Морская Лара: другие произведения.

Никакой другой мужчина

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Оценка: 9.24*30  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    cover
    Шели прозябает в глуши королевства Шиан, и когда отец лишает её возможности участвовать в брачном сезоне, она глубоко разочарована.
    Брак по контракту. Кому хочется иметь избалованного мужа, привыкшего к излишествам и лени? Никому. Однако Тироль оказывается совсем не таким, каким представляла его Шели. Красивый, страстный, внимательный, любящий, он застаёт её врасплох. Неужели Шели действительно повезло?
    - Давай будем счастливы назло всем! Представляешь, как удивятся окружающие? - предложил Тироль, и сердце Шели откликнулось в предвкушении неожиданного счастья.

    Красиво, правда?
    Так вот: эта история - о совсем другом мужчине.
    Неожиданное счастье - очень коварная вещь.

    В этой истории: взросление наивной молодой провинциалки, договорной брак, любовь и страсть, магический мир, много переживаний и капля юмора. Вторая книга цикла "Алалирея", завершена. Черновик бесплатно здесь



  
  
   Никто не спасён, и никто не потерян безвозвратно. Морис Мерло-Понти.
  
  
  
  
  НИКАКОЙ ДРУГОЙ МУЖЧИНА
  
  
  Я посвящаю эту историю Тебе, хотя Ты этого не заслуживаешь. Я не просила Тебя о многом. Мне хватило бы самого обычного счастья, но Ты настоял на том, чтобы подарить мне целый мир.
  
  
  
  ПРОЛОГ
  
  
  
  Я влюбилась в него с первого взгляда. Даже стоя перед закрытой дверью, не решаясь взглянуть на жениха, я предчувствовала, что наша встреча станет судьбоносной. Не знала, не могла знать, насколько, но дрожала от непонятного смятения. Прижимала ладони к груди, сдерживая обезумевшее сердце. Полагаю, что именно тогда моя жизнь сошла с предначертанного пути, но нам, смертным, не дано видеть переломы линий судьбы. Мы ощущаем их, как яростное биение в груди, как безотчётный страх с примесью восторга. А потом покорно делаем следующий шаг.
  
  Я влюбилась сразу, до шока, до одержимости, которая осталась со мной на всю жизнь. Отвергла себя и всё то, чем я могла стать, и сложила эти незамысловатые дары к его ногам. Моя бесцветная жизнь жаждала окраситься в его цвета. Тироль Андарио. Красивое имя. Роскошный мужчина. А я - самая обычная, ничем не примечательная, не заслужившая такое неожиданное счастье. Будущее обещало быть таким же пресным и скучным, как и прошлое. Званые обеды, плохое настроение, полузнакомый муж, раздельные спальни - всему этому предстояло слиться в навязчивую бесполезность идентичных будней. А потом случился Тироль Андарио, и я узнала вкус счастья. Не сомневаюсь, что у каждого он - свой, но у моего счастья - привкус вишнёвого варенья. Вспоминая жениха, я ощущала приятную, чуть вязкую сладость с привкусом вишни. Как же мне нравилось быть счастливой! Однажды познав острое счастье, уже никогда не согласишься на меньшее.
  
  Графиня Шелия Андарио. Как же я мечтала об этом замужестве, как благодарила отца за контрактный брак. Жаждала его, не спала ночами, слушая, как счастье звенит во мне бессонным колоколом.
  
  Тироль подарил мне то, о чём я боялась мечтать - всеохватывающее, настырное счастье взаимной любви.
  Счастье, о котором я не смогла забыть.
  
  
  
  Глава 1. Тироль Андарио
  
  
  Я расскажу вам историю моего счастья, сложного и сладкого. Бесповоротно изменившего меня, Шелию Дакорте, единственную наследницу графа Лиона Дакорте и его нелюбимой жены Сиалы. Графство Дакорте - одно из самых богатых и благополучных в Шиане. Плодородная почва, предсказуемая погода, хорошие дороги - что ещё нужно для спокойной и размеренной жизни? Расположено наше графство у западной границы королевства Шиан, достаточно далеко от столицы, чтобы прогрессивные тенденции и падение нравов не заражали чистый провинциальный воздух. Запад Шиана знаменит, прежде всего, глубоким консерватизмом и приверженностью традициям. Хотя, думаю, что вы и сами об этом догадаетесь.
  
  Меня, Шелию Дакорте, настоящую леди западной провинции, ожидала благопристойная, скучная жизнь, основным событием которой являлось замужество. В моём случае приходилось надеяться только на то, что женихи клюнут на весомое приданое, ибо из меня вышла, увы, посредственная невеста. Дело в том, что каждой молодой девице полагается иметь набор талантов, которыми она восхищает и заманивает будущего мужа. Гувернантка заверила меня, что даже с моим приданым отсутствие оных равносильно обету безбрачия, поэтому мне пришлось посвятить всё свободное время взращиванию обязательных талантов. Насчёт этого имелись строгие правила, усовершенствованные декадами воспитания качественных невест. Во-первых, у каждой девушки должен быть музыкальный дар. Не имеет значения, насколько щедра к тебе природа, но музыка должна стать частью твоей жизни. Даже если вы так же бездарны, как, увы, я, это не меняет дела. Вам придётся перепробовать все возможные инструменты в поисках того одного, который пробудит в вас скрытый (а порой очень тщательно скрытый) музыкальный дар. Хоть тромбон, хоть трещотка - не имеет значения. Главное, чтобы нашёлся талант. Испробовав десяток инструментов, я рискнула взбунтоваться, но невозмутимая гувернантка поставила меня в тупик неразрешимым вопросом:
  - Шелия, дорогая, скажи: кто захочет взять тебя замуж без музыкального таланта?
  
  Что ответишь на риторический вопрос? Что с моим приданым недостатка в женихах не будет? Но дело в том, что я не хотела заполучить корыстного мужа. Я мечтала нравиться, восхищать и пленять, поэтому покорно переходила к следующему инструменту. Где-то в глубине разума, где царило господство иронии, возникали сомнения насчёт справедливости западных традиций. Зачем мужчинам жёны, играющие на трещотке? Если мужьям так необходима музыка, почему они сами не научатся на чём-нибудь играть? Однако ирония - это одно, а традиции - совсем другое. Западных невест консервировали в соку, настоянном на строгих приличиях и узких рамках допустимого.
  Я знала, что мою гувернантку, старую деву со стажем, переспорить невозможно, поэтому согласилась обучаться гитаре. Играла я отвратно, но, по крайней мере, тихо. После того, как я завязала со скрипкой и гобоем, наши слуги заметно подобрели и перестали жаловаться на головную боль.
  
  Вторым обязательным талантом популярных невест считалось пение.
  - Мужчины ищут жену с голосом ангела! - категорично заявила гувернантка. Я еле сдержалась, чтобы не съязвить по поводу её собственного скрипучего голоса, и покорно побрела знакомиться с учителем пения. К слову, язвить на западе Шиана не положено, по крайней мере, не многообещающим невестам. Учитель попросил напеть мой любимый мотив и, когда я соизволила это сделать, от ужаса уронил пенсне. Стекло треснуло, а побледневший мужчина посоветовал поискать другие таланты, чтобы компенсировать очевидное несоответствие ангелу.
  
  Третьим обязательным талантом были танцы. Не буду жаловаться, с ними у меня проблем не было, хотя гувернантка умудрялась оставаться недовольной.
  - Шелия, давай рассуждать трезво: в связи с отсутствием музыкальных талантов тебе придётся танцевать так красиво, чтобы твой жених согласился закрыть глаза на остальное.
  Я пыталась танцевать красиво. Часами отрабатывала сложные пируэты и плавное скольжение. Клянусь, я всё делала правильно, но гувернантка всё равно жаловалась.
  
  Четвёртым талантом считалось знание иностранных языков. В этом я преуспела, выучив целых три. Однако, увы и ах, оказалось, что этот талант не компенсировал другие промахи. Во-первых, потому что, по словам всё той же незамужней гувернантки, 'мужчины не любят умных женщин', а во-вторых, потому что мало кто из местных мужчин знал иностранные языки. А раз они сами их не знали, то не могли оценить мой талант.
  
  Когда мне исполнилось 18 лет, гувернантка подвела печальные итоги.
  - Шелия, деточка моя, поверь: я сделала всё возможное. Я выжала из тебя всё до последней капли, но шансы на успех, прямо скажем - не ахти какие. У каждой девицы на выданье должны быть четыре таланта, а у тебя - только два, да и то средненьких. - Гувернантка втянула воздух через сжатые зубы и постучала каблуком по паркету. - Пришла пора поговорить с твоими родителями. Полагаю, что графу Дакорте придётся увеличить размер приданого.
  Моё приданое и так было выдающимся, но, к сожалению, я не умела ни петь, ни музицировать. Поэтому и свыклась с мыслью, что моему будущему мужу придётся проявить верх снисходительности. А всем известно, что снисходительность стоит денег. Больших.
  
  Гувернантка не преминула написать моему отцу прошение о встрече. Не подумайте, отец жил с нами, его покои расположены недалеко от моих. Но так как повод для встречи был очень важным, традиции настаивали на соблюдении официоза. Я знала, что меня ожидает: взвешивание недостатков и достоинств, пристальное разглядывание внешности и, наконец, решение о моём участии в брачном сезоне. Мне купят роскошные наряды, я буду ездить на балы по нескольку раз в неделю, отец официально объявит о размере моего приданого, а потом я найду себе жениха. Не стану лицемерить: я ждала этого дня с раннего детства. Прежде всего потому, что брачный сезон был самым главным и интересным событием в жизни молодой девушки. А ещё я в избытке начиталась книг о той-самой-невероятной-всепоглощающей любви, которая, как говорят, случается с некоторыми счастливчиками. Балы, развлечения, красивые мужчины, флирт, забавные сплетни, горячие взгляды... а потом - великая и прекрасная любовь. Как же я об этом мечтала!
  
  Мы собрались в кабинете отца, графа Лиона Дакорте - высокого, крепкого мужчины сорока с лишним лет, который, скажем без обиняков, настолько распутен, что нумерует своих любовниц. А что остаётся делать бедняге, который не может запомнить такого количества имён? Считается, что я об этом не знаю, но в жизни молодой провинциалки нет ничего интереснее слухов. А пока у тебя есть слуги, будут и слухи. Ко мне отец относился спокойно, так же, как относятся к мебельному гарнитуру ручной работы. Он знал о моём существовании, заботился о моих нуждах, но особой близости между нами не было и быть не могло. Как единственную наследницу, меня обучали финансам, вопросам права и прочим традиционно мужским наукам, хотя отец не скрывал своих надежд на то, что во главе его владений однажды встанет мой муж. Мой достойный, умный и прекрасный муж.
  
  Отец сидел за письменным столом, всем своим видом демонстрируя, что чрезвычайно занят, и что эта встреча мешает ему вершить важнейшие государственные дела. Хотя я точно знала, что никаких дел у отца не было. Трое управляющих изнывали от скуки, так как проблем в нашем благополучном графстве не водилось.
  - Начинайте уже! - проворчал отец, позволяя гувернантке приступить к обзору моей женихабельности.
  - Позвольте обсудить с вами подготовку к брачному сезону. В связи с высоким положением вашей семьи и отсутствием других наследников перед нами нарисовался некий императив.
  Гувернантка трепетно относилась к вкраплениям иностранных слов в самую обычную речь, хотя подчас не имела ни малейшего представления об их значении. Позволив нам проникнуться эффектным началом, она снизошла до объяснения вышесказанного:
  - Другими словами, Шелии нужен не обычный жених, а мужская особь отличного воспитания, покладистого характера, достойной репутации и, конечно же, именитого рода.
  Одним из многочисленных талантов гувернантки была способность говорить самые очевидные вещи излишне драматичным тоном.
  - Шелия - симпатичная девочка, - тактично продолжила она, ткнув в меня пальцем на случай, если отец забыл, о ком идёт речь. - У неё миловидное лицо и большие глаза. Она унаследовала ваши густые волосы, граф, однако каштановый цвет нынче не в моде. А так как у Шелии ещё и карие глаза, то женихи сразу заметят отсутствие цветового разнообразия в её внешности.
  
  Ах, как мне хотелось закатить мои немодные карие глаза! Я пообещала себе, что как только вернусь в покои, то встану перед зеркалом и буду закатывать их целые десять, а то и двадцать минут. Цветовое разнообразие!!! Никогда не слышала ничего глупее, а при этом гувернантка состроила такую мину, как будто только что прилюдно втоптала меня в грязь.
  
  Иногда (очень редко) мне кажется, что я родилась не в той части Шиана, не в той семье, а может, и не в том мире.
  
  Между тем гувернантка невозмутимо продолжала:
  - Обратите внимание на её талию. Я бы сказала, что талия - самое значительное достоинство Шелии. Покрутись! - Бесцеремонно дёрнув за платье, она заставила меня поднять руки и покрутиться на месте. Ещё бы указкой в меня ткнула! - Согласно прошлогодним данным, талия Шелии на два стандартных отклонения стройнее среднего показателя по западу Шиана. Само собой, во время сезона мы выберем платья, которые привлекут внимание к этому преимуществу.
  
  Отец задумчиво смотрел мимо нас, вдаль и, казалось, почти не слушал гувернантку. Услышав о моей выдающейся талии, мать, которая до этого безмолвно стояла у окна, фыркнула и отвернулась. Мы отвлекали её от раскладывания пасьянсов, и моя талия её совершенно не интересовала, как, впрочем, и я сама. По настоянию родителей Сиала вышла замуж за незнакомого мужчину, моего отца, и подарила ему всего одного ребёнка, причём девочку. Без музыкальных талантов, но зато с тонкой талией. Они с отцом почти не разговаривали уже много лет, и их объединяло только одно: полное равнодушие ко мне.
  
  - Так что по внешности я бы дала Шелии средний балл, - подвела итоги гувернантка. - Переходим к талантам. Вы и сами знаете, что музыкальных талантов у...
  - Достаточно! - Отец хлопнул ладонью по столу и встал. - Меня не волнуют её музыкальные таланты или их отсутствие.
  - Но как же! - возмутилась гувернантка. - Это так важно! Что же сделает бедняжка Шелия, если мужчина попросит её что-нибудь сыграть? Или - помилуй, богиня - спеть?
  - Я покажу ему мою талию! - вырвалось у меня. Отец резко повернулся и впервые в жизни посмотрел на меня с интересом.
  Гувернантка зашикала, но отец щёлкнул пальцами, и в кабинете воцарилась тишина.
  - Я уже договорился о свадьбе Шели. Моя дочь не станет ввязываться в непристойные брачные игры. Быстрое, респектабельное замужество избавит нас от всего этого шума и гама и позволит избежать глупой влюблённости и недостойных прихвостней.
  
  Мать вцепилась в занавесь с такой силой, что несколько завязок лопнули, обнажая пыльный карниз. Неужели равнодушная Сиала заинтересовалась судьбой своей единственной дочери?
  - Мне никогда не нравились эти занавеси, - сухо заметил отец, и тогда мать дёрнула ещё сильнее и отбросила тяжёлую ткань в сторону. Я смотрела на неё, выпучив глаза и почти забыв о только что услышанной новости. До этого я ни разу не видела, чтобы моя мать выказывала сильные эмоции. Трудно понять, что она чувствовала в тот момент, но занавесь за это поплатилась.
  - Твоего будущего мужа зовут Тироль Андарио. Он - единственный наследник северного графства Андарио, ему 22 года. Свадьба состоится через два месяца в нашем дворце, когда Тироль вернётся из путешествия. Мы обручили вас по договорённости и подписали контракт, поэтому, как только он приедет, сразу сыграем свадьбу.
  
  Подобрав юбки, мать выбежала из кабинета, хлопнув дверью. Видимо, вспомнила о незаконченном пасьянсе.
  
  Хватая ртом воздух, я старательно пыталась сдержать острое отчаяние. Держись, Шели. Западным леди не пристало вопить и топать ногами. А уж повышать голос на отца - и подавно. С одной стороны, приятно знать, что кто-то захотел на мне жениться, несмотря на серьёзные пробелы в области талантов. С другой стороны, а как же брачный сезон? Я так долго к нему готовилась, а теперь мне даже не удастся похвастаться пируэтами и иностранными языками. А как насчёт флирта, томных взглядов и всего прочего, о чём мы с подругами так давно мечтали? А любовь... А вдруг мой жених...
  - Папа, скажи, а он хорош собой?
  
  Лион Дакорте вложил всё своё презрение к женскому полу в один многозначительный взгляд. Потом подозвал меня ближе, нацарапал что-то на клочке бумаги и протянул его мне.
  - Всё понятно?
  Я тупо смотрела на семёрку, за которой выстроилась целая колонна нулей. Их было слишком много, чтобы эта сумма имела отношение к моему приданому.
  - Что означает это число?
  - Это - настоящий размер твоего приданого, Шели. Ты - моя единственная законная дочь, и ты унаследуешь земли, поместья и много, много денег. По графству ходят слухи, что я оставлю деньги и титул одному из побочных сыновей, но это - бред. Ты - моя единственная наследница, и однажды твой муж вступит во владение всем графством Дакорте. Если об этом узнают, наш дворец осадят сотни лживых искателей выгоды. Поэтому ты не будешь участвовать в брачном сезоне, а просто выйдешь замуж. За достойного молодого человека, который справится с таким наследием.
  
  Гувернантка больше не принимала участия в нашей беседе, она застыла посреди кабинета каменным изваянием, решая, стоит ли рискнуть своим положением в графской семье и отчитать работодателя за разрушение её матримониальных планов и моих надежд. Брачный сезон был единственным ярким пятном в долгой, скучной жизни провинциальных женщин, и то, что отец лишил меня этой радости, было несправедливо.
  - Ты мог бы не объявлять о размере моего приданого. - Следовало поблагодарить отца за щедрость, однако я только что в полной мере осознала свои безрадостные перспективы, и отчаяние пагубно повлияло на мои манеры.
  - Мог бы, - согласился отец, подкидывая в воздухе скомканную бумажку. - Но я ненавижу брачные сезоны, поэтому вы с Тиролем поженитесь, и мы положим конец всему этому цирку. Найдёшь себе другие развлечения. Пришло время повзрослеть и осознать, что цель твоего брака - обеспечить стабильность и сохранность нашего наследия, а не тешить твои фантазии.
  - Но я надеялась...
  - Все свободны. - Отец поднялся из-за стола, всем своим видом показывая, что не собирается выслушивать мои жалобы. Благодарности он от меня не требовал, но и нытья терпеть не собирался.
  
  Гувернантка покинула замок, не прощаясь. Я так и не узнала, высказала ли она отцу своё мнение или нет. А меня оставили в покое, даже учителя - и те исчезли. Никто меня больше не наставлял, не учил и не замечал. Да и зачем меня учить, если брачный контракт уже подписан? Тироль согласился на наш брак, не догадываясь, что я не умею играть даже на трещотке. Бедный парень! Что с ним станется, когда он узнает, как жестоко его обманули! Несмотря на врождённый скептицизм, мне трудно было справиться с разочарованием. Дело даже не в балах и не во флирте, а в той душераздирающей скуке, которая управляет жизнями провинциальных женщин нашего королевства. Говорят, что в столице всё не так. Некоторые женщины даже работают и живут отдельно от мужчин. Гувернантки запугивают провинциальных девиц такими историями, но, честно говоря, независимость столичных женщин вызывала во мне тайное восхищение. Одна мысль о том, что ты сама решаешь, что тебе можно делать, а что - нельзя, наполняла трепетным восторгом.
  
  Не скрою, я мечтала о том, что моя жизнь сорвётся со скучного, предписанного пути и подарит неожиданные приключения. Перед сном я раздвигала тяжёлые занавеси и, глядя в тёмное небо, молилась богине Алали. Я просила её сделать мою жизнь хоть немного разнообразной, хоть в чём-то интересной. Потом я забиралась на кровать, занавешенную старинным бархатом, и мечтала о невероятных приключениях. С каждым днём эти мечты становились всё более дерзкими, всё более ослепительными. Моя фантазия порождала сны, красочные, лихие и совершенно, абсолютно невозможные. Пробуждение отрезвляло. Я сконфуженно трясла головой и ужасалась: а вдруг мой разум попал под влияние таинственной магии? Ведь сны возникают из обрывков человеческих мыслей и впечатлений, а моя пустая действительность не могла породить такое волшебство.
  
  
  Узнав о грядущем замужестве, подруги ужаснулись и тут же сбросили меня со счетов. Зачем им лишняя конкуренция? Талантов у меня мало, да и внешность так себе, но с приданым не поспоришь. Притворно посочувствовав, они тут же вернулись к более насущной теме: подготовке к брачному сезону. Для восемнадцатилетних девиц первый сезон - самый важный. Все до одной надеялись, что он станет их последним. Те, кто не находил себе жениха с первого захода, считались опозоренными. Интересно, а что говорят о тех, кто находит жениха до начала сезона?
  
  - Нет! Так не честно! Я тебя умоляю, только не миндалевидные! Не можем же мы появиться на первом балу с одинаковой формой ногтей!
  Моя лучшая подруга Самия в отчаянии топала ногами, что считалось верхом неприличия для девиц на выданье. Одно из неписанных правил гласило, что при любых обстоятельствах мы должны демонстрировать скромный и дружелюбный нрав.
  - Ты выше меня на пять сантиметров, вот и выбери другую форму! С моим ростом я не могу позволить себе ногти в форме мягкого квадрата!! - Самия злобно отшвырнула носовой платок и снова топнула ногой, любовно обутой в бархатную туфлю с пряжкой.
  - Тогда сделай чёткий квадрат! - возразила прелестная Лиана с каштановыми кудряшками и кукольными зелёными глазами.
  - Я не могу выбрать квадрат! Он испортит всё впечатление! А ещё чёткий квадрат цепляется за кружево!
  - Но я первая выбрала миндалевидную форму! Если не хочешь быть похожей на меня, тогда сделай овальную!
  Самия задумалась и уже было согласилась пойти на компромисс, но тут третья девица заявила:
  - А с чего вы решили, что мужчины заметят разницу между миндалевидной и овальной формой ногтей?
  
  Согласитесь, вполне разумный вопрос. Единственный мужчина, которого я знала - отец - никогда не проявлял особого интереса к моим ногтям.
  - Заметят, если мы им об этом скажем! - уверенно заявила Самия, готовая принять всё, что угодно, только не квадратные ногти. - Мужчины только и ищут, что твои недостатки. Во время сезона необходимо быть совершенной. Допустишь хоть малюсенький промах - и тебе конец.
  
  Страшно представить, что случится, если потенциальным женихам не понравится форма их ногтей. Несмываемый позор на девичьи головы.
  
  К этому моменту спор уже перешёл на ширину кружев, но моё присутствие оставалось почти незамеченным, несмотря на то, что собрались мы у меня дома. Грядущая свадьба сделала меня невидимкой. Ведь Тироль Андарио женится на мне, даже если я постригу ногти в форме пресловутого чёткого квадрата.
  
  Такова провинциальная жизнь. Даже если тебе хочется большего, ничего не поделаешь. Тыкаешься носом в установленные рамки и рассуждаешь о форме ногтей. Так и тянулись следующие два месяца. Я читала благочестивые женские романы, книги о воспитании детей и пособия по вышиванию. Гуляла в саду, ела, спала, мечтала и помогала горничной готовить мой гардероб к семейной жизни. Так как ехать мне предстояло на север, мы отобрали пару десятков меховых накидок, тёплые платья и шали, которые я собиралась взять с собой после свадьбы. Остальные вещи будут доставлены почтовой каретой. Подготовка к самой свадьбе шла мимо меня, согласно предписанным традициям. Отец нанял профессионалов, которых, как и ожидалось, совершенно не интересовало моё мнение. Свадьба, как и похороны, должна соответствовать статусу семьи, а не желаниям заказчика. Единственное, о чём меня спросили - это о платье. Но ведь если не знаешь, для кого наряжаешься, есть ли смысл стараться?
  
  Большую часть свободного времени я убивала тем, что представляла себе Тироля Андарио. Красивое, немного экзотичное имя должно принадлежать роскошному мужчине. Высокому, широкоплечему, мускулистому, с вьющимися чёрными волосами и серыми глазами. Вот, каким должен быть Тироль Андарио. Нет, подождите, с синими глазами. Да, глаза обязательно должны быть синими.
  
  Я знала, что его семья достаточно богата. Он собирается жениться на мне, потому что наши отцы знакомы и хотят породниться, чтобы сложить вместе накопленные богатства и земли. А чем не причина? Но мне хотелось большего. Счастья? Сказки? Прекрасного мужчину - высокого, широкоплечего и мускулистого с чёрными кудрями и синими глазами. Нет, всё-таки, с серыми глазами. Да, точно, с серыми.
  
  Хорошо, если у Тироля добрый, покладистый характер, и если он сможет хоть немножечко меня полюбить, несмотря на все мои недостатки. А вдруг мне повезёт, и ему нравятся тонкие талии? Никто не удосужился толком объяснить мне, откуда появляются дети, и чем занимаются мужчины и женщины после свадьбы, но я наслушалась россказней подружек и решила, что если всё действительно так ужасно, то я постараюсь этого избежать. Главное, чтобы Тироль хорошо ко мне относился и разрешил хоть чем-то заняться. Например, благотворительностью.
  
  Вот в таких зрелых мечтаниях я проводила большую часть своей крайне бесполезной жизни.
  
  Само собой, за две недели до свадьбы мы с подругами вызвали гадалку. Традиции нужно уважать, и в начале сезона будущие невесты покупают самые что ни на есть достоверные пророчества их успеха. Отец громогласно высказался против 'девичей ерунды', но, поворчав, согласился. Всё-таки раз он сбывает меня с рук, то может позволить мне одну прощальную глупость. Гадалки хотя и ошибались, но в их предсказаниях было нечто таинственное и пугающее. Разумеется, мы вызвали 'самую лучшую' из гадалок, то бишь, самую дорогую.
  
  На удивление молодая темноволосая девица прибыла одним холодным вечером в своём собственном экипаже и сразу взялась за дело. Отказавшись от горячего чая и ужина, она посадила нас в круг, зажгла несколько свечей и подмигнула.
  - С кого начнём?
  
  Сверкая жадными глазами и ерзая от предвкушения, подруги повернулись ко мне. Дворец мой, деньги мои, гадалка моя, а значит, и первое гадание должно быть для меня. Но неожиданный страх парализовал мою волю.
  - Давай, Самия! - просипела я, и подруга тут же с готовностью подпрыгнула на стуле.
  - Найду ли я мужа в этом брачном сезоне? - протараторила он очевидный вопрос.
  - Найдёшь! - Гадалка ответила так быстро, что Самия нахмурилась и попросила её повторить ответ. - Найдёшь хорошего мужа, - повторила та.
  - Хорошего?? Хорошего?? - лицо Самии перекосило от негодования. - Я не хочу хорошего, я хочу лучшего!
  - Ты найдёшь мужа, который подойдёт тебе лучше других. - Видимо, гадалка была хорошо знакома с нравами провинциальных девиц, так как обходилась с нашей возбуждённой стайкой очень даже ловко.
  
  Самия неуверенно подёргала носом, пытаясь решись, удовлетворена она пророчеством или нет, но Лиана уже встряла со своим вопросом.
  - Буду ли я самой красивой девушкой в этом сезоне?
  
  Задавая вопрос, она упорно не смотрела на подруг и не обращала внимания на их аханье и злобные взгляды. Грядущее замужество как будто отрезало меня от них, и я впервые смотрела на нашу жизнь со стороны и прятала улыбку. Без сомнения, Лиана будет самой выдающейся красавицей сезона, но я никогда не завидовала её красоте. Может, я отличаюсь от обычных девушек?
  - Да, ты будешь самой красивой невестой сезона, - сдержанно ответила гадалка.
  - Невестой? Значит, я тоже... - задохнулась радостью Лиана.
  - Да, ты тоже найдёшь жениха, - спешно подтвердила гадалка. Она что, торопится?
  - А ты знаешь, за кого я выйду замуж? - потребовала Лиана.
  А вот это - слишком прямой вопрос. Последствия могли быть самыми разными. Гадалка могла обидеться, решив, что её проверяют, или могла напридумывать всякой ерунды, чтобы мы не отказались ей платить.
  - Да, я знаю, за кого ты выйдешь замуж. Но неужели тебе не хочется подождать брачного сезона, чтобы самой сделать выбор?
  О! А гадалка-то не дура! По-моему, она отлично выкрутилась. Но Лиана не отличалась особым умом, поэтому начала всерьёз раздумывать о заданном вопросе.
  - Ты права. Пожалуй, я подожду. Но хотя бы скажи: он красив?
  - Нет.
  - НЕТ?? НЕТ?????
  М-да, тяжела доля провинциальных гадалок. По-моему, Лиана сейчас открутит ей голову.
  - Ты задала вопрос, и я дала тебе ответ. Твой будущий жених некрасив.
  - Почему? - Лиана всхлипнула так трагично, как будто её оповестили, как минимум, о преждевременной смерти.
  Гадалка задумчиво уставилась в потолок, словно умоляя богиню помочь с ответом.
  - Трудно сказать, почему. Полагаю, что он похож на своих родителей, которые тоже не особо привлекательны.
  - Я спрашиваю не об этом! - запыхтела Лиана, почувствовав иронию в голосе гадалки. - Мне всё равно, почему он таким родился. Но я не понимаю, почему самая красивая невеста сезона выйдет замуж за урода!?
  - Я не сказала, что он урод.
  - Если он не красив, то он - урод! - категорично заявила подруга.
  Гадалка пожала плечами.
  - Не думаю, что нам следует обсуждать, почему ты выйдешь за него замуж.
   - С чего это? Сейчас же ответь! - Лиана вскочила со стула и затопала ногами. Неужели я такая же избалованная?
  - Хорошо. Тебе придётся выйти за него замуж, так как это спасёт тебя от бесчестья.
  
  Издав нечто среднее между мяуканьем и криком, Лиана плюхнулась на стул и заплакала. Её исходно мертвенно бледное лицо постепенно покрывалось красными пятнами гнева.
  - Лианочка, успокойся, - попыталась вмешаться я. Я же всё-таки хозяйка, и когда гостьи рыдают в твоей гостиной, правила приличия требуют решительных действий. - Сама посуди: теперь ты об этом знаешь и сможешь изменить свою судьбу. Не позволяй никому тебя совратить, и тогда тебе не придётся выходить замуж по необходимости.
  - Я никогда не позволю уроду меня совратить!
  - Вот и славно!
  
  Лиана икнула, всхлипнула и издала нечто похожее на гудение, которое на поверку оказалось выражением искренней благодарности. Только тогда я заметила, что гадалка смотрит на меня с неприятной усмешкой. Ох, надеюсь, что она не собирается объявить Лиане, что та не сможет изменить свою судьбу!
  - Что-то не так? - спросила я, угрожающе двигая бровями в попытке вразумить слишком честную гадалку.
  - Нет, наоборот. Мне нравится твой совет, Шели.
  Гадалка надо мной смеялась. Вообще, над провинциальными невестами смеются все, кому не лень, даже вы, небось, насмешливо кривите губы. Чего можно ожидать от девиц, запертых дома и взращенных в коконе ожидания свадьбы?
  Покачав головой, гадалка уставилась на свои руки.
  - Вы хотели что-то сказать? - не сдержалась я.
  - Да, хотела, но вовремя вспомнила, что я не вещунья, а гадалка.
  
  В нашем королевстве вещуньи встречаются крайне редко. Считается, что они говорят голосом богини Алали и предвещают твою судьбу. Гадалки-же отвечают на прямые вопросы, полагаясь на расклад карт, рисунок ладони или просто внутреннее чутьё.
  
  Справившись с рыданиями, Лиана о чём-то сосредоточенно раздумывала. Видимо, готовилась не поддаться на коварное соблазнение некрасивого жениха.
  Гадалка же скучающе разглядывала свои ногти. Овальной формы, если не ошибаюсь.
  - Кто следующий? - наконец, спросила она, подавляя зевоту.
  - Можно, я? - Мне по-прежнему было не по себе, особенно после того, как гадалка безжалостно раскрыла нам секрет грядущего позора Лианы.
  - Можно! - ответила гадалка с таким достоинством, как будто имела право отказать платящему клиенту.
  - Сначала скажи, ждёт ли меня позор? - спросила я, очень довольная своей предусмотрительностью, но в ответ получила только фырканье.
  - Это - невозможный вопрос. Всё зависит от того, что ты считаешь позором. - Заметив, что я собираюсь приступить к длительным, занудным объяснениям, гадалка отрицательно замотала головой. - Нет-нет, погоди. Скажем так: тебя не ждёт ничего такого, что я считаю позором.
  - А её жених красивый? - встряла Самия.
  - У тебя уже есть жених? - удивилась гадалка. Ну вот, а мне сказали, что эта женщина - лучшая гадалка на западе Шиана.
  - Шели ещё с ним не встречалась, - объяснила Самия. - Наверное, поэтому ты его не видишь. Но посмотри повнимательней, вдруг получится. Каков он из себя?
  
  Какой смысл задавать этот вопрос, если гадалка не знает о существовании моего жениха? На её месте я бы выкрутилась, сказав, что она не видит договорные браки до встречи наречённых. Однако гадалка не выглядела смущённой. Наклонившись, она провела пальцем по моей ладони и поскребла ногтем одну из линий.
  - Что ж, твоя взяла, Шели, у тебя действительно есть жених. Он очень красив.
  
  Последовав её примеру, я пригляделась к линиям на моей ладони. Ничего интересного, если не знаешь, на что смотреть. Только небольшое шоколадное пятнышко, оставшееся после чаепития.
  - Красив!!!? - взвилась Лиана. - Почему Шели достанется красивый жених, а мне - нет?
  
  Я чуть не прыснула при мысли о том, какие ответные фразы мелькают сейчас в мыслях гадалки. Каким-то чудом той удалось сдержаться.
  - Какой он? - поинтересовалась я, нервно теребя подол платья.
  - Шели, ты - неглупая девушка и сама знаешь, каковы молодые мужчины вашего круга. Избалованные повесы, привыкшие к излишествам и лени.
  
  Описание Тироля не особо меня удивило. Разочаровало - да, но удивляться тут нечему. Хотя, конечно, я бы предпочла совсем другого мужчину. Красивого, но при этом хоть чуть-чуть отличающегося от молодых мужчин моего круга.
  - Как он будет ко мне относиться? - осторожно спросила я, не уверенная, что хочу услышать ответ гадалки. Та немного поразмыслила, потом пожала мою руку и с удивительной нежностью сказала:
  - Он будет относиться к тебе с любовью.
  
  Почему она такая странная? Вспомнила, что именно я плачу ей за сеанс и решила впечатлить меня трепетной сценой? Но раз уж она разоткровенничалась, то наберусь храбрости и задам ещё один вопрос. Последний. А потом скормлю гадалку подружкам, а то они еле сидят на месте. Пусть выпытывают у неё, что хотят.
  - Думай, Шели, думай внимательно, - остановила меня гадалка. - Думай, прежде чем задать вопрос. Задавать его следует только в том случае, если ты готова услышать ответ.
  
  Сотни холодных мурашек пробежали по спине. Неужели она знает, о чём я собираюсь спросить? Нет, я не передумаю, я готова услышать правду.
  - Будем ли мы жить в счастье и согласии до самой смерти?
  
  Однако, задав вопрос, я засомневалась. Действительно ли я хочу узнать ответ? А вдруг гадалка скажет 'нет' из вредности, а я потом всю жизнь буду сомневаться в отношениях с мужем. Но, к моему удивлению, гадалка улыбнулась с подкупающей искренностью.
  - Да, Шели, будете. Это я тебе обещаю.
  
  Очевидно одно: я переоценила силу дружбы, которая связывала меня с подругами. Их щедрые души не смогли выдержать новость о моём пожизненном счастье. Игнорируя моё присутствие, девушки замучили гадалку вопросами, а потом засуетились, внезапно вспомнив о срочных делах, и уехали, не прощаясь.
  
  Только проводив их, я обнаружила, что гадалка всё ещё сидит на месте. При этом она смотрела на меня с напряжённым вниманием, и мне стало не по себе.
  - Ты чего-то ждёшь? - от гадалки веяло странным холодом, и я потуже затянула шаль.
  Неприятное предчувствие отталкивало меня от этой всезнающей женщины, которая, скорее всего, накормила нас глупой ложью, но при этом напугала до жути.
  - Да, - ответила она.
  - Что ты хочешь мне сказать? - Я всерьёз разволновалась. Вдруг она хочет предупредить меня об опасности? Вдруг с Тиролем что-то не так? Почему гадалка всё ещё здесь и не уехала вместе с остальными? Вздохнув, я приняла единственное возможное решение. Мне нужна правда и только правда, и сейчас я её узнаю.
  - Говори! Я не боюсь правды и готова выслушать всё, что ты хочешь сказать.
  
  От волнения кружилась голова, язык прилип к нёбу, и говорила я с тревожным придыханием.
  - С чего ты решила, что я хочу тебе что-то сказать? - усмехнулась гадалка. Её забавляло моё очевидное смятение.
  - Тогда чего же ты ждёшь?
  - Денег! - засмеялась она. - Ты забыла мне заплатить.
  
  Вот же, провинциальная дурочка. Напридумывала себе невесть что. А ведь если задуматься, то гадалка предсказала мне замечательную жизнь. Признаю, что она показалась мне странной, но с её профессией загадочное поведение - это необходимость.
  
  С моих плеч как будто свалился огромный чугунный груз. Заплатив, я выпроводила гадалку из дома и, к недоумению слуг, направилась к себе, напевая и пританцовывая. Такого радостного настроения они от меня на ожидали. А как мне не радоваться? Каким бы ленивым и избалованным ни был Тироль Андарио, гадалка предсказала, что я буду с ним счастлива.
  
  
  **********
  
  Тироль Андарио прибыл за несколько дней до свадьбы. Его родители решили оставить молодых в одиночестве и обещали приехать прямо на торжество. Как и полагалось, я дождалась, пока слуги проводят Тироля в приёмную и принесут чай. Убедившись, что они вернулись на кухню, я подкралась к приоткрытой двери и заглянула внутрь.
  
  В своё оправдание скажу, что от волнения я не спала всю ночь. Довела себя до нервного срыва, до дрожи в коленях. Увидела жениха - и сломалась, как кукла.
  
  Тироль Андарио оказался самым красивым мужчиной, которого я когда-либо видела. Не уверена, что я решилась бы мечтать о ком-то настолько привлекательном. Напрочь сражённая его красотой, я не заметила, что он ничуть не походил на мужчину моей мечты. Невысокий, худощавый, он тем не менее оказался мускулистым и хорошо сложенным. Под изысканной одеждой угадывалось атлетичное тело, а при взгляде на его бёдра мне захотелось облизать пересохшие губы. Толком не знаю, почему, но я аж сжалась от смущения и поближе приникла к щели. Тироль отрешённо разглядывал рисунок старинного паркета, и мне пришлось присесть, чтобы разглядеть его лицо. Прямой нос, чётко очерченный рот, голубые глаза и волнистые светлые волосы до плеч. Звучит довольно обычно? Поверьте, в его лице не было ничего обычного. Он приковывал взгляд и не отпускал его, пока сам не желал с ним расстаться. Под моей ногой скрипнула половица, Тироль поднялся и подошёл к двери, а я так и не смогла пошевелиться. Парализованная увиденным, сидела за приоткрытой дверью на корточках. Не могла вспомнить ни правил приличия, ни положенных приветствий. Вместо этого что есть сил ругала себя за то, что не научилась толком играть на гитаре. Для такого мужа я бы постаралась обзавестись любым талантом, даже музыкальным.
  
  - Ты слышишь меня? - прокричал Тироль чуть ли не в самое ухо. - Я сказал 'добрый день'!
  - Ддда, - умудрилась ответить я. Полагаю, что большинство женщин реагировали на него именно так, поэтому Тироль знал, как обращаться с ошарашенным слабым полом. Помог подняться на ноги и бережно усадил на ближайший стул.
  - Полагаю, что ты и есть моя невеста. - Вроде обычная фраза, но от его голоса и взгляда мне стало так жарко, что я, не сдержавшись, дунула на своё лицо. - Шелия?
  
  Как ни печально, но ответить я не смогла. Глазела на него широко распахнутыми глазами и заливалась румянцем. Для пущего эффекта ещё и рот приоткрыла, чтобы показаться совсем уж слабоумной.
  - Я буду называть тебя 'Шели'. Когда придёшь в себя, скажи, если тебе это не нравится.
  
  Какой кошмар. Осязаемый, постыдный, удушливый кошмар. Я пялюсь на своего жениха и не могу произнести ни слова, а он об этом знает. Какой позор...
  - Шели! - Тироль улыбнулся и сжал мои ледяные пальцы. - Ты очаровательна! Я думал, что мне навяжут уродливый старый башмак, а ты хорошенькая, как куколка. Я с радостью стану твоим мужем!
  
  Неужели он не понимает, что после этих слов я вообще не смогу говорить? Никогда! Так и будем жить: он - как обычно, а я - зачарованно ходить за ним следом.
  
  Засмеявшись, Тироль наклонился и чмокнул меня в нос.
  - У вас во дворе чудный рыжий пёс. Как его зовут?
  - Додо. - Надо же, ко мне вернулся голос.
  
  Тироль улыбался, поглаживая мои пальцы. В его улыбке не было ни иронии, ни заносчивости.
  - Вот ты и заговорила! Давно я не наблюдал такого шока. Бедняжка, как же тебя, должно быть, напугали контрактным браком. Ты боялась, что я окажусь ужасным старым троллем?
  - Я знала, что тебе 22 года, но не надеялась, что ты... - Вспомнив о том, что девицам полагается вести себя скромно и загадочно, я оборвала фразу и чуть заметно кивнула в направлении его лица. Уверена, что он и сам догадается.
  - Значит, ты думала, что я окажусь молодым троллем!
  Такой смех называют мягким. От него становится тепло и уютно и хочется прижаться к человеку, который поделился с тобой каплей искренней радости.
  Именно так я чувствовала себя с Тиролем с самой первой минуты нашего знакомства.
  
  В комнату зашёл дворецкий в сопровождении камердинера, и мой восхитительный жених отправился в свои покои. Я воспользовалась этим перерывом, чтобы запереться в спальне и внимательно осмотреть мой нос, на котором ещё ощущалось тепло поцелуя. К моему великому удивлению, нос совсем не изменился, зато глаза горели такой радостью, что я на всякий случай проверила, не светятся ли они в темноте.
  
  Остальные события первого дня я помню смутно. Нам с Тиролем позволили прогуляться в саду, и ощущение горячей руки на моей талии отвлекало меня до такой степени, что я еле умудрялась поддерживать разговор. А жаль: Тироль оказался приятным собеседником. Он много путешествовал, занимался благотворительностью, учился наукам и искусству. Он рассказывал мне о севере Шиана, о своих родителях и о том, какой интересной будет моя жизнь.
  - Моя мать открыла несколько школ для бедных, и, если захочешь, ты сможешь ей помочь. У? тебя будет интересная жизнь. Я знаю, что на западе Шиана - другие нравы, но ты переедешь в северное графство и свободна поступать, как сама захочешь. У нас дома много книг и три собаки. Мы с тобой отправимся в путешествие по Шиану, а потом навестим и другие королевства. Уверен, что мы научимся любить друг друга. Как ты думаешь, Шели?
  - Да, - слишком быстро ответила я, но этого показалось мало. Меня распирало изнутри. Острая влюблённость клубилась во мне, как горячий пар, и вырывалась наружу. - Да! - повторила я на случай, если Тироль не расслышал, и тут же закрепила это третьим 'Да', которое, наверное, услышали во дворце.
  Видела бы меня невозмутимая гувернантка! Не иначе, как грохнулась бы в самый первый в жизни обморок.
  
  Голос Тироля звучал, как песня - мягкий, обволакивающий и такой добрый, что я чуть не заплакала. Неужели у потрясающе красивого мужчины может быть такой добрый голос? Он расспрашивал обо мне, о родителях, о традициях графства.
  Ему было интересно. Со мной.
  
  В конце прогулки Тироль привлёк меня к себе и легонько коснулся губами подбородка.
  - Тебя ещё не целовали, не так ли, Шели?
  
  Зачем отвечать, если мои щёки приобрели цвет свёклы, а губы задрожали в ожидании? И в следующий восхитительный момент Тироль подарил мне мой самый первый и самый запоминающийся поцелуй. Он начался очень нежно и чувственно, но быстро превратился в нечто совсем другое. Однажды Лиана зачитала книгу, в которой герой 'обладал' героиней 'горячо и напористо'. Я вспоминала эту фразу, когда, захватив мои трепещущие губы, Тироль нежно ласкал грудь. Держалась за него, дрожала и не дышала. Что могла я, наивная простушка, знать о горячем обладании? В благочестивых романах любовь не заходила дальше томных взглядов и многозначительных вздохов.
  
  Когда Тироль отпустил меня, колени подогнулись, и мне пришлось прислониться к дереву.
  - Будет лучше, если я остановлюсь, - прошептал он, часто дыша. - Не думаю, что ты готова к большему. Мне приятно знать, что свой первый поцелуй ты получила от будущего мужа.
  Приятно - это не то слово, хотя я и не была уверена, что переживу второй такой поцелуй. А Тироль ещё заикнулся о "большем". Большего и быть не могло!
  
  
  В тот момент нас позвали к обеду. Отец поздоровался с Тиролем, как будто знал его всю жизнь.
  - Какие планы на вечер? - поинтересовался он, и я почему-то покраснела.
  - Буду рад услышать ваш совет, граф. Ваш дом - ваши правила. Скажите, какие у меня планы на вечер? - улыбнулся Тироль.
  - Сегодня бал у Корионов, а завтра - ужин у Сорейло. Я - не любитель шумных развлечений, но думаю, что стоит показать тебя местной знати. А то подумают, что я сплавил единственную дочь неизвестно кому.
  
  Тироль подмигнул мне и брезгливо поморщился, одними губами шепча: 'Бал!'
  
  Как только я поняла, что моему жениху не нравятся балы и развлечения, то и сама потеряла к ним интерес.
  
  После обеда мужчины занялись обсуждением приданого. Меня, понятное дело, не пригласили, но дел было и так предостаточно. Ведь на сегодняшнем балу Тиролю предстояло созерцать мои пируэты и тонкую талию!
  
  Бал мне не запомнился. Во-первых, я умирала от голода. Во-вторых, перед балом я два часа просидела в ледяном поясе, чтобы влезть в самый узкий корсет. А от такого испытания у кого угодно мозги отключатся. Ведь клялась всю свою сознательную жизнь, что никогда не соглашусь на эту пытку, но - увы и ах - встретила мужчину, для которого пойду на всё. Поэтому на балу я безмолвно держалась за Тироля и улыбалась. Дрожащими руками оправляла платье, выставляя напоказ тонкую талию и очень, очень надеясь, что Тироль заметил моё главное достоинство.
  
  Как может запомниться бал, если рядом с вами - самый восхитительный мужчина в мире, и он не сводит с вас прищуренных голубых глаз. "Вот оно, соблазнение!" - с предвкушением думала я, царапая рукав его камзола ногтями миндалевидной формы. Этот мужчина - мой! Пусть все об этом знают.
  
  Меня отправили домой отвратительно рано, так как отец с Тиролем собрались играть в карты. Но поскольку я пребывала в состоянии невменяемого счастья, меня это не расстроило. Я даже не обиделась на то, что Тироль произвёл настоящий фурор в нашем сонном графстве. Несколько десятков молодых девиц ходили за ним следом, пребывая в столь знакомом мне слюнявом ступоре. Я их хорошо понимала и даже немножко жалела, так как этот мужчина теперь принадлежал только мне. Надо отдать Тиролю должное, он не флиртовал ни с кем и ухаживал за мной, с учтивой настойчивостью осыпая знаками внимания.
  - Я старше тебя, Шели, поэтому мне немного легче. Понимаю, что ты ещё не отошла от шока. Брак по контракту напугает любого, ведь чужой выбор связывает людей на всю жизнь. Надеюсь, что ты не очень разочарована, - сказал Тироль, когда я собралась уезжать.
  - Нннадеюсь... ннне очень.
  
  Я безумно устала и оказалась неспособна сложить простой и связный ответ, и тогда Тироль подтолкнул меня к оконной нише и прислонил к себе. Ближе, чем положено. Намного ближе.
  - Тихо, моя хорошая, тихо, тебе не нужно отвечать. Не бойся, я тебя не обижу. Я знаю, что здесь совсем другие нравы, но поверь: однажды ты научишься не бояться меня.
  - Я не боюсь... я не... - пыталась возразить я, но, прижатая к его груди, выдала только бессвязные бормотания.
  
  Я влюбилась. Безвозвратно.
  
  
  Несмотря на заполонившее меня возбуждение, заснула я довольно быстро. Без снов, без фантазий, но как бы глубоко я ни спала, мягкое прикосновение к щеке заставило меня подпрыгнуть и вскрикнуть от неожиданности. Тироль присел на край постели, и в полутьме я смогла разглядеть его улыбку. Сердце кувыркнулось в груди и пустилось в пляс. Неужели он будет соблазнять меня прямо сейчас? До свадьбы?
  Однако Тироль сделал нечто совсем другое и неожиданное: он погладил меня по лицу, потом опустился на колени около постели и взял меня за руки.
  - Извини, что разбудил, но у меня к тебе срочное дело. Вернее, предложение. Наши знакомые думают, что мы женимся по расчёту и останемся чужими людьми, сосуществующими в одном доме. Давай докажем, что они неправы? Давай будем счастливы назло всем! Представляешь, как они удивятся?
  
  Я и в нормальное время суток весьма романтична и впечатлительна, а уж ночью... да в темноте... да после таких слов... да при виде Тироля. Короче, я заплакала.
  
  Тироль поцеловал моё запястье и прошептал: - Я принимаю твои слёзы за знак согласия. Ты очаровательна, Шели. Я не заслужил такого везения. Мы станем не только мужем и женой, не только любовниками, но и друзьями.
  
  Я уж было приготовилась к "полному соблазнению", но Тироль поправил одеяло и направился к двери. Разочарованно вздохнув, я потянулась за ним следом. Ведь до нашей свадьбы осталось всего два дня! В порыве необузданной смелости я отбросила одеяло и спрыгнула на пол. Холодный лак паркета леденил пальцы, но я побежала следом за Тиролем и схватила его за руку. Эээ... и что теперь? 'Не мог бы ты меня соблазнить?' или 'Когда ты говорил о 'большем', что ты имел в виду? Не могла бы я увидеть это 'большее?' Прямо сейчас!'
  - Почему ты уходишь? - нашлась я. Я ожидала, что он смутится и напомнит мне, что мы ещё не женаты, но он потрепал меня по волосам и устало потянулся.
  - Я еле держусь на ногах. Знакомые твоего отца промучили меня до самого утра.
  
  Только тогда я заметила, что темноту за окном прорезают первые проблески рассвета. Ничего себе, поиграли в карты. Отец часто возвращается домой к утру, но мог бы пожалеть моего будущего мужа.
  - Тогда спокойной ночи! - и пошлёпала обратно к постели.
  - Шели! - позвал Тироль из темноты. - Я должен уважать традиции и мою будущую жену.
  - Спокойной ночи, Тироль! - сказала я вполне искренне. Я не обиделась. У меня будет целая жизнь, чтобы насладиться моим мужчиной. Добежав до постели, я натянула одеяло до подбородка, готовясь увидеть крайне содержательные сны. Но Тироль всё ещё стоял в дверях, как будто сомневаясь в принятом решении.
  
  Щелчок замка - и я задохнулась от восторга. Он передумал и сейчас станет меня соблазнять! Тироль подошёл ко мне, на ходу скидывая камзол и расстёгивая рубашку. Откинув одеяло, он отодвинул меня к стене с такой лёгкостью, как будто я весила не больше котёнка, и прилёг рядом. Медленно пробежался рукой по моему телу, наблюдая за тем, как я таю в удивлённом блаженстве.
  - Тебя ведь ещё никто не трогал, да, Шели? - прошептал он мне в губы.
  - Нннет.
  - Ты будешь только моя.
  - Да.
  В романах страстные мужчины всегда используют слова 'только моя', а теперь это случилось и со мной. Невероятно. Прекрасно. Изумительно. Я таю.
  
  Нависнув надо мной, Тироль накрыл мои губы своими и мягко протолкнул внутрь язык. Горячая молния прошла сквозь всё тело, оставляя меня распластанной на кровати, как морская звезда. Лаская грудь, Тироль углублял поцелуй, требуя от меня ответной страсти. Тёплая, шершавая кожа, сладковатый запах, тяжесть мужского тела, нежность - вот таким оказался мой будущий муж.
  - Мне трудно сдерживать мою страсть, но я должен попытаться. Шели, у нас будут годы для близости, а пока я должен проявить уважение к твоей невинности.
  
  В ответ ему прозвучал целый набор животных звуков. То, что Тироль умудрялся делать с моей грудью, превратило меня в бессознательное, примитивное существо.
  - Расслабься, и я доставлю тебе удовольствие. Я хочу, чтобы тебе было хорошо, - прошептал он и, устроившись рядом, поднял мою ночную рубашку.
  
  Я попыталась было протестовать, но его руки показали мне, какое удовольствие он способен доставить, и я забыла о своём женихе. Напрочь. Осталась только я, наедине с нестерпимым жаром, шумом в ушах и огромным серебристым шаром удовольствия, который разрастался во мне, а потом взорвался, унося с собой все мысли.
  - Не сдерживайся, моя дорогая, - шептал мой будущий муж. - Теперь ты принадлежишь мне. Я наполню тебя неземным удовольствием, буду любить тебя до крика, до слёз счастья.
  Когда я открыла глаза, Тироль стоял рядом с кроватью, расстёгивая брюки.
  - Я не собирался, но... - многозначительно сказал он и накрыл меня собой.
  
  Вот так я и стала женщиной. Счастливой, влюблённой женщиной Тироля Андарио. Боли я почти не почувствовала. Я вообще не помню ничего особенного про мой так называемый 'первый раз', ибо шок от испытанного удовольствия длился достаточно долго, чтобы перекрыть другие ощущения.
  Когда, чмокнув меня в нос, Тироль направился к себе, я всё ещё лежала в позе морской звезды, глупо улыбаясь бархатному пологу.
  - Запомни, что ты мне обещала, Шели, - сказал Тироль, уже у двери. - Ты и я, всем назло. Счастье и любовь.
  
  Что ж, несмотря на мои сомнения, иронию, бесталанность и немодный цвет волос, оказалось, что в любви я - самая обычная женщина.
  
  
  **********
  
  Горничная раздвинула занавеси, и я тут же распахнула глаза, в панике оглядываясь по сторонам. К счастью, следов ночного свидания не осталось, а то моя замужняя жизнь началась бы с ужасного скандала. Запах Тироля на простынях, его пот на моей коже, липкие следы на бёдрах... ох, как мне хотелось повторения. Состоявшееся счастье грядущего брака горело внутри меня, заставляя краснеть и сжимать ноги. Вспомнив, что у меня есть возможность увидеться с Тиролем за завтраком, я вскочила, судорожно натягивая на себя одежду. Пряча улыбку, горничная смотрела на меня понимающим взглядом. А что тут не понять? Как не влюбиться в такого мужчину?
  
  За завтраком я не видела перед собой ничего, кроме лица будущего мужа. Я что-то ела, пила чай, вела светскую беседу, но при этом мой мир сузился до волнистых светлых волос и синего взгляда.
  - Вы уже обсудили предстоящую свадьбу? - спросил отец.
  Свадьба? Последние два месяца я совершенно не интересовалась приготовлениями, но теперь все, даже малейшие детали вдруг приобрели огромное значение. Наша свадьба должна быть идеальной. Самой лучшей, самой запоминающейся.
  - Обсудили, - лаконично ответил Тироль.
  - И что вы думаете по этому поводу?
  
  Мама резко отодвинулась от стола и сложила руки на коленях, сдерживая эмоции. Наверное, я к ней несправедлива. Долгие годы равнодушия и безрадостного замужества запечатали её чувства, но теперь я верю, что она меня любит. Волнуется, что отец заставил меня выйти замуж за нелюбимого мужчину. Я должна сказать ей, что всё не так, как кажется, что я...
  - Я думаю, что Шели будет прекрасной женой, и мы будем очень счастливы. Вы мне очень удружили, граф Дакорте, - вежливо ответил Тироль.
  
  Моя мать не пошевелилась и не возразила. Отец же удивлённо поднял брови и пристально посмотрел на меня.
  - Даже так? - он адресовал этот вопрос мне. Как ни старалась, я не могла придумать должного ответа. Если ответить сдержанно, то я расстрою Тироля показным равнодушием. А если ответить от чистого сердца, моё поведение сочтут непристойным.
  
  К счастью, Тироль ответил за меня.
  - У нас с Шели есть небольшой секрет, не так ли, дорогая? Мы решили стать счастливыми назло всем, кто не верит в браки по контракту.
  - Надо же, какое завидное решение, - хмыкнул отец и, отчаявшись услышать мой ответ, снова принялся за еду.
  
  На самом деле, у меня целых два секрета. Второй секрет - то, что я отчаянно влюблена в своего будущего мужа. Люблю, люблю, люблю Тироля Андарио и скоро стану его женой. Большего мне и не нужно.
  
  
  Следующие два дня прошли в дымке неожиданного счастья. Мой будущий муж оставался предусмотрительным, нежным и внимательным. Мы гуляли по саду, катались верхом, мечтали о нашей будущей жизни и наслаждались друг другом. Тироль заполнил мои мысли, вытолкнув всё остальное. Он знал об этом и принимал мою восторженную преданность с благодарностью. Тянулся ко мне, и я с готовностью отвечала. Оглядываясь на многочисленные окна дворца, Тироль целовал меня взахлёб, а потом мы бежали обратно в дом, в мои покои и предавались любви, о которой не было написано ни в одной из прочитанных мною благопристойных книг. Острая, нетерпеливая и взаимная любовь.
  
  Да, так бывает. По контракту, внезапно и очень сильно. Неожиданное счастье - не об этом ли я так долго просила богиню Алали?
  
  Вечером мужчины отправлялись на приёмы, а я готовилась к свадьбе. Мешала профессионалам делать своё дело, лезла с советами и требованиями. Передвигала корзины с цветами, украшала скамьи в часовне. Часами разглядывала подвенечное платье, не веря состоявшемуся чуду. Оставалось продумать ещё несколько важных мелочей. Например, заглянуть в каталог нижнего белья. Если раньше я им не интересовалась, теперь всё было по-другому.
  
  За день до свадьбы Тироль провёл со мной всё утро, а потом вскочил на лошадь и уехал в город.
  - Я не могу сдерживаться, Шели. Мы и так постоянно рискуем нанести вред твоей репутации. Нам следует дождаться свадьбы.
  
  Я так сильно удивилась, что не попыталась его удержать. Неужели он сдерживается? Что же будет, когда он даст волю своим чувствам? Он и так затаскивал меня в дом при каждой возможности. Я, конечно, не жаловалась, но не имея никакого опыта в любовных делах, не знала, чего ещё можно ожидать от брака.
  
  Глядя вслед любимому мужчине, я благодарила богиню за подарок. Никогда, даже в самых диких фантазиях я не представляла себе, что могу быть настолько влюблена. Настолько счастлива.
  Внезапно Тироль повернул обратно, на ходу спрыгнул с лошади, подбежал ко мне и обнял с такой силой, что выбил дыхание из груди.
  - Мы будем очень счастливы, Шели, поверь мне!
  
  Он целовал так жадно, что я задохнулась. Ответила с неистовой пылкостью, вцепившись в его волосы и постанывая в рот. Через несколько минут Тироль отстранился и, тяжело дыша, пробормотал:
  - Таким будет каждое наше прощание!
  
  
  Я ошарашенно смотрела ему вслед, приговаривая слова, которые приготовила для свадебной церемонии. После обряда венчания молодожёнам предлагается сказать друг другу несколько слов. Я не знала, что придумал Тироль, но моя клятва начиналась так:
  
  "Для меня существуешь только ты, Тироль. Никто другой. Никогда. Никакой другой мужчина не поймает моё сердце. Оно бьётся в твоей ладони прирученной птицей. Только ты, Тироль. Никакой другой мужчина..."
  
  Не знаю, откуда пришли эти слова, но в те последние дни перед свадьбой я была готова отвергнуть весь мир. Всё и всех. Только бы доказать Тиролю мою преданность. Мне действительно повезло с женихом, и в ночь перед свадьбой я долго сидела в часовне, рассыпаясь в благодарностях богине за то, что она выбрала для меня счастье намного больше и острее того, о котором я мечтала.
  
  Тироль вернулся поздно вечером, но я его не видела, так как они с отцом снова заигрались в карты. А потом наступил день свадьбы.
  
  
  **********
  
   Я проснулась от того, что за мной кто-то пристально наблюдал. Прищурившись, моргнула, чтобы отогнать невозможное видение: у постели сидела моя мать. В халате, с распущенными волосами, без косметики она казалась намного моложе своих лет. Даже не вспомнить, когда она в последний раз заходила в мою спальню, поэтому я осторожно улыбнулась и, боясь её спугнуть, отодвинулась к стене.
  - Доброе утро.
  
  Мама не собиралась тратить время на вежливые приветствия. Поставив на кровать увесистую холщовую сумку, она шумно сглотнула и тряхнула головой. Для смелости.
  - Это - твой единственный шанс, Шели. В сумке - деньги и драгоценности, я копила их для тебя в течение нескольких лет. До церемонии осталось три часа. У нас ещё есть время для конной прогулки, и никто не заподозрит, что ты собираешься сбежать. Я провожу тебя до дороги и дам карту с маршрутом в Истензию, где ни отец, ни Тироль не смогут тебя найти. Если не хочешь покидать Шиан, то поезжай в столицу. Поменяешь имя, поселишься в шумном квартале и заживёшь так, как тебе заблагорассудится. У тебя будет настоящая жизнь, Шели, а не рабское замужество.
  
  В мамином голосе звучало такое отчаяние, как будто она всю жизнь сама мечтала о побеге. Хотя, наверное, так и было.
  - Не сомневайся, Шели - беги! Я заплатила горничным, чтобы они не поднимали тревогу. Когда мужчины спохватятся, ты будешь уже далеко. Твой отец будет очень разгневан, поэтому не давай о себе знать до конца года. Подумай: это такая малая цена за свободу выбора. Представь себе, что ты сможешь сделать, когда станешь свободна! Может быть, однажды я тоже сбегу и приеду к тебе.
  
  Бежать я не собиралась, но какое-то время не отвечала, так как мне очень не хотелось разочаровывать мать. Наконец, вздохнув, я покаялась в своих грехах.
  - Мама, ты не понимаешь, я люблю Тироля и хочу выйти за него замуж. Это и есть мой выбор! Мне не жаль расставаться с моей свободой, так как я приобрету нечто большее, намного большее. Ты не знаешь, какой он. Я расскажу тебе...
  
  Но мама была уже у двери. Она не удосужилась даже дослушать мой восторженный рассказ. Разочарованная в единственной дочери, она отправилась наряжаться к моей свадьбе.
  
  К одиннадцати утра я ввела себя в состояние полной невменяемости. Несмотря на удушающий корсет и накрученную до невозможности причёску, я танцевала по гардеробной, напевала радостные мелодии и хвасталась перед горничными своим счастьем. Сначала они смотрели на меня с умилением, но потом, утомлённые моей одержимостью, сослались на важные дела и оставили меня скучать о Тироле. Стараясь соблюсти приличия, он не пришёл ко мне в ночь перед свадьбой, поэтому мне не терпелось его увидеть. Что поделаешь, зато теперь он МОЙ. Навсегда! Я снова закружилась по гардеробной, пытаясь выплеснуть хоть какую-то часть переполнявшего меня счастья.
  
  В таком состоянии меня нашёл отец. Вошёл в мои покои, не постучавшись, и сбил меня с ног одной фразой.
  - Шели, не паникуй, но мы не можем найти Тироля.
  Я окаменела, даже не успев смутиться по поводу того, что стояла перед отцом в корсете и нижней юбке.
  - Где он... - еле выговорила я.
  - Рано утром камердинер помог ему одеться для верховой езды. Он говорит, что Тироль был в отличном настроении и собирался вернуться задолго до церемонии.
  - А... а его родители?
  - Прибыли сегодня утром и ещё не видели сына.
  - Ты думаешь, он сбежал? - Я заставила себя выговорить самое страшное. Сами посудите: какой он, и какая я. Может, он постарался меня полюбить, но не смог. Поэтому сбежал.
  - Да что ты, деточка! - вскрикнул отец, но при этом отвёл взгляд. - Камердинер сказал, что Тироль с нетерпением ждал свадьбы и хвастался, что ему очень повезло с женой. Думаю, что он просто заехал слишком далеко и теперь спешит обратно. Но я хотел, чтобы ты услышала об этом от меня. Я сообщу тебе, как только он вернётся.
  
  В гардеробную зашла горничная и тут же попятилась при виде хозяина.
  - Я уже ухожу, - отец пропустил её в тесную комнату. - Наряжайте мою девочку. Пусть она будет самой красивой невестой на западе.
  
  Да уж, раз мой отец дошёл до комплиментов, то дела плохи. Меня поворачивали, затягивали, пудрили и румянили, а я сосредоточила всё внимание на том, чтобы не осесть на пол. Отец так и не вернулся. Служанки только хихикали в ответ на мои вопросы, сводя всё к банальностям: 'да куда ж он от вас денется' и 'мы видели, как он на вас смотрит'. Потом меня повели в часовню. Как это жестоко! Неужели они не могли оставить меня в покоях? Вместо этого меня закрыли в крохотной холодной комнатушке, из которой прекрасно слышно всё происходящее в часовне. Гостям объявили о задержке, и до меня донеслись обрывки фраз.
  
  'Жених пропал...', 'Неудивительно...', 'А вы его видели... какой мужчина...', 'Никакие деньги не купят...', 'Сбежал...'
  
  Я заткнула уши и заставила себя считать в уме, чтобы не слышать злые умозаключения безразличных мне людей. Я досчитала до пяти сотен, когда в комнату зашёл отец. Вынув пальцы из ушей, я обнаружила, что в часовне стоит оглушающая тишина. Неужели Тироль вернулся?
  
  Однако каменное лицо отца говорило о другом. Позор. Какой позор! А ведь гадалка обещала, что я не опозорюсь. Тяжело опустившись на край стола, отец еле выговорил моё имя.
  - Шели...
  - Я знаю. Тироль сбежал от меня. Я слышала, о чём говорят в часовне.
  
  Мне хотелось умереть, но часовня - не место и не время для такого решительного шага.
  - Шели! - снова начал отец, теперь уже сердито. - Никогда не слушай, что говорят окружающие. Тироль не сбежал, он погиб. Слуги только что нашли его в овраге. Лошадь подвернула ногу и сбросила Тироля вниз. Он сломал шею. Шели, мне очень жаль.
  
  Моей первой, постыдной мыслью было: 'Слава богине, он не сбежал!', а потом горе обрушилось на меня, как весенний ливень. Задыхаясь, я вцепилась в камзол отца.
  - Мне... ннннужно....уйти....ккк себе. Не хочу, чччтобы гггости меня слышали...
  
  Гул морских волн в голове.
  Нарастающее осознание случившегося.
  Гул всё громче, громче, он уже сжирает посторонние звуки.
  Всё, уже совсем рядом.
  Меня накрыло.
  
  Я очнулась на коленях у отца. Постарев и сгорбившись, он сжимал мои плечи и хлопал по щекам ладонью.
  - Держись, Шели.
  Не могу, а главное - не хочу.
  - Держись! - жёстко приказал отец. Он сжал моё лицо в шершавых, сильных ладонях и заставил посмотреть ему в глаза. - Ты - графиня Шелия Дакорте, - отчеканил он. - Прежде чем ты позволишь себе сломаться, ты должна выйти к гостям.
  
  Избивая каждым словом, отец возвращал меня к жизни.
  Я и сама знала, что таков ритуал: что бы ни случилось, приличия соблюдаются в обязательном порядке.
  - Ты мне поможешь? - Попыталась пошевелиться, но тело не отвечало. Онемело, как и моя душа.
  - Конечно. - Глаза отца подозрительно блестели. Насупившись, он спрятал взгляд и обнял меня за плечи.
  
  В тот момент, впервые за свою недолгую жизнь, я поверила, что отец действительно меня любит. По-своему, странно, холодно, но любит. А другой любви мне и не нужно. Ты не вправе требовать от человека, чтобы он любил тебя так, как хочешь ты. Отец дал мне всё, на что способен, и я приняла это с благодарностью.
  - Пойдём, деточка.
  
  Придерживая, отец повёл меня в часовню. У дверей я остановилась и прижалась к его груди. Он не отстранился, хотя и застыл в неловкой позе с разведёнными руками. Всего несколько секунд сострадания. Момент украденного тепла, который я никогда не забуду.
  - Обещай, что не будешь меня презирать, если я сдамся своему горю, - попросила я. - Дело в том, что я успела его полюбить.
  - Обещаю, - твёрдо сказал отец. - Но помни, что Тироль - достойный мужчина, а значит, богиня Алали подарит ему бессмертие. Она пустит его в Реаль, где он будет счастлив.
  
  Жители Шиана привыкли к мысли о том, что будут жить вечно. Все мы надеемся, что выглядим достойными в глазах богини, и что она впустит нас в волшебный параллельный мир - Реаль, где свершатся все, даже самые невероятные мечты. Однако даже если смерть является всего лишь переходом в следующий, более совершенный мир, она всё равно означает расставание.
  - Надеюсь, что Тироль будет счастлив в Реале. Но ведь я осталась здесь. Одна. Без него. А Тироль забрал с собой моё сердце.
  
  Открывая дверь, ведущую в заполненную гостями часовню, отец прошептал:
  - Надеюсь, что однажды ты простишь меня за этот контракт. Обещаю, что никогда... слышишь, никогда больше не вмешаюсь в твою жизнь.
  
  Тишина.
  Пятна лиц в цветочном обрамлении.
  Солнечные зайчики пляшут на драгоценностях. Кольца, диадемы, ожерелья - праздничное месиво.
  Смаргиваю слёзы - и вижу улыбающееся лицо матери. Неужели ей так приспичило навязать мне свободу, что она не способна на сочувствие?
  В первом ряду - два пустующих места. Здесь должны были сидеть родители Тироля.
  Отец вёл меня между рядами гостей, и я лепетала приветственные слова. В ответ до меня доносились перешёптывания: 'кошмар', 'бледная', 'любит', 'горе', 'испортил', 'порча'.
  
  Они правы. Этот день испортил всю мою жизнь. Да, я бледная, да, я его люблю. Горе, кошмар, конец всех надежд. Называйте это, как хотите. Знаю, что богиня Алали дарит достойным людям бессмертие, и что смерти, как таковой, не существует, но всё равно страдаю. Ведь я осталась одна. В передних рядах рыдали мои подруги.
  - Ох, Шели! - Самия погладила меня по руке и прижалась к ней мокрой щекой. - Держись! Мы с тобой!
  Надо же, как. Несмотря на зависть и наши разногласия, подруги сочувствуют мне больше, чем родная мать.
  
  Я вышла из часовни, почти вслепую, и резко выдохнула цветочный воздух из лёгких. Сегодняшний день должен был стать началом моего счастья.
  Отец отвёл меня в спальню и заставил выпить полстакана бренди. Холодная жидкость обожгла глотку, и кашель тут же перешёл в рыдания. Мне не терпелось забраться в постель, поэтому горничные торопливо сорвали с меня платье и корсет и выдернули шпильки из причёски. Жемчужины, украшавшие мои волосы, упали на пол и запрыгали по паркету. Вот так, с мелодичным звоном свадебных колокольчиков распалась моя жизнь.
  
  Я выпила ещё немного бренди и какие-то предложенные лекарем капли. Бедняга метался от меня к матери Тироля и обратно, пытаясь усмирить неизлечимое горе. Единственное, чем он мог нам помочь - это временное беспамятство. Ускользая, сознание подбросило мне последнюю мысль:
  
  'Гадалка оказалась права: мы были счастливы до самой смерти'.
  
  
  
  Глава 2. Четыре года спустя
  
  
   Как долго длится вечная любовь? Парадоксальный вопрос, не так ли? Ведь по определению она должна длиться вечно. Однако все, кому не лень, пообещали мне, что любовь проходит. Все эти четыре года я изо всех сил надеялась, что со мной случится именно это, что мне станет легче, и что воспоминания о моём коротком счастье сгладятся в памяти. Но не тут-то было.
  
  Я толком не знаю, чем занималась всё это время. Легче сказать, чего я НЕ делала: я почти не общалась с подругами, не участвовала в брачном сезоне и почти не радовалась жизни. В первый год после гибели Тироля я замкнулась в себе, упрямо повторяя окружающим, что никогда не смогу его разлюбить. Отец выполнил своё обещание и позволил мне купаться в собственных страданиях, хотя ему трудно было на это смотреть. В очередной раз разглядывая моё осунувшееся лицо за завтраком, он порывался вмешаться, но сдерживал себя. Мама придерживалась обычных тем разговора, которые ничем не нарушали свободное течение моего горя: погода, вышивание, дамские новости и популярные романы. Исключением из этой рутины стала одна фраза, сказанная во время обеда.
  - Если передумаешь, то моё предложение остаётся в силе, - объявила мама, с вызовом глядя на отца. Тот подобрался, как зверь, готовящийся к прыжку.
  - И что это за предложение, позвольте поинтересоваться? - прошипел он, сложив руки на груди.
  - Я предложила Шели сбежать отсюда, чтобы получить полную свободу. Именно об этом мечтает каждая женщина.
  
  Полагаю, что мама специально сказала об этом при отце. Зачем? Не знаю. Может, чтобы его позлить. Может, в намёк о неизвестном мне прошлом. Но факт остаётся фактом: отец вскочил, отбросил салфетку, схватил маму за руку и поволок за собой из обеденной залы.
  
  Ошарашенная его поведением, я решила не вовлекать в это дело слуг и побежала за родителями сама. Никогда ещё я не наблюдала такой несдержанности со стороны отца. До покоев я не добежала: оттуда доносились весьма неожиданные звуки, совершенно не сочетающиеся в моём представлении с тем, как относятся друг к другу родители.
  
  Ко всеобщему удивлению, через 9 месяцев после обеденного инцидента у меня появился брат, чудный крепыш Вилем. С того самого дня отец перестал обращать на меня внимание. Совсем. А зачем я ему? Ведь у него появился настоящий наследник, то бишь особь мужского пола, хотя пока что и очень маленькая. Я несказанно обрадовалась такому развитию событий и сообщила родителям, что собираюсь отправиться на север Шиана.
  
  Воспользовавшись давним приглашением родителей Тироля, я поехала к ним, надеясь провести там месяц или два. В результате я прожила у них почти два года: помогала его матери заботиться о сиротах, читала книги из обширной библиотеки и бродила по окрестностям, пытаясь угадать, где любил бывать мой погибший жених. Тироль был поздним и единственным ребёнком, и его родители оказались спокойными, добрыми людьми, которые приняли меня, как дочь, и не возражали против того, что я проводила слишком много времени в комнате их покойного сына. Они практически не выезжали в свет и радовались моему ненавязчивому присутствию. Вечерами мы с матерью Тироля сидели у огня и сочиняли истории о том, как счастлив Тироль в магическом мире богини, Реале, и как скучает о всех нас.
  Однако наступило время признаться, что моё пребывание в поместье Андарио являлось всего лишь способом избежать действительности. Тогда я распрощалась с моей второй семьёй и вернулась домой.
  
  Дом встретил меня потоком воспоминаний. Отец явно смирился с тем, что его дочь останется старой девой, поэтому не заставлял меня посещать званые обеды и балы. Мне даже показалось, что он искренне обрадовался моему возвращению. Пару раз он заикнулся о том, что может найти мне нового жениха, но, поранившись о мой оскорблённый взгляд, закрыл эту тему. Вилем рос активным и добродушным ребёнком, и наш дворец из холодного и тихого превратился в весёлый и шумный. Меня радовали эти изменения, хотя где-то в глубине души всё ещё ныла рана потери. У меня никогда не родится ребёнка от Тироля Андарио. Скорее всего, у меня вообще не будет детей. Как и мужа. Пару раз я навестила подруг, но ничего хорошего из этого не вышло. Замужем, родили детей, счастливы в новой, размеренной жизни. Ни о каком позоре Лианы я не слышала, так что, видимо, всё обошлось. Хорошо, что предупреждение гадалки поспело вовремя.
  
  Увидев меня, Самия зарыдала и смущённо прижала к груди крохотную дочь, как будто пытаясь скрыть от меня своё счастье. Лиана почти не плакала, но, когда я обняла её сына и погладила его золотистые кудряшки, у неё задрожали губы.
  - Неужели ты никогда... - начала она, но голос сорвался, и она жестом показала на детей.
  - Никогда, - подтвердила я и закрепила этот ответ почти искренней улыбкой. В целом, мне несказанно повезло. Поддержка отца подарила мне возможность выбирать, хочу ли я замужества. Тогда я поняла, что не хочу и, скорее всего, никогда не изменю своего мнения.
  Я расспросила их о брачном сезоне, о свадьбах и о детях. Истощив привычные темы, я осознала, что в дальнейшем нам не о чем будет говорить. В вопросах детского питания и развития я оказалась совершенным профаном. Что может быть общего у старой девы и двух молодых мамаш? Больше они меня не приглашали, а я не навязывалась.
  
  Хотя... Мы увиделись с ними ещё один раз, и та встреча запомнится мне надолго. Не знаю, чем руководствовался отец, когда устроил званый ужин. Такое поведение для него весьма нехарактерно. В один странный день он объявил, что через западную часть Шиана проезжает вещунья богини Алали, и она остановится у нас. Вещуньи слыли невероятными личностями, способными передавать смертным сказанное самой богиней. За баснословную плату отец уговорил её провести сеанс прямо в нашей гостиной. Слух о приезде вещуньи взорвал наше сонное общество, но я осталась равнодушной. Ведь я и сама могла с лёгкостью предсказать моё будущее: завтрашний день будет наиточнейшей копией вчерашнего. И сегодняшнего. За исключением, пожалуй, меню и наряда. А в остальном - такая же серая копия. Однако отец пребывал в состоянии необычного оживления и пригласил в дом два десятка гостей, в том числе и моих подруг. Большинство просто хотели поглазеть на вещунью и не собирались просить её о пророчестве. Влезать в своё будущее - дело опасное, не каждый рискнёт заранее узнать предначертанную долю, особенно если при этом присутствуют посторонние. А на одиночные сеансы вещуньи не соглашаются, ссылаясь на особенности связи с богиней. Ерунда, конечно, им просто хочется публичного действа и драмы. В день приезда вещуньи я сообщила, что не собираюсь участвовать, однако отец был непреклонен. Настаивал, что организовал этот вечер, чтобы меня развеселить, и я должна услышать пророчество богини. 'Развеселить'? Не думаю, что моё будущее способно развеселить даже самого скучающего из провинциалов, но из уважения к отцу я согласилась. В результате было решено, что из двадцати гостей семеро обратятся к вещунье за пророчеством. В том числе и я.
  
  Может, мне и стоило разволноваться по этому поводу, но я осталась на удивление равнодушна. Наученная горьким опытом, я не собиралась верить магическим трюкам. Достаточно вспомнить о гадалке, которая предсказала, что мы с Тиролем будем жить в счастье и согласии до самой смерти. Кто же знал, какая жестокая игра слов крылась за её словами?
  
  Вещунья оказалась пожилой женщиной с длинной, седой косой и бельмом на глазу. Я чуть было не поинтересовалась у неё, почему богиня не вылечит её глаз, раз уж они так близки. Но стоит ли гневить женщину, которая собирается заглянуть в твоё будущее? Кто знает, как она воспользуется увиденным.
  
  Взвинченные до предела, гости почти не разговаривали друг с другом. Томатный суп, баранина под сливочным соусом и сырный пудинг исчезли за рекордный срок. После этого все перешли, вернее, почти перебежали в салон и расселись по местам в ожидании вещуньи. Та обедала в своих покоях, старательно избегая человеческого общества. На её месте я бы поступила также: если видишь будущее людей, легко ли смотреть им в глаза?
  
  Гости расположились у стен, а в центре затемнённой комнаты поставили два стула и небольшой столик, на котором зажгли четыре свечи. Вещунья зашла в гостиную, оглядела присутствующих и тут же дала слуге знак загасить свечи. Для пущей загадочности, не иначе.
  Недовольно поморщившись, я заставила себя сосредоточиться. Мне следует избавиться от скептицизма, хотя бы на время.
  
  Вещунья взмахнула подолом, поводила руками над потухшими свечами и щёлкнула пальцами, призывая первого клиента. К ней тут же поспешила дородная дама средних лет. Еле уместившись на стуле, она с готовностью положила руки на стол, как будто ожидала, что вещунья станет разглядывать её ладони. Покосившись на пухлые сосисочки пальцев, вещунья прикрыла глаза, издала громкое шипение, и две свечи тут же вспыхнули необычным синим пламенем.
  
  Наклонившись к огню, вещунья прочитала странный стих.
  
  Холодная стихает магия,
  Уйдя в песок,
  И в снах, и в радостных мечтаниях,
  Ты одинок.
  
  И всё. Вот вам и пророчество. Вещунья открыла глаза и недоброжелательно уставилась на пухлые пальцы, которые в тот момент тискали одну из свечей.
  - Что... что... - засуетилась дама, отказываясь верить, что это пророчество предназначалось ей, но в этот момент свечи погасли, отмечая завершение сеанса.
  
  Да уж, это вам не с гадалкой болтать. Тут дело серьёзное.
  Дама расстроенно выпустила из рук свечу и повернулась к мужу, как будто призывая его повлиять на вещунью. Тот подёргивался на стуле, потея от волнения, но ничего не сказал. Даме только и оставалось, что вернуться на место.
  
  Всем известно, что иногда богиня говорит загадками, которые очень трудно расшифровать. Даже прожив целую жизнь, некоторые так и не умудряются понять полученные в молодости пророчества. Может, богиня просто шутит над нами, смертными? В любом случае, раз уж Алали сегодня в загадочном настроении, то мне не стоит волноваться о пророчестве. Всё равно ничего не пойму.
  - Следующий! - глухо сказала вещунья, и я поднялась было со стула, но отец удержал меня за подол и посадил обратно.
  - Ты пойдёшь последней, - прошептал он. Видимо надеялся, что к тому времени богиня нашутится и начнёт говорить серьёзно.
  
  
  
  Следующей пошла Самия. Она очень волновалась и постоянно оглядывалась на мужа. Тот считал гадания и пророчества полной дребеденью, поэтому смотрел по сторонам с очевидным недовольством.
  Пламя свечи колыхалось, и зловещие тени ползали по тонкому девичью телу. Самия склонилась к коленям, как делала всегда, когда чувствовала, что вот-вот упадёт в обморок.
  
  Не теряя времени, вещунья приступила к делу.
  - Никто не дожидается кары. Никто не дожидается мрака. Мы наказываем себя сами, своими мыслями и словами, которые мы не сказали. Отпусти свои мысли и возьми счастье за руку, Самия.
  
  Не знаю, что произвело больший эффект на нашу и так распалённую аудиторию - мрачность пророчества или то, что вещунья назвала имя моей подруги. Предположим, имя ей могли подсказать, но почему-то я была уверена, что это не так.
  
  Муж Самии вскочил со стула, подхватил жену на руки и выбежал из гостиной, бормоча бессвязные ругательства.
  - Следующий! - невозмутимо объявила вещунья, поигрывая кончиком косы. Никто не пошевелился.
  - Либо я пойду следующей, либо снова придётся подавать десерт, - усмехнулась я на ухо отцу, но он притворился, что не заметил иронию в моём голосе. Его глаза горели, руки нервно теребили платок, и он не был похож на сильного, невозмутимого мужчину, видеть которого я привыкла с детства.
  - Если хочешь, то иди следующей, - пробормотал он.
  
  Я встала и решительно вышла в центр гостиной. Что такого ужасного может предсказать мне вещунья? Смерть? Последние четыре года я не жила, а существовала, так что смерть не покажется мне большой потерей.
  
  Сев на стул, я приветливо улыбнулась вещунье, и та удивила меня ответной улыбкой.
  - Хитрая ты! - усмехнулась она. - Хитрая и упрямая. Но богиня не обидится на тебя. Если хочешь покопаться в её секретах, желаю удачи. Алали любит сильных, предприимчивых женщин. Получится у тебя или нет - вопрос нерешённый.
  
  Свечи погасли, а с ними растаяла и надежда получить разумное, связное пророчество. Очевидно, что вещунья безумна, и отец зря потратил огромные деньги на этот цирк.
  - Спасибо, - вежливо сказала я, ибо с безумцами следует быть вежливой. Особенно когда все собравшиеся верят её словам и смотрят на меня с благоговением. Ах да, они же только что узнали, что я задумала перехитрить саму богиню Алали, творца нашего мира, и покопаться в её секретах. Честно говоря, для меня это тоже стало новостью, но мне приятно. Даже немного горжусь своей смелостью. Хотя, о чём я...
  Вещунья назвала меня сильной, предприимчивой и хитрой женщиной. Наверное, потому, что я - дочь графа Дакорте, который заплатил ей за сеанс.
  
  Когда я села на место, отец посмотрел на меня со смесью ужаса и восхищения.
  - Ты пытаешься перехитрить Алали? - прошептал он.
  - А как же, - соврала я, чтобы подольше насладиться восхищением в его глазах. - Ты же сам слышал: я - сильная, предприимчивая женщина. И хитрая, к тому же.
  
  Не может быть никаких сомнений, что это пророчество - ошибка. Сильные и предприимчивые женщины не прячутся от жизни, не хоронят себя заживо в 22 года. Единственное, что я предприняла за последний год - это покупку новых пяльцев.
  
  Тем не менее, после четырёх таких же странных пророчеств сеанс закончился, вещунья ушла к себе, а на следующий день уехала, не принеся мне извинений за странную шутку. Она так и осталась жить с иллюзией того, что я - сильная женщина, пытающаяся перехитрить богиню Алали.
  
  Я бы и думать забыла об этом странном пророчестве, но на следующий день отец вызвал меня к себе и заявил:
  - Я подумал о словах вещуньи, Шели, и должен признать, что они меня очень заинтриговали. Ты можешь сказать, о чём идёт речь?
  Пришлось разочарованно вздохнуть. Вот и пришёл конец восхищению отца. Придётся признаться, что ничего такого уж необычного я не предпринимала, и что вещунья ошиблась. Однако отец отмахнулся от моих объяснений.
  - Я это и так знаю! За последние четыре года ты чуть не отсидела себе... одно место. Но вещунья видит будущее, а не настоящее. А это значит, что в будущем ты совершишь нечто необычное. Вот я и пытаюсь угадать, о чём идёт речь. Алали позволит тебе покопаться в её тайнах, а это значит, что тебе осталось только выбрать, какая из них тебя интересует.
  
  Странное дело, ведь пророчество должно сбываться само по себе. А в моём случае получается наоборот. Мне предстоит трудиться, не покладая рук, чтобы разгадать не интересующий меня секрет богини и помочь пророчеству сбыться.
  
  Увидев, как лень затуманила мои глаза, отец встрепенулся:
  - Очнись, Шели! Ты сама на себя не похожа! Выйди же, наконец, из этого сизого тумана и вернись к нормальной жизни. Уже пора, девочка, время пришло. Ты оплакала Тироля, а теперь наступило время прийти в себя.
  Как будто я не пыталась!
  - Ты прав, папа. Я подумаю о пророчестве.
  - Тут и думать нечего. Нужно всего лишь решить, какой из секретов Алали тебя интересует.
  - Может, просто подождать? Ведь если это - моё будущее, то со временем оно всё равно наступит. Зачем же торопить события?
  
  Отец и не собирался со мной спорить. Мужчина, который поклялся никогда больше не вмешиваться в мою жизнь, уже принял решение. За меня.
  - Я договорился с графом Стэплом, у него самая обширная библиотека на западе Шиана. Ты погостишь у него и покопаешься в легендах нашего королевства. Может, и найдёшь какую-нибудь подсказку. Твоя горничная уже собирает вещи.
  
  Отец чмокнул меня в лоб и ушёл, не давая возможности возразить против вынужденного библиотечного заточения. Что ж, всё могло быть намного хуже. Отец мог навязать мне очередное замужество.
  
  
  **********
  
  Озадаченный моим неожиданным приездом, граф Стэпл неловко топтался рядом. Впрочем, я тоже была ошарашена тем, как быстро изменилась моя жизнь. Алали - творец нашего королевства, и всё в нём живёт и питается её энергией. О вещуньях Алали слагают легенды, потому что они говорят от имени богини. Только вот заслужена ли эта слава, если 'жертв' пророчеств командируют неизвестно куда, чтобы помочь этим самым пророчествам сбыться?
  
  Библиотека досталась графу в наследство, и он не знал, что с ней делать. Не исключаю, что он вообще не умел читать. Спросив, не нужна ли мне помощь, он обрадовался моему уверенному 'нет' и вернулся к насыщенной жизни, состоящей из званых вечеринок и карточных игр.
  
  А я осталась в пыльной двухэтажной библиотеке, чтобы расследовать вопрос, ответ на который меня совершенно не интересовал. Предположим, однажды я раскопаю какой-то секрет богини? Что из этого? У меня и своих проблем достаточно.
  
  Какое-то время я скучающе смотрела в окно и вдыхала пыль, потом повернулась к полкам и начала методично отбирать книги об истории нашего королевства и о богине Алали. Легенды Шиана заучивают ещё в раннем детстве, и в большинстве своём они повествуют о проявлениях восхитительной божественной магии. Мне особо запомнился рассказ о вещем драконе Ая, который проживает в южных горах Шиана и сторожит излучину - место, где сходятся несколько миров. Дракон слывёт любимцем богини и может передавать мысли через пристальный взгляд. Однако тех, кто ему не нравится, он съедает без особых угрызений совести. Смертным не дозволяется входить в магические леса Алали, да и южные горы пользуются весьма плохой репутацией. В детстве я мечтала о встрече с драконом, но теперь надеюсь, что вещунья имела в виду не эту тайну Алали. Только драконов мне и не хватало!
  К слову, в силу магии Алали верят все, причём почти безоговорочно. Уж слишком много странных вещей случается в Шиане, слишком весомыми являются доказательства того, что наше королевство - не что иное, как воплощённая фантазия богини.
  
  
  
  После длительных поисков и нескольких приступов кашля, спровоцированных обилием пыли, я выбрала две книги, которыми и занялась вплотную. Первая рассказывала историю жизни Алали и была написана мужчиной, который был либо влюблён в богиню, либо просто безмерно ею восхищался. Её я прочитала запоем за несколько часов и потом ещё долго пребывала под впечатлением. Вторая книга представляла из себя энциклопедию легенд Шиана. Она далась мне с трудом, но содержала все нужные факты в изобилии.
  
  Три дня чтения, ёрзания и ругательств. Три долгих, пыльных дня.
  
  Когда я закончила, на столе появилась стопка исписанных листов, а в моих глазах впервые за последние годы горел живой огонь. Я уже и не надеялась, что однажды моя жизнь снова обретёт смысл, но это произошло, причём внезапно и бесповоротно. А ведь всё это время выход из тупика моей жизни был совсем рядом.
  Я написала Стэплу благодарственную записку, позвала горничную, и через час мы были уже в пути.
  
  Вернувшись домой, я вбежала в кабинет отца, не снимая меховой накидки.
  - Папа, ты был прав! Спасибо, что послал меня к Стэплу, эта поездка вернула меня к жизни! - воскликнула я, прижимая смущённого и весьма обескураженного родителя к холодному меху. Отец чихнул, почесал нос и настойчиво отстранил меня, пытаясь выиграть время и прийти в себя.
  - Тебя не было всего несколько дней! - попытался возразить он.
  - Этого оказалось достаточно, чтобы осознать, как глупо держать себя в добровольном заточении. Я больше не хочу сидеть на месте. Я поеду в столицу, самолично увижу храм великой богини и посещу библиотеки, чтобы разузнать всё возможное о её тайнах.
  
  Не исключаю, что я немного переиграла. Сражённый моим воодушевлением, отец засомневался в искренности такой значительной метаморфозы. Слишком уж долго я бродила по дворцу, как тень, не отвечая на вопросы и отказываясь от еды. А тут уехала всего на несколько дней - и вернулась румяная, воодушевлённая и полная великих планов. Менее всего я хотела вызвать у отца подозрения, поэтому сделала глубокий вдох и расширила свои немодные карие глаза:
  - Извини, что я веду себя так несдержанно. Мне кажется, что всё это время я пребывала в вязком тумане и только сейчас умудрилась выбраться на свет.
  
  Искренний взгляд, мягкий голос - и отец мне поверил. Внутри меня всё сжималось ослепительной болью: ведь через какое-то время он вспомнит этот разговор и будет корить себя за то, что не разгадал моих намерений. Сможет ли он когда-нибудь простить себя за то, что не остановил меня, что не поехал в столицу вместе со мной или, по крайней мере, не пообещал навестить меня, чтобы узнать о моих планах?
  
  Что уж тут говорить: с тех пор, как у отца появился наследник мужского пола, чудесный маленький Вилем, он ослабил бдительность во всём, что касалось меня. Что оказалось очень выгодным, так как если бы он узнал о моих планах, то навсегда запер бы меня во дворце. Возможно, даже привязал бы к кровати.
  - Я очень рад, что тебе лучше, Шели, - сказал отец. - И твоя мать тоже будет довольна. Когда ты собираешься отправиться в путь?
  
  Я посчитала слова отца согласием и чуть не завизжала от радости. А с моим музыкальным слухом этого лучше не делать.
  - Сейчас же! То есть завтра! То есть как можно скорее! - Бесконтрольная радость выстреливала из меня, заставляя забыть о манерах и приличиях.
  
  Засмеявшись, отец потрепал меня по волосам.
  - Что с тобой такое?! Я тебя совсем не узнаю. Последний раз ты была такой перед свадьбой... - На последнем слове голос отца превратился в сип и оборвался. - Прости меня, детка.
  - Не волнуйся, папа, я в порядке, - честно сказала я.
  - Я очень рад, Шелия. - Отец отпустил меня и отошёл к окну. - Я знаю, что навязал тебе брак с Тиролем и даже как следует не предупредил и не познакомил с женихом заранее. Даже не подумал спросить твоего мнения. - Поняв, что я собираюсь протестовать, отец погрозил пальцем, и я замолчала. - Твоя мать ненавидит меня за это. Хотя нет, поправлюсь. Это - одна из многих причин, почему твоя мать меня ненавидит. Так вот: я никогда больше не навяжу тебе мою волю. Я обещал тебе это в день свадьбы, и я снова даю эту клятву. Если хочешь - выходи замуж. Нет - оставайся сама по себе. Я переписал часть приданого в твоё безраздельное пользование. Делай с ним, что хочешь.
  Усмехнувшись, отец назвал сумму, от которой я ахнула так резко, что закашлялась. Свобода? Мои собственные деньги? Это же неслыханно! Такое случается только... только в столице. А я туда и еду.
  - Но я же...
  
  Отец крутанулся на месте и засмеялся мне в лицо.
  - Женщина? Хочешь напомнить, что ты - женщина? Шелия, я заставил тебя выслушать пророчество вещуньи, потому что хотел пробудить тебя к жизни. Дело в том, что ты - не просто женщина. Ты - забавная, находчивая, предприимчивая... что ещё она сказала?.. ах да, сильная женщина. А таких немного. Твоя встреча с Тиролем... это был шок, детка. Всё, от начала и до конца. Ты не такая. Я наслышан о твоей работе с сиротами. Твоя мать права: тебе невыносимо скучно в обычной скорлупе женского заточения, и теперь, когда ты её разбила, я не хочу заставлять тебя влезать обратно. Живи, как хочешь. Само собой, соблюдай приличия: найми себе компаньонку и не делай глупостей. Но всё остальное - дело твоё. Твоя мать будет счастлива, если ты станешь жить так, как хочешь.
  Когда отец говорил о маме, его голос трескался. Интересно, что же таилось за холодным равнодушием их отношений?
  
  Я была не просто богата, а ослепительно богата. Поместья, деньги, земли. А главное - свобода. И это - страшно, потому что... скажу честно, ничего из этого мне не нужно. Кроме свободы.
  Напоследок отец спросил меня от том, что я раскопала в библиотеке Стэпла. Мой ответ был сумбурным и излишне оживлённым, благо я была готова к этому вопросу. Я рассказала ему про вещего дракона, про живые моря, волшебные горы и про магический храм столицы. Судя по снисходительной улыбке отца, мой сбивчивый рассказ возымел желаемый эффект: он решил, что у его исстрадавшейся дочери появилось безобидное хобби.
  
  Если бы отец знал о моих намерениях, то ужаснулся бы и пришёл в дикую ярость. Он бы никогда не позволил мне жить так, как я хочу. Он не знал и не мог знать, что его дочь - безумица, навеки застрявшая в коконе любви единственного желанного мужчины. Тироля Андарио.
  
  Независимой жизни я не боялась, ведь меня обучали, как наследницу графского титула и всех владений Дакорте. Разобравшись с приданым, я занялась поисками компаньонки. Это оказалось проще простого: я выбрала самую миловидную, скромную и практически бессловесную девицу, которая откликнулась на объявление. Компаньонка должна находиться неподалёку, не высказывать особых мнений и не проявлять особую догадливость. Девушку звали Лиозна. Дочь обедневшего аристократа, она блистала отличными манерами и ограниченными интересами. При нашей первой встрече она наградила мои миндалевидные ногти одобрительным взглядом, и я сразу поняла, что Лиозна мне подойдёт. Сдержанная, недогадливая и не возражающая против скуки.
  
  Родители попрощались со мной так сердечно, как будто мы всю жизнь были близкими друзьями. Мама прошептала: 'Я завидую тебе, девочка, искренней, белой завистью', и я знала, что она говорит правду. Вилем плакал и цеплялся за мою юбку, а отец хмурился, пытаясь сдержать эмоции, и только в самом конце сказал: 'Я горжусь тобой, Шелия!'
  Не думаю, что я это заслужила, но всё равно спасибо. Приятно это слышать.
  
  Вот с такими напутствиями молодая, сказочно богатая и всё ещё очень наивная графиня Шелия Дакорте покинула западную провинцию. Однако вопреки ожиданиям кучера и остальных сопровождающих, мы направились не в столицу, а на север.
  - Я хочу попрощаться с родителями Тироля! - объявила я.
  - Так это ж несколько дней пути на север, а при такой погоде... - начал было кучер, но его возражения разбились о гранит моего взгляда. Теперь я стала совсем другой Шелией Дакорте - сильной, предприимчивой женщиной, ведомой главной миссией всей моей жизни.
  
  Моей миссией был Реаль.
  
  
  ***
  
   Реаль.
  
  Параллельный магический мир, существование которого неоспоримо. Продолжение Шиана, созданное самой богиней. Благодаря необыкновенной фантазии и способностям Алали достойные жители Шиана бессмертны, и переход в параллельный мир - событие условное. Созданный на излучине пространства, Реаль - самый невероятный мир из всех, когда-либо придуманных богами. Живой, думающий, чувствующий. Угадывая мечты и нужды человека, он даёт ему всё, что нужно, и создаёт для каждого индивидуальное счастье. А мне нужно только одно: Тироль Андарио.
  
  Для этого я должна найти переход в Реаль.
  
  В идеале я бы, конечно, хотела найти Тироля и вернуть его обратно, но, если верить прочитанному, это невозможно. Тироль не может вернуться в Шиан, но я могу поселиться с ним в Реале.
  Сознаюсь, что в мечтах я представляла этакий вход, подсвеченный магическими светильниками с поющими птицами вокруг. Открываю дверь, делаю шаг и, омываемая божественным светом, попадаю к любимому мужчине. Почему бы и нет? Ведь если Алали позволит мне копаться в своих секретах, может, она сама проведёт меня к Тиролю?
  
  Прочитав энциклопедию легенд Шиана, я поразилась тому, насколько реальна магия Алали. Доказательства существования Реаля показались мне весьма и весьма достоверными. Бессмертие и переход в Реаль так же неоспоримы, как и то, что в случае греховной жизни мы попадём в ад или в промежуточное пространство, в котором души ждут перевоплощения. В энциклопедии рассказывалось о людях, которые нашли переход в Реаль в попытке вернуть любимых людей. Все они получили своё счастье. Стоит заметить, что Реаль называют легендой, потому что никто из попавших туда не возвращался назад, чтобы поделиться впечатлениями. Поэтому приходится полагаться на рассказы жрецов и древние рукописи, чтобы представить, что именно ожидает нас в параллельном мире.
  
  Всем детям говорят одно и то же: 'Если будешь хорошо себя вести, то однажды богиня Алали пустит тебя в Реаль', 'Доешь суп - и тогда...', 'Не обижай сестру, иначе никогда не попадёшь в Реаль'. Концепция Реаля для нас, жителей Шиана, близка, желанна, хотя и немного сказочна. Ведь сколько раз мне говорили: 'Если не доешь кашу, то никогда не вырастешь'. Я никогда не доедала кашу, но всё-таки умудрилась вырасти. Поэтому вера в легенды несколько ослаблена излишне частым и небрежным их упоминанием в быту.
  
  За время, проведённое с родителями Тироля, я узнала о нём очень многое. Его семья славилась в округе щедрой благотворительностью. Доброта, искренность и душевное тепло Тироля поразили меня с самого начала, и я не сомневалась, что он попал именно в Реаль, и что однажды я встречу его в новом мире. Мы любили друг друга и собирались стать счастливыми, и Реаль должен почувствовать это и соединить нас на века. По крайней мере, именно это обещали легенды, и именно об этом мечтали мы с матерью Тироля во время вечерних посиделок у камина.
  
  Я собиралась разузнать всё возможное о Реале до того, как рискну в него попасть. Ада я не боялась. Глубокая бесполезность провинциальной жизни защитила меня от грехов, достойных отправки в ад. А вот промежуточное пространство между адом и Реалем щекотало нервы. Хотя за мной не водится особых грехов, я не совершила ничего выдающегося. Я подавала милостыню около собора, отправляла сиротам праздничные посылки, но достаточно ли этого для допуска в Реаль? Согласно легендам, в промежуточное пространство попадают все остальные, не слишком плохие, но и не очень хорошие. Или те, кто разочаровал богиню. А ведь моя жизнь до появления Тироля была серой, скучной и совершенно бесполезной. Будет более, чем обидно разгадать тайны богини, а потом оказаться в неоформленной пустоте и зависнуть там на сотни лет до перевоплощения моей души. Уффф... мурашки по коже от одной мысли!
  
  Не сомневаюсь, что родители пришли бы в ужас от этой идеи, заподозрив, что я собираюсь расстаться с жизнью. Нет, конечно! Я не хочу и не собираюсь умирать, да Алали и не пустит в Реаль того, кто не ценит жизнь в Шиане. Мне дорог каждый день, даже если он наполнен мелкими ежедневностями. Однако если мы и в самом деле бессмертны, и если существует альтернативный мир, где я могу воссоединиться с мужчиной, забравшим мою душу, то я должна постараться найти переход. Даже если я никогда не смогу вернуться обратно. Рваная пустота, оставленная Тиролем, заставляет меня искать излечения. Из двух возможных миров я выберу магический, живой Реаль, в котором получу, наконец, своё счастье.
  
  Если вещунья права, то мне разрешено покопаться в секретах Алали. Богиня любит предприимчивых женщин и не возразит против моего вмешательства. Вещунья предупредила, что вопрос о том, получится у меня или нет, пока не решён, но сам факт, что Алали не против, уже кажется многообещающим.
  
  В ночь, когда я приняла решение найти вход в Реаль, мне приснился Тироль. Я посчитала это хорошим предзнаменованием. Со дня его гибели я не видела ни одного сна. Реальность заполняла мысли таким густым, чёрным туманом, что ночью я проваливалась в беспамятство. И вдруг в мои сны пришёл любимый мужчина и принёс с собой счастье и надежду. Я увидела Реаль, как весенний сад - с цветущими вишнями, акацией, розами, нарциссами и тюльпанами. Среди тяжёлых, душистых соцветий меня ждал он, Тироль Андарио - самый прекрасный мужчина в мире. Он полулежал на клетчатом пледе, опираясь на локти, и смотрел на меня с улыбкой. Тироль звал меня, он не сомневался, что я найду вход в Реаль и приду к нему. А я не сомневалась, что если попаду в Реаль, то сразу найду Тироля. Ведь меня приведёт к нему моё сердце и магия волшебного мира. Такова суть Реаля: каждый, кто туда попадает, получает именно то, что ему необходимо.
  
  Стоит только найти вход в Реаль - и я буду счастлива. Во мне говорит уверенность, свойственная глубоко, очень глубоко влюблённым людям.
  - Наивным, - поправите вы.
  - Нет, влюблённым, - упрямо не соглашусь я.
  - Это одно и тоже, - скажет циник, но я не удостою его взгляда.
  
  Для начала мне предстояло заручиться помощью родителей Тироля. В этот раз я ехала к ним по причинам далеко не сентиментальным. Во время прошлого визита отец Тироля рассказал мне о своей жизни в столице и о работе в магическом ведомстве. Он служил на административной должности, контролируя лицензии практикующих в Шиане целителей. Однако среди его друзей числился сам начальник магического ведомства - человек весьма неординарный и мудрый и, кроме того, состоящий в близком знакомстве со жрицами богини Алали. Отец Тироля поведал мне (по большому секрету), что Арсентий (а именно так звали начальника магического ведомства) видел и саму богиню, но об этом простым смертным знать не положено. Кто как не Арсентий сможет рассказать мне о Реале и о секретах богини?
  
  Родители Тироля обрадовались моему приезду и с восторгом поведали о столице и её обитателях. Вооружённая полезными советами и рекомендационным письмом, адресованным начальнику магического ведомства, я покинула гостеприимный дом семьи Андарио. На прощание я обняла их и долго не отпускала, зная, что прощаюсь навсегда. Всей правды я им, конечно же, не сказала, а они с лёгкостью поверили в моё желание изучить легенды Алали, посчитав это далеко не худшим из того, чем развлекают себя богатые наследницы.
  
  Впервые за четыре года я чувствовала себя живой.
  
  Счастливое, радостное предчувствие переполняло меня, и во всём виделось удачное предзнаменование. Даже в том, что в столице королевства проживал великий король Дионизий Достойный. Он справедлив, честен и, что уж скрывать, красив. Когда я была совсем маленькой, отец, поддавшись порыву монархической привязанности, создал в нашем дворце картинную галерею и повесил в ней портреты всей королевской семьи, включая предшественника Дионизия, короля Александра, его жён и детей, в том числе незаконнорожденных. Дионизий как раз и являлся одним из побочных детей короля. Тогда ещё совсем юноша, он тем не менее смотрел с портрета с удивительным достоинством. В детстве я мечтала, что Дионизий станет королём, а я - его прекрасной королевой. Однажды после обеда я забралась на стул и поцеловала Дионизия прямо в губы. Жирный след в форме бантика до сих пор напоминает мне о детской мечте.
  
  Я выросла, и половина моей мечты сбылась: год назад Дионизий стал королём Шиана. Вот только я теперь мечтаю о совсем другом мужчине. Да и у короля не всё просто. Его возлюбленная погибла при необычных обстоятельствах, и после этого Дионизий добровольно обрёк себя на одиночество. Когда я потеряла Тироля, то стала всё чаще вспоминать о короле, так как теперь нас связывала похожая печальная история. Интересно, думал ли он о переходе в Реаль? Даже если и думал, королю не пристало поступать безответственно, бросать трон и мчаться за женщиной в параллельный мир. Хотя почему бы и нет? Это было бы так романтично.
  
  Я решила не тратить времени зря и по дороге в столицу останавливалась в каждой церкви, чтобы пожертвовать денег и помочь бедствующим. Другими словами, я бесстыдно пыталась заслужить допуск в Реаль.
  
  Скажем без обиняков: нет ничего опаснее наивной женщины, вооружённой мечтой.
  
  ----------------------------------------------
  
  Прочитать остальную часть истории можно здесь





Оценка: 9.24*30  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"