Ника Лай: другие произведения.

Бесстрашная (закончен)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Любопытство до добра не доводит. Не доводит до него и желание поиграть с незнакомым симпатичным парнем

   Монитор компьютера мигнул. После чего на нем высветилась приветственная заставка, и он перешел в режим работы. На экране появилась картинка, способная любого ввергнуть в состояние шока. На грязном столе среди перевернутой посуды и остатков еды лежал труп молодой девушки. Ее полуобнаженное тело пестрело колотыми ранами, начиная подсчитывать которые всякий раз будешь сбиваться, и начинать сначала. Красивое застывшее, словно маска лицо, осталось нетронутым. Лишь навсегда застыла кровавая слеза, проложившая дорожку из уголка закрытого глаза.
   Хозяйка компьютера сидела на стуле и смотрела на экран. Она только-только накрасила ногти лаком черного цвета.
   - Привет Меган, - привычно бросила она, отводя равнодушный взгляд от мертвой девушки.
   Осторожно, едва касаясь кнопок, девушка подключилась к Интернету и вышла на свой любимый сайт, где тусовались такие же, как она любители ужастиков. В основной своей массе народ выходил после полуночи. И раньше этого времени здесь делать было просто нечего. В основном они занимались тем, что обсуждали новинки кино, музыки, фото и картинки именитых мастеров или же посетителей сайта. Помимо этого здесь оценивались книги того же жанра. Тех, кто умел писать или думал, что умеет. По большей части это были неумелые потуги людей или же сдутые, слегка видоизмененные произведения уже печатающихся людей. На них давались ссылки.
   Девушка числилась на сайте под ником Бесстрашная. Как ей самой казалось, он наиболее подходил для определения ее сущности. Говорил о том, что она ничего и никого не боится. На сайте она рассказывала об этом направо и налево. Как она со смехом смотрит любые фильмы ужасов. И что еще не придумали и не сняли такого, который заставил бы ее вздрогнуть или по-настоящему испугаться. А бояться книг, картинок и фотографий - это вообще детский сад.
   Раздался легкий писк, на секунду перекрыв лившуюся из динамика мрачную музыку. Девушка с интересом посмотрела на экран. Точнее на появившееся там сообщение.
   Фир: Бесстрашная: Чем занимаешь?
   Бесстрашная: Фир: Крашу ногти.
   Фир: Бесстрашная: И как всегда цвет ночи?
   Бесстрашная: Фир: Не сомневайся.
   Фир: Бесстрашная: Ты подумала над моим предложением?
   Бесстрашная ненадолго задумалась. Она пару раз щелкнула мышкой, и на экране появилось фото парня, именовавшего себя Фир. Он был на два года старше. И помимо всего прочего у него была сестра-близнец Кайра. Бесстрашная пару раз общалась с ней, но не так тесно как с Фиром. У нее правда место для фотографии в аккаунте занимал зловещий смайлик, существовавший для тех, кто не решался по тем или иным причинам, выкладывать на всеобщее обозрение истинное лицо. Они оба жили в деревне неподалеку. Вчера Фир предложил ей приехать к ним в гости на выходные. Он был уверен, что Бесстрашная не сможет переночевать в доме призраков, о котором в их деревне ходит масса слухов и кривотолков. Он усомнился в ее бесстрашии. После чего и последовало приглашение. Девушку это немного покоробило. Она хотела тут же согласиться и доказать, что она не даром взяла себе это ник. Но разум взял вверх и шепнул, что не стоит очертя голову бросаться в эту авантюру. Нужно немного подумать. И вот сегодня Фир снова интересовался, тем, что она решила.
   Бесстрашная: Фир: Да.
   Девушка еще сомневалась, стоит ли ввязываться в эту авантюру. Ехать в гости к незнакомому парню. Но, с другой стороны, ей очень хотелось познакомиться с ним поближе. Его симпатичное лицо, глаза, тайна, поселившаяся в их глубине, привлекательная фигура, загадочная улыбка, не дававшая ей покоя с тех пор, как она ее увидела. Он манил девушку, стал предметом ее мечтаний и фантазий. К тому же Бесстрашная уже была взрослой девочкой и могла за себя постоять. И так хотелось испытать себя по-настоящему. Действительно ли она была такой бесстрашной, как ей самой казалось. Ведь не бояться смотреть фильмы ужасов совсем не значит быть бесстрашной во всем и в жизни в первую очередь.
   Фир: Бесстрашная: И какое решение ты приняла?
   'А была, не была. Бесстрашная я, в конце концов, или нет'.
   Бесстрашная: Фир: Я согласна. Фотки дома есть?
   Фир: Бесстрашная: Лови ссылку.
   Фир, оставив ссылку, отключился, предоставив ей наслаждаться видами в одиночестве. Бесстрашная проследовала по указанному адресу. В темной комнате пропало единственное светлое пятно, бывшее светом монитора. На нем появились темные немного устрашающие фотографии таинственного дома, как утверждал Фир, населенного призраками.
   Бесстрашная приложила два пальца к губам, как она делала всегда, когда о чем-то надолго задумывалась.
  
   Даже со всей своей решимостью и отсутствием предубеждений, она была вынуждена признать, что дом выглядел мрачновато. Хотя такое можно было сказать почти про каждый покинутый дом. Особенно ночью. Марина, звавшаяся Бесстрашной, хоть и была не из пугливых, по крайней мере, как ей самой казалось, но просто так от нечего делать, а тем более в одиночку, она не стала бы разгуливать по пустым таинственным домам с богатой историей. Да, она не раз и не два обшаривала местные особняки и городские постройки в разных частях города и разной вековой давности. Но заведомо знала, что там она не найдет ничего. В их городе не было домов с призраками. Или домов, где жили оккультисты, ясновидящие и прочие люди, общавшиеся по роду своей профессии с потусторонним миром. К сожалению или к счастью. Марина еще сама не решила.
   Да, она хотела испытать себя на прочность. Немалую роль здесь играло и неизменное человеческое любопытство. Но был и страх, в котором Марина сама себе не желала признаваться. Согласившись на поездку, она хотела побороть свой страх, если таковой появится. Доказать себе раз и навсегда, что она та, кем хочет быть.
  
   Родители перестали интересоваться делами Марины, когда той стукнуло четырнадцать. Именно тогда они решили, что их доча стала непутевой и неуправляемой и ничего хорошего из нее все равно не выйдет. А посему пускай делает все, что пожелает ее черная неблагодарная душа. И когда Марина в привычной манере за утренним кофе бросила родителям, что на выходные уезжает в деревню к друзьям, они почти никак не отреагировали. Папа продолжал смотреть телевизор и курить сигарету. Мама тихонько вздохнула и попросила взять теплых вещей (что поделать, мама, она везде мама).
  
   Марина узнала его сразу. И дело было даже не в том, что кроме него встречающих было несколько старичков, да дама с собакой. Даже если бы здесь была толпа, Марина, увидев парня почти своей мечты, узнала бы его наверняка. Девушка заторопилась к выходу. Спрыгнув со следующей после первой ступеньки на землю, она сделала несколько шагов по направлению к стоявшему парню. Но его заслонила делегация из старичков, тепло приветствующих двух молодых девушек. Марина поморщилась.
   'Нда, и охота им на выходные возвращаться сюда, чтобы потом стирать слюни со своих щек'.
   Марина обогнула толпу радостных и воссоединившихся родственников. Но парня уже нигде не было. Улица перед автобусом была пуста. Марина недоуменно огляделась еще раз. Опустив ставшую неожиданно такой тяжелой сумку, она сквозь зубы выругалась.
   'Это точно был он, - Марина вздохнула, - И даже если это был другой парень, то где же тогда Фир'.
   Накатило разочарование. Марина уже начала ругать себя за то, что подписалась на эту авантюра, сама толком не зная, на что идет, куда, и с какой целью едет.
   Девушка оглянулась на зарычавший автобус. Он медленно отъехал от тротуара и завернул за угол здания автовокзала, похоронив мелькнувшее было желание плюнуть на все и вернуться домой.
   'Да, и это был последний автобус, - проводив его глазами, подумала Марина, - Раз уж меня бросили, даже не успев толком встретить, придется самой добираться до этого дома призраков. В конце концов, надо же где-то ночевать'.
   Марина подхватила свою сумку и пошла вперед. Ее мысли были заняты несправедливостью мира, странным стечением обстоятельств и злодейкой-судьбой. Девушка рассчитывала совершенно на другой прием. Она до сих пор надеялась, что главной причиной приглашения была вовсе не проверка, а нечто более приятное и интересное.
   Неожиданно внимание Марины сосредоточилось на постороннем шуме. Краешком глаза она уловила движение справа от себя. Чуть повернув голову, она увидела его. Того самого парня, что стоял на тротуаре, а потом куда внезапно исчез. Теперь он вышагивал справа от нее. Его взгляд был устремлен вперед. Казалось он идет не с ней, а просто рядом. Марина покрепче сжала сумку. Она решила, что не будет обращать на него внимания. Но взгляд, то и дело устремлялся в его сторону.
   Марина вышла со своим странным спутником на дорогу. Она не имела совершенно никакого понятия куда ехать и на чем. Машин, автобусов или другого транспорта не было.
   - Отлично. И куда идти? - Марина не заметила, что сказала это вслух.
   - Здесь недалеко. Можно дойти пешком, - бросил парень.
   Марина нахмурилась и прямо посмотрела на него. Задумчивый взгляд его был устремлен вдаль. Было совершенно непонятно, о чем он думает, и в каких запредельных мирах находится в эту минуту.
   'Нет, я, конечно, знала, что на сайте тусуются преимущественно странные товарищи, но не до такой же степени', - эту свою мысль она постаралась не озвучивать, хотя страстно хотелось, добавив как можно больше яда в голос.
   Ей уже порядком надоела эта странная игра. Все происходящее больше напоминало дурацкую забаву. И этот детский сад пора было прекращать. Она резко повернулась к своему провожатому.
   - Марина, - представилась девушка и протянула руку.
   - Фир! - парень усмехнулся и, слегка, сжав ее ладонь, тут же ее выпустил.
   Марина приложила максимум усилий, чтобы не поморщиться. От прикосновения парня осталось весьма неприятное ощущение. Как будто она притронулась к чему-то мерзкому и гадкому. Но она быстро прогнала чувство прочь.
   - Отлично. А обязательно было вот этот цирк устраивать, - Марина почти готова была растаять от его улыбки, что снилась ей темными ночами, но все же продолжали ее грызть маленьким червячком обида и не понимание.
   Парень проигнорировал вопрос. Вместо этого он подхватил сумку девушки.
   - Деревня у нас маленькая и надобности в транспорте нет. За пару часов можно всю ее обойти.
   - Ясно. Какие планы? Может, покажешь мне местные достопримечательности для начала, - Марина обворожительно улыбнулась.
   По крайней мере, ей очень хотелось надеяться, что у нее получилось именно так. Она мучительно пыталась вспомнить, что такое флирт, и где он включается.
   - Самая главная, да и единственная наша достопримечательность - это дом, - подумав несколько секунд, ответил Фир.
   - Тебе так не терпится от меня отделаться? - Марина была разочарована.
   Все ей стало казаться каким-то неправильным, немного неестественным Она посмотрела на небо. С чистого голубого неба без единого облачка нещадно палило солнце. Марина почувствовала себя героиней дурацкой театральной постановки. Она уже хотела отказаться от всего и начать думать о побеге.
   'Не так уж он симпатичен, и улыбка у него обычная', - мелькнуло у девушки больше от обиды, чем от представшей перед ней действительности.
   Парень словно почувствовал ее настроение и обворожительно улыбнулся, именно так, как представляла себе в своих фантазиях Марина.
   - Знаешь, я совсем не умею быть милым. Поэтому уж извини за весь этот цирк. Я просто хотел чем-то удивить тебя. Ну, лучшего, чем спрятаться от тебя, а потом подкрасться и идти рядом, мне в голову не пришло.
   Марина недоуменно посмотрела на парня. Он выглядел смущенным. И она готова была поспорить, что у него слегка покраснели щеки. Но, может быть, просто показалось. С полной уверенностью она не могла этого утверждать. Это вселило в ее сердце надежду, что все не так уж и плохо.
   - Хорошо, что ты это понимаешь, - Марина улыбнулась в ответ.
   Напряжение спало. И оба были этому рады, в душе вздохнув с облегчением. Они медленно двинулись прочь от автовокзала. Разговор потек в непринужденной дружеской атмосфере.
   - Фир, - медленно, словно пробуя на вкус, произнесла Марина.
   - Ну, да, - улыбнулся парень, - Не спрашивай меня, откуда я это взял. Просто неожиданно пришедший мне в голову набор букв. Понравился и застрял там.
   - А имя у Фира есть? - усмехнувшись, поинтересовалась Марина.
   - Нет, - поморщился он, - Точнее есть, но оно мне не нравится. Я не хотел бы вообще о нем вспоминать. Такими имена никого не называли уже веков дцать.
   - Заинтриговал. Но я не буду настаивать. Расскажешь как-нибудь потом.
   Они неспешно прогуливались по деревне. Фир, рассказывал ей о жизни в деревне, показывал дома старой постройки, сохранившие монументальность прошлых времен. Он рассказывал так проникновенно и подробно, словно рос вместе с ними, или сам лично руководил строительством. Было здесь и много новых домов, деревянных, кирпичных, покрытых новомодными штучками типа сайдинга. Убогие домишки с покосившимися заборами сменялись высокими дорогими домами, обнесенными витыми оградками с породистыми сучками за ними, что облаивали каждого проходящего мимо. Марина с интересом смотрела по сторонам, впитывая в себя атмосферу, царившую в этой далекой от благ цивилизации деревеньке. Она с любопытством следила за тем, как старушка качала воду из колонки, как мужчина косил сильно разросшуюся траву перед домом чем-то похожим на косу, дети играли в казаки-разбойники. В городской среде такого уже не встречалось. Дети предпочитали компьютерные игры, вода лилась из крана, а на смену косам давно пришли газонокосилки.
   Марина неожиданно заметила, что день уже клонится к закату. Оранжевые сполохи поселились на горизонте, возвещая о скором наступлении ночи. Повеяло вечерней прохладой.
   - Я хочу кое-что тебе показать, - сказал Фир.
   - И что же это? - Марина невольно улыбнулась.
   Он поманил ей пальцем и юркнул в высокий кустарник. Девушке ничего не оставалось, как последовать за ним. И она сразу же пожалела о свом решении. Гибкая ветка хлестко ударила ее по щеке.
   'Ну, вот, наверняка отметина останется', - не без сожаления, подумала Марина.
   Чертыхаясь и охая, она продолжила сражаться с растительностью. И, в конце концов, была вознаграждена и с треском вывались из кустарника. Отряхнув одежду, она огляделась. Ее сумка, всеми покинутая и забытая, лежала под деревом, а сам Фир стоял на краю холма. Марина медленно приблизилась к нему. Сделав последний шажок и замерев рядом с парнем, она бросила взгляд под ноги. Далеко-далеко внизу мерно текла река, неся свои воды дальше на восток.
   Девушка отошла подальше и зажмурилась. Вдохнув чистый воздух полной грудью, она открыла глаза. Прекрасная картина, что предстала ее глазам, будила в душе забытые чувства радости и гордости. Прекрасная панорама была достойна занять почетное место на полотне художника, украсить собой любой дом, любой музей. Закатное небо розового и нежно голубого цвета словно светилось огнем, краски, казалось, перетекали и скользили по небосклону, рисуя свою картину. А под ним насколько хватало глаз, расстилалось поле. Пылающий словно пожар в лучах заходящего солнца ковер, с кое-где видневшимися цветочками, лишь далеко у горизонта утыкался в вереницу деревьев. А мимо текла темно-синяя река, очерчивая границу. Давая контраст, насыщая панораму новыми красками.
   У Марины перехватило дыхание, а губы растянулись в улыбке. На великолепие природных красот можно было смотреть вечно, забывая о времени, теряя себя. Забывая себя.
   -Красиво, правда? - Марина не сразу услышала, и долго пыталась осмыслить, что значат эти звуки.
   - Это чудесно, - отозвалась она, не отрывая взгляда.
   Они медленно опустились на траву. Дурман уже развеялся, но красота не потерялась. Марина вновь вспомнила, что она здесь делает. Покосившись в сторону спутника, она заметила, что он слишком далеко.
   'Жаль, - мелькнуло в голове, - А я только начала надеяться, что шансы есть'.
   - Я люблю приходить сюда, - медленно проговорил Фир, не отрывая взгляда от раскинувшейся под ногами картины, - К сожалению, таких мест остается все меньше и меньше. Люди вырубают деревья, срезают траву и цветы, строят дома, загрязняют реки, осушают озера, задымляют небо. Список можно было бы продолжать бесконечно долго. Скоро природа станет также раритетна, как и все, что выставлено в витринах музеев.
   Марина погрустнела. Она почувствовала затаившуюся грусть и боль в словах. Она знала все это. И знала, что это была плата. Дорогая плата за жизнь с комфортом, обеспеченная всеми благами цивилизации, к которой она привыкла. Она была сторонником урбанизации. Хотя и любила природу, могла часами вот так сидеть на холме и смотреть на закат, могла встать рано утром, чтобы полюбоваться пробуждением пока еще не скрытого волнами дыма солнцем. И от всего этого ей становилось совестно. Она чувствовала себя так, словно это она сама сбрасывает тонны радиохимических отходов в воду, отстреливает животных, и губит природу. Как бы грустно от этого не становилось.
   - Но я думаю, что ты не хочешь слушать мои излияния по этому поводу, - веселым тоном произнес Фир, желая сменить тему.
   - Это вовсе не означает, что я..., - горячо возразила Марина.
   - Я понял, - прервал ее Фир, - Просто я опять поступаю неправильно. В нашу первую встречу я не должен утомлять тебя своими россказнями и домыслами.
   ' А что должен', - хотелось прокричать ей, но она промолчала.
   Лишь на лбу залегла морщинка, означавшая недовольство.
   Уже больше трети неба потонуло в вечернем сумраке. Солнце исчезло, ушло под землю, оставив после себя лишь слабые отсветы. Огонь на поле потух, его залил тихий сумрак, медленно распростерший свои объятия и теперь поглощавший все больше и больше территории. Далекая, едва видная днем луна, набирала силу и цвет, готовая пролить свой мертвенно серебристый свет, словно выпущенный из сочного нежного фрукта сок.
   Марина подумала, что неплохо было бы уже увидеть предназначенный ей дом. Но сильно было и другое чувство. Нежелание прерывать их идиллию. Незаметно за время их пребывания на холме и любования красотами, они сократили расстояние между друг другом. И Марина точно была уверена, что в этом не только ее заслуга. Она была вынуждена признать, что в такой романтичной обстановке бывать ей еще не приходилось. Она гуляла несколько раз в парке под луной с представителями сильного пола, но это все было не то. Не так, как сейчас, как здесь. Казалось, что атмосфера пропитана романтикой и доверием, нежностью и пониманием. И ей так не хотелось все это прерывать напоминанием о каком-то глупом испытании. Все это сейчас казалось таким далеким, ненужным, безынтересным.
   Марина посмотрела на Фира. Он, почувствовав ее взгляд, медленно повернул голову. Она, наконец-то, смогла рассмотреть его глаза. Многих смешила ее странность, но это было ее пунктиком. Она обожала в мужчинах глаза, взгляд, выражение. Цвет был второстепенным, хотя предпочтение отдавалось темным. У него были серо-голубые, хотя скорее серые. Но этот серый был ярким и насыщенным, больше похожим на блеск. Казалось, что проказница-луна опустила на него свою длань, посеребрив огромные глаза. Его губы расплылись в улыбке. В той самой, от которой сжималось ее сердце. Загадочная улыбка-ухмылка. Марина не понимала, как это у него получается.
   - Мне никогда не доводилось испытывать ничего подобного, - честно призналась она.
   На нее нахлынуло странное ощущение вселенского счастья и покоя. Она больше не волновалась и не переживала, словно знала, что надо делать, и что за этим последует.
   - И что же это? - шепотом спросил Фир, развернувшись к ней.
   - Я пока не знаю, но что-то очень хорошее, - Марина лукаво улыбнулась.
   - Мы можем подумать над этим вместе.
   Марина уже не видела ничего кроме его глаз. Ей казалось, что она тонет в них. Серебристо-серые реки несут ее с собой, тащат вниз, в омут его души. Он стал ближе, Марина ощутила его дыхание на своем лице. Она закрыла глаза и приоткрыла губы.
   Раздался резкий раскат грома. Марина вздрогнула всем телом и открыла глаза. Фир смотрел в сторону. Марина проследила за его взглядом. По небу расплывалось темное облако, грозившее закрыть собой все небо и пролиться на землю оглушительным потоком.
   - Будет гроза, - медленно проговорил Фир, но уже совсем другим голосом.
   Он больше не был наполнен нежностью, интересом и загадкой. Скорее он стал сосредоточенным и серьезным, как и выражение его лица. Две серые льдинки, обратившись к Марине, пригвоздили ее к месту, лишая всякой надежды и выбивая почву из под ног. Она поняла, что самый романтичный момент в ее жизни кончился. Сожаление, почти боль накинулись на нее с аппетитом своры голодных бродячих псов.
   - Нужно идти, - упавшим голосом сказала Марина, поднимаясь.
   Она подхватила сумку.
   - Я помогу, - тоном, не допускающим пререканий, сказал Фир, хватаясь с другой стороны ручки.
   - Пожалуйста, - Марина подняла руки вверх, сдаваясь.
  
   Марина стояла перед высоким забором, не решаясь войти, разглядывая поместье и прилегающую к нему территорию сквозь прутья. Высоко наверху были какие-то буквы, обозначавшие, скорее всего, фамилию помещика. Но время их не пощадило, да и тьма не придавала остроты зрению. И Марина ничего не смогла различить.
   - Может, перед тем как я войду туда, ты мне все-таки расскажешь его историю? - робко поинтересовалась девушка.
   - Я уже обо всем позаботился, - шепнул Фир.
   Он смотрел на дом с таким благоговением во взгляде, словно там находилось что-то такое, что он боготворит всей душой. И также всей душой жаждет заполучить. Марина лишь пожала плечами.
   'У всех свои заморочки', - решила она.
   - Значит, я пойду, - устав ждать хоть какой-либо реакции от парня, сказала Марина.
   - Ага, - Фир, наконец, оторвался от созерцания строения образчика начала прошлого века, - Значит так. Я подготовил тебе все материалы, какие только смог раздобыть. Они находятся в доме, найдешь их сама. Это будет твое первое задание. Интерес как вечный двигатель, никогда не остановится.
   При последних словах он усмехнулся. И Марине совсем это не понравилось. Она внутренне содрогнулась от выражения его лица, поняв, что ничего хорошего ее не ожидает.
   - И какие еще сюрпризы ты мне приготовил? - стараясь не нервничать, как бы, между прочим, поинтересовалась девушка.
   Но Фир никак не отреагировал на ее вопрос, лишь подмигнул. Чем и подтвердил худшие ее опасения.
   - Я буду тебе звонить, иногда, - продолжая издеваться, сказал Фир, - И ты звони, если соскучишься или станет страшно. Ах да, я и забыл, что ты Бесстрашная. Значит, тебе это не грозит.
   - Приму это как комплимент, - мгновенно отреагировала Марина, изучая обстановку за забором.
   - Условие такое - один день и две ночи. Можешь выходить из дома, но не выходить за территорию поместья. То есть, за забор ни шагу, иначе ты проиграла. И песнь через века понесет рассказ о твоем позоре и обмане.
   - Вроде ничего сложного. Какие-нибудь пожелания, напутствия на прощание? - язвительным тоном спросила Марина, принимая правила игры.
   - Я все уже озвучил, - разведя руки, сказал Фир, - Когда ты зайдешь за ворота, все будет зависеть только от тебя. Ну, и от призраков, что обитают в поместье.
   - Я думаю, мы сможем с ними ужиться, - парировала Марина.
   - Желаю удачи. Хотя, сейчас пока ты еще не пересекла черту, можешь с позором отказаться. Туда могут войти и принять игру призраков только бесстрашные и смелые сердцем, - замогильным голосом, больше похожим на шипение произнес Фир.
   - У тебя не получится меня запугать, - спокойно отреагировала Марина.
   Она решила, что дальше продолжать торчать перед воротами не имеет смысла. Того, что было у них на холме, уже не вернешь. И судя по виду Фира, она не могла сказать, было ли это чем-то большим, чем просто внезапно возникшим стечении обстоятельств, навеянным атмосферой желанием, так же внезапно канувшим в Лету.
   Она подхватила сумку и подошла к воротам. Набрав полную грудь воздуха, она дернула их на себя. Резкий звук проржавевших ворот возвестил об открытии. Марина шагнула в узкую щель. Повернувшись, она закрыла их за собой. Фир стоял в паре шагов, засунув руки в карманы и не отрываясь, смотрел на нее. Взгляд его был странным, девушке вновь показалось, что он неестественно серьезный и задумчивый для парня его возраста. Он скорее подошел бы для человека в сединах, умудренного опытом и познавшего вкус мира, его горечь и его сладость. Знавший разницу между ними. Сделав ему ручкой, она резко повернулась и пошла по направлению к самому дому по заросшему высокой травой участку. Запущенный сад, разросшиеся кустарники, дикие растения. Ничего не осталось человеческого, природа щедро запустила сюда свою руку, уничтожив следы возделывания и окультуривания.
   Чем ближе подходила Марина, тем больше становился дом. Она и подумать не могла, что поместье настолько большое. Даже не считая всех построек рядом с самим домом, в нем могли бы уместиться жители всей деревни. И даже места бы еще осталось.
   ' И зачем было строить такие дома, где жила одна семья, пускай и сразу несколько ее поколения', - недоуменно подумала Марина.
   Некогда великолепное произведение архитектуры облупилось, потускнело. Глазницы окон, черными провалами выбитых стекол смотрели на мир. Заросшая вьюнком вся правая половина дома была скрыта от глаз. Покосившееся крыльцо, красивая, но уже ссохшаяся дверь. Перед ней Марина и замерла, нерешительно глядя в довольно широкую щель между створками. Решившись, она взялась за ручку и мягко повернула ее. Новый скрип и дверь растворилась. Ручка, правда, осталась в ее руке. Поморщившись, Марина откинула ее в сторону.
   Перехватив поудобнее сумку, она вошла в дом. Закрыв дверь, она не без облегчения заметила на ней засов. С большим усилием ей удалось сдвинуть его с места. Но так она почувствовала себя в большей безопасности. Хотя, не сомневалась, что парой хороших ударов двери можно сорвать с петель. В щели замелькали первые отблески наступающей грозы. И через несколько секунд раздался новый раскат грома. Оглушающий и всепоглощающий. Однако Марине показалось, что вслед за этим звуком последовал еще один. Словно скрипнула половица. Марина повернулась и устремила взгляд вглубь дома. Но его сковывала многовековая тьма. Ничего не было видно. Лишь новый раскат грома ненадолго расставил все по своим местам. На краткий миг Марина увидела, что представляет из себя место, в котором она очутилась.
   'Вот я и в доме призраков. Поздравляю. С первой частью ты справилась', - мысленно похвалила себя девушка.
   Хотя это больше было похоже на прощание.
  
   Было темно и немного страшно. Редкие, но оглушающие раскаты грома, да предшествующие им вспышки молний были ее спутниками. Она нашла фонарь на пыльном столике с зеркалом в большой зале возле двери, которая была одновременно и прихожей и гостиной. Прямо по курсу находилась лестница наверх. Справа располагалась та самая гостиная. Зачехленный светлый (сейчас было непонятно какого цвета) гарнитур, стол. У восточной стены огромный камин на старинный манер (конечно, старинный, дом-то старый). И повсюду большие окна, о которые царапались ветки разросшегося без хозяйской руки кустарника и деревьев. Слева был небольшой пятачок, незаполненный ничем, но оканчивающийся большой дубовой дверь. К ней она и подошла в первую очередь. Но одного взгляда хватило, чтобы закрыть ее и забыть, а может и забить. Там был длинный коридор, по бокам которого было несколько дверей.
   'Это лабиринт, - подумала она, закрывая очередную дверь.
   Такие мысли пронеслись в ее голове по ходу обследования. Но самое интересное ждало ее на верху. Это было очевидно и так подсказывало ей ее шестое чувство. Она, конечно же, хотела исследовать весь дом, о котором ходит так много таинственных слухов. Но была вынуждена признаться себе, что исследовать огромный дом при свете фонарика и при таком буйстве стихии, было страшновато. Она пообещала себе, что всенепременно это сделает. Но завтра и при свете дня.
   Марина не почувствовала в доме никакой напряженности или враждебности. Атмосфера или, как бы сказал какой-нибудь типа парапсихолог или недомистик, ауры таинственности и чьего-то присутствия. Это был дом как дом. Конечно, Марину охватило некое чувство дискомфорта с отдаленным отголоском страха. Но она не могла сказать, что так на нее подействовало. Погода или рассказы о том, что это место нечистое. Возможно, не зная его предыстории, а точнее не зная о его репутации, Марина не обратила бы внимания ни на что из того, что сейчас казалось ей таинственным, устрашающим или же пугающим.
   'У страха глаза велики', - в который раз убедилась девушка.
   Она часто задавалась вопросом. Почему человек, который боится фильмов ужасов, смотрит их. Пощекотать нервишки? Чтобы потом неделю бояться собственной тени и засыпать только со светом? Что так влечет человека к тому, чего он боится. Это ведь не только бравада или любопытство. Да, то самое человеческое неистребимое любопытство. Кроется здесь что-то иное. В случае Марины это был шанс познакомиться с парнем. Она не думала, что он будет настолько серьезно настроен. Но и любопытство здесь тоже присутствовало. То самое, что не задушишь, не убьешь, как песню. Но это было в ее случае. Помимо нее было много людей, которых хлебом не корми, дай подергать за тонкие нити собственных нервов. Это было что-то такое глубинное, на уровне подсознания. То, что заставляет нас, услышав подозрительные шорохи, идти к источнику звука. Что заставляет нас смотреть в замочную скважину двери, на которой нарисован череп. Спускаться в подвал в темноте и в полном одиночестве или же, наоборот, подниматься на чердак. Подходить к незнакомым людям, разгуливать после захода солнца в одиночестве. Интересно и непостижимо.
   Поднимаясь по лестнице, Марина чертыхалась почти при каждом шаге. Лестница скрипела кошмарно, неимоверно, безбожно. При подъеме ее царапнуло воспоминание о постороннем шуме, когда она только вошла в дом и почувствовала себя в безопасности. Но она была девушкой начитанной и знала, что старые дома с сюрпризами. Ссохшиеся старые панели и ступени, половицы, скрипящие при малейшем нажатии, раскрывающиеся сами по себе окна, а на самом деле старые рамы и шпагаты просто не выдерживали давление ветра. Скрипящие из-за сквозняка двери. И Марина просто списала его именно на это.
   На втором этаже было примерно тоже самое. Коридор и бесконечная вереница дверей.
   'Завтра обязательно надо найти подвал', - мелькнуло у Марины.
   То, что завтра, это точно. Сегодня она не рискнула бы спускаться туда даже за баснословную сумму денег. А вот завтра, когда вновь проглянет солнышко, и все страхи ночи отступят, можно. Сейчас ее целью было найти припрятанную для нее историю дома, облюбовать себе место для ночлега. И при возможности обойти стороной сюрпризы от странного парня. То, что странного, это точно. Хоть он и никудышно пытался развеселить или произвести на нее впечатление при первой встрече (или как он это назвал), но в глубине души поселился странный осадок. Нереальность происходящего все больше и больше казалась ей подходящим названием всему, что стало твориться вокруг нее после того, как автобус остановился в этой забытой всеми деревеньке. И сам он казался странным. Его взгляд, его движения, его речи, все в нем говорило о том, что он какой-то не такой. Не похожий на остальных, словно чужой в привычном ей обществе. Словно все тайны мира поселились в его посеребренных глазах. Но это Марине, похоже, и нравилось. Это и привлекло ее. Это и привело ее сюда, к этому чертовому дому.
   Марина остановилась, закрыла глаза и досчитала до десяти. Это всегда помогало ей расслабиться и успокоиться. Марина стояла на последней ступеньке лестницы на втором этаже дома. На втором этаже тоже был коридор. Он расходился в обе стороны, постепенно, сужаясь. С правой его части стоял большой вазон, половина которого осколками лежала подле него. Не успев начаться, он сворачивал направо. Туда и направилась Марина. Чем быстрее она осмотрится, тем быстрее можно устроиться на ночлег. Ее начали посещать мысли о том, что поиски того, что оставил Фир можно отложить и на завтра. Все равно она собиралась обследовать дом.
   Здесь было всего три двери, что немало порадовало девушку. Одна справа, за дверью которой скрывалось небольшое помещение, заваленное всяким хламом. Было ощущение, что хозяева в спешке перетаскали туда часть своего имущества и бросили вповалку. Причем все, что попадалось под руку без разбора. Довольно угнетающая картина.
   Марина поджала губу и вздохнула.
   'Так, тут все понятно', - и закрыла дверь.
   Ее посетила мысль, что днем здесь можно осмотреться. Глядишь, и найдется какой-нибудь интересненький трофейчик. Хотя все, что представляло из себя хоть какую-либо ценность, уже давно растащило местное жулье. А все остальное теперь тихо и мирно доживало свой век в статусе бесполезного хлама.
   Слева было две двери, как уже успела заметить девушка. За одной из них был еще один коридорчик, упиравшийся в дверь. Марина мысленно попросила, чтобы это не оказался вход в новый коридор (не дом, а лабиринт какой-то). А вот за второй Марина увидела комнату. И о чудо, она сразу же поняла, что это именно ее комната. Она также как и все в доме, обставлена старинной мебелью, но на первый взгляд вполне сносной. Справа у стены в углу стояла большая кровать (без балдахина, какая жалость). К ней Марина и направилась. Примерившись, она плюхнулась на старинное место отдохновения. Кровать выдержала этот акт вандализма, но издала такой звук, что девушка побоялась повторить этот трюк. На удивление кровать оказалась весьма мягкой. От нее не пахло чем-нибудь неприятным вроде сырости, плесени или клопов. Марина отогнула край одеяла и увидела простынь и подушку. Все было в замечательном состоянии. И что уж кривить душой, не тянуло на предметы старины.
   'Наверно, Фир постарался. Какой он предупредительный', - Марина улыбнулась.
   Она уже почти была готова ему простить все нелепые шалости.
   Дальнейший осмотр комнаты обрадовал ее еще больше. На туалетном столике, среди коробочек, баночек и шкатулочек Марина обнаружила папку для документов. Гадать о ее происхождении не требовалось. А заглянув внутрь, она лишь утвердилась в своих догадках.
   Молния осветила комнату, заставив девушку зажмуриться. В своих изысканиях она успела подзабыть, что за стеной бушует настоящая буря. Но перед тем как закрыть глаза, Марине показалось, что в углу возле кровати кто-то стоит. Или что-то. Это было такое невесомое и прозрачное, что было больше похоже на яркий сполох угасающего света молнии. Девушка резко открыла глаза, чтобы проверить, показалось ли ей. Но угол был пуст, а в комнате никого кроме нее не было. Марина медленно подошла к кровати, обошла ее со всех сторон. Замерев на том месте, где ей почудилась чья-то фигура, она осмотрела стену, перевела взгляд вниз. На полу, едва видимый из под кровати, лежал какой-то маленький предмет, больше похожий на обрывок бумаги.
   Резкий раскат грома заставил девушку вздрогнуть, она перевела взгляд на большое окно точно посередине комнаты. Струи дождя стекали по стеклу, создавая сплошную стену, не давая возможности разглядеть то, что снаружи.
   'Какая-то я стала нервная со всеми этими рассказами. Хотя, по сути, мне еще никто ничего не рассказал', - Марина поморщилась.
   Она вновь перевела взгляд на пол возле кровати. И замерла от удивления. Ее нижняя челюсть хотела эффектно отпасть, но Марина не позволила ей этого сделать. Ничего даже отдаленно напоминавшего белый предмет не было. Марина огляделась, но пол был пуст. Девушка, недолго думая, опустилась на колени и заглянула под кровать. Улыбка, как называют ее многие до ушей, растянулась на лице. Искомый предмет нашелся.
   'Ну, вот. А вы призраки, призраки. Ветер, товарищи'.
   Марина протянула руку, но не достала. С большим нежеланием она проползла вперед, ожидая утонуть в тонне пыли. Но к ее удивлению пол был абсолютно чист. Как будто перед ее приходом тут прошлись с тряпкой.
   'Значит, сюрпризы все-таки хорошие', - подумала девушка, сжав в кулаке находку.
   Резкое неприятное ощущение, близкое к отвращению охватило ее тело. Словно паутина оторвалась от потолка и опустилась на нее, покрыв голову и спину. Оно продолжалось всего секунду. Марина быстро вылезла из под кровати и огляделась. Дверь в комнату была открыта. Коридор был погружен во мрак. Но вновь ей показалось, что она видит чей-то силуэт. И вновь доли секунды, потом вновь темнота.
   Марина зажмурилась, помотала головой. Когда она вновь открыла глаза, то картина была той же. Тишина, не считая грозы, и темнота. Девушка гнала от себя все мысли, решив, что это игры ее подсознания. Она решила зажечь свечи, что стояли на туалетном столике. Фонарь, что она предусмотрительно взяла с собой, решила поберечь.
   Но перед этим она подошла к двери, выглянула в коридор, и только убедившись, что все тихо и спокойно, белых силуэтов больше нигде не мерещится, она закрыла дверь.
   Комната, скорее всего, была будуаром для юной особы. Туалетный столик с бутылочками духов, баночки с румянами и пудрой, шкатулки для украшений теперь уже пустые, на столике рядом с кроватью лежало маленькое зеркальце. Большой шкаф, в котором нашлись нижние юбки, что девушки раньше одевали под платья, чулки и зонт-трость. За шкафом стоял столик для вышивания. Этакое большое пяльце. Кресло и круглый стол на длинной тонкой ножке.
   'А тут хозяйка, наверняка читала книгу или предавалась тайным думам', - Марина вспомнила фильм про дворян, виденный совсем недавно.
   Она поставила и зажгла свечи на всех столах и даже на полу вокруг кровати. Благо их было с достатком. В этом плане можно было себе не отказывать. Яркий свет, от которого она уже успела отвыкнуть, осветил комнату. Тени заплясали на потолке и стенах, но они не пугали, а скорее стали дополнением к антуражу. Марина вспомнила о находке, оставленной на прикроватном столике. Как ей и показалось, это был клочок бумаги. На нем не было ничего кроме одной большой буквы К. Осмотрев обрывок со всех сторон, удивившись, разочаровавшись и потеряв всякий интерес, Марина небрежно отбросила его в сторону.
   Она зевала все чаще, а глаза начали закрываться против ее воли. То ли длительная прогулка и выматывающая дорога на нее так подействовали. Или свежий не задымленный воздух. Но итог был один. Марина валилась с ног. Ей не терпелось опробовать большую мягкую кровать. Хоть и сильно было желание ознакомиться с содержимым папки и проникнуть, наконец, в тайну этого дома, сон победил любопытство, что случалось крайне редко.
   Марина, недолго думая, переоделась и юркнула в постель под одеяло. И сон не заставил себя долго ждать.
  
  
   Марина не хотела открывать глаза. И вообще сильно жалела, что прекрасный сон закончился и теперь ей придется просыпаться, вставать и что-то делать. Она лежала в кровати с закрытыми глазами и улыбалась, наслаждаясь тишиной и спокойствием. Она медленно вспоминала события предыдущего дня, и то, что оказалась одна в большом старинном доме, где, по уверению ее нового знакомого, странноватого парня Фира, обитают призраки. Улыбка медленно сползла. Сейчас в утренние часы, когда осадок вчерашнего растворился в свете наступающего дня, Марине не так сильно стало казаться все нереальным и странным. Даже выходки Фира перестали ее напрягать.
   Вставать все-таки пришлось. Марина уже предвкушала интересное событие - изучение дома. В нем было много коридоров и дверей, таящих старинные тайны и секреты. И все их девушке, не страдавшей от отсутствия любопытства, хотелось раскрыть. Она надеялась обнаружить что-нибудь интересное. Какую-нибудь старинную вещь, которую она смогла бы забрать на память об этом приключении. Но сначала надо было привести себя в порядок. В виду отсутствия ванны с краном, из которого бы шли горячая и холодная вода, утренние сборы прошли быстро. Открыв сумку, Марина с сожалением посмотрела на баночки с быстрорастворимым супом и кофе.
   'Плиту с чайником я тоже вряд ли здесь найду'.
   И в ход пошли последние бутерброды, предусмотрительно не уничтоженные за время путешествия в автобусе. Покончив с завтраком, девушка аккуратно убрала со стола крошки и спрятала в сумку пустую бутылку из под газировки.
   Марина сладко потянулась, и только было вознамерилась начать обследование дома, и обдумывала, с чего бы начать, как зазвонил телефон. В пустом старинном доме модная песенка с незатейливым мотивом прозвучала несколько противоестественно. Посмотрев на незнакомый номер, Марина все же нажала на кнопку 'принять вызов'.
   - Алло.
   - С пробуждением, - поприветствовал ее голос Фира.
   Марина как наяву увидела на его губах гаденькую улыбочку.
   - Я даже не знаю, удивляешься ты тому, что я проснулась вообще или проснулась в доме.
   - И то и другое. Как призраки? Не нарушали твой сон?
   - Представь себе, нет. Как я и думала, все ваши слухи и россказни полнейшая ерунда.
   - Какие планы?
   - Ну, с учетом того, что делать особо нечего, я, пожалуй, осмотрю дом, ну, может, еще в сад выйду. Хотя все там заросло мне по самые уши.
   - Нет, в сад тебе обязательно надо сходить. Желательно, когда стемнеет. Поверь мне, там есть, на что полюбоваться.
   - Можем полюбоваться вместе, - закинула пробную удочку девушка.
   В трубке раздался смех, а потом пошли гудки, означавшие окончание разговора.
   У Марины вырвался грустный вздох.
   'Нда, похоже, меня собираются динамить'.
   В очередной раз возникла мысль, что: 'А на фига мне это надо; что я тут делаю; может все-таки вернуться домой'. Засунув телефон в задний карман джинсов, девушка на всякий случай, взяла с собой фонарь и отправилась в разведывательную экспедицию.
  
   Время близилось к ужину, когда все коридоры и комнаты были пройдены и внимательным образом изучены. К полнейшему разочарованию девушки, среди имевшихся там вещах, не было совершенно ничего интересного. Только старый хлам и рухлядь, поломанная мебель и совершенно нечего было взять с собой в качестве трофея, что впоследствии напоминало бы об этих выходных и странноватом парне. Дабы не запутаться и не заглядывать в одно и тоже место дважды, Марина помечала двери красным крестиком. Помада уже подходила к концу, когда она вышла на финишную прямую. Последняя дверь левого коридора на втором этаже. Здесь расположение комнат было таким же как и на той половине, где обосновалась она. Последней в списке оказалась комната, идентичная ее. Марина уже не чаяла натолкнуться на что-то интересное, и решила по-быстрому заглянуть в комнату для галочки. Но стоило двери раствориться и впустить девушку, как она позабыла про все на свете. То, что это была игровая, она поняла сразу. Повсюду: на полу, полочках на стене, столах и стульях, в центре и по углам были расставлены, разложены, брошены и распиханы игрушки. По большей части они были сломаны и изувечены. Но было то, что сразу привлекло внимание. У дальней стены на узкой деревянной полочке в ряд сидело несколько кукол. Компанию им составляли фигурки ангелов и феечек. Марина благоговейно прикоснулась к полочке и обнаружила под слоем вековой пыли растительный орнамент. Взяв в руки хорошенького розовощекого ангелочка, она улыбнулась. Повертев его в разные стороны, посадила игрушку на место. Марина решила, что набрела на сокровище (с детства она коллекционировала фарфоровых кукол) и решила, что все же не покинет это место без сувенира. Она медленно переводила взгляд от одной игрушки к другой. Ткнув в живот одной из них, она с разочарованием отметила, что тело у той не фарфоровое, а набито ватой. И так было почти у всех кроме одной. Это была самая большая кукла, одетая в шикарное платье белого с голубым цвета, по которому рассыпались тяжелые пшеничные кудри, отделанного по вороту, лифу и юбке тончайшим кружевом. В руках она держала зонтик, а на голове под залихватским углом топорщила перья элегантная шляпка. Бережно взяв игрушку, Марина рассмотрела ее со всех сторон и осталась довольна. На остальных она даже не взглянула. Прижав куклу к груди, она развернулась и поспешила на выход. Когда девушка уже взялась за ручку, чтобы закрыть за собой дверь, за спиной раздался звук удара и звон стекла. Марина резко обернулась, ожидая увидеть, наконец, расписанных ей Фиром призраков, но это оказались вовсе не они (к счастью или разочарованию). Полка, на которой до этого сидела теперь уже ее кукла, переломилась пополам и упала на пол. Хрупкие игрушки мгновенно разлетелись на сотни и тысячи осколков и застыли сверкающими капельками на полу. Девушке было жаль, игрушки действительно были очень красивые и старинные. Таких было уже не найти. Но к счастью, одну она успела спасти. Марина закрыла дверь и пометила ее, как и все предыдущие крестиком.
  
   Вернувшись в комнату, которая заняла на время пребывания в старинном доме, она посадила куклу на подушку кровати. Поправив растрепавшееся платье и перекинув волосы вперед. Полюбовавшись своим приобретением, она вернулась к насущным вопросам. Почти позабыв за время поисков о такой простой человеческой потребности как еда, она лишь разочарованно цокнула, не обнаружив в сумке ничего съестного.
   'Кто всю эту кашу заварил, тот пускай и расхлебывает, - решила она и, достав мобильник, набрала номер, с которого утром звонил ей Фир, - В конце концов, мы не договаривались, что я должна голодать все это время'.
   - Только не говори, что уже готова все бросить? - вместо приветствия сразу выдал парень.
   - Не дождешься.
   - Тогда чего звонишь?
   - Слушай, мы не договаривались, что я должна еще и еду с собой притаскивать, - обиделась Марина.
   - Понятно, - Фир, казалось, не заметил обиженных ноток в ее голосе, - Как ты относишься к пицце?
   - Я думала, в вашем прекрасном старинном местечке не знаю этого слова, - несколько злее, чем хотела, процедила девушка.
   - Ты всегда такая или только, когда голодна? - задал вопрос парень и, не дождавшись ответа, продолжил, - Дай мне полчаса. Надеюсь, за это время ты не умрешь о т голода? А то ты мне еще нужна.
   - Ой, ли?
   - Представь себе, - и, понизив голос, добавил, - Тебя ожидает сюрприз.
   И тут же, как и в первый раз без предупреждения отключился. Марина поджала губы и убрала телефон в карман.
   'Значит, еще есть полчаса, чтобы чем-нибудь себя занять'.
   Девушка решила спуститься вниз и еще раз поискать вход в подвал, который так и не обнаружила при первом обходе. Посмотрев в окно, на почти севшее солнце, она решила, что время до наступления сумерек есть. Делать это ночью, как и вчера, ей не очень хотелось, потому стоило поторопиться. Помахав кукле рукой, она поспешила вниз.
   Ничего подобного на подвал ей не попалось. Бросив это неблагодарное занятие, она решила пойти противоположным путем и влезть на чердак. Но и тут ее ожидало разочарование. На тяжелой дубовой двери висела цепь, протянутая от ручки до врезанной в стену петли аля щеколды, венчал ее огромный амбарный замок. Шпилек ее коротким волосам не требовалось, потому шансы открыть дверь были ничтожно малы.
   'Ну что за жизнь, - Марина бессильно ударила по двери кулаком.
   Та поддалась и растворилась на узкую щель - ровно столько, сколько позволила цепь. Брови Марины взметнулись вверх, а в глазах появился азарт. Она просунула в щель руку и пошарила с той стороны в надежде, что, быть может ключ с той стороны, но добилась лишь того, что словила в палец занозу. И тут произошло сразу несколько вещей. Марина ощутила как что-то коснулась ее руки, это чувство было сродни тому, что она уже испытала в комнате вчера, в ту же секунду из щели вырвался резкий порыв холодного воздуха, жестко взлохматив ее волосы. Девушка вздрогнула и поняла, что ей не просто неуютно, а почти страшно. Она поспешно втянула руку обратно, и тут до ее уха донеслось поскрипывание половицы, девушка готова была поспорить, что это за дверью на чердаке и чертовски близко к двери. Она замерла, ожидая, что вот-вот в щели появится чье-то лицо. Но этому не суждено было сбыться. Раздался резкий, заставивший вновь вздрогнуть перелив мобильного.
   - Алло, - она услышала свой чуть хрипловатый голос.
   - Стесняюсь спросить, что-то случилось?
   - Нет, все хорошо, - уже нормальным спокойным голосом ответила девушка и сменила тему, - Как там на счет пиццы?
   - Я обещал, я сделал. Коробка с ароматной пиццей ожидает тебя на улице. Я не рискнул нарушать твое уединение и протолкнул ее сквозь решетку забора. Так что иди, забирай.
   - Даже так. Все никак не пойму, ты избегаешь меня или сам боишься дома?
   - Наивная. Удачи в поисках, - и отключился.
   Рука с зажатым в ней телефоном бессильно опустилась. Все это время Марина не переставала смотреть на щель. Но с чердака больше не донеслось ни звука, не было вообще ничего. Девушка вздохнула с облегчением, почувствовав, как расслабляется напряженное тело, готовое сорваться не то на крик, не то на бег в случае чего. Девушка аккуратно взялась за ручку и закрыла дверь. Только после этого она действительно почувствовала, что все в порядке. Несколько поспешнее, чем требовалось, она спустилась с лестницы и поспешила из дома в сад, надеясь, что Фир не сбежал сразу после звонка, а дождется ее. Пусть хоть из-за забора, но ей хотелось увидеть парня.
   Но опоздала, за забором уже никого не было. Лишь белела коробочка среди высокой травы с ее стороны.
   'Мда', - далее последовали не очень приличные слова, касающиеся всего, что произошло с ней и некоторых личностей. Задвинув засов на входной двери, она прошла в комнату. Дом уже погрузился в темноту, и Марина вновь зажгла свечи. Решив не осквернять кровать крошками, она расположилась на полу на коврике, что обнаружила сегодня в одной из комнат в левом коридоре. Желудок на предложенное угощение отреагировал весьма позитивно. Хотя после целого дня без единой крошки такая реакция была бы на все, ну, или почти на все съестное.
   Отправив в рот остатки третьего куска, решила, что это, пожалуй, последний, по крайней мере, пока. Довольный внутренний удавчик намекнул, что теперь неплохо было бы и поспать. Но Марине еще было чем заняться. Решила, что в сад, пожалуй, не пойдет. Так как дом она уже осмотрела, не найдя ничего интересного, что требовало бы к себе более пристального внимания, на это у нее было все воскресенье. И если и завтра ее загадочный приятель не пожелает присоединиться к ней, то закончив скорую экскурсию, она уедет, молча или нет, решит по обстоятельствам. А сейчас все же стоило прочитать те материалы, что он накопал для нее про дом.
   Подойдя к туалетному столику, она устроилась с ногами на пуфике, и, скинув завязки, углубилась в изучение. Бегло просмотрев содержимое, она удивилась наличию старых черно-белых фотографий, газетным вырезкам со словами через твердый знак на пожелтевших от времени страницах. Было и несколько новых, отпечатанных на принтере страниц с информацией из интернета. Удивление девушки достигло апогея, переплетаясь с волнением и любопытством, когда в самом конце она нашла вырванный из тетради лист бумаги.
   'Главный секрет ты узнаешь завтра'.
   Марина скептически усмехнулась и положила листок обратно в папку. Лишь на секунду она удивилась, почему Фир написал завтра, ведь парень не мог знать, что она исследует содержимое сегодня, а не как только папочка попадет в ее ручки. Но это показалось ей несерьезным и глупым.
   Начать изучение она решила именно со старых газетных заметов. Они были краткими. То ли новости были не так важны, то ли тогда они все так выглядели.
   Изучив семью на фотографии первой вырезки с самой ранней датой, она углубилась в чтение. Информации было мало, лишь в большинстве своем благодарности и восхваления главы семья, богатого аристократа из-за границы, что решил обосноваться в крошечной деревеньке, делая пожертвования и не жалея денег на помощь жителям. Мужчину звали Андрием, откуда именно он приехал, не было указано, но это особого интереса у девушки и не вызвало. Вместе с ним в деревне поселились его жена, красавица Агафья и двое детей - мальчик и девочка. Мальчик Филипп был старше сестры, если судить по нечеткому фото, примерно года на три-четыре, смотрел прямо и открыто, широко улыбаясь. Девочка Катерина, вцепившись ручкой в юбку маминого платья, казалось, вот-вот готова была разреветься. Последующие несколько заметок касались щедрости Андрия: отреставрированной церквушки, построенной гимназии, выделение средств на строительство лечебницы. Следующая заметка сообщала о радостной новости, у благородной четы родился третий малыш, сын, названный в честь деда по отцу Эриком. Следующая заметка появилась только спустя пару лет. Ее текст в корне отличался от всех написанных ранее. Имела она обвинительное содержание. И обвинялась в ней семья Андрия в темных делах, что совершали они под прикрытием. После их появления стали происходить самоубийства и много людей пропало. А недавно в лесу за сомнительными делами застукали жену его Агафью вместе с дочерью. Зрело людское недовольство и нельзя было его уже заткнуть, заставить смолкнуть, а то и вовсе исчезнуть никакими богатствами и средствами. И случилось так, что в одну ночь после серии очередных злодейств, решил простой народ покончить с семьей. Взяв, кто вилы, кто топоры, пробрались они в дом с самыми жестокими намерениями, но не суждено было свершиться их суду. Все члены семьи были уже мертвы. Не пощадили даже младшего сына.
   Марина отложила последнюю газетную вырезку. Уставившись в черноту за окном, она надолго задумалась. Проиграв в уме все данные, что были прочитаны, она сложила их в определенную картину, совсем не радужную, но, тем не менее, не имевшую пугающих кровавых подробностей. Обо всем было сказано общими словами или вскользь. Не было никакой информации, почему семья была уже мертва, кто это сделал и зачем. Почему Андрия с женой обвинили в злодействах, несмотря на все то добро, что он сделал для жителей. Больше было похоже, что их оклеветали, обвинили в том, чего они не делали и решили по-тихому разделаться с ним. Может их богатство вскружило кому-то голову, а может запала кому в душу Агафья. А может, все и не так было. И на самом деле жители и разделались с семьей, но сказали потом, что все было уже кончено. Вопросов было много. И Марина решила закончить с чтением, сравнив с информацией, найденной в интернете. Эта история на просторах всемирной паутины разрослась теми самыми кровавыми подробностями, которых не было в газетных вырезках. Как правило, нельзя наверняка выяснить, правда это или вымысел. Прочитав, что в игровой комнате именно под полочкой с куклами лежал прислоненный к стене труп Катерины с колотой раной в районе сердца, Марина вздрогнула. Бросив быстрый взгляд за спину на безмятежно пялящую в пустоту свои невидящие игрушечные глаза куклу, она продолжила читать.
   Андрия и Агафью нашли лежащими на постели. Белоснежное постельное белье и светло-розовое платье женщины были обильно залиты кровью. Рванная рана разверзлась на шее от уха до уха. У мужчины же был вспорот живот и лишь потому, что он лежал на спине, не позволило его внутренностям покинуть пределы его тела. Младший мальчик, Эрик был найден в своей кроватке. Его бледное маленькое тельце было полностью обескровленным, но не было обнаружено ни одной, даже самой маленькой раны, через которую это возможно было бы сделать. Лишь нос и глаза ребенка были в потеках крови. Тело Филиппа долго не могли обнаружить и решили, что именно он убил всю свою семью, после чего сбежал. Лишь во время повторного осмотра его полуразложившийся труп был обнаружен на чердаке с такой же, как у сестры колотой раной в области сердца.
   На другом листе страницы из интернета была написана обычная байка про возвращающуюся призраками жестоко убитую семью, призывающую наказать убийцу, чтобы они обрели покой. В общем, полночный бред, байка, написанная для Хэллоуина. Таких историй было полно на их сайте. Она могла ткнуть в любую и увидеть примерно такой же текст. Менялось только место обитания и количество призрачных персонажей. Но смерть всех без исключения была насильственной, и все, кто отваживался на ночь составить неупокоенным призраком компанию, бесследно пропадали или кончали с собой, или их находил убитыми и т.д.
   'Приятное чтиво на ночь', - Марина поморщилась, собирая все листки и убирая их обратно в папку.
   Она была рада, что осмотрела дом до того, как ознакомилась с подробностями окончания жизни его первых обитателей. Тогда она не смогла бы спокойно войти в игровую комнату или спальню Андрия и Агафьи. Вспомнив ее попытку проникнуть на чердак, она поежилась.
   Марина подцепила кусок пиццы и отправила в рот. Решив слегка подкрепиться перед тем, как лечь спать.
  
  
   Никогда не читайте и не смотрите ужасы перед сном. Чревато.
   Тяжелое прерывистое дыхание вырывалось из горла девушки, а глаза были широко открыты. Она смотрела в окно на крону дерева, что неистово колыхалась под резкими, сильными порывами ветра, находящего путь через щели и в дом.
   Постепенно дыхание выровнялось, а сердце прекратило свой бешенный бег. Девушка сглотнула и провела рукой по взлохмаченным волосам. И только после этого вновь откинулась на подушку. Но тут же ее пронзило ощущение, что за ней наблюдают. Резко повернув голову налево, она увидела куклу, что сидела на подушке. Фарфоровая головка с пустыми глазами была повернута к ней.
   'Так, вдох, выдох, вдох, выдох. Это всего лишь кукла, - раздался нервный смешок, заставивший ее вздрогнуть, - Сама же посадила ее туда'.
   Девушка закрыла глаза и попыталась успокоить свое слишком впечатлившееся кровавой историей сознание. Но получалось плохо. Все время возникала мысль, что именно так кукла смотрела на то, что делали с первой хозяйкой - девочкой Катериной; также холодно и безразлично.
   Она не хотела открывать глаза, но еще больше она не хотела встречаться с мерцающими в темноте глазами куклы. Если бы ее спросили, почему, то не смогла бы дать внятного ответа на этот вопрос. Просто не хотела и все. И сил на то, чтобы подняться и убрать ее куда подальше, тоже не было.
   'Пожалуй, взять сувенир - не самая лучшая моя идея'.
   И это было мягко сказано. Сейчас Марина сожалела, что вообще согласилась на эту авантюру. Пытаясь уснуть и выкинуть из головы то и дело возникающие строчки из материалов по дому и картинки из сна, подкинутые расшалившейся не во время фантазией, она совсем извелась. Когда сон, наконец, решил избавить ее от мучений, до ее уха донесся еле слышный скрип, так могла бы открываться дверь, и она ощутила чье-то присутствие. Но уже через секунду вновь спала.
  
   В этот раз пробуждение прошло почти незаметно. Она возвращаалась медленно и долго пыталась понять, что это - сон или явь. Сон отпускал ее из своих объятий неторопливо, ее глаза открылись, слух постепенно стал к ней возвращаться. Что-то выдернуло ее, но Марина никак не могла понять, что же это было.
   Звук вторгается в ее сознание постепенно, начиная с легкого шороха и заканчивая неприятным металлическим перезвоном. До Марины, наконец, доходит, что это.
   'Дверь на чердак, цепь'.
   И вот она уже на ногах. Медленно она выходит из комнаты, пересекает коридор и останавливается на площадке, что ступенями расходиться вверх и вниз. Она услышала тихое тиканье часов. Бросив короткий взгляд вниз, она увидела их. Большие массивные часы с циферблатом размером с ее голову и в высоту со взрослого мужчину, они вновь отсчитывали минуты и часы. Любого неподготовленного человека с более слабой нервной системой, это заставило бы закричать и побежать прочь, но только не ее.
   Марина сглотнула. Вцепившись дрожащей рукой в перила, она нервно огляделась. Но темнота почти все скрывала. Запоздало вспомнив о наличии у нее фонаря, все же решила не возвращаться и продолжить путь без него. Страстно захотелось бегом броситься в комнату, заперев за собой дверь и подперев ее всем, чем возможно, но еще сильнее было желание прекратить сводящий с ума звук с чердака. И она двинулась вперед.
   Как она и ожидала, дверь вновь была открыта. И ветер, что гулял по дому, заставлял ее ходить взад и вперед, натягивая цепь. Марина облегченно вздохнула. Поняв, что это не противоестественные звуки. Взявшись за ручку и намереваясь закрыть дверь, она бросила короткий взгляд в темноту, что стояла на чердаке. Видение невысокой девичьей фигурки с белым лицом и растрепанными залитыми кровью волосами ввели в ступор. Но, чисто механически, она закрыла дверь, отрезая себя от увиденного. Она не задрожала, не умерла от разрыва сердца, ее зубы не стали выбивать чечетку. Не было ничего из того, что описывают в книгах. Не было и желания потерять сознание. О чем лично Марина сейчас пожалела. Ее не сковал безотчетный ужас, поднимая волосы к потолку, расширяя глаза.
   Марина лишь на миг замерла, борясь с желанием вновь открыть дверь и удостовериться, что ей показалось, что этого не может быть. И она лишь приняла клубящуюся пыль за чью-то фигуру. А на самом деле все легко объясняется. Это ведь просто дом. Просто старинный чертов дом, и нет в нем ничего таинственного и пугающего кроме огромных щелей, в которые задувает ветер, приводя в движение постройку.
   Облизнув губы и опустив глаза, Марина медленно двинулась вниз по лестнице. Войдя в свою комнату, она аккуратно закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Поборов желание привалить к ней столик и кресло, она направилась к кровати, увещевая себя, что раз с внешним раздражителем покончено, то сейчас она ляжет и уснет, проспит до утра, а утром уедет из этого старинного чертового дома, удалит контакт странного парня Фира и забудет об этом приключении, как будто его и не было никогда.
   Марина забралась в кровать, накрылась одеялом, и, устроив сомкнутые руки на груди, закрыла глаза.
   'Вдох, выдох, вдох, выдох'.
  
   Марина никогда не замечала за собой признаков лунатизма. Никогда не посещала кухню, как любили делать некоторые, в том числе ее знакомые. Редко просыпалась даже для справления естественных потребностей. Ибо ночью она спала.
   И потому осознав, что она находится не в теплой постели старинного дома, а застыла на темной лестнице в трех ступеньках перед покрытой пятнами и закрытой на замок и перетянутой цепью дверью на чердак, ее удивлению не было предела. Первым в ее сердце прорвалось удивление и вопрос нецензурного содержания. И лишь потом, когда она увидела, что ручка двери медленно стала поворачиваться, холод, что впился в ее ступни, вмиг взлетел вверх по телу, царапая кожу, и сжал в своих тисках сердце, заставляя его замереть, оцепенеть от страха.
   Марина не могла пошевелиться, просто наблюдала, как дверь, тихо скрипнув, открылась, как звякнула натянутая цепь. Холодный порыв, что в ту же секунду вырвался на свободу, ударил в ноздри затхлым ароматом, отчего нестерпимо захотелось чихнуть и зажать нос. Но она не сделала и этого.
   Ее глаза расширились, а волосы на голове пришли в движении. Впервые в жизни Марина испытала это чувство, что раньше считала всего лишь художественным приемом. Белая, почти прозрачная рука, какая могла бы быть у ребенка лет восьми, показалась из щели под дверью. Ощупав пол своей любопытной ладошкой, она вцепилась в дверь, прочертив пальчиками до угла, она медленно стала подниматься вверх. Дотронувшись до замочной скважины, рука протянулась к нависающему на цепи замку. Ощупав его, ладошка в кулачке зажала цепь. И тут же на уровне подсознании, нежели ушами она услышала дикий, не то крик, не той вой, что заставил ее сердце замереть, а тело придти в движение. Поняв, что больше ее ничто не держит, Марина бросилась вниз по лестнице. Крик все еще рвал ей слух, пытаясь расколоть черепную коробку. Лишь когда она оказалась на площадке перед уходящими вправо и влево коридорами, он прекратился. Марина, тяжело дыша, привалилась спиной к стене. Она не решалась взглянуть назад, опасаясь вновь увидеть...
   'А что увидеть?'
   Марина легонько пару раз ударилась головой об стену, словно это могло помочь ей придти в себя и избавиться от звуков и картинок, что всю ночь заставляют ее поверить в несуществующие вещи.
   'Хватит', - Марина резко тряхнула головой, глаза ее лихорадочно блестели, а губы были сжаты, - Больше ни секунды я не останусь в этом доме. Даже если это все постановка, если все это всего лишь умелый розыгрыш больного на голову Фира, ну и черт с ним. Пусть я проиграю'.
   Она решительным шагом направилась в комнату. Покидав в сумку немногочисленные вещи, она ненадолго задержала взгляд на папке, в которой таилась страшная история жившей здесь некогда семьи. Но она не тронула ее. Задув единственную горевшую с вечера свечу, она закрыла дверь и направилась к лестнице, на ходу доставая мобильный телефон. Даже не обратив внимания на то, что подушка, на которой с вечера возвышалась кукла, оказалась пуста.
   От тихого, но раздавшегося в пустом доме сродни выстрелу скрипа, Марина вздрогнула, и чуть было не выронила телефон. Медленно повернув голову в сторону правого коридора, она увидела на стене какое-то пятно. Щурясь и стремясь разглядеть, что это, Марина приблизилась вплотную. Ровно в ту секунду, когда она поняла, что это кровавый отпечаток маленькой ладошки, вновь раздался скрип.
   'Ну, уж дудки, я знаю, что в ужастиках все так и начинается. Пойдешь на скрип, а там тебя уже ждут', - Марина спиной вперед сделала пару шагов в обратном направлении.
   Включив мобильный, она нашла номер Фира и нажала на вызов. Первые гудки совпали с новой порцией звуков с чердачной лестницы. По резким ударам двери об косяк и звону цепи, Марина поняла, что кто-то очень жаждет выбраться с чердака.
   - Черт, - вырвалось у девушки, когда бесстрастный голос автоответчика ответил, что абонент временно недоступен, - Ну и пошел ты.
   Засунув телефон в карман и поудобнее перехватив сумку, она стала спускаться. Хотела бы она двигаться быстрее, но не могла себе позволить оступиться и скатиться с лестницы и потому, услышав очередное поскрипывание, что было уже гораздо ближе, она лишь крепче сжала зубы, перекрывая выход рвущемуся крику. А потом еще ближе. Казалось, что она жертва, а за спиной неаккуратный и выдающий свое нетерпение хищник приближается.
   Марина подлетела к двери, резко распахнув ее, ожидая каждую секунду, что на нее кто-то кинется, а дверь в самый последний момент не поддастся, она буквально вывались за порог. Больно ударившись коленкой и уронив сумку, она резко оглянулась, но за спиной никого не было. Дом затих, пропали звуки. Лишь в доме клубилась привычная темнота неосвещенного ничем пространства. Марина сглотнула. Только сейчас она поняла, как была напугана. Руки ее мелко дрожали, а ладони были покрыты капельками пота. С раздражением правой ногой она пнула дверь, закрывая дом. Больше двигаться не хотелось. На девушку навалилась дикая усталость. Она потерла виски, пытаясь притупить боль, что сковала ноющим неприятным чувством. Марина закрыла глаза, обещая себе, что сейчас немного полежит, а потом найдет Фира и придушит его собственными трясущимися руками, не заметив, что сквозь одну из щелей за ней наблюдают.
  
   Чувство было такое, что накануне она напилась, а потом закусила снотворным. Продираясь сквозь вату сна, что не желал отпускать ее из своих объятий, Марина сфокусировала взгляд на обстановке, что ее окружала.
   - Все, бросаю пить, - Марина не узнала свой скрипящий голос.
   Но когда увидела, где находится. Ее настроение было испорчено окончательно. Она лежала на полу в той самой спальне старинного дома, что приютила ее на время испытания.
   'Нет, нет, нет', - Марина вскочила и стала озираться по сторонам.
   Наконец, она получила подтверждение, что это проделки Фира. Призракам не под силу затащить ее тело не только в дом, но и на второй этаж. Но от этого не становилось легче. Мороз прошел по коже, и Марина явственно ощутила враждебность и напряженность. Ей страстно захотелось удрать. Но, не сделав, ни шага она замерла, разглядывая очередную страшную находку. От развороченной кровати к открытой настежь двери вели кровавые отпечатки небольших по размеру стоп.
   'Опять кровавые следы, Фир, ты повторяешься', - Марина смотрела на них, как завороженная, уже представляя какую леденящую душу историю она напишет по возвращении домой.
   Не поднимая головы, она шла вперед, стараясь не вступить в пятна на полу. Следы упирались в дверь той самой комнаты, в которой, если верить газетным вырезкам, нашли тело девочки Катерины. Марина увидела, что крест от губной помады был размазан, как и на других дверях в этом коридоре. Марина поняла, что не хочет входить в комнату ни при каких условиях. И когда за дверью послышался скрип, она медленно развернулась и пошла прочь. Когда она уже взялась за перила и готова была ступить на верхнюю ступеньку лестницы, раздался звук открываемой двери. Больше Марина не медлила. Плюнув на все меры предосторожности, она ломанулась вниз, переводя взгляд со ступенек, что мелькали под ногами на входную дверь, что становилась все ближе и ближе. Грохот, шуршание и скрипы со всех сторон. Казалось, сам дом пришел в движение. Скинув многовековой плен сна, он заворочал суставами и костями, стряхивая пыль и оцепенение. Но все прекратилось, стоило Марине слететь с лестницы и коснуться пола первого этажа. Девушка недоверчиво посмотрела за спину. Увидев темный силуэт, что отлепился от стены рядом с лестницей и направился к ней, Марина развернулась и бросилась к двери, но до боли знакомый голос остановил ее.
   - Уже уходишь? - и столько было в нем насмешки и сарказма, что Марина мгновенно вспыхнула.
   Замерев в нескольких шагах от входной двери, она медленно развернулась к парню и, испепеляя, как ей самой казалось, гневным взглядом, она прошипела:
   - Ты гад. Ведь это все твоих рук дело. Призраков не существует, но ты решил поиграть, чертов извращенец.
   - Ты права, - парень широко улыбнулся и приблизился к девушке, - Частично я к этому причастен.
   Правая рука его пряталась за спиной, и Марина решила, что если это не роза, то она выцарапает ему глаза и потребует отправить ее домой. И ей наплевать, как именно он будет делать это глубокой ночью.
   Она не сразу поняла, что именно ее насторожило: его кривая ухмылка или странное выражение в глазах, но желание покинуть не только этот дом, но и общество Фира оказалось просто зашкаливающим. Промямлив что-то неразборчивое, Марина дернулась в сторону двери, но ей не дали этого сделать. Неожиданно сильные ледяные пальцы парня впились в ее руку, а в его ладони что-то сверкнуло. Раньше, чем Марина потеряла сознание, она почувствовала острую всепоглощающую боль в левом боку от жадно разрывающей плоть стали.
  
  
   Боль пришла не сразу. Она не хлынула в уши и рот, не впилась когтями в мозг и сердце, раздирая, удушая, погребая. Боль не заставила выть, ронять слезы и причитать, рычать, шипеть сквозь сомкнутые зубы. Когда Марина очнулась, лишь легкий стон вырвался из горла, а рука потянулась к тому месту, которое ныло и тянуло. На боку, где была рана, она ощутила под пальцами влажную ткань ночной рубашки. Выругавшись, она все же открыла глаза и почти ничего не увидела. В помещении, в котором она находилась, была кромешная темнота. Лишь где-то впереди еле-еле метался, то вправо, то влево желтоватый огонек.
   Марина попыталась устроиться поудобнее. Кое-как приподнявшись с ледяного пола, стараясь как можно меньше тревожить рану, она прислонилась к стене. И тут увидела, что огонек стал приближаться. Значит, поняли, она пришла в себя, ну или просто решили, что пришло время добить. По телу девушки пробежали ледяные мурашки. Увидев парня, его оценивающий, замораживающий и лишающий надежды взгляд, словно она была куском мяса, к которому он примеривался и подсчитывал, насколько его хватит, Марина разозлилась. Если бы у нее была шерсть, она встала бы дыбом. Если бы она могла, то поднялась и вцепилась в его самодовольную рожу. Но сил не было. И жизнь по капле вытекала из нее вместе с кровью, что никак не желала останавливаться.
   Фир поставил свечу на пол. Выпрямившись, он щелкнул пальцами, и тут же запылали еще свечи, что были расставлены на полу кругом, в самом центре которого на невысокой скамье лежал сверток, смутно напоминавший конверт для новорожденного. Марина не могла отвести от него глаз, даже не обратив внимания на то, как сами по себе зажглись свечи. Она не хотела верить, что это именно то, о чем она подумала. Ну не такой же гад все-таки этот парень. Но, переведя взгляд на ухмыляющееся лицо Фира, она поняла, что такой. Именно такой. Худший кошмар, который только мог случиться, и его рука не дрогнет, а сердце не собьется с ритма.
   - Фир, - голос был хриплым, незнакомым.
   Язык не желал шевелиться, и губы кто-то будто смазал клеем.
   - Ну, что ты, милая, - на губах парня расцвела улыбка, - Теперь, когда мы стали с тобой ближе, можешь называть меня по истинному имени.
   - Ф-ф-филипп, - припомнив имя сына, прошептала Марина.
   Улыбка стала еще шире.
   - Я знал, что ты умненькая девочка.
   У Марины закружилась голова. Она прислонилась затылком к стене и закрыла глаза. Перед ней как наяву проскочила газетная вырезка с мельчайшими подробностями; ребенок, кровь, убийства и трупы. Все они. И она поверила. Марина поняла, что он сказал правду. По неизвестным причинам перед ней стоял не сумасшедший парень, возомнивший себя человеком, умершим давным-давно, а тот самый Филипп - сын Андрия и Агафьи.
   - Хочу тебе кое-кого представить. Заочно вы, конечно уже знакомы. Сестрица Катерина или Кайра, - Фир сделал шаг в сторону и указал рукой в угол.
   Марина открыла глаза. Ее волосы зашевелились, а глаза стали просто огромными от удивления, от ужаса. Хотя казалось бы, куда уж больше. В дальнем углу, поджав ноги и обняв их правой рукой, левая держала за руку ту самую куклу, что Марина планировала прихватить с собой как трофей, девушка. Молоденькая, тоненькая, со странным выражением на лице; то ли ей хочется расплакаться, то ли растянуть рот в злорадной ухмылке. Но было в ней что-то неправильное. Марина напрягла зрение и еще раз окинула фигурку девушки взглядом. И поняла. Сквозь нее видны были предметы, что были за спиной. Она была прозрачной.
   - Призрак, - сил удивляться уже не было, как и пугаться.
   Лимит на сегодня был уже исчерпан.
   - К сожалению, но не совсем призрак. Мы как раз работаем над этим. С прискорбием вынужден тебе сообщить, что эту ночь ты не переживешь. Зато Катерина, наконец-то, обретет такую желанную плоть.
   Марина поняла, что теряет сознание. Сил уже не было, чувств уже не было. Ей стало почти все равно. Умрет она, станет обиталищем для духа или еще что. Лишь было жаль ребенка, что также тихо продолжал лежать на скамье, не подавая признаков жизни. Ведь кроху ожидает та же участь. Они убьют его, как и собственного брата.
  
   Когда Марина вновь пришла в себя, она увидела Филиппа, сидевшего к ней спиной, и темные, полные ненависти глаза Катерины, что также находилась в углу, сжимая фарфоровую ручку куколки.
   - Очнулась, - парень тут же повернулся, - Вот и хорошо. Уже немного осталось.
   Он что-то помешивал в большой железной кружке.
   - Зачем? - прохрипела Марина, не отрывая от него взгляда.
   - Зачем что? - парень выглядел обескураженным, - Зачем нам нужна ты и ребенок? Или зачем нам тебя убивать? Или зачем именно ты?
   - Все это, - Марина слегка качнула головой.
   - Так уж и быть, посчитаю это твоим предсмертным желанием и расскажу, - парень вновь улыбнулся своей самой шикарной фирменной улыбкой, на которую она и повелась, - Видишь ли, то, что ты прочитала в газете, абсолютная правда. И мы знали, что нас не пощадят и убьют. Люди весьма беспощадные создания. Но умирать мы как-то не планировали. И по тому решили провести сложный ритуал. Не морщись, милая, тебе не идет. Наша мать Агафья была потомственной ведьмой из древнего рода. Но она оставила практику, когда вышла замуж, посвятив все свое время и силы семье. Но обучала нас, стремясь передать знания. В ту ночь нам пришлось первым делом избавиться от нее и от отца. Она никогда бы не позволила нам использовать для ритуала Эрика. Он был ее любимчиком, а младенец был необходим. Без него ничего бы не вышло. А так как найти другого ребенка, подходящего возраста, не представлялось возможным, нам пришлось пожертвовать им. Ну а там дело за малым, мы провели ритуал, что позволило нам существовать в иной форме. А потом нам оставалось лишь найти подходящий материал и провести ритуал по возвращению плоти. Для этого нам нужна кровь, дыхание, сердце и жизненная сила младенца, парня для меня и девушки для Катерины. Раньше с этим были сложности. Но в эпоху интернета и телефонов это вообще стало одним удовольствием, - парень довольно осклабился.
   Во время рассказа он не забывал о подготовке. Аккуратными, давно заученными движениями он помешивал варево в кружке, раскладывал какие-то предметы, расставлял свечи.
   - Мы стали не призраками, но и не были живыми. Заморозив тело в одном состоянии, на определенном возрасте, мы не движемся дальше. Просто когда приходит время, мы вновь теряем плоть. И вновь начинаются поиски. Мы, конечно, готовимся к этому заранее, но не всегда успеваем. Брать абы кого тоже нельзя. Нужно именно подходящее тело и подходящее время. Ничего личного, но сегодня это ты.
   Марина поняла, что ей не выбраться из переделки живой. Она уже смирилась. Ее клонило в сон, тело немело, она уже почти не чувствовала ног и рук. Девушка надеялась, что их план провалиться, и она умрет раньше, чем они будут готовы к проведению ритуала.
   - Даже не надейся, - прошелестел голос Филиппа совсем рядом, словно он прочитал ее мысли.
   Девушка открыла глаза и встретилась с изучающим взглядом парня. Он легонько коснулся кончиками пальцев ее щеки.
   - Красивая, - прошептал он, - Жаль, что мы не сможем продолжить знакомство.
   Он накрыл ее губы своими, и в ту же секунды она почувствовала в груди острое жало ножа, которое быстро, раздирая кожу, пробиралось к сердцу. Мир взорвался яркими брызгами кроваво-красного цвета. Она выгнулась дугой, а Филипп, прижав к стене дергающееся в предсмертной агонии тело, сильнее впившись губами, прикусив губу и не обратив внимания на тоненькую красную струйку, что прочертила линию на подбородке, поймал крик и последний выдох.
   Тук-тук, тук-тук, тук...
  
   ЭПИЛОГ
  
   Стайка девушек выпорхнула из института и, заливаясь смехом, медленно двинулась прочь от дверей учебного заведения, опостылевшего за год. От нее отделилась только одна девушка и пошла в противоположном направлении.
   Сегодня у Татьяны было просто прекрасное настроение. Она не пошла с подругами отмечать окончание сессии, а спешила домой. Ведь сегодня ее ждало свидание с самым прекрасным парнем на свете. Они неделю назад познакомились на одном сайте знакомств. Одна улыбка парня сводила ее с ума, не говоря уже об остальном. Выяснилось, что у них много общего, и вчера он предложил встретиться. И потому Татьяна летела домой как на крыльях, перебирая в уме еще раз все подготовительные моменты: платье, туфли, духи, прическа, макияж. Ее мысли были далеко от реальности и потому она, не видящим взглядом, скользнула по объявлению на столбе. Даже фотография симпатичной брюнетки над надписью 'Пропала без вести', не отпечаталась в памяти.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"