Одиночество: другие произведения.

История одной любви

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 4.00*3  Ваша оценка:


Этот рассказ посвящается тем, кто стремится познать

Любовь. Кто ищет ее и верит в ее существование.

  
  
   Пролог.

   Иногда, как бы ты ни старался сделать что-то хорошо, все равно получается плохо. Тогда нужно отойти и посмотреть, что же не получается и почему. Но в молодости мы слишком горячны, чтобы понять это. А в зрелости нам просто лень.
   С рождения и до самой смерти человека сопровождает в жизни любовь. Ни тысячелетия назад, ни теперь, ни один "гомо сапиенс" не может четко сформулировать ответ на вопрос "что такое любовь?" Это, пожалуй, самое тонкое, самое неуловимое и меняющее чувство, доступное человеку. Оно настолько многогранно и многолико, что уловить, удержать, понять, что же это - невозможно. И любовь матери к своему ребенку, и любовь мужчины к женщине, и любовь к отчизне - это все грани одного и того же. Только чего же? И бывает ли идеальная любовь? Как можно узнать, идеальна ли любовь, если даже не знаешь, что это такое?
   Но почему мы так уверенно порой говорим про кого-то - "этот человек не умеет любить"? Почему мы точно определяем тот момент, когда внутренне самому себе говорим "я люблю этого человека"? Что изменяется в нас, что делает нас отличными от сотен других таких же, как ты, передвигающихся в этом же пространстве?
   Вопросы без ответов. Их просто нет. Ведь существуют же аксиомы в математике.
   Я написала этот рассказ под воздействием самой большой моей любви к человеку, который никогда меня не любил. Наверное, безответная любовь - самая трагичная любовь на свете. Но она же и самая чистая, бескорыстная. Ибо ты ничего не ждешь, когда сам готов отдать даже жизнь, прекрасно осознавая, что дар этот никому не нужен. Ты готов упасть на колени и вываляться в грязи и даже не заметить этого ради единственного взгляда.
   Я никогда не была обделена вниманием мужчин к себе. Меня любили многие. Но весь парадокс в том, что я не любила их. Чего искало мое сердце? Зачем я стремилась найти свою собственную, не похожую ни на что любовь?
   Желание романтики обычно очень сильно в молодости. Это и толкает большинство из нас на глупые и порой безрассудные поступки. Нетерпение сердца, как сказал один классик.
   Но все же молодость, со всей ее пылкостью и непосредственностью - самое замечательное время. Когда нам ничего не лень. Когда душа еще не обросла жиром и мхом, а сердце стучит в груди и в горле. Это совершенно дурное время, когда ты замечаешь мир вокруг себя, когда тебя еще волнуют краски осени и сияние зимы, великолепие весны и пышность лета. Как жаль, что время это проходит, оставляя в душе лишь рубцы былых тайфунов чувств.
   Поистине счастлив тот, кто остается молодым достаточно долго. Кто может чувствовать и в зрелом возрасте, когда уже есть знания и опыт, когда ты можешь написать собственный сценарий и разыграть его так, чтобы жертв не было. Остается пожелать лишь всем нам этого - пройти молодость без тяжелых потерь и войти в зрелость, все же оставаясь молодыми.
  
  
   Часть 1. Идол.
   За окном был солнечный зимний день. Она сидела и смотрела на город, что переливался снежными крышами на солнце. Хороший сегодня день. Даже повеяло весной, а ведь еще вчера стоял ужасающий холод. Но для нее весна уже не придет. Останется в памяти лишь зима. И его раздраженный голос по телефону. "Я не хочу тебя видеть. Мне это не нужно. Все не нужно".
   Боль..... Она такая разная и всегда такая одинаковая. От его слов, от его холодных глаз, от соприкосновения с сердцем, которое не умеет или боится любить.
   "Неужели, неужели нас ничего не связывает?" - "Ничего!"
   Будь ты проклят! И в тоже время - будь благословен. Ибо мое сердце лежит в твоей ладони. Вернее нет. Уже не лежит. Оно затоптано тобой в грязь.
   Мысли ее полетели вихрем. И кубарем вниз, в непроглядную тьму рухнула душа.
   Вокруг все также, не спеша, двигался рабочий день. Люди заходили и выходили. Она слышала их, но не слушала.
   Сейчас - главное выжить. Принять эту боль. Смириться с ней. Осознать. Что больше нет его в ее жизни. Потому что он так захотел. То был повод или всего лишь раздражение. Она никогда особенно не была ему нужна. Она лишь молила небеса пощадить ее любовь и дать ей побыть с ним еще немного рядом. В том же пространстве и в той же жизни. Но небеса глухи к мольбам страждущих. Там облака и яркое солнце - и вселенская пустота. Та самая, что сейчас поселилась в ее сердце.
  
   I.
   За большим, почти в ее рост, окном падал пушистый белый снег. Таким бывает только первый снег. Большими белыми хлопьями, кружился, вальсировал и падал. Она сидела на подоконнике. Маленькая, поджав к груди коленки, самой себе она казалась такой вот потерянной, вальсирующей снежинкой..... "Как в детстве", подумалось ей. То, что она видела за окном, напоминало ей счастливые времена детства. Тот самый санаторий, куда так часто ее отправляли на зимних каникулах с бабушкой. Здесь она играла ребенком. С тех пор прошло немало лет. Она иногда приезжала сюда гулять. Уже со своей маленькой дочкой. Но сегодня она здесь не за тем, чтобы гулять. Она сидит на подоконнике в номере, смотрит за окно и не может понять - зачем она здесь....
   В соседней комнате, за экраном ее ноутбука, сидит человек. Он ей интересен. Он действительно интересный. Не похожий на тех, кого она знала раньше. Он не слишком красив, но обаятелен и умен. В нем есть утонченность, не свойственная мужчинам нашего века. Пожалуй, даже, ему бы больше подошло родиться женщиной. Но он - мужчина. Умный, деловой, уверенный в себе и своих силах. По крайней мере, сейчас ей кажется именно так. Сейчас ему интересно то, что он видит в мониторе. Она знает это. И знает также то, что ему она тоже интересна. Она еще не знает точно, насколько далеко простирается его интерес. Но точно знает одно - этой ночью она будет с ним. Где-то в глубине ее сознания копошится сомнение. Маленькой крыской копошится и тоненько попискивает - "не нужно этого делать. Посмотри на него - он переедет тебя как трактор. До тебя таких же у него было несколько десятков. Остановись. Забери ноутбук и езжай домой - тебя ждет дочь, муж, долг, семья. Не иди дальше - ты же мечтательная и идеализируешь людей!"
   Она улыбнулась своему сомнению. Долг, семья, муж....... Где сейчас ее муж? Она не видела его уже пять дней. Он в городе, он жив и здоров. Просто ее дорогой муж живет своей жизнью, не утруждая себя никакими ограничениями. Именно поэтому она будет сегодня здесь смотреть на снег и не сопротивляться желаниям того мужчины, который сидит сейчас в соседней комнате.
   Сергей подошел к ней. Хрупкая девушка, которую он видел перед собой, влекла его. Стройная, молодая, весьма привлекательная. В меру умна и слишком наивна. Было бы неплохо узнать в ней женщину. Ему хотелось этого. Почему-то была твердая уверенность, что она не откажет. Он знал о ней уже достаточно, чтобы сделать этот вывод для себя. Второй брак, не слишком удачный. Ей хочется ласки и любви. Первое она получит от него сполна. Второго от него никто не ждет. Любовь - удел слабых. Мужчине нельзя быть слабым.
  -- Ты не замерзнешь так? - спросил он, смотря на нее с улыбкой. Сейчас она была больше похожа на маленького замерзшего ребенка.
   Она подняла на него глаза. Ей нравились его голубые большие, порой слишком большие для этого утомленного худого лица, глаза. Нравилось смотреть в них. У него всегда такой заинтересованный взгляд. Как будто то, что она сейчас скажет в ответ, для него так значимо! Внутренне она усмехнулась. Самое главное - нельзя распуститься. Нельзя влюбиться в него. Таким людям опасно давать власть над собой.
  -- Нет, здесь тепло. Ты все посмотрел, что хотел?
  -- Почти, но видимо все же потребуются некоторые твои пояснения.
   Ей не хотелось покидать своего места. Здесь было безопасно и очень спокойно. И думалось легко. О своей такой непростой жизни. И том человеке, что стоял сейчас и смотрел на нее бездонно голубыми глазами.
   Она встала и оказалась в опасной близости от него. Его рука так естественно легла на ее талию. Он притянул ее к себе. Ненавязчиво. Именно так, что в любой момент можно было отстраниться. Он не навязывал - он предлагал. Вот именно теперь надо было бы отодвинуться. Поставить опять стенку. Ну и что, что не все в ее жизни хорошо, что ей так хочется любить и быть любимой. Это не тот человек, который ей нужен. Крыска внутри верещала, как бешеная. Сердце колотилось в горле. Но она улыбнулась ему и прижалась. Стенка рухнула. Теперь она была лишь направляемой, а он - вел.
   Он обнял ее и прижал к себе. Нашел ее губы. Его поцелуй был нежным, трепетным. Не принуждающим - лишь предлагающим свою нежность. Свое стремление его тела к ее телу.
  -- Я хочу остаться здесь сегодня, - сказала она.
  -- Я тоже этого хочу, - ответил он.
   Ее судьба была решена. Кто-то на небе сделал этот зигзаг. Наверное, этому кому-то в тот момент было ужасно весело. По крайней мере, ей потом так всегда казалось.
  
  
   II.
   Наталья проснулась от внутреннего толчка.
   "Мне страшно повернуться на спину" - такой была первая мысль. Не хочется открывать глаза, не хочется думать, не хочется даже вдруг узнать, сколько сейчас времени. Особенно не хочется думать о ночи. Вот так бы лежать целую вечность. Забыть о том, что утро уже пришло. Что часа через два опять окажешься в привычном тебе мире. Где снова увидишь глаза дочери и подумаешь, что ведь еще совсем недавно тебе казалось, что как бы ни была плоха твоя жизнь, есть этот человечек, ради которого ты и живешь так, как живешь.
   Глаза открыть пришлось. Потому что сзади прикоснулись. Нет, господи, полежи еще пять минут хотя бы отдельно от меня. Дай мне подумать о том, что делать дальше. Ведь я уже никогда не буду такой, какой зашла в этот гостиничный номер. Нет, все таки придется повернуться и посмотреть на него. В его голубые глаза. Почему они меня так привлекают? Наверное, потому, что в моем доме глаза такого цвета только у моей мамы. Самого любимого и дорогого для меня человека. Или быть может потому, что эти глаза всегда так интересно смотрят на окружающий их мир. Заинтересованно. Ну, вот и глаза. В них нежность? Да, пожалуй. Хотя нет. Вернее будет подумать, что в них желание. Банальное утреннее мужское желание. Я ненавижу его. Сейчас он занимается тем, что рушит мир моих порядков. Моих принципов. Я не могу быть кем-то в его жизни. Как и он - в моей. Зачем весь этот цирк телесных упражнений?
   Нет, неправильно. Ведь я сама решила остаться. Собственно, он ведь и не предлагал. Я первая сказала эти глупые слова - "остаться здесь"!
   Но мне так хорошо было ночью. Он - замечательный любовник. Ласковый, нежный. Особенный. Хотя.... Как я могу судить о его особенности, если это третий человек в моей жизни, с которым я имела близость? Просто слишком уж разительный контраст с моим мужем. Да, наверное, именно так. Я хочу поскорее встать и уйти. Пока еще я могу это сделать. Прийти домой, залезть под душ и смыть все. А самое главное заставить замолчать то писклявое существо в собственной душе.
   Но, боже мой! Как мне нравится то, что он делает именно в эту минуту! Я не могу отказаться от этого. Вот сейчас пусть это будет, а потом - пусть этого уже не будет. Я смогу. Я выключу аську, я поменяю почту и все забуду. Его больше не будет. Ни его глаз, ни его губ, ни его рук - ничего того, что в данный момент доставляет мне такое наслаждение.....
   Нет, наверное, все таки я не смогу так. Да! Да! господи, как же ты изумителен, дорогой!
  
   А может все же стоит изменить свой подход? У многих ведь есть любовники. Любовник - от слова "любовь". Нет, любить его нельзя. Не тот это человек. Я вижу это. Ледяной панцирь непроницаемый. Почему я так думаю? Но мы ведь не один день знакомы. Долгие месяцы пустых и не очень разговоров в аське. Рассказы, сначала осторожные, потом все более откровенные о своих семейных отношениях. О том, как шла и сложилась жизнь..... Чуть лучше у него, чуть хуже - у меня. Но я любила и не раз в своей жизни. А он...... "Девочки нашего класса поспорили, кто из них сумеет сделать так, чтобы я проводил домой. Он поспорили на бутылку шампанского. Одна из них и стала моей первой подружкой". Я тогда спросила его про любовь. Любил ли он ее. Он сказал: "Однажды мы поссорились. И она назло мне начала гулять с моим другом. На том мы и расстались. Женщины порой не понимают, что они делают и зачем. Пожалуй, нет, я не любил ее". Он был бесстрастным совершенно. Мне стало ужасно жаль ту девочку. Стало жаль тех, кого он сначала приближал к себе, чтобы потом очень спокойно и рассудительно отодвинуть. Мне думалось тогда - главное, не попасть в число этих.
   Господи, что же я делаю тут? Смогу ли я после этой ночи также легко и непринужденно слушать его пикантные, всегда утонченные рассказы о своих похождениях. Ведь в его глазах не произошло ничего. Хотелось обоим - и сделали. А я..... Я ведь совсем другое сейчас думаю. Опять этот зверек запищал в душе.....
   Нет, выключу аську. Нельзя идти дальше. Нельзя.
  
  
   III.
   Понедельник. 8:00. Наталья включила компьютер, пошла загрузка. Вот и аська. Она посмотрела на зелененькую свою ромашку. Смотрела пустым взглядом и думала о том, что нужно сдержать данное самой себе слово, выключить. Или поставить Сергея в список игнорируемых сообщений. Прислушалась к самой себе. Нет, пожалуй, делать этого совсем не хотелось.
   В воскресенье она приехала домой только днем. Мама посмотрела на нее и сказала о том, что давно не видела у нее таких счастливых глаз. Наталья посмотрела на себя в зеркало - "падшая женщина" - и усмехнулась своим мыслям. Оставалось только подумать о том, что сказать мужу. Он звонил с утра уже дважды. Мать что-то наплела ему. Мама была на стороне дочери. Как и должно быть. Наталье почему-то совсем не хотелось ему что-то врать, придумывать. Он никогда не считал нужным что-то придумывать, когда сам исчезал и на ночь, и на две. Его могло не быть дома и неделю. Наталья привыкла к этому. Привыкла быть предметом обстановки в его квартире, кухонным комбайном на его кухне, предметом самолюбования на всевозможных банкетах и приемах. Она была ему удобна. Она отвечала его требованиям к женщине. Его устраивало то, что люди в восхищении ему говорили - "какая у вас удивительная супруга". И ему было совершенно безразлично то, что чувствовала и думала она. Его пугало только одно - что она может однажды уйти. Подсознательно он чувствовал возможность такого развития событий. И вся его устроенная, такая удобная жизнь исчезнет вместе с ней. Но до сих пор причин для волнения не было - Наталья была верной супругой. Ей это было не нужно.
   Но ехать домой все же надо было. Мысли роились в голове. Противная крыска все пищала внутри - "как ты могла! Ты не должна была делать этого. Ты навредила прежде всего себе. Стала такая же, как все!" Но были и другие мысли. О том, что разве вот она не заслужила хоть самую капельку тепла и ласки. Ведь никому от этого плохо не будет. Или все же будет?
   Но сегодня было утро понедельника. Это все осталось вчера. А сегодня надо было работать. Надо было переделать массу дел. Аська молчала. Это было хорошо. А может и не очень. Еще некоторое время назад Наталья сама хотела ее отключить. А теперь смотрела на нее в нервном ожидании. Значит вот так, да? Значит, молчит. Ему не понравилось с ней. Или что-то случилось? Или у него дома скандал? Она не знала. Можно было позвонить ему на работу. Но, прикоснувшись к телефону, Наталья отдернула руку. Сердце опять билось в горле - нельзя первой звонить мужчине, это неприлично.
   В середине дня аська все же замигала. Наталья с трепетом открыла сообщение.
   "Привет! Только приехал. Дома - скандал. Меня искали и поставили на уши полгорода. Прикинь, жена отобрала у меня ключи от машины и документы! Приставили водителя с личным авто".
   Она читала вновь и вновь. Ей только показалось, или это действительно так? Он рад, рад той возне, которая поднялась вокруг его отсутствия дома. Неужели внимание жены к его персоне так значимо для него? Она знала по его рассказам, что в семье у него не все гладко. А у кого сейчас гладко? Он иногда жаловался на то, что жене он совершенно безразличен. Деньги приносит - и то хорошо. Но у нее было тоже самое. Она была безразлична и ей было безразлично.
   Сначала все показалось забавным. Теперь ее вдруг взбесила его радость по этому поводу. Она попыталась вспомнить тот вечер и ночь, что они провели вместе.
   "Да, было здорово. Как-нибудь повторим".
   Нет уж, увольте, подумалось ей. Но почему-то именно этого она не написала.
  
  
   IV.
   Я хочу видеть Сергея. Сегодня. Вечером. Где угодно и как угодно. И я сейчас скажу ему об этом. Как мне плохо! Как я устала от Кирилла, от его бесконечных амбиций и требований, бесконечной звездной болезни, бесконечного и непостижимого эгоизма. Опять вчера завелась. Все чаще срываюсь. Почему? Ведь раньше всегда молчала и терпела. Что бы супруг ни сделал - молчала и терпела. А ведь когда-то я была влюблена в него. Когда-то действительно было важно быть вдвоем. Как все так могло испортиться? Что убило наши чувства? А я, своей изменой только усугубила то, что итак не очень здорово. С того момента, как появился Сергей, семейная жизнь вообще покатилась под откос. Я постоянно их сравниваю. В жизни и в постели. Господи, какая я дура. Они такие разные. Нельзя сказать, что кто-то лучше. Они слишком разные.
   Неужели я все же влюбилась в Сергея? Да нет, конечно, нет. Я легко могу в любой момент расстаться с ним. Просто он для меня - возможность получить нежность и отдать взамен свою. Он слушает меня и слышит, может быть даже понимает. Мне хорошо с ним в постели, очень хорошо. Пожалуй, как ни с кем до него. Мне интересно с ним. Он так умен, он так стремится к познанию, нам всегда есть, о чем поговорить. Нет, мне просто интересно с ним. Мне приятно с ним..... И, черт возьми, я уже не могу расстаться с ним! Или с тем, что он привносит в мою жизнь.
   Кирилл вчера сказал - "последнее время ты стала слишком требовательна. Что тебе от меня нужно? Заведи себе бойфренда и успокойся! А если тебя что-то не устраивает в жизни со мной - тебя никто не держит. Забирай ребенка и уваливай! Меня в жизни с тобой все устраивает. Прошу над этим внимательно подумать и не выводить меня из себя!"
   Да, дорогой муженек. Конечно! Правда вчера я заплакала. Господи, сколько я уже не плакала. Наверное, с рождения дочери. А тут заплакала. Это плохо. Это Сергей. Общение с ним меня слишком расслабляет. Он слишком нежен. И, наверное, никогда не скажет таких ужасных слов женщине. Хотя.... Я ведь не знаю его. Он - как закрытая раковина. Внутри либо жемчуг, либо пустота.
   Два месяца мы с ним любовники. Я толком не знаю, что он думает обо мне. Ему видимо нравится быть со мной. Но я боюсь. Боюсь влюбиться.
   А вот и он, появился. "Доброе утро". Без этого уже невозможно жить. Как наркотик. Надо сказать ему, что сегодня я должна его видеть. Без этого я умру. Умру от того, что называется моей жизнью. Мне нужно, чтобы он обнял меня, посмотрел на меня своими глазами. Голубая бездонность.....
   "Едем сегодня смотреть на звезды? На видовую?"
   "Едем. А может не только смотреть на звезды?"
   "Давай. Заберешь меня?"
   "Да, заберу. После работы"
   Все, остальной разговор уже не значим. Сегодня я его увижу! Господи, что это я так радуюсь.
   Не надо радоваться. Мне просто интересно, просто хорошо. В моей жизни просто мало хорошего. Очень мало. Есть моя дорогая, замечательная дочка, есть деньги, есть интересная работа, есть друзья, есть красивый, правда не мой, дом. Нет, значит не мало. Нет только любви. Да, любви нет. Или уже есть?
   Не тумань себе голову, дорогая! Какая любовь? Посмотри на него. Он не умеет или не хочет любить. А может просто конкретно ты не вызываешь у него никаких чувств? Но почему? Я такая. Или он такой человек. Слишком сложная натура, в которой желания и поступки редко объяснимы. Я уже боюсь его, а это значит, что зависимость создалась. Она уже есть. Как он к этому отнесется, если узнает? Он презирает слабых людей, он может унизить при желании. Я уже видела это.
   Ладно, я потом подумаю об этом. Теперь я просто хочу его видеть. Может быть, я ошибаюсь в своих мыслях? Может, на самом деле и он ко мне привязан и хоть толику, но дорожит нашими отношениями?
   Время покажет. Как говорят умные люди? Правильно. Живи и наслаждайся!
  
  
   V.
   Она села в его машину. Он сказал свой особенный, ни на что не похожий "привет". Ей нравилась его манера говорить. Вкрадчиво, приглушенно, так, чтобы собеседник прислушивался к тому, что он говорит.
  -- У тебя сегодня что-то случилось?
  -- Да нет, ничего особенного. Все как всегда. Вчера не сдержалась, теперь жалею. Не люблю скандалы. Их нужно избегать.
  -- Понятно. Я могу чем-нибудь помочь?
  -- Ну, пожалуй, только побыть со мной.
  -- Сегодня мы будем вместе столько времени, сколько захочешь.
   Она улыбнулась ему. Машина рванула с места. Вот и видовая. Красивое место - весь город лежит как на ладони. Особенно вечером, когда зажигаются огни, которые отражаются в воде, как тысяча маленьких маячков. Ей нравилось это место. Она и одна сюда приезжала иногда, в свободную минуту.
   Они остановились. Он наклонился к ней, нежно, легко притронулся к ее губам своими губами. Ей нравились такие легкие поцелуи. Как приглашение начать разговор душ и тел.
   Она всегда удивлялась, насколько легко складывается между ними общение. Было ли то следствием схожести душ? Скорее это было стремлением двух одиноких людей друг к другу.
   Прошло часа полтора. Темы не иссякали. Ей ничего другого сегодня и не хотелось. Хотелось смотреть на маячки в воде, слышать рядом его бархатный приглушенный голос, видеть его большие глаза. Они осторожно прикасались друг к другу, но оба знали, что сегодня продолжения не будет. Все было итак слишком хорошо для обоих. Это время мир не существовал помимо них. Он был между ними. В салоне этой машины. Такой маленький и такой огромный.
   Разговор плавно перешел в личную плоскость. Она не любила эту тему. Потому что не могла спокойно говорить о своей семейной жизни. Она не могла сказать ничего хорошего про своего мужа, кроме того, что его считают человеком умным, он быстро продвигается по карьерной лестнице и его знают, как сильного и волевого человека. Но к семье это не имело отношения. Ей не хотелось говорить про него плохо, но в этом случае, надо было вообще молчать. А молчать почему-то сегодня не хотелось. Он слушал ее, а потом сказал - "нельзя говорить о своем супруге плохо. Ты ведь живешь с этим человеком, значит, тебя все устраивает. Если он плохой - не живи с ним". Да, это логично конечно, подумалось ей. Но как объяснить, как объяснить этому человеку то, что объяснить очень сложно. Да и не хочется. Так хорошо сидеть в этой машине и смотреть на него и чувствовать, как легкая, едва уловимая паутинка зарождающегося чувства уже окутывает тебя, обещая и ни с чем не сравнимую радость, и столь же сладостную боль.
   Но Сергей продолжил. Он говорил о том, что в его жене конечно есть масса недостатков. Но она умна, красива, ею стоит гордиться. И он доволен своей семьей. Наталье показалось, что он слишком увлекся. Она поймала себя на мысли о том, что ей неприятно то, что он говорит. Чем больше он говорил, тем сильнее росло ее раздражение. Зачем он говорит ей это? Чтобы она даже не думала, что между ними возможно что-то серьезное? Но она итак это знает. Ей серьезное и не нужно. Два брака отбили охоту связывать себя узами, какими бы то ни было с кем бы то ни было.
   У нее было ужасное желание крикнуть "Заткнись! Если все так замечательно, что ты делаешь тут, со мной?" Но она не могла этого сделать. Разговор перестал ей быть интересен. Маячки в воде потухли, это были просто отражения в грязной воде замусоренной бухты. Она отвернулась и посмотрела на фонарь, что стоял рядом. Ей подумалось, что очень жалко, что здесь не ходит общественный транспорт, она бы открыла дверь машины и растворилась в темноте без промедления. А он все говорил и говорил о важности семьи в жизни человека. Она взяла его руку и тихо сказала - "отвези меня, пожалуйста, домой, меня там ждет семья". Он видимо что-то почувствовал и спокойно сказал - "хорошо, как скажешь". Они ехали в полном молчании, лишь Земфира в магнитофоне что-то нудно пела о любви.
   Они почти уже доехали до ее дома, когда он вдруг внезапно резко остановил машину. Она посмотрела на него с удивлением. В ее голове была только одна мысль - быстрее попасть домой и забыть этого человека. Она - лишнее звено в цепочке его размеренной жизни. У него все так хорошо. Это ей плохо и она ищет утешения в его обществе. Но, в конце-то концов, чего она хотела? У них ни к чему не обязывающие отношения. Она сама не знала, чего же она хотела, но за те 15 минут, что они ехали вплоть до остановки, казалось бы твердо решила - между ними все закончено.
   Он посмотрел на нее, взял ее руки в свои.
  -- Посмотри на меня!
   Она нехотя подняла взгляд на него. Голубые глаза. Ну что ей в них, в их бездонности и особом, заставляющим ее дышать по-другому, взгляде.
  -- Мне почему-то кажется, что когда ты выйдешь из этой машины, ты вычеркнешь меня из своей жизни. Прошу тебя - не надо этого делать. Что случилось? Чем я тебя обидел?
   Она вздрогнула от этих его слов. Откуда он узнал это. Неужели его тревожит ее состояние? Как он его почувствовал? Такой ледяной, спокойный и далекий.....
  -- Ничем. Все нормально. Почему ты так подумал?
  -- Не знаю. Мне так показалось. Я только хочу сказать тебе - не делай глупостей, не пытайся меня извлечь из своей жизни. Все будет хорошо, вот увидишь!
  -- Не знаю, наверно. Хотя..... Я - пессимистка, ты ведь знаешь.
  -- Обещай мне не предпринимать ничего. И ни о чем плохом не думать. Обещаешь? Посмотри мне в глаза. Мне это важно!
  -- Да, обещаю.
   Ей не хотелось говорить эти слова. Но его взгляд, его теплые руки, в которых лежали ее ледяные, буквально загипнотизировали ее. Не надо было смотреть в эти глаза. Надо было оставаться твердой в своем решении. Он умел сказать так, что она не могла ему противиться.
   Он отпустил ее руки и нажал на газ. Они подъехали к ее дому. Ей уже не хотелось выходить из машины. В ту минуту она поняла, что уже никогда не найдет в себе сил добровольно отказаться от него. От его глаз, тихого бархатного голоса и удивительной, тайной натуры. Все в нем есть и будет для нее загадкой. Она будет ее разгадывать долго и так и не поймет его. Но это будет потом. Еще один момент, когда можно было прекратить, уйти, заставить замолчать сердце в угоду разуму. Но, увы, она не сделала этого.
  -- Так ты не сделаешь ничего ..... такого, правда?
  -- Нет, не сделаю, конечно. В понедельник ты как всегда увидишь меня на связи. Знаешь, ты удивительный человек. С одной стороны, это так здорово, что ты появился в моей жизни. С другой - я уже понимаю, что лишь усугубила свои проблемы.
   Она улыбнулась, поцеловала его в щеку и вышла из машины.
   VI.
  
   Все, я не могу больше так жить! Не могу, не хочу и не буду! Я стала отвратительной женой, плохой матерью и неблагодарной дочерью. Пора прекратить это безумие. Если его нет в сети - день потерян зря. Мне хочется видеть его каждый день, каждую минуту. Мне постоянно не хватает его глаз, его голоса. Я жду как манны небесной, момента нашей близости. Этот человек превратился для меня в наркотик, который все больше отравляет мой разум, мою душу и мою жизнь.
   Самое страшное в этом то, что он как раз, наоборот, похоже, стремится к разрыву отношений. Все, прискучило, надоело. Однажды он сказал: "Знаешь, правильнее всего делать так - познакомился, три месяца сексуально отдохнул, расслабился - и мирно расстались". Мы вместе уже больше полугода. Встречи становятся редкостью. Разговоры в аське его уже не забавляют, а раздражают. Его глаза все чаще смотрят на меня с холодностью. А я боюсь себе в этом признаться. Признаться в том, что я для него - лишь объект очередного "расслабления". Боюсь признаться в том, что он стал для меня воздухом. В какой момент, в какой такой ужасный момент я потеряла контроль над собой и своими чувствами? А, скорее всего, я и не ожидала, что так легко и непринужденно он завоюет мое сердце. Я смотрела на него и думала о том, что этот человек совершенно не подходит под мои стандарты "героя девичьих грез". Невысокий, худой до неприличия..... Никогда на таких даже мой взгляд не задерживался. Как оказалось, внешность не играет особой роли в чувствах. Я вынуждена признать, что он, сам того не желая и не ведая, покорил меня. Все в нем для меня приятно. Все совершенно.
   Хватит, пора остановиться. Иначе будет поздно останавливаться. Иначе я дождусь момента, когда он с обычной своей улыбкой скажет: "Ну что ж, похоже, нам пора расстаться". Я боюсь этого момента. Ужасно боюсь. Зная свою пылкую натуру, я буду биться в истерике. Я не могу без него! Не могу! Значит, удар нужно нанести самой. Самой себе. Разрыв, спровоцированный им и сотворенный мной. Более прилично. Господи, да почему я постоянно думаю о приличиях, рамках. Но ведь и Сергей постоянно о них думает. Шаг вправо, шаг влево - расстрел на месте. Чтобы он ни говорил, для него эти рамки заключаются, прежде всего, в моральных рамках. И, согласно им, его жена - почти святая, а я .... Даже и говорить не хочется. Что ж. Пока не поздно и вообще возможно, нужно придушить свою любовь, убить ее в младенчестве. И пусть он наслаждается своей великолепной семьей и замечательной женой!
   Боже, да почему же меня это так бесит?? Не знаю, не знаю! Но ничего не могу с собой поделать, ничего.
   Все, сегодня же скажу ему - "прощай! Все было замечательно. Но, похоже, все закончилось!" А как я буду жить дальше? Чем я смогу заполнить пустоту? Надо стать опять примерной женой, отличной матерью, благодарной дочерью. И все будет, как и раньше, все будет замечательно. Да, именно так он любит говорить - "все будет хорошо". Ненавижу эту фразу! Терпеть не могу! У меня все плохо, слышишь, демон с голубыми глазами! У меня все так плохо, как не могло быть даже в принципе до встречи с тобой.
   Собственно, ты ни в чем не виноват. Ты не просил меня влюбляться. Ты сразу расставил все точки и акценты. Семья - на первом плане. Все остальное - по ходу пьесы. Ты старше, умнее меня, сильнее в тысячу раз. И ты конечно прав. Но что мне делать с собой? Пора начать войну. С самой собой. И выиграть ее. Иного - не дано.
  
   VII
  
   За окном стоял замечательный май. Такой особенный месяц в этом городе. Легкий теплый ветерок шептал яркой новорожденной зелени замечательную песенку о предстоящем лете. Белые чайки парусов виднелись на аквамариновой глади залива. Весна! Время возрождения, время начала новых знакомств, новой любви. Воистину время настоящего и всеобщего начала. Вот такой же яркой прошлой весной и появился он в ее жизни. Коротким приветствием в сети. Некто. Но это было год назад. А теперь ее не радовала ни весна, ни зелень за окном, ничто не радовало.
   Опять монитор, опять работа, опять загулы мужа и бесконечная дача по выходным. И пустота, совершенная, полная пустота. Одиночество. Горькое ужасно еще и оттого, что любовь не ушла, как она надеялась. Любовь выла и скулила заброшенным голодным волком в ее сердце. Она рвала это бедное сердце на части, она скулила - "верни, верни его. Того, кто меня создал. Ты умрешь от моих песен. Ты не сможешь меня убить, но убьешь самое себя. Я слишком сильна, я - совершенна. Верни моего создателя".
   Нет, не могла она этого сделать. Сама, своими руками написать те несколько строк. Убрать его из списка. Какое-то внутреннее помутнение рассудка, переоценка своих возможностей заставили ее это сделать. Она слаба. Перед самой собой, перед волчицей в сердце, перед ним. Но он ведь даже не остановил ее. Согласился. Значит, она все сделала правильно?
   Да нет же, нет. Совершенно неправильно. Надо было оттягивать этот момент. Надо было дождаться, когда он это сделает. Тогда волчица не грызла бы ее изнутри. Не сжирала бы ее разум. Хотя.... Нет, все было бы точно также. Совершенно также.
   Она открыла почту. Нет сил больше с собой бороться. Две недели как в бреду. Надо написать ему. Сказать, что не может так больше. Что пусть он будет только другом или просто знакомым. Лишь бы видеть его. Иногда. Изредка. Но знать, что всегда можно его найти, поговорить. А будет ли она удовлетворена только разговорами. Нет. Но важно сделать первый шаг. А дальше будет все так, как будет.
   Она написала ему. О том, что она сожалеет о своем поступке, что хочет снова общаться и быть рядом. Что это ее решение было ошибкой. И стала ждать ответа. Но его не было. Тогда она написала еще раз. Она пыталась сдержаться, но тон письма получился агрессивным. Ну почему так? Ну почему?
   И ответ все таки пришел. Именно такой, какой она и ожидала.
   "Привет!
Я не ответил по одной причине. Говорить было нечего. Любой мой ответ вызвал бы опять постоянные .... разборы поведения. Мне этого и так хватает в жизни. И даже мое молчание вызвало то же самое. Тебе это не надоело? Мне - надоело. Свои минусы я и так знаю, не стоит мужчине это напоминать.
   Я никогда не вру. Я действительно люблю тех женщин, которые рядом со мной. Постоянно ищешь логику в чужих действиях, в моих тоже. У меня нет логики, я живу иными вещами, о которых ты не можешь догадаться потому, что ты - женщина.
Даже сейчас ты написала не как женщина, а как программист, все разложила по полочкам. Кому они нужны? Тебе? Вот и раскладывай все у себя в голове и радуйся. Тебя попробовать...... ты знаешь, это мне не очень интересно, женщин и так хватает. Но возможно понимаю тех мужчин, которые якобы тебя хотят. Мужская логика такая, допустим, женщина постоянно ставит мужчину (друга) на место, поучает его, делает замечания, дает советы. Это мужчине понравится? Думаю нет. Чем он может ей отомстить? Правильно! Трахнуть ее! Вот чем может объясняться тяга твоих знакомых мужчин к тебе. И чем больше она противится, тем больше он изощренней и доброжелательнее.
   Даже занимаясь с женщиной оральным сексом, подсознательно мужчина как бы унижает в своих глазах женщину, ставит ее ниже себя. И ооооочень редко сам занимается с женщиной таким сексом, это его как бы унижает, что он естественно позволить не может. Да дураки ну и что, такова жизнь.
   Друзей терять...... странно звучит. Так кто я тебе? Друг? А ты знаешь, что это такое? Если люди переспали раз - это случайность. Дружба продолжается. Если два? Или три? Чем думала женщина в тот момент? Хотела потом просто дружить? Она дура или как? Ты же у нас восточная женщина, полностью подчинена мужчине, доставляешь ему радость. Не мой тип, правда. Не люблю общение и секс тем более по обязанности.
Ну да черт с этим. Как ты сейчас представляешь себе дружбу с человеком, ..... ну после всего.
Я это все переживу, ты тоже. Но какие могут быть перспективы? НОЛЬ.
Дружба. Будем ругаться в аське по каждому поводу и выяснять отношения кто сильней и умней? Так я всегда отдаю эту пальму первенства без боя. Берите, радуйтесь, мне то что до этого. Обрати внимание, ты даже тему письма назвала.... Прочти, если не затруднит:)
Ты меня совсем за идиота держишь что ли? Или просто хочешь показать мне, мол, посмотри на обыкновенного человека со своей колокольни. Так я простой человек и колокольня у меня такая же, просто работа повыше, но это не стиль жизни, это просто работа!
  
   " Извини, если отвлекла своим письмом от важных дел, если ты его вообще прочитал:)"

А это твое окончание как понять? Только так, как я написал выше. В письме нет ни Здравствуй, ни подписи, ты думаешь оно так круче выглядит? Или мол, мне тоже пофиг?

Я был с тобой всегда откровенен. Всегда говорил правду. Включая работу. Как думаю, что делаю, а что взамен? А взамен ты ждала от меня признания в любви? Я ж тебе говорил, что не говорю таких слов!
  
Короче...... да пошло оно все на хрен
  
Сергей"
  
   Сердце оборвалось. Она своими руками разрушила все. Он был прав во многом. Но не во всем. Он писал так, чтобы ударить ее побольнее. Хотя.... Кто может знать, о чем думает человек в тот или иной момент? Иногда даже сам человек не понимает, почему он делает именно так, а не иначе.
   Дальше переписку вести было бессмысленно. Она знала это. Но.... Не отличаясь ни особой покладистостью характера, ни сдержанностью, написала ответ. Лишь усугубляя свое положение и вой волчицы в сердце. Ей ответили. В том же тоне и теми же словами. Боль разрасталась. Она била в висок, терзала сердце. Дышать было уже почти невозможно. Наталья продолжала упорствовать. Рушить было уже нечего. Нужно было только сказать еще слова, еще продлить агонию.
   "......Пойми..... я тебе как то сказал, что я не знаю, что должно произойти, что бы я тебя удалил из аськи. Ты не просто удалена ты поставлена в игнор! Ты мастерски этого добилась, знаешь, на такое меня толкнуть,.... ты действительно заслуживаешь внимания, правда очень осторожного. Личных добрых контактов у нас с тобой уже не будет, ты это сама знаешь.
   При все при том, что ты о себе хорошего сама говоришь, ты себя тешишь. Я говорю что я плохой, и тем не менее, общаться с тобой такой хорошей я больше не хочу. Ни в каких ее проявлениях. Твои слова расходятся с делом постоянно. Кроме умных мыслей больше нет ни чего. Потому я и говорю про семью, там твое место. Думаю, не стоит отвечать на это письмо.
После тебя сейчас я закончил все отношения с женщинами. Полностью.
Устал от них.
   Все кажется.
   Удачи тебе".
   Все, точка. Ее больше нет. Раздавлена, уничтожена. Кажется, этого ей хотелось? Мазохизм у нее в крови? Да нет, ей хотелось любви. Но это был не тот человек, который мог дать любовь. Она ведь знала это всегда. С самого начала. Он раздражен. Он хочет забыть про нее. Это правильно. Что в ней хорошего? Она изменила мужу, она пренебрегла своей семьей. И неважно, при каких обстоятельствах она сделала это. Это было так. Спорить было не с чем.
   Только вот ей не стало лучше от этих рассуждений. Мир вокруг померк. Она любила его. Она хотела быть с ним. Она честно решила побороть это, чтобы сделать всем лучше - и ему, чтобы не обременять ненужными никому чувствами, и своей семье, чтобы снова быть ей преданной. В итоге она не смогла выиграть бой у себя. И теперь ей были безразличны все. Было важно только одно - она страдала. Как никогда не страдала. Ее эгоизм вдруг хлынул, как прорвавшая плотину река.
   В душе полыхал пожар. В такие минуты люди бросаются из окна, выпивают смертельную дозу снотворного.... Она понимала это и ей хотелось того же - умереть. Быстро и легко. Но за окном светило солнце, чирикали воробьи, люди что-то обсуждали, и в мониторе светилось то, что нужно было сделать сегодня. И ей нужно было жить дальше.
  
   VIII
  
   Как хорошо, что иногда у Кирилла бывают командировки. Особенно теперь, когда мне, как воздух, нужно одиночество. Боль не утихла. Но приняла оттенок осени. Тоски, смертельной серой тоски. Я не смотрю больше в голубые глаза. Я не слышу больше его особенный "привет". Я не читаю больше его мыслей. Ничего больше нет. Я даже историю сообщений не сохранила. Но мне больно. По-прежнему. Я знаю - и это пройдет. Обязательно пройдет. Когда-нибудь, в другой, уже не моей жизни.
   Удивительно, Кирилл стал намного мягче в обращении со мной. Последнее время я почти и не видела его. Он был рядом, но его как будто не было. А теперь он вдруг вышел на свет. Он чаще мне улыбается и больше со мной разговаривает. Сегодня рано утром он уехал. А вчера вдруг потащил нас с Настей на прогулку. Сказал: "девчонки! Вы только посмотрите, какая замечательная весна! Какой стал лес, каким теплом дышит море!" Настя возилась в песке, а мы сидели на камне и говорили. Говорили о своем прошлом. О том, как начиналась наша жизнь. Как мы любили друг друга. Мне казалось, что я окунулась в прошлое. Ах, Кирилл! Ну почему ты так изменился? Почему ты оттолкнул меня, когда мне более всего нужна была твоя любовь и поддержка? Только теперь это все зря. Все слишком поздно. Ты так долго мучил меня. Так долго пренебрегал мной, моей нежностью к тебе, так долго давал мне понять, что тебе я просто удобна. Зачем ты это делал? Доказать, что ты суровый и сильный мужчина? Что даже если я решу покинуть тебя, ты не будешь страдать? Мужчины так ужасно боятся быть слабыми. Но иногда это даже нужно. Ты оттолкнул меня. Я мирилась с этим, но моя любовь угасала. И постепенно угасла совсем. Ее заменила привычка жить с тобой. Когда-то секс с тобой был для меня замечательным. Потом это стало лишь долгом. Ты никогда не спрашивал меня, хочу ли я в данный момент близости. Ты, как начальник, брал то, что тебе было нужно. А я терпела. Постепенно, мое терпение стало основой жизни с тобой. Я терпела.... Бесконечно терпела твое хамство, твое пренебрежение, твое насилие надо мной. И молчала. Наверное, зря.
   Только теперь это неважно. Страсть, дикая страсть затмила мой разум. Почти животная тяга к человеку, которому я не нужна. Ты сам меня толкнул к нему в объятия. Видит бог, я не хотела этого делать. Моя любовь к этому человеку проснулась уже позже. В начале было желание лишь отомстить тебе. За твое показное равнодушие, за твое пренебрежение, за твои бесконечные похождения и уверения в том, что "люблю только тебя, а сплю - со всеми". Кто знал, что этот человек околдует меня, сам того не желая. Меня, привыкшую лишь терпеть, одарят нежностью и пониманием. Пусть ненадолго. Но этого хватило, чтобы пустое, зыбкое сердце вдруг начало жить. Совсем другой жизнью. Видит бог, я не хотела этого.
   Ты вчера вдруг спросил меня: "Скажи мне, у тебя ведь был другой мужчина последнее время?" Ведь ты очень ждал ответа "нет". И я сказала именно так. Потому что привыкла говорить то, что тебе хочется слышать. Но я опустила глаза. И ты понял, что это была ложь. И ты сказал: "Наталья, все в этой жизни проходит. И любовь, и ненависть. Люди приходят в твою жизнь и уходят из нее. Некоторые приходят в нее со злом, некоторые - с добром. И лишь после того, как они уходят, ты точно это знаешь. А иногда не узнаешь этого никогда. Мы с тобой вместе, у нас семья, у нас есть Настена, у нас есть общие воспоминания, беды и радости. И мы будем и дальше вместе. Быть может, ты просто не понимаешь, насколько ты для меня важна".
   Я не знала, что ответить тебе. Я была удивлена, ошарашена. Мне не верилось, что передо мной сидит и говорит человек, которого я знаю столько времени совсем другим. Ты вдруг показался таким беззащитным и ранимым. И мне захотелось плакать. Признаться во всем, попросить помощи, попросить вытащить меня из моей ужасающей страсти. Мне вспомнилось, как ты ждал меня вечером дома. Я приходила в 11-12 часов ночи, удовлетворенная, счастливая как никогда, только что из его объятий. А ты лежал в зале на полу и ждал. Поднимал на меня мрачный взгляд и молчал. Я врала, врала бесконечно. Столько я не врала никогда в своей жизни. А потом мы ложились в общую постель, и мне хотелось спать. Я была полна ощущениями другого человека. И ты чувствовал, наверное, это. И ты требовал свое. Брал меня силой. Я ненавидела тебя в эти моменты. Ужасно ненавидела и тебя, и себя. И мне хотелось умереть. Эти метания между двумя сильными, эгоистичными мужчинами постепенно убивали меня. Но я не могла сопротивляться. Я вдруг стала слабой, безумно слабой и больной.
   Теперь утро. В 6 утра ты уехал на границу. Тебя не будет три дня. Как раньше меня это радовало. Да и теперь радует. Я лежу на нашей огромной супружеской кровати, и никто меня не трогает. И мне хорошо от этого. Я думаю о другом человеке. Я люблю его. Даже после того, как он сказал мне те гадкие, ужасные слова. Но я же спровоцировала его на это. Я первая пошла на разрыв. Чтобы разорвать себе душу.
  
  
  
   IX.
  
   Сегодня нужно ехать на дачу. Наталья решила отпроситься пораньше с работы. Нужно заехать за дочкой и мамой и ехать опять отбывать "трудовую повинность". Наталья любила дачу. Хорошенький загородный домик, совершенно чистый воздух и колышущееся море зелени вокруг. Все бы замечательно, если бы периодически не приходилось там работать. Она не любила больших физических нагрузок. Возможно потому, что сама была физически слаба.
   Хотя нет, пожалуй, сегодня она ехала туда с удовольствием. Там она забывала обо всех. И о Сергее, и о Кирилле. Обо всем, что ее тревожило и мучило. Да, пожалуй, сегодня она будет с радостью копать эти бесконечные грядки. Все же Кирилл уехал вовремя!
  
  -- Мама, время уже домой ехать!
  -- А сколько уже?
  -- Почти восемь! Насте уже давно пора ужинать.
  -- Ну, все, все, едем.
  
   Джип вывернул на трассу. Наталье доставляло огромное удовольствие водить машину. Чувствовать под руками подчиняющуюся только ей мощь. Ей нравились большие машины. У нее был двухдверный, напоминающий монстра, джип. Иногда она гоняла на нем. Именно гоняла, со свистом резины по асфальту, по встречной полосе. В такие моменты в салоне музыка гремела на максимуме, и в голове ее было совершенно пусто. Скорость, мощь, наслаждение.... Все буйство ее такого неспокойного временами характера выплескивалось в такие моменты. Но этого никто не видел. И не знал ее такой.
   Но сегодня в машине были дочь и мама. И ехать надо было спокойно и аккуратно.
   А вот и до боли знакомый поворот. К его работе. Каждый раз проезжая этот поворот, Наталья напряженно смотрела - не выезжает ли машина. И если таковая имелась, она смотрела на номера, на марку. Безумие! Но и в этот раз она посмотрела туда же. На повороте было пусто. Наталья нажала на газ.
   Черт, перекресток чуть дальше она не успела проскочить, включился красный. Ну, вот и тронулись дальше. Вдруг сзади раздался визг тормозов. Наталья посмотрела в зеркало заднего вида, кто же там чуть не въехал в нее. Нет, этого не может быть. Его машина и он за рулем. Он резко обогнал ее, перестроился обратно в ее же ряд и погнал вперед с устрашающей скоростью. Она помигала ему фарами. Ведь они все же знакомы. Сердце сжалось в маленький комочек и подкатилось к горлу. Он не мог ее не заметить. И проехал мимо. Спокойно. Как всегда. Наверное, даже улыбнулся.
   Она постаралась забыть это происшествие. В конце концов, они живут в одном городе и ездят по одним и тем же улицам. И она наверняка еще не раз увидит его вот так вот, на дороге.
   На следующее утро, открыв почту, она увидела письмо. От него. Пять минут, десять.... Удар сердца, еще один. Она могла их сосчитать. Волчица завывала. "Открой его, открой. Прочитай! Верни свою сладостную муку". Ей подумалось, что он не мог написать ничего хорошего. Совершенно ничего хорошего. Какую-нибудь гадость про ее стиль вождения. Или еще что-нибудь в этом роде. Он же оттолкнул ее. Он вычеркнул ее из своей жизни. Она - лишнее звено в его цепочке. Она - лишь очередная его жертва.
   Но искушение было сильнее. Волчица всегда побеждала. Забылось все. Забылись слова супруга, его стремление изменить теперь все к лучшему. Она должна открыть это письмо. Прочитать, чтобы там ни было написано.
  
   "Привет!
Черт, вчера тебя увидел, все перевернулось внутри.
Я опаздывал, не мог остановиться, ты уж извини меня.
Сергей"
  
   Все, ничего больше. Сдержанно. Опять этот стиль. Который так злил ее и, одновременно, так нравился ей. Предложение, ничего больше. Не настойчивость, не желание изменить что-то. А именно предложение. Она ответила ему. Она больше всего на свете хотела ответить. Он написал вновь:
  
   "Наташа, я редко иду на попятную, но в этот раз я кажется .... мне
действительно не хватает твоего общества :-(
Как думаешь по этому поводу?"
  
   Да, господи, да! Она хотела этого больше всего на свете. Да неважно, что будет дальше. Совсем неважно. Пусть все катится к чертям. Кирилл сам виноват в своих и ее бедах. Она не права, конечно, но какое ей дело. Вот он, ее голубоглазый дьявол, он опять протягивает ей руку, он опять предлагает ей испить такую сладкую чашу яда. Она понимает, что это не может длиться вечно. Что когда-нибудь он снова оттолкнет ее, снова насытится и будет искать способа исчезнуть. Но это неважно. Пусть это будет еще хоть сколько-нибудь. День, месяц, год... Неважно. Она любит, любит безумно этого человека. Разум молчит. И пусть молчит. Пусть все обернется самым плохим образом, но только вот сейчас, пусть он снова будет в ее жизни!
  
  
   X.
  
   И вот опять я здесь. Смотрю за окно. Теперь там нет снега, там - пылающее лето. Буйная зелень хочет мне тихонько рассказать о чем-то. Я счастлива? Да!! Я непередаваемо счастлива. Это ощущение безмерного, ни на что не похожего счастья.
   Он рядом. Он стоит сзади и обнимает меня, прижимая к себе. Его дыхание так явственно чувствуется на моей шее. Я не смотрю на него, но я знаю, как он сейчас смотрит за окно. Я не вижу, но чувствую его улыбку. Сейчас я отвлекусь от никчемного созерцания и повернусь к нему. Чтобы утонуть, раствориться в этих глазах, чтобы приникнуть к его губам, чтобы позволить увести себя в сказочный мир любви.
   Ради таких дней в жизни стоит жить! Я запомню этот день навсегда. Хотя я помню каждую нашу встречу, эта запомнится особенно. Сегодня он почти весь день был только мой. Забрал меня с работы пораньше и увез на море. Песчаный пляж, аквамарин плещется вблизи и такие же глаза рядом. Так замечательно, так необыкновенно. Мы лежали под теплыми лучами солнца и болтали ни о чем. Ели черешню и смотрели друг другу в глаза. Спелые бордовые ягоды наполняли меня совершенно особенным ощущением счастья.
   Потом мы решили перекусить где-нибудь. Я в шутку попросилась за руль его машины. А он сказал - "давай, прокати меня". У него быстрая машина. Я не уважаю легковушки, но находиться за рулем именно его машины было так здорово.
   А потом мы приехали сюда. В тот самый санаторий, в котором все начиналось.
   И вот теперь я стою у окна. Мне так хорошо! Никогда, никогда не было лучше. Никогда еще он не был со мной так нежен и ласков.
   Я повернулась к нему. Все мое существо стремилось к нему, хотелось крикнуть "возьми меня! Всю, целиком. Обними, обожги, покори!"
   Он прижал меня к себе, страсть пылала и в нем. Даже его вечная сдержанность растаяла под напором неудержимого желания. Поцелуй, нежный, долгий, нетребовательный, тот самый поцелуй, который лишь предлагает, ни на чем не настаивая.... О, как мне дорог этот его поцелуй. После которого хочется умереть от страсти, хочется, чтобы этот миг длился вечно. Господи, как я люблю тебя, моя страсть, мое желание, мой дьявол и мой ангел!
  
   Сон уходит также незаметно, как и приходит. Открыла глаза...... Он еще спит. Мужчины, когда спят, так трогательны. Все заботы текущего дня, все мысли, все исчезает, остается только человек, остается таким, каким был в далеком-далеком детстве. Безмятежным, беззащитным и очень спокойным. Мне нравится смотреть на него спящего. Хочется притронуться к нему, погладить его волосы, поцеловать.....
   Но нет, тогда он проснется. А я пока не хочу этого. Хочу полежать и вспомнить ночь. Как я была в небесах. Как я была без действительности. Это невозможно описать словами. Это слишком хорошо, чтобы говорить об этом, но это можно ощутить заново.
   Еще я хочу подумать о том, что мне так хочется, чтобы он был рядом. Нет, не раз в месяц. А постоянно. Жить с ним, думать с ним, дышать одним с ним воздухом, делить с ним совершенно все - вот, что мне действительно нужно.
   Замолчи сейчас же, дурочка! Ты замужем, у тебя ребенок. Он женат, у него тоже ребенок. Вам никогда не быть вместе. Ты даже не знаешь, какое место ты занимаешь в его жизни. Или вернее, ты просто не хочешь себе в этом признаться. Ему хорошо с тобой, ты может быть даже нужна ему, самую капельку. Но! Никогда он не пойдет ради тебя на решительные шаги. Вспомни, что он говорил тебе? Всегда говорил. Правильно! Что семья может быть в жизни только одна. Что все женщины одинаковы. Что нет смысла искать что-то новое, чтобы убедиться, что оно не отличается от старого.
   И ни слова про любовь. Когда новый человек становится необходимым, как воздух. Когда жажда общения становится смертельной. Когда ты готов порушить все и вся на своем пути, даже прекрасно осознавая, что после этого будет пожар и пепелище. Как объяснить ему это? А стоит ли объяснять? Он ведь не поймет, я знаю это. Такой спокойный, умный, сдержанный, всегда слегка отстраненный.
   Но ведь каким он был вчера вечером. Совсем не таким, совсем.
   Ха, это лишь затмение. Простое мужское желание. Сегодня утром он проснется таким же, каким был всегда.
   А ты должна забыть эти дурные мысли. Они заведут тебя на ложный путь. Да, ты любишь этого человека. И, наверное, это самая яркая и большая любовь в твоей жизни. Но рано или поздно он оставит тебя. Когда остынет желание, когда вы поссоритесь или случится еще что-нибудь. Ты должна думать о нем, как об эпизоде твоей жизни.
   Зачем я уговариваю себя? Я все равно ведь не смогу так. Не смогу и не захочу. Мне хочется отдать ему всю себя. Вывернуть наизнанку свою душу и крикнуть - смотри, как тебя в ней много! Бросить свое сердце к его ногам и сказать - это тебе, если не надо - выброси, оно все равно принадлежит лишь тебе.
   Нет, пора, пожалуй, его разбудить. Посмотреть в его спокойные красивые глаза и набраться от него спокойствия и нездешности.
   Он открыл глаза, улыбнулся мне, обнял. Рука прошлась под одеялом по моему бедру. Все в моем существе напряглось, готовое рвануть ему навстречу. Он легко прикоснулся к моим губам. И тихо сказал: "Доброе утро!"
   Хороший, хороший мой Сережа! Если бы знал, сколь драгоценны для меня эти мгновения. Эти сладкие, сладкие мгновения нашей близости. Как протянуть мне ниточку из моего пылающего сердца в твое непознанное.
   Но нет. Пусть будет все, как есть, пусть все идет, как идет. Я хочу быть с тобой. Хочу быть кем угодно возле тебя, но только возле тебя. Я знаю, что нельзя. Но это сильнее меня. Это погубит меня. Нельзя женщине так любить мужчину. Мужчин пугают слишком сильные чувства. Потому что они обязывают. Нет, только не думай так. Ты ничем мне не обязан, ничем. Просто разреши, позволь мне любить тебя, пылать ради тебя, жить тобой. Пусть в твоих глазах я унижусь, это уже неважно. Моя любовь, быть может, еще эгоистична. Но скоро она станет идеальной. Совершенно идеальной. И я положу ее к твоим ногам, как дар. Что-то говорит мне, что дар этот тебе не нужен. Но тогда это уже не будет важно.
   Я люблю тебя!
  
  
   XI.
  
   "Мы сегодня встретимся?"
   Нелепый вопрос. Она уже устала его задавать. И каждый раз находится что-нибудь, что мешает их встрече. Она нервничала. Что может подумать влюбленная, почти безумная от своей любви женщина, когда мужчина говорит "нет"? Только одно. Что ее больше не хотят, что она больше не интересна. Можно спросить его об этом. Но она точно знает, что его это только разозлит. Он свободен, совершенно свободен от нее. Она ему не супруга, чтобы требовать внимания к себе. Чтобы ограничивать его свободу действий. Боль разрастается, а сделать ничего невозможно.
   "Да, я надеюсь, что сегодня получится. Мы где-нибудь посмотрим на звезды"
   "Только лишь на звезды? Мне бы хотелось чего-нибудь другого".
   "Наташ, я устал, у меня тут дел по горло. Беготня, суета. Вечером и посмотрим".
   Да, она понимает, она все понимает. Но как ей смирить себя. Может он посоветует? Как ей быть такой же холодной и сдержанной, как он? Как постараться усмирить свои страстные порывы.
   Нет, он точно не посоветует. Он скажет: "Займи себя полезным делом". И она бы с радостью сделала это. Но, увы, ничего ей не лезет в голову. Вот уже почти год она живет им, только им. Разговорами с ним, встречами с ним. Живет его радостями и горестями. Ради него она забыла все. Но ведь нельзя обвинять его в этом. Он же не просил об этом. Она сама придумала себе муку. И теперь настойчиво идет к своей моральной гибели.
   Никогда раньше она не настаивала на встречах. Никогда раньше она не звонила первая мужчине, не писала. Никогда раньше она не говорила слов любви мужчине. Она пала перед ним на колени в собственных глазах. А его это, похоже, только злило и раздражало. Он был из тех мужчин, для которых женщина интересна лишь пока она - осажденная крепость. Сдавшаяся, да еще и порабощенная крепость уже вовсе не интересна.
   Наталья все это понимала. В ней теперь уживались два человека: стервозная, злая и непокорная - та, что была дома, с Кириллом, и покорная, нежная, униженная рабыня, что существовала перед Сергеем. Хотя все должно было быть с точностью наоборот.
   Она сидела и думала о том, что вот, наверное, стоило бы стать стервой для Сергея. Обидеть его чем-нибудь, сказать гадость, создать имидж женщины-вамп. Но, правильно ли это будет? Не потеряет ли она его так еще скорее?
   Вопросы без ответов. А так нужно было, чтобы кто-нибудь помог и подсказал.
  
   Вечер настал слишком быстро. Она села в машину. Он не сказал свой фирменный "привет". Лишь посмотрел на нее как-то.... Странно слишком, пожалуй....
   Они поехали на видовую. Разговор не клеился. Земфира все также тоскливо пела про то, что она за кого-то там убьет соседей. Наталья могла не только убить соседей. Она могла убить, уничтожить весь мир, даже перегрызть горло самой себе. За него. За его улыбку и взгляд. И ее понесло. Ужасающая, захлестывающая глаза агрессия требовала выхода и нашла. Наталья начала говорить о том, что любит его, что ей так хочется быть рядом с ним постоянно, всегда. Что невозможно жить в семье только из-за своих моральных принципов и детей. Что бывают ситуации, когда нужно перешагнуть через все, не пытаясь прогнозировать будущее. Ибо будущее творится сейчас, в настоящем. Что она не может больше так жить. Нет, не жить - существовать. Потому что вся ее жизнь - это только он. Только он. Она забыла все и вся.
   Наталья понимала, что ее агрессия лишь подольет масла в огонь. Что он будет шокирован и неприятно удивлен. Но не могла остановиться. Боль давила, разрывала на части. "Я хочу быть с тобой". Это было единственное, что она понимала очень отчетливо.
   Он слушал ее молча. Когда она замолчала, спросил: "Ты все сказала?" Она кивнула головой. Говорить больше не было сил. Хотелось только заплакать.
   И тогда заговорил он. Спокойно и очень тихо. Она вынуждена была прислушиваться, чтобы не пропустить что-нибудь важное.
   Он говорил о том, что она вошла в его жизнь. И что занимает там место. Он не уточнился, какое. Что он уже достаточно взрослый, чтобы не раскидываться пустыми словами и обещаниями, семьями и детьми. Но что, быть может, и правда стоит попробовать быть вместе. Как это будет и когда - покажет время. И что ей не стоит устраивать ему истерик по этому поводу, так как это лишь отталкивает его от нее. Истерик ему хватает и дома.
   Сказав все это, он замолчал. В машине повисла тяжелая пауза. Каждый думал, что делать дальше. Ведь сказано очень важное, но что теперь?
   Он завел машину и сказал, что ему хочется сегодня отоспаться. Время уже позднее. И повез ее домой.
   Их путь пролегал через трамвайные пути. Они ехали молча. Говорить не хотелось. Она смотрела на дорогу. По привычке. Тоже вела машину, даже если находилась рядом. Они подъехали к рельсам. Снизу поднимался трамвай. От него до машины оставалось метров пятьдесят. Сергей вдруг резко остановился и нервно включил заднюю скорость. Наталья смотрела на него в немом изумлении. Он ведь почти уже переехал рельсы. Нужно было чуть добавить газа и проскочить. Они бы уже были далеко от рельсов, когда трамвай проехал бы это место. Она посмотрела на его лицо. Глаза испуганного человека. Трамвай прогремел мимо.
   Наталье казалось, что вот сейчас она увидела главное. Страх. В этом человеке силен страх. Страх ошибиться, сделать не так. Страх перед риском. Лучше два шага назад, чем один - вперед.
   Внезапно ей очень явственно открылось, что он никогда не рискнет сделать что-то серьезное. Он никогда не пойдет за ней. Никогда не разрушит семью, даже если будет очень ее любить. А ведь этого нет. Он не любит ее. Она в этом теперь не сомневалась совершенно.
   Все это отнюдь не означало, что ее любовь к нему от этих открытий вдруг померкла. Ей просто с удивительной ясностью открылось ее будущее. Она будет любить его всегда. Потому что нашла свою идеальную, всепрощающую любовь. Ту любовь, которая ничего не требует взамен. От него уже теперь ничего не зависит. Чтобы он ни делал, это чувство к нему не поменяется и не потускнеет.
   Они подъехали к ее дому. Она молчала. Он тоже. Каждый думал о своем. Молчание затянулось. Она решилась, повернулась к нему. Обняла за шею, поцеловала его в щеку, погладила его волосы.
   "Прости меня. Я зря все это сказала. Я очень люблю тебя, очень. У меня никогда даже в мыслях нет и не будет причинить тебе какую-либо боль".
   Он молчал. Посмотрел на нее, поцеловал и спокойно сказал: "Иди домой. Все будет хорошо".
  
  
   XII.
  
   Я не знаю, кто это такая Незабудка. Придушила бы собственными руками! Какое она имеет право говорить в сети гадости о человеке, которого не знает?! Сейчас напишу ей все, что думаю по этому поводу. А может не стоит ввязываться в драку? Сергей сам достойно даст ей по зубам. Даже, я думаю, он порвет ее на части. Он умеет сказать человеку и в реальности, и в виртуальности так, что человек просто падает замертво. Мое божество! Нет, еще и я ей добавлю!
   Надо же, на просторах Интернета люди воюют так же, как в реальности. Лагеря, заговоры и прочая муть. Смешно. Ведь все мы - взрослые люди. И Интернет - лишь способ создать иной, идеальный образ себя.
   Незабудка и, правда, смешна. Откуда она знает такие подробности про Сергея? И почему так зла на него? Наверное, они знакомы лично. Хотя Сергей не признается в этом. Я уже ревную.
   Вообще, последнее время я стала излишне агрессивной. Я боюсь сорваться. Моя любовь опять видоизменилась. Я даже понять не могу, люблю ли я его или ненавижу. Нет, я люблю его. Но во мне слишком много накопилось неудовлетворенных желаний, несбывшихся мечтаний и надежд. Они раздувают во мне огонь агрессии. Что мне делать? Надо как-то бороться с этим. Иначе, однажды это все выплеснется на Сергея. И я потеряю его. Как бы ни была моя любовь идеальна, она все же злой волчицей внутри требует своего хозяина наблюдать рядом.
   А может эта Незабудка не так уж и не права? В ее словах кое-где есть доля истины. Определенно есть. Я и сама знаю все его минусы. Их более чем достаточно. Но мне на них плевать. Я знаю его иногда слишком хорошо, иногда - слишком плохо. Но мне это все равно. Он - мое сердце.
   Ладно, пожалуй, пора домой. В понедельник дочитаю его ответ этой дурочке.
  
   Да, плохо прошел вчерашний вечер. Кирилл был агрессивен, как никогда. Последнее время он все время вечерами дома. Он уже и не сомневается, что у меня есть любовник. Какое отвратительное слово. Я не могу называть Сергея таким пошлым словом. Он - родной мне. Он - это я. Кирилл кричал на меня. Этого не было давно. Я слушала его отрешенно. Мне все равно, что он говорит. Его время ушло безвозвратно. Мой супруг сказал, что я перехожу все возможные грани. Что на стороне можно иметь что угодно и как угодно, но семья должна быть на первом месте. Господи, дорогие мои мужчины, как мне надоели эти ваши нотации про семью. Где ваш "облико морале", когда вы трахаете своих любовниц. Много ли вы думаете в этот момент о своих семьях?! И о том негативе, который несете потом в них? Да, мой супруг нашел бы общий язык в этой области с Сергеем. Как они дорожат своими семьями, просто диву даешься! Но трахают одну и ту же сучку. То есть меня. И мои мозги.
   Все, хватит, стоп. Опять агрессия. Я люблю одного из них и дорожу (на самом деле) другим. Я давно все расставила по местам. Не надо опять начинать пройденный путь!
   А еще в субботу позвонил с утра Сергей. Само по себе событие из ряда вон выходящее. Он никогда мне не звонит ни домой, ни на сотовый. Но позвонил. Лучше бы не звонил. Он сказал, что Незабудка - это я! Как он мог даже подумать такое? Он не верит мне. Или скорее - не доверяет. Да мне все равно, дорогой, веришь ты мне или нет. Я же знаю истину. Я - не она. Мы разговаривали минут сорок. Он говорил мне гадости. Я держалась, сколько могла. А потом заплакала. Впервые в жизни при нем заплакала. Он услышал это. И спросил "ты плачешь?". Нет, я не могу быть слабой перед тобой. Это разрушит остатки моего самоуважения. Я бросила трубку. Но остался вопрос - неужели он так и думает, что эта дура в сети и я - одно лицо?!
   Странно, аська замигала. Сергею еще рано быть на работе. Почитаем.
  
   20 часов вечера уже
   пустота кругом
   работа закончилась давно
   народ разошелся
   осталось только пиво и дурные мысли
   помнишь, ты хотела сделать мне сюрприз?
   мы поругались
   я тебя предупредил тогда, что шутку я пойму, но
   сюрпризов не люблю
   ты не оставила своей затеи
   ты хотела посмотреть, что из этого выйдет?
   неужели это нельзя было предвидеть?
   ты сыграла а я тебе подыграл
   ты..... проиграла
   мне просто жаль............. что ты на это
   решилась
  
   Нет, стоп! Это какая-то глупость, ошибка! Не надо, пожалуйста! Не надо, ты убьешь меня этим! Ну, разве можно даже не дать человеку сказать слова в свою защиту?! Это не я!
   Надо позвонить ему.
  
   Господи, каким холодным был его голос в трубке! "Я не хочу с тобой разговаривать. Никаких контактов, ничего. Пока я не выясню. Все, прощай!" Да как же так можно? Отчего же ты такой суровый? Разве я когда-нибудь предавала тебя, обманывала? Разве я сделала хоть что-то плохое, чтобы ты так себя вел?! Мне же больно! Неужели ты не чувствуешь это? Или чужая боль просто не значит для тебя ничего?!
   Что же мне теперь делать? Я не знаю, что мне делать! Умереть я не могу. Даже если очень хочу. Потому что есть дочь. Я ей нужна. Но мне нужен он. И я никак, никаким образом не могу повлиять на то, что сейчас происходит!
  
  
   XIII.
  
   Он написал ей. В тот же день. О том, что Незабудка - не она. Он это выяснил. Что просит прощения и хочет увидеть ее, чтобы сказать ей это лично. Но боль поглотила ее. Она не слышала его. Он слышала только себя. Свою боль. Она вдруг поняла, что когда вот так вот серьезно он скажет ей "прощай", для нее рухнет весь мир. Душа умрет, сердце перестанет биться. А еще она поняла, что он может это сделать легко. Достаточно ей сказать что-нибудь не то, или не сдержать свою агрессию, или что-то не так сделать, как он ожидает. И он мертвенно холодно скажет "мне не о чем с тобой говорить. Все, прощай!"
   Как жить дальше, зная, что это произойдет рано или поздно. Она и не обижалась на него. Она в принципе не могла на него обидеться, чтобы он ни сделал. Она просто испугалась. Насколько он может быть категоричным и бесповоротным. Открылось новое знание, и она не знала, как реагировать на него.
   Сергей попросил ее о встрече. Что ж, можно встретиться. И даже сегодня. Хотя именно за сегодняшний день она пережила две жизни и одну смерть.
  
   Он забрал ее от дома. Они не сказали друг другу ни слова, когда она села в машину. Молча ехали. Она смотрела на вечерний город, уже остывший в преддверии холодной зимы. Осень. И у нее в душе осень. Любовь опять сменила цвет. Она стала тусклой, далекой, немеркнущей звездой, уже не согревающей ее душу. Ей было зябко и очень одиноко. И казалось, что человек, который сидел сейчас рядом, совсем не тот человек, которого она так пламенно любила и продолжает любить. Тот человек, ее князь, ее бог, он был добр с ней. Он согрел ее и подарил ей нежность. Он ел с ней бордовую черешню на пляже у лазоревого моря. А этот смотрел на дорогу и думал над тем, как извиниться так, чтобы это было незаметно. Как будто она все равно во всем виновата. Да, она виновата. В том, что влюбилась в него без разрешения. Что презрела ради него все условности, всю свою сложившуюся жизнь. Виновата в том, что продолжает упорствовать в своем чувстве. В своей зависимости от него.
   Они приехали в затерянную бухту на окраине города. Он повернулся к ней.
  -- Ты простишь меня?
  -- Я и не обижалась на тебя. Я не могу этого сделать.
  -- Почему?
  -- Потому что люблю тебя.
  -- Все равно, я виноват и хочу, чтобы ты меня простила.
  -- Я уже простила. Сразу простила. Мне страшно. Просто страшно. И потому грустно. Я не вижу ничего впереди. Мне кажется, что я замерзаю от прихода зимы.
  -- Я согрею тебя. Я буду рядом.
  -- Нет, ты скоро уйдешь. Я знаю это. Ты - лишь условность собственной жизни. Ничто и никогда не изменится вокруг тебя. Моя любовь к тебе - ненормальна.
  -- Ты ошибаешься. Почему ты всегда пытаешься думать за меня, решать за меня?!
  -- Потому что ты молчишь. Ты не отвечаешь мне ни на один мой вопрос. Я придумываю сама. И принимаю это, как данность.
  -- Я не говорю громких слов. Это не значит, что я - бесчувственный истукан.
  -- Сергей, я не хочу продолжать этот разговор. Я привыкла жить так, как привыкла. Я люблю тебя и молю небо, чтобы моя любовь как можно дольше ощущала тебя рядом. Я знаю, что обречена. Но пусть это случится попозже.
  -- Мне непонятны твои мрачные разговоры. Я расскажу тебе кое-что про эту бухту.
   Она слушала его. Он говорил о своей молодости. О том, как здесь он бегал мальчишкой. Как играл на свалках. Это было смешно слушать. Потом он рассказывал про свою службу на флоте. Как ходил в походы на атомной субмарине. Она наслаждалась его внезапной откровенностью. И такой душевной близостью. Нет, веревочка есть. Та, что тянется от ее любящего сердца к такой же точке в его существе. Неважно, любит ли он ее. Он просто рядом и так говорит с ней. И его бархатный голос ласкает ее, как ласкают иногда, наверное, слишком редко, его руки ее тело. Море свирепствовало совсем рядом. Осеннее, такое уже холодное и недоброе море. В темноте оно казалось свирепым чудовищем, которое накидывается на волнорезы. Но ему не достать их в этой теплой машине. Опять мир между ними, только между ними. Она потянулась к нему, он обнял ее, так по особенному нежно. Наталья любила гладить его волосы. Шелковистые, покорные волосы. Такие непохожие на своего слишком неуязвимого хозяина. Сейчас она была счастлива. Он был рядом. Только здесь, только сейчас, только с ней и только ее. Она упивалась его лаской, его вниманием. Сколь скоротечен миг наслаждения. Сколь зыбко и ускользающе человеческое счастье. А ее счастье просто эфемерно. Но оно - только ее. И никто не вправе ее осуждать. Не судите - да не судимы будете.
  
  
XIV.
  
   Я не знаю, что мне делать. Действительно не знаю. Я устала. Смертельно устала. В семье - сплошные скандалы. Каждый вечер что-нибудь не так. Моя дочь скоро станет неврастеничкой. На ее глазах папа с мамой только что не дерутся. Супруг уже давно бросил и своих шлюх, и праздные шатания. Он каждый вечер дома. И каждый раз, когда я задерживаюсь, он жестоко меня насилует. По-другому это уже невозможно назвать. Я не хочу. Ничего уже не хочу. Любовь застыла больной занозой внутри. Сергей не любит меня. Он тоже устал. От моей постоянной неудовлетворенности и все возрастающей злобности. Я уже не контролирую себя. Мне нужна его любовь, его нежность. Но первое уже невозможно. А второго у него для меня уже нет. Потому что я усиленно отталкиваю его. Я понимаю это. И продолжаю делать это. Хочется умереть.
   Вчера Кирилл сказал: "Я советую тебе прекратить отношения. Это слишком затянулось. Я хочу второго ребенка, и я хочу, чтобы ты сделала это в ближайшие два-три месяца. Лучше прекрати весь этот балаган сама. Иначе я приму меры, адекватные твоему безумному поведению. Ты все же должна помнить, что ты - моя жена и мать моего ребенка. Меня знает половина края, а ты ведешь себя, как последняя шлюха! Итак, или ты прекращаешь, или я сам это все прекращаю! Берегись!!" Он орал, как безумный.
   Да, наверное. Пора прекратить. Но я не могу. Господи, я сама себе отвратительна. Я не могу справиться с собой. И знаю, что тянуть - смысла нет. Кирилл - жестокий и волевой человек. Он исполнит свою угрозу. А что, если он сделает что-нибудь ужасное с Сергеем? Тогда я точно умру. Я не смогу жить дальше!
   Но я не могу и без Сергея. Это просто малодушие. Нужно усмирить себя. Не говорила ли я себе не так давно, что моя любовь идеальна, что она бескорыстна и не зависит от того, рядом ли ее объект? Я должна принести себя в жертву своей любви. Ведь она, светлая и чистая, останется со мной навсегда. Значит и человек, к которому она обращена, будет как бы со мной рядом всегда.
   Сергей сегодня раздражен. А может, просто занят. Практически не разговаривает со мной. Ау! Не убивай меня еще больше, чем я уже убита. Мне так плохо. Я знаю, что должна расстаться с тобой. Я знаю это. Мой хороший, мой самый лучший, мой бог, мой князь. Твой светлый лик, твои замечательные глаза, твои мягкие руки всегда будут со мной. Господи, как мне сделать это? Как?
   Ау! Отзовись. Пожалуйста. Поговори со мной. Не оставляй меня сейчас одну! Ведь мы не чужие друг другу. Мы столько времени были рядом. У нас был свой, самый прекрасный мир. Пожалуйста, не обижай меня сейчас. Мне нужен ты, нужен, как это свинцовое небо, как воздух. Пожалуйста!!!
   Огрызнулся. Ему некогда. Он занят. Я мешаю ему. Да, пожалуй, я мешаю ему. И своему мужу я тоже мешаю. Я всем мешаю. Я устала. Смертельно.
  
   Извини
   Мне просто...
   Ну
   Я действительно скучала по тебе
   По Сергею.
   Ладно, извини
   Пока
  
   XV.
  
   Он не остановил ее. Она закрыла аську. И не писала ему. Он тоже не писал. Она жила ожиданием, что он все же позовет ее. И тогда она решится на самый серьезный шаг - уйдет от Кирилла. Пусть лучше она будет жить одна. Но Сергей не позвал. Видимо, ему действительно надоело. Или он вновь оценил свою супругу и вернулся к убеждению, что все женщины одинаково истеричны и навязчивы. Это было уже неважно. Нить порвалась. Она чувствовала это всем своим израненным сердцем. Она для него ушла в небытие. Ее вина в том тоже была. Она стала так раздражительна последнее время, она мучила его своими противными придирками. Но ведь мог же он поинтересоваться. Проявить капельку былой заинтересованности. Выслушать ее. Дать ей поплакать. Ведь что-то их связывало столь долгое время.
   Она не знала его мыслей. Никогда не знала. Тем более теперь.
   Наталья ушла в себя. Мир перестал для нее существовать. Она видела только дочь. Ее улыбку, ее пухлые детские ручки. Она укладывала Настену спать и тихо, беззвучно плакала над ее кроваткой. Муж отдалился от нее. Он знал, что она рассталась с Сергеем. И успокоился. Она покорилась ему - это было главное. Кирилл больше проводил времени в семье. Но между ними установилась спокойная отрешенность. Наталья была в глубокой депрессии. Кирилл не трогал ее в этом состоянии. "Все пройдет, она вернется в реальную жизнь", так он думал. Скандалов больше не было. Вообще ничего не было. Жизнь, казалось, остановилась, как замирает кадр, когда нажимаешь на паузу.
   Так приближался Новый год. За окном падал снег. Наталья стояла у окна своей спальни и смотрела в ночное небо. В квартире было тихо - Кирилл уехал в командировку, Настя спала. Боль в сердце была ноющей. Она уже привыкла к ней. Все пройдет, время все лечит. Она не может забыть его. Но может научиться жить с сознанием того, что все прошло. Она уничтожила все - его фотографии, истории сообщений. Не тронула только письма. Завтра она удалит и их. Пора!
   Но следующий день она начала с того, что написала ему письмо. С поздравлением с Новым годом. Она не ведала, что делает. Но ее желание сделать это было сильнее всего остального. Он ответил. Кратко. Мол, спасибо. Она написала еще раз. Они опять стали переписываться. Но аська была под запретом. Письма были короткие и бессодержательные. Тем не менее, она уцепилась за это, как тонущий хватается за соломинку. Так прошла неделя.
  -- Новый год мы идем праздновать в Версаль!, - объявил ей Кирилл. - Я взял билеты. Номера, казино, все удовольствия жизни. Надеюсь, тебе понравится, и ты останешься довольна. Позови свою подружку с ее мужем. Вчетвером нам будет, я думаю, весело.
  -- Хорошо, так и сделаем, - безучастно ответила Наталья.
  
   Ей ужасно хотелось позвонить Сергею. Услышать его голос. В новогоднюю ночь. Понадеяться еще хоть на что-то. Она улучшила минутку и выскользнула из зала с сотовым телефоном в руках. Дрожащими руками набрала его номер. На третьем гудке его голос сказал "Алло". Она сказала "привет". Трубку бросили. На ее глаза навернулись слезы. Нет, она определенно сошла с ума. Мужчина отверг ее. Он отбросил ее. Переписка - не более чем дань старому знакомству.
   Вернулась в зал, села за стол. Кирилл был уже слишком пьян.
  -- Куда ты ходила?
  -- В номер. Посмотреть на себя в зеркало.
  -- А зачем тебе было брать с собой телефон?
   В его голосе прозвучала угроза. Она выдавила из себя подобие улыбки. Он выхватил из ее дрожащих рук телефон. Посмотрел последний набранный номер. И зловеще улыбаясь, набрал его. Потом спокойно выключил.
  -- Ты, моя жена, а ведешь себя, как полнейшая идиотка!
  -- Прекрати, пожалуйста!
  -- Я разочарован. И это плохо. Придется научить тебя кое-чему.
   Больше они не разговаривали. Вокруг люди веселились и смеялись. Подружка что-то щебетала ей на ухо, но она не слышала. Ей хотелось рыдать. Биться головой о стенку. Умереть. Только не сидеть сейчас здесь. Но она улыбалась. Ей казалось, что улыбка намертво приклеилась к ее губам.
   Кирилл рядом медленно, но верно напивался. Как он умел. Большой, здоровый мужик, он мог выпить и литр, не поморщившись. Он его выпил. Виски. Огненная вода. От него он пьянел сильнее всего. В два часа ночи, наклонившись к самому ее уху, он тихо шепнул: "Я пошел в номер. Приходи, дорогая женушка, мы с тобой займемся. Чем вы там любили заниматься со своим ненаглядным? Вот тем и займемся!" Он больно схватил ее за ухо и притянул к себе, грубо поцеловал и нетвердой походкой удалился из зала.
   Она боялась идти в номер. Пошла с подружкой в казино, потом танцевала. Но в 4 утра уже падала с ног. Идти нужно было. Не ночевать же было в зале на стульях?
   Наталья тихонько зашла в номер. Кирилл лежал на постели, и, казалось, что спал. Осторожно, производя минимум шума, она разделась и легла рядом. Свернулась клубочком.... Только бы он не проснулся. Это было самое ее сильное желание. Но он неведомо почему, все же проснулся. Повернулся и посмотрел на нее. Даже в темноте она ощущала звериный взгляд его темных глаз. Он схватил ее и притянул к себе. Он был в два раза больше ее, и сопротивление лишь растравило бы его еще сильнее. И задышал ей на ухо: "Так ты трахалась с ним! И тебе это нравилось! Ты, наверное, и минет ему делала с удовольствием, так?! А потом целовала мою дочь на ночь! Ты, такая благородная, крутая, классическая урожденная графиня, которая уже почти год обливает меня холодом и презрением, ты делала с ним это! И, наверное, стонала от удовольствия! Ты это умеешь делать очень сексуально. Вела себя, как шлюха! Я знаю, какая ты сладкая в постели. Как ты умеешь отдаться, когда хочешь. Но это должно было быть только мое знание! Тебя нужно убить! Ты осквернила нашу постель! И еще, как дешевая сучка, звонишь ему! Да ему плевать на тебя. Я скажу тебе, как думают мужики в таких ситуациях. "Классная сука! Надо бы ее трахнуть, а после - забыть" Вот как они думают, моя дорогая, наивная женушка! Ты думаешь, ему нужны твои сопли? Твоя ЛЮБОВЬ? Как ты смешна, если бы ты знала!"
   Она молчала и дрожала всем телом. Животный страх сковал все ее существо. Дома, с мамой, спала ее дочь. А здесь, сейчас, ей грозила смертельная опасность.
   Он прижал ее еще крепче. "Я сейчас трахну тебя! А потом убью. Сладкая моя Натали!"
   Он перевернул ее на спину и взгромоздился сверху. Она не могла сдержать слез стыда и отвращения. Несмотря на то, что он был сильно пьян, он заметил эти слезы. "Тварь!" Он проворно соскочил с кровати, схватил ее за руку и грубо сбросил на пол. Она уже рыдала в голос, не в силах сдержаться.
   Он подошел и вытащил из кармана брюк газовый пистолет. Последнее время он постоянно носил его с собой. Потом повернулся, подошел к ней и выстрелил в упор. Она услышала только хлопок. Потом почувствовала, что задыхается, что больше не может дышать. Глаза заволокла пелена. Ей показалось, что она умирает. На последнем вздохе она поползла к ванной, умоляя бога не дать ей умереть ради ее дочери.
   Кирилл затуманенным взглядом смотрел на нее, ползущую по полу. Потом развернулся, открыл окно номера и с диким воплем выпустил всю обойму в воздух. Потом закрыл лицо руками и простонал "Будь ты проклят! Ты разрушил нашу жизнь!"
   Наталья очнулась в ванне. Она лежала на раковине и пыталась попить воды. Как она доползла до нее, как сумела не задохнуться, она не могла потом вспомнить. Эти мгновения показались ей вечностью. Прыжком в другое измерение. Постепенно она пришла в себя. Села на пол, прижала к себе колени, сжалась вся в комочек. Слез уже не было. Пустота, оглушающая пустота и тишина. Страх сковывал ее. Он даже не давал ей думать. Она судорожно прислушивалась к звукам за дверью, в комнате. Но их не было, никаких вообще звуков. Она тихонько поднялась и подошла к двери. Вдруг дверь неожиданно распахнулась. На пороге стоял Кирилл. Его качало из стороны в сторону. В глазах стояло безумие. "Не убивай меня, пожалуйста!", прошептала она. Он вдруг подался вперед. Она в ужасе отшатнулась. Он сделал еще шаг и обнял ее. Она заплакала. Она плакала так неудержимо, как будто какая-то плотина рухнула внутри. Он целовал ее волосы и говорил: "Прости меня! У нас все будет когда-нибудь хорошо".
   Она слушала его и думала о том, что бог покарал ее. Она сотворила себе кумира, и высшие силы отняли его. И вместе с ним отняли у нее все. Все было не так уж и плохо когда-то давно. Все можно было изменить к лучшему. А она, малодушная, искала утешения на стороне. И нашла. Только не утешение. А боль и слезы. И унижение. И великую, идеальную любовь.
  
  
   XVI.
  
   Опять пришла весна. Чтобы ни происходило в жизни человека, какие бы радости и горести не случались с ним, мир вокруг продолжает жить до него, вместе с ним и после него. Времена года сменяют друг друга, и никто не в силах поменять этот порядок. Иногда так хочется, чтобы все вокруг замерло, растворилось в пустоте, остановило свой бешеный бег время. Но ты - не бог и сделать этого не можешь. В жизни человека так мало событий и вещей, которые действительно ему подвластны. И даже то, что ему подвластно, человек редко ценит.
   Скоро самый приятный для женского сердца праздник в году - 8 марта. Сегодня на работе нас будут поздравлять наши замечательные мужчины. Это так замечательно, что я работаю в мужском коллективе. С мужчинами легче и проще. Правда, не всегда.
   Два месяца прошло с новогодней ночи. Эту ночь я не забуду никогда. Как иногда бывает полезно испытать смертельный страх. Пройти через горнило ужасающих по силе человеческих страстей.
   Нет, я не перестала любить. Но я смирилась. И поняла, что все можно пережить, кроме двух вещей - безумия и смерти. Ничего нет страшнее этого.
   Я не общаюсь с Сергеем. Мне уже нет необходимости в этом. Он был в моей жизни. Такой утонченный, умный, недосягаемый...... В этом эфирном пространстве он останется со мной навсегда. И любовь к нему будет тихим ровным пламенем светить в моем сердце через года. И это хорошо. Именно поэтому никакой другой огонь не зажжется рядом с этим. Я прошла через весь этот ужас. И он никогда не повторится в моей жизни.
   Сегодня мы сядем с моей подругой по работе и выпьем столько, сколько сможем! За нас, прекрасных или не очень. И за них, таких замечательных и таких ужасных. За союз противоположностей.
   Минут 20 назад звонила подруга. Наша общая с Сергеем знакомая. Когда-то она тоже была его любовницей. Господи, сколько ж женщин прошло через его мягкие руки и бархатный голос. Она - хорошая. А может и не очень. Я безоглядно верю людям. Мы можем с ней говорить о нем часами. Раньше это отравляло меня. Теперь нет. Я для себя все решила. Теперь ничто не может отравить мой покой.
   Поздравила меня с женским праздником и спросила, звонил ли Сергей? Потому что ей звонил, поздравлял.
   Нет, мне не звонил. И я не хочу этого. Я не хочу больше ни слышать его, ни видеть. В моей семье произошли поразительные перемены. Быть может, мне удастся заново создать хотя бы подобие мира и благополучия. Да, я знаю, что Кирилл уже никогда не будет для меня тем, чем был когда-то. Но, по крайней мере, мы можем попытаться жить в мире и уважении. Для него это было тоже серьезным испытанием. Он убедился, что может потерять меня и, похоже, это его испугало. Заставило пересмотреть свои взгляды на нашу совместную жизнь.
   Да, теперь все хорошо. Моя любовь больше не зависит от ее предмета. Моя жизнь не рвется больше на части между двумя тиранами моего существа. Моя семья опять живет спокойной, размеренной жизнью. Все теперь будет хорошо. Главное только больше никогда не встречаться с этим человеком. Никогда не вспоминать его глаз и голоса, его объятий и взгляда.
  
   Господи, нельзя было так пить! Надо было вовремя остановиться! Боже, как я пьяна! Хорошо хоть подвезли до дома.
   Мам! Привет! Не обращай внимания. Ну, подумаешь. Можно ведь один раз в год. Или не один. Да, мама. Шатает. Ну, хотелось, очень хотелось. Напиться, забыться. Мама, ты знаешь, я ведь его так любила. Его никто, никогда так не будет больше в жизни любить. И главное, за что любила-то? Он разве носил меня на руках? Или проявлял заботу и внимание? Или осыпал подарками? Или разве он сделал меня счастливой? Нет!! Тысячу раз нет! Он нанес мне такую душевную рану, которая уже никогда не затянется. Он отверг мое чувство. Оно скорее его даже бесило, нежели радовало. Мои эмоции, моя несдержанность только раздражали его. "Так не принято! Так нельзя! Вот здесь рамки - не ходи за них!" Я любила его вопреки. Вопреки всему и вся. И теперь внутри меня ничего нет. Одна пустошь. Ненавижу его! Если бы могла, я бы убила его. От своей бесконечной всеобъемлющей любви!
   Мам! Да не бойся! Я всегда агрессивная, когда выпью. Я же безобиднее мухи, на самом-то деле.
   О, телефон зазвонил. Поздравлять, наверное, кто-нибудь торопится. Пошли вы все на хрен! Никто мне не нужен, слышите, ни одна тварь мужского рода! Ненавижу вас всех!
   "Алло!" Господи, его голос. Нет, у меня галлюцинации. Нет, действительно его голос. Поздравляет. Зачем ты позвонил, дьявол?! Зачем ты сейчас говоришь со мной. Я пьяна, не надо меня трогать. Что тебе нужно от меня? Мне не нужны твои поздравления. Мне вообще никогда и ничего не нужно было от тебя, кроме тебя самого! Как у меня жизнь? Замечательно! Жизнь - лучше не бывает. Да, конечно, все наладилось. Как ты всегда говоришь? "Все будет замечательно?!" Да хрен там, у меня уже никогда ничего не будет замечательно! И если ты исчезнешь, я не заплачу, как раньше! Это слабость, а ведь ты этого не любишь. Женские слезы тебя раздражают, как ничто другое. В этом вы с моим супругом очень похожи. Как и в своем презрительном отношении к женщинам вообще и ко мне в частности. Вы - властелины жизни! У вас есть деньги, власть. Перед вами лебезят и унижаются. А тут какая-то слабая дурочка решила с вами сыграть в любовь! О боже, вот идиотка! Из вас надо было выдирать деньги, удовольствия и ненавидеть вас. Это делает твоя супруга! Очень правильно делает! На ее месте я делала бы также, хотя бы, чтобы отомстить за твои бесконечные похождения. Если бы не любила тебя. Но, увы! Я не могу! Не могу сделать ничего плохого тебе. Иначе мое сердце порвется на тысячу маленьких кусочков. Я могу только любить тебя. Только стремиться к свету. И ты этим пользуешься. Тебе приятно. Это тешит твою гордыню. А может быть тебе просто все равно. Безразлично. У тебя есть работа, деньги, цели.... А я - лишь момент. Эпизод твоей ужасно наполненной и интересной жизни.
   "Извини, звонят в дверь. Муж приехал - я не могу больше разговаривать!" Все, положила трубку. Зачем я говорила с ним вообще. Я почти сумела себя убедить, что смогу жить без него. Просто со своей любовью.
   Вот и Кирилл приехал. Не могу его видеть. Опять не могу даже смотреть на него. Пойду в спальню - благо, там дверь закрывается. Хочется плакать, хочется рыдать, орать, так орать, чтобы слышали все этажи нашего огромного дома. И плакать. Выплакать эту занозу из сердца. Выплакать и умереть.
   Когда же это безумие пройдет? Ну, правда, что мне в нем? Он ведь никогда не делал мне шагов навстречу. Никогда ничего не обещал, никогда не говорил слов любви. Два или три раза он сказал, что боится потерять меня, и что я ему нужна. Но в устах мужчины эти слова ничего не значат. Или вернее значат именно то, что значат. И ничего более. Видимо в тот момент я имела для него значение. Неважно какое, но имела.
   А теперь не имею. За своей любовью я и не видела вовсе человека. Я придумала себе миф. Такого человека просто нет на самом деле. Что я знаю о нем? Самую малость. Только то, что он сам рассказывал о себе. Я никогда даже не пыталась выяснить у других людей, какой он. Зачем? Ведь у меня был кумир. Мой бог, мой идол, в котором я искала и находила идеальные черты, в котором я пыталась найти утешение и скрыться от того, что меня волнует в реальной жизни.
   Я взяла этого идола с собой в свой запредельный придуманный мир. И молилась на него, любила его священной любовью. Глупо было ждать от идола, от деревяшки ответных чувств. У идола не может быть чувств. Вообще. Он для того и создан, чтобы любили его, а не он любил. Да почему, собственно, он должен был любить? Как говорит Кирилл, человек никому и ничего в этой жизни не должен. Пожалуй, хватит. Пусть идол стоит в моем саду. Я больше не приду в этот сад. Запру его на тысячу замков. Я смогу. Пора вспомнить, что я - сильная!
  
  
  
  
   XVII.
  
   Полгода прошли для Натальи как во сне. Она жила обычной жизнью. Была матерью, женой и хозяйкой. Много работала, добилась повышения. Она улыбалась людям и пыталась заново отстроить свой порушенный семейный мир. Это были удивительно мирные полгода в их совместной с Кириллом жизни. Они не ссорились. Часто ездили гулять на природу, в гости. Но, оставшись наедине друг с другом, они молчали. Сказать было нечего. Кирилл видел совершенно пустые, отсутствующие глаза Натальи. Она только физически была здесь. Ее души здесь не было. Он пытался говорить с ней о прошлом. О том, что было до того. О том времени, когда между ними все только начиналось. Как он любил ее, как ушел из семьи ради нее. Он попытался извиниться за все те страдания, что принес ей, желая доказать, что независим от нее. Она улыбалась ему, она говорила приятное ему. Но ее здесь не было.
   Нет, она не думала о Сергее. Даже не вспоминала. Но иногда ночью ей снились его глаза, снился санаторий, аллейки, по которым они гуляли, когда ночевали там. Вот он рядом, вот он что-то говорит ей, улыбается.... После таких снов она просыпалась в слезах. Но гнала прочь от себя эти видения. Иногда Татьяна говорила ей про него. Рассказывала последние новости о нем. Наталья слушала безучастно. Как слушала бы про совершенно незнакомого человека. Летом от Татьяны она узнала, что его жена беременна и скоро у него появится второй ребенок. Наталья думала, что это сообщение отзовется болью в ее сердце. Но нет. Ей было все равно. Естественно, благополучная семья, возраст уже подошел завести второго ребенка. Теперь он будет окончательно и бесповоротно счастлив. Навсегда. Со своей замечательной супругой и двумя детьми. Ей тоже нужно попробовать быть счастливой. Например, тоже родить второго ребенка. Кирилл давно об этом говорит. Хочет сына. Это его желание понятно. Мужчины любят плодиться. Им кажется, что таким образом они оставляют более значимый след на земле. Ей всегда казалось, что мужчины более всего на свете боятся быть забытыми. И боятся смерти. От этого самое лучшее лекарство - оплодотворить кого-нибудь. Больше они сами ничего не могут в этом сложном деле продолжения жизни на земле.
   Приближалась осень. Наталья ушла в отпуск, и они с Кириллом уехали отдыхать на Бали. Замечательный остров возле экватора. Кирилл не скрывал, что едет туда специально, чтобы сделать наследника. Он надеялся, что беременность и заботы о маленьком человечке заставят Наталью забыть все совершенно. Все 10 дней, что они находились там, Наталье казалось, что она в раю. Это действительно было райское место. Лазоревое, теплое море и нескончаемые песчаные пляжи. Буйство красок и экзотики. У нее было стойкое ощущение, что она выздоравливает после долгой и тяжелой болезни. Любовь в ее сердце стала далекой звездой другой галактики. Кирилл почти любил ее. Они улыбались друг другу постоянно, и их отношения как будто переживали второе рождение. Тем не менее, Наталья приняла все меры, чтобы не забеременеть. Ей почему-то не хотелось этого.
   Они вернулись обновленными, другими людьми. Судьба прошла еще один виток, и в их семье наконец воцарилась гармония.
  
   Наталья смотрела на город. Все же чудесный вид открывался с ее рабочего места. Видно было море, центр города, убегающие вверх по сопкам улицы. Осень уже разлила на улицы города свои яркие краски. Вон там желтый островок, а вот здесь - красный. "Надо бы съездить на дачу. Пожарить мяса и посмотреть на еще такой красивый лес. А с кем поехать? Надо позвать Татьяну. И еще кого-нибудь. Мужчину, конечно. Узким кругом. Сергея, например". Она улыбнулась своим мыслям. Не надо заходить в сад и смотреть на идола. За эти месяцы там все заросло сорной травой. Его, наверное, и не видно за бурьяном. Огонек еще теплился в ее душе. Не надо его трогать. С другой стороны может стоит убедиться, что ей уже почти все равно. Есть только оговорка - почти!
   Она набрала номер Татьяны. Высказала ей свою мысль.
  -- Ты уверена, что можешь и хочешь его видеть?
  -- А почему бы нет. Все прошло. Мы ведь знакомы. Почему бы и нет?
  -- Наталья, у него жена беременна. У него все хорошо. А у тебя? У тебя тоже все хорошо?
  -- Да, совершенно отлично. Мы поделимся взаимным счастьем.
  -- Не смеши меня. И не обманывай себя. Но если ты попросила, конечно, я договорюсь о встрече. Или постараюсь это сделать.
  -- Хорошо, договорились. Только скажи ему, что поедем на моей машине. Я не хочу слишком выпить. Я обычно не контролирую себя в подобном состоянии.
  
   Наталья забрала Татьяну от работы.
  -- Привет! Ну что, ты готова увидеть этого человека?
  -- А что тут такого? Мы знакомы не один день и нам есть, о чем поговорить. Например, я вам расскажу, каким бывает теплым и ласковым море. Каким бывает океанический прибой у края старинного погребального храма.
  -- Ну, смотри, я тебя предупреждала. Он будет ждать нас возле своего дома. Ты же знаешь, где он живет.
  -- Да, знаю. Поехали.
   Она подъехала к его дому. Пару раз она забирала его отсюда. Припарковалась. В салоне громко играла музыка. Бритни. Ритмичная, танцевальная, очень веселая. Сердце молчало. Идол был завален валежником. Человек, который сядет через пять минут в ее машину - хороший знакомый. Татьяна молчала, ей было забавно наблюдать поведение подруги. Наталья была слишком спокойна. Как бывает спокоен человек, решивший броситься в пропасть.
  -- Смотри, вон он идет снизу. Давай, подрули к нему на своем крутейшем джипе. Пусть знает наших.
  -- Да ладно тебе. Будто он и джипов никогда не видел.
  -- Наталья, ты идеализируешь его. Подумай, что он вообще в своей жизни видел? Ты ничего о нем не знаешь. Тебе не кажется, что он слишком часто врет?
  -- Не знаю, я не думала об этом. Мне все равно.
  -- Да нет, тебе не все равно. Тебе не удается обмануть даже себя. А уж меня - тем более. Наталья, он - врет. Очень часто. Иногда без повода. Он использует людей в своих интересах и отбрасывает. Знаешь, почему он согласился на эту встречу? Потому что ему стало скучно. Сидеть дома и дожидаться появления ребенка. Прискучил размеренный ритм жизни. И ты так удачно его вспомнила. Он сам бы тебя нашел, подожди ты еще немного.
  -- Таня! Прекрати. Мне все равно, запомни это. Все, что было - прошло!
   Она подъехала к тротуару. Он сел в машину. Светлые джинсы, светлый облик. Как ему удается при всей своей такой непростой натуре выглядеть ну почти что ангелом? Наталья нажала на газ. Первое время ехали молча. Им всем троим было непросто начать о чем-то говорить. Люди, давно не видевшие друг друга, теряют связующую нить. Но постепенно разговор завязался. Татьяна больше молчала. Наталья больше говорила. Сегодня она вела машину несколько неспокойно. Но это просто дорога такая. И осень вокруг. Такая красивая.
  
   На обратном пути Наталья сначала завезла домой его. Потом Татьяну. Поставила машину на стоянку. И пошла домой. Десятый час. 10 минут пешком до дома. Она шла и смотрела в окна. Ей нравилось смотреть в чужие окна, освещенные электрическим светом. За каждым окном своя жизнь. Свои радости и горести. Вот здесь быть может, кто-то родился сегодня. А вот там - умер. В этом окне сегодня поссорились. А в том - помирились. Тысячи жизней вокруг. И ни одна не похожа на другую. Каждый живет свою жизнь по никому неизвестному сценарию. Кто пишет эти сценарии? У кого в этом мире столь бурная фантазия? Кто заставляет людей испытывать такую богатую гамму эмоций. И зачем они людям? Она шла очень медленно. Переваривая в себе сегодняшний день. Кто написал сценарий ее жизни? Кто сделал ее трагикомической актрисой? Кто заставил ее добиться этой встречи ради того, чтобы снова посмотреть в глаза своего идола. Разгрести острый, колючий валежник, почистить сад и вытащить на свет божий бирюзовые глаза идола. Снова упасть на колени перед ним. Посмотреть вокруг и сказать себе "мне хорошо здесь. Я вернулась и теперь никуда отсюда не уйду!" Никто. Своего сценариста она не знает. Она сама это все сделала. Зачем? Она не знает.
   Скоро придет зима. Навряд ли они встретятся еще раз. Да ей это и не нужно. Она посмела взглянуть идолу в лицо. И теперь взгляд отводить не хочется. Она побудет там немного. Она немного помолится, стоя на коленях. А потом снова уйдет. Ее уведет жизнь. Сценарий должен быть интересным и потому его нужно менять.
  
   Он снова включил аську. Они общались. Не так много, как раньше. Они даже встретились. На холодной, продуваемой всеми ветрами набережной. Сидели в машине и говорили обо всем. Но только не о том, что осталось в прошлом. Четыре часа прошли для них незаметно. Они были друг другу не чужие. Но жизнь была сильнее. Жизнь требовала вернуться обратно. Он на прощание хотел поцеловать ее. Она отстранилась. Это было слишком для нее. Сейчас она не позволит ему перешагнуть грань. Теперь между ними действительно все закончено. Каждый сделал свой выбор. И понесет свой крест до конца.
   Он все же притянул ее. Сорвал легкий прощальный поцелуй. Вышел из машины, растворился в темноте. Ее сердце бешено стучало и рвалось за ним. Казалось, что и не было всех этих долгих дней и ночей. Что они расстались только вчера, чтобы встретиться сегодня.
   У них не было будущего. Совсем никакого, но ведь любовь не знает об этом. Ее любовь лишь меняла цвет и насыщенность. И совсем не собиралась исчезать.
   "Нет, не надо думать о нем. Я поговорю еще немного с ним в аське и опять забуду". Она знала, что это лишь слова. Что она не сможет так сделать. Теперь уже не сможет. Она больна навсегда. И силы ее лишь покидают.
  
   Прошел месяц. Однажды он сказал ей: "Знаешь, нам нет смысла больше общаться. Я принадлежу своей семье. Ты - своей. У меня все дома хорошо. Я счастлив. У меня нет дел к тебе. Вообще ничего нет. Нам пора расстаться. Чтобы никогда больше не встретиться!"
   Подсознательно она ждала этого, это должно было случиться. Но в этот момент все ее существо рванулось в стремительном и оглушающем - "НЕТ! Не надо, не надо так. Пусть я просто останусь в списке контактов. Пусть хоть иногда я буду говорить тебе "привет". Хоть что-нибудь оставь мне. Хоть какую-нибудь надежду на то, что я увижу тебя. Прикоснусь к тебе. Я ни на что не претендую. Я ничего не прошу. Только не покидай меня, пожалуйста! Не отрывай меня от себя!" В ответ было только "Прощай!"
   Он никогда не слушал и не слышал людей, когда что-то для себя однажды решал. Он так решил, он так думает. Никто не может поколебать его уверенность в правильности своих действий. Она уж тем более.
   Она и не рассчитывала на это. Ей было больно, очень больно. Но за долгое время любви к нему она привыкла к боли. Это было состоянием ее души. Она жила этим. Ее сад опять потемнел. Идол стал черным. Глаза его поблекли, и она уже не могла их видеть.
  
   Вся жизнь идет по спирали. Каждый новый виток позволяет взглянуть на предыдущий и оценить его. Наталья не хотела оценивать, не хотела вообще думать о прошлом. Она совершила много ошибок. Пожалуй, даже слишком много. Она полюбила не того человека, которого следовало бы. Но разве знает человек, правильно ли он делает что-то в данный момент времени? Лишь время позволяет это осознать. И когда осознаешь, важно вовремя остановиться. А не упорствовать в своих действиях и мыслях.
   Ее сад завял, идол исчез. Не было ничего. Лишь боль утраченного рая болотным огоньком светилась в душе. Встретит ли она его еще в своей жизни? Жизнь - непредсказуема. И мы не знаем своего сценария.
   Как жаль, что человек не может хотя бы иногда открутить свою голову и вычистить ее изнутри. Изгнать оттуда все мысли, все воспоминания. И плохие, и хорошие. Ибо, плохие отравляют мозг, потому что за них стыдно, а хорошие - душу, потому что это хочется вернуть.
  
  
  
  
  
  
  
   Часть 2. Маска.
  
   I.
  
   Она начала нервничать, опаздывать на работу не входило в ее планы. А Кирилла все не было. "Где же он так долго?" Она металась по окнам. Обычно он всегда приезжал вовремя, забирал ее, чтобы отвезти на работу. Не выдержав, взяла телефон, набрала его сотовый. Его голос был взволнованным.
  -- Не выходи из дома. Позвони на работу, что сегодня не придешь.
  -- Скажи мне, что случилось?!
  -- Я через какое-то время подъеду и расскажу.
   Наталья не могла найти себе места. Последнее время Кирилл был очень мрачен. Он ничего не рассказывал. Только опять стал пропадать вечерами. Иногда он не возвращался домой. Наталья молчала. После своей собственной измены она вообще перестала что-либо ему говорить по поводу его отсутствия дома. Теперь она молчала всегда. Даже тогда, когда они ссорились, и он кричал на нее. При каждом удобном случае он вспоминал ей Сергея. Она пропускала все его замечания мимо ушей. Ей было все равно. Весь мир давным-давно стал ей безразличен. И еще она думала о том, что теперешние его отлучки с женщинами не связаны.
   Ну вот, наконец, и звонок в дверь! Кирилл пришел с незнакомым мужчиной в милицейской форме. Она бросилась ему навстречу. Он цел и невредим - это главное! Кирилл поцеловал ее и тихо сказал на ухо: "Машину обстреляли. Четыре выстрела. Все пули прошли мимо. Я не знаю, кто это сделал и почему. Сейчас там отдел по раскрытию убийств работает. Сегодня ты на работу не пойдешь. Это все очень серьезно".
   Она слушала его в немом изумлении. В силу его непростого характера у него было много врагов. Но смертельных? Она многого не знала о своем супруге. Последнее время она вообще не вдавалась в подробности его жизни. Да, она не любила его. Но он был ей по-своему дорог, и все случившееся казалось кошмаром.
   Теперь в их доме поселился страх. Кириллу дали служебную машину. Теперь только Наталья ездила на их джипе. Первое время она с усилием заставляла себя поворачивать ключ зажигания. В ее голове всплывали страшные картинки: вот она поворачивает ключ и тут же раздается взрыв. А ведь она возила и дочь, и маму. Ей было страшно постоянно. Кирилл выходил из дома только под охраной двух СОБРовцев. Только что достигнутый, покой обрушился вновь.
   Они отдалились друг от друга еще больше. Кирилл практически не появлялся дома. А когда появлялся, не разговаривал с ней. Он мрачнел все больше. Она боялась за него, но не решалась спросить, узнать, что же его тяготит.
   Однажды вечером Кирилл взял ее за руку, посадил возле себя и сказал:
  -- Нам нужно серьезно поговорить.
  -- Не пугай меня. Без вступлений. Просто скажи мне что-нибудь. Я так боюсь за тебя!
  -- Мне предложили работу в Москве. Мне нужно уехать отсюда. Иначе однажды они повторят покушение. И оно, надо полагать, будет удачным.
  -- Да, я понимаю. Наверное, тебе действительно нужно ехать. Но как мы все будем туда перебираться. Ведь там нет ни квартиры, ни родственников - ничего.
  -- Мы продадим эту квартиру, я еще займу денег. И со временем куплю квартиру там. Видимо, около года нам придется жить врозь. Ты будешь жить здесь, я - там. Угрозы семье нет. Ты не бросишь меня? Не найдешь еще одного Сергея с тем, чтобы остаться здесь?
  -- Скажи мне, зачем ты при каждом удобном случае напоминаешь мне о нем? Ты же знаешь, мне это очень неприятно.
  -- Напоминаю затем, чтобы у тебя не возникло желания повторить когда-нибудь такое в отношении меня. Запомни, я прощаю только один раз. Особенно предательство.
  -- Господи, Кирилл! Сколько раз ты мне изменял?! Сколько женщин прошло через твои руки?! Ты даже не задумывался, как я на это реагирую! И не считал это предательством!
  -- Ты знала, что я такой, когда мы поженились. Ты знала, на что идешь. Так что надо было сразу думать, что делаешь. Кроме того, ты прекрасно знаешь, что они все для меня были ничем и никем. Ни одну из них я не любил. Все время, что мы с тобой вместе, я люблю только тебя. Только ты имеешь для меня смысл и значение. Ты же решила назло мне сыграть в любовь с этим проходимцем. Откуда ты знаешь, может быть, ему нужны были мои связи и влияние, и он нашел самый лучший путь - через тебя. Ты ведь наверняка ему рассказывала подробности про меня!
  -- Что ты говоришь такое! Остановись! Не надо, прошу тебя! Я не играла. Из меня плохая актриса. Я хотела уйти от тебя ради него. Давай не будем ворошить старое, это приведет нас к конфликту, из которого не будет выхода!
  -- Уйти? Да кто бы тебе позволил? Ты думаешь, я отпустил бы тебя просто так?! Ты возомнила, что он разрушил бы собственную семью ради тебя?! Я всегда тебя считал умной женщиной! Но, похоже, ты еще очень молода, глупа и наивна. Мужчины могут иметь на стороне сколько угодно связей. При этом они никогда не пойдут на развал семьи ради очередного увлечения. Неужели мой собственный пример в этом плане для тебя не послужил уроком?! Ты унизила и себя, и меня. Он теперь любому встречному может сказать - "а я ее трахал!" Тебе самой не противно?! Запомни: измена мужа - плевок из окна, измена жены - в окно. Запомни это хорошенько и никогда не повторяй таких ошибок!
  -- Господи, как ты жесток! В этот момент нам нужно было бы сблизиться, чтобы выстоять перед лицом трудностей, а ты только отталкиваешь меня. Напоминаешь мне о том, что я хотела бы забыть! Мне не о чем с тобой больше разговаривать!
   Наталья порывисто встала. Ее трясло. Ну, зачем, именно теперь, когда ей хочется быть ласковой с ним, поддержать его, он говорит такие гадкие слова, учит ее жизни. Да жизнь сама ее научила уже очень многому. Слишком многому.
   Он схватил ее за руку и дернул на себя. Обнял, прижал, заставил поднять лицо к нему.
  -- Ты не ответила! История с Сергеем не повторится, когда я уеду?!
  -- Нет, не повторится. Но не потому, что я дала тебе слово.
  -- Ну, вот и славно. Остальное мне безразлично!
   Он грубо поцеловал ее в губы. Ей было противно, но она не отстранилась. Кирилл всегда был с ней груб. И в страсти, и в ненависти. Он не мог быть другим. Когда-то ей это казалось проявлением мужской силы и даже нравилось. Теперь она терпеть это не могла.
   В ту ночь он был особенно пылок в постели. А ей как всегда было все равно. Тело совершало привычные заученные движения. Он стонал от наслаждения. Она готова была разрыдаться. Всегда, даже в моменты самых диких ссор, он брал ее. Она думала о том, что когда-нибудь, именно в такой момент, она его прирежет. Спрячет нож под подушкой и потом воткнет его прямо в спину. Чтобы он замолчал. Навсегда.
   Ее пугали такие вот собственные мысли. Когда они появлялись в ее голове, она заставляла себя припомнить, что когда-то ведь действительно была влюблена в этого человека. Пыталась вспомнить, что особенно ее привлекало. Его недюжинный ум, его блистательная особенная "звездность" натуры, яркость личности. Его мощное, очень мужское телосложение, и грубые, действительно мужские черты лица. Его огненный взгляд черных злых глаз. И даже волнистые черные волосы когда-то ей нравилось перебирать.
   Теперь она все это ненавидела. Особенно в такие вот моменты, как сейчас.
   Она понимала, что ей лучше всего было развестись с ним. Он уезжает, и теперь самое время принять кардинальное решение. Останавливала только Настя. Дочка любила папу, и увечить ее детскую психику совсем не хотелось. Ведь она тут была не причем. Она не знала того, что происходило между папой и мамой. Для нее они оставались единым целым.
   До отъезда Кирилла оставалось меньше месяца. Снова, по кругу пришла весна. Наталья разрывалась на части и все равно не могла решить, что же ей делать. Еще более усложняло выбор то обстоятельство, что Кирилл, вдруг, в очередной раз переменился к ней. Стал нежен, заботлив. Таким, как теперь, он не был никогда прежде. Он уволился с работы и очень много времени проводил в семье, с дочерью и Натальей.
   Сначала Наталья молчала на это. Потом постепенно начала оттаивать. Она никогда не могла долго злиться на людей. Ни на кого из них. Близким же она прощала все еще раньше, чем даже успевала понять это.
   Разлука приближалась. Ей предстояло больше года жить одной, совершенно одной.
  
   II.
  
   За окном брезжил рассвет. Я открыла глаза. Вот он и пришел, этот день. Я не хочу, чтобы он уезжал. Мне даже странно представить себе, что вот его больше не будет рядом. Пусть мы не так уж и хорошо жили, но он был рядом, и я всегда могла положиться на него. Он был моей стенкой. Я во многом была не права по отношению к нему. Теперь вот жалею об этом. Я буду верна ему. Я буду ждать момента переезда. Покинув этот город, я навсегда забуду и одного человека. Господи, ну как я могу в такой момент думать об этом, другом. Его нет в моей жизни, и не будет больше никогда. Косвенно он послужил причиной больших проблем в моей семье. А я все цепляюсь мыслями за него!
   Кирилл, дорогой мой, просыпайся! Пора.
   Как мне не расплакаться в аэропорту. Ему будут неприятны мои слезы. И так все непросто.
   Как я буду здесь одна жить? Как-нибудь. Я буду жить в ожидании. Кардинальных перемен в своей жизни.
  
   Вот мы и приехали. Уже зарегистрирован билет и обратного пути нет.
  -- Ты позвони мне сразу, как прилетишь, хорошо?
  -- Да, конечно, обязательно. Наталья, не переживай, все будет хорошо!
  -- Никогда мне не говори эту фразу, ладно? Все будет так, как будет. Я буду очень скучать по тебе.
  -- Да ладно тебе. Не будешь. Не притворяйся. Наверное, сразу же побежишь.... К Сергею.
   Ну почему, ну зачем ты так?! Даже на прощание, на пороге аэровокзала
  -- Нет, не побегу. Можешь быть уверен. Это, скорее, ты себе в Москве сразу заведешь кого-нибудь. Ты ведь без секса и дня прожить не можешь!
  -- Зря ты так думаешь. Там не будет условий для этого. И ведь у меня будет главная цель - побыстрее вас перетащить туда. И еще одно. Подумай все же о втором ребенке. Пока ты здесь, пока до переезда далеко, ты могла бы родить второго. А в Москву приехала бы уже работать.
  -- Кирилл! Я всегда поражалась особой логике твоего мышления. Нет, второго я рожать сейчас не буду. Это точно.
  -- Ну ладно, может, еще передумаешь. Когда у тебя намечается отпуск?
  -- Я думаю в конце августа - начале сентября.
  -- Тебе надо будет приехать ко мне. Посмотреть Москву. Может быть, куда-нибудь съездим вместе отдохнуть и подумаем о наследнике!
  -- Хорошо, было бы здорово провести вместе некоторое время.
  -- Похоже мне уже пора. Проводишь до посадки.
  -- Конечно!
   Мы идем к зданию вокзала, и каждый шаг отдается в моей груди. Я держу его за руку. Нас частенько принимали за дочь и отца, потому что он - такой большой и сильный, и взрослый. А я рядом - совсем маленькая, как ребенок. Наверное, он всегда именно эту роль при мне и играл - роль сильного умного и заботливого отца. Возможно, это как раз то, что мне и нужно было всегда. Просто я этого не понимала. А теперь вот, на краю долгой разлуки, осознала, что на самом деле мне будет без него очень плохо. Одна моя рука в его руке. А другую я очень сильно сжала. Острые ногти впились в ладонь до боли. Нельзя плакать, он высмеет это, а мне это будет неприятно. Он мне не верит, что разлука с ним и правда приносит мне боль.
   Вот он поцеловал меня. "Ну, все, пока! Поцелуй еще раз крепко дочу за меня!" И скрылся за дверью терминала. Я стою и смотрю ему вслед невидящими глазами. Разворачиваюсь, выхожу и сажусь за руль машины. Ехать не могу. Слезы все же замутили взгляд. Секунда, другая. Я начинаю плакать. Слезы катятся уже бесконтрольно. Все сильнее. Я уже плачу в голос. Надо взять себя в руки. Он не умер. Он просто уехал. И когда-нибудь я уеду вслед за ним!
  
   III.
  
   Май одел город в нежную зелень. Теплый ветерок играл с бирюзовой волной. На столе Натальи зазвонил телефон. Звонила Татьяна.
  -- Натали, привет дорогая! Ты вот мне скажи! Как ты относишься к нашему общему знакомому?
   Наталья отвлеклась от документа и искренне спросила:
  -- Какому?
  -- Ну, ты даешь! Ты что, серьезно? Я про Сергея говорю!
   Сердце пропустило один удар, второй. На третьем Наталья глубоко вздохнула и сказала:
  -- Никак. Я к нему не отношусь.
  -- Ну, прекращай! Он звонил мне и предложил встретиться втроем. Спрашивал про тебя. Как у тебя дела.
  -- Скажи, что дела - лучше всех, как обычно! А с чего бы вдруг нам встречаться?
  -- Наверное, скучает по тебе! Или младенец дома замучил. Или жена достала.
  -- Таня! Господи, да он души не чает в своей жене. Скорее скучно стало. Зато мне - совсем не скучно!
  -- Прекращай! Я знаю, что тебе тоже хочется его увидеть. Да почему бы собственно нет. Столько времени прошло. Раньше ты бросилась бы бегом.
  -- То было раньше. Хорошо. Я подумаю и позвоню тебе позже.
   Наталья положила трубку. Прислушалась к себе. Сердце билось слишком гулко. Он соскучился! Господи, смешно-то как. Это она от смертельной тоски чуть не умерла, чуть не потеряла семью. А он! Он не мог тосковать. Однажды он ей сказал: "Вечер в любом случае будет прекрасен. Как и вся жизнь" Да, он шел по жизни легко. Играючи. Не задаваясь лишними вопросами, лишь наслаждаясь ею. С ловкостью акробата, избегая неприятностей. Она всегда хотела научиться от него этому. Легко относиться к жизни, не верить в любовь, искать лишь чувственное наслаждение. Это было правильно. С точки зрения жестокого мира этого века. Это было неправильно только с ее точки зрения. Но ведь никто не заставлял ее. Она сама во всем виновата.
   Наталья задумалась. Стоит ли? Зачем ворошить прошлое. Она знала, слишком хорошо знала, что ее любовь лишь спряталась в самый далекий уголок души. Но по-прежнему жива. И обязательно выползет раненым псом к ногам своего хозяина.
   Мучительный выбор. Да! Нет! Не надо этого делать. Ведь она обещала Кириллу, что будет верна, что никогда не повторит того, что было. Но ведь встретиться, это совсем не значит, что они снова будут близки. Совсем не значит. Поболтать, просто выпить вместе, слегка, быть может, даже вспомнить прошлое.
   Наталья подняла трубку. Подержала ее в руках. Опять положила. Подняла. Набрала номер Татьяны.
  -- Я не против. Скажи, что мы соберемся вместе. Договорись с ним о месте и времени.
  -- Мы решили, что пойдем к тебе в гости. Твои же все равно практически постоянно у мамы обитают?
  -- Ладно, ко мне, так ко мне.
  -- Он еще раз звонил. Спросил, сказала ли я тебе. Я сказала, что ты думаешь. А он знаешь, что ответил?
  -- Нет, откуда мне знать!
  -- Он сказал, что мол, чего она меня боится?! Скажи ей, что я - импотент давно.
  -- Очень смешно. Безумно. Может передать ему, что меня это совершенно не волнует.
  -- Ладно, не заводись! Я договорюсь.
  -- Вот и договаривайся.
  -- Наталья, я думаю, что вы очень подходите друг другу и вам нужно быть вместе. Он был счастлив с тобой рядом.
  -- Таня! Он всегда счастлив! У него вся жизнь - сплошное счастье. У него замечательная семья, у него двое детей, в конце концов! И ты говоришь, что нам надо быть вместе????
  -- А ты никогда не думала, что из хорошей семьи не бегают?
  -- Мой муж считает, что все мужики ходят налево. Что это совершенно нормально и ничего не значит. Какая разница, что я думаю по-другому. Они все думают именно так.
  -- Попробуй! Начни еще раз. Ты ведь любила его и любишь, я же это знаю. И самое главное, никто из нас не знает, как он к тебе относится. Предположи на мгновение, что возможно и он тебя любит.
  -- Это невозможно. Он никого не любит, и не любил никогда, кроме себя.
  -- Ну, как знаешь. Я договариваюсь о встрече. А там посмотрим, кто из нас прав.
   Наталья положила трубку. Выбор сделан. Дальше будет как-нибудь. Она только постарается на этот раз сохранить лицо. Не приближаться к нему. Не дать "плюнуть в окно". Какая ужасная фраза! Так мог сказать только Кирилл. Он вообще был особенным во всем. Ее муж. Наверняка ведь кому-то он казался пределом мечтаний. Кто-то, может быть, был также влюблен в ее мужа, как она была влюблена в чужого. От мысли ей сделалось смешно. Она вдруг звонко засмеялась, ей стало легко. Жизнь - удивительно забавная штука. В этом Сергей определенно прав.
  
   В тот раз встреча так и не состоялась. Они назначили день, но Татьяна не смогла. Сказала: "Встречайтесь без меня". Наталья объяснила ей, что в таком случае и Сергей откажется. Наталья очень хорошо это нет, не знала - чувствовала. Чувствовала, что они боятся приближаться друг к другу. Потому что жизненные обстоятельства сложились именно так. И нет смысла спорить с ними.
   Потом настало лето, и Наталья перевезла маму с дочкой на дачу. Теперь она была совсем одна в огромной пустой квартире. Ей остро не хватало тепла, человеческого общения. Она не могла каждый день ездить на дачу. Кирилл поставил ее в известность, что пора продавать их квартиру. Он нашел вариант в Москве. Эта суета немного заняла ее. Но она была одна, совершенно одна. Лето выдалось дождливым. За окном, не прекращаясь практически ни на секунду, шел дождь. То ливнем, то мелкой моросью, то грибным дождиком. От этого на душе становилось еще тоскливее и печальнее. Весь город посерел и как-то съежился.
   На этот раз Татьяна была просто таки категорична.
  -- Значит так, в среду, в 18.00 мы придем к тебе в гости. Хочешь ты того или нет! Обо всем уже договорено. Можешь приготовить что-нибудь вкусненькое. А Сергей принесет выпивку. Я тоже что-нибудь принесу.
  -- Уже все решили? Ну и ладно, буду ждать.
  
   Наталья отпросилась пораньше с работы. Пришла домой. Переоделась. Шорты и майка. Ее обычная домашняя одежда летом. Посмотрела на себя в зеркало. Пожалуй, слишком откровенно. Но переодеваться не стала. Интересно, кто из них двоих придет первым - он или она? Хоть бы Татьяна. Тогда Наталье будет проще встретить Сергея. Раздался звонок в дверь.
   Открыла дверь. Черт, это он! Вот он стоит перед ней и смотрит на нее своими голубыми глазами. Она уже забыла эти глаза. Как когда-то тонула в них, пропадала в голубой бездне. А вот и его коронный "привет". Он прошел в зал, осмотрелся, повернулся к ней.
  -- Ну, как живешь? Как дела? Я слышал, твой муж уехал в Москву.
   Она смотрела на него и пыталась унять дрожь. Вдруг ей стало ужасно холодно. Каждая клеточка в ее теле дрожала. Она боялась заговорить, потому что голос тоже должен был дрожать. С усилием проглотила воздух и ответила:
  -- Да, уехал. В марте. Теперь я тут совсем одна.
  -- А где дочка, мама? На даче живут?
  -- Да, им там лучше, чем здесь. Ну а мне приходится здесь - я продаю эту квартиру.
  -- Когда ты уезжаешь в Москву?
  -- Еще не знаю.
  -- А где будешь жить, когда продашь?
  -- У мамы, где же еще.
   Он подошел к ней ближе. "Нет, только не это! Не подходи ко мне ближе, не надо, пожалуйста! Не смотри на меня своими глазами, не улыбайся мне. Зачем ты вообще пришел сюда!"
  -- Пойдем, покажешь мне свою квартиру.
  -- Она не моя. А скоро я здесь и жить не буду.
  -- Это неважно. Все равно покажи.
   Они пошли на кухню. Наталья стала накрывать на стол. Раздался звонок в дверь. "Слава богу, это Татьяна!", подумалось ей.
   Татьяна зашла, и ее приятная светлая улыбка разрядила напряженность. Вместе с Натальей начала накрывать на стол, болтая о всяких пустяках.
   Сначала разговор не клеился. Но после второго тоста беседа оживилась. Говорили обо всем и ни о чем.
   Потом Сергей пошел курить на балкон. Татьяна толкнула Наталью:
  -- Иди, побудь с ним наедине.
  -- Я не хочу! И не пойду. Мне достаточно того, что я вижу его.
  -- Дурочка, иди быстро! Я тебе никогда этого не прощу! Ты думаешь, мне очень нужна была эта встреча? Я все это организовала исключительно ради вас двоих. Чтобы вы снова были вместе. Иди к нему.
   Она встала и силком вытащила Наталью из-за стола, толкнула в коридор, что вел в зал.
   Наталья вышла на балкон. Он повернулся, посмотрел на нее. Выбросил сигарету. Подошел вплотную и молча обнял ее за талию, притянул к себе, прижал. Ей казалось, что сейчас ее сердце выпрыгнет из груди. Оно билось на грани возможного где-то в районе горла. "Я думал о тебе", очень тихо сказал он. Она молчала. Она не могла говорить. "Пойдем, а то Татьяна подумает что-нибудь плохое". Он взял ее за руку, и они вышли обратно в зал. Потом вдруг повернулся, сделал движение ей навстречу, как будто хотел поцеловать ее. Она отпрянула. "Нет, пожалуйста, только не это!", мысли закружились вихрем. Только не это!
  
   Наталья была пьяна. Взглянула на часы. Девятый час. Пора заканчивать. Иначе это может закончиться плохо. Пока она еще может себя контролировать. Пока она еще может сопротивляться дикому желанию.
  -- Наташ, покажи нам вид из окна твоей спальни, он просто чудесен! - сказала Татьяна. Она уже тоже плохо соображала. Все трое, они были уже излишне пьяны.
  -- Пойдем! Да и душно, я открою окно, и мы подышим воздухом.
   Они пошли в спальню. Наталья любила эту комнату. Она была очень солнечной и самой просторной в квартире. В ней сочетались бордовый и золотой тона. Из окна открывался чудесный вид на самую большую бухту в их городе, где был расположен порт. Вечером это было совершенно незабываемым зрелищем.
   Наталья открыла окно и облокотилась на подоконник. Вдохнула полной грудью свежий морской воздух, напоенный влагой недавнего дождя. Сейчас дождя не было, и сырая мгла была пронизана светом фар машин и фонарей города и порта.
   Сергей встал прямо за ней, Татьяна встала чуть поодаль. Наталья чувствовала за собой его дыхание.
  -- Смотрите, как красиво. В любое время года, когда я смотрю из этого окна на город, мне становится так хорошо. Кажется, что я птица и парю в небе!
   Она не поворачивалась к ним. Ей казалось, что она совсем одна. И тут она почувствовала, как он приблизился к ней и обнял ее. Оторвал от подоконника и повернул к себе. Лицо его оказалось так близко, слишком близко. И губы, которые она так любила, притронулись к ее губам. Она задрожала всем телом. Ей так нужно было оттолкнуть его. Татьяны в комнате уже не было, она благоразумно удалилась, оставив их наедине. Отступать было некуда.
   Все чувства, все мысли, все желания, что она так долго гасила в себе, прятала, уничтожала, вдруг вихрем вырвались на свободу и разбушевались. Она обняла его, она хотела его. Ничто, никто теперь не могли ее остановить. Она хотела любить. Обнимать это тело, смотреть в эти глаза, стонать от наслаждения в его объятиях.
   Он уронил ее на кровать. Она не сопротивлялась. Она хотела этого. Мир обрушился вокруг нее. Все, что было дальше, было симфонией ее любви. Бурной, стремительной, ненасытной рекой ее желаний. Она стонала и билась в его объятиях. Она так долго этого ждала!
   VI.
  
   Неделя прошла с той сумасшедшей ночи. Я прожила эту неделю как во сне. Снова и снова прокручивая ту ночь в своей памяти.
   Он остался со мной в тот вечер. Ночевал у меня. Зачем я сделала это? Я ведь обещала мужу и самой себе, что это никогда не повторится. Господи, это ужасно все.
   Я проснулась в то утро от того, что на кухне капала вода. Открыла глаза. Мне было страшно повернуться и посмотреть на него. Увидеть его. Снова посмотреть в эти глаза. Я была пьяна. Я не соображала, что я делаю, мне все происходящее казалось сном. Пусть сладостным, но сном. Но вот настал другой день. И надо осознать, что это все было правдой. И ведь нужно будет ему что-то сказать. Что? И зачем? Он наверняка проснется с чувством сожаления, что остался. Ведь теперь у него дома будет скандал.
   Он проснулся и обнял меня. И мы опять занимались любовью, медленно, с наслаждением, вспоминая, насколько это упоительно всегда было между нами. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Он лежал на спине и тяжело вздыхал. Господи, только не жалей о случившемся! Пожалуйста, не надо. Ведь я люблю тебя. Я могла стать для тебя всем. Все сделать только для одного тебя. И убить соседей, как Земфира, и достать звезду с неба. Даже, если бы ты попросил меня лечь на рельсы, я сделала бы это, нисколько не сомневаясь. Но тебе это не нужно. Ты лежал и думал о том, что ты теперь скажешь дома, и как бы побыстрее и поспокойнее от меня уйти.
   А я лежала рядом и смотрела на тебя. Я гладила твою кожу и твои волосы, стараясь запомнить пальцами свои ощущения. Мое сердце в тот момент трепетало на кончиках моих пальцев. Мне хотелось раствориться в тебе, остаться с тобой навсегда. Почему, почему жизнь так жестока? Почему мое сердце должно рваться на тысячи частей. Почему так все?
   Ты не стал тянуть. Ты оделся и, уходя, сказал. Спокойно, без ярких фраз, но так, что меня как будто облили ледяной водой: "Продолжение меня не интересует".
   Я знаю, знаю. Я знаю все твои трещинки, мой дорогой, мой ненаглядный, мой любимый Сергей. Я знаю, что ты провел ночь, тебе было здорово, но это и все. Ты нарушил мой покой, опять ворвался как тень из царства мертвых, в мою жизнь, и так же исчезнешь теперь.
   Мне уже не больно. Я даже не плачу от безысходности. Я просто вопрошаю своего сценариста на небесах - доколе я буду жертвой этого дьявола? Зачем именно мне он послан. И почему я так безумно, безоглядно, несмотря ни на что, вопреки любому здравому смыслу, люблю его!
  
   Я позвонила Татьяне сегодня. Мне нужна ее поддержка. Две недели прошло, две. Он так и не позвонил мне. Собственно, я не особенно ждала этого.
   Но самое главное другое. У меня задержка. Это слишком страшно, я не хочу об этом думать. Этого не может быть, потому что этого не может быть в принципе. Хотя, может и не так страшно. Я даже знаю, что я буду делать, если подтвердятся самые неприятные догадки. Ведь это у меня уже никто не сможет отобрать. Это будет просто здорово, на самом деле. Важно будет сделать только одно - слетать в Москву и сделать вид, что я пошла навстречу пожеланиям Кирилла по поводу второго ребенка. Нет, пока об этом думать не буду.
   Точно, это было бы замечательно. У меня осталась бы тогда навсегда часть человека, которого я люблю больше жизни. И он ведь об этом даже не узнает никогда! А я буду смотреть в те голубые глаза всегда, всю жизнь.
   Господи, что я такое думаю! Как я могу так думать! Нельзя так обойтись с Кириллом. Он не заслужил этого.
   Это все от нервов, от того, что я вот уже две недели нахожусь на грани истерики. Я не хочу звонить ему сама, но и не могу ждать, когда он это сделает. Вернее даже нет. Я точно знаю, что он не позвонит. Скорее, он уже забыл об этом приятном приключении. Зачем же я помню? Зачем я так цепляюсь за это воспоминание и ощущение? Зачем думаю о нем?
   Ни за чем. Я не могу просто иначе.
   Надо звонить Татьяне. Она старше меня. Она знает о нем многое. Быть может, она поможет мне найти выход из этого тупика. Надо рассказать ей, надо попросить у нее помощи.
   VII.
  
   Татьяна смотрела на нее изумленно.
  -- Наталья, ты меня просто убиваешь! Хочешь быть с ним - будь. Напиши, или позвони. Сама. Что в этом может быть ужасного?
  -- А вдруг он пошлет меня?! Мне и без того плохо, еще услышать его холодный недовольный тон..... После этого можно будет вообще пойти и повеситься.
  -- Ты рассуждаешь, как маленькая. С чего бы он посылал тебя? Вы столько времени были не чужие друг другу. Провели последний раз замечательно время вместе.... Ну подумай, с какой бы стати он посылал тебя? Попробуй, позвони. Хуже от этого точно не будет.
  -- Я боюсь. Я боюсь его. Я устала от бесконечной боли.
  -- Наташ, ты бы лучше про задержку свою подумала. Это вот тебе точно не нужно. Как ты могла так безответственно отнестись к этому делу?!
  -- Не знаю. Мне все равно. Мне было так хорошо. Мне плевать на последствия, какими бы они ни были. Физическая боль - ничто по сравнению с болью душевной.
  -- Господи, как ты еще наивна. Когда же ты вырастешь? Повзрослеешь? Перестанешь из мужиков делать проблему в своей жизни? Наслаждайся ими. Бери от них приятное, получай удовольствие и не задумывайся, что будет дальше. Вот ты сейчас одна. Позвони Сергею, встречайся с ним. У тебя квартира стоит пустая. Получай удовольствие, пока возможно. Я уверена, он против не будет. Всего лишь потому, что он совсем не тот прекрасный принц на белом коне, каким ты его пытаешься представить.
  -- Я и не представляю его таким. Я чувствую его лучше, чем кто-либо. Все его трещинки и недостатки. Все его минусы и плюсы. Просто я люблю его. Я сошла с ума.
  -- Ты просто распустилась! В наш жестокий век думаешь о любви. А знаешь почему? Потому что у тебя есть деньги, достаток, уверенность в завтрашнем дне. Если бы ты считала копейки до зарплаты и не знала, чем накормить ребенка, ты бы забыла про любовь.
  -- Ты предлагаешь мне попробовать такую жизнь?! Я не хочу. Меня моя жизнь устраивает.
  -- Нет, я просто хочу, чтобы ты поняла, что любовь - вымыслы юности, когда в жизни нет проблем. У тебя их нет. Вот ты и придумала себе любовь. Запомни, Сергей думает также!
  -- Думайте, как хотите. Я вам свое видение не навязываю.
  
   Наталья не рискнула позвонить. Она написала ему по аське. Как уже привыкла делать. Эта связь ни к чему не обязывает человека на том конце провода. Он не видит, не слышит, он только пишет. А буквы всегда имеют одинаковое начертание.
   Это показалось ей удивительным, но он ответил. Наталья написала ему только тогда, когда ее проблема со здоровьем разрешилась. Если бы было иначе, она не стала бы его искать. Это была бы только ее проблема, только ее боль и только ее горе. Никогда в жизни не пришло бы ей в голову говорить с ним о своих страданиях.
   Они опять много общались виртуально. Рассказывали друг другу о том, как жили это время. Так она узнала, что зимой у него родился второй сын, что его отец смертельно болен, что больше он не работает там, где работал раньше. Что он счастлив в своей семье и ничего другого теперь ему не нужно.
   Ее это не обижало. Но и не радовало. Она жила сама в себе, наслаждалась этими моментами очередного сближения. Наталья знала, что это ненадолго. Что стоит ей однажды сорваться, крикнуть ему о своей любви, и все - он растворится. Теперь он был совершенно спокоен и посягательств на свой покой не потерпел бы ни в коем случае.
   Неожиданно он предложил ей встретиться. Сказал, что опять пришел бы к ней в гости с удовольствием. Ее это обрадовало. Значит, он все же хотел ее. Значит, он все же не забыл ту ночь. А может быть, ему было не настолько уж и хорошо а этой жизни, как хотелось изобразить.
  
   Это был чудесный вечер. Он был так ласков, так нежен с ней. Она буквально растворялась в его таких любимых, таких замечательных глазах. Она была трезва и впитывала в себя, как губка, эти удивительные, такие дорогие ее сердцу ощущения его тела, его волос. Казалось, все существо ее взмыло вверх, до недосягаемых высот. Быть может, этот вечер больше никогда не повторится. Но он был в ее жизни. Движения тела слились со звуком падающих капель дождя за окном.
   Он ушел. А она лежала на смятой постели, обняв подушку, жадно вдыхая, стараясь задержать в памяти чудный запах его волос. Она закрыла глаза, и все еще кружилась в вихре замечательной плотской любви. За окном шумел дождь, и тело, не успев еще забыть, стало тосковать по теплу его тела. Которое уже никогда не будет рядом. Почему-то казалось, что вот теперь он ушел навсегда. Наверное, так было бы лучше всего. Запомнить его вот таким ласковым, нежным, только ее.
   Но пришло следующее утро. И снова жизнь пошла по кругу. Каждый день она включала аську в надежде, что вот сегодня он скажет ей "Давай встретимся!" И снова ей ужасно хотелось вновь почувствовать его тело рядом, насладиться его упоительными ласками.
   И каждый день она начинала с вопроса "Мы сегодня увидимся?" Сначала он отшучивался. Потом однажды сказал "Каждый день одно и то же! Тебе не надоело. Мне - надоело!"
   Господи, да, наверное, она излишне навязчива. Но она опять так любит, ей так хочется быть с ним рядом. Нет, не всю жизнь. Если бы она была рядом всю жизнь, она задохнулась бы, перестала существовать от своей любви к нему. Чуть-чуть, хотя бы еще разок быть рядом с ним.
  
   За окном был опять пасмурный день. Похоже, в это лето город так и не увидит солнца. Она смотрела на плачущее небо, как будто хотела найти там ответ на тысячу своих вопросов. И сегодня он не сможет с ней встретиться. Как говорит Татьяна? "Нет слова "не могу", есть слово "не хочу"! Ее поволокло, вспышка дикой ярости застилала глаза. Наталья начала говорить ему о том, как он важен для нее, как он ей нужен. А она ему - совсем нет. Что ей хочется его видеть, а он только отнекивается. Что если она ему не нужна, то пусть скажет ей об этом, пусть пошлет ее, но только не мучает так, как делает это теперь.
   Наталья понимала, что вот сейчас он скажет ей что-нибудь мучительно холодное и закроет диалог. Так и случилось. "Раньше тебе нужен был год, чтобы поехать не в ту сторону. Теперь тебе хватает двух месяцев. Это плохо. Очень плохо". Он замолчал.
   В какую сторону? Какая вообще может быть сторона? И тогда, и сейчас она безответно, безнадежно любит его, не надеясь ни на взаимность, ни на вообще что-либо. Просто любит. Да, она хочет видеть его. Но если он не хочет идти ей навстречу - пусть скажет, прямо, спокойно. Пошлет грубо. Но не отнекивается, ссылаясь на несуществующие дела.
   На следующий день она опять попыталась завязать разговор. Но сделала глупость, поддев его. В ответ прозвучало лишь короткое: "вот дура!"
   Все, стоп. Пожалуй, хватит. Она задохнулась. За что? За ее преданность ему, за ее любовь?? Да, она - дура. Потому что влюбилась в него, потому что один раз пустила в свою жизнь и душу, и второй раз сделала тоже самое. "Да, ты прав, дорогой! Бесконечно и как всегда прав! Я - совершеннейшая идиотка. Абсолютная в своем идиотизме! Я не буду тебе больше надоедать. Живи, живи счастливо!"
   Все в ней кипело. Но что она могла сделать? Она ведь внутренне ждала этого, знала, что это случится. Только одно, забыть его, как можно скорее забыть навсегда.
   Через две недели Наталья улетела в Москву, к Кириллу. Она думала о том, что возвращаться обратно ей совершенно не хочется. Она вернется только за тем, чтобы забрать маму и ребенка. Здесь, в родном городе ее больше ничего не держало. Любовь застыла мертвым айсбергом в ее груди.
   Перед отъездом она встретилась с Татьяной.
  -- Я сама виновата. Я во всем виновата сама. Теперь я буду исправлять свои ошибки. Я поеду к Кириллу, я буду покорной и ласковой. Я уеду отдыхать на море. Я забуду, забуду все, что тревожило меня так долго. Этот человек перестанет для меня существовать!
  -- Наташа, он ведь не был обязан ответить тебе тем же чувством, что испытывала ты. Тебе просто пора излечиться. Езжай, тебя отвлечет поездка от грустных мыслей. Познакомишься с кем-нибудь, быть может, даже влюбишься!
  -- Нет! Я не хочу больше любить. Никогда!
   VIII.
  
   Ну вот, я и вернулась в родной город! Родной, любимый, замечательный город. Только после разлуки понимаешь, насколько дорого тебе то место на карте, где прошла большая часть твоей жизни.
   Отлично я отдохнула, просто замечательно! Я побывала в Египте!! Лет 10 назад даже представить было сложно, что это так просто - увидеть пирамиды. Четыре часа на самолете - и ты на берегу удивительного теплого Красного моря. Вокруг тебя - дышащая зноем бесконечная пустыня. Насколько видит глаз - сочетание голубого и желтого цвета. Все переливается и дышит солнцем, зноем, особенной грациозной, ни на что не похожей красотой.
   Жаль, конечно, что Кирилл не смог со мной поехать. Но даже те две недели, что мы провели вместе в Москве, определенно пошли нашим отношениям на пользу. Ведь мы оба старались, очень старались снова понравиться друг другу.
   Когда он меня провожал в аэропорту, у него даже голос дрогнул. "Береги себя! Я сделаю все, чтобы вы переехали сюда как можно скорее!" Жаль, что этого нельзя сделать прямо сейчас. И зря он вложил деньги в строительство, а не купил готовую квартиру.
   Теперь у нас все получится! Я уверена в этом.
   Сергея больше нет для меня. Собственно, его никогда и не было. Я придумала себе человека, и этот образ полюбила. Образ, созданный собственным воображением. Моя судьба никак не связана с его. Это я насильно связывала свою судьбу с придуманным образом. Возможно, он понимал это и потому оттолкнул меня. Он поступил совершенно правильно и гуманно. Ведь если ребенок верит в Деда Мороза, рано или поздно придется объяснить ему, что это - только вымысел.
   Заехала сегодня на работу. У меня еще две недели отпуска. Надо бы заняться маминым домом, ведь теперь почти год мне жить там. Сделать небольшую перестановку, обновить мебель.
   Опять эта дикая пробка. Господи, как люди в этот не по сезону жаркий сентябрь работают, думают, стоят в этих пробках. Не поеду больше в центр, пока не выйду на работу.
   Термостат опять в машине барахлит. Менять пора. Открою окно, хоть на улице и дышать нечем. Так, музыку погромче, и стойко продержаться тут еще как минимум полчаса.
   Можно еще посмотреть направо, что и кто едет рядом. Господи, как народ тут умудряется выстроиться в 5-6 рядов? В 10 сантиметрах от бока соседа. И ведь ездим же!
   Стоп, уж слишком знакома мне машина в крайнем правом ряду. Такая грязная и запущенная только одна в городе. Но Сергей вроде ведь отдал свою машину. Нет, точно, это он за рулем. Пожалуй, стоит ему посигналить. И улыбнуться. Чтобы осознал, что все прошло. Главное, улыбку сделать довольнее, чтобы достичь полного эффекта всеобъемлющего счастья. Посигналила. Он повернулся, посмотрел, улыбнулся. Ну и пошел к черту! Я теперь другая. Нет больше той Натальи. Умерла, блин. Кончилась. Ты ее сам убил!
   Спрашивается, тебе что, так плохо было от моей любви? Она тебя напрягала или мешала? Обязательно нужно было объяснить мне, что Деда Мороза нет?
   Ненавижу тебя! Ты разрушил мне сердце и душу. Ну и что, что ты тут не при чем. Человек всегда на кого-нибудь перекладывает свою вину. Это у него в эгоистичной крови!
   А может быть, я ошибалась на счет тебя совсем в другую сторону? Быть может, ты слишком хорошо маскировался. Прятал свои собственные чувства под маской безразличия, боялся, что когда я узнаю, что моя любовь взаимна, перестану тебя любить?
   Как-то Татьяна сказала про тебя, что на самом деле ты очень неуверен в себе. Что, возможно, все твои рассказы про бесконечное количество любовниц - неприкрытая ложь, дабы самому попробовать уверовать в собственные силы. Татьяна всегда считала тебя лжецом. Она говорила, что много раз ловила тебя на этом. А когда спросила об этом в лоб, ты спокойно ответил: "Да, я лгу. Часто и без повода. Почему? Да я сам не знаю почему! Мне так хочется!"
   Правильно! Вот это совершенно точно. Ты делаешь в этой жизни только то, что тебе хочется и ничего больше. Но ты в этом неоригинален. Таких - большинство. И имя этому качеству - махровый эгоизм!
   Все это теперь неважно. Как бы я не пыталась даже сейчас себя убедить, я все равно тебя люблю. Теперь, правда, я даже не могу описать свою любовь. Какая она? Я не знаю. Я просто знаю, что она живет в моем сердце. И мне нельзя больше никогда приближаться к тебе. Нельзя видеть тебя. Ибо, если это произойдет, я уже не перенесу очередной разлуки. Она окончательно меня разрушит. Мне не быть с тобой, но и без тебя моя душа мертва!
  
  
   IX.
  
   Тогда, летом, Наталья не удалила Сергея из контакт-листа своей аськи. Теперь она вообще редко открывала аську. Там не было никого, с кем ей хотелось бы поговорить.
   В этом году зима пришла слишком рано. В конце октября уже выпал первый снег. Наталья не любила зиму. Обычно зимой в ее жизни обязательно случалось что-нибудь неприятное.
   Она открыла контакт-лист. Вот он, сидит там, он здесь, достаточно просто отправить сообщение, чтобы достать его из небытия. Нужно ли ей это? Нет, ей не просто это не нужно. Для нее это смертельно опасно. Надо было еще тогда его удалить. Меньше было бы соблазна теперь.
   Она медлила. Не закрывала, не удаляла, но и не посылала сообщение. Потом глубоко вдохнула, как перед прыжком в воду. И набрала сообщение:
   "Ты у нас все знаешь...
   Подскажи, если не трудно и если знаешь, где можно
   скачать три мультика:
   "Ледниковый период", "Приключения императора",
   "Спирит - душа прерий".
   Спасибо".
   Она надеялась лишь на лаконичный ответ на поставленный вопрос. Или вернее, она надеялась, что ей не ответят вообще. Но ответ пришел незамедлительно:
   "Может лучше сперва заняться сексом?
   А потом перейти уже к зрелищам?"
   И дальше:
   "Не верно думаешь".
  
   ""Ледниковый период" - на винте
   "Приключения императора" - на диске
   "Спирит - душа прерий" - он еще в кинотеатрах
   идет, версий нет на диске ни у кого
   и вам спасибо"
  
   "Извини
   Давай серьезно"
   Наталья прочитала. Еще раз и еще, и еще.... "Не надо! Не делай этого, не начинай! ТЫ же все прекрасно понимаешь! Ты сама себе роешь могилу! Ты скоро уедешь отсюда, у тебя все будет хорошо, просто не может быть по-другому! Он не нужен тебе и ты ему не нужна. Вы - лишнее звено в цепочке другого!" Так думал ее мозг. А сердце пело совсем другую песню: "Ты всегда будешь его любить. И у тебя осталось меньше года, чтобы видеть свою любовь, чтобы возможно дотронуться до нее, вновь улететь на небеса, слиться с ним в порыве страсти! Смотри, он ведь не против этого, наверняка! А откуда ты знаешь, быть может, он тоже любит тебя и также насильно отрывает себя от тебя. Быть может, он тоже боится, боится попасть в смертельную зависимость от тебя, испытать острую боль. Начни. Быть может на этот раз он сбросит маску, быть может, это будет последний счастливый год твоей жизни, после которого уже ничего для тебя не сможет быть!"
   И она ответила. Снова начала этот путь. Заново пытаясь быть не яростной в своей любви, а нежной. Начала, чтобы донести до него всю глубину и вечность своего великого чувства, затронуть его, зажечь. Зачем было это делать? Ведь им суждена была разлука, и она знала об этом. Для нее лучше год было прожить на вулкане, чем вечность - в темноте глубокой пропасти. Любовь эгоистична, всегда. Понимая совершенно все, осознавая бессмысленность своих действий, она все же ждала, ждала, что ее огонь растопит его лед. Времени у нее на это оставалось немного.
  
   В конце ноября у него было день рождения. Ей хотелось подарить ему что-нибудь особенное. Непохожее ни на что. Что-нибудь, что запомнилось бы и ей, и ему. Второй день она ходила по магазинам и не могла найти нужного. Ей было все равно, сколько это будет стоить. Когда речь шла о нем, все в этой жизни для нее теряло любую ценность. Она шла по магазину, рассматривая почти уже безучастным взглядом витрины, и вдруг остановилась. ЭТО стояло в глубине маленького магазинчика сувениров. Это было МАСКА. Выполненная со вкусом, без особых изысков. Про себя Наталья сразу обозвала ее Коварством. Коварство смотрело на нее узкими прорезями глаз и призывало взять в свои руки, потрогать, почувствовать прохладную поверхность. Как под гипнозом она подошла ближе. Попросила показать ей маску. Взяла ее в руки. Коварство. Разве Сергей коварен? Наталья не знала этого. Общаясь с этим человеком уже долгое время, она до сих пор не знала его. Он так и остался закрытой раковиной. Но Коварство - это был он. Это было одно целое - он и эта маска. Она погладила разрисованное лицо маски. Внезапно внутри вспыхнуло острое желание кинуть ее об пол, разбить на тысячи мелких осколков. Показалось вдруг, что сделай она это и с него тоже слетит маска, которую он так тщательно при ней носил. Она улыбнулась продавщице и спросила цену. Отдала деньги, и, прижимая пакетик с покупкой к груди, вышла из магазина.
   Он не пригласил ее провести с ним хоть сколько-то времени в день рождения. Они сидели в ее машине и говорили. О чем? Да как обычно. Обо всем и ни о чем конкретно. Он сказал, что ему пора - дома его ждет семья, гости. Она отдала ему пакетик, сжала его руку. "Потом посмотришь, ладно? И скажешь, понравилось или нет" Ей хотелось, чтобы он встретился со своей маской без свидетелей. Понял ее намек на то, что она не может больше видеть его маску, что ей безумно хочется сорвать, разбить, растоптать эту маску. Увидеть его таким, какой он есть на самом деле. Узнать, наконец, горит ли в его душе огонек, его подлинное лицо, раскрыть раковину и найти там пустоту или жемчужину.
  
   Она приехала к нему в офис по делу. После шести там уже никого не было, кроме него. Она зашла, и вдруг, неожиданно для самой себя, повернулась и порывисто обняла его. Все ее существо так соскучилось по нему. Так рвалось ему навстречу. Он не отодвинул ее. Похоже, ему хотелось того же и сейчас же. Никогда раньше она не занималась любовью в офисе. Всегда считала это унизительным. Но сейчас ей было все равно, где это происходит. Главное, чтобы это было!
   Наталья дошла до той черты, когда человек в своем безумии чувств перестает отделять плохое от хорошего, когда он готов совершить любые, самые безумные поступки, броситься в пропасть и взлететь в небо. Ее преданность, жертвенность по отношению к нему достигли своего апогея. Еще более подстегивал ее тот факт, что скоро она расстанется с ним навсегда. После такого атомного взрыва в душе должен был либо образоваться новый мир, либо должно было исчезнуть все, все совершенно.
   Где-то, в глубине своего сознания она не сомневалась, что маска не будет сорвана никогда, она навсегда останется со своим хозяином. Ибо человек этот не доверял никому и никогда. Его железный панцирь, одетый в незапамятные времена, никогда и ни для кого не будет снят, так как нет в нем веры никому. Он привык жить в мире предательства и лжи. Он не верил в бескорыстную, чистую любовь. И с чего бы верить?
   Наталья нашла свою любовь, или придумала. Но что получила она, кроме боли и страданий. Краткие мгновения счастья в его объятиях в итоге оборачивались в года ее морального одиночества и горя.
  
  
  
  
  
  
   X.
  
   Угораздило же меня родиться в такой холод. Не люблю зиму. Но эта зима у меня особенная! Я опять рядом с ним. Виртуально, конечно. Но все же мы видимся, и у нас даже есть секс! Самые счастливые мои моменты! Как здорово снова обнимать его тело, гладить волосы, ощущать бесконечное счастье в душе и ленивую негу во всем теле.
   Он стал немного другим. Постарел и как-то смягчился, наверное. Стал более человечным, близким. Я знаю, что мне никогда, даже самой пылкой любовью не растопить его лед. Но сейчас я рядом с ним, и о будущем думать не хочется.
   Он тоже скоро уезжает. В Китай, или Ленинград. Работать и жить. Нам суждено расстаться. В тот момент все во мне оборвется. Душа замрет и сердце остановится.
   Недавно он начал говорить о том, что если уедет в Китай, будет вызывать меня туда! Он врет, я знаю. Но зачем? Мне бы очень этого хотелось, очень. Побыть хоть неделю с ним рядом, круглые сутки смотреть в его глаза и любить его тело! Но этого не будет, я это точно знаю. Я это чувствую. И причин тому может быть несколько. Например, он не поедет туда. А самая вероятная, что мы расстанемся раньше. Точно в тот момент, когда мое нетерпение превысит степень моей сдержанности. Когда я начну упрашивать его встречаться чаще. А он все чаще начнет отвечать отказами. И я не выдержу, я опять вспылю, потребую удовлетворения моей безумной страсти, начну говорить ему гадости, стремясь задеть его побольнее, сорвать его маску.
   Грозные признаки этого уже есть. Он все откладывает нашу очередную встречу. Ему то некогда, то дела, то семья. Все чаще он опять говорит о том, какая замечательная у него семья. Сергей, да неужели ты вправду думаешь, что я могу покуситься на твою семью? Принести тебе горе в любых проявлениях? Кажется, ты придумал себе однажды, что я стремлюсь заполучить тебя, увести из семьи, утолить свою страсть и бросить! Если ты действительно думаешь так - ты ужасно глуп, гораздо глупее, чем я думала. Ты для меня - бог. А богу невозможно даже подумать сделать плохо. Мне дорог ты целиком, такой, какой ты есть. И именно в том состоянии, в котором ты существуешь. Да, мне очень, очень хотелось бы, чтобы ты ответил мне взаимностью, был заинтересован во мне. Но нет этого, нет! И никогда не будет.
   Да, мне иногда хочется сказать что-нибудь такое, чтобы вывести тебя из твоего всегдашнего спокойствия, из твоей всегдашней холодности. Для самой себя создать иллюзию, что я имею для тебя значение, что ты боишься меня потерять. Но я знаю, что этого не произойдет никогда. Что в этом случае, ты просто станешь опять совершенно далеким, скажешь мне что-нибудь леденящее душу и по которому разу прервешь нашу зыбкую связь. И в этот раз это будет уже навсегда.
   Завтра мой день рождения. На улице лютый мороз. Это всегда так в мой день рождения. Или снег, или мороз, а в этот вот раз все вместе. Я не жду его поздравлений или подарков. Он не обязан это делать. Да и для меня самым лучшим подарком был бы вечер с ним. Его тело, его голос, его глаза - вот мой лучший подарок.
   Я надеюсь, я очень хочу верить, что он сделает то, о чем я мечтаю. Если он не догадается сам, я подскажу ему. Я скажу ему об этом прямо, между нами не может быть секретов! Но ведь он может и отказаться. Тогда я буду злиться, очень злиться, но не покажу вида, нет, не покажу. Только не стоит пить много. Иначе вся моя боль все же выплеснется на него.
  
   Так, я все таки пьяна. Не слишком ли много я пью последнее время? Так можно стать алкоголичкой. Все с утра меня поздравляют! Приятно, коллектив меня любит. Я тоже его люблю.
   Сергей ограничился пожеланием счастья. Сережа! Ну, когда же ты поймешь, что для меня счастье уже невозможно. И у меня уже никогда не будет ничего хорошо. Потому что ты живешь в моем сердце, ты навсегда поселился там. Конкретно сегодня, как и завтра, и послезавтра, счастье для меня возможно, только если я вижу тебя. Вот тогда я действительно счастлива.
   А сегодня, сегодня я тебя увижу? Я могу задать тебе этот вопрос сегодня тысячу раз. Я могу даже сама к тебе приехать, только видеть тебя, получить единственный для меня подарок.
  
   Natusik 29.01.03 15:10 Тэкс:)
   Ну и что у нас там на вечер видно?:)
  
   Сергей 29.01.03 15:11 вечер не видно
   малого в 18 от школы забирать
  
   Natusik 29.01.03 15:11 А потом?
  
   Natusik 29.01.03 15:13 Короче, меня сегодня игнорируют?
   Сергей 29.01.03 15:14 игнорируют?
   жена говорит (чуть что) что мне на нее плевать:)
   мне что, так же отвечать как ей? :)))))
   запросто:)
  
   Natusik 29.01.03 15:14 Не надо мне ничего отвечать.
   Я не жена, слава богу.
   Вообще никто.
   Этим никто и предпочитаю оставаться.
  
   Сергей 29.01.03 15:15 упс
   вам надо срочно принять на грудь;)
  
   Natusik 29.01.03 15:17 Уже приняла достаточно.
   Более чем.
   НАдеялась увидеть тебя.
   Увы.
   Ну и хрен с ним.
   Мне не привыкать. Это и к лучшему.
   Завтра привезу тебе диск. на колесах, по крайней
   мере, я могу добраться туда, куда хочу.
   Сергей 29.01.03 15:34 связь ни к черту:(
   я тут до 17:45 точно буду, потом уеду
  
   Natusik 29.01.03 15:35 Мне-то что от этого.
   Будь.
   Счастлив, тэкс сказать.
  
   Natusik 29.01.03 15:42 Да уж.....
   Пьяна....
   Отлично. Это - лучшее, что я могла сделать
   сегодня.
   Давненько так не набиралась.
   Отлично, просто отлично......
   Мужчины, которые имеют цену и значимость в моей
   жизни, остались тем, кем им и полагалось быть
   всегда....
   Глупая, тщедушная Натусик:))))))))))
   Сергей 29.01.03 15:46 а что я тебе на твою писанину могу сказать? :)))
   уж лучше промолчать;)
  
   Natusik 29.01.03 15:55 Ничего не можешь. Как часто люди думают - лучше
   промолчать. Наверное... Иногда и правда - лучше
   заткнуть свой рот и думать себе в тряпочку.
   Я действительно не знаю, ЧТО я тут пытаюсь
   изобразить возле тебя:))))))))) Любовница?:)) Да
   ну нафиг! Я отлично помню любовниц своего мужа.
   Друг?? Тут наверное больше Татьяна подходит - она
   ведь радуется за тебя. Знакомая? Слишком далеко.
   Я лучше чувствую. Лучше знаю.
   Что я делаю тут? Скорее мучаю себя.
  
   Вот теперь, именно теперь надо было бы остановиться, а еще лучше надо было остановиться гораздо раньше. Просто обидеться, надуть губки, по-женски изящно испариться. Но я уже ничего не соображаю. Я пру как танк, мне все равно, этот человек измучил меня своей таинственностью. Любовь к нему иссушила меня, я почти слабоумна, более всего мне хочется умереть!
  
   Natusik 29.01.03 16:13 Хотела сказать что-ниудь гадкое....
   Отвратительное... На запретную тему. Например,
   твоей ЗАМЕЧАТЕЛЬНОЙ семьи.
   Но не могу. Не могу делать больно.
   Как ты.
   Ты проигнорировал меня. И ладно. Завтра я привезу
   диск. Прошу быть на месте. Я не могу сама
   отринуть тебя. Я ЛЮБЛЮ тебя. Как никого не
   любила. Возможно потому, что ты меня НЕ любишь.
   Сердце разрывается, но его просто нет. Оно лежит
   на твоей ладони. А тебе наплевать на этот дар!
  
   Сергей 29.01.03 16:18 у меня действительно хорошая семья
   Natusik 29.01.03 16:21 Бывает.
   Интересно все же - что я для тебя?
   Надоедливая нимфа в тиши инетного
   пруда?:))))))))Скорее всего.
   Можешь не отвечать.
   Итак знаю.
  
   Сергей 29.01.03 16:22 нет, тебе лучше не пить:)
  
   Natusik 29.01.03 16:30 Не тебе судить.
   Лучше пить.
   Легче забыться - кто я, что я..... Какая
   разница?:))
  
   Сергей 29.01.03 16:31 :)))
   понеслось:)
   Natusik 29.01.03 16:32 Кофеинчик вреден для здоровья.
   Не переживай - я скоро уеду. А завтра приду сюда
   уже трезвая и правильная - как тебе нравится.
   Трезвость и правильность - залог успеха!
  
   Сергей 29.01.03 16:33 говорят же, пьяный - дурной:)
  
   Natusik 29.01.03 16:36 Господи!!!
   Да что тебе известно об этом?:)))))
   Сама правильность!!
   А я - мисс НЕправильность!
   У меня нет ничего! И не нужно. Не хочу быть
   правильной!!!
   Хочу быть дурой, эгоисткой, неправильной!!!
   Это бесподобно.
   Прости, я пьяна.
   Но сути это не меняет.
   Ты не отвечаешь на мои вопросы.
   Ответь на один.
   Стоп, остановись, пока не поздно. Ты уже сказала более чем достаточно! Прекрати немедленно, теперь ты потеряешь его навсегда! Господи, да какая разница! Я даже себя давно потеряла! Мы все равно расстанемся, все равно разлука неминуема. Какая разница, когда это случится, какая? Я очень агрессивна, когда пьяна. Пусть и ему будет хоть чуть-чуть больно! Пусть и он узнает, что значит, когда в твоей груди все разрывается на части
   Сергей, прости меня, я так глупа, я не могу ничего с собой поделать. Я устала, я устала жить так, как живу. Я столько времени уговаривала себя, что можно жить с дикой любовью в сердце и все таки быть счастливой, не видеть тебя, не слышать, не знать, что с тобой. Но это не так. Без тебя можно только существовать. Быть может, время вылечит меня. Но говорят, настоящая, идеальная любовь не проходит никогда. Она не начинается и не заканчивается, она просто живет в душе каждого из нас. Ее просто не всем дано найти. И совсем не значит, что нашедший ее будет счастлив.
   Natusik 29.01.03 17:01 То, что для всех - однозначно не для меня
   Блин, хочу домой.
   Голова кругом и мысли - вихрем.
   Сергей 29.01.03 17:03 езжай:)
   муж поздравлять будет ;)
   Natusik 29.01.03 17:03 У меня Total в ушах:))
   Сейчас опять гнать начну:)))))))
   Помнишь?:)
   На ушко так нежно - "а остальное неважно":)
   Natusik 29.01.03 17:05 Не на чем.
   Пока.
   "Я еще жива".
   Поздравил уже. В полпервого ночи. Лучше бы и не
   поздравлял.
   Уехать в Москву?:)
   Ты - не расстроишься, он - обрадуется. Все будут
   довольны!:)))))
   А я - горда собой:(
   Natusik 29.01.03 17:06 "твои пальцы скользят по моей коже.
   Все, что хочешь во мне, ты возьми - если
   сможешь":)
   Natusik 29.01.03 17:10 Кто ж тебя еще будет любить так нежно и так
   больно?:)
   Запомни это:)
   Ничто в жизни не повторяется.
   Меня тоже любили также. Давно. Но запомнилось
   навсегда. Человеческая боль. Человеческая любовь.
   Человеческая кровь. Жизнь на грани истерики:)
   Мужчины тоже умеют любить. Когда хотят этого.
   Меня убивали, но не убили. Меня любили, но
   недолюбили:)
   Жаль, что не убили:) Все бы решилось
   давным-давно:)
   "Уходим на закат, уходим на восход
   Не бойся больше ничего!
   Не будет больше ничего!:)
   Сергей 29.01.03 17:15 куда бы твою энергию направить, что бы она тебя
   не разнесла:)
   Natusik 29.01.03 17:16 Да не нужно никуда ее направлять.
   Это не энергия.
   Это лишь стремление.
   Овладеть.
   И забыть потом.
   Сергей 29.01.03 17:16 вот вот, покорить и уйти:)
   Natusik 29.01.03 17:18 Рано или поздно нужно было сказать. Да, больно,
   что может быть после этого, говорить со мной не
   захотят.
   Но это разрывает меня на части.
   Natusik 29.01.03 17:23 Я действительно люблю тебя. Очень. Слишком
   сильно. Иногда я думаю, что это - ненормальность.
   Но!
   Давно, очень давно я хотела быть с тобой. Рядом.
   Увести, забрать, сделать что угодно. Но только
   быть рядом. Разрушить, что угодно.
   Это был период ну может быть месяца два-три. А
   потом была история с трамваем. И я поняла, что ты
   - человек, который никогда! никогда не пойдет на
   решительные шаги, даже если очень хочется. Что в
   принципе, я попала в дурную ситуацию, когда я -
   лишоь падшая женщина, ставшая любовницей не
   слишком чистоплотного мужчины. Похожего, слишком
   похожего на моего ЗАМЕЧАТЕЛЬНОГО мужа. Вы так с
   ним похожи:))))))
   Трахнуть сучку и вернуться в семью - что может
   быть милее:))
   Цирк в том, что я стала - следующей:))))) Сро
   своей великой любовью, с ни с чем не сравнимой
   страстью!:)
   Сергей 29.01.03 17:24 а чистоплотный мужчина после секса обязан
   жениться? :)
   Natusik 29.01.03 17:25 Но "я живу для тебя и я за тебя - умру":)))))
   Если бы Кирилл читал все это - он бы хохотал до
   упаду!:))))))
   Сказал бы - моя жена!:)) Моя великолепная
   супруга, такая недотрога, такая крутая, суперовая
   женщина, перед которой умилялись слишком многие
   сильные мира сего - и так унижается перед
   каким-то чселовеком???:)
   Умильно!:)
   Слава богу, он об этом не знает.
   Он прочитал всего одно письмо к тебе. Ему
   хватило:)))
   Он сказал - "как ты могла?":) Такая ледяная,
   такая недосягаемая в своей белости и
   пушистости:))
   Natusik 29.01.03 17:28 Жениться????
   Да кто об этом говорит???:)
   В тебе сильно коммунистическое воспитание??:)
   Жаль, очень жаль, что я не увижу тебя лет этак в
   50:))
   Сейчас ты меня не слышишь.
   Услышишь чуть позже - жизнь такая замечательная
   штука!:)
   Сергей 29.01.03 17:29 прикольно :)))))
   Natusik 29.01.03 17:31 Ничего прикольного:)
   Тебе прикольна моя страсть?:)
   Увы, но рано или поздно бог обрушивает на нас всю
   силу своего возмездия. Меня любили до одури двое
   мужчин - я призрела их чувства. Когда-нибудь ты
   будешь на моем месте:) И тебе будет также, как и
   мне:) Поймешь:))
   Сергей 29.01.03 17:32 нет, не страсть, все остальное:)
   Natusik 29.01.03 17:33 Хотела еще сказать, но.....
   Как-то расхотелось. Ты - хладнокровный, как и я:)
   В этом мы похожи. Эдик, помнится, бесился - "ты
   такая холодная, как заколдованная
   принцесса":))))))
   Мой принц ждал меня почти десяток лет спустя,
   чтобы сказать - "ах, не тебя так ждал
   я":))))))))))))))
   Сергей 29.01.03 17:33 ну и дурак
   Natusik 29.01.03 17:35 Кто из нас всех дурак - мы узнаем только спустя
   лет этак 10-20:)
   Как знать, может быть это будешь ты?:))
   Вот сейчас я сижу и думаю - ну почему, почему я
   отвергла любовь столь многих?:)
   Мне так ее теперь не хватает:))
   Сергей 29.01.03 17:36 почему то все именинники женского пола очень
   агрессивные в свой день рождения:)
   Natusik 29.01.03 17:38 Я уеду. Уеду туда, куда меня так зховет долг.
   Уеду и увезу с собой свою безумную любовь. Чтобы
   когда-нибудь сказать своей дочери - "никогда не
   смотри в голубые глаза":)
   Чтобы когда-нибудь найти за деньги себе мальчика,
   похожего на тебя - голубоглазого, светлого, как
   ангел - купить его за деньги и бросить:) Видеть
   боль в его глазах и наслаждаться ею. И думать о
   том, кто презирал меня в моем безумии:))))))
   Сергей 29.01.03 17:39 а дальше? ;)
   Natusik 29.01.03 17:40 А может быть это только те именинники, которых
   знаешь ты?:)
   Кого ты сделал счастливым?
   Никого!
   Ни одну особь женского пола!
   Да, мы - дурные, мы так слепо верим в свою мечту
   о светлом принце на белом коне - но это все чушь!
   Миф, который вы, мужчины, так стремитесь
   развенчать в первую очередь !:)
   Как это здорово!
   Знать, что мир суров и жесток:))
   Natusik 29.01.03 17:41 Дальше?:)))
   Дальше ничего нет.
   Нет ни мечты, ни веры, ни любви! Ничего нет:)))
   Die Another Day
   Сергей 29.01.03 17:44 жить для женщин? :)))
   спасибо, не хочу:)
   Сергей 29.01.03 17:45 я домой, пока:0
  
   Вот и все! Я знаю, что своей рукой подписала себе смертный приговор. Я слишком долго страдала, слишком долго жила в выдуманном мире. Маска победила меня. Завтра он не ответит мне. Он для себя все решил еще сегодня. Я не в силах поменять это мнение. Я не в силах изменить тот сценарий, что играли на небе специально для меня. Они задумали именно такой конец. И им он нравится. А я лишь дешевая актриска в их руках.
  
   Я сижу и смотрю в монитор. В который раз я перечитываю историю сообщений. Безумие, от начала до конца. Никогда нельзя мужчине так говорить о себе и о нем. Я знаю это, я все, все знаю. Обратного хода нет. Собственно, и надежды никакой не было. Совершенно безнадежно я написала ему. Я извинялась, сама не зная за что. Там были слова любви. Почему я должна была извиняться за них. Но, может быть, его это вернет? Я знаю, что нет, не вернет. Что он все решил. Ему надоело. Все надоело. Моя страсть, мое стремление к нему.
   Он ответил мне. Жестоко. С присущей ему холодностью и пренебрежением:
  
   Сергей 30.01.03 9:56 что у трезвого на уме, то у пьяного на языке
   не умеешь держать себя в руках?
   ты просто лгунья:)
   значит так, диск, если будет желание завези в
   институт и оставь на вахте для меня, я заберу
   потом
   если не будет желания, оставь его себе
   простить?
   тебя?
   один глупец у тебя был, сейчас есть второй,
   треьего в моем лице у тебя не будет
   пусть муж тебя прощает, он же и трахает
   все, бывай
   Natusik 30.01.03 10:20 Я знаю, что ты не читаешь. Или уже поставил в
   игнор.
   Я никогда тебе не лгала.
   Любила, люблю и буду любить тебя всегда.
   Мы не увидимся больше.
   Прощай.
  
   "Прощай!", крикнуло сердце, исчезая во мгле. "Прощай!", простонала душа. "Прощай и будь счастлив!", констатировал мозг.
   Где-то внутри все рвануло и распалось на мелкие брызги.
   Я подняла трубку телефона. Прекрасно зная, что бесполезно. Но хотелось утолить свой последний смертный голод. Услышать его голос.
  -- Не бросай, пожалуйста, трубку, выслушай меня. Я хочу увидеть тебя последний раз!
  -- Я не хочу.
  -- Почему?
  -- Я никогда не объясняю своих поступков!
   Ей показалось, что его голос истеричен. Он спешил стереть ее из памяти.
  -- Прости меня, пожалуйста! Я прошу прощения.
   Главное было не разрыдаться в трубку, не усилить его и без того плещущее через край презрение.
  -- Я тоже часто прошу извинения перед своей женой.
  -- Это не одно и то же!
  -- Да, ты и моя жена - не одно и тоже. Я не хочу продолжать этот бесполезный разговор!
  -- Я знаю, знаю! Но неужели ничто, ничто нас не связывает??!!
  -- Совершенно ничего. Каждые полгода повторяется одно и то же. Мне надоело, все надоело.
  -- Ну, неужели....
  -- Нет, все, хватит!
   В трубке послышались короткие гудки. Для меня все закончено. Моя любовь умрет со мной. И лучше бы моя смерть пришла быстрее!
  
  
   XI.
  
   Наталья продолжала жить. Ее удивляло это. Ей казалось, что она должна была сразу, на месте умереть. В ту же минуту, в то же мгновение. Перестать дышать, двигаться, видеть, слышать. На какое-то время именно так все и произошло.
   Но вот к ней подошел человек с вопросом, ему нужно было что-то от нее. Она отвела взгляд от окна, посмотрела на человека. "Что вам всем от меня нужно? Оставьте меня в покое, дайте мне яд, вытолкните меня из окна, я не могу больше жить. Все умерло во мне, от меня осталась только оболочка!" Но жизнь требовала свое. Жизнь требовала жить. Улыбаться дочери, выполнять свою обычную ежедневную работу.
   Прошла неделя. Потом еще одна. Скоро наступит весна. Наталья ощущала себя роботом. Голоса внутри нее замолкли. Ни сердце, ни душа больше не терзали ее - их у нее больше не было. Маска забрала их с собой, в непроглядную темень пропасти времени.
   Удар был слишком силен. Слишком большое место он занимал в ее таком маленьком любящем существе. Слишком долго она страдала.
   Все когда-нибудь проходит. Но когда любишь человека с такой силой, когда твоя любовь велика и бесконечна, как небо, она навсегда остается с тобой.
   Наталья никогда больше не видела его. Никогда больше не поддавалась она соблазну достать маску или воскресить идола. Ибо они покинули ее. Навсегда.
  
  
  
  
  
  
Оценка: 4.00*3  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"