Моррейн Эрика Лейр: другие произведения.

Замок духов. первая часть.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Часть первая со всеми тремя осколками. Обновила и чуточку отредактировала. Читайте))


   Часть 1. Начало.
   Пролог
  
   Мужчина в черных потрепанных одеяниях, взъерошенный и грязный собирал вещи в походные сумки, изредка он нервно оглядывался на подпертую дверь, но пока что было тихо. Мужчина пробормотал нечто непонятное и снова взъерошил волосы. Он безумно жалел о том, что позволил себе расслабиться, поддался на уговоры старого друга, принял его приглашение и приехал. Теперь друг - мертв, да и ему жить недолго осталось. Дверь ощутимо содрогнулась, и он замер, за дверью послышались чьи-то взволнованные голоса. Мужчина переместился к бойнице, посмотрел во двор и ругнулся. Над замком полыхал защитный купол, он был слишком мощным, чтобы преодолеть его за раз. Времени на то, что бы ломиться через защиту не было, о чем ненавязчиво напомнили слаженные удары в дверь, скоро они возьмутся за топоры и тогда... Что будет тогда, он знал не понаслышке, видел уже много раз. Его лучший ученик спас город от нашествия нежити, и благодарные горожане, воспользовавшись полностью опустошенным резервом, пленили его, пытали, а потом сожгли, обвинив его в том, что нападение нежити, которое он с таким трудом остановил, он же и спровоцировал. Он был на той площади через день после казни, не успел, не спас, как и многих других - друзей, их учеников, просто одаренных. Но скоро его самого ждет та же участь. Как же все это горько...
   В дверь заколотили с новой силой, на этот раз уже топоры. Вот и все...
   Перед глазами всплыли воспоминания: он, тогда еще малец, обнаружил, что может создавать маленькие черные молнии. Отец, гордый сыном, везет его в город, проверяться у магов. Потом выясняют, что он будущий темный маг, отец рад вдвойне - это ведь такая честь. Потом годы учебы в Академии, и в то же время внезапно разразившаяся война с очередным безумцем, жаждущим власти, безумец побежден, но он был магом Тьмы, и начинаются шепотки среди народа. Он закончил учебу и еще один инцидент с магом Тьмы, на этот раз покушение на королевскую семью, а затем еще и еще, словно маги Тьмы задались целью опорочить свою репутацию. Это потом Он и некоторые другие поняли, что за безумие тогда творилось.
   Церковь Единого Бога, прежде мало почитаемая и не приметная на фоне других, подняла голову и начала войну с магами Тьмы. Со временем возникла инквизиция, и их Бог благословил их на свершения. Началась травля, факультет темной магии отменили, а за магами этого направления началась охота. Он долго бегал он них, но, видно, от судьбы не убежишь, он так стар и так устал...
   Стены содрогнулись, и во дворе закричала женщина, ее крик перекрыл стук топоров, и маг невольно рванулся к бойнице. Во дворе замка волокли на костер избитую и почти не узнаваемую в лохмотьях дочь хозяина замка, она кричала, и стены дрожали от ее крика. Маг обхватил руками голову и застонал, как он посмел забыть о ней, ее дар был ярким и сильным, а ребенок, которого она носила под сердцем, обещал быть еще одаренней матери, но теперь его безжалостно выдрали из чрева. Головы отца и мужа этой женщины "украшали" стены замка, она была одна совсем одна, она ненавидела и будь ее воля, она уничтожила бы весь мир, но у нее почти не осталось сил.
   - Потерпи еще чуть, чуть, - прошептал старый маг и, закляв дверь, стал вытряхивать содержимое сумок прямо на пол. Пока не нашел то, над чем работал последние пятьдесят с лишним лет. Работа была закончена, но маг, не смог понять, что же сотворил, потому, что от изначальной задумки получившийся кристалл был очень далек, а в свойствах разобраться - всегда не хватало времени. Кристалл горел мрачным алым огнем, маг улыбнулся, а затем вновь стал разгребать вещи, на этот раз, освобождая место для пентаграммы.
  
   Когда в покои все же вломились воины инквизиции, первым и последним, что они увидели - было алое сияние кристалла, а горящая заживо женщина во дворе расхохоталась, и все потонуло в алой вспышке.
  
   Многие пытались проникнуть в Проклятый замок, в начале - Инквизиция, потом просто маги и наемники разных мастей, тем, кому удавалось оказаться в замке, уже никогда не удавалось его покинуть. Местные жители из окрестных деревень слышали жуткие крики по ночам и находили оставленных с наружи лошадей, вот и все что оставалось от незадачливых искателей сокровищ и приключений.
  
  
   Пролог 2
  
   Родители и слуги давно спали. А он все никак не мог уснуть, смотрел в темноту и пытался разглядеть свою руку, но тьма не желала уступать, вздохнув, он повернулся и посмотрел в окно. Свет луны был серовато-тусклым, хотя мальчик помнил, что на самом деле он должен быть призрачно голубым, ночи здесь светлые. Раньше, он видел гораздо лучше, но со временем мир все больше тускнел, и никакие целители не могут ничего изменить, они только руками разводят, так что он даже смирился с тем, что, в конце концов, совсем ослепнет. Это уже не пугало, страшней другое - сегодня один из магов-целителей сказал отцу, что со временем откажет что-нибудь еще, и так будет продолжаться пока он (Ильмарэ) окончательно не сляжет. Ильмарэ не хотел умирать, это не справедливо, ему еще восемь, скоро - девять, но разве это много?
   Мальчик не мог больше лежать на кровати, хотелось бежать, бежать от смерти, обреченности, бежать туда, где он не умрет, где ему помогут...
   И он побежал, бесшумно распахивая перед собой двери особым заклинанием, он стремился на зов, едва слышный призыв, который обещал помощь и защиту. Внезапно он увидел сияющие очертания двери там, где ее не должно было быть, и толкнул дверь. Она распахнулась, он вошел, прошел несколько шагов, и дверь захлопнулась за спиной, мир погрузился во тьму. И он закричал от испуга, ведь думать, что готов к тому, что ослепнешь и ослепнуть по-настоящему - это разные вещи.
   Успокоился он не сразу, но, все же, взяв себя в руки, он осознал, что уже не дома. Почему? Да хотя бы потому, что дома на его крик сбежались бы все обитатели дома, а здесь откликнулась лишь тишина, даже эха не было. Он сел на холодный каменный пол и расплакался, впервые за пять лет (он плакал в последний раз - в четыре года, когда умер старый Ро, пес отца), плакал, пока не услышал колыбельную, пока не ощутил прикосновения женских рук, которые гладили его волосы и плечи.
   - Мама, - прошептал Ильмарэ и потерял сознание. Он не почувствовал, как заботливые мужские руки подняли его и понесли куда-то, не ощутил как его уложили на кровать и как, продолжающая напевать, невидимая женщина укрыла его одеялом.
  
   * * *
   Правитель Валлорна Эйгранн Ра`атфейр Артел Мрау был в ярости, но по его лицу этого было не понять, но глаза... Взгляд правителя пронзал насквозь, ища виновных в произошедшем. Во дворце все ходили тише воды ниже травы, наследник Императора, который прежде всегда защищал подданных и будущих вассалов от отца в этот раз молчал и не покидал своих покоев, боясь оставить жену наедине со своим горем. Старшие дети наследника от первой жены, сами несли караул перед покоями отца и мачехи, не впуская никого, всю еду для родителей они заставляли пробовать, а об аудиенции не желали и слышать. В глазах близнецов пылала та же потусторонняя ярость, что и в глазах их деда-Императора, клыки, доставшиеся от предков вампиров, не желали убираться, они жаждали крови.
   Но виновных никак не удавалось найти, кристаллы Истины отказывались признавать "козлов отпущения", которыми откупались ищущие, виновными в похищении и, в конце концов, поиски прекратились. Император чуть смягчился, а его Наследник снова уехал в южные провинции к морю, он и его жена не успокоились, их люди еще долго рыскали в поисках их единственного сына. Близнецы стали жестче и ограничили круг своего доверия только друг другом и родителями, остальные отныне - будущие подданные, союзники, но не друзья. Младшего брата они не простят, никому и никогда.
  
  
  
   Глава 1. Первый шаг
  
   Ильмарэ улыбнулся, увидев пьяницу, уснувшего в подворотне, поправил сумку и закрыл за собой дверь. Город, в котором он очутился, источал вонь немытых тел, запах гниения и мочи. Слово гигиена здесь восприняли бы как ругательство даже аристократы, чище было на востоке, но там хоть мылись, а здесь... Впрочем, это не его дело. Ему нужно всего лишь найти в этом грязном городке того, на кого указали звезды, Дух-предсказатель ошибался редко, так что вероятность того что, Ильмарэ не найдет нужное существо в этом городе хоть и была, но весьма малая.
   В этом мире в большинстве западных стран процветала инквизиция, правители поддерживали церковь, боясь отлучения, а церковь наглела. Тот, кто нужен Ильмарэ - оборотень, причем из другого мира, он не знает ни об инквизиции, ни об остальном, и скорее всего уже попался в загребущие лапки пыточных дел мастера. Потому мальчик не стал долго думать, он направился сразу в сторону площади Святого Ирмуса, там храм братьев инквизиторов и небольшой особнячок, откуда целым и невредимым еще никто не выходил.
   Достигнув места площади Ильмарэ несколько минут разглядывал особняк. Ну и что, что на глазах темная повязка, разве обязательно нужно смотреть, чтобы видеть? Проникнуть, воспользовавшись беспечностью охраны, будет легко, а вот выйти...
   Мальчик задумался, решая рисковать или нет - пришел к выводу, что рисковать можно только тогда, когда полностью уверен в своей безопасности. Потому, не пытаясь воспользоваться Силой, просто пошел к особняку, выглядел он как сын добропорядочных граждан, только слепой, так что охрана даже и не думала поднимать тревогу. Ильмарэ дошел до калитки и сел на камни, которыми была вымощена площадь; в следующее мгновение воины услышали чарующее пение, они, повинуясь желаниям поющего, открыли ворота и расступились, полностью зачарованные пением. Ильмарэ пел не громко, так что никто кроме охраны его не услышал. Мальчик улыбнулся и, поднявшись с камней, прошел через ворота, охрана их тут же закрыла их за ним, а затем как ни в чем небывало продолжила дежурство. Ильмарэ для них просто не существовало до тех пор, пока он не начнет делать что-то совершенно не правильное с точки зрения приказов, полученных стражей особняка.
   В здание он прошел так же без помех, пока все было легче легкого. В коридоре ему удалось перехватить послушника и допросить его, мальчишка на пару лет старше Ильмарэ, загипнотизированный песней, выложил все, что знал. В особняке было тихо, потому что главные удалились на совещание, по поводу недавно пойманного исчадия зла, где находится исчадие, послушник знал, ему в обязанность входило носить еду его стражам. До подвалов, где в одной из камер держали оборотня, Ильмарэ опять же дошел, не особо напрягаясь, но когда он увидел охрану, то замер и спрятался за поворотом. Следовало догадаться, что "исчадие зла" будут охранять не простые воины, а он так надеялся, что все пройдет легко, быстро и без потерь. Искренне верящие в свою избранность паладины, защищенные не столько благословением, сколько верой своей. Пение тут не поможет, убить их у него не получится, обмануть - они видят ложь. Времени мало, скоро вернуться главные в этом вертепе и тогда, его ждет незабываемая экскурсия в пыточную, где настоящий мастер своего дела займется им вплотную, не оставив без внимания ни сантиметра его кожи.
   Ильмарэ прислонился к стене, оглядывая окружающий мир на нескольких уровнях восприятия, он искал хоть самую малюсенькую лазейку. Неизвестно сколько времени он так простоял, пока не наткнулся взглядом на некую странность, которую прежде не замечал - город под городом. Судя по всему, люди и не подозревают над, чем живут, а ведь там столько душ, разбуженных, ненавистью, болью и отчаянием жертв инквизиции. Не хорошо помогать духам, вредить людям, но люди сами напросились, ведут себя как стадо тупых овец, которых режут, а они только блеют.
   Мальчик поднялся на первый этаж и заперся в кладовке, чертить что-то времени не было, поэтому он просто достал из сумки пару костяных амулетов. Они по отдельности были слабенькими, да и вместе не лучше, так что заметить их даже для святого было бы проблематично, но секрет этих амулетов был в том, что используя кровь их можно было пробудить и тогда...
   Единый амулет начинал звать, и на призыв со всей округи собирались мертвые; через несколько минут амулет замолкал и давал особый импульс, духи, скелеты и зомби очухивались и, следуя приказу амулета, начинали убивать всех вокруг. Именно из-за таких игрушек некромагов и не любили, но не все же некромаги такие!
   Ильмарэ уколол палец и выдавил несколько камель крови на соединенные амулеты и стал ждать. Через пару минут стены особняка содрогнулись от жуткого рева, за которым последовал душераздирающий крик. Мальчик вздрогнул и поежился, подумав. Что людям очень не повезло - костяной дракон и боевая бэнши, на их фоне остальные кошмары просто не заметны. В дверь заколотили, похоже, кто-то почувствовал, откуда ветер дует, Ильмарэ посмотрел на дверь, точнее за нее - на тех, кто пытался ворваться в кладовку; давешние паладины и кто-то щуплый и высокий, наверное, священник, столь же фанатичный как они. За спиной возникла другая дверь, стало быть, в Замке уверены, что он в большой опасности. Тем временем паладины отступили и дверью занялся священник, Ильмарэ услышал обрывок молитвы, подхватил погасший амулет и выскочил в Замок, дверь-портал захлопнулась за мгновение до того как разлетелась в щепы дверь кладовой.
   Ильмарэ разделил амулеты и отложил их на тумбочку, туда же бросил сумку. Выждав пару минут, мальчик открыл портал туда, где довольно долго стоял, размышляя о том, как пройти мимо паладинов. Расчет был верным, охранники ушли наверх отражать нападение нечисти, юный маг вбежал в коридор подземных казематов и стал сходу открывать все двери. Кто сможет бежать убежит, а кто не сможет... его проблемы. Оборотень по закону подлости оказался в самом дальнем конце, плюс ко всему дверь его камеры не поддалась отпирающему заклятью. Мальчик зашипел сквозь зубы и перевел свои старания на петли, которые подчинились не в пример легче и быстрее, чем замок. Теперь нужно выдрать дверь, Ильмарэ запел, сконцентрировавшись на оборотне за дверью (слава темным богам - он в сознании!), не сразу, но оборотень подчинился и доломал дверь, правда при этом закричал и вывалился в коридор уже без сознания. Дверь изнутри была покрыта серебряным напылением, Ильмарэ снова зашипел от злости, но время поджимало. Портал в замок открылся в паре шагов, но для мальчика эти пара шагов, показались огромным расстоянием, оборотень был тяжелым, и тащить его было невыносимо трудно, когда они, наконец, оказались в Замке, Ильмарэ сел там, где стоял. Духи подхватили оборотня и понесли в одну из гостевых комнат, Дух темной целительницы проследовал туда же, попросив мальчика поймать побольше кошек или собак, а то лечение оборотня может затянуться. Мальчик встал, и замок открыл портал в один из миров, где брошенная живность водилась в изобилии, спел, приманивая их, а потом, как дудочник из сказки, провел вереницу собак в замок, где они тут же попали во власть духов. После всего этого Ильмарэ, пошатываясь, добрел до своей спальни и, не раздеваясь, рухнул на кровать. В горле першило, болели виски и руки от плеч до кончиков пальцев. Уснул он не сразу, если бы не колыбельная мамы, он бы, наверное, долго провалялся, бессмысленно пялясь в потолок. Он не почувствовал, как его осторожно раздели и укрыли одеялом.
   Во сне он видел летающие повозки, о которых ему рассказывали некоторые духи Замка, города из стекла и железа, и странное оружие, которое испускает яркие и жаркие лучи света.
  
  
  
   Глава 2 Хель
  
   Солнце - яркое, алое, давящее. Оно было слишком близко, оно угрожало. Мир раздирали стихии: извержения вулканов, цунами, ураганы... Мир сходил с ума, содрогаясь от боли, предчувствуя гибель. И все его обитатели сходили с ума вместе с ним.
  
   В древней столице некогда славного королевства Дариа, очередной проповедник призывал принести жертвоприношение, дабы умилостивить богов и заслужить хорошее посмертие. Алор скривился, скоро рабы закончатся, и люди начнут приносить в жертву своих соседей, друзей, родственников. Воистину, конец света. Алор быстро пересек площадь и скрылся в храме Солая Милостивого, Алор был младшим жрецом Солая, но сейчас в храм его привели отнюдь не религиозные обязательства. Ему нужен был архив храма, а точнее то, на что он наткнулся во время последней уборки. Весь день он выполнял все положенные обязанности, потом спустился в архив и, вытащив заранее отложенный свиток, спрятал его в складках одежды. Вечером он покинул храм и вернулся домой. Дома его ждала его семья. Пять пар глаз уставилось на Алора, они ждали и беспокоились, на столе стояла тарелка с оставленной ему едой.
   - Вещи собрали? - первое, что спросил он после того как поел.
   - Да, брат, - ответил за всех Велерн, старший брат Алора.
   - Хорошо. Уйдем ранним утром.
   - Может быть, останемся?..
   - Нет, мам. Я не хочу стать жертвой Лардусу или чтобы кто-нибудь из вас стал его жертвой. Милосердие сейчас не в почете, всем слишком хочется жить, а люди, которые слишком хотят жить, охотно убивают других. Пройдет неделя, и люди станут приносить в жертву друг друга. В начале - самых слабых, а потом толпа возьмется и за более сильных. Мир сошел с ума и люди вместе с ним.
   Кора посмотрела на детей, на мужа и тихо сказала:
   - Мама, но если хотите, можете оставаться, а мы уйдем.
   - Кора...- Велерн явно хотел пристыдить жену.
   - Что - Кора?! Я хочу, чтобы мои дети жили, а в этом городе не выжить, Алор прав. Нас убьют, рано или поздно, но убьют...
   - Ложитесь спать, завтра трудный день, - перебил ее Алор и, вымыв свою тарелку, ушел к себе. Все сочли разумным последовать его примеру, ведь теперь он был единственным, кто кормил семью.
  
   Утром к ним пришел охотник Эркан с женой и сыном, охотник знал о задумке младшего жреца и согласился быть проводником. Так две семьи покинули город в направлении западных пустошей.
  
   Путешествие было тяжелым для всех, дети Велерна еще в первые дни начали ныть и просить отдыха, но нужно было уйти как можно дальше от города, чтобы успеть преодолеть как можно больше миль прежде, чем их хватятся и пойдут искать. Они путали следы, шли обратно, брели по ручью... Эркан был беспощаден к себе и другим, успокоился он не скоро, только когда полностью убедился в отсутствии погони. Без него им всем - не выжить. Он и его сын - единственные, кто мог добыть хоть что-то съестное в пустошах, и все зависели от них.
   Порой Алор и Эркан подолгу рассматривали старинную карту пытаясь понять, что значит тот или иной значок, иногда удавалось, иногда нет. Какие-то пометки были ориентирами, какие-то обозначали опасность, а какие-то означали неизвестно что. Но такие места они все равно обходили - на всякий случай.
   Возле очередного ориентира - статуи мужчины в свободных ниспадающих одеждах - стоял значок, обведенный алым - опасность. Огромный ворон терзал беспомощного человека. Этот символ им очень не понравился, но ориентир необходимо было посетить, чтобы узнать в какую сторону идти. Карта была излишне разрисованной и расстояния на ней были приблизительными, но у каждой статуи были уточнения, необходимые для дальнейшего пути. Алор знал рунное письмо древних в совершенстве, так что легко читал их, если мог разглядеть - сложнее всего было найти написанное и привести в должный вид для прочтения, а не само чтение.
  
   За несколько недель пути семья Алора сильно изменилась, как внешне, так и внутренне, открылись многие особенности характера, о которых они даже не подозревали. Они стали сильней и более сплоченными. У предыдущего ориентира им встретились жуки переростки, хорошо, что их было немного, а мясо у них оказалось вкусным. Они были рады этому несказанно, ведь в последние дни добыча охотников была скудной. Но ворон терзающий человека... Жаль, что нельзя обойти этот ориентир.
  
   Достигнув места, они никого не встретили и занялись делом, может быть, значок уже устарел, но проверять не хотелось, поэтому Алор все делал быстро. Он не сразу почувствовал, что кто-то дергает его за одежду, раздраженный Алор обернулся и замер - огромный ворон сидел на камне неподалеку и смотрел на них слишком умными для птицы глазами.
   Они спрятали детей за спины и вытащили оружие, но птица каркнула, и прилетело еще около десятка ее сородичей, счет был не в пользу людей. А потом очертание огромного ворона размылись, потекли и вскоре на месте ворона сидел мужчина.
   - Вы идете Тропой Древних, мы пойдем с вами.
   - а если мы откажемся от вашей компании? - спросил Эркан.
   - Скоро будет буря, мы знаем, где ее можно переждать, а вы нет. Мы знаем, какие опасности будут дальше по Тропе, а вы нет. Ваша карта слишком стара, на ней много того, чего уже нет, но вместо прежних опасностей появились новые, мы проводим вас и тоже пройдем через Врата Древних. Мир умирает, и духи предков подсказали нам как спастись.
   - откуда нам знать, что вы не убьете нас? - Велерн боялся за детей, за жену...
   - Вам придется поверить нам на слово. Род Ворона не нарушает данных обещаний.
  
   * * *
   - Я позволил им переждать бурю вместе с моим Родом, а когда буря кончилась, мы встали на тропу. Мой род, следуя моему приказу, заботился о людях, и мы шли к Вратам. Я не буду рассказывать о том, как мы шли, это скучное и долгое повествование, бессмысленное и ненужное...
   Скажу лишь, что через две недели, потеряв четверых моих сородичей, мы добрались до Врат Древних. Врата оказались на дне озера, и мы устроили привал на его берегу. Я и еще несколько старших забрались на скалу, что нависала над водой, мы хотели получше рассмотреть Врата, чтобы попробовать понять, как управлять ими. Но мир в очередной раз содрогнулся в предсмертной агонии и я, не сумев удержать равновесия, рухнул в воду, крылья в воде только мешали и я обернулся человеком. Затем Врата пробудились, и я упал в них. Так я и оказался в том безумном мире, очень похожем на родной мир, только не умирающим. - Хель, вождь клана оборотней-воронов замолчал, рассказывать что-либо еще он не считал уместным, а Ильмарэ думал. Наконец, на его губах появилась улыбка:
   - Знаешь, Духи замка, считают, что ты можешь мне пригодиться, поэтому, я открою врата Замка для твоего народа и тех людей. Мы вдвоем подыщем им подходящий мир из сопредельных этому, и они будут жить в благополучии и достатке. Согласен?
   - Чем мне нужно заплатить за это? - поинтересовался оборотень, настороженно вглядываясь в непроницаемые бирюзовые глаза мальчика.
   - Не только тебе, Хель, но и твоему народу, - улыбнулся мальчик и продолжил: - в том мире, где я вас поселю, а поставлю постоянный проход - одну их башен Замка. Вы будите живыми стражами Замка, будете помогать мне, если потребуется помощь, а я в свою очередь буду заботиться о вас. Людям я дам сходный выбор, но они мне будут нужны для иного. Согласен, вождь Воронов?
   - Согласен, маленький мастер, - Старый ворон усмехнулся, и они скрепили договор кровью.
   Так у замка появились первые стражи из числа живых. Они не могли долго находиться в его сенах, но этого и не требовалось, в последствие, они охраняли постоянные телепорты в Замок и гордились возложенной на них задачей, ведь духи предков теперь жили в замке и замок отныне был почти святилищем для оборотней.
   Люди... Они так же поселились в одном из миров, каждый занялся привычным ремеслом, позже, они очень пригодились Ильмарэ, но пока они просто жили, радуясь голубому небу, зеленой траве и миру, который не умирал.
  
  
  
   Глава 3. Кровь и тьма.
  
   Его мир - вечная тьма, озаряемая алыми линиями потоков крови, голубым сиянием воды и холодом застывшей крови мертвых. Он не видел, не различал кивков и редко замечал поклоны. Духи шептали ему, помогая, он мог смотреть их глазами, но не делал этого. Хрупкий внешне он был носителем силы, которая не каждому снилась. Его голосу повиновалась вода и кровь, люди, услышавшие его пение, умерли бы за него, прикажи он им это.
   Ильмарэ учился у некромагов прошлого, их духи пришли в замок задолго до его появления здесь. В его роду было немало некромагов и истинных вампиров, и только одна сирена (дочь моря) - его мать. Благодаря своей крови он был уникален в своем роде, любимец духов... ему легко удавалось контролировать зомби и костяки. В самом начале обучения он смог поднять костяного дракона, его Дар сулил бы великое будущее, не будь он калекой, зависимым от Замка и населяющих его духов.
   А Замок любил своего маленького "хозяина", точнее его любили обе половины сознания замка - и безумная часть, и та часть, что наделена разумом и логикой. Но если прогулка по замку не была страшна для него, то все иные, например, оборотни подвергались опасности, ибо безумная часть сознания замка любила поиграть и порой забывала, что те, что носят черные браслеты, находятся под защитой Ильмарэ. Ему приходилось бежать, сломя голову, и спасать того, кому не посчастливилось попасться замку и тем, духам которые по каким-то причинам сошли с ума и полностью подчинены той части замка, которая пребывает в хаосе и тьме.
  
   - С этим надо что-то делать. Мы не сможем помогать, маленькому мастеру, и выполнять свой Договор, если будем каждый раз влипать в ловушки, - Хель сидел в кресле и даже не морщился, пока Ильмарэ занимался лечением его руки. Мальчик извлекал из предплечья оборотня осколки черного стекла и поливал рану ярко-желтой жидкостью, которая сильно щипала, но без этой жидкости процесс регенерации не шел. Странное стекло, не давало ранам затягиваться и совершенно не желало выпадать из раны самостоятельно, как положено нормальному стеклу или железу.
   - Я разговаривал со своими наставниками, - Ильмарэ вытащил последний осколок и вылил остатки жидкости на рану, потом поднял, ничего не выражающий, взгляд на оборотня: - Мы провели несколько опытов и узнали, что может помочь решить эту проблему, для этого придется пройтись по мирам и найти необходимый живой материал.
   - Один не пойдешь, - сказал оборотень как можно более веско, рана на плече быстро затягивалась.
   - И не собираюсь, мне нужна помощь с доставкой и размещением материала в замке. Выбери десять лучших воинов, добыча будет весьма прыткой, - застывшая на губах вежливая улыбка, обернулась оскалом, осколки черного стекла на подносе стали пылью. Ильмарэ аккуратно ссыпал пыль в чистую колбу: - пусть ждут возле вашей башни.
   - Да, маленький мастер, - Хель встал, поклонился и, с опаской глянув на колбу с порошком, ушел.
   Ильмарэ закупорил колбу и хмыкнул:
   - Отличное оружие против живых будет, даже против тех, у кого повышенная регенерация, просто добавить кое-какие завершающие элементы и все.
   Ильмарэ отправил колбу в свою лабораторию.
   Хель будет выбирать сильнейших, так что торопиться некуда, потому маленький маг сел с ногами в огромное кресло, в котором недавно сидел оборотень и налил себе вина. Огромный фолиант, повинуясь легкому мановению руки, подлетел к нему и раскрылся, зависнув в воздухе. И Ильмарэ погрузился в чтение.
  
   * * *
   Рынок, как и любое большое сборище - бурлил, люди и нелюди спешили что-то купить, продать, украсть... в общем, как всегда. Ильмарэ морщился от шума и запахов, здесь все было слишком - громко, душно, пряно, резко... Он захлебывался в шквале впечатлений, что обрушился него, как только он оказался на рыночной площади Харосса. Если бы не Хель, мальчик бы давно упал где-нибудь и тихо скулил, моля о тишине. Но оборотень напомнил о том, что они пришли сюда не просто так и мальчик заставил себя двигаться вперед. Хель направлял его движение и Ильмарэ был ему безмерно благодарен за это. Вскоре обычный рынок кончился, и они вышли к складам, в этих складах был другой рынок, здесь торговали рабами.
   - Кто нам нужен? - спросил Хель.
   - Вампиры, для начала хватит пятерых, а потом, если эксперименты подтвердят теорию, закупим больше. Не бери детей или слишком взрослых, лучше всего не младше двадцати пяти лет, но не старше сотни.
   - Хорошо, маленький мастер.
   - Если замечу что-нибудь интересное, предупрежу, будь внимателен, Хель, - разговор проходил на грани их слышимости во избежание излишне чутких чужих ушей.
   - Да, маленький мастер.
   Они зашли в огромный сарай, Ильмарэ тут же засеменил позади Хеля, изображая полную покорность судьбе и любовь к хозяину. Высокий, представительный Хель, с сединой в волосах и богато одетый, выглядел как очень состоятельный покупатель, кошель на его поясе был полон, а телохранителей - аж десять. Ильмарэ шел, опустив глаза, и старался прощупать все вокруг своим лишенным света зрением.
   Хель усиленно торговался с одним из работорговцев, у которого нашлась парочка вампиров. Ильмарэ не следил за их торгом, он заметил женщину с двумя детьми, их собирались продавать по отдельности совершенно разным людям. Его бы это совершенно не заинтересовало, если бы не наличие у ее детей способностей к магии Тьмы.
   - Купи их, - губы едва шевельнулись, но Хель услышал, так к запланированным вампирам присоединилась семья погибшего темного мага.
  
   Разместив покупки в замке, Ильмарэ долго плескался в бассейне, спал, ел и ничего не делал, наслаждаясь тишиной. Затем, отдохнувший, он занялся исследованиями и целыми днями и ночами пропадал в лаборатории.
   Оборотни ухаживали за первыми узниками замка. Впрочем, их забота была не долгой, через пару недель умер последний из купленных вампиров. Ильмарэ не считал их смерть напрасной, он создал то, благодаря чему получится поддерживать замок в стабильном состоянии. Для этого он использовал растущие в глубинах океанов кристальные цветы, сердцевина которых - большие полупрозрачные кристаллы разных оттенков. Эти кристаллы могли излучать свет и исцелять. Они стоили баснословно дорого из-за того что их почти невозможно добыть, но Ильмарэ, будучи наполовину сиреном, спокойно доставал их со дна и использовал во многих экспериментах.
   Он выяснил, что кровь вампира в сочетании с особой смесью из трав при соприкосновении с кристаллом цветка, заставляет его светиться и вызывает умиротворение Замка, и духов его населяющих. Ильмарэ даже придумал особые крепления для кристаллов, чтобы можно было использовать их в качестве светильников и стабилизаторов Замка. Одной чайной ложки достаточно для того, чтобы кристалл сутки сиял, не требуя "подзарядки", потом следовало добавить еще смеси и т.д. А учитывая, что кристаллы обладают так же сильными лечебными свойствами...
   В общем, нужны были еще вампиры и желательно на более долгий срок, чем те пятеро, то не вынесли проводимых мальчиком экспериментов.
   Так один из подземных уровней замка превратился в будущую тюрьму для вампиров.
   - Их придется кормить, и не только обычной едой, но и кровью, - напомнил Хель, когда они вдвоем с Ильмарэ проверяли двери будущих узилищ.
   - Договорись, с каким-нибудь правителем из соседнего мирка, пусть за приемлемую плату, отдает нам преступников, осужденных на пожизненное заточение или казнь. Когда заберете их, проверь каждого сферой Истины, я не хочу наказывать невиновного. Условия у них будут такие же, как и у вампиров. И объясните им, что отсюда нельзя сбежать, лучше всего наглядно.
   - Ты жесток, маленький мастер.
   - Не более чем любой правитель, заботящийся о благополучии своего государства, - пожал плечами мальчик.
   - Государства?..
   - Да, Замок огромен, здесь сможет жить много разных существ. И они будут жить здесь... - голос ребенка звучал торжественно и спокойно. Он был уверен в своих словах, словно знал, что так будет: - Для начала я предложу вампирам, которых вы приобретете, жить здесь свободно, не в этих клетках. Согласятся - разделят с вами права и обязанности, не согласятся - камеры готовы.
   - Да будет так, маленький мастер, - Хель прижал руку к сердцу и удалился.
   А Ильмарэ стоял и размышлял о том, кого примут эти стены. Кто сможет жить здесь, не боясь теней, крови и тьмы?
   Призраки сотен убитых наблюдали за ним и ждали его решений. Он чувствовал их взгляды и в ответ всматривался во мрак, который его окружал. Одинокий мальчик, забывший нечто важное и не желающий об этом вспоминать.
  
  
  
   Осколок 1. Сокровища и не только.
  
   Созерцаю гору золота и прочие ценности и пытаюсь рассчитать на сколько этого хватит, и скольких можно прокормить за эти сокровища, но почти сразу становится ясно, что занятие это не благодарное и обреченное на провал.
   Пришлось приказать разобрать эту гору на составляющие. Отдельно - драгоценные камни, отдельно- украшения, отдельно - золото... И все по сундукам, чтоб глаза не мозолили. Или нет... Лучше все кроме золота - распределить по сундукам, желтый метал пусть так и лежит кучкой. Буду брать понемногу, установлю тут весы и...
   Нет, ну что я мучаюсь? Сам же решил населить замок более живыми обитателями. Оборотни теперь добираются до меня целыми и невредимыми, правда нужно будет что-то придумать по поводу лестниц, но это пока не критично. В замке даже санузел есть - как я радовался тогда тому, что он, наконец-то, уступил моим требованиям и оснастил все так же, как в одном из технологических миров!
   Ладно, не отвлекаемся. Нам нужно сократить расходы... Нет, не это. Расходы не главное... Мне нужно другое. Так сложно разобраться со своими желаниями, когда вроде бы все и так есть!
   Возвращаюсь в свой кабинет, достаю бумаги, оставшиеся от прежних хозяев, кстати, кем они были - замок не говорит, считает, что я еще маленький и не должен. Это видеть.... Гм, ну ладно, главное, что он не прячет от меня книги и карты. Так, что тут у нас?.. не то, не то... Картина какая-то - совсем не то. А под картиной... ага, вот оно! Карта окрестных земель, устарела, конечно, но это исправимо:
   - Хель!
   - Да, маленький мастер, - мой оборотень кланяется и замирает, удивительное существо, как и весь его народ.
   - Я хочу, чтобы вы разведали все в этих пределах - указываю на карту: - здесь алым отмечена граница земель некогда принадлежавших предыдущему владельцу замка. Разузнайте все, составьте новую карту и возвращайтесь. Сделайте это как можно более скрыто.
   - Да, маленький мастер, - Хель забирает карты и исчезает. На самом деле он двигается столь быстро, что для меня это кажется исчезновением. Сажусь в кресло и плачу. Да, плачу кровавыми слезами, без всхлипов, почти беззвучно, только зубы скрипят. Тьма, как же больно! Аж выть охота.
   Но я сам виноват, сам хотел видеть хотя бы не долго, но ВИДЕТЬ, пришло время заплатить за эти несколько часов "прозрения". Никто из живых, даже Хель не знает о том, что иногда я вижу. Раньше мне нравилось, радовался самой возможности ненадолго вынырнуть из тьмы прочерченной алыми и синими всполохами... но чем дальше, тем больней. Интересно, а я смогу видеть, если оплачу операцию в каком-нибудь из техногенных миров давно открывших для себе космос и иные миры, где в порядке вещей общаться со всякими гуманоидными расами? Может быть, стоит попробовать?
   Я даже приподнялся в кресле...
   Алая вспышка и тьма.
   Судя по ощущениям, я уснул в кресле. Ну, надо же! Трогаю лицо, оно кажется стянутым,... Похоже, мне было так больно, что я отключился. Плохо. Хорошо, что Хель еще не вернулся с докладом, если он увидит кровь.... Надо умыться.
  
   Хель явился через час после моего пробуждения.
   - Все сделано, маленький мастер. Вот та карта, которую ты дал, - он осторожно вложил мне в руки свернутую карту: - А вот та. Которую создали мы.
   Вторая карта разворачивается на столе. Но я сейчас не вижу, что там изображено.
   - Что скажешь в целом?
   - В целом - замок ощутимо вырос с прежних времен. Теперь это скорее маленький город, а не замок. Окрестные земли частью заброшены, частью заселены, но местное население вынуждено подчиняться разбойникам. Главарь этих разбойников называет себя бароном этих и прилегающих земель.
   - Почему он разбойник? - у оборотней немного другая логика и они вполне могу посчитать разбойником настоящего барона.
   - Потому что владыка заботиться о своих подданных. А он их только обирает.
   - Понятно... Узнайте, какие еще за земли он называет своими, сколько у него людей и насколько они боеспособны. Составьте карту тех земель и рассчитайте, сколько понадобиться воинов, чтобы взять то, что он считает своим под нашу руку.
   - Сделаю, маленький мастер.
   Он ушел, а я тихо бешусь, меня ужасно раздражает его вечное "маленький мастер", но он ужасно упрямый, этот Ворон, который только кажется не молодым.
  
   Через два дня на стол ложится еще одна карта и Хель начинает зачитывать список необходимого.
   Я прилежно слушаю и жду.
   - ...остальное у нас есть и так.
   - Ясно. Что необходимей всего? - ну же не разочаруй меня Ворон.
   - Воины. Нас слишком мало, чтобы держать такую территорию под крылом. Завоевать сможем, но удержать - нет.
   - Правильная мысль, Хель. Нам нужны воины. И тебе придется заняться поиском нужных воинов. Замок откроет тебе двери в иные миры того же уровня что и этот, откроет туда, где кому-то может потребоваться помощь Воронов. Условием помощи будет клятва верности мне, Клятва на Крови. Так что выбирай тщательней, что бы не отказались.
   - Я найду воинов, маленький мастер.
  
   Через два месяца земли барона-разбойника стали моими. Мои воины казнили его здесь, в Замке. Он скулил от ужаса, когда его подвели ко мне. Его страх был отвратительно навязчивым, с мерзким запахом немытого тела и фекалий. Мне было неприятно, но я не мог завладеть этими землями, не посмотрев на того, кто владел ими прежде. Не соприкоснувшись с тем, с чем столкнулись те, кто сражался, повинуясь мои приказам.
   Хель привел хороших людей и оборотней. Они мне понравились, они знали, кому обязаны своим спасением, а некоторые и спасением своих семей. Эти воины поселятся на этих землях вместе со своими близкими, они будут охранять эти земли. Впрочем, оборотней я оставлю при себе. Мне нужна их сила в иных мирах, в замке, а не за пределами стен.
  
   Небо над замком было голубым, а не красным. Как все привыкли видеть его. Голубое небо служило своеобразным доказательством того, что замок не опасен для местных жителей, чтобы они не боялись привозить сюда назначенный налог и поверили, что замок отныне не столь уж и проклят.
   И плевать, что для оборотней оно оставалось алым, ведь им не нужны иллюзии.
   - Как разместились кланы, Хель?
   - Приемлемо, но в дальнейшем будет лучше дать каждому клану свою задачу или свою башню для охраны.
   - Хорошо, я подумаю над этим.
  
  
  
   Глава 4. Второй шаг.
  
   Ильмарэ откупорил бутыль и наполнил бокал черным настоем. Так получилось, что эта черная смесь нужна не только для стабилизаторов и для него, ведь самый главный стабилизатор здесь он сам. К тому же вампирская кровь предков дает о себе знать, и кровь иногда просто необходима, но не в чистом виде. Ильмарэ сделал первый глоток и прислушался к ощущениям, нёбо считало, что вкус у смеси недурственный. Мальчик хмыкнул, и стал медленно смаковать напиток, размышляя о том, что произошло, когда привели вампиров. Он честно предложил им выбор, но эти гордецы не оценили его великодушия и предпочли шипеть и громко отказываться от его предложения, снобы... Маленький маг ухмыльнулся, что ж пусть пожинают плоды своей гордыни, почувствуют себя кормом для других, не только же людям знать это чувство.
   Ильмарэ вспомнил, как один из вампиров умудрился вырваться, когда его заводили в камеру и как его схватил Хель и грянул об пол. Они двигались столь быстро, что Ильмарэ не сразу понял, что случилось. Мальчик поймал себя на мысли, что тоже хочет быть быстрым и ловким, а еще сильным, не как маг, а как вампир или оборотень. Сделав себе мысленно пометку о том, что не помешало бы попросить Хеля потренировать его, мальчик подумал о людях. С этими особых проблем не было, хотя, он подозревал, что камеры с ними придется вскоре полнить, люди менее стойки психологически и быстро сходят с ума, учитывая, что на их камерах нет защиты от явления призраков... М-да, ну ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. А проблема защиты разума преступников от безумия, не так уж и важна, они всего лишь живой материал, не более того. Ильмарэ допил смесь и убрал бутыль в бар.
   Мальчик считал, что замок почти готов к приему живых обитателей, даже повара-призраки приучились при его появлении принимать материальный вид, стабилизаторы почти везде работали, как положено, оборотни больше не приходили к нему израненными...
   Осталось решить, что делать с многочисленными лестницами, на которые стабилизация почему-то не действовала. Ильмарэ не знал, как сделать их более безопасными для живых. Не зная, как подобраться к решению (а он был уверен, что решение есть, просто он его пока не видит), мальчик решил отложить это ненадолго и пройтись по какому-нибудь миру и проветриться. Возможно, по возвращении ему откроется то, что он все это время упускал из виду.
   - Хель, - позвал он.
   Оборотень явился незамедлительно:
   - Я здесь, маленький мастер.
   - Мне нужно пройтись, будешь моим сопровождающим?
   - С удовольствием, - поклонился оборотень.
  
   Они двигались из мира в мир, через распахивающиеся перед ними двери. В одном из миров Ильмарэ внезапно остановился и, возникшая было перед ним, дверь захлопнулась. Он понюхал воздух и оскалился:
   - Хель, не хочешь увидеть одно занимательное представление?
   - Возможно, - насторожился оборотень, пытаясь понять, что привлекло внимание мальчика.
   - Я хочу показать тебе человеческую глупость и неблагодарность. Это зрелище мне всегда кажется забавным, хотя бы потому, что люди всегда забывают подумать о последствиях своих действий, - мальчик нюхал воздух и скалился небесам. Клыки вампира не желали исчезать, в воздухе витал аромат пролитой крови...
   - Отнеси меня туда, - указательный палец был направлен на одно из самых высоких зданий города.
   Хель послушно подхватил почти невесомого мальчика и взлетел, Ильмарэ скрыл себя и оборотня покровом незаметности и они спокойно долетели до городской ратуши.
   Площадь перед ратушей была заполнена народом, люди чего-то ждали. В центре стоял помост и столб, уже обложенный хворостом, осталась только небольшая дорожка, чтобы можно было пройти до столба и привязать жертву.
   - Я чувствую легкий аромат сгоревших за живо существ, - прошептал мальчик, сидя рядом с одной из каменных горгулий: - Здесь любят сжигать людей, Хель. Причем сразу же после суда, обращенного в фарс... представление для одного зрителя, апофеозом которого будет пламя и мучительная смерть.
   - Ты ненавидишь людей?
   - Нет, люди как таковые мне безразличны, некоторые из них могут быть интересны, к некоторым могу привязаться или испытывать симпатию, даже возненавидеть. Но я не переношу толпу людей, овец, которые кровожадней волков; толпа похожа на стаю шакалов, почуют слабину и кинется скопом, растерзает.... О, смотри, они зашевелились, значит, скоро выведут. - В голосе Ильмаре явственно прозвучали азарт и предвкушение.
   Хель посмотрел вниз, действительно люди внизу расступились, освобождая дорогу для стражников, но расступились как-то лениво, нехотя; не будь у стражей оружия, люди на площади не расступились бы вовсе. Стражи вели девушку, точнее почти волокли ее к помосту. Хель поморщился, он никогда не мог понять человеческой жестокости, пытать просто ради того чтобы пытать, ради извращенного удовольствия видеть мучения живого существа...
   Полетели первые камни, девушка даже не вздрогнула, когда один из них ударил ее в плечо, похоже, что ей уже было все равно.
   - Целительница, - вздохнул Ильмарэ, глядя незрячими бирюзовыми глазами на безбрежно голубое небо.
   - Она целительница?! Но почему тогда?.. - Хель скрипнул зубами, целители были большой редкостью в его родном мире, их почитали и берегли.
   - Наверное, верила в человеческую благодарность. Она темная целительница, молодая еще, не опытная... была. Теперь уже учёная, но поздно, - Ильмарэ полулежал, прислонившись к горгулье. В небе ярко светило солнце, а внизу бесновалась толпа; люди выкрикивали проклятия и поносили ведьму, священник читал какую-то молитву, а небо было безмятежно голубым.
   Осужденную привязали к столбу, добавили хвороста и подожгли.
   - Как тебе представление, Хель?
   - Мерзость.
   - Я тоже так думаю...
   Девушка подняла голову, разбитые губы беззвучно зашевелились, по щекам текли слезы.
   - О, так она еще не сломалась? Надо же! - Ильмарэ сел и весь словно подобрался. Хель замер, боясь пошевелиться и нарушить концентрацию мальчика. Огонь вспыхнул ярче, а потом сильно задымил.
   Ильмарэ улыбнулся и стал, опираясь на горгулью:
   - У меня в замке появился еще один гость, Хель. Когда вернемся, распорядись, что бы ей принесли поесть и отвели помыться.
   - Мы вернемся не сейчас?
   - Времени еще много, до того как она очнется, пройдет как минимум двенадцать часов. Кристалл возле кровати залечит ее раны, но она будет слаба и совершенно беспомощна, приставишь к ней двух нянек, из самых терпеливых дев твоего клана.
   - Хорошо, маленький мастер.
   - Идем дальше, а то еще обнаружат ненароком.
  
   Снова двери и перемещение между ними. Ильмарэ шел, насвистывая себе под нос навязчивый мотивчик из техногенного мирка, настроение было хорошим, мысли легкими и яркими. Неожиданно мальчик вспомнил, что прежде очень любил рисовать, конечно, в то время он еще видел, но разве обязательно видеть, чтобы рисовать? Он повернул в мир, где, по словам духа-привратника, торговали всем на свете.
   Место, которое было раем для художника, Хель нашел для него довольно быстро.
   Ильмарэ ласково провел по шершавой поверхности холста, принюхался к запаху красок, повертел в руках кисти и только затем обратился к продавцу. Они долго обсуждали то, что ему необходимо, потом торговались (Ильмарэ получил массу положительных впечатлений), затем нагрузив Хеля покупками, мальчик пошел дальше, уходить из этого занятного мирка он не хотел. Но его подгоняло вперед некое предчувствие, которое заставляло его двигаться в определенном направлении, навстречу... Судьбе?
   Ильмарэ прошел через очередную дверь и остановился на площадке рядом с воздушной магистралью, мимо на огромной скорости проносились странные повозки, Хель застыл неподалеку, с опаской оглядываясь по сторонам. Мальчик знал, что эти повозки зовутся машинами (или как-то похоже), у отца даже была такая, он называл ее игрушкой... Воспоминания об отце потянули за собой другие, и если бы не резкий, свистящий, звук ему удалось бы вспомнить лица родителей и еще что-то неимоверно важное, но миг был упущен, Ильмарэ шарахнулся в сторону и услышал взрыв. Волны воздуха и огня не было, площадка была защищена от таких вещей.
   - Там ребенок! - воскликнул Хель, он видел как странная летучая повозка, дымящаяся с одного бока, налетела на невидимую преграду окружавшую площадку и взорвалась. За несколько секунд до этого из повозки выбросило ребенка, который стал медленно падать, куда медленней, чем положено. У него были все шансы нормально приземлиться, если бы не взрывная волна, которая непременно задела бы его и припечатала к защите площадки.
   Ильмарэ уловил биение жизни за куполом и открыл портал прямо на пути мальчика, но огонь успел раньше, совсем немного раньше. Он успел самым краем задеть ребенка, он закричал от боли и провалился в портал. Дверь захлопнулась.
   - Возвращаемся, - Ильмарэ почувствовал в ребенке Силу, которая, при должном обучении, могла поднять его на недостижимую высоту. Маленький маг хотел удостовериться в том, что чутье не обмануло его, хотел понять, как какому-то малышу могла достаться такая мощь? тем более жителю мира, где давно забыли о магии.
   Судьба?!..
  
  
  
   Глава 5. Приобретения
  
   Он чувствовал девственную чистоту холста и улыбался. Его состояние походило на экстаз и глубокую медитацию - одновременно. Сейчас он был богом.
   Первый мазок неуверенный, даже неловкий; рука дрогнула... Следующий - более точный и правильный. Он видел то, что хотел изобразить и стремился передать видимое на холст. Медленно и скрупулезно кисть выводит лесенку из угла в угол, разделяя холст на две равные половины. Следующие два часа - верхняя половина постепенно обретает форму и цвет. Так возникла комната освещенная белым светом кристаллов и арка прохода в коридор. Стены оказались неровными, немного в наклонку, но Он и не стремился (да и не мог) точно передать пропорции, ему важен был Дух будущей картины. Это была далеко не первая попытка, все предыдущие разы заканчивались провалом, но эта картина... в этот раз все получится. И вот верх завершен. Он отложил кисти и палитру, и оставил будущую картину. Вдохновение на сегодня иссякло. Кисти убраны, краски закрыты, полотно скрыто покровом, и Он удаляется в ванную. Через полчаса, вместо юного художника из ванной выходит Ильмарэ собственной персоной.
   Полусирен садиться с ногами в мягкое кресло и наливает себе полный бокал настоя. Привычно смакуя первый глоток, он поворачивает голову в сторону того, кто все это время сидел в соседнем кресле:
   - Ты все еще здесь?.. Ложись спать, уже полночь.
   Шестилетний малыш упрямо мотает головой:
   - Не уйду.
   - Боишься Духов? - бирюзовые глаза смотрят сквозь ребенка.
   - Нет, - бурчит малыш.
   - Тогда почему не ложишься?
   - Ты обещал.
   - Обещал... Гм, и что же я обещал... - Ильмарэ хмурится, делая вид, что пытается вспомнить. На самом деле он знал, чего ждал все это время маленький человечек: - Кот у тебя теперь есть, игрушки тоже...
   - Имя! - восклицает мальчик, не выдержав такого издевательства: - ты обещал придумать имя!
   Он еще больше насупился и сжал кулачки, ему было обидно до слез, ведь он так ждал, надеялся, что сегодня ему дадут имя.
   - Ах, имя... Да, кажется, припоминаю, - Ильмарэ улыбается, чувствуя, что задел ребенка еще больше. Потом делает еще один нарочито медленный глоток и продолжает: - Я нашел для тебя имя, малыш. Хочешь его услышать?
   - Хочу! - малыш подбегает к нему и замирает рядом, затаив дыхание.
   Ильмарэ проводит рукой по его волосам и шепчет:
   - Отныне тебя зовут - Мордред.
   Малыш закрывает глаза и повторяет:
   - М-о-р-д-р-е-д. Мордред!
   - Правильно. - Ильмарэ кивает и убирает выбившуюся прядку за маленькое ушко, поворачивает ребенка в сторону выхода: - А теперь иди спать.
   - А как же сказка? - удивляется Мордред.
   Ильмарэ устало вздыхает, быстро осушает бокал и ставит на стол.
   - И какую сказку ты хотел бы услышать?
   - О море, - говорит Мордред и Ильмарэ садиться нормально, освобождая место рядом с собой.
   - Хорошо, садись и слушай... Давным-давно в одном далеком мире на берегу Жемчужного моря был город...
   Голос полусирена завораживал, и Мордред как вживую видит и город, и море, и морской народ. Вскоре он уснул, убаюканный мягкими, певучими словами неспешного повествования.
   Дверь беззвучно приоткрылась, и в комнату темным дымом скользнул черный кот с яркими янтарными глазами, на ошейнике кота висел крохотный кристалл-стабилизатор.
   - Здравствуй, Янтарь, - прошептал полусирен и погладил, окончательно материализовавшегося, кота.
   - М-рррр, - кот садиться ему на колени и ластится.
   - Береги его сон, береги его покой, - шепчет полусирен, поглаживая и почесывая мурлыкающего кота.
   - Хель, - почти не слышно, выдохнул Ильмарэ.
   Оборотень возникает возле него мгновенно.
   - Отнеси малыша в его комнату.
   Оборотень осторожно поднимает ребенка и бесшумно удаляется. Мордред все так же мирно спит.
   Кот спрыгивает с колен и идет вслед за оборотнем. Ильмарэ остается один и вскоре ложиться спать.
  
   * * *
   Появление Мордреда, заставило Ильмарэ придумать себе распорядок дня. По началу, малыш отнимал у него львиную долю времени, порядком раздражал, и несколько раз выводил из себя. Но через три месяца Ильмарэ поймал себя на мысли, что ему нравится ухаживать за ребенком, отвечать на его вопросы, объяснять всякие разности, играть с ним, рассказывать сказки и многое другое. С появлением распорядка жить стало чуточку легче. Со временем Ильмарэ полностью втянулся и совершенно спокойно воспринимал произошедшие изменения.
   Темная целительница, которую он спас, тоже прижилась в замке и хлопот доставляла не в пример меньше малыша. Эта восемнадцатилетняя особа, с огромным энтузиазмом занялась сбором трав (она не брезговала работать с разного рода зельями и кристаллы приняла на ура), а потом стала ходить с оборотнями на всевозможные вылазки с целью добыть очередную, необходимую для экспериментов Ильмарэ, вещь. Оборотни даже взялись учить ее драться, чтоб не была обузой во время этих далеко не увеселительных прогулок. Как ее звали прежде, она говорить отказывалась, видимо ее собственное имя вызывало болезненные воспоминания, потому Вороны дали ей имя - Кера. Она приняла его и ни на какое другое не отзывалась. Ильмарэ называла Мастером и баловала Мордреда всякими вкусностями. Светловолосая, темноглазая, невысокая... "Характер - чистая сталь" - восхищенно говорил Хель, глядя на потерявшую сознание целительницу, которая в очередной раз не пожелала сдаваться и до последнего продолжала учебный поединок. Ильмарэ слушал его, чувствовал его восхищение и улыбался, в мыслях, искренне желая ему счастья.
   Мордрэд не помнил ничего о том, что с ним было до того как он проснулся в замке, и по началу не разговаривал, но Ильмарэ был терпелив и смог подобрать ключ к сердцу малыша. Он искренне привязался к этому ребенку и убил бы любого, кто посмел бы его обидеть.
  
   * * *
   Кисть скользит по второй, пока еще пустой, половине будущей картины. Здесь использованы более темные краски, комната очень похожа, только в коридоре горит не кристалл как на другой половине, а призрачный факел, да на полу нет ковра. Ломкие линии стен и пола, неуверенные мазки темно синего по углам и всё. Работа закончена.
   Ильмарэ убирает все принадлежности для живописи и уходит в ванну. Каждый раз после того, как заканчивает он идет мыться, потому что всегда умудряется сильно вспотеть (словно не кисть держал, а бегал с грузом) и измазаться краской по самые уши. Чистый, переодевшийся в домашнюю одежду, он закрывает картину. После - очередь Мордреда, который ждет его в своей комнате и гладит ласкового черного кота, сопровождающего его почти повсюду. Очередная сказка рассказана, и мальчик засыпает, кот тихо мурлычет, прислонившись спиной к его животу.
   Ильмарэ нравится такое завершение дня, нравится придумывать все новые и новые сказки, чтобы рассказать их перед сном маленькому внимательному слушателю. Мир рядом с ним так прост и понятен...
   Утром полусирен погружается в дела и изыскания. И так день за днем.
  
   Он решил проблему лестниц, зачаровав первую получившуюся картину, он сделал ее телепортом на разные этажи замка, подземные и наземные. Оборотни притащили из нескольких миров около десятка художников, которые поэтому же принципу изобразили разные куски замка, картин пришлось рисовать много, ибо лестниц в замке было немерено. Готовые картины зачаровывались почти сразу же и их вешали там, где им надлежало быть согласно изображению. Когда работа была закончена, всем художникам щедро заплатили, вернули домой и слегка подчистили память.
   Ильмарэ был доволен, продукты в замок поставляются вовремя, он взял под руку окрестные земли, бывшие прежде почти ничейными (грабили их все кому не лень), теперь под защитой оборотней эти земли процветали. Повара в замке одни из самых лучших, да и остальные Духи (подавляющее большинство) сильны в своем прижизненном ремесле. Преступников доставляют в замок вовремя, ингредиентов для зелий тоже всегда в достатке...
  
   Может продолжить начатое?- подумал полусирен, глядя на Мордреда, который что-то рисовал, высунув язык от усердия.
   Их много таких, сгорающих на кострах, умирающих от голода, забиваемых до смерти камнями только потому, что Они другие. Отличаются от остальных цветом Дара или каким-то особенным талантом, который пугает, вызывает зависть, злобу, глухую тоску.
   Мордред дорисовал и, подхватив лист, подбежал к нему:
   - Смотри, смотри, Мастер! Я нарисовал тебя, меня и котика.
   Ильмарэ старательно делал вид, что смотрит на каракули, позже Хель обязательно объяснит, что на них изображено:
   - Красиво, только подпиши каждого, чтобы всем было, наверняка, ясно кто есть кто.
   - Хорошо! - мальчик подхватил лист и умчался обратно к столу.
   Ильмарэ поднялся с кресла и распахнул ставни, на верхних этажах замка окна были большими с удобными подоконниками, разве что не застекленные. Он почувствовал тепло солнца и принял решение.
   Замок откликнулся согласием на его мысли. Призрачная женщина и дух темного мага переглянулись и кивнули друг другу.
  
  
  
   Осколок 2. Сирена.
  
   - Доброй ночи, человеческое Дитя. Ильмарэ попросил меня рассказать тебе что-нибудь перед сном. Что бы ты хотел услышать?
   - Историю. Вы сирена? - мальчик завернулся в одеяло, как в кокон, а черный кот пристроился у его живота поверх одеяла и тихо заурчал, неотрывно взирая одним глазом на, сидящую на краешке, сирену.
   - Да, Дитя.
   - А Мастер тоже? Вы очень похожи.
   - Не совсем. Он только наполовину сирен.
   - Чем сирены отличаются от людей? - мальчик смотрел внимательно и совершенно не выглядел сонным.
   - Всем и ни чем, - улыбнулась сирена в ее голосе слышались завораживающие нотки: - Хочешь узнать о нас побольше?
   - Хочу.
   - Даже если история может оказаться страшной? - спросила сирена, лукаво щурясь.
   - Даже если страшная, все равно интересно. - ответил ребенок.
   - Ну, тогда слушай...
  
   Несколько тысячелетий назад, никто не знает точную цифру, жил один юноша, он был Бардом и все его Песни становились истиной. Его голос завораживал, заставлял трепетать тела и души, но этот Бард не смотря на свой талант был очень непростым существом. Говорят, что верхнюю половину его лица скрывала маска, красивая покрытая рунами и узорами серебряная маска. Он никогда не снимал ее ни перед кем, а на все вопросы отвечал, что не сможет снять эту маску даже, если ему прикажет сам король. Бард говорил, что эта маска - залог той, которой он отдал свое сердце. Легенды донесли до нас, что волосы Барда были белы, как снег, глаза синими, как море; носил он черные одежды, а гитару его украшал узор лепестков темного огня.
   Этот бард никогда не пел разгульных и глупых песен, его голос был бархатом вечера и ночи, а не чистым перезвоном ручья в свете солнца. Его называли - Бард Сумерек, ибо порой слишком печальны были его напевы.
   Он бродил по городам и весям много лет и не менялся не появлялось у него морщин, не дрожал голос. Все так же высок и гибок, силен и быстр был Сумеречный Бард. Кто-то считал, что он - полуэльф и потому столь долго сохраняет свою молодость, иные верили, что всему виной его певческий дар, а третьи говорили, что дело в маске, которую он носит. Порой у Барда пытались украсть его маску, но тех, кто пытался сделать это находили мертвыми. И однажды некто, жаждущий узнать тайну барда, велел украсть маску. Воры пришли ночью, Бард спал, уставший после долгого перехода и вечерних песен. Воры увидели, что даже ночью он не снимает своей маски, один из них приблизился, медленно снял ее и маска выпала из его рук. Вор замер в ужасе, глядя на глаза полные морской синевы, которые смотрели ему прямо в душу.
   - Здравствуй, гость, - прошептал бард и в улыбке его мелькнули клыки.
   Другие воры попытались скрыться, но Бард пропел всего одно слово и люди застыли, не в силах двинуться с места хотя бы на волосок. Поднявшись с потели, он обошел воров и сказал им:
   - Вы очень поздние гости, жаль, но мне нечем вас кормить, потому вы станете ужином сами.
   Бард вынул нож и занялся одним из воров, а тот даже кричать не мог (да и остальные тоже). Разделав тело, бард занялся поеданием печени, убитого вора. После трапезы он посмотрел на двух оставшихся воров и предложил:
   - Съешьте остальное и приберите комнату, тогда я отпущу вас живыми. Если не хотите есть его, дорогие гости, то кто-нибудь из вас станет моим завтраком.
   Неизвестно, что выбрали оставшиеся в живых воры, но утром бард спустился вниз и спокойно ушел, маска все так же скрывала верхнюю половину его лица.
  
   Этим Бардом был мой родич, он искал свою возлюбленную, она была из народа светлых эльфов. Маску она сама зачаровала для него, чтобы он смог контролировать свой голод, если ему понадобиться странствовать по суше среди людей. Снявший маску, становился жертвой его голода. Мы сирены, далеко не так хороши, как о нас можно подумать. Наши завораживающие голоса нужны нам для того, чтобы приманивать глупых двуногих смертных, мясом которых мы любим полакомиться, когда появляется такая возможность. Потому мы сильны, быстры и у нас есть клыки и зубы становятся острей, чтобы выдрать кусок вожделенного мяса...
  
   - Ты дрожишь, Дитя. Неужели мой рассказ столь сильно напугал тебя?
   - Нет, просто, я хотел бы быть сиреном. Это так здорово! - мальчик не казался испуганным, наоборот - мечтательно улыбался.
   - Здорово?! Надо же... Удивительное человеческой Дитя, теперь я понимаю, почему Он столь заинтересован в тебе... Если хочешь, то завтра, я начну учить тебя плавать и подарю власть над водой, научу своим песням. Тогда ты сможешь, используя свой Дар, влиять на людей. Сиреном, конечно, не станешь, но близко. Хочешь научиться?
   - Конечно хочу!
   - Хорошо, а теперь засыпай, иначе утром ты встанешь слишком поздно и не успеешь поплавать перед уроками Замка.
   - Спокойной ночи, тетя Сиэль.
   - Спокойной ночи, Дитя. Путь кошмары обойдут стороной твои сны.
  
   * * *
   Сирена ушла к себе в подземное озеро. Там в тишине она вспомнила тот день, когда оказалась в Замке. Сиэль всего лишь заплыла туда, куда прежде заплывать не решалась, помня о запрете предков, но ей так хотелось найти хоть кого-то из представителей своего народа. Она не хотела верить, что все мертвы, надеялась на то, что хоть кто-нибудь смог выжить и как она ищет себе подобных. Но ожиданиям не суждено было оправдаться, вместо родичей она встретила людей - охотников на сирен, они поплыли за ней, они были быстры. Благодаря своим приспособлениям и ей не суждено было скрыться от них, но внезапно впереди возникла арка и она, не задумываясь, заплыла в нее. Преследователи исчезли, а Сиэль оказалась здесь в этом озере, где и встретились с Ильмарэ. Он был так похож на ее маленького братишку, который умер от той проклятой, насланной людьми болезни, что она не удержалась и спела ему, а потом попросила разрешения ухаживать за ним и заботиться о нем. Мальчик рассмеялся, а потом взял и разрешил. Теперь она делала все, что бы помочь ему в делах, во всех его начинаниях. А еще ей безмерно нравилось ухаживать за его волосами. Она спокойно отдавала ему свою кровь, когда он просил об этом и ухаживала за водной оранжереей, которой и было это подземное озеро.
   Иной жизни Сиэль уже не смыслила для себя, словно этот мальчишка смог приворожить ее без всяких песен, о прошлом почти не вспоминала, а других сирен видеть не очень-то и хотела, Ильмарэ - важней всего этого. И петь с ним одно удовольствие.
  
  
  
   Глава 6. Подготовка.
  
   Безмерно счастливый Мордред, отпраздновавший свое семилетие, уснул и давно видел десятый по счету сон.
   Часы в кабинете пробили три часа ночи, Ильмарэ передернул плечами и подпер подбородок ладонью. Перед ним лежал список занятий, который он, в кой-то веки, написал. Ильмарэ чувствовал усталость, но не тела - души. Последнее время ему все чаще приходилось использовать настой на крови сирен, что не способствовало поднятию настроения. Хотелось бросить все и просто порисовать, или полепить, или побить посуду. В дверь тихо постучали.
   - Да, войдите.
   Кера внесла поднос с укрепляющим настоем и поставила перед ним бокал.
   - Вам следует поспать, Мастер.
   - Я сам разберусь, что мне следует делать, Кера.
   Целительница нахмурилась, но промолчала, поклонилась и унесла поднос.
   Полусирен с отвращением посмотрел на настой, но он сам просил принести его, скоро эта гадость ему очень понадобится. Ильмарэ ударил по колокольчику тростью. На звон откликнулся призрачный слуга.
   - Отнеси Джозефу, это основное расписание занятий на этот месяц, на остальные пусть придумают сами и принесут мне в конце месяца.
   Слуга поклонился, забрал список и ушел сквозь стену.
   Ильмарэ зевнул и встал из-за стола, скоро ему будет очень не хорошо, а заливать стол кровавыми слезами - совсем не хочется.
   Он устроился в кресле и стал ждать боли, которая, будучи дамой пунктуальной, пришла как всегда вовремя.
  
   * * *
   Хель, по-утреннему обыкновению, пришел с очередным списком спасенных на этой неделе.
   - Всего мы успели снять с костров, вытащить из лап Инквизиции, тюрем и подвалов тридцать пять существ. Из них - восемь детей интересующего нас возраста, пять подростков от десяти до пятнадцати лет, трое семнадцатилетних (двое юношей и девушка). Остальное - десять колдунов и магов старше двадцати, но моложе ста пятидесяти (точнее не определишь), и девять существ, не принадлежащих к человеческой расе. Среди последних, было два оборотня, они уже принесли клятву на Алтаре замка и вошли в гарнизон четвертой башни. Что делать с остальными не людьми решать тебе.
   - Решу попозже. Детей определили?
   - Первым делом, маленький мастер. В этой партии из восьми детей, двое будущие некромаги, три темных целителя, один - демонолог, один - колдун, возможно, будущий мастер проклятий. И на закуску - маг-стихийник. Что с ним делать не знаю.
   - У нас есть тот, кто может заняться его обучением. Даже стихия может иногда быть темной направленности, будущий наставник этого ребенка балуется с Тьмой и может наглядно показать, чем Темное Пламя отличается от обычного Светлого. Еще какие-нибудь затруднения есть?
   - Да. Но я продолжу по порядку. Из подростков, один - будущий химеролог, он успел начать обучение, но его учитель мертв; один - возможный рунный маг, учителя мы спасли. Двое - могут стать не плохими магами Тьмы. И еще один проблемный, направление - Свет, не стихия, не разум, и даже не целительство, а именно, Свет.
   - Забавно, сколько ему лет? - Ильмарэ подобрался в кресле.
   - Одиннадцать будет через пару месяцев.
   - Ясно, определите его на моем этаже в пустующих покоях, но не рядом с Мордредом. Доступ ограничьте этим этажом, но браслет выдайте черный. Я сам займусь им.
   - Его зовут Эльг. Тебе уже одиннадцать, но сможешь ли ты на него повлиять?
   - Постараюсь. Убить всегда успеем, Хель. Сложнее будет приручить и сделать своим со всеми потрохами. Как его должны были убить?
   - В том-то и дело, что его забрали не для того, чтобы убить, исходя из рассказа, я предполагаю, что его хотели вырастить верным слугой Церкви, но кто-то из посланников оплошал и отец мальчика не пожелал отдавать сына, возможно, он прочил сыну иное будущее, а может, просто не любил церковников. Замок был разрушен, мальчика забрали, от шока он смог самостоятельно инициироваться и даже прибил двух особо выделившихся божьих воинов. Те в долгу не остались, надели блокирующий ошейник и повезли к своим в клетке. Бить ребенка им запретили, но блокировать и запирать в клеть - нет. Конечно, когда ребенка привезли туда, куда следовало, исполнителей наказали по всей строгости, но мальчик этого не оценил и не захотел ни с кем разговаривать. Тогда, его заперли в келье и стали ждать приезда, кого-то кто является профессионалом в убеждении маленьких магов, какими бы упрямыми те не были. Но тут вмешались мы и забрали ребенка прямо из кельи. Эту историю мальчик рассказал Кере, а маг Разума подтвердил его искренность.
   - Пока пусть поживет со мной, потом решим, что делать. Свет не враг Тьме, а всего лишь другая сторона медали, но дети слишком много пережили, и теперь вряд ли различают Свет и Инквизицию, для них и их ненависти, это одно и то же. Поэтому он будет жить у меня... Еще сюрпризы, Хель?
   - Нет. В остальном все нормально. Трое молодых людей все - маги Тьмы, узкую специализацию определить не удалось. А взрослые все, по большей части, среднего уровня, колдунов - шесть; четверо оставшихся: один - алхимик, один - рунист, один - демонолог (его долго пытали, с трудом удалось его исцелить), один - универсал, ему тоже изрядно досталось.
   - Определите всех взрослых под начало Форна, он найдет им применение и доходчиво все объяснит. Через год в каждой башне будет по одному магу, который будет вам помощником в трудной ситуации. Ученика спасенного рунного мага тоже к Форну. Юного стихийника, остальных подростков и молодых людей к Хелене, передай ей, чтобы стихийником занялся Орвис. Детей, как обычно, в Холл и в руки воспитателям. Я поговорю с ними позже. Среди спасенных не было их родителей?
   - Нет, я помню приказ.
   - Возрастные группы не знают друг о друге?
   - Нет. Мы не стали отделять ученика от учителя, я предвидел, что ты не станешь их разделять. Да и светлого сразу поместили отдельно.
   - Прекрасная работа, Хель. Можешь идти.
   Хель исчез, а Ильмарэ думал о том, что скоро его Замок можно будет назвать Академией или Школой, но при этом он не будет ни тем, ни другим. Полусирен надеялся, что он станет Домом для спасенных детей, а не учебным учреждением. Подростки и взрослые из тех, кого он спас определялись в другие миры в башни, где жили спасенные прежде них, и где призраки были материальны, ни чем не отличались от живых людей и могли приглядывать за спасенными. Подростков Ильмарэ намеревался использовать для помощи оборотням с их башнями, ведь башня это не только место обитания, но и основа для постоянного портала в Замок. А постоянные порталы, тем более столь заметные, требуют защиты. Взрослые, как менее гибкие и контролируемые индивидуумы долго не задерживались, оклемавшись и изучив что-нибудь новое, они уходили. Кого-то из них, конечно, удавалось убедить остаться, но большинство выбирало возврат домой и поселение в глухой местности, а не работу, на неведомого Мастера, который их спас. Ни подростки, ни взрослые, не знали о существовании замка, путь через основной башенный портал был для большинства из них закрыт. Через него они оказывались в башне, но не более того. Только некоторым из них была дарована возможность узнать о замке и даже поговорить с Мастером (но не увидеть его), среди этих счастливчиков были те самые Форн, Хелена, Орвис, а так же еще два-три мага из башен. Все они принесли ему клятву верности на Замковом Алтаре, за которым приглядывал бывший младший жрец Солая - Алор, его семья жила в одном из ближних миров, где Вороны присматривали за их благополучием и защитой.
   Ильмарэ готовился, он знал, что рано или поздно о Замке узнают те, кого ненавидят большинство замковых обитателей, как живых, так и мертвых. Инквизиция, как и Церковь, как таковая, была явлением межмировым и имела свою сеть порталов, которой пользовалась с завидным постоянством. Скоро они поймут, что еретики, колдуны и прочие преступники исчезают не самостоятельно, и попытаются определить, кто этим занимается. Двери замка засечь почти невозможно, но со временем, можно научиться различать в общем фоне магических и иных колебаний это едва заметное вмешательство. И тогда начнется самая настоящая охота. Хорошо, что у них нет путей в миры, где магия и технология идут рука об руку, или вообще забыли о магии и идут путем технологического развития, тогда было бы гораздо сложней противостоять Инквизиции и Церкви как таковой.
   Будущее будет не таким уж и радостным, в перспективе Ильмарэ ожидал маленький светлый маг, который еще ничего не умея, умудрился убить двух опытных воинов-церковников; тренировки с оборотнями; очередная партия преступников в замковую тюрьму и решение о том, что делать с нелюдью, которую спасли Вороны. Полусирен подумал, что возможно не стоило идти на поводу своего эгоизма и населять замок живыми, теперь приходилось о них заботиться и думать об их дальнейшей судьбе. Отец правильно сделал, что сам отказался от Императорской короны, а так же спас от этой сомнительной чести всех своих (возможных) детей от второго брака. Если один замок, пусть и магический, вызывает столько проблем, то, каково же тогда править огромной Империей, занимающей около двадцати обитаемых планет и сколько-то там не обитаемых? Ильмарэ передернул плечами, лучше о таком даже не задумываться, он никогда не будет Императором - это главное.
   В дверь постучали.
   - Войдите.
   В кабинет зашел кто-то не знакомый, Ильмарэ почувствовал это сразу, аура вошедшего, сияла чистейшим светом, но не ослепляла и не подавляла. Свет был мягким и каким-то печальным:
   - Здравствуйте, меня привела сюда целительница, она сказала, что здесь тот, кому я обязан спасением. И что вам решать мою дальнейшую судьбу, это правда?
   Хорошее воспитание - мысленно хмыкнул Ильмарэ, припоминая имя светлого:
   - Да это так, Эльг. Здесь все зовут меня Мастер, но Ты можешь называть меня Ильмарэ.
   - Это честь для меня, - заученно сообщил светлый: - Но могу ли я попросить...
   - Все что угодно, - перебил его полусирен.
   - Пожалуйста, научи меня пользоваться Силой! - светлый упал на колени, он жаждал стать сильней и взять с церковников кровавую плату за всё, за всех.
   Ильмарэ улыбнулся:
   - С удовольствием.
  
  
  
   Глава 7. (Политика?) Третий шаг.
  
   Хель, все-таки странный, да и замок тоже. Ну, какого... кракена, они спасли четырех эльфов, одного юного метаморфа и одного не пойми кого?! Одно дело обычные оборотни, но метаморф! Или эльфы! Ильмарэ терпеть не мог ушастое племя, у него на родине их давно и благополучно истребили, и темных, и светлых, а кого не истребили, тех изгнали без права возвращаться. А тут целых четыре штуки: двое светлых, один странно молоденький темный и один, вообще - лесной, как попался людям не понятно.
   Так, предположим, метаморф нам еще пригодиться, не пойми кто, интересен сам по себе, но опять остаются эльфы! Вопрос - что делать? - самый актуальный последние полчаса. Ушастики молчат, не желая вносить ясность в свою дальнейшую судьбу. Ильмарэ злился все больше...
   Полупрозрачная рука погладила по волосам, полусирен замер и прикрыл глаза. "Мама" пришла его успокоить, и он заставил себя успокоиться; в комнате похолодало, и Ильмарэ плотней запахнулся в плащ. Взрослея, он все больше отдалялся от человеческих корней, а сирены существа не совсем теплокровные, к тому же хищные. Мальчик подозревал, что со временем он станет мерзнуть еще больше, ведь вампиры тоже особой теплокровностью не отличались. Полусирен знал, что в скором времени, путешествия в зимнюю пору ему будут противопоказаны, если он, конечно, не хочет впасть в спячку, да и желание выпить чистой вампирской крови становится все более навязчивым - вскоре ему придется попробовать и это. Ненадолго отвлекшись Ильмарэ смог немного расслабиться и увидеть ситуацию с разных ракурсов.
   - Советник, Халеор.
   Призрак полуэльфа-советника драконов возник сразу же, Ильмарэ ощутил слабые колебания воздуха с лева от своего кресла.
   - Советник, скажите, если я освобожу эльфов, не требуя от них ничего за спасение, какова будет их реакция?
   - Они воспримут это крайне негативно, светлые и их лесной собрат, разумеется. Темные такими вещами как излишняя гордыня никогда не загружали свой разум и сердце, - у советника был приятный голос полный глубины и оттенков, при жизни - Бард и после смерти им останется.
   - Прекрасно, а если предложить светлым эльфам предоставить мне в качестве платы за спасение копии книг по магии Света (человеческих и эльфийских книг)?
   - Тоже не очень разумный ход с вашей стороны. Лучше попросить самим выбрать книги для копирования, поторговаться о количестве и даже выпросить парочку оригиналов, это высокородные, за них можно много получить.
   - Если они согласятся, то кого лучше отправить?
   - Форна, Иммаруса и Сиэль. В качестве сопровождения используйте - оборотней Соколиной и Волчьей Башен.
   - Сиэль... вы уверены, Советник?
   - Чистокровная сирена, тем более взрослая особь еще никому и никогда не мешала на переговорах, особенно много пользы от нее будет во время торгов, ручаюсь.
   - Что скажете о лесном? - мальчик смирился со светлыми и решил выяснить все сразу.
   - Он - наследник их князя. Такая татуировка только у них. За него можно получить много, вплоть до союза на самых выгодных для вас условиях, - сообщил Советник, замолк на минуту и продолжил: - Лесные более замкнуты, но не столь спесивы. С ними лучше всего договариваться лично. В отличие от светлых сородичей, они не обращают внимания на внешний возраст собеседника, ориентируясь на внутренний. Они вам понравятся, с ними главное - любить природу, а остальное они примут легко.
   - Благодарю Вас, Советник. Отныне эта должность по праву ваша и в Замке. Вы согласны с моим решением?
   - Да, ибо раз это мой новый дом. Я сделаю все возможное, для его процветания.
   - Похвально, а теперь вы свободны, судьбу остальных я смогу решить сам.
   - Не верно, юный Мастер.
   - Почему это?
   - Среди них есть дракон.
   - Кто?!
   - Одно из существ видимых нам - беременная драконица. Я знаю, о чем говорю, слишком долго прожил в одной из их общин.
   - Что посоветуете? - Ильмарэ напрягся, страшновато узнавать, что сам привел в свой дом нечто столь разрушительное.
   - Принять ее, Замку пригодится свой дракон. Она не в том положении чтобы отказываться от ваших предложений, сроки поджимают.
   - Понятно, что ей предложить?
   - Все просто, - в голосе Советника слышалась улыбка, правда грустная: - Отдайте ей второй ключ от Вашей Сокровищницы.
  
   У Ильмарэ не сомневался в словах Советника (Духи Замка не лгут его Хозяину), и потому он просто дал Хелю список предписаний с указанием тех, кто должен участвовать в деле налаживания контактов с ушастиками. Взвесив все за и против, полусирен решил, что Лесные принесут много пользы, главное убедить их в необходимости союза с Замком. Этим он будет заниматься лично.
  
   * * *
   Три недели промелькнули как сон. Драконица прочно обосновалась в сокровищнице, метаморф и темный эльф принесли клятву, и Алтарь замка принял их, одарив черными браслетами. Ильмарэ тоже мог надеть на каждого из них браслет, но лучше когда это делает Алтарь. По здравым размышлениям сирен уже давно решил, что Алый кристалл - Сердце Замка, следует спрятать, а где лучше спрятать, если не на виду? Алтарь - видоизмененное Сердце Замка, его сила и проклятие.
   Светлые эльфы оказались настолько... э-эээ, возвышенными, что даже не торговались о цене выкупа. Так что замковая Библиотека заполучила около двадцати редких фолиантов по магии, и несколько свитков, где содержатся бесценные чертежи особых человеческих ритуалов по магии Света. Вернувшиеся маги были весьма довольны, чего не скажешь об оборотнях. Вождь Волков - Гарроур сказал, что больше к эльфам ни ногой, ни лапой, а вождь Соколов - Элра заявил, что он не намерен появляться там, где его считают мутировавшей зверюшкой и обращаются соответственно. Похоже, что светлых эльфов лучше не спасать, а то оборотни растерзают, как только увидят. Даже покровительство Замка не спасет.
  
   Эльг взял фолиант, написанный для учеников Светлой Академии самого младшего курса, учебник ему предстояло изучать почти самостоятельно, с незначительной помощью одного из Духов замка, который при жизни пользовался как Тьмой, так и Светом. Ильмарэ пользуясь тем, что выпил Синий настой (настой на крови сирен), рассматривал свое новое приобретение. Эльг сидел в соседнем кресле и сосредоточенно читал.
   Полусирен сильно удивился, когда смог увидеть его таким, каким его видят зрячие. Эльгвир л'эрх Иммарг - мальчик с белыми волосами и темно-зелеными глазами, которые кажутся черными. Седые волосы в одиннадцать лет - это страшно, только ради того чтобы такого не было стоит убивать тех тварей, что пытаются укрепить свою власть с помощью детей. Красивый одиннадцатилетний ребенок с тонкими, аристократическими, чертами лица, ему даже шли белые волосы, но слишком часто на идеальных губах появлялась горькая усмешка, а в темных глазах загорался темный огонь ненависти. Эльг помнил всё, что случилось с его семьей, даже то, почему отец не стал отдавать его посланцам Церкви. Маадгир ран л'эрх Иммарг - мертвый для семьи и живой для Церкви, убийца матери и Палач Детей; позор рода и гордость инквизиции, маг Света. Он рассказал Ильмарэ о брате и больше не возвращался к этой истории никогда. Достаточно того, что Эльг сам убьет брата, ради этого он готов на многое. И раз Проклятый Замок и его хозяин могут помочь ему в этом, то он не станет отвергать эту помощь.
   Ильмарэ знал его мысли и улыбался, он верил, что сможет подружиться с беловолосым мальчишкой, который внутри был старше, чем снаружи.
  
   * * *
   Лесные эльфы приняли посольство замка едва ли не с радостным облегчением, они действительно приняли все условия и легко заключили нерушимый союз с одни условием - переселение в более удобные для их обитания места. В их мир пришли технологии, люди шли путем прогресса, давно забыв о каких-то чудиках в чаще леса, а ушастикам было плохо от происходящего. Магия уходила из мира слишком быстро и эльфы не успевали приспособиться к переменам, оставалось только искать пути ухода. Юный (еще и сотни лет не исполнилось) княжич лесных сбежал из леса, чтобы найти путь спасения, но попался людям. А люди, будучи существами суеверными, решили: "вернуть демона в ту преисподнюю, откуда он появился" т.е. - сжечь. Только перед этим "очистить" демона путем пыток и других прикладных дисциплин.
  
   Ильмарэ пришлось почти три дня преследовать вождя Сов, чтобы убедить его принять лесных под крыло и заняться их размещением в том мире, где находится их башня. Тот мир населяли только люди, да и то они кучковались на соседнем материке, занимались охотой и собирательством, и думать не думали об открытиях и мореплавании. У лесных будет много времени на то, чтобы устроится и подготовиться к приходу людей.
   Эльфы были благодарны безмерно, Ильмарэ даже удалось убедить их заняться обучением людей пониманию леса и единению с природой. Теперь у детей, живущих в замке намечались небольшие перемены в расписании занятий, но разве это того не стоило?
   Император однажды сказал своему маленькому внуку: "Использовать можно все, даже то, что на первый взгляд использовать невозможно". Ильмарэ всегда запоминал то, что говорил ему дед, и советы дедушки пригождались.
  
   Полусирен подоткнул одеяло Мордреда, погладил Янтаря и ушел в сою спальню. Очередная сказка рассказана, а впереди еще ночь и еще день, и так много-много раз вперед к новым встречам, приобретениям и потерям.
   В алом небе светил девственно белый шар. А в тишине подземелий сирена пела колыбельную, и ей вторил голос призрачной женщины.
  
  
  
   Осколок 3. История любви.
  
   Она ослушалась старших и сбежала, очень уж хотелось посмотреть на людей. Она уже не маленькая и может сама за себя постоять, а люди они такие хрупкие, они ничего не смогут с ней сделать. Она пробралась в человеческое поселение в самый разгар праздника. Люди пели, танцевали, пили что-то виноградное и смеялись. Она, не задумываясь, присоединилась к ним. Ей никогда прежде не было так весело, а эта красная жидкость была такой сладкой и заставляла согреться, что приходилось очень стараться, чтобы не принять свой второй вид и не взмыть под небеса, оглашая окрестности торжествующим ревом.
   Белларна танцевала и смеялась, ей безмерно нравилось все, а когда кто-то подхватил и закружил ее в танце... о, она поняла что такое счастье. А потом танцевавший с ней, увел ее в какой-то дом и комнату, где он подарил ей боль и сладость. Утром Белларна поняла, что случилась и разревелась. Потому что он был первым и потому что она умудрилась... умудрилась... нет, теперь нельзя возвращаться к старшим. Тот, кто был с ней этой ночью, удивился неожиданным слезам, из сбивчивого рассказа полного всхлипов и рыданий, он понял только то, что девушке некуда идти, и что она впервые... Ну, то, что он был у нее первым, он знал и так. Рыцарь Рьен обнял зареванную девушку и как истинный рыцарь (а так же тот, кто был очень рад возможности избежать предстоящего брака с одной великосветской красавицей) предложил выйти за него замуж, и уехать к нему в родовой замок. Белларна согласилась, лучше замуж, чем разъяренные старшие.
   Свадьба второго сына одного из влиятельнейших герцогов в крестьянской деревушке прошла тихо и почти не заметно, друзья-рыцари охотно засвидетельствовали брак товарища, и новоявленные супруги в сопровождении свидетелей вскоре покинули гостеприимных крестьян. Рьен решил поселиться с женой в одном из дальних замков, чтобы и глаза отцу не мозолить, да и гостей не ждать, рыцарь терпеть не мог придворную шушеру.
   Только через четыре месяца Белларна решилась рассказать мужу о том, что она - драконица, и даже показалась ему в своем первом облике, обернувшись из стройной русоволосой девушки со смуглыми чертами лица и задорными серо-зелеными глазами в крупного, но изящного дракона с чешуей медового цвета. Именно тогда Рьен и влюбился с начала в дракона, а потом в девушку. Они летали по ночам и были счастливы.
   Идиллия продлилась не долго, уже через месяц к ним приехали маги и потребовали Рьена отдать им чудовище. Белларна была беременна, и если беременность скрыть удавалось, то скрыть себя - уже нет. Рьен не пожелал отдавать магам свою супругу, а Белларна, сопровождаемая верными слугами, бежала из замка. Сердце обливалось кровью, там, в замке умирал ее любимый, но она не могла ему помочь. Ее возлюбленный - человек, а значит принимать драконий облик, может быть, опасно, неизвестно, как это отразится на малыше. Скоро рожать, а подходящее место, только у Старших, они же могут вызволить ее любимого, ведь не станут же маги его убивать?
   Она отпустила слуг и начала свое путешествие в сторону гор, сердце ее рвалось назад, а разум упрямо требовал двигаться вперед, и она шла ради ребенка. Ее поймали уже на подступах к горам, Белларна билась и выла, рвалась, но путы был сильней нее. Она скрыла свое дитя, спрятала от жадных глаз и рук, покорно отдавала свою кровь и покорно принимала пищу и искала выход из башни магов, сроки уже поджимали скоро рожать, но не среди врагов же это делать! Она ела и была покорной лишь потому, что берегла свое дитя, память о Рьене, сейчас она уже не сомневалась - его убили, и сердце обливалось кровью.
   Однажды ее молитвы были услышаны. В ее крохотную комнатушку отворилась дверь, совсем не там где ей надлежало открываться. И Белларне предложили уйти, оборотень предложил ей спасение и свободу, и она не смогла отказаться.
   Красивый нечеловеческий мальчик с бирюзовыми равнодушными глазами и длинными черными волосами, которые локонами ниспадали почти до пояса. Черты лица этого ребенка излучали затаенную хищность, одновременно притягательные и отталкивающие и голос, который мог приворожить даже дракона. Удивительной существо, оно сжимало в руках нить ее судьбы, но Белларна не боялась, он не хотел ее убивать. Место, где она оказалась по воле случая, оказалось переполненным магией, которая почти не вырывалась наружу, за пределы каменных стен. Драконица чуяла, что здесь есть все необходимое для рождения малыша. И потому она попросила у ребенка - хозяина замка, помощи и защиты, она рассказала все, и он принял ее. Она поклялась ему в верности, стала его вассалом, но взамен получила ключ от сокровищницы и потому не жалела ни о чем. А когда родился малыш... о... Ее счастливый рев был слышен на много миль окрест.
  
   * * *
   Рьен влюбился в свою жену не с первого взгляда и даже не со второго, в начале, ему потребовалось влюбиться в ее драконий вид, чтобы полюбить ее. Но счастье имеет свойство быть не долгим. Маги легко разрушили его, одним своим появлением. Бой был отчаянный, но безнадежный. Рьен не удивился своему проигрышу, скорее он удивился тому, что его оставили в живых. Впрочем, вскоре он уже ничему не удивлялся, его подвергали стольким пыткам и унижениям, что он потерял чет времени, желая лишь одного - умереть. Когда вырывали ногти, пилили зубы, когда отрезали гениталии и залечивали раны, чтоб не издох раньше времени, когда ему отрезали уши, когда...
   Ему было уже все равно, но тело продолжало кричать от боли. Оно предавало его раз за разом. Только разум отказывался сдаваться, только сердце не желало отчаиваться.
   Когда и откуда пришли новые мучители он не понял, услышал только слова на непонятном языке - явную ругань. Потом его куда-то несли, потом кто-то с мелодичным голосом сказал на знакомом языке:
   - Его нельзя показывать ей таким. Хель неси его вниз, я лично займусь его лечением. Кера принеси туда укрепляющие настои, чистую одежду для гостя и Черную смесь для меня.
   Рьен хотел объяснить, что все бесполезно, что он все равно умрет, что он отравлен, озлобленные маги, упустившие драконицу, издевались над ним как могли. Но его не слушали. Потерявший сознание из-за бесплодный попыток, Рьен очнулся в воде, испуганно забарахтался. Но его удержали, сама вода удержала. Потом все заволокло сиянием и рыцарь услышать песню, на каком языке пели, Рьен не знал, но голос певца завораживал. Рядом мелькнуло гибкое тело, чьи-то руки провели пальцами по его телу, ему сделали массаж, расслабляя, усыпляя. Резкая боль внизу привела Рьена в чувство, он задергался вновь и закричал, но Вода снова удержала его на плаву. А боль все не прекращалась, казалось, что она расползается все дальше по всему телу. Песня не умолкала ни на миг. Вскоре, боль стала столь невыносимой, что пришла благословенная темнота.
   В следующий раз рыцарь очнулся уже в кровати, он был слаб и беспомощен, сорванный голос позволял только тихо хрипеть. Но как ни странно хрип услышали, заботливые женские руки напоили его водой и следом - горьковатым травяным настоем, и он тут же уснул. Так продолжалось энное количество времени, сколько точно он не знал. Но все рано или поздно заканчивается, закончилось и это.
   Его учили ходить, поддерживали и подбадривали. Они заботились о нем, пять целителей. Особенно старался маленький смешной старичок с небольшим пузиком и длинной окладистой бородой. Рьена кормили мясными бульонами и фруктами, поили настоями, учили ходить, заставляли двигать руками, ногами, делая несложные упражнения. Боль больше не посещала его и удивительно, но его ПОЛНОСТЬЮ вылечили, вернули даже то, что невозможно вернуть.
   Однажды целители сообщили ему, что он полностью здоров и их услуги ему больше не нужны, а Кера, старшая помощница пузатенького дедушки принесла ему одежду более всего подобающую какому-нибудь принцу, а не второму сыну пусть и не бедного герцогского рода. Спорить со спасительницей рыцарь не стал и покорно облачился в нарядные тряпки, после этого она повела его наружу, прочь из лекарских покоев.
   Они шли куда-то, а он вертел головой и удивлялся все больше, по пути они часто встречали детей, мальчишек и девчонок, спешащих по своим делам, у всех у них были небольшие сумки, и одежда очень походила на форму. Дети что-то обсуждали, иногда куда-то спешили, но при этом не бежали, иногда перекидывались разноцветными светящимися шариками. По коридору над головами летали пергаментные птички... Он что, оказался в какой-то очень дорогой Академии магов? Рьен не понимал происходящего, надеясь лишь на то, что раз его с таким трудом лечили, то калечить уже не будут. Возле картины у подножия огромной лестницы Кера взяла его за руку и их переместило. В новом коридоре целительница подвела его к мальчишке одетому в белоснежные одежды. Мальчик кивнул Кере и велел следовать за ним, Рьен не стал ничего спрашивать у уходящей целительницы, хотя - очень хотелось. Мальчик в белом провел его к другой картине. Которая, для разнообразия, висела не в коридоре, а в гостиной и они снова переместились. Мальчик остался возле картины, указав Рьену на единственную дверь напротив. Рыцарь покорно толкнул ее, зашел и чуть не оглох от радостного рева, который быстро сменился воплем:
   - Рьен, Любимый!
  
   * * *
   - Красивая история получилась, - шепнул Ильмарэ.
   - Очень, - кивнул Эльг, и добавил: - но ты вспомни, чего тебе стоило его лечение...
   - Да ладно, неделя в постели это не так уж и много, в сравнении с выгодой приобретения собственного дракона.
   - Так ты ради выгоды чуть себя не угробил?! - Эльг сделал вид что злится.
   - Нет, но нужно же держать марку, - ответил Ильмарэ, задирая нос, но не выдержал и прыснул в кулак.
   Они оба тихо смеялись, радуясь чужому счастью.
  
  
  
   Эпилог.
  
   Замок был доволен. Обе половины его разума радовались происходящему. Мальчик оказался именно таким, какой и был нужен для того, чтобы меняться и менять миры вокруг. Ильмарэ все еще искали, но Алый кристалл надежно скрывал своего избранника от глаз соглядатаев. Полусирен мог пройти прямо у них под носом, и они ничего бы не заметили. Замок не собирался отдавать свое продолжение, свое маленькое Сокровище кому бы то ни было.
   Конечно, может быть, когда-нибудь Замок позволит "Хозяину" вспомнить о тех чувствах, что связывали его с прежним домом. Ильмарэ помнил о своей семье, но совершенно не помнил тот спектр эмоций и ощущений, который испытывал, находясь в кругу любящих родственников. Нет, конечно, он помнил, что чувствовал, но отклика в сердце не было. Филигранная работа Алого кристалла не позволяла ему заподозрить неладное, а остальные обитатели ничего не знали о прошлом своего Мастера.
   Ворон пытался что-то выяснить, но ничего не нашел, ведь Замок сам решает куда открывать очередную дверь.
   А пока полусирен рос и растил тех, кто в будущем станет опорой его власти.
   "Это лишь начало..." - шепнул дух мага-создателя кристалла.
   "Только начало" - вторил ему дух дочери барона.
   Алый алтарь сиял в алтарном зале замка, и жрец хмуро смотрел на сияние.
   - Начало?.. - удивленно пробормотал Алор, потом сморгнул и отвернулся, забыв о том, что только что услышал.
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"