Мухлынин Андрей Александрович: другие произведения.

Маскарад

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:


 Ваша оценка:


Маскарад

   ­- Эй, бармен! Посетитель в сознании за стойкой! - я нетерпеливо постучал по звоночку перед собой, и он разразился резким треньканьем.
   Мирон - почти человек средних лет, с вечно скептическим выражением лица и неторопливой манерой разговора, содержал маленький пляжный бар неподалёку от маяка. Там всегда много отдыхающих и туристов, поэтому Мирон из года в год стабильно зарабатывает, продавая пусть не самые изысканные, зато не самые дорогие напитки. Он приоткрыл один глаз и покосился на меня.
   - Привет, Виктор. Чего тебе?
   - Думаю, немного беззаботности, - я подумал немного, и уточнил: - Летней. Но, давай-ка, без лимонов.
   Мирон молча поставил передо мной бокал и налил туда жидкости такого цвета, которому трудно подобрать название. С одной стороны она была тёмно-изумрудной. Но в то же время казалась яркой, будто солнце. Однако стоило приглядеться, как в бокале оказывались и белый песок, и облака, лениво плывущие в лазурном небе, и легкий теплый ветер, и разномастный городской шум. Была там и яркая ночь с чернильно-чёрным небом, светом неоновых вывесок, запахом остывающего асфальта и бархатным пульсом басов тихой ненавязчивой музыки.
   Вы можете сказать, что большая часть перечисленного не является цветами вообще.
   Вы просто никогда не видели этот коктейль.
   Я посмаковал напиток, в котором все цвета внезапно обрели вкус, и повернулся в сторону Бескрайнего моря - посмотреть, как белые волны одна за другой накатывают на пляж.
   Вообще-то оно не бескрайнее, но грешникам, переплывавшим его пятьсот с лишним лет назад, - когда оно ещё кипело, - так не казалось.
   - Виктор, а ты разве не должен учить всякие формулы? - вкрадчиво спросил Мирон.
   Я махнул рукой.
   - Надоело. Мне там всё равно ни слова не понятно.
   - Возможно, если бы ты не использовал учебники вместо ракетки для настольного тенниса...
   - Слушай, - перебил я, - передай-ка лучше вон той девице за дальним столиком что-нибудь. И капни туда немного влюблённости.
   Бармен посмотрел на златовласую девушку, задумчиво перебиравшую бумаги и одновременно говорившую по телефону-имплантату, светящемуся жёлтыми шестиугольниками у неё на виске.
   - Не! Нафиг! Нафиг! Ангелам я влюблённость наливать не буду! Её же страшно развезёт! Ты, Тесла, к тому же, встречаешься с этой, как её... девкой-зомби.
   - Радой, - напомнил я. - Но мы решили с ней расстаться.
   Какой-то тип, дремавший на стойке, поднял голову, навёл на меня мутный взгляд и громко прокомментировал:
   - Фу-у!
   - Твоё-то мнение мне особо важно, - огрызнулся я.
   - Квинт Курций, - представился тип. - Я тут, между прочим, оч-чень уважаемый...
   - Спи! - прервал его Мирон.
   Вместо этого Квинт Курций с грохотом поставил локоть на стойку и подпёр щёку кулаком. Выдержав паузу, он театрально махнул другой рукой.
   - Продолжайте.
   - В общем, мы решили, что наши чувства друг к другу были не более, чем досадной ошибкой, - закончил я.
   Чувства?! - воскликнул Мирон. - Её чувства продаются в лавке дядюшки Бо в паре кварталов отсюда по три тридцать за штуку!
   - Возьмешь две упаковки - получишь мазь от эмпатии в подарок, - добавил Квинт.
   - Зачем кому-то покупать чувства, если он ощущает их? - удивился я. ­- Это всё равно, что иметь аллергию на шерсть и покупать собаку.
   - Так для этого-то мазь и нужна! - хором воскликнули Квинт и Мирон.
   - Какие же вы, люди, непонятливые, - пробормотал Квинт, опрокинув в себя еще один бокал.
   Я презрительно фыркнул.
   - Понапридумывали языков, - задумчиво продолжал он, - а нам на них говорить, чтобы вы понимали...
   - Я, между прочим, учу демонический...
   Мирон махнул рукой.
   - Ни фига. Знаю я, как ты учишь.
   Всем было известно, что бармен на одну шестнадцатую ангел, поэтому языковых барьеров для него попросту не существовало. И именно поэтому он считал своим правом относиться с презрением к тем, кто знал меньше двадцати-тридцати языков.
   Так что я решил доказать ему свои знания на деле. Я взял салфетку и накарябал на ней простую фразу, после чего с гордым видом отдал салфетку Мирону и сказал, чтобы он передал эту записку девушке-ангелу за дальним столиком.
   Мирон скептически посмотрел на салфетку и вернул её мне.
   - Классика. Сам передавай.
   - Что? - пожал плечами я.
   Квинт посмотрел на салфетку и дико заржал.
   - Да что не так?
   - Зависит от того, что ты хотел этим сказать, - мрачно ответил бармен, протирая бокалы.
   - Что у неё красивые глаза и я хотел бы пригласить её на ужин...
   - "Ха-ат-тат" значит "позвать" или "пригласить". Хоть это и грубоватый вариант, - пояснил Мирон. - А вот "ха-т-тат" - это "взять".
   - И "ашех" - это не "глаза", а "зад", - подсказал Квинт.
   - "У тебя красивый зад, и я хотел бы взять..." - перечитал я и запнулся.
   Они оба кивнули.
   - Да, пожалуй, я это спрячу, - смущённо пробормотал я, убирая салфетку в карман.
   Мне не хотелось признавать, что я, действительно, больше валял дурака, нежели учил что-то. Квинт Курций подбодрил меня, сказав, что ему самому потребовалось около сотни лет, чтобы выучить "всего восемьдесят" языков. Но при этом он не забыл язвительно добавить, что демонический - не самый сложный.
   Думаю, надо сказать пару слов об этом языке. Особенностью его является то, что все звуки произносятся не на выдохе, а на вдохе. Поэтому набор согласных в нём ограничивается глухими, в основном шипящими, звуками. Звонкие согласные, произносимые на выдохе, называются нетипичными и применяются крайне редко, в основном, когда нужно воспроизвести слова из другого языка. Однако, в результате смешения различных культур, демонический язык понемногу эволюционирует, и в нём всё чаще встречаются нетипичные согласные. Что, конечно же, вызывает бурное недовольство фанатов классического варианта.
   Но это Абсурдум - всем наплевать.
   - Ты лентяй, Тесла, признай это, - лениво проговорил Мирон, подвешивая последний начищенный бокал.
   - Чёрта с два, - огрызнулся я. - С разговорной-то речью я справляюсь, - я закусил нижнюю губу и помолчал, обдумывая последние слова. Демонический давался мне слишком легко. Люси - моя наставница, напарница, а по совместительству ещё и надзирательница - говорила мне, что это оттого, что я потерял часть своей человеческой сущности.
   - Ты, кстати, бармен. Твоё дело - выслушивать посетителей, а не укорять их.
   Мирон покосился на меня.
   - Я работаю здесь только потому, что на въезде в Абсурдум написано "Приятного отдыха". А вообще-то у меня докторская по алхимии. Или химии?.. Да какая разница. Я люблю именно эту работу. Если Лючия узнает, что ты прохлаждаешься здесь вместо того, чтобы учиться... Мой бар, конечно, просто пара кое-как сколоченных досок, - произнося это, он скромно закатил глаза, - но я не хочу вылавливать его из моря.
   - Да ну тебя, - отмахнулся я. - Дай сюда!
   И, пока он не успел сообразить, что я делаю, я пододвинул к себе пару каких-то бутылок и смешал их содержимое в бокале. Потом подтащил к себе флакон с влюблённостью и влил в самодельный коктейль несколько столовых ложек перламутрово-розовой жидкости. Обалдевший Мирон яростно замотал головой, пытаясь, видимо, отговорить меня, но я, не обращая на него внимания, направился к ангелу.
   Не успел я сделать и пары шагов, как мимо меня пронеслось что-то серо-буро-белое. Оно сбило меня с ног, и драгоценный коктейль разлился по песку. Бумаги златовласой девушки разлетелись в стороны, она побежала ловить их. Старательно вычищенные Мироном бокалы упали на землю.
   - Зараза! - выругался я.
   - Туристы, - меланхолично заметил Квинт. - Понаехали тут...
   - Что это было?
   - Оборотень.
   Я посмотрел на небо, и на всякий случай убедился, что солнце по-прежнему в зените.
   - Разве не должно быть полнолуние или что-то типа того?
   - Это Ад. Здесь всё немного по-другому. Так что, либо оборотни привыкают к новым циклам и учатся контролировать себя, либо они лечатся.
   - Лечатся? - переспросил я.
   Квинт кивнул.
   - А что же, и вампиризм лечится?
   - Не, - мотнул головой Мирон. - Если тебя цапнет вампир - считай, конец. Станешь ходячим мертвецом. И будешь пить препараты, притупляющие жажду крови... Вот почему нужно делать прививки - если ты привит, то бояться нечего.
   К нам подбежал запыхавшийся молодой человек в идеально сидящем черном фраке, белой рубашке под ним, и чёрных брюках. Брюки с одной стороны были запачканы грязью, а на рубашке не было верхней пуговицы. Взгляд у парня был полубезумный. Ни слова не говоря, он схватил со стойки первую попавшуюся бутылку и залпом выпил всё содержимое.
   - Меланхолия, - проговорил Мирон, показывая нам этикетку. - Сейчас начнёт плакаться.
   Молодой человек сел за стойку и обхватил голову обеими руками. Квинт проделал жест, будто бы приподнимая воображаемую шляпу в знак приветствия.
   - Квинт Курций, - важно сказал он. - Очень уважаемый человек.
   Парень, уже попавший под действие напитка, покосился на него и ответил:
   - Эдгар - самый несчастный человек на свете.
   Мы переглянулись. Мирон начал наливать трезвость в приготовленный бокал. Трезвость была прозрачнее воздуха, и холодна настолько, что вокруг бокала тут же начал клубиться пар.
   - Я неудачник.
   - Ну, не стоит так убиваться, - попытался подбодрить его я. - Что бы там ни было, до свадьбы заживёт.
   Казалось, он впал в ещё большее отчаяние.
   - Это и была моя свадьба!
   Квинт забрал у бармена бокал, отхлебнул немного и сказал:
   - Да, лажа вышла.
   Эдгар обернулся к нему и попросил:
   - Помогите мне. Мою невесту похитил...
   - Оборотень? - предположил я.
   - Вы его видели?!
   - Почти. Он побежал... - Мирон неопределённо взмахнул рукой, - в ту сторону. Но ты ещё можешь попробовать догнать его.
   - Я... я не смогу. Помогите мне, я вас отблагодарю, всё, что угодно...
   - Всё, что угодно, говоришь? - спросил Квинт, допивая приготовлённую для Эдгара трезвость.
   Он сгрёб нас с Мироном, оттащил подальше в сторону и тихо сказал:
   - Как насчёт того, чтобы поймать эту псину?
   Бармен недоверчиво покосился на него.
   - Что ты ещё задумал?
   - Честно говоря, мне скучно. Да и вам, думаю, тоже. Ответьте-ка мне, часто вам удавалось погулять на халяву на чужом празднике, приложив минимум к тому усилий? Только представьте: веселье до упаду, еды валом, выпивка... Не то, что эта разбавленная гадость у Мирона.
   Бармен оскорбился и презрительно фыркнул. Потом он добавил фразу из пары латинских слов - тех, что известны практически каждому. Одно из них означало "собачий". Квинт ответил более длинной фразой и они оба, неожиданно для меня, рассмеялись.
   - Хм... - я закусил нижнюю губу, взвешивая все "за" и "против". - Перечисли мотиваторы ещё раз.
   Квинт повторил. Правда, на этот раз добавились ещё и развратные подружки невесты.
   Я кивнул в знак согласия. Последние недели были наполнены занятиями и бездельем. Вторым, конечно, больше. Так что мне ужасно хотелось развлечений. Даже если это была погоня за оборотнем с всё-таки слабой, малопонятной, да и, по правде сказать, сомнительной мотивацией.
   В конце концов, Мирон был прав: на въезде в Абсурдум всем желали приятного отдыха.
   - Эй, жених! - крикнул Мирон. - За баром присмотри.
   Мы с Квинтом удивлённо посмотрели на бармена. Тот пожал плечами.
   - Больше двух-трёх литров всё равно не выпьет. Разделимся. Я пробегусь, поищу, чем можно свалить оборотня, а вы пойдите, найдите его. Будем на связи.
   Квинт кивнул. На его виске засветились сиреневые шестиугольники имплантата.
   Мирон хитро посмотрел на нас.
   - Джентльмены, сезон охоты на волков... объявляю открытым!
   Я нерешительно поднял руку.
   - Э-э... А кто-нибудь знает, как выслеживать оборотней?
   Квинт строго посмотрел на меня.
   - Учись смотреть по сторонам, - он показал сначала на помятые кусты живой изгороди рядом с чьим-то коттеджем, потом перевёл указательный палец на небольшую, полупустую автомобильную стоянку через дорогу от нас -- несколько припаркованных там машин были грубо отодвинуты, у одной было разбито лобовое стекло.
   Ни слова не говоря, Квинт перемахнул через изгородь, так, будто бы и не заметил этого, и ждал, пока я, рискуя порвать одежду, продерусь через густые тёмно-зелёные заросли. Когда я наконец выбрался, он мотнул головой в сторону стоянки и побежал с несвойственной для его комплекции и возраста скоростью. Впрочем, я уже понял, что возраст здесь не играет большой роли, а что касалось комплекции... я решил, что Квинт просто крепко сложен. Мирон, как это обычно бывает с барменами, был прав -- даже моя хрупкая напарница запросто могла устроить такой погром, что орда диких кочевников, сносящих всё на своём пути, покажется смирной компанией ребят, наводящих порядок.
   Достигнув побитых машин, мы остановились. Я воспользовался советом Квинта и внимательно осмотрелся, но больше никаких зацепок не обнаружил. Тогда я расширил радиус поисков и, наконец, заметил следы когтей на нескольких пальмах неподалёку. Мы переместились к ним. Какой-то старик, читавший утреннюю газету на скамейке в тени, сказал нам, что тварь побежала в сторону жилых кварталов.
   Возле многоэтажных домов мы остановились.
   - Слышишь? - спросил я, задыхаясь с непривычки от бега.
   Квинт замер на секунду и прислушался. Откуда-то, со стороны лабиринтоподобных перекрёстков, раздавалось глухое уханье музыки.
   - Что это?
   Он пожал плечами.
   - Понятия не имею. Какой-нибудь парад чревоугодников или ещё чего. В некоторых кварталах любят чтить традиции.
   "Малый бестиарий ЛаМарше", - пронеслось у меня в голове. Спасибо, Люси, что заставила прочитать его. Нельзя, конечно, сказать, что эта книжка пошла как сказка на ночь, слишком уж скучно было повествование. Но засыпалось под неё лучше всего.
   "Оборотни", - гласил этот трактат, - "теряют свою человеческую сущность постепенно - по мере завершения обращения. В первые недели, а иногда даже месяцы после заражения, больной, несмотря на превращения, сохраняет ясность ума и способен осознавать своё положение. Зачастую именно это и оказывается наиболее губительно для больного - он впадает в безумие и теряет над собой всякий контроль. Случаи, когда больному удавалось сохранить человеческий разум, хоть и описаны в соответствующей литературе, всё же крайне редки и навряд ли могут быть подтверждены."
   Значит, у нас была хоть и маленькая, но всё же вероятность того, что "больной" ещё не полностью обратился. Следовательно, стоило искать его среди шумной толпы - там, где он, как ему кажется, сможет скрыться.
   - Эй, Виктор, - Квинт толкнул меня локтём. - О чём задумался?
   - О пользе чтения, - пробормотал я. - Нам туда.
   - Куда? С чего ты взял? - удивился он.
   - Если оборотень ещё контролирует себя, то он попытается замести следы в толпе.
   - С чего ты взял, что он себя контролирует?
   - А зачем тогда ему понадобилось бы похищать какую-то девчонку? Сожрал на месте и готово! Нет, он что-то задумал.
   - Сожрал на месте... Ну, это ты уже загнул!
   Я пожал плечами.
   - Есть лишь один способ проверить.
   Здесь Квинт согласился. Мы, что было сил, побежали на звук и через несколько кварталов оказались в самой гуще гремящего, сверкающего, ярко раскрашенного карнавала. Всевозможные маски крутились и плясали вокруг, кружа голову и сбивая с толку. Музыка отдавалась в животе и заставляла что-то в ушах отчаянно звенеть. Веселье это было каким-то странным и даже немного пугающим.
   Я выбрался из основной массы и прижался спиной к стене, пытаясь прийти в себя. Квинт несколько раз мелькнул в этом безумном маскараде и пропал из виду. Решив осмотреться с более удобной точки, я добрался до ближайшей пожарной лестницы и поднялся на несколько пролётов. Насколько оттуда было видно, карнавал растянулся на добрый километр. Найти в нём оборотня казалось почти непосильной задачей.
   А между тем он уходил...
   Чёрт! Ох, ну да, здесь не принято так ругаться - многие принимают это за обращение. Ладно...
   Проклятье!
   - Что? - услышал я над собой голос Квинта. - Сомнения овладели тобой?
   Я задрал голову.
   - Блин, мужик, как вы это делаете? - возмутился я.
   - Делаем что?
   - Прыгаете, как кузнечики.
   Он наклонился через перила, схватился руками за стальные прутья и, перекувыркнувшись через голову, оказался на одной площадке со мной.
   - Всё дело в твоей, - Квинт на мгновение задумался, - силе духа. Если её достаточно, пространство перестаёт быть чем-то важным. Люди, к примеру, такого проделать не смогут. И духи тоже.
   - Значит, ты не человек?
   - Я - воплощённый дух.
   Я недоверчиво покосился на него.
   - Ты, конечно, заметил, что в Аду все духи более материальны, чем должны бы? Но ты не представляешь, как надоедает быть одним из них несколько тысячелетий подряд. Даже люди в чём-то сильнее. А в воплощённом виде у меня появились хоть какие-то возможности. Я живу, и я этим доволен.
   Теперь о деле. Внизу я чувствовал слабые колебания силы. Не могу точно сказать что это - возможно, указатели, оставленные уличными гонщиками, но у них остался слабый фон... я почувствовал их ещё когда мы перебегали трассу. Думаю, оборотень, сам того не зная, идёт по этим знакам.
   Мой взгляд зацепился за светлую потертую полосу на правой брючине Квинта. Раньше я не обращал на неё внимания.
   - Квинт, кто ты такой вообще? - спросил я.
   - Офисный работник, - спокойно ответил он.
   - И часто офисные работники носят на поясе ножны?
   - Ну-у, - протянул он, - есть некоторые... документы, которые не получается... подписать другими приспособлениями. Это не интересно. Давай, веди!
   - Куда?
   - Как куда? По указателям, конечно! Кто из нас тут маг?
   Несколько секунд я смотрел на него. Потом принялся молча доставать из рюкзака учебники. "Общая теория магии" - занятная штука, "Зелья и эликсиры" в двух томах, "Малый бестиарий ЛаМарше", будь он неладен, три первых тома "Полного бестиария..." - страшно даже пытаться его читать. Один том упал и раскрылся на середине: "Кикимора, Ка-Бхарат, Кокатрикс..." Нудятина! Наконец я добрался до нужной книги и, отложив её, затолкал остальные обратно.
   - "Заклинания. Сигилы. Знаки", - прочитал Квинт. - А не проще ли будет применить свои магические способности, и не пользоваться этой ерундой?
   - Этой ерундой, как ты выразился, пользуются даже высшие демоны и ангелы, когда есть время и возможность не тратить свою энергию. Сейчас вообще дам эту книжку тебе и будешь сам мучиться, рисовать заклинания.
   Он поднял руки.
   - Спасибо, я лучше подожду.
   - Я не могу пользоваться своей силой постоянно, - пробормотал я. - Пока.
   Некоторое время Квинт удивлённо глядел на меня. А потом протянул:
   - Вот ты калич!
   Я огрызнулся в ответ, хотя, по большей части, уже не обращал на него внимания.
   Для сотворения нужного заклинания мне потребовались: маркер, лист плотной бумаги и "в достаточной мере чувствительный датчик направления", чью роль с успехом могла выполнить яркая лента, привязанная к импровизированной игле из куска твёрдой проволоки, где-то раздобытой Квинтом в считанные минуты.
   Сначала я нарисовал на бумаге сигил, - магическую печать, - оставив один элемент печати незавершённым. Потом мы спустились вниз и нашли место, где он чувствовал остатки магии. Положив в том месте лист на землю, я довёл последний штрих до конца, заключив тем самым часть остаточной энергии в сигиле, как в своего рода клетке. После этого оставалось только воткнуть "датчик направления" в центр печати и идти туда, куда он укажет.
   С минуту лента висела неподвижно, слегка раскачиваясь от движения воздуха. Однако, едва Квинт успел разочарованно развести руками, как датчик сработал. Это было похоже на поток воздуха, вырвавшийся из печати, будто от включившегося вентилятора. Лента дернулась вверх, бешено завертелась, и вдруг замерла, указывая в одном и том же направлении, как бы я ни крутил печатью.
   Мы с Квинтом переглянулись.
   И пошли по следу.
   Несколько раз лента застывала в нерешительности, будто пытаясь выбрать между двумя направлениями. Тогда мы, после коротких совещаний, срезали путь, надеясь, если не обогнать, то хотя бы приблизиться к оборотню. Всем известно, что, находясь в звериной шкуре, они двигаются куда быстрее людей, а реакция оборотня в самом расцвете сил недостижима для простого человека. Чтобы заметить его, нужно быть, как минимум, параноиком, постоянно оглядывающимся по сторонам, а чтобы попытаться соревноваться... В этом случае лучше самому быть кем-то вроде оборотня.
   Мы пробежали ещё пару-тройку километров, покинув жилые кварталы, слегка задев деловой район и достигнув промзоны. Несколько раз нам встречались покорёженные машины и покосившиеся столбы электропередач - должно быть, зверюга была в ярости. Нам приходилось перелезать через заборы и... хорошо, мне приходилось перелезать через заборы. В конце концов, лента на датчике безвольно повисла возле какого-то старого не то завода, не то склада. Тогда я остановился.
   - Удивительно, что эта штука вообще работала, - тяжело дыша, проговорил Квинт. - Долбанные гонщики - загнали нас в такую дыру.
   - Где мы? - спросил я, оглядываясь по сторонам. - Только не говори мне, что и в Абсурдуме бывают неблагоприятные районы.
   - Хорошо, - кивнул он. - Не скажу.
   Квинт закрутил головой, глядя по сторонам. Наконец, он заметил что-то и кивнул мне на здание.
   - Сюда. Держу пари, что оборотень на этом заводе. Для такой твари нет ничего лучше, чем заброшенный сталелитейный цех.
   А я думал, что оборотню будет комфортнее в лесу. И "Малый бестиарий" так утверждает.
   - Он определённо здесь, - бормотал Квинт, выламывая доски, которыми был заколочен вход. - Окно на втором этаже выбито, заметил?
   Я мотнул головой, пытаясь отодрать последнюю доску. Когда мне это удалось, мы кое-как сбили висячий замок и вошли внутрь.
   А там, как я и ожидал, было пусто, темно и грязно. Даже если оборотень не заметил нашего преследования и был здесь, то, вламываясь, мы произвели столько шума, что он уже давным-давно сбежал. Если, конечно, он не поджидал нас.
   Сиреневые шестиугольники на виске Квинта запульсировали. Он слегка коснулся виска и ответил:
   - Мы в Хапеше. Да, почти на окраине. Поспеши, думаю, скоро мы его найдём.
   Мне показалось, что впервые за всё это время в голосе Квинта Курция прозвучала тревога. Совсем немного. Но в устах того, кто производил впечатление уверенности и несокрушимой силы, этого было вполне достаточно. Я даже успел подумать, что мы всё-таки зря ввязались в такую бессмысленную авантюру.
   Это было за секунду до того, как что-то большое обрушилось на нас сверху.
   Оно двинуло меня волосатой лапищей в грудь так, что я покатился к ближайшей стене с мыслью о сломанных рёбрах. Квинта же оборотень подмял под себя и нанёс серию сильных ударов по его лицу, после чего исчез так же внезапно, как и появился.
   Я нащупал под рукой кусок арматуры, сжал его покрепче, подполз, судорожно оглядываясь по сторонам, к лежавшему без движения Квинту и встряхнул его.
   - Ты жив? Сильно он отделал?
   Он резко открыл глаза и прошептал что-то невнятное в ответ. Я взял его за шкирку и потащил на выход.
   - Стой...
   - Дождёмся Мирона, - перебил я. - Квинт, этот оборотень тебе чуть шею не свернул. Двигаться можешь?
   Он вырвался из моей хватки, и, пошатываясь, поплёлся обратно.
   - Нам вдвоём его не одолеть! - крикнул я вслед.
   Квинт остановился и поправил:
   - Её.
   - Что?
   - Это она, Тесла. Она.
   - Да-а? - недоверчиво протянул я.
   - Ты балда, Тесла. Открой бестиарий и научись различать их по рожам. А я сейчас пойду и поймаю эту стерву! Ты со мной?
   Несколько секунд я стоял на месте, застыв в нерешительности. Потом кивнул и положил Квинту руку на плечо.
   - Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
   Он слабо улыбнулся.
   - Поверь, мне есть, чем её удивить.
   Мы медленно продвигались по мрачным помещениям совершенно безлюдного здания, стараясь не шуметь лишний раз. Не из-за оборотня, она-то, я был совершенно уверен, прекрасно слышала и видела нас. Просто нам тоже хотелось слышать её передвижения. Насколько это было возможно.
   Остановились мы тогда, когда нашли достаточно большой, пустой зал. Свет проникал в него через огромные окна, состоявшие из огромного количества вставленны­х в железные оправы решёток мелких квадратных стёкол, едва ли не коричневые от толстого слоя пыли и грязи на стёклах, становясь тусклым и желтоватым, перечёркнутым решётчатыми тенями. Через отверстия от нескольких вывалившихся стёкол внутрь здания заползали мощные побеги плюща, ещё больше усиливавшего ощущение заброшенности. Вообще, этот проклятый плющ растёт в Абсурдуме повсеместно и почти неконтролируемо: стоит жителям города оставить какое-нибудь место, как через месяц-другой оно уже будет в полном владении дикого плюща. Поговаривают даже, что это на самом деле какое-то древнее проклятие, насланное на Абсурдум сотни лет назад. Другие же утверждают, что это самый обыкновенный сорняк, всего-навсего нашедший себе идеальные условия для жизни. Было время, когда я без колебаний поверил бы вторым. Но теперь, когда я познакомился с магией, меня одолевали сомнения - вполне могло оказаться, что плющ - действительно проклятие этого города.
   В этом зале, по-видимому, когда-то рядами стояли станки или что-то вроде того - пол, не окрашенный в тех местах зелёной краской, ярко выделялся серыми прямоугольниками. Выбрав его, мы лишили оборотня преимущества: если в узких небольших коридорах или заставленных помещениях эта тварь могла напасть на нас неожиданно и тут же спрятаться, то на большом, открытом пространстве ей требовалось некоторое время хотя бы для того, чтобы добежать до нас. А за это время можно было что-то придумать.
   По крайней мере, так всё выглядело в теории.
   Квинт встал посреди зала, расставил руки и прокричал:
   - Ну давай, поймай меня! Вот он - я! Заждался уже!
   Я покрепче взялся за подобранную ранее арматуру и встал сбоку от дверей. Квинт продолжал орать во всю глотку, едва ли не приплясывая на месте. По идее, оборотень прибежала бы на крик, а я должен был огреть её сзади арматурой.
   А ещё, по идее, она должна была войти в двери.
   Звон разбитого стекла и грохот вырванной с корнем решётки, влетевшей в зал и ударившейся о стену всего в полуметре от меня, отрезвили Квинта. Он замер и медленно обернулся. Огромная тварь спрыгнула на пол, от чего бетон дрогнул, и направилась к нему.
   Тварь была именно такой, какими описывал оборотней ЛаМарше: ростом в полтора раза выше среднего мужчины, сложена как заправский штангист, разве что ноги длиннее и мускулистей - чтобы развивать большую скорость при беге на охоте. грязно-бурая шерсть росла в основном клоками, полностью покрывая лишь волчью голову, глаза горели тёмно-жёлтым огнём - один из верных признаков одержимости, согласно "Бестиарию".
   - Виктор, - тихо позвал Квинт. - Сделай для меня кое-что.
   - Угу, - промычал я в ответ. - Что именно?
   - Отвлеки её.
   У меня челюсть отвисла от возмущения.
   - Что?!
   - Не ори, и делай то, что я говорю! Она же меня сейчас сожрёт!
   - Ага, - я фыркнул. - Значит, ты хочешь, чтобы она сначала сожрала меня?!
   - Заткнись, иначе она сожрёт нас обоих. Давай, отвлекай.
   Я пробормотал проклятие и со всей силы ударил арматурой по стене. Оборотень не отреагировала. Я ударил ещё раз.
   - Квинт, а как надо отвлекать оборотня?
   Он не ответил. Он вообще не шевелился, пока оборотень обнюхивала его.
   - Эй, ты, уродина! - крикнул тогда я. - Глянь-ка на меня! Что, твой пластический хирург в отпуске? А может, он сбежал, как только увидел тебя? Господи, ну и рожа! А ещё ты толстая. Нет, жирная!..
   Я отпрыгнул в сторону чисто инстинктивно, едва только заметил движение волчьей головы в мою сторону. И это было самое разумное действие, потому что мгновением спустя мохнатые лапы разнесли стену, у которой я только что стоял, на куски, проделав в ней дополнительный проход.
   Чёрт! ЛаМарше не говорил, что оборотни настолько быстрые и сильные! Надо будет потом оставить пару гневных комментариев этому писаке.
   Я снова отпрыгнул в сторону, даже не дожидаясь, когда оборотень соберётся нападать. В ту же секунду её когти едва не зацепили меня, пройдя буквально в нескольких сантиметрах от щеки. Мне сразу вспомнилась фраза из какой-то передачи про животных: "Убегая от крокодила, не бегите по прямой - маневрируйте". Возможно, подумал я, этот фокус проходит и с оборотнями.
   "А, возможно, и нет," - осторожно шепнуло моё подсознание.
   Возможно, мы вообще ошиблись, когда решили, будто этот оборотень слаб и ещё не завершил обращение.
   Не слушая подсознание, я стал скакать из стороны в сторону, пытаясь выбирать наиболее неожиданные направления. Пару раз это действительно спасло меня, но на деле я выдыхался куда быстрее оборотня. Квинт же только подливал масла в огонь:
   - Виктор, стой на месте, ты меня всё время сбиваешь!
   - Позволь тебе напомнить, - прохрипел я в ответ, уворачиваясь от очередной атаки лапой, - что если я остановлюсь, она меня пришибёт.
   В ту же самую секунду на меня налетело что-то, сильно похожее на локомотив. Свинцовый локомотив. Свинцовый локомотив с безумным машинистом.
   Тварь повалила меня на лопатки и злобно зарычала. Я даже не успел испугаться. Меня только охватило отвращение. когда слюна оборотня капнула на пол рядом со мной. Я зажмурился и отвернулся.
   - Печать связывания Сэйгё четвёртого уровня! - прогремел голос Квинта. Я открыл глаза и увидел, как он размашистыми движениями руки рисует в воздухе Печать. Нарисованный им символ полыхнул белым огнём, и сила - примерно та же, с которой оборотень налетела на меня - отбросила и повалила её. Я вдохнул полной грудью и перекатился на бок, ощупывая рёбра. Квинт подошёл и протянул мне руку.
   - Ну, как? - довольно спросил он, помогая мне подняться.
   - Оригинально, - ответил я. - Только не стоило вопить с таким пафосом.
   Квинт улыбнулся.
   - Экономил энергию.
   - Да-да, помню: "Произнесение заклинания одновременно с его использованием, немного снижает затраты энергии..." Учебник общей магии, раздел "Знаки и печати".
   - Страница сто сорок пятая, если быть точным. А если бы ты прочитал одноимённую книгу, то знал бы и о печатях связывания.
   - Знаю, - я похлопал по рюкзаку. - До шестого уровня они доступны даже людям.
   Квинт закивал, и не торопясь подошёл к оборотню. Теперь я увидел, что она была связана чем-то вроде тонких нитей, сверкающих белыми отблесками - будто они были сделаны из стекла.
   Квинт подошёл ближе и мягко спросил:
   - Ну, довольно играть. Где девушка?
   Оборотень оскалилась и зарычала.
   - Как думаешь, кто это? - спросил я, встав рядом.
   Он задумчиво почесал затылок.
   - Скорее всего соперница. Женщины вообще страшны в мести...
   - Не похоже, чтобы за того парня женщины были готовы перегрызть друг другу глотки.
   Квинт подал плечами.
   - В тихом омуте черти водятся.
   - Думаешь, она ещё не сожрала соперницу?
   Оборотень снова зарычала.
   - Дождёмся Мирона, увидим, - важно ответил Квинт.
   И тут произошло то, чего мы никак не ожидали - сверкающие белым нити дрогнули и рассыпались на белые искры, плавно разлетевшиеся в разные стороны. Глаза Квинта расширились, мы попятились назад.
   Существует десять известных Печатей связывания и, по слухам, ещё пара-тройка тайных. Чем больше номер печати, тем она, естественно, крепче. Печать первого уровня настолько слаба, что иное применение, кроме как в учебных целях, найти для неё трудно. Второй уровень уже позволяет связывать животных. Печать третьего уровня на долгие часы надёжно сдержит человека. По идее, четвёртого уровня должно было хватить для сдерживания оборотня.
   Но оборотень, как я уже говорил, оказалась сильнее, чем мы думали. Видеть, как она встаёт и по-собачьи отряхивается, было жутковато.
   Что-то красное промелькнуло в воздухе. Едва заметным движением оборотень подняла лапу и поймала дротик с транквилизатором.
   - Ах ты ж зараза! - с азартом воскликнул Мирон. Он стоял там, где ещё совсем недавно было окно, и держал в руках длинное ружьё с оптическим прицелом. - Мужики, вы его почти загнали в угол, продолжайте в том же духе.
   - Её, - поправил я. И добавил вполголоса: - Тоже мне, ещё один командир нашёлся.
   - Баба?! - удивился тот, доставая из коробки на поясе ещё один дротик. - Не иначе, как соперница. Наверное, ту девку она уже убила и слопала.
   Мы с Квинтом посмотрели на него.
   - Если ты будешь красоваться, а не стрелять по ней, то мы этого не узнаем.
   Когда мы обернулись, оборотня уже не было.
   - Да чтоб тебя! - раздосадовано протянул Квинт.
   Мирон вздохнул и закатил глаза.
   - Что бы вы без меня делали... - он протянул ружьё с транквилизатором Квинту. - Держи.
   Затем он взял нас за воротники и телепортировался.
   До того момента я и представить не мог, насколько это отвратительно. Представьте, что вы оказались в машине, которая за доли секунды набирает скорость в несколько сотен километров в час, а потом так же быстро останавливается. В какой-то момент мне показалось, что мои органы должны продолжить движение по инерции, но вместо этого я просто повалился на пол, держась за голову, гудящую как колокол, и пытаясь вдохнуть. Наконец мне удалось взять себя в руки и встать на ноги. Мирон с Квинтом, в отличие от меня, чувствовали себя вполне нормально. По крайней мере, они не подавали признаков обратного.
   - Спасибо за помощь, - сказал я, оборачиваясь к бармену. - Только в следующий раз предупреждай.
   Он улыбнулся и развёл руками.
   - Я думал, ты уже знаешь, что это такое.
   - Куда ты нас перенёс? - спросил Квинт, оглядываясь по сторонам. Мы стояли в каком-то очередном цехе, где, должно быть, отливали какие-то формы из стали: нас окружали огромные котлы, устройства непонятного мне назначения, которым я не мог подобрать даже подходящее описание; над головами сетью раскинулись узкие мостики-переходы, местами уже опасно провисшие и грозившие свалиться от одного только прикосновения.
   Я несколько раз глубоко вздохнул и потряс головой, пытаясь окончательно привести себя в чувство. Квинт с жалостью покосился на меня.
   - Виктор что, действительно, не всегда может пользоваться магией? - спросил он у Мирона.
   Тот кивнул.
   - Это вторая причина, почему к нему приставили соглядатая.
   - А первая? - поинтересовался я.
   - А первая в том, что ты балбес, и своими действиями можешь себе навредить, - ответил бармен.
   Я возмущённо фыркнул.
   - Кажется, последние полчаса мы только тем и занимаемся, что пытаемся навредить себе. В довольно изощрённой форме.
   - Не ной, - оборвал меня бармен. Он наклонил голову, прислушиваясь, и забрал у Квинта ружьё. - Так и есть, она где-то здесь. У меня ещё четыре дротика...
   Что-то промелькнуло у нас над головами.
   - Наверх!
   Обгоняя друг друга, мы побежали к лестнице, поднимавшейся на второй уровень - туда, где протянулись, готовые упасть, переходы. Я успокаивал себя тем, что раз они выдержали вес оборотня, то и троих скачущих мужиков должны бы выдержать. Правда, верилось мне в это почему-то слабо.
   - Её здесь нет, - разочарованно проговорил Мирон, оглядываясь по сторонам. - Пройдёмся, поищем. Тесла, проверь наверху.
   Я кивнул и осторожно поднялся по ещё одной лестнице на уровень выше. Здесь было почти совсем темно - я едва различал дорогу, и поэтому продвигался медленно, буквально по сантиметру, тщательно проверяя мостик перед собой.
   Снизу донеслись звуки возни и ругательства Мирона. Второй дротик пролетел мимо и исчез в густом полумраке где-то под потолком.
   - Оборотень рядом, слышишь, Тесла! - крикнул Квинт. - Где ты там?
   Я почувствовал колебания мостика и на всякий случай схватился за перила. Колебания стали сильнее, я резко развернулся и рванул к лестнице.
   И столкнулся нос к носу с оборотнем.
   Видимо, она спешила уйти от преследования, и не заметила меня сразу. Она взвыла. Так жалобно, как воет зверь, попавший в капкан. Затем оборотень издала короткий рык, полный ненависти, и занесла лапу для удара.
   - Стой! - в отчаянии крикнул я, отпрыгивая назад. - Мы не желаем тебе зла, мы хотим помочь. Пожалуйста.
   Она замерла, нависнув надо мной с поднятой лапой, готовой в любое мгновение нанести смертельный удар. Ей ничего не стоило просто полоснуть меня когтями и выпустить кишки. Она могла просто сбросить меня вниз.
   Но вместо этого оборотень медленно опустила лапу и снова взвыла. Мне показалось, что я вижу слёзы в её глазах. Потом она просто подпрыгнула и исчезла из виду.
   Просвистел третий дротик.
   - Почти попал! - крикнул Мирон. - Виктор, жив?
   - Жив, - ответил я, только-только начиная понимать, насколько близко я был к глупой и бессмысленной смерти.
   - Мирон, можешь сделать кое-что? Можешь притащить сюда этого Эдгара? - попросил я, когда они поднялись ко мне.
   Бармен поморщился.
   - Слишком много телепортов на неделю. Так, знаешь ли, можно и невоспитанным прослыть.
   - Она меня едва не убила, - тихо проговорил я.
   - Но не убила же!
   - Мирон... - повторил я. Вены на моей правой руке сверкнули неярким синим светом.
   - Ох... Ну... ладно, - пожал плечами он, немного отступая назад.
   Бармен вытянул руку в сторону и прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Затем он сжал пальцы, будто схватил кого-то и резко потянул руку к себе. Прямо из воздуха выскочил какой-то парень, перепуганный и удивлённый. Мирон рассеяно глянул на него и поджал губы.
   - Ох... Я, кажется, ошибся немного. Там рядом с тобой не было такого... э-э... в дурацком фраке?
   - Был, - ответил тот. - В паре метров от меня...
   - Ага. Извини за беспокойство.
   Мирон толкнул парня, и тот исчез. Он ещё немного пошарил рукой в воздухе, снова схватил кого-то, и вытащил к нам.
   Теперь перед нами предстал Эдгар, тоже перепуганный и удивлённый.
   - А, где я? - пробормотал он, беспокойно оглядываясь на держащего его бармена.
   Я попросил Мирона поставить его на ноги и подошёл ближе.
   - А теперь отвечай, откуда ты её притащил?
   - Кого?
   - Невесту свою.
   Я уже понял, что тут творится. Но, для начала, нужно кое-что объяснить.
   Вздумав попутешествовать между мирами, высший демон или архангел потеряют большую часть сил от перехода. Им придётся восстанавливаться несколько месяцев, а потом ещё какое-то время готовиться к обратному пути. Дух, скорее всего, совершенно обезумеет и навсегда останется в другом мире в качестве запертого там призрака. Человек же, или другое подобное ему существо, погибнет на полпути.
   Когда Старшие - боги - уходили, они соединили своеобразными тоннелями-переходами кучу миров, вошедших впоследствии в так называемую Ось - это около полусотни вселенных. Теперь любой может отправиться на Центральный Вокзал и взять билет на поезд до Асгарда, прокатиться в Рай, посмотреть, как там дела у святых и ангелов-бюроратов, а напоследок заглянуть на чай к Ктулху. Но, конечно, чаще всего в другие миры Оси ездят по делам, на работу, в командировки, на отдых. Или в поисках приключений. Есть несколько довольно мрачных мест, куда "не рекомендуется" отправляться. Видимо, этот болван притащил свою подружку из одного из этих миров.
   Квинт ухмыльнулся и хмыкнул. Он тоже это понял.
   - Она, ведь, не отсюда, да? - спросил он.
   - Ну... - парень смущённо кашлянул. - Вообще-то, да. Так получилось! Мы с ней просто встретились и... А что?
   - Твоя девчонка, - я наклонился к нему, - оборотень.
   - Дурак, - сказал Квинт. - Ты так торопился притащить её с собой, что наплевал на карантин.
   - У вас есть карантин?! - удивился я.
   Квинт только покосился на меня и продолжил:
   - Ты решил, что раз она не обращается по полнолуниям, то всё в порядке. Она, возможно, тоже надеялась, что сможет скрывать. Но это Ад - здесь другие правила. На церемонии она так разволновалась, что потеряла над собой контроль, пришла в ужас и решила сбежать. Обращение произошло так быстро, что ты даже не понял толком, что же случилось на самом деле.
   Эдгар проглотил комок в горле и прошептал:
   - Что я натворил... Что нам теперь делать?
   - Лично тебе - звать её. Возможно, она решится подойти, услышав твой голос, - предположил Квинт, подталкивая его перед собой. - Пошли.
   - Зараза! - выругался Мирон. - Теперь и я начинаю думать, что это была дурацкая затея. Вероятность того, что его подружка хотя бы отзовётся - один к миллиону. Или даже ещё меньше. Зря время тратим.
   Я уже начал спускаться, когда заметил позади лежащую коробку с транквилизаторами. Обругав Мирона за невнимательность, я вернулся, чтобы подобрать её.
   - Марта! - донеслось снизу. - Марта, мы хотим помочь тебе. Не бойся!
   - Такая сама кого хочешь испугает, - проворчал я.
   В этот момент мостик снова дрогнул. Мне едва удалось поймать коробку, заскользившую от сотрясения к краю мостика. Что-то заскрипело и, кажется часть конструкции погнулась. Я услышал шумное дыхание и тяжёлые шаги, и притаился. Оборотень прошла прямо подо мной. Она остановилась, исподлобья глядя на своего, замершего не то от неожиданности, не то от страха, жениха и стоявшего у него за спиной Мирона, нацелившего на неё ружьё.
   Я открыл коробку и достал последний дротик. Если у меня не получится, то меня будут соскребать с пола. В моём распоряжении было всего несколько секунд, пока это хрупкое равновесие не будет нарушено. Я осторожно снял рюкзак, положил его рядом и зажал в руке дротик. Внизу Квинт и Мирон пятились к лестнице, оттаскивая за собой Эдгара.
   - Марта... - прошептал тот, протягивая к ней руку. - Марта...
   Оборотень завыла. Ещё более отчаянно, еще более тоскливо. Она будто и в самом деле плакала.
   Я взялся за перила мостика и резко перегнулся через них, как это делал Квинт. Плечи обожгло болью, от которой потемнело в глазах. Мне едва хватило сил не отпустить перила раньше времени. Совершив оборот, я в нужный момент разжал пальцы и, опустившись ненадолго схватился за сам мостик, чтобы по инерции оказаться под ним, а не сбоку.
   А потом я начал падать.
   Прямо на оборотня. На чёртова огромного, злобного, отчаявшегося оборотня! Она была готова разорвать меня на клочки, когда я свалился на неё и обхватил её шею свободной рукой. Она была готова, но не успела. Потому что четвёртый дротик, выстрелянный Мироном, воткнулся оборотню прямо в бок.
   А пятый я вогнал ей в плечо.
   Оборотень шумно вздохнула и упала. Я сидел рядом ещё некоторое время, приходя в себя и глядя, как она стремительно теряет звериную форму. Через несколько минут перед нами лежала девушка, вся в синяках, с выражением застывшей муки на лице. Квинт накинул на неё свой помятый пиджак, взял на руки и понёс прочь.
   - Идём, - сказал он, оборачиваясь. - Кстати, хорошая работа, Виктор.
   Я кивнул и слегка улыбнулся.
   И мостик рухнул.
   Кто-то подхватил меня за воротник и удержал в воздухе. Я медленно повернул голову и увидел ту самую златовласую девушку-ангела, которая пила кофе в баре Мирона. Она держала меня, стоя на одних только оставшихся перилах. И как они это делают?
   - Здрасьте, - я попытался махнуть рукой, но, похоже, вывернул плечи, когда спрыгивал на оборотня.
   Ещё одна рука сжала мой воротник ещё крепче. Я посмотрел в другую сторону.
   - Привет, Люси.
   - Здравствуй, Виктор. Потрудись объяснить мне, что ты тут делаешь?
   - На это потребуется время, - протянул я.
   - Ничего, время у меня есть. Спасибо, Аврора, можешь отпустить его.
   - Как ты меня нашла?
   - Очень просто. Когда вы потащились искать какого-то оборотня, Аврора сразу подняла тревогу. И когда вы, сборище болванов, последний раз использовали телепорт, мы отследили направление, и, кажется, успели вовремя.
   - Люси?
   - Что?
   - Спасибо.
   Её глаза полыхнули фиалковым огнём. В голосе зазвучали металлические нотки.
   - Ты идиот, Виктор. Ты мог погибнуть.
   Она нахмурилась, перекинула меня через плечо с такой лёгкостью, будто бы и не была на полголовы ниже, и спрыгнула вниз.
   Она была совершенно права.
  
  
   Белое пятно солнца медленно подползало к горизонту, превращаясь в чётко очерченный оранжевый круг, чьё отражение беспокойно колыхалось на волнах, протянувшись почти до самого песка. Почти все столики были заняты, и мы с Люси расположились за барной стойкой, наблюдая за отдыхающими, прогуливающимися по пляжу и тротуарам, тянущимся до маяка в нескольких сотнях метров от бара.
   - Вынуждена признать, Виктор, - проговорила Люси, не выпуская соломинки из зубов, - хоть мне и неприятно это признавать, но вы поступили правильно.
   Я усмехнулся.
   - Погоди, сейчас я позову кого-нибудь, и ты это повторишь.
   - Не дождёшься, - Люси махнула рукой бармену и отодвинула бокал. - Мирон! Налей-ка мне ещё этой... Я не знаю, как ты все эти коктейли различаешь.
   Он пожал плечами и подмигнул мне.
   - Она уже признала, что была чересчур сурова?
   Я кивнул.
   - Тогда ей больше мягкости не наливаю.
   Люси фыркнула и повернулась ко мне.
   - И всё же я не понимаю, - сказала она. - Почему Марта не сказала Эдгару, что она заражена? Это помогло бы избежать того, что случилось.
   - Неудивительно, - ответил я. - Это для вас естественно, что можно вылечить оборотничество и привиться от вампиризма. Но в других мирах, возможно, сжигают на костре за ваши телефоны-имплантаты. Она боялась - вот и всё. Есть вещи, о которых трудно говорить.
   - Знаю. Но понять всё равно не могу. А ты, Мирон, как додумался поддержать их? Я думала, ты серьёзнее. И Квинт туда же...
   - При чём тут мы? - удивился бармен.
   - Это всё Тесла! - быстро проговорил Квинт, отодвигаясь подальше. - Идея была его.
   - Хорошо, - сдался я. - Я сегодня поступил глупо. Извини.
   Мирон ухмыльнулся.
   - А теперь, пусть он напишет это на демоническом.
   Ничего ему не ответив, я встал и пошёл домой. Остановившись у последнего столика, я достал из кармана салфетку, припрятанную ранее, положил её перед какой-то гарпией и шепнул:
   - Это вам от бармена.
   - Виктор! - окликнула меня Люси. - Ты куда?
   Я развёл руками.
   - Есть ещё множество вещей, которым мне надо бы научиться, - я замер, прислушиваясь к рёву моторов вдалеке. - Кстати, не знаешь, где можно найти хорошую машину?

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Мур "Мой ненастоящий муж" (Современный любовный роман) | | Э.Тарс "Б.О.Г. 4. Истинный мир" (ЛитРПГ) | | К.Амарант "Будь моей игрушкой" (Любовное фэнтези) | | А.Россиус "Ковен Секвойи" (Приключенческое фэнтези) | | А.Владимирова "Телохранитель. Танец в живописной технике" (Любовная фантастика) | | Л.Свадьбина "Попаданка в академии драконов" (Любовное фэнтези) | | Н.Самсонова "Невеста вне отбора" (Любовные романы) | | А.Субботина "Невеста Темного принца" (Романтическая проза) | | А.Ардова "Мужчина не моей мечты" (Любовное фэнтези) | | А.Оболенская "Как обмануть босса" (Современный любовный роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"