Аннотация: Второе место на конкурсе нуар-рассказов "Ночной дождь". Написано в соавторстве с Олегом Щербаковым.
Харви Айс против фортуны
Ранее.
- Здравствуйте, мистер...
- Никаких имен.
- Конечно же. Простите. Приятно иметь дело с профессионалом.
- Давайте быстрее покончим со всем этим.
- Пожалуй. Вы ознакомились с инструкциями?
- Да.
- У вас есть вопросы? Не стесняйтесь. Другой возможности не будет.
- Я все понял.
- Отлично, отлично. Значит, мы в вас не ошиблись. Однако, мне не нравиться кислое выражение вашего лица. Возможно, это прибавит вам энтузиазма. Здесь половина. Вторую половину, как вы понимаете, получите по окончанию дела. Пересчитаете?
- Не думаю, что такой человек как... хочет меня обмануть.
- Приятно, что вы понимаете, с кем имеете дело. У вас три недели.
***
Сейчас.
Не знаю, можно ли назвать удачей то, что меня занесло в эту дыру.
Местечко под названием "Одинокие Холмы" (попали в точку - до ближайшего городка миль тридцать) не обещало богемного шика отеля Челси, но на сухую постель и холодную телятину я мог рассчитывать. В планы входило добраться до Мэйби, но погода явно пренебрегла моим мнением: дождь усилился, а вот солнце уже почти утонуло в темных водах Мичигана. Припарковав Додж, я пулей помчался к скрытому за вуалью ливня мотелю.
В холле меня встретили тусклый свет, запах ветхой мебели и долговязый консьерж с вороватой физиономией. Вылитый хорек.
-Я не пытаюсь отделаться от тебя, мам! Это даже не дом престарелых, а скорее пансион...- шипел он в трубку телефона.
Завидев меня, Хорек моментально прервал разговор и с плохо скрываемым раздражением выдал мне ключи от номера. Рассчитавшись, я направился в ресторанчик, занимающий первый этаж здания.
Подобных клоповников я повидал уже, наверное, сотню. Неважно где - в Луизиане, Арканзасе или Мэне, они одинаково паршивы: загаженные столы вдоль окон, липкий пол, освещение, более подошедшее моргу, и, конечно же, местные звезды - отчаянно наглые тараканы. Каждая новая деталь "ресторана" уверено снижала градус аппетита, а при взгляде на местного повара, будто сошедшего с картины "Жертвы Холокоста", он опустился ниже нуля. Скользнув по мне пустым взглядом, кулинар удалился в помещение, которое, судя по запаху гари, было кухней. Недоумение почти переросло в недовольство, и я уже собрался его высказать, когда из пахучих недр донесся хриплый, срывающийся голос.
- Мелори, где ты там шляешься!? У нас посетитель!
Скорбно вздохнув, я повесил вымокший до нитки плащ на вешалку и сел за наиболее чистый столик, или скорее, за наименее грязный. Через минуту, из подсобки выскочила официантка, на ходу поправлявшая призывно короткое клетчатое платьице.
- Добрый вечер. Простите, что заставила ждать, - голосок у Мелори был звонким и мелодичным.- Посетители у нас бывают нечасто.
- Я заметил.
- К сожалению, выбор у нас невелик...
- Не беда, ограничусь чашечкой крепкого черного кофе.
- Один момент.
Следующую минуту я заворожено наблюдал, как ловко официантка обращается с кофейным аппаратом. Огненно-рыжие волосы, стрижка каре, вздернутый носик с россыпью веснушек, изумрудные глаза. До манекенщиц Большого яблока ей было далеко, но природное обаяние и бьющая через край энергия не оставили меня равнодушным. Я невольно начал готовиться к предстоящему разговору.
- Ваш кофе!
Сделал глоток, смотря ей прямо в глаза.
- Это самый вкусный кофе, какой я когда-либо пробовал,- я пустил в ход фирменную усмешку, несмотря на то, что воду для кофе явно черпали из выгребной ямы.
Ее же улыбка, поначалу скромная и неуверенная, теперь озарилась блеском белоснежных зубок.
- Я долго был в дороге. Может, посидим, поболтаем? Дьявол! Где мои манеры!? Меня зовут Харви, Харви Айс.
- Мелори.
Неуверенность? Испуг? Сомнения? Не волнуйся, через пару минут ты будешь думать, что знакома со мной всю жизнь. Вскоре мы уже болтали как друзья, знающие друг друга тысячу лет (надо ли говорить, что большая часть моей биографии была откровенной ложью).
На улице стемнело, дождь поутих, но заканчиваться и не думал. Взглянув на часы, я с удивлением отметил, что провел здесь почти час. Чашка кофе давно опустела, и я нетерпеливо вертел ее в руках, размышляя над дальнейшими действиями. Пора переходить к более тесному контакту.
- Может еще чего-нибудь? По-моему у нас оставался окорок...
- Боюсь, то чего я хочу, у вас в меню нет.
Умом девчонка не блистала, поэтому нехитрой фразочки должно было хватить. И точно. Очаровательный румянец и игриво заблестевшие глаза сказали мне, что удар попал в цель.
- На втором этаже есть номер с надежной двуспальной кроватью - с наигранной робостью промурлыкала она.
- Так чего мы ждем?- ответил я, вставая.
На секунду Мелори замешкалась.
- Кстати, тип в углу случайно не твой знакомый? Уже как полчаса тут сидит, и, как я заметила, взгляда с тебя не сводит. Аж мурашки по коже.
Лицо незнакомца скрывала тень от пыльной широкополой шляпы. Подозрительный субъект, хотя... Наполовину пустая бутылка ''Бима'' могла объяснить и не такие чудачества. Обычный пьянчужка.
- Не бери в голову. Здесь есть, кому за всем присмотреть?
- Не бери в голову.
Лукавая ухмылка пухленьких, блестящих губ. Девчонка с огоньком. В комнату мы влетели едва не снеся дверь с петель...
Она была хороша. Слишком хороша для этого места.
Я лежал на мокрых, измятых простынях и наблюдал, как одевается эта девочка, ещё недавно сидевшая за школьной партой. Даже после того как Мелори ушла, подмигнув мне на прощанье, я ещё долго думал о ней.
Парень, ты размяк. Надо отбросить лишнее, но... не выходит. Или, скорее, не хочется. Наверное, я устал. Устал от гонки, в которую превратилась моя жизнь. Устал бежать за миражами. Устал от вязких ночных кошмаров. Хочу забыться. Впрочем, для этого и создали валиум.
***
Пасмурное утро поприветствовало меня визгливым голосом.
- Сэр, это полиция! Откройте дверь! - требования подкреплялись настойчивым стуком.
Если это шутка, то явно неудачная. Натянув брюки, я поплелся к двери. Принятое накануне снотворное обернулось сгустком тупой боли в мозгу. И с каждым ударом она усиливалась. Это раздражало.
- Сэр, я знаю, что вы там. Немедленно откройте!
Распахнув дверь, я воззрился на нежданного посетителя. Передо мной стояло самое жалкое подобие полицейского, что мне приходилось встречать. Демонстративно выставленный значок красной тряпкой повис у меня перед глазами.
- Офицер Билл Кофман. Я задам вам пару вопросов, - сказано с таким видом и тоном, будто бы я пойман на месте преступления, наручники защелкнулись на моих запястьях, и осталось лишь подписать чистосердечное признание.
Ростом Билли не дотягивал мне и до плеча. В своей плохо подогнанной форме и кепке, уныло весящей на оттопыренных ушах, он напоминал школьника вырядившегося копом. Щедрая россыпь угрей на лбу усилила это сходство.
- Где вы были сегодня ночью?
Пора сбить с молокососа спесь. Мой собственный значок метнулся к напыщенной физиономии наглеца.
- Федеральный маршал Харви Айс. Кто у вас тут главный?
Метаморфозы лица Билли едва не заставили меня расхохотаться. Всего за пару секунд на нем отразился такой каскад эмоций, что я даже усомнился, не повредился ли Мистер "Школьник - Крутой Коп" умом.
- Мне повторить вопрос?
- Сер... сержант Гарсия. Он на стоянке.
- Передай сержанту, что скоро его навещу.
Не дав мальцу и рта раскрыть, я захлопнул дверь.
***
Спускаясь по лестнице, я решил, что неплохо бы повидать Мелори. Возможно, только она и могла бы развеять тревогу, не покидавшую меня с момента пробуждения. Копы подождут, я - нет. Свернув в коридор, ведущий на кухню, наткнулся на запертую дверь, которая к тому же еще оказалась опечатанной. Неприятности начались раньше, чем я думал. Видимо, ответы следует искать все-таки у копов.
Выйдя на стоянку, я замер в нерешительности. Для меня, городского жителя, картина казалась просто завораживающей. Настолько густой туман (хоть ножом режь!) я видел впервые - видимость всего два-три метра. Заплутать в этом молочном киселе совершенно не улыбалось: погодка стояла влажно-мерзкая. Я уже собрался вернуться в мотель, как откуда-то справа меня окликнули.
Копов оказалось четверо: коротышка Билли, необъятных размеров усач и двое, похожих как близнецы, верзил. Усач и амбалы разом вперились в меня испытывающими взглядами, а вот офицер Кофман скрылся за их спинами. Пришлых здесь не любили. Насрать. У меня нет ни времени, ни желания любезничать с местными недоумками.
- Я так понимаю, сержант Гарсия? - обратился я к усатому,- Мне бы хотелось знать, что, черт возьми, здесь происходит?
- А вы как я понимаю, мистер Фрост...
- Айс.
- Так вот, мистер Фрост, здесь не Детройт, где, возможно, перед вами и ходят на цыпочках. Оставьте свои замашки. Вопросы тут задаю я!
Жирдяй решил поиграть в крутого. Они, что здесь все сговорились? Если начну давить, могу вообще не получить ответов. Надо действовать тоньше.
- Успокойтесь, сержант. Я не собираюсь вмешиваться. Мне лишь интересно, что произошло? Если же у вас есть вопросы, я с удовольствием отвечу.
Гарсия слегка расслабился, а его взгляд уже не бурил во мне дыру.
- Что вы делали сегодня ночью?
- Возможно, это удивит, но я, как и все нормальные люди, по ночам сплю.
- А вы остряк, мистер Фрост. Не люблю остряков.
Я тоже от тебя не в восторге, старый боров.
- Айс. Извините. Впредь буду тактичнее.
- Не слышали ничего необычного?
О, если бы ты только знал, какие звуки доносились из моего номера. Впрочем, об этом ему знать не обязательно.
- Послушайте, сержант, если вы разъясните суть дела, то мне будет гораздо легче ответить на вопросы.
- Официантка. Найдена мертвой... в холодильнике.
Мелори!!! Мертвой? В холодильнике? В холодильнике!?
- В холодильнике?
- В холодильной камере, если быть точнее. Не повезло бедняжке.
- В смысле?
- Налицо несчастный случай. Зашла в холодильник, поскользнулась, задела рукой дверь, она и захлопнулась. Впрочем, опросить постояльцев мы обязаны.
- Да, да. Конечно.
Официантка. Холодильная камера. Я! Таких совпадений не бывает. Но... может все-таки несчастный случай?
- Вы не приметили ничего необычного?
- Мистер Фрост, я и так уже рассказал вам больше чем нужно.
- Послушайте, сержант... извиняюсь если нахамил. Вы с ребятами отлично поработали и, наверняка, продрогли. Погодка то дрянная. Может, после смены попьете пивка, расслабитесь.
Несколько банкнот перекочевали из моего бумажника в его карман.
- Хех... ваша правда, мистер Айс, погода мерзкая. А что касается официантки... на щеке пара ссадин - ударилась при падении. Отпечатки только ее да ее отчима.
- Что он говорит?
- Если бы он мог. Пьян в стельку. Мы увезли его в участок. Придет в себя, расспросим, но думаю, что он пребывал в таком состоянии всю ночь.
- Кто же ее обнаружил?
- Один малец, время от времени прибирающий на кухне. От него мы тоже ничего не добились. До сих пор в шоке. Зрелище не очень приятное.
- Что говорят другие постояльцы?
- Мой совет, бросьте вы это. Дело ясно как божий день, не надо его запутывать. Как я и сказал, тут не Детройт. Места тихие. Тут даже драка событие года, а уж убийство...- Усач, театрально махнул рукой.
- Но...
- Возвращайтесь в номер, мистер Фриз, и прошу до вечера не покидать "Одинокие Холмы".
Возвращаться в номер? Наверное, он прав. Надо успокоиться, подумать. Имеет ли произошедшее отношение к моей поездке в Детройт? Если нет, то остаётся дождаться вечера и выдвигаться в путь. Но если...
Начал моросить дождь. Не простившись, я побрел в номер.
Поднимаясь на второй этаж, вспомнил вчерашний вечер. Жаркие объятия, горячие поцелуи. Я забыл о том, откуда и куда еду, о том, как здесь оказался, о том, что ждет завтра. Я был свободен. Я был... счастлив? Завтра наступило. Я один, а мир дал трещину.
Мой номер. Серые, местами заплесневелые стены давили на меня, не давая сосредоточиться.
Белое пятно.
Белое пятно маячит перед глазами. Пытаюсь сфокусировать взгляд. Лист бумаги на полу у двери. Мой приговор.
Сколько времени прошло, прежде чем я заставил себя взять его? Казалось, целая вечность. Лист у меня в руках. Скомкать и выбросить? Сжечь? Я читаю. Две цифры. 42. Ответы на все мои вопросы ждут меня. Но хочу ли я их услышать?
***
Лил дождь. Я гнал как одержимый, почти не разбирая дороги. Гнал из этого проклятого места. Куда угодно. Все мои планы рушились. Все, от чего зависело мое будущее. Моя жизнь. Я будто в зыбучих песках, и чем больше я думал о сложившейся ситуации, тем быстрее эти пески меня засасывали. Где я ошибся? Где прокололся? Все было продумано. Каждое выкованное звено становилось частью цепочки, которая вела к успеху. Теперь же...
Заткнись!!! Что я делаю? Дрожу как перепуганный мальчишка. Неужели все брошу, когда был так близок? Нет. В конце концов, раз меня раскрыли, бежать уже бессмысленно. Надо действовать. Сделать все что угодно. Все должно закончиться там, где и началось.
Задумавшись, я и не заметил, как очутился в городе. Мэйби! С какой скоростью я ехал? Видимо удача ещё на моей стороне - сочетание паники и ливня могло стать фатальным.
Притормозив у обочины, я выключил двигатель и откинулся на спинку водительского кресла. Дождь барабанил по крыше машины, создавая монотонный, успокаивающий шум. То, что нужно. Бешеный табун моих мыслей остановился. Пора здраво взглянуть на вещи и составить план. Покопавшись в бардачке, извлек пачку сигарет. Я уже как полгода бросил курить, но сейчас мне нужна любая поддержка. Прикурил, затянулся, закрыл глаза.
Общаться с провинциальными копами желания не было, да и им вряд ли понравится моё любопытство. Однако, они могут располагать нужными мне сведениями. Лучше перепоручить это дело моему заместителю - Стьюи. Малый он исполнительный и дотошный - вытянет из местных все, что только можно. Я же вернусь в мотель и выйду на убийцу, если он, конечно, не опередит меня.
Открыл глаза, медленно выдохнул дым, и вместе с ним меня покинули страхи и сомнения. Поворот ключа. Додж отозвалась бодрым урчанием шестилитрового движка.
Выезжая из Мейби, я приметил телефонную будку на перекрестке. Очень кстати. Я остановил машину, и выбежал под холодный душ небес.
Вскоре, я уже набирал хорошо знакомый номер. Стьюи как всегда на месте.
- Стьюи, это я.
- Здравствуйте, шеф! Уже в Детройте?
Терпеть не могу, когда он зовет меня шеф, но времени препираться нет.
- Пока нет. По дороге кое-что произошло. Нужна помощь.
- Я слушаю, - шутливый тон Стьюи исчез.
Я знаю, что он запомнит каждое слово и начнет действовать, едва положив телефонную трубку.
- Полиция Мэйби сейчас занимается смертью официантки из мотеля "Одинокие Холмы", где я останавливался переночевать. Похоже на работу Кулера. Местные думают, что несчастный случай, но это может оказаться и наш парень. Не будем беспокоить их тугие мозги лишними версиями. Эта деревенщина будет только мешать.
- Разумеется, шеф.
- Но мне надо знать, что они нарыли. Важна каждая мелочь. Позвони, как только узнаешь все что сможешь, - я продиктовал Стьюи найденный в справочнике телефон "Одиноких Холмов",- Действуй.
Я повесил трубку, и добежал до машины. Погода прямо таки взбесилась.
Вдавив акселератор в пол, я помчался обратно. На встречу со своей судьбой.
***
Додж прорывался сквозь стену дождя. Ехать опасно, но необходимо.
Покрутил радиоприемник. Роллинги сообщили мне, что приближается девятнадцатый нервный срыв. Вполне возможно. Харви, старик, не дури и пораскинь мозгами, пока ещё есть время. Пока дверь 42 номера ещё закрыта.
Год назад начались убийства, которые поначалу принимали за несчастные случаи. Все жертвы - официантки придорожных мотелей. Их окоченевшие тела обнаруживали в холодильных камерах. Кто-то вырубал девочек, а после затаскивал в морозильник. Даже если очнешься, дожить до утра нереально: камера герметична - кричать бесполезно.
Газетчики Детройта окрестили новоявленного маньяка Кулером. После шестого "охлаждения" к делу подключились федералы. Вроде бы все просто - область поиска была ограниченна штатом Мичиган. Однако, детка, это Америка - тысячи сонных городков, тысячи занюханных мотелей, тысячи официанток с вертлявыми задами. За всеми не уследишь.
Впрочем, удача изменяет всем. Кулера остановили ни ФБРовцы и ни копы, а мужиковатая официантка, разбившая об его чокнутую голову пивную бутылку. На следующий день этот хранящий молчание недоносок уже осваивался в одиночке Детройской тюряги.
Самый занимательный факт всплыл чуть позже - Замораживатель официанток, Мистер Кулер оказался Миттом Ромни. Думаю, в этот момент кто-то пожалел, что не уделял достаточно внимания сыну. Губернатор Мичигана, видный республиканец и владелец "Американ Моторс" Джордж Ромни попал в крайне щекотливую ситуацию - он оказался отцом маньяка. Пресса стояла на ушах, общественность была в ярости, а Никсон уже радостно потирал руки. Кулер ставил крест на президентских планах отца. Впрочем, со своей антивоенной позицией Ромни может стать президентом только разве что грязных хиппи.
Два месяца назад губернатор собрал пресс-конференцию, где заявил, что его сын невиновен. А на следующий день я уже сидел в его кабинете.
С Джорджем Ромни мы были знакомы давно. Я не раз выполнял для него деликатные дела, и получал за это солидные деньги, но это поручение было особенным. Мне предстояло помочь оправдать Митти. Любым способом. Вскоре мы уже обсуждали тот самый "Любой Способ".
Кто-то скажет, что мое место на электрическом стуле, аккурат рядом с сынишкой губернатора, и этот кто-то будет прав. Во снах я слышу крики запертых в холодной тьме, вижу их стеклянные глаза и покрытые инеем руки.
Первую звали Бэтти. Час ночи; в шутку предлагаю массаж шеи; тряпка пропитанная хлороформом. Тащу бесчувственное тело в холодильную камеру. Запираю. Несмотря на риск, долго сижу под дверью, не в силах уйти. Ухожу.
Второй была Кристалл. С ней уже было легче. Может, начал входить во вкус?
Ради чего я замарал руки кровью? Ради теплого местечка в Арлингтоне, коктейлей на Гавайях и загородной виллы во Флориде. Гребаная Американская Мечта. Десять лет отданы Фемиде, и каков итог? Убогая жизнь, без перспектив и надежд. Мне представился шанс, и я им воспользовался. Вот и все.
После "возращения Кулера", дела у Митта пошли лучше. Купленная с потрохами официантка уже не была уверена, что Ромни-младший собирался на неё напасть. Обвинение трещало по швам под напором лучших нью-йоркских адвокатов, а я тем временем не жалея сил "разыскивал настоящего маньяка".
И вот сейчас, когда я уже ехал в Детройт на заседание суда по пересмотру дела Митта Ромни, погибает Мелори. А теперь, Харви Айс, главный вопрос - Кто Это Сделал?
Случайность? Исключено.
Люди губернатора, пытающиеся меня подставить? Вероятность есть, но почему тогда меня ещё не раскалывают федералы? Какой смысл в записке?
- Кстати, тип в углу случайно не твой знакомый? Уже как полчаса тут сидит, и, как я заметила, взгляда с тебя не сводит.
Тип в углу. Полчаса тут. Взгляда не сводит. Не сводит.
В голову упорно лезла догадка, которую я отбросил ещё в "Одиноких Холмах". Неужели имитатор? Некий псих идущий по стопам Кулера, и, что главное, вышедший на меня. И это очень дерьмово. Ночью ублюдок убил Мелори, а утром, пока меня не было в номере, оставил записку, уверенный, что я приду. В этом он прав.
Итак, у меня есть подражатель. Просто замечательно. Быть может Митт Ромни невиновен, и со мной желает встретиться настоящий Кулер?
Нервно рассмеявшись, я вцепился в руль.
В любом случае, я ничего не теряю. Не думаю, что он попытается напасть - вероятно, "Имитатору" хочется поговорить по душам. Обменятся телефонами, фотографиями жертв, возможно, он даже попросит автограф. А вот мне жизненно необходимо назначить следующую встречу, например, на каком-нибудь пустыре. И тогда псих получит уже другой, свинцовый, автограф.
Нужно спешить - если на этого урода выдут копы, то тогда по Зеленой Миле могу пойти уже я. Дело не терпит отлагательств.
Впереди показались размытые очертания мотеля.
-Мам, ну на кой дьявол тебе квартира в Детройте,- шипел потный Хорек, яростно сжимая ни в чем не повинную телефонную трубку,- В пансионате много людей твоего возра...
Я сбросил его звонок. Хорек, явно не ожидавший меня вновь увидеть, недовольно скривил лицо.
-Да, что вы...
-Сорок второй номер. Кто там остановился?- следовало убедиться, что у "Имитатора" нет друзей.
-Это конфеденц...- заикнулся Хорек.
Я схватил его за грудки, попутно ткнув в испуганную рожу удостоверением маршала.
-Итак?
-Мужчина. На вид лет пятьдесят. Приехал вчера вечером на форде, еле на ногах стоял. Алкаш какой-то.
Быстро соображает. Я отпустил Хорька и вышел во двор.
***
Синий форд, принадлежавший типу из номера 42, по-прежнему был на стоянке - в темном углу, возле кучи с мусором, с которой он неплохо гармонировал. Пикапу давно пора на свалку. Я отвлекаюсь. Что это? Слегка дрожат руки. Страх или, может быть, нетерпение? Так или иначе, но дело будет сделано. Однако я обязан узнать, кто этот человек и как меня вычислил. Промашек больше не будет.
Вернулся в мотель и поднялся на второй этаж. Остановился перед нужным номером. Постучал.
- Я пришел, как вы и хотели. Думаю, нам есть что обсудить.
Тишина. Неужели ускользнул? Но записка...
Тень под дверью! Выламывать? Рано.
- Ну же, открывайте. В конце концов, это просто невежливо.
Дверь приоткрылась будто сама собой.
В нос бьет запах перегара. Зачем он выбрал именно этот номер? Не нравится мне это. Меня не приглашают зайти, меня заманивают. Но заманивают не кролика, заманивают волка, готового бороться за жизнь. Руку приятно оттягивает уверенная тяжесть кольта, не раз выручавшего в трудную минуту. Открываю дверь полностью.
Дьявол! Воняет до рези в глазах. Пистолет наготове. Комната освещена тускло, но все углы просматриваются. В гостиной, на первый взгляд, никого нет. Чулан или ванная? Помещения друг напротив друга. Спина будет открыта для удара.
Звук в ванной! Что это? Вздох или вентиляция? Рубашка прилипает к телу. Решай быстрее. Ванная. Подкрадываюсь, чтобы атаковать.
Треск срываемых с петель дверей! Сзади! Удар сшибает с ног, пол летит навстречу, падение чувствую с трудом. По всему телу растекается боль, а по ковру подо мной красное пятно. Пистолет падает неподалеку, каких-нибудь метр - полтора, но для меня это пропасть.
Надо мной склонился человек в пыльной, широкополой шляпе и потрепанном плаще. Небритое лицо в сетке глубоких морщин. В руке выкидной нож.
- Ну, здравствуй, ублюдок. Вижу недоумение на твоем лице. Когда тебя вчера увидел, даже не поверил глазам. Я не был уверен, ты ли это, но смерть официантки поставила все на места. Как жаль, что я не прикончил тебя ночью. Но та несчастная девочка была твоей последней жертвой, больше ты никому не причинишь зла.
Мысли путаются. Что он несет? Остановить меня? Моей жертвой? Ничего не понимаю, кто он такой? Кто убил Мелори?
- Не знаешь, кто я? Конечно, знаешь, иначе не пришел бы с оружием. Просто невероятное везение, что мы встретились, я-то намеревался достать тебя в Детройте. Но все сложилось даже лучше, чем я рассчитывал. Сейчас ты умрешь, и моя Бэтти, моя девочка, будет отомщена.
Бэтти. Ах, милая, нежная Бэтти. Кто ты? Её отец или муж? Я ведь не делал ей так больно.
Тело немеет. Я почти не вижу мстителя.
Запасной пистолет! Мой шанс. Копы еще могут ошиваться неподалеку. Только бы дотянуться до кобуры на лодыжке. Проклятые пальцы не слушаются. Ну же, тяни время, моли о пощаде, делай что-нибудь!
- Надеюсь, ты не сдохнешь, до того как я всажу нож в твое черное сердце? Что? Хочешь что-то сказать? Может покаяться перед смертью? Вряд ли тебе это зачтется.
Ублюдок слишком много болтает. Вот оно! Рукоятка кольта холодит ладонь, приводит в чувство, проясняет мысли, даёт твердость руке. Давай же!
Рывок! Вспышка! Отдача проходит по телу адской судорогой.
Мститель падает рядом. Смотрит мне в глаза. Силится что-то сказать. Не успевает. Похоже, скоро мы встретимся вновь, и ты выскажешь мне, все что хотел.
Не чувствую тела, и будто тону в своей крови.
Где же я допустил ошибку, или мне попросту не повезло?
Эпилог.
- Битый час пытаюсь дозвониться до той дыры, в которой оказался шеф.
- Что-то важное?
- Появились новые обстоятельства по делу.
- По делу Кулера?
- Хех! Можно и так сказать.
- В смысле?
- Наш маньяк не имеет к этому никакого отношения.
- Что же там произошло?
- Отчим убитой, алкаш, очухался и признался, что сам запер девчонку в холодильнике. Как он сказал в воспитательных целях, после чего, видимо, поддал еще и вырубился.
- Вот же больной ублюдок, гореть ему в аду!
- Уже. Повесился в комнате для допросов. Можно сказать ему повезло.
- Почему это?
- Потому что иначе до него добрался бы шеф, а после моего звонка, настроение у него явно испортится. Сэнди, свари-ка еще кофейку, а я пока постараюсь дозвониться до этих гребаных "Одиноких Холмов".