Муха Дмитрий Сергеевич: другие произведения.

Молитва для ведьмы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:


Молитва для ведьмы

  
   Кто осудит эту душу?
   "Эпидемия. "Кумир".
  
   По городу шла девчонка.
   Самая обыкновенная. Симпатичная, если честно. Незамужняя, так как замужние по традиции носили головные уборы. Что знатные, что простолюдинки. Нет, конечно, были оригиналки, которые плевать хотели на традиции, но на плюющую пятнадцатилетнюю девушку горожане посмотрели бы неодобрительно. И плевать они хотели на ее красоту. Раз уж ты простолюдинка, будь добра, соблюдай общественную мораль. А то хуже будет.
   Если честно, девушке плевать хотелось на мораль почтенных бюргеров. И то, что ее юбка намного выше колена, а не тянется шлейфом по грязи, ее тоже не волновало. Так даже лучше, вон, мальчишка - лотошник провел ее восхищенным взглядом. А она только печально улыбнулась и тряхнула черной косой с маленькой седой прядью у виска. Большие серые глаза внимательно всматривались в полупустые утренние улицы Старого Города, уши прислушивались к крикам торговцев, брани соседей, лаю собак и скрипу точильного камня сидящего на углу старого гнолла.
   - А на углу гнолл сидит, ножи, мечи точит, а вокруг народ бежит, на гнолла очень хвалит! - прошепелявил точильщик. - Подходи, молодая, точу, верчу, вай, хочу!
   - Остынь дедуля, с тебя песок сыпется, - ухмыльнулась она.
   - Это не потому, что старый, молодая, а потому, что знаю много! Давно живу, трех жен пережил, три страны объехал, правнуков вырастил!
   - Что, действительно много знаешь? - не поверила девчонка. - А как мне найти Эрхарта из Сида?
   - Зачем искать того, кто сам находит? - удивился гнолл и тряхнул головой. Сережки в ухе мелодично зазвенели.
   - Ничего ты не знаешь, - махнула рукой девушка.
   - Как так не знаю? - обиделся гнолл. - Я очень даже знаю. Я что надо говорю. А магистра ты в таверне найдешь. Он там пиво пьет. Таверна зовется та "Даже не знаю...". А как пройти туда, ведомо тебе?
   - Если бы, - вздохнула девушка. - Я нездешняя.
   - Вай, как и я! - обрадовался гнолл. - Мы с тобой сговоримся, молодая! Дай мне монетку, а я тебе совет дам. Мы, гноллы, многое знаем, многое видим, вай!
   Девушка привычно ощупала висящий на пояске тощий кошель, вздохнула и добыла на свет медяк.
   - Видишь, молодая, на углу толстяк стоит, на нас пялится?
   Девушка оглянулась. Действительно, стоит на углу мужичок не особо высокого роста с уже наметившимся животиком. На голове обычная соломенная шляпа, простая серая рубаха со следами штопки, крепкий кожаный пояс с коротким кинжалом в ножнах, черные штаны. На плече объемная сумка. И смотрит так внимательно.
   - Может, это он твою птичку на жаркое пустить хочет? - улыбнулся точильщик.
   - Нельзя ее на жаркое! - девушка испуганно прижала клетку, которую она все время держала в правой руке, к груди.
   - Ну, значит, не пустит, молодая, - от беззвучного смеха уши гнолла тряслись так, будто хотели сплясать марумбу. Сережки аккомпанировали ушам веселой мелодией. - Ты его не бойся. Он тоже пиво любит. От пива и живот такой. А пиво он пьет в "Даже не знаю...". И Эрхарта он хорошо знает.
   - А вы не врете?
   - Вай, обижаешь, молодая! - обиделся гнолл. - Он, может, лучше всех Эрхарта Висельника знает! Беги уже, молодая! А толстяку передавай привет от старого Мухтара, с которым он в тюрьме сидел!
   - Спасибо, - поблагодарила девчонка и - нет, не побежала, гордость ей этого не позволила - с вызовом в глазах подошла к незнакомцу.
   - Уважаемый, старый Мухтар, с которым Вы в кандалах сидели, передает Вам привет.
   - Спасибо, красавица, - поблагодарил толстяк и помахал шляпой гноллу. - Только мы не в кандалах сидели, а в колодках. Нам виселица светила.
   Девушка отшатнулась. Ей только висельников не хватало.
   - Что юная госпожа хотела у меня спросить?
   - Я ищу Эрхарта из Сида. Говорят, что Вы его знаете.
   Толстяк задумался.
   - Иногда я думаю, что я совсем его не знаю. И никто не знает. А зачем Вам этот пьяница?
   Девушка помрачнела.
   - Он может мне помочь.
   - Чем?
   - Говорят, что он великий маг. Ему ведомы многие тайны мирозданья.
   - И двадцать заклинаний, - ухмыльнулся толстяк.
   - Как - двадцать? - удивилась девушка. - Я и то больше знаю!
   Теперь удивился толстяк:
   - В смысле - знаешь?
   - Я ведьма, - нехотя призналась девушка.
   - Ты - кто?!
   - Ведьма! - топнула ногой девушка, глядя на смеющегося толстяка.
   - А кто тебе это сказал? Прости, но Эрхарт не занимается чужими фантазиями.
   - Это не фантазии...
   Толстяк поправил шляпу:
   - Ладно, уважаемая госпожа ведьма. Вы хотите есть? Тогда давайте пройдем в таверну. Заодно и Эрхарта подождем.
   В таверне толстяк заказал себе кружку "Южной ночи" и кружку "Звездной", копченого леща и соленых сухариков. Потом посмотрел на ведьмочку и заказал еще тарелку каши с мясной подливой.
   - Я не голодна, - твердо сказала девушка.
   - Уррр... - опроверг ее слова желудок.
   - Опять врешь. Тем более, я хочу услышать сказку. Сказку о девочке, которая считает себя ведьмой.
   - Я действительно ведьма! - разозлилась девушка. - Я - Лия с Липовой Горки!
   Лицо толстяка налилось скепсисом.
   - Все знают, что Лия с Липовой Горки - известная травница.
   - Я уже восемь лет собираю травы и варю зелья!
   - А еще все знают, что Лия с Липовой Горки - это дочь Кислой Элиит. А Кислой Элиит в этом году исполнилось бы шестьдесят шесть лет. Прости, дорогуша, но ты не тянешь на ее дочь.
   - А я и не дочь. Я ее воспитанница. У матушки Элиит не было детей. И вообще, я хочу увидеть Эрхарта из Сида!
   Толстяк закусил "Звездную ночь" лещом и театрально поклонился:
   - Госпожа Лия с Липовой Горки, разрешите представиться. Меня зовут Эрхарт. Эрхарт из Сида.
   Девушка нахмурилась:
   - Врете вы все. Все знают, что Эрхарту из Сида уже восемьдесят лет.
   - Шестьдесят три, если точнее, - улыбнулся толстяк. - Но он маг и квартерон. А маги стареют медленнее, чем обычные люди. Так что сейчас он выглядит примерно вдвое моложе.
   Девушка заерзала на табурете.
   - А еще все знают, что Эрхарт из Сида - известный сталкер, и купается в золоте.
   - Да ну, всего семь ауреев в этом месяце... - пробормотал толстяк.
   Девушка широко распахнула глаза.
   - Семь ауреев?! Это же огромные деньги!
   - А лекарства сейчас не самые дешевые! И пиво тоже денег стоит. И вообще, смотри!
   Толстяк щелкнул пальцами, и из его ладони полился цветной спрей. Не просто полился, а нарисовал в воздухе клетку с сидящей в ней птицей. Потом спрей ударил в столешницу и растекся по ней, отскоблив старую грязь.
   - Ну и что? - презрительно пожала плечами девушка. - Я так тоже могу...
   - Покажи, - потребовал толстяк.
   Девушка замялась:
   - Сейчас я не могу...
   - Тогда чем ты докажешь, что ты действительно та самая Лия? Или мне травознавство проверять? От чего применяют настойку подкоренника?
   - От болей почках, если у больного нет диабета. Если есть диабет, то лучше применять...
   - А как готовят настойку дискума вертебруса?
   - Какую еще настойку? Это порошок пахучки, щепотку в ложку липового меда, помогает при воспалении...
   - А когда собирают корневища лужайницы?
   - Сразу после цветения, желательно после дождя...
   - А где растет вечерняя свеча?
   - На Старом пастбище... Эй, так не честно! - вскочила девушка. - Это мое место! Я первая его нашла!
   Эрхарт хохотал так, что едва не расплескал пиво. Ведьмочка трясла кулаками, ругая подлого конкурента.
   - Это нехорошо! Вы подлец! Чтоб Вам ослиные уши!
   Маг посерьезнел:
   - Говоришь, ослиные уши? Ладно. Допустим, я тебе поверю. Допустим, ты действительно Лия с Липовой Горки. Допустим. И так, зачем ты меня ищешь?
   - Уррр... - напомнил о себе желудок девушки.
   - Эй, Шандор, где там каша? - крикнул толстяк.
   - Сейчас, уже несу! - крикнул стоящий за стойкой мальчишка. - Подождите немного, господин Эрхарт!
   Девушка задумалась.
   - Так вы действительно Эрхарт из Сида?
   - Нет, я осёл, превращенный злобным демоном в хуманса. Прости, в квартерона.
   Девушка задумалась. Птица в клетке недоуменно зачирикала.
   - Это дрозд-пустырник? - спросил Эрхарт.
   Лия промолчала, только крепче прижала к себе клетку.
   - Ваша каша, - пропел мальчишка, плюхнув на стол глиняную миску и кувшин с компотом. - Господин Эрхарт, вам еще чего-нибудь надо?
   - Спасибо, Шандор, пока не надо. Как там почтенный Мальтиус? Опять с ногой мучается?
   Мальчишка вздохнул с настолько явной жалостью, что у него на лбу появилась надпись: "Я притворяюсь, на самом деле меня все устраивает!"
   - Выздоравливает, господин Эрхарт. Но не так быстро, как хотелось бы. Так что я тут днем сам верчусь, а по вечерам хозяйка с дочкой помогают.
   - Ладно. Я завтра утром зайду, посмотрю его ногу. А ты ешь, мои гости не уйдут голодными.
   Лия взяла в руки ложку. Каша оказалась очень вкусной, подлива - питательной.
   Эрхарт пил пиво и только улыбался.
   - Спасибо, уважаемый Эрхарт, - отложила в сторону ложку Лия.
   Эрхарт догрыз сухарик и низко поклонился:
   - Эрхарт Висельник к Вашим услугам. А теперь, коллега, я весь во внимании.
   Девушка задумалась. В ее душе боролись надежда на помощь и страх.
   - Ну же, я слушаю.
   Лия глубоко, как учила ее матушка Элиит, вдохнула. Прочитала короткую молитву Гигейе-целительнице и Ане-искательнице. На одном выдохе. Посмотрела в глаза Эрхарта. Глаза ничего не выражали. А ауры она не видела.
   - Господин Эрхарт, я... Я сейчас живу одна.
   Эрхарт молча пил пиво. Неторопливо так.
   - Матушка Элиит, пусть земля ей будет пухом, приютила меня, когда я была еще маленькой девочкой. Она заметила, что у меня есть Дар. И она начала меня учить. Но...
   Кружка с пивом замерла возле губ.
   - Весной матушка Элиит умерла.
   - Оле, - прошелестело в таверне. Или Лие показалось? Глаза Эрхарта все так же ничего не выражали. Он смотрел на пиво, словно в пенном напитке заключалось откровение самого Первопророка.
   - И я... Я... Она меня учила магии. У меня не так много силы, но я кое-что умею. А она... У нее...
   - Болели руки, - выдохнул Эрхарт.
   - Да, болели, особенно перед непогодой. Но она редко жаловалась. В такие вечера она учила меня... А однажды... Однажды...
   Маг подсунул девушке кубок с водой. Откуда он взялся на столе, Лия не заметила, но списала все на магию Эрхарта.
   Вода была холодной. Она остужала голову и язык словно выскользнул из тисков печали.
   - Однажды ночью она позвала меня, взяла за руку и сказала, что я ее преемница. А потом попросила принести воды из подвала. Я пошла, а когда... когда...
   - Когда ты вернулась, она уже была мертва. Узнаю ведьм. Любят они ставят всех перед фактом. Шандор, еще "Звездной ночи". И салатик из капусты девушке. Не спорь. Я хочу дослушать до конца. И так, когда ты вернулась, Элиит уже была мертва. Я прав?
   Лия кивнула, судорожно сглотнула слюну и продолжила:
   - Она... матушка Элиит, учила меня магии... У меня не всегда получалось, но я старалась. Честно, старалась! Но она не всегда давала мне то, что я хотела. Говорила, что позже научит меня... И... И умерла... Она научила меня читать! Я знаю, я простая девушка, а не дворянка, мои родители пасли коз в горах, но она научила меня читать! И математике! Я умею читать на жевурзском и импери, немного пишу... Я с ошибками пишу, но матушка Элиит говорила, что это не беда! Что я пишу для себя! И я считать умею до десяти тысяч! И знаю четыре основных действия счетного дела! И части с процентами находить умею, я же травница! А она... А я... У нее книги были. Много книг. Некоторые она никому не показывала. Прятала за печкой. Когда к ней приходили из Багряной Палаты, они ничего не находили. Матушка говорила, что в книгах нет зла. Что зло есть в людях. В тех, что прикрываются Богом... Но она верила, я сама видела, как она молилась! И эти людоеды из Багряной Палаты, чтоб им ослиные уши, они ей тоже верили! Они просто требовали от нее денег! Но на костер ее не тянули! Она была доброй. К ней приходили пастухи, и матушка их лечила... А я ей помогала... Они не всегда платили! Матушка жила с маленького огородика. Там мы выращивали горох, капусту и пшеницу! Но пшеницу мы не всегда могли обмолотить... Мельник говорил, что не будет молоть проклятым ведьмам... А матушка все равно лечила его, когда у него загноилась нога! А он... А он опять позвал этих, из Багряной Палаты! Чтоб ему ослиные уши!
   - Чтоб, - печально вздохнул Эрхарт. - Девочка, а ты знаешь, что такое ослиные уши?
   Лия замерла с открытым ртом. Слова рвались из нее, но новая мысль мешала им.
   - Ослиные уши? Так говорила матушка Элиит... Это же уши от осла, разве не так?
   Маг посмотрел куда-то сквозь девушку, печально вздохнул и сдул пену с кружки. Сделал большой глоток. Положил в рот сухарик. Сфокусировал взгляд на ведьмочке.
   - Ты права. Это всего лишь ослиные уши. Продолжай, пожалуйста.
   Теперь девушка поднесла к губам кубок, отпила, выдохнула. Глупый вопрос и холодная вода успокоили ее.
   - Когда матушка умерла, я решила учиться самостоятельно. Я читала "Практикум по растениям целебным" святого Бартоломео...
   Маг хмыкнул, прошептал что-то вроде "Антиквариат" и впервые с начала рассказа Лии улыбнулся. Но юная ведьма не смутилась.
   - А еще я читала "Медицинус официалис и анатомус унд физиологуз в средулюс универсализ хомос эректус, ползукус и пархалиус"! Самого Галена Протоамебуса! Главного врача Святого Престола!
   - А вот за это, юная леди, по вам действительно костер плачет! - маг внаглую ухмылялся. - Это ж надо додуматься! Читать какого-то Галена! Да он у нас официально предан анафеме! А медицину с физиологией и анатомией разумных рас следует учить по "Внутреннему и внешнему строению рас разумных, а также глупых гноллов и проклятых фиров, и их лечению во славу Короля нашего, дабы они ему служили и не болели демонам на зло!" Понятно? Только по творенью маэстро Джотто Дэннари! Правда, как коллега коллеге скажу, две трети книги он просто передрал у Галена, а остальная писанина - просто глупости. Ну, за некоторым исключением. Отравления у Джотто действительно прекрасно описаны, Галену до него далеко, хотя знаний у него, при святом престоле двести лет пробывши... Извини, я тебя перебил. Продолжай. Ты читала Галена.
   - Читала. И... Я... Я хотела научиться... Я...
   - Смелее, юная леди, смелее, я не кусаюсь!
   - Я... Я прочитала "Витч ноу"!
   Кружка с пивом застыла возле губ Эрхарта.
   - Да, я ее прочитала! - кричала Лия. - И я решила попробовать то, что прочитала!
   Глаза Эрхарта блеснули так, что ведьме показалось, что, не смотря на все заверения, маг все-таки балуется людоедством. Особенно поеданием красивых девушек в сыром виде.
   - Дура!
   Маг огляделся. В зале были только они да паренек за стойкой. Мальчишка насвистывал песню наемников "Мы - варвары" и полировал тряпкой стойку.
   - Маленькая идиотка. О таком нельзя говорить вслух.
   - А как мне о таком говорить? - спросила девушка. - Как? Я её прочитала! Да, прочитала! И теперь мне можете помочь только вы!
   - Успокойся и скажи толком, что ты натворила.
   Девушка сжалась в комочек, как загнанный звереныш, вцепившись в клетку мертвой хваткой. Потом распрямилась, как освобожденная пружина, и на одном дыхании выдохнула:
   - Я хотела научиться заклинанию вселения души.
   Маг задумался:
   - Это какому такому заклинанию? Что-то я не припоминаю такого...
   - Заклинание "Чужого взгляда"!
   - Заклинание... Ты что, с ума сошла? Это же заклинание вселения души!
   Девушка обмякла:
   - Я так и сказала.
   Теперь они молчали вдвоем. Молчали долго, не прикасаясь ни к пиву, ни к салату. Девушка ждала, что скажет маг, а маг думал, что бы этакое сказать.
   - А что ты знаешь об этом заклинании?
   - Это древнее заклинание, известное еще из древних шаманских практик. После его применения часть души ведьмы или мага вселяется в другое живое существо и может частично управлять его телом. И ведьма может видеть то, что видит это существо.
   Маг тяжко вздохнул:
   - А тебе не объясняли, почему это заклинание считается запрещенным?
   Девушка только руками развела:
   - Матушка Элиит не успела мне этого объяснить. И она многие заклинания считала опасными. Даже цветной спрей.
   Маг изобразил нечто вроде ухмылки:
   - Жуткое заклинание.
   - Я сказала ей то же самое! Им только детей на ярмарках развлекать да воров пугать!
   - Как сказать, я с его помощью еще в бакалаврские времена с упырями воевал, - вздохнул маг.
   - Успешно? - ехидно спросила ведьмочка.
   - Тогда - нет. А сейчас я могу завалить цветным спреем пару флайеров.
   И этот человек называл меня фантазеркой, подумала Лия. Идти с цветным спреем на флайеров может только идиот. Ведьмы и друиды призывают на нежить силы природы, а маги засыпают подобных тварей файерболами, молниями и ледяными стрелами.
   - А "кольцом света" вы с нечистью не воюете? - не смогла удержаться она.
   - Воюю, но это к делу не относится. Рассказывай детали.
   - Я хотела научиться этому. Матушка Элиит умела, но меня не учила.
   - Еще бы. Шаманская методика, для нее нужен особый настрой души. Транс, самогипноз, самоконтроль и еще куча чертовщины. При этом душа попадает в астральные пределы, где шляются духи, выходцы и демоны. Первый раз того, кто применяет это заклинание, должен кто-то страховать. Опытный шаман, маг, ведьма, ангел, демон... Но самому туда лезть - это безумие. Малейшая ошибка - и назад пути не будет. Твою душу просто сожрут.
   - Но ведь не сожрали... - робко моргнула девушка.
   - Но ведь ты зачем-то меня искала, - разозлился Эрхарт. - Не салатик же стрескать за мой счет!
   - Да подавитесь вы вашим салатиком! - разрыдалась Лия. - Я думала, что вы мне можете помочь, а вы...
   - Я смогу, если ты объяснишь, что ты натворила.
   - Я объясняю, а вы меня все время ругаете!
   - Я не ругаю, а объясняю твои ошибки!
   - Ошибки не так объясняют!
   Маг залпом допил пиво:
   - Шандор, еще "Звездной ночи"!
   - Господин Эрхарт, может...
   - Знаю, завтра мне будет хреново. Но иначе я не успокоюсь. А если я не успокоюсь, я не дослушаю мою гостью.
   - А я ничего не собираюсь рассказывать пьяному магу!
   Толстяк бросил на стол пару монет:
   - Тогда я... Ой, темные магистры...
   По лицу Эрхарта пробежала судорога.
   - Что с вами? - подскочила девушка, про себя отметив, что пьянство все-таки вредно.
   - Подожди... Я сейчас... Теперь можешь рассказывать. Я уже трезв.
   Девушка моргнула:
   - Как - трезвы?
   - Как - как... Плохо. После протрезвляющего заклинания голова трещит всегда. Но слушать я способен.
   Ведьма задумалась. О таких заклинаниях она слышала.
   - Это вредно, - наконец, выдала она медицинское заключение.
   - Во-первых, я знаю. Сам медикус. Во-вторых, не вреднее "Чужого взгляда". Пока ты пришла ко мне на прием, а не я к тебе. И так, госпожа, на что вы жалуетесь?
   Девушка глотнула воды из кубка. Вода уже нагрелась и не остужала разум. Но, выпитая мелкими глотками, она занимала мысли и успокаивала, настраивала на нужный лад. Перед ней всего лишь лекарь. Такой же, как матушка Элиит. Та тоже, бывало, ругала козопасов за то, что не слушали ее наставлений. И ее ругала за... Было за что.
   - Три дня назад я решила попробовать заклинание вселения души.
   Маг задумался:
   - А почему именно три дня назад?
   - Так в книге написано. Лучше всего эти заклинания получаются перед полнолунием и перед новолунием. Три дня назад было полнолуние.
   Маг окаменел:
   - Ты ЭТО ночью проделывала? - прошептал он.
   - Нет, - прошептала Лия. - Я... Я боялась делать это ночью. Матушка Элиит никогда не применяла его ночью. Только вечером. Поэтому я тоже дождалась вечера. Жара только начала спадать.
   Эрхарт вздохнул:
   - Твое счастье. Ночью, да без проводника, ты бы просто умерла. Или стала одержимой. Ночь - время, когда Тьма чувствует себя намного сильнее. Кто скажет, почему? Я не знаю. И, если честно, не хочу знать. Не мое это дело. И так, ты приготовилась к обряду. Три свечи из белого воска, щепотка соли, атам...
   Лия моргнула:
   - Откуда Вы это знаете? Вы тоже читали "Витч Ноу"?
  
   - ...Это просто, Эрхарт. Для обряда нужно всего лишь три свечи из белого воска, щепотка соли, атам, кусочек мела и музыка.
   - И все?
   - И все.
   - Так просто?
   - Нет, конечно. Еще нужно огниво. Его нужно заранее взять с собой, до того, как ты нарисуешь мелом круг.
   - А то защитный контур окажется разомкнутым?
   - Не ехидничай. Думаешь, что если бакалавром стал, то тебе можно смеяться над простой деревенской ведьмой?
   - Аль, я не смеюсь. И ты не деревенская ведьма. Ты ведьма городская.
   - Ага, ты это инквизиторам расскажи! В городе я не имею право практиковать! Я же ведьма, а не магичка, ваших заведений не заканчивала! И вообще, если ты такой умный, то сам до всего додумаешься!
   - Аль, ты все равно не простая ведьма! Ты самая лучшая ведьма! Потому, что самая любимая!..
  
   - Не читал. Ты хоть мелом пользовалась, а не углем?
  
   - ...Аль, а углем нельзя?
   - Ты что, дурак? Нет, конечно! Ты же не тело защищаешь, а душу!
   - Не понял. Если я обведу себя кругом, то мара или лярва меня не заметят. И треть нежити тоже. И там все равно, мелом ты обводишь круг или углем. Да хоть песком. Главное, чтобы разрывов в круге не было.
   - Песком тоже можно. Белым, речным. Говорят, раньше круг просто рисовали на песке. Но сейчас такие заклинания прячут от чужих глаз. Так что их проводят в помещениях. Или ты хочешь, чтобы мы каждый раз затаскивали в дом мешок песка, а потом выметали его?
   - А зачем выметать?
   - А затем, что отцы-инквизиторы под окнами бегают. И за такие вещи нам костер светит...
  
   Девушка вообще ничего не понимала.
   - Мелом... Так в книге было написано...
  
   - ...Так в чем же разница?
   - В том, что когда ты прячешься от нечисти, твоя душа остается в твоем теле. А в ходе обрядов вселения души твоя душа как бы частично выходит из тела. На время. Она и в твоем теле, и в чужом одновременно. Значит, она нигде не крепка. Она как бы между тобой и зверем.
   - Кошкой?
   - Да, кошкой! Я люблю кошек! Они быстрые, проворные, могут пролезть в любую щель! А Элиит любит птиц. Чаще всего горлиц, кукушек и дроздов. А наставница предпочитает псов. Собаки бегают повсюду, и на них никто не обращает внимания...
  
   - Это хорошо. А атам был острым?
   - Острым... А разве это обязательно?
  
   - ...И еще, атам обязательно должен быть острым.
   - Зачем?
   - Затем.
   - Впервые слышу о таком правиле.
   - Для заклинания нужна кровь. Немного, всего несколько капель. А резать себя тупым ножом неприятно...
  
   - А какую музыку ты использовала?
   - Я? Колокольчики. А разве это так важно?
  
   - И не важно, какую музыку ты используешь. Наставнице предпочитает бубен, Элиит - маленький барабан, а я... Я люблю простую крестьянскую дудочку. Из камыша. Да, я знаю, большинство ведьм медитирует под ударные. Так проще держать ритм. Но я скорее вхожу в транс, когда... Эй, Эрхарт! Эрхарт! Ты меня вообще слушаешь?
   - Да, дорогая!
   - Врешь ты все! Ты опять пялишься на мои ноги!
   - Я не пялюсь!
   - Врешь! Пялишься!
   - Не докажешь! Ты же не видишь моей ауры!
   - Я вижу твои глаза, наглый студиозус!
  
   - Господин Эрхарт, Вы меня слушаете?
   - А? - встрепенулся маг. - А, да, конечно же слушаю. Что было дальше?
   Ведьма внимательно посмотрела на толстяка. Тот явно думал о своем.
   - Может, я подойду позже?
   - Для меня нет никакой разницы. А для тебя есть. Это твоя душа. И так, ты провела обряд. По книге?
   Лия медленно кивнула:
   - Да. Я делала все в точности, как было написано в "Витч...
   - В книге, - поправил ее Эрхарт и внимательно посмотрел на вошедшую в таверну компанию. Лия вздрогнула, но маг продолжал невозмутимо попивать свое пиво. - Ты сделала все, как было написано в книге. Мы не на исповеди, можно обойтись и без честности. Здесь хватит и обычной правды.
   В чем разница, ведьма так и не поняла, но раз так - пусть будет по-вашему, уважаемый магистр.
   - Я попыталась перенести свою душу в вот эту птицу, - тихонько сказала она.
   Маг присмотрелся к клетке. На этот раз внимательнее, чем обычно.
   - Птица... Она меня и насторожила. Я к точильщику ножик свой нес, - толстяк хлопнул себя по ножнам. - А он у меня в ножнах лежал. Только там рядом стражник крутился. Из магистратской стражи.
   Маг проворчал что-то о проклятых конкурентах, которые жить мешают, и закусил ворчание сухариком.
   - Продолжай.
   - Ну уж нет, - уперлась девушка. - А вы точно Эрхарт из Сида? И в тюрьме вы сидели, и стражников боитесь!
   - Не боюсь. Не всех боюсь. Гарнизона не боюсь, графской, вернее, губернаторской, стражи тоже не боюсь. А магистратским кто-то заплатил, чтобы меня прижали. То я коня не к той коновязи привязал, то покупку контрабандного сахара мне пришить пытаются.
   - Сахара? - удивилась девушка.
   - Его. Сахаром, как ты знаешь, могут торговать только купцы второй гильдии и их представители. А у нас тут до порта Лакоста всего-то пару дней пути. Туда прибывают корабли из разных стран и колоний, и иногда в их трюмах лежит то, что минует обычную таможню. Люди Капитана Флинта привозят эти товары сюда. И продают в некоторых лавках. Я в одной такой лавке и купил мешочек сахара. А тут стражники прибежали. Говорят, что я контрабандные товары скупаю, и в суд тащат. Торговец за голову схватился, ведь ему, как торговцу, рудники святят. А я у них спрашиваю, кто им сказал, где я этот сахар покупал? Они замялись, хозяин лавки им хорошо платит, чтобы они иногда на его грехи глаза закрывали. Им заплатили за то, чтобы они мне жизнь портили, а не себе. Не знаем, говорят, но он точно контрабандный. Я улыбнулся и предложил сходить в лавку уважаемого Жерома Гоше, у которого я совершенно легально этот сахар и купил. Сходили. Гоше подтвердил. Но я с тех пор магистратских на всякий случай обхожу. Вот и решил ножик из ножен в сумку переложить. А он у меня с рунами, на магию реагирует. Руны засверкали. Я насторожился, у меня врагов хватает. Начал осматриваться, ауру подозрительную искать. И на птице задержался. Непонятная у нее аура. Теперь уже понятная, темные магистры... - проворчал Эрхарт.
   И опять пауза, тяжелая, продолжительная. Обоюдная. Ведьма уныло ковыряется в салатике, а маг мрачно смотрит сквозь нее в стену.
   - Я хочу тебе помочь, - тихо выдавил из себя Эрхарт. Слишком тихо, и это настораживает Лию больше, чем его пустой взгляд.
   - Я хочу тебе помочь, - повторяет маг. - Но...
   - Но?
   - Но я не смогу тебе помочь.
   - Не... Не сможете?
   - Не смогу. Это не в моей власти. Ты потеряла свою душу. Точнее, часть твоей души вместе с магическими способностями теперь в этой птице. Я прав?
   Девушка кивнула:
   - Я не знаю, как я это поняла... Но я поняла, что этот дрозд - часть меня. Как рука...
   - Он и есть ты. Вы с ним связаны. Если он голоден, ты чувствуешь легкий голод. Если ему плохо, ты чувствуешь недомогание. Если он умрет, ты тоже умрешь. И я не могу тебе помочь. Не потому, что не хочу, а потому, что не могу. Ты можешь попробовать справиться сама. Но сможешь ли ты? Тебе может помочь шаман, но у нас нет шаманов. Тебе может помочь ведьма, но у нас нет ведьм такого уровня. Кроме Черной Фейры. Но если ты ее найдешь, тебе светит костер. Черная Ведьма не из тех, с кем можно поболтать за чашечкой чая.
   - А если у меня нет выбора? Вы же сами сказали, что...
   - Молчи, глупая девчонка! - разозлился Эрхарт. - Выход есть всегда. Хочешь искать Фейру Черную? Ищи. Только до того, как ты доберешься до севера, тебя схватят молодцы из Багряной Палаты.
   Девушка поежилась.
   - Я не хочу в Багряную Палату!
   - Никто не хочет. И я не смогу разорвать это заклятье. Шандор, еще сухариков! Вот так...
   Девушка взяла клетку и встала из-за стола:
   - Тогда я пойду... Раз Вы не можете мне помочь...
   - Я - нет. Но тебе могут помочь в церкви.
   Лия осела назад, едва не выпустив клетку на пол.
   - Как - в церкви?!
   Эрхарт ухмыльнулся.
   - В церкви. А что тебя так удивляет? Церковь всегда имела дело со зловредной магией. Ликантропия, одержимость, проклятия, порча и сглаз.
   - Но ведь... Вы же маг! Как ВЫ можете предлагать мне, ВЕДЬМЕ, церковь?
   - А почему нет? - удивился маг. - В чем, собственно, проблема?
   - Как - в чем? Я - ведьма! Церковь всегда боролась с такими, как я!
   - Ты у нас темный магистр?
   - Нет, конечно! - обиделась Лия.
   - Ты наводила на людей порчу?
   - Вы издеваетесь? Я травница! Я лечу людей!
   - Ты хочешь возродить Империю?
   - Зачем она мне!
   - Ты не веришь в Творца?
   - Верю! И молюсь каждый день!
   - Тогда почему ты не хочешь доверить священникам свою проблему?
   Девушка задумалась. Она не хотела потому, что... А вот как объяснить это "потому" мающемуся похмельем магу?
   - Меня сдадут Багряной Палате!
   - Есть тайна исповеди, - отмел ее возражение маг. - К тому же раскаявшаяся грешница в данном случае Багряной Палате неподсудна.
   - Матушка Элиит не любила попов!
   - У нее были причины. Но даже она верила в Творца и Первопророка. А какие у тебя причины не верить Церкви, Лия с Липовой Горки?
   - Я боюсь!
   - Чего? - удивился маг.
   - А вдруг это не сработает?
   - Значит, ты обратилась не к тому священнику. Есть у меня один на примете, он должен помочь.
   - А если он не захочет? Я ведьма! Я владею магией, которую церковь считает проклятой!
   - Покаешься! - разозлился Эрхарт.
   - Но ведь после этого я лишусь силы... - в ужасе простонала Лия.
   Эрхарт пожал плечами.
   - По-моему, ты и так ее лишилась. Ты сейчас не способна даже на простейшее колдовство. Даже на цветной спрей. Ты даже не видишь ауру. Какая с тебя ведьма? Но, если ты не хочешь, я не буду тебя уговаривать. Решать тебе. Но учти, что эти дрозды живут недолго. Лет до пяти. А этому уже больше года. Так что у тебя в запасе года три. И еще. Как ты и сама знаешь, такое переселение душ - один из способов стать оборотнем. Нет, в зверя ты не превратишься. Но постепенно в полнолуния инстинкты птицы будут заполнять твой разум. Даже если ты и сможешь устоять в первый раз, через некоторое время приступы сведут тебя с ума. По городу будет бегать свистящая девушка, размахивать руками, шарахаться от кошек. Кто в это время будет кормить птицу? Ты хочешь ее отпустить? Но в городе полно кошек, а за городом летают ястребы, бегают хорьки и ползают полозы. Скоро осень, и птица, как и все дрозды-пустырники, полетит на юг. А в пути много опасностей. И еще есть охотники. У птички, к несчастью, довольно вкусное мясо. На дворянской кухне из нее сделают паштет, а удачливый пастушок сварит из него бульон. Моя матушка запекала их по особому рецепту, который дед привез из Фелиндора.
   Лия опять встала. Руки ее тряслись, и дрозд в клетке тревожно чирикал.
   - Я пойду...
   Эрхарт тоже поднялся.
   - Как хочешь. Если захочешь меня найти, я бываю здесь каждый вечер. Маленькая упрямая ведьма. Вся в наставницу.
   И вышел прочь.
   Лия поставила клетку на стол, допила воду, немного успокоилась. Эрхарт поможет?! Эрхарт спасет?! Эрхарт из Сида может все?! А она так надеялась! Что теперь делать? Искать Черную Фейру? Ехать в Полуночную империю? Говорят, что гноллы многое знают. Может, спросить у них совета?
   - Госпожа еще что-то хочет?
   - А? - очнулась ведьма.
   Возле стола стоял паренек с подносом. Шандор, так, кажется, звал его Эрхарт. Надо расплатиться за обед. Рука привычно нащупала тощий кошель.
   Мальчишка правильно понял ее жест и замотал головой:
   - Господин Эрхарт уже за все расплатился. Госпоже хочется еще чего-то? У нас есть чудесный десерт из сладкого творога с медом и ягодами.
   В другое время Лия могла бы заинтересоваться десертом. Но сейчас ей кусок в горло не лез. Все попусту. Надежды нет. И нет никого, кто мог бы ей помочь.
   - Где здесь можно переночевать?
   - Мы всегда рады гостям господина Эрхарта! - парнишка прямо лучился благоговением к магу. - Если вам некуда пойти, у моей матушки есть лишняя кровать. Для гостьи...
   - Нет! - Только этого не хватало! Она не желает принимать подачки от того, кто посоветовал ей, ученице Кислой Элиит, покаяться! - Я бы хотела снять комнату на ночь. Или на пару ночей...
   Шандор задумался.
   - Ну тогда обратитесь в пансион "Серый пес".
   - Спасибо, - поблагодарила его Лия, бережно взяла клетку и пошла к выходу.
   Уже на улице юная ведьма поняла, что неточно выразилась. Все знают, что люди едят в тавернах. И пьют там же. А спят в гостиницах. Если тебе надо дешевое жилье безо всяких удобств, но готовить будешь сам, то твой путь в номера доходного дома. Там живут бедняки и подмастерья - короче, все те, у кого нет денег на то, чтобы купить в городе собственное жилье. Но если вы желаете спать в перинах, есть жареных перепелов, которые вам прямо в постель доставит согласная на все служанка, и пить в общем зале вино "Галикарнасский рубин" двадцатилетней выдержки, то прикажите кучеру везти вас в пансион. Там вам самое место. И цены соответствуют. Ведь содержатели пансионов приравнянны к купцам второй гильдии. По правам своим и налогам. И налоги эти не позволяют сдавать комнаты на ночь девочкам, у которых всего богатства - тощий кошель да клетка с дроздом. Нет, если девочка захочет переночевать в номере кого-то из постояльцев, то хозяин закроет глаза. Да, у него не бордель, но удовлетворенные желания дворян - залог успеха и процветания.
   Но понимание - пониманием, а голова думать не хотела. Лия однажды видела заводную игрушку, ее показывали бродячие фокусники. Большим ключом гоблин заводил пружину внутри металлического солдатика с алебардой, и тот мерно вышагивал по деревянному помосту под восхищенные ахи крестьян. Вот таким вот солдатиком она сейчас и была. Топ-топ-топ по мостовой, только в руках не алебарда, а клетка с обалдевшей от тряски птицей. И наплевать на восхищенные ахи парней, пока завод пружины не закончился, она должна идти. Госпожа, вы не подскажете, как пройти? Благодарю, уважаемая. Топ-топ-топ. Господин, я правильно иду? Благодарю, уважаемый. Топ-топ-топ. Лиц не видно, у всех серая маска. Кто-то, увидев слезы в глазах девушки, попытался ее утешить, но ведьма только отмахнулась. Благодарю, уважаемый. Топ-топ-топ. Вывеска. Дверь. Зал.
   В зале Лия очнулась. Что она здесь делает? У нее всех денег не хватит на комнату! Вон, какие здесь люди живут. За дальним столиком толстый орк-купчина заигрывал со служанкой, за стойкой эльфийка томно закатывала глаза, а вокруг нее вились услужливые богатеи, за ближним столиком шумно веселилась компания из пяти молодых дворян. И ей предложили прийти сюда в поисках жилья?
   Какая разница, все равно пришла, подумала Лия. В лучшем случае просто выгонят на улицу. И она подошла к стойке.
   - Госпожа желает перекусить? - ухмыльнулся стоявшая за стойкой эльфийка. - Госпожа желает почитать меню? Разумеется - презрительный взгляд на короткую юбчонку - если госпожа умеет читать.
   - Умею! - разозлилась Лия.
   - Тогда уважаемая госпожа и цены прочтет. Или госпожа желает у нас остановиться? Желаете, уважаемая?
   Еще несколько дней назад с ней так никто не смел разговаривать. Она - ведьма, она - Лия с Липовой Горки! Но, утратив силу, она сняла с себя символы ведьмовского ремесла, черный нашейный платок и бусы из мышиных черепов. И распустила тонкую косичку над левым ухом, в которую ведьмы вплетали цветок, символ их близости к природе. Сейчас она самая обыкновенная девушка, которая не может пригрозить проклятием или сглазом.
   - А в чьем номере уважаемая госпожа желает остановиться? - голосок эльфийки был сладким, ароматным и липким, как мед.
   - Я... Я пойду... - попятилась назад Лия.
   Эльфийка хищно улыбнулась:
   - Или уважаемая госпожа принесла птичку поварам? Я могу провести ВАС, УВАЖАЕМАЯ, на кухню. Но, боюсь, за нее мало заплатят.
   Дворяне за ближним столиком подняли головы.
   - Во, птичка! - заметил дворянин в оранжевом берете.
   Девушка перестала пятиться и повернулась лицом к новой угрозе. Эльфийка светилась счастьем как кафедральный собор по большим праздникам. Толстосумы у стойки уселись поудобнее, дабы насладиться новым зрелищем. Вышибала подвинулся ближе к выходу.
   Попала, поняла ведьма, пока дворяне ее рассматривали.
   - Птичка! Хочу! Я хочу, чтобы мне ее зажарили! - потребовал дворянин в оранжевом берете.
   - А я бы и от девки не отказался, - хохотнул второй, с лицом столь циничным, что ведьма по одному взгляду поняла, чего от нее хотят.
   - Я бы тоже, - ухмыльнулся тролль.
   - А я хочу жаркое из дрозда! - упрямо заныл Оранжевый Берет.
   Лия вцепилась в клетку и отступила назад, ближе к лестнице.
   - Видишь? Не зря мы сюда заехали, Антуан! - хохотал Циничное Лицо.
   - У ре Воля нюх на приключения, - поднял кубок толстый орг. - Мы еще ни разу не ошибались!
   - А с певичкой в деревне? - спросил Оранжевый Берет.
   - А с деревней мы послезавтра разберемся!
   - Разберемся! - подтвердил тролль. - А ну, иди сюда, девка!
   - И птичку свою неси, - заныл Оранжевый Берет.
   Лия отступила еще на шаг назад, и уперлось в чей-то живот.
   - Отойди, - прошептал хозяин живота. - Господа, она со мной.
   Дворяне переглянулись.
   - Подстилка чернокнижника? Только этого не хватало... Он с шерифом... А я хочу птичку!
   Все пятеро оскалились и дружно шагнули из-за стола.
   Эрхарт шагнул им навстречу.
   - Какой-то несчастный колдунишка будет нам перечить! Да мы нобили! Да у нас генеалогия со времен Вестлунда! Да наши предки таких, как ты, чернокнижников на деревьях развешивали!
   - А я Эрхарт Висельник. Я уже сорок с лишним лет шатаюсь по Руинам. Я воевал на Марийских холмах. Я магистр. И, если вы думаете, что сможете одолеть меня впятером, то я готов. Но учтите, что я вас после этого лечить не буду.
   - Кха-кха-кха! - слишком уж навязчиво закашляли у дверей.
   Дворяне посмотрели на вошедших и слегка смутились. Связываться со стражей не хотелось.
   Стражники угрюмо покачивали дубинками и бердышами. Главный, с плюмажем на шлеме, важно поправил плащ с гербом города, тремя красными мечами.
   - Так-так-так. Что тут у нас?
   Дворяне смутились еще больше. А Эрхарт почему-то напрягся, хотя по логике вещей как раз ему бояться было нечего.
   Но стража логике не подчинялась.
   - А у нас тут прямое нарушение законодательства о привилегиях и вольностях дворянских. Оскорбление, так сказать, знатных сословий простолюдинами. Преступление, так сказать.
   - Какое такое преступление? - спросил Эрхарт. - Навидад - город свободный. В нем все горожане равны.
   - Навидад - город Жевурзский, - парировал стражник. - И жить он должен по законам нашей славной страны. А привилегии и вольности дворянские еще никто не отменял!
   - Кроме нашего канцлера, - позволил себе не согласиться маг. - Если господа со мной не согласны, пусть подают на меня в суд.
   - Э, нет, - стражник помахал дубинкой. - Тут была угроза жизни и здоровью представителей высшего сословия. Так что я вынужден дебошира задержать и препроводить в карцер. А там уже пускай господин судья разбирается, с чего бы это разбойные маги на честных дворян нападали.
   Дворяне поняли, что правда на их стороне, и зашипели ругательства в сторону Эрхарта и Лии. Послышались требования отдать им девчонку и птичку, а мага сжечь к чертовой бабушке, черным магистрам и предвечной тьме.
   - Сам пойдешь или сопротивляться будешь? - спросил стражник.
   Бумс!
   Мужчина лет двадцати пяти в черном камзоле, черных же штанах для верховой езды и черном берете перемахнул через перила со второго этажа и спрыгнул вниз. Спружинил, поправил серебряную цепочку, погладил рукоять короткого меча.
   - Добрый день, уважаемые. Вижу, вы тут юридические вопросы решаете. Давайте я вам помогу. Тем более я видел все с самого начала...
   Теперь уже стражники смущенно потупились, а маг вздохнул с облегчением. Только дворяне продолжали по инерции ругать Эрхарта и требовать жаркое из дрозда. Но даже они, как и положено любому телу, что движется по инерции, постепенно замедлялись. Ну, большинство из них.
   - Да кто ты вообще такой? - не выдержал Оранжевый Берет.
   На него дружно зашикали.
   Незнакомец еще раз поправил цепочку, покачал медальончиком и радостно улыбнулся:
   - Как, меня еще не все знают? Разрешите представиться. Барон Формио ре Марк, королевский шериф графства Навидадез и Рол. Как вы понимаете, все, что касается нарушения закона - это мое дело.
   - Навидад - город свободный. Это дело магистрата и магистратского суда! - гордо стукнул кулаком по кирасе плюмажный стражник.
   - Как тут уже справедливо замечали, Навидад - город Жевурзский, - улыбка у Формио была искренней и радостной. - Так что это мое дело. И мне кажется, что в данном инциденте закон нарушили совсем другие люди.
   Дворяне с недовольным ворчанием отступили назад. Заикнувшегося о птичке Оранжевого Берета рывком усадили за стол и закрыли своими спинами. Тот продолжил скулить, но уже намного тише, без вызова, скорее жалобно.
   - Эрхарт, ты можешь без приключений в гости зайти?
   Маг тяжко вздохнул.
   - Без приключений скучно. Сам знаешь. Три дня назад оборотня поймал, позавчера утопца завалил. На праздник в Бетуль приглашали, говорят, скучно не будет. Со мной проехать не желаешь?
   - Ну, если очень весело, то поеду. И друзей прихвачу. Ре Лин давненько не развлекался.
   Дворяне резко заткнулись.
   - А Гвидо? - спросил маг.
   - Ну... Не знаю... Он, как всегда, возьмет с собой пару слуг, фамильный меч, пару пистолей... В карету залезет... Вроде не следователь королевский, а герцог из Южных Стран. Да и без Джейкоба он никуда не поедет.
   Дворяне переглянулись и демонстративно заказали себе вина.
   Стражники потоптались в дверях, поглазели и с тяжким вздохом вышли.
   - Пошли, - Эрхарт обнимает Лию за плечо и ведет к двери.
   Улица встречает их резким порывом ветра. Дрозд испуганно свистит и бьет крыльями. По небу разъяренными драконами летят грозовые тучи.
   - Что ты здесь делала?
   - Жилье искала, - честно призналась ведьма.
   - Здесь? - удивился Эрхарт. - Здесь даже для меня дороговато. Пять ауреев в месяц...
   - Сколько? - переспросила Лия. Она даже представить себе не могла такую сумму. А уж от самой мысли, что эту сумму надо выложить за месяц, ей становилось дурно.
   - Пять ауреев, - повторил маг. - Мягкие перины, никаких клопов, теплая вода для умывания три раза в день, пристойный завтрак, обед и ужин, прямая доставка девочек из борделя. Все, что сверх указанного, оплачивается отдельно. Ты хорошее место выбрала.
   - А я не выбирала, - наябедничала девушка. - Меня Шандор сюда направил. Из "Даже не знаю..."
   - Шандор?! - удивление на лице мага достигло своего максимума. - Сюда?!
  
   - Шандор, что это значит?
   - Что, господин Эрхарт?
   - Зачем ты ее направил в "Серого пса"?
   - Лай-лай-лай...
   - Ты мне помузицируй!
   - Пам-пам-па-пам...
   - Шандор!
   - Ну...
   - И не пытайся мне соврать. Я все еще вижу ауру.
   - Да, господин Магистр Темного Пива!
   - Шандор!!!
   - Честно?
   - Гррррр!!!
   - Я знал, что Вы туда пойдете и решил, что если вы там встретитесь, то сможете решить все вопросы. Ведь Вы их решили?
   - Ничего я не решил!
   - Как?!
   - А вот так!
  
   Из пансиона вышел шериф.
   - Зайдешь в гости?
   - Не сегодня, - проворчал Эрхарт.
   - Жалко. У баронессы аль Кабле чудесное вино и большие познания в поэзии, истории, моде и науке. Правда, она работает как минимум на Святой престол и Зинтаю, но посидеть с ней вечер - одно удовольствие. Надо почаще к ней заезжать.
   - Послезавтра на праздники в Бетуль проехаться не хочешь? И отдохнешь, и разомнешься. Отдых, правда, простой - жаренные колбаски, дешевое вино, много хорошего пива и улыбчивые крестьянки. А на сладкое хорошая драка. Молодой ре Воль уже полсотни мордоворотов навербовал.
   - Думаешь, сунется после сегодняшнего? - улыбка шерифа была искренней, как у влюбленного подростка.
   Эрхарт вздохнул:
   - Сунется. Не тот человек.
   - Жаренные колбаски, говоришь? Это получше подгоревшей каши с грибочками. Ну, тогда честь имею откланяться, уважаемые дамы и господа.
   Шериф снял берет и согнулся в учтивом поклоне.
   Это стало последней каплей для нервной системы юной ведьмы. Когда-то, когда еще были живы мама и папа, она гнула спину перед каждым проезжим в шляпе без полей. Позже, когда имя Лии с Липовой Горки приобрело некоторую известность, она могла себе позволить не сгибаться перед дворянами. Она была ведьмой, а ведьмы стоят выше всякой иерархии. У них есть их гордость. Ведьмы существуют сами по себе. Но только что перед ней снял берет и согнулся ДВОРЯНИН.
   - Эй, что с тобой? - Эрхарт потрогал Лию за плечо.
   - Передо мной сняли берет...
   - Всего-то? - удивился маг.
   Лия непонимающе уставилась на Эрхарта.
   - Он же барон, а я кто...
   Маг улыбнулся:
   - Ты его лет десять назад не видела. Когда он жил в шалаше посреди Гарпова Леса и грибы собирал.
   Лия возмущенно заморгала. Это уже чересчур! Дворяне не собирают грибы! Они только охотятся, устраивают дуэли, тратят деньги да пьют вина со всякими вкусностями!
   - Ты мне не веришь? - обиделся Эрхарт. - Можешь сама у него спросить при следующей встрече.
   Ага. Как же. Спросишь. Он - королевский шериф, а она - простая девушка. Даже не ведьма.
   Ведьма.
   - Я... Господин Эрхарт из Сида. Уважаемый господин магистр...
   - Темные магистры, не тяни ты кота за хвост, - взмолился маг.
   - Я... Я очень боюсь... Если бы они убили птицу...
   - Ты бы умерла.
   - Господин магистр, я очень боюсь, но... Но я хочу попробовать вернуть себе...
   - Тссс!!! - зашипел Эрхарт Висельник. - Не ори на всю улицу. Хочешь - значит помогу. Пошли. Хорошо, что Томазо утром из монастыря вернулся.
   Вдали ударил гром.
   Маг и девушка прошли по широкой улице к центральной улице до главной площади. Над ней возвышались серые глыбы ратуши и собора. Неужели мы идем в собор, успела испугаться Лия. Но возле собора Эрхарт свернул в улочку и, попетляв по ней, оказался возле каменной стены, поросшей плющом и седым мхом. Вдоль улочки они дошли до маленькой калитки. Эрхарт постучал в окошко. Окошко открылось, из него выглянула голова, внимательно посмотрела на гостей. Маг подошел ближе и что-то шепнул на ухо. Голова заворчала, но калитку открыла. Маг подтолкнул девушку в спину и вошел внутрь. Обладатель головы в монашеском одеянии еще раз оценил вошедших, неодобрительно скривился, но ничего не сказал, а кивнул молодому служке. Тот подскочил к вошедшим:
   - Приветствую вас, братия мои во Творце.
   - И тебе здоровья, Юций. Веди.
   - Это монастырь? - шепотом спросила у мага Лия.
   - Нет. Монастырь дальше.
   Теперь идея обратиться к церковникам не казалась Лие такой привлекательной. Что-то здесь не так. Монастырь дальше... Какой еще монастырь? Мужской? Но ей туда доступ закрыт. Или Эрхарт из Сида не зря прозывается Висельником? Может, он отправляет людей на виселицу? Или он приводит монахам девушек для плотских утех?
   Гром ударил намного ближе.
   Служка довел их до трехэтажного здания, больше похожего на крепость, чем на монастырские кельи, открыл боковую дверцу и поднялся по винтовой лестнице на второй этаж. Дальше был зал с несколькими дверьми, шкафы и стеллажи с книгами в кожаных, бархатных и простых картонных переплетах. И картины на стенах. Святая Марианна гневно отказывается танцевать перед Владыками, святой Рэмсден проповедует слово истины драконам, поле, по которому скачет мужчина в архиепископском облачении, а за ним скачут жандармы...
   - Подождите здесь, - попросил Юций, скрылся за дверью, потом вышел и поманил их за собой. Во втором зале, обставленном с некоторой пышностью, за маленьким столиком сидел молодой дьякон и, прикусив от усердия язык, что-то старательно переписывал из большущей книги.
   Лия совсем ничего не понимала. Это точно не монастырь. Слишком пышно. Тогда что же это за место?
   Тем временем служка подошел к еще одной двери и открыл ее:
   - Проходите. Его Преосвященство ждет вас.
   Его Преосвященство - колоколом грохнуло в голове ведьмы.
   Но подлый маг-лекарь-висельник и кто там он еще уже протолкнул ее внутрь.
   Лия попыталась вырваться, но оторвать от себя мага оказалось совсем не просто.
   А потом Лия увидела за столом седого старика, листающего книгу.
   - Приветствую Вас, Ваше Преосвященство.
   - И тебе доброго здравия, - кивнул архиепископ. - Заходи. Юций, будь добр, принеси почтенному Эрхарту и его... спутнице... ужин.
   - Я... - пискнула Лия.
   Юций вьюном выскользнул за дверь.
   - Кстати, кто это? - поинтересовался архиепископ.
   - Лия с Липовой Горки, - маг нагло плюхнулся на стул.
   Архиепископ кашлянул. Надо ему попить отвар из листьев серебрянки, подумала Лия.
   В окно забарабанили первые капли августовской грозы.
   - И что?
   - Ей нужна помощь церкви.
   - Эрхарт, объясни по-человечески! - потребовал священник.
   - Она - воспитанница Элиит.
   Старик побледнел. Медленно встал, подошел к девушке, внимательно посмотрел ей в глаза. Повернулся к магу:
   - Ты не врешь?
   - Томазо! - возмутился Эрхарт. - Я бы тебе не врал!
   "Томазо из монастыря вернулся", вспомнила Лия. Так вот о ком он говорил! Негодяй! Подлец! Чтоб ему ослиные уши! Тьма его побери!"
   - Нет, конечно. Ты всегда говоришь правду. То, что ты считаешь таковой.
   - Но ведь это правда! - маг демонстративно обиделся. - Я не вру своим друзьям!
   - Оле. Рассказывай.
   - Подожди несколько минут. Мне сухой рот мешает.
   - Вот чревоугодник. - Архиепископ вопросительно поднял бровь. Маг приложил палец к уху и ткнул большим пальцем в двери. Священник скривился и указал на портьеру. Маг отрицательно покачал головой. - Ну, тогда дождемся ужина. Где ее похоронили?
   - А?
   - Где похоронили Элиит?
   - Рядом с нами была деревенька Ижур. Там, перед кладбищем, ее и похоронили.
   - Надо бы съездить, проведать могилку.
   - А вы... Вы тоже знали матушку Элиит? - удивилась Лия.
   - Знал, - глухо ответил архиепископ и подошел к окну.
   В комнату влетел Юций, поставил на стол поднос и кубарем выкатился прочь.
   - Приоткрой дверь, дочь моя, - попросил архиепископ.
   - Я сам, - остановил ее маг. - Знаю я эту молодежь, сейчас испугается и сбежит.
   После этих слов Лия твердо решила остаться до конца. Что бы с ней не произошло. Здесь была какая-то тайна. Тайна, которая касалась матушки Элиит. Ее приемной матери. И это было очень странно. А с другой стороны, матушка Элиит очень редко рассказывала о своей жизни. Только то, что касалось рецептов, учебы и помощи людям.
   - Можешь поставить клетку на пол. Здесь твоего питомца никто не тронет.
   - Это не питомец, - сел за стол Эрхарт. - Это Лия с Липовой Горки.
   - То есть?
   - Вселение души.
   Священник еще раз посмотрел на портьеру.
   - Рассказывай.
   Эрхарт и рассказал.
   Архиепископ Навидадез и Рол внимательно выслушал, побарабанил пальцами по столу и сказал:
   - Тяжелый случай.
   - А когда у меня были другие? - удивился Эрхарт. - Я сегодня уже шерифу говорил. Без приключений жить скучно.
   - Ну что ж. Девочке надо помочь.
   - Надо - согласился Эрхарт. - И так, чтобы ее в Багряную Палату за такие вещи не потянули.
   - Не потянут. Раз она явилась в церковь за помощью, значит на ней нет греха.
   - А нарушение закона? "Витч Ноу"?
   - Кто кроме вас знает о книге?
   Эрхарт пожал плечами.
   - Тогда вам просто нужен надежный священник.
   - У тебя есть такой на примете? - спросил маг.
   - Есть. Я.
   - Ваше Преосвященство! - ошарашено посмотрела на него девушка. - Я недостойна такой чести! Я всего лишь простая травница! А Вы - архиепископ Навидада!
   Архиепископ повернулся и пристально посмотрел на Лию. Глаза в глаза.
   И в его глазах была боль. Старая боль.
   - Я знал твою наставницу.
   Ведьмочка только моргнула. Архиепископ печально улыбнулся и снова повернулся к окну.
   - Она ничего не рассказывала?
   - Нет, Ваше Преосвященство... Она вообще не любила попов... ой, я хотела сказать - священников!
   - Когда-то давно, очень давно, я был молод. И Эрхарт был молод. И даже Элиит. Мне тогда было восемнадцать, Эрхарту - двадцать, а ей - двадцать два. Травница Элиит, Гордячка Элиит, ученица Моховой Марты... Она была красива. Очень красива. За ней бегали все парни Навидада. И, разумеется, студенческой Ролы. Но она не обращала на парней внимания. Я тогда только поступил на богословский факультет, Эрхарт уже получил диплом адепта магии и стал учиться на медикуса...
   - Славные были деньки, - вздохнул маг и отрезал себе кусок жаркого. - Сколько мы тогда пива выпили!
   - Не позорь меня перед паствой, грешник! - привычно прикрикнул архиепископ.
   - А я и не позорю! Я наоборот, прославляю умения отцов церкви нашей Обновленной! Оле! Можно еще вина?
   - Пей, пропойца... С вина все и началось. Мы, студенты, часто ходили по тавернам. Тогда они еще звались трактирами. Там можно было отдохнуть после учебы...
   - Вина выпить, с девушками познакомиться, - подсказал Эрхарт.
   - ...некоторым медикусам, - уточнил архиепископ. - Меня тогда больше интересовала еда и выпивка. Тогда все было наоборот. Эрхарт был стройным, как тростинка, а я напоминал пасторального пастушка. Пухленький и розовощекий. В одной из таверн они нас и увидели.
   - Они? - спросила Лия.
   - Эй, - разволновался маг, - мы так не договаривались! Меня-то зачем приплетать?
   Архиепископ пожал плечами:
   - Но ведь ты там был. И Альтийю ты там впервые увидел.
   Маг старательно задвигал челюстями, словно перемалывая прошлое. Архиепископ все так же смотрел в окно.
   - А кто такая Альтийя? - спросила Лия.
   - Она к этой истории не имеет никакого отношения, - разозлился Эрхарт.
   - Она была подругой Элиит, - уточнил Томазо. - И к этой истории она действительно почти не имела отношения.
  
   - Не правильно.
   - А я говорю - правильно. Ик... Святой Мартус говорил.
   - А магистр Августин, говорил, что это невозможно. Ик!
   - К темным магистрам твоего магистра! Это авторитет Церкви. Ик!
   - А это авторитет магии. Ик...
   - Тупик.
   - Тупик.
   - Еще по одной?
   - Наливай.
   - Твое здоровье.
   - Твое. Только что будем решать?
   - Во! - палец Томазо покачался в воздухе и некультурно уставился на проходивших мимо девушек. - Ведьмы!
   - Ну, ведьмы, - взвилась рыжая с разными глазами. - Господин Святоша что-то имеет против ведьм?
   - Ведьмы, - согласился я. - Ведьмы - это хорошо. Тем более, красивые.
   - Умные, - поправил меня Томазо.
   - Что?! - не выдержала рыжая и, прежде чем вторая ведьма, худенькая зеленоглазая блондинка, успела ее остановить, впечатала Томазо пощечину.
   - Сильные, - подытожил я и тоже схлопотал оплеуху.
   - Знающие, - поднял вверх палец мой друг.
   Блондинка успела перехватить руку рыжей в воздухе.
   - Элиит, уймись! Ты ж видишь, что они пьяны!
   - Наблюдательные, - икнул я, и следующую пощечину мне отписала уже блондинка.
   - Справедливые, - подтвердил Томазо. Элиит уже никто не держал, и рыжая быстро сровняла счет.
   - Ненормальные... - выдохнула блондинка. - Эли, они нас провоцируют! Пойдем отсюда.
   - Куда?! - хором выкрикнули мы. - А рассудить?
   - Что рассудить? - привычно замахнулась рыжая.
   - Не что, а кого, дщерь моя. Ик.
   - Нас, - я скопировал Томазо и тоже поднял палец вверх.
   - Ненормальные, - подтвердила блондинка.
   - В смысле - рассудить... папаши?
   - Я, согласно авторитету церкви и собственному разуму, говорю, что чувства имеют телесную природу.
   - Допустим, - кивнула рыжая.
   - Бред! - высказался я. - Это ж ни в какие ворота не лезет! Все чувства - это влияние астральных сущностей на нас.
   - В предвечную тьму твой астрал. Когда меня рыжая треснула, заболело тело.
   - Согласно учению Августина, боль - это наказание за неправильные действия. Ты, вот, девушку обидел, твой ангел-хранитель тебе боль и послал.
   - Точно, ненормальные, - вздохнула блондинка.
   - Да от твоего Августина даже маги отзвездились, - не давался теолог. - Мы сами управляем своими телами. И чувствами. Если управляем неправильно, попадем в ад. Ик. Оле. А если не управляем... Ик. Тогды в рай. Оле.
   - Подождите, - присела рядом рыжая. - Мальчики, а как же тогда любовь?
   - А что - любовь? - удивились мы.
   - Ну... Ведь считается, что любовь даруют ангелы. Правда, Ваше Преосвященство?
   - Я не преосвященство. Я - студиозус. Теолог. А он - медикус. Эрхарт из Сида.
   - А мы - ведьмы. Злые и страшные. Я - Элиит, а это моя лучшая подруга, Альтийя.
   - Я - Томазо. А этот неуч - Эрхарт...
  
   - Присаживайся. Это долгая история. Но, только узнав ее, ты поймешь, почему именно я должен заниматься твоим делом. Я должен Элиит.
   Девушка осторожно села на краешек стула. А архиепископ вновь отвернулся к окну, глядя на блещущую молнию и текущие по стеклу потоки дождевой воды.
   - Это было перед Расколом. Инквизицией графства тогда командовал Мориц ре Шанкр. Ты о нем слышала?
   Ведьма моргнула:
   - Но ведь это из сказки... Так звали злого герцога в сказке, которую мне мама рассказывала пред сном! Разве не правда? Он ходил по стране и воровал девушек и детей!
   Архиепископ повернулся к магу:
   - Это уже сказка...
   - А ты чего хотел? - ворчливо спросил Эрхарт, подливая вина в кубок. - Этим гадом только детей и пугать. Мне еще повезло, что, когда мне виселица светила, его в городе не было...
   - И герцогом он не был, - вздохнул архиепископ. - Всего лишь бароном.
   - Ошибаешься, - поднял кубок маг. - Был он герцогом. За три дня до смерти калланторцы дали ему титул герцога Родского. Может, лучше я расскажу?
   - Это моя история.
   - Именно поэтому ее и должен рассказывать кто-то другой. А ты поправишь меня, если я буду не прав. Договорились?
   Священник промолчал, и маг счел это согласием.
   - Мы случайно познакомились. А потом все завертелось. Мы часто встречались...
   - Это вы с Альтией встречались, - уточнил Томазо. - А мы просто болтали.
   - В том-то и дело. Мы с Аль полюбили друг друга. А они были просто друзьями. Мой дорогой друг не видел в Эли женщину. Яркую, гордую стерву, за которой все бегали. А он не бегал. И даже не пытался ухаживать. Она для него ничем не отличалась от любой торговки зеленью.
   - Никогда не любил рыжих, - вздохнул архиепископ.
   - Не любил. А ее это задевало. Она решила добиться благосклонности. Намекнула о близости. А наш святоша только по лбу постучал.
   - Тогда пост был, - священник даже не обернулся. - Если бы она через пару дней пришла, еще неизвестно, чем бы все закончилось.
   - Известно, чем. Сеновалом. А потом - доносом и костром. Для обоих. Ее бы сожгли как осквернившую будущего священника, а тебя - как оскверненного. Бешеная Собака ре Шанкр любил костры. Почти как Сжигатель. Только тот целые деревни палил, а капитан-инквизитор больше по индивидуальным кострам был. Он тогда за полгода пятнадцать человек сжег, а уж у позорного столба за еретические речи каждый божий день спину драли. Особо он любил наказывать девушек и детей. Гад.
   - Он умер и сейчас в аду. Не вспоминай о нем, - все так же глядя в окно попросил архиепископ.
   Как бы подтверждая его просьбу, ударил гром. От раската загудели стекла.
   - Оле, - согласился Эрхарт Висельник. - На чем я остановился?
   - На... - подсказала Лия. Вернее, попыталась.
   - Ага, спасибо, - поблагодарил Эрхарт. - В общем, отказ рыжую задел. И очень сильно задел. Она достала "Витч Ноу", или что там у нее было, и сварила приворотное зелье. А потом дала его выпить Его Преосвященству.
   Маг отрезал еще мяса и запил его вином.
   - И он выпил? - не выдержала тишины Лия.
   - Выпил. Как миленький. Залпом. Она соврала, что это отвар для увеличения пышности шевелюры. А он и поверил. Нет бы у медикусов спросить, я бы тебе шампунь с бальзамом приготовил.
   Архиепископ промолчал. Эрхарт сделал паузу, очевидно, ожидая ответа, но, не дождавшись, продолжил.
   - Значит, вылакал Его Преосвященство приворотное зелье. Элиит уже и руки от предвкушения победы потирала. Только ничего у нее не получилось.
   - Не получилось? - удивилась Лия.
   - Угу, - маг поболтал в воздухе кубком.
   Священник, видя, что рассказ затягивается, пояснил:
   - Зелье не подействовало. Почему - никто не мог объяснить.
   - Да ладно, никто. Из тебя святость так и перла. Как пар из котелка.
   - Ты ее видел, мою святость? - разозлился архиепископ. - Нет? Тогда иди-ка ты со своими замечаниями к темным магистрам, дорогой друг.
   - А не пойду, - весело ответил Эрхарт. - Я девушке историю рассказываю. А ты слушай. Зелье не подействовало. Элиит занервничала, заметалась. Начала расспрашивать. Возможно, кто-то на нее донес. Возможно, это была роковая случайность. Но на нее обратила внимание инквизиция. Ее арестовали, отвезли в Моховую Башню. Там ее пытали. Немного. Есть такое приспособление, называется "ослиные уши". В него зажимали руки. Но она и сама во всем призналась.
   Темные магистры, ахнула Лия. Так вот что такое ослиные уши! А она-то просто повторяла ругательство за матушкой Элиит, даже не подозревая об истинном смысле слов!
   - Мы с Томазо, когда узнали об аресте, попытались ее вытащить. Особенно старался Томазо. Он почему-то вообразил, что отвечает за все действия Эли. А та не хотела ему зла. Да и приворотное зелье на него не подействовало. Так что состава преступления нет. Но, как я уже говорил, инквизицией тогда командовал Мориц ре Шанкр. Бешеная Собака ре Шанкр. Он отмел все доводы. Ведь ему нравились костры. Элиит приговорили к аутодафе.
   - Но ведь матушка Элиит никогда не была на костре!
   - Как сказать. Она была на костре. Но этот костер не успели поджечь. Аутодафе отменили.
   - Аутодафе не отменяют!.. - не согласилась ведьмочка. - Так не бывает!
  
   Толпа напирала со всех сторон. Люди. Много людей, очень много. И все кричат.
   - Ведьма! Ведьма! Ведьма! Сжечь ее! На костер! На костер отродие тьмы!
   Толпа была плотной, и пробраться поближе не удавалось.
   - Давай вокруг, - крикнул Томазо. - Мы еще успеем...
   - Что - успеем? Ее ведут на костер! На костер! Инквизиторы! Мы ничего не сможем сделать!
   - Ты идешь или нет? - разозлился Томазо.
   Мимо проковыляла старушка, рассказывая своей маленькой внучке, что, если она не будет слушаться, к ней придет злой дядька Мориц ре Шанкр и заберет с собой. Девочка хныкала. Кто-то просил малютку, почему она плачет? Не надо плакать, сейчас сожгут нехорошую тетю ведьму...
   - Предвечная тьма... - прошипел Томазо.
   В другое время я бы сказал что-то типа: "А с каких пор священники чертыхаются". Только не сегодня. Не тогда, когда Элиит через весь город ведут к Старой Площади, где еще со вчерашнего вечера стоят возы с дровами и углем. И мы ничем не можем ей помочь.
   Ничем.
   - Она же не сделала ничего плохого, - в который раз простонал Томазо. - Ничего!
   - Да, только пыталась тебя приворотным зельем напоить, - в который раз попытался отрезвить его я. Но друг меня все так же не слышал.
   Из проулка, куда мы пытались пробраться, просочилась стайка уличных мальчишек. Самый бойкий из них кричал, что еще на прошлом перекрестке смог попасть в ведьму гнилым яблоком. А второй, в очень широких штанах, подвязанных веревкой, кричал, что, хотя в ведьму он и не попал, но попал в противного лысого инквизитора, а это тоже хорошо. За это пять грехов снимается.
   - А за ведьму - семь! - заспорил первый.
   - Эарандел Первопророк, прости их, они не знают, что творят... - прошептал Томазо.
   И тут мы смогли пробраться в проулок. И издалека увидеть ее.
   Она гордо шла по грязной мостовой.
   Ее проклинали. В нее плевали и бросали гнилые овощи. Она не могла ответить. Кляп намертво закрывал ее рот. Значит, язык ей не отрезали, мелькнула мысль. И тот час пропала.
   Элиит шла.
   Она была ведьмой и решила своей последней прогулкой по улицам города показать знаменитые ГОРДОСТЬ и ПРИЗРЕНИЕ ведьм.
   Четверо стражей крепко держали цепи.
   За ее спиной мерно вышагивал отец-инквизитор. И гнусавил отходную молитву. Служка справа нес золоченую звезду на длинном шесте. Служка слева нес большой плакат с надписью "ВЕДЬМА". За ним шли монахи и тихо пели. Дьяконы собирали пожертвования на храмы и госпитали.
   Элиит шла.
   Перед ней гордо маршировал палач в черном колпаке с пришитыми заячьими ушами. Его подручные несли за ним топор, веревку и набор крючьев. Зачем, подумал я, ведь на Старой Площади все уже готово. Ничего из этого им не понадобится.
   Перед палачом кружились в танце бродячие актеры. Те самые бродячие актеры, которых наши отцы-инквизиторы пару лет назад объявили слугами преисподней. За последний год уже полсотни музыкантов лишились правой руки, дабы, согласно приказу капитана-инквизитора, "не оскверняли они Небеса демоническим своим музицированием". А сейчас они разбрасывают цветы, гудят в дудки, пляшут и поют частушки о злобных отродьях тьмы.
   Элиит шла.
   - Здесь мы не пройдем! Давай к площади!
   Я пожал плечами. Я не хотел сюда идти. Мы уже сделали все, что могли. Все кончено. Рыжую сожгут, как до того сожгли Моховую Марту. Бешеная Собака ре Шанкр всегда доводит свою работу до конца. Чтоб ему мара приснилась! А смотреть на смерть подруги не хотелось. Для чего? Чтобы всю оставшуюся жизнь чувствовать за собой вину? Как это пошло...
   Интересно, кто же ее выдал. Не Аль, она не могла предать подругу. Тогда кто же? Кто? Глупец, не о том сейчас думать надо. Инквизиторы от всего этого кризиса землю роют, им главное народ запугать, чтобы тот Святому Престолу верность сохранил. Они, как раненый дракон, бьют наотмашь, не глядя. Все равно кого-нибудь из врагов да зацепят. А то, что невиновные страдают - так ре Шанкр уже сказал: "Безгрешны только младенцы. А остальным лишнее искупление грехов не повредит!" Альтийю надо срочно отправить в деревню, подальше от цепких лап Святейшей Инквизиции и вездесущих доносчиков...
   Мы смогли пробиться на маленький дворик и залезть на забор, отделявший рынок от площади.
   Элиит вывели на площадь. Палач привязал ее к столбу. А вот и сам капитан-инквизитор. Ре Шанкр. Пентаклеон огромный, как только носит. Говорят, что символ веры он отлил из золота, конфискованного у тех, кого он отправил к палачам. И цепь под стать, не меньше двух пальцев толщиной. За ним маршировали ведьмаки, служка нес огромную звезду, а монах - свиток с приговором.
   Первые лица города - магистрат во главе с мэром, купцы первой гильдии, важно уселись на принесенные табуреточки. Раньше это запрещалось, но ре Шанкр превратил аутодафе в балаган. Старый граф как всегда аутодафе проигнорировал. Говорят, что он болеет. А его сын сейчас в столице.
   Капитан-инквизитор гордо взял в руки свиток:
   - Именем Творца и властью, данной мне Святым Престолом и матерью нашей Церковью Ожидающей, я, святой отец Мориц ре Шанкр, капитан-инквизитор графства Навидадез и Рол, обвиняю это отродье тьмы, именуемое ведьмой, в глумлении над матерью нашей Церковью Ожидающей! Она, аки демоница суккубьего обличья, искушала отцов церкви, занималась недозволенной волшбой, варила колдовские зелья, не имея на то права и привилегии! Она занималась своим богомерзким колдовством в пределах нашего славного города, чем принесла в него скверну!
   Интересно, пронеслась в голове дурацкая мысль, сколько грехов простится, если попасть гнилым яблоком в ре Шанкра?
   - Так как дело касалось внутренней компетенции матери нашей Церкви, указанное отродье тьмы, именуемое ведьмой, было осуждено Трибуналом Святой Инквизиции без привлечения светских лиц из законников.
   Они сейчас все дела рассматривают без адвокатов. Я законников, мать их предвечная тьма, не люблю, они подлы и продажны. Только инквизиция сейчас все дела отдает на так называемое Заступничество Бога. Считается, что, если подсудимый невиновен, то справедливый Творец подаст сигнал. Вот только сигналы эти трактуют отродья вроде ре Шанкра!
   - Рассмотрев указанное дело, Трибунал Святейшей Инквизиции признал подсудимую виновной! - инквизитор сбился с пафоса на сухую канцелярщину. Сейчас он читает приговор, а не расхваливает себя, правильного. Сволочь. - Трибунал присудил обвиняемую ведьму Элиит к искуплению грехов и очищению огнем. Подсудимая причастилась и исповедалась перед казнью. Согласно законам пытки к ней в таком случае не применялись. - В голосе отца-инквизитора скользнула грусть. - Но она не раскаялась до конца в грешных делах своих. Таким образом, она не достойна милосердной казни.
   Темные магистры, еще десять лет назад за такую мелочь могли просто запечатать молитвами! Отец Пилат, тогдашни капитан-инквизитор, был седым старичком-гоблином, любившим раздавать детям яблоки и пряники. Тогда инквизицию все считали грозной, но справедливой. Когда отца Пилата разбил паралич, люди молились за его здоровье. Да, аутодафе тоже были, но сжигали явных чернокнижников, демонопоклонников, приносивших кровавые жертвы.
   Что я здесь делаю? Что? Аль надо бежать. И немедленно. Ей надо помочь. Я не желаю смотреть на это! А тут еще и Томазо молитву гнусавит. Ну почему мои ноги словно приросли к этому заборчику?
   - Во имя Господа нашего и во славу Его, гори огнем, отродье тьмы! - театрально поднял руки капитан-инквизитор.
   Палач с факелом заученно шагнул вперед.
   - Остановитесь! - прогремело над площадью.
   Со стороны дворца на взмыленных конях на площадь влетело три десятка всадников. Передние целились из арбалетов в стражников, а задние ощетинились копьями и мечами. На каждом вороненый доспех королевской жандармерии. Кроме того, кто скакал первым. Он щеголял легкой кирасой и дорогим, но неброским дорожным нарядом.
   Палач замер.
   - Поджигай, говорю! - крикнул капитан-инквизитор.
   Палач поднял факел.
   - А я говорю, стой! - гнедой гарцевал под всадником в кирасе.
   Палач отступил назад.
   - Чтоб тебя ... ... ... ... ... четыре раза! - загнул ре Шанкр. В толпе истинные ценители ругательств только языками зацокали от одобрения. - Я говорю - поджигай!
   - А я, ... ... ... ... ... конем через левое плечо, - не отстал от него всадник, - говорю, туши факел! Кто тут без меня решает на костер отправлять?
   Палач посмотрел на острые болты нацеленных на него арбалетов и послушно сунул факел в ведро со святой водой.
   - Да кто ты такой? - взъярился ре Шанкр. - Да как ты смеешь прерывать аутодафе?
   Всадник едва заметно поклонился:
   - Я - отец Сильвестр, назначенный королем нашим Юнгом Вторым архиепископом Навидада.
   - Кто? - опешил инквизитор.
   - Архиепископ.
   - У нас нет иного архиепископа, кроме отца Бартоломео!
   - Уважаемый отец Бартоломео, как мне известно, решил покинуть свою паству и податься поближе к Святому Престолу, - улыбка нового архиепископа блестела не хуже мечей жандармов.
   - Отец Бартоломео не желает исполнять еретические указания! Он был вынужден...
   - Он отказался от архиепископской кафедры?
   - Дабы не... - упорствовал инквизитор.
   - Значит, отказался. Следовательно, кафедра пуста. Вот меня король и назначил.
   Капитан-инквизитор гордо перезвездил новоявленного архиепископа своим пентаклеоном:
   - Ты еретик, ибо не может король назначать архиепископов!
   - Не может... - загудела толпа.
   - Тогда отец Бартоломео - не епископ. Его пятнадцать лет назад, после смерти отца Бронкоса, назначил король Гвидо.
   Ре Шанкр растерялся и посмотрел на сознательных горожан, пришедших посмотреть на казнь подлой ведьмы. Те частью старательно прикидывались, что происходящее их совершенно не касается, частью пялились на происходящее, как на интересный спектакль. Намного более интересный, чем какое-то аутодафе. Этих костров только за последний год штук пять было, а вот такого, чтобы архиепископ при всех с инквизитором цапался, никто не помнил.
   - Эй, люди, отец Бартоломео архиепископом был? - крикнул отец Сильвестр.
   - Был... - нестройно ответили люди.
   - Король его назначал?
   - Назначал... - ответ был тише и звучал, скорее, как вопрос.
   - Ну, тогда - я ваш новый архиепископ. Во имя Господа нашего и короля, оле!
   - Это святотатство! - бесновался ре Шанкр. - Продолжайте аутодафе! Я приказываю!
   Архиепископ Сильвестр спешился, молча подошел к отцу-инквизитору и дал ему пощечину.
   - За что? - обиженно пролепететал капитан-инквизитор.
   - За ересь! - отчетливо произнес новый архиепископ.
   - За что?!
   - Согласно уложениям Байгенского собора любое решение о проведении аутодафе должно приниматься трибуналом Святейшей Инквизиции и заверяться архиепископом. Где решение трибунала?
   Низенький священник в пожеванной рясе услужливо протянул архиепископу свиток. Отец Сильвестр брезгливо развернул его:
   - И где здесь подпись архиепископа?
   - Отец Бартоломео уехал и я... - проблеял ре Шанкр.
   - Тогда почему вы не дождались нового архиепископа?
   - Потому что... Потому... Я... Она - отродье тьмы...
   - При чем тут она? - архиепископ взял инквизитора за грудки и хорошо встряхнул. - Почему. Ты. Нарушил. Все. Нормы. Церкви. И. Решил. Обойтись. Без. Моей. Подписи.
   Инквизитор при каждом движении рук отца Сильвестр дергался, как положенный на горячую сковороду уж. Зрелище было жалким и довольно пошлым. Слишком уж резким был переход от вершителя судеб и жизней до тряпки.
   - Ты пошел против матери нашей Святой Церкви?
   - Я?! Нет!!! Ну что же вы... Люди, ну скажите, что я хороший!
   В полной тишине раздался идиотский смешок. Томазо толкнул меня локтем в бок:
   - Ты чего? - согнулся я пополам.
   - Не хихикай.
   Я кое-как выровнялся и увидел, что архиепископ важно шагает по площади, а за ним на коленях ползает ре Шанкр.
   - Может, мне тебя за ересь твою сжечь? Чтоб ты церковь нашу не позорил? Дрова есть. Эй, освободите место святому отцу.
   Пара жандармов обрезала поддерживающие Элиит веревки и оттащила ее куда-то в сторону.
   - Не надо! - инквизитор грохнулся в пыль. - Я не виновен! Это все завистники! Это мой заместитель! Это все он! Это отец Никий! Я тут не при чем! Пощадите! Я не хотел! Меня бес попутал!
   - Бес попутал?! - львом взревел отец Сильвестр. - Ты же капитан-инквизитор! Ты этих бесов должен изничтожать и нежить упокаивать! А ты говоришь, что тебя бес попутал? Или это был не просто бес?
   - Не просто! - в ужасе выл ре Шанкр, еще час назад - самый могущественный человек в о всем Навидаде. - Это был не просто бес! Это был сам Сатана!
   - Ты с врагом нашим шашни водишь? Ты - грязный демонопоклонник? Ты, тот, кто должен с ересью бороться? Данной мне властью я, архиепископ Навидада и Рола, лишаю тебя сана! Во имя Господа нашего и короля! В тюрьму его! Ты мне все расскажешь, кто еще демонов призывал!
   - Сожгут? - радостно спросили рядом.
   Я обернулся и увидел давнишних мальчишек.
   - Не, не сожгут, - важно ответил самый бойкий. - Он же дворянин, а им головы рубят.
   - Он чернокнижник. А чернокнижников жгут, - не согласился тот, что носил короткие штаны. - Интересно, сколько грехов исчезнет, если в него яблоком попасть?
   Где-то я этот вопрос уже слышал.
   - Пошли! - еще раз пихнул меня в бок Томазо. Я еще раз согнулся от боли. Темные магистры, что за теологи пошли, убить ближнего своего готовы...
   - Куда?
   - К Элиит, предвечная тьма!
  
   - Иногда - отменяют. Так получилось. Ей просто повезло. Вовремя отвязали. А потом уже было не до того. На следующее утро ре Шанкр сбежал из города. Потом началась интервенция, гражданская война. Элиит не захотела оставаться в городе. Я ее понимаю. Она не прощаясь уехала на север. Вроде все решилось благополучно, но осадок в душе остался. Нехороший осадок. И никто не знал, как его убрать. Она избегала нас, а мы боялись показаться ей на глаза. Чувствовали себя виноватыми. Прошло время. Мы постарели. Она умерла. Долг остался.
   Архиепископ повернулся к Лие. Девушка ожидала, что на лице, как на стекле, омытом дождем, она увидит мокрый след от слезы. Но лицо было твердым. Каменным. Камни не плачут. Они стоят, а когда приходит время - просто рассыпаются в пыль. Только все та же старая боль в глазах.
   - После того, что ты услышала, ты готова принять помощь из моих рук?
   Ведьма молчала. Она ожидала все, что угодно, но только не то, что она услышала. Матушка Элиит любила архиепископа? Она пережила костер? Архиепископ чувствует свою вину?
   - Я...
   Взгляд священника изменился. Теперь он не выражал ничего. Совсем. Ни просьбы, ни боли. Решай сама, ни на кого не оглядываясь. Глядя в них, Лия поняла, почему он смог занять столь высокий пост.
   - Я согласна. Помогите мне.
   Архиепископ закашлял, поднялся, подошел к стене и подергал за шнур.
   - Скоро закончится последняя служба. Пойдем в собор. Там я исповедую тебя, а потом попытаюсь разорвать грешные узы между птицей и твоей душой. Я ничего не гарантирую. Я всего лишь простой священник, просто наделенный саном. Но надо верить. Ибо спасение в вере. Оле.
   Ночь Лия провела в главном городском соборе. Архиепископ читал молитвы, ведьма повторяла. Клетка стояла рядом. Дрозд испуганно чирикал. Пара мальчишек-певчих тихонько подпевали. Дьякон щедро плескал святой водой и жег благовония. В соборе было сумеречно, горело только несколько лампад, и тени придавали иконам и статуям святых суровый, строгий вид. Святой Роге неодобрительно хмурился, святой Валентайн печально улыбался, святая Хельга смотрела из-подо лба, невозмутимо. Это было необычно, возбуждающе и, одновременно, успокаивающе. Это притягивало как огонь в ночном лесу.
   - "...Ибо уповающий на Творца спасется. И по вере вашей и по делам вашим будет тот суд. Спроси себя: "Верую"? И ответь с чистым сердцем.
   - И ответь с чистым сердцем: "Верую"! - пропел хор.
   - Верую, - стоя на коленях, повторила Лия.
   - Отринь зло всем сердцем и зло обойдет тебя стороной.
   - Отринь зло и скажи с чистым сердцем: "Верую"!
   - Верую.
   - И тогда встань с коленей и неси добро людям. С верой в душе и добротой в сердце.
   - Встань и иди, встань и иди, ибо ты веруешь!
   - Верую.
   - Во имя Творца Нашего его Нерожденного Сына, пришествие коего предсказано Пророком Эаранделом, отпускаю тебе грехи твои. Оле. Встань и иди. И, если раскаяние твое велико, Творец явит нам чудо Свое. Оле.
   - Встань и иди, встань и иди...
   Священник вмочил палец в чашу со святой водой и мокрым пальцем нарисовал у нее на лбу звездочку.
   - Поднимись с коленей, дочь моя. Поднимись и иди навстречу рассвету. Оле.
   Девушка послушно поднялась.
   - Ничего не замечаешь? - спросил архиепископ.
   Лия замерла, огляделась. Действительно, стало светлее. Сквозь витражи пробивался свет. Уже утро? Неужели она провела здесь всю ночь?
   - Ты не там смотришь. Посмотри в себя.
   Ведьма замерла, отгоняя спокойствие мессы. И пошатнулась.
   - Сила... - потрясенно прошептала Лия. - Ко мне вернулась сила!
   - Замри! - приказал ей архиепископ. - Или ты собираешься колдовать прямо в храме Божьем?
   - Нет, Ваше преосвященство...
   - Тогда слушай внимательно. Ты по глупости и молодости своей совершила греховное деяние. Ты чуть не потеряла душу от собственной же силы. А в "Третьем наставлении" Первопророк Эарандел изрек: "Магия есть зло. Ибо только зло способно разрушать счастье человеческое. И тот, кто использует силы свои во зло, тот дарует душу свою демонам". Но ты достаточно страдала и осознала глупость свою. Поэтому наш Господь в величии своем решил помиловать тебя, вернув тебе и душу, и твое умение. Ибо "Магия есть зло, но и меч есть зло. Но мечом можно убить соседа своего, а можно убить зверя, на соседа напавшего. Лекарь приносит пациенту боль, но спасает его жизнь. Так и магия может принести пользу, ибо зло, использованное в добро, становится добром". Ты не хотела причинить вред никому, кроме себя. Твои помыслы были чисты. Но помни, что умение твое очень опасно. Используй его с умом и во благо людей. А за деяния твои грешные я накладываю на тебя епитимию. Страшную, чтобы плоть твоя поняла, что магия - штука опасная. Если выдержит тело твое, то силы волшебные вернуться к тебе. А если не выдержит, то сила твоя исчезнет. Впрочем, ты и сама можешь отказаться от своей силы. Так, как ты уже отказалась от души.
   - Я не специально... - по щекам девушки текли слезы.
   - Тогда я, священник Бога нашего, именем короля архиепископ Навидада Томазо накладываю на тебя епитимию. В течение десяти дней ты должна воздерживаться от использования магии. Каждое утро в эти десять дней ты должна приходить в церковь святого Канакона и читать три молитвы перед иконой святой Хельги Защитницы, три молитвы пред иконой святого Пейтера Писателя и три молитвы перед иконой святого Танниэля Блаженного. А по вечерам ты должна помогать в лекарских делах Эрхарту из Сида, разумеется, если он будет в городе. Да будет по слову моему, оле!
   Девушка ошарашено хлопала глазами.
   - Дитя мое, ты хочешь что-то спросить?
   - И... И это действительно все?
   - А ты бы хотела год ходить во власянице и умерщвлять тело свое суровым постом и самоистязаниями? Или уйти послушницей в монастырь где-нибудь в Треге? Или уплыть за море, чтобы там обращать в свет истинной веры язычников? Твой грех не такой уж и большой. Ты всего лишь искала знаний для себя и не желала наносить этим вреда остальным. Так что с завтрашнего утра церковь святого Канакона ждет тебя. Да, если ты сможешь убедить отца Шандора, что с его кашлем нужно что-то делать, да еще и лекарства ему посоветуешь, то я сердиться не буду. А что касается подбора икон... Церковь святого Канакона - самая бедная в городе. Так что изображение на остальных иконах от старости слегка потемнело, и ты с непривычки можешь перепутать святую Марту со святым Роге. А это грех. И я, как пастырь, не должен толкать тебя на грешную стезю. И еще, дитя мое. Можешь отпустить птицу на волю. Мы с ней созданы для полета, а не для клетки.
   Ведьма поклонилась:
   - Да, Ваше Преосвященство!
   Архиепископ зашелся кашлем. Серебрянкой не отделаешься, подумала Лия. Есть один рецептик...
   - Просто... Дрозд-пустырник изображен на моем гербе... Может, Элиит не смогла поймать меня в жизни, и держала мою птицу в клетке?
   - Кто знает? - шагнул из-за колонны Эрхарт из Сида. - Кто поймет этих женщин? Там более, ведьм?
   - Спасибо, Ваше Преосвященство! - Лия козочкой метнулась к клетке.
   - Ты мне еще на шею бросься, - с напускной ворчливостью сказал священник.
   Лия смутилась. Именно это желание она и испытывала.
   - Пошли, - галантно взял ее под руку маг. - Я покажу, где находится церковь святого Канакона.
   Лия вышла из собора и слегка покачнулась.
   Солнце вставало из-за здания ратуши. Солнечные лучи били прямо в глаза, окрашивая колоннаду собора в розовое. Небо было чистым, а воздух после ночной грозы - прозрачным. А что до базарных криков да блеяния овец из торговых рядов, так на то оно и утро. Время, когда хочется жить. Просто жить.
   Девушка прижалось спиной к колонне и открыла дверцу. Птица, которую уже сутки трясли, роняли, крутили, пытались съесть и не давали спать, только испуганно блеснула черным глазом.
   - Лети, дурашка, - Лия достала дрозда из клетки.
   Тот понял, что самое худшее уже закончилось, и черной молнией взвился вверх. Под своды собора. Навстречу своему будущему. Какое оно будет? Кто знает?
   - Ты не против, если я предложу тебе пожить рядом со мной? Я выкупил две комнаты в номерах. Одну для себя, другую для гостей. Это, конечно, не "Серый пес", но тоже весьма приличное место. А там сама решишь.
   Лия оторвалась от колонны и шагнула вперед.
   Мимо нее прошла странная компания. Пара усталых магистратских стражников вели пьяного эльфа. Тот то пытался спеть старую песню морской пехоты "Расплескалась синева", то угрожал своими руками возродить Империю. За ним шла эльфийка, причитая, на кого же ты нас покинул. Следом шла девушка, ругая папашу последними словами. Последним шел парнишка с очень грустными глазами.
   Такое утро, а кто-то несчастен. Но утро только началось. Она, Лия с Липовой Горки, обязательно поможет. Ведь она обещала.
   Оле!
   Рассвет улыбнулся солнечным зайчиком, отразившимся от открытого окна.
  
   - Я знал, что Вы туда пойдете и решил, что если вы там встретитесь, то сможете решить все вопросы. Ведь Вы их решили?
   - Ничего я не решил!
   - Как?!
   - А вот так!
   - Но... Ведь Вы все можете!
   - Не все. Далеко не все. А ее проблемы... Она сама их решила. А отец Томазо ей в этом помог.
   - Архиепископ?! Круто!!! А что с ней было? В нее вселился демон?
   - Темные магистры, я откуда знаю! Вон она идет, у нее и спрашивай!
   - Ой! Господин Эрхарт, не сдавайте меня! Она... Она что - ведьма?! Я больше не буду!
   - Шандор, не позорься. Лучше принеси мне "Звездной ночи" и сухариков. И яблочный компот для моей гостьи.
  
   Юбка выше колена - по старой жевурзской традиции, берущей свои корни еще во времена Империи, будь проклята она в веках, чем ниже статус женщины, тем короче должна быть ее юбка. И наоборот. Дворянки по традиции носят платье со шлейфом.
   Квартерон - на четверть эльф. В отличие от альвов, полуэльфов, продолжительность жизни уменьшена примерно до ста лет, но стареют они намного медленнее, чем альвы. В последующих браках эльфийские гены практически не проявляются. Внешне квартероны почти не отличаются от представителей своей расы, за исключением глаз и некоторых черт лица.
   Вдвое моложе - учтите, что времена в описываемом мире не самые приятные, средний возраст жизни хумансов - примерно сорок три года, у эльфов - примерно триста пятьдесят. И выглядят они совсем не так, как на земле выглядят в тридцать пять лет. Так что по-нашему выглядит Эрхарт на все сорок.
   Ложка - на самом деле в Жевурзе употребляют нечто среднее между ложками и вилками. Спереди в этого предмета два острых зубца и вырез, а за ним углубление, напоминающее ложку.
   Фиры - люди-крысы. По религиозным причинам считаются проклятыми. Согласно святому писанию слуга - фир выдал Первопророка Эарандела стражникам Хаканата Парадагад, куда его и его последователей - апостолов выслали из Империи в почетную ссылку, послом.
   Витч Ноу - "Знания ведьм" - запрещенный рукописный справочник по ведьмовству. Различные рукописи значительно отличаются друг от друга. За простое хранение данной книги любого человека казнили, вне зависимости от того, имел ли он магические способности. За прочтение - не просто казнили. В этом церкви Ожидающая, Страстно Ждущая и Обновленная были солидарны.
   Атам - нож, применяющийся в магических ритуалах. Чаще всего металлический, но может быть и обсидиановый, обычно маленький, но может быть и длиной с пол-локтя, прямой, ятаганоподобный, саблеподобный, реже - экзотической формы с несколькими лезвиями. Может передаваться по наследству, создаваться специально для магических церемоний или специальным обрядом приручаться для магических обрядов из обычных ножей. Общее одно - такой нож используют исключительно для магических целей.
   Не видишь ауры - примерно три пятых магов принадлежит к Школе Радужного Мира, и имеют возможность видеть ауру живых существ. По ауре возможно определить состояние человека в конкретный момент времени - его чувства, заболевания и т.д. А Школа Предметов Духа, к которой, соответственно, принадлежит две пятых магов, видит склонность человека к тем или иным сферам жизни - обману, труду, магии - но не способны читать ауру. Что касается магического уровня, то маги Школы Радужного Мира способны оценить уровень магии собрата по профессии и уровень, которого он может достичь, только в том случае, если уровень смотрящего значительно выше уровня того, на кого смотрят. Для Школы Предметов Духа подобного ограничения нет.
   Пентаклеон - аналог нательного креста у христиан. Представляет собой простую пятиконечную звездочку с надписью. Форма звезды и надпись может различаться в зависимости от принадлежности к различным рыцарским или духовным орденам, а также от богатства носящего его.
   Трег - (он же Южная Земля) - довольно негостеприимное место. Крупный материк с огненными пустынями, непроходимыми джунглями, жуткими болотами, людоедами, динозаврами и драконами. Чем-то напоминает Африку. На севере Трега есть несколько небольших государств, промышляющих в основном морской торговлей и пиратством. На их территории и находятся самые суровые по своим уставам монастыри.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"