Красовская Наталья Владимировна: другие произведения.

Крылатые дети

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

   Часть 1. Крылатые дети
  
   Одноглазый Байл Трикс не был злодеем. В пираты его привела не жажда богатства и не кровожадность. Во всяком случае, сам он винил во всем Ее Величество королеву и весь ее флот с адмиралом Гассуном во главе. Именно адмирал издал в свое время указ о строгом ограничении приемки простолюдинов на королевский флот - перестали брать увечных, судимых и совсем необразованных. Байл Трикс не прошел по всем пунктам. Он лишился глаза еще в детстве по недосмотру матери-пьяницы, он был судим за долги и никогда не учился в школе. Если неграмотных часто посылали в школы и могли в дальнейшем взять-таки юнгой или матросом на корабль, то глаз ему не смог бы вернуть ни один колдун.
   Больше всего на свете Байл любил море. Он был неучен, но отнюдь не глуп. Поэтому он не нанялся на первый попавшийся пиратский корабль, а несколько месяцев скитался по портам и собирал сведения. В хорошем расположении духа он любил пошутить, что стоило ему идти не в море, а в тайную полицию - через полгода он знал о пиратах всё. Он выбрал Северного Ветра - скорее авантюриста, чем пирата, дерзкого и благородного, скользкого и непредсказуемого, и не прогадал. Проплавав с ним каких-то 5 лет, он вполне мог себе позволить обзавестись фермой и жить, не зная хлопот. Но он любил море. Правда, ферму Байл все же купил - своим братьям.
   Байл был невысок ростом, носил лохматую бороду и мешковатую одежду, чтобы скрыть свою молодость. Ему хотелось выглядеть бывалым моряком. Был бы он одним из тех смуглых, высоких и гибких юнцов прибрежных островов, возможно, он бы и хвалился молодостью и красотой, но он был дитем северных морей, а в тех местах дети рождаются старичками. Выглядел Байл на все 35, а то и 40, хотя ему едва стукнуло 24. Полуседые встрепанные волосы и черная повязка на глазу вызывали неизменные насмешки всегда элегантного Северного Ветра, но Одноглазого вполне устраивал его внешний вид. Он старался не выделяться из толпы матросов, хотя будь он рогатым демоном или козлоногим отайцем (дед рассказывал, что в горах водятся такие), он, возможно, куда меньше привлекал бы внимание.
   На борту Бури - корабля Северного Ветра - было много таких существ, о которых Байл даже не слышал. Ветер словно коллекционировал людей. Вот, например, вомбат, несущий нынче с Байлом яхту. Вначале он пугал Байла до чертиков. Вомбат был почти как человек - по строению тела. Только кожа его была как у ящерицы - зеленая и чешуйчатая. На лице - змеиные желтые глаза, а носа почти не было - только щели ноздрей. Вомбат отлично плавал и замечательно лазал, никогда не мерз и мог много часов оставаться неподвижным. На корабле Одноглазый впервые в жизни увидел ночного эльфа - синекожего. На Бурю охотно брали и зверолюдов - лохматых и боящихся воды, зато отлично лазающих по снастям и бешеных в бою. Любимчиком капитана считался один из них - молодой кошколюд, почти еще котенок, пушистый и ласковый со всеми. Этот был личным слугой капитана и заботился об его одежде и оружии. Кошколюды в детстве совсем как котята, с ног до головы покрыты пушистой шерстью. К старости же шерсть хоть и не пропадает, но приглаживается так, что становится почти не заметной, и в темном переулке порой невозможно отличить, с кем ты скрестил ножи - с человеком ли или кошколюдом. Если, конечно, он не станет использовать хвост.
   Байл встряхнул головой, чтобы согнать окутывающий его сон. Он спокойно уже относился к вомбату, но ходить с ним на вахту не любил. Зеленокожий всегда молчал, с ним было скучно.
   У Одноглазого была еще одна тайная страсть - он обожал детей. В своей деревне он был первой нянькой. Именно поэтому, услышав в ночи жалобный детский крик, он не стал лихорадочно вспоминать заклятья против морских духов, а бросился к борту, внимательно всматриваюсь в маслянистую темноту за бортом. Ему удалось разглядеть светлое пятно на воде. Крик повторился. Байл услышал дрожащий голос своего товарища, творящего обережное заклятье. Вомбат был очень суеверен, как и все отсталые племена. Кажется, его парализовало от страха, ведь всем известно, что морские духи запросто могут утащить моряка на глубину.
   Байл же был уверен, что там ребенок. И поднял тревогу. На миг ему пришла в голову мысль столкнуть вомбата в воду за малышом, ведь пловец он был лучший в команде, но Одноглазый вовремя сообразил, что тот скорее пойдет ко дну. По палубе замелькали лучи фонарей, раздался глубокий голос капитана.
   - Человек за бортом, - доложил Байл.
   - Человек? Или морской дух? - поинтересовался кто-то.
   - Там ребенок, - отвечал Байл.
   Среди моряков не принято оставлять без внимания человека в море, будь то пират или королевский наемник. Согласно пиратскому кодексу, несчастного следовало выловить, допросить и попытаться извлечь выгоду. Если же за человека нельзя получить выкуп или награду за его спасение, и помогать ему по определенным причинам не следовало, выбросить его обратно в море было делом нескольких секунд.
   - Ты уверен, что это человек? - спросил капитан.
   - Конечно, уверен! - раздраженно ответил Одноглазый. - Я еще могу отличить детский крик от воплей духов.
   Он не стал добавлять, что, судя по крику, ребенок замерз и голоден, и уже охрип от бесплодных криков.
   - Если уверен - тебе и вытаскивать, - сказал капитан. - Не думаю, что кто-то еще рискнет.
   - Иддиоттты, - процедил сквозь зубы Байл и, не раздеваясь, прыгнул в воду.
   Она еще хранила тепло дня. В несколько гребков юноша оказался рядом со светлым пятном. Это и в самом деле оказался ящик, а в ящике находилось живое существо. Все, что сумел разглядеть Байл - белые пеленки. Аккуратно подталкивая ящик, Одноглазый подплыл к Буре. Никто не жаждал помочь ему поднять на борт свою добычу, но после резкого окрика капитана, ребенок все же был принят сверху.
   Луч фонаря осветил ворох пеленок, и дитя разразилось воплями. Матросы отпрянули от неожиданности, но тут же расхохотались - от облегчения и от неловкости за свои страхи. Ребенок продолжал надрываться в хриплом крике, но тут же был подхвачен Моррой - единственной женщиной из всей команды. Прижатый к большой теплой груди, он тут же убавил громкость и плакал уже не возмущенно и требовательно, а только жалобно поскуливал.
   Морра развернула младенца и сунула Байлу мокрые вонючие пеленки, которые он, впрочем, тут же уронил на палубу. И было от чего. На спинке у малыша трепыхались 2 крылышка наподобие куриных.
   Снова послышались суеверные заговоры. Вокруг Байла и Морры тут же появилось пустое пространство.
   - Это ангел! - шептали матросы.
   - Или демон...
   - Выкиньте его обратно...
   - Дай его мне, - потребовал у Морры капитан.
   Довольно уверенно Северный Ветер повертел в руках младенца, явно недовольного таким обращением.
   - Чудеса! - заявил он. - Я видел много существ в своей жизни, встречал кентавров и грифонов, вызывал демонов, разговаривал с русалкой, но человек с крыльями... Я даже не слышал о подобном!
   - Накорми его! - приказал он Морре, и, к удивлению матросов, снял с себя плащ, завернул младенца и сунул ей в руки. - Кстати, это девочка.
   - Можно я? - с надеждой спросил Байл. - Я умею обращаться с детьми.
   Но Морра ребенка не отдала, и ему пришлось следовать за ней до самой кухни. На кухне женщина растеряно плюхнулась на стул.
   - Как ты думаешь, сколько ему...ей?
   - Не меньше полугода, - авторитетно сказал Байл, споласкивая чашку.
   - И чем их кормят? Молоком, да?
   Они переглянулись и идиотски захихикали, потому что молоко на корабле было. Ночной эльф Идарил безумно любил молоко и держал в трюме козу, но никто из команды не осмеливался с ним шутить. Эльф был скор на расправу, очень вспыльчив и несмотря на кажущуюся хрупкость, он был лучшим из бойцов на борту Бури. Ни Байл, ни Марра не осмеливались лишний раз обращаться к нему.
   - Можно уже и супом, если перетереть, - уныло протянул Байл. - Или овощами какими.
   На ближайшие 2 дня в перспективе была только солонина с сухарями. Корабль следовал в порт за провиантом, несколько подзадержавшись в дороге.
  В дверь осторожно поскреблись, и появился сам Идарил. В руках у него был глиняный горшочек с молоком.
  - Надо вскипятить, - мягко пропел он. - И я нашел немного крупы.
   Морра изумленно покачала головой, принимая маленький мешочек. Крупы действительно было немного, но для младенца и этого достаточно. Эльф же явно не хотел уходить, а напротив, удобно устроился у очага, поглядывая на младенца с любопытством. "Наверное, хочет убедиться, что мы его молоко сами не выпьем", - подумал Байл. Пока Байл варил кашу, Морра налила теплой воды в корыто и осторожно помыла малышку. Она была очаровательна, несмотря на непрекращающиеся крики. Когда каша была сварена, встал вопрос, как малышку кормить. Бутылочки, ясное дело, на корабле ни у кого не было, а ложкой не особенно получалось. Морра и Байл основательно перемазались, но успеха не достигли. Эльф в уголке давился от смеха. Наконец, сжалившись над ними, он подошел и, нежно поддерживая головку ребенка, сказал несколько непонятных слов. Малышка сразу же затихла, доверчиво уставившись на синекожего огромными голубыми глазами, и послушно открыла рот перед ложкой с кашей.
   - Не трудней чем накормить раненого, - пожал плечами эльф в ответ на взгляды товарищей.
   Поев, девочка сразу же уснула. Морра унесла ее к себе. Байл хотел тоже пойти спать, но с ужасом вспомнил, что оставил вахту...
   Рассудив, что капитан, скорее всего, спать снова не лег (за окном уже рассвело), Байл решил идти с повинной сам. Он знал, что последнюю неделю Северный Ветер страдал мигренью и оттого был очень раздражителен, и не ждал ничего хорошего.
   Северный Ветер сидел за столом, натирая серебряный церемониальный кинжал, их недавнюю добычу, бархатной тряпочкой. На Одноглазого он взглянул милостиво и кивком предложил занять стул напротив него.
   - Хорошо, что зашел, - не отвлекаясь от кинжала, потянул капитан. - Я хотел и сам за тобой посылать.
   Байл внутренне подобрался, но капитан заговорил вовсе не об оставленной вахте.
   - Я тут подумал... Такой диковинки у меня на корабле еще не бывало, мы ее себе оставим. Ты девчонку вытащил, тебе за нее и отвечать.
   Байл облегченно вздохнул и закивал головой. Признаться, он не был в этом уверен. Капитан поднял на него глаза, внимательно разглядывая. Байл в свою очередь уставился на капитана, его мозг лихорадочно подбирал слова, чтобы высказать Ветру свою идею.
   Капитан у них был необыкновенный. Команда была уверена, что он умел читать мысли. Был он достаточно молод на вид, бледен лицом и хорош собой. В росте ему не уступали разве что ночной эльф да верзила Растяпа. Черные волосы он затягивал по пиратским обычаям в хвост, да еще часто повязывал платком, отчего его узкое лицо казалось еще уже. Бороды Ветер не носил, только щегольские тоненькие усики. Глаза его были глубокими и темными, а в минуты гнева становились золотистыми как у волка. Сейчас у него в глазах полыхнул огонь, он явно был оскорблен.
   - Ты что же, решил, что я могу невинное дитя погубить? - вкрадчиво вопросил он.
   - Да нет, - пробормотал Байл, поняв, что попался. - Я подумал, что команда недовольна будет... Что вы ее на берег отдадите кому...
   - Я же не Кровожадный! Он бы отдал, да... А скорее всего продал бы, да еще аукцион устроил, - кажется, Ветер успокоился. - Так что я тебя частично от вахт освобожу, будешь присматривать за девчонкой. Ты да Морра - вот и будете отец с матерью.
   Капитан коротко хохотнул. По людским меркам Морра - дитя человеческой женщины и гоблина - была довольно уродлива, поэтому и плавала с ними на корабле. Из поселений людей ее гнали. На корабле Морра выполняла женские обязанности - помогала коку, штопала мелкие вещи, немного шила, и самое главное, - врачевала многие болезни.
   - Позвольте с вами не согласиться, - решительно возразил Байл. - Вы не думайте, я за ребенком с радостью присматривать буду, но только я ведь простой матрос, а она - чудо. Это ведь не простое дитя, а крылатое. Ни на одном корабле такого матроса нет. Вырастет, летать будет - представляете, какие возможности? Передавать сообщения, наблюдать за противником, да даже сверху сеть накинуть - за такого бойца тот же Кровожадный Морган руку отдал бы. Только у Моргана мозгов на это бы не хватило, он бы девочку в бордель продал, как дочку свою когда-то, тут вы правы, а потом локти бы кусал. Что ни говорите, а малышка - лакомый кусочек. Неизвестно еще, как она в море оказалась. То ли ее так спасти хотели, то ли погубить... А ведь она тоже будет людям уродцем казаться, даже наши матросы ее хотели выкинуть. То-то у нас вомбат да кошколюд с корабля поодиночке не уходят. Будь она простым дитенком матроса - ее и обидеть любой сможет, и похитить. А постарше станет - такие как Кровожадный много чего надумать могут. Ей тут статус нужен. Да и учить я ее мало чему могу, я ж даже читать нормально не умею. Так что, капитан, либо вы за нее сами отвечаете, либо уж ничего особенного не ждёте.
   Капитан долго молча смотрел на Байла, так что Одноглазый даже начал нервничать, а потом заговорил - медленно, подбирая слова.
   - Мистер Трикс, знаете ли вы, почему я взял вас на корабль?
   От такого вопроса Байл похолодел. В таком обращении он не видел для себя ничего хорошего, болезненно ощущая свою молодость, кою почитал все же недостатком.
   - Никак нет, капитан, - сглотнул он, чувствуя, что слишком зарвался.
   - Мистер Трикс... Вы заявились ко мне в секретной бухте, о которой, я полагал, знали лишь избранные, и назвали меня по имени, которое давно людьми было забыто... Я видел лишь глуповатого мальчишку, совсем простачка, салагу, но у этого салаги было досье на каждого известного пирата наших краев едва ли не до численности команды и количества монет у них в карманах... сколько вам было, 16? Я принял вас на корабль, потому что у вас большое будущее, Байл. Вы удивительно наблюдательны, и у вас отменный аналитический ум. Вы одним глазом видите больше, чем я 2-мя. Вы умеете слушать и слышать. Вы умеете разговаривать с людьми. Вы не просто шпион, нет - вы мастер. Вы кукловод. Люди сами идут к вам и рассказывают свои секреты. И в то же время вы - на удивление честный человек. Вы же видите - я не люблю негодяев. В моей команде даже ночной эльф - и тот не таков, как его сородичи. Его душа далеко не так темна, как его кожа. Впрочем, именно поэтому он жив, в отличие от многих его собратьев. Вы еще очень молоды, мистер Трикс, и я рад видеть вас своим ... нет, не подчиненным, а товарищем. Я не хотел вам говорить, но я метил вас на место первого помощника. И сейчас вы снова указали мне на мои ошибки. Я устал, я неважно себя чувствую, но это не оправдывает моей глупости.
   Байл растеряно хлопал глазами.
   - Конечно, вы правы. Девочка будет моей дочерью, и будет воспитываться, как моя дочь. Я назову ее... да, пожалуй ... пусть будет Тиралиэль. (он криво усмехнулся). Своего рода семейное имя...Она получит все самое лучшее, и видят боги, пославшие мне ее, я сделаю для нее многое. Тем не менее, Байл, я пока еще капитан, а вы не первый помощник, поэтому извольте приступить к обязанностям няньки, и для начала приведите в порядок ее колыбельку (да, да, ее отправили по волнам прямо в люльке) и ее пеленки, а потом составьте список необходимых для нее вещей.
   Но, черт побери, откуда взялся крылатый ребенок? Поспрашивай...
  
   И Байл честно пытался спрашивать, но не особо усердствовал. Он уже привязался к малышке и не хотел ее никому отдавать. Даже если у нее были родители, они ее не сберегли, а значит, не достойны такого чуда.
  
  ***
  
   Боги не дали королеве Эрайне сыновей, но это не смущало никого. На протяжении нескольких веков трон в Айдарре передавался по женской линии. Королевой становилась дочь или внучка правительницы. Мужчина в семействе был редкостью. Женщины клана упорно рожали девочек. Тем больше было горе королевы, когда один из двух ее внуков, Эрхан, однажды без вести пропал.
  
   ***
  
   Корт висел, привязанный к мачте, избитый почти до потери сознания. Не было сил даже пошевелить руками. Кругом стонала буря, потоки дождя захлестывали палубу. Впрочем, Синица была прочным кораблем, ей не могла повредить какая-то небольшая буря. "Пожалуй, если бы "Золотого грифона" не захватили пираты, ему бы пришел конец, - равнодушно подумал Корт. - Нипочем легкой яхте не перенести такой бури. Так что, видимо, судьба". Корт был никудышным моряком и еще худшим заклинателем бурь. Пожалуй, бойцом он тоже не был. Был бы он на земле, пираты бы не смогли его схватить, но море - чуждая ему стихия.
   Кажется, начало немного светлеть. Жуткая ночь закончилась. Ветер поутих, хотя дождь по-прежнему барабанил по палубе. Пираты даже не думали высовываться, попрятались в каюты и трюмы. О пленнике даже никто не вспомнил. Подумаешь, волшебник! Вдали от стихии земли, с заломаными руками и кляпом во рту он не мог даже исцелить себя. Капитан и два матроса его яхты были зарезаны у него на глазах. Ему, кажется, повезло остаться в живых только благодаря сопротивлению, которое он мог оказать. Волшебники всегда богаты - считал Кровожадный Морган. А уж если этот невысокий мужичек в очках смог уложить его лучших бойцов, едва шевельнув пальцем, то он - неплохой волшебник. Корт и вправду был очень неплохим волшебником и далеко не бедным человеком. Мать его происходила из богатого рода (отец рано умер), владела обширными землями близь столицы, дела вела разумно и смогла дать сыну лучшее образование. Университет давно уж не был в особом почете, да и денег там драли немеряно, но, тем не менее, Корт окончил его одним из лучших, да и после учился у выдающихся чародеев. Все признавали в нем огромное дарование. Он был мало того, что уникальным целителем, он открыл в себе дар изменения материи. Но более всего Корта любили за доброту, щедрость, открытость...
   Дождь закончился. На море белой ватой лег туман. Туман после дождя? Странно. Корт поднял глаза. Ему почудилось в тумане какое-то движение. Да, на палубу бесшумно карабкались тени. Неожиданно из густого тумана прямо перед ним вынырнула рыжеволосая голова.
   - Живой? - спросило порождение тумана. - Я тебя сейчас освобожу, только молчи.
   Корт с радостью бы кивнул головой, но шея была стянута веревкой. Шеи и запястий коснулся холодный металл. Не ударживаемый более веревками, волшебник не мог стоять на ногах. Вцепишись в неожиданного спасителя, а точнее, спасительницу, он сразу же начал выправление линий энергии. Через 10 секунд ноги окрепли, кровь побежала по жилам, руки наполнились силой, голова перестала кружиться. Кроме того, Корт наконец-то согрелся. Отпустив невысокую рыжую девушку в мужском костюме, он глубоко вздохнул и засучил рукава.
   - Оружие есть? - деловито спросил он.
   Девушка покачала головой. Умирающий пленник на её глазах преображался. Уходили синяки, закрывалась рваная рана на щеке, вывороченная из сустава рука с щелчком встала на место. Казалось, он даже стал выше ростом. Пленник был не так уж и стар, как ей показалось в начале. Ему, пожалуй, не было и 30.
   Корт потрогал шатающийся зуб. Пожалуй, стоит заживить. Пару зубов выбили. Ладно, это не проблема. Однажды он вырастил себе оторванный палец, с зубами как-нибудь справится. Волшебник внимательно осмотрел свою спасительницу. Девушка была еще очень юной. Судя по шевронам на калоте - Морские Ястребы. Лучшее противопиратское подразделение королевского флота. У малышки были чудесные зеленые глаза и две косы. Из оружия лишь маленький кинжал. Ага, заклинательница бурь. Судя по всему, очень и очень талантливая.
   - Не двигайся, - предупредила девушка. - Ребята сами справятся. Я только прикрываю. Ты целитель?
   - Ну да, - Корт не стал вдаваться в подробности.
   - Это хорошо. Наш целитель совсем вымотался. Мы преследовали Северного Ветра, ушел, зараза. Хорошо нас потрепал, очень сильный. Много народу помяло. А тут Синица попалась, такая удача! Решили догонять.
   Тем временем раздались крики, на палубу выскочили пираты. По-видимому, бой внутри корабля выплеснулся наружу. Закусив губу, девушка резким движением руки сдернула туман.
   Пиратов было гораздо больше, чем представлял себе Корт. Сам-то он видел куда меньше народу. С его яхтой справился бы и десяток пиратов, но из этих десяти выжил только один.
   - Это засада, - прошептала девушка. - Нас ждали.
   - Не вас, - поправил её Корт. - Они преследовали военный галеон с налоговыми сборами.
   - Ничего, справлюсь, - выдохнула она и запела.
   Воздух вокруг начал темнеть. Голос у девочки был сильный, хрустально чистый. Вихри ветра опрокидывали пиратов одного за другим.
   - Это Рыжая! - крикнул кто-то из пиратов. - Убейте её!
   Корт мгновенно выстроил вокруг девушки щит. Не хватало только, чтобы они и в самом деле набросились на неё. В их сторону полетели заклятья.
   - Не отвлекайся, - бросил Корт. - Сейчас вычислю мага...
   - Маг - бородатый в синем платке, - спокойно ответила девушка, не оглядываясь. - Еще чернокожий со шрамом на шее. Он элементалист. Коротышка в шапке создает мороки. Он очень силен. Капитан неплохо управляется со стихиями, но у него проблемы со слухом.
   Корт мгновенно отыскал глазами капитана, устрашающего вида чернобородого великана, вокруг которого все было залито кровью, и лишил его голоса. Не может петь - не может заклинать бури. Бородатый в синем платке тоже неожиданно захрипел и схватился за горло. Темнокожий был уже мертв. Коротышки нигде не было видно.
   Корту не по душе было такое количество крови. Кроме того, Морские Ястребы тоже страдали. У девушки внезапно закончились силы, и она упала к его ногам. Собравшись, волшебник стал быстро выдергивать у пиратов зеленые нити из позвоночника. Они падали на палубу как порубленные, один за другим. Корт пообещал себе всех потом починить. Его магический дар протестовал против подобных упражнений.
   Сражающиеся не сразу сообразили, что происходит. А потом уже было поздно. Большинство пиратов валялись обездвиженные, способные только вращать глазами и изрыгать проклятия.
   Командир Морских Ястребов, седой мужчина с военной выправкой, отдал приказ, и его солдаты стали бойко связывать пиратов.
   - Командор Гром, - представился мужчина Корту.
   - Волшебник Корт, - кивнул Корт, опускаясь на колено перед девушкой и вливая в неё жизненные силы.
   - Благодарен вам за помощь, волшебник. Если бы не вы, нам бы пришлось туго. Что вы с ними сделали?
   - Не стоит благодарностей. Если бы вы не подоспели, не знаю, что бы они со мной сделали. А с ними все в порядке, я потом починю, когда немного отдохну. Я их парализовал.
   - Вы целитель? - поинтересовался командор, наблюдая за приходящей в себя девушкой. - Это очень кстати. Видите ли, наш целитель...
   - Уже не целитель, - перебил командора Корт. - Последние силы я отдал барышне.
   - А что с ней? Это серьезно?
   - Как сказать. Переоценила свои силы. Надорвалась. Жить будет, а колдовать еще долго не сможет. Ей нужен отпуск.
   - Жаль. Коранна - лучший Заклинатель Бурь на всем побережье.
   - Помилуйте, она совсем ребенок, - резко сказал Корт. - Ей бы учиться, расти, а вы её в бой! Не жалко девочку?
   - Времена сейчас такие, - пожал плечами Гром. - Учиться стоит денег. Еще пару лет, и накопит.
   - Скажите еще, что для вас такая сумма неподъемна, - фыркнул Корт. - Просто вы боитесь потерять такого ценного бойца.
   Коранна поднялась на ноги.
   - У меня свои причины воевать с Морскими Ястребами, - буркнула она. - Ненавижу пиратов.
   - Тысячи людей ненавидят пиратов, - ответил Корт. - Я их тоже ненавижу. Но лезть в самое пекло, рискуя жизнью... Да еще без нормальной подготовки, только на способностях...
   - Тебя забыла спросить, - огрызнулась Коранна. - Между прочим, спасибо за помощь. А что с пиратами? Все мертвы?
   - Волшебник Корт только парализовал их, - ответил Гром. - Они предстанут перед судом.
   - Много погибло? - равнодушно спросила девушка. - Капитана живым взяли?
   - Капитан как раз не парализован. Только почему-то говорить не может. Ваша работа? - поинтересовался командор у Корта.
   - Моя, - признался волшебник. - Вернуть голос?
   - Не надо! - ужаснулся Гром. - Пусть молчит до суда. Хотя какой суд! Через почасика повесим и дело с концом. Он давно уже приговорен.
   Коранна вздрогнула. Она отошла к борту, отвернулась, зябко обхватив себя руками.
   - В порядке? - подошел к ней Корт.
   - Нет, - ответила она. - Долги надо возвращать.
   Девушка решительно последовала к связанному Моргану. Он был привязан к той же мачте, что раньше Корт. Остальных пленников деловито растаскивали солдаты. Рядом с Морганом стоял лишь один молоденький матрос.
   - Прости, Эрни, так надо, - сказала Коранна и ударила рукояткой кинжала по затылку охраннику. Юноша свалился, не издав ни звука.
   Девушка быстро перерезала веревки пирата.
   - Уходи, - сказала она. - Возвращаю долг жизни. В следующий раз не отпущу.
   Пират злобно усмехнулся. Он хотел что-то сказать, но не смог. Тогда Морган вырвал у неё кинжал, ударил её в бок и помчался к борту. Для своей комплекции он двигался очень быстро. Корт подхватил падающую девушку. Пират ударил её в печень - удар был бы смертелен, если б он мгновенно не остановил кровь. Чем-то еще помочь он бы не смог. Морган тем временем спрыгнул за борт.
   - Дура! - закричал командор. - Стреляйте, уйдет!
   - Верни ему голос, - шепотом сказала Коранна. - Он мой отец.
   Корт вздохнул и, собрав последние силы, разжал голосовые связки Моргана. Морган тут же затянул песню. Вокруг него образовался компактный вихрь, увлекший его вдаль.
   - Предательница! Пиратские отродье! - кричал командор Гром. - Проклятье!
   - Это мое право, - прошептала Коранна. - Он дал мне жизнь. Я сохранила его. Долг уплачен.
  
   Коранну все же не бросили на палубе, как предлагал командор, а отнесли в каюту на корабль Ястребов. Корт, когда немного отлежался, пришел её навестить.
   - Ты как? - спросил он, глядя на бледную девушку.
   - Больно, - ответила Коранна. - Можешь помочь?
   - Могу, но попробуй сама.
   - Я? Я не целитель.
   - Я тоже. Ты достаточно сильный маг, научишься. Потом пригодится, точно говорю.
   - Ладно. Что надо делать?
   Корт взял девушку за руки.
   - Видишь меня?
   - Внутреннюю силу? Вижу.
   - Смотри. Иди за моим взглядом.
   - Ага.
   - Видишь зеленые линии?
   - Какие линии? Ничего не вижу.
   - А ты представь, что видишь.
   - Хм... ладно.
   - Какие они?
   - Нууу... Зеленые.
   - Только зеленые?
   - Есть еще красные, синие... Белые. Они свиваются в клубок. Переплетаются. Шевелятся.
   - Так. Клубка быть не должно. Распутывай.
   - Я... ладно. За какую тянуть?
   - Белые не трогай.
   Коранна с закрытыми глазами потянула за зеленую нить. Нить скользнула из клубка, как будто только этого и ждала.
   - Теперь красную. У тебя там рана. Линии крови.
   - Она порвана. Соединять?
   - Давай вместе.
   Коранна с интересом наблюдала за руками Корта, осторожно соединяющими красные линии. Потом он разгладил остальные нити. Клубка как не бывало.
   Удивительно! Боль совсем ушла! Коранна откинула одеяло, поняла рубаху, сдернула повязку. Под запекшейся кровью не было ничего, даже шрама. Чистая кожа.
   - Это что, в самом деле? Это и есть целительство? - потрясенно выдохнула она.
   - Неа, - ответил Корт. - Целители всего этого не видят. Они видят ткани, кости... Мне проще с энергетическими потоками.
   Он радостно улыбнулся девушке.
   - Теперь и ты сможешь немного помочь себе. Только запомни - твой уровень - зеленые линии. Другие не трогай.
   Коранна откинулась на подушки, страшно довольная.
   - Возьмешь меня в ученики?
   - Нет.
   - Почему? - расстроилась Коранна.
   - Твоя сила - стихия. Огонь, вода, воздух. У меня - земля, жизнь. Я не смогу тебя научить. Тебе нужен другой учитель.
   - Жаль, - вздохнула Коранна. - Из Ястребов меня теперь выпрут. Это даже хорошо. Еще раз увидеть его я не хочу.
   - И не нужно, - ответил Корт.
   - Придется искать другую работу, - задумчиво произнесла девушка.
   - Если тебе все равно, чем заняться, - неуверенно сказал Корт. - Может, поможешь мне? Я потерял... кое-что. И очень хочу найти. Ты ведь знаешь побережье?
   - Конечно, - просияла Коранна. - Я помогу, о чем разговор!
  
   К сожалению, несколько месяцев поиска ничего не дали. Расстроенный, осунувшийся Корт решил возвращаться домой. Но перед этим следовало помочь девушке, к которой он искренне привязался.
   Он отвел её к своему хорошему знакомому, Борею Громовержцу, самому известному волшебнику Побережья.
  
  
   ***
  
   Коранна с огорчением глядела на себя в зеркало. Увы, она не прибавила в росте, и бедра нисколько не похудели. Черт!
   - Я жирная, - пробормотала она. - Жирная-прежирная. К тому же коротышка.
   - Детка! - раздалось с лестницы. - Сколько можно ждать? У нас встреча!
   - Я не детка! - рявкнула Коранна, поправляя плащ. - Я же просила!
   - Хорошо, пончик мой, - миролюбиво улыбнулся Борей. - Как скажешь.
   - Скотина, - процедила девушка сквозь зубы.
   Борей Громовержец усмехнулся.
   Самый красивый маг побережья был высок, кудряв и голубоглаз. Его наряды были расшиты серебром, а на голубом плаще были вышиты солнце и облака. Его обожали женщины, дети и собаки. Коранна и сама какое-то время была в него влюблена. Другие волшебники его недолюбливали. Не ненавидели, ибо ненавидеть фата и выскочку - глупо, а вот обсудить и высмеять его новый костюм или роман - всегда пожалуйста. Со стороны казалось, что жизнь у Борея праздная и полная удовольствий. Волшебник он действительно хороший, но - какой-то несерьезный. То по морям с Морскими Ястребами шатается, то пьянки-гулянки устраивает, то с помпой больших людей принимает, то от очередной полюбовницы откупается. Фолиантов не пишет, на собраниях волшебников не показывается, учеников нормальных не берет (последнюю ученицу - юную девушку - обсуждали всем светом), школ не строит... Живет в свое удовольствие. Пожалуй, единственное его преимущество по сравнению со старой гвардией магов - легкость на подъем. Надо пиратов ловить - собрался и на корабль. Надо на месте разобраться с погодными условиями - сел на лошадь и там. Старые-то волшебники предпочитали, чтобы к ним сначала приехали побеседовать, потом еще раз приехали, обсудить цену. Потом они, может быть, покряхтят, поворчат, заложат карету с обозом (чтобы и печка походная, и книжек десяток-другой) да поедут поглядеть. А то, что дождик в некой провинции нужен не через месяц, а как можно быстрей, их не волнует. Не их ума это дело. А что Борей выезжал мгновенно - так это его проблемы. Молодежь и есть молодежь. То, что Борей едва ли не старше, например, Ярла Провидца, в расчет почему-то не бралось. Быть молодым волшебником непрестижно.
   Коранна, естественно, в Борея вначале влюбилась. Ничего удивительного - в 17 лет она была готова влюбиться в половину мужчин побережья. Она и в Корта была немного влюблена. А тут - молодой, красивый, сильный маг! Однако Борей был слишком уж легкомысленным, на её вкус. Когда Коранна поняла, что ничуть не расстраивается, встречаясь на лестнице с очередной полюбовницей волшебника, она решила, что лучше быть друзьями. Борей, надо признаться, не подозревал, что стал объектом жаркой девичьей влюбленности, а потом перешел в разряд друзей. Он изначально относился к ученице как к младшей сестренке, частенько насмехаясь над ней и немилосердно заставляя работать без продыха. Самое тяжелое было начисто переписывать его заметки и систематизировать заклинания - почерк у Громовержца был отвратительный.
   Зато Борей был щедрым. Через пару месяцев он вернул Коранне все деньги, которые она отдала за учебу, заявив, что это он должен ей доплачивать. И то сказать - Коранна и готовила, и прибиралась, по мелочи волшбила. На день Солнцестояния он подарил ей темно-зеленый бархатный плащ с роскошным кружевом на капюшоне. У неё никогда не было ничего подобного. В общем-то, это теперь была единственная нарядная вещь её гардероба. Именно поэтому Коранна его сейчас и надела. Рыжие непокорные кудри скрепила на затылке. Пожалуй, что и ничего. Даже похоже на солидную волшебницу, а не на молодую магичку-ученичку.
   - Отлично, - похвалил её Борей. - Очень живописно.
   Коранна сразу же скользнула рукой по волосам. Так и есть - узел держался на нескольких шпильках, остальные вылетели. Черт! Борей уже выходил. Семеня и путаясь в полах плаща, Коранна бросилась за ним. Несолидно юной девушке широко шагать, - когда-то втолковывала ей мать.
   Конечно, Коранна сразу же попала в неприятности. Борей отшатнулся от высокого господина, уверенно спешившего им навстречу, а Коранна не успела. Вмазалась в него со всего размаха. Да ладно бы на ногах удержалась! Нет же, господин запутался в её же плаще, и грохнулся со всего маху на мостовую, увлекая её за собой. Господин был хорош собой, обратила внимание Коранна, пытаясь сдержаться и не разреветься от отчаяния. Борей ржал в сторонке, не пытаясь помочь, а девушка оказалась плотно спелената с темноволосым незнакомцем. Вот прямо нос к носу. Нос у него, кстати сказать, очень даже ничего - длинный, тонкий, чуть крючковатый. И глаза красивые - черные как ночь, даже зрачков не видно, с длинными по-девичьи ресницами. Особенно хороша была кожа - ни рябин, ни оспин, ни пятен - гладкая, смуглая, словно у юноши. А ведь мужчина не казался молодым - ему на вид было за 30. Коранна так и не успела понять, как он поднялся - только что лежал под ней и смеялся, а вдруг они уже на ногах, и он, извиняясь, отряхивает её плащ. Она не поняла, а Борей понял. И хищно зашипел. Он схватил Коранну за руку и притянул к себе, явно предъявляя свои права.
   Мужчина (стройный, темноволосый, в черном с серебряным плаще, украшенном богатым мехом) разглядывал её с нескрываемым, прямо-таки неприличным интересом.
   - Ваша дама? - приподнял он бровь.
   - Моя ученица, - нехотя ответил Борей.
   Интересно, почему он не соврал? Почему-почему, потому что бессмысленно - быстро определила Коранна. Она уже научилась распознавать способности: маг, и весьма сильный. Нет, очень-очень сильный. И знакомый - магия стихий зашкаливала. Где она видела эти всполохи сине-зеленой силы?
   Маг изящно склонился перед ней.
   - Мадам, вы великолепны, - с чувством сказал он. - Я у Ваших ног. Разрешите представиться, я...
   - Северный Ветер! - отшатнулась Коранна, мгновенно узнав его по старомодному поклону, словно преломившему длинную фигуру пополам.
   - Мы знакомы? - недоуменно нахмурился мужчина. - Не может быть!
   - Я не вожу знакомств с пиратами, - резко вскинула подбородок Коранна.
   Она была чудо как хороша, серые глаза сверкали, рыжие волосы огнем рассыпались по плечам, укрытым изумрудным плащом, лицо, тонкое, красивое, сияло гневом, как могут сиять только лица рыжеволосых - чистым, ослепительным светом.
   Северный Ветер только рот раскрыл, а Коранна уже подхватила замершего Борея под руку и, взметнув плащом, потащила его прочь.
   - Куда? - со смехом остановил её Борей через пару кварталов. - Куда мы спешим?
   Коранна остановилась и топнула ножкой сердито:
   - Подальше от этого!..
   - А ты смелая девчонка, - заглянул ей в лицо Борей. - И очень красивая.
   - Да брось, - отмахнулась Коранна. - Вот ведь пират проклятый! Разгуливает тут, как у себя по кораблю, а властям дела нет. Надо в полицию идти.
   - Сходи, сходи, - фыркнул Борей. - Думаешь, они не знают? Там давно все куплено.
   - Не верю, - покачала головой Коранна. - А как же верность короне?
   Борей расхохотался, и смеялся до тех пор, пока они не дошли до ратуши.
   Коранна удивленно поглядела на здание. Она никак не могла понять, что они тут забыли. Борей твердо завел её внутрь, заставил снять плащ и отдал его седоусому дядьке в ливрее.
   - Борей, что нам здесь нужно? - растерянно спросила девушка.
   - Увидишь, - театральным шепотом произнес маг.
   Коранне не нравилась такая таинственность, поэтому она начала волноваться. А когда Борей ввел её в огромную залу с опущенными шторами, она и вовсе затряслась.
   Полукругом, спинками к окнам, в зале стояло 6 кресел. В каждом из них сидел человек с лицом, скрытым маской, и в колпаке.
   - Коранна, свет, - скомандовал Борей, и Коранна послушно зажгла свечи в огромной люстре. Даже не шевельнувшись. С одной стороны, она это умела, а с другой - просто оцепенела от страха. Умение зажигать огонь было первым, чему учат любого мага. Кто-то хлопает в ладоши, кто-то произносит заклинание. Коранна раньше пела, но Борей раз за разом заставлял её совершать как можно меньше движений.
   Свечек было очень много, больше сотни. Зала сразу озарилась. В другое время Коранна с удовольствием поглазела бы по сторонам - на зеркала в золоченых рамах, фрески на потолке, чудные малахитовые узоры на стенах, но теперь она сосредоточилась на сидящих в креслах людях. Маги! На колпаках звезды, сами в черных рабочих мантиях. Экзамен на получение звания, чтоб его! Коранна никак не рассчитывала, что Борей вздумает сдавать её на 3-м году обучения! Пять-семь лет - куда ни шло. Но ведь еще и 3-х не прошло. Вот уж, действительно, сюрприз, как и должно! Зараза Борей! Она-то в мужском костюме - рубашке, жилетке длинной, сапогах и бриджах. Давно пора было сшить себе платье. Что уж локти кусать, надо сосредоточиться.
   Но сосредоточиться не получалось. Интересно, кто там под масками? Должны быть стихийщики. Но много ли на побережье чистых стихийщихов? Одна Веренея Вишня, разве что. Вот она, вторая слева. Самая маленькая фигурка, и маска не черная, а вишневая, с блестками. Крайний справа, очевидно, Бублий Дождь, вздорный и капризный старик, ненавидящий и Борея, и Коранну за компанию. Крайний слева, судя по толщине, Грозный Пахо, волшебник широкого профиля и, по мнению Коранны, не слишком сильный. Один должен быть из столицы, с университета, а кто были еще двое, Коранна не знала.
  - Сотворите нам бурю, дорогая, - мягко попросила Вишня. - Только небольшую.
   Коранна пожала плечами и с легкостью сформировала ладонями маленький вихрь. Подумала и добавила черную тучку и пару молний.
   - Как по-вашему, что легче, большая буря или маленькая? - поинтересовалась Вишня.
   - Маленькая сложно, - ответила Коранна. - Нужно много сдерживающих факторов. Очень большую тоже нелегко - сил много нужно. Среднюю легче всего, метров 50 диаметром.
   - Хорошо, - кивнула Вишня.
   - Ответьте нам, девушка, из каких составляющих состоит пламя? - скрипучим голосом задал вопрос Бублий Дождь.
   Легко! Следующие полчаса Коранна терпеливо отвечала на вопросы из стандартного учебника 4-х стихий. "Они бы еще спросили про происхождение мира",- с насмешкой думала она. Неожиданно сидящий по центру высокий худощавый маг взмахнул рукавом (Коранне на миг показалось, что там не рука, а когтистая лапа), и девушку окружила стена огня. Неприятно. Огонь, несомненно, должен был подчиняться простым заклятьям, но не подчинялся. Тщетно Коранна пыталась потушить его дождем и ветром, стена даже не колыхалась. Тогда она запела, намереваясь разрушить саму суть пламени. Голос у неё был красивый, высокий, чистый - она брала уроки вокала больше года. Стихии любят красивые голоса. Она с удовольствием наблюдала, как огонь замер, а потом плавно потек к ней, лаская колени, обнимая за плечи и не причиняя ни малейшего вреда. Увлеченная играми с огненной стихией, Коранна пропустила момент, когда худой тоже запел. Реальность обрушилась на неё потоками воды. Мокрая и злая, она быстро выставила воздушный покров, заодно высохнув под струями теплого воздуха.
   Ха! Сине-зеленое сияние силы! Этот мер-рзавец тут! Ах, если бы встретиться с ним один на один! Вылить бы на него пару ведер воды, да комиссия не правильно поймет. Ничего, после испытания...
   - Достаточно! - поднял руку старик с белой бородой, снимая маску. - Девочка достойная. Кто считает, что она вполне готова к самостоятельной практике?
   Руку подняли все. Коранна стояла, еле дыша от счастья. Самостоятельная практика! Она может брать заказы и зарабатывать деньги как высший маг! Может завести ученика. Может торговать магическими предметами.
   - Поздравляю, дорогая, - церемонно приподнялся с места белобородый маг. - Нечасто встретишь волшебника столь юного, но одаренного и, главное, прилежного. Наш Громовержец очень хвалил Вас, и я вижу, что не зря. Отныне Вы - полноправный член гильдии магов.
   - Я благодарна Вам за оказанную честь, - поклонилась Коранна, незаметно шевельнув пальцами.
   Шикарная, великолепная молния долбанула в спинку кресла Северного Ветра, заставив худого мага подскочить. Вреда, конечно, никакого - кресло-то деревянное, разве что слегка обуглилось, но заикание ему обеспечено!
   - Не девчонка, а молния, - фыркнул довольный Ветер.
   - Благодарю Вас, коллега, - кивнул белобородый. - Нарекаю Вас, девушка, Коранной Молнией. Вижу, Вас ждет большое будущее!
   Он вручил Коранне сотканный из воздуха свиток с золотой обрезкой и коричневой печатью.
   - Отлично, просто замечательно, - радостно потирал руки Борей. - Уж если сам Ярл Провидец предрек тебе великое будущее, это круто!
   - Ярл Провидец? - ахнула Коранна. - Вот это да! Эх, чувствую себя так, словно у меня выросли крылья!
   - Что, крылатый ребенок, праздновать? - весело поинтересовался Борей. - Я знаю одно чудесное местечко в доках...
  
   Как и следовало ожидать, Коранна и Борей проснулись в одной постели. Оба были молоды, красивы и пьяны. Так бывает.
   - Отсутствующие боги, - стонала Коранна, держась за голову. - Что я наделала? Я спала с учителем!
   - Отсутствующие боги, - вторил ей бледно-зеленый Борей. - Я спал с ученицей! А нет, ты ж вчера получила диплом. Все нормально.
   - Давно хотела узнать, да повода не было, - с любопытством уставилась на Громовержца девушка. - Сколько тебе лет, учитель?
   - Больше сотни, - хохотнул Борей.
   - О, богиня! - накрыла лицо подушкой Коранна. - Я переспала со стариком! Какой позор! А что за шум на улице?
   Коранна с трудом приняла вертикальное положение, накинула халат Борея и подошла к окну.
   - Ты! - ахнула она, тыча пальцем в Борея. - Когда ты успел?
   - Что успел? - поморщился маг от её крика и тоже подошел к окну. - Ох, блин!
   Улица за окном была полна цветов. Розы, ромашки, гвоздики, лилии и прочие разновидности цветов, которые не должны были цвести поздней осенью, лежали на мостовой. Их было так много, что земли не было видно. Мальчишки, смеясь, собирали букеты, лошади ступали прямо по этому великолепному ковру, горожанки в окнах восторженно ахали.
   - А почему ты решила, что это тебе? - лениво поинтересовался Борей.
   И в самом деле! Дом Борея стоял на центральной городской улице. Окна выходили прямо на мостовую, что чрезвычайно раздражало Коранну. Себе она выбрала спальню, выходящую окнами в сад, окружавший дом с 3-х сторон. Напротив, на другой стороне бульвара, располагался дом известного ювелира, чуть дальше - многоквартирный доходный дом, довольно дорогой и престижный. Возможно, это дочке ювелира, румяной толстушке, привалило наконец-то счастье? Коранна быстро дошла до окон, выходящих в сад. Ха! Сад был засыпан цветами так, что кованная ограда их не вмещала. Запах стоял одуряющий. Дверь было не открыть - цветов было море, море!
   - Северный Ветер, - пробормотал под нос Борей.
   - Что Северный Ветер? - живо обернулась к нему Коранна.
   - Аура на цветах, - вздохнул Борей. - Сама не видишь, что ли?
   - Теперь вижу, - сердито фыркнула Коранна. - Шар дашь?
   - Зачем? - удивился Борей.
   - Найду его корабль и верну всю эту гадость. Поможешь?
   - Ха!
   Коранна довольно быстро отыскала Бурю, благо, что она видела её не раз. Корабль мирно покачивался на волнах в маленькой бухте в нескольких километрах от города. Молодая волшебница искренне надеялась, что для Северного Ветра был сюрприз, когда на его корабль обрушилась вначале лавина слегка помятых цветов, а потом - дождь из городской канализации.
  
  - Вот же ж сумасшедшая девка, - ругался Байл Трикс. - Вылить на корабль тонну дерьма!
  - Скажи спасибо, что сначала были цветы, - меланхолично пожал плечами Северный Ветер, орудуя лопатой.
   Все матросы подручными средствами сбрасывали смесь дерьма и цветов за борт. Подумав, Северный Ветер отказался от мысли смыть подарочек Коранны потоками дождя - провонял бы весь корабль. Так все же цветов был достаточно толстый слой, чтобы палубу почти не задело. Паруса, конечно, проще сжечь, чем стирать. За новыми в город уже отправился человек.
  - И что дальше? - с любопытством спросил Байл. - Вы всё еще собираетесь за ней ухаживать?
  Команда опустила лопаты и ведра и навострила уши.
  - Думаю, цветы ей дарить больше не стоит, - легкомысленно пожал плечами Северный Ветер. - Возможно, драгоценности?
   Матросы переглянулись и бодро взялись за уборку. "Мы совсем не расстроены", - всем своим видом показывали они. А в голове у них стояло видение дождя из золотых колечек и цепочек. Они были готовы выковыривать их из дерьма голыми руками.
   Драгоценности Коранна демонстративно пожертвовала в приют для детей, подписав "От кающегося грешника". Пират пришел в восторг и направил ей тонну шоколада. Он, признаться, отмывался сложнее, хотя маленькая Тиралиэль была в восторге.
   Все дары Северного Ветра отклонялись с завидным упорством. Несколько раз он пытался встретится с Коранной Молнией, но она всегда ускользала. Пирата начинала раздражать эта игра, и он решил отвлечься.
   - Командор Гром? - кисло улыбнулась Коранна очередному посетителю. - Чем обязана?
   В последний год у Коранны не было отбоя от клиентов. Однако не все предложения были приемлемы. Почему-то людям казалось, что если волшебница молода и неопытна, она будет готова взяться за любое дело. Приходившие мужчины в масках сулили большие деньги за внезапный пожар в доме престарелого родственника или за несчастный случай в дороге. В ответ Коранна, нежно улыбаясь, предлагала устроить несчастный случай прямо сейчас. Однако выбирать особо не приходилось, и Коранна, как и Борей, моталась по провинциям, регулируя погоду, зачаровывала поместья от пожаров и продавала охранные амулеты. Денег на свой дом пока не хватало. Несколько раз приходили Морские Ястребы с предложениями куда более выгодными, но Коранна отсылала их прочь. Ей не хотелось возвращаться на море. Кроме того, она затаила на них обиду. Теперь она понимала, что платили ей за прежние экспедиции безобразно мало, а требовали работу, с которой не каждый маг справится. Несколько раз Коранна выступала в роли телохранительницы какой-либо особы. Эти задания были самыми простыми и прибыльными и позволяли расширить круг знакомств. Постепенно у неё начинал складываться определенный образ жизни и репутация, и визит главы Морских Ястребов её изрядно раздражал.
   - У нас к Вам предложение, - хмуро сказал Гром.
   - Я не работаю на море, - ответила Коранна с вызовом.
   - Один контракт, - скривил губы в подобии улыбки Гром. - Если выгорит, оставим тебя в покое.
   - Я не работаю на море, - повторила Коранна. - А с Морскими Ястребами и вовсе дел иметь не хочу.
   - Да ты послушай, - терпеливо вздохнул Гром. - Мы хорошо заплатим.
   Он написал на клочке бумаги цифру, от которой у Коранны чуть глаза на лоб не вылезли. На эти деньги спокойно можно было купить дом, который она присмотрела, даже не трогая основных сбережений.
   - Кого нужно убить? - поинтересовалась она.
   - Не убить, а поймать, - прищурился командор. - Или хотя бы отобрать груз. Северный Ветер.
   - Северный Ветер? - выдохнула Коранна с азартом.
   О её отношениях с Северным Ветром было известно всему побережью. Народ с любопытством гадал, какой дар пришлет Ветер молодой волшебнице в следующий раз, и что она с ним сделает. Увы, у Коранны не поднялась рука сделать из слоненка, последнего подарка Ветра, фрикасе на всю улицу, и она, скрипя зубами, отдала его в зоопарк.
   - Этот пират два дня назад похитил ценную вещь из казны королевы, - пояснил Гром. - Необходимо вернуть.
   - Почему я? - резонно спросила Коранна. - Я недостаточно опытна для подобной работы, и за такие деньги вы можете нанять кого угодно.
   - Увы, у каждого мало-мальски способного волшебника Побережья неожиданно возникли срочные дела, хронические болезни или общая недоразвитость. Попросту говоря, никто не хочет связываться.
   - Ну зашибись! - подвела итог Коранна. - И только такая дура, как Коранна Молния, согласится выступить против самого сильного мага всего королевства. Заплатите ему, и дело с концом.
   - Учитывая ваши взаимоотношения, он не причинит тебе вреда, - предположил Гром. - И силу твою я знаю. Ты девочка очень перспективная.
   - А что Борей? - поинтересовалась Коранна. - Поди-ка прямо сказал, что даже лезть не будет?
   - Именно так, - вздохнул Гром. - Сказал, что не готов в случае поражения скрываться в запретных землях, да и без толку. Северный Ветер его и там найдет.
   - Ладно, - сказала Коранна.
   - Что ладно? - подскочил Гром. - Ты согласна?
   - Ну да, - удивилась Коранна. - Вы же за этим пришли?
   - Да, но...
   - Что не так?
   - Никто не ждал, что ты согласишься, - признал Гром. - Я был готов к отказу.
   - Глупости, - махнула рукой Коранна. - Если у меня ничего не получится, то я хотя бы попытаюсь, в отличие от старых пердунов. Мне терять нечего. Зато если смогу...
   И она смогла!
   Найти Бурю было несложно - уж Коранна-то могла это сделать с закрытыми глазами.
   Устроить бурю для бури - легко! А вот выдержать это безумное напряжение-противостояние 2-х стихий... Сквозь хлещущий дождь и непрерывно грохочущий гром Коранна до странности четко слышала его голос. Может быть, это потому, что она слышала его на экзамене и запомнила. Может быть потому, что за столь длительное время она достаточно хорошо изучила его ауру на подарках. Как бы то ни было, Коранна отлично слышала Северного Ветра. И была уверена, что он слышит её. Она закрывала глаза и видела его долговязую фигуру в мокром насквозь плаще, видела настолько четко, что могла описать каждую бусину, украшавшую его волосы, собранные в конский хвост, складку между бровями на бледном лице, прокушенную губу, облепленную мокрой рубахой грудь, белые в синеву пальцы, скрюченные холодом... Это было ненормально, но Коранна принимала свое видение как истину. И чувствовала, что и он видит ее - мокрые волосы, заплетенные в тугую косу, зеленое лицо, тонкую блузу, непристойно обрисовывающую тело, мокрую юбку, хлещущую по ногам. Коранна как никогда ощущала свою женственность. Северный Ветер испытывал к ней влечение (кто сказал, любовь?)... Что ж! она воспользуется этим. Юбка была немилосердно связана в узел и заткнута за пояс. Ноги голые? Ноги как ноги! Блузку она сбросила, оставшись в одном корсаже - сразу стало легче дышать. Завязки, кстати, тоже стоит подраспустить. Волосы расплести! Почему-то ей казалось, что встрепанные волосы более привлекательны. Ты хотел меня, дружок? Получи! Она сразу же засекла момент, когда голос Северного Ветра дрогнул, сбился. И вплелась в его песню. Как - она и сама не знала. Не важно! Важно, что в этот миг их голоса, даже их тела стали единым целым. Коранна стала Северным Ветром. Нет, не Северным Ветром? О нет, она не пират-маг-забияка, она... она кто-то неведомый. Не человек. Вот она, тайна Северного Ветра! Он не человек... существо хоть и близкое, но перешагнувшее предел. Оборотень? Пожалуй, да. Она вдруг взглянула на мир его глазами - и увидела безумство красок. Море светилось. Капли дождя падали так медленно, что она могла рассмотреть каждую из них. Корабль - она чувствовала, ощущала каждый гвоздь, каждую досочку, каждый канат - ага, в трюме вот-вот начнется течь. Люди - кричит от боли странное существо - ему защемило хвост. Не менее странная ящерица на 2-х ногах ему помогает освободиться. Плачет ребенок. Ребенок?
   - Отпусти! - слышит она хрип нелюдя. - Моя дочь...
   Коранна вмиг представляет себе пухленькую девочку со светлыми кудряшками с наполненными ужасом глазами.
   - Не смей, - шепчет он. - Моя...
   - Отдай кинжал, - говорит Коранна. - Я отпущу.
   - Ты и так отпустишь, - уверенно говорит он.
   Отпустит. Ради ребенка отпустит. Коранна в отчаянии делает то, что строго-настрого запретил ей Корт когда-то (говорил, что уровень не её, но силы-то этого... существа) - дергает за белую ниточку. Кажись, он лишился голоса. Блин! Перестаралась! У Северного Ветра перехватывает дыхание. Она тоже не может дышать, корчится от боли в горле, глотает слезы.
   - Брось кинжал, - шипит она.
   - Дура! - бормочет мужчина. - Это зло. Вам оно надо?
   Верно. Кинжал так и пышет черной магией. Коранна ни за что не согласилась бы взять его в руки.
   - А второй? - не сдается девушка.
   - Ладно. Отпусти.
   - Сначала кинжал.
   - Дура! Горло отпусти!
   - Ээээ... Не могу.
   - Что значит не могу?
   - Не умею.
   Северный Ветер в её голове выругался. Или в его голове?
   И тут они разъединились. Скорчившуюся Коранну подняли на ноги, надавали пощечин. Оооо! С одной стороны, невероятное облегчение. С другой - мир стал серым, пустым и очень ограниченным. Очень-очень ограниченным, увы. Она, казалось, ослепла и оглохла.
   - Уходят, они уходят! - заорал ей в ухо Гром, встряхивая её, как котенка.
   - Гром и Молния, - пробормотала Коранна. - Вы не находите, что из нас может получиться отличная парочка?
   Командор отшатнулся от неё в ужасе, разглядел, наконец, её одежду, а точнее отсутствие оной, и мгновенно закутал её в свой плащ. Сухой, теплый, магически зачарованный от дождя и ветра. Надо поставить на поток столь полезный продукт.
   - Даже не думай об этом, - буркнул он. - У меня жена и дети.
   - Дождь утих, - крикнул кто-то.
   И в самом деле, дождя будто и не было. Солнце светило так сильно, что от корабля поднимался пар.
   - Они спустили ящик, - довольно заявил командор, протирая линзу подзорной трубы. - Неужели возвращают кинжалы?
   - Только один, - ответила Коранна. - Церемониальный.
   - А что второй?
   - А второй зло. Пускай забирают, нам оно не надо, - уверено сказала волшебница.
   - Как ты это сделала? - поинтересовался Гром.
   - С большим трудом, - хмуро ответила Коранна.
   - А потопить их можешь?
   - У них на борту ребенок, дочь Северного Ветра,- грустно ответила Коранна. - Я на себя такой грех не возьму. У них и так течь в трюме. А вот ветерка им для скорости добавлю.
   Коранна направила Буре вслед несколько вихрей. Когда Гром обернулся, она уже лежала на палубе без сознания.
  
   Да, её чествовали как героиню. Коранна Молния - сильнейшая молодая волшебница Побережья! Деньги дали. Не все, правда, кинжал-то один, но дали, и достаточно. Да здравствуют пираты! Впрочем, повторять свой опыт Коранна не собиралась. Нет-нет! Она купила себе маленький домик - всего в три комнаты на 2-м этаже и приемный покой на первом - и была абсолютно счастлива. Особенно ей нравился огромный яблоневый сад, окружавший дом.
   Однако чувство тревоги не покидало "сильнейшую волшебницу". Ей казалось, что Северный Ветер что-то замышляет. Ни разу она не смогла вступить с ним в связь и Бурю найти тоже больше не смогла. Северный Ветер словно бы перестал существовать. Примерно до того момента, как в дверь к ней постучался учтивый молодой франт с повязкой на одном глазу. И это было последнее, что Коранна успела увидеть. В следующий момент она была уже в пустыне, скованная по рукам и ногам золотыми оковами. Золото! О да, Коранна с детства знала, что она, золото и магия - вещи не сочетаемые. А скорее, ограниченно сочетаемо. Два из трех, так сказать. До сего дня её это не особо волновало, если честно. Золотые оковы! Как вульгарно! Как расточительно! Как коварно...
   Она лежала на горячем песке, а над ней возвышался высокий, очень высокий мужчина. Коранна ненавидела высоких людей. Песок был противный, забивался в ворот домашнего платья, шуршал под локтями, набился в туфли. Страшно хотелось пить. Девушка с глубоким сожалением стала думать о море. Как жаль, что она не выходила на корабле в море! Ох, влажный воздух, соленые брызги! Черт! Руки жжет огнем. Никакой магии, Коранна, забудь. Высокий мужчина присел рядом, поднес к губам флягу. Коранна сделала 2 глотка - непроизвольно, и отвернулась. Пусть идет в задницу к осьминогу! Она ему так и сказала.
   - Что ж, - пожал плечами Северный Ветер. - Будем дрессировать. Через пару дней ты будешь есть из моих рук, кошечка.
   - Возможно, - согласилась Коранна. - Но скорее я сдохну.
   - О нет, я не позволю, - весело ответил высокий мужчина. - Ты нужна мне живой и покорной.
   - Для чего? Решил отомстить за поражение? - прищурилась Коранна. - Справился со слабой женщиной?
   - Именно, - кивнул Северный Ветер. - И отомстить, и справился, и вообще... Хочу, чтобы ты стала моей.
   Коранна залилась смехом.
   - Отличный способ завоевать сердце девушки, малыш! Или у вас, нелюдей, так принято?
   Мужчина застыл.
   - Что ты сказала? - медленно спросил он.
   - Ты не человек, - с удовольствием произнесла Коранна, глядя ему в лицо. - Ты. Не. Человек.
   - Верно, - произнес Северный Ветер. - Да и ты тоже. Твои предки были моими рабами. Я сделал глупость, отпустив их. Поверь мне, те, кто побывали в моих подземельях, стали уже не людьми. Все они - наши творения в том или ином смысле. Ты, как видишь, слишком сильна в стихиях.
   - Интересно, волшебник Корт тоже ваше творение? - поинтересовалась Коранна. С чего она вдруг вспомнила про Корта?
   - Не знаю, - пожал плечами Северный Ветер. - Не интересовался. Но он крут. Возможно, все возможно...
   Коранна внимательно смотрела на высокого мужчину. Он быстро успокоился и даже получал удовольствие от беседы с ней. Даже глаза засверкали золотом! Творение, ишь выдумал! Ни за что и никогда не поверит она подобной ерунде! Но откуда в ней та же сила, что и в этом чертовом пирате? Даже Борей признавал, что ему не справиться с Северным Ветром...
   - Так что, моя кошечка, ты не хочешь сдаться прямо сейчас? - поинтересовался пират, утирая пот со лба. - Жарко... Мы с тобой составим отличную пару!
   - Проклятый пират, - зыркнула Коранна. - Никогда я не свяжусь с пиратом!
   - Хочешь поиграть? - усмехнулся Северный Ветер. - Давай поиграем. До завтра, кошечка!
   Коранна собралась с силами и плюнула в него. Ей даже полегчало. Зря только она расходовала драгоценную влагу. Игра обещала быть долгой. Хотя кто знает, возможно, она обезумеет без воды уже через пару дней?
  
   ***
  
   Лекс впервые увидел ее на Тайне. Это был остров, которого не существовало на картах. Все про него знали, но мало кто на нем бывал. Это был остров пиратов, и королевские люди даже не пытались его найти. Говорили, что в давние времена еще прабабушка королевы Эрайны даровала этот остров в полное владение главарю пиратов за заслуги, оказанные в войнах. Впрочем, злые языки утверждали, что не меньшие услуги этот пират оказывал и в королевской опочивальне, но за подобные слова легко и просто можно было лишиться языка, а то и головы. В любом случае, на Тайне были свои законы и своя правда, и Лекс приложил немало усилий, чтобы попасть на остров.
   Мальчишка лет восьми, худой и длинный, полувисел на снастях интересующего Лекса корабля. Ухватившись правой рукой за канат, он слегка покачивался на нем, с любопытством наблюдая за происходящим на берегу. В нем, казалось, не было ничего особенного - оборванные бриджи, жилет, разбитая коленка, копна белых кудрей, спадающих на глаза, большущие светлые глаза на загорелой дочерна мордашке - и пара крыльев за спиной! Крылья! Не слишком большие, пестрые, как у курицы. Никогда и ни от кого Лекс не слышал о крылатых людях. Ни от кого, кроме...
   - Чего уставился, парень? Крылатых людей не видел? - весело засмеялся мальчишка. У него не хватало верхнего переднего зуба. Наверное, был молочный, выпал.
   - Не видел, - согласился Лекс. И зачем-то спросил: Это Буря?
   - Буря, Буря! - снова засмеялся парнишка, - Вон на борту написано.
   - А где капитан? У меня послание к Северному ветру.
   - А ветер сегодня Южный, - насмешничал парень. - Он улетел на берег нести зной в пампасы.
   - Лиэль! - раздался резкий окрик с корабля. - Сколько раз тебя предупреждать - не разговаривать с незнакомцами!
   - Это знакомец, Одноглазый - ни капли не испугался мальчишка. - Он отца ищет!
   На палубе появился стройный мужчина невысокого роста, одетый в элегантный лиловый кафтан.
   - Первый помощник Байл Трикс к вашим услугам, - представился он. Правый глаз помощника был скрыт черной повязкой. Волосы его были коротко подстрижены и уложены в модную прическу. Лицо чисто выбрито, оставлены лишь щегольские усики. Без сомнения, это был пират, но не типичный. Если верить молве, на Буре все такие... нетипичные.
   - Мне нужен Северный Ветер, - приготовился к препирательствам Лекс.
   - Для чего? Ты из королевских соглядатаев?
   - С чего это вы взяли? - деланно удивился Лекс.
   - Морда у тебя упитанная. И вид... чистый ты больно. Аристократ за версту виден.
   - В таком случае, я не соглядатай, верно? Для человека моего происхождения это низость.
   - Да брось! Ваши аристократы любую низость могут оправдать служением короне. Мы мол, золотари, верные слуги Ее величества, запачкались...
   В глубине души Лекс был полностью согласен с одноглазым, но готов был поспорить, чтобы потянуть время. Уж чему-чему, а риторике его обучали более чем тщательно. Но, оглянувшись, он увидел человека, которого вовсе не ожидал здесь увидеть.
   В первый момент Лекса охватила неуместная радость, во второй - он захотел скрыться с глаз его, но было уже поздно. Губы словно против его воли окликнули - Тариэль! Обернулся, вздрогнув, одноглазый, обернулся и тот, из прошлого. И Лекс понял, что он ошибся. Это был не Тариэль, его обожаемый наставник. Тот был красив, гладко выбрит, у него были роскошные черные кудри, от которых млели все девушки. Тариэль был франтом, человеком (человеком ли?) мягким и ласковым, он любил улыбаться и танцевать, был всегда безукоризненно вежлив и надушен.
   Этот же был мужчина хмурый и опасный, с мрачным желтыми глазами и багровым шрамом на пол-лица, щеки его заросли колючей щетиной, а волосы были перехвачены красным платком. Впрочем, одет он был в белоснежную рубашку, чудесные замшевые бриджи и великолепные сапоги. Одежда ладно сидела на длинной фигуре, явно сшитая у дорогого портного. И сабля на боку его вовсе не казалась ненужным украшением. И все же он обернулся на оклик.
   Это был не Тариэль, вернее, больше не Тариэль. Это был пират Северный Ветер.
   Прежде чем пират произнес его имя... его настоящее имя, ибо он тоже узнал его, Лекс театрально взмахнул своей широкополой шляпой с пером (шляпа всегда помогала ему в трудных ситуациях и была своего рода его визитной карточкой) и закричал:
   - Простите меня, капитан! Я принял вас вовсе за другого человека, моего учителя танцев! Ну разве не забавно? Только не говорите никому, а то я навсегда потеряю уважение моряков! Отличная погода сегодня, солнце в зените, яблони в цвету! Я Лекс Эрханиус, думаю, вы меня ждете!
   Капитан Северный Ветер кивнул в знак того, что понял скрытый смысл его тирады, и ответил:
   - Да-да, яблок будет море! Значит, Эрханиус? Что ж, я полагаю, вы привезли мне послание от старого друга Корявого Ствола? Я жду вас уже третий день!
   - На ваш остров ужасно сложно попасть! - весело тараторил Лекс, едва ли не подпрыгивая от нетерпения (конечно, он умел быть очень сдержанным, но сегодняшняя роль предписывала ему поведение веселого чудака, и он от души наслаждался ею). - Представляете, мне пришлось плыть на морской черепахе, потому что ни один капитан понятия не имеет, что это за остров. Кстати, капитан Морской чайки, что стоит справа от Бури, клялся, что слышать не слышал о Тайне! Я безумно рад, что он таки доплыл досюда. Кстати, капитан, я очень рад видеть вас в добром здравии! Признаться, во время нашей последней встречи вы выглядели очень неважно... Или я опять вас с кем-то путаю?
   - Лекс, мальчик мой, - в тон ему отвечал Северный Ветер. - Да будет позволено мне вновь так называть вас, за столько лет многое переменилось, но отнюдь не ваша болтовня! Ваш язык подвешен так же ловко, как в детстве, но сдается мне, в танцах вы так и не преуспели!
   - О! Вы ошибаетесь, капитан! Много лет я танцевал под дудку тетушек и старших сестер, с одной из которых моего знакомого, на которого Вы так похожи, связывала нежная дружба... Еще мне довелось танцевать на краю доски у одного любезного пирата, а однажды я едва не станцевал польку с веревкой! Я уже не говорю про некую костлявую даму, упорно пытавшуюся заманить меня на свою вечеринку два года назад. Но все же вы правы, к танцам я отношусь без восторга!
   Капитан засмеялся, и Лекс облегченно вздохнул. Каким бы приятным человеком не был Ветер в прошлом, и какие бы отношения их не связывали, никто не мог знать, как поступит пират со свидетелем совсем иной своей жизни.
   - Дорогой мой Лекс, в прошлом вы изволили даровать мне свою дружбу! Я надеюсь, годы не охладили наши сердца, и сочту за честь пригласить вас на корабль!
   - С радостью принимаю ваше приглашение, капитан! И прошу вас в знак нашей прежней дружбы называть меня на "ты". Помнится, в прошлом вы один не стеснялись даже дать мне тумаков...
   - Помнится, это было... великие боги... 17 лет назад! Ты давно уже не мальчишка, Лекс, и давно не мой ученик...
   - Поверьте мне, капитан, - неожиданно серьезно ответил Лекс, выйдя из образа и позволив себе на мгновенье стать настоящим. - То, чему вы меня обучили, в жизни мне дало гораздо больше, чем многие другие науки. Вы научили меня думать и задавать вопросы, благодаря чему я еще жив, так что я навеки ваш ученик хотя бы в этом.
   Лекс не лукавил. Тот недолгий год, когда он обучался танцам под руководством надушенного хлыща, многому научил его. Воспитанный женщинами, он был ленивым и избалованным мальчишкой. Для него было большим откровением узнать, что мир не вертится вокруг него, и что есть жизнь за пределами его дома. Тариэль начал свою учебу с того, что поколотил его за дерзость, а потом объяснил всю нелепость его обиды. Тоскующий по мужскому обществу мальчик просто влюбился в наставника, а тот был готов ответить на все его вопросы. Тариэль часто выводил ученика в город, показывая ему иную жизнь - нищету, убожество, болезни и голод. Он знакомил его с такими личностями, что его родня пришла бы в ужас. Грузчики, пьяницы, шлюхи, воры и ловцы этих воров, тайные агенты, бездомные дети, нищие, калеки - все дно столицы прошло через его юную душу, сделав его тем, кем он стал сейчас - Искателем правды и справедливости. Тариэль учил мальчика смотреть вглубь человека (много позже Лекс узнал, что, не понимая того, он учился сложнейшей магии - улавливать обрывки мыслей и чувств собеседника), угадывать его тайные желания и возможности.
   Когда Тариэль был вынужден бежать (отнюдь не за то, чему он по-настоящему учил Лекса, а за роман с одной из кузин мальчика), Лекс горько плакал. Он узнал так много, что понял, как много он не знал. Единственного неравнодушного к нему человека отлучали от него. Кузину Эмму-Ли тоже отправили в дальнее поместье. Вскоре он понял, что не в силах больше жить в пеленах душной женской заботы, где главной обязанностью его было шаркать ножкой перед гостями, и просто ушел. У него было достаточно знакомых, чтобы без следа растворится в ночном городе. У него было достаточно мужества, чтобы выжить. У него было достаточно ума, чтобы понимать, что однажды он вернется, поэтому Лекс хватался за любую работу и учился, учился...
   Некоторое время он прожил на самом дне - и ничуть не жалел об этом. Почти сразу же он попал к Искателям справедливости - тайной организации наиболее просвещенных людей Империи, и был передаваем из рук в руки - и каждый готов был вложить в него частицу себя. И хотя он давно уже был самостоятельным Искателем, он по-прежнему жаждал знаний, тем более жадно, чем ближе была неминуемость его возвращения.
   Искатели не были революционерами. Они не пытались изменить мир в целом. Они начинали с себя и со своих домов. Кто-то лечил, кто-то учил, кто-то кормил голодных и помогал убогим, кто-то изучал тайны окружающего мира. Впрочем, были и такие, кто не гнушался грязной работой - и частенько полицейские узнавали в очередном мертвеце развратителя девиц, известного убийцу или вора. А пару раз у убитых сенаторов оказывались такие тайные пристрастия, что у следователей волосы дыбом вставали. Волей случая Лекс принимал участие в одном из подобных расследований, и до сих пор, бывало, просыпался в холодном поту. У уважаемого головы немаленького города, доброго семьянина, всеми любимого филантропа в загородном доме обнаружился подвальчик, в котором томилась полдюжины умирающих девочек, старшей из которых едва исполнилось 14, и еще два чана маринованных частей детских тел... И жена, и дети "доброго семьянина" знали о тайных пристрастиях главы семьи, но были запуганы и жили в непреходящем ужасе...
   Каждый из Искателей мог быть опасен. Многие обладали огромной магической силой. Несколько раз Лексу попадались и те, кто искал лишь собственной выгоды.
   Формально каждый из Искателей был государственным преступником, но доказать что-либо было невероятно трудно.
   Подозревал ли Лекс о том, что Тариэль был Искателем? Была ли встреча с ним неожиданностью, или он подсознательно был к ней готов? Лекс обещал себе подумать об этом на досуге, однако сейчас он уже понял, что круг замкнулся - куда раньше, чем он ожидал.
   - Лекс Эрханиус! - гаркнул ему в ухо Северный Ветер. - Очнись и поднимайся на корабль!
   Лекс подпрыгнул от неожиданности. Думы, затянувшие его в прошлое, мгновенно рассеялись.
   - Ты, парень, по-прежнему рассеян, - подталкивая его, выговаривал Северный Ветер. - Не говорил ли я тебе много раз, что это может стоить тебе жизни?
  
   На корабле было очень чисто. Лекс понимал, что все здесь высшего класса - от канатов и веревок до безобидных на вид пушек с узким жерлом. Однако Лекс без труда узнал в них последнюю разработку своего давнего знакомого, лучшего оружейника из Искателей. Пушки эти считались тайным оружием королевского флота. Впрочем, нет! Эти пушки были лучше!
   На одной из пушек гордо восседал крылатый мальчишка. А вот и нет! Лекс по ауре, окружающей необычное создание, сразу определил, что это девчонка! Более того, было в ней что-то очень знакомое... но что-то, с чем Лекс сталкивался очень давно.
  - Мой сын, Лиэль, - представил крылатую капитан.
   Лекс стиснул зубы. Девочка не была родственницей капитана. У Искателей были свои секреты, но Лекс не ожидал столь вопиющей лжи от своего первого учителя. Это его задело.
   Лиэль помахала (помахал?) ему рукой и белозубо улыбнулась. В девочке было очень много магии, так много, что у Лекса закружилась голова. Он взглянул на нее внутренним зрением и увидел только пылающий силуэт. Он поспешно отвернулся, боясь ослепнуть.
   - Впечатляет, правда? - усмехнулся капитан, от которого не укрылись действия Лекса. - Сплошная стихийная магия. И при этом абсолютно не обучаемый.
   - Не обучаемый? - Лекс задумался и тут же нашел ответ. - Чистая интуитивная стихия?
   - О да! Остается только ждать, когда он сам проявит свои способности.
   - А летать... эээ... Лиэль умеет? - покосился на девочку Лекс. Почему-то ему неудобно было ее разглядывать.
   Девчонка фыркнула презрительно и отвернулась.
   - Я так понимаю, что нет, - заключил Лекс. - Не переживай. Может, лет с 14 начнешь.
   - Почему ты так думаешь? - прищурил глаза пират.
   И тут Лекс вспомнил, почему ему показалась знакомой девочка.
   - Ну... Грифоны до половой зрелости летают тоже... неважнецки... - пробормотал он, ругая себя за болтливость.
   - Я что, похож на грифона? - возмутилась Лиэль.
   - При чем здесь грифоны? Что ты знаешь о грифонах? Почему ты так сказал? - резко спросил пират.
  - Ээээ... я просто вспомнил... о единственных разумных крылатых... - выкрутился Лекс.
  
   "Ах, мой мальчик! Когда-нибудь я сотворю что-то новое, когда-нибудь я превзойду природу! Я хотел бы сотворить кентавра, но они существуют! Как же мне придумать существо, более необычное, чем зверолюди или грифоны? Животных - легко! Ты же видел моих муравьев и летучих кошек? А птицы, мои чудные стрижи? А что если... ну конечно! Русалки! Я сотворю русалку!" - "Сожалею, профессор, но русалки уже существуют..." - "Ты уверен? Разве это не легенда?" - "Увы... Я встречался с человеком, который знал настоящих русалок" - "Можно ли ему верить, мальчик мой?" - "Я верю ему как себе" - "Жаль... жаль... русалка - это не так уж трудно... если взять человека и дельфина... Крылатые люди! А что, если сделать крылатого человека?" "Ангела?" "Да нет же! Ангелы, даже если они существуют, заметь, я говорю "если", хотя никто их не видел - лишь духи, бестелесные... Они как демоны! А крылатые люди... О! Я мог бы сделать прекрасного человека, совершенного человека! Я мог бы... если бы это не было невозможно..." Теперь Лекс готов был держать пари, что еще как возможно... Но почему девочка у Тариэля?
  
   - Грифоны... - задумчиво протянул Ветер. - Знавал я человека, одержимого грифонами... Он готов был жить среди них, стать одним из них... однако я никогда не связывал Лиэля с грифонами. Неужели я старею? Неожиданно... Мой ум стал непроницаемым и негибким, это нехорошо... Пожалуй, стоит узнать, что стало с тем ученым.
   - Насколько я слышал, он женился, - ответил Лекс. - И жена его весьма грозная особа. Да вы и сами ее знаете, я уверен. Коранна Молния.
   - Черт возьми, - пробормотал пират. - Меньше всего мне хотелось бы встретится с Молнией вновь. Ты слышал эту историю, да, мальчик?
   - Кто же ее не слышал, капитан? Как Буря удирала от нее, а она вопила и посылала вдогонку тысячи бурь... Бури за Бурей, ха!
   - И что, Коранна уже тогда была женой Корта Неугомонного?
   - Корта Неугомонного? - расхохотался Лекс. - Клянусь акулой, это имя ему подходит! Кажется, она как раз после той истории оказалась каким-то образом одна, в пустыне, без пищи и воды, где и была мужественно спасена стариной Кортом. Корта Неугомонного, хм... Я бы назвал его Кортом Безумцем! Или Кортом Творцом...
   - Ну после его гигантских муравьев я тоже счел его безумцем... Но разумные стрижи! Водоплавающие лошади!
   - Летучие кошки!
   - Гигантский картофель!
   - Лесная роза! Поливальное дерево!
   - Удивительный человек, право! Он и Коранна... Удивительная пара... А дети у них есть?
   - К сожалению, не знаю. Надо думать, что их брак породит удивительной силы волшебников...
   Оглянувшись, Лекс обнаружил, что вокруг них собралось немало странных существ, жадно внимающих их разговору. Человек, похожий на ящерицу, изящный невысокий кошколюд рыжей окраски, весьма уродливая женщина-полугоблин, огромный человек, явно обладающий гигантской силой, четырехрукий юноша из давно пропавшего народа... А у одного из матросов ноги оканчивались копытами. Стараясь не разевать рта от удивления, Лекс шёпотом поинтересовался у капитана:
   - Они все настоящие?
   - Не менее настоящие, чем я... или ты.
   - Или Лиэль?
   Капитан только пожал плечами и увлек Лекса в свою каюту.
  
   Лиэль восторженно смотрела им в след.
   - Ты видел? - дергала она за рукав Одноглазого. - Он такой веселый! Я его таким разговорчивым никогда не видела!
  
   В первый момент Лекс почувствовал, что попал в прошлое. Каюта капитана была очень похожа на его комнату в их дворце. Новым был разве что портрет рыжеволосой дамы в старинном наряде (черт подери, вылитая Коранна Молния!), та же серебряная ваза на таком же комоде из красного дерева, тот же глобус, старый, потрескавшийся, покрытый золотой пылью. Ковер на полу, пожалуй, другой, но похож, очень похож. Стол, стулья, кушетка со шкурой неизвестного белого зверя - Тариэль не менял свои предпочтения.
   Лекс уселся на массивный стул и веером выложил на столе запечатанные конверты. Капитан распечатал первый из них и углубился в чтение. Лекс же, зная послание до малейшей запятой, с интересом глазел на карту, висевшую на стене. Северное море, Зеленые острова, Солнечный берег, Красный берег, Черный берег, Море Туманов... Как бы ему хотелось там побывать! Судя по флажкам на карте, Северный Ветер был везде. Сколько же лет нужно, чтобы побывать в каждом из этих мест? Проход к Северному морю освобождался ото льдов раз в десятилетие... А сколько лет капитану? Лекс внимательно вглядывался в его лицо, с трудом улавливая обрывки мыслей. В черных волосах не было даже намека на седину. Морщинки под глазами выдавали человека, пристально вглядывающегося в горизонт - но не более того. Руки были гладкими, плечи не сдавливал груз прожитых лет. А ведь 17 лет назад капитану было не менее 30! Значит, теперь ему почти 50? Или гораздо, гораздо больше? Был ли он магом, из тех, кто умеет поворачивать время вспять, умеет пить из чаши безвременья и живет сотни лет? Или просто был одним из тех древних, которые находили свою смерть лишь на поле битвы?
   Вот капитан закончил читать последнее письмо. Молодой человек знал, что там написано. Он, Лекс, поступает в полное распоряжение капитана Северного Ветра на неопределенный срок. Помимо некоторых описаний растений, найденных в старых книгах.
   - О чем я сейчас думаю, Эрхан? - задал неожиданный вопрос капитан.
   - Вы хотите думать о Корявом Стволе и о тех странных растениях с удивительными свойствами, за которыми он вам советовал сплавать, - медленно и с явным удовольствием ответил Лекс. - Но куда больше вас сейчас занимает ваша дочь и ее возможная связь с волшебником Кортом.
   Северный Ветер вздрогнул.
   - Ученик превзошел учителя? Я рад, что не ошибся в тебе...
   - Рады ли? Немногие из людей готовы были испытать мой дар. И некоторые из них теперь ищут моей смерти. Впрочем, вы глубоко интересны мне, капитан, именно поэтому вас я вижу лучше, чем многих. Хотя вы и не человек, правда?
   - Ты видишь... Что ты видишь?
   - Я могу отличить мужчину от женщины, родное дитя от неродного... - язвительно ответил молодой человек. - Человека от нелюдя... Правду от лжи... Я могу видеть страх, отчаяние, радость, боль, влюбленность...
   - Влюбленность? Не любовь?
   - Не любовь. Я вижу сильные эмоции, нестабильные. Я не могу сказать, любит ли мужчина свою супругу, с которой он прожил 20 лет, или ненавидит.
   - Что ж... твой дар силен. Даже не так - ты силен. Чему еще ты научился?
   - Увы... - вздохнул Лекс. - Я не проявил выдающихся способностей в практической магии. Я не умею создавать бури, разговаривать со стихиями, не силен в перемещении предметов, не умею создавать порталы... Не умею убивать. Не умею исцелять, предвидеть будущее и раскрывать тайны прошлого...
   - Я вижу, ты учился у многих, - рассмеялся Северный Ветер. - У лучших, конечно! Маг, обладающий твоими талантами, почти всемогущ среди сильных мира сего. Но ты смотришь на уникальных, великих и хочешь получить все сразу? Борей Громовержец и Коранна Молния тоже не смогут исцелить и создать жизнь, а Корт Неугомонный не сможет создать даже самой маленькой бури. Ярл Провидец умеет только предсказывать будущее. Хорий Жизнь Дающий - лишь целитель. Ты же - Эрхан Прозорливый.
   - Я - Эрхан Бездарный, - пожал плечами Лекс. - Как по-вашему, сколько я проживу, вернувшись в семью, если станет известно о моем даре?
   - Столько, сколько нужно, мальчик мой. И я, Тариэль Мудрец, основатель лиги Искателей истины, тебе это обещаю, - Северный Ветер серьезно и внимательно смотрел на собеседника.
   - Тариэль Мудрец? Ты... Вы - Тариэль Мудрец? Легендарный глава Искателей? Тот, кто не существует, но существует в веках? Я схожу с ума! - схватился за голову Лекс. Он слышал про Мудреца, но никогда и предположить не мог, что его учитель танцев Тариэль как-то связан с главой Лиги Искателей. В конце концов, Мудрец жил более 300-х лет тому назад!
   Пират наблюдал за ним с улыбкой.
   - Но... но... что Вы забыли в королевском дворце? И почему учитель танцев?
   - Мне был нужен доступ к архивам, - пожал плечами Северный Ветер. - Кстати, это было совсем не сложно.
   - А что было сложно? Одурачить королеву? Вскружить голову ее дочери? Задурить глупого мальчишку? - резко спросил Лекс.
   - О нет! Все, что ты перечислил - проще простого! Кстати, никто не кружил голову твоей кузине. Боюсь, это она соблазнила меня. Самое сложное было уйти без прощания, оборвать все связи, растворится без остатка. Эмма-Ли прекрасная девушка, да и к тебе, Эрхар, я привязался как к своему сыну. За столько лет... я не забыл тебя. Я по-прежнему люблю тебя как сына, а не как ученика, мальчик мой. Посмотри в мое сердце и убедись в этом.
   Лекс сглотнул и открыл внутреннее зрение. Тариэль не сказал ни слова лжи. Его сердце... его душа была полна света. Он видел подобное чудо впервые. Его сущность была как самоцвет, переливаясь множеством оттенков. Без труда он рассмотрел и себя, и Лиэль, и молодого кошколюда, и Коранну... Коранна? Эмма-Ли, будучи полустертым воспоминанием, занимала в сердце этого существа куда меньшее место! А это кто? Там была женщина с темными волосами и золотыми глазами, и она была глубоко-черной волной, полной неизбывной горечи и боли...
   - Хватит, пожалуй! - резко захлопнул сущность капитан. - Я не имел в виду полный анализ моих страстей.
   Лекс послушно наклонил голову и поморгал. Мир на несколько мгновений потерял краски.
   - Кто... ты? - выдохнул потрясенно молодой человек.
   - Я? Я тень былых времен... Я из тех, кого теперь называют "отсутствующие боги". Мой мир... был разрушен... в один миг... В живых остались только те, кто был далеко. Мы были слишком горды, слишком уверены в себе... мы были почти бессмертны... Мы были жестоки и себялюбивы... Мы смеялись над другими народами... нашими рабами... Но мир, сама Природа посмеялась в ответ над нами! Наш город-крепость был неприступен, на высоком плато возвышались башни, прекрасней которых не было на земле. Ни один смертный, кроме рабов, не мог попасть туда - там не было ворот. Мы летали там на грифонах... Это мы создали их! Но однажды, когда мы вернулись из очередного набега, города просто уже не существовало. Не было даже горы. Все, что осталось на том месте - лишь гигантская яма, засыпанная песком. Мы рыли... рыли... несколько дней... недель... ломая ногти, стирая руки, поливая кровью песок... Ничего! Наши дома, наши матери, наши отцы, наши жены, дети... Ничего! А потом пришли люди. И рабы взяли в рабство нас. Когда я вернулся туда, там уже было море. Сейчас оно высохло... Где остальные, я не знаю. Мы живем долго, но легко умираем, если отделить голову от туловища.
   Тариэль был бледен, на висках выступил пот, глаза горели янтарным огнем. Видно было, что воспоминания причиняют ему мучительную боль. Лекс не решился открыть внутреннее зрение, понимая, что его может смести этим шквалом эмоций.
   Он встал, нашел в шкафу бутылку и стаканы (они были в том же месте, что и в старой комнате учителя танцев) и щедро плеснул Тариэлю древнего вина. Немного подумав, налил и себе.
   Северный Ветер кивнул и залпом выпил вино. Лекс, пригубив, закашлялся. Процент алкоголя в этом пойле зашкаливал.
   - Ты тот, кого наш народ называет эльфами?
   - Эльфами? Не смеши меня! - в голосе Тариэля была злость. - Эльфы... Группа ученых, помешанных на природе, на здоровом образе жизни! Они были против наших машин, против генной инженерии (чем, кстати, и занимается наш общий друг Корт), против рабства... Они ушли, а точнее, их изгнали... Их было немного, меньше двух десятков. Именно их вы называете эльфами. А мы! Мы были великими! Всемогущими! Мы могли дать жизнь и отнять ее! Наша технология не знала равных! Наши ученые без труда летали на другие планеты! Все тайны земли были нам подвластны! Мы могли расщеплять атом! Порождать ураганы, наводнения и засухи! Мы были богами!
   Воздух в каюте, казалось, сгустился и почернел. Сам Тариэль увеличился в размерах едва ли не вдвое. Его лицо изменилось. Это был уже не человек, но какое-то существо с волчьими клыками и глазами. Череп его вытянулся, черные волосы разметались в гриву, нос стал тоньше и длинней, уши заострились, плечи ссутулились. Лексу стало страшно и, недолго думая, он выплеснул остатки вина из своего стакана в лицо чудовища.
   В тот же миг заметно посветлело. На Лекса глядел усталый бледный человек с растрепанными волосами и очень старыми глазами.
   - Благодарю тебя, - тихо сказал он. - Благодарю.
   - Почему? - спросил Лекс после продолжительного молчания.
   - Что почему? Единственное "почему" я задавал себе, когда очередной раз избегал смерти. Почему я жив? Почему я сам все еще жажду жить?
   - Нет. Почему ты мне все это рассказал? В твоих интересах, чтобы этого никто не знал. - Лекс уже не мог называть Тариэля на "вы".
   - Потому что я хочу, чтобы ты вошел в совет.
   - В совет Лиги Искателей? - уточнил Лекс. - В десятку самых лучших, самых сильных?
   - Да.
   - Но я слишком молод! Мне нет и 25! Разве в совет не входят мудрейшие?
   - Мудрейшие? Кто, скажи мне, более мудр - чистое дитя или один из безумных ученых моего народа? Разве мудрость - это багаж знаний? Ум без любви становится хитростью, знание без любви - пустым багажом, честь без любви - самодовольством, а власть без любви - тиранией. Впрочем, решать тебе...
   - А что... что делает совет? В чем его соль?
   - Совет решает, кого из учеников принимать в Искатели, а кто недостоин... Какие из открытий не стоит выносить в свет, а какие молодые маги-ученые нуждаются в поддержке или помощи. Совет способен повлиять почти на любое решение в государстве, несмотря на то, что членов его никто не знает.
   - В государстве? О! Я вам нужен больше, чем вы мне, не так ли?
   - Не зарывайся, мальчик мой. В совете несколько десятков лет не было членов королевской семьи, но это не мешает нам лоббировать определенные законы. Впрочем, да! Сейчас ты нам нужен. В королевской семье вот-вот выберут новую королеву. Старушка Эрайна серьезно больна, хотя Хорий Жизнь Дающий делает всё возможное. У нас же в совете более пяти лет всего 9 человек, и один из них собирается на покой - старый очень. Нам бы крайне не хотелось, чтобы к власти пришла Эйя, но, увы, она, кажется, пользуется расположением Эрайны. Эмма-Ли подходит как нельзя лучше.
   Лекс вспомнил Эйю и содрогнулся. Его двоюродная тетка была девицей, мягко говоря, не разборчивой в связях, абсолютно уверенной в своей красоте и крайне жестокой. Интересно, сильно ли она изменилась за прошедшие годы? Кто же там еще моложе 40? Эрма душевно больна, хотя это столь тщательно скрывается, что даже искатели не знают этого. Или знают? Элайза замужем и, поговаривают, полностью под влиянием мужа. Эрин? Ого! Это было бы слишком забавно! Эрин! Ей 17. Пожалуй, если девушка достаточно умна, он поспособствует ее возвышению! Ничем не хуже Эммы-Ли. Ха! Привыкли играть людскими жизнями, господин Мудрец? А мы поиграем с вашей! Да. Пришло время возвращаться. Совет? Пусть будет и Совет. У веревки два конца. Можно тянуть ее в сторону Искателей, а можно потянуть и в сторону империи.
   - Я согласен войти в совет, Тариэль, - наклонил голову Лекс.
   - Отлично, Эрхан, - кивнул Северный Ветер.
   Лекс позволил себе улыбнуться. В этих осторожных фразах заключался союз не пирата и бродячего торговца чудесами, а "забытого бога", главы Лиги Искателей справедливости и внука королевы.
   - Но для начала, мой мальчик, раз уж ты поступил в мое распоряжение, я научу тебя ходить под парусом. У нас будет время, пока мы добираемся до столицы.
   Лекс застонал. Он хорошо помнил, как Тариэль обучал его танцам. 100 приседаний, 200 прыжков, 50 наклонов...
  
   ***
  
   - Эй, Лекс! Лови меня!
   Лекс широко расставил руки, пригнулся, рыча и изображая медведя. Лиэль влетела в него со всего размаха, он еле-еле удержался на ногах.
   - Не летается, - грустно заключила Лиэль, шевеля крыльями. - Не работают.
   - Не расстраивайся, - утешал её Лекс. - Видишь, у тебя уже получается ими двигать. Почти получается, - уточнил он, увернувшись от неожиданного взмаха.
   - Дурацкие крылья, - буркнула девочка. - Мало что не летаю, так еще и плавать не могу - тяжелые.
   - Ну что я могу сказать, - ответил Лекс. - Зато равновесие держишь. Вон как по канату бегаешь, хоть завтра в цирк! Хочешь, устрою тебя на работу? Девочка-ангел на канате! Только у нас!
   - Ага, - фыркнула Лиэль. - Шоу уродцев! Женщина с бородой! Барашек с двумя головами! Ребенок с крыльями!
   - Лиэль, ты не урод, - серьезно сказал Лекс, присев на рулон канатов, чтобы заглянуть ей в глаза. - Ты очень красивая и умная девочка. И очень-очень талантливая.
   - Думаешь, кто-нибудь возьмет меня в жены с этими крыльями? - раскрыла глаза Лиэль.
   - Обязательно возьмет, - серьезно ответил Лекс. - Главное, не что там, - он потрогал её крылья - а что здесь и здесь.
   Лекс коснулся кудрявой головы девочки и её груди слева.
   - А в сказках все принцессы красивые, - упрямо сказала Лиэль.
   - Ты тоже красивая, - уверил её Лекс. - Но внешность не главное. Кстати, в сказках у всех принцесс прекрасные длинные белые волосы.
   - У меня короткие, - дернула себя за кудри Лиэль. - Папа говорит, чтобы я как мальчик была. Я похожа на мальчика?
   - Немного, - улыбнулся Лекс. - Волосы отрастут.
   - А ты бы взял меня в жены? Ну когда я вырасту, конечно, - потупилась девочка.
   - Если бы ты была доброй и умной, то почему бы и нет?
   - О! Я обязательно буду доброй и умной! И пойду в школу, как папа говорит.
   Ага, Лекс знал о невозможных истериках девчонки, которые та закатывала при любом упоминании школы. Тариэль не мог решиться отправить её против воли учиться.
   - Знаешь что? - улыбнулся Лекс. - Женой тебе становиться еще рано, а вот принцессой хоть сейчас. Ваше высочество, не соблагоизволите ли отобедать со мной?
   - Только я буду хорошей принцессой, - уточнила девочка. - А не как злая черноволоска, про которую папа рассказывал. Дорогой принц, я с радостью принимаю ваше приглашение.
  
   ***
  
   За 15 лет странствий Лекс возвращался в столицу не более 3-х раз. Да и жизнь его была в те времена преимущественно ночной. Он совсем забыл, какой он - Фрай, умытый ночным дождем, озаренная розовым рассветом... По улицам города стелился утренний туман, не было видно ни разбитой мостовой, ни обветшавших на окраинах зданий, ни зловонных сточных канав (к сожалению, в столице, в отличие от многих других крупных городов, до сих пор не была разработана система канализации). Не вылезли еще нищие и торговцы самыми разными товарами. Город был таким, каким, наверное, его видел еще Эрлих - тот самый император, который возвел новую столицу, присоединив к стране все морское побережье и ряд горных районов. Лекса всегда восхищал император Эрлих. Получив в наследство немаленькое, но довольно бедное государство, он за полвека превратил его в передовую империю. Батюшка его был жестоким тираном, погрузившим страну в пучину страха и нищеты, заставив виселицами, наводнив шпионами. Эрлих, умело используя шпионскую сеть отца, в первую очередь заменил сатрапов и людоедов у власти верными людьми и успешно использовал систему кнута и пряника.
   Молодой человек встряхнул головой, смахивая с волос влагу. Теперь он МОГ и УМЕЛ многое сделать не хуже Эрлиха. В своих странствия он видел как проблемы в различных областях жизни народа, так и самые смелые проекты. В качестве члена совета Искателей он обладал почти неограниченным доступом к самому главному ресурсу империи - людям.
   - Ну я пошел? - обернулся Лекс на Рейля (так называли Тариэля знающие люди), и помахал рукой Лиэль.
   Увы, их дорожки теперь пересекутся не скоро, ибо дел у Лекса будет (как он надеялся) немало, а жизнь всего одна.
   Шагая по улицам полусонного города, он с любопытством оглядывался по сторонам. Все-таки столица переменилась. Были укреплены наружные стены города, срублены многие старые деревья, отреставрирован главный собор. Было видно, что мостовую пытались привести в порядок. Грязи, впрочем, меньше не стало.
   Как и следовало ожидать, во дворец его не пустили. Стражник вежливо посоветовал подать бумагу на аудиенцию и абсолютно бесплатно готов был посоветовать писца, который поможет правильно ее составить. В прежние времена человека, одетого, как Лекс, попросту выкинули бы вон, переломав нечаянно пару конечностей. Или это зависело от стражника? Что ж, узнать это было не трудно.
   Три из пяти известных Лексу, а вернее уже Эрхану, ибо Лексу знать такие вещи было вовсе не положено, тайных выхода из дворца были уже далеко не тайными. Неприметная дверца, скрытая плющем, ведущая на задний двор, была накрепко заперта. Впрочем, она и в прежние времена запиралась изнутри на засов. Двигающиеся трухлявые доски на конюшне были заменены на крепкие. Платан, чьими ветвями Лекс раньше нередко пользовался для преодоления стены, был срублен. Вообще-то это правильно. Если из замка можно выбраться незамеченным, туда можно не менее незаметно попасть.
   Оставался еще потайной ход с хитрым механизмом, секрет которого невозможно было разгадать - только узнать, но Лекс когда-то вместе с Рейлем оставил пару ловушек, в которые он не без основания боялся угодить. Он вовсе был не уверен, что сможет вспомнить, под какой половицей струна и из какого места может вылететь арбалетный болт. Был еще один способ попасть внутрь дворца - самый элементарный. Просто перелезть через стену в глухой, закрытой от глаз часовых зоне. Впрочем, вряд ли неподготовленный человек сможет преодолеть гладкую стену в два роста высотой. Да и вел этот ход к запутанному лабиринту коридоров, в каждом углу которого мог оказаться стражник.
   Лекс вынул камень у основания стены и извлек из тайника связанные колышки. Выделанные из неизвестной ему легкой и очень прочной древесины, за долгие годы они не сгнили. Вгоняя их в еле заметные щелочки между камнями, Лекс с изрядным трудом поднялся на стену. Легкому мальчишке проделать подобное упражнение не в пример легче. Помнится, даже изящный и худощавый в то время Рейль, несмотря на уникальную гибкость и ловкость, не часто пользовался этим ходом. Однако Лекс под командованием Северного ветра научился лазать по реям не хуже обезьяны, и только благодаря этой школе не сорвался вниз. Автоматическим движением он втянул веревку с палочками наверх и уже после подумал, что совсем забыл, как это делается. Если б задумался - было бы куда сложнее.
   Теперь оставалось проникнуть внутрь. Во дворе показываться не следует - засекут. Конечно, ему особо ничего не грозило, но появляться столь эффектно он не хотел. Впрочем, его могли посадить в камеру и забыть об этом на пару недель. С трудом протиснувшись в маленький закуток (так вот почему Тариэль был таким худым!) и с еще большим трудом наклонившись, Эрхан очистил от сухих листьев и песка (куча была немаленькая, видимо, за 15 лет этим ходом не пользовались) и, подняв полусгнившую крышку, протиснулся в люк. Оказавшись в темном подвале (не подвале даже, а в вентиляционной шахте) и немедленно стукнувшись головой, Эрхан впервые задумался, для чего ему надо было проникать в замок так глупо, когда можно было это сделать по официальным каналам. Пожалуй, давно пора выйти из образа "шута всея прибрежья", как его метко окрестил один из партнеров. А то чего доброго, вся неожиданность его появления выяснится, когда в погребе неслабо запахнет разлагающейся плотью. То-то будет сюрприз всей его семейке! С ужасом Эрхан подумал, что проход может быть давным-давно заставлен бочками с вином. Обратно ему ни за что не выбраться! Пожалуй, тут даже запах не учуют. А потомки найдут его скелет через пару сотен лет...
   Пока разум предавался панике, тело делало привычную работу. Пальцы разыскивали знакомый орнамент на камне. Эрхан несколько раз прощупал всю стену, холодея от ужаса, пока не сообразил, что ищет слишком высоко - не учтя, что за столько лет и сам он вырос, и руки стали длиннее. И камень, некогда находившийся на уровне глаз, неожиданно легко нашелся под грудью. Заскрежетал старый механизм, молодого человека засыпало пылью и трухой, и Эрхан, пригнувшись, с позорным всхлипом шагнул в черный проход.
   Бочки! Восхитительные, почерневшие от времени дубовые бочки! Бутыли темные и светлые, пузатые и узкие! Изучив этикетку на ближайшей, Эрхан не долго думая, вытащил пробку и, протерев горлышко рукавом, отхлебнул. Восхищенно прищелкнув языком - вино было отменное! - он, сразу повеселев, отправился на прогулку по лабиринту винного погреба. Так никого и не встретив, Эрхан оставил пустую бутылку от безумно дорогого вина у двери в погреб. Дверь, кстати, была заперта, но это ведь никого не смущало? Слегка затуманившийся, но очень веселый мозг немедленно напомнил молодому человеку, за какую часть замка нужно потянуть, а на какой болт нажать, благо эту часть лабиринта напомнил ему Тариэль, сам же этот замок и разработавший. Ключ от этого замка должен был быть у старшего повара, дворецкого... У Эрхана был свой, но он давно его потерял. У учителя танцев ключа не могло быть вообще.
   Лестница. Коридор. Кухня (заманчивые запахи). Огромный гулкий холл. И первая неожиданность - древний старик у широкой лестницы. Собственно говоря, это был не совсем еще дворец - лишь его "черная" часть - территория, куда проводились посторонние, где принимались неизбежные просители, как простолюдины, так и дворяне. Справа (откуда появился Эрхан) - кухня, кладовые, комнаты слуг. Слева - обширная приемная и несколько кабинетов разных размеров. Сам же дворец находился там - за лестницей, на 2-м этаже. Впрочем, некоторые помещения - фехтовальный зал и библиотека, например, - находились снизу, но попасть в них можно было только через второй этаж.
   Между тем старик уходить не собирался. Протерев медные балясины перил тряпочкой, он величественно проследовал к массивному письменному столу у входа в приемную часть. Можно было быть уверенным, что мимо него не проскользнет даже мышь. Эрхан прекрасно знал этого некогда знаменитого генерала Эрла и мысленно поаплодировал тому, кто придумал ему эту должность. Уже 15 лет назад он был въедливым и дотошным стариком, сующим свой нос в любую щель. Но он был одним из Семьи - каким-то двоюродным дядюшкой ее величества - и потому безнаказанно изводил слуг и младое поколение своими придирками и обладал поистине неисчерпаемой энергией. Здесь он, по-видимому, принимал и регистрировал посетителей, то есть был при деле и мог вволю тешить свое самолюбие. Решение было замечательное, остроумное и полезное для всех - кроме Лекса, разумеется. Выбравшись из погреба, юноша вновь ощутил себя Лексом - веселым удальцом из простонародья. Хотя вполне возможно, что это было просто результатом от выпитой бутылки. Эрхан - тот серьезный и спокойный. И не пьет с раннего утра. Впрочем, ни Лекс, ни Эрхан такую преграду незамеченными не преодолеют. Ни один из них не умел становиться невидимым.
   Лекс глубоко вздохнул (настало время опять стать Эрханом) и шагнул в холл. Часы на башне глухо пробили восемь раз. Очень символично. Начался новый день. Спокойно, не высказывая волнения и искренне надеясь, что его не шатает, Эрхан приблизился к столу Эрла. Больше всего его занимало сейчас, как же к старику обращаться. В детстве он не мог даже предположить, что когда-нибудь заговорит с ним первым. Старик внимательно глядел на него, не думая даже вызывать охрану.
  - Я хотел бы увидеть ее величество, - просто сказал Эрхан.
  - Ее величество не принимает, это во-первых. Вас нет в списках на аудиенцию, юноша, это во-вторых. Кроме того, вы, очевидно не в курсе, что прием посетителей начинается с 9 утра.
   Эрхан (впрочем, и Лекс) невольно восхитился невозмутимости и достоинству старика. Неожиданно вспомнилось, что Тариэль относился к этому деду подчеркнуто уважительно. Пожалуй, надо присмотреться к старику повнимательней.
   - А кто принимает? - спросил Эрхан.
   - Сегодня прием ведет ее светлость Эрма.
   Эрхан мог быть очень, очень внимательным. Кроме того, он всегда отлично улавливал мысли членов семьи. Поэтому он усмотрел и чуть заметную искорку смеха, мгновенно скрытую опущенными веками, и теплую волну благожелательности. Эрхан готов был поклясться, что старику известно, кто он такой! "Конечно, известно, олух! - усмехнулся в голове Лекс. - Не сомневайся, он давно получил информацию о твоем прибытии по каналам Искателей! Во всяком случае, он - идеальный информатор для Тариэля." Ехидный голос Лекса несколько заглушил волнение Эрхана. Эрма! Именно ее он боялся увидеть больше других. Всегда далекая, строгая и требовательная, она без жалоб тянула большую часть бюрократической работы совета семьи. Ее обителью была библиотека, ее царством - архив. Эрхан чаще всего видел ее там - среди бумаг, писем, счетов, отчетов, с темными волосами, убранными в строгую прическу, из которой неизменно выбивался непослушный локон, и с вечно перепачканными чернилами пальцами.
   - В таком случае я готов встретится с госпожой Эрмой, - твердо заявил Эрхан.
   - Вас нет в списках, - вскинул брови старик.
   - Не сомневаюсь, что госпожа придет раньше официального приема, - дерзко заявил юноша. - Думаю, мой визит не отнимет у нее много времени.
   Только всю ее жизнь, да, всю оставшуюся жизнь...
   - Ее светлость на месте, но это не значит...
   - О, благодарю, ваше превосходительство! - церемонно поклонился Эрхан и, взглянув на табличку, напоминавшую о необходимости сдать оружие, выложил на стол внушительный кинжал, стилет и несколько метательных звездочек.
   Прежде, чем старик успел подняться, Эрхан проскользнул мимо стола, перескочил через ограждающую ленту, попутно отбив неплохое охранное заклятье и помчался по коридору, зная, что старик не успеет его задержать, а стража... Что ж, стража в приемной оказалась застигнута врасплох. Один даже не успел подняться со скамьи, как снова опустился на нее в менее удобной позе, заново пытаясь научиться дышать, еще двое разлеглись, получив небольшой сонный заряд, а четвертый умудрился запутаться в собственных ногах и грохнулся сам. Пятый, по-видимому, их командир, оказался достаточно быстр, но хотел лишь захватить внезапно возникшего прыгуна, а не убить. Вот это он зря. По логике Лекс должен был уже справиться со стражей у ворот, караулом у входа и бесшумно миновать старика Эрла. Обезвредить его следовало любым способом. И поскольку глупость куда опасней неумелости или неловкости, Лекс не стал его щадить, огрев его первым же стулом, и, кажется, что-то повредив.
   Не дожидаясь, пока остальные придут в себя (а все действие заняло около 10 секунд), Лекс пробежался по приемной (весьма просторной) и скользнул в приоткрытую дверь.
  
   Сидевшая за столом женщина подняла голову:
   - Что случилось, капи...
  
   Молча они смотрели друг на друга.
   В приемной раздался грохот и в кабинет ввалился едва ли не десяток солдат.
   - Ваше выс-во... С вами всё...
   Лекс еле заметно фыркнул. За эти мгновения он мог убить женщину или взять в заложники.
   Эрна кивнула головой. Каким-то непостижимым образом одним движением ей удалось выразить гнев, презрение и приказ убираться вон. Можно было быть уверенным, что горе-стражи получат на орехи.
   Лекс с ухмылкой на лице наблюдал поспешное бегство охранников.
   Эрна была старой. Нет, она не обрюзгла, не покрылась морщинами. Просто темные некогда волосы стали почти белыми, плечи ссутулились, в движениях появилась плавность и сдержанность. Раньше она казалась Эрхану высокой, гибкой и резкой. Теперь же он видел невысокую и полноватую женщину с усталыми глазами.
   - Возможно, мне стоило отдать совсем другой приказ, - задумчиво произнесла женщина, усаживаясь обратно за стол.
   - Возможно, - кивнул Эрхан. - Допрос? Пытки?
   - Мы не ждали тебя.
   Эрхан чуть побледнел. Чувствительный Лекс же внутри и вовсе скорчился в муках.
   - Ты одет неподобающе. Ты непричесан.
   - У тебя грязные руки и не менее грязные мысли, - язвительно продолжил за нее Эрхан. Лекс? Конечно, Лекс.
   Женщина сбилась, недоуменно посмотрела на него и неожиданно усмехнулась. Какой, однако, сильный эмоциональный щит! Ни радости, ни грусти. Пустота. Пожалуй, первый человек, которого Эрхан не мог прощупать вовсе. "Боялся прощупать," - немедленно съязвил Лекс.
   - Ты вовремя, - уже мягче сказала Эрма. - Семья на распутье. Твое мнение и взгляд со стороны будут очень ценны. Постарайся не поддаваться на провокации. И пойди переоденься, во имя богини! Не терплю неряшливости. Прибудешь на обед в главной столовой в полдень.
   Эрхан отвесил издевательски-церемонный поклон, пристукнул отсутствующими каблуками на манер гвардейцев и строевым шагом вышел из кабинета.
   - Слушаюсь... мама... - процедил он сквозь зубы.
   Наверное, он ждал чего-то большего. Нет, ни объятий, ни слёз радости, просто... хотя бы удивления. Интересно, как быстро она заметила, что он исчез? Удивленно покачав головой, Эрхан присел в кресло за письменный стол генерала Эрла. Эрхану было не больно. Он не собирался рвать на себе волосы в отчаянии, посыпать голову пеплом, резать вены или творить еще какие глупости. Он был истинным сыном своей матери, и ее равнодушие вызвало у него лишь легкое недоумение вкупе с любопытством. Почему? Разве не все матери любят своих детей? Даже Тариэль, относившийся к дочке с показной строгостью, временами смеялся и дурачился с ней, не скупился на похвалы и с восторгом описывал не самые безобидные ее проделки. А ведь по сути своей он был рожден бессердечным. Лекс, конечно, был бы в отчаянии, но ведь Эрхан вовсе не Лекс. Эмоции, такие как радость, любовь, восторг, боль, печаль - были чужды Эрхану в той же степени, в какой характерны Лексу - открытому, искреннему и такому ранимому. Пожалуй, это был неравноценный обмен - сильные чувства в обмен на долг. Лекс никому не был должен, он жил для себя, а Эрхан - ну, Эрхан готов был служить своему долгу до последней капли крови. Будучи Эрханом, он восхищался Лексом и слегка презирал его, а будучи Лексом, поражался выдержке Эрхана и жалел его за эмоциональную пустоту. Подобная двойственность вполне устраивала молодого человека, позволяя ему решать проблемы как бы с двух сторон. То, что было по плечу Эрхану, порой было невыносимо для чувствительного Лекса, Лекс никогда не смог бы спланировать операцию, требующую наступить на горло своим чувствам или просто высидеть скучнейший прием. Эрхан, в свою очередь, терялся при виде людского горя и не мог найти нужных слов. Кроме того, Эрхан был жутким снобом.
   Генерал Эрл (Эрхану теперь нравилось величать его именно так) возвратился и стоял теперь перед ним как статуя, всем своим видом излучая неодобрение. Эрхан вскочил с удобного кресла и с поклоном предложил старику занять свое место. Покряхтев, дед разместил свои скрипящие кости, пожевал губами и спросил:
   - Надолго ли вернулись, юноша?
   - Навсегда, - ответил Эрхан. - А охрана у вас никудышная.
   Старик хитро улыбнулся и повернул массивную чернильницу на столе. Пол в коридоре (добротный дубовый пол) резко ушел вниз. Эрхан, раскрыв рот, смотрел на дыру.
   - Впечатляет! - наконец выдохнул он. - Но пятерых охранников я один вывел из строя и прошел в кабинет. Времени у меня было достаточно.
   - Что есть, то есть, - кивнул старик. - Охранников, конечно, будем строжить. Но когда там народу поболе, обычно сидят еще пара человечков специальных. Они особо шустрых придержат.
   - А в самом кабинете?
   - В самом кабинете... вот это уж задачка. Обычно на леди заклятье неуязвимости, да маг хороший за стенкой. Ничего бы ты сделать не смог, друг мой. А если уж и это ее не спасет, тут уж так на роду написано.
   - Маг - это дорого... Не слишком ли дорого для подобной ерунды? Что за дела там рассматриваются, что личное присутствие необходимо?
   - Дела, как правило, негосударственные, это верно. Все больше с тяжбами приходят, да с предложениями разными, да о милости просить. Сначала, как водится, бумагу приносят, а там уж смотрим, кто дурью мается, кто интриги хочет вертеть, а кому и в самом деле больше идти некуда. А государство у нас большое, со всех краев едут. Одних бумаг несколько мешков в день читать приходится.
   - И что, все дела сейчас одна Эрна вершит?
   - Что ты! Эрна у нас по тяжбам первая. Вмиг до истины докапывается, любую ошибку в толковании закона найдет. Ежели человек к королеве за судом пришел, значит, терять ему уже нечего. Тут и спросят по строгости, и полной мерой отмеряют. Эрна - она больше по истине судья, за милостью люди к Эмме-Ли да к Элайзе идут. Эвар у нас по технике дела вершит, хотя толку от него не так уж и много. Я много раз говорил, что заниматься подобными делами должны знающие люди. Мальчик, конечно, старается, книжки читает, но что он может знать, скажем, о тонкостях ирригационной системы?
   - А что мог об этом знать, скажем, император Эрлих, указом эту систему утвердивший? - задумчиво произнес Эрхан. - Я вот читал о нём много летописей, но не могу понять - как? Когда он всё это успевал? И война, и наука, и по городам ездил, и гляди-ка, даже жениться успел и детей родить. А по всему тому, что ему приписывают, он и спать-то не должен был успевать.
   - Эээ, юноша! Да если б Эрлих в одиночку все тащил, он бы рассыпался! У него в каждом городе по верному человечку сидело, а у этого человечка своя база. Советники опять же мудрёные были. Одни эльфы эти проклятые чего стоили...
   - Эльфы? - заинтересовался Эрхан. - Первый раз слышу об этом.
   - Я и говорю - хитрые они твари, нелюди! Служить служили, а бумажки ни одной от них не осталось. Мне дед рассказывал, а ему его дед... Всё самое важное, юноша, из уст в уста передается, а бумажки горят и тонут. Слышал ли, в тот год, когда ты из дому смылся, пол секретного архива мыши изничтожили? То-то! А совет Искателей Истины? Его ж Эрлих утвердил, чтобы милость они творили, это потом они уже в тень ушли... А институт магический, ныне печально заброшенный? А школы по всему побережью? Где ж лучших-то искать, как ни в школах? А сейчас что? Взятку судье дал, он твое дело по-твоему повернул. С головой договорился - была школа для бедных, стала биржа морская да с рынком. Раньше бы за это - голову с плеч, но у нас же бабы столько лет во главе - как же им такой указ отдать - ведь они ж матери, жизнь дать умеют, а отнять - никак. И то ладно, что как Эрайна слегла, девки объединились, да и впряглись. На удивление, что-то у них получается, хотя опыта им не хватает, конечно. А сейчас и вовсе проблема - кто на ее место пойдет.
   - Да погодите вы с проблемой! Вы лучше про эльфов расскажите! Сколько эльфов-то было? Много? А имена не сохранились?
   - Да что эльфы - были да кончились... И было-то их двое всего. Один, конечно, хорош жук - жену-то он подыскал королю сам, Эрлих женится и не жаждал... Рейл его звали, а королеву - Рейлой, в его честь, стало быть. Говорили, дочка или племянница его.
   - Рейл... - Эрхан глубоко вздохнул. Все интереснее и интереснее.
   - А колечко у тебя, парень, интересное... Дорогое, гляжу колечко? - генерал внимательно рассматривал кольцо советника ордена с черным грифоном. - Где ж ты пропадал, если таким кольцом вернулся?
   Эрхан пожал плечами:
   - Побережье... Острова... Пустыня... Мертвое Кольцо... Да где я только ни был... В армии, между прочим, служил. У Харриана Белонского. Хороший он парень, честный. Был.
   - Был... А вот помощи бы вовремя попросил, может, и в порядке был бы.
   - А просил, - резко ответил Эрхан. - И гонцов посылал, да ни один не доехал. Я ведь тогда плюнул на все, да сам рванул, думал, только бы до ближнего города добраться, а там бы с головой-то договорился. Да где там! Подстрелили меня... свои же. Так-то. Меня потом один отшельник полгода выхаживал. Повезло мне. Остальным дурмана в пищу подсыпали и ночью перерезали.
   - Что же ты, сынок, раньше-то молчал? - вскинулся старик. - Мы ж тогда все окрестности на уши поставили, лишь бы понять, что случилось! Почему два города меж собой войну повели, почему народу полегло столько и, главное, почему до столицы дело дошло, когда уже тела считали?
   - Да уж будь уверен, дед, кому надо я все рассказал. А к главному преступнику подобраться никак.
   - Что же это никак? Где же он спрятался? Парень, ты давай этим делом займись, а я тебе подсказочку дам.
   - Заняться? Для чего? Пять лет прошло, людей не вернуть, хороших, между прочим, людей. А против виновника некому встать.
   - Как некому? А ты на что?
   - Я? А разве я там был? Член королевской семьи? Племянник королевы?
   - Ты да Харриан... Да не зыркай ты, живой твой Харриан, вытащили его. Нашлись люди. В монастыре он замкнулся. И еще некоторые живы, смогли пробиться. Только кто убийц нанял, понять не можем. Вроде бы просто все, князь этот опальный, да только уж очень он умер не вовремя. Ты, юноша, мне хвостик покажи, а мышь-то я вытащу. Кто ж у нас умник такой?
   - А кто поместье Харриана себе забрал? Горнин, правильно? Двоюродный братец, при Харриане первым приятелем бывший. А Горнин у нас чей сын?
   - Горнина-старшего, полагаю? Но Горнин-старший - верный слуга империи, я с его отцом воевал! Мальчик он положительный, да и за племянника искренне переживал! Мы его проверили... ай-яй-яй! Неужто ошиблись в нём?
   - У Горнина-старшего, кроме этого... еще четыре дочери и старший сын. Поэтому у Горнина-младшего есть немало причин сомневаться в ощутимости своего наследства... Но у Горнина-младшего была мать, умершая едва ли ни при его рождении, урожденная...
   - Урожденная бер-Госс, черт бы ее побрал... - побледнел старик. - А брат ее, Джан бер-Госс давний любовник Эйи! Как всё просто!
   - Не так уж и просто, - вздохнул Эрхан. - Горнин-младший же был близким другом Харриана, любимцем горожан, с бер-Госсами на брудершафт не пил. Наверняка в резне уцелел случайно, а Харриан его любил и сам своё поместье ему передал. А бунт, разбойники, якобы опальный князь... Уж его-то наверняка бы поймали... А так, мертвым нашли. Чтоб не болтал. И всё. Зачинщик мятежа мёртв. Хозяин поместья мёртв. Жена и дети... Я сам их хоронил. А поместье переходит к законному наследнику, близкому родственнику и задушевному другу. А те, кто хоть что-то подозревали, лежат в братской могиле на излучине реки.
   - Дело это взяла на себя Эйя, в очередной период интереса к семейным делам. Она... Она баба незлобная, только от мужиков очень зависимая.
   - Не злобная? - приподнял брови Эрхан. - Очевидно, она изменилась в лучшую сторону.
   - Ох! Ну скажем, не особо опасная. Предсказуемая. Не семи пядей во лбу. Но уж если сравнивать с Эрмой...
   - Если сравнивать с Эрмой, все кажутся гениями, - кивнул Эрхан. - Тьфу, и кто придумывает эти имена нечеловеческие? Ох уж мне эта традиция, язык сломаешь.
   В этот момент на городских часах пробило девять. Холл быстро заполнялся людьми. Эрхан оглянулся. У лестницы появились два огромных стража. Люди спокойно, без склок и суеты, выстраивались в очередь. Эрл кивнул первому и принялся допрашивать пузатого купца о цели визита. Эрхан не сомневался, что купец уже излагал всё это неоднократно. Молодой человек пробежался глазами по ряду просильцев. В основном, это были купцы, но попадались и мелкие помещики, и несколько стариков, и измученные женщины в белых вдовьих платах. Одна из них была на большом сроке беременности, и за юбку ее держался светловолосый мальчик. Была она одета по-вдовьи, придерживала большой живот, и ласково успокаивала сына, тем не менее, огромные усталые глаза на исхудавшем лице смотрели с тревогой, граничащей с паникой. Эрхан направился прямо к ней:
   - Не тяжело ли тебе, госпожа? - тихо спросил он. - Мальчика зачем с собой взяла?
   И получил вполне предсказуемый ответ:
   - Негде оставить, господин мой. У меня нет дома.
   - Откуда ты?
   - Из Саргоны, господин.
   От женщины веяло дикой усталостью. Эрхан видел, что она в полном отчаянии, что если бы не сын, она готова была лечь у дороги и умереть. Во всяком случае такой, явно заманчивый для нее образ, ясно уловило его внутреннее зрение.
   - Давно ли ты ела? А твой сын? - раздался за спиной женский голос.
   Эрхан оглянулся. Рядом стояла статная, роскошно одетая дама.
   - Госпожа моя! - женщина попыталась было упасть на колени, но Эрхан без труда удержал её. - Госпожа моя! Будьте милостивы! Мой сын...
   - Пойдем, - ласково сказала дама и взяла просительницу за руку. - Я накормлю вас.
   Дама вопросительно взглянула на Эрхана, склонив голову набок и сверкнув темными глазами из-под каштановой челки. Эрхан улыбнулся - одной из своих искренних улыбок.
   - Эмма-Ли! Не узнаешь?
   Дама нахмурилась, готовая метать молнии в нахала, столь дерзко обратившегося к ней, вгляделась внимательней и ахнула, схватившись рукой за грудь.
   - Ах ты... мерзавец! Откуда ты взялся? Живой! - Эрхан был уверен, что она готова придушить его в объятиях, но вынуждена сдерживаться в присутствии толпы. - Мальчика возьми, - наконец справившись с эмоциями, выдохнула она. - И на кухню.
   Эрхан и сам не против был перекусить. Подхватив на руки почти невесомого ребенка, он ободряюще улыбнулся его матери и двинулся следом за Эммой-Ли, которая выбрала из очереди еще несколько женщин и стариков и повела их на кухню. Некоторые отказывались, боясь потерять свое место. Эмма-Ли не настаивала. Остальные были так измучены, что едва не падали. На кухне их быстро рассадили на топчаны расторопные девицы в серых косынках, вручив каждому дымящуюся миску с похлебкой. Эрхану тоже сунули миску. Эмма-Ли хотела было возразить, но махнула рукой. Искоса наблюдая, как он с аппетитом поглощает пищу, на которую прежде и не взглянул бы, она принялась расспрашивать людей. Некоторым она предлагала придти в другой день, некоторых отправляла обратно, а одну женщину сразу же наняла на работу. "Беременная твоя" - шепнула кузина Эрхану.
   - Расскажи о своей беде, госпожа, - тихо обратился к женщине Эрхан.
   Женщина посмотрела на него внимательно, явно сомневаясь, имеет ли он какую-то власть помочь ей. Она была еще моложе, чем показалось Эрхану в начале. Очевидно, Эрхан выглядел убедительно, потому что женщина пожала плечами:
   - Ничего необычного, господин. Муж умер. Осталась одна с ребенком и беременная. Дом отошел старшему сыну мужа. Я сирота. Мой муж был уже в летах и женился на мне спустя много лет после смерти первой жены, когда его сын сам женился и ушел в свой дом.
   - Почему же старший сын не позаботился о тебе и своем брате?
   - Господин мой... Муж мой был хоть и не богатым, но и не бедствовал. Я же у чужих людей в приживалках жила. Взял он меня в жены из жалости больше, хоть я и красивой считалась. Нахлебники в доме никому не нужны, у старшего свои сыновья. А позаботиться... Что ж, он нас из дому не гнал, он мне нового мужа нашел, по закону он имел право распоряжаться, пока я дитё ношу, да я не согласилась.
   - Таааак... А новый муж чем не понравился?
   - В жены меня захотел Караха взять. Если господин когда в Саргоне бывал, слышал. Про него в Саргоне все знают.
   Эрхан покачал головой. Караху знали не только в Саргоне. Он был известный разбойник и злодей. Впрочем, Караха был далеко не так страшен, как про него молва шла, но репутацию кровожадного монстра старательно поддерживал. Лекс с Карахой был в приятельских отношениях, неоднократно у него гостил. Караха хоть и не был Искателем, но с Искателями старался не ссориться и даже иногда сотрудничал. В глазах молодой женщины, только что потерявшей мужа, да еще беременной, стать женой подобного персонажа было хуже смерти, хотя Эрхан не сомневался, что худо бы ей не было.
   - Много Караха за тебя заплатил? - поинтересовался он.
   - Две сотни золотом, - сгорбилась женщина.
   - Две сотни монет! Да на эти деньги можно в столице дом купить! С чего это Караха так расщедрился?
   - Молодая была, глупая, - хмуро ответила женщина, хотя Эрхан и не ждал ответа. - Надерзила ему однажды на рынке. Муж у меня был добрым человеком и много мне позволял, вот я и возомнила. Высоко взлетела, больно упала.
   - Да ты, я вижу, грамотна?
   - У учителя в доме воспитывалась. У него своих семеро было, но он меня никогда не обижал.
   - Почему из дома ушла? Пасынок гнал? - требовательно спросила Эмма-ли, подсаживаясь к ним.
   - Не гнал, - кротко отвечала женщина. - Грозился детей отобрать, если замуж не пойду, а меня насильно отдать - и уже не в жены, а в наложницы.
   - Получается, ты закон нарушила, опекуна своего волю не исполнила, да еще и ребенка без ведома старшего родственника мужского пола увела, - безжалостно подвел итог Эрхан. - Чего же ты хочешь, женщина?
   - Милости хочу, - прошептала она, вскинув на него свои огромные серебристые глаза. - Не для себя, для детей.
   - Вот что, - вздохнула Эмма-Ли. - Пойдешь сейчас вымоешься и отдыхай. Мы подумаем, чем можно помочь.
   Женщина наконец-то залилась слезами, но тут заревел и мальчик, и она сразу закусила губу. Эмма-Ли бережно, но твердо направила их к уже ожидавшей девушке.
   - Что скажешь, братец? - села она напротив Эрхана.
   - Красивая... - протянул Эрхан.
   - Дурак, - вскинулась тут же Эмма-Ли и рассмеялась. - Бедная девочка!
   - Глупая девочка, - поправил её Эрхан. - Жила бы у Карахи как принцесса, нет же, уперлась. Хотя пасынок тоже идиот и мерзавец. Продать её сразу после смерти мужа, да еще беременную, как имущество какое... А вообще с точки зрения закона ему нечего предъявить. Разве что долю в наследство младших детей отделить, да и то, если завещания не было.
   - А девочка, попадись она Эрне, пошла бы под венец как миленькая... - задумчиво протянула Эмма-Ли. - Наверняка пасынок уже и договор подписал, и денежки потратил. Стоит этому Карахе пальцами щелкнуть...
   - Ну пальцы Карахе в этом случае я пообломаю, - утешил ее Эрхан. - А девочку пока в монастырь отправим под защиту богини. Там и за мальчонкой присмотрят, и родить помогут. Пусть пока поживут, а там посмотрим, как жизнь повернется.
   - Хорошо, - легко согласилась Эмма-Ли. - А ты, братец, откуда Караху знаешь?
   - Я много кого знаю, сестренка, - улыбнулся Эрхан. - И, поверь мне, по большей части тех, кого мне знать не следует.
   - Откуда ж ты взялся такой просвещенный? - коварно поинтересовалась женщина, и вздохнув, добавила. - Похудел-то как...
   Эрхан от неожиданности поперхнулся, а затем расхохотался.
   - Откуда я взялся, я тебе обязательно расскажу, но потом. Сначала ты мне объясни, что тут за интриги крутятся вокруг престола.
   - Да какие интриги, - махнула рукой Эмма-Ли, за рукав выводя его с кухни. - Эрайна больна, а заменить ее некем. Прочили было Эрин, да она взбрыкнулась, говорит - для себя пожить хочу. Вот и остались Эрма да Эйя. Элайза еще, но всем хороша, да замужем.
   - А ты что же?
   - Я? Шутишь, что ли? Я ж мальчишек родила. Добро бы одного, а тут сразу парочку. Да и опасная я баба, в юности, видишь ли, неподобающе себя вела, да и теперь всюду суюсь и ерундой занимаюсь.
   - Двух мальчишек? За раз? Серьезно? - восхитился Эрхан.
   - Нет, шутки шучу, - огрызнулась Эмма-Ли. Видимо, в семье, действительно, это было поводом для упреков.
   - Эээ... прости за нескромный вопрос... А муж твой что? Ну, нормальный?
   Эмма-Ли улыбнулась ласково:
   - Муж мой замечательный человек, умный и добрый. Я с ним счастлива.
   - А Тариэль?
   - Что Тариэль? Эрхан, 17 лет прошло. Или 18? Неважно. Я уж и думать про него забыла. Да и рыбка не моя была. То есть, конечно, я его помню и желаю ему всяческих благ, да и Эрин моя умница и красавица, но сохнуть по нему я давно перестала. А что это ты вдруг спросил?
   - Да так... По старой памяти, - попытался выкрутится Эрхан.
   Эмму-Ли обмануть было непросто. Она тут же, как в детстве, схватила его за шею и принялась душить, приговаривая:
   - Отвечай, гаденыш, где ты его видел?
   Потом они, хохоча, ввалились в старую комнату Эрхана и развалились на кровати.
   - Забыла, значит? - отдышавшись, выдавил Эрхан.
   Эмма-Ли покраснела и пожала плечами:
  - Мне хотелось бы, чтобы у него все было хорошо.
  - Ну так у него все хорошо, - обрадовал ее кузен. - Он живет в свое удовольствие, ни в чем себе не отказывает.
  - Женился? - с любопытством спросила женщина.
  - Нет. Но дочку растит.
  - Дочку? - Эмма-Ли нахмурилась. - И давно ты его видел?
  - Да часа три назад, - честно ответил Эрхан.
   Эмма-Ли вздрогнула и встрепенулась, но почти сразу тряхнула кудрями.
  - Нет, - с сожалением протянула она. - Пожалуй, я не пойду его искать. Не думаю, что он будет рад меня видеть. Богат, говоришь? Купец, что ли? Или в аристократии?
  - Пират он.
   Эмма-Ли с недоверием посмотрела на кузена и снова залилась смехом.
  - Пират? Ой, мамочки! Этот... этот... франт, для которого неправильно завязанный галстук был поводом для истерики? Хотя я всегда знала, что это показное...
  - Мааааам?! - раздалось изумленно-возмущенное из двери.
   Эрхан и Эмма-Ли немедленно выпрямились и сложили руки на коленях.
   Эрхан еле сдержался, чтобы снова не заржать. Пожалуй, надо избавляться от привычек Лекса.
   В дверях стояла темноволосая девушка. Она была... она была пугающе похожа на отца. Узкое лицо, широкие брови, темные большие глаза, выразительный рот. Рот, пожалуй, достался ей от Эммы-Ли. Но в целом выражение её лица ее было весьма похоже на высокомерную маску древнего демона т?ига, как любил называть свой народ Тариэль.
   - Кто это? - требовательно спросило юное создание, указав на Эрхана.
   - Это твой дядя Эрхан, - представила его Эмма-Ли.
   - Дядя? - брезгливо поджала губки девушка, выразительно оглядев его наряд.
   - Хороша! - протянул Эрхан, не менее выразительно оглядев ее, и спросил у Эммы-Ли: В работный дом ты её не сдавала, я вижу?
   - Увы, - сокрушенно покачала головой кузина, - Не хватило решимости. Сама не понимаю, в кого она такая противная уродилась.
   - В отца, - уверил её Эрхан. - Он еще и не такие фокусы в юности творил.
   - Расскажешь? - радостно спросила Эмма-Ли, игнорируя хватающую воздух от возмущения дочь. - А вообще она на тебя похожа тоже.
   Эрхан кивнул. Похожа.
   - А говорила, умница и красавица, - упрекнул он кузину.
   - Красавица, - вздохнула Эмма-Ли. - И умница, три языка знает, в магии успехи выдающиеся были, но забросила... неуправляема и ленива.
   Девушка фыркнула и, взметнув юбкой, вылетела из комнаты.
   - Как ты с ней жестко, - удивился Эрхан.
   - Надоело, - отрезала Эмма-Ли. - И уговаривали ее, и грозились, и подкупить пытались - все равно никого не слушает. А та, его дочка, какая?
   - Милая. Умная. Добрая, - задумчиво ответил Эрхан. - И блондинка.
   Эмма-Ли помрачнела и тяжело поднялась.
   - Ты отдыхай пока. Я Эвара позову, подберем тебе костюм.
   - А про работный дом я серьезно, - крикнул ей вслед Эрхан.
   - Отправляй, - ответила Эмма-Ли. - Отдаю ее тебе на растерзание. Сделаешь из нее королеву - что хочешь проси.
  
   ***
  
   Славное потомство оставил Эрлих, - сумрачно размышлял Эрхан, разглядывая свое семейство. Эвар, пожалуй, был неплох - "юноша бледный со взором горящим". На Эрхана он глядел с некоторой опаской. Эрайна, ради него поднявшаяся с постели, выглядела неважно, но отнюдь не так плохо, как он думал. У него сложилось стойкое убеждение, что старушка просто устала и нормальный отпуск легко поставит её на ноги. Эрма болтала и смеялась невпопад, как и тогда, когда она была ребенком. Замуж она не вышла. Душевные болезни не обходят и королевские дома. Эрма по развитию была на уровне семи- восьмилетнего ребенка. Эйя была очень красива, холеное лицо её было искусно накрашено, а платье отличалось несколько вычурной элегантностью и рискованным вырезом. Она-то говорила в тему, была любезна и сдержана с Эрханом, почтительна с королевой и почти не кокетничала со своим бер-Госсом, который тоже присутствовал за столом. Она сообщила Эрхану, что свадьба их - дело уже решенное, и она очень рада, что теперь вся семья может присутствовать на ней. Смотреть на нее внутренним зрением Эрхан опасался. Она не просто ненавидела его, явившегося так не вовремя, она уже готова была его уничтожить. В то же время он ощущал некоторое ее облегчение, которое не мог внятно объяснить. Бер-Госс никакого облегчения не испытывал. Он разглядывал Эрхана с брезгливым недоумением, как ученый рассматривал бы лягушку, отчего-то пытавшуюся избежать препарирования. В то же время он был добродушен и всеми силами пытался если не завоевать его расположение, то разузнать, чем же он всё-таки столько лет занимался, неужели только учился? Элайза, сидящая рядом со своим мрачным мужем, была несколько беременна. Двое ее дочек, не достигших еще 10 лет, с интересом разглядывали новоявленного дядюшку. Муж Элайзы, вызывающий явное неодобрение Семьи, Эрхану показался весьма здравомыслящим человеком. Во всяком случае, девочек звали Мара и Харра, что категорически противоречило семейной традиции. Эмма-Ли угрюмо ковырялась в своей тарелке. Её супруг, и раньше, по словам королевы, не высказывающий интереса к делам государственным, находился в своем имении вместе с детьми. Старшая из дочерей ее величества, Эспера, мать Эммы-Ли и Эйры, не изволила покинуть свой монастырь, куда она удалилась много лет назад. Эсма сидела молча, с сыном разговоры не заводя. Средняя дочь королевы, Эсмеральд, мать Эвара и Эрмы, несколько лет назад умерла. За годы отсутствия Эрхана скончалось также не меньше дюжины тетушек её величества, что, конечно, объяснялось их преклонным возрастом. Если королеве было уже глубоко за 70, то их возраст приблизился бы уже к сотне. Только генерал Эрл был бодр и весел в свои 90, с энтузиазмом расспрашивая Эрхана про его странствия. Ах да! Эрин. Эрин была одета в белое платье. Она ела молча, но глаза ее внимательно блестели. Эрхан был уверен, что она не пропустила ни слова. Несколько раз Эрхан обратился к ней на приморском наречии и на языке страны Руху, и она весьма удовлетворительно ответила ему.
   Как только королева поднялась из-за стола, мгновенно подхваченная под руку специальным пажем, все присутствующие отложили вилки. Еще не подавали десерта, и не все закончили трапезу, но - королева изволила закончить обед. На взгляд Лекса, это было дико и неправильно, поэтому он есть не перестал, даже когда Эмма-Ли чувствительно толкнула его в бок.
   Эрайна же, гневно взглянув на внука, резким голосом приказала ему следовать за ней. Лексу очень хотелось не послушаться и посмотреть, что будет, но Эрхан встал, тщательно сложил салфетку и церемонно поклонился.
   - А ты дерзкий юноша, - упрекнула она его, опершись на его руку. - Проводи-ка меня до покоев.
   - Да, бабушка, - покорно ответил Эрхан.
   - Ума не приложу, как моя дочь ухитрилась родить столь разных детей, - ворчала королева по дороге. - Эмма-Ли такая умница, а Эйя - просто позор семьи.
   - Ну Эмма-Ли тоже не одуванчик, - пробормотал Эрхан.
   - Во всяком случае, Эмма-Ли родила ребенка от достойного человека! Я всегда говорила, что семье нужна свежая кровь! Все эти аристократы... Мы вырождаемся! Только взгляни на Эрму! А Эвар?
   - Мне он показался вполне здравомыслящим человеком, - осторожно заметил Эрхан, усаживая старушку в кресло.
   - Здравомыслящим? - фыркнула королева. - Он слабак! Он ни разу в жизни не сделал что-то неправильное! У короля должно быть собственное мнение!
   - Если дело только за этим, я готов стать королем, - усмехнулся Эрхан.
   - Размечтался! У нас наследие по женской линии.
   - Этот закон давно пора пересмотреть.
   - Не в мое царствование... Я уйду на покой и делайте что хотите. Сам-то ты чем хочешь заниматься?
   - Вообще-то я хотел бы быть королем. Но если это невозможно, я хочу получить пост первого советника.
   Старушка хрипло расхохоталась.
   - Ты пропадал неизвестно где два десятилетия, а теперь как ни в чем не бывало, заявляешься домой да еще требуешь пост первого советника? Не слишком ли круто, юноша? Да ты должен быть благодарен, что тебя не посадили в каземат для выяснения обстоятельств! Кто знает, какие преступления ты совершил? Что же ты о себе воображаешь, щенок?
   Эрхан равнодушно пожал плечами:
   - В ситуации, сложившейся сейчас в семье, я не просто не лишний, я - ключевой игрок. Королевой станет либо глупышка Эрма, либо Эйя, о моральных качествах которой я промолчу. Эрмой легко управлять, но она сама не способна принимать решения. Отдать престол Эйе - все равно, что передать его бер-Госсу. С одной стороны, бер-Госс не самая плохая кандидатура, если не брать в расчет достаточно мерзкое преступление, о котором знаю я и еще несколько людей. Знает о нем и Эйя, но предпочитает прикрывать своего любовника. Идеальным решением было бы передать престол Эрин, но девочка слишком упряма даже по вашим меркам. Держу пари, что моя мать и Эмма-Ли, да и генерал Эрл предпочитают Эрму. Однако Вы все же склоняетесь к Эйе. Итак, что мы имеем? Один, но королевский голос против как минимум трех голосов. Держу пари, что еще не закончится вечер, как пост первого советника будет у меня в кармане. Однако я могу просто развернуться и уйти, оставив все как есть, и тогда в семье не останется человека, реально оценивающего положение в стране.
   - Реально оценивающего? Почему ты думаешь, что разбираешься в политике лучше меня, сорок лет правящей этой страной?
   - Во-первых, ваше величество, вы внутри, а я был снаружи. А во-вторых, я вижу людей.
   Старуха с азартом хлопнула по коленке.
   - Дар! Конечно, я надеялась на Эрин, у нее тоже дар, но не слишком выдающийся. Насколько ты силен, дружок?
   - Очень силен, - поморщился Эрхан.
   - И как же ты видишь меня?
   - Достаточно ясно, чтобы понимать, что ваша "смертельная" болезнь высосана из пальца, а Хорий Жизнь дающий - ваш старинный друг, охотно вам подыгрывающий. Больше всего вам хочется уйти на покой и заняться... рыбалкой? Какое странное увлечение для леди вашего возраста... И... все таки Эрин. Да, и еще вам хочется стукнуть меня палкой...
   Эрайна заулыбалась.
   - Мальчик мой, ты действительно сокровище! Я и раньше подозревала, что ты талантлив, но теперь убедилась сама. Маги, давшие тебе рекомендации, не льстили.
   - Маги? Рекомендации?
   - Неужели ты думал, что можешь скрыться от семьи на долгие 17 лет? Конечно, несколько лет назад ты исчез бесповоротно, но первые годы мы должны были быть уверены в твоей безопасности.
   Эрхан скрипнул зубами. Чертовы глупцы! Он прилагал столько усилий, чтобы скрыться, а эти болваны наверняка в первую очередь направляли послание его мамочке: "Ваш мальчик у меня. Проявляет успехи в химии".
   - Отдайте мне Эрин, - наконец выдавил он.
   - Что значит "отдайте"? - деланно удивилась королева. - Что ты собираешься с ней делать?
   - Воспитывать. Учить. Показывать.
   - За пределами дворца?
   - Для начала я провезу ее по стране. Познакомлю с реальной жизнью.
   - Что ж, звучит разумно. Что ты хочешь взамен? Кроме поста советника, конечно. Это будет решать королева.
   - Я хочу людей. Возможности возвысить своих людей. Правосудия для мерзавцев. И в первую очередь, я хочу бер-Госса. Он мне задолжал.
   - Да.
  ***
   Здесь больше не росла трава по пояс. Деревья, окружавшие чудесную некогда долину, были мертвыми, почерневшими от огня. Река, делавшая здесь крутой, почти идеально-полукруглый изгиб, журчала невесело. Долина сплошь поросла высокими ядовито-розовыми цветами. У леса еще сохранились обугленные скелеты домов.
   - Что это? - потрясенно выдохнула Эрин. - Что здесь произошло? Сражение? Битва?
   - Убийство. Здесь стояло войско Харриана. Идеальное место - с двух сторон река, с одной лес, за спиной деревня. Если бы враг шел со стороны луга, его бы заметили сразу. Если бы смог пробраться через лес, подняли бы тревогу в деревне. Река же здесь глубока и быстра. Идеальное место, чтобы несколько недель держать оборону. Через лес, кстати, далеко не уйдешь. Леса здесь дремучие. Можно неделю идти, не выйдешь. Даже местные далеко не заходят, боятся лесных духов.
   - Не бывает никаких лесных духов, ты все выдумываешь.
   - Я и забыл, что ты у нас самая умная. Поехали.
   - Куда? Ты же сказал, что через лес не пройти.
   - В гости к духам. Мы же ищем свидетелей преступления. Кто, как ни духи, знают больше всего об этих местах?
   Девушка фыркнула возмущенно. Уже третью неделю они расспрашивали местных жителей. Эрхан решил делать два дела одновременно - показать Эрин страну и найти неоспоримые доказательства вины бер-Госса и его племянника. К радости Эрхана, девушка имела дар, близкий к его. За короткое время под его руководством она научилась слышать истинные слова людей и улавливать их чувства. Поскольку большую часть дара Эрхан развивал самостоятельно, он учил Эрин полагаться в первую очередь на интуицию. "Приложи усилия. Сосредоточься. Поставь себя на место интересующего тебя человека, думай как он" - учили Лекса на первом курсе магического института (дальше первого курса он не проучился - не хватило денег). "Расслабься и получай удовольствие, - учил Эрин Эрхан. - Будь благожелательна. Захоти помочь человеку выразить мысль. Разве не бывает, что при разговоре с близким человеком ты заканчиваешь его фразу даже более верно, чем он может выразить? Запомни это ощущение и постарайся удержать его".
   Девушка быстро научилась улавливать мысли собеседника. Более того, она видела не только эмоции и чувства, излучаемые в настоящее время, но и следы прошлых переживаний, что для Эрхана было почти непостижимо. Вот и теперь, у реки, она сжимала голову руками, не в силах вынести "эти крики". Эрин казалось, что поле заполнено туманом неупокоившихся душ. Эрхан был искренне благодарен судьбе за отсутствие подобной чувствительности. В лесу было не лучше. Девушка шарахалась от каждого куста, каждой тени.
   - Медведь! Я уверена, что здесь был медведь! - бормотала она. - А здесь кого-то убили.
   - Эрин! Я сколько раз тебе говорил - закрывайся! - ты же с ума сойдешь, если будешь реагировать на все эмоции, которые когда-либо проявлялись! Да здесь за сотни лет под каждым кустом кто-то либо помер, либо родился!
   - Точно, - с энтузиазмом подтвердила Эрин. - Вот у этой сосны не дальше луны кто-то, кажется, продолжал род!
   Эрхан только беспомощно рассмеялся. Эрин менялась с каждым днем. Она расцветала. Видно было, что её тревожили способности видеть людей, особенно когда она не могла отличить временных, ярких, но недолговечных эмоций от истинных, глубоких. Конечно, она была уверена, что всех раздражает, всем мешает, да еще медленно сходит с ума. Теперь же поток магии, прежде надежно сдерживаемый сознанием, тек легко и свободно, не мучая ее сны завихрениями кошмаров. Сны ее стали легки, взгляд прояснился, появился аппетит. Лекс развлекал ее различными поучительными историями из своего детства и странствий, рассказывал о романе Эммы-Ли с Тариэлем, попутно показывая королевские владения и расспрашивая каждого встречного о его жизни.
   Выглядел молодой человек весьма представительно. Длинные волосы, более подходящие вечному бродяге, были теперь острижены коротко и модно. Никаких головных уборов, или, боги упаси, шляпы с перьями, Эрхану по рангу не полагалось. Темно-зеленый бархатный калот был расшит золотой нитью и украшен мехом - лето закончилось, и по ночам уже ложился иней. Дюжина сменных рубашек тонкого полотна непременно сдавалась в стирку в каждой деревне. Замшевые бриджи из безумно дорогой кожи какого-то заморского животного были мягче шелка, но прочнее толстой драконьей кожи. Сапоги были срочно сшиты на заказ. На случай непогоды в котомке лежал свернутый плащ из мягкой шерсти, зачарованный от дождя и ветра. Эрин была одета не менее роскошно. Мягкие брючки и калот были копией наряда Эрхана, только темно-голубого цвета, на голове ее красовалась кокетливая шапочка с пером белой цапли, и короткий светлый плащ был украшен белым мехом и подбит ярко-синим шелком. По лошадям было видно, какие важные люди путешествуют. Лошади были хороши - снежно-белая без единого пятнышка кобылка Эрин и крупный пегий жеребец у Эрхана. Денег у них с собой было достаточно, полномочия неограниченные, поэтому Эрхан в каждой встречной деревне вершил суд и принимал разные жалобы, заставляя племянницу вести подробные записи.
   Еще в начале путешествия он подробно рассказал ей о резне в Белоне и о роли бер-Госса в этой нехорошей истории. И по мере приближения к Белоне они собирали сведения. Люди сочувствовали Харриану, оплакивали его жену и детей, проклинали подлого князя Варна, вероломно напавшего на поместье и осторожно рассказывали о новом господине. Что удивительно, не жаловались. Похоже было, что Горнин заботился о своем поместье и не обижал людей. "Как же это получается, - удивлялась Эрин. - Лучшего друга, названного брата подло убил, его поместьем обманом завладел, а народ им вполне доволен!"
   "Не все в мире делится на черное и белое, - объяснял Эрхан. - Самые ужасные злодеи, совершившие немало преступлений, могут быть добрыми отцами и хорошими семьянинами. Гордец может стать мудрым с годами, а мудрец - себялюбивым тираном. Убийца и грабитель спасает из пожара ребенка и сам не может объяснить свой поступок, а герой равнодушно пройдет мимо умирающей старухи. Мы с тобой обязательно съездим к Карахе - грозе всего побережья. За ним числится немало преступлений и разрушенных судеб. Этот человек - глава преступного мира. Без его позволения не будет ограблена ни одна лачуга, и купцы покупают его охранную грамоту гораздо охотней, чем государственную. Им проще заплатить часть, путь даже до 25%, чем лишится всего товара, а то и жизни. Тем не менее Караха безумно любит детей - своих, разумеется, и готов обеспечить любую женщину, согласную родить ему ребенка. У него трое жён и более 20 детей. Он знает их всех по именам и каждому уделяет внимание. Многие из достойных граждан не готовы принять одного своего ребенка, выгоняя прочь беременных от них служанок или заставляя их избавляться от плода. Не суди сгоряча. Горнин, безусловно, преступник, но это не мешает ему быть хорошим хозяйственником. Умный пастух заботится о своих овцах, чтобы не потерять прибыль. Умный помещик заботится о своих крестьянах, потому что сытый работает лучше, чем голодный, и имеющий хороший дом не уйдет искать лучшей доли к соседу".
  
   - Стой! - скомандовал Эрхан. - Дальше не пойдем.
   Эрин с облегчением опустилась на поваленный ствол дерева. Шутка ли - почти весь день брести по лесу, продираясь через кусты, смахивая липкую противную паутину, перешагивая через коряги. Эрхан хотел добраться до цели пока не стемнело, чтобы не ночевать в лесу, поэтому шли без привалов. Девушка вытянула гудящие ноги и застонала - ноги тут же свело судорогой. Эрхан несколько раз прокричал совой, поворачиваясь в разные стороны.
   - Устала? - сочувственно спросил он племянницу.
   Девушка молча, но очень выразительно посмотрела на него. Хамить и ругаться сил у нее не было.
   - Ба, да это же наш стрижёнок! - раздался позади Эрин насмешливый бас.
   Эрхан смерил появившегося надменным взглядом.
   - Выбирай выражения, лесник, - процедил он сквозь зубы. - А не то бока наломаю, век помнить будешь.
   - Этот наломает, поверь, - раздался бас совсем с другой стороны, откуда вроде и появиться никто не мог. - Он мне однажды так накостылял, что я неделю пошевелиться не мог!
   С разных сторон появились огромные заросшие мужики в медвежьих шкурах. Эрин тихо пискнула и попыталась сжаться в комочек. Тот же, который чуть больше, принялся сжимать в объятиях Эрхана, но вдруг охнул и отскочил в сторону, чуть не упав.
   Эрхан же, потирая помятое плечо, как ни в чем не бывало пояснил Эрин:
   - Эти олухи - два братца, сыновья моего спасителя Корявого Ствола, Медвежье Ухо и Маленькая Тучка.
   - Большая! - взревел один из братьев. - Большая Туча!
   Второй брат довольно загоготал.
   - Большая глупая Туча, - согласился Эрхан. - А это моя племянница Эрин.
   Великаны уставились на Эрин с искренним удивлением. Было видно, что они раньше попросту её не заметили. Эрин покраснела от столь пристального внимания.
   - А я думал, это мальчик, - брякнул один.
   - Красивая, - изумленно выдохнул другой, пальцем осторожно коснувшись каштанового локона девушки.
   - Ты на этих болванов внимания не обращай, - хладнокровно посоветовал девушке Эрхан. - Они женщин отродясь не видели. Откуда в лесу женщины? Разве что девицы, собирающие грибы, заблудятся. Просто будь с ними построже. Парни они малость не сообразительные, но слабого не обидят.
   - Ты, стрижёнок, не болтай попусту, - сердито зарычал один из них. - Мы и в деревне бываем, и до города пару раз добирались. Нечо нас при девушке срамить!
   Эрхан (а скорее Лекс) неожиданно взметнулся и оказался за спиной у говорившего. Через мгновение он уже обнимал громилу за шею одной рукой и поигрывал кинжалом у его уха.
   - Я же просил выбирать выражения, - холодно произнес он.
   - Отпусти его, Барсук, - попросил старший. - Позже разберетесь. Хорошая драка на ночь глядя не затевается.
   Лекс кивнул и проворно отскочил в сторону, с легкостью увернувшись от огромной лапы.
   Братья нырнули в кусты, жестом позвав за собой Лекса и Эрин. Последовавшая за ними девушка с удивлением обнаружила довольно ровную тропинку. Уже через полчаса она вышли на широкую поляну, на которой стоял большой деревянный дом, не дом даже, а терем. Рядом был разбит большой огород, приветливо журчал из земли ключ, по огороженному дворику разгуливали жирные гуси и курицы. Эрин только глазами хлопала.
   На пороге их встречал сам хозяин - высокий и крепкий старик.
   - Добро пожаловать, друзья дорогие! Сегодня у нас день гостей, - степенно приветствовал он их. - Хитрый Барсук, ты изменился! Леди, добро пожаловать! Две прекрасные дамы под одной крышей - такого чуда мой дом никогда не видел.
   Эрхан насторожился. Корявый Ствол не отличался особым гостеприимством. Как бы не было беды. Только бы Северный Ветер не выбрался навестить старого друга! Знакомить отца и дочь Лекс был не готов. Ему нужна была королева, а не новый матрос на пиратский корабль. Однако женщина?
   - Лекс, мальчик мой! - раздался радостный голос, от которого Эрхан слегка сморщился. Как же некстати сейчас были для него все эти учителя, обожавшие его!
   - Волшебник Корт, - сдержанно поклонился Эрхан, но был тут же заключен в жаркие объятья.
   Эрин с интересом разглядывала мужчину, столь бурно приветствовавшего ее дядю. Среднего роста, гладко выбритый, с растрепанными рыжевато-каштановыми кудрями и яркими зелеными глазами, окруженными морщинками, он вовсе не походил на волшебника. Скорее он был похож на фермера. И одет он был как фермер среднего достатка - рубашка, жилет с множеством карманов, кушак, широкие штаны, заправленные в невысокие сапожки.
   - Корт, отпусти мальчика, - окликнула волшебника женщина, выглянувшая из двери, и мужчина немедленно послушался.
   Женщина была очень красива. Стройная, в черном платье, расшитом золотыми нитями, с огненно-рыжими волосами, убранными в замысловатую прическу, она с интересом разглядывала Эрин - потную, усталую и перемазанную в смоле. Эрин было очень неловко.
   - Здравствуйте, - приветливо улыбнулась ей женщина. - Я Коранна, жена волшебника Корта.
   - Эрин, наследная принцесса империи, - склонила голову девушка.
   Коранна явно была потрясена, хотя изо всех сил старалась этого не показать. Лекс еле сдерживал смех, увидев, как вытянулись лица у Большой Тучи и Медвежьего Уха. Корт Неугомонный тоже выглядел озадаченным.
   - В самом деле наследная принцесса? - удивился он. - Но Лекс никогда... Впрочем, понятно почему. Что же мы стоим? Пройдемте в дом!
   - У нас сегодня праздник, - сообщил Эрин Корявый Ствол. - Ужин готовили волшебник Корт и его жена. Это вам не вареная медвежатина.
   - Не обращайте на него внимания, - подхватила Эрин под руку Коранна. - Он готовит медвежатину просто отменно. А вам я советую попариться в баньке. Пойдемте, я все вам покажу.
   Уже через несколько минут женщины болтали как старые подружки. Баня, куда несмотря на сопротивление, затащила Коранна Эрин, взбодрила девушку. Коранна уложила ей волосы, привела в порядок единственное платье и выпросила янтарные серьги, взамен предложив чудную, расшитую бисером шаль. В столовую они вошли как сказочные принцессы. К их удивлению, хозяин и его сыновья были одеты весьма прилично. Братья (как выяснилось, близнецы, хотя Эрин была уверена, что Медвежье Ухо чуть старше) были чисто выбриты, причесаны, их волосы оказавшиеся светло-русого цвета, были завязаны сзади. Они не надели рубашек, но кожаные безрукавки были украшены великолепной ручной вышивкой. На руках были широкие, расшитые речным жемчугом и бронзовыми бусинами браслеты. Замшевые брюки были заправлены в высокие сапоги.
   Хозяин и вовсе выглядел светским человеком в красивом длинном бархатном камзоле, лиловом с золотыми галунами. Длинные седые волосы были заплетены в косы. Было понятно, почему он получил такое странное имя. Его торс кренился вправо, одно плечо было выше другого, и он заметно прихрамывал. Как сообщил ей Эрхан - вследствие схватки с медведем, в которой был поврежден позвоночник.
   Даже волшебник Корт был одет вполне прилично - в бархатный черный костюм и сияющие лаком туфли. Когда Эрхан полюбопытствовал, для чего он приволок с собой в лесную глушь такую роскошь, Корт невозмутимо ответил, что его гардеробом занимается жена, и он не вмешивается, и сразу же перевел разговор на своих чудных птичек.
   Птички, привезенные Кортом в дар лесникам, действительно были очень интересны. Это была пара крупных черных воронов с длинными блестящими сталью клювами. Они были разумны в той мере, чтобы понимать указания, и обладали феноменальной памятью. Любой из них мог пересказать разговор, услышанный несколько лет назад. В качестве лесных разведчиков они прекрасно подходили и не вызывали подозрений. Кроме того, они были значительно выносливей разумных стрижей, и хотя уступали в скорости, но могли за себя постоять. Их крепкий клюв мог при определенном везении даже расколоть голову человека.
   Вдоволь наслушавшись, Лекс наконец задал вопрос, давно его интересовавший:
   - Корт, а ваши планы насчет летучих людей... Вы ведь достигли определенных успехов?
   - Увы, достиг, - помрачнел Корт. - Однажды, не иначе как чудом, мне удалось соединить в нужном порядке геном человека и грифона. Интересное это словечко - геном... Меня Северный Ветер научил... К тому времени я получил столько нежизнеспособных существ, что поклялся прекратить эксперименты. Но один из зародышей все же выжил и развивался удовлетворительно. Однако и тут меня подстерегал рок - на поселение грифонов обрушился страшный мор. Я думаю, сама природа ополчилась на меня за столь дерзкий опыт. Я поспешил увезти ребенка. Мне хотелось добраться до своего поместья... Вы знаете, я выкупил по случаю один из прекрасных островков близ Южного побережья -идеальное место для моих опытов... Но злой рок продолжал преследовать меня. На корабль постоянно обрушивались бури, дважды мы чуть было не сели на риф... Под конец на нас напали пираты, да не просто пираты, а сам Морган Кровожадный. Я тогда ребенка прямо в люльке в море спустил, а сам не успел... Кажется, я там устроил неплохую драку... Моя дорогая Коранна меня тогда спасла. Она была среди Морских Ястребов. Оказывается, они охотились за Морганом, захватившим королевский груз, уже несколько недель. Отсюда и бури. А ребенка я так и не нашел, хотя мы с Коранной прочесали всё побережье. Увы... если бы я не был столь поспешен, то не погубил бы свое единственное дитя.
   - Эта история просто потрясла Корта, - грустно сказала Коранна. - Он был в таком отчаянии, что вернулся к грифонам и жил там безвылазно почти пять лет. Я искренне надеюсь, что ребенок каким-то чудом все же выжил...
   - А если бы с девочкой было все в порядке, она смогла бы летать? - поинтересовался Лекс.
   - Теоретически да, - вздохнул Корт. - А может быть, и нет. Кто знает... Нормального размера, способного поднять ее в воздух, крылья достигли бы годам к 10-11, по моим расчетам. А вообще я понял, что главной моей ошибкой была попытка вырастить человека в яйце. Вот если бы можно было бы сделать это in-viro...
   Корт с надеждой взглянул на жену. Она же только вздохнула.
   - Давай для начала родим нормального ребенка и посмотрим, что получится, - похлопала она себя по животу. - А потом уже будем мечтать о крылатых детях.
   Братья-лесники трогательно ухаживали за Эрин - подливали ей воды (спиртное Корявый Ствол не признавал категорически, а главным напитком считал ключевую воду) и ягодного морса, наперебой предлагали ей заморских, привезенных Кортом апельсинов и персиков, отрезали пирога, испеченного Коранной. Их простота и наивные комплименты, столь отличающиеся от витиеватых речей, исполненных скрытого смысла, принятых во дворце, радовали ее сердце. Как хорошо было здесь, среди леса, вдали от вечной суеты, от сплетен и интриг! Однако к концу вечера выяснилось, что все было не так хорошо. Нынешний владелец деревни обложил их непомерным налогом, угрожая вырубить лес. В народе стали поговаривать, что в лесу лютуют черные колдуны, таскают детей, наводят порчу.
   - С одной стороны, мы можем сидеть в лесу и не высовываться, - объяснял Корявый Ствол. - Рано или поздно нас оставят в покое, просто забудут. Только так и одичать недолго. Вон мальчиков уже за медведей принять можно. Без книг, без оружия нам тяжело будет. Мальчикам жениться пора. Где им жен брать? Неужто воровать? Лес только тех примет, кто добровольно придет. Уйти нам из леса тоже нельзя. У леса должен быть хранитель. Песню по весне петь, природу пробуждать. Ключ наш чистить надо, засыплет его листьями, затянет землей - и река иссякнет. Река иссякнет - деревня погибнет. Опять же зверей лечить, когда нужно. Тут дел много... Но и хранителей много быть не должно, один или два - и хватит. Нечего тут село строить. Ведовство хранителя тайное должно быть, иначе силу потеряет.
   Лекс начал зевать, а Корявый ствол завел беседу про то, как он Лекса нашел пришпиленным арбалетными болтами к дереву. Эрин послушно принялась записывать, махнув ему рукой - сама, мол. Лексу воспоминания радости не доставляли, поэтому он удалился на 2-й этаж - в спальню. Однако далеко ему уйти не удалось. За дверями его взяла за грудки рыжеволосая женщина.
   - А ну, красавчик, рассказывай, что знаешь! - потребовала она.
   - О чем ты?
   - О девочке. Про дочку Корта рассказывай, не юли. Не зря ты разговор завел. Да и сразу знал, что девчонка. Живая, значит?
   - Живая. Выловили её.
   - Ну слава богине! Корт до сих пор простить себя не может. Где она сейчас?
   - А тебе зачем? У вас скоро свой ребенок будет, рано или поздно Корт утешится.
   - Ребенок Корта - мой ребенок, - прошипела Коранна. - Неужели ты думаешь, что я от него это скрою? Спрашиваю еще раз - где она?
   - Забрать хочешь?
   - Конечно! С родным отцом ребенку будет лучше, чем с чужими людьми.
   Взвесив все за и против, Лекс решил сказать правду. Тариэль все равно был уже на полпути к проливу в Северное море. Он хотел испробовать новое изобретение и перетащить корабль по ледяным торосам. Проход открывался только через пару лет.
   - Её выловил твой любимый враг - Северный Ветер.
   Коранна застонала и пару раз стукнулась головой об стенку.
   - Этого мне только не хватало. У нас и так с ним война... Что он с ней сделал?
   - Воспитывает как свою дочь. Между прочим, очень ее любит. А если дочка Корта - твоя дочка, то у вас с Та... с Северным Ветром общий ребенок...
   - Дьявольщина! Этого-то мне и не хватает для полного счастья! Как же мне её теперь достать? Корту, конечно, придется его убеждать самому.
   - Ничего не выйдет. Северный Ветер уже в Северном море... Сама понимаешь - это надолго.
   - Он взял её с собой? Ты её видел? Какая она?
   - Она крылатая...
   - А еще?
   - Блондинка. Кудрявая такая. И очень сильная. В ней магии немеряно. Она прямо хлещет этой магией! А так... Маленькая, худенькая, хорошенькая. Любопытная и озорная, как любой ребенок.
   - Ох! Как бы я хотела такую дочку, - вздохнула Коранна. - Пожалуй, я пока не буду рассказывать Корту, чтобы не тревожить его лишний раз.
  
   ***
  
  Коранна:
  - А когда я очнулась, на меня смотрело самое невозможное существо! Больная пушистая кошка, знаете, как на помойках - серо-полосатая - с птичьей головой и крыльями. Я тогда подумала, ну все, уже миражи пошли. Вроде еще суток не прошло. И так, знаете, благожелательно спрашивает: "А вы тут по делу лежите, или просто так? Вы не подумайте, я не любопытный, но вдруг вам помощь нужна?" А я такая говорю: "Дожили! У всех миражи как миражи, а у меня ерунда какая-то! Ладно б колодец привиделся, или караван какой, а тут кошкоптицы говорящие...". Как он оскорбился! Аж хвост дыбом! "Я, - говорит, - Грифон! Совершенное создание! А то, как Вы меня обозвали, слово ругательное, и попрошу впредь его не употреблять! Всего хорошего!". И тут я поняла, что это не глюк. Позвала. Извинилась. Говорю, простите-извините, многоуважаемый грифон, это у меня солнечный удар. Я и представить себе не могла, что на белом свете существуют столь совершенные создания! А лежу я тут не по делу и не для удовольствия, а потому что один нехороший человек меня здесь положил и ушел. Мне бы оковы снять, а там что-нибудь придумаем. А он мне: "А нам с людьми дела иметь не положено. Но я попробую Вам помочь, не бросать же Вас здесь, в самом деле! Это не эстетично! Помрете, пахнуть будет плохо, стервятники опять же..." И ушел. В смысле улетел. Я думаю, ну точно, Коранна, с ума сошла. Нет, вечером вернулся, когда уже стемнело и стало жутко холодно. Я еще подумала, что умру от воспаления легких куда скорее, чем от жары. Здрасьте, говорит, вот я вам человечка привел. Смотрю - ба! Да это ж Корт! Ну все, точно глюки, подсознание, оно такое. А может, я вовсе и не в пустыне, а просто меня Рейль... в смысле, Северный Ветер, чем-то опоил?
  Корт:
  - Меня Хорр, грифон-дозорный, в пустыню потащил. Ничего не объяснил, сказал - дело есть. Я пока шел, весь вспотел. Да еще и вышел в чем был, штаны короткие, сандалии да рубашка рваная, а что, проветривается... У грифонов такие заскоки бывают, могут полпустыни пройти ради какой-то необычной улитки. Ну иногда череп какой находят или змею дохлую, так как курицы начинают кудахтать. Я у них там как жилетка был, они мне всё жаловаться ходили. Прихожу, значит, а там камень такой здоровый, я еще раньше его видел, думал, откуда такое чудо посреди пустыни, и на много километров - ни воды, ни деревца. А там под камнем лежит кто-то. Я думаю, ну все, труп отыскал. Потом вижу, волосы рыжие, знакомые - чуть не поседел. На колени бухнулся, а она на меня смотрит своими глазищами! Живая!
  Эрхан:
  - А Тариэль наутро с изумлением увидел на камне нехорошее слово, выведенное тем самым золотом, из которого оковы были. Байл, уговоривший его забрать из пустыни девушку, долго ржал, что теперь камень объявят святым местом всякие хулиганы.
  
  ***
  
   Эрхан и Эрин приближались к белонскому поместью. Девушка в последнее время была задумчива и молчалива. У них было достаточно доказательств, чтобы отправить бер-Госса и его племянника на плаху. И Горнин, кстати, выглядел рядом с дядюшкой едва ли не святым. Бер-Госс успел наворотить много дел, и никто не смел поднять против него голос. Эрхан же, являясь членом совета Искателей, обращался напрямую к членам общества, в большинстве своем людям весьма осведомленным. В то же время, будучи племянником королевы, он мог гарантировать не только защиту, но даже полное неразглашение информации.
   Уже у самого поместья, там, где начинались изгороди, он свернул с основной дороги. На пригорке, у большой яблони, он преклонил колени и долго молился. Когда он встал, глаза его были полны слез.
   - Здесь я похоронил жену и детей Харриана. Они были убиты во время первого налета на поместье. Мальчику было всего два года. Девочке почти 8... Харриану до последнего не осмеливались сказать об этом.
   Эрин тоже преклонила колени, прося у богини посмертия для невинных детей. Потом они молча, не глядя друг на друга, они направились к поместью, ведя лошадей на поводу.
   - Я согласна, - тихо сказала Эрин. - Ты слышишь? Я буду королевой.
   - Зачем? - устало спросил Эрхан. - Разве не лучше жить для себя?
   - Я теперь так не смогу, - грустно ответила девушка. - Пока в стране остаются такие вот бер-Госсы, пока беременных женщин продают разбойникам и убийцам, пока хранителей леса выживают из дома... Надо что-то менять. Ни Эрма, на Эйя ничего не сделают. Всё будет по старому.
   - В таком случае Горнин твой. Тебе решить, жить ему или умереть. Вот и увидим, сможешь ли...
   Горнин был моложе, чем ожидала Эрин. На вид он казался даже младше Эрхана. Это был симпатичный юноша с живыми карими глазами и спутанными русыми кудрями. Со смехом он ловил во дворе курицу для юной девушки-кухарки. Поймав и свернув курице шею, он с торжественным поклоном вручил её девочке, словно рыцарь, убивший дракона и принёсший даме сердца его голову. Девочка сделала неловкий реверанс, сверкнула смелой улыбкой и убежала. Лекс стиснул зубы и напомнил себе о могиле под яблоней.
   - Чем могу служить, господа? - белозубо улыбнулся Горнин, и тут же с поклоном исправился. - Госпожа?
   - Вы арестованы по подозрению в попытке убийства Харриана Белонского и в убийстве его семьи с целью захвата имущества. По законам империи, подобное преступление карается смертной казнью, - ровно произнесла Эрин.
   Вот так! Ни приветствия, ни "позвольте представиться". Лекс ни разу не видел, чтобы человек менялся в лице столь быстро. Румяный молодой человек вмиг побелел, выпрямился, состарился. На дворе кто-то охнул.
   - Что мне следует сделать? - деревянным голосом спросил Горнин. Очевидно, он не собирался устраивать истерики. - Дозволено ли мне будет собрать вещи, раздать распоряжения, назначить управляющего?
   - Как, Вы не будете сопротивляться, не станете кричать, что невиновны? - недоверчиво спросила Эрин.
   - Не буду. Я признаю себя виновным и готов понести заслуженное наказание, - тихо, но твердо ответил юноша.
   - В таком случае у Вас есть сутки на приведение дел в порядок. Я бы хотела получить ваше слово, что вы не сделаете попыток сбежать, - уже мягче сказала Эрин.
   - Даю слово, что не скроюсь от наказания, - кивнул Горнин. - Хоть это и глупо, прошу вас чувствовать себя моими гостями. Я немедленно отдам необходимые распоряжения.
   - Мы рекомендуем передать поместье в распоряжение Вашего отца, - подал голос Эрхан. - Хотя, учитывая Ваше признание, суд вряд ли затянется.
   - Я... наверное, я хотел бы, чтобы мой отец узнал обо всем гораздо позже, - сдавленно попросил юноша. - Я не хочу... видеть его лицо...
   - Предпочитаете, чтобы он узнал обо всем в суде? - язвительно поинтересовался Эрхан. - Вероятно, у вас не будет даже возможности попрощаться.
   - Нет, - сглотнул юноша. - Я... я напишу ему письмо. До приезда оставлю управляющего.
  
   Эрин, несмотря на доказательства и признание вины Горнина, было его отчаянно жаль.
   - БерГосс превращает всё, чего он касается, в прах и тлен, - вполголоса произнес Эрхан.
   - Я рад, что вы пришли, - сказал Горнин уже в доме. - Больше всего я страшился, что никто ничего не узнает.
   Эрхан удивленно вскинул брови. Как бы ему ни хотелось обратного, юноша явно говорил правду.
   - Я устал жить в вечном страхе. Каждый день я жду, что за мной придут. Каждая ночь приносит кошмары. Я готов был сам придти и рассказать о преступлении, совершенном мной, но я отчаянный трус. Я боюсь суда и очень боюсь смерти, но лучше умереть человеком, чем жить уродом и убийцей. Это по моей вине были убиты жена и наследник Харриана. Это я погубил множество ни в чем неповинных людей. Мне казалось, что я смогу с этим жить, что я достоин большего, чем получил по праву рождения, но я не могу... я не хочу. Я не хочу любви людей, у которых из-за меня погибли близкие. Я не достоин ни капли милости. Я один... один во всем виноват, и нет мне прощенья.
   - Что же, Вы сами придумали этот план? С опальным князем, с захватом города?
   - Да. Я хотел бы сказать, что моим разумом завладел демон, но увы...
   - Я помогу тебе, Горнин, - сухо сказал Эрхан. - Демона этого зовут Джан бер-Госс.
   - Нет! - горячо воскликнул Горнин. - Я один!
   - Ваше стремление обелить своего родича весьма похвально, - перебила его Эрин. - Но, право, не стоит стараться. Он даже без этой... аферы... пойдет... побежт на эшафот вперед Вас. За ним числится достаточно грязи.
   И поскольку Горнин продолжал защищать своего дядю, Эрин дала ему некоторые свои записи. Юноша читал долго. Эрин и Эрхан не мешали ему. Когда Горнин поднял безумные от ужаса и отчаяния глаза, лицо его было в слезах.
   - Мне стыдно, что я его родственник, - тихо сказал он. - Род бер-Госсов должен быть уничтожен, стерт с лица земли. Я был с ним как одержимый. Все, что он говорил, казалось таким правильным, таким верным. Я горел его огнем, был игрушкой в его руках! Когда мне удавалось долго с ним не встречаться, я приходил в ужас от своих поступков, но он появлялся вновь, и я покорно и даже со сладострастием соглашался с его планами.
   - Сколько тебе было лет? - спросил Эрхан.
   - Семнадцать, - опустил голову юноша. - Я вполне мог отказаться.
   - Быть рядом с бер-Госсом и не подхватить его заразу, очень сложно, - сказала Эрин тихо. - Утешит ли тебя, что я, ненавидя его, поддавалась его чарам и невольно соглашалась с его речами?
   - Госпожа? - удивленно спросил Горнин.
   Эрхан усмехнулся. Мальчик даже не спросил, кто они такие, так он рад был давно ожидаемому разоблачению.
   - Я Эрин, твоя будущая королева, - мягко сказала девушка. - И первым моим решением будет твоя смерть.
   - Я готов, госпожа. Я давно уже готов. Вы оказали мне честь, лично занявшись моим делом.
   - Твоим делом занимается мой дядя, Эрхан. Я только судья.
   Горнин наконец-то взглянул на Эрхана, и на лице его отразилось некоторое замешательство.
   - Мы встречались, господин? Ваше лицо мне смутно знакомо.
   - В то время я был лейтенантом Харриана.
   - Действительно. Именно вы отстояли тогда, в самый первый раз поместье. Я рад, что вы живы. Бер-Госс сказал, что Вы почти прорвались тогда, и он лично проконтролировал Вашу смерть.
   - Он солгал. Меня оставили умирать в глухом лесу, привязав к дереву и расстреляв почти в упор из арбалетов. Просто для развлечения. Только они не знали, что у леса есть глаза. По иронии судьбы мой спаситель всё же смог доставить послание куда следовало...
   - Эрхан! - изумленно воскликнула Эрин. - Что же это? Бер-Госс лично присутствовал при расправе?
   - О да! Только тогда я всё понял. До этого были только подозрения, я видел, что с молодым Горнином что-то не так, очень не так, но не мог понять. Он ведь все время был на виду, он просто не мог успеть натворить всё то, что совершил бер-Госс.
   - Но ведь ты сидел с ним за одним столом! Как же он не узнал тебя?
   - Не так-то просто узнать человека, которого ты видел один раз в жизни, да еще обрек на верную смерть. У меня были длинные волосы, борода, другая одежда, я был измучен...
   - Скажите мне... Харриан был еще жив, когда прибыли королевские войска... Разве он выжил?
   - Да. Он в монастыре. Я еще не видел его. Зная Харриана, я думаю, он сюда не вернется.
   - Почему? - удивился Горнин. - Признаться, я удивлен, что он до сих пор не вернулся, если жив. Неужели горе так повредило ему разум, что он позабыл о своей дочери?
   - Дочери? - подпрыгнул Эрхан. - Какой дочери? Его дети погибли вместе с женой, я сам, слышишь, сам, своими руками выкопал могилу!
   Горнин покачал головой, на его лице мелькнула тень улыбки.
   - Нянька. С ними была нянька - девочка-крестьянка, присматривающая за малышом. Талана была в доме, слуги укрыли ее. Неудивительно, что Вы перепутали девочек. Солдаты всегда смотрят только на мальчиков.
   Эрхан застонал, вцепившись в волосы.
   - Где девочка?
   - Где-то в доме. Может, гуляет, - юноша тихо рассмеялся. - С ней всё в порядке. Вообще-то не удивительно, что о ней забыли. Я не велел распространяться, чтобы дядюшку лишний раз не тревожить. Мало ли, что придет ему в голову...
   - Прикажи готовить карету. Девочка поедет с нами.
  
   ***
   Обратно Эрхан и Эрин ехали куда быстрее, даже несмотря на то, что теперь они были обременены каретой с арестованным и дочкой Харриана. Впрочем, девочка большую часть пути ехала на лошади впереди Эрин. Юная принцесса долго ругала Эрхана за то, что он перепутал детей, но, в конце концов, признала, что, возможно, только это и спасло девочку от смерти. Она очень переживала за Талану и изо всех сил старалась ей понравится. Талана боялась поверить, что её папа жив и очень переживала.
   За день пути Эрхан оставил женщин и арестанта под охраной взвода стражников, следовавших с ними последний отрезок пути. Эрхан доверял юному Горнину, но не хотел вводить его в искушение.
   Как можно скорее Эрхан хотел упрятать бер-Госса за решетку. Он сильно опасался, что в усадьбе Харриана был какой-нибудь человек бер-Госса и мог предупредить своего хозяина. Однако он недооценил Эрин. В холле его ждала Эйя. Кузина бросилась к нему, взметнув юбкой.
   - Ты! - прошипела она, тыкая в него пальцем. - Как ты посмел арестовать Джана?
   - Я? - искренне удивился Эрхан. - Бер-Госс арестован? Когда?
   - Уже вторую неделю. Значит, это не ты? Неужто маленькая сучка?
   - Что здесь происходит? - Эрхан схватил кузину за плечи и ощутимо встряхнул.
   - Две недели назад сюда прилетел ворон, - пояснила Эйя. - Прямиком к бабушке. Представляешь, он разговаривал. Едва не выклевал глаза слуге, пытавшемуся его выгнать!
   Говорящие вороны? О да, Эрхан представлял.
   - Я не знаю, что эта птичка наговорила королеве, но практически сразу же Джана арестовали и заперли в каземат в подвале. К нему никого не пускают, даже меня. Старый Эрл сказал, что он обвиняется в государственной измене. Ты что-нибудь знаешь об этом?
   Эрхан твердо взял кузину под локоть.
   - Дражайшая моя Эйя! Не ты ли рассматривала дело Харриуса Белонского?
   - Я. Но при чем здесь Джан?
   - Вот меня интересует, ты в самом деле полная дурочка или просто защищаешь своего любовника?
   - Любовника? Опальный князь, свергнутый народным голосованием...
   - Был подкуплен бер-Госсом и напал на Белону с великолепным наемным войском.
   - Ах! Ты об этом, - Эйя изо всех сил старалась выглядеть смущенной, но у нее плохо получалось. - Молодой Горнин... Бер-Госс просто помог своему племяннику.
   - Просто помог? Погубив две сотни людей, хладнокровно умертвив дворянскую семью? Детей?
   Эйя неопределенно пожала плечами. Ну семья, ну дети... подумаешь!
   - Ты понимаешь, что пойдешь под суд?
   - С чего это? Зачем доводить дело до суда? Кому это нужно?
   - Во-первых, Харриану. Во-вторых, его дочери.
   - Дочери? Черт, бер-Госс уверял, что Харриан в монастыре навсегда, а дети погибли. Впрочем, всё равно нет доказательств. Свидетелей нет. Кажется, все погибли от какой-то хвори.
   - Не все. Человек, которого бер-Госс пытал лично и оставил умирать в лесу, выжил.
   - Да? Что же это за человек, слово которого поспорит со словом первого советника королевы?
   - Он перед тобой.
   Эйя смерила его высокомерным взглядом.
   - Ты? Внук королевы? В гонцах у Харриана? Не смеши меня! Этому никто не поверит! Да ты не осмелишься ну публичном суде...
   - Кто говорил про публичный суд? Суд будет тайным.
   Кажется, Эйя начала осознавать серьезность ситуации.
   - Но зачем? Личная месть? Это я могу понять. Он хотел тебя убить, не зная, кто ты. Разве стоит вообще... Хотя ты прав. Месть - это святое.
   - Месть? О нет! Заговор против империи.
   - Брось, какой заговор! Маленькая услуга племяннику. Кстати, что будет с племянником?
   - Он во всем сознался. Эшафот. А твоему возлюбленному грозит как минимум мучительное четвертование.
   - Но...
   - Эйя! Включи голову! Белона - лишь маленькое звено в большой цепи! Бер-Госс опутал своей паутиной половину империи. Большинство голов крупных городов или назначены при его пособничестве, или должны ему денег, или просто запуганы. Он держит в руках систему банков. Признаться, я хотел мести. Но дернув за одну ниточку, я вытянул такое паучье гнездо... Ты знаешь, что бер-Госс внушал Эрин, что она сумасшедшая? Ему удалось заблокировать часть ее магии, и она в самом деле чуть не свихнулась? Он и её пытался соблазнить. Ему не нужна ты - ему нужна королева. С Эрин у него не вышло, но он ловко повернул её к отказу от наследия. Королева на твоей стороне. Все знают, что Эрма душевно больна. Как ты думаешь, сколько бы ты прожила, если бы пошла против воли бер-Госса после твоей коронации?
   - Я тебе не верю, - дрожащим голосом произнесла Эйя.
   Эрхан сунул ей в руки пачку бумаг.
   - Читай. Здесь только часть бумаг, в том числе признания голов. И выбирай - пойдешь на плаху с ним или твоя бумага будет в этой же пачке к вечеру.
   Оставив растерянную кузину в библиотеке, Эрхан направился прямо к королеве. В выборе Эйи он не сомневался. Разговор с королевой не занял много времени. Вкратце он поведал о результатах расследования. Королева подтвердила его неограниченные полномочия относительно бер-Госса. Куда больше интересовала её Эрин. Тут Эрхан принес только добрые вести.
   На выходе из королевских покоев он столкнулся с Эммой-Ли. Ему снова пришлось рассказывать о путешествии, деле бер-Госса и поведении Эрин. С каждым разом рассказ становился всё короче и выразительней. Заговор. Подкуп. Сообщники. Банковская система. Умница. Талантливая. Готова. Эмма-Ли тоже пожелала видеть записи.
   Бледная до зелени Эйя безропотно передала ей бумаги.
   - Эрхан, - умоляюще сложила руки кузина. - Брат мой! Обещай мне, что бер-Госс умрет.
   - Конечно, умрет, - удивился Эрхан.
   - Никакого помилования?
   - Государственная измена, Эйя! Тут помилования не бывает.
   - Я выступлю в суде против него. Я... Только пусть его ко мне никогда не подпустят даже на метр. Он страшный человек. Он меня убьет... А я поддержу Эрин.
   Юношу усмехнулся про себя. Эйя так быстро отказалась и от короны, и от любовника!
   Эмма-Ли настояла, чтобы спустится к бер-Госсу с ним. В принципе, Эрхан не возражал. Ему было по-настоящему приятно находится рядом с кузиной, исключительно мудрой и здравомыслящей женщиной. Кроме того, их годами связывала общая тайна.
   Бер-Госс сидел в относительно комфортных условиях. Лексу случалось бывать (и даже сидеть) в более худших казематах. Здесь у арестанта было вдоволь воды и пищи, масляный светильник и отхожее место, и даже топчан с одеялом, стол и стул. На взгляд Эрхана, достаточно было охапки соломы.
   - Наконец-то! - недовольно приветствовал бер-Госс гостей. - Хоть один нормальный человек! Объясните же мне, в чем меня обвиняют?
   - А разве вам не сказали? - в государственной измене, - пожал плечами Эрхан.
   - Чушь! - взревел бер-Госс.
   - Скажете это судье.
   - Судье? Разве будет суд? Я полагал, меня придушат в камере и скажут, что я умер во сне, - сухо усмехнулся бер-Госс.
   - О нет! И не рассчитывай на подобную участь! Ты сполна хлебнешь позора, - Лекс перешел на свистящий шепот. - Твой род будет проклят, люди будут плевать тебе в лицо, когда тебя повезут голым в клетке на эшафот, все твои преступления, вплоть до прелюбодеяний, будут зачитаны на площади. Палач поджарит тебе пятки и вырвет язык. Ты будешь четвертован на главной площади. Чтобы другим неповадно было. Легкой смерти не жди. Тварь.
   - Ты не посмеешь, - закричал бер-Госс, вцепившись в решетку. - У тебя нет доказательств! У тебя нет свидетелей.
   - Ну, ну, полно! Доказательств и свидетелей у меня столько, сколько тебе и не снилось!
   - Кто, кто посмеет поднять голос против меня?
   - У тебя чертовски плохая память на лица, бер-Госс. Я удивлен. Ты до сих пор не узнал меня? Даже твой племянник вспомнил, - издевательски протянул Лекс.
   - Племянник? Этот слизняк! Он посмел! Да он сам!
   - О да! Он пойдет на эшафот с тобой. Только ему отрубят голову - просто и без затей.
   - Кто ты?
   - Я тот, кого ты оставил умирать в лесу, утыканного арбалетными болтами, как булавочную подушку.
   - Не может быть! - прошептал бер-Госс. - Пальцы...
   - Ах, ты об этом? - Лекс с явным сожалением осмотрел свои безупречные руки. - Точно! Ты же рубил мне пальцы... для развлечения! Знаешь ли, есть такой человек - волшебник Корт... Для него ничего не стоит вырастить пару новых пальцев.
   Лекс лукавил. Волшебник Корт и сам не понял, как у него получилось полностью восстановить руки Лекса. Он говорил, что просто очень испугался и безумно хотел помочь. А Лекс в это время был уже наполовину в царстве смерти.
   Бер-Госс, наконец осознав, что обречен, отпрянул.
   - Эйя! - прошептал он. - Эйя станет королевой и спасет меня...
   - О нет! Во-первых, Эйя от всего отопрется. А во-вторых, королевой станет Эрин.
   Бер-Госс пробормотал что-то невнятное, но Эрхан уже не слышал его. Приобняв за талию бледную Эмму-Ли, он ушел.
   - Милости, - выдохнула Эмма-Ли, когда они остались одни.
   - Что? - потрясенно спросил Эрхан.
   - Милости прошу, - прошептала она. По щекам ее струились слезы.
   - Ты с ума сошла? Этот человек планировал убить твою дочь, тебя и всех остальных! Он уничтожил две сотни человек! Он...
   - Он человек. Ты человек. Не будь зверем. Я не прошу пощады для него, я прошу милости. Неужели ты в самом деле... в клетке... голым... по улицам?
   - Ну... да.
   - Эрхан!
   - Эмма-Ли!
   - Ты разочаровал меня, - посмотрела ему в глаза женщина. - Ты такой же дикарь, как и все.
   Эмма-Ли направилась к лестнице.
   - Эй! Ты думаешь, твой драгоценный Тариэль поступил бы по-иному? - крикнул ей в след Эрхан.
   - Тариэль? Не знаю. Я не знаю его. То, что он был короткое время моим любовником, ничего не значит. Хватит связывать меня с Тариэлем. Он тебе куда ближе, чем мне! Мой муж... человек, которого я люблю и уважаю, с которым я прожила 17 лет, поступил бы по-иному.
   Она ушла, не оглядываясь, оставив кузена в полной растерянности.
   Милости! К убийце, садисту и вору!
  
   ***
  
   Эрин внимательно смотрела на мать.
   - Милости? Мама! Как многого ты просишь!
   - Знаю.
   - Ох, мама! Эрхан потребует наказания самого сурового. Народ... надо бы показать народу, ЧТО бывает с государственными преступниками...
   - Знаю.
   - Это все твои аргументы?
   - Учись быть королевой, дочь. Учись быть женщиной.
   - Какая ты злая!
   Эмма-Ли ласково улыбнулась дочери.
   - Зато я всегда буду рядом. Даже когда умру, я буду тебя любить.
   Некоторое время мать и дочь сидели обнявшись.
   - Я знаю, что я сделаю. Я назначу суд. Ты будешь защитницей, Эрхан обвинителем.
   - А ты судьей?
   - Нет. Королева должна быть выше этого. Я хочу, чтобы у меня осталось право помилования. Судьей будет Харриан. Это справедливо.
   - Я была в монастыре, когда он очнулся, - задумчиво сказала Эмма-Ли. - Я разговаривала с ним. Он достоин. Думаю, на это даже Эрхан не возразит.
   - Видишь ли, я тоже была в монастыре. Вместе с тобой, если ты помнишь, - Эрин безмятежно улыбнулась матери.
  
   ***
  
   Эрхан и Эрин приближались к монастырю богини Земли. По преданию, эта богиня была воплощением добра. За стенами её храма могли укрыться несправедливо обиженные и угнетенные. Главный храм богини находился недалеко от Фрайя. Вокруг него простирались плодородные земли. Монахини ухаживали за цветами и плодовыми деревьями. Даже в середине осени дорога к храму была замечательно красива. Деревья полыхали алой и золотой листвой. Цвели поздние и, видимо, поэтому особенно крупные и яркие цветы. Лошади осторожно ступали копытами по дороге, усыпанной золотом листвы. На черной влажной земле яркими пятнами лежали листья кленов. Эрхану казалось, что они идут по звездам. Он обернулся. Эрин, ехавшая сзади, бережно придерживала заснувшую Талану. Эрхан и предвкушал, и страшился этой встречи. Он ехал к давно похороненному человеку, рана в его душе зарубцевалась, боль поутихла. Харриан был для него не столько другом, сколько командиром, очень хорошим командиром, предметом для исследования и, как следствие, восхищения. Даже в пору своих странствий Лекс всегда помнил, что в один день ему придется вернуться. Конечно, с одной стороны это ограничивало его, но и добавляло остроты. Он жил каждым днем. Любой человек, встречавшийся на его жизненном пути, всегда рассматривался с точки зрения внука королевы. Харриан подходил. Он был примерно его возраста, но это не только не способствовало их сближению, но и препятствовало ему. Безродный бродяга Лекс был, безусловно, куда более опытен, чем блестящий князь Белонский. Будь Лекс старше, он мог рассчитывать на уважение к возрасту, будь заметно моложе - на снисходительность. Теперь же он даже не мог предположить, замечал ли его Харриан, погруженный в черную меланхолию. Лекс получил звание лейтенанта, которым втайне гордился, за то, что не только организовал оборону поместья, но и смог отстоять его, тогда как капитан размещенного в поместье полувзвода не успел среагировать на нападение вовремя. Впрочем, у нападающих были точные сведения о поместье, о капитане, но не о Лексе, его способностях и связях с Искателями. Лекс, в свою очередь, сумел правильно прочитать сигналы, передаваемые ему кем-то из искателей зеркальной почтой (надо бы разыскать этого человека и взять к себе), но в его слова о неизвестном войске никто не поверил, да и Лекс, ни в чем не уверенный, не особо настаивал. Однако лучше быть осторожным трусом, чем мертвым глупцом, и Лекс навестил и привел в готовность арсенал и присмотрел позиции, наиболее выгодные для обороны. Увы, о том, чтобы предупредить супругу Харриана, он не подумал. Ее тело нашли уже после боя. Никому не сказав, она отправилась с детьми на прогулку к реке... Лекс вполне справедливо винил в их гибели себя, что тоже не позволяло ему в полной мере расслабится перед встречей.
  
   На крыльце храма сидела молодая женщина и кормила грудью ребенка. Эрхану показалось это чудесным предзнаменованием. Храм богини жизни. Новая жизнь на пороге. Новая королева. Новая эпоха. Новая империя.
   Женщина, увидев всадников, засмущалась и прикрылась шарфом. Она была очень красива - тонкое, одухотворенное лицо, словно сияющая светлая кожа, большие серебристые глаза, длинные льняные волосы, гладкие как вода, удерживаемые вдовей лентой на лбу.
   - Простите, господин, - лучезарно улыбнулась женщина. - Но моя дочь засыпает только на свежем воздухе. Не знаю, что я буду делать зимой.
   Эрхан кивнул.
   - Вы не узнали меня, - поняла женщина. - Я Ванда, та, к которой вы были милостивы, когда я так нуждалась в милости.
   Эрхан вздрогнул. Да, он не узнал её. И слова о милости были словно пощечина.
   - У тебя дочка? - неловко спросил он. - А мальчик в порядке? Ты расцвела.
   - О да! Покой лечит. Сын на занятиях в саду. Знаете, здесь много детей-сирот. Я теперь вижу, как ему повезло - у него одного здесь есть мать.
   Она кивнула на Эрин с ребенком.
   - А это твоя семья, господин?
   - Это моя племянница Эрин, будущая королева. Коронация состоится через неделю, в день Урожая.
   - Ох! - женщина попыталась почтительно подняться, но Эрин приложила палец к губам.
   Девушка выразительно посмотрела на Эрхана.
   - Ты, кажется, собирался искать своего друга? - спросила она. - Мы подождем тебя здесь, правда, Талана?
   Талана сонно моргнула в ответ. Эрин, чинно расправив юбки, уселась рядом со смутившейся Вандой.
   Эрхан легко взбежал по ступеням, привычным уже движением взъерошив коротко стриженый затылок. Ему очень не хватало прежних длинных волос.
   - Где разыскать мать-настоятельницу? - остановил он первую же послушницу.
   Женщина проводила его в сад, проведя через весь храм.
   Храм был высоким, его потолок словно терялся в голубой дымке. Он не был разделен на помещения, крыша держалась на множестве разноцветных тонких колонн. На стенах был нарисован вид из окон, каким он был несколько веков назад, когда построили храм, поэтому казалось, что зашедший сюда делает шаг в прошлое, когда люди были добрее, боги ближе, урожаи обильней, а радость чище и совершенней.
   Настоятельница Эспера была окружена ребятишками мал мала меньше. Самый маленький, еще одетый в длинную детскую рубашонку, в нелепых туфельках и шарфе, едва держался на ногах. Старшим было лет 12. Они что-то наперебой объясняли ей, рассказывали, а она ласково отвечала, щедро раздаривая поцелуи. Почему-то у Лекса защемило сердце. Наконец она заметила его.
   - Тише, тише, молодежь, - укоризненно пропела она, и дети, как по волшебству, затихли. - У нас гость! Что нужно сказать?
   - Здравствуйте, господин! - хором сказали дети.
   - Вы ко мне? - близоруко прищурилась женщина.
   - Не узнаете, матушка? - поклонился Эрхан.
   - Боюсь, что нет, - покачала головой Эспера.
   - Я Эрхан, ваш племянник.
   - В самом деле? Ах да, я слышала, что ты вернулся. Что же ты не зашел ко мне? Где же твои подарки? - засмеялась женщина. - А я помню тебя толстощеким малышом. Отрадно видеть, что в семье наконец-то появился настоящий мужчина!
   Женщина передала малыша старшей девочке, порывисто обняла Эрхана и с чувством расцеловала.
   - Милый мой Эрхан! Ты непременно должен рассказать мне, что творится в мире! - настоятельница взяла его под руку.
   - Дети! Продолжайте свои занятия! - попрощалась она с детьми и повела Эрхана в сень деревьев.
   - Я... вообще-то я приехал за Харрианом... - смутился Эрхан.
   Будучи ребенком, он редко видел тетку. Сейчас, вспомнив Эмму-Ли, он подумал, что стоит подружиться с этой женщиной, вырастившей такую чудесную дочь. А с другой стороны Эйя... Столь непохожих женщин найти было трудно.
   - О! Какое разочарование, - улыбнулась женщина. - Впрочем, ты еще приедешь, я знаю. А Харриан... счастливый мальчик...
   - Счастливый? - удивился Эрхан.
   - О! Счастье многогранно! Он здесь в покое и мире. Он нашел себя и небо.
   - Глупости! Он нужен мне и империи.
   - Мужчины! - фыркнула настоятельница. - Вечно вы играете в ваши игры! Долг, честь, империя! Я достаточно наелась этой каши в свое время! Какой прок в ваших войнах и интригах!
   - Матушка, - вздохнул Эрхан. - Я много путешествовал... Вот скажите, кто из властителей империи на ваш взгляд наиболее достойный?
   - Эрлих, - вздохнула настоятельница. - Конечно Эрлих.
   - А почему? Ведь не потому же, что он воевал, завоевывал земли, разрушал замки мятежных вассалов, казнил преступников... А потому что он строил, созидал, учил, кормил, благословлял. Смысл ведь именно в созидании, правда?
   - Созидание... - прошептала Эспера. - Где же ты странствовал, сын мой, если принес мне ответ на вопрос, который я искала столько лет?
   - Я собирал людей, матушка, - честно ответил Эрхан. - Потому что богатство мое не в золоте, драгоценных камнях или плодородных землях, оно в людях, способных к созиданию. Человек может быть недобрым, но если он строит новое и нужное, то он - тоже мое сокровище.
   Эрхан и сам не понимал, для чего он рассказывает тетке свои мысли, всё то, что он обдумывал бессонными ночами под звездами. Порой небо само посылало ему самоцветы в его копилочку. Мать-настоятельница, похоже, была одним из таких самоцветов.
   - И Харриан тоже твое сокровище? - заинтересованно спросила настоятельница.
   - Конечно.
   - И много насобирал?
   - Много. Из сундука уже высыпаются, - весело сказал Эрхан. - Только на проверку некоторые могут оказаться с изъяном.
   - А есть ли у тебя особые драгоценности? - с любопытством спросила женщина. - Такие, чтобы ах?
   - Есть даже и с десяток. Эрин, например.
   - Эрин? Эрин, конечно, девочка, яркая, но чтобы особая?
  - О! А вы знаете, тетушка, кто есть её отец?
  - Учитель танцев?
  - Её отец... только никому, тётушка... её отец исчезнувший бог.
  - Яблочко с черветочинкой... - пробормотала настоятельница.
  - Что? Почему вы так сказали? - резко спросил Эрхан.
   - Мне всегда казалось, что есть в Эрин какая-то тьма... Этакая черная яма без дна. Можно в эту яму провалиться, а можно, наоборот, что-то из нее достать. В последнее время она почти вся в эту яму залезла.
   - О да! Отец ее такой же. Только он скорее не яблоко с черветочиной, а червяк - владелец яблока, и сам человек-яма. Либо проваливаешься в него, либо черпаешь что-то... не всегда хорошее, но всегда запредельное. А сам он лишь сущность, по краю ямы гуляющая. Всегда словно на кончике иглы балансирует. За много веков научился мастерски избегать падения.
   - Как удивительны наши судьбы! Не это ли существо главное сокровище твоего сундука?
   - О! Он безусловно, самый большой алмаз, с изъяном, но оттого более ценный и редкий.
   - Ох, мальчик мой, заболтала я тебя. Беги же к своему Харриану. Он в саду у пруда. Только... он изменился. А я буду ждать тебя. Придешь?
   - Обязательно, - заверил женщину Эрхан, и обняв её, направился вглубь сада.
  
   Настоятельница была права. Харриана Белонского, блестящего офицера, гордого дворянина, богатого многими талантами, певца, поэта и любимца женщин, более не существовало. На земле, на коленях возле клумбы с белыми цветами, стоял усталый старик, сгорбленный и седой. Глаза его смотрели в никуда, но белые руки мелькали над черной землей, что-то поправляя, рыхля, уминая...
  - Харриан Белонский! - окликнул его Эрхан.
  - Вы ошиблись, - даже не обернулся мужчина.
   - Харриан Белонский! - раздался резкий голос позади Эрхана. - Встать, когда с тобой разговаривает королева!
   Эрхан от неожиданности подскочил. Харриан все же оглянулся и встал с колен.
   - Разве подданный на коленях не угоден Вашему оку? - поинтересовался Харриан с безразличным видом.
   - На коленях передо мной стоят или рабы, или преступники? - Эрин была бледна, на висках пот, губа закушена. - К кому из них ты предпочитаешь относиться?
   Скулы у Харриана чуть потемнели.
   - Как угодно вашему величеству, - слегка склонился он.
   - Мне угодно править живыми людьми, а не мертвецами, - отрезала Эрин. - Место мертвецов в могиле.
   - Увы, - так же ровно, как и раньше, ответил Харриан. - Я по ошибке задержался в этом мире.
   Эрин резко повернулась к Эрхану:
   - Дай мне кинжал!
   Эрхан молча вынул кинжал из ножен и подал ей рукояткой вперед. Девушка выхватила его и сунула в безвольную руку Харриана.
   - Режь! Ну же! Я приказываю! Режь себе горло и иди!
   Мгновение Харриан недоуменно смотрел на кинжал. Эрин нервно кусала губы. Потом в глазах у мужчины мелькнул огонек безумия, и он медленно поднес кинжал к горлу.
   - Папа! Папа!
   По саду, задрав юбки и спотыкаясь, бежала Талана. Харриан с отчаянным вскриком выронил кинжал. Дочь с силой врезалась в него, смеясь и плача, полы ее плаща захлестнули их.
   Наконец Харриан поднял изумленно-сияющее (живое!) лицо на Эрин. Она же кивнула на кинжал:
   - Я приказала перерезать горло. Твой мир ждет тебя.
   - Благодарю покорно! - мотнул головой Харриан, прижимая к боку задрожавшую дочь. - Я пока поживу в этом.
   - В таком случае извольте быть живым, - царственно кивнула Эрин. - Вы назначаетесь судьей по делу первого советника бер-Госса. Государственная измена. За бумагами явитесь в приемную завтра с утра. Как королевскому судье вам будет предоставлено жилье на территории дворца.
   Подобрав юбки, Эрин удалилась. Эрхан в изумлении смотрел ей вслед.
   Харриан в свою очередь внимательно рассматривал Эрхана.
   - Лейтенант Лекс Эрханиус? - удивленно спросил он.
   - Эрхан. Дядя королевы. Первый советник. Будущий. Обвинитель по делу бер-Госса, настоящий, - немного подумал и добавил: Лейтенант Лекс Эрханиус. В прошлом.
   - Ааа... а давно у нас новая королева? - недоуменно нахмурился Харриан. - Конечно, здесь очень тихо и спокойно, но подобное событие не могло пройти мимо.
   - Новая королева будет в конце недели. Не бойся, не пропустишь, - улыбнулся Эрхан. - А сегодня девочка тренировалась.
   - Лихо у нее получается, - покачал головой Харриан.
  
  ***
  
   С самого утра был мороз. Еще зеленую кое-где траву прихватило ломким серебром. На мостовой празднично похрустывали льдинки. Деревья были увиты пушистыми разноцветными гирляндами и шелковыми лентами, увешаны бумажными фонариками и уличными мальчишками. Все они по случаю торжества были в красных шапках и белых шерстяных шарфах, порой замысловато закрученных. Главная улица, по которой неспешно двигалась кавалькада с юной королевой во главе, была сплошь усыпана живыми и искусственными цветами, разноцветными зернами, мелкими монетами. Эрхан внимательно осматривал толпу народа внутренним зрением - мало ли злодеев на свете. Не все сообщники бер-Госса были арестованы. Он ехал чуть позади Эрин. На шаг дальше шёл отряд почетной стражи во главе с очередным самоцветом Эрхана - тем самым стражником, который внимательно отнесся к оборванцу Лексу в самый первый день.
   Толпа исходила, пылала радостью, благожелательностью. Всё было спокойно.
   У храма Эрин спешилась, поклонилась народу и вошла внутрь. Таинство посвящения она должна была пройти наедине с богиней. Спустя 10 минут она вышла, бледная и взволнованная, и толпа разразилась овациями. В столице начался грандиозный праздник. На улице выставлялись столы - народ будет пить, есть и веселиться до поздней ночи. На площади перед дворцом играл оркестр. Вот Эрин улучила минутку и шепнула Эрхану: "Кажется, в храме я видела отца". Эрхан вздрогнул, выругался сквозь зубы и бросился назад, отдав приказ начальнику охраны: "За королеву отвечаешь головой".
   В храме было темно и пусто, под ногами шелушилась мёртвая листва. Эрхан осмотрел его внутренним зрением. У алтаря полыхал лазурью портал. Гулко пробежавшись по мозаичной дорожке, Эрхан с размаху впрыгнул в уже потухающий круг.
   Выхватив церемониальный кинжал, он крутанулся вокруг себя. Никого.
   - Молодец, Эрхан, - кивнул он. - Влетел в портал, ведущий неизвестно куда, в парадных неудобных одеждах и с одним жестяным кинжалом. А ведь этот портал мог создать кто угодно.
   Впрочем, портал был делом рук Тариэля, это несомненно. Его волшбу Эрхан с легкостью отличал. Итак, подведем итоги. Портал потух. Самостоятельно создавать порталы Эрхан не способен. Куда делся дядя королевы, никто не знает. Хватятся его нескоро. Выход напрашивался вам собой - необходимо найти Тариэля.
   Место, куда он попал, несомненно было местом силы. Даже стены небольшого каменного домика сочились энергией. На каменном же полу была выбита канавками, заполненными какой-то жидкостью, многолучевая звезда. Эрхан нашел дверь и выглянул наружу. В лицо ему плеснуло колючим снегом. Вокруг была мертвая степь - сухая желтая трава, редкие обломанные деревья, невысокие холмы. На горизонте металлической лентой виднелась вода и, слава богине, чернел корабль.
   Здание, где он оказался, было небольшим ветхим храмом. Остроконечная, крытая тесом крыша была совсем худая. Стены, хоть и выщербленные, были сложены из камней в несколько слоев и оттого не разрушились со временем. Видно было, что храм давно заброшен.
   Было очень холодно. Белый шерстяной плащ Эрхана не спасал от пронизывающего ветра. Сквозь подошвы сапог ощущалась ледяная жесткая земля. А вот что у него было с собой полезного, это церемониальный рог, в который он трубил на рассвете, открывая церемонию коронации и парадный кинжал, копия похищенного из королевской сокровищницы много лет назад артефакта (ха-ха, все были уверены, что он настоящий!). Надеясь, что здесь нет туземцев-людоедов, Эрхан поднес рог к губам. Трубный рёв, разнесшийся по степи, напугал его самого. В городе рог звучал куда тише. Показалось ли ему, что мир вокруг слегка дрогнул и подернулся рябью? В место силы ему возвращаться не хотелось. Почему-то оно внушало ему теперь страх и отвращение. Лексу очень хотелось вновь потрубить. Он внимательно оглядел рог со всех сторон, проведя пальцем по золоченой резьбе. Белоснежный, абсолютно прямой, он не был похож на рога обычных животных. Почему же раньше он не вызывал у него столь острого интереса? Возможно, побывав в месте силы, рог получил что-то новое? Или наоборот, что-то древнее?
   От черного корабля на горизонте отделилась маленькая черная точка. Хорошо. Тариэль услышал его.
   Лекс взял рог двумя руками, не в силах противиться его притяжению. В голове всплыла древняя мелодия, бережно хранимая Корявым Стволом. Он играл её лесу весной, когда израненный Лекс был еще не в силах пошевелиться и только грелся на солнышке. Сейчас эта мелодия навязчиво крутилась в голове. Лекс поднес к губам рог. Он даже представить не мог, как извлечь из него разные ноты. Как любой отпрыск знатного семейства, Эрхан с детства обучался игре на самых разнообразных инструментах. Вот если бы это был не рог, а хотя бы флейта! А если бы тут были отверстия... И Лекс заиграл мелодию, нажимая пальцами там, где, по его мнению могли бы быть отверстия или кнопки, и рог послушно брал ноты. Пальцы словно жили отдельно от разума, губы дули, мелодия лилась. Если бы даже захотел, он бы уже не смог остановиться. Чужая воля захватила его. Через минуту затряслась земля. Мир бешено закружился вокруг. Раздался треск и грохот. Мелодия лилась безостановочно. Лекс потом не мог сказать, играл ли он минуту, или час, или день. Когда прозвучала финальная нота, рог стал пустой, безжизненной безделушкой. Мир не изменился. Кругом также свистел ветер, металась по сухой траве ледяная пыль, мчались по небу облака. Только место силы за его спиной лежало в руинах. И долговязый всадник на маленькой мохнатой лошадке был уже ясно виден.
   - Идиот! - издалека закричал Тариэль. - Тупица, балбес, ты что творишь! Кто тебе позволил менять мироздание?
   Он соскочил с лошади, подбежал и стал трясти Лекса как грушу. Лекс не без труда высвободился из его длинных рук.
   - Проклятый т"ига! - пробормотал он, растирая онемевшие плечи. - Жаль, палки нет.
   Тариэль был в облике полуволка - сутулые крутые плечи, клыки, грива, горящие глаза. Внушительными когтями он распорол камзол Лекса на плечах. Лекс даже заглянул за спину учителя - не было ли у него хвоста?
   Тариэль медленно приходил в себя, но ругаться не перестал.
   - Дай дураку палку, он себе по голове стучать начнет! Ты зачем сюда полез? Кто тебя звал? Ополоумел!
   В общем-то, он говорил куда более нецензурные слова...
   - Дай дудку, - вырвал он у Лекса рог. - Что за ерунда? Ну рог, ну единорога... Как же ты сыграл на нем мелодию жизни?
   - Это не я, - объяснил Лекс. - Он сам играл. Он играл, а я был инструментом.
   - Брось! В нем нет никакой магии! К тому же песня... Ты не мог её знать.
   - Эту песню пел мне Корявый Ствол, когда исцелял. Её же он поет по весне деревьям.
   - Корявый Ствол? Этот может... Значит, он возрождал тебя песнью жизни? Тогда понятно... Место силы... Песня жизни в твоей крови... Артефакт из древних времен... Откуда ты его взял? - протянул Тариэль рог.
   - Это церемониальный рог. В него трубят при коронации, при рождении младенца или при смерти в королевской семье, - пояснил Лекс.
   - Что-то я его никогда не видел, - пробормотал Тариэль.
   - А когда ты его мог видеть? - ехидно усмехнулся Лекс. - В тот год, когда ты танцевал во дворце, а потом пол-архива сгрызли мыши, никто не рождался и не умирал.
   - Действительно... Так значит, вы каждый раз трубите в него? Не слабо! Как же вы до сих пор империю на части не развалили? А я-то все удивлялся, почему у вас после Эрлиха такая ерунда творится! Да и сам Эрлих, если честно, был удивительный, невероятный человек. Особенно в сравнении со своим отцом-параноиком. Ну не должно существовать таких разных личностей в одной семье! У льва рождается львенок, а у змеи - змеёныш. Мышь не родит тигра, а волк - зайца. А вы, оказывается, просто меняли мироздание! Каждый раз, на протяжении сотен лет!
   Тариэль театрально застонал и вцепился в волосы.
   - Думаешь, никто бы не заметил? - поразился Лекс. - В столице, между прочим, магический университет. Был... Там подобные явления фиксируют. И вообще... я, когда здесь, у места силы трубил, сразу заметил, что что-то не так. После этого мир словно приобрел резкость. В это капище я добровольно бы не вступил. Темное место.
   - Еще бы не темное! Тут столько людей порезали в угоду старым божествам, тебе и не снилось! Но источник чист, скверен сам храм. Значит, на коронации всплесков силы не было?
   - Я не заметил. И сейчас эта штука молчит. Может ли быть, что она работает только в местах силы?
   - Не думаю. Слишком просто. Эта земля... проклята. Потому и закрыта в свое время была древними. Они отсюда ушли. Всё оставив, и льдами проход закрыли. Что-то сотни лет назад они сделали ужасное - каким-то образом землю выбили из привычной системы координат. Время тут застыло. Сама магия земли пропала. Здесь, конечно, остались люди... одичали, повыродились. Да и климат тут, знаешь ли, не располагает к хорошей жизни. Земля не родит. Лета нет. Снега нормального нет, все промерзло насквозь. Рыба только есть. Так и живут. Ловят рыбу и редких животных, рыбой питающихся. Зато куда ни глянь - везде артефакты. Поэтому раз в 10 лет, когда проход открывается, сюда аферисты всех мастей лезут. Кто успел обратно вернуться - молодец , а кто не успел, уже не вернется.
   Лекс поежился и с удивлением обнаружил, что колючий ветер утих.
   - Послушай! Мне кажется, или стало чуть теплее? - спросил он Тариэля.
   - Не кажется. Видишь, капище развалилось. Похоже, ты вернул эти земли в нормальное состояние. Конечно, пройдет много лет, прежде чем льды растают, но здесь можно будет жить, а не выживать.
   - Ну и что ты меня тогда ругал? Выходит, я тут проклятье разрушил, а ты меня идиотом называешь!
   - По меньшей мере неосторожно было вообще лезть в портал! Какого дьявола ты туда сунулся?
   - А какого дьявола ты вздумал в храме появляться?
   - Хотел посмотреть, что за девчонку ты заместо Эммы-Ли подсунул, - раздраженно отмахнулся Тариэль. - Ну и вообще... элемент неожиданности...
   - Посмотрел? - поинтересовался Лекс.
   - Ну да! Нормальная девочка. Силы не меряно. На вид сообразительная. Только не слишком ли молода?
   - И всё? - удивился Лекс. - Ты больше ничего не заметил?
   - А что я должен был заметить за две минуты? Какой-то особенный талант? Ты чем думал, генерал искателей? Ей хотя бы 16 есть?
   - Возраст - дело наживное, - усмехнулся Лекс. - Ну раз больше у тебя претензий нет, то отправь меня обратно.
   - Умный какой! Сначала надо развалины расчистить. Щас команду кликну. Тут работы на полдня. Надо источник расчистить, ритуалы провести, гадость эту растащить да утопить. Закопать-то вряд ли получится, разве что долбить землю. Дня через два отправлю, а пока будешь работать, советник, - Тариэль явно пришел в хорошее настроение, разве что не пританцовывал. - И все-таки, почему не Эмма-Ли?
   - Эмма-Ли замужем и с детьми. Она и слушать не хотела по царствование. Вопреки сложившемуся мнению, каждый в семье понимает, что это тяжкий труд. Плох ты или хорош, корона высосет из тебя все соки. Эрин достаточно молода, чтобы поломать свою жизнь.
   - Она всерьез собралась править?
   - О да! Девочка весьма амбициозна. Мы с ней еще горы свернем. Кстати, ей уже 18, - коварно улыбнулся Лекс. Уж больно ему хотелось посмотреть на реакцию Мудрейшего. - Вчера исполнилось.
   Тариэль кивнул рассеянно, осматривая лошадку и что-то просчитывая.
   - Что? - оглянулся он. - Я пропустил что-то важное? Вижу же, что ты прямо лучишься самодовольством!
   - О нет, Мудрейший! Разве можешь ты упустить что-то важное? - сделал большие глаза Лекс.
   - Таааак! Знаешь, но не скажешь? Поиграем в угадайку? Изволь! Вчера исполнилось 18... и что?
   - Знаешь, Тариэль, мне тут пришло в голову, что ты, вероятно, не в курсе, что земные женщины носят детей 9 месяцев, - сочувственно улыбнулся Лекс. - Возможно, ваши дамы рожали на следующий день после гм... зачатия... Ты покинул дворец в конце весны...
   - Получается, Эмма Ли уже была беременна? - растерянно спросил Тариэль. - То есть эта юная девочка... моя дочь?
   Лекс с наслаждением наблюдал, как изумление на лице Тариэля сменяется ужасом, потом радостью, потом глубокой задумчивостью.
   - Наследница магии более древней, чем само королевство... - прошептал т"ига заворожено.
   - Наследница магии? - удивился Лекс.
   - Понимаешь, мы, Истинные люди, в некотором роде обладаем общим разумом. Знаешь, грифоны... У них есть этакое коллективное бессознательное. Что знает один, рано или поздно узнает другой. Если я, допустим, сделал добро одному из их племени сотни лет назад, каждый ныне живущий грифон будет считать меня своим другом. Ну а если убил одного из них, то нынешние будут мстить до последнего.
   - И сколько грифонов ты убил?
   - Слава богине, ни одного! Иначе бы эти твари давно разорвали меня на кусочки вместе со всеми моими знаниями. В общем, мы тоже обладаем... обладали такой вековой памятью. Все умения, но не знания, у нас в крови. То есть я могу с легкостью сотворить портал, но не знаю, как и почему я делаю то или иное действие. И почему в одном месте я использую корень черноголовки, а в другом - кислую капусту.
   - А вечность? Она будет жить вечно?
   - Понятия не имею! В прежние времена подобному ребенку не позволили бы появиться на свет. Все наши рабыни были не способны к зачатию. Это было обязательное условие. Хотя, думаю, кое-кто и нарушал закон, но подобное каралось смертью. Или того хуже, из Истинного могли сделать какого-нибудь монстра. Представляешь - существовать тысячу лет в искореженном теле, не в силах ни умереть, ни просто... жить.
   - Кстати! Если ты хоть на выстрел приблизишься к девочке, я приму меры. И мысленных контактов тоже не надо! Дай ей стать тем, кем суждено, а не очередной твоей игрушкой.
   - Ха! Хочешь сделать мою дочь своей игрушкой? - гневно блеснул глазами Тариэль. - Да и что ты мне можешь сделать?
   - Я? Может, и ничего... - Лекс внимательно изучал ногти. - А вот Коранна Молния и Корт Неугомонный, много лет назад отчаянно разыскивавший свою крылатую дочь...
   - Ты угрожаешь ... мне? - с искренним изумлением взглянул на молодого человека Тариэль. - Своему учителю, как ты говорил? Положим, Коранна Молния доставила мне несколько неприятных минут в прошлом, да и Корт Неугомонный многое может, но что навело тебя на мысль, что я их испугаюсь?
   - Испугаешься? О нет! Ты потеряешь их расположение, их дружбу. Многие волшебники обожают Корта, да и ты тоже, его невозможно не любить. А Коранна имеет весьма сильное влияние на побережье... Кстати, я думаю пригласить их обоих читать лекции в университете, конечно, когда Коранна родит. Послушай, - продолжил Лекс едва ли не умоляюще. - Дай девочке время. Она чуть повзрослеет, обретет себя. А ты... у тебя же есть дочь...
   - Год. Я даю тебе год. Исключительно по любви к тебе. Возможно, сейчас не самое лучшее время. У девочки и без того проблем хватит. Через год я вернусь, и мы поговорим. Кстати, я оставил Лиэль в школе при побережье. Ей нечего делать на этой проклятой земле. Присмотри за ней, ладно?
   - И она не сопротивлялась?
   - Она разумная девочка. Поняла, что так будет лучше для неё. Заодно я отправил учиться Байла, ей будет не скучно. А знаешь, Лиэль тоже в какой-то степени мой ребенок. Я создал Тиграна и Черныша - грифонов, которые, кажется, и основали то поселение в пустыне. Во всяком случае, остальные грифоны не особо хорошо разговаривали, а эти двое ничем не уступали в интеллекте людям. Сейчас, я слышал, грифоны весьма умны. Если Корт взял гены грифона для Лиэль, то я в свое время вложил гены в грифонов. Тигран считал меня отцом. Таким образом, Лиэль - мой дальний потомок, забавно, правда?
   - Ого! - присвистнул Эрхан. - Да мы теперь породнились с Лиэль через Эрин? Забавно иметь в родственниках т"ига, крылатую девочку и сотню-другую грифонов!
   - Куда как более забавно, чем иметь дочь-королеву! Клянусь, я никогда не желал подобного своим потомкам! - вздохнул Тариэль.
   - А Рейла? Жена Эрлиха? Разве она не твоя дочь?
   - Рейла? - нахмурился Тариэль. - Я не имею к ней никакого отношения.
   - Жаль, - прищурился Эрхан. - Я-то думал, что ты приложил немало усилий, чтобы поддержать Эрлиха в его нелегком труде. Оказывается, первый советник Рейл, по преданию бывший эльфом, отличается от знакомого мне т"иги Рейла...
   - Черт подери эту канцелярию, - раздраженно пробурчал Тариэль. - Я полагал, что все копии этих бумаг давно утеряны. Рейла была дочерью моего друга. Она была талантливой девочкой и могла при случае защитить Эрлиха, вот и все. И вообще, хватит болтать! Так ты никогда не вернешься домой! Пора разгребать развалины.
   К середине третьего дня все камни были растащены, утоплены, место силы очищено огнем. Еще полдня Тариэль выкладывал пентаграммы, звезды и круги из булыжников, найденных в степи, из монет, из пучков трав, постоянно что-то меняя, и пел. На рассвете пентаграммы вспыхнули уже знакомым голубым цветом. Не считая выжженной земли, место было на вид ничем не примечательно, но Эрхану казалось, что из земли здесь бьет мощный столп воздуха, так что даже дышать ему получалось с трудом. Без внутреннего зрения он не мог его видеть, а с внутренним - видел узкий желтый луч, уходящий в небо. Тариэль обещал установить на этом месте колонну - место силы нельзя забрасывать.
   Не без дрожи он шагнул в пентаграмму. Если в первый раз он влетел в уже закрывающееся окошко, то теперь вошел в полноценный могучий портал. Как и обещал Тариэль, Эрхан появился в центре королевского дворца, в фехтовальном зале, где из паркета была выложена звезда, вполне пригодная для портала. Портал на этот раз Северный Ветер сделал односторонним, чтобы никто не сумел проникнуть в проклятые земли. Перед взором Эрхана ясно встала картина, как налетевший порыв ураганного ветра разметал узор портала, захлестнув и швырнув наземь Тариэля. Очевидно, месту силы не понравились его действия. В миг перехода в руках Эрхана привычно уже задрожал рог и словно прозвучал удар колокола. В голове у него гудело еще некоторое время. Как оказалось, удар существовал в действительности, потому что в зал сбежались все, кто обладал магическим даром - Эрин, Эмма-Ли, Эйя, несколько слуг. Самый первый, несмотря на преклонный возраст, влетел Хорий Жизнь дающий.
   - Юноша, - вскричал он, всплескивая руками, - В своем ли вы уме! Вы едва не разрушили дворец!
   - А еще я менял мироздание, - сказал про себя Лекс.
   - Однако какая интересная комбинация! - восхищенно щелкнул языком старец, кружась по полу. - Почему я не замечал её раньше? Как же всё-таки Вы взломали защиту дворца? Здесь же невозможно открыть портал! Это против всяких правил!
   - Эрхан! - закричала появившаяся Эрин и бросилась ему на шею. - Ты вернулся!
   - Мы думали, ты опять ушел. Надолго, - пояснила Эмма-Ли.
   - И не дождался обещанного места первого советника? Размечтались!
   - И всё же, молодой человек, как? - не унимался Хорий. - Это невозможно, говорю Вам!
   - Человек, который устраивал портал, не знал, что это невозможно, - пожал плечами Эрхан.
   Эмма-Ли хрюкнула и отвернулась. Глаза Эрин сияли.
   - Да бросьте, вы в самом деле решили, что я ушел? - возмутился Эрхан. - А как же суд над бер-Госсом? А мои планы по восстановлению университета? У меня столько идей, что я отсюда сотню лет не уйду!
  
   ***
  
   - Я требую для князя бер-Госса смертной казни через четвертование, - повторил Эрхан в очередной раз. - По древним обычаям, перед казнью его нужно оставить на неделю в клетке на площади.
   - Я протестую! - снова возражала Эмма-Ли. - Подобные дикие обычаи позорят нашу империю и развращают народ.
   - Протест принят, - кивнул Харриан и ударил в гонг. - Князь бер-Госс приговаривается к смертной казни через отрубание головы. Казнь состоится сегодня на закате солнца. Имущество князя переходит в королевскую казну до тех пор, пока не найдутся наследники.
   - Я настаиваю на исключении бер-Госсов из реестра дворянский семей! - возразил Эрхан.
   - Протест отклонен. Глупо истреблять из-за одной бешеной собаки всю псарню.
   Гонг ударил снова. Эрхан кипел от злости. Процесс над бер-Госсом ему виделся фарсом. Казнь - слишком легкой, наказание несоизмеримым. Первому советнику едва удавалось сохранять бесстрастное выражение лица.
   В отличие от дела бер-Госса, рассматривающегося на главной площади, дабы любой мог видеть торжество справедливости, Горнину-младшему приговор огласят вечером за закрытыми дверями. Эрхан испытывал симпатию к подсудимому, но по закону ему полагалась смертная казнь. Харриан, серьезно переговорив с бывшим другом, только качал головой. Сам юноша требовал себе смертную казнь. Семья его - отец и старший брат - на всех заседаниях сидела молча, нахмурившись. Они не произнесли ни слова, ни разу взглядом не поддержали опозорившего их юношу. Только когда Горнин признал вину, попросил прощения и настаивал на смертной казни, брат его опустил голову, а отец еле заметно кивнул. Решение Харриан планировал вынести беспрецедентное. Горнин-младший должен был умереть. Такой позор могла смыть только смерть. Поэтому юноша лишится своего имени, своей семьи, своего имущества. В его семейном склепе появится плита с его именем и датой смерти. Сам же Горнин, ныне безымянный, волен будет выбрать пожизненное служение любому богу. Ему был дан шанс жить - и искупить своё преступление милостью. Эрхан только вздохнул, вспомнив, как юноша просил прощения, как упал на колени и заплакал. Харриан, сбросив мантию судьи, опустился рядом с ним на колени и плакал с ним. Завтра утром мальчик покинет столицу безымянным странником.
   Бер-Госса и нескольких его сообщников выводили из зала суда. Смертный приговор получил он один. Остальные должны были отправиться на рудники. Эрхан молча вышел во двор. Его душила злость. Никто - ни один человек - не возмутился столь мягким приговором. Сотни убитых людей, не менее - сбитых с пути, сотни поломанных жизней - и всего лишь легкая смерть!
   Он вскочил на лошадь, не обращая внимания на обеспокоенный взгляд Эммы-Ли, и помчался к храму богини. Ледяные брызги первого снега летели из-под копыт. Ему очень хотелось поговорить с настоятельницей, не участвовавшей в этой комедии.
   На пороге он столкнулся с Вандой. На руках ее была дочь.
   - Что-то случилось, господин мой? - обеспокоено спросила она.
   - Мать-настоятельница... - выдавил Эрхан.
   - В посте и молитве, господин.
   - Да что же это такое! - зарычал он. - Какой ужасный день!
   - Пойдемте, господин, - тихо улыбнулась Ванда. - Я налью вам чаю, поверьте, всё будет хорошо.
   Она увлекла вяло сопротивляющегося Эрхана в свою каморку, по пути передав девочку какой-то послушнице. Усадив молодого человека на кровать (больше в комнате сидеть было негде), она налила ему прохладного травяного чаю из огромного глиняного кувшина и заставила выпить.
   - Чай на травах снимает усталость и дает сил, - назидательно сказала женщина. - Дозволительно ли мне спросить о ваших тревогах, господин советник?
   - Советник! - зло произнес Эрхан. - Какой я к бесу советник, если мои советы никому не нужны!
   - Что-то не так в суде?
   И тут Эрхана прорвало. Он взахлеб рассказывал ей о судебном заседании, о многомилостивом Харриане, о могиле женщины и детей под старой яблоней, о двух сотнях мертвецов у реки, о том, что почти не чувствуешь боли, когда арбалетный болт протыкает плоть, но только страх остаться калекой, о молодом Горнине, сгубившем свою жизнь и о сотне других, сбитых с пути бер-Госсом. Когда, наконец, поток слов иссяк, он долго еще сидел ссутулившись и не в силах поднять глаз от стыда за свою истерику.
   - Господин мой, - ласково сказала женщина, гладя его по голове. - В вас сидел демон. Он терзал вас, мучил, грыз изнутри. А теперь он ушел. Теперь будет легче, но в то же время тяжелее. Демон щедро делился силами. А теперь вам придется жить своей жизнью.
   Эрхан удивленно поглядел на неё.
   - Вы не верите в демонов? - понимающе улыбнулась она. - Что ж! Тогда считайте, что месть свершилась, цель достигнута. Выберите себе другую цель, только умоляю, более разумную! Я почти уверена, - задумчиво продолжила она. - Что та женщина была беременна... Оттого вы и не знали покоя. Душа нерожденного младенца преследовала вас, неразумная и оттого бессмысленно жестокая...
   - Умоляю, только не говори подобной ерунды при Харриане, - раздраженно поморщился Эрхан. - Он опять может сорваться. Налей мне лучше еще твоего чудного чая.
   - Нет, господин мой, - лукаво улыбнулась Ванда, сверкнув серебряными глазами. - Чай вам уже не поможет. Я знаю куда более действенное средство.
   С этими словами женщина начала расстегивать его камзол. Он схватил её за руки.
   - Не надо, - попросил Эрхан. - Не надо из жалости.
   - Я не люблю Вас, а Вы не любите меня, и молю богиню, чтобы наши сердца не соединились. У нас разные дороги. Но нам обоим сейчас отчаянно нужно тепло. Я хочу жить!
   Она обвила его плечи и прижалась губами к его губам.
  
   ***
  
   - Господа волшебники, - постучал книгой об стол Эрхан. - Попрошу успокоиться!
   "Господа волшебники" наконец поутихли и расселись на свои места. Кажется, впервые за многие годы они собрались все вместе. Многие из них были врагами и конкурентами, но предусмотрительно воздерживались от распрей в присутствии первого советника. Однако желание узнать новости и выказать свое уважение, да и просто похвалиться успехами было почти непреодолимым.
   - Прошу вас представиться и кратко рассказать о своей деятельности, - попросил Эрхан. Секретарь запишет ваши данные и ход нашего собрания. Хорий Жизнь дающий, как самого старшего, прошу вас начать.
   Секретарь - худенькая темноволосая девушка в скромной форме писца (немногие из присутствующих знали в лицо королеву Эрин) с готовностью подвинула к себе лист бумаги и самопишущее перо.
   - Хорий Жизнь дающий, целитель.
   - Волшебник Корт, генетик.
   - Коранна Молния, маг стихий воды, воздуха и огня.
   - Ярл Провидец, предсказания, гороскопы, прошлое и будущее.
   - Сильванна Радуга, женская магия, привороты, яды, противоядия.
   - Торн Кулак, боевая магия.
   - Свен Скала, боевая магия.
   - Рузанна Разрушительница, боевая магия.
   - Жан Цирюльник, мороки, иллюзии.
   - Гриниус Быстрый, порталы.
   - Борей Громовержец, маг четырех стихий.
   - Вилена Целительница, в первую очередь репродуктивная магия.
   - Дарий Драконоборец, специалист по боевым животным.
   - Ханна Светлая, специалист по боевым животным.
   - Медвежье Ухо, хранитель леса.
   - Лигар Весельчак, боевой маг.
   - Лорейя Милосердная, целитель.
   - Ингвар Добрый, маг широкого профиля, хранитель знаний, главный библиотекарь.
   - Сайра Черемуха, маг стихий.
   - Веренея Вишня, маг стихий.
   - Жанин Златовласая, долголетие, иллюзии, женская магия.
   - Молин Звездочет, провидец.
   - Пертоний Мертвец, черная магия, некромантия.
   - Грай Зловещий, черная магия, проклятья, некромантия.
   - Эрхан Прозорливый, распознание лжи.
   Да-да, Эрхану пришлось выдержать весьма неожиданный экзамен - компания магов во главе с Кортом зажали его в коридоре, провели испытание на свой лад и дали ему имя.
   Черные маги демонстративно сидели в разных концах комнаты в гордом одиночестве. Боевые маги держались группой. На женщин-целительниц поглядывали с легким призрением, на Эрхана после его представления - с опаской и уважением.
   - К сожалению, несколько магов не смогли или не захотели откликнуться на приглашение, - произнес Эрхан. - Тариэль Мудрец, например, и вовсе сейчас в проклятых землях. Однако здесь присутствует его заместитель, господин Байл Трикс. Он уполномочен утверждать любые решения от имени Мудреца.
   - Разве Тариэль Мудрец все еще жив? - поинтересовалась Лорейя Милосердная, милая старушка в очках. - Он ведь значительно старше всех нас, боюсь, даже вместе взятых.
   - Жив, ныне здравствует и готов оказать всяческую поддержку начинаниям господина первого советника, - учтиво склонил голову джентльмен в модном лиловом костюме и повязкой на одном глазу.
   - Итак, многоуважаемые волшебники, приветствую вас! Как видите, для такой большой страны нас совсем не много, и это весьма печально. Конечно, многих из вас такое положение весьма устраивает, ведь отсутствие конкуренции приводит все деньги к вам в карманы. Будем честны, господа - быть магом сегодня весьма прибыльно. Не сверкайте глазами, волшебник Корт, все знают, что это к вам лично не относится. Уж вы бы занимались своими зверюшками, даже если бы пришлось за это платить. И все же вы все - весьма уважаемые и состоятельные люди.
   - К чему вы клоните, господин первый советник? - подал голос один из черных магов. - Уж не хотите ли вы ввести налог на магию?
   Маги загудели, поворачиваясь друг к другу.
   - Отнюдь. Я собрал именно вас, потому что вы лучшие из лучших. Есть маги более мелкие, но кто о них знает? Вы же известны даже за пределами Империи, - это было, мягко говоря, преувеличением, но Эрхан не скупился на лесть. - Я хочу предложить вам службу на благо государству и её величеству Эрин.
   - В планах её величества боевые действия? - поинтересовалась крупная девушка-боевой маг, откинув назад светлые косы. - Присутствующих здесь магов явно недостаточно, чтобы оказать хоть какую-нибудь поддержку армии такого масштаба.
   - Целителей тоже слишком мало, - поддержал её Хорий, давно посвященный в планы Эрхана. Кстати именно он помогал составить список магов. Конечно, у многих из них Лекс ходил в учениках, но некоторых, например, некромантов, видел впервые.
   - Вот именно! - воскликнул Эрхан. - Сколько боевых магов в стране Руху?
   - Более сотни, - ответил Борей Громовержец, внимательно слушавший первого советника. - И это только те, о ком нам известно. Боюсь, там немало магов тайных.
   - И что будет, если королю страны Руху не понравится мордашка нашей королевы?
   - Каюк, - спокойно сказала Коранна, поглаживая огромный живот.
   - Уважаемый Ярл, что скажете вы? - обратился к королевскому провидцу Эрхан.
   - На данный момент, если у страны Руху и есть завоевательские планы, то пока в проекте, - дернул бороду маг. - Однако, даже будь у них сотня-другая прекрасных боевых магов, одни лишь стихийники уже смогут причинить им немало неприятностей. А вот если против нас придет тысяча магов... тогда каюк, как выразилась наша дорогая Коранна.
   - И как велика вероятность нападения? - поинтересовался хранитель библиотеки и сам же ответил. - Пока на троне Руху старый король Гронус, весьма дружелюбный по отношению к Эрайне, нам ничего не грозит. Но как только его место займет внук...
   - Вы совершенно правы, уважаемый хранитель, - поклонился старику Эрхан. - Именно поэтому я предлагаю возродить университет.
   Для магов подобная идея оказалась сюрпризом. Они вскочили с мест и стали возмущаться. Даже Коранна что-то взволнованно втолковывала мужу. Лишь Борей да некроманты остались спокойны, только недоверчиво покачав головой.
   Эрхан мысленно сосчитал до десяти и крикнул:
   - Тихо!
   Все расселись по местам, буравя его взглядами.
   - Что вы скажете, Борей?
   - А какая нам от этого выгода? - лениво протянул Громовержец. - Вы предлагаете нам, если я правильно понимаю, передавать свои знания молодежи с целью вырастить молодое поколение магов, способных поддержать обороноспособность империи. А кто за это заплатит?
   Маги закивали головами. Борей явно задал самый главный вопрос. Эрхан с благодарностью кивнул ему. Уж он-то хорошо знал, что златокудрый красавчик Громовержец за деньгами отнюдь не гонится и с удовольствием дает бесплатные уроки в местной школе магии.
   - Я думаю, университет сам себя прокормит, - ответил Эрхан. - всегда найдутся люди, готовые заплатить. В наших планах сделать его самым престижным учебным заведением не только Империи, но и окрестных государств. Естественно, профессора университета будут самыми уважаемыми людьми. Согласитесь, в такой ситуации ваши услуги будут значительно дороже, чем услуги бывших студентов.
   - Допустим, - кивнул Борей. - Но кто будет платить за обучение в никому не известном заведении, да еще с неважной репутацией? Как мы все помним, пять лет назад ректор университета был уволен за финансовые злоупотребления. Признаться, учили в нем давно уже отвратительно (говорю это как сам университет в свое время окончивший), драли денег не меряно, и выкидывали студентов за малейшую провинность. Само здание в плачевном состоянии, а преподаватели, кто не умер от старости, тот свихнулся. Да и учебники все пришли в негодность, не в упрек вам, господин библиотекарь.
   - Скажите мне, волшебники, кто из вас делает записи? - неожиданно спросил Эрхан. - Кто-нибудь записывает мысли, новые заклинания, результаты опытов?
   Руки подняли все.
   - А для кого вы делаете записи? - коварно поинтересовался Эрхан. - Разве не для потомков? Или вы собираетесь забрать их с собой на тот свет? Нет? Отлично. Будем считать, что учебники уже не проблема.
   - Что значит не проблема? - возмутился кто-то из боевых магов. - Мои записи, например, с натяжкой можно назвать читаемыми, а уж сделать из них учебник...
   - Вас никто не ограничивает во времени, - успокоил его Эрхан. - Если вы предпочтете вести лекции - дело только за конспектом. Если же вы практик - это уже проблемы студента, как зафиксировать ваши уроки. Однако в перспективе, конечно, будут и учебники, и монографии, и диссертации, причем на таком уровне, что маги, не принадлежащие к университету, готовы будут их купить за немалые деньги. Естественно, часть прибылей пойдет в казну университета.
   - Насколько высока будет плата в университете? - спросил один из волшебников.
   - Достаточно высока, - признал Эрхан. - Не менее сотни золотых монет в год.
   - Это очень много, - покачала головой Коранна. - Многие талантливые дети не смогут себе этого позволить.
   - Королевская казна готова финансово поддержать университет в течение первых пяти лет - полностью, и следующие пять лет частично. Кроме того, её величество готова оплатить расходы на обучение и даже выделить стипендию для особо одаренных студентов, но не более чем 25 студентам в год. Университет должен будет определить еще 25 человек, достойных стипендии. Таким образом, мы получим 50 талантливых магов в год. Каждый, получавший стипендию, должен будет отработать на благо государства не менее 5 лет. Если будет нужно - за минимальную плату, в больницах для бедных, на приграничных заставах или при монастырях. Кроме того, любому студенту представится возможность сдать выпускные экзамены досрочно. Пользование библиотекой тоже будет платное. Королевский дом готов передать все документы, имеющие ценность для науки или истории, в библиотеку университета. Естественно, для студентов библиотека бесплатна. Иногородним студентам будет предоставлено общежитие и бесплатное питание. Для тех, кто готов платить, будут построены несколько отдельных домиков.
   - Всё это выглядит весьма разумно, - признал один из некромантов. - Два-три богатых студента вполне обеспечат десяток неимущих, но талантливых. При десяти платящих за обучение университет уже получает прибыль. Библиотека, книги и прикладные исследования также приносят деньги. Я так понимаю, профессора университета могут принимать заказы и работать на стороне, но в обмен на материалы и базу для исследований университет получает часть прибыли?
   - Естественно.
   - Однако некромантия и черная магия не только крайне редки, но и запрещены в ряде областей. Для чего же университету подобные студенты?
   - Не думаю, что факультет черной магии будет пользоваться особой популярностью, - признал Эрхан. - Но подобные исследования будут просто бесценны. Кроме того, у вас будет уникальная возможность абсолютно законно проводить эксперименты, а все неприемлемые результаты с удовольствием и пользой дела уничтожат юные боевые маги.
   - Заманчивое предложение, - кивнул некромант. - И я готов принять его прямо сейчас. Но если все же найдутся желающие обучаться некромантии, какие будут последствия?
   - Любой окончивший курс черный маг будет на учете. Иностранные маги должны дать клятву на крови, что не используют знания против нашей империи, иначе курс будет неполным.
   - Этого недостаточно, - покачал головой маг. - Необходимо взять на учет не только каждого закончившего, но и каждого читателя учебника в библиотеке, и каждого, прослушавшего хотя бы часть курса. Кто станет этим заниматься? Уж не мы, поверьте.
   - Благодарю за ценное замечание. Мы обязательно рассмотрим этот вопрос.
   - Как насчет целительства? - подал голос Хорий. - Мы, пожалуй, не только не боимся конкуренции, но, напротив, всячески готовы принять максимально возможное количество учеников. Целители всегда найдут работу. За себя скажу - первые пять лет я готов работать бесплатно.
   - Как насчет сотрудничества с гильдией целителей? - поинтересовалась Вилена Целительница, молодая красивая волшебница в белом платье. - Возможно, следует направлять всех молодых врачей на краткий курс целительной магии? Многие врачи не придают должного значения проблемам женщины в положении и новорожденного младенца, а ведь уже на этих стадиях с помощью магии и элементарной внимательности можно предотвратить многие болезни. Но наших врачей больше интересуют боевые ранения! Женщин же многие из них вообще не считают нужным лечить, объясняя все их жалобы излишними нервами!
   - Вы абсолютно правы, моя дорогая! - вскричал волшебник Корт. - Ведь именно на стадии беременности формируются физические данные того же воина, мужчины! А сколько детей рождается слабыми, недоношенными, калеками! Умирают во младенчестве, когда при наличии элементарной системы наблюдений уже возможно предотвратить многие проблемы!
   - Если вы двое готовы взяться за эту проблему, я буду раз оказать всяческую поддержку, но сейчас мы обсуждаем вопрос существования университета, - перебил Эрхан Корта.
   - Я не думаю, что мы решаем именно этот вопрос, - язвительно возразил Дарий Драконоборец. - Университет обойдется и без нас. Вопрос в том, сможем ли мы обойтись теперь без университета? Какая гарантия, что наша весьма юная королева не поджарит нам пятки за отказ?
   - Никакой, - ухмыльнулся Эрхан.
   - Не стоит так говорить, - укорил Драконоборца Хорий, бросив обеспокоенный взгляд в сторону Эрин. - Её величество не склонна к сомнительным развлечениям.
   - Глупости! - фыркнул Жан Цирюльник. - Мы все видели, как закончил свою жизнь предыдущий первый советник. Ему, знаете ли, отрубили голову. И очень кстати большинство свидетелей его преступлений оказались мертвы.
   - Думай, о чем говоришь, брадобрей! - вспылил волшебник Корт. - Не веришь суду, спроси меня! Я лично лечил юношу, которого пытал сам бер-Госс.
   - Да тебе заплатил этот красавчик, величающий себя первым советником! Каждый здесь знает, что вы друзья не разлей вода!
   - Если мы друзья, то зачем ему платить мне? - резонно возразил Корт. - Я ведь и не скрываю, что на его стороне. Приглашение же в университет я считаю честью для себя, ибо сам в свое время его заканчивал.
   - Увы, я обязан волшебнику Корту слишком многим, чтобы настаивать на своем, - сказал Эрхан. - Поэтому я могу только предлагать, и, как мне кажется, немало.
   - Я полагаю, большинство присутствующих оценили преимущества, которые может дать университет как Империи в целом, так и каждому из нас, - вежливо сказал Ярл Провидец. - Однако вопрос оплаты пока не решен. Со своей стороны, я поддерживаю Хория - я готов отказаться от заработной платы на первые пять лет, и вложить в полученную прибыль в материальную базу. Ведь необходимо будет решить вопрос с ремонтом здания, оснащением лабораторий, общежитием и домами для преподавателей. Многие из здесь присутствующих не имеют жилья в столице. Безусловно, Корт и Коранна могут рассчитывать на моё гостеприимство, но многим придется жить в гостиницах.
   - Мы с вами, уважаемый Ярл, - согласилась Коранна. - Мы готовы отказаться от платы. Но, на мой взгляд, помимо преимуществ, у преподавателей должны быть также строгие рамки и отчетность. Кроме того, у нас с Кортом есть поместье, которое требует присмотра. Возможно ли, допустим, вести занятия не на постоянной основе, а читать курс, допустим, 4 месяца в год?
   - Если для вашей семьи это наиболее удобное решение - безусловно. Но вы должны учесть, что если вы принадлежите к университету, все ваши разработки и проекты, выполненные на деньги университета, будут принадлежать университету. В первую очередь, это, конечно, касается Корта.
   - Не кажется ли вам, уважаемый советник, что это чересчур? - недружелюбно поинтересовалась Коранна. - Это уже похоже на рабство.
   - Мы все граждане империи. Если её величество потребует, каждый из вас откажется от своих личных дел и исполнит её приказ, разве не так? Более того, её величество может не оплачивать ваш труд, ведь по большому счету, он и так принадлежит ей. Здесь же вам предлагается не только всесторонняя поддержка, почет и слава, но и при необходимости неограниченное финансирование. Должны ли вы все брать и ничего не отдавать взамен?
   - Вы несколько передергиваете, советник, - подал голос Байл Трикс. - Каждый из этих людей отдает взамен весьма непрочных благ свое время, свой опыт и свои умения. Более того, без их помощи вы не получите ни одного обученного мага. Вы же хотите заполучить их с потрохами.
   - Я хочу получить их души, их преданность и верность, - резко ответил Эрхан. - Не для себя лично, но для империи. Клянусь честью, это немало, но и не запредельно. Тем более, что преданность империи им досталась с самого рождения. Мы все можем хаять свою жизнь, вы свидетель, Байл, я повидал немало, но если лучшие умы, лучшие люди империи не хотят сделать что-либо для её блага, чего ждать от страны? Империя - это мы, господа, в королевском дворце её сердце. Да будет университет её мозгом! Сделайте же что-нибудь не только для своего кошелька, сделайте для страны! Империя призывает вас на службу. Кто из вас готов отказаться?
   В зале установилась молчание. Неожиданно все поняли, что предложение оказалось приказом, не подчиниться которому было невозможно.
   - Господин Байл? Что скажете Вы?
   - Шах и мат, господин советник. Я могу лишь завидовать вашей верности престолу, - уважительно склонил голову пират. - Мой друг Тариэль Мудрец, хоть и вовсе не принадлежит к подданным империи, но имеет определенные обязательства. Я от его имени принимаю условия сотрудничества, но все же хотел бы обговорить некоторые условия лично.
   - Безусловно, с каждым из вас будет заключен индивидуальный контракт.
   - Я, как хранитель леса, - пробасил Медвежье ухо, до того молчавший. - Хочу сказать: империя - это одно, а лес - это другое. Никогда хранители не подчинялись империи, а империя не вмешивалась в дела хранителей. Но сейчас мой друг Эрхан и королева Эрин просят меня о помощи, и я готов помочь.
   - Я всегда готов служить империи, - склонил голову Ярл Провидец. - Безвозмездно.
   - Присоединяюсь к коллеге, - кивнул Хорий.
   После этого все присутствующие маги согласились участвовать в воссоздании университета. Эрхан, приготовившийся распрощаться с половиной из них, был изрядно удивлен. Он вовсе не желал их запугивать.
   - Господа маги! - поднялась с места Эрин. - Я восхищена вашей преданностью! Я горжусь тем, что в Империи родились такие верные и смелые люди, и в свою очередь я обещаю сделать всё возможное, чтобы вы ни разу не пожалели о своем выборе.
   Маги слегка переменились в лице и вскочили, осознав, что юный секретарь, на которого они не обращали внимания, вдруг оказалась их королевой. Более того, каждый из них мгновенно определил, что Эрин не только не обделена магией, но даже превосходит некоторых из них силой.
   - Я уверена, что университет в вашем лице станет заведением, достойным подражания. Если у кого-то из вас возникнут определенные предложения, мы с благодарностью их рассмотрим. Прошу вас не разъезжаться по своим вотчинам еще некоторое время. Каждый из вас, безусловно, куда лучше, чем мы, осознает свои возможности. Я бы попросила вас предоставить проекты дисциплин, которые вы видите возможным преподавать. Я пока вижу в проекте только несколько кафедр - конечно, это будет боевая магия, стихийная магия, белая магия, черная магия и прикладная магия. Вообще, мне бы хотелось видеть в университете курс защитной магии, но не знаю, возможно ли это?
   - Любой уважающий себя боевой маг знает, как защитить свой дом и обезопасить себя, госпожа, - поклонилась воительница с косами. - Если желаете, я готова попытаться составить программу обучения.
   - Я буду рада, если Вы возьмете это на себя, Рузанна, - согласилась Эрин.
   - К какому направлению стоит отнести боевых животных? - поинтересовался Драконоборец. - К боевой ли магии, или к прикладной, или магии стихий?
   - Я затрудняюсь ответить на ваш вопрос, - смутилась Эрин. - Как специалисту в своей области, вам проще сделать выбор. В любом случае, ничто не может помешать вам вести курс у студентов всех трех кафедр.
   - Для целителей подобный курс тоже будет нелишним, - известил Хорий Целитель. В том, что он среди целителей будет призван главным, никто не сомневался. - Раны, оставленные боевыми животными, совершенно особенные.
   - Черная магия тоже нуждается в подобном курсе, - посовещавшись, заявили некроманты. Сообразив, что работать придется вместе, они на удивление быстро нашли общий язык. - И некромантия, и смертельные заклятья на магических животных действуют нетрадиционно.
   - Вот видите, Дарий, вы нарасхват, - улыбнулась Эрин.
   - В таком случае, я с моей ученицей предпочту кафедру прикладной магии, - поклонился Дарий. - Однако мне бы хотелось знать, кто же наиболее достоин встать во главе кафедры и университета?
   - Думаю, этот вопрос будет решен голосованием. Сложнее всего сделать выбор черным магам.
   - Ничего сложного, госпожа, - откликнулись некроманты. - С вашего позволения, мы будем принимать решения сообща, а в споре обращаться к ректору, либо первому советнику.
   - Среди боевых магов выбор должен пасть на наиболее опытного, - сказала Рузанна. - Мне думается, здесь главное не сила, а административная работа. Возможно, как и черным магам, нам следует первое время работать командой.
   - Главой факультета белой магии, конечно, будет Хорий Жизнь дающий? - уточнил Эрхан.
   Целительницы переглянулись и кивнули. Против Ярла Провидца во главе кафедры прикладной магии тоже никто не возражал. В качестве главного "стихийщика" ожидаемо выбрали Борея Громовержца. На Корта Неудержимого претендовали и прикладники, и целители. В конце концов, Корт сам выбрал прикладную магию, пообещав работать "на полставки" на кафедре белой магии. Самого Эрхана, несмотря на его возражения, приписали к кафедре прикладной магии и пытались выдвинуть на пост ректора. Он отговорился государственными делами и предложил кандидатуру Ярла, как наиболее опытного администратора. В свое время он был заместителем ректора и обладал, в отличие от остальных, достаточным опытом в постановке учебного процесса. Ярл тут же внес неожиданное предложение.
   - В качестве будущего ректора, я предлагаю перенести университет из столицы, - заявил он. - Здание университета ветхое и запущенное, общежитие впихнуть в центр столицы невозможно, мало пространства для стихийщиков, да и воды поблизости нет. Кроме того, кафедра черной магии, не в обиду коллегам, не самое привлекательное соседство. Землетрясения, взрывы, дожди и смерчи тоже не понравятся горожанам. Да и таверны поблизости не способствуют совершенствованию учебного процесса.
   - Построить университет выйдет куда дороже, - возразил Эрхан. - Да и время потеряем.
   - Зачем строить? - улыбнулся Ярл. - Если есть поместье бер-Госса? Оно рядом со столицей, там отличный замок, парк, много хозяйственных строений, река, оснащенная обсерватория, поля вокруг. Строй хоть общежитие, хоть домики. Для профессоров, не желающих покидать столицу, господин Гриниус построит постоянный портал. Конечно, это весьма затратно, но королева обещала нам финансовую поддержку. Кроме того, порталом смогут пользоваться родители и родственники студентов за определенную плату, экономя время. Для некромантов имеется система казематов и небольшое кладбище. Библиотеку недоброй памяти покойный собрал весьма неплохую, опять же не гнушаясь литературой по запрещенным ритуалам. Часть обслуги поместья можно оставить - вырастить свои овощи и скот даже с учетом неизбежных затрат выйдет гораздо дешевле, чем покупать. Я уже не говорю о том, какой простор в этом случае откроется для любителей магических зверей, господина Корта и хранителя леса! А в старом здании сделаем музей магии и публичную библиотеку, столь необходимую нашей столице. Впрочем, возможно, некоторые маги имеют слишком теплые чувства к покойному советнику, и не готовы поселиться в его семейном гнезде, уважая его память?
   - Ничуть. Самая здравая мысль за весь вечер, - буркнул покрасневший Жан Цирюльник, к которому была направлена эта ехидная тирада. - С покойником я лично дела не имел и признаю свой пример неудачным, полностью доверяя волшебнику Корту.
   - Не спешите, уважаемый Ярл! - покачал головой Эрхан. - Ваше предложение очень заманчиво, но у бер-Госса есть наследники.
   - О да! - ухмыльнулся Ярл. - Самый ближний, кажется, племянник, который разделил с дядюшкой участь. А его наследница согласно завещанию - дочка Харриана Белонского. Выплатите ей достойную компенсацию.
   - Что же, если Харриан не будет возражать, мы так и сделаем, - улыбнулся Эрхан. - А вы, господин Провидец, я гляжу, все продумали?
   - На то я провидец, - засмеялся старик и гордо пригладил свою бороду. - Я же опись имущества составлял.
   Маги, оживленно переговариваясь, направились к выходу, однако некромантов Эрхан попросил задержаться.
   Они сидели перед ним, такие разные, но в чем-то неуловимо похожие. Пертоний Мертвец был мужчиной средних лет, крупный и высокий, с заметным брюшком, длинными седыми волосами, свободно спадавшими на спину. Если бы не цепкий взгляд и жесткая линия рта, он бы походил на монаха в своем черном балахоне. Грай Зловещий был несколько моложе, ниже ростом и значительно худей. Черные волосы, крючковатый нос, тонкогубый рот и тяжелый подбородок подчеркивали его тщательно выверенный образ злодея. Так же, как и Пертоний, он был в черном одеянии.
   - Господа некроманты, - твердо произнес Эрхан. - Я хочу вас предупредить, что университет - не лучшее место для ваших излюбленных игр. Если вам угодно поднимать покойников или выращивать черную лебеду - извольте. Но я требую от вас соблюдения закона.
   - Что вы имеете в виду, господин первый советник? - поднял брови Пертоний.
   - Я имею ввиду, что вас, черных магов, не поймешь, - отрезал советник. - Сегодня вы коллеги и лучшие друзья, а завтра один из вас скоропостижно скончается, отведав прокисшего зелья. Я не потерплю подобных интриг в университете. Если случится что-то подобное, вылетите с треском оба. Как мертвый, так и живой. И попрошу эксперименты на студентах тоже не проводить. Я понятно объяснил ситуацию?
   - Вполне, - со смешком произнес Грай. - Мы искренне постараемся избегать смертоубийств.
   - Уж постарайтесь.
  
   - А знаешь, эти черные маги весьма интересны, - протянула Эрин после их ухода. - Пожалуй, нужно будет выпустить указ, запрещающий личные отношения между студентами и преподавателями. Нет, тот, который Мертвец, меня не привлекает, но второй очень даже ничего. Подтянутый, эффектный.
   - Эрин, ты серьезно? - ужаснулся Эрхан.
   - А что, мне уже на мужчин заглядываться нельзя? - сделала большие глаза девушка. - Я молодая, красивая, свободная.
   - Увы, радость моя, ты безнадежно повенчана с империей Айдарра, - покачал головой Эрхан, с жалостью глядя на восемнадцатилетнюю девушку.
  
   ***
  
   По иронии судьбы, первый студент появился именно на кафедре черной магии. Старик Эрл, временно исполняющий обязанности секретаря первого советника, сообщил Эрхану, что вечером к нему придет на аудиенцию некая особа, желающая обсудить вопрос обучения в университете. Эрхан поспешил сообщить эту новость племяннице, которая утверждала, что в первый год студентов придется заманивать на учебу пряниками. Распахнув дверь малой гостиной, он оторопел. Юная королева поспешно выскользнула из объятий смущенного Харриана Белонского и отчаянно покраснела.
   - Это не то, что ты думаешь, - поспешно сказала она, приглаживая волосы.
   - Это именно то, что я думаю, - резко ответил Эрхан. - Не забывай, что я отлично читаю эмоции. Впрочем, всё, чем вы тут занимались, меня вовсе не касается... ваше величество.
   - Действительно! - вспыхнула девушка. - Я же не вмешиваюсь в твои отношения с Вандой, хотя они давно вышли за пределы невинных поцелуев!
   - Это другое дело! Я мужчина!
   - И что? На тебя не распространяются нормы морали?
   - Я не невинная девица и не королева, - отрезал Эрхан. - Мне нет дела до людских толков. Вы же, госпожа, ставите под удар свою репутацию.
   - Можно подумать, кому-то есть дело до моей репутации!
   - Можно. Подумать, знаете ли, никогда не поздно!
   Кипя праведным гневом, Эрхан хлопнул дверью и направился на очередное заседание магов.
  
   В приемных покоях первого советника ждала молодая высокая девушка в черном мужском костюме. Раскосые глаза выдавали в ней уроженку страны Руху. Иссиня-черные волосы, бледное лицо, алые губы, большие пальцы рук засунуты за широкий кожаный ремень, брюки узкие до неприличия - словом, вид у девицы был весьма вызывающим.
   - Простите за опоздание, присаживайтесь, - выдохнул Эрхан, плюхнувшись в кресло. Очередное собрание преподавательского состава как обычно затянулось, и он едва успел к назначенному времени. - Чем могу служить?
   - Вы так молоды, - удивленно протянула девушка с легким акцентом.
   - Это имеет какое-то значение? - удивился Эрхан.
   - Нет, прошу прощения, - смутилась девушка. - Меня зовут Юлия. Видите ли, я обращалась к господину Ярлу, но он направил меня к вам. Я хочу учиться в университете.
   - Но университет начнет работу только в начале лета, - сказал Эрхан. - Еще даже не объявляли о наборе студентов. Откуда вы вообще узнали?
   - В школах магии только и разговоры об этом. Ходят слухи, что в первый год студентам будут сделаны скидки.
   - Милочка, я бы посоветовал вам дождаться конца зимы и записаться на вступительные экзамены. Именно там вы получите рекомендации по выбору факультета.
   - Ну... дело в том, что я уже выбрала факультет. И мне сказали, что именно на этот факультет будет жесткая квота. Я хочу поступать на черную магию.
   - Но почему? - изумился Эрхан. - Женщина - черный маг? Вы уверены?
   - В нашей стране черная магия под запретом. Мне было весьма сложно найти достойного учителя. Именно он счел, что мои способности достойны куда большего, чем он может мне дать, и в вашем университете я получу достойное образование.
   Эрхан внимательно изучал девушку. Она явно что-то недоговаривала.
   - Боюсь, что вас ввели в заблуждение, - протянул он. - Черные маги в нашем университете связаны очень жесткими обязательствами.
   - Какими?
   - Во-первых, я должен быть уверен, что вы не планируете кому-либо мстить. Во-вторых, сразу после окончания университета вы либо покидаете пределы страны навсегда, либо остаетесь под государственным надзором. При любом варианте вы даете клятву на крови, что не будете использовать свои знания и умения против Империи.
   - Клятва на крови - это ведь самая что ни на есть запрещенная черная магия? - уточнила Юлия.
   - Именно.
   - А с боевых магов вы тоже возьмете подобную клятву? - поинтересовалась она.
   - Каждый гражданин империи по закону может быть призван на воинскую службу. Каждый студент-иностранец даст клятву.
   - В таком случае я ничего не имею против, - склонила голову Юлия. - А что насчет первого условия?
   - Вы знаете, что я буду вести в университете курс под названием "Психология истины"? Я один из немногих, имеющих способности к магии разума. Если вы хотите стать черным магом, придется раскрыться.
   - Как это? - девушка насторожилась, но особой паники Эрхан не увидел.
   - Вы готовы мне довериться?
   - Это непременное условие? - колебалась Юлия.
   - Да.
   - И вы увидите всё то, что я хотела бы скрыть?
   - Да.
   - И обещаете держать всё в тайне?
   - Да.
   - В таком случае я готова.
   Эрхан взял ее за руки.
   - Закройте глаза, - попросил он. - Постарайтесь успокоиться. Мне нет дела до ваших любовников, тайных пристрастий и пороков.
   Девушка хмыкнула, и это явное проявление эмоций позволило Эрхану заглянуть в её на миг озаренное подсознание. Да, проблем у Юлии хватало. Она была потомком известного рода черных магов, тщательно истребляемого веками. Род её был особым, можно было понять, почему Юлия желала заниматься именно семейным делом.
   - Вампир. Суккуб. Человек. Черный эльф, - удивленно произнес Эрхан. - Неслабое сочетание.
   Юлия улыбнулась, хищно сверкнув удлинившимися зубами.
   - Если вздумаете соблазнять преподавателей, вылетите сразу же, - предупредил её Эрхан. - Студентов не кусать, не привораживать без их согласия, порчу наводить только в присутствии преподавателя. Вы приняты.
   - Без экзаменов? - удивилась Юлия.
   - Боюсь, наши некроманты не в состоянии придумать достойного испытания ваших талантов.
   - А оплата?
   - Ах, оплата... Обучение стоит 100 золотых монет в первый год. В дальнейшем каждый выбранный курс оплачивается отдельно в зависимости от количества выбранных дисциплин. Если вы согласны подождать начала лета, я включу вас в список претендентов на стипендию.
   - Спасибо, не надо, - вежливо отказалась Юлия. - Конечно, обучение очень дорогое и пока я смогу позволить себе только первый курс, но я хочу быть уверена, что поступила и не окажусь на улице в начале учебного года.
   - Отлично. У вас есть, где жить до начала обучения? Должен предупредить, что университет находится в пригороде и студентам придется жить в общежитии.
   - Я согласна на общежитие, - быстро сказала Юлия.
   - Вот как? - приподнял брови Эрхан. - Представительница вашего рода готова делить крышу с простолюдинами?
   - Не стоит острить, господин советник, - спокойно ответила девушка. - Мои финансовые дела в крайнем расстройстве. Деньги на обучение, признаюсь, я частично заработала, частично украла, да еще продала остатки фамильных драгоценностей. Если вы предложите мне какую-нибудь работу на оставшееся до учебного года время, чтобы я смогла прожить, не дрожа над каждой оставшейся монетой, я буду вам очень признательна. Жилье в столице очень дорого.
   - Полагаю, в храм богини или больницу для нищих вы не пойдете? - поинтересовался Эрхан.
   - Как вы считаете, повлияет ли на репутацию университета моя возможная работа в публичном доме? - в тон ему ответила Юлия.
   - В столице нет публичного дома, - пожал плечами Эрхан.
   - Конечно, нет, - согласилась Юлия. - Пока.
   - Если вы так печетесь о репутации университета, - улыбнулся Эрхан. - То как насчет работы в архиве? Главный библиотекарь волком воет, приводя в порядок все летописи.
   - Благодарю вас, с радостью, - искренне ответила девушка.
   - Кстати, пока библиотека не открыта для посетителей, она вполне пригодна для жилья. Если, конечно, вас это устроит.
   - Устроит, - повеселела девушка.
   - Отправляйтесь к Ингвару Доброму, он сейчас в архивах. Здание старого университета вы найдете легко. Там сейчас разруха - сносят стену, приводят в порядок парк и крышу. Скажете Ингвару, что я прислал вас в помощь. Если он согласен, договоритесь об оплате.
   - Благодарю вас, господин первый советник, - вскочила Юлия. - Я навеки ваша должница.
   Сверкая радостью, она умчалась, а Эрхан впервые подумал, что затея с университетом может принести немалые проблемы. Вампирша-аристократка, готовая работать, кто бы мог подумать!
   Вопреки опасениям, студентов, желающих обучаться в университете, было предостаточно. Маги, в свою очередь, рьяно взялись за устроение своего будущего. Оказалось, в их объединении было столько новых возможностей, сколько они и предположить не могли. Стихийщики, боевые маги и иллюзионисты быстро привели в порядок старое здание, создав и отработав попутно новые заклинания укрепления и декорирования стен. Публичная библиотека стала поистине украшением города. Корт и Медвежье Ухо сделали из парка чудесное место. Весной, когда распустятся листья, здесь будут тенистые аллеи, белые беседки, фонтаны и пруды с золотыми рыбками. По лужайкам будут скакать кролики и гулять белые маленькие овечки, и стаи разноцветных птиц будут петь сладкие песни. Вместо мрачной кирпичной стены сад был теперь обнесен ажурным металлическим забором. Сейчас птицы, кролики и овцы жили в большом крытом павильоне, в котором летом планировалось устраивать цирковые представления и массовые катания на коньках, любимую зимнюю забаву жителей столицы. Зимой в парке стихийщики установят ледяную крепость и много горок, и из парка не вылезет ребятня.
   Эрин взялась за государственные дела с пугающим энтузиазмом. Она заставила Эрхана провезти её по всем городам и крупным деревням. В ее планах было разделить империю на десяток крупных округов и поставить в каждом проверенного наместника. Одну из областей она отдала в полную автономию матери и отчима, над одной поставила Эвара, отправив с ним в качестве наставника генерала Эрла. Харриан Белонский был поставлен во главу Фрайского округа. Фактически ему подчинялась вся столица и окрестные поместья и деревни, весьма зажиточные. На остальные должности Эрин поставила рекомендованных Эрханом людей из его "сокровищницы". Королева лично посетила каждую школу в стране, совершенно измучив магов-портальщиков и мастеров перемещения. Когда она решила совершить экскурсию по всем больницам, Эрхан взмолился о пощаде. Целителей было пятеро, а он один. Он безропотно выдал Эрин список всех своих самоцветов с адресами и углубился в документооборот. Пока Эрин наводила порядок на местах, он, как первый советник, углубился в высшие государственные дела. Под сукном у Эрайны давно хранились несколько проектов законов, в том числе о создании совета государства. Еще со времен императора Эрлиха, когда дворянское собрание было распущено, каждый голова города отчитывался об успехах лично императору, а за неимением времени - первому советнику. Эрхан же был согласен с Эрайной, что королева должна быть не только мудрой правительницей, но и женой и матерью, что занимает куда больше времени, чем быть отцом. А Эрин, если будет продолжать в том же духе, просто сломается. Поэтому он, пользуясь отсутствием юной королевы, совместно с генералом Эрлом, Эрайной, Харрианом и еще несколькими достойными людьми занялся подготовкой проекта парламента.
   ***
  
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"