Ника Лай: другие произведения.

Антиреальность: Сирена (закончен)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:

   Ей снилось что-то хорошее, светлое и приятное. Но тут какой-то посторонний звук вторгся в ее сон и все испортил. Картинка пропала, и ей нехотя, пришлось просыпаться и возвращаться в старый добрый мир. Она потянулась и, слегка похлопав себя по щекам, открыла глаза.
   "Не поняла юмора!".
   И недоуменно захлопала ресницами. Она закрыла глаза, надеясь, что это галлюцинации и на самом деле ей это еще снится. Но нет, открыв глаза, она увидела тоже самое, что и секунду назад. А точнее ничего. Она была одна в пустой темной аудитории. Ни однокурсников, ни тем более препода, вообще никого. Тишина и темнота. За окном и возле нее.
   "Может, они решили меня не будить. Закончили занятие и, выключив свет, разошлись по домам, - она все еще надеялась, что это чья-то шутка или розыгрыш, - Да нет, не может быть, чтобы я ничего не услышала".
   Вера подошла к двери, ведущей в коридор. Взявшись за ручку, она вздохнула и, набравшись храбрости, толкнула ее. Та неожиданно открылась с противным тягучим скрипом. Вера вздрогнула от неожиданности и удивленно посмотрела на петли.
   "Что-то я не припомню за весь год с небольшим, который я здесь обучаюсь, чтоб она хоть раз скрипнула. Мне определенно не нравится то, что здесь происходит".
   А то, что здесь, что-то происходит, она поняла, едва открылась дверь. Там было так же темно и тихо. Нет даже уборщиц, моющих аудитории по вечерам.
   "Узнаю, какая тварь придумала так надо мной приколоться, голову оторву. Честное слово".
   Вера вышла из кабинета и огляделась. Ее горячо любимый (естественно в кавычках) институт вымер. Похоже, что она была единственным оставшимся человеком в его стенах.
   "Не могли так надо мной пошутить. Как же я теперь выберусь отсюда? И вообще сколько времени?"
   Слишком много вопросов. Вера вернулась в кабинет.
   "Так, где-то тут должна быть моя сумка".
   Она прошла к месту, где еще совсем недавно посапывала. Но вещей не оказалось. Ни сумки, ни кофты.
   "Им мало! Они не только оставили меня здесь одну, но еще и вещи мои сперли. Вот за это я буду бить долго и нещадно!".
   Веру аж распирало от праведного гнева. Жаль только, никого не было поблизости, что бы принять огонь на себя.
   "Ладно, - она заставила себя успокоиться, - Наверно они их просто куда-то спрятали".
   Вера подошла к тому месту, где по ее представлениям должен был располагаться выключатель. И, представьте себе, она его обнаружила.
   - Хоть что-то в этом сумасшедшем мире не меняется, - тихонько, себе под нос проворчала Вера, - Уже легче.
   Обрадовавшись, что все стало постепенно налаживаться, она нажала на выключатель. Медленно и натужно, одна за другой высоко под потолком загорелись лампы.
   "Существует два варианта трактовки данной ситуации. Одна хреновая, другая еще хуже. Либо у меня что-то со зрением, и я начинаю слепнуть, либо что-то с лампами".
   Их тусклого света едва хватало, чтобы осветить клочок пространства под ними, не говоря уже об углах. Не говоря уже о том, что висели они высоко.
   "По-моему раньше потолок был намного ниже", - Вера удивленно посмотрела вверх, а потом медленно перевела взгляд на саму аудиторию.
   Лучше бы она свет не включала.
   "Где тот кабинет, в котором проходили мои занятия, худшие дни моей жизни, где я прошла боевое крещение на первом семинаре".
   Вера готова была заплакать. Вместо привычного кабинета она увидела нечто ужасное и незнакомое. Столы и стены были исписаны и изрисованы. Стулья валялись, где попало на полу вперемешку с мусором. На стенах с облупившейся краской пестрели трещины. Это была ее аудитория в тоже время не ее. Как злобный брат близнец.
   "Нет. Это не моя аудитория", - медленно, но верно Вера впадала в панику.
   Она не понимала, что происходит, как она здесь оказалось.
   "Может это страшный сон? Ну, да, так и есть. Я все еще сплю. Что там обычно делают в таких ситуациях?", - Вера ущипнула себя за руку.
   Но это не помогло. Она все так же стояла в полутемной изуродованной аудитории одна одинешенька.
   Вдруг из коридора донеслось нечто отдаленно похожее на смех. Вера вздрогнула от неожиданности, но уже в следующую секунду выбежала из кабинета, намереваясь застать всех на месте преступления. Но никого не увидела.
   "Либо у меня начинаются глюки на нервной почве, либо я все-таки схожу с ума".
   Она вернулась в кабинет и предусмотрительно закрыла за собой дверь. Привалившись спиной к стене, закрыла глаза.
   "Ладно, - Вера досчитала до десяти, - Не буду обращать на это внимание. Сейчас я пойду на вахту и попрошу дежурного выпустить меня отсюда. Пойду домой, просплюсь, и все снова встанет на место".
   Так она сама себя успокаивала, идя по коридору на вахту. Свет зажигать она больше нигде не стала. Неизвестно, что еще она могла увидеть. Тихонечко, по стеночке Вера дошла до места дежурного. Здесь также как и везде царили тишина и темнота.
   "Может, дежурный отошел ненадолго", - вновь начав беспокоиться, подумала Вера.
   Включив лампу на столе, огляделась. Здесь все было в порядке. На столе лежали какие-то бумажки. На гвоздиках в рядок висели ключи от кабинетов. Вообщем идиллия.
   Вера облегченно вздохнула.
   "Похоже, кошмар кончается, - она даже улыбнулась, - Сейчас я дождусь дежурного, он выпустит меня отсюда и все".
   Она села на стул в ожидании своего спасителя.
   "Бывает же такой, - Вера усмехнулась, - Что только спросонок не покажется. Я была уверена, что виденная мной аудитория не больше чем галлюцинация. Просто я испугалась. Это все нервное. Когда я засыпала, с кабинетом было все в порядке".
   Прошло несколько минут, но дежурный не спешил возвращаться на свой пост.
   "Он наверно решил обойти весь институт, проверить, все ли в порядке", - подумала Вера, вновь начиная нервничать.
   Что бы отогнать тревожные мысли, она стала поочередно открывать ящики стола, чтобы найти часы. Наконец в последнем обнаружилась искомая вещь.
   "Ура!"
   Она извлекла обычные наручные часы и поднесла их поближе к свету. Несколько секунд она, оторопев от удивления, смотрела на найденный предмет.
   "Они что сломались!?"
   Стрелки с бешеной скоростью вращались по кругу, причем в разные стороны.
   "Я слышала, что часы начинают психовать, когда поблизости пролетает НЛО. Но что-то не верится, что они решили посетить наш институт. Ага, - оборвала она себя, - Похитили всех людей, заменили лампочки, исписали стены всякими непотребствами, попутно постучав по ним отбойным молотком и расшвыривая стулья и ломая мебель. Чушь какя-то. Какое НЛО! Часы просто сломались".
   Вера отбросила от себя взбесившийся механизм.
   "Все, мне надоело! - она встала, - Если нет дежурного, я сама возьму ключ и выйду отсюда. А если будут открытые двери, то это уже не мои проблемы".
   Большой, массивный ключ от входных дверей висел на гвоздике в стороне от других. Вера быстро глянула по сторонам, но вокруг не было ни души. Она уже протянула руку к ключу, как вдруг прямо перед ней появилась какя-то тварь. Маленькая, едва достающая до колена, зеленая образина с выпуклыми глазами, посмотрела на девушку и оскалилась.
   "Вот это да! Похоже, НЛО все-таки не обошло нас вниманием".
   Сказать, что Вера была удивлена, скромно промолчать в сторонке. Она была шокирована до глубины души. А тварь, в это время, подпрыгнув, схватила ключ своими коротенькими загребущими лапками. Повернувшись к девушке, сверкнула маленькими злобными глазками и бодренько посеменила в черный провал коридора.
   Вера с широко открытыми от удивления глазами смотрела ей вслед.
   "Ключ! - внезапно обожгла ее мысль, - Надо забрать у нее ключ, иначе я не выберусь отсюда".
   Тварь уже скрылась в темном провале коридора, лишь раздавались гулкие шлепки ее лап по полу. Вера рванулась за ней, забыв обо всем. В голове билась только одна мысль: "Ключ!"
   Тварь, видимо почуяв преследование, прибавила ходу и с двойным энтузиазмом зашлепала по коридору. Из-за темноты, Вера не видела ничего дальше своего носа, поэтому ориентировалась только по звуку шлепков.
   "Какая-то неестественная темнота", - мимоходом подумала она.
   Вдруг все затихло. Либо тварь просекла, что она ее слышит, либо куда-то спряталась.
   "Черт! - Веру охватила злость, - Почему здесь так темно! Но ничего. Если она здесь, то я ее найду".
   Она двинулась вперед, выставив перед собой руки. Поплутав немного, Вера так никого не обнаружила.
   "Куда она могла деться, - она бросила тщетную попытку разыскать маленькое чудовище, - В темноте искать бесполезно. Нужно включить свет, но пока я дойду до вахты, эта скотина успеет куда-нибудь спрятаться".
   Вера стояла в нерешительности, не зная, что предпринять.
   "Ну и пусть, - наконец махнула она рукой, - Все равно она никуда от меня не денется. Включу свет и найду ее. Ну, только попадись мне в руки. Я оторву тебе все, что у тебя выпирает".
   С такими злобными мыслями, Вера пробиралась на вахту. В институте свет в коридорах включался только там. Конечно, можно было бы врубить свет во всех аудиториях и оставить двери нарастопашку, но это, во-первых, заняло бы слишком много времени, во-вторых, было бы бесполезно. Их света едва хватало, что бы осветить кабинеты.
  
   "Следующая остановка: станция вахтерщиков", - кое-как Вера все-таки доплутала до места дежурного.
   Лампа послужила своего рода маяком.
   "Мне кажется или стало еще темнее. Впрочем, ладно. "Да будет свет" - сказал электрик и палец сунул в провода", - она опустила рубильник.
   Раздался громкий щелчок и последовавшее за ним гудение возвестили, что механизм работает исправно. Тусклый свет залил коридор и высветил последствия грандиозного побоища, которое Вера, к сожалению, пропустила. Или к счастью. Ошметки лавочек, стоявших раньше повсюду, были разбросаны на полу в беспорядке. Тут же покоились черепки цветочных горшков вперемежку с землей.
   "Неужели этот акт вандализма совершила эта маленькая тварь, - Вера невольно присвистнула, - Хотя складывается такое ощущение, что здесь погуляла целая толпа мародеров, не слишком церемонящихся с казенным имуществом".
   Вера чудом не запнулась за этот мусор и не рухнула лицом в грязь, пока пробиралась по темному коридору.
   "Так, ладно. Для начала вернусь в свою аудиторию. Вдруг мои вещи все-таки там. А потом займусь поисками этого страшилища".
   Увидев, во что превратилась аудитория, она как-то забыла поискать вещи. Вере захотелось только одного, поскорее отсюда выбраться. Ей и сейчас этого хотелось. Она определенно не понимало, что здесь произошло, куда делись люди, откуда взялась эта тварь.
   "Может в подвалах ставили эксперимент и что-нибудь напутали, и в результате по институту распространился вирус, превращающий всех в маленьких страшных чудиков. А на спящих он не распространяется. Ха-ха, смешно. Это подходит для какого-нибудь идиотского ужастика в стиле американцев".
   В кабинете все было по-прежнему. Та же грязь, тот же развал.
   "Да, представляю, что бы на это сказала наша больная уборщица", - на Верином лице появилась кривая ухмылка.
   В институте была помешанная на чистоте уборщица, которая бесилась от каждой микроскопической былинки. И если не дай Бог, она увидит, как кто-то бросит фантик в неположенном месте или выбросит бычок во дворе на асфальт. Все. Тушите свет и прячьтесь. А лучше сразу заказывайте гроб и пишите завещание.
   Вера обошла всю аудиторию, но не нашла даже слабого намека на свои вещи.
   "По ходу они накрылись медным тазом", - вздохнула она не без сожаления.
   После всего того, что Вера увидела с момента пробуждения, такая мелочь, как пропажа вещей ее мало волновала. По крайней мере, не больше чем пропажа людей, развороченный институт и тварь, нагло угнавшая у нее из под носа ключ.
   Вера присела на более-менее сохранившийся стул.
   "И так. Что мы имеем на данный момент. Я в ловушке в собственном институте. Вокруг ни души. Выбраться можно, только открыв двери ключом. Но ключа нет. Его умыкнула какая-то тварь, непонятно как здесь оказавшаяся. Есть два варианта действий. Либо я иду искать чудика и отбираю у него ключ, либо я тихо сижу на заднем месте ровно, и жду, когда меня спасут".
   Она взвесила оба варианта.
   "Думаю, лучше всего будет...", - начала Вера, но тут ее взгляд упал на притулившийся в уголке бывший учительский стол.
   А точнее на некий предмет, лежащий на нем. Из-за скудности освещения она не могла разглядеть, что это такое. Любопытство взяло верх над осторожностью, и она пошла на разведку. Предмет оказался ничем иным, как связкой ключей.
   "Здорово. Может тут окажется запасной ключ от входной двери".
   Но такового не оказалось. К сожалению.
   "Ну и зачем они мне? - Вера взвесила связку, - Хотя нет. Тут должен быть другой вопрос. Что они открывают?"
   У нас в аудитории была кладовка. Предмет нездорового любопытства многих студентов, в числе коих числилась и Вера.
   "Не даром же они здесь лежат".
   Она взяла ключи приблизилась к предмету своего вожделения. Перебрав почти всю связку, она разочарованно вздохнула.
   "Последний, - Вера поднесла ключ к замочной скважине и вставила его, - Есть!"
   Она победно улыбнулась. Дверь тихо и торжественно отворилась. Вера вошла в святая святых подпольного военного и по совместительству преподавателя криминологии.
   "Вау! - это была единственная мысль, на которую она в данный момент была способна, - "Вау!"
   На стенах кладовой, на полу и чуть ли не на потолке, всюду висело и лежало оружие. Пистолеты, винтовки, еще черт знает какие приспособления.
   "А наш криминолог-то целый арсенал развел. И зачем ему столько оружия. Он что собрался кого-то штурмом брать. Или он ждет вооруженного нападения, скажем гуманоидов или еще кого-нибудь. Да, совсем сбрендил мужик".
   Вера взяла небольшой пистолетик, приглянувшийся ей больше других. Сняв с предохранителя (А вы что думали?! Времена жеманных барышень давно прошли. В нашем веке женщины спасают мир), и, закрыв один глаз, прицелилась в несуществующую цель.
   "Бах! И мозги моего врага остаются на стенке. Бах! И у другого напрочь отстрелена конечность. Хотя таким пистолетиком это вряд ли получиться, но и конечности отстреливать мне не у кого".
   Вера запихнула пистолет за ремень. Так на всякий случай. Если повстречается с одной маленькой паршивой тварью.
   "Теперь главное не отстрелить себе чего-нибудь сзади".
   Вера прикрыла военный склад, а связку ключей положила в карман. Пока их еще кто-нибудь не спер.
   "А теперь я иду в крестовый поход, а вернее в карательную экспедицию, - на Вериных губах заиграла нехорошая улыбка, - Ну попадись мне только. Ты узнаешь...э... Ну, короче че-нибудь ты точно узнаешь".
   Приободренная своей новой игрушкой она вышла в плохо освещенный коридор, и аккуратно обходя препятствия в лице разломанной мебели, двинулась на поиски.
  
   "Прощайся с жизнью! - Вера выскочила из-за угла, выставив перед собой пистолет, - Блин, опять никого".
   Она опустила пистолет и разочарованно двинулась вперед. Вера уже обследовала все правое крыло, где располагалась ее аудитория. Но не нашла даже намека на присутствие твари. Как будто она провалилась сквозь землю.
   "Может, она скрылась в каком-нибудь кабинете", - предположила Вера.
   Недолго думая она подошла к первой попавшейся двери. Кабинет оказался открыт.
   "Здорово, - Вера разозлилась от собственной недальновидности, - Оказывается тут все открыто. Таким путями я могла бы тут ходить до скончания веков, а этот уродец отсиделся бы себе спокойно в какой-нибудь аудитории. Теперь придется все начинать сначала".
   Вера вернулась в начало коридора и, все еще злясь на себя, принялась к более тщательному осмотру.
   Первый кабинет был абсолютно пуст. В нем не было даже остатков мебели.
   "Все чисто. В прямом смысле этого слова, - оглядевшись, констатировала Вера, закрыв дверь, - Идем дальше".
   Следующий кабинет был похож на ее аудиторию. Разваленная мебель, грязь. Включив свет, она внимательно оглядела сии развалины. Здесь запросто можно было спрятаться. Поворошив самые большие кучи, Вера убедилась, что здесь кроме нее никого нет. Она уже собиралась выключить свет и выйти отсюда, как в стену с правой стороны что-то ударило.
   "А вот и эта маленькая гадость! - обрадовалась Вера, - Сейчас повеселимся".
   Она бросилась в соседний кабинет. Ударом ноги открыла дверь и, врубив свет, направила в центр пистолет.
   -Вот ты и..., - Вера внезапно осеклась.
   Рука, держащая пистолет дрогнула и медленно опустилась. Глаза расширились от удивления. Изо рта рвался крик ужаса, и девушка непроизвольно закрыла его рукой.
   В центре аудитории стояло нечто с человека ростом. С большими рогами, венчавшими череп, человеческий торс помещался на длинных конечностях больше похожих на задние лапки кузнечика. Только у монстра они были гораздо толще, чтобы выдерживать вес тела. В лапах чудовище держало тяжелый стол, некогда бывший учительским. Они несколько секунд смотрели друг другу в глаза. Потом Вера начала медленно пятиться, а чудовище, приняв это как знак действовать, мгновенно отбросило неинтересный теперь стол в сторону и двинулось на девушку.
   Вера направила на него дуло пистолета и нажала на курок. Пуля попала точно в то место, где должно было находиться сердце. Но тварь, (наверно мама в детстве не рассказывала ему что такое физиология) как ни в чем не бывало, продолжала идти на нее. Вера еще несколько раз выстрелила по твари, никуда особенно не целясь. Первый выстрел попал по черепу, пробив дыру, из которой хлынула дурно пахнувшая зеленая жидкость, скорее всего бывшая кровью. Второй чуть ниже головы.
   Тварь схватилась за пробитое горло. Ни то зашипела, ни то закашлялась. Протянув лапы, заляпанные кровью (зеленой!!!), тварь повалилась на спину и, закатив глаза, замерла. Вера решила не искушать судьбу, зная, какими коварными могут быть монстры, и тихонечко прикрыла дверь кабинета.
   Оперевшись спиной о стену, она сползла вниз. Не в силах больше сдерживаться, обхватив голову руками, зарыдала. От нервного потрясения, от ужаса, с которым ей пришлось столкнуться. Она чувствовала себя меленькой и беззащитной девочкой в окружении страшных тварей, жаждущих выпустить ей кишки.
   - Что это! Что это было! - прошептала она, размазывая слезы по лицу, - Как такое может быть? Как?
   Теперь ей стало по-настоящему страшно. Вера поняла, что находится вовсе не в своем институте. А неизвестно в каком месте, где по соседству бродят страшные твари, которых не могло породить даже самое больное воображение.
   Рыдания превратились в слабые всхлипывания. Она не знала, что ей теперь делать. Куда идти. Чего ждать. Ясно было только одно, если она хочу выбраться отсюда живой, то ей нужен ключ. Это ее единственная надежда. Без ключа она буду сидеть здесь, дрожа и ожидая каждую секунду, что повстречается с очередной тварью.
   "Но не все так плохо, - Вера попыталась себя приободрить, - Этих монстров можно убить. Точно не знаю, что его остановило. Выстрел в голову или в горло. Но факт что они не бессмертны, уже дает маленький, но шанс на победу.
   Старший брат Веры обожает играть во всякого рода страшилки, типа DOOM и иже с ним. Она никогда не понимала его тяги к такого рода играм, где нужно просто тупо мочить всех, кого встретишь.
   "Люблю пощекотать себе нервишки", - обычно отвечал он с ехидной улыбкой.
   А теперь она сама оказалась героиней страшилки-мочилки. Ирония судьбы.
   Дрожащей рукой Вера подняла пистолет и вернулась в свою тихую и спокойную аудиторию.
   "Нужно выработать план действий", - она пыталась заставить себя думать.
   Но мозг отказывался это делать. Вера все еще была шокирована после неожиданной встречи и осознания своего положения. Хотелось заткнуть уши и закрыть глаза, ни на что не обращать внимания. Но этого сейчас делать как раз было нельзя. Монстры не дремлют и могут войти в аудиторию в любой момент. Глупо было бы полагать, что она уничтожила первого и последнего монстра. Вера же в таком положении окажется для них легкой добычей. От мыслей, что они в таком случае могут сделать, ей стало жутко.
   "Ну, уж нет. Этого я не допущу, - неожиданно Верой овладела злость, - Еще посмотрим, кто кому кишки выпустит".
   Но она тут же заставила себя успокоиться. Не хватало еще в таком состоянии пойти и наломать дров. К сожалению, это не игра. Жизнь у Веры всего одна, и читов на бессмертие нет, и не предвидится. Единственное чем она обладала на данный момент, это большим запасом оружия.
   "Уже хорошо, - Вера заставила себя расслабиться и взглянуть на это с другой стороны, - Сейчас я возьму оружие, пойду, разнесу всех монстров на куски и доберусь до их атамана - недоростка, отберу у него ключ, отшлепаю его по заднему месту, чтобы в следующий раз неповадно было. И свалю домой. План хорош, конечно, но требует некоторых доработок. В частности как именно я буду мочить монстров. И что я буду делать, если их на меня попрет очень много".
   Это заставило ее ненадолго задуматься. Тут же ее неисчерпаемое воображение нарисовало подходящую картину. Толпа монстров зажала девушку в углу и медленно наступает с очевидными и очень непристойными намерениями. Вера в сердцах отшвырнула от себя пистолет и снова впала в депрессию.
   За закрытой дверью кабинета что-то прошелестело, но она даже не подняла головы. Сейчас ей было все равно. Она отрешилась от этого страшного места с его монстрами.
   Девушка не знала, сколько она так просидела, но в реальность ее вернул какой-то звук. Она сначала не поняла, что это было, и подумала, что ей показалось. Но он раздался вновь.
   - Эй, - чей-то голос настойчиво пытался достучаться до замутненного страхом сознания девушки
   Она медленно подняла голову и посмотрела на источник голоса пустым равнодушным взглядом.
   На учительском столе сидел парень чуть старше ее. Высокий и красивый как с картинки, он ласково смотрел на девушку.
   - Привет, - парень улыбнулся.
   Первой Вериной реакцией была бурная радость. Теперь она была не одна. Но уже через секунду оно сменилась замешательством, а затем уже и подозрением. Вера одним прыжком (все гимнастки в мире удавились бы от зависти) преодолела пространство, отделяющее ее от непредусмотрительно отброшенного пистолета. Подхватив валявшуюся неподалеку пушку, она направила ее на парня.
   - Кто ты? И как здесь оказался? - спросила девушка ледяным голосом, не сводя с него отнюдь не влюбленных глаз.
   - Зови меня просто Хранитель, - даже если его и смутил такой прием, он этого никак не выказал.
   - Хранитель, - медленно произнесла она, как бы пробуя его на вкус, - Интересно, это имя такое или тут только кличками обзаводятся.
   - Я бы назвал это призванием, - пожал плечами парень.
   - Ладно, Хранитель, так Хранитель. И что же ты хранишь?
   - В данном случае тебя. И не храню, а оберегаю.
   - А понятно, - Вера согласно кивнула головой, хотя не понимала ровным счетом ничего.
   - Я здесь, чтобы рассказать каким образом ты здесь очутилась, что это вообще за место, и что тебе нужно делать. Ты же понимаешь, что находишься не в своем институте и не в своем мире? - в глазах Хранителя застыл вопрос.
   - Конечно, поняла, сразу же, как только включила свет. Хотя до этого должна признать, я думала, что это чей-нибудь розыгрыш. А после встречи с тварью, вернее с двумя, я уже окончательно поняла, что я не у себя в институте.
   - Ты уже встречалась с тварями?! - брови Хранителя поползли вверх.
   - Ну да, - Вера равнодушно повела плечом, как будто не впала в истерику после встречи с ярким представителем местной фауны, - Попались тут двое. Один украл у меня ключ от входных дверей и скрылся в неизвестном направлении, а второго я уложила. Он в трех аудиториях отсюда. Если есть желание, можешь заглянуть к нему и провести обряд погребения с молитвами и рыданиями. Все как положено. Хотя он вряд ли ему поможет. А если это был твой закадычный дружок, тогда прости.
   - Хорошо. Мои поздравления. Я немножко опоздал, но ты я вижу, и сама неплохо справилась. Обычно все впадают в панику при виде первого монстра и ничего не могут сделать. Как правило, первого всегда снимаю я. Зато потом все гораздо легче.
   - Значит я не первая попавшая в это странное место? - Вера была несколько удивлена этому внезапно открывшемуся факту.
   - Да, - спокойно сказал Хранитель, - Далеко не первая. Но я вижу тебя, гложут сомнения и вопросы. Что ж, сначала я расскажу тебе все что знаю, а потом ты можешь спросить меня.
   Девушка, молча, кивнула.
   - Можешь опустить пистолет. Я ничего тебе не сделаю. У тебя нет оснований опасаться меня.
   - Но и доверять тебе я оснований не вижу, - спокойно парировала Вера, даже не подумав последовать его просьбе.
   - Как хочешь, - Хранитель изобразил равнодушие, как будто пушка, направленная ему точно в грудь, была для него сущей мелочью.
   Вера лишь усмехнулась.
   - И так, если ты не против, то я начну, - Хранитель поудобнее устроился на столе и начал свое повествование, - Место, где мы сейчас находимся, что-то вроде пространственной дыры. Вернее то, что закрывает ее. Время от времени в пространстве возникают такие дыры. И их нужно чем-нибудь закрывать. Вот для этого и есть этот мир. Это антиреальность, созданная неожиданно для определенной цели. Когда эта цель будет достигнута, это место исчезнет, как будто его и не было. Антиреальности возникают для того, что бы заткнуть бреши в пространстве, но на них не действует время. То есть ты можешь находиться здесь сколько угодно времени: день, месяц, год, но после завершения цели ты вернешься ровно в то время, из которого ты была выдернута. Если вернешься. Как происходит подбор кандидатов на главную роль в антиреальности? А никак. Методом тыка. Антиреальности выхватывает случайных счастливчиков и затаскивает их в свой мир. Причем их количество варьируется от одного до нескольких десятков. Все зависит от первоначальной цели, масштабов Антиреальности и, конечно же, от того, сколько человек она успеет выдернуть из обычного мира. Как ты уже поняла, Антиреальность - это искусственный мир, то есть ненастоящий. Такой же не настоящей как все, что в нем есть. Антиреальность повторяет очертания той части настоящего мира, откуда были выдернуты непосредственные участники. Но с искажением действительности и ее последующим изменением. Как я уже говорил, все зависит от цели. Иногда первоначальная цель может измениться в ходе действия участников. Но это, как правило, бывает редко и при наличии нескольких человек. Ну, больше одного это точно. Вроде бы все. Хотя самое главное, все существа, которых ты здесь встретишь не настоящие. Но ты другое дело. Если ты погибнешь здесь, то твоя смерть перенесется на настоящий мир. И там ты, увы, тоже погибнешь, причем, не приходя в себя. Последнее, что ты увидишь перед смертью, это будет Антиреальность. И если ты умрешь, твое тело и душа станут ее частью. То есть ты можешь стать новым ее персонажем, которого она выведет в следующий раз. Скажем, ты можешь занять вакантное место того монстра, которого уже успела убить.
   - Значит ты, - Вера осеклась и недоверчиво посмотрела на своего собеседника.
   - Да, я тоже часть Антиреальности. Вернее одно из ее созданий. Подчиняюсь ее прихотям, исполняю ее волю, но в то же время помогаю заблудшим понять, как им отсюда выбраться и не даю им пропасть.
   - Значит, ты исчезаешь всякий раз, как цель бывает достигнута и появляешься вновь, когда Антиреальность создает новый остров ужаса и иллюзий.
   - Ты дала очень точное определение. Да. Все именно так.
   - И ты все помнишь?
   - Да. Я помню все и всех. Всех, кто попадал сюда. Всех, кто сумел выбраться. Всех, кто здесь остался.
   - Значит, у тебя тоже есть цель?
   - Да. В данный момент моя цель - это помочь тебе выбраться отсюда.
   - А у тебя есть замена? Монстры могут что-нибудь сделать тебе?
   - Я появляюсь и исчезаю тогда, когда это необходимо. Когда я здесь, монстры опасны для меня точно так же как и для тебя. Они не делают исключение ни для кого. По большей части их мозговое развитие на примитивном уровне. А вот на счет замены я сказать ничего не могу. Может и есть, и мы приходим по очереди, но мне это не известно. В любом случае, у меня свои обязанности и цели, у замены, если она есть, другие. Пока мы не пересекались.
   - Это все очень похоже на одну из этих тупых страшилок, от которых фанатеет мой брат. Когда ходит человек по темным запутанным путям и мочит всех, кто попадется ему на пути.
   - Похоже, ты не разделяешь увлечений своего брата, - на губах Хранителя вновь заиграла легкая снисходительная улыбка.
   - Нет, - Вера поморщилась, - Терпеть их не могу. Как только он врубал их, я спешила убраться подальше от этих мерзких картинок с развороченными внутренностями и кровавыми пятнами повсюду, и звуков, заставляющих потом шарахаться от каждого шороха.
   - Тем хуже для тебя. Здесь будет все то же самое. Только в отличие от игр это настоящее и сбежать ты никуда не сможешь. Рано или поздно, но монстры доберутся до тебя. Другой вопрос, когда Антиреальности надоест с тобой играть и она, отдав последнюю команду, покончить с тобой и свернет этот остров ужаса и иллюзий. Но это в том случае, если ты не захочешь сражаться за свою жизнь и свободу. Зато, когда ты выберешься, то сможешь похвастаться брату, что была главной героиней страшилки, всех замочила и вышла победительницей. И будешь относиться к его увлечению более лояльно.
   - Вряд ли. К тому же ни когда я выберусь, а если выберусь.
   - Давай не будем вешать нос. Ты должна сделать все, что сможешь, чтобы спастись.
   - Легко сказать. Антиреальность поставила передо мной цель и вертись, как хочешь.
   - Не так уж все плохо. Она дает тебе неплохие шансы выжить. Считай сама. Во-первых, наверняка ты его уже видела, нехилый арсенал. Уверен, если ты покопаешься, то найдешь немало любопытных вещичек. Во-вторых, она дала тебе меня. Помощника и наставника.
   - Но ты же не будешь рядом со мной, когда я буду прорубаться сквозь толпы жаждущих крови монстров.
   - Нет. Это твоя цель. Я буду лишь иногда помогать тебе. Наставлять.
   - Слушай, вот ты говоришь, что для Антиреальности главное выполнить цель. А может быть так, что ты не выполнишь свою?
   - Может, но такого еще не случалось. Да к тому же, что мне грозит. Я и так часть Антиреальности. Хуже уже не будет.
   - А выбраться ты отсюда не можешь? Скажем, изменить цель.
   - Я был создан здесь, значит я такой же не настоящий, как и Антиреальность, породившая меня. Я существую только здесь. Из Антиреальности могут выбраться только те, кто вошел сюда, но не те, кто был здесь создан.
   - Даже те, кто здесь умер?
   - Это возможно. Если новые участники готовы изменить свою первоначальную цель и попытаться спасти погибших здесь.
   - Но если их спасут, они в настоящем мире уже не оживают?
   - Нет. Но их дух будет свободен. Он навсегда покинет пределы Антиреальности.
   - Интересно, - задумчиво протянула Вера.
   - Только не говори мне, что ты решила почувствовать себя святой или героем всех времен и народов и хочешь изменить условия.
   - Нет. Не хочу. Мне вполне хватает своей цели. Ее бы хоть выполнить.
   - Это хорошо, - Хранитель заметно расслабился, - Бросать вызов Антиреальности - это сущее самоубийство. Она заставит тебя пережить такой ужас, после которого ты до конца жизни останешься заикой. Если ты выживешь. Хотя шансы малы по все меркам. В процентном соотношении я бы сказал один процент из миллиона.
   - Спасибо, что просветил. Но могу тебя успокоить. Я действительно не собираюсь менять условия. У тех, кто здесь остался, был шанс, и они его упустили. Я не собираюсь упускать свой из-за неудачников.
   - Как бы тебе самой не стать одной из неудачников.
   - Давай не будем вешать нос. Ты наоборот должен меня всячески подбадривать, а не угрожать.
   - Угрожает тебе Антиреальность. Я лишь довожу до твоего сведения возможные последствия. Если ты действительно хочешь выбраться отсюда и по возможности не по кускам, то должна перестать быть тряпкой и истеричкой. И не надо считать себя непобедимой. Это все сослужит тебе лишь плохую службу.
   - Тогда что мне делать?
   - Забыть обо всем, кроме той цели, которую перед тобой поставила Антиреальность. Забыть, что ты можешь, что не можешь. Чего боишься, что ненавидишь. Здесь об этом надо забыть, иначе не выжить. Понимаешь. Здесь у тебя только цель - достать ключ, и задача - выжить, чтобы достать этот самый ключ.
   - Я все поняла. Задача ясна, цель очевидна. Разрешите идти, - Вера шутливо отдала ему честь.
   - Разрешаю, - Хранитель остался серьезным, - Но ты должна быть осторожна. Антиреальность коварна и неизвестно, что она выкинет в следующую минуту.
   - В этом я уже успела убедиться. Мне только вот, что не дает покоя. Антиреальность сама себя создает, сама вырабатывает себе программу, сама себя контролирует. Это что какой-то новый вид разумной жизни? Или это механизм, программа? Что это такое?
   - Боюсь, что не смогу ответить на твой вопрос. То, что я знаю, уже было заложено в меня, когда я был создан. Так я получаю всю необходимую информацию.
   - Ясно, - Вера грустно кивнула, - Вся эта ситуация чем-то напоминает фантастические фильмы про игры в виртуальной реальности. Обычно там тоже вылезают какие-нибудь маньяки, все выходит из под контроля и главные герои ищут выход, попутно давая деру от монстров. Может, сейчас на нас ставят опыт в такой вот виртуальной реальности?
   - Это все только твои предположения, - Хранитель развел руками, - Я же ничего не могу добавить к уже сказанному.
   - Ладно, если у тебя все, то я пойду вооружаться. Чем быстрее я отберу ключ, тем быстрее этот ад закончиться, - Вера поднялась и двинулась к заветной кладовой.
   - Стой! Я забыл сказать тебе самое главное, - остановил ее голос Хранителя.
   Вера снова села и внимательно посмотрела на своего собеседника.
   - Антиреальность наделила тебя еще одним оружием, - тихо сказал Хранитель.
   - Неплохо было бы, если это оружие танк. Тогда мне будет ничего не страшно. Я просто тихо мирно разнесу всех врагов на мелкие клочки.
   - Нет. Это оружие ты сама. Вернее твоя способность. Антиреальность решила сделать тебя Сиреной.
   - Сиреной! - Вера удивленно и непонимающе посмотрела на Хранителя, - Я читала кто такие сирены в древнегреческой мифологии. Но какое отношение они имеют ко мне?
   - Самое прямое. Ты можешь своим голосом воздействовать на монстров.
   - Пением? - с сарказмом спросила девушка, - Знаешь, это даже не смешно. Я не умею петь в своем мире, и вряд ли это изменилось здесь.
   - Ты поймешь потом, - задумчиво сказал Хранитель, - Когда придет время, ты воспользуешься этим, Сирена.
   - Если успею воспользоваться. Все? Больше никаких новостей нет?
   - Теперь я сообщил тебе все.
   - Тогда помоги мне подобрать оружие, - Вера открыла дверь кладовой.
   У нее было такое ощущение, что после первого ее посещение кладовая разрослась, и ассортимент стал гораздо лучше и разнообразнее.
   "Жаль, что я не разбиралась в оружии. На курсах по стрельбе, которые я посещала n-ое количество раз, нам ничего не рассказывали".
   Хранитель по-своему воспринял ее просьбу и с головой зарылся в ящике с какими-то большими пушками.
   "Если он думает, что я захочу одну и из этих игрушек, то он очень сильно ошибается", - не без возмущения подумала Вера и вслух добавила:
   - Слушай, когда я просила тебя помочь мне с вооружением, я думала, что ты поможешь мне подобрать оружие, подходящее для меня. А не будешь пихать мне пятьсот килограммовые пушки, которые я не то, что не удержу, но даже поднять не смогу.
   - Не волнуйся. Сейчас все будет, - раздался приглушенный голос неожиданного помощника.
   Вера стояла в сторонке, сложив руки на груди, и ждала, что подберет для нее Хранитель.
   "Должна признаться, что его присутствие действует на меня ободряюще. Не то, чтобы мне стало спокойно, но осознание, что я здесь не одна, вселяло некоторую уверенность. К тому же пока он со мной, то поможет мне сражаться с монстрами. Другой вопрос, когда он уйдет".
   Вере до сих пор не верилось, что все, что ей сказал Хранитель, правда. Слишком дико и необычно это было. Антиреальность, временные дыры, цели. Если бы не монстры, с которыми она уже успела столкнуться, то она решила бы, что он просто сошел с ума. И сам выдумал всю эту Антиреальность. Но как Вера уже успела убедиться, это все было не плодом больного воображения, а реальностью. Пусть и не настоящей. Но в данный момент она могла легко свернуть ей шею. И ей было, наплевать настоящая она или нет.
   - Вот, смотри, - Хранитель вышел из кладовой очень довольный собой и вывалил на стол свои находки.
   - Какие милые игрушки. Надеюсь, ты не хочешь сказать, что все это придется тащить на себе во время моей карательной миссии?
   - Конечно не все. Кое-что мы выкинем за ненадобностью. Я подобрал самое эффективное и мощное оружие. Легкое по весу, простое в применении.
   - А ты уверен, что я со всем этим справлюсь? - Вера недоверчиво смотрела на нехилую кучку.
   - Должна. Иначе ты погибнешь, - невозмутимо ответил Хранитель, копаясь в принесенном им хламе.
   - Как скажешь. Ну, объясняй, что, куда, как и на что нажимать, - Вера вздохнула и придвинулась поближе.
   - Запомни, если у тебя что-нибудь не получится, не впадай в истерику. Тут же откидывай несработавшее оружие и хватай другое. Времени на панику и обдумывание у тебя не будет. Не надейся, что они и дальше будут нападать на тебя поодиночке. Среди монстров встречаются довольно умные и резвые твари.
   - Не надо со мной разговаривать, как с глупой маленькой девочкой, - сердито сказала Вера, - Я прекрасно осознаю ситуацию, в которой оказалась. Давай, начинай свою лекцию о полезности применения огнестрельного оружия. И я пошла за своим ключом.
   - Прекрасно, - Хранитель улыбнулся, - Повоевать ты успеешь. Еще надоест.
   - Не поверишь. Но, еще не начавшись, оно мне надоело.
   - От чего же не поверю. Очень даже поверю.
   Хранитель уже определился с необходимым оружием, а ненужное просто смел на пол, не особо заботясь о чистоте и сохранности.
   - И так, - он разложил выбранные им экземпляры, - Посмотри, на что пал мой выбор. Это лучшее из лучших. Мощное, с большими магазинами и с неплохим радиусом действия. Врагов разносит на куски. Как раз то, что нужно законченному пацифисту.
   - Теперь уже начинающему рецидивисту, - усмехнулась Вера, с интересом глядя на пушки.
   - Номер один в нашем хит-параде "Разнеси его к такой-то матери" - в простонародье дробовик. Не очень тяжелый, но очень действенный в ближнем бою. Номер два - винтовка. Ей хорошо снимать врагов издали. Лазерный прицел, радиус действия до пяти километров. Но он будет для тебя тяжеловат. Следующий по списку пулемет. Много патронов, с оптическим прицелом, достаточно легок. И, наконец, звезда нашего хит-параде "Поруби его в капусту" - его величество пистолет. Его надо взять обязательно, независимо от того какую пушку ты предпочтешь. Можно даже не один. И, конечно же, взрывчатка. Без нее никуда. Антиреальность предлагает тебе неплохой надо сказать вариант.
   - Ясно. И ты хочешь, чтобы вот это все я утащила на себе? - с сарказмом в голосе спросила Вера.
   - Конечно, нет. Ты берешь пистолет какую-нибудь большую пушку и парочку зарядов взрывчатки. Это-то я думаю, ты унесешь.
   - Унесу? Унесу ли это? - для проверки она взяла винтовку.
   Хранителю не понравилось выражение ее лица после взвешивания, и он сказал:
   - Повторяю еще раз. Если ты хочешь выжить, то тебе просто необходимо иметь хорошее оружие.
   - Но я не смогу даже ходить с такой тяжелой железкой в руках! - возмутилась девушка.
   - Через не могу. Ты не инвалид и не дистрофик. Винтовку унести тебе вполне по силам.
   - А можно что-нибудь другое? - Вера щенячьими глазами, выражающими вселенскую скорбь, посмотрела на другие пушки, разложенные на столе.
   - Валяй, - кажется, Хранителю надоело с ней бороться, - Но помни, что от твоего выбора зависит твоя жизнь. Твоя и только твоя.
   - Я поняла, - проворчала Вера.
   После долгих примерок, взвешиваний и прицеливаний она все-таки остановилась на дробовике, двух пистолетах и одном заряде взрывчатки.
   - Я бы еще посоветовал тебе взять еще парочку зарядов. Так на всякий случай, - Хранитель впервые за все время моих сборов подал голос.
   Вера повесила дробовик на левое плечо, пистолеты засунула в карманы джинс, взрывчатку в мешок и за спину.
   "Ничего. Ходить можно. И даже бегать".
   Хранитель оказался прав, это было не очень тяжело. Зато придавало недюжую уверенность.
   - Ну, как? Я выгляжу внушительно? - поинтересовалась Вера, потрясая оружием.
   - Не достаточно, что бы монстры в панике разбегались при виде тебя.
   - А это и не надо. Я мочить их иду, а не гонять.
   - Сейчас я покажу тебе, как заряжать оружие. И не забывай о патронах. Кончились, есть время, перезаряди. Нет, хватай другую пушку. Патронов тебе понадобиться очень много. Их положишь в мешок к взрывчатке.
   - Понятно, - кивнула Вера.
   Следующие полчаса прошли в объяснениях. Инструктаж она прошла хорошо. И по его истечению обращалась с оружием не хуже Хранителя. Знала, что куда и как.
   - Теперь ты готова, - Хранитель облегченно вздохнул, - Что такое курок, как на него нажать и с какой стороны выстрелит, ты знаешь.
   - Ты пойдешь со мной? - поинтересовалась Вера, убирая патроны.
   - До первого монстра. Помогу тебе, а потом, боюсь, мне придется уйти.
   - Хоть на этом спасибо. Но ты же еще будешь появляться?
   - Буду. Но не знаю когда и с какой периодичностью.
   - Ну что? Пойдем? - спросила Вера, щелкнув затвором пушки.
  
   - Кузнечик? - Хранитель недоуменно посмотрел на Веру.
   - Ну да, - пожала та плечами, - На таких лапках скачут кузнечики. Вот я и прозвала его Кузнечиком.
   - Тупой, но очень сильный и трудноубиваемый монстр. Не самый слабый представитель Антиреальности. Тебе повезло, что ты его так быстро завалила. А из чего ты, кстати, его грохнула?
   - Из пистолета, который ты уже видел.
   - Круто. С таким пистолетом на такого монстра пошел бы только камикадзе или сумасшедший.
   - Знаешь, когда я его увидела, то мало думала, куда и чем стрелять. Я просто нажимала на курок и все.
   - Но теперь-то ты так делать не будешь. Ты знаешь, чем и куда надо стрелять. А за этого Кузнечика тебе пять балов. Неплохая работа.
   - Спасибо. Я старалась. Хотя нет, я не старалась, но спасибо.
   Перед началом карательной операции, Хранитель загорелся желанием, посмотреть какого монстра Вера уже успела завалить. Девушка привела его в склеп безвременно почившего Кузнечика. Окинув распростертое тело взглядом профессионального губителя монстров и Кузнечиков в частности, он остался доволен.
   - Думаю, у тебя есть все шансы выжить. С такими талантами. Даже боюсь представить, что ты сделаешь с взрывчаткой в руках.
   - Не боись, все будет хорошо.
   Хранитель, отправляясь с Верой, тоже вооружился. Причем той самой хваленой винтовкой.
   "Что за название такое для винтовки, - подумала Вера, искоса взглянув на мощную пушку, - И что в ней хорошего? Если бы я ее взяла, то дробаш пришлось бы оставить. Честно говоря, эта пушка мне очень понравилась. И мне было бы очень грустно, если дальнейший путь мне пришлось бы проделать без нее".
   Патронов она положила по самое не балуйся. Хватило бы, чтобы расстрелять целую армию. Они висели за спиной в прочном мешке. Было тяжеловато, но от большинства боеприпасов в ближайшее время точно придется избавиться.
   Для начала они решили проверить место дежурного. В вестибюле все так же царил разгром. Слабый свет тусклых ламп высоко под потолком упирался в массивные металлические двери, не дающие выйти из этого ада, найти ключ, от которых являлось Вериной задачей. Институтские входные двери в настоящем мире были обычными деревянными, которые легко можно было разнести парой ударов ногой. Но не стоит забывать, что Вера сейчас не в своем мире, а в богом забытой и проклятой всеми участниками Антиреальности. Хотя знал ли о ней Бог вообще, это был вопрос.
   "Ну, что ж, на следующей аудиенции у Бога я обязательно об этом спрошу. Если конечно останусь жива".
   Вера выключила лампу на столе дежурного. Зачем свет зря тратить. Хранитель обошел вестибюль, заглянул в каждую щель и, наконец, удовлетворившись своими нулевыми поисками, подошел к ней.
   - Да, монстры потрудились на славу. Ничего целого не оставили.
   - Странно, что мы ни на одного не наткнулись.
   - Вот это как раз не странно. Когда ты ничего не ждешь и расслабляешься, тут-то Антиреальность и подкинет тебе парочку десятков тварей. Она любит неожиданности. Тот Кузнечик был лишь закуской, чисто показать какие твари имеются в наличии.
   - Как мне это уже все надоело.
   Нервы были напряжены до предела. Теперь Вера понимала, что значит, нервы натянуты как стальные канаты. В данный момент она испытывала это не передаваемое ощущение на себе. Ей всюду мерещились монстры. В каждом темном углу, неясных очертаниях предметов. Она ждала, что вот-вот они выпрыгнут на нее из-за угла. Пренеприятнейшее ощущение надо вам сказать. Этак можно или испугаться, и у нее начнется истерика, со всеми вытекающими отсюда последствиями (а именно Вера начнет орать во все горло и колотиться в двери и стены, до тех пор, пока монстры о ней не позаботятся) или начнет палить, во что попало. И либо попадет в Хранителя, либо в самый нужный момент у нее кончаться патроны. Что тоже очень плохо.
   Хранитель, кажется, заметил ее состояние и ободряюще слегка сжал плечо.
   - Не волнуйся. Скоро ты вольешься и перестанешь дергаться. Главное завалить первый десяток монстров.
   "Вот утешил, так утешил!"
   Вера, конечно, понимала, что он это из лучших побуждений, но его своеобразное чувство юмора проскальзывает даже в таких ситуациях и совсем не приносило ей облегчения.
   Они ненадолго присели у поста дежурного. Хранитель стал проверять исправность своей горячо любимой игрушки, а Вера стала глазеть по сторонам, но вскоре ей это надоело.
   - А в Антиреальности много монстров? - поинтересовалась она, лишь бы отогнать эту гнетущую тишину, - Ну, я имею в виду разновидностей.
   - Много ли? - Хранитель на секунду задумался, - Если честно я не считал, но больше сотни видов это точно.
   - Не хило. А они очень страшные?
   - Может, хватит. Ты ведешь себя как маленькая девочка. А сколько их? А они страшные? А я боюсь. Недостойное поведение для Сирены.
   - Опять ты со своей Сиреной! Может тебе сообщили дезинформацию?
   - Послушай. Антиреальность редко когда наделяет кого-нибудь способностями. Обычно все заканчивается банальным оружейным складом. Но ты ей видимо понравилась, поэтому смирись, что ты Сирена и будь благодарна, пока она не спустила с цепи Голема.
   - А кто это такой? - тут же спросила Вера.
   - Лучше тебе не знать. Его еще никто не смог победить. Это страшное чудовище. Все больше ничего тебе ни скажу.
   - Не больно-то и нужно, - обижено протянула Вера и отвернулась.
   - Больше ни слова, - Хранитель поспешно встал, - Ты же не хочешь, чтобы монстры вычислили нас по разговорам.
   - А у них, что есть уши? - ядовито поинтересовалась девушка.
   - Есть и не только уши, но и руки, чтобы хватать и сворачивать шею, а еще пасти, полные больших острых зубов, чтобы откусывать головы непослушным и вредным Сиренам.
   - Вот пусть они и опасаются, а тихим и хорошим девочкам вроде меня бояться нечего.
   На это Хранитель ничего не ответил. Лишь пробурчав что-то невразумительное, и они двинулся в обратном направлении. Вернее в то крыло, где располагалась Верина родная аудитория.
   Они обследовали все аудитории, но не нашли ничего. Разгромленные пустые кабинеты. Ни следа монстров.
   - Может, они испугались и решили не попадаться нам на глаза? - голос Веры прозвучал несколько неуверенно.
   - Надейся. Сейчас идем в другое крыло. И между прочим, Антиреальность могла раздуть твой институт до размеров замка, с кучей комнат чердаков и подвалов.
   - Так я же тут до пенсии ходить буду? - возмутилась Вера.
   - Ну, это еще будет не скоро. У тебя достаточно времени.
   - Не смешно.
   - А кто смеется. Я только говорю тебе правду, а ты почему-то все время обижаешься.
   Вера лишь поудобнее перехватила свой дробовик и отправилась вперед.
  
   - А если мне вдруг есть захочется? - спросила Вера, после долгой рекламной паузы.
   Хранитель от неожиданности вздрогнул. За все время пока они шли, не было произнесено ни звука. Монстров тоже не наблюдалось. Что настораживало.
   - Поищешь себе съестное. Или мне и тут все за тебя делать.
   - И что же ты такого за меня сделал? - не добро, усмехнувшись, спросила Вера.
   - А много чего, - Хранитель взялся за ручку очередного кабинета.
   - Ну-ну, я слушаю.
   - Может, сама догадаешься? - Хранитель отвернулся от двери и недовольно посмотрел на девушку.
   А дверь без его присмотра тихо открылась, явив миру и Вере лично абсолютно дикое зрелище. Увидев ее перекошенное резко побледневшее лицо, Хранитель резко развернулся и оторопел. Уже знакомый им Кузнечик болтался в каком-то прозрачном коконе под самым потолком. А рядом зависла другая тварь помесь паука и облезлой собаки. Она присосалась к телу Кузнечика хоботком и издавала противные сосущие звуки. Движения бедного Кузнечика, которому посчастливилось стать обедом Хмыря (как Вера тут же окрестила нового монстра), были больше похожи на агонию. Через несколько секунд, он затих. Все было кончено. Тут же тело сморщилось и усохло буквально на глазах.
   - Он пьет кровь и вместе с ней жизнь, - шепотом пояснил Хранитель.
   Вериным желанием было так же тихо закрыть дверь и убраться отсюда побыстрее и подальше, пока эта тварь их не заметила. Но она не стала этого делать, постольку, поскольку рано или поздно, но ей придется с ней столкнуться. К тому же рядом стоял Хранитель. А уж он-то точно не даст ей этого сделать.
   Между тем Хмырь скатал свой хоботок и неторопливо спустился на пол. Потерев лапкой свою (как бы это поточнее назвать) голову, он так же неторопливо повернулся в сторону воителей. Мол, следующий.
   - Стреляй, - тихо сказал Вере Хранитель.
   Но она не смогла двинуть ни одним мускулом. Девушку загипнотизировали огромные рубиновые глаза чудовища, которые медленно, но верно приближались к ней.
   - Стреляй! - уже во весь голос крикнул Хранитель, и, как бы подавая пример, вскинул ружье и несколько раз нажал на спусковой крючок.
   Звук выстрелов вывел Веру из транса. Пули Хранителя попали точно в оба глаза монстра, навсегда лишив его возможности гипнотизировать своих жертв, но это не помешало ему и дальше надвигать на ребят свою немаленькую тушу. При ближайшем рассмотрении оказавшейся просто огромной. Боль от выстрелов в пробитых глазах заставила его зареветь и прибавила ускорения.
   Хранитель, выпустив в Хмыря еще несколько пуль, резко закрыл дверь, и, схватив девушку за руку помчался прочь от логова монстра.
   - Дверной проем слишком мал для него, - задыхаясь на бегу, выдохнула Вера, - Он не сможет выбраться.
   Вдруг за спиной раздался жуткий грохот. Вера обернулась назад и побледнела. Хмырь проломил стену и напрочь вынес дверь, намертво впечатавшуюся в соесденюю стену. И теперь в припрыжку несся за ними.
   - Нам надо где-нибудь спрятаться, - крикнула Вера, следуя за своим помощником.
   - Не поможет. Единственный шанс от нее отделаться, это завалить, - не останавливаясь, откликнулся Хранитель.
   - Так давай завалим, - предложила Вера.
   - Это не так-то просто, - отрезал Хранитель, таким голосом, как будто ему предложили станцевать самбу перед мордой Хмыря.
   Вера заметила, что коридор, бывший раньше не более ста метров в длину, растянулся как резиновый. Ребята неслись по нему уже не одну сотню метров, но конца ему не предвиделось.
   - Что происходит? - девушка тут же решила спросить об этом у Хранителя.
   - Я же говорил, что Антиреальность меняет территорию по своему усмотрению, когда захочет. Именно этим она сейчас и занимается.
   И Вера, и Хранитель уже подустали от продолжительной пробежки, и Хмырь уже настигал нас. Почуяв, что жертвы дают слабину и вот-вот выдохнутся, он издал радостный (как бы это поточнее назвать) визг. Но тут Вере в голову пришла одна идея.
   Однажды она видела, как играл ее брат в одну из своих сумасшедших игр. На него перла целая орава бравых зомби, а он летел спиной вперед и лихо отстреливал монстров. Главное было не упереться спиной в стену. Вера решила повторить этот героический поступок. Но только в ее положении было важно еще и не опрокинуться на спину. Иначе все, конец. Хмырь пробежит по ней как по ковровой дорожке, и останутся от нее только рожки да ножки.
   "Вот ведь как загнула!"
   - Следи, что бы я не упала, - крикнула Вера Хранителю.
   Он резко повернулся, и обалдело посмотрел на девушку. Она же повторив маневр брата, повернулась на девяносто градусов, понеслась спиной вперед, попутно обстреливая неотстающего Хмыря, успевая только менять магазины.
   Вера пробовала стрелять в голову. Ноль эмоций. Шеи у этого чудовища не было вообще как таковой.
   "Как же его завалить", - она лихорадочно вспоминала курс зоологии.
   Но, к сожалению, тогда она не сильно заморачивалась на уязвимых местах насекомых и членистоногих, в общем, и пауков в частности. Откуда ей было знать, что буквально через несколько лет, она будет вот так лететь спиной вперед по бесконечному коридору и отстреливаться от этого надоедливого монстра.
   - По лапам! - голос Хранителя вывел ее из состояния глубокой задумчивости над такой глобальной проблемой, как замочить Хмыря.
   - Чего? - Вера не понимающе уставилась на своего товарища по несчастью и партнера по беговой дорожке.
   - По лапам ему стреляй, - крикнул Хранитель, - Этим ты его не замочишь, но замедлишь точно.
   Вера молча кивнула и, прицелившись, поочередно пробила все его восемь лап точно в сгибах.
   Хмырь издав не то визг, не то еще какой-то звук неопределенного рода на мгновение замер, а потом натужно попер дальше, но уже со скоростью полудохлой черепахи, на ходу размазывая по полу ярко зеленую жидкость, то бишь кровь.
   Вера с Хранителем остановились. Теперь они могли идти легким шагом и не бояться, что их догонят.
   Конечно, это было очень не к месту, но в памяти у Веры всплыла строчка из одноименной песни группы (прости меня Господи) Тату "Нас не догонят". И действительно, их уже не догонят. Ну, может только ко второму пришествию. Хотя, это место оно точно обойдет стороной.
   "Да, Хмырик, на олимпиаду тебя точно не возьмут. Ну, если только давить на жалость".
   Хранитель последовал ее примеру и, тоже двигаясь спиной, вперед стал расстреливать из своего, как Вера уже успела убедиться мощного оружия еле ползущую тварь. Не смотря на то, что лапы у него были перебиты, все остальное функционировала вполне нормально. В большой пасти щелкали недюжие челюсти, доводя девушку до исступления, а лапы, растущие (вообще-то уже выросшие) чуть пониже головы твари, ушли в свободный полет. Хмырь размахивал ими как потерпевший или как слепой, накачавшийся алкоголем по самое не могу и боящийся свалиться.
   - Он что бессмертный? - нервно спросила Вера, в очередной раз, перезаряжая дробовик.
   - Нет. Я же говорил тебе, что его очень трудно убить.
   - Неужели ты не знаешь, как его уничтожить?
   - Представь себе, нет, я только со стороны видел, как это однажды проделал один парень.
   - И как же он это сделал?
   - Какая разница. В нашем случае это не подходит.
   - По-моему тут я главная героиня, а тебе досталась только роль второго плана. Так что будь любезен поделись своими соображениями, а уж я решу, подходящие они для нашего случая или нет.
   - Нужно зайти со спины и, приставив пушку к месту, где заканчивается голова и начинается туловище, выстрелить.
   Вера оценивающе посмотрела на огромную тушу, заслонявшую собой весь проход. Нечего было даже думать о том, что бы пробраться ему за спину.
   - Да, ты прав. Нам этот вариант не подходит. Но если сработало сзади, почему не попробовать то же самое спереди.
   - Ты с ума сошла! Это значит самой прыгнуть к нему в пасть. Пока ты будешь на курок нажимать, он тебя укоротит ровно на голову. Быстро и чисто.
   - У нас нет другого выхода, - даже не глянув на Хранителя, сказала Вера, - Либо так, либо этот хвост будет тащиться за нами, пока мы не выдохнемся.
   - Даже не думай об этом! - крикнул Хранитель, словно прочитав, что у нее было на уме, но Вера даже не обратила на него внимания. Сконцентрировавшись на одной единственной точке, она отважно бросилась вперед, краем глаза следя за лапами чудовища. Не добежав до них пары сантиметров, она по очереди влепила по нескольку пуль в каждую конечность. Лапы безвольными плетьми повисли и не подавали признаков жизни. Новый визг чудовища заставил побелку обсыпаться с потолка. Вера приставила пушку к стратегически важной точке и уже собиралась нажать на курок, как что-то залепило ей лицо. Последнее что девушка увидела, была огромная раскрывающаяся пасть с кучей острых зубов, приближающихся к ней. Потом все поглотила тьма.
   Щека взорвалась неожиданной болью. Это было первое, что почувствовала Вера. Затем по телу пробежала дрожь. Лицо, на котором застыли остатки липкой инородной массы, сморщилось. Вера боялась открыть глаза, помня, что заставило их закрыться.
   "Не знаю, чего я боюсь больше. Увидеть себя в подвешенном состоянии в прозрачном коконе Хмыря, застывшего рядом, только и ждущего, когда его жертва придет в сознание, что бы насладиться триумфом и помучить подольше. Или осознать, что я больше не могу видеть. Что жидкость, выплеснутая мне в лицо Хмырем, навсегда лишила меня радости смотреть на мир. Хотя какой в сущности мир? Я застряла в Антиреальности, и неизвестно доведется ли мне вернуться в мой мир".
   - Все хорошо, - донесся до нее знакомый ласковый голос, - Можешь открыть глаза. С ними все в порядке.
   "Он что телепат! - недоуменно подумала Вера, в очередной раз, поражаясь способности своего помощника угадывать ее мысли, - Пусть даст мне пару уроков чтения чужих мыслей. Или это ему от Антиреальности досталось. Что бы помогать заблудшим".
   Наконец Вера открыла глаза. Картина, которую она увидела, не сильно ее впечатлила, но осознание, что она все еще жива и даже может видеть подействовало не хуже любого транквилизатора. Девушка подскочила и издала радостный вопль. Конечно, на пол тона ниже, чем ей бы хотелось. Но большего просто не позволяет ситуация. Враг не дремлет и ходит неподалеку, развесив свои ушки. Придя в себя, Вера удосужилась оглядеться. Хранителя она нигде не увидела. Лишь туша поверженного монстра валялась неподалеку неживописной массой, портя весь вид и загораживая коридор. Теперь, если она захочет пройти ей придется переползать через тело Хмыря.
   "Не самая приятная перспектива, - Веру в очередной раз передернула, - И где, черт побери, Хранитель!? Я же ясно слышала его голос".
   Она вздохнула.
   "Наверняка его вызвала Антиреальность. Мол, хватит шляться и дебоширить. Иди домой и все такое. Ну вот, а я ожидала услышать хвалебные оды в мою честь. Ведь этого монстрюка положила я. Ну ладно, почти положила. Жаль, я даже буду по нему скучать. Наверно. Но вот его оружия и помощи мне точно будет не хватать".
   Вера представила себе как она будет теперь одна пробираться по этим полутемным коридорам.
   "Если Хмырь это лишь так дежурный патруль, то, что же тогда из себя представляет тяжелая артиллерия. Так, об этом лучше пока не думать. Проблемы надо решать по мере их поступления. Как мне говорил Хранитель: "Только без истерик". Легко сказать. Раз ушел. Раз появился. А мне-то куда деваться. Так, для начала в туалет. Смою с себя эту липкую гадость, которой меня наградил наш дорогой друг и товарищ Хмырь".
   Липкая масса на лице создавала чувство жуткого дискомфорта. И чтобы громить монстров, Вере просто необходимо было ее смыть.
   Пнув для порядка тушу монстра, она с чувством собственного достоинства и глубокого личного удовлетворения поплелась в туалет, а точнее к раковине.
   "Странное дело, когда мы бежали от Хмыря, коридор казался бесконечным, а сейчас туша монстра лишь перекрывала его, а я стою у лестницы, ведущей на второй этаж".
   До уборной комнаты Вера дошла относительно спокойно. Лишь когда она уже взялась за ручку двери, ей показалось, что за углом кто-то есть. Тихонько подойдя к краю стены, она резко выскочила, выставив дуло дробовика вперед, готовая нажать на курок. Но там никого не оказалось. Лишь какая-то тень быстро исчезла за следующим поворотом. Но Вера не стала идти за ней.
   "Не нападает и ладно. И где уверенность, что это не очередной глюк!"
   В уборной было темновато. Единственная лампочка под таким же, как и во всех кабинетах, потолком, светила едва-едва и все время мигала.
   Вера поставила дробовик на пол возле раковины, чтобы в случае чего не далеко было тянуться.
   "Ура! Наконец-то!" - облегченно подумала девушка, смывая с лица липкую гадость, которой ее наградил Хмырь.
   Жидкость уже подсохла, поэтому пришлось повозиться, освобождая лицо.
   "Интересно, когда в следующий раз появиться Хранитель? И появится ли вообще. Признаться мне очень его не хватало. И дело было вовсе не в том, что появились к нему некие чувства. Нет, они появились, но не те, о которых вы подумали. Это скорее чувство привязанности. После того, как мы сражались с ним плечом к плечу, можно говорить только о чувстве товарищества. Это объединяет людей, делает их ближе, как друзей по несчастью. А чувства, которые возникают в таком случае - это взаимовыручка, взаимопомощь. Конечно, я была далеко не первой, кому он помогал сражаться с монстрами. Это его обязанность. Для этого его создала Антиреальность. Но я не заморачивала этим голову. Мне было важно не то, почему он это делает, а то, что он делает. И я уверена, что он руководствуется не только указаниями Антиреальности".
   Но, наконец, операция была с успехом закончена. Верино лицо вновь было чистым и довольным. Она посмотрела на свое отражение. Покрасневшее от растираний лицо, в глазах странный блеск.
   "Да, что Антиреальность со мной сделала!"
   Вера улыбнулась себе, но вдруг увидела в зеркале позади своего отражение монстра. Не тратя время на оглядывания, она резко отскочила в сторону. И как раз вовремя. Огромная лапа просвистела у того места, где была голова девушки и со всего размаху врезалась в зеркало. Лампа погасла на несколько долгих и томительных секунд. Вера сидела в углу и ждала, когда вновь загорится свет. Когда лампа осветила пространство маленькой уборной, она увидела его. Большая непонятная масса, больше похожая на облитую водой глину, громадные черные глаза и пасть почти во всю голову и длинными руками с четырьмя пальцами. Монстр зарычал и двинулся к девушке. Вера тоскливо глянула на прислоненный к раковине дробовик. Тварь уже тянула к ней руку, когда Вера резко рванулась в другой угол, и, выхватив из кармана пистолет, влепила пару пуль в затылок монстра. Новый рык и тварь, как ни в чем, ни бывало, идет к ней как заводная. Для проверки Вера влепила еще пару пуль в морду и другие части тела, но это тоже не принесло никаких результатов. Когда Грязь подошел к ней, девушка метнулась к дробовику. Схватив такой родной ствол, она, недолго думая, нажала на курок. Ноль. Все ушло в молоко.
   "Как же его убить!"
   Медленно, но Веру начала бить паника. Она не знала, что еще предпринять. Новый рывок в сторону. Она вспомнила, как Хранитель пробил оба глаза Хмыря.
   "Так я вряд ли его убью, но, по крайней мере, он не сможет меня видеть".
   Сказано, сделано. Ослепнув, Грязь стал метаться по маленькой уборной и кидаться на стены. Рыча и ощупывая руками пространство перед собой он ходил из стороны в сторону. Вере же оставалось только перебегать из угла в угол, по возможности издавать как можно меньше шума.
   Она уже подумывала, как незаметно выйти из уборной, оставив Грязь и дальше тут метаться, но вдруг лампа опять погасла. Уборная погрузилась во тьму. Вместе с темнотой, наступила полная тишина.
   "Ей что это еще такое? Он что затаился?! Но как он может знать? Я же лишила его зрения!"
   Вера была испугана и напряжена.
   "Хватит. Пора сваливать отсюда".
   Медленно она стала ползти в сторону двери. Но стоило ей подумать, что все хорошо и сейчас она выйдет отсюда, как ствол, висевшего за спиной дробаша, прошелся по стене, с очень противным скрежетом.
   Тут же в горло девушки вцепилась огромная рука и приподняла ее над полом. Свет вновь осветил унылое помещение уборной. Верин взгляд был прикован к паре огромных черных глаз неизвестно как появившихся на морде Грязи. Чудовище довольно зарычало. И он стал сжимать ее горло. В одной руке Вера все еще держала дробовик, а второй безуспешно пыталась отодрать руку монстра, ну, или хотя бы ослабить его хватку. В глазах уже плясали разноцветные пятна, когда она решилась на последний шаг. Вцепившись в дробовик обеими руками, Вера нанесла удар стволом по шее монстра. Оружие прошло насквозь, отделив голову Грязи от туловища. Тут же тело рухнул на пол бесформенной массой. Вера упала на колени, с шумом вдыхая воздух.
   "Вот так гораздо лучше, - подумала девушка, глядя на остатки поверженного врага, - Чем дальше, тем сложнее".
   Внезапно в том месте, куда упала голова монстра, она увидела какой-то предмет. Это оказался большой, размером с ладонь черный камень.
   "А это что-то типа мозга. Или для замены глаз, - подумала Вера, взяв камень.
   Он оказался теплым. Отбросив находку подальше, она вновь занялась отмыванием себя от "подарков" очередного монстра. В этот раз шеи и рук.
  
   За время ее отсутствия, ничего существенно не изменилось. По коридорам не бродили грозные монстры, там было все так же тихо и спокойно. Лампы все так же слабо светили под высокими потолками.
   "Хорошо хоть они не гаснут, как та в туалете", - мрачно подумала Вера.
   Надо сказать, что неожиданная встреча не прибавила хорошего настроения, начавшего портиться после попытки Хмыря упаковать ее тельце в паутинку, и исчезновения Хранителя. А тут еще Грязь.
   "Шея до сих пор болит. Кажется, что руки Грязи до сих пор ее сжимают. Как там говорил Хранитель, институт мог разрастись до неприличных размеров. Радует хоть одно. Первый этаж я уже обошла. Теперь пришла пора попытать счастье на втором".
   Вера кинула последний прощальный взгляд на тело дохлого Хмыря и стала медленно подниматься по лестнице.
   В настоящем мире институт состоял из четырех этажей, но не по всей территории, и имел кучу корпусов. Так же не надо забывать про три больших спортзала, один тренажерный зал и бассейн. То есть территория и так немаленькая, а если Антиреальность примется за нее всерьез, то в перспективе ей предстояло ходить тут до пенсии. Хотя Хранитель говорил, что время на Антиреальность не действует.
   На втором этаже был большой актовый зал, доска с расписанием и кабинет больших начальников, как Вера его про себя прозвала. Тут же находилось кафе и переход в библиотечный корпус. Куда ей идти совсем не хотелось. Но Хранитель велел осмотреть все.
   "Кто знает, может, именно там мелкая тварь устроила свой главный бункер и место схоронения своей жалкой персоны от такой злой меня. К тому же Антиреальность тащится, когда я смахиваюсь с ее монстрами. Конечно, Хранитель этого мне не говорил. Но тогда зачем, спрашивается, затаскивать к себе людей и натравливать на них своих искусственных уродов".
   Вере было безумно интересно, кто же все-таки скрывался за маской Антиреальности. Кто был тем садистом-извращенцем, чей мозг мог выдумывать таких ужасных тварей, разрабатывать сценарии приключений, насильно затягивать людей, да еще по настроению наделять их какими-то способностями. То, что это именно мозг, не было ни малейшего сомнения. Ничто иное не смогло бы поставить перед собой цель и так четко и слаженно начать ее осуществлять.
   "Опять эти цели! Цель у меня. Цель у Хранителя. Теперь вон и у Антиреальности появилась цель. Хотя какая именно так и не понятно. То ли она просто развлекается, то ли ей нужно, чтобы побольше душ осталось в ее пределах".
   Неожиданно Веру обожгла мысль:
   "А что же происходит с чудовищами, которые стали такими после своей смерти от рук Антиреальности. В смысле, такие как я, но погибшие!"
   Девушка ужаснулась от такой мысли, вспомнив всех уже заваленных ею тварей. Что если один из них или все они в прошлом участники бешеного марафона Антиреальности.
   "А вдруг в них еще живет часть старого сознания, и остались воспоминания о прошлом. Но они вынуждены подчиняться Антиреальности и умирать, тогда когда она захочет. И чувствовать боль, всякий раз как она бросит их в бой от рук более удачливых участников этого кровавого представления. И так будет вечно. Снова и снова".
   Вера села на колени и заплакала. От жалости к этим несчастным, от страха, что подобное может произойти и с ней. Теперь ей было очень тяжело поднять руку на монстров, какими бы страшными они не были, или нажать на курок. Ей было жалко ни их обличия, а тех, кем они были раньше, и тех, кем они стали теперь. Но в то же время она понимала, что это необходимо, чтобы выжить, чтобы не стать такой, как они. Чтобы не присоединяться к этому молчаливому балу - маскараду и не становиться новой игрушкой в коллекции Антиреальности.
   "Как сейчас нужен совет или просто молчаливое присутствие. Хранитель! - внутренне возопила она, - Где ты!"
   Слезы кончились, сменившись отчаянием и страхом. Вера сидела в углу, сжавшись и обхватив плечи руками. Наверно это представляло собой комичное зрелище. Вооруженная до зубов девчонка сидит и плачет. Но она не ощущала комичности этой ситуации. А если бы здесь кто-нибудь был и засмеялся, она, недолго думая, влепила бы ему очередь между зубов.
   Несмотря на все ее призывы, Хранитель так и не появился. Теперь Антиреальность не скоро его отпустит, предоставляя девушке полную свободу действий.
   "Нужно взять себя в руки и идти дальше. Чем быстрее я найду тварь, тем быстрее я отсюда выйду. А когда я отсюда выйду, то все сразу закончится. Цель будет достигнута, Антиреальность свернется, а я вернусь туда, откуда она меня вытащила. Я проснусь, и буду считать это просто кошмарным сном, и все будет хорошо", - увещевала Вера свое обезумевшее сознание.
   Но она прекрасно понимала, что ей никогда не забыть произошедшее здесь. Она все будет помнить. И кровь убитых монстров, которые в прошлом, возможно, были людьми, такими же, как и она. И они были здесь в Антиреальности. И они тоже пытались спасти себя и выполнить цель, поставленную перед ними. Но не смогли. И за это получили одно из самых страшных проклятий. Умирать бесконечное количество раз, но так и не умереть. Воскресать по первому требованию и снова умирать по желанию Антиреальности.
   "Если бы только можно было добраться до мозга Антиреальности, я бы не пожала взрывчатки и отомстила бы за всех, оставшихся тут. Взорвала бы к чертовой матери все это. И мне наплевать к чему это приведет. Пусть и к концу света, но понимать, что здесь происходит и ничего не делать, это ужасно".
   Но сделать Вера действительно ничего не могла. Она не знала, где мозговой центр, как до него добраться. Не нужно быть особо понятливым, чтобы сомневаться, если Антиреальность почувствует угрозу, то спустит на ее источник всех монстров, какие только есть у нее в наличии. Тут же на память пришлось оброненное Хранителем слово "Голем".
   "А против этого, боюсь, мне нечего будет противопоставить. Будь я даже суперменшей, мне не одолеть такое количество врагов".
   Поэтому единственное, что ей оставалось, это выполнить свою цель и по возможности покинуть Антиреальность живой и невредимой.
   "Но для начала нужно взять себя в руки", - Вера вернулась к тому, с чего начала.
   Посидев еще несколько минут в тишине, она полностью успокоилась и была готова продолжить свое приключение. Слабость уже прошла и девушка готова была нажать на курок, если этого потребует ситуация. Она готова была убить, если нужно будет убить, даже, если будет знать, что этот монстр в прошлом был человеком.
   - Я ничего не могу для вас сделать, - тихонько, еле слышно прошептала девушка, - Все, что мне по силам, это спасти себя.
   Подняв дробовик и перезарядив его, она отправилась дальше.
   Для начала Вера решила заглянуть в кафе и запастись едой.
   "Может время на Антиреальность и не действует, но такие элементарные потребности как чувство голода или сна не исчезли".
   Она уже привыкла, что все двери в Антиреальности открыты. Но, дернув ручку входа в кафе, была очень удивлена тем, что заперто на замок.
   "Здорово! Спасибо большое и человеческое Антиреальность за твою заботу. Вероятно, ты решила, что мне не стоит набирать тут лишние калории, а дальше заниматься физическими упражнениями с тренерами, которых ты мне посылаешь! - мысленно проворчала Вера, - Но у меня на этот счет совсем иное мнение".
   Она решила не церемониться с вредным замком и, отойдя на несколько шагов назад, дала пару выстрелов по противному механизму. Покореженный металл, некогда бывший замком, грудой обгоревшего железа свалился на пол.
   "Знай наших", - девушка усмехнулась и припомнила сцену из какого-то зарубежного фильма, как главный герой, после того, как положить из своего пистолета с бесконечным запасом пуль всех плохих парней, дует на дымящийся ствол, а потом вертит его на пальце.
   "Да, если бы я последовала его примеру и попыталась подуть на ствол моего теперь такого родного и незаменимого дробовика, то это было бы дико смешно. А, учитывая длину моего оружия, то попытка прокрутить его на пальце закончилась бы полным фиаско и парой синяков или отстрелянных конечностей".
   Отодвинув носком сапога остатки замка, Вера вошла кафе. Дверь она предусмотрительно закрыла. Вдруг среди монстров окажутся вегетарианцы или любители нестандартной для чудовищ пищи, и решат зайти полакомиться, но, увидев ее, тут же вспомнят о своей чудовищной сущности и решат резко перейти из разряда вегетарианцев в разряд мясожрущих или кровепьющих. Ну, или как это там у них называется.
   В кафе Вера недолго думая, прошла к кладовой, где как она знала, хранили все припасы.
   "Как бы и там не оказалось склада с оружием, - мимоходом подумала девушка, - Игрушки для взрослых дяденек, это конечно хорошо, но кушать тоже надо. Иначе через сутки я свалюсь прямо в жаркие объятия монстров".
   Ее взгляду предстало огромное количество разнообразных пакетиков, пачек и кулечков.
   "Еда! - ее глаза загорелись в предвкушении настоящего пира, - Сколько еды!"
   Не сказать, что она была очень голодна, но, увидев такое обилие вкусненького, чуть ли слюной не изошла.
   Если бы сейчас сюда зашел монстр, то несказанно обрадовался. Девушка была похожа на приготовленного для жертвоприношения откормленного баранчика, ну, или поросенка. Она лежала на спине не в силах даже пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы поднять дробовик. А вокруг лежали обертки от съеденных ею продуктов.
   "Ну что я могу сказать в свое оправдание. Люблю чипсы, и с этим ничего не поделаешь. А также шоколадки, батончики и сок прямо из пакета. Так, сейчас главное не уснуть, - напомнила она себе, - Неизвестно, что случится, и где я потом проснусь. Да увидеть спросонок кишки какого-то монстра, не самое лучшее начало дня".
   Вера решила немного полежать, чтобы все съеденное не запросилось обратно. Затем, набрав с собой еды (не тащиться же сюда всякий раз, как захочется, есть, в самом деле), она продолжит свое путешествие.
   "Сначала загляну в актовый зал. Посмотрю что там и почем (пардон, я хотела сказать и как). Ну, а потом у меня на повестке дня кабинет больших начальников, и далее по списку библиотечный корпус".
   Надо вам сказать он сам по себе и в реальном мире жутковатое место. Дело не только в том, что Вера не фанатка книжек, но и то, что это место просто отталкивающее. Полутемное помещение, заставленное шкафами с книгами, где гулко раздаются шаги и вторят им гудящие перемигивающиеся друг с другом лампы. Всегда тишина, никого нет. И вот ты один бродишь между стеллажами и вдруг видишь в промежутках между ними чью-то тень. А! И ты бросаешься в сторону. Это угол, а там паутина. А! А в ней ужасный паук. Еще одно А! Причем, а с большой буквы.
   В общем, вот так в ней весело. Нет, вы не подумайте, никто не утрирует. Просто на самом деле там атмосфера такая загадочная, мрачная и пугающая. Неизвестно, чем руководствовался человек, оформляющий библиотеку, ну уж точно не "Сто мелочей для вашей уютной квартиры". Никто бы не удивился, если это было руководство по сооружению склепов, оформлению кладбищ и тому подобных вещей. Именно поэтому там очень мало посетителей. Это место скорее сгодилось бы для какого-нибудь фильма ужасов.
   Вера как представила, что теперь придется одной пробираться по этому месту, ей аж плохо стало. А если над библиотечным корпусом еще и Антиреальность постарается, то туда вообще лучше не ходить. Иначе смерть от нервного переживания обеспечена еще раньше, чем она встретиться с первым монстром, запланированным на эту часть помещения. Прикиньте, какое разочарование постигнет монстра, когда он увидит на полу ее распростертое, безжизненное тело.
   Отчаянно хотелось спать. Вера боролась с этим чувством из последних сил. Пыталась представлять себе сцены, как будут расправляться с ее телом монстры, если обнаружат его здесь. Но и это уже не помогало. Девушка засыпала все больше и больше, а сил бороться становилось все меньше и меньше.
   Она не знала, сколько времени прошло с ее пробуждения и осознания, в каком гиблом месте она находиться. За окнами царила тьма, и нельзя было ничего разглядеть. Иногда Веру даже посещали мысли, что за стенами института вообще ничего нет. Что он висит в пространстве. Единственное прибежище жизни, пускай и побольшинству искусственной, в темной бесконечной бездне. Для Антиреальности не существовало времени, пространства, ни одной из известных величин. В ней не было минут, часов, суток, не было смены времен года. Было лишь то, что она первоначально устанавливала, руководствуясь намеченными целями.
   Иногда ей казалось, что время летит незаметно. Особенно в схватках с монстрами. И то, что она только-только открыла глаза и узнала страшную действительность. Но иногда, что время тянется очень медленно, и что она здесь уже целую вечность. Кажется, что одна ее жизнь сменяет другую в этой бесконечной пляске смерти и безумия.
   Это были ее последние мысли. Потом все расплылось в волнах сонного дурмана.
  
   "Боже мой. Я уснула!" - Вера проснулась от этой внезапной мысли.
   Она ожидала увидеть толпу монстров, бьющихся друг с другом за право прикончить ее или почувствовать себя висящей в коконе очередного паука. Но ничего подобного не происходило. Все было тихо и спокойно. Точно так же, как и тогда, когда она засыпала.
   "Странно, - Вера задумчиво потерла переносицу, - Антиреальность упустила такой реальный шанс разделаться со мной без шума и пыли. Странно. Значит, ей нравится смотреть, как я тягаюсь с ее зверушками".
   Она потянулась и с ужасом посмотрела на остатки былого великолепия. Вернее на то, что осталось от ее недавнего пиршества.
   "Неужели все это съела я?! - сейчас ей было очень сложно в это поверить, - Это не я. Меня подставили. Пришли какие-то монстры, наглые морды, все это сожрали, а фантики подбросили мне. Так все и было".
   Шутки шутками, но пора возвращаться к действительности, уже окружившей ее своим плотным кольцом, и двигать дальше. Вера собрала в заметно опустевший мешок запасы еды.
   "Что-то патронов мало осталось. Может, пойти пополнить, - подумала девушка, затягивая тесемки, но тут же, представив, что ей снова предстоит спускаться на первый этаж, где лежат тела трех убитых монстров, откинула ее как совершенно неприемлемую, - Ну, уж нет. Это даже не обсуждается".
   Спуск вниз означал бы возвращение назад, к тому, с чего все началось. А если Антиреальность решит подослать ей еще монстров, то с первого этажа она никогда не выберется.
   Тихо открыв дверь, она оглядела местность на предмет злобных и дурнопахнущих монстров. Но таковых поблизости не оказалось. Наверно всех перебил местный Green Peace. Ну, или кто тут вместо них.
   "Вот и замечательно. Хотя что-то Антиреальность дала мне слишком затяжную передышку. Это подозрительно. Уж не готовит ли она для меня подарочек. Может, решила, наконец, пустить в ход тяжелую артиллерию. Нет, так неинтересно. Слишком быстро. Удовольствие надо растягивать".
   В данный момент Вера, конечно, говорила про удовольствие Антиреальности, лицезревшей ее с монстрами стычки. Вера по натуре человек не кровожадный, но теперь она горела жаждой мщения. Готова была убивать, разносить на куски монстров, отрубать им конечности, нашпиговывать их пулями. В ней поселилась тихая ярость, которая будет находить выход только в схватках с монстрами, отключая все иные чувства. Гнев - чувство, приводящее к поражению. Но чувство, которое ею владело сейчас, было совсем иным. Оно придавало ей сил.
   "Берегитесь твари. Я выхожу на тропу войны".
   Интересно, по каким параметрам выбираются люди на роль суперменов, человеков-пауков, Бэтменов и прочих добрых дяденек, занимающихся благотворительностью и социальной помощью. И почему тогда, когда они нужны больше всего, их нет.
   В кабинете больших начальников не обнаружилось ничего интересного. Надо сказать, что для начала Вера решила посетить его, прежде чем завернуть в актовый зал. Так сказать отдать дань уважения и все такое. Картина там была стандартная: развороченная мебель на фоне общего бедлама. Пачки документов, разбросанных хаотичным образом, вещи, заброшенные в самые немыслимые места.
   "Чисто. Идем дальше", - Вера не стала тратить время на пустые поиски.
   И так было понятно, что здесь никого нет. Закрыв дверь, она направилась к актовому залу.
   У нее было какое-то нехорошее предчувствие. Может просто нервное, а может там ее действительно кто-то поджидал. Легкое беспокойство переросло в твердую уверенность, что туда ей идти совсем не надо. Вера стояла в нерешительности перед дверью и не знала, что делать.
   "Направо пойдешь, в кафе забредешь. Налево пойдешь, в библиотечный ад попадешь. Прямо пойдешь, монстра встретишь, от страха помрешь. Конечно, самый оптимальный вариант это пойти в кафе. Но, как сказал в свое время Хранитель, отсидеться в сторонке мне все равно не удастся. Рано или поздно, Антиреальности надоест со мной играть, и она пришлет какого-нибудь непробиваемого и несокрушимого монстра. Например, Голема. Можно конечно сидеть в кафе и стрелять в тварей, вздумавших посягнуть на мою обитель. Укладывать их штабелями прямо у дверей. Но, во-первых, не скоро монстры шатаются, скоро пули кончаются. А, во-вторых, не все монстры умирают после пары выстрелов. За примером далеко ходить не надо. Тот же Хмырь. Фиг убьешь. А в кафе места для маневра нет. Так что дела мои плохи. Как ни крути, но в актовый зал идти придется. К тому же, может там сидит тварь, укравшая у меня ключи".
   Вера набрала в легкие побольше воздуха и быстро, пока не передумала, открыла дверь и вошла внутрь. И оказалась в кромешной темноте. Где здесь находится выключатель, она не имела ни малейшего понятия. Только включив фонарик, предусмотрительно припасенный ею, как раз для таких случаев, она смогла двинуться на обследование немаленького актового зала.
   Он был похож на обычную лекционную аудиторию, с той только разницей, что вместо поднимающихся вверх столов стояли удобные кресла. А так все было таким же. Кафедра, доска. Дверь располагалась как раз посередине зала. Для начала девушка решила спуститься к кафедре, а затем пройтись вдоль одинаковых рядов кресел.
   Луч фонарика скользнул по перевернутой кафедре, по криво висящей, исписанной доске. Вера стала подниматься вверх, освещая фонариком промежутки между креслами. Но они были настолько малы, что едва ли какой-нибудь монстр смог бы там затаиться. Вроде бы все было в порядке, но что-то не давало ей покоя. Чувство тревоги, возникшее перед входом в актовый зал, не исчезло, а наоборот усилилось.
   "Что это?" - удивленно подумала Вера, заметив на черной обивке кресла что-то белое.
   Она дотронулась до нее пальцем и, растерев, поднесла к глазам. Это оказалось обычной побелкой. Девушка посветила фонариком на потолок. Выбеленный и идеально чистый в ее мире, теперь он был прочерчен какими-то тонкими неровными линиями.
   "Как будто когтями", - подобрала Вера подходящее сравнение.
   Она стала подниматься, но теперь ее взгляд был прикован к полосам на потолке. Девушка поняла, что если здесь и есть монстр, то его нужно искать там. Чем дальше, тем больше было полос. Вера поудобнее перехватила дробовик, чтобы в случае чего сразу спустить курок.
   Морально она уже подготовила себя к встрече с очередным страшным монстром, но увиденное ею просто не вписывалось ни в какие рамки. Грязь был просто верхом искусства по сравнению с этим. Начать стоит с того, что фонарик высветил в углу под потолком темный клубок шерсти. Вера сначала не поняла что это. То ли очередной монстр то ли то, что от него осталось. Вдруг этому виду монстров нравится устраивать линьку на потолке. Но сомнения рассеялись, едва тварь дернулась. Ей явно не понравилось, что Вера нарушила ее сон и бесцеремонно светит на нее фонариком. Тварь сжалась, а потом резко переползла в сторону. Но луч фонарика проследовал за ней. Тварь поняла, что так просто она от Веры не отделается, и перешла к боевым действиям. Этот клубок шерсти стал разрастаться на глазах просто до неприличных размеров. Тут же в разные стороны вылетели тонкие похожие на стальные проволочки не то щупальца, не то лапы (но то, что это были конечности факт!), заканчивающиеся острыми когтями. Головы и всех остальных частей тела у твари не наблюдалось. Вера медленно стала отступать. Тварь пока бездействовала. Девушка тоже не спешила разряжать в нее свою пушку, мало надеясь, что это принес хоть какой-нибудь результат.
   "Ну и как мне интересно называть этот субъект. Коврик для ног, Клубок шерсти, а может Пушистик. Надеюсь, эта монстрила настроена сегодня крайне миролюбиво потому, что я не представляю, как ее мочить, и куда именно нужно стрелять".
   Но тварь, видимо, прочитав ее мысли и в корне с ними, не согласившись (или обидевшись на попытки дать ей имя) тут же метнула в ее сторону два когтя на проволоке. Вера успела отпрыгнуть только в последний момент. Тут же когти вонзились в то место, где она только что стояла и, впустую прочертив на полу несколько полос, убрались восвояси. Вера выпустила в нее пару пуль, как она и ожидала безрезультатно, и резко развернувшись, бросилась бежать. Когти метнулись следом, врезаясь в стены, в спинки кресел, выворачивая их содержимое. Наверно, монстру трудно уследить за таким количеством конечностей сразу. Вдруг Вера споткнулась и с шумом полетела вниз к многострадальной кафедре. Только это спасло ее от просвистевших над головой когтей. Падение закончилось резко и болезненно. Вера стукнулась головой об перевернутую кафедру, и на ее теле после такого кульбита не осталось живого места. Распластавшись, девушка не сразу поняла, что с ней больше нет верного дробаша. Резко подскочив и тут же сморщившись от боли, стрелой пронзившей все тело, она стала отчаянно озираться по сторонам в поисках оружия. Благо хоть фонарик она догадалась не выпустить из рук. Пока Вера занималась поисками дробовика, выпущенная ею из виду тварь подползла к ней на своих крючьях и вновь запустила в ее сторону свои конечности. Вера не успела что-либо сделать, как ее уже обвили стальные щупальца и приподняли над полом.
   "Так, по-моему, это мы уже проходили", - Вера вспомнила, как точно так же ее поднимал Грязь.
   Только в этот раз девушку никто не душил. Тварь поднесла Веру к своему пушистому (или лохматому телу). Неожиданно внутри что-то зашевелилось, и из середины туловища сквозь шерсть выдвинулась узкая как трубка пасть. Раскрывшись, она издала громкий шипящий звук и щупальца стали потаскивать Веру прямо к ней.
   Девушка не могла вытащить Colt-ы. Ее руки были крепко прижаты к телу. От смрада идущего из пасти твари она чуть не потеряла сознание. Раззявленная она уже находилась на расстоянии вытянутой руки. Вера уже различала полный набор мелких острых зубов, расположенных в два ряда. Чтобы не видеть и не чувствовать, девушка зажмурилась и задержала дыхание.
   "Все. Вот он конец. Не думала я, что все так быстро кончится", - Вера, с секунды, на секунду ожидала конца.
   Она уже чувствовала горячее дыхание монстра на своем лице и начала читать отходную молитву, как вдруг до ее на половину покинувшей эту бренную оболочку души долетел звук выстрелов. Тут же она почувствовала, что летит вниз. Благо потолки здесь были не такими высокими, но все равно, приложилась она знатно. После падения, девушка не могла ничем шевельнуть и не только потому, что ей было больно. Проволока - лапа твари до сих пор была обмотана вокруг нее.
   - Спрячься за кафедру! - крикнул, подбежавший к ней Хранитель.
   Он остался таким же, каким Вера его, и запомнила с пушкой наперевес. Сейчас он был сосредоточен и возбужден одновременно.
   - Сможешь отползти? - спросил Хранитель, оценив масштабы увечий.
   Вера, молча, кивнула и поползла в указанном направлении.
   А между тем Хранитель повернулся к монстру. Отстреленная конечность, заставила его затаиться. Когти висели на потолке, не спеша бросаться в атаку.
   Хранитель прицелился и точными ударами отстрелил еще несколько конечностей. Монстр тут же бросил оставшиеся на Хранителя. Тот ловко перекувырнувшись, оказался в безопасном месте и продолжил свою экзекуцию. Через пару минут монстр лишился своей последней конечности и смачно шлепнулся на пол. Хранитель подошел к попытавшемуся уползти врагу и бесцеремонно наступил на шерстяной покров чудовища. Тут же вылезла пасть монстра, и он попытался цапнуть Хранителя за ногу. Но тот ловко засунул в нее ствол и нажал на курок.
   Надо сказать, что пули в нем разрывные, поэтому вы должны представлять какой получился фейерверк из ошметков монстра. Хранитель брезгливо вытер оружие об шерсть поверженного монстра и подошел к Вере.
   - Как ты? - участливо спросил он.
   - Бывало и лучше, - хрипло ответила девушка, - Ты вовремя.
   "Если честно, то я еще не могу отойти от недавно пережитого ужаса. Не каждый день оказываешься вот так перед пастью монстра и знаешь, что сегодня ты главное блюдо и сейчас тебя съедят".
   - Ни на секунду нельзя оставить тебя одну, - проворчал Хранитель, разматывая проволоку, - Стоит по делам отлучиться, как ты тут же попадаешь в неприятности. У тебя что, хобби такое прыгать монстрам в пасть.
   - Ничего не хобби, - огрызнулась Вера, растирая руки, - Я не виновата, что они считают меня вкусным экзотическим блюдом.
   Она уже понемногу приходила в норму и была способна постоять за себя. В смысле защищаться от нападок Хранителя, а точнее огрызаться в попытке оправдаться.
   - Просто вести себя нужно осторожно. Что я тебе говорил.
   - Ты много чего говорил. За тобой только успевай записывать. По-другому не запомнишь.
   - Хорошо же ты благодаришь своего спасителя.
   - А я разве тебя не спасала?
   - Не понял! - у Хранителя аж глаза на лоб вылезли от удивления.
   - Что ж тут непонятного, - продолжала Вера ломать комедию с присущей ей наглостью, - Я спасла тебя от Хмыря, а ты меня от этого мотка шерсти. Мы квиты.
   - Какого Хмыря, какого мотка шерсти! Ты вообще о чем?
   - Ну, о том монстре, которого я завалила.
   - Ах, об этом, - на лице Хранителя появилась ехидная улыбочка, - Так значит, это ты его завалила?
   - Ну, почти. Мне совсем чуть-чуть оставалось, - смутилась Вера под пристальным взглядом Хранителя.
   - А ничего что, если бы не я, то ты бы болталась в коконе как высушенная груша. А Хмырь сытый и довольный весело болтал ножками, вися возле твоего бездыханного трупика.
   - Ладно, сдаюсь, - вздохнула Вера, - Монстров завалил ты. Но если бы не мои маневры, фиг бы ты это сделал, и несся бы по коридору до скончания веков.
   - Ты очень странно приносишь извинения. Я бы даже сказал, очень оригинальным способом. Вы, типа, извините, но все равно, я хорошая, а вы сволочи.
   - Извиняться! А может мне еще, и помолиться на тебя. Спасибо Хранитель за помощь. Аминь и все такое.
   Девушка возмущенно посмотрела на парня и встретила его обиженный взгляд. Они отвернулись друг от друга. Он стал перезаряжать своего верного помощника, а она стала отряхивать свою многострадальную одежду.
   Потом демонстративно прошла мимо Хранителя и взяла свой дробовик. Повернувшись, Вера увидела хмурый взгляд, устремленный на нее.
   - Ты хромаешь, - бросил он.
   - Знаю, - Вера равнодушно пожала плечами, - Но прежде чем отстрелить конечность монстру, ты мог бы вежливо попросить его аккуратно опустить меня на пол, пообещав не сдавать как террориста местным властям и не расстреливать без суда и следствия.
   Хранитель поняв, что с ней лучше не спорить, только махнул рукой.
   - Идем в кафе, расскажешь мне о своих подвигах.
   Он, не оглядываясь, пошел к дверям. Вере же оставалось только идти следом.
  
   - У-у-у! - прокомментировал Хранитель обилие пустых пакетиков на полу (не подумали же вы, что Вера нанялась тут уборщицей), - У кого-то был праздник. Как я мог его пропустить.
   Девушка скромненько стояла в сторонке, потупив глазки.
   - Ты решила откормить себя, чтобы монстрам было чем поживиться? - ехидно спросил Хранитель, - Теперь понятно, почему все так стремятся тебя слопать.
   - А что сразу я! Чуть что так я! - деланно возмутилась Вера, - Может это монстры сменили свой повседневный рацион.
   - Неважно. Интересно, монстры оставили что-нибудь нам? - спросил он, усаживаясь на пол.
   Вера исчезла в кладовой и вскоре вернулась с кучей пакетиков. Хранитель (на его счастье) никак это не прокомментировал, только усмехнулся. Пока они поглощали запасы, Вера рассказала ему все, что произошло за время его отсутствия.
   - Повезло, что никто не съел тебя за время сна. В следующий раз дождись меня, прежде чем решишь прикорнуть.
   - Что это был за монстр? - спросила Вера, когда они прикончили все принесенные ею продукты. И обессиленные, но довольные распластались на полу.
   - Не самый сильный, но очень хитрый монстр. Если успеешь отстрелить ему все лапы, тогда останешься жить, если нет, то, - Хранитель очень наглядно продемонстрировал, что будет в таком случае.
   - Если честно, я уже с жизнью попрощалась. Думала, что мне конец.
   - Тебе повезло, что я пришел. Появись чуть позже и от тебя остались бы только кости.
   - Тогда бы ты уже никуда ни пришел. Антиреальность свернула бы свою деятельность на этом промежутке пространства. И следующий твой приход был бы только к новым героям этого эпоса.
   Хранитель пожал плечами.
   - Я не ожидала тебя так скоро увидеть.
   - Я прихожу только тогда, когда меня выпускает Антиреальность. Считай, что тебе просто повезло.
   - Или она сделала это специально, чтобы продлить свое удовольствие и мои мучения.
   - Ты все еще думаешь, что все это ради чьего-то удовольствие? - спросил Хранитель, сдвинув брови.
   - Да, думаю. И ты меня не переубедишь. Может это и создается, чтобы перекрыть пространственные дыры, но зачем заманивать сюда людей и пытаться их убить таким садистским способом.
   - Я не буду спорить с тобой по этому поводу.
   - Скажи, а что происходит, когда Антиреальность тебя отзывает? - полюбопытствовала Вера, после небольшой паузы.
   - Ничего особенного. Я просто получаю информацию, что мне пора. А потом я исчезаю.
   - А как ты ее получаешь?
   - На телепатическом уровне. То есть информация появляется у меня в голове. Не знаю, как объяснить это по-другому.
   - И ты не помнишь, что потом происходит?
   - Нет. Мои воспоминания обрываются на том, что я увидел перед исчезновением. А новые начинаются с того, что я вижу, когда появляюсь.
   - А как это происходит?
   - Да никак. Я просто появляюсь и все.
   Вера поняла, что Хранителю не очень приятно говорить на эту тему и решила дальше ее не развивать.
   - Насколько тебя теперь выпустили? - как бы, между прочим, спросила Вера.
   - Не знаю. Как ей удобно.
   После небольшой передышки, ребята вновь отправились в путь.
   - Куда мы пойдем? - поинтересовалась Вера, когда они покинули столь гостеприимное кафе.
   - А куда ты собиралась? - задал встречный вопрос Хранитель.
   - В библиотечный корпус.
   - Вот туда и пойдем.
   Они направили свои стопы в указанном направлении. Вера была рада, что Хранитель снова с ней. Поэтому шагала бодренько и по возможности быстро. Она хотела успеть устроить зачистку и покинуть библиотечный корпус до того, как Хранитель покинет ее. Ранее уже говорилось, что такое библиотека в реальном мире. А о том, что она представляет сейчас, даже думать не хотелось.
   Длинный коридорчик, соединяющий лекционные помещения с библиотечным корпусом превратился в извилистый туннель. Свет освещал пространство лишь посередине, дальше царила тьма. С потолка что-то капало.
   'Кап-кап-кап, - Вере хотелось рычать от напряжения и этого действующего на нервы монотонного звука, - Сколько можно. И что вообще тут может капать. Трубопровода тут точно быть не может'.
   Девушка посветила фонариком в сторону, откуда шел звук. В лужицу, неживописно растекшуюся на полу, капало с потолка, оставляя, маленькие белесоватые капельки на стенах.
   - Это еще что за! - выругалась она, посветив на потолок, и, увидев, откуда капало.
   Условия антисанитарии вызывал маленький кокон, висевший высоко на стене. В принципе, это было не намного отвратительней всего, что Вера видела раньше. Но завтрак отчаянно запросился наружу.
   - Видимо, новый монстр, - равнодушно пожав плечами, сказал Хранитель.
   Ему только зевнуть оставалось для законченности образа.
   - Что значит, видимо!? Ты что, ни разу с ним не сталкивался? - удивленно спросила Вера у Хранителя.
   - Лично с ним не сталкивался. А может, и приходилось. Через кокон, знаешь ли, не очень разглядишь.
   - Что-то маловат, - прикинув размеры кокона, выразила Вера сомнение по поводу дееспособности будущего монстра.
   - Может он еще маленький. А вырастет и будет размером с того паука, которого мы уже прищучили.
   Неожиданно в глазах Хранителя мелькнуло странное выражение, и он выхватил у Веры из рук фонарик.
   - Ты чего? - возмутилась она.
   Хранитель, провел лучом фонарика под потолком и хмыкнул. Вера посмотрела туда же и ахнула. Коконы висели на стенах через каждые десять сантиметров.
   - Маленькая поправочка, эти монстры вряд ли вырастут. Но брать они будут не качеством, а количеством.
   - Пошли-ка отсюда, - Вера медленно стала пятиться.
   - Смотри, это наверно кислота или еще что-то. Она разъедает кокон, - не услышав предложения, продолжал рассуждать Хранитель.
   - Пошли отсюда, - уже громче сказала Вера, и для верности вцепилась в руку Хранителя.
   - Лучше давай их сейчас расстреляем. Пока они в коконах, - Хранитель высвободился и схватился за оружие.
   - Поздно, - Вера повернулась и побежала.
   В ближайшем к ним коконе, появилась дыра, которая стала увеличиваться прямо на глазах. Из разреза показалась маленькая рука-скелет с четырьмя пальцами.
   'Доброе утро Антиреальность', - подумала Вера, удирая дальше по коридору.
   Хранитель, поняв, что скоро здесь станет, жарко не отставал. Но было действительно поздно. По бокам то и дело раскрывались коконы с громкими хлопками. Вслед ребятам доносилось хлопанье крыльев, которое с каждой секундой становилось все мощнее.
   - Армия Крылатых собирается и скоро полетит в атаку. То бишь на нас. Интересно, на что они похожи? - тяжело дыша, поинтересовалась Вера.
   'Что-то в последнее время я слишком часто устраиваю подобные пробежки. Наверно Антиреальность решила в следующий раз воспроизвести олимпиаду'.
   - Не думаю, что это интересно, - недовольно отозвался Хранитель, - Только никаких геройств. В этот раз не поможет.
   Любопытство пересилило осторожность. Вера на бегу посветила себе за спину. Огромное количество скелетов с белыми крыльями и руками с четырьмя пальцами кружило на месте, напоминая гигантскую воронку. На свет фонарика их реакция была очень неадекватная. Твари запищали и, резко сорвавшись с места, полетели за ребятами. Хаотично, натыкаясь друг на друга, как будто не они только что кружили строго по линии.
   - Молодец! - прорычал Хранитель, прибавляя ходу, - Нет, чтобы спокойно слинять, пока они заняты своими делами.
   Вера никак не отреагировала на его слова. Сил бежать оставалось все меньше. Перед глазами все мелькало, слившись в одну точку. Если бы не чувство страха, девушка бы уже давно рухнула без сил на пол.
   Спасение пришло неожиданно. Завернув за очередной поворот (Вера уже сбилась со счета), они увидели широко распахнутые двустворчатые двери.
   - Быстрей, - Хранитель умудрился прибавить скорости.
   Осознание, что вот-вот они окажемся в безопасности, вне досягаемости этого супового набора, заставил поднапрячься. У Веры открылось второе дыхание. С грохотом и руганью ребята ввалились в помещение.
   - Быстрее, нужно закрыть двери, - Хранитель захлопнул дверь и задвинул засов. Но несколько самых быстрых и нетерпеливых тварей успело влететь, прежде чем двери захлопнулись перед самым носом основной армады Крылатых.
   - В таком количество они не смогут доставить нам больших неприятностей, чем пара царапин, но все же лучше уничтожить их. На всякий случай, - сказал Хранитель.
   - А как же эти? - Вера указала на дверь, из-за которой доносился шелест крыльев, писк тварей и скрежет когтей по дереву.
   - Дверь крепкая. Они ничего не смогут с ней сделать, - пожал плечами Хранитель.
   - Это понятно. Но ведь нам еще и возвращаться как-то надо, - и добавила дрогнувшим голосом, - Или мне.
   - А другого выхода нет? - моментально оценив переплет, в котором оказались, спросил Хранитель.
   - Нет, - Вера отрицательно покачала головой.
   - Это хуже, - напряженно сказал Хранитель.
   Вера отвернулась, дабы осмотреться, куда их занесло. Это было небольшое помещение, располагающееся как раз перед самой библиотекой. Здесь обычно стояли скамейки для ожидающих или для тех, кто решил отдохнуть. Хотя за все время учебы она ни разу не видела, чтобы кто-нибудь пришел сюда просто отдохнуть. В твердом уме и трезвой памяти. Нормальные люди выбирали для этого более светлые помещения с хорошей атмосферой. А не эту мечту режиссера фильмов ужасов. К тому же мегеры, работающие здесь не упускали случая наорать на праздно шатающихся возле библиотеки людей (таковыми считались все, кто находился вне ее стен).
   - Может, Антиреальность создала еще один выход отсюда? - услышала Вера голос Хранителя.
   - Слишком много может, - устало отозвалась она, - Ты же сам говорил, что Антиреальность только искажает настоящий мир, то есть вносит некоторые коррективы, но она не создает ничего нового, не дополняет уже существующее своими деталями.
   - Ты права, - Хранитель опустил голову.
   И тут на него из темноты с громким писком вылетела тварь. Только реакция спасла его от печальных последствий. Хранитель резко присел и рубанул пространство над собой стволом оружия. Раздался хруст, и писк оборвался. Тварь отлетела в сторону.
   - Молодец, - Вера похлопала его по плечу, - Отменная реакция.
   - Побегай с мое по Антиреальности и у тебя такая же будет, - без злобы бросил он, внешне оставаясь спокойным.
   'Как будто только что эта тварь спикировала не на него', - не без зависти отметила девушка.
   - Посвети-ка, - попросил Хранитель, подойдя к поверженному врагу.
   Крылатый был еще жив. На счет этого можно было судить по его конвульсивным коротким вздрагиваниям. Кости на груди были перебиты. Та же участь постигла и крылья.
   - Ты сделал его калекой последней, предсмертной группы, - хмыкнув, сказала Вера.
   - Ничего. Сейчас мы это исправим, - Хранитель наступил на голову твари и с хрустом раздавил ее, - Ну, вот и все. А ты боялась.
   Вера последний раз взглянула на тварь и занялась поиском ее товарок.
   - А они коварные.
   Она высветила под потолком еще одну тварь. Раскрыв крылья, она зашипела. Бах. Хранитель разнес монстра на фрагменты.
   - Это им от мамочки досталось.
   Из тьмы вылетело сразу две твари, но ребята были готовы к таким 'сюрпризам'. Два выстрела раздались почти одновременно, уничтожив монстров.
   - Я имел в виду Антиреальность, - с улыбкой сказал Хранитель, наткнувшись на непонимающий взгляд Веры, - Они же ее создания.
   - Как и ты. Не жалко так родственничков-то? - с ухмылкой поинтересовалась девушка, застрелив очередную тварь.
   - Неа. Она еще наштампует.
   За такими милыми разговорами о том, о сем, они перебили всех тварей, имевших неосторожность залететь к ним на огонек.
   - Чисто, - доложила Вера, осмотрев помещение, - Можем идти дальше.
   Хранитель кивнул и открыл дверь, ведущую в библиотеку. Девушка, вздохнув, шагнула следом.
   Ей очень не хотелось этого делать, но выбора не было. Чем скорее она со всем этим покончит, тем скорее вернется домой. И если для этого нужно пройти через ад, то Вера готова была это сделать.
  
   Наверно каждый представляет себе, как выглядит обычная среднестатистическая библиотека. Так вот институтское помещение ничем не отличается. Темновато, мрачновато, скучновато. Вообщем, как и в любой другой. Посреди помещения друг за другом в одну шеренгу выстроились одинаковые книжные шкафы. Место у стен занимали выставки разных книг. Тут же неподалеку стояло штук семь столов и по паре стульев у каждого. В самом дальнем углу у двери, ведущей в подсобные помещения, располагался стол заведующей библиотекой.
   'Хм. Антиреальность решила не наводить тут свои порядки. Сочла, что атмосфера и так располагающая к нервным заболеваниям от панического страха и дрожи во всем теле. Странненько. Признаться, я думала, что вот тут-то она и преподнесет мне самые страшные сюрпризы, начав с обстановки. Но, видимо, у нее закончилась фантазия либо ей было просто в лом. Она решила, что если здесь будет темно как в могиле (не очень хорошая шутка, учитывая мое настроение), то мне уже будет плохо. Наивная. После таких приключений, темнотой меня уже не напугать. Ну, может только кромешной. Надеюсь, в данный момент мои мысли не транслируются по главному экрану Антиреальности'.
   - Ну, что ты застыла как каменное изваяние, - донесся до Веры недовольный голос Хранителя (оказывается она все это время, не шевелясь, стояла у двери), - Не думаю, что монстры, при всей их недалекости, примут тебя за скульптуру. На произведение искусства ты, мягко говоря, ну, никак не похожа.
   - Спасибо тебе большое человеческое, - огрызнулась Вера, потянув затекшие мышцы рук.
   Как никак дробовик что-нибудь да весит.
   - Не за что, - язвительным голосом тут же отозвался Хранитель, - Мы этот участок проверять будем. Или ты нарочно ждешь, пока я исчезну, чтобы самой надрать задницу всем здешним страшным и зубастым монстрам.
   Добрейшей души человек и просто незаменимый товарищ в таких вот операциях. Его послушаешь и хоть с места не трогайся. Сразу все хорошее настроение и боевой задор пропадают.
   - Нет, ты не угадал. Я жду, когда у тебя перестанут трястись руки и высохнут штанишки, которые ты намочил от страха.
   - Язва, - беззлобно откликнулся Хранитель.
   - Кто бы говорил.
   - Шутки шутками, но пора двигать, - Хранитель в момент стал серьезным.
   Взяв оружие наизготовку, он двинулся вперед. Двигался медленно, стараясь производить как можно меньше шума. Вера двинулась в противоположную сторону. Конечно, ей не очень хотелось разделяться, но так они могли решить вопрос с библиотекой гораздо быстрее, чего девушке хотелось в данный момент больше всего. Не считая желания поскорее вернуться домой.
   'Имею право налево', - усмехнувшись, вспомнила Вера фразу, часто используемую в своем мире.
   Вера сейчас как раз шла налево.
   'Эх, люблю я это занятие'.
   Осторожно двигаясь вдоль шкафов с книгами, она заглядывала в промежутки между ними, ожидая нападения.
   'Ни за что не поверю, что эта пародия на летучую мышь, единственное, что мы встретим на этом участке. Я не настолько наивна. Теперь. Можно сказать, знаю вздорный характер Антиреальности как свои пять пальцев'.
   Веру очень мучил вопрос, что она будем делать с тварями, оставшимися по ту сторону двери. Но до поры она решила не забивать этим голову. Главное сейчас было вычистить библиотечный сектор.
   'Все! Вернусь домой, в спецназ подамся. Навыки есть, опыт тоже. Выдержка после общения с Антиреальностью и ее питомцами железобетонная. Прекрасный кандидат. Хотя нет, хватит с меня приключений. Вернусь домой, и буду вести себя как мышка. Читать сказки, смотреть мультики, вышивать крестиком'.
   Вера замечталась на эту тему, и чуть было не пропустила атаку. Монстр размером со здорового тигра и смутно напоминающим его очертаниями тела, бросился на нее с одного из шкафов. Бесшумно, без рыков, воплей и прочих предупреждающих звуков. Ударом мощного тела он прижал девушку к полу и попытался добраться до горла. Да, повадки тоже тигриные.
   'Только вот голова, да зубки!'
   Нужно сказать (пока Веру еще не съели), что голова у него была как... Смотрели 'Властелин колец'? Помните урков (орков как их там). Так вот его морду на теле тигра и пасть (рот) полный зубов разных размеров. Вот вам и монстр, который на нее напал. Милашка, не правда ли?
   Вера отчаянно сражалась, выставив перед собой ствол дробовика как заслон от пасти монстра. Тигр попробовал ее на вкус, но ему не очень понравилось, судя по выражению его морды. Вдруг тишину библиотеки расколол звук выстрела.
   Похоже, Хранитель уже познакомился с Тигром, но оказался ловчее и смог отбить у того все желание собой пообедать или поужинать, а может и позавтракать. 'Надеюсь, Хранитель не забудет про меня и спасет из пасти Тигра. Да, Хранитель прав. Я слишком часто оказываюсь в опасной близости от пасти монстров. Какая-то я размазня. Ничего сама не могу сделать. Вечно меня нужно спасать, - Вера разозлилась сама на себя из-за своей немощности, - Только бы добраться до пистолета. Тогда бы я нашпиговала пасть этого монстра пулями по самое не балуйся. До желудка бы ему все продрала'.
   Но это было так же нереально, как пройти сквозь стену, естественно не снеся ее по ходу или на ходу. Единственное, что можно было попробовать сделать, это изловчиться и направить дуло дробаша прямиком в зубастую пасть Тигра.
   Вера сосредоточилась на этой мысли и постаралась исполнить задуманное. Но это было не так-то просто. Стоит хоть на секунду приоткрыть горло, как эта милая пушистая киса вцепиться в него всеми своими тридцатью двумя зубками в квадрате.
   'Ну и воняет же у нее изо рта', - поморщившись, подумала Вера.
   Ей уже надоело валяться под этой тушой. И она решила все-таки хоть что-нибудь сделать. Недолго думая (а че тут думать-то), она исхитрилась пнуть ногой Тигра в живот. Похоже, получилось. Судя по недовольному рыку твари.
   - Что не нравиться! - злорадно прошипела Вера, - Не будешь в следующий раз нападать.
   Девушка ударила тварь снова. Всего лишь на миг, она приподняла голову и рыкнула. Но ей и этого хватило с лихвой. Направив ствол прямо в голову своего мучителя, Вера подождала пока она вновь над ней склониться и спустила спусковой крючок.
   'Так тебе (вырезано цензурой), тварь (вырезано цензурой) мать твою'.
   Мозги (если они были) вперемешку с кровью растеклись по книгам, рядком стоявших на полках шкафа. И не только по ним. Значительная часть зеленой гадости, бывшей кровью, выплеснулась и на Веру.
   'А если, чтобы убить ее, этого мало, - мелькнула в голове запоздалая мысль, - Ведь горло осталось открытым!'
   Но ей повезло или Тигру не повезло. Одного выстрела в башню хватило. Вернее, что бы изрешетить эту самую башню. Тварь так же молча завалилась на бок и, закрыв глаза (или что там осталось), испустила дух.
   Вера брезгливо сморщилась, осмотрев свою одежду.
   'Фу, какая гадость. Это ж, сколько мне теперь от нее оттираться'.
   Попало и на лицо и на руки.
   - Бе, - девушка высунула язык и скорчила морду трупу Тигра.
   Достав фонарик, она направила его на тело. Мощная мускулатура, длинная черная шерсть, сильные когтистые лапы. Очень похож на настоящего тигра, но все-таки что-то в нем не то. Не земное. Искусственное.
   - Хороший экспонат в музей смерти Антиреальности? - Хранитель бесшумно подкрался со спины.
   - Если ты сделаешь так еще раз, то я выпущу в тебя всю обойму дробовика, - холодным тоном пообещала Вера, - Нервы и так ни к черту. А тут еще ты... подкрадываешься.
   - Не волнуйся. Нервные клетки не восстанавливаются, - миролюбиво протянул Хранитель.
   - Как Тигр? - поинтересовалась девушка, с завистью отметив, что тот вышел из переделки чистеньким.
   - Ты имеешь в виду ту тварь, что на меня напал? Нормально. Сдох, - равнодушно отозвался Хранитель, - Ты я вижу, завалила тварь. Молодец. Но вот твой видок.
   Хранитель скривил губы в саркастической усмешке.
   - Сам бы попробовал завалить этого монстра почти в упор, выстрелив ему в голову и при этом остаться чистым, - тут же огрызнулась Вера.
   - Делать мне больше нечего, - фыркнул Хранитель, - Я предпочитаю отстреливать их на расстоянии.
   - Бе, - она скорчила ему морду, как совсем недавно дохлому Тигру.
   - Очень мило, - без тени улыбки прокомментировал Хранитель, - А теперь, если ты закончила, продолжим. Осталось проверить только подсобные помещения.
   - Надеюсь, это мы сделаем вместе? - спросила Вера, не имея ни малейшего желания снова разделяться.
   - Да. А то боюсь, следующей встречи с монстром ты не переживешь, - усмехнулся Хранитель.
   'Тварь!' - злобно сверкнув глазами, подумала девушка.
   Но вслух ничего не сказала. Все-таки он тоже порождение Антиреальности, потому наделен теми же повадками, что и его собратья. Тут остается только посочувствовать.
   - А что здесь мог еще кто-то остаться? - как можно беззаботней спросила Вера.
   - Расслабься. Если тут кто и остался, то только в подсобке, - широким, уверенным шагом, он двинулся к последнему пристанищу библиотечных монстров.
   'И все-таки он тварь, - Вера пошла следом, держа дробовик в боевой готовности, - Похоже, мои акции в глазах Хранителя значительно упали, после встречи с комком шерсти. Теперь он наверняка думает, что я ничего не могу. А то, что я сама завалила Кузнечика, Грязь и Тигра, конечно же, не в счет. И то, что помогла разделаться с Хмырем и Крылатыми такая мелочь, что не стоит ее учитывать. Короче я ноль без палочки. Неумеха и вообще, что я здесь делаю. Мне только в детском саду сидеть кубики складывать, да куколок спать укладывать. Да, я себя очень люблю. Просто души не чаю'.
   Хоть Хранитель и сказал, что тварей нет, Вера шла, настороженно озираясь по сторонам. Кто их знает, этих чертей. Может они затаились до поры до времени, а потом как бросятся. Поминай, как звали.
   - Ты долго еще? - нетерпеливо спросил Хранитель, стоя у двери в подсобку и глядя на выкрутасы спутницы, - Я же сказал, все чисто. Или тебе надо несколько раз повторять, чтобы дошел смысл?!
   - Я буду твоему трупу повторять: осторожность превыше всего, - отреагировала Вера.
   "Если честно мне уже надоело вечно с ним переругиваться. Интересно, если он не будет язвить, он отравиться собственным ядом?"
   Вера подошла к Хранителю и встала в позу: не подходи, убьет. На тот случай, если из двери выпрыгнет очередной монстр.
   - Тебе надо в цирке клоуном работать, - с улыбкой сказал Хранитель, не торопясь открывать дверь.
   - Тебе там же мясом для хищников, - вяло отозвалась Вера.
   Все ее внимание было поглощено созерцанием закрытой двери. Она прикидывала, какого монстра там спрятала Антиреальность.
   "Похоже на коробку с сюрпризом", - подумала Вера.
   - Хищники отравятся. Но ты будешь пользоваться успехом.
   - Ты откроешь эту чертову дверь или мне сделать это самой? - нервно спросила Вера, метнув в Хранителя гневный взгляд.
   Тот ничего не сказал и взялся за ручку. Помедлив пару секунд, он открыл дверь и ловко отпрыгнул в сторону. Вера выставила ствол дробовика, готовая в любую минуту выстрелить.
   Но к их общему удивлению и облегчению, на них так никто и не прыгнул из темноты. Лишь донесся затхлый спертый воздух из подсобки.
   Вера включила фонарик и, подойдя к двери, направила луч света внутрь. Маленькое помещение "два на два миллиметра", заваленное всяким хламом: книги, газеты, листовки в огромных количествах пачками громоздились на полу и друг на друге.
   - Какой хламовник, - прокомментировал Хранитель, - Не думал, что библиотекари такие бордачники.
   - Здесь никого нет. Теперь нужно возвращаться по коридору обратно. Веселая нам предстоит прогулочка.
   - Стой! - крикнул Хранитель, - Ну-ка, посвети на ту стену.
   Вера молча подчинилась. И когда свет коснулся указанного места, она тоже увидела то, что разглядел Хранитель. Заваленная книгами почти до верху, в стене была узкая дверь.
   - Вот оно спасение! - довольно улыбнулся Хранитель.
   "Славненько. Не придется сталкиваться с Крылатыми. Все-таки численный перевес это если и не все, то многое".
   - Видишь, ты оказалась не права. Из библиотечного корпуса все-таки есть другой выход. И ты его чуть не проморгала.
   - Молодец, - ядовито сказала Вера, - Возьми с полки пирожок.
   Вдвоем они оттащили от двери книги, загораживавшие проход.
   - Ну что потопали? - спросил Хранитель, постукивая по стволу оружия костяшками пальцев.
   - Потопали, - Вера кивнула.
   Ржавая железная дверь открылась с жутким скрипом. Из тьмы потянуло могильным холодом. По телу пробежал холодок. И девушке и Хранителю стало не уютно.
   - Похоже, эта дорога ведет в подвал, - тихим голосом предположила Вера.
   - Похоже, что так, - рассеяно, ответил Хранитель, напряженно вслушиваясь и всматриваясь.
   Может, он силился услышать поступь очередного монстра, но вряд ли это удастся в той кромешной темноте.
   Вера посветила фонариком. Темнота там была настолько плотной, что луч пронзал ее на каких то несколько десятков сантиметров.
   Это был узкий проход с каменными стенами, уходящий вниз. Лестницы не было, лишь плавный спуск.
   - Все же лучше, чем продираться по тому коридору сквозь плотный строй Крылатых.
   Хранитель хотел что-то сказать в ответ, но вдруг лицо его изменилось.
   - В чем дело? - с тревогой в голосе спросила Вера.
   - Мне пора, - тихо сказал Хранитель и виновато развел руками.
   Мол, ничего не поделаешь. Девушка прикусила нижнюю губу и отвернулась.
   - Иди. Я справлюсь, - также тихо сказала она.
   - Ты уверена?
   - А что у меня есть выбор? Или у тебя? - с горечью в голосе спросила Вера, - Или мне сидеть тут и ждать пока ты снова появишься? Ну, уж нет. Я собираюсь покончить с этим как можно быстрее.
   Хранитель только кивнул и, не произнеся больше ни слова, пошел прочь. Вскоре его шаги затихли.
   "И вот опять одна. Без поддержки. Теперь я могу рассчитывать только на свои силы".
  
   Первым Вериным желанием, когда она осталась одна, захлопнуть дверь и завалить ее книгами, как было раньше. И сидеть здесь пока не вернется Хранитель. Какая-то ее часть (наверно инстинкт самосохранения) желала так и поступить. Отгородиться от Антиреальности в этом закутке. Но в то же время она понимала, что этого делать нельзя. Антиреальность не для того вырвала ее из родного мира, что бы Хранитель все делал за нее. В конечном счете, ей это надоест и она, либо уничтожит ее, либо Хранителя она больше не увидит. Что означало бы смерть. Да, Вера действительно сама уничтожила нескольких монстров, но это было, в конечном счете, элементарное везение, которое не будет продолжаться вечно. Ей повезло, что она успела выставить ствол дробовика, прежде чем Тигр впился ей в глотку; ей повезло, что она попала в шею Кузнечика; ей повезло, что она завалила Грязь. А может, Антиреальности захотелось, чтобы ей везло. Но рано или поздно ей захочется, посмотреть чего Вера стоит сама по себе.
   "Никогда бы не подумала, что это так тяжело", - вздохнула Вера.
   Она много раз видела фильмы, где бравый коммандос сражается с жуткими монстрами. Но на экране все выглядела не так, как было сейчас. Все виденное ею никак нельзя подогнать и применить в данной, ее ситуации. Против реальных монстров. Потому что в отличие от актеров, она не знала когда, и откуда выпрыгнет очередная тварь, и как ее нужно мочить.
   Вера посмотрела на дверь, ведущую во тьму и возможно к ее скорой гибели.
   "Делать нечего. Нужно идти", - сказала она сама себе.
   Закрыв глаза и мысленно досчитав до десяти, она решилась. Вошла в темноту подвала и аккуратно прикрыла за собой дверь. Тут же все погрузилось во тьму. Луч света освещал пространство лишь на пару шагов впереди. Если где-то во тьме затаилась очередная тварь, пока она не прыгнет, Вера ее не увидит. Поэтому следовало быть предельно осторожной и при малейшем шорохе спустить крючок.
   "Можно конечно попробовать выключить фонарик и двигаться по стеночке, дабы не привлекать излишнего внимания к своей скромной персоне. Но не думаю, что здесь меня будет поджидать тварь, ничего не видящая в темноте".
   Поэтому с фонариком или без в таком случае значения не имело.
   "А ведь я, по сути, только начала зачистку института, - мелькнула мысль, - Ведь именно это было планом Антиреальности. Заставить меня обойти все помещения в здании, уничтожая монстров. И лишь в самом конце, в каком-нибудь подвале я встречу эту маленькую скотину, отберу у нее ключ, потом уничтожу. Нет, лучше наоборот. Сначала уничтожу, разнесу на куски, потопчу по ним, станцую ламбаду на ошметках (как-то жестковато, не находите?), а потом заберу ключ".
   В ее голове уже сменяли друг друга картинки, как именно она расправляется с тем несчастным существом, перебежавшим ей дорогу (это кто тут несчастный!?), наполненные жестокостью и антигуманностью (хотя о какой в данном случае гуманности может идти речь! Даешь убой монстриков).
   Спуск закончился неожиданно, уперевшись в самую обычную дверь, каких Вера уже достаточно повидала на своем нелегком, полном испытаний пути (ой, я вас умоляю, только не надо драматизировать). Она очень удивилась по поводу того, что ей никто на этом самом пути не попался. Даже захудалой скелетушки летучей мыши не подкинули. "Даже обидно. Только настроишься на боевой лад и приготовишься крошить и кромсать батальоны тварей, жаждущих твоей крови, причем не в порядке живой очереди, а все сразу. А вот на тебе. Фиг вам называется. Неужели у нее кончились монстры? - делано изумилась Вера, - Или она решила взять выходной. Мол, ты тут пока сама побегай, а монстров я тебе для компании попозже подброшу".
   Да, не к добру это. Точно не к добру.
   "Значит за этой самой дверью меня, и ожидают большие неприятности. Или маленькие, но много".
   Вера дернула ручку двери, но та не поддалась.
   "Мило. Она еще не открывается. Нашла Геракла".
   Девушка попробовала в другую сторону. С тем же результатом.
   "А если посильнее", - озарила ее голову гениальная догадка.
   Вера повесила дробовик за спину и обеими руками вцепилась в дверь. Для надежности она уперлась ногами в стену.
   Милая надо сказать картинка. Наверно со стороны это очень забавно смотрелось.
   Наградой за ее посильные труды была щель шириной сантиметров в двадцать.
   "Уже хорошо. Хоть какой-то результат", - тяжело дыша, подумала Вера.
   И уже собиралась продолжить экзекуцию (не знаю, кто над кем, Веры над дверью или двери над Верой), как с той стороны раздался приглушенный рык, и дверь затряслась. Вера отступила на шаг и с ужасом уставилась на огромную лапу, появившуюся в щели. Тварь пыталась найти механизм, открывающий дверь (ей видимо было невдомек, что нужно всего лишь толкнуть ее со своей стороны и путь открыт. Невдомек и, слава Богу).
   Вера стояла и таращилась, но потом ее голову вновь озарила гениальная догадка, что у нее есть оружие. Клеевая такая пушка, дробаш называется. Вера выхватила ее из-за спины и, подойдя к двери, пальнула в щель приблизительно в то место, где должна быть голова. Очередной рык (не думаю, что неземной радости) чуть не оглушил ее на всю оставшуюся жизнь (даже если это всего двадцать четыре часа в лучшем случае). Нелицеприятная конечность исчезла, и послышался глухой удар об дверь. И все затихло.
   "Он что затаился?! - недоумевала Вера, - Или умер? Конечно, второе было бы предпочтительней. Но, к сожалению неизвестно так это или нет. А проверять у меня нет никакого желания".
   Вера еще немного постояла, напряженно вслушиваясь, в тщетной попытке узнать, что случилось с монстром (похоронку заказывать себе или ему). Малейший шорох или вздох выдал бы его с головой. Но за дверью царила полнейшая тишина.
   "Вряд ли у этого монстра хватило ума затаиться, - подумала она, - Наверно я все-таки попала".
   Уверенная, что монстр уже в лучшем мире, Вера подошла к двери. Ожидая, что вновь придется приложить усилия, чтобы открыть ее, она схватилась за ручку и со всей силы дернула. Но дверь поддалась неожиданно легко. Вера, растерявшись, потеряла равновесие и упала на спину. Дверь ударилась об стену, раскрывшись до конца, и девушке на ноги упало тело Кузнечика.
   Вера взвизгнула и вскочила, направив дробовик дрожащими от страха руками на монстра. Но это было уже ни к чему. Кузнечик был еще жив, но на последнем издыхании. Когти конвульсивно царапали пол, кровь выходила из пробитой головы толчками, грудь монстра вздымалась все реже. И вот спустя какое-то время он затих. Вера все еще продолжала смотреть на тело поверженного врага в замешательстве и оцепенении. Конечно он враг, просто чудовище, но видеть смерть всегда тяжело. Особенно, когда ты сам близок к ней как никогда. Конечно, когда знаешь, что ты на волосок от гибели, грань между жизнью и смертью стирается. И ты бездумно и равнодушно убиваешь тех, кто хочет убить тебя. И уже все равно кто это, монстры или люди. Но сейчас Вера испытывала странное чувство. Жалость, смешанную с ненавистью к тому, кто заставляет ее это делать. За секунду до того, как навсегда закрылись глаза монстра, ей показалось, что в них мелькнула искра разума. Будто он знал, кто он и кто она. Безмерная тоска и невыносимая боль сквозили в том взгляде.
   Вера тряхнула головой.
   "Возможно, у меня слишком сильно разыгралось воображение или может, привиделось из-за скудного освещения. Все-таки слабый луч фонарика это не так уж и много. Или у меня просто поехала крыша. Какой нормальный человек может пережить все, что со мной произошло и не стать сумасшедшим. Да, наверно я просто схожу с ума. Скоро мне начнет казаться Хмырь в ангельском одеянии и с нимбом над головой, который будет гоняться за мной со словами: "Покайся в грехах своих дочь моя". И улыбаться своей страшной зубастой пастью".
   Веру передернуло от подобной мысли. После недавних событий она не казалась ей смешной и удачной шуткой.
   "Совсем распустилась, - разозлилась Вера на себя, - Может мне еще его похоронить и молитву над ним прочитать. Вот будет здорово!"
   Она, не глядя на труп монстра, пошла дальше. Дел много, а времени не хватает.
   Пройдя несколько шагов, Вера услышала впереди плеск воды.
   "Это еще что такое? - недоуменно подумала она, - Где-то прохудилась труба? Вроде не похоже. Иначе был бы характерный запах".
   Она пошарила лучом фонарика по стене, в надежде наткнуться на выключатель. И представьте себе, наткнулась. Неприметный такой возле двери, через которую вошла. Щелчок и несколько десятков ламп высветили большое помещение с бассейном посередине.
   "Бассейн! - удивилась Вера, - Как библиотека может быть связана с бассейном!"
   Но потом решила, что это неважно и не стоит тратить на это время. Подойдя к краю, Вера села на корточки и посмотрела вниз. В бассейне плескалась, темная почти черная вода и дна совершенно не было видно. Лишь мерный плеск от маленьких волн, гуляющих по поверхности.
   "Ненавижу воду", - неприязненно подумала Вера.
   Она заметила дверь в противоположной стороне и решительно направилась к ней, аккуратно ступая по мокрому кафелю, огибая бассейн по периметру. Легкий шелест где-то позади, заставил Веру резко, насколько позволял скользкий пол развернуться. Но за спиной никого не оказалось. Вера внимательно огляделась, и лишь после этого продолжила свой путь.
   Она уже поняла, что в Антиреальности случайностей не бывает. Как не бывает и совпадений. Именно поэтому, услышав шорох, но никого не увидев, она поняла, что уже не одна в помещении. Развернувшись и сделав вид, что она идет дальше, девушка поудобнее перехватила пушку и положила палец на спусковой крючок. Еще один звук, уже ближе, но Вера не оборачиваясь, шла дальше.
   "Еще ближе. Еще чуть-чуть", - подгоняла она тварь, желая подпустить ее поближе, а потом расстрелять в упор.
   Когда тварь пересекла очерченную Верой линию, девушка резко развернулась и наставила пушку на тварь. Она отпрыгнула в сторону, одновременно нажимая на курок. Тварь взвыла и, ощерив свою израненную пасть, по ближайшей стене взлетела к потолку, где и зависла, зацепившись огромным хвостом за выступ в стене.
   Вера отошла на безопасное расстояние и, не спеша доводить дело до конца, стала рассматривать новую тварь. Это был среднего роста монстр желтого цвета, с короткими, но мощными задними лапами и непропорционально длинными передними. Самым примечательным во внешности монстра был длинный лысый хвост, в два раза превышающий рост самой твари.
   "Милая зверушка, - оценила Вера,- Чем-то на обезьянку похожа. Значит так, и назову Мартышка".
   Кровь из ран Мартышки с противным звуком капала на кафель, действуя девушке на нервы. Вера опасливо косилась на тварь и обдумывала шаги отступления. Сводить с ней счеты она не спешила, не желая подходить в зону атаки.
   "Ладно. Пусть она там пока повесит, а я, пожалуй, пойду", - Вера стала медленно отступать к двери.
   Но вместе с ней пришла в движения и Мартышка. Тварь нетерпеливо завозилась и, кажется даже, переползла поближе.
   - Э нет, милая. Так не пойдет, - сурово сказала Вера, погрозив ей стволом пушки, - Еще одно движение и ты превратишься в решето.
   Еще один шаг. Но тварь, кажется, не вняла ее предостережениям.
   "Блин", - Вера сорвалась с места и бросилась к такой близкой и желанной двери.
   Но уже через пару метров она почувствовала сильный удар по ногам и поняла, что куда-то летит. С громким криком и плюхом она рухнула в бассейн, мгновенно уйдя под воду. С трудом выплыв, Вера глубоко вздохнула и стала, бешено озираться в поисках лестницы. С детства она панически боялась воды и всех живущих в ней тварей. Ее ассоциативный ряд приводил к тому, что при слове "вода" из недр ее воспаленного воображения всплывали разнообразные морские гады и чудовища, непременно желавшие пожрать ее целиком или по кускам, частям и деталям.
   Вдруг на поверхности появились большие пузыри и стали с шумом лопаться. Вере показалось, что вода под ней пришла в движение. В ужасе девушка, что было сил, поплыла к замеченной неподалеку лесенке. Краем глаза она уловила слева от себя движение. Повернув голову, чтобы рассмотреть, что это, она чуть было не поседела от ужаса, охватившего ее с ног до головы. Чуть в стороне от нее плыла длинная, похожая на змею тварь. Ее скользкое тело с легкостью рассекало черную воду. Через секунду тварь ушла под воду. Вера исторгла дикий вопль и поплыла вперед, что было сил. Сбылись ее самые жуткие кошмары. Ее самый страшный сон. Как из глубины к ней поднимается морское чудовище и утаскивает ее с собой под воду, где она долго и мучительно умирает или т разрывает ее с товарками на куски.
   Вере казалось, что она никуда не плывет и, не смотря на все ее усилия, лесенка не приближается. В нескольких метрах от девушки вновь показалась спина морской твари и на этот раз никуда не исчезла. Вера тут же изменила направление и поплыла в обратную строну, забыв обо всем на свете. Сейчас ей было неважно, что лесенка совсем в другой стороне, а значит и спасение, лишь бы уплыть от твари.
   Но с другой стороны приближалась еще одна тварь. Только в отличие от первой, она не кружила вокруг жертвы, а плыла прямо к ней. Вера замерла в ужасе, не зная, что делать. Она бросалась из стороны в сторону, но повсюду натыкалась на хитиновые спины морских змеев. Девушке начало казаться, что все вокруг кишит этими змеями, и что это не вода вовсе, а большой мокрый клубок из переплетенных и непрестанно двигающихся тел морских гадов, которые все больше и больше сжимают свое смертоносное кольцо вокруг нее.
   Вера начала терять сознание и почти с головой ушла под воду. Но легкое прикосновение скользнувшего рядом морского змея, привело ее в чувство. С трудом, сохраняя остатки разума, она попыталась сообразить, что же ей делать. Пушка в этом случае бесполезно. Повезет, если она будет работать после просушки.
   "Но у меня где-то был нож!" - мелькнула спасительная мысль.
   Вера извлекла оружие и подняла его на уровне лица. Серебряный клинок придал ей сил и позволил частично скинуть оковы страха и ужаса. Морские змеи все больше сужали периметр, но Вера была готова. Она ждала, когда твари окажутся в непосредственной близости, чтобы проверить на прочность их шкуры. Но этому не суждено было сбыться. Забытая Мартышка, скинувшая девушку в бассейн, не захотела отдавать свою добычу морским змеям или бассейным). Хвост твари обмотался вокруг Веры и резко выдернул ее из воды, оставив морских гадов злобно щелкать челюстями. Когда девушка оказалась рядом с Мартышкой, то, не долго, думая, полоснула ножом по лапам чудовища. Монстр тут же выпустил опору и с булькающим звуком полетел в черную воду. Хвост, раскрутившись, забросил Веру в сторону от бассейна. Девушка сильно приложилась правым плечом коленями, на которые приземлилась, но в целом была в порядке. Поняв, что смерить ей в ближайшее время не грозит, и ничего страшного с ней не случилось, она с интересом посмотрела на битву, развернувшуюся между тварями.
   Мартышка попыталась выпрыгнуть из воды, но ближайший к ней змей, помня как у него из под носа умыкнули добычу, а, может, почуяв запах крови, резко выпрыгнув из воды, вонзился зубастой пастью прямо в грудь Мартышки. Тварь заревела и попыталась отодрать присосавшегося к ней гада, но попытка была тщетной. Тот вцепился мертвой хваткой, не обращал внимание на удары. Тут подоспел и второй морской змей, напавший со спины. Мартышка последний раз коротко взревела, и морские змеи утащили ее под воду.
   - Вот и все, - тихо сказала Вера, глядя на окрасившуюся зеленым от крови Мартышки воду.
   Пузыри вскоре исчезли, и вода успокоилась, приняв спокойный и безмятежный вид, а зеленое вновь стало черным.
   "Как говорится в тихом омуте, черти водятся".
   Вера без сил распласталась на спине. Она не верила, что осталась жива. Что пережила свой самый ужасный, сводящий с ума кошмар. Безумно захотелось кричать, плясать и орать от радости. Но в тоже время на это не было сил. Какая- то часть сознания все еще была под властью пережитого и никак не могла от него отойти. Вере было плохо. Она полностью истощила все свои ресурсы. Ее нервы истончились до предела и вот-вот грозились лопнуть. Вера понимала, что больше не в состоянии двигаться вперед, продолжать эту безумную гонку на выживание. Антиреальность оказалась сильнее.
   "Я больше не могу, - подумала Вера и простонала, закрыв глаза, - Я больше не хочу. Я устала". Вера лежала на полу и чувствовала спиной холод кафеля. Но сил встать не было. Да и желания тоже. Она не могла пошевелить не единым мускулом. Сейчас не хватало только похоронной музыки. Все произошедшее словно лавина навалилось на нее, грозя похоронить под своей массой. Картинки одна за другой замелькали у нее перед глазами. Из под закрытых глаз, слепляя ресницы, потекли слезы. Вере стало жаль себя. В горле комком застрял крик, дикий крик отчаяния; ее затрясло. А когда истерика прошла, незаметно для себя Вера погрузилась в глубокий сон.
   Вера стояла посреди кабинета, в котором очнулась в самом начале всего этого кошмара. Здесь ничего не изменилось. Все также царил развал и беспорядок, стояла мертвая тишина. Вера подошла к учительскому столу. Неожиданно ее охватил страх, что все началось сначала. Что вот сейчас она обнаружит на столе ключи от подсобки и все пойдет по тому же сценарию. Из тени, царившей у доски, вышла подруга и однокурсница Веры Марина. Девушка подошла к учительскому столу и, вцепившись в него обеими руками, принялась отчитывать Веру. Она корила ее за малодушие. За то, что нельзя быть такой слабой и безвольной. Не сейчас, когда уже столько пройдено. Нужно думать не только о себе, но и о других. О том, что у нее осталось в том мире. Что ее ждут в мире живых. Сзади раздался какой-то шорох. Вера резко повернулась, одновременно отпрыгнув в сторону. Но за спиной никого не оказалось. Это всего лишь отвалился кусок штукатурки. Вера облегченно вздохнула и развернулась к двери. Позади учительского стола, наполовину в тени, стоял Хранитель. Этот был тот же самый парень, который помогал ей выжить, но в то же время что-то в нем было не так. Вера не могла сказать, что именно. Он стоял неподвижно и смотрел на нее внимательными глазами, сложив руки на груди. В его взгляде не было ничего кроме осуждения. А Марина между тем продолжала свою возмущенно-обвинительную тираду. Вера нервно сглотнула. В коридоре послышался какой-то шум, постепенно нарастающий. Вера напряглась, ощупывая себя в поисках оружия, но у нее не было ничего. Она хотела крикнуть Марине и Хранителю, чтобы они отошли от двери. Но тут чудовищная сила вырвала ее вместе с косяками и в проломе показалась отвратительная морда Хмыря. Тварь схватил Марину поперек тела своими огромными челюстями и исчезла. Провал затопила темнота, и оттуда не раздавалось больше ни звука. Хранитель стоял на том же месте. Он даже не шелохнулся во время неожиданного нападения. И сейчас лишь осуждающе покачал головой. Через секунду он исчез, словно растворился в воздухе.
  
   Первым что увидела Вера, когда проснулась, спокойная темная вода, слегка колыхавшаяся на несколько сантиметров ниже ее лица. Девушка вскочила, испуганно, глядя на бассейн. Она в деталях помнила сцену, которая разыгралась здесь недавно. Вера отошла подальше от воды и села прямо на пол, по-турецки скрестив ноги. Она прокрутила в памяти сон. Склонив голову, вспоминала свою подругу и жизнь в том мире.
   "Теперь он уже тот", - хмыкнула девушка.
   Сон был жуткий, но на Веру он подействовал. Встряхнув, он дал ей уверенность. Вера уже не хотела лежать здесь и ждать, когда придут монстры чтобы закончить ее мучения. Она была полна решимости и сил прорываться дальше, усеивая свою дорогу трупами монстров и всех, кто захочет помешать. Она хотела домой, и она хотела жить. И это чувство было сильно как никогда. Что-то изменилось в ней после пробуждения. Антиреальность и все, что окружало ее, предстало в ином свете. Вера понимала, что она не супер героиня. Ее чувства были основаны вовсе не на мысли о том, что она стала непобедима и что теперь в ее силах наподдать под зад всем обитателям Антиреальности и их главному боссу. Вера поняла, что без боя она не сдастся, и если ей суждено здесь умереть, то она продаст свою жизнь подороже. Конечно, для Антиреальности это был пустячок. Она вновь оживит своих монстров, когда они ей понадобятся в первозданном их виде. Но Вере так будет спокойней. По крайней мере, она умрет с мыслью, что ушла из жизни не как сопливая девочка, а как боец.
   Вера встала. Бросив последний взгляд на бассейн, она повернулась и пошла к заветной двери, ведущей дальше. В следующий уровень этой жестокой и кровавой игры.
  
   За дверью казался совсем маленький переходик. Он был такой узкий, что Вера шла вперед, касаясь стен с двух сторон плечами. Он представлял собой букву "п". Темнота здесь была какая-то липкая и неестественная. Она давила и сильно действовала на нервы. Но выйдя из перехода в освещенное помещение, Вера мгновенно избавилась от той атмосферы, царившей в переходе. Плотно закрыв дверь, Вера отрезала себя от темноты жалобно протянувшей к ней свои щупальца. Вера оказалась в спортзале. Он представлял из себя большое помещение, сплошь заставленное тренажерами. Медленно она пошла вперед, зорко осматривая каждый уголок. Спрятаться здесь можно было где угодно. Идеальное место для засады.
   До ушей Веры донесся лязгающий металлический звук. Выстави пушку вперед, она медленно пошла по направлению к источнику звука. Замерев перед тренажером, отделявшим ее от гремевшего нарушителя спокойствия, Вера на секунду замерла. Досчитав до трех, она резко выпрыгнула, готовая стрелять на поражение при малейшем движении. Но ни увидела никаких монстров. Вместо этого ее глазам предстал обнаженный по пояс Хранитель, занимавшийся на тренажере. Его торс обильно покрывали капельки пота. Вера опустила оружие и подошла к парню.
   - Привет, - весело сказал он, - Хорошо, что не расслабляешься. Учишься буквально на лету. Я даже не слышал, как ты подкралась.
   - Практика, - слабо улыбнулась Вера, - Как у нас тут с монстрами?
   - Да был один, - махнул рукой Хранитель, так словно речь шла о маленьких зверушках, - Но он не сильно меня напряг. Можно даже сказать не сопротивлялся. Его труп там, на гимнастических матах.
   Вера решила посмотреть на монстра, которого завалил Хранитель. Монстр представлял из себя нечто желтое с зелеными пятнами по всему телу. Небольшой, он имел длинный сильный хвост. Сейчас, в луже собственной крови, он был не более чем грудой мусора.
   - Надеюсь, ты не против, что я его завалил? Уверяю, монстров тебе еще хватит, - пошутил Хранитель.
   - Уже хватило, - сухо бросила Вера, - Больше никого не было?
   - Нет, - Хранитель отрицательно покачал головой.
   - Странно, для такого большого помещения и всего один сюрприз, - задумчиво сказала Вера, - К тому же такой.
   - Думаешь здесь есть кто-то еще? - удивился Хранитель.
   - Наверняка.
   - Ноя сам облазил здесь каждый уголок и абсолютно точно тебе говорю здесь больше никого нет! - заявил Хранитель.
   - Стой здесь, а я проверю, - Вера безразлично пожала плечами.
   Хранитель, ни слова не говоря, двинулся за ней. Он хмуро посмотрел на идущую впереди девушку. Он понял, что с ней что-то произошло. Он видел какую-то перемену в ее взгляде. Он стал совсем другим: жестким более уверенным, как и она сама. В ней произошли перемены, и Хранитель это чувствовал. Девушка теперь держалась и вела себя иначе. Если раньше он был командиром и учил ее выживать, то теперь он чувствовал себя скорее подчиненным. Девушка больше не нуждалась в его нравоучениях. Хранителя это немного напрягало, но в душе он порадовался такому быстрому росту девушки.
   "Интересно, что же с ней произошло".
   Хранителя мучил этот вопрос, но он не решился его задать. Скорее всего, это было настолько ужасно, что девушка вряд ли расскажет об этом. Это должно было, либо изменить ее, либо окончательно сломать. Произошло первое.
   Они осмотрели весь спортзал. Оставалась лишь раздевалка, куда Вера и направилась. Как Хранитель и говорил, они никого не обнаружили.
   - Я же говорил, что здесь больше никого нет, - проворчал он.
   - Подожди с выводами, - жестко оборвала его Вера, - Осталась раздевалка.
   Она поднялась по лесенке и подошла к двери, ведущей в раздевалку.
   - Я сам, - Хранитель подошел к ней и взялся за ручку.
   - Только после дам, - ядовито бросила девушка и ухмыльнулась.
   Хранитель скорчил рожу и, дернув ручку на себя и включив свет, вошел.
   - Вот видишь, тут никого нет, - осмотрев комнату, сказал он.
   Тут ему на спину откуда-то сверху спикировала тварь, точная копия заваленного Хранителем, только этот был поменьше. Хранитель тихо ойкнул и под весом твари рухнул на пол. Тварь бесцеремонно потоптавшись у того по спине приготовилась вцепиться своими нехилыми зубками в шею жертвы. Но этому не суждено было сбыться. Очередь из пушки Веры снесла монстра с тела поверженного Хранителя, раздробила ей череп и разнесла грудную клетку. Тварь пару раз дернулась и замерла, скрючившись на заляпанном кровью полу.
   - Вот теперь здесь действительно больше никого нет, - сказала Вера, помогая Хранителю подняться.
   Тот критически осмотрел свою одежду. Встреча с грязным пыльным полом совсем ее не украсила. Вера с усмешкой наблюдала, как тот пытается отряхнуться, с тщетной попыткой привести себя в божеский вид.
   - Идем, у нас мало времени, - бросила она и зашагала прочь от места сражения.
   - А ты не хочешь немного передохнуть, обсудить..., - Хранитель хотел сказать о том, что с ней произошло, но сдержался и после паузы добавил, - наши дальнейшие планы?
   - Какие планы?! - брови Веры взлетели вверх, - Нет, никаких планов и стратегий. Просто, как и раньше идем вперед. Как можно строить планы, когда не знаешь, что ждет тебя за следующим углом.
   "Многословная как всегда", - мрачно подумал Хранитель.
  
   Выйдя из спортзала, они попали в вестибюль. С него можно сказать все и началось. Именно тут Вера поняла, что происходит что-то странное. Конечно, первоначально эти мысли пришли к ней еще в ее родной аудитории, в которой она проснулась. Но окончательно мысль оформилась именно здесь, когда она пыталась выбраться наружу или хотя бы кого-нибудь отыскать.
   "Дубль два, сцена третья", - мрачно подумала Вера, а вслух добавила, - Ну, и куда нам теперь шлепать?
   - Непроверенными остались первый и второй лекционный корпусы, - пожав плечами, сказал Хранитель, - Куда идти, выбирай. Ты же теперь у нас босс.
   - Мне не нравится ирония в твоем голосе, - холодно сказала Вера, - Неужели тебя это так задевает!
   - Давай не будем выяснять отношения, - поморщился Хранитель, - Не в этом месте.
   - Никто не выясняет отношений. Просто теперь мне не необходима твоя помощь так, как в самом начале пути. Только и всего. И тебе придется с этим смириться, - спокойно сказала Вера.
   - Так куда мы идем? - сменил тему Хранитель.
   - Первый корпус в два раза меньше второго, да и ближе. Поэтому мы идем туда, - Вера первой направилась к располагавшейся в конце вестибюля лестнице, ведущий на первый этаж второго корпуса.
   Лестница утопала в темноте. Вдобавок она была широкая и ковер, покрывавший ступени, скрадывал все шаги.
   - Будь начеку, - предупредила товарища Вера, поднимая оружие на уровне груди и крадучись поднимаясь с правой стороны лестницы.
   Хранитель, взявший на себя левую сторону, недовольно покосился в сторону девушки. Еще совсем недавно он говорил ей эти слова, когда они куда-нибудь шли.
   "Похоже, кое-кто забыл, сколько раз я спасал его шкуру", - недовольно подумал он.
   Они преодолели два лестничных пролета и оказались на первом этаже второго корпуса.
   - Ну что, здесь останемся или сначала зачистку сверху начнем? - поинтересовался Хранитель.
   - Отсюда, - бросила Вера и двинулась вперед.
   Первым в их плане зачистки был конференц-зал. Он располагался справа от лестницы. Вера, толкнув дверь, сделала шаг вправо и стала ждать, когда дверь откроется полностью. Пригнувшись, она была готова к любой неожиданности, которая могла выпрыгнуть из-за двери в любой момент. Хранитель стоял чуть позади, прикрывая ее на случай, если какая-нибудь тварь покажется в коридоре в неурочный момент. Дверь слегка ударилась об стенку и замерла. Из тьмы конференц-зала никто не спешил бросаться на замершую девушку.
   - Я иду вперед, - сказала девушка и нырнула во тьму, но уже через пару секунд там засияли лампы.
   Хранитель вошел в освещенное помещение и увидел напарницу, отбивающуюся пушкой от маленькой твари. Та прыгала на задних лапках и пыталась добраться до нее когтями. Вера врезала ей по морде стволом пушки. Оглушенная тварь на секунду потеряла ориентацию в пространстве, и ее подкосило как пьяную. Вере этого было вполне достаточно. Она направила пушку на тварь и точным метким попаданием почти в упор снесла ей башку. Закончив, она отряхнула кофту и взглянула на Хранителя, замершего в дверях и наблюдавшего за борьбой.
   - Я думала тебя уже съели, - ядовито бросила она.
   - Ты, я вижу, и без меня неплохо справляешься, - погрустнев, сказал Хранитель, - Может, я тебе уже не нужен!
   - Будешь не нужен, если в то время как на меня будут нападать, будешь стоять и глазеть на это.
   - Что ты расшумелась! - неожиданно сорвался Хранитель, - Если ты думаешь, что моей главной целью было покомандовать, то ты ошибаешься.
   - Сзади! - пронзительно крикнула Вера.
   Хранитель резко повернулся и на вскидку разнес подбирающуюся к нему тварь.
   - Я вовсе так не думаю, но стоит мне что-нибудь сказать, у тебя сразу становится такое лицо, как будто я отобрала у тебя любимую игрушку, - сказала девушка.
   - Ладно, возможно мы оба друг друга просто не поняли, - мягко сказал Хранитель, подходя к девушке, - Когда ты пришла в спортзал, я сразу почувствовал, что с тобой что-то случилось. После этого ты сильно изменилась. Выросла что ли.
   При этих словах девушка вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. Хранитель заметил справа от них какое-то движение. Повернувшись в ту сторону, он расстрелял показавшуюся из-за стола тварь.
   - Да, ты прав, - тихо сказала Вера, поворачиваясь в другую сторону и всаживая несколько пуль в очередную тварь, - Со мной действительно кое-что случилось. Конечно для кого-то это пустячок. Ничего особенного, но для меня все было не так.
   Хранитель не торопил ее, зорко обозревая окрестности, он ждал, пока она сама продолжит.
   - Я пережила свой самый жуткий кошмар. Свой самый большой страх, - закончила Вера.
   Эффектно развернувшись, она в воздухе разнесла на сотню кровавых ошметков голову прыгнувшей на них твари.
   Хранитель лишь приподнял правую бровь.
   - Но больше он меня не пугает. Удивительно, что я не поседела от пережитого ужаса, - добавила Вера уже более уверено, - Но теперь он в прошлом.
   Передернув затвор, она еще раз огляделась.
   - Кажется все, - сказала она, равнодушным взглядом скользнув по трупам тварей.
   Хранитель кивнул и первым вышел в коридор.
   С обеих сторон коридора располагались абсолютно идентичные аудитории. Только чуть дальше было несколько кабинетов, где располагалось начальство института. Метров через пятьдесят они натолкнулись на переход. Там стояло несколько лавочек, и находилась железная ржавая лестница, ведущая в подвал под институт. Вера помнила их институтский подвал в настоящем мире. Это были длинные запутанные переходы, настоящие катакомбы, уходящие глубоко под землю.
   "Интересно, что Антиреальность с ними сотворила. Хотя в первозданном виде они уже навевали ужас и клаустрофобию, узкие с низкими потолками и мигающими лампочками, где студенты и учителя проводили свои таинственные опыты. Вере никогда не хотелось знать какие именно. Особенно после просмотра фильма "Обитель зла". Лишь один раз она спустилась туда. Учитель отвел их в свою берлогу на занятие. Вера навсегда запомнила этот жуткий подвал.
   - Как насчет спуститься в логово зверя? - предложил Хранитель.
   Он и представить себе не мог, что сейчас твориться на душе у девушки. Но Вера и не собиралась с ним об этом говорить. Она уже и так достаточно разоткровенничалась там в конференц-зале.
   - Нет, сначала мы закончим с первым и вторым этажом. Подвалом займемся позже, - сжав зубы, сказала Вера.
   В тайне она надеялась, что тварь, похитившую ключ, они найдут гораздо раньше, чем предстоит спуск вниз.
   - Как скажешь, - Хранитель пожал плечами.
   Они закончили осмотр всего первого этажа, но им больше не встретилось ни одной серьезной твари. Им пришлось довольствоваться собратьями тварей, напавших на них в конференц-зале.
   - Странно, - задумчиво сказала Вера, - Слишком мало тварей. Это несерьезно.
   - Может, Антиреальность уже сдалась, - предположил Хранитель.
   - Сейчас ты будешь вешать лапшу мне на уши. А когда я поверю из-за угла выскочит новая мощная зверюга и разорвет меня на сотню маленьких кусочков, - прищурившись, Вера посмотрела на своего товарища.
   Хранитель счел за лучшее промолчать. Они подошли к лестнице, чтобы подняться на второй этаж, но тут Хранитель почувствовал, что ему пора. Он обернулся к Вере и посмотрел на нее выразительным взглядом.
   - Уже, - Вера явно была расстроена.
   - Зато никто не будет вешать тебе лапшу на уши, - слабо улыбнулся Хранитель, медленно отступая в тень лестницы на нижнем пролете.
   Вера проводила его взглядом. И когда силуэт товарища полностью растворился в темноте, слившись с нею, она повернулась к лестнице, ступеньки которой поднимались вверх и исчезали во тьме. Вздохнув, она поставила правую ногу на ступеньку. Тут сзади до нее донесся какой-то звук. Вера обернулась и прислушалась. Звук повторился. И еще раз. То дальше, то ближе.
   "Точно, это скрип. Где-то дверь скрипит. Может, мы не закрыли", - с сомнением подумала Вера, но тут же отогнала эти мысли.
   Она слишком хорошо знала, что само по себе тут ничего не двигается. И даже если они действительно забыли закрыть дверь, она не стала бы скрипеть.
   "Если только Антиреальность не решила надо мной поиздеваться. Заставляя впустую ходить туда сюда и терять время", - нахмурившись, подумала Вера.
   Она вернулась в коридор. Но все двери были плотно закрыты, и везде царила тишина. Вера прошла еще дальше, дойдя до лестницы в подвал. Сзади налетел резкий порыв ветра и устремился вниз, заставляя натужно скрипеть старую ржавую лестницу.
   "Нет, - Вера отшатнулась, - Я туда не пойду".
   Она поняла, чего от нее хочет Антиреальность. Зачем она заставила ее вернуться и почему забрала Хранителя. Но она не собиралась бежать туда по первому зову.
   "Я пойду туда только в самую последнюю очередь", - твердо решила она.
   Девушка физически ощутила зло, исходящее из глубины подвала. Затаившееся там нечто только и ожидающее своего часа. Той минуты, когда оно сможет вцепиться в тело жертвы и, насладившись вдоволь его судорогами, погрузить клыки в трепещущую плоть. Сладко и волнующе. Жестоко и резко.
   Вере стало страшно от нахлынувших на нее мыслей. Казалось, что она уловила то, что думала тварь, что они принадлежат монстру, терпеливо ожидающему в засаде, когда появится его жертва. Он знал, что придет, никуда не денется. Девушка тряхнула головой, отгоняя непрошенные мысли, не желая больше, чтобы это транслировалось у нее в голове. Не давая Антиреальности запугать себя больше, чем есть.
   "Потом, - последний раз упрямо повторила она, - И когда вернется Хранитель".
   Кивнув, она развернулась, намереваясь продолжить свой путь, но тут позади раздался тот же звук, который заставил ее вернуться сюда. Хлопок двери, скрип. Вера резко повернулась, втягивая ноздрями воздух.
   "Монстр! - Вера напряженно всматривалась в полуосвещенный коридор, - Я так и думала, что сюрпризы здесь не кончились. Слишком слабую линию выставила матушка-Антиреальность".
   Вера крадучись двинулась вперед, но скрип раздался вновь гораздо ближе, но с другой стороны. Он раздался за спиной у девушки.
   "Фигово у меня со слухом, если не могу определить с какой стороны звук доноситься", - констатировала девушка, разворачиваясь.
   Пройдя немного, она снова услышала скрип, но чуть дальше.
   "Он от меня убегает! - мелькнула у нее мысль, - Ну ничего, сейчас я его прихлопну. Вечно бегать ты не сможешь".
   Вера начала по очереди заглядывать в аудитории. Резкий хлопок двери гораздо более громкий, чем раньше заставил ее вздрогнуть и покрыться потом. Он вновь донесся из-за спины.
   "И так, здесь орудует две твари".
   Новый хлопок спереди. Скрип сзади ближе. Новый спереди тоже раздавшийся ближе. Спереди дальше. Сзади ближе. Сзади дальше. Сзади ближе. Спереди. Сзади. Сзади. Спереди. Вера ужом вертелась в коридоре, размахивая оружием. Волосы на голове встали дыбом. Эти звуки в полутемном коридоре как гром бьющие по голове и доводящие до исступления. Вера почувствовала, что еще немного, и она сойдет с ума и начнет палить во все стороны. Что-то промелькнула справа от нее. Быстро и скрылось в аудитории неподалеку. Хлопок.
   "Так вот она тварь!"
   Вера приготовилась ждать. Как только тварь покажется из-за двери, она устроит ей достойную встречу свинцом. Новый хлопок сзади заставил ее вздрогнуть. Вера решила больше не ждать и, подкравшись к двери, она ворвалась в аудиторию, но та была пуста.
   "Черт возьми, я же видела, как тварь забежала сюда!"
   Удивлению девушки не было предела. Волосы всколыхнул резкий порыв ветра. До руки Веры что-то дотронулось. Инстинктивно она сжала ладонь. Это оказалась лапа монстра. Темно-фиолетового цвета коренастый, он чем-то походил на человека. Но пасть, полная маленьких острых зубов, тут же заставила переключиться на более насущные проблемы. Тварь зашипела и попыталась вырвать лапу. Но Вера держала крепко. Тогда тварь ощерилась, но Вера никак на это не прореагировала. И тварь вошла в ритм. Она попыталась сорваться с места. Она превратилась в смазанное пятно, мелькавшее из стороны в сторону и пытавшееся вырваться, но не тут-то было. Вера ни в какую не желала отпускать своего пленника. Теперь она поняла, что тварь была всего одна, то как она двигалась, помогало ей перебегать из одной аудиторию в другую с гигантской скоростью. А с виду он казался увальнем, не способным развить даже самую минимальную скорость.
   "Увалень, так я и назову тебя", - решила девушка.
   Твари надоело метаться из стороны в сторону. Она замерла и посмотрела на девушки долгим взглядом своих глаз-бусинок. Резко, без предупреждения, она вцепилась зубами в державшую ее ладонь. Вера вскрикнула и разжала руку. Увалень мелькнул сиреневой полосой и растаял в коридоре. Пытаясь, не обращать внимания, на ноющую руку, обильно заливающую пол кровью, она поспешила вдогонку.
   "Долбанная тварь!" - ее переполнял гнев.
   Хлопок сзади, порыв ветра, когтистая лапа прочертила полосу у нее на спине, выстрел, мимо. Скрип спереди. Выстрел. Мимо. Сзади. Поняв бесплодность да и небезопасность своих попыток, Вера решила пойти на хитрость. Тварь медленно сокращала круги вокруг жертвы. Она закрылась в ближайшей к ней аудитории. Встав справа, она принялась терпеливо ждать. Хлопки продолжались. То затихали на некоторое время, то начинались с удвоенной силой. Но Вера старалась не обращать на них внимание. По спине крупными каплями стекал пот. Раны на спине и на руке болели и продолжали кровоточить. Обильно, что начинало тревожить Веру.
   "Если руку не перевязать, я истеку кровью", - мелькнуло у нее.
   Неожиданно все смолкло. Тишина была физически ощутима и давила, словно прессом на нервы и на уши.
   "Ну, где же ты малыш. Я жду тебя".
   Вера приготовилась. Она опустилась на одно колено, прицелившись точно в центр двери. Легкий шорох, как будто когтями по полу, прошелся совсем недалеко от кабинета, где в засаде была Вера. И еще раз ближе.
   "Ага. Потерял меня, - Вера довольно осклабилась, - Теперь на собственной шкуре ощутил, как это когда с тобой играют в кошки-мышки".
   Вере не пришла в голову одна простая мысль, что если тварь ворвется в помещение, то сделает это так быстро, что она и глазом не успеет моргнуть, не говоря уже о том, чтобы спустить курок. Она думала только об одном, как бы разворотить башку монстра и посмотреть какого цвета у него мозги. Если они, конечно, вообще имеются.
   Тишина заполнила все вокруг. Она проникла и в Веру, заставив ту нахмуриться. Пауза слишком затянулась, и она это понимала. За дверью не было ни малейшего звука. Тварь затаилась либо ушла, что маловероятно. Эти монстры не имели привычки отступать и отказываться от жертвы. Увалень был невелик ростом. Не особо разит физически. С ним было бы легко справиться в открытом бою, если бы не та скорость, с которой он передвигался.
   От напряжения у Веры задрожали руки. Челка стала влажной от пота. Оружие показалось неимоверно тяжелым. Словно весило добрую тонну. И стало тянуть к земле.
   Чирк. Тишина. Чирк. Ближе.
   "Он идет, - мгновенно поняла Вера, - Он уже не таится".
   По полу скребли когти. Это означало только одно, монстр идет. Раздался звук открываемой двери.
   "Он действительно потерял меня!" - Вера даже удивилась.
   Она-то думала, что он всего лишь притворяется. Вера огляделась. Если оставаться на месте, то она не успеет прикончить Увальня. Он войдет в ритм и тогда его ни за что не достать. Он просто расправиться с ней за считанные секунды. Возле двери стоял учительский стол. Располагался он так, что открывающаяся дверь закрывала его от взгляда вошедшего.
   "То, что надо", - Вера улыбнулась.
   Но стоило поторопиться. Тварь приближалась. Чирканье когтей по полу приближалось. Аккуратно, чтобы не шуметь, прижав оружие к груди, Вера подошла к столу. Забравшись на него, девушка вжалась в стену. Прохладная и шероховатая, она заставила ее вздрогнуть от неприятных ощущений. Тело охватила странная дрожь. Вере неожиданно передалось что-то чужеродное. Она почувствовала смятение и удивление, смешанные с тоской и злобой. Сомнений быть не могло. Это были ощущения самого Увальня. И он был близок к ней. Их разделяло всего несколько метров.
   На губах у Веры заиграла улыбка. Жестокая и холодная. Она покрепче сжала оружие. Теперь она знала, что надо делать. Монстры были вовсе не так сильны и непобедимы, как ей думалось вначале. Она не стала думать, откуда у нее появились такие способности. Ментальная связь с чудовищами. Пускай и не со всеми и не всегда, когда это требовалось. То, что она уловила у спуска в подвал, было поистине чудовищно. В этом не было жизни. Это была сплошная чернота и смерть. Сознание кривилось от боли и ужаса, стремясь избавиться от этой связи. Но сейчас все было иначе. Увалень был не столь страшен и ужасен. Скорее он хотел создать такое впечатление.
   "Готова поспорить, что это бывший игрок. А вот в подвале меня ждет сама Антиреальность во всей своей красе. И она шутить не любит. Она мечтает поглотить меня. Добавить еще одну игрушку в свою коллекцию. Черта с два. Без боя не дамся. И сейчас я это докажу".
   Верой овладело какое-то остервенение. Она наполнилась глухой яростью, не вымещенной обидой. И сейчас ей хотелось отыграться. Она жаждала крови.
   Дверь, тихонечко скрипнув, отворилась. В широкий проем хлынул поток света. Но это было все. Тварь так и не появилась. Но Вера знала, что Увалень не ушел. Она ждала.
   На пороге комнаты через несколько долгих и томительных секунд, появился монстр. Вера увидела его тень на полу. Но та была не подвижна. Монстр осматривался, искал. По полу чиркнули когти. Это тварь вошла в комнату. И тут же вошла в ритм. Вера следила за тем, как он мгновенно обследовал всю комнату, заглянув везде и всюду. Если бы Вера решила спрятаться, из ее идеи ничего бы не вышло. Эта тварь тут же нашла бы ее место, и для Веры все было бы кончено за несколько секунд. Убедившись, что девушка в комнате не прячется, Увалень остановился. Щелкнул затвор.
   Монстр медленно посмотрел туда, откуда пришел звук. И это было ошибкой. Непростительно для такого монстра.
   - Шоу начинается, - тихо сказала Вера голосом, полным отвращения.
   И грянул выстрел. Один, единственный. А больше и не потребовалось.
   "Прямо в яблочко, как сказал бы мой тренер", - мелькнуло у Веры.
   Спрыгнув со стола, она подошла к распростертой на полу твари. Несмотря на маленькую аккуратную дырочку в голове, Увалень все еще был жив.
   "Какие же они, однако, живучие".
   Лапы монстра судорожно дергались, а когти бессмысленно царапали пол. Глаза-бусинки не мигая, смотрели на девушку. Вера с безразличным видом следила за корчами монстра, пока он не затих у нее на глазах.
   - Одним меньше, - Вера вскинула ствол и пошла прочь.
   Аккуратно закрыв за собой дверь, она пошла вперед. Туда, куда собиралась, перед тем, как ее отвлекли.
   Ее походка стала более уверенной, а в глазах застыло странное выражение. Она знала, что уже никогда не станет прежней, после всего, что ей довелось пережить в этом месте. Увидеть и узнать.
   "Война меняет людей, а то, что здесь происходит, называется именно так. Это кровавая бесполезная война неизвестно для чего придуманная". Если она победит. Если ей удастся выжить и уйти отсюда, то она может с точностью сказать, что попала в ад и выжила. Одна из нескольких или одна из немногих, она не знала. Хранитель не оглашал ей статистику. Но думать об этом не хотелось. Впереди была еще уйма дел. Но сначала/
   Вера нашла медпункт там, где он был и в ее мире. Для этого пришлось спуститься на первый этаж и вернуться к дверям, ведущим в коридор библиотечного корпуса. Прислушавшись, Вера не уловила ни звука из-за закрытой двери. Но она знала, что маленькие крылатые твари там.
   Медпункт находился справа от двери в библиотечный корпус. Вера взялась за ручку полуоткрытой двери, но не спешила ее открывать. Подойдя к ней вплотную, Вера заглянула в щель. В стеклянном шкафу, где обычно хранились медикаменты, рылась какая-то тварь. Резко развернувшись, она медленно огляделась. Вера отпрянула от щели, но через несколько секунд вновь приникла к ней. Тварь вновь была занята делом. Теперь она рылась уже в другом месте, издавая при этом что-то похожее на похрюкивание.
   Вера успела его разглядеть. Это было человекоподобное существо. С фигурой долговязого и худощавого подростка и головой чудовища. Вместо носа был острый хрящ, а на голове шишкообразный рог. Им-то существо и продолжило свою копательную деятельность. Судя по его действиям, оно было медлительно.
   "Тупоголовое и медлительное. Тем лучше для меня и хуже для него"
   Вера просочилась в щель и как можно тише подкралась к чудовищу. Оказавшись у него за спиной, Вера вытащила нож. Прикинув, как взять поудобнее рукоятку, она постучала монстра по спине. Тот развернулся, и Вера начала действовать. Вспомнив о суперскорости, которой был наделен Увалень, Вера попыталась ее воспроизвести. Конечно, она не могла двигаться так же быстро, как и он, но времени ей вполне хватило.
   Двумя быстрыми движениями Вера распорола кожу на голове монстра. Сначала она провела ножом от виска к виску на уровне глаз, а затем сверху вниз от шишкообразного нароста до губ.
   Кожа лопнула с треском, а грязно зеленая кровь стала выплескивать потоками. Тварь завизжала, замотав головой из стороны в сторону. Пальцами, на концах которых имелись длинные острые когти, тварь стала разрывать кожу, разошедшуюся от пореза. Стянув остатки, вцепилась в голову и, кинувшись мимо девушки, стала биться ею об стену.
   Удар и на стене с желтой облупленной краской расплескалась кровь монстра вперемежку с чем-то черным. Удар и на стене остался кусок чего-то студенистого, который через несколько секунд со шлепком упал на пол. Удар и раздался треск. Голова монстра распалось надвое, и обезглавленный труп медленно сполз на пол.
   "Вот и все", - Вера была несколько шокирована.
   Она не ожидала, что тварь окажется настолько тупой. И что двух ударов ножом окажется достаточно, чтобы с ней покончить. Но она могла теперь гордиться собой. Ведь впервые сцепилась с монстром врукопашную и осталась жива, выйдя из битвы без единого повреждения. Конечно, не стоило слишком приободряться на этот счет. С каким-нибудь другим монстром подобный ход мог и не пройти. Вера не знала, что могло бы произойти, если бы тварь повернулась на несколько секунд раньше. Но сейчас не стоило думать об этом. Монстр мертв, а ей нужно было позаботиться о себе. Рану на руке необходимо
   немедленно обработать.
   Обойдя труп монстра, Вера подошла к наполовину развороченному стеклянному шкафу. Часть его содержимого валялась под ногами. Вера скорчила гримасу.
   "Эти монстры такие не чистоплотные и совсем не берегут чужое имущество".
   Из свалки медикаментов Вере удалось извлечь нетронутую пачку бинта. А на дне нашелся даже пузырек йода. Наскоро обработав рану, Вера решила ненадолго задержаться. Рана болела, а тело требовало отдыха. Казалось, что ломило каждую косточку, болел каждый миллиметр тела. Вера уже не помнила, когда спала последний раз. И сейчас ей безумно захотелось этого.
   "Как тогда сказал Хранитель, чтобы я в следующий раз, перед тем как лечь спать дождалась его. Замечательно. Это что мне здесь сидеть и ждать. Я столько не выдержу".
   Вера облокотилась о стену и откинула назад голову. Ее глаза закрылись, и тут же девушка почувствовала, что еще немного, и она заснет. Вера помотала головой, надеясь прогнать сон. Но и это уже не помогало.
   Чтобы отвлечься Вера посмотрела на дверь медпункта. Перед тем как начать перевязку, она предусмотрительно закрыла кабинет на щеколду. Но это было ничто перед большинством монстров. Они просто сметут дверь вместе с хлипким замком, если им это потребуется. Но лучше такая защита, чем совсем никакой. Хранитель ушел недавно, и на его скорое возвращение не было никакой надежды.
   "Этот этаж уже чист. Может все-таки рискнуть".
   Но тут же взгляд упал на остатки монстра-неудачника. Вера была уверена, что когда они проходили здесь с Хранителем в первый раз, его тут не было.
   "А кстати, почему мы не заглянули, собственно, в медпункт. Как так получилось, что мы обошли его вниманием".
   Но Вера не знала. Она вообще не могла вспомнить, а был ли тут вообще медпункт, когда они проходили здесь в прошлый раз.
   "А это значит, что монстры могут появляться и на уже обследованной территории. Значит, сон отменяется".
   Вера обхватила колени руками. Ей стало до безумия себя жалко. От недосыпания и перенапряжения вот-вот готова была начаться истерика. Нижняя губа у девушки задрожала. Верный признак того, что она готова расплакаться. К горлу подкатил комок, а ресницы намокли. Но Вера пыталась держаться из последних сил. Разрыдаться значит смалодушничать. А этого она не могла себе позволить. Не здесь, не сейчас.
   По телу пробежала дрожь. Вера нервно сглотнула. Она пыталась думать о чем-нибудь нейтральном. Вспомнить хорошее, светлое, радостное.
   "Вспомнить. Вспомнить. Вспомнить..."
  
   Вера открыла глаза и часто-часто заморгала. Она лежала на холодном заляпанном чем-то с разбросанными повсюду медикаментами полу. Оружие лежало там же в нескольких сантиметрах от ее правой руки.
   - Черт, я все-таки уснула, - в сердцах воскликнула она.
   Оглядевшись, она не заметила никаких изменений. Она все также находилась в медпункте, а рядом покоились останки монстра. Сев, Вера стала разминать затекшую шею. Сколько прошло времени, было одной Антиреальность известно. Но Вера чувствовала себя почти хорошо. Она отдохнула и готова была продолжать путь.
   "Видимо она не любит нападать во сне. Ей это не интересно, - по лицу Веры проскользнула холодная усмешка, - Судя по моим внутренним часам, я провела здесь уже два дня и две ночи. Сегодня третий. И его я хочу сделать последним завершающим этапом в нашей развеселой экскурсии по Антиреальности. Хранитель говорил, что она не отличается особым терпением. И чем дольше я здесь хожу, тем хуже для меня самой. Но в этом наши планы совпадают".
   Вера встала и потянулась. Она чувствовала себя на удивление неплохо. Боевое настроение было хорошим подспорьем в предстоящих сражениях за жизнь и свободу, если не сказать, что просто необходимым.
   Вера поднялась на первый этаж второго корпуса. Ей необходимо было закончить со вторым этажом и приступить к первому корпусу. Это должно было занять совсем немного времени. Вера и сама не собиралась красться потихоньку как раньше. Теперь все изменилось. На несколько секунд она застыла перед лестницей подвала. Здесь как будто ничего не изменилось. Все та же атмосфера вселенского ужаса и зла. Теперь Вера не сомневалась, что ее конечный пункт именно там. Тварь с ключом прячется в подвале. И неизвестно, что еще ее там поджидает. Вера была рада, что у нее еще есть время морально подготовиться к спуску в подвал и встрече с самыми ужасными и коварными созданиями Антиреальности. Пускай его не так много и спуск неизбежен, но все же.
   Вера поднялась на второй этаж второго корпуса. Здесь было темно, и звук шагов раздавался как-то гулко и раскатисто, как будто Вера шла по открытому пространству. Возле доски почета Вера нашарила выключатель. Когда коридор осветился скудным светом ламп, Вера не поверила собственным глазам. Ее брови поползли вверх. Казалось бы после всего, что ей довелось пережить и увидеть, уже ничто не способно было удивить ее или сбить с толку. Но это оказалось не так. Как видно сюрпризы Антиреальности не закончились. Она продолжала удивлять снова и снова. Неприятно удивлять. На втором этаже, так же как и на первом, были расположены лекционные аудитории, кабинет директора и касса для оплаты обучения. Но это было лишь в воспоминании Веры. Антиреальность хорошенько постаралась над этим местом, не оставив от него ничего, что было отдаленно похоже на правду. Здесь больше не было аудиторий и длинного коридора. Второй этаж представлял собой одну большую развалину. Кое-где, правда, еще стояло несколько полуразрушенных стен. Пол был усеян битым кирпичом и различным хламом: остатками мебели, осколками стекол, рваными бумагами. Лампы высвечивали только то пространство, которое должно было быть по воспоминаниям Веры коридором. Бывшие аудитории были погружены в полумрак. Веру пробил озноб. Как можно было ходить здесь одной. Это же идеальное место для нападения. Во тьме аудитория может спрятаться кто угодно так, что можно было пройти мимо и ничего не заметить.
   "Может лучше дождаться возвращения Хранителя", - подумала Вера, затравленно оглядываясь.
   Ее совсем не радовала перспектива идти здесь одной. То, что Антиреальность подготовила массу сюрпризов она даже не сомневалась. Это было вполне в характере хозяйки сего увеселительного заведения или измерения.
   "Чем дальше, тем веселее".
   Чем глубже проникала Вера в мир, созданный Антиреальностью, тем сложнее становилось. И тем чаще она оставалась одна.
   "Что-то Хранителя давно не видно", - мелькнуло у Веры.
   Она еще раз внимательно осмотрелась, прикидывая, стоит ли ей соваться сюда одной без прикрытия и без поддержки. Но тут из глубины раздался звук. Это было не то царапанье, не то скрежет. По телу Веры побежали мурашки. Она даже не смогла бы сейчас верно определить, из какой части помещения донесся звук. Монстр мог притаиться где угодно. А царившая здесь темнота не позволяла все, как следует рассмотреть.
   "Ну, уж нет. Я пас. Одна я здесь ни за что не пойду. Пускай, Хранитель после этого поднимет меня на смех, начнет тыкать в меня пальцем и говорить, что ничего я без него не могу. Мне все равно. Лишь бы он был рядом, когда я здесь пойду".
   Решив так, Вера медленно спиной стала отступать к лестнице. Свет она решила не выключать. Вдруг после этого на нее кто-нибудь выпрыгнет. Зачем давать им лишнюю возможность разделаться с ней без шума и пыли.
   Вера спустилась на первый этаж. Там она почувствовала себя гораздо спокойней и комфортней. Здесь было чисто, тихо и относительно светло. И девушка почувствовала себя в безопасности. Она собиралась немного отдохнуть, поджидая Хранителя. Без него двигаться дальше Вера отказывалась.
   "Надеюсь, до Антиреальности скоро дойдет, что я без Хранителя буду сидеть здесь. И она пришлет его мне на помощь".
   Вера хотела, было остаться в переходе между двумя частями коридора с лекционными аудиториями, но, натолкнувшись взглядом на лестницу в подвал, потеряла всякое желание здесь сидеть. К горлу подкатился комок.
   "Пожалуй, нет, я посижу в другом более приятном месте", - Вера прошла мимо, стараясь не смотреть на манящий к себе провал.
   Девушка устроилась в одной из аудиторий. Дверь она всякий случай оставила открытой. Вдруг Хранитель объявится и начнет ее искать. А то, что неожиданно может объявиться какой-нибудь очень милый монстр, Вера сомневалась. Антиреальность устроила ей очередную подлянку этажом выше и теперь поджидала, когда же она придет.
   Вера решила использовать неожиданную передышку с пользой. Она опустилась на лавочку. Желудок ныл и ругался, требуя немедленного насыщения. Достав пару пакетиков с чипсами, Вера с удовольствием умяла их. Радовало то, что хоть что-то знакомое все же перенеслось в этот мир, сохранилось в своем первозданном виде. Пускай это только вкус чипсов. Но он был такой земной, такой родной. У Веры чуть слезы на глазах не навернулись. Она вновь вспомнила свой дом. Ей жилось не очень вольготно и далеко не все, о чем она мечтала, сбывалось. Но это был ее мир, ее дом, ее жизнь. И сейчас этого не доставало. Все обиды и проблемы вдруг показались какими-то несущественными, пустыми, если не смешными. Вера сейчас с радостью окунулась бы в них. Но это было далеко и для этого нужно было еще кое-что сделать.
   Покончив с едой, Вера стала проводить ревизию вооружения. Патронов осталось немного. Нужно было экономить. Расточительство в данном случае означало смерть. Забив под завязку оружия, Вера в принципе осталась довольна результатами. Если экономить, то вполне можно было уложиться. Уничтожить всех без догрузки. Уж очень не хотелось пилить обратно к складу. Это означало возвращение на начальный уровень. Многое могло измениться по возвращении Веры во второй корпус. А ей это было совсем ненужно.
   Вера совсем уже было, расслабилась, когда услышала вой. Низкий, он прокатился по всему этажу и унесся по лестнице куда-то вниз, где и потерялся. Вера тут же вскочила и уставилась в полумрак за дверью. Это было определенно из другого конца этажа. Тварь была там. Звук удара, как будто кто-то необычайно сильный со всей своей яростью ударил по стене. После чего последовал тихий стон.
   "Это не тварь!"
   Вера схватила оружие и бросилась к выходу. Никакого присутствия монстра она не увидела. Его фигура не маячила в коридоре, и никто не нападал на нее. Вера настороженно огляделась, а затем медленно, выставив ствол перед собой, пошла вперед. Неподалеку от лестницы, перекрывая дорогу, лежало что-то продолговатое. Вера щурилась, силясь разглядеть, что такого припер монстр. Но для этого было слишком темно. Вера медленно подошла к непонятному предмету. Поняв, что это такое, девушка, позабыв обо всем на свете, бросилась вперед. Отбросив ствол за спину, Вера опустилась на колени. В луже собственной крови лежал Хранитель. Глаза его были закрыты, лицо перемазано чем-то черным, а в правом уголке губы запеклась кровь. В груди и животе были огромные рваные раны. Из них, не замедляясь ни на секунду, хлестали потоки крови.
   - Хранитель, ответь мне, - голос Веры был хриплым.
   На глазах мгновенно выступили слез, размыв все до неузнаваемости. Она приподняла Хранителя и положила его голову себе на колени. Бросив еще один взгляд на раны, она поняла, что они смертельны и для парня все кончено. От осознания этого ее охватил гнев и бессильная злоба.
   Одинокая слезинка скатилась со щеки Веры и упала на лицо Хранителя. Его веки дрогнули и медленно приподнялись. Он силился что-то сказать, но из горла вырвался только хрип и очередной поток крови.
   - Тише, тише. Тебе нельзя говорить, - Вера стала слегка покачивать Хранителя, словно малого ребенка, - Сейчас я схожу за бинтом, промою тебе раны, наложу повязку, и ты будешь как новенький.
   Она говорила и плакала одновременно. Пыталась выглядеть бодрой, но на лице застыла маска боли. Она смотрела прямо в глаза Хранителю. Она раньше не замечала насколько они пронзительные и глубокие. Сколько в них потаенного, загадочного. Хотя он был всего лишь созданием Антиреальности. Созданием, которое она пожелала забрать назад, вывести из игры, оставить Веру без него. И для этого она безжалостно и хладнокровно убила его. Для него этот тайм был проигран. Хотя она могла бы не поступать так жестоко. Могла бы просто больше не выпускать его. Могла бы...
   "Сколько раз он уже так погибал по ее прихоти, по одному ее желанию. Сколько раз она убивала его, воскрешала и создавала снова. Ведь он все помнит, все чувствует".
   Вере даже думать не хотелось, каково это. Умирать и воскресать, чтобы умереть снова. Вновь открывать глаза и делать вдох лишь, для того чтобы картинно умереть под бурные аплодисменты молчаливых зрителей.
   "Жизнь ради смерти. И в этих словах нет никакой романтики. Они исполнены фальши и лишены смысла. В них только боль и пустота".
   Хранитель смотрел на Веру. Смотрел все это время, пока из него по крупицам уходила жизнь. Он больше не пытался ничего говорить, поняв, что не сможет. Когда он почувствовал, что его час настал, он с усилием, стоившим огромного труда и приблизившем его конец, поднял руку. Слегка коснувшись головы Веры, он провел ею по щеке девушки. И это было последним, что он сделал в своей жизни. В этой жизни. Но сколько их еще последует за ней. И сколько уже было до этого, закончившихся также бесславно или даже хуже. Рука безвольно упала рядом с уже мертвым телом. А немигающий застывший взгляд смотрел на Веру, навсегда запечатлев ее в своих зрачках. Вера зарыдала, прижав руку Хранителя к своей щеке. Это последнее его движение отозвалось в ней волной нежности и теплоты. И огромной потери. Тело Хранителя окутало голубоватой дымкой, и оно стало медленно исчезать. Становясь, все прозрачнее и невесомее. Вскоре Вера уже не ощущала прикосновения руки к щеке. А потом единственным напоминанием о нем стало неживописное пятно на полу. Вера наклонилась к полу, коснувшись лбом его холодной поверхности, словно молясь. Ее кулаки поднимались и опускались, раз за разом удары становились все сильнее все отрывистей. Она металась в истерике, в бессильной злобе посыпая холодные плиты пола ударами, которые никак на нем не отражались. Боль и гнев смешались в ее сердце. Они требовали немедленного выхода, отмщения. Сердце выло и стенало, взывая к справедливости, ненавидя все происходящее. Все то зло, что пропитало стены, безразличие и хладнокровие, с которым все здесь совершалось. Люди попадали сюда не по своей воли и могли погибнуть в любую секунд. Здесь умерщвляли без единого колебания своих и чужих. Хотя как может Бог считать своих созданий своими. В его воле было любить либо не любить, дарить второй шанс или не щадить. А Антиреальность это вид разумной и безжалостной жизни, вселенское зло. Здесь она и есть Бог, судья и палач.
   Вера затихла, она застыла в своей позе молчаливая и подавленная. Она больше ни о чем не хотела думать. Смерть близкого и единственного здесь существа была огромной потерей. Вера даже не представляла, что это значило для нее. И сейчас внутри у нее было пусто. Это выпило ее до капли. Вера не видела больше смысла пытаться что-то сделать. Осознание того, что она осталась одна против всего дикого мира Антиреальности, яркой вспышкой озарило ее сознание. Больше никто не придет ей на помощь. Никто не отругает ее. Не даст совет. Не похлопает ее по плечу, сказав, как круто она уделала монстра.
   И тут стены вновь сотряс вой. Тот же, что и возвестил о кончине Хранителя. Это была та тварь, которая убила его. Вера поднялась и посмотрела в конец коридора, где была лестница, ведущая на следующий этаж. Там в полутьме отчетливо обозначилась туша монстра. Вера не смогла как следует рассмотреть его. Для этого было не достаточно света. Но Вера поняла, что это был огромный монстр. У него была фигура раздувшегося от анаболиков чемпиона по бодибилдингу. Мощный торс, короткие, но бугрившиеся от мышц руки и ноги, заканчивающиеся копытами.
   Вера задрожала всем телом. Сейчас она не была готова к сражению. Она даже не вспомнила, что у нее есть оружие и она может им воспользоваться. Вера сделала попытку убежать, но поскользнулась в луже крови и упала на спину. Монстр двинулся к ней. Громкий топот копыт и шумное дыхание, заставили Веру побледнеть. Она сделала не простительную вещь - завизжала. Быстро перебирая ногами, Вера стала отползать. Но недостаточно быстро. Монстр вступил в полоску света и теперь стал отчетливо виден. Круглая лысая голова с бычьими глазами и тремя впадинами вместо носа и рта, казалось, росла прямо из плеч. Никакого намека на шею не было.
   Вера нервно сглотнула и быстрее заработала руками. Глаза монстра смотрели прямо на нее, провалы, бывшие ноздрями трепетали, издавая громкое сопение. Монстр поднял руки с огромными когтями, покрытыми чем-то бордовым, и издал новый громогласный вой. Вера поняла, что сама себя загнала в ловушку. Ее спина вжималась в стену, и отступать больше было некуда. Вера нервно сглотнула. Лихорадочно соображая, что же делать, она вспомнила, что у нее есть оружие. Схватив пистолеты, она стала нажимать на курок, даже не целясь. Магазин кончился неожиданно быстро. Монстр лишь слегка покачнулся от полученных ранений. Он посмотрел на стекающую у него по телу черно-зеленую кровь и перевел взгляд на девушку.
   "Он даже ничего не почувствовал! - внутренне возопила она, - У него что, нет нервной системы!?"
   Монстр протянул руку к Вере, та мужественно сопротивлялась и стала наносить удары стволом пистолетов. Но и это не оказало никакого действия. Монстр схватил Веру за шею и, приподняв ее над полом, прижал спиной к стене. Выставив вторую руку с огромными когтями, он на секунду замер, словно изучая жертву, перед тем, как покончить с ней. Вера стала шарить по ноге в поисках ножа. Монстр отвел руку со смертоносными когтями назад. Не оставалось никаких сомнений в том, что он собирался сделать.
   "С Хранителем он поступил точно также! - неожиданно Веру пронзил гнев, а глаза ее сощурились, - Он убил его вот так, пронзив своими когтями. И у него не было шанса спастись. А я была так близко и не помогла ему!"
   Вера выхватила нож и как раз вовремя. Она выставила руку. Лезвие ножа встретилось с когтями монстра с противным скрежетом. Вера держала обеими руками, но сдерживать монстра ей стоило неимоверных усилий. Он был силен, чертовски силен. И Вера поняла, что долго она так не продержится. Рано или поздно, но когти доберутся до нее.
   "Не позволю, - внутри у Веры все кипело, - Отомщу за Хранителя сначала этому пережравшему стероидов уроду, а потом и Антиреальности. Я выберусь отсюда живой, хочет она этого или нет".
   Она вновь стала той, кем была до гибели Хранителя. Боль притупилась, а сознание вновь наполнилось уверенностью и гневом. Ей надоело быть легкой добычей. И заминка прошла. Она увидела смерть человека, пускай и не настоящего, так близко. Он умер у нее на руках. Но она уже оправилась. Она смирилась. И если она хочет вернуться домой, то нужно привыкнуть ко всему. Хранитель пал для того, чтобы дезориентировать Веру, чтобы вывести ее из себя и воспользовавшись этим прикончить без шума и драки. Но для этого она послала слишком слабого монстра. Вера больше не боялась таких. Да он был ужасен, отвратителен. Увидев его, хотелось визжать и вопить. Но это был всего лишь очередной экспонат выставки уродов, опасный лишь в определенной ситуации.
   Вера выгнулась, и что было сил, врезала ногой по руке монстра, все еще пытавшейся перебороть ее сопротивление и вонзиться в тело. Не ожидавший этого, он слегка отступил. Вера, не теряя времени даром, полоснула ножом по другой руке и та разжалась. Монстр схватился за покалеченную конечность и грозно зарычал. Девушка ловко приземлилась на одно колено и рванулась вперед. Оказавшись за спиной монстра, она вонзила нож туда, где должна была находиться почка. Но никакой реакции не последовало. Монстр повернулся, не давая возможности вытащить нож. Отскочив, Вера достала из-за спины оружие и открыла огонь. В основном она стреляла в голову. Вскоре вместо трех дыр естественного происхождения на лице появилось множество огнестрельных. Лицо монстра залила густая кровь, медленно стекающая и с хлюпаньем падавшая на пол.
   Вера брезгливо сморщилась, а монстр, казалось, совсем обезумел. Он метался из стороны в сторону, пытаясь достать обнаглевшую жертву. Вера израсходовала уже достаточно большой запас патронов. Но на монстре это никак не сказалось. Он был живее всех живых и не собирался умирать.
   "Да, трудная задачка, - мозг Веры лихорадочно работал, пытаясь придумать, как покончить с монстром, - Это не тот типчик, что был в медпункте".
   Вера, прикинув что-то в голове, вспомнила виденный в фильмах приемчик и решила, что была не была, побежала прямо на встречу к монстру. Опустившись на колени перед самой мордой монстра, она проехалась по скользкому полу и остановилась прямо под ним. Приставив ствол к промежности, она нажала на спусковой крючок. Раз, другой, третий. Голова монстра запрокинулась, из пробитой макушки брызнул фонтан крови. Монстр сделал несколько шагов нетвердой шатающейся походкой и стал заваливаться мордой вперед. Поднявшись, Вера отряхнула штаны. Засунув руки в карманы, она безразличным взглядом смотрела на предсмертную агонию монстра. Когда он затих, Вера быстро зашагала по направлению к лестнице, ведущей на второй этаж корпуса. Не останавливаясь, она вытащила нож из спины монстра и убрала его на место.
   В ней больше не было места сомнениям. Она больше никого не ждала. Она готова была идти вперед. Продолжить гонку, битву за себя, за свободу, за жизнь. И сейчас она твердой уверенной походкой направлялась к лестнице. Туда, где ее поджидало полчище монстров.
   "Там достаточно места для маневров. И темнота не только мой враг. Не все же у нее монстры натасканы нападать в темноте".
   Вера вспомнила, что у нее есть мощный фонарик. Достав его из мешка, проверила рабочий ли он. Но с ним все было нормально. Светил ярко и ровно. Луч был способен прорезать тьму и высветить пространство на несколько шагов впереди, а может быть дальше и больше. Немного, но и немало.
   Вера вступила в следующий этап, не колеблясь. Темнота была не абсолютной, но и не давала возможности разглядеть притаившихся монстров. Здесь игра будет тяжелой. Фонарик включать она не стала. Решила, что не стоит привлекать внимание монстров раньше времени. Ступая тихо и осторожно, она продвигалась вглубь этажа. Это было вдвойне сложнее сделать по полу, заваленному всяким хламом, который так и норовит броситься тебе под ноги. Вера продвинулась уже достаточно глубоко, когда увидела впереди какое-то мельтешение света. Неяркий голубоватый, он метался то вправо, то влево, словно сигнальный маячок.
   "Ловушка", - тут же мелькнуло в голове у Веры.
   Но идти туда ей придется. Игра начнется только там. Бездействие уже начало утомлять. Вера желала выхода своим гормонам, своей жажде отмщения. В одной руке у нее был пистолет, в другой фонарик. Она была готова ко всему. Казалось, что она абсолютно спокойна, но на самом деле она была напряжена словно кошка перед броском. Зорко оглядываясь, она примечала все неясные тени, все, что казалось подозрительным. Любой шорох, малейшее движение. Но пока все было тихо и спокойно. Ни малейшего намека на притаившихся тварей.
   Вера замерла в нескольких шагах от круга света, отбрасываемого маячком. Это оказался провод, наполовину вырванный из стены, конец которого отбрасывал яркие голубые искры. Он метался из стороны в сторону, словно заведенный. Вера подошла к нему и остановила бесполезное мельтешение. Света от провода было достаточно, чтобы оглядеться. Вера стояла в некогда маленьком помещении, скорее всего бывшим кладовой. Здесь не было ничего, что отличало бы его от других разрушенных комнат. Бросив короткий взгляд на пол, Вера неожиданно заметила нечто интересное. Разворошив кучу камней носком ботинка, Вера наклонилась над находкой. Это был рисунок. Белый смайл. Улыбающаяся рожица. Брови Веры поползли вверх.
   - Однако, - вырвалось у нее.
   Она до сих пор до конца не привыкла к странному чувству юмора Антиреальности. Вера огляделась и неподалеку заметила еще один рисунок, полузасыпанный побелкой. А потом еще один. Это были указатели. Антиреальность куда-то вела ее.
   "Уж, не в пасть ли к очередному своему созданию", - мелькнуло у девушки.
   Но она пошла по пути смайлов, разыскивая их один за другим. И почти пожалела об этом. На каждом шагу ей попадались мертвые тела. Это были мужчины и женщины. Они лежали повсюду, являя отталкивающее зрелище. Вера нервно сглотнула, но продолжала идти, стараясь не смотреть по сторонам. Но это было трудно. Человеческие тела лежали и сидели везде. Казалось, что они окружили ее своей мрачной безмолвностью. Их пустые остекленевшие глаза смотрели на нее. Вере казалось, что они следят за ней, специально ищут ее взгляда. Жуткий запах гнили и разложения забивался в ноздри, щекотал горло. Сделав неимоверное усилие, Вера отогнала от себя все мысли.
   "Это всего лишь мертвые люди. Они уже ничего не могут мне сделать. Они неподвижны. В них нет жизни", - Вера пыталась себя убедить, но у нее это плохо получалось.
   Она была совершенно неподготовленная к этому. Одно дело видеть страшных монстров. Она привыкла к их виду, к их смерти. Видеть, как в агонии бьется тело монстра, стрелять в них, резать их. Но видеть мертвых людей это было дико. И настолько неестественно для этого места.
   Вера вышла на самую середину всего этажа. Последний издевательски улыбающийся смайл находился прямо под лампой. Вера вошла в круг света и посмотрела сверху вниз на картинку.
   "Все, конец пути", - Вера огляделась.
   Тишина нарушалась только слабым потрескиванием лампы. Ни шороха, ни свиста, ни поскрипывания. Это уже начинало действовать на нервы. Пауза слишком затянулась. Вера уже мечтала о том, чтобы монстры побыстрее дали о себе знать. Лишь бы не ходить так вокруг да около.
   Взгляд Веры остановился на чем-то большом, стоящем у стены. Массивное и высокое оно было накрыто брезентом.
   "Монстры играют в прятки", - Вера улыбнулась.
   Она подошла к непонятному предмету. Чуть помедлив, она все же решилась и резким движением сорвала брезент. Нижняя челюсть непроизвольно отвисла, а глаза убежали куда-то в район лба. То, что было под брезентом, заставило Веру внутренне издать дикий вопль радости, но в тоже время вызвал недоумение.
   "Зачем это здесь!"
   Вера протянула руку, чтобы убедиться в реальности предмета. Она провела пальцем по холодному металлу капота, по гладкому стеклу и по рулю. Маленький джип без верха стоял, задорно и притягательно поблескивая своей начищенной поверхностью. Вера не понимала, зачем он ей. Для каких целей его здесь оставила Антиреальность.
   "Может она хочет, чтобы на нем я поехала в подвал, сражаться с ее самыми страшными монстрами", - Вера нервно хихикнула.
   Девушка еще раз провела рукой по поверхности машины и повернулась, чтобы уйти. Скрип. Шорох. Тяжкий вздох. Вера уловила это с разных сторон. Где-то во тьме краем глаза она уловила движение. Вера напряглась. Выхватив из-за спины оружие, она начала озираться. Новый звук достиг ее ушей. Как будто что-то волочили по полу. Вера увидела, как прямо на нее из темноты что-то надвигается. Сгорбленное оно двигалось очень медленно. Это был человек. Вернее то, что когда-то им было.
   Вера судорожно сжала ствол оружия. Один из трупов встал и сейчас шел прямо на нее. В его глазах застыла нечеловеческая мука и мольба. Труп протянул руку. Его губы разжались, но до Веры донесся только свист. Вера опустила оружие и нерешительно смотрела на ожившего мертвеца. Он не казался опасным и не торопился нападать на нее. Но девушка продолжала стоять в нерешительности и смотреть на приближение трупа. Вера знала, что это вовсе не безобидный мертвец. Что все эти тела лежали здесь не просто так и ей нужно покончить с ним, пока еще не слишком поздно. Но это было не так-то легко. Вера не могла нацелясь на человека, пускай даже на его труп, нажать на курок. Это было для нее сродни каннибализму. Настолько неестественно и дико.
   По телу ожившего мертвеца прошла судорога. Он задрожал и упал на пол. Конвульсии не прошли, а лишь усилились, заставляя тело на полу беззвучно дергаться, словно при приступе эпилепсии. Вера замерла. Она стояла не дыша, следя за всем, что происходило. Ей стало жаль мертвеца, но она не знала, как ему помочь.
   Оживший мертвец замер. Запах разложения усилился и вновь ударил Вере в нос. Девушка поморщилась. Неожиданно труп вновь зашевелился. Плоть на нем стала темнеть и сворачиваться. Она опадала с тела неровными кусками, оголяя мышцы и кости. От тошнотворного запаха и зрелища у Веры нервно задергался желудок. Труп встал и уставился на девушку своими светящимися блекло голубым светом глазами. Ощерив осколки зубов, и выставив перед собой руки со скрюченными пальцами, он двинулся на Веру. Из горла послышалось ворчание, в котором не осталось ничего человеческого. Теперь у Веры сомнений в намерениях мертвеца не осталось. Он шел, чтобы убить ее. Вера видела и слышала, как с разных сторон они медленно и молчаливо надвигаются на нее. Как остатки плоти падают на пол с противным звуком, как подволакиваются
   сломанные конечности, как ищут ее их светящиеся мрачным блеском глаза.
   Вера вскинула оружие и нажала на cпуск. Времени сомневаться, больше не было. С каждой секундой тварей становилось все больше, и они приближались, отрезая ей все пути отступления. Чем больше их будет, тем меньше у Веры шансов справится с ними. Да, у нее было оружие и нож, но они грозили подавить ее числом. Она могла выкосить первые, вторые ряды. Но они будут напирать. Все новые и новые мертвецы, желающие ощутить сладкий манящий вкус человеческой плоти на своих зубах.
   Вера не могла потерпеть поражение. Ради себя, ради Хранителя. Она должна добраться до той твари в подвале, должна победить. Сделав шаг назад, девушка уперлась спиной в отполированный бок машины.
   "Машина! Как я могла забыть о ней", - в голове мгновенно созрел план.
   Вера, что было сил, врезала ногой по слишком близко подошедшему мертвецу и быстро села за руль. Ключей не было. Но это не было проблемой. Она знала, что нужно делать в таких случаях. Два выстрела по трупам и несколько быстрых и точных движения руками и раздался низкий рык машины. Она завелась. Вера облегченно вздохнула и нажала на педаль. Правая рука привычно нашла переключатель скоростей. Уверенно поворачивая баранку, она тронулась.
   Водить Вера умела с детства. Ее папа имел автомастерскую, где дочь просиживала дни напролет, постигая азы ремесла. Она умела водить, могла починить несложную поломку, поменять колеса и заменить масло. Знала, что такое карбюратор и еще несколько сложных названий. И эти умения сейчас помогли ей, спасли ее жизнь. Вера безжалостно давила мертвецов. Она ехала достаточно быстро, чтобы ни одна тварь не смогла пробраться в машину, но и достаточно для того, чтобы лавировать в темноте и не врезаться в стену. Два ярких луча света прорезали темноту, высвечивая подступающих монстров. Их было не просто много, а огромное количество. И они наступали и наступали.
   Вера кружила по всей территории этажа. Расшвыривая останки в разные стороны, наезжая на падающих и валя идущих. Головы лопались под колесами с чавкающими звуками. Наезжая на кости, машина подскакивала. Из пистолета она расстреливала особо ретивых и самых неугомонных.
   Вера отключила все чувства. Кого она приняла сначала за людей, лишь имели их оболочку. На самом же деле они были давно мертвы. Возможно это все бывшие игроки, которым Антиреальность ненадолго вернула их былую настоящую внешность и уложила их мертвые тела на последнем этаже второго корпуса.
   "Фантазия у Антиреальности действительно извращенная. Нет ничего святого. Нет ничего вообще".
   Вера уже начала думать, что пережила свой самый ужасный кошмар, что, видела самых жутких созданий Антиреальности. Но каждый следующий шаг приносил много сюрпризов. Каждое следующее события заставляло кровь стынуть в жилах, а сознание по-новому привыкать к увиденному, услышанному и пережитому. Каждое следующее было из ряда вон и было неожиданно. Вере казалось, что она изучила повадки Антиреальности, что может ее предугадывать в дальнейших действиях. Но это был самообман. Привычка и уже пережитое в малой части помогали справиться с новыми ощущениями.
   И сейчас Вере вновь казалось, что Антиреальность перешла грань, когда можно выдумать еще что-то более извращенное, чем это. Что это самое ужасное из того, что с ней может произойти. Но одно Вера уже поняла, что это не так. Сколько бы она так не думала, Антиреальность вновь и вновь опровергнет это. Перевернет все понятия, заставить кричать от ужаса и биться в истерике, доведет до исступления, насытит бесконечные провалы сна кошмарами, которым позавидует любой извращенный ум. Это грозило Вере до конца ее дней, как отпечаток этого места. Но лишь в будущем. Когда она вернется. Если она вернется.
   Вера отогнала от себя все мысли. Они сейчас ей были ни к чему. Ей нужно было сосредоточиться на своей миссии. На уничтожении мертвецов. Она выносила их как мусор, давила как гнилые арбузы. Эта гонка по кругу продолжалась бесконечно долго и, по началу приносящая Вере удовольствие, начала надоедать. Девушка стала всерьез опасаться, что машина может заглохнуть в самый неподходящий конец или у нее кончится бензин. Но ряды монстров начали редеть. Теперь они стали попадаться только по одиночке и, проявляя уже не такую дикую ярость как раньше, когда их было много. Пол был усеян остатками человеческих тел, кровью и мозгами. Вера поняла, что этот раунд она выиграла. Остановив машину, девушка выпрыгнула из нее прямо на встречу мертвецу. Встретив его ударом в солнечное сплетение, она быстрым движением вогнала ему нож туда, где должно быть сердце. Мертвеца затрясло. Из уголка губ по развороченному подбородку потекла темная густая струйка. Вера поджала губы и наотмашь ударила ножом по шее. Гнилая плоть легко отделялась от костей. И голова повисла за спиной на половину разрубленной шее. Вера пнула ее, словно мячик и та послушно полетела куда-то в темноту.
   С остальными девушка без труда покончила несколькими ударами ножа. Она поняла, что только после того, как им отрубить голову, они остановятся и успокоятся навсегда. Вера работала как автомат, стремясь поскорее закончить грязную работу и двинуться дальше.
   Тишина вновь разлилась на этаже. Вера завалила последнего ходячего мертвеца. Стерев несколько капель пота со лба, она устало опустилась на пол. Антиреальность наращивала темпы, но вот сил у Веры становилось все меньше и меньше. В этот раз она победила. Но что будет дальше, когда очередное полчище монстров зажмет ее узком месте. Там ей ни за что не справится одной.
   Вера вновь вспомнила Хранителя. Верного и надежного. Она так нуждалась сейчас в его помощи и поддержке. Но Антиреальность отняла его. И с этим уже пора было смириться.
   Вера вернулась к машине и взяла с пассажирского сиденья фонарик.
   "Жаль, что это не танк, и я не могу поехать на нем дальше", - не без сожаления подумала Вера.
   'После всего произошедшего могу смело заявить, что я круче Лары Крофт, Бладрэйн и вампирши из 'Другого мира' вместе взятых. Хотя, может, я и показалась бы им дилетантом', - Вера повела плечом.
   В принципе ей было все равно. Этому послужило несколько пунктов. Во-первых, за это никто не платил ей бешенных денег. Во-вторых, у нее не было дублера, и никто заранее не обучал ее никаким приемам. И последнее, но самое важное, они играли, а Вера пыталась спасти свою жизнь. Пускай она была и не такой необходимой воротилам Голливуда и каким-либо вообще. Но ее это устраивало.
   Вера решила немного передохнуть после очередного столкновения. В качестве места отдохновения она выбрала каморку вахтера. Этот единственный оплот цивилизации и реального мира. Это было наподобие нейтральной территории, где жертва могла немного прийти в себя перед очередной битвой. И где охотник не имел права на выстрел.
   Вера перезарядила оружие и выложила весь свой арсенал на стол. Подняв руки над головой, она потянулась, разминая затекшие мышцы.
   'Патронов осталось чертовски мало', - поджав губы, подумала девушка.
   Сейчас она размышляла над тем, стоит ли ей идти к арсеналу, чтобы пополнить запасы патронов или она все-таки сможет протянуть на остатках до конца игры. Первого ей почему-то очень не хотелось делать. Вера даже сама не могла толком объяснить почему. Не хотела и все. Об этом кричала интуиция, и девушка была склонна доверять.
   'Ладно, - закончив ломать голову, оборвала свои мучения Вера, - Заскочу на экскурсию в корпус химико-биологического отделений, а там посмотрим по обстоятельствам'.
   Вера порой поражалась выносливости своего организма и нервной системы. Ее характер стал закаленным. Эмоции стали проявляться намного реже. Веру стало трудно чем-то удивить. А после того, как она вернется домой, ее невозможно будет ничем напугать. Но по ночам ее будут преследовать кошмары.
   'Ну, точь-точь как солдат, вернувшихся с войны. Днем они кажутся непробиваемыми, но по ночам просыпаются от своих самых жутких кошмаров c дикими криками. Но по-настоящему жутко то, что это не выдумка, а реальные события. Может быть, лишь немного приукрашенные'.
   Вера приняла позу мыслителя. Она вновь и вновь возвращалась в воспоминания. Все чаще перед ее глазами проплывали сцены из жизни. Причем возникали они спонтанно. И каждый раз девушку охватывал страх. Ей казалось, что это не к добру. И как бы очередной такой просмотр собственной жизненной хроники не стал для нее последним. Чаще всего она вспоминала последние свои годы. А также кому и когда она нагрубила или сделала что-то нехорошее. Перед смертью все наши плохие поступки возвращаются к нам бумерангом, словно насмехаясь, что время упущено, и ничего нельзя вернуть назад. Вера не знала, сможет ли она извиниться перед бабушкой за испорченный фотоальбом, а перед мамой за разбитую коллекционную фарфоровую куклу. Сможет ли она извиниться перед Валерией за облитый красным вином ковер, который пришлось выкинуть. Список можно было продолжать до бесконечности. Но от этого Вера только все больше и больше расстраивалась. А ей это сейчас было совсем не нужно. Она знала, что должна настраивать себя на боевой лад, потому что у нее впереди было самое трудное. Последний корпус и подвал.
   'Подвал - место откровений', - проворчала Вера.
   Распихав оружие, она поднялась и, вздохнув, вышла из каморки, решив, что дольше засиживаться не стоит. Чем больше отдыха, тем больше времени у Антиреальности нашпиговать здание своими не совсем здоровыми созданиями.
  
   Лестница была узкой и погруженной во мрак. Лишь на площадке между этажами светила маленькая лампочка, разгонявшая мрак на несколько метров вокруг.
   Вера вступила на предпоследний этап. Внимательно осмотревшись, она сделала маленький шаг вперед. Вслушиваясь в тишину, она медленно ступенька за ступенькой продвигалась вперед. Но все было тихо и спокойно.
   Бумс. Вера замерла. Звук раздался так неожиданно, что она чуть не закричала от удивления. Он был слишком коротким, чтобы можно было определить, откуда раздался. Вера сглотнула. Она вспомнила, что у нее есть фонарик, но не хотела его доставать, прекрасно помня, что именно свет может стать завлекалочкой для монстров.
   Прошло несколько долгих минут, но звук не повторился. Вера тряхнула головой и решила продолжать путь.
   'В конце концов, нельзя же стоять здесь вечно'.
   Но буквально через пару шагов он повторился, и Вера отметила, что раздался он несколько ближе, чем предыдущий. Но и в этот раз она не смогла определить, с какой стороны.
   Вера сглотнула. Идти дальше резко расхотелось. Но и поворачивать она тоже не собиралась.
   'Похоже, наверху меня уже ожидают. И, судя по звукам, тяжелая артиллерия'.
   Вера для проверки сделала еще один шаг, и звук тут же повторился, словно эхо ее движения. Вера стала озираться в поисках источника внезапной помехи, раздавшейся уже рядом.
   'Оно меня видит!' - худшее предположение подтвердилось.
   Вера стала шарить по ноге в поисках фонарика, но тут звук раздался вновь. Теперь монстр не таился. И Вера поняла, откуда шел звук. Дрожащей рукой она навела фонарик и нажала на кнопку. Он был намного ближе, чем она подозревала.
   Яркий луч света ударил монстру прямо в морду, заставив того зажмурить и недовольно взреветь. Он был всего в нескольких метрах от Веры. Монстр стоял за решеткой на лестнице, ведущей в раздевалку спортзала. Вера выключила фонарик и бросилась вверх по лестнице. Она очень хорошо рассмотрела его. И поняла, что стрелять в него бесполезно. Оставалось лишь одно средство от такого красавчика. А именно бежать и бежать быстро, что она и сделала.
   Он был на две головы выше ее. Неимоверно широкие плечи и огромные торс. Прямо на плечах, пропуская шею, сидела маленькая как сдувшийся воздушный шарик голова. Пустые глазницы. С засохшей на щеках кровью и разорванные губы были настолько омерзительны, что Вера еле сдержала рвотный позыв. Но самое ужасное было то, что в тело монстра были впаяны куски железа. Блестящего, в котором можно было увидеть свое отражение. Что делало его совершенно неуязвимым для пуль и ножа.
   Вера была уже на площадке между этажами под одинокой лампочкой, когда снизу раздался дикий скрежет. Это монстр разломал решетку и бросился за девушкой.
   Вера не стала дожидаться, когда он достигнет площадки, и бросилась вверх.
   Она понимала, что ее шансы скрыться от монстра ничтожно малы. Что наверху наверняка есть и другие твари, которые с удовольствием присоединяться к травле. Девушка надеялась только на одно, чтобы они не были такими пуленепробиваемыми.
   Вера выскочила в коридор первого корпуса. Здесь было значительно светлее. Мгновенно оценив обстановку, она бросилась в левый коридор, значащийся как аудитории химического факультета. Свою ошибку она поняла, едва свернула. Там у дверей первой аудитории стояли зомби, уже попавшиеся ей на прошлом этапе ее путешествия. Их было пятеро, и все вместе они нападали на кого-то. Вернее жадно отрывали куски от окровавленного мяса неизвестно кем бывшего при жизни, и с чавканьем и урчанием поглощали их. Но заметив Веру, они мгновенно оторвались от пиршества и уставились на нее своими перемазанными кровью мордами. Тот, что стоял ближе всех, разжал челюсти. Огромный кусок мяса выпал и с громким противным звуком шмякнулся на пол. Выставив скрюченные, испачканные бордовым пальцы вперед, зомби, пошел прямо на Веру. Тут же его примеру последовали и остальные. Но Веру простыми мертвяками было уже не испугать. Она понимала, что бронированный монстр вот-вот будет здесь, и решительно бросилась вперед. Не ожидавший такого счастья, монстр радостно заурчал, но не тут-то было. Вера врезала ему прикладом дробовика по голове. Нажав на спуск, Вера уложила двоих, загораживающих проход и бросилась в глубь коридора. Трое оставшихся зомби и появившийся, наконец, киборг бросились за девушкой.
   Вера заскочила в аудиторию и тут же принялась заставлять дверь стульями и столами. Она знала, что для киборга это не помеха, но ненадолго задержит. В коридоре послышались звуки борьбы. Видимо, в конец ошалевшие зомби решили попробовать на зуб нового персонажа. Это давало Вере еще немного времени.
   'Думай, думай'.
   Вера стала лихорадочно оглядываться, но в аудитории не было ничего такого, что могло бы помочь в данной непростой ситуации. Только кучи плакатов, чучел животных, горшки с цветами и скелет. Вера схватила свой мешок с боеприпасами и стала изучать его содержимое. В руки ей попалась взрывчатка.
   - Отлично, - Вера даже улыбнулась, - Как же я могла о ней забыть.
   Настраивалась она очень легко, и в этом трудностей у девушки не возникло. Поставив таймер, она притащила скелет, одела на него обнаруженный тут же заляпанный чем-то бурым (Вере не хотелось думать чем) халат и соорудила из тряпки для доски подобие косынки. В руку или точнее в скелет руки она вложила взрывчатку.
   'Так, а теперь нужно куда-то деть себя, чтобы не подлететь к вратам рая вместе с киборгом'.
   Словно услышав ее мысли, в дверь стали ломиться.
   'Так, зомби кончились. Это плохо'.
   Но тут Вера заметила маленькую дверцу, полузакрытую разросшейся лианой. В двери образовалась щель, в которой вертелась рука киборга. Вера бегом преодолела аудиторию и едва успела закрыть за собой дверь, как последняя преграда рухнула, и в аудиторию ворвался монстр. Издав страшный рык, он оглядел аудиторию. Узрев за столом наспех сооруженный манекен из скелета, он двинулся к нему.
   Вера в обнаруженной по счастью подсобке спряталась под стол и принялась отсчитывать оставшиеся до взрыва секунды.
   'Десять, девять, восемь, семь'.
   Монстр был уже рядом с манекеном.
   'Шесть, пять, четыре'.
   Издав новый рык, киборг схватил скелет. Увидев, что его обманули, он завопил. Но было уже поздно.
   'Три, два, один, ноль'.
   Вера заткнула уши. Но это помогло слабо. От удара дверь подсобки выбило, а все, что там было, попадало на пол. От громыхнувшего взрыва Вера слегка оглохла. Взрывная волна докатилась и до нее. Но по счастью она отделалась легко. Заряд был слишком маленьким, чтобы причинить ей серьезный вред. Запахло горелым и еще чем-то непонятным. Вера выбралась из под стола и тихонько подойдя к двери, выглянула. Аудитория представляла собой кошмарное зрелище. В эпицентре взрыва весело догорали остатки мебели. Куски скелета валялись по всей аудитории. Похоже, он был единственным счастливчиком, пережившим взрыв. Ошметки киборга также разлетелись по всему помещению. Куски полурасплавленного железа, обоженная плоть. Вере повезло, что бронированным он был лишь снаружи, а внутри из крови и плоти.
   Вера вздохнула с облегчением. Она еще раз с удовольствием осмотрела поле боя и осталась довольна результатом.
   'Вряд ли теперь можно использовать это помещение в учебных целях', - с улыбкой подумала она.
   Разорванные на части останки зомби лежали в коридоре. Темная почти черная жидкость, натекшая из мертвецов, была повсюду. Залила пол, стены, двери, даже на потолке были брызги.
   'Киборг повеселился перед смертью', - Веру передернуло.
   Она на секунду представила себя в руках чудовища, и ее чуть не стошнило.
   'Такие же бесчеловечные и сумасшедшие убийцы, как и их создатель'.
   Вера все еще не могла оправиться от боя. Адреналин в крови не давал покоя.
   Аккуратно, стараясь не испачкаться, Вера прошла мимо распростертых на полу тел, и пошла в глубь коридора. Нужно было проверить оставшиеся аудитории и идти дальше. Она чувствовала, что развязка близка. А также и то, что правила игры ожесточились.
   Там на разрушенном этаже Антиреальность дала ей повеселиться. Но время веселья отныне кончилось. Началась настоящая охота. И добычей была она - Вера. Доказательством могло служить то, что она стала натравливать по несколько монстров сразу.
   'И это еще цветочки, ягодки будут впереди'.
   Вера поджала губы. Надо было отметить, что запах там стоял просто ужасающий. Она решила начать с соседней аудитории. Когда Вера взялась за ручку двери, ведущей в нужный кабинет, позади раздался какой-то шум.
   'Начинается, - Вера замерла, - Вот точно также появился киборг'.
   У нее еще имелась в запасе взрывчатка, но новой встречи с подобным монстром Вера могла уже не пережить.
   Девушка услышала шаркающие звуки и поняла, что это не киборг, а всего лишь небольшая кучка зомби. Ну, или большая. Но это не имело значения. Их Вера не боялась.
   Она уже расслабилась и потянулась к оружию, чтобы быстренько усмирить кучку мертвецов. Но к шарканью добавился новый звук. Топот. Бум-бум-бум. Девушка ощутила вибрацию, идущую по полу.
   Вера медленно подняла взгляд и увидела это. Большое, просто огромное. Оно достигало в высоту более 10 метров. Это был циклоп. Мощный торс, огромные ручищи и один глаз посреди головы. Кроме этого ее больше ничего не украшало.
   Вера сглотнула. Расширившимися глазами она смотрела на огромную тушу в окружении зомби, чинно вышагивающую к ней. Она лихорадочно обдумывала, что бы сделать.
   'Так, зомби не страшно. Но зомби плюс какой-то гигантский монстр. Вот над этим, пожалуй, стоит задуматься'.
   Вера оглядела коридор и поняла, что здесь даже и не стоит пытаться тягаться с Циклопом и его свитой. Он был узок, и монстр раздавит ее с легкостью, даже особо и не приглядываясь. С чем у него проблем явно не было. Огромный глаз, не моргая, смотрел прямо на девушку.
   Вера попробовала сосчитать шествующих рядом зомби, но их было слишком много.
   Бум. Это раздался новый шаг. Монстр был медлителен. Вера успела заметить, что под ноги Циклопу попалось и несколько зомби, которых он тут же превратил в кашу.
   'Да ему походу все равно кого давить'.
   Вера приняла единственно правильное решение. Резко толкнув дверь, она юркнула в аудиторию. И чуть не свалилась с лестницы. Чудом, удержавшись на краю, Вера потратила несколько драгоценных секунд на разглядывание бывшей аудитории химиков. Сейчас она больше напоминала колодец. Круглый как труба он выходил из тьмы и опускался вниз на добрых несколько десятком метров. А внизу на полу стояли столы со скамьями, как и положено в учебной аудитории. Тут же был и учительский стол, заставленный какими-то баночками и скляночками. По стене плавно опускалась винтом шаткая лестница, не имевшая даже слабого намека на перила.
   А в дверь раздался первый слабый удар гнилого тельца зомби.
   'Так, пора отсюда сматываться'.
   Вера бросилась вниз по лестнице. Это слоило больших трудов. Под весом девушки она шаталась и натужно скрипела, норовя обвалиться.
   'Черт!' - Вера скрипнула зубами, когда в очередной раз чуть не свалилась.
   Общему натиску зомби дверь, наконец, поддалась и они гурьбой, отталкивая друг друга, бросились по лестнице за беглянкой. Но далеко не всем благополучно удавалось идти по шатающейся лестнице. Были и такие, что, влетая в дверь, тут же не задерживая очередь, отправлялись вниз и с громким смачным шмяканьем приземлялись на столы или на пол. Но их поток все не кончался и все новые, и новые зомби лезли в дверь
   'Вот ведь прорвало'.
   А потом пришел он. Циклоп. От его шагов натужно заскрипела лестница и стала шататься более ощутимо. До площадки, отделявшей один пролет от другого, Вера пролетела ласточкой. Припав к лестнице, она обхватила ее руками и ногами. Зомби, решившие, что она сдалась на их милость, весело, вприпрыжку бросились к девушке. Но их радость была недолгой. Стена задрожала от первого удара. Из нескольких мест вывалились огромные куски и вместе с каменной крошкой посыпались вниз, сорвав с лестницы и несколько неудачников зомби.
   Второго удара стена не выдержала. Циклоп, раздирая ее на куски, ступил на лестницу. С противным металлическим лязгом крепления лопнули и часть лестницы, которая подверглась такому варварству, полетела на дно колодца, увлекая за собой и габаритного монстра.
   Зомби, не успевшие преодолеть пролет, попадали вниз как кегли. Оставшуюся лестницу закачало. Отделившись от стены, она зависла над серединой колодца, сильно накренившись в сторону. Правая рука Веры соскользнула и, девушка лишь чудом не сверзилась вниз, вслед за монстром.
   Когда хрупкую конструкцию перестало шатать, Вера разжала руки и присев на корточки, посмотрела вниз. Она надеялась, что Циклоп не пережил такого падения. Но ее надежды были тщетны. Монстр, помотав головой, медленно поднялся и стал озираться, пытаясь понять, что с ним произошло, и куда девалась его жертва.
   Вера разочарованно вздохнула. Ясно было только одно. Чтобы выйти из колодца нужно спуститься. Выход через ту дверь, в которую она вошла, был отрезан. А значит должен быть еще один внизу. Но это значило, и что ей придется сразиться с Циклопом или попробовать пробраться мимо него незамеченной. Но, помня, как он следил за ней, Вера поняла, что это невозможно.
   'Черт! Черт! И еще раз черт, - Вера вновь распласталась на лестнице, глядя вниз через металлические прутья, - Я, конечно, могу попробовать посидеть здесь, и подождать пока Циклоп уберется восвояси. Но это также маловероятно, что у меня вырастут крылья, и я подлечу к той двери. Или лестнице просто-напросто надоест меня держать, и она рухнет вниз. Двум смертям не бывать'.
   Вера с грустью посмотрела на дверь, возле которой раскачивались жалкие остатки лестницы. Сейчас она была так же недостижима, как и ее мир.
   В последнее время Вера все реже задумывалась о нем. Стала редко вспоминать свою жизнь. Этот переход даже не был ею замечен. Все казалось вполне естественным. Вера настроила себя только на одну мысль - сделать все от нее зависящее, чтобы выжить. И пока ей это удавалось. Но чего ей стоила каждая встреча с монстром, знала только она. Порой Вере казалось, что она уже достаточно закалилась для всего, что ее еще ожидает впереди. А иногда приходила мысль, что еще немного и она сломается. Было желание все бросить и просто где-нибудь укрыться, чтобы отдохнуть и поплакать. Эта неуравновешенность выводила ее из себя. Она злилась, но ничего не могла поделать.
   Вера смотрела вниз на монстра, который топал внизу, сминая столы, скамьи и тела своей свиты. С каждым ударом он распалялся все сильнее. Видно потеря из виду девушки привела его в не очень хорошее настроение. Наверно, не так часто у Антиреальности бывают гости, а тупые зомби уже надоели, и топтать их перестало доставлять удовольствие.
   Вера еще не знала, что будет делать дальше. Но пока она решила взять рекламную паузу и просто немного перевести дух. Антиреальность набирала обороты с каждой минутой, пуская в бой все более интересных и опасных монстров.
   Циклоп подошел к учительскому столу, заполненному скляночками с реактивами для опытов. Посмотрев на все это великолепие несколько секунд, он одним движением перевернул стол вместе со всем его содержимым. Несчастный предмет мебели, к своему несчастью поставленный на пути грозного монстра впечатался в стену с громким стуком и рухнул на пол. Все баночки разбились, а их содержимое, смешавшись, потекло со стены. Принимая в себя все больше жидкости, химическая волна приобрела ярко-красный цвет. Достигнув пола, она приблизилась к ножке стула. Послышалось легкое шипение, и дерево без следа в ней растворилось.
   У Веры отвисла челюсть. Она не поверила своим глазам. Но как бы в подтверждение уже увиденному, не успокоившаяся волна поползла дальше, погребая под собой остатки стола. И как ножка он с шипением растворялся в недрах волны химических реактивов. До Веры донесся резкий запах, напоминавший серную кислоту, так хорошо знакомый с уроков химии в школе. Но присутствовало в нем и еще что-то.
   Циклоп, не замечая устроенного им, продолжал крушить все вокруг. Вернее то, что еще осталось.
   'Может, я пережду здесь, пока эта смесь серной кислоты и еще какой-то гадости не переварит его, - мелькнуло у Веры, но тут же эта мысль перебилась другой, более здравой, - Так, а если эта гадость затопит весь пол, как же я смогу выбраться отсюда!?'
   Вера сглотнула. Теперь она была меж двух огней. Либо попытать счастья и спуститься. Но тогда Циклоп может ее задавить или вновь продолжить преследование. Либо подождать пока серная кислота расправится с ним, а потом спустится, и поискать выход. Вера занервничала.
   Но Антиреальности видимо оказалось этого не достаточно. Для усиления эффекта реальной угрозы, она решила выпустить на арену еще одно действующее лицо или, точнее будет сказать, морду. Чтобы было интереснее метаться уже не между двумя, а тремя огнями.
   Пока Вера размышляла, как ей лучше поступить, а вернее как лучше покончить с жизнью, мимо нее что-то пронеслось. Вера скорее ощутила, чем почувствовала опасность. Она резко вскочила на корточки и подняла вверх руку с оружием. Но рядом уже никого не было.
   'Черт!' - Вера стала внимательно озираться в поисках нового действующего лица.
   Но все было спокойно. В метрах трех над ней сгустилась плотная чернильная тьма, которая таила в себе новую неожиданную угрозу. А внизу с диким шумом бесновался Циклоп. Он видимо еще не понял, что смерть уже близко и подбирается к нему своей красной серной волной.
   Очевидно, было, что новый монстр затаился наверху и ждет удачного момента для нападения. Но Вера не собиралась его ему предоставлять. Она была настороже и, не опуская головы, смотрела вверх, ожидая, что монстр выдаст себя. Но ни одного движения не всколыхнуло темноты.
   Вера уже начала закипать, когда сбоку от нее что-то прошелестело, и она ощутила резкую боль в плече. Удивленная она скосила взгляд и увидела длинный порез, по краям которого быстро стала собираться кровь и большими каплями поползла вниз по руке.
   Поводя пистолетом вправо и влево, Вера не заметила ничего. Голые облупленные стены и ни одного монстра. Ни какого намека на тварь, которая поранила ее.
   'Эти сволочи так похожи, - Вере вспомнился монстр, что бегал со скоростью света, - Действуют по одному и тому же сценарию. Как примитивно'
   Вера посмотрела вниз и к своему ужасу заметила, что волна покрыла уже одну треть помещения. Хоть и медленно она двигалась, но безопасного и свободного от нее пространства становилось все меньше и меньше. Вере следовало поторопиться. Тем более, что наверху она была уже не одна. И тварь в любую секунду могла пойти в атаку.
   Девушка, обхватив лестницу по краям, стала медленно продвигаться к стене. Она мгновенно покрылась испариной. Лестница нещадно дрожала и стала раскачиваться, издавая скрежет.
   Циклоп внизу замер и стал прислушиваться к непонятному шуму. А потом как в кино при замедленной съемке поднял голову и уставился прямо на маленькую фигурку, пытающуюся доползти до более устойчивой части лестницы еще привинченной к стене.
   Вера видела, что замечена, но ей было плевать. Пока она могла стать добычей неизвестного летуна, ей было не до Циклопа, который был все еще внизу и пока не представлял угрозы.
   Свист прямо над головой вывел Веру из размышлений над тем, что надо медленно двигаться к стене. Девушка непроизвольно втянула голову в шею, словно это могло ее спасти от когтей неизвестного монстра. Но уже в следующую секунду, она посмотрела в сторону, где должна была быть тварь. Но и сейчас никого не было видно.
   'Как сквозь землю провалилась. Или сквозь стену прошла'.
   От этой мысли Веру прошиб холодный пот. Только этого ей сейчас не хватало. Хотя Циклоп в какой-то мере тоже обладал этой способностью. Как ловко и виртуозно он проходит через толстые стены, он уже продемонстрировал в полной мере. И одного раза Вере было вполне достаточно.
   Схватившись за следующий пролет лестницы, Вера подтянула себя вперед. Прижавшись к стене, она с облегчением вздохнула.
   'Теперь можно и с летуном повоевать'.
   Она вытащила оружие и сразу почувствовала себя более уверенно. А внизу ее уже ждал Циклоп. Он перестал рушить казенное имущество и теперь просто стоял на одном месте и пристально смотрел на жертву своим единственным огромным глазом. Слабонервным такие зрелища противопоказаны. Вера и сама чувствовала себя ужасно, зная, что за ней наблюдает в пол-лица глаз без ресниц, без бровей. Просто большое и круглое как блюдце, оно было отвратительно, как и его хозяин.
   'Что там Одиссей сделал с Циклопом в своем приключении, - вспомнилась Вере знаменитая эпопея Гомера, - Выжег ему глаз. Хорошая идея. Надо лично провести эксперимент на предмет правдивости этой истории'.
   Но это она решила сделать позже. Да и слишком высоко она еще была, чтобы выбить ненавистный глаз. Пока она решила прикончить летуна. Медленно, не расслабляясь ни на секунду, Вера стала спускаться. Ей казалось, что вокруг все время что-то шевелиться и следит за ней не только Циклоп, но и еще кто-то.
   А потом неожиданно он проявил себя. Как в принципе и все, что происходило в Антиреальности. И тут же стало понятно, почему Вера никак не могла понять, откуда он вылетает и куда прячется, и почему атаковал не с потолка.
   С громким змеиным шипением нечто стало отделяться от стены. Сначала Вера увидела лишь контур тела монстра, но тот резко поменял цвет и предстал перед девушкой во всем своем великолепии, чем тут же заслужил прозвище Хамелеон. Это существо было с телом пантеры, такое же гибкое и грациозное, но покрытое чешуей и более напоминавшее тело ящерицы. Этакое два в одном. А голова была длинная вытянутая полная больших острых клыков, между которых время от времени высовывался раздвоенный язык. На трех скрюченных пальцах были длинный зазубренный когти, что давало ему возможность лазать по стенам.
   О том, что укус такой твари станет смертельным, Вера поняла сразу.
   'Хм, интересный экземпляр. Пожалуй, даже очень', - не смотря на такое совмещение, монстр был даже красив в некотором роде.
   Вера безоговорочно признала его самым лучшим из всех творений Антиреальности. Услышав этот вердикт, та, конечно, надела бы ей золотую ленточку благодарности. Но, к сожалению, эти мысли так и остались за кадром.
   А Хамелеон меж тем приготовился к прыжку. Напружинив мощные лапы, он зашипел и пошел в атаку. Пролетев над дном колодца, он приземлился аккурат на то место, где еще совсем недавно стояла девушка.
   Но Вера не стала стоять столбом, упрощая задачу монстру. Взглядом профессионала она окинула шкуру и поняла, что чешуя непробиваемая. Откинув за спину бесполезный сейчас дробовик, она вытащила нож. В последнее время он стал просто незаменимым помощником, и Вера уже много раз была благодарна Хранителю, всучившему ей, как тогда казалось, бесполезную хреновину.
   Циклоп внизу занервничал и пришел в движение. Это заметил и Хамелеон. Посмотрев на своего менее удачливого товарища, он разинул немаленькую пасть и зашипел.
   'Приятно осознавать, что Циклоп неприятен не только мне', - мелькнуло у Веры.
   Она продвигалась вниз так быстро, как только позволяла неустойчивая лестница. Хамелеон хотел, было двинуться за ней по лестнице, но та заскрипела под ним, и монстр переполз на стену. Вцепившись в кладку когтями, он стал подкрадываться к жертве.
   Вера на мгновение запаниковала. Сжав нож, она стала думать, чем он может ей пригодиться против такого монстра.
   'Даже с киборгом было проще', - Вера выставила нож перед собой.
   Но на Хамелеона это не произвело никакого впечатления. Приготовившись, он вновь прыгнул. Вера развернулась и бросилась бежать. Ее качало из стороны в сторону. Она чуть не упала, но ей удалось удержать равновесие. Обернувшись через плечо, Вера увидела, что за спиной никого нет. Девушка остановилась и стала озираться по сторонам.
   'О нет, он опять слился со стеной! - Вера запаниковала, - Что же делать. Что же делать!'
   До дна колодца оставалось преодолеть всего две площадки, и можно было упасть в крепкие мужские объятия Циклопа. Едкая химическая субстанция заняла уже больше половины всего пространства.
   Вера услышала шипение и по инерции отклонилась в сторону, чем спасла себя от лап монстра. Пролетев буквально в паре сантиметров от нее, он лишь хватанул воздух, обдав ее напоследок зловонным дыханием.
   'Фу, какая мерзость'.
   Одна площадка. Циклоп уже ждал ее у основания лестницы. Расставив ножищи, он развел в стороны руки, намереваясь поймать беглянку. А сзади уже вновь приближался монстр.
   'Черт возьми, да когда это уже кончится'.
   Поцарапанное плечо болело невыносимо, заставляя Веру морщиться при каждом движении рукой. Последняя площадка была позади, осталось лишь добежать до конца лестницы. Обернувшись назад, Вера увидела, как Хамелеон присел в последнем прыжке.
   Не останавливаясь, она проделала старый трюк. Резко упав на спину, она по инерции прокатилась между ног Циклопа и вынырнула за спиной монстра. Тот не сразу понял, что произошло, и почему он снова потерял свою жертву. Но опомнится ему не дали. Хамелеон приземлился прямо перед Циклопом и грозно заревел.
   Вера не стала следить за разборкой двух монстров. Она вскочила на ноги и стала озираться по сторонам в поисках двери. Увидев искомую, она чуть не разревелась. Смертельная волна уже подобралась к ней и продолжала отрезать Веру от спасения. Девушка огляделась вокруг. Повсюду валялись остатки мебели и тела зомби, больше напоминавшие кашу. Идея пришла внезапно. Схватив стол, Вера водрузила на него несколько скамеек и более-менее прилично сохранившееся тело зомби. Всю эту конструкцию она кинула прямо в приближающуюся волну. Прыгнув следом, она схватилась за ручку двери. Но та не поддавалась. Видимо дверь была заперта. Стол уже растворился, и вот-вот грозила добраться до Веры. Не медля ни секунды, девушка выхватила пистолет и выстрелила, разнеся замок на куски. Позади раздался дикий крик, полный боли и отчаяния. Но Вера не стала отвлекаться. Распахнув дверь, она выпрыгнула в коридор за секунду до того, как тело зомби, на котором она только что стояла, погрузилось в красную остро пахнущую жидкость.
   Вздохнув с облегчением, Вера обернулась и увидела, что переставшие сражаться монстры сгрудились на маленьком клочке, единственном не занятом химикатами. Циклоп шагнул в волну и тут же скорчился от боли. Но, поняв, что единственный его шанс дойти до стены и разрушить ее, он превознемогая боль стал медленно продвигаться в сторону Веры.
   Хамелеон, угадав намерения монстра, решил последовать его примеру. Он приготовился к прыжку, намереваясь разом покрыть расстояние, отделяющее его от Веры.
   Девушка вытащила из-за спины дробовик и, подождав пока монстр прыгнет, выстрелила. Она знала, что это не причинит тому никакого вреда, но ее целью было не это. Мощный толчок отбросил Хамелеона назад, и монстр упал прямо в красное смертельное море. Дикий крик боли вперемежку с шипением было последним, что он успел сделать, прежде чем без остатка раствориться.
   'Так, один готов'.
   Вера стояла и смотрела, как все более исчезающий монстр медленно движется к ней. Из его глаза вытекла большая слеза. Упав в химикаты, она вызвала странную реакцию. Жидкость в этом месте стала светлее, но лишь на мгновение.
   Вера медленно закрыла дверь. Забросив оружие за спину, привычным движением, она медленно двинулась по коридору. Взгляд ее был устремлен вперед, но она ничего не видела. Циклоп достиг стены и попытался ее разрушить, чтобы пробить себе выход на свободу. Раздался первый мощный удар, но стена осталась неподвижна. Второй и третий удары имели тот же успех. Лишь каждый последующий были тише и слабее предыдущего. Четвертый больше напоминавший скрежет был последним. Стена выдержала, а Циклоп исчез. Он больше не существовал, а значит, не мог доставить Вере проблем. Но она почему-то не чувствовала себя счастливой. Ей не давало покоя то, что она увидела. Монстр плакал. Плакал от боли по-настоящему. У него, как и у любого другого человека, текли слезы. Веру это поразило. Это оставило отпечаток в ее душе, а ее саму в странных смешанных чувствах.
   'Кажется, я стала чересчур сентиментальной. Вряд ли монстр заплакал бы, если бы превратил меня в лепешку'.
   Вера остановилась и прикрыла глаза. Перед ней стоял Циклоп, из единственного глаза которого текла слеза. Вера вздохнула. Окинув взглядом место, в котором оказалась, она с удивлением поняла, что это все тот же коридор в крыле химиков. Оглянувшись назад, Вера увидела, что вышла она через тут же дверь, через которую вошла. Антиреальность так исказила пространство, что от одной мысли от этого голова шла кругом. Но Вере было все равно.
   Она поняла, что ей требуется отдых. Она слишком устала от этих бесконечных стычек. Слишком много монстров попадало разом на ее голову. Один за другим без предупреждение каждый следующий краше, они выскакивали на нее из самых немыслимых мест. Вере даже было странно, что она еще жива. Реакция у нее была не такая уж хорошая, хоть и не раз уже спасала. А умения обращаться с оружием на столь низком уровне, что не могли спасти от серьезного противника. Или все это уже изменилось. Вера раньше об этом не задумывалась. Ей казалось, что Антиреальность слишком круто обошлась с ней с момента пробуждения. Но сейчас она поняла, что это было лишь начало, так легкая разминка, не стоящая даже того, чтобы из-за нее сбивать дыхание.
   Вера села на пол, прислонившись к стене. Достав припрятанный бутерброд, она вгрызлась в его плоть, разрывая на куски, как будто она была жадным диким монстром, схватившим добычу. Этой подачки желудку было явно мало, но ничего более существенного она ему предложить не могла. Остатки еды, которые еще оставались, надо было поберечь. А эту ноющую пустоту внутри она как нибудь переживет. Пока это не самое ужасное, что с ней происходит.
   Вера отряхнула крошки. Нужно было идти дальше, но она не могла найти в себе силы двигаться. Ей было так хорошо вот так сидеть здесь в полутьме и в полном одиночестве. Никаких посторонних звуков и пока никакой опасности, если только к ней сейчас не подкрадывается очередной Хамелеон.
   'А ведь Антиреальности ничего не стоит сзади подпустить ко мне одну или пару таких зверушек и все. От меня ничего не останется', - мысль была неприятной.
   Чувство спокойствия тут же испарилось. Непроизвольно Вера окинула стены и потолок внимательным взглядом. Но все вроде было спокойно. И Вера еще могла словить немного спокойных минуток.
   Тело ломило, и Вера чувствовала сонливость. Ей хотелось лечь и поспать. Но пока этот участок не был до конца очищен, она не могла это себе позволить. Это было роскошью, наградой за хорошо проделанную работу. Если она этого не сделает, то сон станет вечным. А это не входило в ее планы.
   'Хотя, - прервала сама себя Вера, - Никому не повредит, если я ненадолго прикорну'.
   Она направилась в самую дальнюю аудиторию. Приоткрыв дверь, она осмотрела помещение на предмет страшных и коварных монстров, но таковых не оказалось. Вера вошла и, закрыв дверь, забаррикадировала ее несколькими слоями столов и стульев.
   'Если это монстров не остановит, то хотя бы я услышу, когда они начнут пробиваться сюда'.
   Устроившись у дальней стены, Вера закрыла глаза и мгновенно провалилась в сон.
   К болезненному пробуждению Вера уже привыкла. Лишь с каждым разом прибавляется больше синяков и ссадин. Шумно зевнув, она приподнялась со своего ложа. Внимательно осмотревшись, поняла, что за время сна, ничего не происходило. Либо монстры все же имели хоть какое-то понятие о совести и решили не беспокоить ее, либо они кончились на этом участке. Хотя Вера не верила ни в первое, ни во второе.
   Окончательно проснувшись, начала заниматься привычными делами: поверила мешок с припасами, перезарядила пушки, почистила нож. Она знала, что для человека, идущего на войну или на охоту, очень важно совершать подобные ритуалы. Можно сказать даже что жизненно необходимо.
   Только после этого Вера была готова выступить. Разобрав завал перед дверью, осторожно выглянула в коридор, но там было темно и тихо. Первое ее неприятно удивило. Девушка хорошо помнила, что когда шла отдыхать, свет горел.
   'Отлично, кто-то вырубил свет. Электрика звать, точно смысла нет. Теперь надо решить, что делать: кувыркаться с монстрами при свете фонарика или идти в подвал и врубить свет'.
   Вера решила оставить решение этой новой проблемы на потом. Ну, когда дойдет до лестницы, по которой убегала от Киборга. Медленно, стараясь не шуметь, она двинулась по коридору, освещая себе путь фонариком. Конечно, он рассеивал мрак, но этого было не достаточно, чтобы охватить взглядом всю ситуацию и пространство целиком. А в последнее время ей попадались только трудно и долго убиваемые монстры.
   Пройдя по коридору с аудиториями химиков, Вера остановилась. Переведя луч фонарика вправо, осветила ступеньки лестницы, ведущей на первый этаж. Она сглотнула, вспоминая неприятную встречу с Киборгом. Идти туда ей не хотелось категорически. А вдруг там затаился еще один такой же. Или даже несколько. Коварно вырубив свет, они теперь сидели в подвале возле щитка и поджидали ее.
   'Нет, - тут же решила Вера, - вниз я не пойду. Пускай ждут меня там до скончания веков или до второго пришествия'.
   Приняв решение и успокоившись, Вера двинулась вперед. А дальше начинался коридор, идентичный тому, из которого она только что вышла. За исключением того, что тут висела табличка, оповещавшая, что здесь находятся лаборатории химического факультета.
   'Отлично, теперь мы добрались до самого интересного'.
   Вера еще в аудиториях заметила большое количество реактивов и не понимала, чем же они в таком случае отличаются от лаборатории.
   Но теперь смогла убедиться воочию, так сказать. А различия были и существенные. Лаборатории представляли собой три ряда небольших квадратных столов, на которых стояли всякие баночки - скляночки и полные, и пустые, горелки и чашечки с многочисленными трубочками трубочки.
   Вера подошла к первому столу, чтобы получше рассмотреть все то стеклянное многообразие с разноцветными жидкими, а порой и газообразными внутренностями, что плескались внутри. Он оказался низенькими на уровне ее бедер. Увидев все необходимое для проведения опытов, она словно окунулась в воспоминания, оказавшись на уроке химии в школе. Их учительница обожала давать лабораторные работы с проведением различных опытов. Благо материала для этого хватало. Но столько его стояло здесь, Вера никогда в глаза не видела. Такое богатство могло свести с ума от счастья ни одного химика. Розовые, ультрамариновые, бирюзовые, салатовые, оранжевые, каких цветов здесь только не было, жидкости булькали, пузырились или находились в статичном состоянии.
   'Эх, мечта любого помешанного на опытах', - улыбнулась Вера.
   Увидев баночку со знакомой надписью на стеклянном боку, она взяла ее в руку. Соляная кислота. Баночка была большой и полной. Для безопасности, она была закупорена большой затычкой, очень напоминавшей пробку от шампанского.
   Неожиданно у Веры созрел план, и она решительно запихала банку с кислотой в карман. Решив, что стратегический запас можно разнообразить за счет этого случайно подвернувшегося ей под руку вещества, девушка обошла все столы, собрав кислоты столько, сколько могло уместиться в мешок, не затрудняя при этом передвижение. Одну она на всякий случай взяла в руку. Попробовав пробку и удостоверившись, что та легко выходит наружу, освобождая проход опасной жидкости, Вера удовлетворенно хмыкнула. Теперь ей не терпелось встретить какого-нибудь представителя местной фауны для испробывания на нем своего нового оружия ближнего и дальнего боя.
   Внимательно осмотрев лабораторию и убедившись, что здесь нет подопытных кроликов, Вера вышла. Аккуратно затворив за собой дверь, она тут же осмотрела близлежащие окрестности. Только после того, как осветила коридор, из которого она пришла, Вера двинулась дальше. Девушка прекрасно знала, что Антиреальность любит подбрасывать монстров из мест, которые уже были зачищены и, как думалось, становились необитаемыми.
   А потом началось приключение. Ну, правда, не таким уж интересным оно было. Скорее так, немножко напряжным. За дверью второй лаборатории Вера наткнулась на комичное зрелище. Рядом с одним из столов для проведения опытов стояли два зомби, отвратной наружности. Точнее вся их наружность состояла из внутренностей. Они стояли к двери и появившейся в ней девушке боком. Грозно рыча, они что-то выдирали друг у друга из рук с переменным успехом.
   Вера не смогла удержаться от смеха. Зомби тут же остановились и повернулись в ее сторону. Предмет спора тут же был ими забыт или оставлен до лучших времен. Оба, подчиняясь тупому сценарию для всех зомби, вытянув руки, пошли к ней. Вера решила не трогать пушки и нож, а воспользоваться своим тайным оружием, столь щедро подкинутым ей Антиреальностью на не менее щедро подкинутых ей подопытных зомби. Первый мертвяк, героически тем самым вызвавшийся стать первоиспытателем, был уже в паре шагов. Вера смогла хорошенько рассмотреть пустое выражение развороченного лица и выкатившихся на грани полного выпадения глаз. Ни тебе злобных ухмылок, ни кровожадного блеска, ни кровавой пены изо рта. Было такое ощущение, что зомби очень грустно и скучно. А идет он не по своей воле, просто злой кукловод все время дергает за невидимые ниточки, заставляя, вытянув руки идти на нежданно-негаданно появившуюся девушку.
   Но Вере не было его жаль ни чуточки. Поэтому, когда мертвяк оказался в красной зоне, она щелчком, жестом профессионального откупоривателя банок с соляной кислотой, вырвала пробку из ее законного места и тут же облила незадачливого зомби. Жидкость попала на голову и, медленно сдирая остатки кожи и приобретая при этом кровавый оттенок, потекла вниз, освобождая кости от плоти. И все это происходило в полной тишине.
   Зрелище было не для слабонервных, но к Вере это уже не относилось. Она успела повидать вещи и пострашнее, и более кровавые. Зомби было не больно. Он продолжил свой путь, несмотря на падающие на пол с противным хлюпаньем кровавые ошметки, бывшие некогда его составное частью.
   Вера поджала губы. На ее лице промелькнула обида. Она столько надежд вложила в новое приобретение, а оно даже не замедлило путь зомби. Вера с треском захлопнула дверь перед самым носом мертвяка. Раздался стук впечатавшего в неожиданно выросшую на пути преграду зомби.
   В баночке плескалось еще половина содержимого. Вера подняла тару к самым глазам и внимательно посмотрела на нее. В голове начала формироваться новая мысль, как грамотно употребить остатки и попытаться добиться наибольшего эффекта. А в дверь между тем начали, скрестись и долбиться. Но для двух зомби это была непроходимая преграда.
   Вера рывком открыла дверь и вылила остатки кислоты прямо на голову замершего от удивления зомби, и так же быстро, пока он не успел среагировать, захлопнула ее. От чего многострадальный нос мертвяка вновь встретился с дверью.
   На несколько секунд установилась тишина, а потом атака двери продолжилась. Вера вытащила пистолет и, пнув дверь, выстрелила. Пуля попала в лоб второго зомби. Вернув пистолет на место, Вера склонилась над поверженным соляной кислотой первым зомби. Тот валялся прямо под дверь, потеряв интерес к жизни даже в посмертии. Вера довольно улыбнулась и, удовлетворившись произведенным, поднялась.
   В этом помещении больше никого не было, и она двинулась дальше, прежде аккуратно прикрыв за собой дверь. Это уже стало входить у нее в привычку. Оставалось еще три необследованных лаборатории, которые наверняка полны сюрпризов. Вера решила попробовать разрушительное действие кислоты на более живых и чувствительных тварях. Этот блин пока был комом. Хоть и не совсем. Вера была не сильна в химии, но кое-что она знала. Судя по увиденному в ее руки попало вещество, в котором была очень большая концентрация соляной кислоты. И в применении к живым существам она должна была привести к хорошим результатам. Конечно, ее запасов надолго не хватит, но это поможет ей хоть, сколько нибудь сэкономить патронов. А это было уже не плохо. Пару баночек она собиралась оставить про запас. Мало ли что ждало ее в подвале. Возможно, соляная кислота являлась единственным оружием, которое понадобится ей там. И она была так щедро оставлена в лабораториях не просто так.
   Вера порадовалась, что догадалась взять ее. Пока это, конечно, были всего лишь доводы. Но очень часто на практике доводы оказывались правдивыми.
   Как она и предполагала, оставшиеся лаборатории не были пусты. Помимо зомби, встреченных ею ранее, тут обнаружились и уже знакомые преступные элементы и прочие отбросы жизни и общества. В третьей лаборатории в обилии паслись Кузнечики, половину которых она уложила из пушки, а половине прожгла мозги. Далее были Мартышка и пара Тигров. А в последней аудитории в окружении зомби топтался Грязь.
   Вера действовала как автомат, механически нажимая на курок и выплескивая все новые и новые порции кислоты. Она ни о чем не думала кроме как кого как убить и что когда сделать. Она даже не удивлялась тому, как быстро и точно она расправлялась с монстрами, от лап которых она совсем еще недавно чуть не погибла. Теперь они не вызывали страха, а только призрение и немного ненависти. Совсем чуть-чуть, необходимой для того, чтобы разить более прицельно и точно и разносить на большее количество кусков.
   Только когда последняя лаборатория была окончательно зачищена, Вера поняла, насколько она устала. Привалившись спиной к стене, она закрыла глаза. Напряжение, молчавшее все это время и не мешавшее работать, с жадностью ненасытного монстра вырвалось наружу. Только сейчас Вера поняла, что сделала все это при свете одного фонарика.
   'Все это конечно здорово и заслуживает уважения. Но для спуска в подвал мне в любом случае потребуется свет. Я не камикадзе'.
   Это была неприятная мысль. Но Вера прекрасно понимала, что у нее нет другого выхода. Там в подвале будет все совсем по-другому. Игра будет еще жестче, чем здесь. И Вера просто не успеет водить фонариком в разные стороны и убивать монстров. Для этого она не достаточно быстрая и у нее не хватает рук.
   Антиреальность вновь заставляла ее играть по своим правилам, не оставляя выбора. И это бесило Веру. Она не могла дождаться встречи с главным боссом, представляя в его лице саму Антиреальность.
   Но это было еще впереди, а до этого момента Вере еще нужно было постараться не сдохнуть на втором этаже и в подвале по пути на главную арену. В последнее время ее все чаще одолевали мысли об этом. Но это было естественно. Конец приближался с каждым шагом, и глупо было бы об этом не думать.
   Вера поймала себя на мысли, что боится пробуждения. Вернее того, что будет после победы. А вдруг Антиреальность не захочет ее выпускать, и она будет блуждать тут вечно, пока, наконец, не погибнет. Или вернется не в свое время и не в свое тело. Или пройдет много-много времени. Но главное было все закончить. Эти блуждания по темным помещениям, пальбу по кровожадным и отвратительным монстрам. Вечный страх и опасения. Напряжение и голод. Усталость и отчаяние. Вера не знала, что с ней будет, если она навсегда останется здесь. Она помнила до мельчайших подробностей как погиб Хранитель. И она боялась этого. Она не хотела кончать так. На рогах какого-нибудь монстра. Или умирая, видеть как когтистая мохнатая конечность шарится в ее теле, вытаскивая и кидая на пол ее кровавые и теплые внутренности. Вера сморщилась, ее даже слегка затошнило от представленной картинки. Но от этого было никуда не деться.
   'Нет уж! Если так случится, я лучше сама наложу на себя руки, чем дамся в лапы монстру'.
   Вера достала нож. Она видела в фильмах и по телевизору различные способы убийства и самоубийства при помощи ножа. Вспороть брюхо, перерезать горло, воткнуть куда-нибудь, например, в сердце или в глаз, вскрыть вену на горле. Но все это было кроваво, отвратительно и самое главное больно. Такие смерти были долгими и мучительными. У Веры не было опыта по безболезненному и быстрому умерщвлению, поэтому она, скорее всего не сможет сделать этого для себя. Вариант с ножом отметался.
   Оставались пистолеты и дробовик. Вера решила, что для ее скромной персоны вполне хватит и скромного пистолетика. Вытащив оружие, она стала примериваться. Подставила сначала к виску, потом снизу приложила к голове возле подбородка, вставила в рот, подняла к макушке. Но все это было не то. И неважно было, с какой стороны и куда стрелять. Главное было не промахнуться и сразу отправить себя прочь из этого бренного и уставшего тела.
   Вера вдруг опомнилась и ужаснулась от того, чем занимается.
   'Черт побери, я не для того столько прошла по нашпигованным монстрами коридорам Антиреальности, чтобы вот так просто сдохнуть от собственной руки. Мы еще поборемся'.
   Минутная слабость прошла, и девушка вновь была полна сил и стремлений вырвать сердце главной твари через глотку и станцевать на нем победный ритуальный танец.
   Подняв фонарик и убрав пистолет обратно, она встала. Сейчас перед ней была одна небольшая задачка. Сначала включить свет, потом закончить зачистку второго этажа. Или сначала закончить зачистку, и только потом перед спуском в подвал спуститься к щитку. Вера думала недолго. Помня, как она лихо расправилась с монстрами при свете одного только карманного фонарика, придало ей уверенности, что и зачистку она сможет закончить с ним.
   Вера подошла к лестнице, ведущей вниз, и осветила ее. Но общий ландшафт не изменился, и снизу не доносилось ни звука. Все было тихо и спокойно. Неправдоподобно тихо и спокойно. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, она посветила в небольшую перемычку между территорией химиков и биологов. Расположение у последних должно быть примерно одинаковым.
   Так и оказалось. В правом коридоре находились лаборатории биологов, а в левом аудитории. Все то же самое. Только вместо опасных реактивов там должна быть куча растений и прочих экспонатов, столь любимых преподавателями биологических наук.
   Вера не любила биологию. Хотя нет. Она относилась к ней безразлично. Это был предмет из разряда: есть он, ну и ладно. Он не требовал много времени и много сил, а потому не было смысла относиться к нему отрицательно. По крайней мере, ей.
   Решив не изменять старым добрым традициям, Вера направилась в левый коридор с аудиториями. Все было до тошноты однотипно. Этакое чувство дежавю. Но в отличие от первого раза здесь не толпились кучи монстров, жаждущих теплой человеческий крови. Это радовало. Значит, не будет повторения той сумасшедшей гонки. Будет небольшая передышка перед спуском в ад. Хотя Вера уже давно в аду. Просто сейчас она все ближе и ближе подбиралась к его эпицентру с главным злодеем. И скоро здесь обещала запахнуть жаренным.
   Вера открыла дверь первой аудитории и, заглянув внутрь, быстро осмотрела местность на предмет агрессивных тварей. Но здесь было тихо, а главное совершенно пусто.
   'Что-то Антиреальность начинает повторяться. У нее почти каждая первая аудитория пуста'.
   Но это как раз таки и не было ужасно. Наоборот меньше сил, патронов и нервов. Вера решила воспользоваться предоставленной возможностью и изучить помещение на предмет еще какого-нибудь биологического оружия массового поражения. Химическое у нее уже было. Но ее порыв вскоре иссяк. Ибо здесь ничего интересного и стратегически полезного не было. Разве что попробовать закидать монстров горшками с цветами или чучелами животных и птиц.
   Здесь было много плакатов, схем и прочей макулатуры, заспиртованные животные и части человеческого тела, скелет, камни, пластмассовые цветы, овощи и фрукты и даже несколько мягких игрушек. Последнее позабавило Веру. Было и смешно и странно видеть рядом с заспиртованным человеческим глазом умильного розового слоненка.
   'Нда, странные люди. Хотя стоп. Это не люди. Это Антиреальность'.
   Вера, оставив поиски до лучших времен или до следующей аудитории, вышла в коридор. Ее удивление достигло предела, когда вслед за второй и третья аудитория оказалась пуста. Это было уже настораживающе странно. Вера уже забыла, когда так было последний раз. Не веря глазам, она еще раз поочередно заглянула сначала во вторую, затем в третью аудиторию. Но глаза не обманули ее. Они были пусты. Ни монстров, ни банальных зомби, вообще никого.
   'Странно. Антиреальность видимо решила устроить мне большой перекур. Или решила поберечь силы для последнего решающего боя, зная, что уж там она оторвется по полной. Или чтобы сделать зрелище еще более затяжным, интересным и кровавым'.
   То, что Антиреальность не жалела своих монстров, было давно понятно. Хотя зачем ей. Их много и они всего лишь расходный материал. К тому же, они каждый раз вновь и вновь оживают по ее приказу.
   'Похоже, за все время существования таких вот площадок для зверств непонятного разума, померло очень и очень много людей'.
   Но Вера уже перестала содрогаться от ужаса и жалости к этим людям. За время своего путешествия, оно полностью свыклась с этой мыслью. И просто перестала мучить себя лишними мыслями и переживаниями. Тем более что они оказывали ей медвежью услугу. Вера радела только за одного человека или за одно создание, с которым она успела подружиться, и который не раз спасал ее, пока она не научилась делать это сама. И за него она хотела отомстить. Пускай он был мальчиком на побегушках и пешкой в руках Антиреальности, ненастоящим, тенью искусственного мира и, возможно, искусственного разума. Но все же он был относительно живым: дышал, ходил, улыбался, а в его груди билось настоящее живое сердце. Пока силами Антиреальности и подручного ей монстра, оно не остановилось насильственным способом. Этого Вера терпеть была не намерена. Этого она ей простить не могла. Ведь, в конце концов, если Антиреальность решила вывести его из игры, это можно было сделать иным не кровавым способом. Просто больше не пускать его к ней. Или выпустить последний раз, чтобы он хотя бы попрощался. Но не так. Не на ее глазах.
   Вера почувствовала, как к горлу подкатил комок дикой жгучей ярости, а в глазах заблестели слезы. Она сжала кулаки и яростно покачала головой, отгоняя внезапно нахлынувшее чувство. Вера знала, что не стоит им слишком сильно увлекаться. Оно не было ей другом. Но могло стать врагом.
   'Месть - это блюдо, которое следует подавать холодным', - вспомнила она знаменитую фразу.
   И в очередной раз убедилась ее правдивости. Чувство ярости и ненависти можно использовать как своего союзника, увеличивающего ее потенциал и придающего новый приток сил, но лишь научившись им управлять. А этого Вера пока еще не умела. Но у нее еще было время научиться.
   Вера взяла поудобней оружие и двинулась к следующей двери, предпоследней в этом ряду. Рывком, отворив дверь, она влетела в помещение, готовая крушить и рвать на куски всех, кто попадется ей на пути. Но общий интерьер уже виденных ранее помещений был выдержан и здесь, в том числе и полное отсутствие монстров в каком бы то ни было виде.
   'Отлично, - Вера поджала губы, - Просто прекрасно. Меня игнорируют. Или все попрятались'.
   В последнее Вера верила с трудом, а потому не стала обольщаться, что угрожающего выглядит. Решив поскорее покончить с формальностям и так надолго задержавшими ее в этом как оказалось пустом коридоре. Взявшись за ручку двери последней аудитории, она была уверена, что уж вот здесь то, Антиреальность припасла для нее что-нибудь интересненькое. Но нет. Антиреальность вновь оставила Веру в дураках, оказавшись непредсказуемой.
   'Черт побери, - чуть не прошипела Вера, - Антиреальность точно женского рода. Только женщина способна на такое'.
   Она вовсе не обрадовалась этому затишью перед бурей. А то, что буря будет, можно было сказать с полной уверенностью. Вера вздохнула.
   'Хорошо, - стала успокаивать она себя, - В правом коридоре никого нет. Значит, все войска дислоцировались в левом коридоре и ожидают, когда я открою дверь'.
   Хотя, учитывая масштабы предыдущей бойни, было странно, что они все это время тихонько сидели здесь, ничем себя не выдав. Но Антиреальность играет по странным правилам.
   Вера решительным шагом направилась в правый коридор. Ни на секунду не остановившись, она распахнула дверь и вошла в лекционную аудиторию. На нее неожиданно пахнуло ледяным воздухом. А когда она оказалась внутри, то он и вовсе окутал ее с ног до головы словно кокон. Вера мгновенно промерзла до мозга костей.
   Помимо ледяного холода здесь было и чернильно темно. Вере еще не довелось встретить на всей территории Антиреальности более темного места. Она словно имела иную плотность, чем виденная раньше. Словно живая она извивалась, стремясь пролезть в каждую щель, в каждую трещину и заполнить собой все пространство.
   Вере неожиданно стало страшно. Она снова вспомнила давешний человеческий страх темноты. Наверно для ее предков, живших в неосвещенных пещерах, он казался именно таким - бестелесным, но в тоже время заполняющим все вокруг и даже стремящимся проникнуть в твое тело, некой неживой субстанцией, но в тоже время подвижной, изменяющейся и всеобъемлющей.
   Но Вера решил эту проблему более брутальным способом, как решает ее человек ее времени. Она включила фонарик. Вступив в противоборство с тьмой, луч фонарика сумел отвоевать у нее несколько метров света. Мало, но все же. Ободренная этой маленькой победой, Вера двинулась в глубь помещения. Ничего примечательного ее глаз не увидел. Все также как и везде. Длинные ряды столов и скамеек, плавно поднимаясь, уходили к дальней стене. У другой стены стоял учительский стол, за которым разом могли разместиться около пятнадцати преподавателей со всем своим скарбом. А на самой облупленной окрашенной в рвотно зеленый цвет стене висела доска, производившая не менее удручающий вид.
   Вера встала посредине между столом и партами. Луч фонарика не заходил дальше первой парты. И девушка размышляла, куда бы ей пойти в первую очередь, осматривать стол или же начать с сектора студентов. То, что эту лекционную аудиторию выбрали своим местом обитания большие тупоголовые монстры, отметалось сразу. Но здесь могли притаиться менее крупные особи фауны Антиреальности, которых пропускать было нежелательно. А если они не представляют угрозы, тем лучше. Как знать, может Антиреальность решит натравить их со спины в самый неподходящий момент. И из безобидных они превратятся в смертельных.
   Вера вздохнула и выбрала учительский стол. Осмотрев пространство между ним и стеной и, убедившись, что там никто не прячется, она стала прошаривать стол на предмет чего-нибудь интересненького и полезного. В последнее время она взяла это за привычку. Надо признать, что скорее за полезную. Как знать, что она может здесь обнаружить. Может новое оружие, а может что-нибудь съестное. Но ее поиски не увенчались успехом. Она обнаружила лишь тонны мусора и штукатурки, неизвестно каким образом попавшей в недра стола. Из более-менее полезного она нашла лишь стопку вылинявших и истершихся тетрадей, да облупленную указку. Не весть что, но указку Вера решила прихватить с собой на всякий случай.
   Покончив со столом, она отправилась в менее интересный ученический сектор. Там ничего полезного точно не могло быть, поэтому Вера решила удовлетвориться лишь беглым осмотром. Пробежав по рядам между одинаковыми, навевающими сонливость столами и осветив полы под ними, она вышла из аудитории. Пожав плечами, она закрыла дверь и двинулась ко второй аудитории, на ходу пытаясь приладить куда-нибудь найденную указку. Вера и сама пока не знала, зачем она ее прихватила, и что именно собирается ей делать. Но она уже поняла, что здесь ничего лишнего не бывает и бросаться даже такими пустяками может быть чревато.
   Вторая аудитория была идентична первой. И третья. Вера уже полностью успокоилась и расслабилась. Антиреальность вновь посылает свободную минутку. Это хорошо. Вера уже думала над тем, что пора идти включать свет. Только привычка все проверять до конца все еще удерживала ее в коридоре и заставляла открывать одну дверь лекционной аудитории за другой.
   'Надеюсь, что Киборгов больше не будет. Хотя, если бы их там было несколько, то они все и бросились бы за мной в первый раз'.
   Веру передернуло от мысли, что их могло быть больше. Она даже не знала, что сделала бы тогда. Ее уловка с взрывчаткой вряд ли бы сработала. А если бы и так, то только на одного монстра. Но это было уже не важно.
   'Самое страшное я уже видела. После Киборга и Циклопа мне уже ничего не страшно'.
   Вера вошла в четвертую аудиторию. Здесь было также темно. Она включила фонарик и направилась вглубь помещения. Что-то показалось ей здесь странным, но вот что она понять не смогла. Настороженная и напряженная она подошла к учительскому столу и аккуратно заглянула за него. Там было пусто, и Вера двинулась дальше. Девушка встала посредине между партами и учительским столом и стала медленно водить фонариком по рядам справа налево, не решаясь идти дальше. Что-то не давало ей покоя, и девушка не хотела идти между партами, давая врагу преимущество. Но идти все же надо было. Вера успела сделать всего лишь шаг, когда услышала тонкий писк. Он был мерзким, бьющим по ушам. Такое ощущение, что писк сотен комаров усилился в десятки раз.
   'Черт что это', - Вера стала искать источник противного звука.
   Прямо перед ней в круг света от фонарика на парту плюхнулось существо. Оно было отвратительным, как и все, что здесь существовало. Это было размером с крупную летучую мышь и всем своим видом напоминало ее. Тело было лысым с длинными кожистыми крыльями, утыканными шипами. На концах были пальцы с острыми когтями. Красные подслеповатые глазки, острая мордочка и рот полный крупных зубов. Пожалуй, даже слишком крупных для такой твари. Монстр распахнул крылья. Размах твари по-хорошему достигал полуметра. Вера подняла фонарик вверх. Луч заскользил по потолку, осветив зависших там вниз головой летучих мышей. Их было несколько десятков. Вроде не очень много, но они были слишком крупными, и Вере не хватало света.
   Твари сорвались с потолка и разлетелись в разные стороны.
   'Ну замечательно. Теперь мы еще и в прятки будем играть', - пораженная подумала Вера, не понимая, зачем они это сделали.
   Но смысл вскоре дошел до нее. Пока Вера прикидывала, как лучше палить по ним, тварь, что терпеливо сидела на столе, издала новый писк и бросилась в атаку. Взмахнув мощными крыльями и раззявив страшную пасть, летучая мышь бросилась на девушку. Она метила в лицо, стремясь вцепиться в самый лакомый кусок, но Вера оказалась быстрее и проворнее. Она вильнула в сторону и, быстро развернувшись, вбила в нее пару пуль из пистолета. Летучая мышь врезалась в доску и, оставляя на облупленной поверхности черную кровь, медленно сползла на пол. Вера посветила на всякий случай на тело и убедилась, что эта особь уже не доставит ей хлопот. Но помимо нее здесь были и другие. Примерно десятка два. И все они также жаждали получить ее генеральского тела в качестве трофея и разорвать на кусочки.
   Вера держала фонарик в правой руке, в левой покоился пистолет. Она водила фонариком из стороны в сторону, но не делала резких движений. Вся обратившись в слух, она ждала когда твари начнут проявлять себя. Услышав сбоку шипение, она резко повернулась. Луч фонарика осветил сидевшую на полу тварь. Та сощурилась от яркого света и снова зашипела. Вера выстрелила и не промахнулась.
   'Минус два'.
   Тут же со стороны учительского стола на нее полетела новая тварь. Но не успела она преодолеть и половины расстояния как Вера выстрелила. И вновь имела успех. Твари посыпались на нее как горох со всех сторон. Вера не успевала уклоняться от всех. С каждой минутой на ней появлялось все больше укусов и царапин. Но и количество тварей уменьшалось. Вера бешено водила фонариком из стороны в сторону, металась, лавировала, пригибалась и даже подпрыгивала. Твари появлялись неожиданно из темноты и без предупреждения налетали на нее.
   Неожиданно одна из летучих мышей впилась в ногу и стала с яростью терзать плоть, стремясь оторвать кусок. Вера взвыла и стала колошматить тварь по голове пистолетом. Но этим тут же воспользовалась еще одна мышь и попыталась впиться в руку. Вера ударила ее фонариком, а потом послала вслед пулю. Нога взрывалась дикими вспышками боли, но у девушки не было времени оторвать от себя тварь. Сжав зубы, Вера стала с удвоенной силой истреблять монстров. По телу прокатилась новая вспышка боли и девушка упала на спину. Теперь она расстреливала монстров вкруговую. Но их поток начал иссякать. Выстрелив в очередную летучую мышь, Вера замерла. Но больше ничего не нарушало тишины. Похоже, все были убиты.
   Вера перевела взгляд на ногу и увидела, что летучая мышь добилась своего. Ей удалось оторвать от нее достаточно большой кусок, и теперь на пол из раны с рваными краями ручьем лилась кровь.
   'Черт! И это перед самым концом, когда мне нужно много сил', - Вера в изнеможении откинулась на спину.
   Раскинув руки в разные стороны, она стала смотреть вверх. Она чувствовала слабость, нога горела огнем, а голова стала просто чугунной. Сейчас боль была не столь острой. Значит, наступил болевой шок. До ушей Веры донеслось чавканье. Девушка приподнялась и с трудом заставила себя встать. Проковыляв на звук, она выхватила лучом фонарика сидевшую к ней боком возле учительского стола летучую мышь. Монстр держал в лапках кусок мяса и с жадностью отрывал от него куски, заглатывая даже не жуя. Вся морда была окровавлена, а пол под ней красным и липким.
   - Черт! Это же кусок из моей ноги, - воскликнула прифигевшая Вера.
   Летучая мышь повернула к ней свою окровавленную морду и зло запищала. Вера, поморщившись, навела на нее пистолет и выстрелила. Громкий звук прокатился по всей комнате и затих где в отдалении. Летучая мышь была мертва, и теперь ее черная кровь текла на пол, смешиваясь с Вериной. Но, даже сдохнув, монстр не выпустил из лап добычу.
   - Чертова тварь, - Вера позволила эмоциям сыграть и плюнула на скорчившуюся тварь.
   Новая волна слабости накатилась на ее изможденное тело. Опершись о край стола, Вера нервно облизнула губы. Она не знала, что ей теперь делать. Силы уходили вместе с кровью, которая все не желала останавливаться. Рану необходимо было обработать и перевязать. Но медпункт остался где-то там позади, а возвращаться не входило в ее планы.
   Перед ней стояла дилемма. Возвращаться или идти дальше. Но второй вариант мог означать только одно - она умрет. Либо от потери крови. Либо из-за слабости не сможет убивать монстров. И то, и то привело бы ее только к одному результату. Она проиграет и станет еще одной игрушкой Антиреальности.
   Вера, опираясь на дробовик, медленно побрела из аудитории. Что делать она по-прежнему не решила. Освещая путь впереди фонариком, она увидела на полу трупы монстров. Они лежали в лужах собственной темной вонючей крови, и даже мертвые выглядели угрожающе.
   Вера с облегчением захлопнула за собой дверь, навсегда покинув негостеприимную аудиторию.
   Постояв пару минут, прислонившись к стене, девушка двинулась дальше. Она решила покончить сначала с последней аудиторией, а уж потом думать, что ей делать дальше.
   'Если только там не окажется несколько десятков летучих мышей. А если так, то боюсь, я уже никуда не пойду'.
   Вера открыла дверь и задержалась на пороге. Первым делом девушка осветила потолок на предмет летучих гадов. Но тот был совершенно чист. И лишь убедившись в этом, Вера вошла в аудиторию и закрыла дверь со своей стороны. Последняя аудитория оказалась чиста. Никаких монстров. Но от этого легче не становилось. Нога болела все сильнее, а поток крови стал ненамного меньше.
   С левой стороны от учительского стола Вера увидела дверь. Она была неприметной и одного цвета со стеной. Но девушке удалось разглядеть ее.
   'Хм, - она нахмурилась, - Сюрпризы не кончаются'.
   Вера проковыляла к двери. Поколебавшись несколько мгновений, она все же решилась открыть ее. В нос ударил резкий запах медицинских препаратов.
   'Неужели это то, о чем я думаю. Тогда точно сюрприз. И на удивление приятный. Как исключение'.
   Вера сделала шаг и стала водить фонариком. Это был медпункт. Вернее подсобка, превращенная в медпункт на скорую руку. У дальней стены стоял шкаф с медикаментами, часть из которых валялась на полу.
   Вера подошла к шкафу и стала изучать его содержимое. Здесь нашлось все, что было нужно для перевязки. Девушка достала все необходимое и села на стул. Снять штаны не представлялось возможным. Слипшаяся и засохшая кровь намертво припечатала ткань к коже. А у Веры не было ни сил, ни возможности избавиться от нее. Тогда девушка решила аккуратно срезать кусок штанины.
   С трудом ей удалось это сделать. Пару раз вместе с остатками штанов она срезала и кожу. Но все же рана была полностью свободна.
   'О боже!' - не удержалась Вера, увидев, что стало с ее ногой.
   Рваные края, глубокая дыра почти до кости и много-много крови. Девушка поморщилась. Но нужно было поторопиться. Осталось совсем немного и ей не хотелось, чтобы из-за жалкой царапины она потеряла уйму драгоценного времени.
   Промыв края раны, она стала обрабатывать ее дезинфицирующим. Жгло ужасно, но вскоре вслед за этим пришло облегчение. Крови стала идти меньше. Вера взяла бинт, решив, что его будет вполне достаточно, и стал туго обматывать вокруг ноги в месте ранения. Завязав бантик, она посмотрела на свои труды и осталась довольна. Несколько капель крови тут же выступили на белой ткани.
   'Сойдет, - решила Вера, - Теперь нужно попробовать встать'.
   Девушка не без труда поднялась со стула, но тут же рухнула обратно от внезапно накатившегося приступа слабости. Крови вытекло слишком много. Тупая пульсирующая боль не отпускала ни на минуту, заставляя Веру морщится. Это было плохо. Это отвлекало.
   Девушка снова подошла к шкафу с медикаментами и стала шарить на полках. Ее поиски увенчались успехом. Она извлекла из недр маленькую белую упаковку с зеленой полоской.
   'Обезболивающее. Отлично'
   Вера заглотила сразу три штуки, надеясь, что это поможет. С сомнением, посчитав, сколько осталось таблеток, она продолжила поиски. Но ей, похоже, досталась последняя пачка. Больше обезболивающего не было.
   'Плохо, - нахмурилась Вера, - Значит, будем экономить'.
   Вера решила немного передохнуть и набраться сил. Слишком тяжелым вышло последнее сражение. Помимо раненной ноги на ее теле было много других укусов и царапин. Но боль от них по сравнению от боли в ноге была не значительна и просто поглощалась.
   Спать не хотелось. Обезболивающее медленно начинало действовать. И боль стала понемногу притупляться. Но таблеток было не достаточно, чтобы полностью избавиться от этого ощущения.
   Вера зевнула. Она не хотела спать, но тело явно было с ней несогласно.
   'Как там говорится: сон лучшее лекарство'.
   Девушка еще раз зевнула. Решив, что стоит немного отдохнуть, она закрыла глаза. Голова была полна мыслей и забот о насущном, но по мере действия лекарства и усталости, они уходили все дальше и дальше. Думать не хотелось, хотелось просто немного отдохнуть. Вера пообещала себе, что долго спать не будет, а только немного восстановится и сразу пойдет в подвал, чтобы надрать кое-кому задницу. И с этой мыслью она уснула.
  
   Вера открыла глаза, и тут же зажмурилась от яркого света, ударившего так подло и внезапно.
   'Какого черта...Стоп! Свет! Ура! Да будет свет', - внутренне возликовала Вера.
   Это был необычайно приятный сюрприз. Также это означало, что ненужно спускаться в недра темного полуподвального помещения в возможную западню и по совместительству гнездо Киборгов.
   'Что-то Антиреальность в последнее время весьма расщедрилась на неожиданные и приятные сюрпризы', - проворчала Вера.
   Это удивляло и настораживало одновременно. И было совсем на нее не похоже. То, что она устроила ей здесь, было просто адом кромешным. Она никогда не была настолько близка к смерти, да еще и в таких количествах. Тут каждую минуту кто-то норовит откусить тебе голову, растоптать, разорвать на кусочки, сжевать, проглотить и еще неизвестно что сделать.
   'Ну, ответ может быть только один. Она жаждет побыстрее заманить меня в подвал. На финальную часть, так сказать. А все остальное по сравнению с этим сущая ерунда'.
   Эта мысль казалась наиболее правдоподобной. И, пожалуй, единственной.
   Вера посмотрела на свою перебинтованную ногу. Она представляла собой нелицеприятное зрелище. Некогда белоснежный радующий глаз своей чистотой бинт теперь был темно бурым от запекшейся крови. Но были и положительные моменты. Теперь нога не болела, а всего лишь ныла, как скулящий под дверью щенок. Но повязку сменить все же было явно не лишним.
   Вера, взявшись за край стола, встала. Опираться на ногу было не очень приятно, но все же не смертельно. Она двигалась медленно, но при необходимости могла двигаться быстрее. Резкие движения доставляли боль, но Вера надеялась заглушить ее таблетками. Она знала, что это вредно и не окажет на нее благотворного влияния, но это было необходимо. Если Вера будет медлить, то монстры смогут добраться до нее. Всегда полагаться лишь на силу оружия было бы до крайности глупо. Сколько раз оно уже подводило ее или было абсолютно бесполезно. Там где не спасет и танк, маленькая скромная пушка была совершенно не помощником. А ей нужно было двигаться: бегать, прыгать, вертеться, ползать и неизвестно что еще. Сейчас это представлялось сложным. Мешала рана и волнами распространяющаяся от нее по телу боль. Но Вера готовила себя тому, что от нее нужно абстрагироваться. Иначе просто не выжить. Ее сомнет первая же лавина монстров и даже не поморщится.
   'Ну да, почавкает'.
   Дойдя до шкафчика с медикаментами, Вера вытащила пачку свежего бинта. И повторила недавнюю процедуру. Закончив, она стала собирать разбросанные по полу вещи. Глянув на шкаф, она немного подумала и, достав еще пару упаковок бинта, кинула их в мешок.
   'На всякий случай'.
   Тут до нее донесся какой-то странный звук. Не то шорох, не то скрип. Он был слишком стремительным, что бы точно можно было определить что это. Девушка застыла в напряженной позе, обратившись в слух. И ее ожидания увенчались успехом. Звук повторился, но теперь он был уже иным. Шлепок. Как будто что-то мокрое шлепнулось на пол. И это было совсем рядом с дверью в аудиторию, где сидела девушка.
   Вера вздрогнула. Она не шевелилась, просто, молча, сидела на своем месте и ожидала, что будет дальше.
   Легкое почти невесомое шуршание снизу вверх, от пола к потолку прошло по двери. Вера не выдержала. Тихонько поднявшись, она вышла из закутка и остановилась напротив двери. Ручка стала медленно и беззвучно поворачиваться в сторону, возвещая, что некто хочет войти внутрь. Тут Веру по-настоящему охватил страх. Липкие холодные мурашки мгновенно прокатились по спине, заставив ту покрыться испариной.
   'Это не монстр' Они не умеют открывать двери, они просто сносят их на фиг'.
   Сердце в груди девушки замерло, готовое вот-вот выскочить и убежать, лишь увидев, кто желает войти в дверь. Но тут некто отпустил ручку, и она с громким щелчком вернулась в свое исходное положение, а потом наступила тишина. Мертвая и страшная. Она кольцом обвилась вокруг Вера и давила ей на уши своей невыносимостью и неотвратимостью.
   Вера нервно сглотнула. Сделала робкий шаг. Тишина нарушалась лишь ее дыханием и диким биением сердца. Потихоньку в напряженной позе, готовая отпрыгнуть в любой момент, Вера достигла двери. Досчитав до десяти про себя, она аккуратно повернула ручку, как это еще совсем недавно сделали до нее, и резко отворила дверь. За ней оказалась пустота. Никого и ничего. Ни монстров, ни людей, ни зомби, ни каких-либо существ. Вера облегченно вздохнула. Эти звуки за закрытой дверью в полной тишине были как удары плетью по ее нервной системе. Ее поджилки вибрировали от страха, а волосы на голове готовы были вот-вот дать деру. Но сейчас, поняв, что там никого, Вера абсолютно успокоилась. Она прислонилась к двери, перевести дух и настроиться на дальнейший путь.
   В коридоре было светло. Относительно, конечно. Светильники давали весьма скудное освещение, но это все же лучше, чем ничего. На всякий случай Вера не стала далеко убирать фонарик. Мало ли что решит выкинуть Антиреальность там. Понимала, когда спустится в эту искусственно созданную преисподнюю, то дороги назад уже не будет. Она будет отрезана от остального мира, по которому путешествовала до этого. Некуда будет бежать, отступать, негде будет спрятаться. Вера знала, что Антиреальность оторвется на декорациях подвала, и она их совершенно не узнает, а значит, не будет обладать преимуществом знания территории. И легко может попасть в тупик. Хотя, даже если бы она знала, ничто не гарантировало бы, что Антиреальность не изменит этого.
   Вера медленно двинулась по коридору мимо уже знакомых аудиторий. Остановившись в маленькой перемычке между левым и правым коридорами, последний из которых начинался у лестницы, где она удирала от Киборга, и упирался в темную ржавую дверь. Идти нужно было к ней, но желания не было. Вера была откровенна с собой, и она трусила, боялась идти туда. Вернее боялась того, что там ожидает, но в первую очередь страх был от осознания, что она может никогда оттуда не выйти. Слишком малы были шансы. А теперь, когда она оказалась еще и ранена, то процент на благоприятный исход стал катастрофически, угрожающе мал.
   Дверь выглядела отталкивающе, но вполне соответствовала тому, что было за ней. Массивная и тяжелая на вид, она была всего лишь куском железа, отделяющим ее от последнего испытания.
   Вера склонила голову набок, разглядывая преграду. Хотя она вовсе не была преградой, скорее просто занавесом, за которым ожидало много неприятных сюрпризов. И главный приз - свобода. Но лишь в том случае, если она выполнит главное условие Антиреальности - победит. Все было до крайности просто. Она ставит задачу, которая остается неизменной на протяжении всего пути. Лишь делает все возможное, чтобы уничтожить ее, сделать задачу сложной, а подчас и невыполнимой. Нужно помимо умения нажимать на курок обладать смекалкой и находчивостью, прозорливостью и изворотливостью, чувствительностью и интуицией, подвижностью и волей к жизни. Нужно задействовать все свои возможности и способности, чтобы противостоять Антиреальности. Нужно заслужить свободу. Конечно, не всегда битва кажется честной. Она всего лишь маленькая девочка, которая одна-одинешенькая пытается противостоять монстрам. Огромным, могучим, опасным, неуязвимым и кровожадным. Это не есть равенство и честность. Но ее никто не спрашивал, просто ставили перед фактом. Выбор был лаконичен. Либо да, либо нет. Если да, то борись в меру своих сил и возможностей. Если нет, то умри. И дело с концом. Это сразу избавит от многих ненужных телодвижений и сократит время. Хотя его то, как раз было в избытке. А может, и нет. Может, она все же строго ограничена во времени, а потому сейчас так настойчиво подгоняет ее, торопит поскорее зайти за дверь и вкусить всю прелесть ада.
   'Такая мысль еще, пожалуй, не приходила мне в голову'.
   Как бы в подтверждение этих слов, Антиреальность решила вновь проявить себя. Напомнить о главной цели и ее неотвратимости. По коридорам прошелся порыв резкого ветра. Это было неожиданностью. Пространство здесь было совсем иным, а ветер был как нечто исключительное. Он был невесомым, ни холодным, ни горячим. Никаким. Его плотные струи резко прошли мимо девушки и уткнулись в дверь. Произошло нечто неуловимое, и дверь стала открываться. Медленно и с натужным скрипом, она стала исчезать во тьме, что поселилась за ней. И вот темный прямоугольник был полностью растворен в ней. И тут же пропало всякое движение, чтобы ни привело в действие дверь, оно пропало, оставив Веру в нерешительности. Она смотрела в темноту, что царила там. Невысокий порожек разделял слабый, но все же свет, лившийся с потолка и то, что ожидало ее за ним. Словно два царства различных и чужеродных друг другу по строению и существованию, они встретились и соединились, образовав тонкую линию, за которую не проникал ни один из них, но которую предстояло пересечь Вере, чтобы попасть из одного мира в другой. Из безопасного и светлого, в непонятный и грозный. Где ее ждала сама Антиреальность собственной персоной. То, что она не материальна и всего лишь представляет собой то пространство, что создается и заселяется по рассказам Хранителя за считанные секунды, просто не верилось. Это не могло быть правдой. Уж слишком все было четко и выверено. Не было ни одного сбоя, было много неожиданностей. Вера готова была поклясться, что в ходе ее путешествия первоначальный план в мелочах не раз менялся, и ей предоставляли совсем не то, что рассчитывалось изначально. Об этом говорило слишком много вещей.
   Но времени больше не было. Нужно на что-то решаться. Тянуть дальше смысла не было. И Вера приняла это решение, единственное и самое очевидное из всего, что хоть когда-либо было.
   Она подошла к порогу и внимательно вгляделась в царящую дальше тьму, но ничего рассмотреть ей не удалось. Девушка вздохнула, закрыла глаза и шагнула вперед, преодолев последние сантиметры.
  
   Вера стала шарить руками по стенам, в надежде обнаружить выключатель. Но ничего подобного не было. Холодные шероховатые стены были абсолютно голыми. Она достала фонарик и только хотела его включить, как за спиной раздался звук захлопывающейся двери. Девушка вскрикнула от неожиданности, и тут же закрыла рот рукой. Мгновения спустя вспыхнул свет, показавшийся ей ослепительно ярким. Вера зажмурилась и подождала несколько секунд. Аккуратно открыв глаза, она убедилась, что свет больше не доставляет ей дискомфорта.
   Она оказалась в длинном туннеле-коридоре с низким потолком. Лампы светили слабо и через одну, непрестанно, мигая и потрескивая. Вера почувствовала себя неуютно, по телу пробежала дрожь. Она не страдала клаустрофобией, но этот коридор вызывал неприятные ощущения. Вдоль стен и потолка тянулись бесконечные ряды труб. Некогда белые стены были обшарпаны и покрыты потеками и пятнами плесени. Где-то неподалеку с потолка капала вода. На полу скопились лужи желтоватой ржавой воды. Сказать, что здесь было отвратительно, ничего не сказать. В своем институте, Вера успела побывать и в знаменитых подвалах, окрещенных студентами про себя катакомбами. Но они не производили гнетущего и жуткого впечатления. Там было светло и чисто. Оживленно и как-то даже по-своему уютно.
   Вера сглотнула. Звук капающей воды давил на уши, но девушка надеялась, что скоро к нему привыкнет, и стала стараться не обращать на него внимания. Убрав фонарик, Вера двинулась вперед. Под ногами захлюпала вода, и девушка выругалась про себя.
   'Да, теперь каждый монстр будет предупрежден о моем приближении, - недовольно подумала она, - Хотя, и я об их приближении тоже'.
   Помимо страха, Веру постепенно начало охватывать возбуждение от предстоящей финальной встречи. Она жаждала ее не меньше, чем страшилась. Адреналин от каждой стычки с монстрами разгонял ее, придавал сил и заставлял делать невозможное.
   Длинный коридор казался бесконечным. Вера смотрела вперед и не видела ничего, кроме загаженных стен, уходящих куда-то вдаль. Далеко впереди было лишь маленькое пятнышко черноты, и Вера надеялась, что это выход. Что там дверь или поворот, или проход. Ей совсем не улыбалось брести по коридору и вконец обессиленной появится перед тварью. С другой стороны, коридор отлично просматривался, и тут не надо было опасаться неожиданностей и сюрпризов. Ни один монстр, за исключением Хамелеона, не сможет подкрасться к ней незамеченным, впрочем, как и она к нему. Сейчас в коридоре кроме нее никого не было, но Вера не спешила успокаиваться.
   'Ни за что не поверю, что коридор пуст'.
   Не таясь, но в полной боевой готовности, Вера двинулась вперед. Неторопливый шаг, уверенность, настороженностью.
   'Уже скоро. Скоро, я смогу отомстить за Хранителя, - подумала Вера, - И разберусь, наконец, в этой чертовщине'.
   Дверь, через которую Вера вошла, осталась далеко позади. Она стала постепенно успокаиваться, приготовившись к приятной прогулке. Но тут Антиреальность решила подкинуть первый сюрприз, и коридор вывел ее на площадку, от которой уходило четыре пути. Один, по которому пришла девушка, влево, вправо и прямо. Вера замерла, не зная, куда двинуться и нерешительно оглядывалась. Брови Веры медленно поползли вверх. Коридоры были абсолютно идентичны. Не было никаких намеков на то, куда ей нужно идти.
   'Нет! Она что издевается! - неожиданно разозлилась Вера, - Когда же это кончится'.
   Вера прислонилась спиной к стене и сползла по ней на пол. Она чувствовала себя гадко. Не зная, что делать дальше, она уже готова была предаться отчаянию. Но тут ее остановил какой-то звук. Из левого коридора донеслось нечто похожее на кошачье мяуканье.
   Вера оторвалась от своих грустных мыслей и взглянула в коридор. В его глубине она различила какое-то шевеление.
   Вера вскочила на ноги и двинулась вперед. Неожиданно бетонный пол сменился песком. Ноги увязали, что создавало проблемы при передвижении. Это был не просто легкий песочек, что в больших количествах лежал на пляжах и радовал глаз своими переливами под лучами солнца и грел ступни. Это был совсем другой вид песка. Тяжелый, тягучий, жадный, стремящийся затащить любого, кто ступит на него в свою ненасытную утробу глубоко-глубоко. Вере стало нехорошо, но она продолжала упорно идти вперед.
   'Надеюсь, это не зыбучие пески'.
   Казалось, что песок живет какой-то своей потаенной жизнью. Он непрестанно шевелился, слышался скрип и трение, как будто он все время перемещался. Вера готова была поклясться, что так оно на самом деле и было. Но стоило ей повернуться туда, где она слышала подозрительные шорохи, как все успокаивалось. Песок ровными рядами лежал так, как ему и было положено.
   Впереди возле одной из труб, уходящей в песок, она заметила что-то темное. И оно шевелилось. Вера приготовила пушку и медленно двинулась вперед, не сводя с предмета глаз. Когда оставалось несколько шагов, Вера увидела маленькое существо, покрытое шерстью и напоминавшее крысу. Только у этого существа имелись длинные лапки с перепонками между пальцев и маленькие, скорее для красоты, нежели чем для передвижения, крылья. Длинный шипастый хвост выписывал фигуры в воздухе. Вера подумала, что это из-за нее и сейчас тварь броситься в атаку. Но тут заметила, что Крыса все глубже погружается в песок.
   'Зыбучий песок!'
   Вера испуганно посмотрела себе под ноги. Но ее не засасывало. Тварь сделала отчаянный рывок, и ей удалось высвободиться. Вера ахнула. Лапа, которую тварь вырвала из песка, была обгрызена. Кровь заструилась по песку, мгновенно впитываясь в сыпучую субстанцию и окрашивая ее в темный бордовый цвет. Тварь начала пятиться, создавая дорожку из кровавых капелек и не сводя красных мерзких глазок с того места, где завязла.
   Песок там начал расступаться и миру явилась мерзкая морда с десятком черных глазок-бусинок в беспорядке рассыпанных по ней. Лапки-ласты как у крота помогли ей резво выкопаться. Тварь стала водить мордой из стороны в сторону. Нос-щель шумно втягивал воздух. Повернувшись в сторону Крысы тварь, злобно ощерилась, показав несколько рядов кривых и острых клыков, покрытых запекшейся кровью. Монстр скрылся в песке и тут же бугорок двинулся в сторону Крысы. Пушистый комочек вздыбился и приготовился из последних сил защищать свою жизнь. Но вдруг бугорок исчез и песок успокоился. Крыса настороженно осматривалась и принюхивалась. Решив, что опасность больше не угрожает, монстр маленькими аккуратными шажками двинулся вперед. Замерев на середине коридора, Крыса еще раз огляделась. Скрип. Скрип. Скрип. Крыса стала, бешено озираться. Со всех сторон к ней приближались бугорки. Один, два, три, пять, семь. У Веры зарябило в глазах. Клыкастые морды стали появлялись из песка и, вцепившись в Крысу, отрывали от нее куски.
   Вера, не дыша, смотрела на эту кровавую и дикую сцену, не в силах двинуться с места. Но, когда Крыса была уже на последнем издыхании, ее шерсть и песок вокруг были красны от крови, а она сама больше напоминала лохматый кусок мяса, Вера поняла, что пора двигать отсюда, если не хочет, чтобы ее разделали также.
   Оглядевшись в поисках путей отхода, Вера бросила взгляд на трубы, тянувшиеся вдоль стен. План созрел мгновенно. До ближайшей из них было не более пяти шагов, но любое движение привлекло бы к ней внимание песочных монстров.
   'Мне остается только один вариант. Бежать. И бежать быстро. Это единственный шанс'.
   Труба была на уровне груди, и Вере не составило бы труда залезть на нее. Но сейчас это могло обернуться потерей драгоценного времени. Несколько лишних секунд и монстры могли утащить ее в пески.
   В голове неожиданно возникла аналогия с пираньями. Они нападали стаей на все, что движется. У них тоже было много острых зубов, и они разрывали на куски.
   'Мило'.
   С Крысой уже давно было покончено. Песок был недвижим, а твари скрылись в неизвестном направлении. На кровавом песке осталась лишь голова. Остекленевшие красные глаза зло и с некоторым укором взирали прямо на Веру. Девушке стало не по себе.
   'У меня скоро шизофрения разовьется из-за этого места'.
   Вера выкинула из головы все лишние мысли. Она смотрела на спасительные трубы и готовилась к финальному забегу.
   'Если они наелись, то уползли. А если они уползли, значит, не успеют выбраться, - настраивала себя Вера, - До труб примерно пять шагов. Пара секунд, чтобы взобраться на нее. Если они не выпрыгивают из песка, а я надеюсь, что это так, то все хорошо. А когда я заберусь на трубу, то они до меня не достанут и не будут меня слышать. И тогда я уберусь отсюда к чертовой матери. Воевать с песочными монстрами я не могу. Уж увольте'.
   Оглядев в последний раз песок на предмет затаившихся тварей, Вера решилась. Проверив, все ли надежно закреплено, закинула автомат за спину. Несколько раз, глубоко вдохнув и выдохнув, она досчитала до трех. И больше не давая себе ни о чем думать, чтобы не сомневаться, рванула с места. Она бежала так, как никогда раньше, не обращая внимание на боль в ноге. Перед глазами все стояла картина как безжалостные отвратительные монстры разрывали Крысу на части и довольно попискивая, уползали со своим куском в песок. Скорее инстинктивно Вера почувствовала шевеление песка приближающихся монстров. Она представила, как они летят к ней из глубины этой песочной ямы, сверкая глазками и щелкая челюстями. Достигнув заветной трубы, Вера оперлась руками и, подпрыгнув, закинула правую ногу. Но тут что-то вцепилось в ботинок и резко потянуло назад. Вера изо всех сил вцепилась в трубу. Стекловата, которым она была обернута, больно резала кожу пальцев, но девушка держалась. Оглянувшись через плечо, она увидела, как из песка торчит отвратительная морда и, взмахивая коротенькими лапками-ластами погружается в песок, стремясь и жертву затащить туда же. А со всех сторон уже приближались другие монстры, надеясь поспеть на пиршество. Челюсти твари смыкались все сильнее. Вера вскрикнула от боли, когда тварь прокусила ботинок и впилась в ногу. Тоненькая струйка крови закапала на песок. Тварь от запаха свежей крови пришла в неистовство и начала раскачиваться, прилагая все усилия, чтобы стащить жертву. Вера решила облегчить ей задачу. Спрыгнув с трубы, она вытащила пистолет и, приложив к голове твари, выстрелила несколько раз. Фонтан коричневатой вязкой жидкости вперемешку с мозгами окрасил песок. Тело твари повисло на ноге, не желая даже после смерти разжимать челюсти. Вера взобралась на трубу и со вздохом облегчения посмотрела на тварей носившихся под трубой в поисках добычи. Им было невдомек, куда она могла ускользнуть.
   Вера достала нож и стала отдирать от себя мертвое тело. Нога занемела, еще немного и ее уже будет не спасти. Ценой огромных усилий, но ей все же удалось разжать пасть. Вытерев нож об монстра, Вера с брезгливостью скинула его с трубы здоровой ногой. Что тут же вызвало ажиотаж песочных монстров. Со своим товарищем они разделались точно также как и с Крысой, а именно разорвали его на куски и довольные и сытые, ушли на глубину.
   Вера сидела на трубе и смотрела на песочное море. Ботинок намок от крови и вот-вот грозился пролить дождь на песок. А это могло грозить новыми неприятностями. Вера сняла ботинок и поморщилась. Не то чтобы рана была серьезной и глубокой, но бегать, теперь будет еще сложнее и больнее.
   'Что-то я все чаще выхожу из сражений раненой. Есть о чем задуматься'.
   Вера решила, что ей хватит прохлаждаться и пора отправляться назад. До этого момента она и не сомневалась, что вернется к перекрестку, но сейчас засомневалась.
   'А что если именно этот туннель ведет к концу. Конечно, сложно поверить, что я сразу выбрала правильный маршрут, но ведь Антиреальность не могла точно знать, какой из коридоров я выберу. А это факт'.
   И Вера решила продолжить свой путь по этому коридору. Стараясь производить как можно меньше шума, она двинулась по трубе в путь, изредка бросая подозрительные взгляды на раскинувшийся внизу песок. Но он оставался недвижим. Лишь раз мимо куда-то по своим делам неторопливо прошествовал бугорок. Вера вздрогнула и замерла, затаив дыхание, следя за монстром. Но он не обратил на девушки никакого внимания и прошествовал дальше.
   'Отлично. Пока я на трубе, мне ничего не страшно. Главное, чтобы она не кончилась раньше, чем песок с его монстрами'.
   Но в этом плане Вере повезло, в отличие от главного. Коридор не был тем самым и окончился тупиком. Чем ближе Вера к нему подбиралась, тем больше тварей встречалось ей на пути. Поначалу она боялась и всякий раз замирала, вжимаясь спиной в прохладную стену, но потом поняла, что они чувствуют лишь шевеление песка и только поэтому вычисляют свою жертву. Как говорится, рожденный ползать так и ползает.
   У тупика Веру ожидал сюрприз. Оказывается, там твари соорудили себе настоящее гнездо. Хотя это было слишком громкое слово. Это была просто свалка разнообразного мусора. Но что было самым ужасным здесь повсюду лежали кости и части тел, как свежие, так и давешние. Помимо останков монстров, Вера различила в мешанине человеческий череп, и обкусанную женскую руку с кольцом на безымянном пальце.
   Вера отвернулась, боясь, что ее стошнит. Когда приступ ужаса и ненависти прошел, девушка вновь повернулась к гнезду. Она попыталась насчитать, сколько же здесь тварей. Но их общее количество все время ускользало от нее. Во-первых, твари находились в постоянном движении, а во-вторых, их было слишком много. Около полусотни навскидку, а там еще черт знает сколько.
   'Так, пора отсюда сваливать'.
   Вере было очень не по себе сидеть над гнездом кровожадных монстров. Труба неожиданно показалась ей такой ненадежной. И она решила поскорее отсюда ретироваться. Был и еще один выход, но Вера не видела в нем смысла. Можно было закинуть к ним в гнездо последний заряд взрывчатки. Но девушка не хотела этого делать по вполне определенным опасениям. В данный момент монстры ей не угрожали, и можно было просто уйти, оставив их в покое. Неизвестно, что будет потом. Возможно от
   этого последнего заряда будет потом зависеть ее жизнь.
   Вера еще раз прикинула так и этак, взвесила все за и против. Но решение не поменяла.
   'А черт с ними', - и она медленно стараясь не шуметь, двинулась в обратном направлении. Все внутри жаждало поскорее убраться отсюда, не видеть и не слышать того, что было внизу. Но разум приказывал двигаться медленно и тихо. Пять метров, стало выравниваться дыхание, десять метров, перестало учащенно биться сердце, двадцать метров, унялся страх, сорок метров, Вера стала успокаиваться. И когда она уже решила, что все идет хорошо, и она вот-вот выберется отсюда в целости и сохранности, не встретив больше никаких приключений, из глубины коридора послышалось шипение. Вера замерла и стала вглядываться в полумрак. Она даже не заметила, что колония песочных монстров также прекратила всякую деятельность и повернулась в сторону звука. Вера нервно сглотнула. Забыв о том, что она висит на трубе над гнездом монстров, она смотрела только вглубь коридора, откуда надвигалось какое-то существо.
   'Только я расслабилась'.
   Оно выпрыгнула резко и неожиданно. Припав на четыре лапы, оно прильнуло всем телом к песку. Издав короткое сипение, существо приготовилось к новому прыжку. Веру передернуло от отвращения. Новое действующее лицо более всего напоминало очертаниями фигуру человека, но больного дистрофией. Длинные задние и передние конечности заканчивались четырьмя пальцами, а сзади рос короткий толстый хвост, никак не соответствующий всей фигуре. Лысая голова имела только одно отверстие - рот, наполненный слюной и четырьмя длинными клыками. На вид они были острыми как хорошо заточенные ножи, и Вере совсем не хотелось проверять их на себе. Все тело было покрыто не то чешуей, не то струпьями.
   Существо изогнулось всем телом и сделало очередной прыжок. Песочные монстры, наконец, пришли в движение и тут же десятки их ринулись на предполагаемую добычу. Но Попрыгунчик даже не обратил на это внимания. Казалось, что его совсем не беспокоит то, что монстры несутся к нему с намерениями разорвать на куски и притащить в свое гнездо. Приподняв голову, монстр стал осматриваться. У него не было глаз, но Вера готова была поклясться, что он именно осматривает окрестности. И если бы у него были глаза, то их взгляд остановился бы на Вере. Девушка вжалась в стену, мечтая слиться с ней, и отчаянно завидуя Хамелеону.
   Первые ряды песочных монстров уже достигли Попрыгунчика и бросились в атаку. Но тот без особых усилий прыгнул далеко вперед, попутно врезав задней конечностью одному из монстров. Тот отлетел назад к гнезду и оглушенный или мертвый остался недвижной тушкой, не подавая признаков жизни.
   'Жадность никогда до добра не доводила'.
   Один из монстров вылетел из песка следом за Попрыгунчиком, и это было его роковой ошибкой. Попрыгунчик в полете схватил длинное как у червя тело. Монстр стал извиваться и тонко попискивать, выражая тем самым невыносимую боль. Попрыгунчик вместе со своей жертвой приземлился на трубу недалеко от затаившейся Веры, и одним движением мощных челюстей перегрыз тело червя пополам. Передняя половина шмякнулась на трубу, обдав все вокруг фонтаном брызг зловонной коричневатой крови. По морде Попрыгунчика потекла струйка крови. Задняя часть все еще была у него в пасти и конвульсивно дергалась. Попрыгунчик поднял морду и резким движением заглотил хвост червя. А передняя половина, не удержавшись на трубе, упала вниз. И тут же стала предметом спора между его сородичами.
   Вера почувствовала, что еще немного и ее стошнит. Густой мерзкий запах был просто невыносим. Девушка хотела зажать нос и уползти отсюда, боясь задохнуться. Но она не посмела даже шевельнуться. Попрыгунчик был рядом и, даже проглотив червя, он не выглядел сытым. А сражаться с ним здесь, было равносильно самоубийству. Труба могла не выдержать, и тогда ничто не могло спасти ее от песочных монстров. Правда, у нее был выбор, кому достаться.
   Вера сидела все в той же позе, чувствуя, как начинает затекать тело. Но Попрыгунчик не спешил уходить. Он сидел, как обычно сидят кошки, и смотрел вниз на копошащихся монстров. Это было в двойне странно. Зачем монстру смотреть на других так пристально и изучающее. Это настораживало и пугало. Особенно учитывая, что смотреть ему было нечем.
   Спустя несколько томительных минут Попрыгунчик пришел в движение. Он медленно, словно кошка, с хрустом потянулся, и ловко перебирая конечностями, двинулся по трубе прочь от гнезда.
   Вера вздохнула с облегчением и вытащила из-за спины оружие. Мало ли что. Подождав пока Попрыгунчик удалится на достаточное расстояние, Вера двинулась следом за ним, прося, чтобы следующая их встреча произошла уже за пределами царства песочных монстров.
   Там, где Попрыгунчик пообедал, труба была залита кровью червя. Вера очень аккуратно, стараясь не вляпаться, попыталась обойти препятствие. Но ее правая рука неожиданно соскользнула, и она ударилась о стену. Что тут же отозвалось гулом в пустой трубе. Вера поняла, что встречи все-таки не избежать и схватилась за оружие. Она даже не заметила, когда Попрыгунчик оказался с ней рядом. Просто неожиданно его противное извивающееся тело оказалось на расстоянии нескольких десятков метров. Вера ойкнула и, прежде чем Попрыгунчик успел сделать следующее движение, выстрелила. Она успела во время. Пуля достала монстра уже в прыжке и прошла сквозь правое бедро. Попрыгунчик упал на песок, сильно приложившись всем телом. Из раны хлестала полупрозрачная зеленоватая жидкость.
   А песочные монстры уже окружили его, чувствуя слабину, но все еще опасаясь. Они ходили по кругу, подбираясь все ближе, и все больше наращивая темп, напомнив Вере танец смерти акул. Попрыгунчик издал гортанный вопль, исполненный боли и попытался прыгнуть. Это было больше похоже на попытку отчаявшегося, загнанного в угол существа. Но раненая нога подвела его. Он не смог как следует оттолкнуться, и упал почти на тоже место. Поняв, что ему не уйти, Попрыгунчик принял воинственную позу и приготовился защищаться. Он крутился на месте, ожидая с какой стороны, последует атака и выставив вперед огромные клыки.
   Вера поначалу двинулась прочь отсюда, но любопытство пересилило, и она решила досмотреть представление до конца. Все-таки человек крайне кровожадное и охочее до злых развлечений существо. Со времен Древнего Рима, когда человеку требовалось только хлеба и зрелищ ничего не изменилось.
   Монстры не спешили нападать. Они хотели довести жертву до бешенства или вымотать. Монстры Антиреальности были крайне хитрыми существами. По большей части. Они чувствовали, как и когда можно. Неожиданно один бугорок отделился от общей массы и, выпав из круга, кинулся в сторону Попрыгунчика. Но тот был на чеку, и одного движения его мощными челюстями хватило, чтобы раскусить тварь пополам. А сзади уже приближалась новая. Попрыгунчик сшиб его мощным ударом здоровой лапы-ноги. Сразу слева и справа поползли новые монстры. Одного Попрыгунчик схватил клыками и стал трепать его как игрушку. Куски плоти, и склизкая кровь заливали морду, песок и летели в разные стороны, приводя в исступление и самого убийцу и песочных монстров. Второго он прижал лапой и выпустил неожиданно длинные и острые как бритва когти, пригвоздив тварь к песку.
   '4:0. Попрыгунчик пока выигрывает. Но песочных монстров слишком много. Если они навалятся на него всем скопом, то его песенка спета'.
   Вера внимательно и с интересом наблюдала за ходом сражения. Не хватало только попкорна. А песочные монстры неожиданно исчезли. Бугорки опали, и над полем битвы разлилась тишина. Попрыгунчик выплюнул искромсанного монстра и стал настороженно осматриваться, поводя головой, издавая всхлипы. Но все было тихо и спокойно.
   'Затаились гады. Спокойствие перед бурей. Конечно, песочные монстры отвратительны и опасны, но Попрыгунчик еще более отвратительный. Поэтому я ставлю на песочных монстров'.
   Вера уже видела их в деле и прекрасно знала, что они не сдались и это всего лишь тактический прием. Они затаились, чтобы потом напасть. И Вера оказалась права. Песочные монстры появились неожиданно и закружились в бешеном темпе, так что поднялся столб песка. И этот водоворот приближался к Попрыгунчику. Через пару секунд его поглотила песочная буря. Попрыгунчик издал противный высокий звук, и это было последнее, что он сделал в своей жизни. Изредка среди круговерти песка мелькали пасти песочных монстров, и куски отрываемой плоти. Не всегда Попрыгунчика. Видимо он решил подороже продать свою жизнь, и убивал монстров. Но исход уже был предрешен. Буря успокоилась неожиданно. Когда улеглись последние песчинки, перед Верой открылось поле битвы, залитое кровью монстров. Повсюду валялись останки, куски плоти, окровавленные и отвратительные на вид. Либо их не заметили, либо они уже насытились. Монстры же ушли на глубину переваривать обильный обед. Их меню сегодня было разнообразно. Попрыгунчик в собственном соку и несколько загрызенных им товарищей.
   'Ну вот. Жертвы съели своего охотника, - усмехнулась Вера, - В следующий раз надо быть внимательней в выборе'.
   Вера поползла дальше, стараясь больше не смотреть на песок. Она и так уже потеряла здесь слишком много времени. К буйству нравов этого мира она уже привыкла. Не раз и не два видела, как монстры рвали друг друга на части. И это было вполне объяснимо. Антиреальность сделала их озлобленными и вечно жаждущими чужой плоти. Так какая разница кто попадет им в пасть. Человек - игрушка Антиреальности или товарищ по несчастью. Они были кровожадны и слепы в своей жажде крови. От них нельзя было ожидать ничего другого, кроме как убийств особо жестоким способом.
  
   Дальше Вера двигалась без происшествий, Она уже не дергалась, если мимо проползал кровожадный бугорок в поисках съестного. Даже привыкла к этому легкому шуршащему звуку. Вера не могла не признаться, что до сих пор находилась под впечатлением от увиденного совсем недавно. От песчаной бури, которую создали монстры. Они двигались так слаженно и умело. Это был абсолютно беспроигрышный вариант. Жертва уже ничего не могла сделать. Они ослепляли ее песком и делали все, что хотели. Это зрелище было сильным и в некоторой степени будоражащим сознание зрелищем. Обалденные спецэффекты, выдержка главных актеров, отличная постановка, театральность - все это было главными атрибутами искусственного мира. Здесь все было слишком эпатажно, слишком необычно, слишком сумасшедшим.
   'Если бы так снимали фильм, то это был бы бестселлер из бестселлеров. Все режиссеры мира удавились бы от зависти', - проворчала про себя Вера.
   Раньше она никогда не задумывалась об этой стороне мира. Для нее это была пытка, ад, война. А для самого создателя всего этого сумасшествия, представление, игра, постановка, цель, смысл существования. Все было слишком. Антиреальность стилизовывала сцену мира, его отдельно взятый кусочек и изменяла по своему вкусу. Так чтобы было страшнее, мрачнее и опаснее. А потом выдергивала неожиданного человека. Чем она руководствовалась при выборе, было совершенно не понятно. Вера никогда не отличалась никакими талантами. Не мечтала стать Ларой Крофт, Ван Хельсингом или Рембо. Никогда не мечтала стать главной героиней какого-нибудь боевика, крошить врагов почем зря. Она не ходила ни на какие тренировки. Не играла ни в какие опасные игры. Просто тихо мирно существовала в своем мирке. Но в тоже время она никогда не была трусихой, и могла в случае чего постоять за себя. Она был этаким середнячком. Ничем не примечательным, теряющимся на фоне других.
   'Ладно, возможно выбор действительно делается случайно. Тем более что на это уделяются всего лишь секунды'.
   А потом мир населялся фауной Антиреальности. Милыми и забавными зверушками, которые могли одним движением вырвать глотку и даже не запыхаться или носиться со скоростью света, или своей башкой подпирать звездное небо. Разновидностей масса. На любой даже самый притязательный вкус. А уж в изощренности оного она уже успели не единожды убедиться.
   'Такого зоопарка, пожалуй, не выдумать никому'.
   Между тем она достигла конца трубы. До безопасного места, где кончался песок, было десять шагов. Вера сглотнула. Это было совсем нехорошо и, мягко говоря, не входило в ее планы. Слишком далеко. Слишком опасно.
   'А я-то понадеялась, что на этом участке пути все мои злоключения уже закончены, - посетовала она, - Наивная'.
   Но надо было, на что-то решаться. Сидеть дольше было невыносимо. Вера оценила состояние своего тела. Оно было ниже, чем удовлетворительное. Раненая нога онемела от долгого ползанья по трубе. Руки были исцарапаны. Но это было не страшно. А вот нога сильно беспокоила. Раненая конечность могла сильно подвести. И Вера могла попросту не успеть достигнуть спасительной территории.
   'Относительно спасительной, если там не притаился очередной монстр. Например, дружок Попрыгунчика', - мрачно подумала Вера, понимая, что не имеет смысла делать скидку на щедрую удачу или на хорошее настроение Антиреальности.
   Девушка стала разминать больную ногу, надеясь привести ее в подобие боевой готовности. Стопа не сильно беспокоила Веру. Да, она немного распухла и побаливала, но она не считала это серьезным препятствием. А вот лодыжка...
   Вера с высоты трубы осмотрела окрестности. Неподалеку на багровом песке лежала голова Крысы. Ярко-красные глазенки все также таращились вверх. На то место, которое было последним, что тварь увидела в своей жизни. Больше ничего не было. Ни одного бугорка, никакого движения или скрипа песка. Но Вера знала, что это обманчиво. Твари затаились и не выдают себя. И если все относительно тихо и спокойно, это еще не значит, что так оно и есть на самом деле.
   'Коварство наше второе имя. Или нет. А имя мне Легион, - не к месту вспомнила Вера когда-то прочитанное, - Вполне может статься, что и так'.
   Вера подвигала раненой ногой и осталась довольна результатами. Конечность более-менее пришла в нормальное состояние и была готова к отчаянному рывку, к прыжку на свободу. Или Вере хотелось в это верить. Так или иначе, но пора было уходить из этого коридора и продолжать путешествие.
   Вера решила не бросаться очертя голову в неизвестность, а провести для начала разведку. Проверив себя на предмет не нужных вещей, она извлекла стреляную гильзу, неизвестно как оказавшуюся среди ее припасов и, хорошенько прицелившись, бросила ее как можно ближе к голове Крысы. Буквально через пару секунд, раздался легкий шелест и к голове двинулся бугорок.
   'Я так и знала', - разочарованно подумала Вера, наблюдая, как выбравшаяся из песка тварь заглотила голову.
   Но она была всего лишь одна. Больше никаких бугорков не появилось. И Вера, понадеявшись, что не ошиблась, решила действовать и больше не ждать у моря погоды.
   Медленно спустив ноги с трубы, она с величайшей осторожностью опустила стопы на песок. Распределив вес на обе ноги, Вера замерла. Но все оставалось спокойно. Выждав минуту, Вера подняла ногу и стала осторожно опускать ее на песок. И это ей удалось. Так Вера продвигалась маленькими шажочками вдоль трубы, не спуская глаз с песка. Но он оставался недвижим. Видимо ей все же повезло, и здесь тварей не было. А та, что сожрала голову, наелась и скрылась глубоко в песке. И против всех ожиданий Вера беспрепятственно достигла безопасной зоны. Она с облегчением опустилась на твердую землю. Вера готова была целовать ее от счастья. Но на это не было времени, которого оставалось все меньше и меньше, ни сил. Нужно было двигаться дальше.
   Вера вновь стояла на перепутье. Но теперь ей были известны два коридора. Оставалось ровно столько же. Вера недолго думала, куда направить свои стопы дальше. Она сразу же решила, что это будет правый коридор. Но перед тем как отправляться в путь, девушка решила подкрепиться. Запасы таяли с угрожающей быстротой. Словно первый снег под лучами еще теплого солнца. Но и ее дорога скоро должна была закончиться. Так или иначе.
  
   Правый коридор был идентичен тому, что уже был обследован с тем лишь отличием, что здесь не было песка и сопутствующих ему монстров. Вера надеялась, что в этом коридоре не обосновались Попрыгунчики. Со стадом этих тварей ей точно было не справится. Они были слишком резвыми для нее.
   Лужи на полу, потеки и плесень на стенах. Трубы стали тонкими и плотно прилегали к стенам. Теперь на них было не взобраться. Да этого и не требовалось. Мерное гудение ламп, покрытых паутиной. Полная идиллия и покой. Но Вера знала, что это обманчиво. Шестерки Антиреальности могли затаиться где угодно, и принять какие угодно обличия. Вера продвигалась все дальше, но монстров все не было на ее пути.
   Все было тихо и спокойно. Радовало так же отсутствие песка и сопровождающих его монстров. Но уже скоро ее радости пришел конец. Впереди она услышала характерный звук, ненавистный ее уху. Подозрения вскоре подтвердились. Завернув за угол, Вера оказалась на краю лестницы, залитой водой до самой верхней ступеньки. Одна из труб лежала у перил, и из ее недр вырывался поток воды и стекал в уже образовавшийся водоем. Помимо отвратительного ржавого цвета, вода источала мерзкий затхлый запах, не добавлявший энтузиазма.
   'Опять вода!' - Вера ощутимо занервничала.
   После того, что она пережила в бассейне, всякая мысль о том, чтобы зайти в мутную воду, со дна которой может подняться все, что угодно, была просто убийственной и могла довести до умопомрачения. Волосы на голове очень хотели восстать и сбежать прочь, а на лице разлилась болезненная бледность.
   'Только не это. После всего, что было', - Вера застонала.
   Но она не в силах была хоть что-либо изменить. Нужно было продолжить путь и вступить в эту воду. После того, что произошло ранее, девушка не поборола страх, отнюдь, он лишь стал еще сильнее. Но в тоже время самый страшный кошмар уже остался позади. Антиреальность не любила повторяться. Так что ожидать от нее очередных змей не приходилось. Но это могло означать, что она могла приготовить и нечто еще более ужасное, о чем сама Вера и помыслить не могла. Часто мы думаем, что те кошмары, которые в нашей голове и есть самые страшные, хотя порой они не стоят и гроша. Но лишь до тех пора, пока не сталкиваемся с истинным ужасом в том его виде, который заставляет кричать до потери голоса, рвать на себе волосы и бежать без оглядки, забывая обо всем.
   Вера медленно спустилась по скользкой лестнице, погрузившись по колено в холодную воду. Ее тело, как и ее, душу, тут же охватило омерзение. Но, стараясь не раскисать и не тратить время, Вера уверенно и насколько быстро позволял покрытый чем-то пол, двинулась вперед.
   Чем дальше она заходила, тем меньше и меньше оставалось освещения. Лампы горели тускло и уже не через одну. Непрестанно раздавался плеск воды и звук звонких капель, разбивающихся о гладь искусственного водоема. Девушка шла, и все время ругалась и упрашивала себя немного потерпеть. Обещала себе, что скоро это все закончится, и она окажется на твердой и сухой земле. А уж там ей ничего не страшно.
   'Здесь нет ничего опасного и кошмарного. Под водой никто не скрывается. К тому же ее всего по колено и никто особо крупный здесь плавать не может'.
   Вере безумно хотелось, чтобы уровень воды оставался таким на всем протяжении пути. Но ее мольбы не были услышаны, либо здесь вообще не обращали на них внимания, просто игнорируя, но уже скоро от колена вода стала медленно, но верно взбираться выше, обхватывая своими ледяными и колючими пальцами все больше плоти.
   Когда ее уровень уже достиг бедра, Вера по-настоящему заволновалась. Но на этом она пока остановилась, предоставив Вере небольшую передышку, чтобы собраться с силами. Отсутствие монстров успокаивало и настораживало одновременно. Это могло означать лишь одно: все самое интересное еще впереди.
   Вода стала какой-то иной. Теперь она не напоминала воду из трубы, а больше походила на водоем. Из ржавой она стала менять свои цвета, переливаясь от голубоватого до изумрудно. Яркие блики, бывшие отсветами воды, играли на стенах в незатейливую игру. Вскоре со дна на поверхность стали тянутся небольшие водоросли самых различных цветов, от самых простых зеленых и красных до немыслимых ярко-голубых и оранжевых. Их длинные стебли покрывал слой слизи и ржавчины, но теперь это ничем не напоминало лужу, а больше подходила для какого-нибудь озерца или речки, довольно экзотичного вида. Но то, что это было в подвале учебного заведения, было немыслимо и исключало такую возможность. Склизкий пол сменился песком и галькой. Однажды Вере даже показалось, что она увидела раковину моллюска. Но проверять не стала. Вода пока еще была относительно прозрачной и позволяла видеть все, что творилось под ногами и в относительной близости от ее персоны, а это было главным. Картины отвратительных монстров, подкрадывающихся к ней со всех сторон под прикрытием воды, преследовали ее все время и никак не желали отпускать. Никак не получалось расслабиться и успокоиться, беспрестанно заставляя оглядывая окрестности на предмет этих самых тварей. Каждый шаг давался ей с трудом. Но приходилось пересиливать себя. Уговорами, просьбами, угрозами, обещаниями, но она заставляла себя двигаться вперед. Сейчас было слишком поздно, чтобы поворачивать назад, и Вера это знала. Антиреальность просто не даст ей вернуться. А даже если и так. Вдруг это тот самый коридор. И исследовав последний она лишь в этом убедиться. И ей вновь придется возвращаться сюда, все начиная заново, испытывая страхи снова. Но если повернуть сейчас, значит сдаться. И кто знает, сможет ли Вера вновь шагнуть в этот коридор и спуститься по лестнице в холодную мерзкую воду и вот так просто идти мимо склизких водорослей. Она была в этом не уверена.
   Но было и еще кое-что: нога. Рана, попав в холодную воду, чувствовала себя не очень хорошо и вскоре совершенно замерзла, заставив закоченеть всю ногу и поднималась выше, давая мертвенному холоду охватить все тело. Это могло стать серьезным препятствием и осложнением. Заиндевевшее тело не могло точно исполнять приказы и двигаться также ловко и гибко, уворачиваться от ударов монстров и реагировать на малейшие изменения. И это все больше и больше беспокоило девушку. Нога могла отказать в самый критический момент, а могла стать непреодолимым препятствием еще раньше и попросту не дать ей продолжать путь.
   Вера посмотрела на ногу, перехваченную в месте ранения бинтом. Белая полоска ткани намокла от крови и, похоже, что капли свежие. Не слишком быстро, но она все же вытекала из раны, что грозило большими неприятностями. Если вода населена паразитами или страшными монстрами, то они наверняка сразу почувствуют запах крови, что поможет им безошибочно определить ее местоположение и не дать закончить осмотр этого коридора. Но это было еще не самым страшным. Это не дает ей ни одного шанса выжить. Монстры по запаху найдут ее везде. Может быть не раненая, она и смогла бы пересечь это препятствие, привлекая как можно меньше внимания, но теперь об этом не могло быть и речи. А значит, нужно было готовиться к бою. Может быть, к самому страшному и опасному из тех, что уже были и возможно еще предстоят на ее пути.
  
   Чем дальше продвигалась Вера, тем больше водоем напоминал ей настоящий, не созданный руками человека. Хотя, о каких руках человека можно было говорить во владениях Антиреальности. Здесь была лишь одна хозяйка, владелица, богиня, судья и палач. Она являла собой все разновидности людских пороков и милостей. Она поражала своей осведомленностью человеческих страхов как взятых в общем, так и каждого игрока в отдельности. А то, что все попадающие сюда были игроками, несомненно. Королева, царица всея Антиреальность была той, что устанавливала правила. Она одна знала, что предстоит, и что она ждет от каждого попавшего сюда. Если ее услаждали именно тем, что она хотела, то могла смилостивиться над игроком. Если конечно ее итоговой целью не являлось пополнение своего итак немаленького бестиария. Что было самым маловероятным. Местная фауна была весьма разнообразна и многочисленна.
   Вере было странно, что Антиреальность создает свой мир, вернее меняет отдельно взятые куски материи из существующего мира так, что это становится самым худшим кошмаром. Так, что никакие ужасы уже виденные в настоящем не могут с этим сравниться. И что самое пугающее, она в точности воспроизводит самые неизведанные и потаенные внутренние страхи человека. Может так она делает не со всеми. Но по большей части человек сталкиваясь именно с самым своим страшным кошмаром, становится абсолютно немощным, слабым и разбитым. Он замыкаясь в себе, неадекватен и может, даже забыть где находится и что его окружает. В таком состоянии он становится легкой добычей для монстров. Те убивают сдавшегося, даже не затрачивая особых усилий. И это заканчивает игру, прекращает представление и сворачивает этот отдельно взятый кусочек материи до следующего раза. И неизвестно как часто это происходит. Может раз в несколько столетий, а может каждую минуту. Наверняка нельзя знать, что сразу после окончания одной игры не начинается следующая, а может сразу параллельно идет несколько игр. Этим можно объяснить многие послабления. Антиреальность занимаясь одними, упускает из виду других. А может, появляется только в самые жаркие моменты, пока у других передышка. Предполагать можно было до бесконечности. Но узнать наверняка? Вера даже не знала, каков был бы ее ответ на этот вопрос. Хотелось бы верить, что когда или, если Вера дойдет до конца, то с ней поделятся, хоть какой-то крохой знания и расскажут чуть больше, чем ей уже известно. Даже если Вере и удастся выйти из этого кошмара живой, она знала, что всю оставшуюся жизнь будет мучиться кучей вопросов, на которые никогда не найдет ответов.
   'Уж лучше мучиться вопросами, чем лежать здесь мертвой и разлагающейся или скакать под пулями очередных невезунчиков, попавших под своды гостеприимной Антиреальности'.
   Коридор постепенно суживался, что совсем не радовало.
   'Значит, развязка близка'.
   Вера страшилась этого. И того, что это могло таить в себе. Но иного выхода не было. На всякий случай она проверила оружие и не стала слишком далеко убирать его. Фонарик, нож, пистолеты и, конечно же, самая главная пушка, все было в порядке и только и ждало, чтобы она пустила их в дело и дала им повеселиться. Вера осторожно, но энергично ощупала раненую ногу. Все было не так плохо, как она думала. Та замерзла сильно, но недостаточно, чтобы сделать следующий бой последним в ее жизни. Возможно, она была не такой уж и холодной, как ей казалось. Зато боль притупляла довольно неплохо. А обезболивающего оставалось не так много. Так что это было даже очень неплохим подспорьем.
   'Как обычно, - нерадостно усмехнулась она, - у страха глаза велики'.
   Чем дальше продвигалась Вера, тем гуще становилась водная растительность. Это очень могло бы напомнить дно моря. И порой казалось, что если прислушаться, то можно услышать шум прибоя. Но это только казалось. Все мечты, желания разбивались о мрачные стены подвала.
   Затишье нервировало, выводило из себя, заставляло шарахаться от каждого шороха, чужого звука, искать, смотреть.
   Неожиданно на ум пришла песня Слота. Она как заведенная прокручивалась в голове снова и снова, то, превращаясь в шелестящий шепот, то поднималась до невыносимого крика. И Вера не знала, что страшнее, этот тихий шепот, проникающий в душу и обвивающий своей невидимой рукой, заставляя застыть. Или же громкий и всепоглощающий, заставляющий дрожать. Это было к месту, но не вовремя.
   'Мы здесь одни! Совсем одни! ... я здесь один, я не готов... попасть в тупик...я здесь один...я не готов'.
   Вера хотела выкинуть из головы слова песни, чьи слова так идеально описывают не только нынешнюю ситуацию, но и все, что произошло после ее пробуждения. Старалась думать о той цели, что была перед ней, разглядывать водоросли, говоря, какие они красивые, вспомнить какую-нибудь веселую песенку, способную взбодрить и прогнать назойливые слова.
   'Вот ведь привяжется в самый не подходящий момент', - Вера вздохнула.
   Негромкий плеск где-то впереди отвлек ее от сетования на сознание, выкидывающее всякие нехорошие вещи. Он был коротким и очень тихим, но Вера знала, что ей не послышалось. Здесь каждое призрачное движение оборачивается клыкастой или сосущей пастью больших и не очень монстров.
   Туннель начал изгибаться и постепенно расширяться. Уровень воды пока оставался неизменным. Вера чуть замедлила шаг. Осторожно выглядывая из-за очередного поворота, она проверяла местность на капающих слюной и клацающих клыками монстров. Но все было тихо. Никакие звуки больше не нарушали тишину подвала. Вера уже сбилась со счету, сколько изгибов туннеля она преодолела, но картина все не менялась. Это уже начинало надоедать, а больная нога зудела, что еще больше раздражало девушку.
   За очередным поворотом Вера увидела большую арку. Помещение здесь было высоким, и верх арки почти терялся в темноте. Она была яркого белого цвета, резко контрастировавшего с мрачными грязными стенами туннеля. Между колон трепыхался сгусток какого-то вещества, похожего на желе нежно-голубого цвета. Вода спокойной протекала сквозь него, от чего на вязкой субстанции появлялись золотистые блики.
   - Это еще что такое! - удивленная девушка воззрилась на новоявленное чудо.
   Закинув пушку за спину, она подошла к арке. Любопытство пересилило страх, и она дотронулась до вещества рукой. Оно оказалось никаким по ощущениям, пальцы ничего не чувствовали, они как будто парили в невесомости. Это было новое и интересное открытие. Но Вера не спешила радоваться, сразу поняв, что перед ней. Но это знание не могло принести ничего кроме тревоги.
   'Круто. Я вижу и трогаю самый настоящий портал. Могу себя с этим поздравить, - Вера вытерла руку о штаны, - Вопрос первый и немаловажный. Куда он ведет? Вопрос второй. Как потом оттуда выбраться? Вдруг я шагну, окажусь в гнезде каких-нибудь монстров, и портал закроется за моей спиной или он вообще предусмотрен только в одну сторону. Билет в ад без шанса на возвращение'.
   Вера вздохнула. Даже если ее мысли были верны, то сделать она ничего не могла. Проверить можно было только одним способом, шагнув в арку, отдавшись на милость портала. Но ее это не очень устраивало.
   'А вдруг там море или еще хуже целый бездонный океан без единого островка и я упаду прямо в него', - Вере стало плохо от подобных мыслей.
   Она вновь представила черную воду, плещущую огромными волнами под свинцово-серым небом и целые стаи огромных черных змей. От такого количества черноты ей стало дурно.
   Вере казалось, что она пережила свой самый страшный кошмар. Что после того, что она пережила в бассейне ей уже ничего не страшно, но она ошибалась. Кое-что конечно изменилось. Она уже не так панически боялась воды и открытого водного пространства. Но страх перед темной водой и обитающими в ней монстрах не оставлял ни на секунду. А когда она находилась в воде, становился лишь сильнее.
   Психологи говорят, что победить свой страх можно, только встретившись с ним лицом к лицу.
   'Посмотрела бы я на того психолога, что побывал в Антиреальности и столкнулся со своими самыми ужасными страхами. А страхи есть у всех. Даже у психологов. Можно играть в ученых сколько угодно, но с человеческой природой ничего не поделаешь'.
   Увы, человеческая натура такова, что она все время чего-то боится. Причем это могут быть абсолютно разные и порой кажущиеся совершенно не обоснованными вещи. Кто-то боится темноты и того, что она таит, кто-то, как Вера, боится открытого водного пространства, а кто-то боится более реальных в человеческой жизни событий, например мирового кризиса. Каждый человек индивидуален, и страхи у каждого человека индивидуальны, в соответствии с его развитием, воспитанием, склонностями, и тем, что произошло с ним самим в тот или иной промежуток времени или оттого, что произошло с кем-то когда-то.
   Есть страхи, которые имеют под собой какую-то почву, например детские, или если взрослые нарочно запугивали чем-то ребенка. А есть страхи приобретенные, например, если, посмотрев фильм ужаса, начать бояться вымышленного персонажа, видеть его в каждой тени, и слышать в каждом шорохе. Вот только следуя советам психологов, от них не избавишься. Нельзя просто приказать себе: 'Ты же здравомыслящий человек из XXI века, перестань бояться несуществующей ерунды', чтобы хлоп, и все прошло.
   Вера вздохнула. Никакие мысли не могли помочь решить возникшую проблему. Нужно было шагать в портал и отдаться на милость Антиреальности. Другого варианта развития событий просто не было.
   'Так, портал, - Вера вздохнула, - Если Антиреальность отправит меня в ад, все кончится быстро и неинтересно. Потому в ее интересах этого не делать. Я надеюсь на это. Хотя, что можно знать об интересах вращающегося и упивающегося болью и смертью сознания'.
   Вера понимала, что она всего лишь тянет время. Но она боялась. Не столько, куда мог привести ее портал, сколько того, как это произойдет. Она насмотрелась фантастических фильмов и знала о несовершенствах порталов. Хотя со стороны Антиреальности вряд ли стоило ожидать чего-нибудь подобного. Но знать бы это наверняка.
   Решившись, Вера как обычно досчитала до десяти, крепко зажмурилась и шагнула в вязкую небесно-голубую субстанцию. Ее закружило и зашатало. Это напоминало шторм пьяницы, если бы не яркие всполохи перед глазами. Перед ней мелькали какие-то картинки, но взгляд все никак не мог на них сфокусироваться. Все было быстро и слишком резко. Слишком необычно. Вера плыла, словно в невесомости. Но в тоже время неслась вперед с чудовищной скоростью. На секунду показалось, что она видела планету, но это было лишь на секунду. Потом все поплыло и смазалось в единое невыразительное пятно. Вера почувствовала, как ее затошнило. Первый раз в портале и такая досадная неприятность, как слабый желудок.
   'Хм, может так со всеми в первый раз'.
   Все кончилось также, как и началось. Круговерть голубого света и черного пространства резко сменилась очертаниями надоевшего своей однообразностью туннеля. Но взгляд Веры не сразу сфокусировался на потеках, прокладывающих мокрые дурно пахнущие линии на стенах, прочерченных мхом и водорослями.
   Первым из голубой дымки вышло дуло пушки, и только поле этого Вера. Но кроме нее больше никого не было. Когда зрение восстановилось, девушка огляделась. Вроде бы ничего не изменилось. Все тот же плеск воды. Размеренный и действующий на нервы, все те же надоевшие до тошноты темные стены туннеля. Не хватало лишь одного, воды. Помещение, в котором оказалась Вера, было сухим, чему девушка несказанно обрадовалась. Она уже понадеялась, что воды больше не предвидится.
   Вера оглянулась и увидела за спиной точно такую же арку, в которую шагнула, казалось бы, целую вечность назад.
   'Отлично, - возликовала она, - Можно вернуться назад'.
   Хотя, ее не очень радовала перспектива возврата. Вновь идти в воде, тревожить раненую ногу, ей совсем не хотелось, В душе она надеялась, что здесь она найдет обходной путь или это окажется тот самый туннель.
   'Учитывая, какой он, и что здесь портал, есть все шансы, что я нашла путь в гнездышко мерзкой твари. И скоро доберусь до ключа'.
   Приободренная Вера двинулась вперед по сухому и казавшемуся таким комфортным туннелю, но вскоре и он начал изгибаться. И чем дальше продвигалась по нему Вера, тем отчетливей становился шум воды. Это были уже не плески и не случайные шумы, производимые чьим-то движением. Это был постоянный плеск становившийся все громче и громче. Что могло, означать лишь одно - впереди был водоем и большой, судя по звуку.
   'Никак Антиреальность не оставит меня в покое' - Вера чувствовала неприятный осадок внутри после сцены в бассейне.
   Она не понимала, почему все страхи и надежды человека проецируются в этом месте. Как Антиреальности становится известно обо всем, что владеет человеком. Обо всех его потугах, болезнях, страхах и опасениях. И Антиреальность давит на самое больное, на любимую мозоль, заставляя все внутри переворачиваться и проклинать тот миг, с которого все началось, который ознаменовал начало действий и жизни в Антиреальности. Хотя здесь больше подходит слово существование. Это было лишь выживание. С того мига как Вера впервые открыла глаза, вышла из аудитории. В Антиреальности возможно только выживание, беспрестанная борьба за жизнь, тупая, ни к чему не обязывающая, ни к чему не ведущая борьба, война. Это можно назвать по-разному. Но смысл не меняется. От этого не становилось легче, но и не становилось больней. Было уже все равно. Пойдя через столько испытания, пронеся на своих плечах такую ношу, Вера знала, что больше никогда не будет прежней. Она больше никогда не сможет просто относиться к вещам. Она устала, она была истощена физически и духовно. Но у нее осталась воля к победе, воля к жизни. Она хотела жить. О, да, она хотела жить, как никто и никогда. И пройдя через столько испытаний и мучений, не хотела и не собиралась сдаваться. Ей было все равно, когда спускался курок, было все равно, когда она видела, как взрывается голова монстра и его мозги или то, что их заменяет, растекаются по стене, когда их кровь смешивается с грязью и пылью, когда их глаза закатываются, а мертвые тела падают на пол. Когда пуля или нож вгрызаются в тело с противным хлюпающим звуком. Когда ты пытаешься спасти свою жизнь, то готов на все. Никто не знает, в какого монстра готов превратиться человек, чтобы выжить.
   Звук воды уже почти оглушал. Вера поняла, что вплотную приблизилась к его источнику. Коридор последний раз завернул и вывел Веру в небольшую продолговатую комнату, в самом конце которой была арка, похожая на ту, что волшебным или фантастическим образом перенесла ее сюда. Но только в этот раз, за ней скрывалась не голубоватая субстанция непонятного происхождения. Это была самая обыкновенная арка, ведущая в другое помещение.
   Вера не стала задерживаться. Она зашагала вперед, надеясь, что это выход из петляющего туннеля. Но ее ждало разочарование. То помещение, что разделяло его аркой с туннелем, было погружено во тьму. Вера в нерешительности замерла, не зная, что теперь делать. Достав фонарик, она осветила те жалкие крохи пространства перед собой, на которые хватило мощности луча. Вера стояла на крошечном островке земли, являвшимся по совместительству обрывом. Вера сделала робкий шаг и попробовала высветить то, что было внизу. Метрах в пятнадцати под обрывом была вода. И была она абсолютно спокойна. Даже легкое шевеление не бороздило по его поверхности, не порождая легкие волны. Мерный плеск воды раздавался откуда-то дальше, но увидеть источник Вера не могла, не хватало мощности фонаря.
   Вера сделала еще один небольшой шажок. И тут раздался какой-то лязг, заставивший девушку вздрогнуть и замереть на месте. Вера стала озираться по сторонам, не испуганно, но настороженно, как опытный охотник, но не как жертва, с ужасом ожидающая нападения.
   Справа от Веры зажегся факел. Девушка вздрогнула от неожиданности. Брови ее поползли вверх. Девушка никак не ожидала увидеть в таком месте столь архаичный способ освещения.
   Это был самый обычный смоляной факел, какие еще используют в исторических фильмах. В нем не было ничего особенного, экзотичного или интересного. Но внимание Веры он поглотил полностью. Девушка была удивлена присутствием столь не распространенного способа в высокоразвитом мире Антиреальности.
   Но он был не единственным источником света. Тут же по очереди стали зажигаться другие факелы. Резкий звук и метрах в пяти от первого зажегся следующий факел, а за ним еще один и еще.
   Когда вопрос с освещением был полностью решен и все факелы горели ярким с легким потрескиванием огнем, вырисовалась полная картина помещения. Оно было довольно большим. Вера с трудом угадывала на противоположной стороне обрыв, сходный тому, на котором она стояла. Помещение претендовало на право называться круглым, но было слишком грубо сработано. Скорее оно все же было неправильной овальной формы, что еще больше удивило Веру. Ведь в мире Антиреальности она встречалась только правильность, аккуратностью и педантичностью. А это было больше похоже на чужеродное вмешательство. Словно его создавал на разум Антиреальности, а кто-то специально и вручную. По сравнению со всем остальным миром, по которому Вера уже успела пройти, это смотрелось просто актом вандализма. Хотя нужно было отметить, что здесь было прекрасно. По-своему прекрасно. Слева от обрыва, на котором стояла девушка, казалось, словно с потолка в спокойную гладь озера стекал водопад. Мощные струи воды создавали тот самый шум, который слышала Вера еще на подходе к зале. Но он был не так силен, как следовало бы. Вера также отметила еще одну странность. Водопад ронял тонны воды в водоем, но не вызывал брызг и шевеления воды. Она была все также неподвижна. И это было странное и дикое зрелище. Вода словно уходила в песок.
   Из воды вздымались небольшие островки, но их острые верхушки были нацелены ввысь, а края слишком крутыми. Были они и высокими и низкими, располагались в непроизвольном порядке на разном удалении друг друга. Что говорило о том, что ими воспользоваться не получится. Ближайший к ней находился слишком далеко даже для самого лучшего прыгуна в длину в мире.
   Вера помотала головой. Она поняла, что ей придется нырять в воду, чтобы добраться до другой двери, которая, как она надеялась, закончит ее странствия в поисках главного босса. Но одного взгляда на эту мертвую поверхность и почти бесшумный водопад, уходящий в эту неподвижность, заставлял содрогаться все ее тело.
   Освещения факелов хватало лишь на то, чтобы осветить часть потолка и невесомыми лучами жаркого пламени слегка лизать поверхность воды, давая общее представление о расположении помещения. Но то, что было в воде, и какова глубина, было недоступно. Вера не собиралась окружать себе иллюзиями. Она знала, что здесь вовсе не по колено и даже не по горло.
   'Мы танцуем только чувственные танцы. Детские и неумелые не наш стиль', - Вера хмыкнула.
   Подойдя на максимальное расстояние к краю обрыва, девушка внимательно взглянула вниз. Она сделал попытку высветить хоть что-нибудь своим фонариком, но ей это вновь не удалось. Луч пробежал по воде, не проникая в зеркальную гладь. Словно она не впускала в себя ничего, представляя собой чистую тьму, убивающая сам свет и все, что с ним связано. Вере даже на секунду показалось, что это вовсе не вода, а нечто непонятное, состав чего даже не определить. Если определение вообще существует.
   Вера отошла от обрыва и привалилась спиной к краю арки. Она со вздохом посмотрела на дверь, находящуюся так близко и так далеко. Между ними пролегла преграда в виде непонятной субстанции. Вера поняла, что это вовсе не вода, а водопад несет вовсе не тонны воды, а именно это непонятное вещество. Но от этого не становилось легче. Лишь страшнее. А вдруг это что-то вроде зыбучего песка, но бесконечного как Вселенная. И если у него нет дна, то она вечно будет падать все глубже и глубже во тьму, пока не достигнет ада в самый последний миг существования мира.
   'Очередные монстры. Может нечто сродни змеям, с которыми я уже успела повстречаться в бассейне. Хотя, она не любит повторяться'.
   Вера решила немного подкрепиться. Когда она разделалась с порцией скудного сухпайка, ее разморил сон. Девушка не стала противиться. Тем более что пока твари не показывались, затаившись внизу. А может их принесет водопад тогда, когда она окажется внизу, решится, наконец, спрыгнуть с обрыва.
  
   Вера стояла на краю. Стояла неподвижно, и вся ее фигура была напряжена, а лицо сосредоточено. Пустые руки девушки свисали вдоль тела. Оружие было убрано за спину. Фонарик был убран в футляр на поясе. Да он был и ни к чему. Света факелов вполне хватало. Но сейчас они светили слабо и с перебоями, словно мигая по очереди, создавая неповторимую игру света и тени.
   Девушка стояла и смотрела вниз на неподвижное темное озеро под ногами. Шум водопада стих и теперь он обрушивался с потолка абсолютно бесшумно. Словно кто-то просто выключил звук, и установилась мертвенная тишина.
   Вера стояла, не шевелясь, и со стороны, если бы здесь был наблюдающий, казалось, что она впала в транс. Казалось, она была загипнотизирована увиденным внизу. Словно между ними установилась некая связь. Но уже в следующую секунду все изменилось. Вера все также, не отрывая взгляда от псевдоводы, подняла руки вверх, словно пловец, собирающийся прыгнуть в морскую стихию. Дернувшись как от удара, девушка прыгнула головой вниз, сложив перед собой руки лодочкой. Темная бездна поглотила ее. Ни единый звук не раздался в зале. Ни единого колыхания ветра или воздуха так, словно их здесь не было. Субстанция разошлась в стороны, принимая свою добычу, и сразу же края ее сошлись над головой девушки. Она исчезла, словно ее и не было. Секунды перерастали в минуты, но все оставалось также неподвижно и безмолвно. Никто не пройдет здесь, никто отсюда не выйдет. Это не вода, это смерть. Черная тягучая и вязкая, засасывающая, вытягивающая жизнь, смерть в самом жутком своем проявлении. И если ты попал в нее, то уже никогда не выберешься. Никогда больше не увидишь света, не соединишься с ним, не спасешь свою душу. Ибо с этого момента она, как и тело принадлежат бездне...
  
   Вера вздрогнула и проснулась. Пот крупными ледяными каплями застыл на висках и на лбу. Сон был настолько реалистичным, что Вера поверила ему. Она словно на самом деле прыгнула и исчезла, проглоченная бездной. Девушка встала и подошла к краю обрыва не без опаски. Она долго и внимательно всматривалась в темную неподвижную поверхность, будто силясь разглядеть что-то такое, что раньше было ей недоступно, но должно вот-вот показаться на поверхности. Но это было тщетно. Все оставалось, так как и было прежде, когда Вера только-только шагнула через порог арки и оказалась в овальной зале.
   Вера не верила, что ее сон правда, и темная субстанция обладает именно такими свойствами. Она уже знала повадки Антиреальности, а также бессменные правила, повторяющиеся из раза в раз, из помещения в помещение, от монстра к монстру. Здесь не нужны короткие и неинтересные концы, если только ты сам не пожелал изменить ход игры. Как она поняла из рассказов ныне относительно покойно Хранителя, Антиреальность это не поощряла, а наоборот наказывала. Она пыталась всячески уничтожить дерзнувших бросить ей вызов и сломать устои созданной игры.
   'Видимо это все-таки женский разум, - проворчала про себя Вера, - Только капризная женщина может так реагировать'.
   А, судя по неослабевающему напору Антиреальности, любой непокорный будет сметен стеной монстров, еще даже не успев озвучить свое пожелание спасти чью-то заблудшую не удачливую душу. И тут же составит ей компанию. Вера представила себе всех монстров, которых она уже успела уничтожить, как они дружной братией на всех парах несутся на беднягу и в буквальном смысле сметают его со своего пути с дикими криками, ворчания и выпученными глазами, даже не обратив внимание на случайно подвернувшееся препятствие в виде одинокого человеческого тела, как будто только что по громкоговорителю объявили о высадке свежего мяса в какой-нибудь аудитории. Но смешно совсем не было. Чувство юмора пропало где-то в коридоре далеко за спиной или было выменяно у монстров на жизнь. А зачем смертнику чувство юмора. Но Вера тут же отругала себя за подобные мысли.
   'Никакая я не смертница. Тем более я, что зря так далеко зашла и перенесла столько ужасов. Для того чтобы сдохнуть здесь в этой чаче или на обрывчике так и не вступив в это нечто!'
   Но сколь громки и категоричны не были ее призывы, она так и не сдвинулась с места и не поспешила очертя голову бросаться вперед, пробуя субстанцию на прочность и жизнепригодность. Она так и не решилась продолжать путь. Сон все еще стоял у нее перед глазами. Да и честно признаться, она задолго до этого сна, не горела желанием сводить близкое знакомство с темной гадостью, застывшей идеально гладкой формой внизу.
   Вера села на уже пригретое место у края арки. Подперев руками щеки, она уставилась на противоположную сторону, на заветную дверь, маняще-дразнящую ее своей недоступностью.
   Неожиданно в голову ей пришла идея. Сказать, что она была изумлена тем, что не подумала об этом раньше, ничего не сказать. Но о собственном слабоумии и недалекости, она решила поразмышлять в другой раз, в более расслабляющей обстановке.
   Вера пулей бросилась в коридор, из которого пришла. Она помнила, что в одном из них видела россыпь камушков больших и маленьких.
   'На них разве что таблички не было: 'Кинь меня!' - Вера продолжала злиться на себя, - Ведь это было так просто раньше догадаться. Просто взять камушек и кинуть, проверив состав этой гадости'.
   Вера дошла до нужного места и, не скупясь, набрала столько камней, сколько смогла унести. На всякий случай, чтобы не пришлось еще раз идти.
   Вера с кряхтением добралась до обрывчика и с чувством скинула свою ношу. Попутно она еще раз обругала себя за жадность, повторяя, что она до добра не доводит и здоровья не прибавляет.
   Неожиданно у Веры вновь разболелась нога, словно в подтверждение ее последней мысли, и эксперимент пришлось ненадолго отложить. Девушка присела и, размотав бинт, стала изучать рану. В принципе общий вид оставлял желать лучшего, но гноя не наблюдалось, что позволяло сказать с облегчением и радостью, что заражения Вере удалось избежать. Лишь рваные куски плоти побелели и стали похожими на размоченный в воде хлеб. Но этого и стоило ожидать. С учетом того времени, что Вера провела в воде, блуждая по коридорам. У нее оставалось еще совсем немного бинта, едва-едва хватит на одну перевязку, поэтому Вера решила пока ее не делать, с учетом того, что неизвестно из чего состоит субстанция и сколько еще воды предстоит на ее пути. Надо было экономить то немногое, что еще осталось. Вряд ли впереди еще будут медпункты.
   Закончив с медосмотром, Вера натянула старую повязку за неимением ничего более лучшего. Девушка решила немного размять ногу. Поставив стопу на пятку, она стала крутить ею в разные стороны. Первое время это причиняло массу неудобств, и даже боли. Но постепенно нога разрабатывалась, и неприятные чувства стали менее острыми. Вера стала чувствовать себя значительно лучше. Она даже воспряла духом, готовая стартовать в темную бездну прямо сейчас.
   'И так, что мы имеем, - Вера вернулась к своим баранам, - Мы имеем камни и что-то темное, что разделяет меня и выход. Скорее всего, там находятся какие-нибудь неприятные и несимпатичные твари'.
   Вера задумалась, глядя вниз. Ситуация у нее была неприятная. Она не могла и боялась прыгать с обрыва. Но тварей здесь не победить и, стоя, на ту сторону не перебраться. Для начала Вера все-таки решила поэкспериментировать с камнями. Взяв в руки первого подопытного, подошла к самому краю. Долго думать она не стала и бросила его прямо под ноги. Камень упал с легким чмоком, не отпружинил, не отлетел в другую сторону, не покатился. Просто упал. Вера решил подождать и понаблюдать, что с ним случится дальше. Но ничего не происходило. Прошло пять минут, а камень все также безмятежно лежал на новой для себя поверхности.
   'Так понятно. Прямо подо мной устойчивая поверхность. Ну, относительно, конечно, устойчивая. Может, меня она и не выдержит'.
   Вера взяла следующий камень. Он оказался немного больше первого. Она решила закинуть его подальше. Высмотрев своей целью выступающую из воды скалу, типа сталагмит. Размахнувшись, девушка бросила камень. Но, не долетел до сталагмита пару метров, он с бульком провалился. Вера даже присвистнула от удивления.
   'Вот это да. Больше на болото похоже. Идешь, идешь, нормально. А чуть не туда ступишь и в гостях у кикиморы'.
   Вера решила сделать последний контрольный бросок. На этот раз камень оказался примерно на середине между первым и сталагмитом. Камень также как и первый раз упал с чмоком, но на этот раз более громким. Полежав пару секунд неподвижно, он медленно по миллиметру стал проваливаться вслед за своим неудачливым собратом. Не прошло и минуты, как он исчез из поля видимости полностью.
   'Точно болото', - изрекла Вера.
   Она еще не успела решить, что делать дальше. Продолжать ли ей кидаться камнями или уже начать испытывать болото на себе. Но тут все ее размышления были прерваны. Она увидела, как первый камень стал вибрировать, но поверхность болота оставалось все такой же безмятежно спокойной. Девушка тут же напряглась, почуяв недоброе. И это недоброе не заставило себя долго ждать, явив миру свою очаровательную физиономию.
   Сначала темная субстанция, окрещенная Верой как болото, задрожала, словно желе на тарелке. Потом медленно края болота разверзлись, и над поверхностью поднялось нечто. Это была вовсе не змея, как ожидала Вера. И даже отдаленно ее не напоминало. Вера замерла от удивления. Антиреальность видимо долго болела и мучилась от бреда, чтобы исторгнуть такое.
   Это был большой шар грязно-белого цвета. Но он сохранял эту форму не все время. Прежде чем выйти из глубин бездны, он был больше похож на сдутый шарик. И сейчас он равномерно раздувался и съеживался, словно из него выпускали воздух и вновь им наполняли. Из чего Вера поняла, что так чудище дышит. Глаз и вообще каких-либо функциональных органов у твари не наблюдалось.
   Вслед за головой монстра из дыры зазмеились длинные отвратительные на вид щупальца. Они тут же потянулись в разные стороны, ощупывая пространство. Голова не шевелилась, мерно продолжая сдуваться и надуваться.
   'Прямо как воздушный шарик, - Вера также стояла, не шевелясь, чтобы не привлекать до поры внимания монстра, - Воздушный шарик из болота'.
   То, что у монстра отсутствовали органы зрения и осязания, с одной стороны было хорошо, но с другой плохо. Учитывая, с каким чмоком камни приземлялись на устойчивую часть болота тварь непременно ее услышит,. Учитывая, что монстр поднялся с глубин болота только после того, как Вера начала проводить эксперименты с бросанием камней, эта теория имела место быть и, скорее всего, была самой правильной. Поэтому Вера не стала выдумывать никаких других объяснений неожиданной активности Воздушного шарика и остановила свой выбор именно на ней.
   Щупальца монстра между тем уже вплотную приблизились к обрывчику, на котором мирно стояла девочка Вера. Необходимо было решать, что делать дальше. То, что пасти у монстра не наблюдалось, еще не означало, что он не мог ее сожрать или поступить еще каким-нибудь неприятным для девушки образом с ее телом, натолкнись он на него своими отвратительными белыми отростками. Идея пришла в голову мгновенно, как только она увидела в опасной от себя близости щупальца с чем-то склизким на кончиках.
   'Как же все это отвратительно', - Вера осторожно подняла камень и кинула его в сторону водопада. Камень с чмоком приземлился на субстанцию и так и остался лежать. Монстр мигом отреагировал и, развернув свою тушу, потащился в сторону звука, исследуя окрестности щупальцами. Времени было мало, монстр передвигался довольно быстро для своей комплекции. Шум водопада, вновь незаметно заполнивший пространство, должен ненадолго заглушить ее передвижение.
   Вера взяла с собой на всякий случай еще несколько камней. И решив больше не медлить, прыгнула с обрыва. Звук, с которым она приземлилась, показался ей оглушительней ядерного взрыва. Но к счастью только ей. Ибо монстр все также двигался в сторону водопада, ища источник звука. Вера хотела тут же стремглав броситься вперед к желанному островку счастья в этом море гадости и лжи. Но она боялась провалиться в болото и уже больше не всплыть, а также, что монстр услышит ее.
   'Повезло, что он просто слышит звуки, а не ощущает вибрации', - мелькнуло у Веры.
   Девушка сделала первый пробный шаг. Эта часть поверхности болота была все также устойчивой. Она окинула залу, прикинув свой маршрут. Ей нужно было обходить все сталагмиты, чтобы не провалиться. Трудность представляло лишь то, что она не знала, на каком именно расстоянии от них болото становится мягким и засасывающим.
   Вера пошла так быстро, как только могла. Конечно, маршрут у нее был довольно длинный за счет обходов, но, по крайней мере, безопасный. Вере казалось, что она идет по желе. Поверхность была мягкой и пружинистой. После каждого ее шага оставалась вмятина, заполняющаяся черной жидкостью.
   Вспомнив про монстра, Вера оглянулась, но у водопада никого не было. Она тут же замерла, на лбу мгновенно образовалась испарина. Девушка стала скользить глазами по поверхности болота, но та оставалась неподвижна. Вер стояла и не знала, что ей делать. До обрыва оставалось больше половины пути, но и обратный путь составлял никак не меньше десятка шагов. Вера оглянулась назад и, прикинув расстояние от болота до берега, отсекла идею возвращения. Может быть, если она побежит, тварь не успеет ее схватить. Пока поднимется над болотом, пока выпустит щупальца, но туда нужно было еще вскарабкаться, а вот на это времени уже не было. Да и есть ли смысл возвращаться. Ведь после этого Вера могла уже и не решиться на продолжение пути или просто не смогла бы.
   Она уже пожалела, что не расстреляла тварь, пока стояла на обрыве. Там чувствовала себя гораздо уверенней и, в крайнем случае, всегда могла скрыться в туннеле от пронырливых щупалец.
   Вера скорее ощутила, чем услышала что-то за спиной. Она скосила глаза, не решаясь обернуться и встретиться лицом лицу с тварью. Вера словно видела себя со стороны, как она стоит в идиотской позе и не может ничего сделать, а позади из глубины болота медленно поднимается огромное безобразное тело монстра, а вокруг вьются бесчисленные щупальца. Больше Вера не смогла вынести. Она резко обернулась, и в это самый момент увидела, как в ее сторону рванулось сразу несколько отростков. Вера не успевала выхватить из-за спины оружие. Выдернув нож, она рубанула по первой конечности воздушного шарика, на вторую у нее не хватало ни быстроты реакции, ни сил, и девушка просто поднырнула под нее, попутно отбиваясь от третьего щупальца. Вытащить ствол она так и не успела. Монстр видимо очень обиженный за покалеченную конечность, решил больше не церемониться. Вера даже не успела заметить, откуда вылетело щупальце, но уже в следующую секунду она поняла, что летит, сбитая с ног. Вера упала прямо в самую жижу болота. Она не успела набрать воздуха и, нырнув в жижу, открыла рот и нахваталась этой гадости по самые легкие. Вера судорожно забила ногами и руками, пытаясь вырваться наружу, глотнуть хоть немного воздуха. Но здесь было слишком темно и непонятно где верх, а где низ. Девушка помотала головой, но так ничего и не поняла. Ей ничего не оставалось, как поплыть наудачу.
   Ее голова показалась над поверхностью жижи, но этого было достаточно, чтобы глотнуть. Вера боролось с силой болота, упрямо тянувшей ее куда-то вниз. Она уже почти забыла про кошмарное чудище и чересчур активные щупальца, но зато оно о ней не забыло.
   Вера увидела, что в ее сторону летит не меньше полудюжины отростков. Она вдохнула побольше воздуха и скрылась в жиже. Достав фонарик, она нажала на кнопку включения. Удивительно, но он здесь работал и что еще более удивительно, он осветил пространство на многие метры вокруг. Вера увидела, как и ожидала, что дна у болота нет. Тонны жижи уходят глубоко вниз, и там не видно конца. Вера провела рукой по субстанции. Ее рука легко прорезала ее. Она была легкой и невесомой. Но что-то упорно продолжало тащить ее вниз. А еще Вера увидела столб грязно-белого цвета больше похожий на палочку для чупа-чупса. И он медленно приближался к ней. Вера вынырнула и успела увидеть, что чудовище действительно идет в ее сторону, но не торопиться нырять, а щупальца все также обследуют местность, кидаясь вперед при малейшем шорохе.
   Вера подплыла к одному из сталагмитов и уцепилась за него обеими руками. Удерживаться было трудно. Ведь и она, и камень были в скользкой болотной жиже. Вера лихорадочно соображала, что можно сделать. Оружие промокло и уже ничем не могло помочь ей выпустить воздух из Воздушного шарика (Тафталогия Тафталогиевна Тафтологиева). Вера вспомнила о динамите, но он также мог промокнуть и не сработать. Но вариантов больше не было. Вера висела, цепляясь из последних сил за скользкую глыбу, и смотрела, как тварь рыщет вокруг в тщетных попытках найти ее. Вера набрала побольше воздуха и нырнула. Ей нужно было выбраться на устойчивую поверхность, чтобы достать взрывчатку. Про себя она молилась, чтобы с ней было все в порядке, иначе она не сможет уничтожить монстра, а значит останется с ним здесь навсегда. Может быть, в образе его головастой подружки.
   Вера поплыла, если это можно было так назвать, в сторону спасительной двери. И когда болото загустело и все с большим трудом поддавалось напору, Вера вынырнула и медленно вдохнула. Стараясь делать все как можно тише, она достала мешок из-за спины. Ее руки, как и поверхность мешка, были в маленьких склизких капельках, источавших резкий неприятный запах. Но сейчас было не до этого. Нужно действовать быстро, монстр приближался с каждой секундой. И даже если он не слышит ее, это всего лишь отсрочка.
   Вера чуть не воскликнула от удивления, когда обнаружила, что внутри мешок абсолютно сухой и все, что лежало в нем не повреждено.
   'Твою ...', - ей хотелось вставить красное словцо, но она сдержала себя.
   Руки уже лихорадочно искали один из зарядов. Вот он справа от обоймы для пистолетов. Детонатор тут же. Вера вытащила бомбу и закинула мешок обратно за плечо. Проверив боеспособность, она включила оружие. Все было исправно. Бомба тихонько пискнуло, что не укрылось от внимания Воздушного шарика. Он тут же развернул свою морду и щупальца в ее сторону.
   Решив ускорить процесс, Вера вскарабкалась на средней прочности часть болота и медленно, увязая с каждым шагом, помчалась к обрывчику. Фонарик она еще раньше привязала к поясу и оставила его включенным. Сейчас ее совсем не волновал вопрос о том, что при таком неуемном использовании его не хватит на конец пути. В руках были зажаты бомба и детонатор. До выхода оставалось всего метров тридцать в длину и пятнадцать в высоту, когда щупальце монстра настигло ее. Отросток обвился вокруг ее лодыжки, и Вера упала от резкого толчка. Ее потащило по болоту с чавкающим звуком и с фонтаном брызг. Подняв свою жертву, Воздушный шарик подтаскивал ее к себе.
   'Главное, чтобы у него была пасть', - мимоходом отметила Вера, висевшая вниз головой и крепко сжимавшая оружие. Сумка свалилась с ее плеча и рухнула куда-то вниз, но Вере сейчас было не до этого. Она смотрела на приближающегося монстра, ожидая, когда же он раззявит свою пасть. Когда Вера зависла прямо над ним, ее мольбы были, наконец услышаны. Раздался легкий щелчок и верхняя часть, представляющая собой шар стала заваливаться назад. Было ощущение, словно у большого чупа-чупса сломалась палочка. А потом Вера увидела это. Бездна еще более темная и устрашающая, чем само болото. В пасти чудовища не было зубов, но они и не были ему нужны. Это больше было похоже на трубу пылесоса, всасывающую в себя все, что попадется. Щупальце потянуло ее к пасти.
   Вера поняла, что пора действовать. Нажав кнопочку на взрывном устройстве, она размахнулась и закинула его в пасть монстра. Крепко сжав детонатор, она дотянулась рукой до ножа на бедре и рывком выхватила его из петли. Быстрым четким движением она полоснула по удерживающему ее щупальцу. Вонючая жижа, похожая по консистенции и по запаху на состав болота обдала Веру удушающей волной. Но удар достиг цели, и его хватило, чтобы отросток выпустил жертву и мгновенно сжался, уползая обратно в болото.
   Вера словно во сне выставила руки, сложенные лодочкой перед собой, и нырнула в болото. Но перед погружением в зловонную жижу, Вера успела нажать маленькую красную кнопочку на детонаторе. Ее расчет был верным. Бомба уже успела довольно глубоко упасть в нутро монстра. Хотя в существование дна у него не особо-то верилось. Вера ощутила сильнейшую вибрацию, и из глубины болота полился яркий голубоватый свет. Он озарил собой все пространство, словно вспышка. Труба-глотка монстра светилась, словно неоновая реклама, ее раздуло, а потом раздался хлопок, и монстра разорвало. Но Вера уже не увидела этого. Мощным толчком ее словно пушинку вынесло на поверхность. Подлетев на несколько метров над болотом, она вновь шмякнулась в темную субстанцию. Вера вынырнула на поверхность и стала хватать воздух. И лишь после этого она осмотрела место побоища. Повсюду валялись ошметки грязно-белого мяса, кое-где уже начавшие погружаться в свою родную стихию - болото. И Вера рассмеялась. Сначала весело и задорно, но потом звуки все больше стал напоминать смех сумасшедшего, чудом избежавшего смертельной опасности.
   Отсмеявшись, Вера подплыла к плотной поверхности болота и вытащила свое уставшее тело. Она полежала немного, пока не почувствовала, что еще немного и ее потянет вниз.
   'Хорошо, хоть это болото не обладает столь засасывающими свойствами как наши', - не без облегчения, отметила Вера.
   Девушка поднялась, решив, что хватит с нее уже этого места и пора бы уже двигаться прочь отсюда. На ее счастье свалившийся с нее мешок вовсе не канул в вечность непознанным объектом. Он преспокойненько валялся неподалеку от того места, где подлое щупальце схватило ее за ногу, и дожидался свою хозяйку.
   Не дав себе долго ликовать по поводу найденного имущества, Вера подошла к обрыву и прикинула, как бы она могла без особых для себя потерь здоровья и времени, оказаться наверху. Веревка отпадала, так как ее не за что было цеплять. Сама стена была шероховатой и с трещинками, но Вера никогда не ходила в кружок 'Юный скалолаз' и потому сильно сомневалась, что альпинистские способности ей были даны от Бога, и она, как раз плюнуть одолеет подъем. Но делать было нечего. Вера поползла. С трудом, но все же одолела подъем, не единожды прежде с него свалившись. Неуклюже, в час по чайной ложке, но удалось достигнуть верха. Вцепившись рукой в край обрыва, она подтянула свое бренное тело. Оказавшись на горизонтальной поверхности, Вера завалилась на спину и стала хватать ртом воздух, как совсем недавно делала это, вынырнув из болота. Пот градом катился с девушки, но это были уже мелочи. Монстры столько раз обильно поливали ее своей кровью, да еще этот мерзкий запах болота. Они наслоились друг на друга и создавали незабываемое головокружительное амбре. Но Вера уже привыкла не замечать тянувшихся за ней шлейфом таинственных ароматов. Ее нос уже принюхался, а желудок переборол все позывы к возмущению.
   Вера повернула голову и посмотрела на дверь. Она ничем не отличалась от всех тех, через которые ей уже довелось пройти. Так что сказать наверняка была ли это та самая дверь, было невозможно. Но Вера не спешила очертя голову кидаться к ней. Сначала она хотела перевести дух.
   'Да, этот монстр был довольно странным произведением искусства Антиреальности. И действительно похож на большой чупа-чупс. Тут два варианта. Либо Антиреальность большая извращенка, либо большая оригиналка'.
   Проверив сохранность амуниции, Вера была дико разочарована. Она уже готова была впасть в отчаяние. Пистолеты и ее главный козырь - большая крутая пушка - пропали. На них можно было ставить большой жирный крест. Ни тот, ни другие не работали, вернее не стреляли. В место выстрелов, они издавали нелицеприятное чмокание и выдавали серию зловонных черных пузырей.
   Чтобы не тащить с собой лишний груз, Вера кинула их в болото. Посмотрев печальными глазами, как с чавканьем оно проглатывает ее шанс на спасение, Вера отвернулась и подошла к двери. После того, как оружие пришло в неисправность, девушке хотелось думать, что она подошла вплотную к концу путешествия. Ведь из всего ее арсенала и оставалось-то только две игрушки: последний заряд взрывчатки и нож, чудом уцелевший в бойне с Воздушным шаром. Но с ними много не навоюешь и против серьезных тварей не пойдешь. А таковыми, по мнению Веры, были все, кто в этом мире присутствовал.
   На всякий случай, приготовив нож, как это абсурдно не выглядело, Вера нажала на ручку и толкнула дверь.
   'Эх, на танки с перочинным ножиком не ходят'.
   Впереди был коридор абсолютно идентичный всем остальным. Все такие же обшарпанные стены, ряды труб вдоль них и звук капающей воды. Но Веру это не смутило, она смело шагнула вперед. Ей вообще уже стало казаться, что лимит удивления и страха был окончательно исчерпан где-то позади. Проведя столько времени на территории Антиреальности, Вера не сомневалась, что коридор за дверью не должен был привести ее сразу на арену к козырному боссу. Нужно было оттянуть удовольствие. Еще немного помучить ее, порасшатывать нервишки.
   'Нервы? Ау!'
   Дверь позади нее захлопнулась с громким хлопком. Вере показалось, что у нее дежавю. И чем дальше по коридору продвигалась, тем сильнее оно становилось. И лишь, когда Вера дошла до уже знакомой развилки, чуть не завыла, окончательно убедившись, что Антиреальность вновь сыграла с ней злую шутку: вывела к тому же месту, с которого началось ее знакомство с достопримечательностями подвала. И дверь, к которой она так рвалась, выводила туда же, куда и вход в подвал.
   'Значит второй коридор - это своеобразный тупик. Или точнее сказать поворот в очередном круге ада', - уставшую от выходок Антиреальности, меланхоличную Веру потянула на философствование.
   Оставался только последний путь - прямо. Без оружия, без надежды на благоприятный исход и теперь уже точно с ожиданием на задворках сознания всего, что угодно, Вера двинулась по последнему неисследованному коридору.
   Пейзаж там, как и везде был неизменен. Лишь вместо хитросплетения труб по левую руку от Веры теперь проходила лишь одна из них на уровне груди. Она была шириной с ногу человека и ничем примечательным не выделялась. Вера, молча, шла вперед, не снимая ладони с рукояти ножа, прикрепленного на бедре. На всякий случай. Погруженная в свои безрадостные мысли, она не сразу обратила внимание, что помимо звука капающей воды, становившегося со временем и дальностью ее пути все менее уловимым, в коридоре появился еще один звук. Вера остановилась и прислушалась. Как ни странно, но другого сравнения или облечения в слова не было: он был мягкий и легкий, почти невесомый. Как будто кто-то полз или скребся, но без когтей. Вера огляделась в поисках источника, но ничего не увидела. Она была совершенно одна в коридоре. И здесь царила полнейшая тишина, за исключением этого слабого звука.
   Вера огляделась еще раз, и взгляд непроизвольно остановился на трубе. Других предположений все равно не было. Девушка осторожно, чуть ли не на цыпочках приблизилась к подозрительному предмету и приблизила ухо почти вплотную. Шорк, шорк. Да, звук был именно оттуда. Вера не стала больше размышлять, взяла нож и хорошенько прицелившись, рубанула по стыку труб. Последнее имеющееся у нее оружие не подвело, и труба с громким ржавым скрипом разъединилась. Одна ее часть слегка смялась и склонилась к земле.
   Вера смотрела на трубу, ожидая увидеть таинственных путешественников. О том, что это могут быть злые хоть и маленькие монстры, она даже не подумала. Ей было просто интересно узнать, кто издавал этот звук.
   Шорк, шорк. Он раздавался все ближе и ближе. Вера непроизвольно подалась вперед, не сводя глаз с отверстия трубы. Нож убирать она не стала, а все также держал перед собой, перехватывая рукоять поудобнее. Труба мелко завибрировала и из ее отверстия прямо на пол стали падать червяки, огромные толстые, больше похожие на раскормленных гусениц. У них были черные волосатые тела, извивающиеся при каждом движении. Маленькие бусинки-головки казались влажными и крутились в разные стороны, словно выискивая свою освободительницу из трубного плена. Из задней части червя торчало тоненькое красное жало, которое на конце было разделено на две части.
   Вера зажала рот рукой, сдерживая непроизвольный рвотный рефлекс. Она отнюдь не боялась насекомых, но вид этих существ вызывал лишь отвращение. Казалось, что они собрали все самое худшее, что было у всех представителей насекомых и объединили в своем кошмарном образе.
   Черви поползли в сторону Веры, безобразно извиваясь своими мохнатыми тельцами. После них на полу оставался влажный след.
   'Они не только с насекомых все самое худшее взяли', - с отвращением подумала Вера.
   Решив, что с нее хватит рассматривать данный дивный экземпляр, она пошла дальше. Но еще долго она не могла выкинуть из своих мыслей образ червей.
   'Если матушка-природа когда-нибудь воссоздаст нечто подобное, я перееду на другую планету. Остановите, я сойду'.
   Вскоре Вера успокоилась. Ненавистное шорканье все также раздавалось из трубы, но постепенно затихало. Поток ползущих по ней ослабевал. Непроизвольно Вера старалась держаться от нее подальше. Как будто даже касание металлической трубки было равнозначно прикосновению к червю.
   Вера уловила, что шорканье возобновилось и гораздо громче, чем раньше, не сразу. Лишь когда звук стал угрожающе нарастать, девушка посмотрела на трубу и даже приблизилась к ней. Но там уже никого не было.
   Вера замерла, пораженная своей догадкой, Медленно она обернулась. От увиденного чуть не подскочила до потолка, роняя парик и челюсть. За не следом двигалась настоящая лавина из тел червей. Они наползали друг на друга и извивались все быстрее и быстрее. Они хотели догнать ее, но явно не для того, чтобы поблагодарить за освобождение.
   'Это уже плохо', - Вера развернулась, и ускорил шаг.
   Но это не помогло. Звук ползущих по пятам тварей не только не стал удаляться, но даже приблизился. Вера на ходу обернулась и поняла, что так оно и было. В каком бы темпе не шла Вера, твари двигались быстрее и постепенно догоняли.
   Казавшиеся отмершими нервы, начали агонизировать, и Вера не выдержала и сорвалась на бег. Коридор начал петлять. Вера молилась об одном, чтобы он больше не ветвился, иначе она может заблудиться окончательно или попасть в тупик. Тогда твари накроют ее своей волной, и черт знает, что тогда случится. Она могла от банального - задохнуться под грудой тел, до - быть переваренной слизью или сожранной внезапно появившимися пастями с клыками. Она бы уже ничему не удивилась. Будь у них хоть тройной набор клыков белой акулы в брюшной части.
   Но коридор не петлял. Более того, впереди Вера увидела решение своих проблем так, кстати, подброшенное Антиреальностью. Вера добежала до неширокой, но глубокой ямы, неизвестно откуда взявшейся в полу подвала.
   'Ну, если это не вход в ад, то я балерина'.
   Не останавливаясь, она с легкостью перемахнула через небольшое препятствие. Затормозив свой слишком стремительный, но безуспешный бег, она повернулась к преследователям. Тяжело дыша, она наблюдала за приближением червей. Неожиданно ее прошиб пот, а в голове проклюнулась запоздалая, но не лишенная смысла мысль, что у них вполне может оказаться сюрприз. И сейчас они отрастят себе по паре чешуйчатых крылышек и полетят прямо на нее, выставив вперед свои отвратительные раздвоенные жала.
   Но, к счастью, ничего подобного не случилось. Как только волна докатилась до ямы, черви стали неживописными кучами валиться вниз. Но даже на лету их тела извивались, и они пытались ползти.
   'Прям как роботы. Завели и выпустили. А они пока совсем батарейка не сядет, будут делать то, что нужно, заложено в программу'.
   Вера подошла к краю и заглянула вниз. Дна у ямы не наблюдалось, но и конца потоку червей тоже. Они все валили и валили из-за поворота, порождая трением своих тел отвратительный звук.
   Вера облегченно вздохнула. Теперь про отвратительных гадов можно было забыть. Даже если вдруг яма не бездонна и поток червей превысит ее, то им потребуется много времени, чтобы наполнить ее и догнать девушку. Но Вера была уверена, что черви уже в истории.
   Она развернулась и уже медленно отправилась дальше. Коридор вновь стал прямым как кишка. Из прежнего антуража исчезла злополучная труба. Теперь стены и потолок были абсолютно голыми. Исчез и звук капающей воды. Убегая от червей, Вере было как-то не ко времени обращать на это внимания. Но сейчас она услышала долгожданную тишину. Ничто не нарушало ее в коридоре кроме звука шагов вынужденной гостьи. Даже свет ламп выровнялся и впервые за долгое время не мигал и не потрескивал.
   В общем, можно было сказать, что жизнь налаживалась. Вера почувствовала приближение к концу. И последние твари были плюсом к этому утверждению.
   'Хватит меня мучить', - несколько вяло подумала Вера.
  
   Коридор еще раз вильнул. Но Веру это уже не тревожило. Она помнила о своих недавних товарищах в путешествии, и шла осторожно, больше ни к чему не прикасаясь и не замечая таинственные звуки и шорохи, если только это не было что-то по-настоящему серьезное, что могло, например, означать присутствие в коридоре большого и сильного монстра. На таких у Веры сейчас не было ни сил, ни возможностей. Она осталась без оружия совершенно беспомощная даже перед Кузнечиком. Да, она завалила одного монстра с помощью ножа, но тогда были особые обстоятельства. Она находилась в состоянии аффекта. И сейчас уже вряд ли бы повторила этот подвиг.
   Честно говоря, Вера даже не представляла, как будет валить главного босса, которого встретит перед тем, как надрать задницу маленькой противной твари и отобрать у нее ключ от свободы. И это страшило. Сноровки и ловкости у нее все же не доставало. Реакция хоть и успела улучшиться за время путешествия по этому миру, но также была недостаточной. Что ни говори, а положение было, мягко говоря, бедственным. Хотя можно было совершить идиотский поступок и вернуться назад за оружием. Но это было бы чистым самоубийством. Во-первых, не факт, что склад еще существует и на обратном пути она не встретит новых монстров. А во-вторых, вполне могло статься так, что Антиреальность раскрутит свою шахматную доску, и очертания института изменяться до неузнаваемости, и Вера еще очень долго и долго будет вновь искать тварь с ключом. А это означало бы еще прорву времени, проведенную в негостеприимной Антиреальности, рискуя своей жизнью. И не факт, что она не тронется окончательно умом за это время. Проверять и рисковать не хотелось. Поэтому она решила идти только вперед и как настоящий русский человек надеяться на авось.
   'Авось всех побью и вернусь домой'.
  
   Вера шла вперед, думая о недалеком будущем. Она почти прошла мимо какого-то предмета, висевшего на стене. И не обратила бы на него внимания, если бы краем глаза не уловила изменение в составляющих пейзажа подвала. Вера сделала шаг назад и повернулась. Это был коллаж. На большой деревянной доске были в произвольном порядке прикреплены фотографии и листочки с разными надписями. Глаза Веры захотели выпрыгнуть и убежать, чтобы не видеть этого. На снимках она узнала себя. Также там присутствовали и все убитые ею монстры. Фотографии были сделаны в самых разных частях института. Здесь был весь ее путь от начала до конца. В самой середине коллажа Вера увидела фотографию, от которой неприятно екнуло сердце. На снимке была изображена она, сидевшая за партой. Вернее спящая за партой. Это было именно то, с чего все началось. Ее лицо выглядело таким спокойным и безмятежным, что создавало довольно контрастное зрелище с развалинами, царившими вокруг нее. Наверняка любая выставка фотографии заинтересовалась бы таким снимком.
   'Что не говори, сделано с душой', - Веру передернуло.
   Рядом со снимкой был прикреплен обрывок бумага с надписью, написанной большими жирными буквами: 'Неудачница'. Даже глупому и недалекому человеку было бы понятно, что именно так ее прозвала Антиреальность, прикрепив глумливую записку к фотографии.
   'Очень мило', - но Вера была абсолютно спокойна, что ей мнение какой-то психованной истерички с наклонностями палача.
   Она продолжила рассматривать снимки. Некоторые были смазанными, но большинство удались. Часть фотографий показывала происходившее событие в действии. Особенно впечатлил Веру снимок из библиотеки. Очень удачно был пойман момент, когда на нее прыгнул Тигр. Здесь были фотографии и в фас, и в профиль, и снизу, и сверху, и в полный рост, и до пояса. Иногда только какая-то одна часть тела. Например, снимок, где Вера получила рану в ногу, демонстрировал летучую мышь, впившуюся ей в конечность. На снимке так отчетливо были видны капли крови, что поначалу их можно было принять за брызги на фотографии. Вот Вера прыгает, уклоняясь от монстра, а вот она палит из своей пушки, вот она над лабораторией смотрит на бесчинствующего внизу Циклопа, а здесь она трепыхается как кукла в лапах Грязи. Была здесь и фотография ее рукопашной с чудиком в медпункте. А снимок, где она лихо выворачивает руль, давя зомби на самом верхнем этаже института, ей даже захотелось оторвать и забрать с собой на память. Она бы так и сделала, если бы это было возможно.
   'Представляю, какой фурор я произвела бы, продемонстрировав такой снимок. Хотя, все сразу бы сказали, что это фотошоп. И уже на следующий день принесли бы мне свои снимки с пришельцами, строительства пирамид в древнем Египте, в пасти у акулы, пати в честь жертвоприношений Майя или в обнимку со снежным человеком'.
   Не без удивления Вера отметила, что здесь присутствовали снимки и ее последней битвы с Воздушным шариком. А также снимок, где она стояла рядом с ямой, в которую падали черви.
   'Фи, какая мерзость, - Вера скривила носик, - Это было явно лишним'.
   Вера смотрела на коллаж и удивлялась, как ей удалось столько продержаться. Как она смогла в одиночку уничтожить столько монстров. И сколько уже раз она оказывалась на волосок от гибели. Тут же вспомнила высокого симпатичного Хранителя, и ей стало грустно. Вот уж без кого было бы гораздо трудней освоиться и понять, что именно нужно делать. По крайней мере, она так никогда и не узнала бы, что произошло, как она здесь оказалась, где это - здесь и зачем оно нужно. Правда от знаний как-то легче не становилось и заметных сдвигов в выживании не наблюдалось. Она не верила, что прошла это все, что положила столько тварей. Сейчас Вера смотрела на их кошмарные зубасто-клыкастые морды, на чешуйчато-волосато-лысые тела, на длинные когте-крылья и только вздыхала. Смотреть на них было жутко. Один Циклоп или Киборг чего стоили. Во время битвы ты как-то не думаешь об их внешнем виде. Тебе совершенно некогда пугаться или думать: 'Боже, как отвратительно они выглядят'. Времени не всегда хватает даже на то, чтобы просто нажать на курок.
   Вера наткнулась на фотографию, сделанную в бассейне. Она увидела себя, а рядом скользкие тела черных змеев. Веру замутило. Она поспешно отвела взгляд от этого ужасного снимка. Захотелось сорвать его и разорвать на сотню маленьких клочков. Рядом с этой фотографии тоже была записка. На бумажке значилось: 'Страшно?' И в конце была пририсована улыбающаяся рожица аля смайлик.
   'Это уже настоящее глумление!', - Вера ударила кулаком об стену.
   Переполнявшее ее негодование перекрыло резкую вспышку боли в покалеченной руке.
   Вера решила, что хватит с нее фотографии и пошла дальше. Но оказалось, что коллаж это еще далеко не все сюрпризы, которые ей приготовила Антиреальность, будь она трижды проклята.
   Вера шла по коридору. На стенах висели плакаты с изображением убитых ее монстров. Это больше было похоже на экран телевизора, ибо с каждой секундой изображение менялось, показывая монстров то с одной, то с другой стороны. Словно они были товаром, выставленным на продажу или на ярмарке для покупателя, или просто любопытного проходившего мимо. Сверху над каждой картинкой была прикреплена табличка с именем, которым окрестила его Вера. А также значилось, сколько часов назад он был убит.
   Брови Веры непроизвольно поползли вверх от подобной скрупулезности, глупости и абсурдности. Однако благодаря этому она узнала, что находится на площадке этого мирка уже больше четырех суток, хотя самой девушке показалось, что уже гораздо больше. Будто здесь прошла почти вся ее жизнь. Минуты были слишком долгими, превращаясь в часы, а то и дни. Порой Вере уже не верилось, что когда-нибудь это закончится, и она вырвется отсюда.
   Она все это время стояла у плаката первого монстра. Но тут изображение Кузнечика сменилось на нечто новое и неожиданное. Вера увидела симпатичного парня примерно одного с ней возраста. Внизу кривыми буквами, словно левша писал правой рукой, были выведены имя и причина смерти.
   'Алексей. Умер, случайно угодив под пулю'.
   Больше ничего не значилось. Между тем изображение симпатичного улыбающегося паренька вновь сменилось отвратительной мордой монстра, в которого превратился умерший в Антиреальности Алексей.
   'Под пулю? А кто стрелял? Не монстры же!'
   Над этим стоило подумать. Так как это было очень интересно и наводило на некоторые мысли. Не очень приятные, впрочем. Вера пошла дальше по самодельной галерее, глядя на уничтоженных монстров. Но когда их противные клыкастые морды сменялись человеческими лицами, Вера отворачивалась. Ей было больно смотреть на этих людей. Некоторые из них были еще совсем молоденькими. Моложе ее. У них не могло быть ни сил, ни характера, чтобы все это пережить. Но Антиреальности было, по-видимому, все равно. Она не делала различий. Если такие понятия у нее вообще существовали.
   'Сколько их уже здесь и сколько еще пополнит ряды ее армии', - Вера опустила голову. Волосы, затянутые в хвост, качнулись и закрыли правую сторону лица, словно пытаясь отгородить ее оттого, что развешено на стенах. От того психологического удара, который стремилась нанести Антиреальность, подавляющего, подминающего, погребающего, затапливающего мозг липким страхом, тупым отчаянием и глупым сожалением. Но Вера даже не представляла, что ждет ее впереди. Основной удар она получила, подойдя к двери, которой заканчивался этот кажущийся бесконечным коридор. Там был самый большой плакат и на нем был изображен Хранитель, улыбающийся, симпатичный и кажущийся таким живым. Казалось, что он сейчас сойдет с листа бумаги и подойдет к ней, и спросит в своей обычной манере, как это она зашла так далеко без его помощи. Вера во все глаза смотрела на него, на блестящие глаза, на улыбку. Она почувствовала, как к глазам медленно подбираются слезы, чтобы выплеснуться горячим потоком скорби. Она смотрела на засаленный в грязных пятнах лист бумаги с изображением человека, который за тот короткий период, что они провели вместе, стал для нее родным человеком. Он был просто человеком. Единственным, на кого она могла здесь положиться, единственным, к кому она могла повернуться спиной, кому могла доверить свою жизнь. Рядом с которым она могла заснуть, не опасаясь за свою жизнь. Но он остался далеко позади. И вот сейчас он вновь всколыхнул ее сознание, затопив душу горечью потери, ядом невозможности, давая понять, взвесить и оценить уровень потери.
   Вера протянула руку и осторожно, словно это могло разрушить миг, коснулась плаката. С нежностью провела по щеке изображения, сглотнув предательские слезы. Она не хотела плакать, ведь уже была большой девочкой и не могла предаваться пустому занятию.
   Взгляд Хранителя казался живым, и Вере чудилось, что он смотрит на нее, что улыбается ей, словно хочет ободрить, поддержать, сказать, что всегда с ней, пускай и не в физической форме. И Вера улыбнулась. Широко и открыто. Словно Хранитель мог это увидеть. Словно отвечала на адресованную ей улыбку, говоря, что да, все в порядке, я все знаю, я все помню, я все смогу. Но это было неправдой. Хранитель уже никогда ничего не узнает. И быть рядом он тоже не может. Он подневолен. Может делать только то, что захочет Антиреальность. Если она скажет ему: 'беги', он побежит. Если она скажет ему: 'стреляй', он будет стрелять. Если она велит ему умереть, он умрет. И снова, и снова, и снова. Вечность. Бесконечное количество раз. Сколько людей уже перевидал, скольким помогал, сколько раз погибал, знал только он и Антиреальность, чьим капризом это было. И каждый раз наверняка это было мучительно больно. Антиреальность любила театральные эффекты. А что может быть зрелищней Хранителя, умирающего у кого-нибудь на руках, после сцены жестокости и насилия в отношении него.
   Вера сдержала новый порыв слабости и загнала соленую влагу обратно. Ей так хотелось вновь увидеть Хранителя, ощутить поддержку, уткнуться в его плечо и сидеть так, наслаждаясь теплотой человеческого тела, чувствовать то родство, что установилось между ними. Пускай он и не был настоящим человеком и никогда не видел ничего кроме искусственного мира Антиреальности. Он стал человеком для нее. Он был ее другом, помощником и соратником. Он был ее наставником, хранителем. И ей его не хватало. Она боялась, что может не справиться, не дойти до конца игры. И нуждалась в совете, в его мнении, да пускай бы он даже накричал на нее. Было все равно. Ей необходимо было человеческое участие. Да просто человеческое присутствие. Но она была одна. Антиреальность как давала, так и забирала. Била по самому больному, точно зная, куда и когда наносить удар.
   Вере захотелось сорвать плакат. Забрать его с собой, чтобы она могла время от времени разворачивать его и смотреть на своего исчезнувшего друга. И получать тем самым хоть каплю заряда бодрости. Но тут картинка сменилась. Вместо симпатичного знакомого и такого родного лица на плакате появился отвратительный монстр. Тот самый, что убил хранителя, пронзил его тело своим рогом. Вера словно смотрела мини-фильм. На изображении появился Хранитель безуспешно пытавшийся защититься от монстра. Но тот успевает добраться до него раньше, чем раздается выстрел. И тело Хранителя содрогается от страшного удара. Следующая картинка показывает лежащего на полу Хранителя. Он бледен, его тело дергает конвульсия, а пол заливает кровь. Губы шевелятся, глаза закатились. И понятно, что осталось ему совсем недолго.
   Вера отступает назад. Она зарывает рот рукой, чтобы не закричать. Слезы с новой силой рвутся наружу. Ее сердце рвется от увиденного. Оно вновь заставляет ее пережить потерю другу. Вновь увидеть то, что произошло. Воссоздает страшные картины прошлого, которое хочется забыть, навсегда выкинуть из своей памяти.
   А потом Веру охватила злость. Настоящее безумство, когда мозг полностью отключается, и телом безраздельно завладевает дикая первобытная ярость. У нее лишь одна цель - жажда мщения - и сейчас она нашла выход. Вера стала кидаться на дверь. Она хотела выбить ее и поскорее добраться до монстров. Сейчас она была способна рвать их на куски зубами, вырывать клочья из их тел голыми руками. Она хотела мстить. И сейчас ничто не могло остановить ее в этом стремлении. Она билась в закрытую дверь снова и снова. Она кидалась на нее и рычала как раненая кошка. Она молотила по двери кулаками, била ее ногами. Кричала, ругалась, посылала Антиреальность в места не очень приличные, говорила, как она ее ненавидит, какое она ничтожество, беспринципная тварь. И прочие гадости срывались с ее языка острыми стрелами, которые, к сожалению, не могли ужалить, а лишь осыпались бесполезной грудой хлама.
   Когда ярость улетучилась без остатка, Вера обессилено опустилась на пол. Это было дикое чувство, и оно выпивало все эмоции и все силы. Вера посмотрела на плакат. Но лист был чист. Грязные пятна так и остались, но Хранитель исчез. Его больше не было. Никакого. Ни живого, ни мертвого. Вера сидела на полу. Ее невидящий взор уставился в одну точку где-то возле ног. Она не шевелилась. Лишь дыхание изредка вырывалось из нее. Болело плечо, которым она билась о дверь. Его жгло огнем подобным огню ярости опалившим ее душу. Но Вера не обращало на это внимание. Она была пуста, выжата как лимон и сейчас ни чего не чувствовала, ни на что не реагировала. Она даже почти не думала. Она превратилась в замершую точку. Отстраненное лицо, отсутствующий взгляд. Она была не здесь и одновременно тут. Она хотела исчезнуть и раствориться. Но одновременно с этим она хотела никогда здесь не появляться. Ее душа безмолвно плакала. Она оплакивала умершего на ее руках Хранителя. Она оплакивала себя, попавшую в лапы Антиреальности. Она оплакивала того человека, которым была раньше, и который сгинул в мире Антиреальности. Она оплакивала всех тех ребят, которые умерли здесь раньше и которые вновь умерли от ее руки, всех кому еще предстоит пройти через ад и умереть здесь, на арене Антиреальности. Со стороны могло показаться, что она впала в транс, но это было не так.
  До сознания очень медленно, но дошло, что где-то сбоку раздался непонятный звук. Вера повернула голову и увидела, что массивная железная дверь, на которой висел треклятый плакат, приоткрыта.
  'Хм, видимо, не терпится уже столкнуть меня с главным боссом', - по губам скользнула злая усмешка.
  Но как бы то ни было, она решила, что пора двигаться дальше. Пусть шансов почти не осталось, а надежда давно сгорела и обратилась в прах, сидеть и ничего не делать - не вариант.
  'Лучше погибнуть в бою, чем смиренно ждать, когда нападут на тебя сдавшуюся и раздавленную'.
  Толкнув тяжелую дверь, Вера увидела длинный узкий коридор, скудно освещенный сеткой светильников под потолком. На губах вновь появилась усмешка, но сползла, как только ей показалось, что в конце коридора, там, куда не дотягивался свет последней лампочки, мелькнул до боли знакомый силуэт. Девушка замерла на месте, и округлившимися от удивления глазами стала всматриваться в темноту. В сердце нестройным хором запели вера и надежда, восставшая из праха. Звук удаляющихся шагов гулко разнесся по коридору, и стало понятно, что тот, кто стоял за границей света и поджидал ее в этом коридоре, уходит.
  - Стой! - Вера, наплевав на осторожность и разумность, не допустив даже мысли, что это могло быть обманом или иллюзией, бросилась вперед.
  Но завернув за угол, оказалась точно в таком же коридоре, упирающемся в дверь идентичную той, что вела сюда. И именно сейчас она захлопнулась, отрезав Веру от призрака, что неожиданно стал явью.
  'Новое развлечение? - хмыкнула девушка, - Ну-ну'.
  Но за то, чтобы вновь увидеть Хранителя, она готова была сыграть. Потратить время и силы. Этот приз стоил того. Вера подошла к двери, дернула за ручку, толкнула и... ничего не произошло. Изумленная девушка повторила попытку, но она вновь не увенчалась успехом. Дверь была заперта. Тот, кто вошел в нее, кем бы он ни был, закрыл ее, отрезая путь.
  'Да вы издеваетесь!' - Вера была почти в бешенстве.
  Она закинула руку за спину, дабы вытащить пушку и разнести все тут к чертям. Но нащупала лишь пустоту, и до нее дошла запоздалая мысль, что арсенала она своего лишилась. А ковырять дверь ножичком занятие неблагодарное и бесперспективное. Пнув для острастки дверь ногой, она стала осматриваться в надежде, если не на альтернативный путь, то хотя бы на подсказку. Но другой путь все же нашелся. Справа обнаружился люк с призывно, словно заманивая, откинутой крышкой.
  'Если это не вход в ад, то я - почка осьминога'.
  Вера приблизилась к раззявленному люку и с опаской заглянула внутрь. Но оттуда, как ни странно, никто и ничто на нее не бросилось. Однако благоухало внизу так, что запершило во рту и забило нос.
  'Надеюсь, на входе раздают противогазы, иначе никаких монстров с такими ароматами не нужно. Пришибет, не успею спуститься', - Вера резко отпрянула, попутно прикрывая нижнюю часть лица.
  Оторвав небольшой лоскут ткани от одежды, она замотала себе рот и нос, чтобы хоть бы частично погасить удушающий аромат благовоний, издаваемых из люка. И лишь после этого решилась на спуск.
  Металлическая узкая лестница с не менее узкими ступенями угрожающе затряслась и заскрипела под весом тела девушки, но устояла. Оглядываться было бессмысленно. Более всего это напоминало медленный спуск по кротовой норе, настолько там было узко. Чтобы коснуться стен позади, впереди и с боков, не нужно было даже протягивать руку, достаточно было слегка отклониться. Вера никогда не страдала клаустрофобией, но тут ей стало не по себе. Неизвестно насколько глубоко ей придется спуститься, и мысли о том, что внизу может быть такое же узкое пространство, не добавляли оптимизма.
  'Кажется, спуск затянулся', - Вера уже сбилась со счета, сколько продолжается эта пытка лестницей, и в который раз она уже привалилась к ржавым ступенькам, чтобы передохнуть. Ей стало уже настолько все равно, что ни запах, ни клубы пара, что иногда поднимались со дна раскинувшейся под ногами преисподней, не были помехой.
  Когда испарения стали интенсивнее, у Веры мелькнула мысль, что, возможно, это означает, что ее спуск вскоре закончится, и она таки ступит ногами на что-то менее шаткое, валкое. И оказалась права. Не успела она сосчитать даже до первой сотни, как лестница кончилась, ознаменовав, что ее путь приблизился к конечной точке.
  'Финал, мать его', - Вера нащупала последнее из имеющегося оружия.
  На удивление осознание этого, как и того, что развязка близка, не угнетало и не вводило в депрессию, а обнадеживало и даже придало воодушевления. Поудобнее перехватив железяку, Вера бодро двинулась по короткому коридору, ведущему всего в одну сторону к распахнутой настежь двери. Но перед тем как сделать последний шаг, отделяющий ее от следующего помещения, ее неожиданно осенила мысль.
  'Ведь это действительно конец. За этой дверью меня ожидает последнее самое сложное испытание'.
  Вера перевела взгляд на холодное оружие у себя в руках, критически оглядела грязную порванную одежду, израненные ноги. Но потом резко вскинула голову и, сорвав ненужную, да и бесполезную защиту от запаха с лица, смело сделал шаг вперед.
  
  Сны бывают как приятные, так и вызывающие противоположные эмоции. Они могут быть населены людьми, что радуют нас, но бывают и наводнены чудовищами, придуманными, которые пугают нас с каждого экрана телевизора или обложки книги, или о которых мы когда-то слышали в детстве, а, может, придумали сами. В глубине подсознания плещется темнота, что способна порождать худшие из худших кошмаров, которые только и ждут, когда ты закроешь глаза, чтобы выпустить когти, ощерить пасти, оплести, связать, уничтожить. Именно там, в этой темноте прячутся самые жуткие вещи, с которыми приходится или приходилось сталкиваться в реальной жизни. Для девочки Веры осознание этого еще впереди, как и сонм ночных кошмаров, что неотступно будут теперь преследовать ее из ночи в ночь, чтобы она никогда не забыла того таинственного и пугающего места, в которое однажды попала.
  
  Вера очнулась на холодном бетонном полу в стерильной белоснежной комнате. Еще не успев отойти от сна, и поверить, что толпы чудовищ, что гнались за ней с намерением разорвать, поглотить, неправда, она удивленно стала осматривать помещение. Она не помнила, как могла тут оказаться. Окинув себя взглядом, вскрикнула: одежда в кошмарном состоянии, залитая чем-то темно-бурым и с многочисленными прорехами. Но стоило взгляду упасть на нож, что лежал неподалеку, отбрасывая серебристые блики в лучах ярких ламп, как воспоминания, словно булавки стали вонзаться в ее воспаленный мозг.
  Обхватив голову руками, Вера закрыла глаза и закричала. Ей казалось, что если это не сделать, то просто взорвется и внесет некое разнообразие в цветовую гамму комнаты, нарушая белизну и стерильность.
  'Это....это...это просто', - а дальше цензурные слова кончились.
  Вера понимала, что спасение не дастся ей легко, и была готова почти ко всему. Но только не к этому. Того, что ее просто усыпят или ударят, или отключат и переместят неизвестно куда. Это деморализовало ее настолько, что она уже почти готова была сдаться.
  'Сколько это может продолжаться!' - Вера заскулила.
  Ее фантазия уже воспроизводила, что она находится в стенах какой-нибудь жуткой давно покинутой психиатрической больницы - декорациях к фильму ужасов, кои в обилие штамповали современные талантливые и не очень киношники. И ей придется начинать все снова, сначала искать путь, а потом вновь пытаться добраться до конца квеста, чтобы попытаться отбить свободу. А потом ее вновь переместят, и все повторится. А может никогда и не закончится. И будет Вера блуждать тенью по хитроумным площадкам Антиреальности, пока ее все-таки не убьют или она, не выдержав, не пустит себе пулю в лоб.
  'Вдруг Хранитель мне соврал, и нет выхода из Антиреальности. А ее портал работает только на вход'.
  Лишь усилием воли ей удалось подавить новую порцию всхлипываний.
  
  То ли она настолько ко всему привыкла, что перестала по-настоящему переживать, то ли все происходящее настолько закалило, что подсознательно она была готова к любому исходу. Но пришла она в себя довольно быстро. Стерев рукавом рваной куртки последствия истерики, она подхватила с пола нож, последнее оружие и стала деловито осматривать помещение. Дверь обнаружилась сразу, неприметная, выделялась только ручкой. Вера не стала откладывать дело в долгий ящик и мучиться мыслями, давая буйной фантазии подсовывать картины того, что может ожидать за этими стенами, она потянула ручку. С легким щелчком та отворилась, знаменуя окончание передышки и продолжение бесконечного пути.
  'Досадно, но факт: Антиреальность подставляет именно тогда, когда больше всего этого не ждешь. А вот когда ты готова, все слишком просто, пугающе просто'.
  Темно было настолько, что Вера не увидела ничего. Казалось бы, просвечивающие до самых костей, яркие лампы комнаты должны были разогнать хотя бы часть мрака за дверью. Но даже им не удалось с этим справиться. И девушке не оставалось ничего другого, как пожать плечами и шагнуть. Первый шаг, медленный и аккуратный, с опаской, рука сильнее сжимает рукоять; второй шаг, вся предельно насторожена и взвинчена. Она то и дело смотрела вправо, влево, перед собой, но это было также бесполезно, как искать черную кошку в менее темной комнате. Третий шаг уже более уверенный, четвертый, пятый, паузы между ними стали сокращаться. Чувство дискомфорта не пропадало, но то, что до сих пор на нее никто не бросился и не проявил свое присутствие посторонними звуками: рычанием, визгом, криком, шорохом уже вселяло оптимизм.
  И когда Вера уже уверилась, что это просто прогулка по темному помещению, которое должно привести ее хоть куда-то, где продолжатся испытания, и она сможет понять, где находится и чем ей это грозит, реальность сделала кульбит. И она вместе с ней.
  Длинный затяжной спуск вниз по желобу или ко дну колодца, и Вера оказалась на полу. Ударившись больной ногой, она чертыхнулась, но легче не стало.
  'Ну, конечно, думала достигла дна ада, ан нет, есть еще, куда стремиться', - потирая ушибленные места подумала Вера, глядя на крышку люка, на которой очутилась или точнее на которую приземлилась.
  Но когда разглядела, где очутилась, то даже думать забыла об ушибленных конечностях и других, более мягких частях тела. Круглая зала, довольна большая, но противоположные стены видно, четыре распахнутые настежь двери друг напротив друга, словно кто-то пометил части света (только не говорите, что мне придется все это исследовать?!), и по большой колонне между ними. Вера приблизилась к одной из статуй, изображавших девушек с большими на старинный манер светильниками в руках - единственными источниками света. Она едва достала той до пояса.
  'Интересный экземплярчик, - девушка усмехнулась, - Может она себя мнит такой красоткой'.
  От созерцания прекрасного Веру отвлек звук за спиной. Повернувшись, она увидела, как люк, на который она почти благополучно приземлилась, начал отдвигаться в сторону. Из темного провала, тут же рванули ввысь клубы пара и показалась знакомая морда.
  'Ну, наконец-то! - Вера вцепилась в нож, позволяя сознанию и разыгравшейся фантазии подсовывать кровожадные сценки, где она медленно с чувством расчленяет зеленую тварюшку, что посмела украсть у нее ключ, - Главное не спугнуть'.
  Она вжалась в статую, чтобы ее не заметили раньше времени, ибо пока спасительная глубина колодца была ближе, чем лезвие ее ножа. Тварь же тем временем решила прогуляться к ближайшей к ней двери и медленно пошлепала вперед. Вера восприняла это как знак. Тихо, стараясь даже не дышать, она отошла от своего укрытия и двинулась за ней. Когда безобразной образине оставалось всего пару шагов, чтобы скрыться в коридоре, Вера, отбросив скрытность, метнулась вперед и успела захлопнуть дверь перед самым ее носом. Тварь ощерилась и, прошипев, метнулась в сторону.
  - Не уйдешь гадина, - Вера бросилась следом и одним быстрым движением рассекла правую ногу.
  Тварь неуклюже заковыляла, разбрызгивая зеленоватую жидкость, заменявшую ей кровь. Поняв, что теперь шансы на побег сократились и стремительно несутся к нулю, она повернулась к преследовательница и вновь ощерила пасть с мелкими зубками.
  - Зря скалишься, тварь, - Вера помахала ножом и стала медленно приближаться к чудовищу, - У тебя есть кое-что мое.
  Вера могла поклясться, что на физиономии твари мелькнуло подобие улыбки, так словно она поняла, о чем речь или задумала великую подлянку. В ее лапках мелькнул серебристым росчерком ключ, чтобы тут же пропасть в глотке. Образина его просто заглотила и после вновь уставилась на девушку, довольно поблескивая глазками-бусинками.
  - Нет! - вопль, казалось, слышали во всем помещении института, что создала Антиреальность.
  Сделав глубокий вдох, она взяла себя в руки, решив, что это не проблема, а лишь небольшая трудность.
  'Хорошо, поиграем в патологоанатома. И по фиг, что пациент еще жив'.
  С недвусмысленными намерениями и зверским выражением лица, Вера двинулась на образину. Но все не могло закончится так просто. Тварь вдруг дернулась и завалилась на пол, где продолжила биться в конвульсиях.
  - Э нет, так не пойдет. Рано тебе еще умирать, - Вера хотела было кинуться вперед, но увиденное заставило ее отшатнуться и сделать пару шагов назад.
  Тварь начала увеличиваться в размерах и менять облик, как гребанный оборотень. У Веры сложилось впечатление, что кто-то надувает ее изнутри. И это было бы комично и напомнило надувание лягушки, если бы не было так жутко. Поняв, чем ей это грозит, и что надежда на получение ключа тает с каждой секундой, она предпочла слиться с одной из статуй. Но понимала, что это укрытие весьма ненадежное. И стоит лишь твари повернуться в ее сторону, как игра в прятки закончится.
  'Может спрятаться от нее в одном из коридоров, - мелькнула спасительная мысль, и Вера даже бросила короткий взгляд в сторону ближайшей двери, но тут же отмела трусливую идею, - Ага, а ключ все равно добывать как-то надо.
  Раздувшаяся тварь стала высотой с каменных девушек, что держали в своих руках светильники. Ощерив ставшую немаленькой пасть с жуткими клыками, она медленно стала обводить комнату черными, лишенными зрачков глазами. Увидев скромно жмущуюся к колонне девушку, она издала булькающий звук и поковыляла к добыче. Рана на ноге, что она успела нанести все еще кровоточила и не позволяла монстру быстро двигаться. Чем девушка не замедлила воспользоваться.
  А потом были гонки, игры в догонялки, скачки и салочки. Вера вспомнила однажды виденный бой в компьютерной игре. Тогда ее братец изменил своей привычке играть в жуткие стрелялки и променял их на диск с драками. Там его маленький юркий боец пытался завалить здорового здоровяка-сумоиста раза в три его больше. Он лавировал между конечностями неповоротливой туши и наносил удары, тем самым сделав противника и не получив ни одного ранения.
  Вера мысленно похвалила себя за мудрую мысль, пришедшую как никогда во время и решила применить этот прием. Пару раз ей даже удавалось чиркнуть ножичком по зеленоватой коже твари, но потом ее чуть не зажали в узком пространстве между статуей и стеной. Лишь чудом успев поднырнуть под хвост и получив промеж лопаток, она отбежала на спасительное расстояние.
  'Долго я так не продержусь', - мелькнула тревожная мысль.
  Хотя такой вывод можно было сделать не только из-за наличия новой травмы к прочему букету порезов и ушибов, но и из-за участившегося дыхания и бисеринках пота, что обильно собрались на лбу и висках.
  Но Антиреальность не была бы собой, если бы сюрпризы на этом не закончились. Вера скорее почувствовала, чем услышала, что позади нее из коридора кто-то или что-то приближается.
  'Все, зоопарк на выгуле'.
  Метнувшись к двери, она быстро захлопнула ее и задвинула засов, пока обладатель восхитительно сверкавших из темноты и стремительно приближавшихся глазок не подоспел на подмогу раздувшейся твари - любительнице пожирать ключи.
  'Одна есть!'
  Миновав мелькнувший слишком близко от лица хвост, Вера подбежала к следующей двери и проделала те же манипуляции. Тут же с той стороны кто-то с силой приложился об возникшую преграду и послышался вой. Вериной фантазии даже послышалось, что в этом вое были обиженные нотки. Но с последней вышла заминка. Тяжелая железная дверь поддавалась с трудом, и одной из тварей удалось проскочить, прежде чем засов опустился на законное место, отрезая остальных от основного места событий и по совместительству места генерального сражения.
  Вера готова была проститься с жизнью, ожидая, что выползшее из тьмы чудовище какой-нибудь Тигр или Хамелеон, но нет, чудеса случаются даже в таких местах, как Антиреальность.
  'Зомби?! Пффф, испугали ежа голой попой'.
  Но все-таки к атаке сразу с двух сторон она оказалась не готова. Хоть оживший мертвяк был медлителен и глуп, а тварь ранена и истекала кровью, они чуть несколько раз не прижали Веру к стене, закончив тем самым поединок. Уходя из зоны доступа когтистых лапок, она чуть не угодила в объятия зомбяка, но разворачивающаяся вслед за убегающей жертвой тварь, не метко (или наоборот, метко) хлестнула своего случайного помощника хвостом так, что тот отлетел к противоположной стене.
  'Офигеть инструмент. Себе что ли хвост отрастить'.
  Надежды на то, что для зомбяка это было фаталити, растаяли как дым. Тот поднялся и подволакивая одну из ног и таща на буксире повисшую плетью конечность вновь двинулся в сторону не в меру ретивой жертвы.
  А потом была каруселька. Площадка пришла в движение, закружившись и закружив.
  'Вертящееся солнышко. Как мило', - Вера вцепилась в ближайшую статую, чтобы ненароком не оказаться растоптанной чудовищем.
  Но тому тоже не понравилось неожиданное и стремительное изменение ландшафта. Оно распласталось по полу всеми своими конечностями и истошно завыло.
  'Какой пугливый зверек!' - не удержалась Вера от глумливой ухмылочки.
  Но с еще большим удовлетворением она наблюдала, как мотает туда-сюда бедного зомби, то и дело прикладывающегося к стенам и к полу. Он замер в опасной, почти непозволительной близости от разверстой пасти люка, когда свистопляска прекратилась. И Вера не отказала себе в удовольствии воспользоваться этим шансом. Пока тварь отдирала себя от пола и приходила в себя, она подбежала к шатающемуся мертвяку и с силой толкнула его, получив огромный заряд радости от громкого плюх, когда тело встретилось с водой. Удостоверившись, что тело пошло ко дну, дабы уже точно успокоиться и упокоиться, она повернулась к твари. Но слишком поздно. Она непозволительно надолго отвлеклась, наслаждаясь маленькой победой и пропустила удар.
  'Ай, больно', - мысль пришла раньше, чем она рухнула на пол после встречи со стеной.
  А довольная тварь уже бодро перебирала лапками (хотя какие они теперь лапки!) в ее сторону. Вера с трудом приняла сидячую позу и оттерла нос рукавом. Увидев, что он весь перемазан свежей кровью, поняла, что, похоже, гонка для нее закончена.
  'Прости меня, Хранитель, я не справилась', - Вера уже мысленно прощалась с жизнью, вспоминая все время проведенное на курсах молодого бойца, созданных Антиреальностью.
  Но вспоминать кроме Хранителя, его слов поддержки, подколов и просто улыбки ничего не хотелось. Их разговоры, как он все показывал ей, рассказывал.
  'Пошутил тогда про какую-то сирену, - Вера улыбнулась окровавленными губами и тут же поморщилась от боли, - Что это такое? И где мне это взять?'
  Но ответы на вопросы искать уже было некогда. Тварь уже тянула к ее израненному тельцу свои загребущие когтистые лапки.
  'Антиреальность наделила тебя еще одним оружием. Это оружие ты сама. Ты можешь своим голосом воздействовать на монстров, - всплыли в голове слова Хранителя, - А чем черт не шутит. Пою я действительно хреново, может тварь удавится от ужаса или подавится собственным хвостом'.
  И Вера запела, сначала еле слышно, борясь со странным бульканьем в горле. Тварь на первых же словах удивленно замерла, смешно застыв с вытянутыми лапами буквально в нескольких миллиметрах от лица девушки, но когда темп и громкость стали возрастать бешено завращала глазами и, издав противный квакающий звук, начала отступать.
  Увидев, что у нее получается, Вера нашла в себе силы подняться и стала наступать на тварь, теперь уже она теснила ее к стене, желая, если не впечатать ее туда, то хотя бы размазать. Закончив одну песню, она сразу же начинала другую. Увидев, что монстр попытался зажать лапами уши, но они оказались для этого слишком коротки, она решила больше не размениваться на мелочи и закричала. Долго, протяжно, громко. Тварь зашипела и вдруг начала вновь разрастаться.
  'О нет, только не это', - Вера испугалась и подумала, что сделала что-то не так.
  Но это продлилось лишь краткое мгновение. Достигнув своего предела, тварь взорвалась и ошметками, сгустками разлетелась по помещению, пометив все двери, статуи и даже Веру.
  'Ну блин, теперь я в лягушачьем дерьме', - Вера брезгливо поморщившись попыталась оттереть лицо.
  Но этот дикий коктейль из крови своей и чужой уже не подавался отмыванию, или куртка была уже грязнее лица.
  'Ключ!' - полоснула мысль.
  Вера стала озираться в поисках такого необходимого предмета. Он лежал возле одной из дверей, тускло поблескивая. Вера с трудом переставляя ноги доплелась до него. Схватив, тут же прижала к груди, как самое дорогое сокровище на свете. Но для нее он был именно таким, ведь это был не просто ключ, а ее надежда, путь на свободу.
  Скрежет сверху и посыпавшаяся крошка возвестили, что радость была преждевременной. Девушка подняла голову и увидела, что потолок, явно заскучав на своем месте, решил смуститься. И не куда-нибудь, а вниз.
  'Черт! Пора вставать на лыжи'.
  Ей не пришло в голову ничего лучше, чем прорываться в одну из запертых дверей. Какая из них была закрыта первой перед мордой почившей твари, она уже не смогла бы определить. Но монстры в темноте пугали ее гораздо меньше, чем перспектива быть расплющенной с вожделенным ключиком в руках.
  Но за дверью ее ожидал очередной сюрприз в виде глухой каменной стены, и за второй дверью также.
  'Дальше, думаю, пытаться не стоит'.
  Она посмотрела на стремительно приближавшийся потолок, который уже крошил головы несчастным красавицам-статуям. И тут ее взгляд упал на открытый люк.
  'А это мысль! Дикая, как и все происходящее, и, похоже, единственно возможная'.
  Вера из последних сил доковыляла до входа в колодец и заглянула в разлившуюся там черноту, где иногда мелькали отблески воды.
  'Надеюсь, я не проснусь в аду в обнимку с потонувшим мертвяком', - с этой мыслью Вера сделала шаг вперед, крепко сжимая в одной руке нож, а в другой ключ.
  Громкое 'хлюп' возвестило об ее уходе, а меньше чем через минуту потолок опустился, закрывая этот путь.
  
  Ей снилось что-то отвратительное, страшное и мерзкое. Но тут какой-то посторонний звук вторгся в ее сон и вырвал ее из объятий Морфея. Картинка пропала, и ей пришлось просыпаться и возвращаться в старый добрый мир. Она потянулась и, слегка похлопав себя по щекам, открыла глаза.
  Студенты стайками потянулись на выход, а преподаватель, видимо, уже успел смотать удочки, даже не дождавшись звонка на перемену, который прозвенел через пару секунд.
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"