Гуляки, напуганные выстрелами и зверским выражением лица Уинтерхарта, бросились врассыпную. На их пути осталась только одна долговязая фигура. Ноздрей Уинтерхарта коснулось болотное зловоние. Синдрик в смокинге и котелке, с увесистой тростью наперевес, прыгнул было навстречу Уинтерхарту, но тот, извернувшись, ударил тритона в висок рукоятью револьвера. Истерично квакнув, синдрик завертелся на месте, выпустив трость, что позволило беглецам прошмыгнуть мимо него к причальному лифту.
   В лифт Уинтерхарт просто влетел, волоча за собой мисс Стрендж. Двери за ними захлопнулись, кабинка задрожала и поверхность Титании медленно поплыла вниз.
   Тяжело дыша, Уинтерхарт прислонился к стеклу. Вытерев со лба пот рукой, в которой все еще находился револьвер, он заметил как к лифту пробиваются несколько долговязых фигур в цилиндрах и черных пальто. К счастью впавшая в панику толпа оказывала им серьезное сопротивление, и лифт успел подняться над атмосферной прослойкой прежде, чем первый из преследователей достиг основания столба. В руках у них Уинтерхарт заметил что-то похожее на штуцеры с толстыми стволами.
   - Кто эти люди, мисс Стрендж? - спросил Уинтерхарт, повернувшись к спутнице.
   Странно, но та, похоже, даже не запыхалась. Опустив голову, она чуть слышно произнесла:
   - Вам лучше этого не знать, мистер Уинтерхарт.
   Что ж, он учтет это при окончательном расчете. Но в одном Уинтерхарт был уверен точно - люди в черном не были синдриками.
  

Глава III,

в которой происходит спасение экипажа терпящей бедствие "Фэйянь", а с "Катти Сарк" едва не происходит кораблекрушение

  
   Убаюкиваемый мерным гудением атомного котла, исправно выбрасывающего в космос раскаленный пар из сублимированного льда, Уинтерхарт подремывал, пристегнувшись к креслу перед штурвалом. Штормовые солярные потоки опять снесли "Катти Сарк" с проложенного курса и капитан, высчитав положение судна, ввел в бортовой дифференциальный исчислитель соответствующие поправки, после чего, следуя его указаниям, задал необходимое ускорение и направление полета.
   Иногда дремоту нарушал резкий скрежет - это Флинт пытался освободить замотанный медной проволокой клюв. К крайней мере пришлось прибегнуть после того, как чертова птица приветствовала появление мисс Стрендж на борту "Катти Сарк" криками "Шлюхи, шлюхи! Самые умелые блудницы Фобоса за вполне умеренную плату!" и добавил к этому столь цветастый оборот, что даже Уинтерхарт покраснел. Зато, к чести мисс Стрендж, лицо ее при этих словах столь же бледным и неподвижным, что и при встрече на Титании.
   Впрочем, рассудил Уинтерхарт, раз уж ее не взволновала погоня у причальных столбов, что уж говорить о каком-то заводном попугае?
   После того, как капитан и пассажирка поднялись на борт, "Катти Сарк" немедля отчалила от Титании и, совершив лихой облет спутника, легла на курс к неразличимому пока на бархате космоса Юпитеру. Первые несколько часов полета Уинтерхарт провел за изучением в бинокль кормового сектора, однако погони не обнаружил. Кто бы ни были загадочные преследователи мисс Стрендж, они, похоже, не были готовы к такому обороту событий. Нельзя сказать, что Уинтерхарту было безразлично, кто эти люди, однако он решил повременить с расспросами. Тем более что как только он показал пассажирке каюту, та попросила ее некоторое время не беспокоить.
   И все же Уинтерхарта терзали определенные сомнения. "Бритиш Старлайн" не впервой было принимать участие в различных аферах. Уэст всегда считал, что они просто должны хорошо оплачиваться и если компенсация за риск его не устраивала, переговоры прекращались. Сейчас, вроде бы, налицо имелось согласие Уэста, более чем приличная оплата и всего-то за одну пробежку по улицам Титании... Но шестое чувство Уинтерхарта не давало ему покоя, настаивая на том, что неприятности не закончились.
   Из дремоты Уинтерхарта вырвал внезапный звонок экстренного телеграфа. Устройство это постоянно находилось на общей радиочастоте, выделенной исключительно для передачи срочных сообщений и сигналы бедствия. За все то время, пока "Катти Сарк" бороздила просторы Солнечной системы под командованием Уинтерхарта, аппарат срабатывал лишь трижды, и в каждом случае это были сигналы "SOS". Этот раз не стал исключением. Содержащееся на выползшей из-под молоточков печатающего устройства бумажной ленте послание гласило "SOS Фэйянь 1334,45". Последняя цифра означала частоту, на которой вещала радиостанция терпящего бедствие судна.
   Уинтерхарт выпутался из ремней и потянулся к радиоаппарату. Набрав верньерами частоту, он услышал перебиваемый помехами голос с сильным акцентом, в котором сквозили отчаяние и страх.
   - Это судно "Фэйянь"! Терпим ...ствие в хвосте кометы Поллинга! SOS! S...S! Эт.. "Фэйянь"! Терпим бедствие в ...те кометы Поллинга. Н...и координаты...
   При этих словах в эфир вновь ворвались помехи от солнечного шторма. Но Уинтерхарт все же попытался удержать частоту и ответил:
   - Говорит Джонатан Уинтерхарт, капитан "Катти Сарк". Чем я могу помочь?
   - Капитан, благослови вас Будда, мы ...же и не рассчит...ли, что нас хоть кто-то услышит! Я капитан Цао Ман, мое ...дно получило многочисленные повреждения в хвосте кометы. Мы ...лись сбором льда, когд... столкнулись с крупным обломком. С...но лишилось управления, двое из членов экипажа по...бли! Мы потеряли весь воздух, сидим на кислороде из скафандров.
   Уинтерхарт схватил справочник небесных тел. Как назло комета Поллинга оказалась одним из тех редких кусков космического хлама, что не имели высчитанного цикла движения в Солнечной системе. Оставалось надеяться, что экипаж "Фэйянь" успел определить свое положение до катастрофы.
   - Вы можете еще раз передать мне ваши координаты? - спросил Уинтерхарт по радио.
   - Передаем вместе с SOS по экстренному каналу!
   Уинтерхарт протянул руку и выдернул телеграфную ленту. На ней появилась новая цепочка цифр - координаты "Фэйянь" в градусах, минутах и секундах относительно условной оси Солнце-Поялрная Звезда и градус отклонения от плоскости эклиптики. Капитан тут же схватил секстант и произвел замеры положения "Катти Сарк".
   - Мистер Уинтерхарт, что-то случилось?
   Уинтерхарт обернулся. На мостике появилась мисс Стрендж. Вопреки его опасениям, она переоделась во вполне подходящую для космических перелетов одежду, а именно глухую черную блузу с высоким воротником и просторные шаровары, стянутые на щиколотках. Свои великолепные платиновые волосы девушка собрала в тугой узел на затылке. Такой внешний вид вряд ли вызвал бы одобрение у большинства добропорядочных британских подданных, однако здесь, во внеземелье, Уинтерхарт находил его гораздо более подходящим нежели всяческие ухищрения с резинками и спицами в подолах платьев, которые все равно ставили в невесомости в неловкое положение и дам и сопровождающих их кавалеров.
   - Рядом с нами терпит бедствие судно сборщиков льда, - сообщил Уинтерхарт, изучив новый наряд мисс Стрендж. - Я собираюсь сменить курс и направиться им на помощь.
   - Но мистер Уинтерхарт! - в глазах мисс Стрендж отразился настоящий ужас. - Стоит ли вам напоминать о том, что условиями нашего договора оговорена скорейшее прибытие на Землю! А подобного рода происшествие может надолго задержать нас!
   Уинтерхарт почувствовал, что свирепеет при этих слова.
   - Мисс Стрендж, - произнес он негромко, но не оставляющим сомнения в его настроении тоном. - Может быть вы считаете, что я отношусь к числу людей, которые ради барыша бросят ближнего на произвол судьбы? Хотите, я вам подскажу вероятность того, что на этом отрезке пути этим несчастным встретится еще один добрый самаритянин?
   Мисс Стрендж промолчала, закусив нижнюю губку.
   - А вы не хотите узнать, сколько радиосигнал с "Фэйянь" будет идти до ближайшего обитаемого небесного тела? Уверяю вас, к тому моменту, когда он его достигнет, замерзшие трупы экипажа уже будут на полпути к Внутренней области.
   Губы мисс Стрендж дрогнули, и Уинтерхарт понял, что девушка испугана до чертиков.
   - Простите, мистер Уинтерхарт, но нет ли поблизости иного судна, которое могло бы прийти им на помощь?
   - Нет, - отрезал Уинтерхарт. - Поверьте, задержки в пути также не доставляют мне удовольствия. Идите в каюту и постарайтесь не покидать противоперегрузочного кресла - с максимальным ускорением, по моим расчетам, мы будем добираться к "Фэйянь" не менее шести часов. А по прибытии мне может понадобиться ваша помощь.
   Не произнеся более ни слова, мисс Стрендж развернулась и вылетела прочь, оставив Уинтерхарта наедине с размышлениями о том, что может так напугать молоденькую девушку, что она готова бросить в беде терпящих бедствие звездоплавателей.
   Или, подумал Уинтерхарт, это пренебрежение к чужой жизни? Но мисс Стрендж не походила на человека, готового наплевать на все ради собственных интересов.
   - Ка...тан Уинтерхарт? - напомнил о себе радиопередатчик голосом капитана злосчастной "Фэйянь". - Вы ...ще здесь? Вы сможете ...ам помочь?
   Чертыхнувшись, Уинтерхарт подтянул к себе микрофон.
   - Я меняю курс и иду к вам. Но это займет не меньше шести часов. Вы продержитесь?
   - Да снизойдет на вас благословение небес, Уинтерхарт! - донесся радостный крик из динамика передатчика. - Мы обязательно ...ас дождемся - кисло...да нам хватит, мы только заправили все б...лоны перед отлетом с Ка...исто!
   - Тогда держитесь.
   Уинтерхарт ухватился за штурвал и крутанул его, выбирая новый курс "Катти Сарк" Убедившись, что показания компаса и ангулометра совпадают с метками на секстанте, капитан перевел корабельный телеграф на "полный вперед". Судно задрожало, когда, повинуясь вращение зубчатых передач бортового исчислителя, подскочило давление пара в корабельном котле и из дюз клипера ударили столбы пара, разгоняя его до тех скоростей, что прославили этот класс судов.
   Весь путь до указанных Цао Маном координат Уинтерхарт провел в рубке. Он сновал между радиопередатчиком, поддерживая связь с капитаном гибнущей "Фэйянь", и штурвалом. Датчики показывали, что давление в котле "Катти Сарк" достигло критического уровня, однако в дни чайных гонок ему приходилось выдержать и больше. Уинтерхарт искренне надеялся, что ради спасения нескольких жизней, клипер способен повторить старые рекорды. Судно и так слыло одним и самых быстроходных в Солнечной системе, и теперь у него появился шанс доказать это в благом деле, а не доставке побрякушек богатеям с окраин внеземелья.
   Когда по расчетам Уинтерхарта поймавшая "Фэйянь" комета должна была оказаться в зоне видимости, он включил переговорную систему.
   - Мисс Стрендж, вы не могли бы подняться на мостик? - обратился он к пассажирке.
   Минуту спустя мисс Стрендж объявилась перед глазами капитана. Девушка справилась с собой и ее бледное лицо вновь было бесстрастно.
   - Чем я могу быть полезна? - осведомилась она.
   - Держите, - Уинтерхарт сунул ей в руки бинокль. - Сборщики льда потерпели крушение в хвосте кометы. Вы представляете себе, что это такое?
   Мисс Стрендж молча кивнула.
   - Тогда я попрошу вас осматривать окрестности. Я опущу нижний перископ и займусь тем же самым. Думаю, мы вряд ли ее пропустим, - Уинтерхарт наклонился к радиопередатчику. - Цао Ман, вы меня слышите? Мы уже близко.
   - Благ...рю вас, капитан Уинтер...т, - отозвался Цао Ман. - Комета, к сожалению, невелика, а ...ост тянется только на не...ко сотен миль. Но ...а по большей части состоит из водяного льда и чрезвыч...но яркая.
   Закрутив колесо с рукояткой, Уинтерхарт поднял из пола мостика нижний перископ, снабженный увеличивающими линзами. В обычных обстоятельствах для контроля за надиром ему хватало двух зеркальных экранов, отражающих все то же, что показывал перископ. Но поиски кометы требовали многократного увеличения, с которыми маленькие зеркала не справлялись.
   Приникнув к окуляру, Уинтерхарт начал медленно вращать перископ вокруг своей оси. Однако ни через пять минут, ни через десять ни малейшего следа кометы не обнаружилось. Сейчас Уинтерхарт бы дорого дал за полноценную команду или наблюдателей с "Каледонии" от цепкого взгляда которых не ускользнула бы ни одна мелочь в окружающем пространстве. Но, увы, команду на борту "Катти Сарк" заменял дифференциальный исчислитель, который к поискам кометы никак не пристроишь, а вместо бравых матросов приходилось рассчитывать на хрупкую девушку.
   На мгновение оторвавшись от отдающего резиной окуляра, Уинтерхарт взглянул на мисс Стрендж. Та застыла над палубой, осматривая носовой сектор. Легкий ветерок из вентиляции слегка колыхал складки на ее шароварах и теребил несколько выбившихся из прически локонов. Пожалуй, если бы не доносившееся из радиоприемника хриплое дыхание Цао Мана, он бы позволил себе еще немного полюбоваться этим зрелищем. Но у китайца, похоже, дела были совсем плохо, несмотря на его браваду...
   - Я вижу ее, мистер Уинтерхарт! - внезапно произнесла мисс Стрендж.
   Она обернулась и посмотрела на Уинтерхарта, не успевшего вовремя спрятать взгляд. Аметистовые глаза, казалось, пронзили капитана насквозь, но на мгновение ему почудилось, что на самом деле мисс Стрендж смотрела куда-то через него. Такой взгляд он встречал у людей, страдающих дальнозоркостью, однако же мисс Стрендж не носила очков, да и более чем сносно чувствовала себя в узких коридорах "Катти Сарк". В ту же секунду взгляд девушки сфокусировался на Уинтерхарте.
   - Где? - Уинтерхарт оттолкнулся от перископа и подплыл к мисс Стрендж.
   Она рукой указала направление и вернула бинокль. Но обследовав через него космос перед собой, Уинтерхарт ничего не обнаружил.
   - Простите, мисс Стрендж, - он опустил бинокль. - Я ничего не вижу.
   - Но между тем комета именно там.
   - Да где там, черт ее дери? - Уинтерхарт вперился в космос, водя биноклем из стороны в сторону. - Быть может, вам показалось?
   - О, это вряд ли, - почему-то усмехнулась мисс Стрендж. - Поверьте, я не подвержена галлюцинациям и обманам зрения. Возможно, что все дело в том, что мои глаза зорче ваших. Все-таки возраст...
   Уинтерхарт покраснел как рак. Столь беспардонным образом ему еще ни разу не намекали, что он староват чтобы бороздить просторы вселенной. Крайне некстати Уинтерхарт вспомнил, что небрит уже четыре дня, а в щетине у него полно седых волос. Капитан открыл было рот, чтобы съязвить в ответ, как мисс Стрендж продолжила.
   - Я полагаю, что не более чем через полчаса и вы сможете разглядеть ее, мистер Уинтерхарт. Поэтому, если у вас нет других предложений, может быть мы некоторое время продолжим двигаться в этом направлении?
   К неописуемой ярости Уинтерхарта, ровно спустя полчаса в окулярах бинокля на фоне звезд возник слабый росчерк. По мере приближения стало совершенно очевидно, что перед ними искомая комета. Она становилась все больше прямо на глазах, и вскоре ее пышный хвост стал различим невооруженным взглядом. С такого расстояний он казался мягким и пушистым как облако, но Уинтерхарт понимал, что это крайне опасное сборище ледяных обломков, уже погубившее "Фэйянь", и становиться следующей жертвой коварной кометы он не планировал.
   Чем больше "Катти Сарк" приближалась к комете, тем ярче та светилась во тьме. Состоящее изо льда ядро по прикидкам Уинтерхарта в диаметре было не меньше двух десятков миль. Окутанную белесой комой поверхность покрывали многочисленные выбоины, как естественного происхождения, так и возникшие вследствие обстрела из пушек сборщиков льда. За кометой на сотни миль тянулся хвост, по большей части состоящий их газа и ледяной пыли - он то и скрывал в себе множество крупных обломков. В бинокль Уинтерхарту было видно, как время от времени они всплывали из хвоста, словно киты над поверхностью океана. И где-то среди этих блуждающих глыб затерялось терпящее бедствие судно.
   Развернув "Катти Сарк" так, чтобы идти параллельным комете курсом, Уинтерхарт вновь обратился к радио.
   - Капитан Ман, мы уже рядом, но вас не видим. Вы далеко от ядра?
   - Если не снесло, то не дальше пяти-десяти миль... Нас задело осколками от собственного выстрела...
   - Вам есть чем подать сигнал?
   - ...ракеты... попробуем запустить...
   Слова китайца прервала серия помех.
   - Смотрите внимательно, мисс Стрендж, - Уинтерхарт подплыл ближе к стеклу. - Сейчас они попытаются подать сигнал.
   Через минуту молочно-белый туман хвоста озарился розовыми вспышками. Разорвав пелену, из него вырвались несколько десятков ракет, залившие "Катти Сарк" слепящим красным светом. А затем взорвались облаками кипящего огня, заставив Уинтерхарта отшатнуться.
   - Что за черт?! - он прикрыл рукой глаза, перед которыми плавали разноцветны круги.
   - Простите, капитан Уинтерхарт! - донеслось из радиопередатчика. - У нас остались только фейерверки!
   - Чтоб вам провалиться, - вполголоса выругался Уинтерхарт. - Могли бы и предупредить. Вы в порядке, мисс Стрендж?
   Избавившись от пляшущих кругов, Уинтерхарт обернулся к девушке. Та оставалась на месте, разглядывая взрывающиеся за бортом огненные шары.
   - Знаете, это очень красиво, - наконец объявила она.
   Не похоже было, чтобы яркий свет ее беспокоил.
   Уинтерхарт, продолжая чертыхаться сквозь зубы, вернулся к штурвалу. Повинуясь его командам, клипер осторожно сблизился с туманной рекой. Окружающий космос исчез как по мановению волшебной палочки - все вокруг погрузилось в холодный белый кисель.
   - Скажите, мисс Стрендж, ваше зрение настолько острое, что вы способны видеть даже через такой плотный газ?
   Девушка покачала головой.
   - Увы. Но полагаю, можно сказать у меня есть некоторые необычные способности... Скажем так, я иногда могу кое-что почувствовать.
   - Вы медиум? - удивился Уинтерхарт, пытаясь пронзить взглядом огибающие корабль потоки пыли.
   - Что вы имеете в виду под этим словом?
   - Забудьте, - Уинтерхарт крутанул штурвал, уходя от медленно выплывающего по правому борту ледяного булыжника размером с сам клипер.
   Корабль тут же охватила крупная дрожь, а снизу что-то заскрежетало по обшивке.
   Уинтерхарт собрался было выругаться, но вспомнил о присутствии на мостике мисс Стрендж.
   Запустив руку под кресло, он вытащил две кислородные маски. Одну из них капитан бросил девушке.
   - Оденьте, - сказал Уинтерхарт. - Вот этот клапан сбоку открывает доступ воздуха из кислородного патрона, но не нажимайте его, пока я не скажу. Очень может быть, что нам вообще понадобятся скафандры. Они находятся в рундуках у меня за спиной.
   Мисс Стрендж беспрекословно выполнила его указание.
   - Сверху, мистер Уинтерхарт, - голос девушки из-под маски звучал глухо.
   - Что?
   - Сверху на нас движется глыба, - повторила мисс Стрендж.
   Уинтерхарт задрал голову. Над клипером нависала иззубренная скала, увитая белесыми нитями. Еще несколько мгновений, и ледяной утес врезался бы в обшивку судна. Надавив на штурвал, Уинтерхарт резко бросил "Катти Сарк" вниз, на что паровые турбины отозвались обиженным воем.
   - Так мы будем искать их до скончания века, - пробормотал Уинтерхарт. - Цао Ман, у вас сохранилось освещение?
   - Я могу послать ...лючить носовые прожектора.
   - Все лучше чем ничего, - согласился Уинтерхарт.
   Свет вспыхнул чуть выше, чем находилась "Катти Сарк". Едва различимые в тумане, над клипером возникли два бледных пятна. Уинтерхарт перевел телеграф на "полный назад", и из носовых дюз ударили струи пара, мгновенно превратившиеся в ледяную пыль и смешавшиеся с хвостом кометы. Задрав нос, судно начало подниматься к свету.
   Из тумана постепенно стали выступать очертания "Фэйянь" с ярко горящими носовыми прожекторами. Это был сборщик льда стандартного типа. Корпус его походил на беременную акулу-молот полутора фарлонгов в длину. На морское чудовище его делала похожим носовая часть с двухсотфутовой распахнутой пастью ковша для сбора льда. Внутри ковша виднелись чудовищны зубья валов измельчителя. По ковша поблескивали стекла круглых кабин для наблюдателей, сейчас пустых. Огромный цилиндрический танк для льда покрывали многочисленные вмятины, ближе к корме в нем зияла дыра, а створки на дне были распахнуты. Из них за судом тянулась дорожка смолотого льда. Смятыми также оказались и дюзы сборщика. Судно выглядело безжизненным и неуправляемым. Оно держалось в веществе кометы неустойчиво, болтаясь из стороны в сторону и сталкиваясь с обломками.
   - Вам хорошо досталось, капитан, - пробормотал Уинтерхарт, держа микрофон. - И я не смогу взять вас на буксир...
   - Я п...нимаю, - отозвался капитан "Фэйянь". - Я про...у вас пр...то забрать нас и доставить в любую ближай...ую колонию.
   - Вы меня видите?
   - Да.
   - Готовьте своих людей перебираться на борт "Катти Сарк". Я открою люк на палубе, он прямо перед мостиком.
   На "Фэйянь" после слов Уинтерхарта наметилось движение. Из щелей в обшивке показались фигуры в громоздких скафандрах. Люди обвязались страховочными фалами и теперь крепили их к своему кораблю.
   - Мы готовы, капитан Уинтерхарт, - сообщил Цао Ман.
   Уинтерхарт дал малый ход, осторожно приближаясь к дрейфующему судну. Постепенно обзорные окна мостика заполнила изуродованная кометным мусором обшивка "Фэйянь" и стало возможно разглядеть прижимающейся к ней экипаж. Их скафандры, старинные и неуклюжие, серьезно стесняли движения людей. Уинтерхарт давно не видел таких моделей космических костюмов, больше похожих на консервные банки. Когда "Катти Сарк" и "Фэйянь" сошлись почти вплотную, на скафандрах стали видны многочисленные заплаты. Огромные полукруглые шлемы китайцев накрывали головы с плечами, из-за спин вырастали здоровенные суставчатые усы антенн.
   Маневрируя боковыми дюзами, Уинтерхарт развернул клипер так, что "Фэйянь" оказалась над его головой, и уравнял скорости обоих судов. Как только "Кати Сарк" застыла неподвижно относительно сборщика льда, люди начали спрыгивать с него. Опустившись на палубу, они тут же привязывали фалы к палубному ограждению. Всего с китайского судна спустилось семь человек. Последний спасенный помахал Уинтерхарту рукой.
   - Благодарим вас, капитан Уинтерхарт, - радиопередатчик вновь заговорил голосом Гао Мана. - Мы все у вас на борту.
   - Сейчас я открою люк, - Уинтерхарт щелкнул тумблером радио, отключая его.
   Под креслом у Уинтерхарта всегда был припрятан револьвер Адамса калибра 9,6 миллиметра. Он отстегнул его и протянул мисс Уинтерхарт.
   - Вы умеете этим пользоваться?
   Девушка уставилась на Уинтерхарта непонимающим взглядом.
   - Да. Но... для чего он мне?
   - Я не могу уйти с мостика. Так что спускайтесь на палубу ниже и встречайте наших новых спутников. И если что - стреляйте не задумываясь.
   - Вы странный человек, мистер Уинтерхарт, - покачала головой мисс Стрендж. - Только что вы спасли их, и тут же готовы пристрелить?
   - Я не могу бросить их в беде, но у меня и нет оснований им доверять, - пожал плечами Уинтерхарт. - Не переживайте, я не буду поднимать шлюзовые решетки. От вас требуется только чтобы вы за ними присмотрели пока я буду выводить "Катти Сарк" из хвоста.
   Мисс Стрендж кивнула и взяла револьвер.
   Как только она покинула мостик, Уинтерхарт начал отводить свое судно от "Фэйянь". Малейшая оплошность грозила повторением ее трагедии, но в одиночку ему было сложно контролировать все окружающее пространство. Несколько раз капитан вздрагивал от скрежещущих звуков, но циферблаты с датчиками давления оставались неподвижными. Судно, казалось, кралось по молочной реке, удаляясь от брошенной "Фэйянь" мучительно медленно, дюйм за дюймом. На лбу Уинтерхарта выступили капли пота, которые, сорвавшись, закружили вокруг него хоровод.
   "Кати Сарк" обогнула гигантскую ледяную скалу почти прижимаясь бортом. За ней, судя по виду в зеркалах, открывалось относительно чистое пространство и Уинтерхарт прибавил скорость...
   Удар раздался внезапно. Здоровенный кусок льда выскочил из-за скалы, вокруг которой вращался словно спутник вокруг планеты. Врезавшись в обшивку "Катти Сарк", глыба взорвалась мириадами осколков, забарабанивших по стеклам мостика. Судно вздрогнуло, и Уинтерхарт едва не врезался головой в штурвал. Мимо него пролетел отчаянно машущий крыльями Флинт, окончивший свой путь в мешанине труб, проходивших под рамой переднего смотрового окна.
   Как только приборы перестали плясать перед глазами Уинтерхарта как бешенные, его взгляд сразу наткнулся на упавшие ниже красной отметки датчики давления в двух грузовых отсеках. И, что хуже всего, стрелка циферблата, отражавшего уровень топлива в левом ледяном баке, начала неуклонное движение к отметке "ноль".
   Стиснув зубы, Уинтерхарт выжал "полный вперед" и развернул "Катти Сарк" перпендикулярно курсу кометы. Не обращая больше внимания на лупцующие обшивку мелкие куски льда, клипер пронеся оставшиеся до границы кометного хвоста мили за считанные минуты.
   Выбросив фонтан переливающейся всеми цветами радуги пыли, судно вырвалось из туманной реки. И лишь когда за стеклами опять засияли россыпи звезду, Уинтерхарт впустил из рук штурвал.
   Утерев пот со лба и разогнав скопившиеся вокруг него шарики влаги, капитан оттолкнулся от кресла и поплыл к люку. Там он направил свое тело вниз вдоль трапа, попутно вытаскивая из кобуры револьвер.
   Люк в шлюзовую камеру был поднят, но, как и было обещано мисс Стрендж, выход из нее преграждали решетки. Девушка плавала в воздухе на достаточном отдалении от шлюза, чтобы до нее нельзя было дотянуться руками. В вытянутых перед собой руках она держала уинтерхартовский револьвер.
   - Вы в порядке, мисс Стрендж? - спросил Уинтерхарт, подплывая ближе.
   Пассажирка кивнула, не отрывая взгляда от толпящихся за решетками китайцев.
   - Отдайте оружие, теперь я сам ими займусь, - Уинтерхарт мягко вынул револьвер из рук мисс Стрендж и сунул его в карман куртки.
   Он поплыл ближе к решетке, изучая спасенных. Некоторые из них уже разоблачились, некоторые еще находились в своих неуклюжих скафандрах. Длительное пребывание во внеземелье научило Уинтерхарта осторожности - под такими громоздкими латами могло скрывать что угодно.
   - Господа, я настоятельно попросил бы тех из вас, что еще остается в скафандрах, избавиться от них, - заговорил капитан на кантонском диалекте, самом распространенном в окрестностях Юпитера. - Как только вы закончите, прошу также всех раздеться до пояса и повернуться ко мне спинами.
   - Что-то случилось, капитан Уинтерхарт?
   Уинтерхарт узнал говорившего по голосу. Это был капитан "Фэйянь" Цао Ман.
   - Ничего особенного, - улыбнулся Уинтерхарт. - У меня на борту дама и я хотел бы быть уверенным в отсутствии сюрпризов.
   Гао Ман что-то негромко сказал собравшимся вокруг него людям. Те молча принялись раздеваться. Вскоре Уинтерхарт имел удовольствие лицезреть семь разукрашенных татуировками спин.
   - Так я и думал, - хмыкнул Уинтерхарт. - Цао Ман, будьте любезны, приблизьтесь к решетке.
   Оттолкнувшись от стены, Уинтерхарт подлетел к решетке, где его ждал голый по пояс Цао Ман. Они начали негромкие переговоры, которые мисс Стрендж не могла расслышать. В конце беседы Уинтерхарт сделал несколько малопонятных знаков пальцами и закатал левый рукав по локоть. Под ним обнаружилась причудливая татуировка из иероглифов. Цао Ман вытаращил глаза и быстро затараторил, через слово пытаясь отвесить поклон, что в отсутствии силы тяжести выглядело как минимум глупо. Прервав его, Уинтерхарт произнес несколько слов, сбавивших скорострельные темпы речи китайца. Они обменялись еще парой фраз, после чего Уинтерхарт поднял решетку.
   - О чем вы с ним говорили? - спросила мисс Стрендж возвращающегося Уинтерхарта.
   - Все эти господа, мисс Стрендж, члены триады, - ответил Уинтерхарт. - Преступники, и очень опасные личности. И, как я говорил, хоть честь не позволяет мне пройти мимо терпящих бедствие, это не значит, что после спасения я подставлю спину под удар ножом. Поэтому я сообщи капитану Цао Ману о кое-каких своих связях. На Галилеевых спутниках есть кое-кто, кто мне очень обязан. И ни один здравомыслящий китаец не захочет перейти этим людям дорогу...
   - Они собирались убить нас? - поинтересовалась мисс Стрендж.
   Странно, но особого страх в ее голосе Уинтерхарт не уловил. Похоже, в какой бы игре она не участвовала, проигрыш за опоздание в ней был куда страшней смерти.
   - Не обязательно, - пожал плечами Уинтерхарт. - Вполне возможно капитан Ман и его команда испытывают к нам чувство глубокой благодарности. Но я не люблю оставлять такие вещи на волю случая.
   Уинтерхарт подтянулся на перекладине трапа наверх.
   - Пойдемте, мисс Стрендж. Нам предстоит скоростной бросок к Европе, ибо осмотр кометы не обошелся "Катти Сарк" даром. Теперь мы волей-неволей останемся там на несколько дней. Судну надо заделать пробоины в обшивке и баке для льда.
   Он обернулся и посмотрел на девушку.
   - Вы когда-нибудь видели, как охотятся на юпитерианских левиафанов? Думаю, это зрелище хоть немного скрасит вам время нашей вынужденной остановки.

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа" (Боевик) | | М.Атаманов "Искажающие реальность-4" (ЛитРПГ) | | Р.Цуканов "Серый кукловод" (Боевая фантастика) | | Д.Владимиров "Киллхантер 2: Цель - превосходство" (Постапокалипсис) | | К.Кострова "Куратор для попаданки" (Любовное фэнтези) | | А.Мичи "Академия Трёх Сил" (Любовное фэнтези) | | А.Каменистый "S - T - I - K - S. Цвет ее глаз" (Постапокалипсис) | | А.Каменистый "S-T-I-K-S Шесть дней свободы" (Постапокалипсис) | | Кин "Новый мир. Цель - Выжить!" (Боевое фэнтези) | | Е.Боровикова "Подобие жизни" (Киберпанк) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"