Нечаев Павел: другие произведения.

Тупиковый вариант, глава 3

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


 Ваша оценка:


   Павел Токаренко (Нечаев).
  

Глава 3.

   Снегоочистительные машины выбрасывали снег в сторону, на обочину. По обеим сторонам дороги высились многометровые сугробы. Это и спасло Кирилла. Пролетев по воздуху метров тридцать, он, как ракета, врезался в сугроб. Ему повезло вдвойне - будь ускорение поменьше, он бы угодил в нижнюю часть сугроба, где слежавшийся снег мог поспорить по твердости с бетоном. Кирилл полностью скрылся в сугробе, оставив снаружи широкое отверстие. От удара он на мгновение потерял сознание, а когда пришел в себя, обнаружил, что не может пошевелить ни рукой ни ногой. Со всех сторон был плотный снег. Ему даже показалось, что он умер, но он быстро понял, что это не так. Судьба предоставила ему еще один шанс. Кирилл принялся извиваться, расширяя отверстие. Вскоре у него начало получаться, он смог чуть повернуться в норе. Увидев позади свет, он стал копать с удвоенной силой, прокладывая себе путь на свободу.

***

   - Встать! - конвоир ткнул Кирилла в бок стволом автомата. Кирилл сделал вид, что встает, поерзал на табурете, позвенел цепями, и замер. Конвоиру, похоже, было все равно, попыток заставить Кирилла встать по-настоящему он делать не стал, так и замер за спиной, как изваяние. В комнату, куда Кирилла недавно завели, вошли трое, в черных мантиях до пят. "Вот и суд", - облегченно вздохнул Кирилл. Ожидание закончилось, появилась хоть какая-то ясность. Впрочем, когда вошедшие сели за длинный стол напротив Кирилла, и один из них, раскрыв папку, стал читать, Кирилл понял, что ошибся. Это был не суд, суд состоялся без его участия. Ему зачитывали приговор.
   "... Суд технополиса Штильбург в составе... постановил: признать фон Медема, Кирилла, год рождения... невиновным в инкриминируемых ему нарушениях параграфов 212 и 214 Кодекса Общественного Порядка..."
   Кирилл не поверил своим ушам - в 212 и 214 параграфах говорилось о терроризме, и пособничеству терроризму. Совершенные им действия однозначно подпадали под эти параграфы. А еще в приговоре прозвучала дата, и Кирилл понял, что провел полгода в одиночке.
   "... признать виновным в нарушении параграфа 24, подпараграфы 7 и 9, и присудить фон Медема, Кирилла, к выплате компенсации в размере... Конфисковать все движимое и недвижимое имущество в счет уплаты долга..."
   Параграф 24 охватывал все возможные нарушения прав собственности. В том числе - умышленную порчу чужого имущества. Это за поджог, понял Кирилл.
   "... Решение суда может быть обжаловано в течение двух недель в установленном законом порядке".
   Зачитав решение, судьи встали и вышли. Кирилл остался сидеть, удивленный до глубины души мягким приговором. Он ожидал всего чего угодно - принудработ, о которых говорил "физик", смертной казни, которой в Евро-Азиатской Федерации формально не существовало, - но получить штраф?! Это не укладывалось в голове. Мелькнула мысль о том, что все это понарошку, комедия. Впрочем, вскоре все разъяснилось. В комнату вошел человек. По характерной "серой", незапоминающейся внешности Кирилл тут же опознал в нем бывшего коллегу.
   - Слушай внимательно, фон Медем, и не перебивай. Повторять не буду, - не тратя времени на приветствия, человек перешел к сути дела. - Наверху решили не выносить сор из избы. Появление фамилии фон Медем в контексте данной ситуации неуместно. Обстановка и без этого напряженная. Так что твою глупость тебе простили. Но из полиса тебя выгонят, тут таким не место. Квартирку твою отобрали, это и понятно: надо же как-то компенсировать ущерб, что ты нанес...
   - Квартиры соседей были застрахованы, - перебил человека Кирилл, начиная понимать, что все это означает.
   - Я тебе сказал - не перебивай! - зашипел человек, сделавшись похожим на крысу. - Застрахованы - не застрахованы, кого это волнует? Это вопрос политический. Будь моя воля, я бы тебя...
   - В Тронхейм? На принудработы? - поднял бровь Кирилл, и зашелся в приступе истерического смеха.
   - К стенке! У тебя же было все! Все, а ты, тварь, предал! От таких, как ты, слюнтяев, все наши беды, - маска безразличия сползла с серого человечка, он брызгал слюной, сверля Кирилла яростным взглядом. - Да если бы не твой папашка, ты бы уже катил на север в арестантском вагоне.
   - Короче, ты зачем пришел? Рассказать мне, как я не прав? Так мне плевать на то, что вы там обо мне думаете. И вообще - если с меня сняты все обвинения, значит, я свободен, и могу идти, так? Ну, так освобождайте меня, - звякнул цепью Кирилл, внезапно успокоившись.
   - Не так быстро, фон Медем, - оскалился человечек. - Слушай внимательно: тебя отпускают не просто так. Если хочешь сохранить жизнь, держи рот на замке. Держись подальше от журналистов и социальных сетей. В остальном ты свободен. Живи в форштадте, если сможешь там выжить, но помни: мы будем за тобой присматривать.
   - Все? - зевнул Кирилл.
   - Все! - отрубил человек, и вышел. Кирилл почесал в затылке, с трудом веря, что это ему не приснилось. Хотя, подумал он, это вполне может оказаться правдой. Из уважения к памяти отца могли и пожалеть. Хотя было что-то странное в этом решении, но что - он так и не понял.
   Кириллу вернули все, что отняли при аресте, даже медальон. В кармане куртки обнаружилась записка, состоящая из одного слова "держись", и две пластиковые монеты по десять евро. По синим полоскам, и написанным иероглифами дням недели Кирилл узнал листок из записной книжки Грубера. Под конвоем из четырех "физиков" его поводили к ховеру с затемненными стеклами, и повезли к воротам полиса. Пока ховер ехал по подземному путепроводу, Кирилл попытался завязать разговор с конвоирами, но безуспешно. Стоило ему открыть рот, как тут же следовал удар под дых. После короткой проверки ховер выехал из полиса, и поехал через Периметр. С высоты эстакады, Кирилл видел через окно привычную картину: голая, безжизненная поверхность, изрытая воронками, с торчащими тут и там башенками автоматических пулеметов и огнеметов. Среди воронок кое-где чернели обгоревшие туши животных, по глупости зашедших в запретную зону. Подходы к полису надежно охранялись от любого вторжения. Миновав последний пропускной пункт, ховер остановился, Кириллу приказали выйти. Офицер вылез вслед за Кириллом, протянул тому какой-то пластиковый прямоугольник.
   - Это твоя ай-ди карта, каждый гражданин обязан всегда иметь ее при себе, - объяснил офицер, гладя мимо Кирилла. - Нахождение в общественных местах без ай-ди карты карается...
   - Имплант включите, - холодно попросил Кирилл. Офицер скривился, но спорить не стал: провел возле головы Кирилла каким-то прибором, и отключенный имплант снова заработал.
   - Там, - он показал рукой направление, - развилка. Пойдешь налево, попадешь в Западный форштадт. Направо - в Северный. Идти недалеко, километров пять. Вали, предатель, а то у парней руки чешутся тебя кокнуть. Эх, попался бы ты мне...
   Дверь ховера захлопнулась, он развернулся на месте, и уехал. Кирилл подошел к развилке, несколько мгновений помедлил, и свернул налево. Западный форштадт, Северный - Кириллу было все равно, куда идти.
   - Что встал, проходи, - стоило Кириллу остановиться, как к нему, помахивая дубинкой, подошел полицейских. Кирилл раньше видел таких, но в увеселительных кварталах они были вежливыми и предупредительными, через слово "сэр": "пожалуйста, сэр, тут недалеко, сэр". Этот предупредительным не был. Он смотрел грозно, взгляд точно рентгеном просветил Кирилла насквозь. У Кирилла, собравшегося было спросить, где тут можно переночевать, вопрос замер на губах. Он отвернулся от полицейского и зашагал дальше по улице. Коп проводил его тяжелым взглядом.
   Форштадт Кирилла поразил. Он никогда до этого не бывал в форштадте - редкие посещения увеселительных кварталов не в счет.
   Грязные, серые улицы без единого дерева. Дома с покрытыми потеками, обшарпанными бетонными стенами, кое-где фанера вместо стекол. Мрачные люди, сгорбившиеся, в невзрачной, потертой одежде - ничего общего с яркими красками одежды жителей полиса. Грузовики с допотопными дизельными двигателями, чей вонючий выхлоп смешивался с кислой вонью помоев, запахом немытых тел, гари и гнили. Уличные торговки в грязных фартуках, продающие пирожки с лотков. Подпирающие стены коротко стриженные парни опасного вида. Форштадт принял Кирилла, он смешался с толпой, и даже стал двигаться, как все, сгорбившись и шаркая по растрескавшемуся асфальту. Он не знал, куда идет, просто шел, рассматривая все вокруг. Его внимание привлекла вывеска: "Ломбард. Скупка. Продажа. Товары на любой вкус". За забранным решеткой стеклом витрины угадывались очертания каких-то вещей. Кирилл подошел, и толкнул тяжелую железную дверь. Сидящий за дверью охранник окинул его ленивым взглядом, и уткнулся в порножурнал. Кирилл стал с любопытством разглядывать товары на стене за прилавком. Одежда, обувь, электроника, под бронированным стеклом прилавка ювелирные изделия - вывеска не врала, товары действительно были на любой вкус.
   - Чего угодно господину? - тут же откуда-то вынырнул хозяин, и встал за прилавком напротив Кирилла. Он до того напомнил Кириллу Ройтмана, что тот даже вздрогнул.
   - Вы даете деньги под залог вещей? - спросил Кирилл хозяина.
   - Даю, - буркнул торговец. Увидев одетого в хай-тек одежду Кирилла, он решил, что к нему зашел выгодный клиент. Вопрос Кирилла показал, что это не так.
   - Сколько дадите за эту куртку? - у Кирилла мало-помалу сложился план действий. Первым пунктом стояло раздобыть денег. Двадцатку он решил пока не трогать, оставив на крайний случай.
   - Дай гляну, - хозяин скорчил презрительную рожу, но Кирилл увидел, что тот заинтересовался. Куртка у него была не простая. - Десять евро, - вынес вердикт торговец, и провел по волосам толстыми пальцами.
   - До свидания, - развернулся Кирилл.
   - Пятнадцать! - выпалил торговец. Начался торг. Сошлись на шестидесяти евро, обычной куртке взамен, и трех месяцах на то, чтобы вернуть залог. Торговец с убитым видом, точно на похоронах любимой тетушки, выложил деньги.
   - А совсем не хотите продать? Я дам больше... немного, - предложил торговец напоследок.
   - Да ладно тебе, Хаим, ты что, не видишь, с кем имеешь дело? - пробасил рядом с Кириллом зашедший когда они с торговцем спорили, покупатель. Кирилл покосился, и увидел одетого в камуфляж бородатого здоровяка с большим рюкзаком. - Он же все равно не сегодня-завтра копыта отбросит, и куртка твоя будет. Что так, что эдак.
   - Я честный бизнесмен, - вскинул голову торговец. Похоже, что такая мысль не приходила ему в голову, что здорово его разозлило.
   - Я не собираюсь ничего отбрасывать, - вскинул голову Кирилл.
   - Расскажи это кому-нибудь другому, - здоровяк захохотал. - Видели мы тут таких. Тебя же из полиса выставили, так? - Кирилл кивнул. Здоровяк погладил бороду рукой, и продолжил: - Вашего брата за версту видно. Выходите за Периметр, тусуетесь тут неделю-другую, а потом бац - и в петлю. Или под поезд.
   - Это почему? - удивился Кирилл.
   - Слишком вы к вашему винету привыкли, ломать начинает без подключения, - охотно пояснил здоровяк. Кирилл сообразил, к чему тот клонит - первые дни заточения он тоже лез на стену, отсутствие привычного потока информации сводило с ума. Виртуальная зависимость была в полисе одной из главных проблем: в виртуале было лучше, чем в реальности. Когда винет только появился, многие охотно уходили в виртуал на часы и даже дни. Это стало настолько серьезной проблемой, что доступ в винет ограничили, четко увязав с количеством рабочих часов, и часов отдыха. Сотрудники "наружки" были одними из немногих, кто мог сидеть в винете без ограничений. - Жить не можете без ваших сказочных игр, без виртуального порно и всего такого. Вот и кончаете с собой. Вы, хай-теки, давно по человечески жить разучились. Ну да и хрен с тобой, одним больше, одним меньше.
   - Не дождетесь, - бросил Кирилл.
   - Да ну, - здоровяк смерил Кирилла взглядом, видимо, что-то увидел, и уже другим тоном спросил: - За что из полиса-то выгнали?
   - За невосторженный образ мысли, - ответил Кирилл, и поежился, вспомнив Штыря - это была его фраза.
   - А-а, романтик, - понимающе хмыкнул здоровяк. - Революционер. За справедливость и всемирное счастье, и все такое. Ну и дурак! Сидел бы себе в полисе, чего тебе не хватало? Теперь тут побултыхаешься, еще взвоешь. Тут у нас не курорт, тут реальная жизнь.
   - Возможно, - Кирилл повернулся к торговцу, забрал с прилавка потертую камуфляжную куртку, что всучил ему торговец вместо его хай-тек куртки, и спросил: - Не знаете, где здесь можно найти ночлег?
   - Я не справочное бюро, - отрезал торговец, и отвернулся.
   - Сходи к мамаше Лю, два квартала вверх по улице, и направо, - посоветовал здоровяк. - Ищи 127 номер на Гентерштрассе. У прохожих спросишь. Как раз по твоим финансам будет. Да не зыркай ты так, ведь ясно же, что не от хорошей жизни одежку в заклад отдал.
   Кирилл не сразу нашел нужный дом, и битый час блуждал между похожими как две капли воды, одинаково запущенными, грязными домами. Табличек с номерами на домах не было. Кирилл попытался обратиться с вопросом к прохожим. Первый, кого он спросил, просто проигнорировал вопрос, второй, небритый мужик с пропитым лицом, промычал что-то нечленораздельное, и дальше пошел. Выручили мальчишки, катавшиеся прямо по проезжей части на одном на двоих ржавом велосипеде. Они вопрос Кирилла поняли, и подсказали, куда идти. Внешний вид мальчишек, нестриженных, неухоженных, с грязными босыми ногами, Кирилла поразил. В полисе встретить ребенка в таком виде было просто невозможно. Поговорив с детьми, Кирилл понял, почему взрослые не стали ему отвечать: он обращался к ним по-немецки. Мальчишки тоже не поняли вопроса, но ответили по-английски, с сильным акцентом, но внятно. Кирилл намотал это на ус, и, когда нашел заведение мамаши Лю, сразу заговорил по-русски.
   Мамаша Лю оказалась старой, дородной китаянкой. Конечно, не чистокровной, но по внешности этого было не сказать. Глянув на ее раскосую, сморщенную физиономию, Кирилл даже заподозрил, что без взятки комиссии по расовой чистоте тут не обошлось. Мамаше Лю принадлежала половина длинного пятиэтажного дома, торцом выходящего на одну из главных улиц форштадта. На другой стороне улицы начинался увеселительный квартал, там призывно мигала реклама и гремела музыка.
   - Десятка в неделю, туалет, душ, и кухня на этаже, - мамаша Лю привела Кирилла в комнатушку, окнами выходящую на задний двор. Прямо под окнами стояли мусорные баки. Вонь пробивалась через наглухо запертое окно. Размерами комнатушка была не больше той камеры, где Кирилл провел полгода. Но ему было все равно. Он равнодушно молчал. Мамаша Лю неправильно истолковала его молчание, и сердито пробасила: - Сам хотел подешевле. Если что не так, вали в другое место, нечего мне тут!
   - Все в порядке, - ответил Кирилл, и сел на скрипнувшую под его весом кровать.
   - А коли в порядке, так деньги гони. За месяц вперед! - надвинулась на него мамаша Лю. Кирилл отсчитал требуемую сумму, лег на кровать, и мгновенно заснул. Отсутствие простыней его не смутило.
   Жизнь в форштадте чем-то напомнила Кириллу курс выживания, который он прошел в армии. Только там выживать приходилось в условиях дикой природы, болот и лесов, а в форштадте джунгли были бетонные, населенные самыми опасными в мире дикими животными: людьми. Кроме людей, были другие сложности. Кирилл столкнулся с массой чисто бытовых проблем, о которых раньше и понятия не имел. Например, он не умел готовить, и ему пришлось ходить в местную столовку, где, отстояв очередь, он получал завернутое в серую волокнистую бумагу мясное нечто за евро, и стакан мутного чая за двадцать центов. В заведениях поприличнее цены были такими, что Кирилл туда и не заходил. Кирилл стал покупать продукты на базарчике в соседнем квартале, и пытался готовить сам. Мучился с грязными тарелками, пока ему кто-то не подсказал купить жидкость для мытья посуды. А чего стоила вечно меняющаяся погода, то холодно, то жарко, то вообще дождь! Привыкший к постоянному климату полиса Кирилл несколько раз попадал впросак, одевшись не по погоде. Хорошо еще, что продовольственная проблема разрешилась. Соседка по этажу, усталая многодетная мать Люба, на широких плечах которой, кроме пьяницы мужа, были еще пятеро пацанов, мал-мала-меньше, увидев, как он мучается, предложила помощь.
   - Я все равно на семь рыл готовлю, могу и на восемь. А ты, взамен того, на рынок будешь ходить, и покупать, что скажу. Ну и за продукты докладывать. Идет?
   Кирилл, естественно, согласился. Всех бытовых проблем это не сняло, но стало полегче. Другой проблемой были деньги. Спустя две недели, когда быт с грехом пополам наладился, денег осталось в обрез. Кирилл попытался найти работу. На официальной, "федеральной" бирже труда, отстояв огромную очередь, Кирилл получил список предприятий, куда мог бы устроиться.На интервью его встречали с распростертыми объятиями, ведь техники профессия нужная. Но, прочитав резюме, и узнав, за что Кирилл вылетел из полиса, быстро скучнели, обещали перезвонть, и не перезванивали. Кирилл понял, что так работу не найдет. Пару раз он находил продработку на стройках, таскал мешки со строительным мусором, но всех финансовых проблем это не решило. Спустя три недели он снова пошел в ломбард, закладывать свои хай-тек ботинки.
   У прилавка толпился народ, и Кирилл отошел в сторону, подождать, пока хозяин закончит с клиентами. Ждать пришлось неожиданно долго, там кипел какой-то спор. В надежде разжиться информацией, Кирилл навострил уши.
   - Хаим, я те зуб даю, работает оно! - горячился у стойки какой-то мужик, одетый как и тот, что посоветовал Кириллу дом мамаши Лю, в камуфляж. С пояса у мужика свисал огромный тесак в ножнах. Мужик тыкал пальцем в лежащий на прилавке планшетный компьютер. Не имеющие имплантов люди пользовались такими, чтобы получить хоть какой-то доступ к сети. Кроме планшета, на прилавке кучкой лежали разнообразные электронные приспособления: навигаторы, системы спутниковой связи, браслеты - комлинки, и тому подобные устройства. Даже не знакомому с жизнью форштадта Кириллу было ясно, как дважды два, что все это откуда-то украдено. Понимал это и хозяин ломбарда, но отказывался приобрести их: приборы были заблокированы, будучи, как и большинство современных приборов, настроенными на владельца. Но мужик в камуфляже настаивал: - Да тут делов-то, батарею сменить, да перезагрузить, и все заработает.
   - Вот перезагрузишь, тогда и приноси, - не принимал аргументов мужика торговец. - На кой черт мне неработающее барахло? Неси стоящее, тогда поговорим. Все, разговор окончен, у меня клиенты! - отрезал торговец, и ткнул пальцем в скромно стоящего в углу Кирилла.
   Кирилл подошел к прилавку, и двумя пальцами взял ближайший планшет. Мужик в камуфляже побагровел, и положил руку на рукоять тесака.
   - Не работает? Разрешите, я взгляну? - вежливо спросил Кирилл, и рука, уже потащившая тесак из ножен, разжалась.
   - Опа, а ты в этом рубишь? Техник? - спросил мужик. Кирилл кивнул, и стал разглядывать планшет. Попутно он активировал одну из встроенных в его имплант программ. Имплант у Кирилла был непростой, со множеством недокументированных модулей, и специально написанной для него прошивкой. Он начал усовершенствовать его еще будучи в армии, затем, поступив в Санитарную Службу, уговорил ребят из технического отдела написать для него специальную прошивку. Когда его послали на курсы техников, он не стал отказываться, напротив, закончив их, и получив сертификат техника четвертого класса, продолжил обучение заочно. Спустя четыре года он получил сертификат техника первого класса, которым очень гордился. Поэтому "неисправность" планшета не стала для него загадкой. После нескольких попыток несанкционированного доступа планшет "закрылся" от любых попыток как-то его использовать. Решить эту проблему могли в сертифицированном сервис-центре. Но даже у техников в сервис центре не было такого импланта как у Кирилла. Он подключился к планшету, используя беспроводное подключение, запустил программу-взломщик, и стал ждать. - Ну, че там? - нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, спросил мужик, глядя в стеклянные глаза Кирилла. Кирилл сделал неопределенный жест рукой, и не ответил. Спустя несколько минут взгляд его прояснился.
   - Готово, - сказал он, и жестом фокусника нажал на кнопку перезагрузки. Вскоре на экране планшета появилось приглашение зарегистрироваться.
   - Оба-на, ты что сделал? - выпучил глаза мужик.
   - Вернул предустановленную конфигурацию, - ответил Кирилл. Торговец цапнул планшет, и впился глазами в экран.
   - Работает, - он поднял на Кирилла полный удивления взгляд. - Ты, и правда, техник! Какой класс, четвертый, третий?
   - Второй, - соврал Кирилл.
   - Второй... - торговец поднял глаза к потолку, будто рассчитывая увидеть там что-то новое. - Техник второго класса, это же замечательно! А чем в полисе занимался?
   - Работал, - коротко ответил Кирилл.
   - А остальные починить сможешь? - влез в разговор мужик в камуфляже.
   - Можно попробовать. Вопрос в цене.
   - Не вопрос, мужик! Кстати, меня зовут Эдгар, но все меня называют Пират. Меня тут все знают, и тебе лучше со мной дружить... - Пират протянул руку, и Кирилл пожал ее. Мужик пристально смотрел Кириллу в глаза. Тот понял, что ему банально заговаривают зубы, - Как тебя там, я не расслышал?
   - Кирилл, - ответил Кирилл, и тут же перешел к делу: - Так что насчет денег?
   - Я же сказал, не вопрос, договоримся!
   - Сколько?
   - Ну ты заладил... Хорошо, о-кей, бери... ну пятерку за штуку, устраивает? - Пират состроил огорченную мину.
   - Не устраивает, - ответил Кирилл. Слишком легко Пират назвал сумму, значит, надо давить дальше.
   - Хорошо, бери десятку, но это последнее слово!
   - Половину, - Кирилл уже было готов был согласиться, но краем глаза заметил ироничный взгляд Хаима, и передумал. Как бы он ни нуждался он в деньгах, но позволить себя облапошить не собирался.
   - Кх... половину чего? - выпучил глаза Пират.
   - Половину того, что он тебе заплатит за товар, - Кирилл мотнул головой в сторону торговца.
   - Да ты че, ты знаешь, сколько трудов мне стоило добыть это все? - взревел Пират. Кирилл молча ждал. Кирилл улыбнулся своим мыслям, уж очень Пират смахивал на игрового персонажа. Не зря его так назвали - ему бы на палубе парусного фрегата вот так орать, где-нибудь в Карибском бассейне. Побрызгав слюной, Пират вздохнул, и будто делая огромное одолжение, бросил: - Десять процентов.
   - Сорок.
   - Пятнадцать, черти бы тебя драли!
   - Тридцать.
   - Двадцать пять! Ты Хаиму случайно не родственник? Такой же хапуга, блин горелый! - Пират, поняв, что запутать или запугать Кирилла не получится, сразу как-то обмяк и стал меньше ростом. Услышав про родственные связи, торговец с интересом глянул на Кирилла.
   - Не родственник, - усмехнулся Кирилл. - Договорились, двадцать пять процентов.
   Хаим повел их в подсобку. Смахнув со стола какой-то хлам, он разложил принесенные Пиратом приборы. В подсобке было жарко, куцые светодиодные лампочки еле-еле разгоняли полумрак. Но Кириллу было наплевать. Он активировал имплант, и принялся за работу. Спустя два часа он откинулся на спинку стула, и вытер пот со лба. Дело было сделано. Больше половины устройств ему удалось вернуть к жизни. То, что не мог сделать не имеющий имплант и технические знания человек, для хай-тека было легче легкого. Небольшие изменения настроек, возврат заводской конфигурации, и приборы один за другим оживали. Некоторые, с физическими проблемами, исправить не удалось. Впрочем, никто по этому поводу особо не огорчился. Пират остался очень доволен. Кирилл, став богаче на пятьсот с лишним евро, тоже. Он выкупил назад свою куртку, и собрался уходить.
   - Послушай, Кирилл, - доверительно, как доброму знакомому, сказал ему на прощание Хаим. - Ты зайди ко мне завтра-послезавтра. Есть работа. Серьезная работа, не эта мелочевка. Лады?
   - Лады, - кивнул Кирилл, и пошел домой. Впервые с того момента, как он оказался в полисе, у него было хорошее настроение. Он понимал, что то, что он сделал, незаконно. Но выбора ему не оставили. Умирать с голоду он не собирался.
   В небольшом магазинчике возле дома, Кирилл купил бутылку виски и нехитрой закуски. Придя домой, он вышел на длинный балкон, выходящий на заросший сорняком пустырь за домом. На балконе, куда в хорошую погоду выходили курить жильцы, стоял старый, продавленный диван и несколько кресел. Кирилл откупорил бутылку, сел в кресло, и сделал несколько глотков прямо из горлышка. По телу пробежала теплая волна, стало хорошо.
   - Жизнь-то налаживается, - в кресло рядом с Кириллом опустился Степан, муж Любы. Кирилл почувствовал исходящую от него вонь немытого тела, и сделал еще глоток, чтобы заглушить запах.
   - Да, налаживается, - кивнул Кирилл, и предложил: - Будешь?
   - Буду, - с ловкостью фокусника Степан извлек откуда-то стакан. Кирилл плеснул ему виски. Степан залпом выпил, крякнул, занюхал рукавом, отказавшись от предложенного Кириллом соленого огурца.
   Виски быстро кончилось, Кирилл дал Степану деньги, и тот принес откуда-то бутылку вонючего самогона. Выпили, закусили. Солнце медленно клонилось к закату. Со стороны увеселительного квартала доносилась ухающая музыка.
   - Добрый вечер, дядя Кирилл, - поздоровался проходивший по коридору Костик, младший из двух сыновей живущей на том же этаже пары. Единственное человеческое лицо среди перекошенных харь. В отличие от родителей, живших замкнуто, Костик был довольно общительным, неплохо говорил по-английски и по-немецки. Кирилл с удовольствием с ним разговаривал, отвечал на вопросы. Вот и сейчас, увидев что на балконе кто-то сидит, он заглянул, увидел Кирилла и поздоровался. Кирилл ответил на приветствие, и Костик вприпрыжку поскакал дальше. С балкона Кирилл видел, как мальчик прошел по дорожке вдоль дома, и повернул за угол.
   - Интересно, куда это он? - вслух полюбопытствовал Кирилл.
   - Так известно куда, на работу, - пробурчал Степан.
   - На работу? Вечером? - удивился Кирилл.
   - Так у них там вечером самый клев! Клиенты приходят...
   - А что он там делает? Убирает, помогает? - спросил Кирилл, уже догадываясь, какой будет ответ.
   - Ага, помогает, это как это... снять напряжение. У вас там в полисе много таких, кто по мальчикам, кто по девочкам. Спрос рождает предложение, типа, - Степан рыгнул.
   - А полиция? - все еще не веря, тупо спросил Кирилл.
   - А полиция эти заведения крышует, - Степан посмотрел на Кирилла как на идиота. - И вообще, я считаю, что это хорошо.
   - Что хорошо?
   - Что дети могут родителям помогать. Что могут работать. Я своего среднего хотел туда же устроить, в тот же салон, так Любка уперлась, дура! - порычал Степан. - Я ей так и сказал: дура! С него не убудет, а родителям облегчение. Пашем, как проклятые! - по щеке Степана скатилась скупая слеза. То, что он работает от случая к случаю, сидя на шее у жены, он упомянуть забыл.
   Кирилл мрачно посмотрел на Степана, и встал. Его точно ледяной одой окатили.
   - Допивай сам, я спать, - Кирилл пододвинул к Степану бутылку, и ушел к себе. Только попытавшись открыть дверь, он заметил, что кулаки его сжаты так сильно, что ногти впились в кожу. "Ублюдки, - думал вмиг протрезвевший Кирилл. - Всех расстрелять, всех! Никуда вы не годитесь, уроды! Тупые самодовольные уроды" . Хорошее настроение развеялось как дым. С его глаз словно упала пелена - какая по счету? Не первая, и, может быть, не последняя. "Самое время повзрослеть, мальчик, - возникла новая мысль". Кирилл долго лежал без сна, хрустел пальцами, думал, матерился вполголоса, и заснул, когда уже светало.
   Через несколько дней он навестил Хаима. Тот отвел Кирилла в подсобку, где его ждали двое типов бандитской наружности, с каким-то ящиком. Пригрозив, что убьют, если он проболтается о том, что увидит, они открыли ящик. Внутри оказалось несколько пистолетов, и давно снятая с вооружения армейская штурмовая винтовка.
   - Сможешь снять блокировку? - спросил один из бандитов, и ткнул рукой с вытатуированными на пальцах перстнями в оружие.
   - Смогу, но это займет время, - ответил Кирилл.
   - Цену себе набиваешь? - набычился татуированный.
   - Разблокировать оружие не так просто, - спокойно ответил Кирилл. - Одна ошибка, и сработает система самоуничтожения.
   - Че за бред? - скривился бандит.
   - Каждое оружие настраивается на владельца, только он может из него стрелять. Специальное устройство блокирует спусковой крючок, если оружие оказывается в чужих руках. Армейские образцы настраиваются на тех, у кого есть армейский имплант или чип, чтобы оружие мог использовать любой солдат, - стал объяснять Кирилл.
   - Скажи мне что-то новое, - бандит толкнул Кирилла ладонью в грудь, и достал из-за пояса пистолет.
   - В блокираторе есть небольшой заряд взрывчатки, один или два грамма. При попытке несанкционированного доступа, заряд взрывается, превращая оружие в металлолом, - торопливо сказал Кирилл. - Отключить блокиратор можно, но это не простая операция.
   - Сколько времени вам надо? - второй бандит, седой невзрачный мужичок, до этого момента молча стоявший в стороне, шагнул вперед. Татуированный опустил пистолет. Кирилл понял, что все это время разговаривал с шестеркой. Второй бандит, судя по вежливому обращению, и превосходному, без тени акцента, немецкому, был не из простых.
   - Несколько дней, - ответил Кирилл, обращаясь к главарю. - Кроме этого, мне может потребоваться кое-какое оборудование и техническая литература.
   - Оборудование найдем, напишете список, - кивнул главарь. - Литературу сами скачайте из сети.
   - У меня нет доступа, - ответил Кирилл.
   - Хай-тек без доступа в сеть? - главарь удивился. - Не можете, или не хотите?
   - Скорее первое, хотя и второго немного есть.
   - Ладно, с этим мы вам тоже поможем. Готовьте список, - главарь глянул на часы.
   - Список я вам прямо сейчас напишу, - кивнул Кирилл. - Оборудование нужно будет доставить сюда, а литературу на флешке занесите ко мне домой, пожалуйста. Я живу...
   - Мы знаем, где вы живете, господин фон Медем, - перебил Кирилла главарь.
   - Это хорошо, вот только я вас совсем не знаю, - усмехнулся Кирилл.
   - Пока это лишнее, - седой протянул Кириллу руку. - Надеюсь на долгое и плодотворное сотрудничество. Всего наилучшего.
   Заказ бандитов Кирилл выполнил. Кроме этого, он чинил разнообразное электронное барахло, что подкидывал ему Хаим, кое-что перепадало от Пирата и его знакомых. Материальное положение Кирилла резко улучшилось. Время от времени Хаим присылал ему сообщение с условным знаком, тогда Кирилл брал свою сумку со спецснаряжением, и шел к торговцу. В подсобке его ждала очередная партия оружия: пистолеты, винтовки, несколько раз гранатометы. По кому это оружие будет стрелять. Кирилла не интересовало. Ему нужны были деньги. Он еще не знал зачем, плана у него пока не было, но в одном он был твердо уверен: деньги лишними не будут. Так прошло еще несколько месяцев. Кирилл не находил себе места. Он постоянно думал о Хелен, и ломал голову, как бы ее найти.
   - Хаим, можно в форштадтах найти человека, если не знаешь, как его зовут? - спросил он у торговца после выполнения очередного заказа.
   - Не думаю, - покачал головой Хаим. - А какая конкретно у тебя на него есть информация? Описание, фото?
   - Я знаю, как его звали раньше, - приоткрыл карты Кирилл.
   - Хм, - почесал в затылке торговец. - Вряд ли, вряд ли... А хотя...
   - Ну, не томи. Если надо денег, так я заплачу, - поторопил его Кирилл.
   - Да не в деньгах дело, - отмахнулся Хаим. - В общем, тебе надо к ним обратиться, - он кивнул на дверь подсобки.
   - А где их найти? - спросил Кирилл.
   - Это уж ты сам думай, - отвернулся Хаим.
   Кирилл ушел озадаченный. Бандиты с ним не общались,просто оставляли оборудование в подсобке. Без помощи Хаима выйти на них нереально... Или...Кирилл хлопнул себя по лбу, и остановился.
   - Во, я идиот! - громко, на всю улицу произнес он.
   - С приходом, чувак! - издевательски захохотал кто-то из подростков, сидевщих на ступеньках подъезда, мимо которого шел Кирилл. Кирилл не обратил на молодежь внимания: он понял, как связаться с бандитами.
   Однажды, вместо того, чтобы взять деньги за очередной заказ, Кирилл к ним не притронулся. А в конверт положил флешку, на которую скинул всю имеющуюся у него информацию о Хелен и Феликсе. Спустя несколько дней его снова вызвали к Хаиму.
   - Вы ищете опасных людей, - сказал Кириллу встретивший его в подсобке седой главарь. - С чего вы взяли, что обратились по адресу?
   - Я подумал, что вы представляете некую...структуру. А у структур есть определенные возможности, которых нет у обычных людей. В первую очередь - есть информация, - ответил Кирилл.
   - Верно, - кивнул седой. - Но такая информация стоит денег. Больше, чем стоят ваши услуги.
   - Назовите сумму, - спросил Кирилл. Услышав ответ, он покачал головой: - Это все, что у меня есть. Но, похоже, выбора у меня нет. Я согласен.
   - Скажу откровенно, я вообще не хотел вам ничего говорить. Мне бы не хотелось вас терять. Эти люди очень опасны, и вряд ли оставят вас в живых, - седой вздохнул в притворном сочувствии.
   - Но вы все же решили сказать. Почему?
   - Вы мне нравитесь. Вы могли бы стать не последним человеком в нашей... структуре. Взять хотя бы то, что вы меня совершенно не боитесь, хотя любой обыватель на вашем месте давно уже штаны бы намочил от страха. Но я понимаю, что ваш отъезд - лишь вопрос времени. Вы не останетесь в форштадте. Я уже видел таких, как вы, психов. Вас что-то беспокоит, и пока вы своего не добьетесь, не успокоитесь. Навязчивая идея, кажется, так это называется.
   - И поэтому вы решили напоследок выжать из меня побольше, да? - понимающе кивнул Кирилл. Он действительно не боялся. Как и Пират, этот тип не понимал, насколько комичен со своими ужимками, точно скопированными из древних фильмов про мафию конца двадцатого века. Кирилл понимал, что, несмотря на всю комичность, персонаж может оказаться смертельно опасным. Ведь оружие у него было отнюдь не бутафорское, но ничего с собой поделать не мог.
   - Мы деловые люди, - не смутился седой. - Вы из того же теста, и понимаете, что к чему.
   - Отлично понимаю. Я сегодня же принесу вам деньги, - процедил Кирилл, и встал.
   - Не трудитесь, я пришлю человека, - седой тоже встал. - Хоть вы и псих, но я желаю вам удачи. Если вам повезет остаться в живых, подумайте над моими словами.
   - Благодарю, - склонил голову Кирилл. Уже будучи возле двери, он остановился, и повернулся к седому. - Вы кое в чем ошиблись, уважаемый.
   - В чем же это? - поднял брови седой.
   - Я из другого теста, - ответил Кирилл, и вышел, хлопнув дверью.
  

***

   Трель звонка нарушила тишину конспиративной квартиры в Северном форштадте. Феликс Борисов, дремавший на диване, открыл глаза, и сел. Звонок повторился. Бодрствовавшие члены группы уже были наготове, с оружием в руках. Феликс подошел к окну, и осторожно выглянул. На улице было пусто. Темнело, и редкие прохожие торопились домой, под защиту железных дверей. Улицы ночного форштадта для прогулок подходили мало. С наступлением темноты выходили на промысел уличные грабители и наркоманы.
   - Я открою, - Студент, самый младший в группе, решительно пошел к двери.
   - Назад, - приказал Феликс, и, спрятав пистолет за спину, пошел открывать. Глянув на монитор у двери, он не обнаружил ничего подозрительного. Все три камеры наружного наблюдения показывали одну и ту же картинку. Перед дверью стоял, и смотрел прямо в объектив камеры какой-то незнакомый мужик.
   - Кхе... - нарочито сонным голосом кашлянул Феликс в микрофон. - Вам кого?
   - Добрый день, - поздоровался незнакомец на безукоризненном немецком. - Могу я видеть Хелен Шнитке, или Феликса Борисова?
   - Попались! Нам кирдык, - нервно сглотнул побледневший Студент. Незнакомец назвал настоящие имена, а не те, под которыми революционеры жили последние полгода. Оставшаяся в гостиной Хелен тихо охнула. Феликс усилием воли подавил панику, и несколько раз глубоко вздохнул.
   - Спокойно! - зашипел Феликс, прикрыв рукой микрофон. Затем, убрав руку, произнес равнодушно: - Вы ошиблись, здесь таких нет.
   - Послушайте, я знаю, что они там, - незнакомец не уходил. - Впрочем, если хотите, можете играть в эти игры. А я тем временем позвоню в полицию, или в Санитарную Службу. Думаю, они меня выслушают.
   - Заходите, - Феликс жестом показал своим, чтобы спрятали оружие, и открыл дверь. Незнакомец вошел, окинул Феликса спокойным взглядом, кивнул, и прошел в гостиную. Феликс запер дверь и последовал за ним. Предложив гостю сесть, Феликс стал его разглядывать, пытаясь понять, кто перед ним. Незнакомец производил приятное впечатление. Рост чуть выше среднего, русые волосы, глаза серые. Правильные черты лица - такие нравятся женщинам, отметил Феликс. И двигается легко, заметно, что он в хорошей физической форме. Определенно хай-тек. Только хай-теки так держатся - уверенно и спокойно. Именно таких Феликс больше всего не любил. Это не погруженный в виртуальные игры ботан, которых Феликс презирал. Этот из элиты, из тех хай-теков, что не сидят на виртуале, как на наркотиках. Один из тех, кто мнит себя хозяином жизни. Что такому могло понадобиться от него? Зачем он пришел - и ведь явно знал, куда идет!?
   - Ну, выкладывайте, зачем пришли, - Феликс первым нарушил тишину.
   - Меня зовут Кирилл фон Медем, - ответил гость. - Я хочу присоединиться к вам.
   - К нам? - поднял брови Феликс.
   - К вашему... движению Сопротивления, или как вы его называете, - спокойно пояснил гость. - И давайте обойдемся без игр, я точно знаю, кто вы, и чем занимаетесь.
   - Хорошо, давайте без игр, - Феликс сел напротив гостя. - Но сначала, раз вы так хорошо осведомлены, может, скажете мне, зачем мне вас брать? Какую пользу вы можете принести?
   - Я уже принес. Я предупредил Хелен об опасности, - гость покосился на примостившуюся на ручке дивана Хелен. - Помните: "За тобой едут из Санитарной Службы. Они все знают. Беги."?
   - Так-так, допустим, - в голове Феликса закружился рой панических, противоречивых мыслей, но он сумел сохранить самообладание. - А откуда вы узнали о том, что Хелен в опасности?
   - Я служил в СС, - просто ответил гость. Руки Феликса среагировали раньше, чем мозг: спустя мгновение после слов гостя, Феликс вдруг осознал, что смотрит на него через прицел. Студент с Хелен тоже обнажили оружие, и гость оказался под прицелом сразу трех стволов.
   - Может, дадите договорить, прежде чем стрелять? - разом побледневший гость медленно поднял руки, и показал пустые ладони.
   - Студент, глушилку, - приказал Феликс. Ему пришлось прикрикнуть, прежде чем стеклянные от страха глаза Студента приняли осмысленное выражение. Студент трясущимися руками взял с полки коробку "глушилки", и передвинул сенсорный переключатель. Теперь в радиусе двадцати метров не работало ни одно беспроводное устройство - "глушилка" забила помехами все диапазоны. Кроме того, устройство надежно подавляло все микрофоны в округе.
   - Говори, - прорычал Феликс гостю, не отводя оружия. Гость сглотнул, и Феликс чуточку расслабился, увидев, что тот тоже боится.
   - Я служил в СС, в отделе наружного наблюдения, - торопливо, глотая окончания слов, стал говорить фон Медем. Феликс и Хелен молча слушали, как Кирилл рассказывает им свою историю. Когда Кирилл дошел до предупреждения, и рассказал, почему предупредил, Феликс ощутил укол ревности. Увидев, что Хелен признание гостя доставило удовольствие - вон как покраснела, и прическу зачем-то поправила, Феликс разозлился, его наработанное многолетней работой в подполье хладнокровие куда-то улетучилось. "Чертов золотой мальчик, - думал он, сжимая в потной ладони пистолет. - Привык все получать на блюдечке. Увидел телку, мою телку, и захотел. И ведь не поленился, говнюк, разыскал."
   - Так я оказался в форштадте, - закончил гость, и замолчал.
   Революционеры потрясенно молчали. Гость потянулся к стоящей на столике бутылке, налил себе стакан тоника, и выпил. Поставив стакан на место, он улыбнулся, и у Феликса не возникло ни тени сомнения, кому предназначалась эта улыбка. Но, что еще больше его взбесило, так это то, что Хелен улыбнулась в ответ.
   - Я тебе не верю, - прорычал Феликс, ослепленный ревностью. Уже не соображая, что делает, он нажал на спусковой крючок. Отброшенный двумя выстрелами в грудь, гость упал вместе с креслом на пол, и скорчился.
   - Феликс, нет! - Хелен фурией сорвалась с места, и вцепилась Феликсу в руку. - Что ты натворил?
   - Это подстава, - каркнул Феликс, опуская пистолет. - Я точно знаю.
   - Он хотел нам помочь! Он мне помог, если бы не он, мы бы сейчас здесь не сидели! - Хелен склонилась над лежащим на боку гостем. Из дыр на куртке, которую гость так и не снял, на ковер текла кровь.- А ты его убил!
   - Хелен, включи мозги! Подумай, как он смог найти нас на этой квартире? Никто не знал, что мы здесь. Никто не мог узнать, кроме эсэсовцев. Они все подстроили! Думаешь, он сам пришел? Хрена с два, его прислали, чтобы внедрить в нашу сеть, - Феликс взял Хелен за плечи, и стал уговаривать, как ребенка. - Кого ты защищаешь? Этот тип подглядывал за тобой. Смотрел, как ты моешься в душе! Неудивительно, что ты ему понравилась, ведь ты такая красивая. Но этому вуайеристу этого показалось мало, и он пришел сюда, чтобы тебя поиметь. Как ты этого не понимаешь? А получив то, зачем пришел, он сдал бы нас своим коллегам!
   - Феликс, надо уходить! - бледный, как смерть, Студент, тронул Феликса за плечо. Хелен отвернулась, сотрясаясь в рыданиях.
   - Да, ты прав, - Феликс вспомнил, что он все-таки руководитель группы, и стал отдавать приказы. - Собираем вещи, и уходим. Хелен, подожди в прихожей. Давай, в темпе, живо-живо! - Хелен походкой деревянной куклы вышла из комнаты.
   - А этого? - Студент показал на неподвижно лежащего гостя.
   - С собой. Пока он с нами, его коллеги нас не тронут. "Глушилку" не выключай, если на нем датчики, эсэсовцы сразу поймут, что он мертв. А так у нас есть шанс. И еще, звякни Козырю, пусть подгонит грузовик. Все, двигаемся, в темпе!
   Революционеры принялись лихорадочно собираться. На неподвижно лежащего в позе эмбриона Кирилла никто даже не посмотрел.

***

  
   "Обнаружена угроза здоровью, введена доза боевого стимулятора. Ввести дополнительную дозу?". Первым, что увидел Кирилл, когда очнулся, была плавающая перед глазами красная надпись. Было очень трудно дышать, в груди тупо саднило. Он разлепил веки, и попытался сфокусировать взгляд. В ушах набатом стучал пульс. Пол трясся, доносился шум мотора, и Кирилл понял, что находится в кузове допотопного грузовик. Грузовик, если судить по шуму, был даже не с боро-гидридным двигателем, а с дизельным или бензиновым. Под потолком горела замызганная лампочка. "Что за?... Как я тут оказался?" - попытался вспомнить Кирилл, и не смог. Мысли никак не хотели складываться в понятную картину. Хелен, вспомнил он, и вслед за именем потянулась цепочка образов. Вот они беседуют... "Черт, он же меня застрелил?!", - Кирилл тронул грудь, поднес руку к глазам, лизнул. Так и есть, кровь. Значит, ему не приснилось. В него стреляли, но он жив. Как это произошло, можно разобраться после, сейчас надо спасать свою жизнь, ведь его куда-то везут. Значит, надо выбираться. Кирилл заколебался, не использовать ли вторую дозу стимулятора, но решил пока подождать. Всего доз было две, два инъектора, вшитых в левое и правое бедро, память о службе в армии. Инъекторы, связанные с имплантом, содержали боевой коктейль, смесь стимулятора с обезболивающим. Получив дозу, раненый солдат мог еще несколько часов функционировать. Когда Кирилла ранило, имплант, обнаружив угрозу жизни и здоровью носителя, принял решение впрыснуть одну дозу. Без стимулятора, Кирилл бы вряд ли смог сдвинуться с места.
   Мысленным усилием он убрал маячившую перед глазами надпись, и сел. Кровь почти перестала течь. Кирилл попытался расстегнуть куртку, и не смог. Материал под пальцами больше походил на камень, чем на ткань. "Ну, спасибо, куртка!", - с благодарностью подумал Кирилл, поняв, что произошло. Куртка у него была не простая, а высокотехнологичная, хай-тек. Кроме утилитарных свойств, вроде защиты от холода, дождя и ветра, было у нее еще одно свойство. Материал куртки при резком ударе или сотрясении, твердел в месте контакта, меняя молекулярную структуру. Он не смог остановить пистолетные пули, но сумел задержать, принять на себя и распределить на большую площадь энергию выстрела. В итоге, пули пробили куртку, но не вошли глубоко в тело. Удар был такой силы, что без сломанных ребер точно не обошлось. Кирилл потерял сознание, и его сочли мертвым.
   Кирилл взялся за ручку двери, и потянул. Дверь с грохотом распахнулась. Грузовик ехал по пустынным улочкам ночного форштадта. Район Кирилл не узнал, но выбирать было особо не из чего. Когда грузовик замедлил ход, остановившись у какого-то перекрестка, Кирилл со стоном вывалился на проезжую часть. От удара он чуть было не потерял сознание, но стимулятор продолжал действовать, и не дал ему отключиться. Не пытаясь встать, Кирилл на карачках пополз в сторону, молясь про себя, чтобы из кабины его не заметили. Добравшись до тротуара, Кирилл с трудом поднялся на ноги, качаясь из стороны в сторону, и побрел назад по улице. Свернув в проулок между домами, он, согнувшись, побрел, сам не зная куда. Когда на светофоре зажегся зеленый, и грузовик тронулся с места, Кирилл уже был далеко.
   Он не знал, сколько прошло времени. Минуты то неслись вскачь, то тянулись, словно века. Поняв, что оторвался от своих похитителей, Кирилл попытался сориентироваться, но не смог. В Северном форштадте он был всего пару раз, дома и улицы здесь ничем не отличались от таковых в Западном. Такие же серые, безликие, похожие друг на друга. По осеннему холодная погода давала о себе знать. Руки окоченели, лица своего Кирилл уже давно не чувствовал. Редкие прохожие шарахались от залитого кровью, спотыкающегося человека. Кирилл остановился, прислонившись к стене дома. Свет редких уличных фонарей стал стремительно удаляться от него, вращаясь, как в калейдоскопе. Надо было идти дальше, но сил уже не оставалось. Кирилл сполз на землю. Что-то холодное упало ему за шиворот, растаяло и потекло струйкой. Снег, лениво подумал Кирилл. Он понял, что еще чуть-чуть, и он замерзнет. Кто-то остановился рядом с ним. Кирилл просипел сквозь зубы: "Помогите!". Человек склонился над ним, но помогать не стал. Ловкие руки прошлись по карманам, послышался звук удаляющихся шагов. Сквозь окутавшую сознание пелену безразличия, Кирилл равнодушно зафиксировал этот факт, и окончательно провалился в темноту.
   Когда он вторично пришел в себя, то обнаружил, что лежит в постели. На какое-то мгновение ему подумалось, что все происшедшее просто дурной сон, но пронзившая тело боль тут же развеяла эти надежды. Беглый осмотр комнаты показал, что он не в больнице, и не в полисе: обычные стены и потолок, никаких признаков высоких технологий. Грудь Кирилла стягивали бинты. Он попытался сесть, но не смог, со стоном откинулся назад на подушки.
   - Очнулся? - над Кириллом кто-то склонился. Лицо, терявшееся в ореоле света от лампы, было не разглядеть. - Пить хочешь?
   - Хочу... - прохрипел Кирилл. Человек отошел, и вскоре вернулся со стаканом. Стуча зубами о стекло, Кирилл выпил.
   - Да, не слабо тебя приложили, сосед, - подождав, пока Кирилл допьет, человек убрал стакан. - Ты как, помирать не собираешься?
   - Да нет пока, - уже другим голосом сказал Кирилл. - А вы кто?
   - Не узнал? - человек развернул настольную лампу так, чтобы она освещала его лицо. Кирилл отпрянул, точно увидев привидение. Перед ним сидел его бывший сосед, тот самый инженер, на которого он донес.
   - Ты... - Кирилл закашлялся.
   - Я, - улыбнулся инженер. - Меня зовут Виктор, - с ударением на "о" представился сосед. - А тебя Кирилл, так?
   - Так, - ответил потрясенный Кирилл.
   - Есть хочешь, Кирилл? - спросил Виктор. - Доктор сказал, тебе нужно набираться сил.
   - А?
   - Тебе повезло. Если бы не куртка, ты бы умер, а так еще поживешь. Не волнуйся, пули извлекли. И отморозить ты ничего не успел, я вовремя на тебя наткнулся. Немного в постели поваляться придется, и снова будешь здоров! Ну, так что, будем кушать?
   Виктор принес тарелку, поставил на прикроватную тумбочку, сложил ладони домиком, и нараспев произнес:
   - Очи всех на Тя, Господи, уповают, и Ты даеши им пищу во благовремении, отверзаеши Ты щедрую руку Твою и исполняеши всякое животное благоволения, - с этими словами он перекрестил тарелку, и дал Кириллу ложку. Кирилл набросился на еду. Когда он закончил, Виктор забрал тарелку, и поднялся.
   - Спи, набирайся сил. Завтра придет доктор, посмотрит тебя, - с этими словами Виктор вышел из комнаты. Кирилл откинулся назад на подушки, но заснул далеко не сразу.
   На следующий день пришел доктор. Проверив Кирилла ручным сканером, он взял у него кровь на анализ, оставил список лекарств, в основном антибиотиков, и ушел. Виктор был дома, гремел на кухне посудой.
   Кирилл немного полежал, раздираемый сомнениями, потом все-таки решился.
   - Виктор, - позвал Кирилл.
   - Да? - в комнату вошел Виктор.
   - Слушай, Виктор... Ты меня подобрал, приютил, кормишь тут... - с трудом подбирая слова, начал Кирилл.
   - И что, это мой долг как человека и христианина, - пожал плечами Виктор.
   - Это... ты должен знать... Это я вас сдал тогда. Это из-за мня твоя... Твою... - выдавил из себя Кирилл.
   Виктор покачнулся, и побледнел. Зазвенела выпавшая из его руки ложка. Медленно, как сомнамбула, он вышел из комнаты, но вскоре вернулся. В руках у него был пистолет.
   - Сволочь, - услышал Кирилл яростный шепот Виктора. - Ублюдок...
   Пистолет медленно поднялся. Кирилл заглянул в черную дырочку ствола, и удивился собственному равнодушию. Ему было все равно, даже не то, что все равно - какая-то часть его хотела, чтобы Виктор выстрелил. Но тот медлил.
   - Давай, - Кирилл с удивлением услышал собственный голос. - Давай, покончи с этим. Тем более, что я заслужил. Этого даже мало будет... Из-за меня столько людей пострадало, что меня надо раз двадцать убить. Так что давай, жми на спуск.
   Кирилл посмотрел в горящие ненавистью глаза Виктора. Но вдруг лицо Виктора разгладилось. Пистолет опустился, и Виктор исчез из поля зрения Кирилла. Тот приподнялся, и увидел, что Виктор неподвижно лежит на полу. До слуха Кирилла донеслось чуть слышное бормотание. Прислушавшись, он понял, что Виктор молится. Закончив молиться, Виктор встал, тяжело ступая, подошел к кровати и склонился над Кириллом.
   - Чтоб тебя здесь не было, понял, сволочь? Не уйдешь по-хорошему, я тебя... - Виктор развернулся, и вышел.
   - Уйду, можешь считать, что меня здесь уже нет, - прошептал Кирилл, и попытался встать. Все тело отозвалось острой болью, но Кирилл не сдавался. Кое-как поднявшись, он по стенке дошел до двери. У порога силы окончательно покинули его. Голова закружилась, мир завертелся, сжался в точку, и исчез.
   Больше Виктор не пытался выгнать Кирилла. Он приносил ему еду, помогал дойти до туалета, менял повязки. Все это он делал молча, и на Кирилла не смотрел. Кирилл не пытался начать разговор, молчал. Так прошло две недели. Кириллу стало лучше, уже не так болели сломанные ребра. Однажды вечером, после ужина, Кирилл пошел в туалет. Случайно заглянув на кухню, он увидел, что Виктор сидит в одних трусах на табуретке, и пьет. В стоящей на столе пол-литровой бутылке оставалась половина. Кирилл без приглашения зашел на кухню, и молча опустился на табурет напротив Виктора. Без разрешения взял с полки стакан, плеснул водки, и залпом выпил. Виктор посмотрел на него, и опрокинул стакан.
   - Ну, рассказывай, - первым тишину нарушил Виктор.
   - Что рассказывать? - спросил Кирилл.
   - Все рассказывай, с самого начала. Ты ведь за этим пришел.
   - Я служил в СС, в отделе наружного наблюдения, - начал Кирилл, и замолчал. Виктор никак не отреагировал на его слова, тогда он продолжил: - Однажды мне поручили проверить одну подозрительную группу...
   Кирилл рассказал Виктору все, даже то, о чем умолчал, когда рассказывал свою историю революционерам. Выслушав, как Кирилл рассказывает о том, как обнаружил в его квартире нелегалку, Виктор сжал кулаки.
   - Походя, значит, зацепил...Ясно... - он скрипнул зубами.
   - Работа у меня такая... была, - извиняющимся тоном сказал Кирилл.
   - Понятно, продолжай дальше...
   Кирилл продолжил. Он рассказал о Ройтмане и Грубере, о роли, которую сыграл в судьбе Штыря и нелегалов. Рассказал о Хаиме и своей работе на бандитов, даже соседского мальчишку упомянул. Единственное, о чем он не сказал, так это о Жиле.
   - Вот и скажи, что мне со всем этим делать? - спросил Кирилл, закончив рассказ.
   - Исправлять, - коротко ответил Виктор. - Бог оставил тебя в живых не просто так. Ты должен исправить то, что еще можно исправить.
   - Исправить, - задумчиво повторил Кирилл. - Да что тут исправишь? Все уже...
   - Пока человек жив, он должен бороться, - наставительно произнес Виктор. - Начни борьбу с себя. Победи в себе ненависть, алчность, гордыню...
   - Ну а ты, ты как борешься? - расхохотался Кирилл. - Молишься? А пистолет тебе крест заменяет?
   - Я пытаюсь спасти свою бессмертную душу. А еще тебя вот спас, - спокойно сказал Виктор. - Это мой путь. А вот тебе надо искать свой путь. Хотя...Думаю, что твой путь найдет тебя сам.
   - Да ты просто гребаный гуру, - качнулся на табурете Кирилл.
   - Хоть розой назови ее, хоть нет, - усмехнулся Виктор.
   - Гуру, как есть гуру. Цитатками вот разговариваешь...
   - А ты чего хотел? Чтобы я сказал: иди, борись с системой, и перекрестил тебя на прощание?
   - Ну, хотя бы так...
   - А зачем с ней бороться? Она всех устраивает. Хай-теков устраивает. Да и остальные не жалуются, все довольны. Даже твои соседи, что посылают своего ребенка торговать собой. Все довольны., все как-то устраиваются, а кто хочет чего-то добиться, тот идет и работает! Против только кучка идеалистов, вроде этого, как его... Феликса. Но они ведь не народ. Я тебе больше скажу - они хоть и борются за народ, но при этом презирают его. И ты туда же захотел?
   - Я хочу, чтобы все было по справедливости. Или хотя бы стремиться к этому, - сказал Кирилл, и скривился, почувствовав, насколько пафосно это прозвучало.
   - Откуда вы только беретесь такие, блин, деятельные, восторженные идиоты? Спокойно ломаете жизнь другим, а потом... А, да что говорить... - Виктор махнул рукой.
   - Это...Почему сразу идиот? - пьяно обиделся Кирилл.
   - Да потому, что умным людям давно все ясно, и насчет общества, в котором мы живем, и насчет того, кто на самом деле всем заправляет. А ты, проработав в таком месте, как СС, не один год, этого не знаешь?
   - Я помогал предотвращать реальные преступления! Защищал закон! - возмутился Кирилл. - Мы же не только таких как...- Кирилл смешался.
   - Как я, и моя Света, ты это хочешь сказать, - спокойно сказал Виктор. - Конечно, ты, как и подобает рыцарю, защищал слабых и беззащитных от террористов, торговцев наркотиками, и прочих педофилов. Ты сам-то веришь в то, что сейчас сказал? Думаю, что нет, иначе ты бы сейчас здесь не сидел.
   - Не верю... - Кирилл посмотрел в пол. - Больше не верю. Я думал, что защищаю закон и порядок. А на деле защищал благополучие кучки избранных.
   - Вот то-то и оно, - подвел черту Виктор. - И вместо того, чтобы принять тебя с распростертыми объятиями, твои новые друзья тебя чуть не убили, - Виктор опрокинул стакан, и захрустел соленым огурцом. Пили они чисто по-русски, хотя один был французского происхождения, а другой, хотя бы номинально, немецкого.
   - Они мне не друзья!
   - Так чего ты к ним поперся, идиот, если они тебе не друзья? - Виктор встал, и перегнулся через стол, так, что его лицо оказалось точно напротив лица Кирилла. - Ведь ты же не дурак, мог бы и сообразить, что они тебе не поверят. Этого и следовало ожидать. - Заканчивалась вторая бутылка, и оба собеседника изрядно опьянели, особенно Кирилл.
   - Это почему же?
   - Ну, а ты сам подумай. Прикинь, так сказать... Поставь себя на их место: приходит к тебе человек с такой историей. Во что проще поверить, в то, что перед тобой агент СС, или в то, что перед тобой восторженный идиот с розовой ватой в голове? Да еще этот идиот заявляет, что служил в СС, сколько там лет ты отслужил? Восемь, девять, я уже не помню. Не важно... - Виктор махнул рукой.
   - Я думал, что смогу объяснить... В конце концов, я мог бы принести им немалую пользу.
   - Пользу, - передразнил Виктор. - А то, что тебя отпустили не просто так, ты не подумал? Наверняка твои бывшие коллеги за тобой присматривают! И если даже я это понял, то уж Феликс, который от вашей службы не первый год успешно бегает, и подавно понял!
   - Все так, - Кирилл опустил голову. - Но...
   - Да знаю я твое "но"! Все из-за этой женщины, Хелен. Все из-за нее, так?
   - Так...
   - Любишь ее?
   - Люблю... - выдавил Кирилл. - А ты свою... Свету, любил ведь? - Это был удар ниже пояса.
   - Любил, - помрачнел Виктор. - До сих пор забыть не могу.
   - Ты прости меня, Виктор, - заплетающимся языком попросил Кирилл. - Хочешь, на колени встану?
   - Не надо, - глухо ответил вмиг потерявший весь запал Виктор. - Я простил тебя, еще тогда, когда ты сказал, что тебе лучше умереть. Ты не лгал, а значит, ты раскаялся, а это самое важное. Я тебя простил, и Бог простит...
   - Бог простит, куда он нафиг денется...- хмыкнул Кирилл, встал, и открыл окно. Свежий воздух немного отрезвил его, и он смог выражаться яснее: - А вот насчет всеобщего довольства ты не прав. Хай-теки, понятно, довольны, но остальные? Не могут быть люди довольны, когда вокруг такое. Не могут!
   - А ты не думал, что они просто не знают ничего другого? Или что могут довольствоваться малым? Люди, знаешь ли, бывают разные...
   - Довольствоваться малым, ха! - Кирилл истерически захохотал. - Так это теперь называется? Ни нормальной еды, ни нормального жилья, ни медицины, ни... Низвели людей до уровня скота, и даже идеологическую базу под это подвели. Мол, надо беречь невозобновляемые ресурсы. Почитал я, что тут в местных сетях пишут, ага. Это чтобы хозяевам больше досталось, простые люди должны на последнем экономить. И в ноги кланяться, за то что им позволяют жить. Нет, так нельзя... Эта система должна быть разрушена!
   - Вот твои друзья революционеры тоже так говорят. Круши систему, долой фашизм, и все такое. А что взамен? Религиозную диктатуру, как в Халифате? Империю, как в Поднебесной? Идеального строя нет, люди несовершенны, и система такая же. Эта система, против которой ты хочешь бороться, всего лишь отражение того, что творится у людей в головах!
   - Ну да, это я тоже слышал. Довольно распространенная точка зрения, кстати. И прекрасно работает, кстати, отвлекает людей от поиска истинных виновников. С миром все в порядке, с системой тоже, а если кому что не нравится, так он сам в своих проблемах виноват, ага, - Кирилл встал, и покачнулся.
   - Именно так, - кивнул Виктор. - Все проблемы в нас самих. И спасения можно добиться, только работая над собой! А все эти внешние факторы, общество, система, это все наносное, лишнее. Оглянись вокруг! Восторженных идиотов вроде тебя ничтожно мало. Остальные как-то устраиваются, налаживают жизнь, и плевать им на политику. Люди просто живут, а тебе нужна борьба! Вы людям нового счастья хотите, а они старым дорожат. Это тоже цитата, из одного старинного русского фильма.
   - Ну-ка, ну-ка, - заинтересовался Кирилл.
   - В фильме показана история одного странствующего рыцаря, который приехал в город, стонавший под властью жестокого дракона... Рыцарь схватился с драконом, и убил его.
   - И что было дальше?
   - А ничего, во всяком случае, для горожан ничего не изменилось. Тот, кто убил дракона, сам стал драконом. Так всегда бывает, опыт всех революций наглядно свидетельствует: новая власть со временем обретает все признаки старой. И твои революционеры, если каким-то чудом придут к власти, такого наворотят... Нет, лучше пусть все идет, как идет.
   - Х-ха, - Кирилл остановился в дверях, привалившись к косяку. Оглянулся на Виктора. - Здорово же они тебя напугали.
   - Ты это о чем? - сдвинул брови Виктор.
   - Да о тебе и твоей Свете... - сказал Кирилл, и увидел, как побледнел Виктор. - Извини, конечно, что я так... Но ты примерь свои слова к тому, что с вами произошло. Поищи в себе вину, ведь ты же именно об этом сейчас говорил. И Света твоя, она, конечно, сама во всем виновата. Система прекрасна, мир прекрасен, только людишки - говно, никак этого понять не хотят.
   - Ты не понимаешь, - прошептал Виктор.
   - Да, не понимаю, - Кирилл хотел плюнуть, но вспомнил, что находится в помещении, и сдержался. - Не понимаю, как можно принимать все это, - он повел рукой вокруг, потерял равновесие, и чуть не упал. - Не понимаю, как можно прятаться за какие-то религиозные предрассудки, и оправдывать зло, которое творится за твоим порогом, ежеминутно, ежесекундно. Подводить идейную базу под бездействие. Видимо, мне это не дано, - сказал Кирилл, и ушел спать. Виктор остался сидеть, спрятав лицо в ладонях.
   Как только лед был сломан, Кирилл с Виктором стали разговаривать, и вскоре Кирилл узнал нехитрую историю Виктора. После смерти Светы, инженера в два счета вытурили из полиса. Работу он тоже потерял: как можно доверять атомный реактор такому неблагонадежному человеку? Хорошо еще, что друзья помогли устроиться на ту же станцию, помощником бригадира на складе отработанных ТВЭЛов. Там он и работал, месяц на станции, месяц в форштадте. Он как раз возвращался домой после очередной смены, когда наткнулся на лежащего у стены человека. После случившегося, Виктор стал очень религиозным, регулярно ходил в церковь. Поэтому вопрос "помогать, или нет", для него не стоял. Он, не раздумывая, поспешил на помощь. Склонившись над лежащим, он удивлением узнал в нем своего бывшего соседа. Увидев, что Кирилл ранен, Виктор отнес его домой, кое-как перевязал, и вызвал доктора.
   - Доктор, небось, кучу денег содрал, - сказал Кирилл. - Спасибо, что не бросил. Ты- настоящий человек, Виктор.
   - Это мой долг, - скромно ответил Виктор, но было заметно, что похвала ему приятна.
   Виктор снимал квартиру, сам вел хозяйство. Проблем с деньгами у него не было, на станции неплохо платили, да и накопления у него никто не отнимал.
   - Это они тебя специально без всего оставили, - прокомментировал Виктор замечание Кирилла о том, что его-то до нитки раздели, все отобрали. - Наверное, отомстить хотели за то, что ты натворил. А может, посмотреть хотели, как ты обойдешься. Но огорчаться нечего. Насколько я понял, накоплений у тебя не было, а квартира... Квартира-то не твоя была на самом деле.
   - Разве?
   - Конечно. Юридически, все, что находится в полисе, это собственность Компании. Все якобы "собственные" квартиры на самом деле не принадлежат тем, кто в них живет.
   - Вот даже как, - усмехнулся Кирилл. - Неудивительно. Удобно, когда любого в два счета вышвырнуть можно. Все на крючке...
   - Да, Компания стремится контролировать все, что только возможно. Она это и не скрывает, все на поверхности, и тем, у кого есть хоть капля мозгов, понятно. Но таких мало, большинство просто не способно к критическому восприятию реальности.
   - Думаю, что тут дело не в неспособности. Профессор Дейл об этом говорил, - кивнул Кирилл. - О том, что те, кто управляют источниками информации, могут формировать информационный поток, и тем самым управлять людьми.
   - На меня пропаганда не действует, - с нотками гордости в голосе, сказал Виктор. - И я не один такой.
   - И что толку в том, что вы все понимаете? - покачал головой Кирилл. - Все равно вы ни на что не способны. Сидите, каждый в своем углу, и тихо радуетесь своему всезнанию, пока хозяева крутят миром, как им заблагорассудится.
   - Ну а что ты предлагаешь? Глупо сражаться с ветряными мельницами. Впрочем, если ты хочешь осложнить себе жизнь, валяй, дерись. Только это глупо...
   - Да уж, я и правда, как это ты вчера сказал? Восторженный идиот с розовой ватой в голове? Так и есть, - невесело сказал Кирилл. - К счастью, это я как раз могу исправить.
   - Твердо решил бороться? - склонил голову Виктор.
   - Да. Отлежусь у тебя немного, и вернусь к себе, в Западный, - ответил Кирилл.
   - Только ты имей ввиду, что за тобой наверняка будут следить. Может, и сейчас следят, а то и слушают.
   - Это вряд ли, - улыбнулся Кирилл. - "Жучков" на мне точно нет, имплант закрыт. Если за мной и следили, то наверняка потеряли, когда меня везли в грузовике. И потом, не все ли равно? Узнать о моих дальнейших планах они вряд ли смогут, потому что я сам еще не знаю, что буду делать.
   Прошла еще неделя, Кирилл почти выздоровел, и решил возвращаться. Виктор пошел провожать его на вокзал. Когда поезд в Западный форштадт подошел к перрону, Виктор с Кириллом обменялись крепкими рукопожатиями.
   - Ни пуха, - пожелал на прощание Виктор. Против обыкновения, он говорил по-русски.
   - К черту, - на том же языке ответил Кирилл. - Не передумал? Останешься?
   - Останусь. Война не мой путь, - ответил Виктор. Раздался второй свисток, и Кирилл поставил ногу на ступеньку.
   - Если что, ты знаешь, где меня найти, - сказал Кирилл, и скрылся в вагоне.
   Западный форштадт встретил его равнодушно. Мамаша Лю, которой было заплачено за полгода вперед, разочарованно вздохнула, когда Кирилл появился в дверях.
   - А мы думали, ты уже все... того, - отдыхавший на балконе Степан сделал вид, что обрадовался. - Мамаша Лю так и сказала - отбегался, мол, наш фон. Надо нового жильца искать. А я ей и говорю: погоди его хоронить, он вернется. Давай выпьем, а?
   - Потом, - отмахнулся Кирилл, и пошел к себе в комнату.
   Заглянув к Хаиму, просто чтобы показать, что не умер, и не уехал, Кирилл вскоре получил несколько новых заказов. К первому же заказу от бандитов была приложена записка: "Поздравляем с благополучным возвращением. Желаем скорейшего выздоровления". Прочитав записку, Кирилл рассмеялся: а он еще надеялся, что можно что-то утаить.
   Как только материальное положение наладилось, Кирилл заказал через Хаима специальный сканер, позволяющий обнаруживать любые, даже очень маленькие электронные устройства. Даже поверхностная проверка квартиры показала, что Виктор был прав в своих предположениях. На потолке, в вентиляционной шахте, в выключателях и дверном замке притаились разнообразные "клопы". В воротнике куртки обнаружился "маячок", сигнал которого можно отслеживать со спутника. Кирилла "вели", и плотно. Когда он понял, как рисковал, его прошиб пот. Оставалось только радоваться, что в подвале у Хаима была "глушилка". Только это спасло его от ареста. Только сейчас он понял, насколько прав был Хаим, который всегда, прежде чем что-то мало-мальски серьезное обсудить, проверял, работает ли "глушилка". Сам Кирилл, привыкший к тому, что Цербер считывает информацию, используя бытовую электронику, как-то упустил из виду то, что за ним могут следить, используя "клопов". От того, что способ этот был старомодным, менее эффективным он не стал. Купить "глушилку"? Кирилл взвесил этот вариант, и отбросил. Пусть они и дальше думают, что он ни о чем не подозревает.
   Насчет того, что он и сам не знает, что делать, Кирилл соврал. Он знал, за время вынужденного безделья у него сложился план. Не идеальный, но на безрыбье, как говорится... Вот только Виктору об этом знать не следовало. Не то, чтобы Кирилл ему не доверял, просто человек при всем желании не сможет рассказать то, о чем не знает.
   Зацепка у Кирилла была не очень надежная. Зайдя в квартиру революционеров, он активировал программу записи аудио и видео информации. Все, что он видел и слышал, записывалось в память импланта. Когда Феликс в него выстрелил, программа не отключилась. Из-за того, что глаза Кирилла были закрыты, картинки не было, только звук. Но и этого хватило.
   Сначала ничего интересного не происходило. Революционеры собирали свой нехитрый скарб, Феликс успокаивал Хелен. Потом остались только два голоса, Феликса, и молодого революционера, которого Феликс называл "Студент".
   - Так, потащили, - скомандовал Феликс, и послышалось пыхтение.
   - Блин, тяжелый, зараза, не меньше восьмидесяти кило, - сдавленно прокомментировал Студент.
   - Хорош болтать, тащи давай, -оборвал его Феликс. - Нет, не сюда, к заднему выходу. - Снова пыхтение, глухой стук, скрип открывающейся двери.
   - Куда потом? - не унимался Студент.
   - В Метрополис, - буркнул Феликс.
   - К Подвойскому?
   - Язык прикуси, и работай давай, - вызверился Феликс.
   - Блин, да че я такого сказал... Этот-то уже никому ничего не расскажет, - послышался обиженный голос Студента, на которого, очевидно, напал словесный понос. Судя по звуку оплеухи, и вскрику Студента, Феликс вместо ответа врезал ему от души. Больше ничего интересного не было, с металлическим лязгом захлопнулась дверь, и послышался шум мотора. Но больше ничего Кириллу и не надо было. Двух слов,"Метрополис" и "Подвойский", было достаточно, чтобы двигаться дальше.
   - Ну что, друзья мои, скоро мы с вами свидимся, - еле слышно прошептал Кирилл, прослушав запись. Если бы Феликс увидел Кирилла в этот момент, он бы постарался максимально отдалить встречу: в глазах Кирилла горела ненависть.
   Оставалась проблема слежки. Кирилл не мог просто уехать в Метрополис. Во-первых, на билет ушли бы все деньги, а, значит, на новом месте все пришлось бы начинать с нуля. Но это Кирилл бы пережил, в конце концов, не в первый раз. Хуже было другое. Купив билет на поезд, он тем самым оповестил бы всех заинтересованных лиц, куда едет. Что сильно осложнило бы ему задачу. Он не хотел, чтобы в его дела с революционерами вмешалась Санитарная Служба. Значит, нужно было как-то исхитриться, и выехать из форштадта не засветившись ни на одном блок-посту, а после этого преодолеть больше тысячи километров до Метрополиса. Все осложнялось тем, что единственным наземным транспортом, связывающим полисы, являлся поезд.
   Шли дни, а Кирилл все еще не мог найти решение этой головоломке. Пару раз он порывался купить билет на поезд, но в последний момент что-то его останавливало. Он понимал, что ничего хорошего из этого не выйдет. В свободное время он часто ходил к вокзалу, и смотрел на уходящие поезда. Несмотря на обыденность, это зрелище всегда привлекало зевак. Посмотреть было на что. Огромные, как сухопутные корабли поезда величаво проплывали под арками эстакад, и втягивались на вокзал. Который, в свою очередь, соединялся с полисом прямым путепроводом.
   Железную дорогу федерального значения можно было бы смело заносить в список чудес света. Ни в одной стране ничего подобного не было. Строительство началось сразу после образования Федерации, и длилось до сих пор. Железная дорога протянулась от Тронхейма до границы с Китаем, и соединяла все шестнадцать крупных полисов. Расстояние между рельсами было четыре метра, а ширина вагона - шесть метров. Два десятка огромных двухэтажных вагонов, увлекаемых сверхмощным локомотивом, представляли собой настоящий город на колесах. Купе первого класса, из нескольких комнат с ванной и туалетом, предоставляли путешественникам максимальный уровень комфорта. А крейсерская скорость поезда, составлявшая больше трехсот километров в час, делала поезд еще и одним из самых быстрых средств передвижения в мире. Грузовой состав мог взять столько груза, сколько средней величины корабль. Автомобильные перевозки отошли на второй план. Подавляющая часть грузооборота между полисами осуществлялась по железной дороге.
   Вилли Райхерт, друг, и один из бывших подчиненных отца Кирилла, после того, как ушел с военной службы, стал инженером. Он участвовал в разработке локомотивов для железной дороги. В детстве Кирилл часто бывал у него дома, рассматривал модели поездов. Было время, он тоже хотел стать железнодорожником. Поэтому Кирилл знал о поездах все: и модели, и с какой скоростью какой поезд едет, и сколько людей может взять.
   Наверное, именно поэтому странное поведение поездов на уходящей в Метрополис ветке, вдоль которой он гулял, и привлекло его внимание. Вместо того, чтобы начать плавно набирать скорость, отойдя от вокзала, поезд километр или полтора ехал медленно, и только потом начинал ускоряться. Кирилл специально прошелся вдоль других веток, там все было как положено. Увидев среди зевак стайку мальчишек, Кирилл подошел ближе. Один из пацанов с видом знатока рассказывал остальным, что и как устроено в поезде.
   - А что, пацаны, поезда здесь всегда так медленно идут? - спросил Кирилл у знатока. Тот, раздувшись от гордости, открыл было рот, но тут же получил тычок локтем в бок от приятеля.
   - А что нам за это будет? - нахальным тоном спросил тот, и шмыгнул носом. Вместо ответа Кирилл достал из кармана евро, и подбросил воздух.
   - Тут газопровод проходит, - объяснил знаток.
   - И что? - не понял связи между газопроводом и скоростью поезда Кирилл.
   - И то, что нельзя тут поездам быстро ехать. Газопровод может сломаться от этой, как ее, ви...
   - Вибрации, - подсказал Кирилл.
   - Во, точняк, вибрации, - улыбнулся пацан.
   - Гони монету, дядя, - напомнил другой, и Кириллу ничего не оставалось делать, как опустить монету в протянутую ладонь.
   В тот момент, когда он смотрел на медленно ползущий поезд, у него и возникла идея. Безумная, очень рискованная, но выполнимая. Кирилл покрути ее в голове так, и эдак, и решил рискнуть.
   - Хаим, мне нужно вот это, - Кирилл положил на прилавок перед торговцем листок бумаги.
   - Так, что тут, - Хаим пробежал глазами список. - Хай-тек куртка, ладно, три метра материала Х12, ладно, достанем...Шлем для скайдайвинга, присоски альпинистские, со встроенным магнитом... Это еще что за хрень?
   - Оборудование для высотных работ. Снаряжение для промышленных альпинистов, - объяснил Кирилл.
   - А на кой? - начал было Хаим, но увидев выражение лица Кирилла, осекся, и буркнул: - Ладно, достанем. Но учти, это будет непросто, и влетит в копеечку.
   - А у тебя когда-нибудь бывало иначе? - усмехнулся Кирилл.
   - Хороший товар таки стоит хороших денег, - расплылся в улыбке Хаим. - А у меня всегда все самое лучшее!
   - Ладно, ладно, только достань побыстрее, - прервал разошедшегося торговца Кирилл.
   - За отдельную плату, - ту же отреагировал Хаим. Кирилл кивнул в ответ. Сделка состоялась.
   Темнело. Холодный ветер с мокрым снегом разогнали с улиц прохожих. На пешеходном мостике, проложенном над железнодорожными путями, не было ни души. Увидев это, Кирилл ускорил шаги. Он специально дожидался такой погоды, чтобы выполнить задуманное. Взойдя на мостик, он быстро перелез через высокое, в рост человека, ограждение. С другой стороны мостика сверкала огнями реклама. Если бы случайный прохожий и посмотрел невзначай на мостик, то увидел бы яркие огни рекламы, а не одетого в белый маскхалат Кирилла. Оказавшись с внешней стороны ограждения, Кирилл на всякий случай пристегнулся к мостику, и стал ждать. Не прошло и двух минут, как издалека, со стороны вокзала, донесся свисток. Кирилл подгадал точно. Вскоре показалась медленно ползущая по рельсам стальная колбаса. Под Кириллом проплыл "зализаный", похожий на сосульку локомотив, потянулись вагоны. Кирилл отстегнул карабин, задержал дыхание, и спрыгнул вниз. Приземлившись на согнутые ноги, он не удержался, и покатился по округлой крыше вагона. Будь вагон поуже, он бы неминуемо свалился вниз, но вагон был широкий, поэтому Кирилл удержался, распластавшись, точно лягушка. Поезд миновал жилые кварталы, и полз по промзоне к выезду из форштадта. Газопровод остался позади, и состав понемногу набирал скорость. Поэтому Кирилл не стал медлить.
   Быстро, но без суеты он снял с плеч рюкзак, и бросил его на крышу вагона перед собой. Из рюкзака он извлек присоску, какими пользуются промышленные альпинисты, и прижал к крыше. Поворот рукоятки, и присоска, с чмоканьем прилипла к гладкой поверхности. Зеленый огонек индикатора показал, что электромагнит включен и работает. Заряда батарей хватало на двенадцать часов непрерывной работы. До Метрополиса должно было хватить. За первой присоской последовала вторая.
   Затем Кирилл достал сшитый им собственноручно мешок из материала Х12. Из акого материала изготавливали скафандры для полярников и стратонавтов. Он идеально защищал от холода и жары, не обледеневал, и был очень прочным. На концах прикрепленных к мешку альпинистских репшнуров болтались карабины. Кирилл защелкнул их на рукоятках присосок, и пополз вперед. Когда мешок остался позади, Кирилл вставил в него ноги, и извиваясь ужом, вполз внутрь. Сделать это было легко, поезд уже набрал скорость, и встречный поток воздуха буквально затолкал Кирилла в мешок.
   Оказавшись внутри, Кирилл закрыл за собой клапан мешка, и оказался в полной темноте. Снаружи завывал ветер. Поезд разогнался до крейсерской скорости, и Кирилл чувствовал давление набегающего потока воздуха. Клапан мешка прижало ветром к голове Кирилла. Если бы не надетый на нем шлем для скайдайвинга, Кирилл мог бы отморозить себе голову. Ледяной ветер ревел снаружи, прорывался в малейшие щели, и вскоре Кирилл почувствовал, что озяб, несмотря на теплую куртку, перчатки, ми защищающий его слой Х12. Впрочем, выбора у него не было, приходилось терпеть. Впереди было восемь с лишним часов пути. Кирилл лежал в темноте мешка, а поезд летел вперед, пробивая себе путь сквозь метель. Кирилл, распластавшись в мешке, лежал на крыше вагона, и ждал. Минуты тянулись одна за другой, Кирилл согрелся, и вскоре он незаметно для себя уснул.
   Резкий рывок вырвал его из объятий сна. Мешок вместе с Кириллом бешено мотало из стороны в сторону. Моментально проснувшийся Кирилл попытался понять, что случилось. Он приоткрыл клапан мешка. Сделать это оказалось неожиданно трудно, ветер придал и без того не очень мягкому Х12 прочность толстой жести, и Кириллу пришлось напрячь все силы. Несколько раз его чувствительно приложило о крышу вагона, но он справился. Высунув голову, он увидел, что оправдались его худшие опасения. Обломилась рукоять одной из присосок, и мешок висел на одной. Второй угол болтался в воздухе. Кирилл высунул руку, и неимоверным усилием подтянулся к оставшейся целой присоске. Оттуда он смог осмотреть вторую. Увы, беглый осмотр показал, что ничего сделать нельзя, рукоятку вырвал с концами. Кирилл понял, что она не выдержала холода, и постоянной нагрузки. Это означало, что вторая тоже может сломаться, и тогда Кириллу конец.
   Не обращая внимания на холод, и на растущий на плечах слой льда, Кирилл стал лихорадочно думать, что делать. На его счастье, шлем для скайдайвинга был защищен от обледенения, поэтому Кирилл мог видеть, что происходит вокруг. Поезд проносился так быстро, что пейзаж сливался в одну мутную полосу. Более-менее четко можно было видеть только находящееся на значительном удалении, и то, что находилось прямо по курсу. Солнце уже поднялось над горизонтом, хотя из-за метели его не было видно, но какой-то свет оно давало. Несколько раз то слева, то справа мелькали похожие на холмы снежные возвышения. Кирилл приподнялся, и стал смотреть вперед. Впереди снова замаячил такой холм, секунда, другая, и вот он уже остался позади, но Кирилл успел разглядеть то, что ему было нужно. Холмы были слишком правильной формы, и находились слишком близко к путям. А значит... Значит, у него есть шанс, понял Кирилл. Он извлек из кармана куртки нож, раскрыл его, и стал лихорадочно резать удерживающий мешок репшнур. Как только он его перерезал, поток воздуха тут же сдул мешок, и тот пропал в снежном вихре. Кирилл удерживался на крыше вагона только благодаря оставшейся целой присоске. Холод тут же сковал его, на мгновение ему показалось, что оно остался без одежды, до того сильным и холодным оказался ветер. Теперь время шло на минуты, долго он так не продержится. Вот впереди показался еще один холм. Кирилл, не раздумывая, приподнялся, что было силы оттолкнулся от крыши вагона, и прыгнул в сторону.
   За путями, на всем их протяжении, присматривали. Охраняли от возможных диверсий, очищали снег зимой. Из тысяч километров железнодорожных путей не было ни одного, который остался бы без внимания и заботливых человеческих рук. Трасса Штильбург - Метрополис не была исключением. Никакой снегопад не мог нарушить сообщение между полисами. Снег аккуратно убирался специальными машинами. Это и спасло Кирилла.
   Снегоочистительные машины выбрасывали снег в сторону, на обочину. По обеим сторонам дороги высились многометровые сугробы. Это и спасло Кирилла. Пролетев по воздуху метров тридцать, он, как ракета, врезался в сугроб. Ему повезло вдвойне - будь ускорение поменьше, он бы угодил в нижнюю часть сугроба, где слежавшийся снег мог поспорить по твердости с бетоном. Кирилл полностью скрылся в сугробе, оставив снаружи широкое отверстие. От удара он на мгновение потерял сознание, а когда пришел в себя, обнаружил, что не может пошевелить ни рукой ни ногой. Со всех сторон был плотный снег. Ему даже показалось, что он умер, но он быстро понял, что это не так. Судьба предоставила ему еще один шанс. Кирилл принялся извиваться, расширяя отверстие. Вскоре у него начало получаться, он смог чуть повернуться в норе. Увидев позади свет, он стал копать с удвоенной силой, прокладывая себе путь на свободу.
  

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  В.Крымова "Мертвый и безумно влюбленный" (Любовное фэнтези) | | Э.Тарс "Б.О.Г. 4. Истинный мир" (ЛитРПГ) | | М.Воронцова "Виски для пиарщицы" (Современный любовный роман) | | А.Максимова "Сердце Сумерек" (Попаданцы в другие миры) | | О.Гринберга "На Пределе" (Попаданцы в другие миры) | | С.Лайм "Страсть Черного палача" (Любовное фэнтези) | | В.Рута "Идеальный ген - 2 " (Эротическая фантастика) | | М.Боталова "Академия Невест" (Любовное фэнтези) | | Т.Мирная "Колесо Сварога" (Любовное фэнтези) | | Лаэндэл "Анархия упадка. Отсев" (ЛитРПГ) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"