Никитюк Владимир: другие произведения.

Марс - планета кошмаров

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Двадцать третий век. Люди освоили Луну, Марс, Венеру, Меркурий, многие спутники больших планет. Везде колонизация идёт успешно - кроме Марса. С ним явно что-то не так...

  Пролог
  
  С утра Павла вызвал шеф.
  После нескольких дежурных вопросов о том, как идут дела, хозяин кабинета вдруг на несколько секунд замолчал, а потом неожиданно сказал:
  - А теперь, Паша, - самое главное. С тобой срочно хочет встретиться одна из шишек Службы инопланетной колонизации.
  - И что такого им он меня может понадобиться? - удивился Павел.
  - Понятия не имею! Но ты, главное, будь там с ними поаккуратнее!
  - Не понимаю! - пожал плечами Павел. - Почему инспектор уголовного розыска должен бояться этих космонавтов?
  - Нет, не бояться! Ни в коем случае не бояться! - поморщился шеф. - Но лишнего не говорить! Знаешь, какие серьёзные люди курируют эту службу?
  После этого шеф написал на листке несколько фамилий и показал Павлу. Тот кивнул - опасения шефа имели основания.
  В общем, когда через два часа он входил в роскошный кабинет, главным его чувством была настороженность.
  Павел даже не подозревал, что за этими дверями его ждёт величайшая удача в жизни!
  
  Павел понимал, что ещё никогда в жизни он не оказывался перед лицом деятеля столь высокого ранга. Более того - хозяин кабинета был живой легендой. Поэтому по логике вещей всё его внимание до последней капли должно было быть уделено этому замечательному человеку.
  Но внимание Павла всё время отвлекалось на кабинет, в котором они находились. Потому что выглядел он потрясающе...
  Главным элементом обстановки были три "живые" голографические панорамы Марса, Венеры и Меркурия. То есть это были реальные изображения реальных участков планет, оперативно передававшиеся на Землю.
   За спиной хозяина кабинета была панорама Марса. Безжизненная пустыня кирпично-красного цвета. А сверху - бледно-розовое небо. Такой пейзаж, в принципе, можно было бы найти и на Земле...
  Слева была поверхность Меркурия. Бескрайнее каменное поле, обжигаемое солнечными лучами. Конечно, лишний свет "отсекался" - иначе бы эта картинка буквально ослепляла!
  Заметив движение глаз Павла, хозяин кабинета улыбнулся:
  - На марсианской панораме, наоборот, свет чуть-чуть прибавлен. Иначе она была бы слишком тёмной!
  Павел кивнул и перевёл взгляд направо.
  Венерианский пейзаж был ужасен. Для его описания просто не находилось слов. Да и как может выглядеть поверхность планеты при температуре почти 500 градусов и давлении чуть меньше ста атмосфер?
  Наиболее устрашающим элементом венерианского пейзажа был постоянно дующий ветер.
  Вроде бы не очень быстрый - но при таком чудовищном давлении обладающий неимоверной силой!
  - Поверхность Венеры практически погружена во тьму! - вновь вмешался хозяин кабинета. - Поэтому, чтобы сделать эту картинку видимой, есть два варианта - преобразовать инфракрасное изображение в видимый свет или осветить поверхность прожекторами. Сейчас реализован второй вариант - поскольку при этом изображение выглядит более привычным для нашего глаза!
  Только теперь Павел обратил внимание, что на венерианской панораме освещены только передний и средний планы. А дальний план погружён в густую, вязкую тьму.
  Да, пейзаж Венеры завораживал - и одновременно устрашал. Павел впился глазами в голографическую панель, не в силах оторвать от неё глаз.
  А потом он вдруг вспомнил, что даже не успел толком поздороваться с хозяином кабинета - а уже занялся рассматриванием картинок.
  И Павлу стало страшно неудобно...
  
  Хозяин кабинета заметил его смущение и поощрительно произнёс:
  - Да ладно, не переживайте! Ваша реакция вполне уместна! Вряд ли вы где видели такое!
  - Да уж! Фотографии из Инфонета и близко к этому не лежат!
  - И этому есть важные причины! - серьёзно прокомментировал хозяин кабинета. Но давайте всё-таки покончим с формальностями! Павел Пригонов, насколько я понимаю?
  - Да, всё правильно!
  - Ну а как зовут меня, вы могли прочитать на двери кабинета!
  Павел кивнул. Надпись "Адмирал Н. А. Громадин" прочно отпечаталась в его памяти!
  - Я расскажу, зачем я вас пригласил. Обязательно расскажу! Но сделаю это постепенно. Это будет проще и, в конце концов, даже и быстрее!
  Адмирал помолчал несколько секунд, а затем продолжал:
  - Вы уже обратили внимание на то, что изображение, увиденное вами в этом кабинете, существенно превосходит по качеству, и, главное, по уровню эмоционального восприятия то, что можно найти в Инфонете. Но вы даже не представляете, насколько превосходит! Давайте-ка начнём с Марса!
  И хозяин кабинета погасил панорамы с видами Венеры и Меркурия. А вид с поверхности Марса заменил другим.
  Павел сразу почувствовал разницу.
  Место было совершенно другое. И выглядело оно совсем не так, как на первой панораме.
  Небо теперь было не розового, а мертвенного серовато-буроватого цвета. Соответственно и поверхность планеты на этой панораме выглядела странно и зловеще.
  - Сейчас изображение искусственно осветлено, - продолжал адмирал. - Наблюдатель на планете увидит вот что...
  И он в несколько раз уменьшил яркость.
  Теперь панорама выглядела просто жутко. У Сергея аж сердце захолонуло.
  - Да, зловещая планетка этот Марс... - задумчиво произнёс он.
  - Вы думаете, только Марс? - иронично переспросил хозяин кабинета. - Сейчас я вам покажу панорамы и другие планет! Поверьте, в плане устрашающего пейзажа Марсу они ничуть не уступают!
  
  После этого панорама Меркурий была включена, а панорама Марса - погашена.
  Адмирал продемонстрировал Павлу несколько меркурианских пейзажей.
  Первые из них не произвели на Павла никакого впечатления. А потом...
  Как будто кто-то схватил его за шиворот и подвесил над нереально выглядящей поверхностью раскалённого камня...
  Павел понимал, что он сейчас находится на Земле, в кабинете адмирала Громадина, - а вовсе не на Меркурии. Но знание это выглядело как-то абстрактно... А реальностью, несмотря на все логические рассуждения, был именно этот меркурианский пейзаж!
  Вдруг всё резко поменялось. Вокруг опять был кабинет адмирала.
  Собеседник Павла внезапно сменил точку съёмки на Меркурии.
  - А что, наблюдатель на планете увидит то же самое? - заинтересованно спросил Павел.
  - У наблюдателя на планете эффект будет гораздо сильнее. Он просто потеряет всякое ощущение реальности. И начнёт совершать различные неадекватные поступки. Некоторые из которых будут иметь катастрофические последствия.
  Затем адмирал, помолчав немного, добавил:
  - Сколько на Меркурии произошло несчастных случаев, прежде чем мы поняли их главную причину... Но потом с этим начали бороться - и теперь у меркурианских поселенцев больше нет фатальных проблем.
  И, как будто отмахиваясь от каких-то своих мыслей, адмирал продолжал:
  - А теперь я покажу вам Венеру.
  
  С Венерой всё выглядело немного по-другому: адмирал не менял точку съёмки, а просто перенастраивал способы освещения поверхности планеты и методы обработки информации.
  Всё началось с того варианта, который изначально был на экране. Как было отмечено, он уже сам по себе был жутковатым. Но каждая новая картинка выглядела всё кошмарнее и кошмарнее.
  Павел даже не мог понять, в чём здесь дело. Но при взгляде на появляющиеся на экране изображения его охватывало ощущение, что он видит что-то странное, немыслимое, запретное...
  - Ну как, впечатляет? - невесело улыбнулся адмирал. - Плохо вам не стало? Запас прочности в себе ещё чувствуете?
  Хотя голова у Павла слегка кружилась, а сердце выбивало чечётку, он не стал об этом распространяться. Потому что понял, что увидит сейчас самое интересное...
  - Однажды наши учёные решили раз и навсегда определить, какой способ перекодировки визуальной информации для поверхности Венеры самый оптимальный. Этот способ должен был давать наблюдателю максимум информации и стабильно работать в большинстве точек поверхности планеты... Требуемый способ был разработан, испытан - но никогда на практике не применялся. И вот почему...
  Хозяин кабинета щёлкнул тумблером - и изображение снова изменилось.
  Павел посмотрел на него - и побледнел.
  Давно он не испытывал такого ужаса.
  То, что он увидел на экране, было невозможным, невыразимым, немыслимым. И главное - было непонятно, в силу чего достигается такой эффект. Вроде бы ничего особенного - ветер, горячий пар, камни. Всё это было и на предыдущих снимках... Но почему так щемит сердце?
  Внезапно появилось ощущение, что, если продолжать смотреть на ЭТО хотя бы ещё несколько секунд, случится непоправимое.
  И Павел сделал первое, что пришло в голову: закрыл оба глаза ладонями.
  О том, что глаза можно закрыть, просто опустив веки, он как-то не подумал...
  
  - Можете открыть глаза! - услышал Павел голос адмирала. - Я отключил панораму Венеры.
  Павлу было очень неловко. Проявить такую слабость...
  Он открыл глаза и осторожно посмотрел на адмирала. И тут Павла ждал сюрприз.
  Ему казалось, что в глазах хозяина кабинета будут насмешка и презрение - а вместо этого увидел сочувствие и уважение.
  - Успокойтесь! - мягким голосом сказал адмирал. - Вам нечего стыдиться. Наоборот, вы с блеском выдержали это нелёгкое испытание!
  Увидев в глазах Павла недоумение, хозяин кабинета продолжал:
  - Ведь это было действительно тяжело! Многим становилось совсем худо. Некоторые даже сознание теряли. Одна женщина вообще на несколько дней в больницу попала...
  - А зачем нужны такие жестокие эксперименты? - удивился Павел.
  - Просто нам требуются люди, устойчивые к восприятию "тёмных" инопланетных пейзажей. Позарез требуются... - тихо сказал хозяин кабинета.
  И, чуть-чуть помолчав, тихо добавил:
  - А что касается опасности - не всё так страшно! Стоит мне нажать маленькую кнопку - и через полминуты здесь окажется очень хорошо оснащённая медицинская бригада. Так что в этом кабинете пока что никто не умер и в инвалида не превратился. И даже сколько-нибудь серьёзных проблем со здоровьем ни у кого не возникло.
  - А как же женщина, на несколько дней попавшая в больницу? С ней-то уж точно не всё было в порядке! - возразил Павел.
  - Да нет, со здоровьем у неё сейчас всё хорошо! Только вот на другие планеты ей не суждено полететь... - вздохнул адмирал.
  А потом, внимательно взглянув на Павла, многозначительно произнёс:
  - Теперь вы понимаете, почему не каждый снимок с других планет попадает в Инфонет? Нет никакого смысла зря тревожить людей!
  И задумчиво добавил:
  - Иначе вообще ни у кого не возникнет желания лететь на другие планеты...
  
  - Вы разрешите мне вернуть на экран картинку? Самую-самую первую - хозяин кабинета вопросительно посмотрел на своего гостя.
  Хотя сердце у Павла захолонуло, он молча кивнул головой. Адмирал щёлкнул тумблером - и на экране появилось то изображение Венеры, которое было в самом начале визита. По сравнению с ужасами, которые Павел только что видел, оно выглядело совершенно безобидно и невинно.
  - Вот видите! - сказал хозяин кабинета, - ко всему этому можно постепенно привыкнуть!
  Наступила пауза. Павел сидел в растерянности, а адмирал, судя по всему, думал о чём-то своём. Наконец он словно очнулся и спросил:
  - Ну что, есть вопросы?
  Вопросов у Павла было много. Но главный - благодаря чему достигается такой жуткий психологический эффект.
  Судя по всему, хозяин кабинета ожидал именно этого вопроса. Задумчиво потерев лоб, он сказал:
  - Самая распространённая гипотеза заключается в том, что инопланетные пейзажи слишком чуждые и непривычные. И в мозгу срабатывает цепочка "непривычное" - "тревожное" - "опасное" - "устрашающее" - "ужасное". Но есть и другие гипотезы... Где-то около трёх десятков. Да Бог с ними, с этими гипотезами!
  - Насколько я понимаю, вас волнует что-то другое, - сделал осторожное предположение Павел.
  - То, что меня волнует, тесно связано с тем, что я рассказал. Но довольно причудливым образом. Вот вы сейчас получили некоторую очень важную информацию о трёх главных объектах нашей инопланетной колонизации. Как, по-вашему, с какой планетой больше всего проблем - а с какой меньше всего?
  Если Павел и задумался, то всего лишь на секунду.
  - По-моему, всё очевидно! - сказал он. - Самая опасная планета - Венера, самая безопасная - Марс.
  - А вот и нет! - с грустной улыбкой возразил ему адмирал. - Венера как раз - самая безопасная из колонизируемых планет. А Марс - самая опасная. На Марсе ежегодно погибает больше людей, чем на всех остальных планетах вместе взятых.
  
  - Но как это может быть? - удивился Павел.
  - Знаете, это в двух словах не объяснить! - задумчиво сказал хозяин кабинета. - Давайте сделаем так: я дам вам почитать один очень интересный файл. Совсем небольшой - где-то за полчаса вы с ним управитесь! А потом мы обсудим его содержимое. Фактически продолжим теперешний разговор - но на более высоком уровне понимания!
  Адмирал дал Павлу небольшой предмет, отдалённо напоминающий портативный компьютер.
  "Одноразовый файл-планшет! - промелькнуло в голове у Павла. - Пользоваться такими штучками - дорогое удовольствие!"
  А хозяин кабинета в это время давал краткие пояснения:
  - Понимаете, этот файл настолько секретный, что только я и ещё несколько человек могут читать его обычным образом со своего терминала. А вам придётся воспользоваться вот таким специальным способом. Да - важное уточнение: этот планшетник нельзя выносить из моего кабинета. Иначе файл на нём сразу же сотрётся. Так что садитесь куда-нибудь в уголок и спокойно, не торопясь, читайте. Закончите - скажете мне. А я пока своими делами займусь.
  Файл назывался "Краткая сводка несчастных случаев при инопланетной колонизации за периоды B07-B18".
  Первый раз Павел прочитал его очень быстро. Но прочитанное как-то совершенно не отложилось в голове. Тогда он прочитал ещё раз - и постепенно начал понимать кое-какие закономерности. На третий раз Павел прочитал файл с буквально дикой скорость. Всё правильно... Теперь он был готов к разговору, о чём немедленно и сообщил хозяину кабинета.
  - Долго же вы читали! - улыбнулся адмирал. - Ну и какие выводы вы из всего этого сделали?
  
  Павел на секунду задумался и начал:
  - В первом приближении все несчастные случаи можно разделить на пять групп. Первая группа - технические аварии, вызванные объективными причинами. Например, на поверхности Венеры для проживания людей вначале использовались купола, похожие на марсианские. Вот только для условий Венеры они оказались очень мало пригодны. Были даже несчастные случаи, причём с немалыми жертвами. Но после того, как вместо куполов на Венере стали применять сферические обитаемые капсулы, количество несчастных случаев, связанных с местообитанием, резко уменьшилось.
  Увидев одобрительно-заинтересованное выражение на лице адмирала, Павел продолжал:
   - Технические проблемы могут быть самые разные, и проявляются на разных планетах. Но практически всегда после внедрения соответствующего технического решения проблема полностью исчезала.
  - А как это всё выглядит по отдельным планетам?
  "А то вы не знаете?" - удивился про себя Павел. Но не подал вида и спокойно ответил:
  - Только этот тип несчастных случаев соответствует выдвинутому мной прогнозу. То есть чаще всего это происходит на Венере и реже всего - на Марсе.
  - Ну а что вы скажете об остальных группах несчастных случаев?
  - Вторая группа - это некомпетентность и легкомыслие, проявленные при обслуживании техники. Некомпетентных и легкомысленных людей всё-таки чуть-чуть побольше на Марсе. Третья группа - человеческий фактор в чистом виде: от запланированных убийств до бытовых драк. Здесь Марс - безусловный лидер. Наконец, четвёртая группа, - смерть от невыясненной причины, и пятая группа - бесследное исчезновение людей. Это исключительно проблемы Марса. Ни на Меркурии, ни на Венере такого просто не бывает...
  - Ну и ваши предварительные выводы?
  - Ну если только очень предварительные... - вздохнул Павел. - Несомненно, в социально-психологическом плане в марсианских колониях не всё в порядке. А на это ещё накладывается таинственный фактор "икс". Впрочем, я не сомневаюсь, что этот фактор оказывает влияние и на социально-психологические отношения.
  - А это как? - заинтересованно спросил адмирал.
  - Да десятками разных способов! Взять ту же смерть от невыясненных причин. Тут, само собой, в первую очередь приходит в голову мысль об убийстве. Так вот - люди боятся быть убитыми - раз. Боятся, что на них повесят чужое убийство - два. Боятся, что смерть вызвана мистическими причинами - три. То же самое с исчезновениями. Тут, правда, самое страшное - что люди могут приписать исчезновение их знакомых проискам спецслужб. Да, кстати, - я не исключаю, что фактор "икс" - не просто главная, а вообще единственная причина всех этих безобразий. А остальное уже вторичное...
  - Какой кошмар! - тихо сказал адмирал. - И что, по-вашему, тут нет никакого выхода?
  
  - Выход, я думаю, есть... - задумчиво протянул Павел. - Но, судя по всему, очень-очень непростой. И действовать придётся сразу по нескольким направлениям...
  - А конкретно?
  - Во-первых, повторно расследовать самые странные и вопиющие случаи. Во-вторых, провести глубокую статистическую обработку имеющихся материалов. В-третьих, при дальнейших расследованиях загадочных случаев полностью исключить возможность "закрытия" сомнительных дел путём осуждения невинных людей. В-четвёртых, начать проводить другую информационную политику. Что толку всё подряд скрывать, если люди очень многое видят сами?
  - Так что, по-вашему, вообще не скрывать ничего? По-моему, это самый верный способ устроить всеобщую панику!
  Павел поморщился:
  - Я вовсе не это имел в виду... Нет смысла скрывать то, что люди и так легко узнают. Но не допустить в прессе нежелательных обобщений - это вполне реально. Вряд ли вы сейчас полностью контролируете этот процесс...
  - Это всё?
  - Это то, что является наиболее очевидным. Если немного подумать, наверняка всплывут ещё несколько пунктов. Но самое главное состоит в том, что все эти пункты - всего лишь вспомогательные направления. Главная задача - это поиск таинственного фактора "икс". Причём искать его надо тоже сразу по трём направлениям. Первое - централизованное научное расследование. Второе - централизованное административное расследование. Третье - работа специальных высококвалифицированных агентов. Все три направления, естественно, должны быть очень глубоко засекречены.
  - Как вы всё ловко разложили по полочкам! - восхитился адмирал. - Мне остаётся задать вам последний, самый главный вопрос: согласитесь ли вы возглавить эту работу?
  Павел резко встал с места и секунд двадцать внимательно смотрел на своего собеседника. А потом медленно спросил:
  - Прежде чем ответить на ваш вопрос, мне хотелось бы знать: почему вы обратились с ним именно ко мне?
  
  Адмирал, похоже, ожидал этого вопроса. Тем не менее он как будто на секунду задумался, а потом негромко, но твёрдо произнёс:
  - Я очень внимательно изучил ваше дело. В моём представлении вы - идеальный полицейский.
  -Да! - иронично вздохнул Павел. - А вот моё начальство так не считает! Многие мои одногруппники уже комиссары, а я всего лишь старший инспектор...
  - Послушайте меня внимательно! - очень серьёзно сказал адмирал. - У вас ведь очень высокая квалификация. Кроме всего прочего, вы работаете примерно в три-четыре раза быстрее, чем средний сотрудник уголовного розыска. Ведь так?
  Павел, почему-то смутившись, молча кивнул головой.
  - Другой бы с такими способностями давно сделал блестящую карьеру! А вы тратите свои дополнительные ресурсы на совсем другое - на то, чтобы добиться абсолютно безошибочного результата.
  - Это так! - твёрдо ответил Павел. - Разве можно делать карьеру на чужой беде! Нет, я как-нибудь без этого обойдусь!
  - Да, вы уникальный человек! Карьера-то ваша, а беда - чужая! Не каждый стал бы их вот так приравнивать!
  - Не знаю! - пожал плечами Павел. - Мне так легче и спокойнее!
  - Но, к сожалению, всё несколько сложнее, чем кажется! - продолжал хозяин кабинета. - Бывают более трудные дела. Ради них вам приходится задерживаться вечером на службе и даже работать в выходные. Поэтому и с личной жизнью у вас как-то не сложилось!
  Павел стоял ошарашенный. Такого поворота разговора он не ожидал. Адмирал между тем продолжал:
  - А некоторые дела - ещё сложнее. И вы просто не успевали их раскрыть в приемлемые сроки. Очень часто из-за этого их передавали другим инспекторам, они их в пожарном порядке закрывали... А потом вы же ещё и переживали, что из-за вашей нерасторопности было принято ошибочное решение.
  Павел выслушал всё это молча. А его собеседник между тем продолжал:
  - Бывало и по-другому - вы передавали материалы в прокуратуру, а они выворачивали их по-своему! Кстати говоря, по нашей настоятельной просьбе были тщательно проверены все дела, где ваша позиция противоречила официальной. И, представьте себе, вы во всех случаях оказались правы! Так что Николаева с Денисовым из тюрьмы выпустили! И Джонсона тоже!
  - Спасибо! - просиял Павел. - Это замечательная новость!
  - Это вам спасибо, странный вы человек! Мы, кстати, были очень заинтригованы потрясающей достоверностью ваших выводов. И выяснили, что, кроме всего прочего, вы обладаете блестящей интуицией. Но интуиция эта, к сожалению, имеет несколько ограниченную область применения: помогает проверить найденное решение, но мало способствует поиску нового решения.
  - Да, всё правильно! - задумчиво сказал Павел. Когда я вижу человека, мне довольно легко определить, смог бы он совершить конкретное преступление или нет. Но если я пока так и не встретился с преступником - оценивать некого... В этом случае расследование приходится проводить чисто логическими методами.
  - Послушайте, Павел, да вы просто гений! - воскликнул адмирал. - Вы сами об этом, может быть, и догадываетесь, - но начальство ваше этого просто не понимает! Именно такой человек нам и нужен! У нас ведь тут труднейшая проблема! И нам надо найти именно настоящее решение! О показухе в данном случае не может идти и речи!
  - Я же сказал вам, - усталым голосом возразил ему Павел, - что здесь нужен руководитель очень высокого ранга - а отнюдь не старший инспектор уголовного розыска!
  - Придание вам высокого ранга - это, поверьте мне, самая лёгкая из всех существующих проблем! - улыбнулся адмирал.
  
  - Всё равно ничего не получится! - задумчиво сказал Павел. - Сам факт моего перехода из земной полиции в службу инопланетной колонизации сразу заметят. А если я сохраню здесь хотя бы старое звание - сразу будет понятно, что я собираюсь заниматься чем-то серьёзным! Ну а о повышении звания, само собой, и речи быть не может! С другой стороны, даже старший инспектор уголовного розыска по определению не может возглавлять никакой серьёзный проект. Так что это тупик. Абсолютный тупик!
  - Всё правильно! - с улыбкой сказал адмирал. - Всё так и будет, если мы станем действовать тупо и без фантазии. Но кто мешает нам чуть-чуть пошевелить мозгами?
  - Как это? - заинтересованно спросил Павел.
  - Конечно, факт вашего перехода на новое место работы никак не скрыть. Зато можно скрыть причину и сопутствующие обстоятельства. Например, вы устраиваете небольшой, но яркий и запоминающийся скандальчик, после чего с треском вылетаете из полиции. Потом вы сразу же устраиваетесь к нам. После такого странного поступка вас вряд ли станут воспринимать всерьёз. Ну как идея, нравится?
  Судя по восторженно-мечтательному выражению лица Павла, идея ему очень понравилась. Адмирал между тем продолжал:
  - Только вы там поосторожнее. Главное, конечно, не сделать ничего такого, что реально уронило бы вашу репутацию. Да и с уголовным кодексом будьте поаккуратнее. Мы, конечно, вытащим вас из тюрьмы, если срок будет не больше пяти лет, - но к чему лишние и совершенно ненужные проблемы? Это, надеюсь, понятно?
  - Да за кого вы меня считаете? - обиделся Павел. - Всё будет сделано в лучшем виде!
  - Тогда пойдём дальше. К нам вы устраиваетесь на какое-нибудь достаточно скромное место работы. Фактически вы будете главным из упомянутых вами секретных агентов. Все будут знать, что этот чудак - бывший полицейский - теперь работает в нашей системе каким-нибудь мелким клерком. Но никто не будет знать, что ещё вы дополнительно занимаетесь очень серьёзным расследованием.
  Задумчиво потерев лоб, адмирал продолжал:
  - Достаточно низкое служебное положение сделают вас "своим" среди простого народа. Конечно, тот факт, что вы когда-то были полицейским, будет этому немного мешать. А вот репутация скандалиста, наоборот, должна вам помочь.
  - Что ж, пока мне всё кажется ясным и логичным. Но, как я понимаю, вы описали мне лишь надводную часть айсберга?
  - Именно так! - кивнул хозяин кабинета. - Для подавляющего большинства людей вы будете неудачником. Бывшим полицейским, у которого сдали нервы... И лишь единицы будут знать, что на самом деле всё обстоит совершенно по-другому...
  
  - Вас повысят в звании. Очень сильно повысят. Но этот факт будет страшно засекречен. Далее - поселиться вы обязательно должны в отдельной квартире. С точки зрения вашего официального положения это, конечно, будет выглядеть как чистого вида транжирство. Но вы должны что-то придумать - например, на свои старые привычки сослаться. А деньги, мол, вы будете тратить на это те, что раньше накопили. Видите, в амплуа чудака всё-таки есть кое-что удобное!
  - А для чего всё это? - спросил Павел. - Не слишком ли сильное чудачество - тратить все заработанные деньги на жильё, которое будет восприниматься моими новыми знакомыми как неоправданно роскошное?
  - Дело в том, что, оставшись наедине в своей квартире, вы сможете без помех играть другую роль: высокопоставленного электронного руководителя.
  - Но для этого необходим очень хороший компьютер! А наличие такого компьютера сразу меня демаскирует! - покачал головой Павел.
  - Ну это как раз не проблема: вам выдадут несколько суперсовременных карманных компьютеров, которые будут выглядеть как дешёвые электронные коммуникаторы. Но пользоваться их продвинутыми возможностями вы должны лишь при отсутствии свидетелей.
  - Ну и с кем же я буду таким образом общаться?
  - Список мы определим чуть позже - при непосредственном планировании операции. Причём специально хочу отметить, что никто из этих людей не будет знать вас в лицо. Каждому из них будет сказано, что его начальник - тот, кто владеет специальным электронным ключом. Владельцем ключа будете вы и никто другой. Так что сомнений в ваших полномочиях ни у кого не возникнет.
  Павел задумчиво кивнул:
  - С этим понятно... Но не всякой работой можно руководить через компьютер.
  - Для таких работ будет создана специальная группа, подчиняющаяся лично вам. Состоять она будет из проверенных, абсолютно надёжных людей.
  - А где я с ними буду встречаться? Хотя бы изредка?
  - В специальном офисе. Я думаю, это будет наиболее правильно!
  - А как я туда буду попадать?
  - Что-нибудь придумаем! Через конспиративные квартиры, например... По технологии "горизонтальный лифт".
  - И всё-таки есть тут одна серьёзная проблема... - задумчиво произнёс Павел. - Ваши доверенные люди наверняка будут иметь весьма высокий ранг. И им очень трудно будет признать в качестве руководителя человека, который ещё совсем недавно был всего лишь старшим инспектором...
   - А вот тут вы зря переживаете! Чтобы ни у кого не возникло даже тени сомнения в вашем высоком ранге, вам будет предоставлено Обновление. Само собой, совершенно бесплатно. А в качестве приятного приложения - звание регионального комиссара.
  Павел буквально опешил. Это были поистине сказочные условия!
  
  Павел никогда не терял самообладание в экстремальных ситуациях - ни под пулями, ни под смертоносной огненной нитью лазера, ни под тупым беспощадным молотом силового поля. Но тут он растерялся.
  Сказанное адмиралом было невероятно, неправдоподобно, немыслимо!
  Уже само звание регионального комиссара было королевским подарком. Скакнуть по служебной лестнице на семь ступенек вверх - да такого просто не бывает! Но даже это меркло перед ёмким и неожиданным словом - Обновление!
  Обновление было главным богатством, которым может обладать человек. Сокровенной мечтой почти каждого. Но для подавляющего большинства - увы! - мечтой совершенно недостижимой.
  Вообще-то Обновление можно было просто купить за деньги. Но это были большие, огромные, немыслимые деньги. Обновление было гораздо дороже, чем космическая яхта среднего размера. Так что не каждый мультимиллионер мог купить себе это вожделенное чудо.
  Чаще всего, однако, Обновление доставалось человеку бесплатно - за счёт государства. Но только в том случае, если этот человек был для государства невероятно ценен.
  Получая от государства Обновление, человек сразу же оказывался на самом верху. Где-то высоко за облаками... И кем он был за полгода до этого, действительно, уже никого не интересовало.
  Адмирал с интересом наблюдал за бурей чувств, отражавшихся на лице Павла. Теперь пора было повторить главный вопрос...
  И хозяин кабинета широко улыбнулся и, внимательно посмотрев на Павла, спросил:
  - Ну как? Теперь вы, надеюсь, согласны?
  - Умеете же вы убеждать! - вздохнул Павел. - Ну конечно согласен! Какой вменяемый человек способен отказаться от Обновления?
  
  После ухода Павла хозяин кабинета сел в кресло и задумался.
  Почти три недели он, адмирал космического флота, занимается вроде бы чужим делом: подбирает работников во вновь создаваемую структуру.
  Чужим? Нет, не чужим! Потому что передоверить этот подбор он не мог никому...
  А сегодня он сумел найти и руководителя. Судя по всему, великолепного руководителя!
  Хозяин кабинета надеялся, что новой полицейской структуре, возглавляемой Павлом, удастся разобраться с тем, что происходит на Марсе. Адмирал всеми фибрами души чувствовал, что, если не сделать этого, произойдёт что-то невероятно страшное. Причём не только для марсианских колонистов - для всего человечества...
  Но нет! Павел не должен подвести! У него всё получится!
  
  Павел выскочил из кабинета адмирала Громадина как на крыльях. Произошло настоящее чудо. Жизнь повернулась к нему своей сказочной стороной.
  Павел иногда любил помечтать. Но даже в самых смелых своих мечтах он не замахивался на то, что когда-нибудь получит в дар Обновление!
  Да и звание регионального комиссара грело душу. Пустяк, а приятно!
  А вот что совсем не пустяк - так это одобрение адмиралом его этической позиции . Павел хорошо разбирался в людях, и ни капельки не сомневался, что больше его не заставят переступать через моральные принципы.
  И ещё маленькое, но приятное обстоятельство - способ ухода из земной полиции. Павел уже решил, как он это сделает. Был среди его знакомых один наглый и злобный, но, к сожалению, богатый и влиятельный человек. Павел давно мечтал ему высказать всё, что о нём думает. Но сдерживался, потому что такая откровенность кончилось бы очень плохо.
  А теперь он всего один раз не сдержится. Как бы не сдержится.
  Это будет потрясающий цирк!
  
  
  
  Часть первая. Хочешь жить - умей вертеться
  
  
  Глава первая. Безвыходная ситуация
  
  Петрович ехал на работу в прекрасном настроении. Их отделу поручили важный проект. Главное, достаточно денежный. И уже точно решено, что он будет в нём участвовать!
  А ведь ещё неделю назад Петрович был в панике. Через два месяца его ожидал уход на пенсию. И не было никаких признаков, что с ним собираются продлевать контракт!
  Нет, конечно, сейчас пенсионеры с голоду не умирают... Но жизнь на одну пенсию стеснённая. Очень стеснённая... А Петровичу не хотелось всю оставшуюся жизнь считать копейки...
  Но теперь всё должно быть по-другому! Работающему пенсионеру платят половину пенсии! А ещё зарплата... Которую, судя по последним событиям, ему должны повысить!
  В общем, жизнь неожиданно стала налаживаться! Может быть, даже что-нибудь на чёрный день скопить удастся!
  
  Пока что новой задачи Петровичу не поставили. Но всё равно ему было чем заняться. Надо было завершить как можно больше мелких работ. Так сказать, "хвосты подчистить". А то поручат что-нибудь серьёзное - и времени на это просто не останется!
  Наконец примерно за час до окончания рабочего дня наступил долгожданный момент - и Петровича вызвали к начальнику отдела.
  Шеф долго смотрел на своего сотрудника тяжёлым внимательным взглядом. А потом вдруг широко улыбнулся:
  - Ну, Андрей Петрович! Поздравляю! Контракт с вами продлевается! На целых пять лет! Вы, надеюсь, понимаете, что вам невероятно повезло! И работа у вас очень ответственная - разработка третьего уровня контроля управляющих воздействий.
  Сердце Петровича ёкнуло от радости: работу ему получили важную и очень престижную!
  - Теперь дело за малым! - продолжал шеф. - Обговорить условия вашего контракта.
  
  - Мне кажется, здесь всё просто! - осторожно начал Петрович. - Моя новая работа - крайне важная. Проект финансируется очень хорошо. Поэтому будет правильно, если вы поднимите мне оклад и базовый коэффициент. О более высокой должности я у вас уже не прошу - понимаю, что в моём случае это нереально.
  И, видя, что шеф никак не реагирует на его заявление, осторожно прибавил:
  - Если у меня не будет серьёзных материальных проблем, мне будет гораздо легче работать. И сделаю я тогда гораздо больше. Вы ведь должны это понимать!
  Начальник грустно покачал головой:
  - Я-то вас понимаю! Но и вы должны меня понять! Проект будет длиться несколько лет. Значит, для его успешного завершения мы должны дополнительно привлечь молодёжь. Много молодежи. А это требует огромных материальных затрат. Так что предлагаемые вами условия, извините, совершенно неприемлемы!
  - Ну и что же вы можете предложить? - сдавленным голосом спросил Петрович.
  - В первую очередь вы должны понять, что продление контракта на пять лет - это огромное одолжение с нашей стороны! Но и вы тоже должны пойти нам навстречу!
  И уже более будничным голосом продолжал:
  - Должность вам, конечно, придётся понизить. Ступеньки на две. Ну и оклад, соответственно, уменьшится. Базовый коэффициент тоже придётся срезать - но совсем чуть-чуть. Зато в плане премии я обязуюсь вас не обижать. Если, конечно, вы будете хорошо работать!
  Петрович почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Он будет вкалывать, как раб на галерах, да и ещё жить хуже, чем сейчас!
  Увы - обеспеченная старость ему явно не светит!
  
  Нет, со всем этим никак нельзя было соглашаться!
  И Петрович всё-таки решил возразить:
  - Я считаю, что ваши условия несправедливы! Получается, я буду работать гораздо больше - а получать гораздо меньше! Это неправильно...
  - Ну что вы, Андрей Петрович! - с ироничной улыбкой возразил ему шеф. - Вы не учли несколько факторов. Первое - вы всё-таки совсем скоро оформите пенсию - и, как работающий пенсионер, будете получать её половину! Второе - теперь мы будет оплачивать вам другую медицинскую страховку. Гораздо лучшую, чем та, которая была! Никому ведь не выгодно, чтобы вы тяжело заболели в самый неподходящий момент! И третье - работы у вас будет очень много! В обычном режиме работы вам просто не успеть! Так что придётся и по вечерам оставаться, и в выходные на службу выходить. А все такие переработки будут очень хорошо оплачиваться. Так что хорошо покрутившись, вы не потеряете в деньгах, а даже приобретёте!
  "Да, но какой ценой!" - подумал Петрович.
  И обещание дорогой медицинской страховки его совершенно не впечатлило. Крохоборы! Даже самого простенького Оздоровления не предложили!
  Но спорить было бесполезно... Начальство хорошо продумало все ответы на неудобные вопросы сотрудников.
  Так что Петрович подписал все бумаги и с очень расстроенным видом вышел из кабинета.
  
  Вероятно, мрачные мысли помимо его воли отражались на лице: встреченные сотрудники отводили глаза и даже не пытались заговорить. Поэтому их лица слились для Петровича в какой-то невыразительный однообразный ряд.
  И вдруг кто-то с ним поздоровался! Это было так необычно, что Петрович даже остановился.
  Перед ним был товарищ по несчастью. Даже если говорить точнее - человек, с которым судьба обошлась ещё круче. Он уже больше трёх месяцев был на пенсии - а контракт с ним заключили всего на один год. И, по всем расчётам, продлевать не собирались.
  Тем не менее, вид у Степаныча (так в последнее время все стали его звать) был отнюдь не грустный.
  - Что с тобой, Петрович? - удивлённо спросил он. - Если я что-то понимаю из того, что происходит вокруг, у тебя не должно быть никаких оснований для расстройства!
  - Я тоже полчаса назад так думал! - грустно улыбнулся Петрович.
  И неожиданно для самого себя рассказал нечаянному собеседнику недавний разговор с шефом.
  - Вот те раз! - удивлённо протянул Степаныч. - Если они так обращаются с теми, кто им нужен, чего же надо ожидать всем остальным!
  - Да! - вздохнул Петрович. - Была бы возможность, ушёл бы отсюда куда угодно! Да ведь в нашем возрасте об этом и думать нечего!
  - Друг мой! - неожиданно возразил ему Степаныч. - Ты допустил по крайней мере две неточности. Во-первых, ты ушёл бы не "куда угодно", а туда, где лучше, чем здесь! Во-вторых, такие места, как ни странно, существуют!
  - Да, конечно, существуют! - с неожиданной злостью бросил Петрович. - Но только не для нас!
  - И тут ты неправ! - мягко поправил его Степаныч. - В какой-то степени именно для нас!
  - Как это! - изумлённо воскликнул Петрович.
  - Знаешь! - посмотрел на часы Степаныч. - Скоро уже рабочий день кончится. Давай-ка пройдёмся пешочком до метро, а я расскажу тебе кое-что интересное. Очень интересное!
  
  От НИИ до станции метро было не очень далеко. Пара остановок на монорельсе. Десять минут на движущемся тротуаре. И чуть больше двадцати минут, если идти пешком.
  Вполне достаточно для не очень длинного разговора.
  И Степаныч, как говорится, сразу взял быка за рога:
  - А знаешь, мне всё это надоело - и я подал заявку в бюро межпланетной колонизации.
  Петрович уставился на него с ошалевшим видом:
  - Степаныч, ты что, совсем не в себе? Зачем им нужны старики?
  - Оказывается, нужны! У молодёжи на других планетах возникают серьёзные психологические проблемы. В конце концов их охватывает жуткая депрессия. Трудно смириться с тем, что оставшуюся жизнь придётся провести в совершенно чуждом мире, бывая на Земле в лучшем случае раз в несколько лет.
  - Ну послушай! - не унимался Петрович. - Психология психологией, но куда ты денешься от старости? Поздно в семьдесят пять лет начинать новую жизнь!
  - А вот тут и есть главная новость! Всем, кто успешно прошёл испытания, бесплатно предоставляется Долголетие!
  Тут Петрович буквально онемел. Потому что это была потрясающая новость! Долголетие - это ведь дополнительные двести лет жизни!
  И что самое ценное - совершенно даром! Ведь в обычных условиях Долголетие стоит невероятно дорого! Не каждый богач в состоянии его купить!
  
  
  Глава вторая. Маленькая лекция в домашнем исполнении
  
  Нет ничего удивительного, что домой Петрович приехал в совершенно расстроенных чувствах. Конечно, Степаныч рассказал интересные вещи. Но наверняка не всё так просто... Даром в жизни ничего получить невозможно - это Петрович усвоил себе чётко.
  Вот и с мечтами о том, как он устроится после выхода на пенсию... Тут уж он сам виноват: сочинил красивенькую сказочку, да сам в неё и поверил. А его просто ткнули носом в реальность.
  Да, честно говоря, не так-то больно и ткнули... Главное, что нищета ему в ближайшее время не грозит. А что придётся повыламываться на работе - так Петровичу к этому не привыкать. Всю жизнь пахал, как лошадь...
  Главное, чтобы здоровье не подвело. Но и тут не всё безнадёжно... Да, конечно, возраст никуда не денешь, - но ведь и дорогая страховка, которую ему обещали, тоже не пустяк! Вот получит её, пройдёт полное обследование, подлечится за счёт фирмы - и, глядишь, десять-пятнадцать лет ещё и протянет. А там и внучки взрослыми станут...
  Как жалко, что эти жмоты так и не расщедрились на Оздоровление! Насколько тогда было бы всё проще!
  Но тут рассуждения Петровича были прерваны самым бесцеремонным образом. Дочка приглашала его за стол - ужинать.
  
  Они съехались год назад, произведя довольно сложный обмен. Теперь у них четырёхкомнатная квартира на пять человек. Жить можно!
  В результате выиграли все. Петрович отдавал в общий бюджет три четверти зарплаты - зато теперь ему не надо было половину свободного времени заниматься домашней работой, от которой он буквально 'лез на стенку'.
  И, главное, исчезла тоска, которая неминуемо охватывает пожилого человека, живущего в пустой квартире. Рядом были дочка, внучки и зять, к которому он относился, почти как к сыну.
  Больше всего были рады самые младшие. Ведь мама и папа так всегда заняты, да и настроение у них часто бывает очень суровое! То ли дело дедушка! У него и время обычно для внучек находилось, и сердился он очень-очень редко!
  Вот и теперь, придя на кухню, Петрович обнаружил, что кроме дочки его ждут ещё два члена семьи. Младшая внучка - Машенька - сидела за столом перед пустой тарелкой. А школьница Света стояла у окна, задумчиво прихлёбывая чай из стеклянной чашки.
  
  - Представляешь, - кивнула дочка в сторону Машеньки, - за ужином отказалась от мороженого. Говорит, съем, когда дедушка придёт!
  - Ну что ж, её право! - улыбнулся Петрович. - И мне ужинать будет интереснее... Только к чему, внуча, такие сложности? Всё равно полчаса после того, как я поужинаю, - законные твои!
  - Нет, деда, сегодня после ужина ничего не выйдет, - Машенькино лицо вмиг стало обиженным. - У Светки к тебе какие-то вопросы. Хочет, чтобы ты ей по школе помог. Сразу после ужина!
  Машенька произнесла это таким осуждающим голосом, как будто старшая сестра собирается заняться чем-то невероятно предосудительным.
  Петрович повернул голову и вопросительно посмотрел на Свету.
  - Понимаешь! - смутилась та, - у нас на завтра задана очень сложная тема. Я два раза прочитала учебник, но мало что поняла. А ты так хорошо умеешь объяснять!
  - Что хоть за тема-то? - немного удивлённо спросил Петрович.
  - Современные медицинские технологии... - вздохнула Света.
  - Это что - Оздоровление, Долголетие и Обновление?
  - Вот-вот, они самые! - обрадовалась внучка.
  - И что же тут трудного? - удивился Петрович.
  - Для тебя, папа, вообще всё просто! - вмешалась дочка. - А ребёнок переживает! Неужели ты не захочешь ей помочь?
  - Да нет, об этом и речи не было! - смутился Петрович. - Всё, что знаю, расскажу!
  - Ну что, всё решили? - внезапно вмешалась в разговор Машенька. - Могу я хоть чуть-чуть поговорить с дедулей?
  Света молча улыбнулась и, поставив чашку из-под чая в лоток посудомойки, ушла в свою комнату. А её мама отошла от стола и стала молча мыть посуду, улыбаясь каким-то своим мыслям.
  
  Оказывается, Машеньку в этот раз заинтересовал монорельс. Этот транспорт она, конечно, видела много раз, но почему-то не задумывалась, как он действует. Тут вдруг вчера в детском садике об этой хитрой штуке речь зашла - а Маше и сказать было нечего!
  Пришлось Петровичу объяснять внучке основную идею монорельса.
  После этого на него посыпались вопросы - один за другим. Почему монорельс быстрее, чем автобус, - но медленнее, чем метро? Почему одни поезда висят под рельсом, а другие, наоборот, едут, оседлав его? Могут ли два поезда разных типов ехать одновременно по одному рельсу? Почему монорельсовую дорогу очень редко проводят между городами? А бывают ли поезда не с одним рельсом и не с двумя, а с тремя?
  Наконец вопросы иссякли. Машенька задумалась, о чём бы ещё спросить, а Петрович, пользуясь предоставленной паузой, быстро покончил с ужином.
  И вовремя, - потому что у внучки вновь появились вопросы.
  
  Света не зря ушла из кухни. Она не хотела 'стоять над душой' у дедушки. Пусть он спокойно поужинает - и тогда она получит свою консультацию.
  Но ужин всё не кончался. Тогда старшая сестра решила осторожно заглянуть на кухню, чтобы понять, что же там происходит.
  Дедушка не только съел свой ужин, но и выпил чай. А теперь сидел, задумчиво вертя в руках чайную чашку.
  Младшая сестра продолжала есть мороженое. Но съела его чуть-чуть - не больше четверти. Остальные три четверти растаяли, превратившись из мягкого пористого брикета в густую жидкость.
  То есть формально ужин продолжался. А фактически младшая сестра самым неприличным образом тянула время. Главное - был повод для продолжения разговора.
  - Машка! - воскликнула старшая сестра возмущённо. - Поимей совесть! Разве можно один брикет есть целый час?
  - Но ты ведь знаешь, что мороженое надо есть медленно - чтобы не простудить горло!
  - Но ведь не настолько же!
  - Ладно, Машенька! - вмешался в разговор Петрович, - похоже, мы действительно увлеклись. Пойдём, Света!
  И дедушка со старшей внучкой пошли в гостиную. А младшая за двадцать секунд доела растаявшее мороженое и побежала вслед за ними.
  
  Придя в холл, Петрович устроился в своём любимом кресле - большом и очень удобном. Света выбрала лёгкое полукресло, пододвинув его к журнальному столику. Кое-что из услышанного она обязательно запишет!
  Только они собрались начать, как прибежала Маша и устроилась на диване. Всё понятно - она тоже хотела послушать...
  Света показала дедушке соответствующую главу учебника. Тот очень быстро просмотрел её, скептически хмыкнув. И, откинувшись на спинку кресла, приготовился рассказывать.
  Но тут его опять отвлекли.
  
  Сегодня у Ольги был беспокойный день. На работе начальство было как озверевшее. Монорельсовую остановку около ближайшей станции метро ремонтировали, и до дома пришлось тащиться на маршрутке. В продуктовом магазине коды двух товаров оказались заблокированными, и при оплате их пришлось выложить из корзинки.
  В дверях квартиры Ольгу встретила старшая дочка Света, которая чуть не плакала. Оказывается, у неё были проблемы со школой. Завтра в их классе должен был быть показательный урок, и всем ученикам настоятельно рекомендовали по всем предметам приготовиться получше.
  Как назло, с одной из завтрашних тем у Светы были проблемы. Современные медицинские технологии...
  - Я не понимаю, в чём проблема? - удивилась Ольга. - Возьми учебник, прочитай внимательно. Если сразу не поймёшь, прочитай ещё раз!
  - Да читала я, мама, читала! Именно эта тема там как-то особенно мутно написана! А если мне не веришь, посмотри сама! - и дочка протянула Ольге пластиковую пластинку электронного учебника с пафосным названием 'Здоровый образ жизни'.
  Лёгкое нажатие на левый нижний угол - и цветастая обложка гаснет, превратившись в тёмно-серую матовую поверхность. А ещё через секунду загорается снова, превратившись в оглавление учебника.
   Найти нужную главу было делом нескольких секунд. Ольга начала читать - и с каждым абзацем её настроение портилось.
  Дочка оказалась права - читать такое было невозможно...
  
  - Мне кажется, - задумчиво проговорила Ольга, - проще всего с этим вопросом обратиться к дедушке. Он всё знает!
  - Кто бы спорил! - вздохнула дочка. - Но он сегодня наверняка опять очень поздно придёт. Ты же мне не разрешишь его дождаться?
  - Так и быть, - улыбнулась Ольга, - ради такого дела разрешаю ждать дедушку по двенадцати. Но это не должно стать прецедентом!
  А дедушка сегодня взял да и пришёл вовремя. Какой сюрприз!
  Правда, его сразу же младшая взяла в оборот.
  Ольга хотела уже уйти в комнату, чтобы не мешать им общаться, но вдруг ей по ушам стукнуло знакомое слово. Монорельс! Та самая штука, из-за ремонта которой сегодня пришлось ехать в тесной кабине маршрутки!
  Послушав, как дедушка рассказывает о монорельсе, Ольга ещё раз порадовалась, что у неё такой энциклопедически образованный отец. Теперь молодая женщина не сомневалась: Света получил ответы на все свои вопросы. И эти ответы будут наилучшего качества!
  Ольге даже самой захотелось послушать эту маленькую лекцию. И поэтому, бросив все дела, она проскользнула в гостиную и села на диван рядом с младшей дочкой.
  
  Денис отправил электронное письмо по защищённому каналу, и, довольный, откинулся на спинку кресла.
  Всё! На сегодня достаточно! Можно и отдохнуть. Например, чайку попить...
  Денис задумчиво открыл дверь, соединяющую спальню/кабинет супругов с холлом (на кухню можно было пройти только так).
  В холле происходило что-то странное. Вроде лекции. Тесть сидел в 'почётном' кресле, а жена и дочки смотрели на него и явно готовились слушать.
  Денис, стараясь не привлекать к себе внимания, присел на диван рядом с женой и вполголоса спросил, что здесь происходит.
  - Папа Свете решил с учёбой помочь, - тихо пояснила Ольга - А мы с Машей пристроились. Тебе тоже советую послушать. Я нисколько не сомневаюсь, что будет очень интересно.
  Денис с улыбкой кивнул головой и поудобнее устроился на диване.
  Что тут за тема импровизированной лекции? Современные медицинские технологии? Да, это действительно интересно... Неужели тесть и в этом разбирается?
  
  
  Глава третья. Когда врачи становятся волшебниками
  
  - Всё началось в конце прошлого, двадцать второго века, - начал Петрович. - В области медицины были сделаны такие блестящие открытия, которые нашим предкам показались бы сказкой. Парадокс в том, что эти же самые открытия поставили земную цивилизацию на грань уничтожения.
  Классическая медицина базируется на убеждении, что здоровье, - это ни что иное, как отсутствие болезней. Значит, задача медицины, - научиться с этими самыми болезнями бороться.
  Правда, были и другие направления развития медицины - не бороться в отдельными болезнями, а развивать сам организм. Тут и здоровое питание, и правильный режим, и позитивное мышление. Да мало ли чего тут можно вспомнить?
  И нельзя сказать, что всё это не помогало. Помогало, и довольно сильно. Но только в качестве профилактики. А когда появлялось что-то серьёзное, общие методы применять было бессмысленно. Тогда боролись исключительно с конкретной болезнью (или травмой).
  
  Созданная в конце прошлого века медицинская технология - Оздоровление - базировалась на совершенно иных исходных принципах.
  Она исходила из того, что здоровье - это не просто отсутствие болезней. Нет, здоровье, - это нечто положительное и активное. В общем, есть в организме человека какой-то специального рода ресурс, который и определяет, насколько человек здоров.
  Если этот ресурс на среднем уровне, то и здоровье ничем особенным не выделяется. Если ниже среднего - то болезни к человеку так и липнут. А вот если выше среднего - то человека буквально ничего не берёт. Он даже во время эпидемий не заражается.
  Тут, конечно, можно возразить: а травмы? Это ведь тоже медицинская проблема - и при этом может случиться с каждым!
  Но, во первых, осторожные и внимательные люди травмы получают реже. Так что обладание такими полезными свойствами характера тоже можно считать неким потенциалом здоровья.
  Во-вторых, от одинаковых по тяжести трави некоторые умирают, а некоторые - нет. Это немаловажное различие.
  А, в третьих, - последствия травм. У некоторых людей эти последствия минимальны. У других - ограничиваются разного рода болями и функциональными нарушениями. Наконец, у самых невезучих травмы перерастают в хронические заболевания.
  Так что и при получении травм некий общий уровень здоровья имеет немалое значение.
  В общем, идея методики Оздоровления в том и заключалась, чтобы вместо того, чтобы бороться с отдельными болезнями, повысить общий уровень здоровья в организме.
  С отдельными болезнями тоже потом, конечно, побороться можно. Но уже опираясь на этот самый общий уровень.
  Главное, что Оздоровление было эффективно при самых запущенных медицинских случаях. Даже того, кто был буквально при смерти, оздоровление за несколько дней ставило на ноги, попутно избавляя от большинства хронических болезней!
  
  С момента получения первых результатов до массового внедрения Оздоровления прошло чуть больше десяти лет.
  А потом... Огромное количество людей просто забыли, что такое болезнь!
  Очень важно, что Оздоровление не имело никаких ограничений по возрасту и не вызывало никаких нежелательных побочных эффектов.
  Но и тут была своя проблема... Методика была недёшева. Очень недёшева.
  Кое-кому Оздоровление было просто не по карману. Как им было обидно - знать, что многие их проблемы с лёгкостью могли быть решены, и лишь недостаток денег этому препятствует!
  В общем, изобретение Оздоровления дало многим людям дополнительный шанс - но одновременно увеличило напряжение в обществе.
  
  Борясь с болезнями, Оздоровление автоматически продлевало человеческую жизнь.
  И не только жизнь каждого отдельного человека - но и тот общий предел, который отпущен людям природой.
  Если раньше до ста лет выживали единицы, то теперь человек, получивший Оздоровление, с лёгкостью справлял столетний юбилей.
  И до ста десяти он вполне мог дожить. А вот дальше было не так просто. Стадвадцатилетнего юбилея достигали буквально единицы из тех, кто получил Оздоровление.
  Это было обидно. Особенно очень богатым людям. За свои огромные деньги они не могли купить не то что бессмертия - но даже ста лишних лет жизни. Дополнительные двадцать-тридцать лет жизни, даваемые Оздоровлением, казались им сущим пустяком.
  
  Так что учёные трудились дальше.
  И вот произошло чудо. Было изобретено Долголетие - надёжная и эффективная технология, позволяющая увеличить реальный предел человеческой жизни в три-четыре раза.
  Вроде бы здорово! Но, к сожалению, технология эта имела ряд неприятных особенностей.
  Во-первых, Долголетие было очень дорогой штукой. Гораздо дороже, чем Оздоровление. Так что не было и речи, чтобы обеспечить им заметную часть населения Земли.
  Во-вторых, даже если бы Долголетие было в тысячу раз дешевле, это всё равно не решило бы вопроса. Потому что Земля просто была не готова к такому резкому увеличению своего населения. Ведь смертность в этом случае должна была снизиться во много раз, а рождаемость остаться на том же уровне.
  Так что социальная напряжённость, возникшая с изобретением Оздоровления, с появлением Долголетия только усугубилась.
  
  А ещё были дополнительные факторы, "подливающие огонь" в топку социальных конфликтов.
   Долголетие почему-то правильно действовало только на пожилых людей - минимум с семидесяти лет. Чаще всего, правда, этот возраст был ещё выше. У некоторых бедняг он вообще зашкаливал за девяносто лет.
  Почему бедняг? Да потому, что высокий возрастной порог Долголетия вовсе не был автоматически связан с более крепким здоровьем. Иногда человек умирал от старости, так и не дождавшись своего уже оплаченного Долголетия...
  Более того. На некоторых людей, как было установлено, Долголетие не действовало вообще - сколько бы они ни прожили на свете. Такой вариант для человека был вообще трагедией.
  И конечно, наличие состоятельных людей, имеющих возможность заплатить за Долголетие, но фактически лишённых его в силу особенностей своего организма, стабильности обществу не прибавляло.
  Но перечисленные выше особенности на самом деле были частично преодолимы - в первую очередь с помощью предварительного применения Оздоровления.
  Правда, иногда Долголетие и Оздоровление были несовместимы. В этом случае человек покупал Оздоровление - но лишается Долголетия.
  Но и тут учёные не сидели сложа руки. Проблема несовместимости этих оздоровительных систем была решена очень быстро - меньше чем за десять лет.
  Фатальное значение в данном случае имел ещё один фактор...
  
  Считалось очевидным, что люди, получившие Долголетие, продолжат трудовую деятельность. Было бы нелепо держать вполне трудоспособных людей по двести лет на пенсии. Такого ни одна экономика не выдержала бы.
  Для этого, конечно, надо было менять законодательство (введя для людей, обладающих Долголетием, гораздо боле высокий пенсионный возраст). Но эта часть проблемы была чисто технической. Гораздо серьёзнее была психологическая составляющая.
  Дело в том, что старость - это не только физический износ организма. Это ещё и некоторые психологические изменения. Причём если физический фактор у большинства людей выглядит в общем-то похоже, то психологический - очень индивидуален.
  Так вот - не все люди, получавшие Долголетие, сохраняли способность продуктивно трудиться. Со здоровьем у них всё было в порядке - а психика давала непонятные выверты.
  Самым частым из этих вывертов было патологическое нежелание работать. Человек буквально кипел он вновь полученной физической энергии - но психологически к любому труду испытывал патологическое отвращение. Ждать от таких людей плодотворной работы было просто глупо.
  Более того - многие из них пришли к выводу, что совершили ошибку, получив Долголетие. Мол, лучше бы мы спокойно прожили несколько оставшихся лет, чем мучиться теперь два бесконечных века!
  Но этот эффект представлял проблему скорее для общества, чем для самих людей. Гораздо страшнее был другой вариант - когда человек, получивший Долголетие, впадал в жесточайшую депрессию. Очень часть такие люди кончали жизнь самоубийством - и в результате жили меньше, чем если бы никакого Долголетия не получали!
  В конце концов учёные свою часть работы выполнили - научились заранее определять для каждого конкретного человека, не принесёт ли ему Долголетие нежелательных психологических последствий.
  После этого совершенно логичным было разрешить получение Долголетия только тем людям, которые в этом состоянии смогут нормально работать и не впадут в депрессию. Но сколько при этом было обид! Сколько трагедий!
  Ведь одно дело сказать человеку, что Долголетие ему противопоказано, потому что попытка получить его грозит смертельным риском. И совсем другое - что, получив Долголетие, он не будет полноценным членом общества!
  Все эти проблемы, естественно, создавали ещё большее социальное напряжение.
  
   Но если малоимущие граждане со своими проблемами мучились наедине, то богатые и влиятельные господа пытались бороться. И, надо сказать, достаточно результативно.
  Несколько десятков богатейших людей преклонного возраста, для которых Долголетие оказалось недоступным с медицинской точки зрения, организовали закрытое акционерное общество с целью разработки принципиально новой медицинской технологии. Она должна была быть по достигаемому эффекту ничуть не хуже, чем Долголетие - но не содержать при этом всяких стеснительных ограничений.
  И такая технология была довольно быстро создана. Называлась она Обновление. Cамая замечательная, самая потрясающая, самая ошеломляющая медицинская технология.
  
  Обновление делает человека практически бессмертным. Получившие Обновление не стареют, и, соответственно, не умирают от старости. Да, такого человека можно убить. Но даже это всегда непростая задача: Обновление даёт своим обладателям огромную силу, немыслимую реакцию, потрясающую способность к регенерации и невероятный жизненный потенциал.
  При этом оно не имеет абсолютно никаких побочных эффектов, а также не предполагает никаких ограничений ни по возрасту, ни по состоянию здоровья.
  Огромным достоинством Обновления является то, что оно "с ходу" лечит большинство нервно-психических заболеваний - и вообще придаёт человеческой психике невероятную устойчивость.
  Но, тем не менее, у Обновления есть два серьёзных недостатка.
  Во-первых, Обновление недоступно тому, кто уже получил Долголетие. Но врачи считают, что это вполне устранимый недостаток. Во всяком случае, ведутся активные работы в этом направлении. А времени у получивших Долголетие пока что очень много.
  Во-вторых, Обновление дорогое. Очень дорогое. Невероятно дорогое. Поэтому оно доступно весьма узкой прослойке людей.
   Остальным остаётся только завидовать.
  
  Все эти эпохальные открытия в медицинской области, конечно, очень облегчили жизнь людей. Но не всех, что является огромной несправедливостью. И это стало миной, заложенной под человеческую цивилизацию.
  Общество, в последние десятилетия двигавшееся по пути укрепления демократии и реальных прав граждан, вдруг обнаружило себя разделённым по вертикали на несколько чётко различимых слоёв.
  В самом низу находятся люди, которым даже Оздоровление не по карману - только обычное лечение.
  На ступень выше - те, которым доступно лишь Оздоровление.
  Ещё выше - граждане, которые либо получили уже Долголетие, либо твёрдо надеются получить его в конце жизни.
  А на самом верху, в заоблачной вышине, располагаются немногочисленные счастливчики, обладающие Обновлением.
  Всё это создаёт жёсткую общественную структуру на манер средневековой. Даже в чём-то ещё более жёсткую.
  И стабильности нашему обществу это никак не прибавляет.
  
  
  Глава четвёртая. Семейное обсуждение мировых проблем
  
  Петрович с тревогой окинул взглядом комнату. 'Ну вот, опять не получилось!' - грустно подумал он.
  Ему казалось, что он сумеет объяснить то, что знает, ясно и понятно. Но увы! Слова, которые срывались с языка, были какие-то сухие и казённые. Почти так же, как в Светином учебнике. Ну, правда, без той путаницы, которая была там почти в каждом абзаце...
  Петрович посмотрел на Свету и немного успокоился. В глазах девочки было радостное понимание. Ну, слава Богу! Значит, главная цель лекции достигнута!
  Правда, какие-то сомнения в глубине души всё равно оставались... Но внучка быстро развеяла их, подбежав к нему в радостным криком:
   - Спасибо, дедуля! Теперь я точно получу пятёрку!
  И крепко обняла его в избытке чувств.
  
  Ольга смотрела на отца и радостно улыбалась.
  Вот и ещё одна проблема решена! Теперь дочка не получит в школе плохой оценки. Так что у неё будет немалый шанс окончить семестр без троек...
  Как всё-таки хорошо, что отец теперь живёт вместе с ними!
  От этого выиграли все члены семьи, но Света, пожалуй, больше всех! Ещё год назад она была типичной троечницей, а теперь, глядите, - явная хорошистка! Если так дальше пойдёт, то ещё через годик она и отличницей станет. Ещё и школу с медалью окончит.
  А у медалиста после школы дорога ясная и надёжная. По новым законам он сдаёт упрощённый вариант вступительных экзаменов. А ещё, имеет при поступлении дополнительную попытку... В общем, чтобы иметь медаль и никуда не поступить, надо очень постараться...
  'Ладно, какая там медаль? - одёрнула себя Ольга. - 'Пока что Свете до медали - как пешком до Сатурна!'.
  Но это было чисто логическое рассуждение. Сердцем Ольга понимала, что с её старшей дочкой в конце концов всё будет хорошо.
  Лишь бы дедушка был рядом...
  
  Денис сидел на диване, потрясённый.
  Слова, сказанные тестем, полностью выбили его из колеи.
  Вот уже лет десять Денис считал себя вполне успешным человеком.
  Хорошая работа, приличная квартира, автомобиль у него и у жены, возможность отдыхать раз в год почти в любом месте земного шара, отсутствие крупных долгов, очень неплохой запас денег 'на чёрный день'. Разве это не признаки благополучия?
  И с медициной у него, вроде бы, всё было в порядке. Все члены семьи имели очень приличные медицинские полисы. Даже если что случится - первоклассное лечение обеспечено!
  Но оказалось, что в глобальном плане Денис находится в самом низу. Вместе в безработными и бомжами.
  Ведь у него, как и у них, не было даже Оздоровления...
  
  Маша очень внимательно слушала дедушку.
  Кое-какие тонкости она, конечно, не уловила. Но главное поняла: благодаря современной науке люди могут жить гораздо дольше, чем раньше.
  И это было просто замечательно! Особенно из-за дедушки.
  Маша знала, что ему уже семьдесят четыре года. Вот-вот на пенсию пойдёт. А пенсионеры, к сожалению, долго не живут...
  Но теперь всё будет по-другому! Современная наука позволит дедушке жить долго-долго!
  Правда, девочка поняла, что возможность продления жизни существует не для всех. Только для самых-самых лучших.
  Но ведь дедушка так много знает! И когда он что-то начинает делать, всегда у него всё получается на 'отлично'! Трудно даже представить, какие нужные и важные вещи он делает на своей работе!
  Нет, у дедушки, конечно, есть одна из этих оздоровительных программ! Но какая? Самая лучшая, или, может быть, чуть похуже?
  Об этом Маша и спросила с подкупающей детской наивностью.
  И была просто потрясена, когда узнала, что никакой оздоровительной программы у дедушки нет!
  Её реакция на эти слова была неожиданно эмоциональной. Девочка подбежала к Петровичу, обняла его и со сдавленным рыданием спросила:
  - Как же так, дедушка? Значит, ты скоро умрёшь?
  
  Все присутствующие растерялись - настолько эта сцена была бурной и неожиданной.
  Ольга хотела сказать дочке, что говорить человеку о его собственной смерти - ужасно нетактично. Но сообразила, что сейчас любая нотация является неуместной. Машу сейчас бесполезно было ругать. Её надо было успокаивать.
  Потому что у девочки была настоящая истерика. Она закрыла лицо руками и горько рыдала, не обращая ни на что внимания.
  Петровича в первый момент шокировали слова, сказанные внучкой. А потом он просто растерялся. Совершенно не представлял, как её успокоить.
  Как ни странно, нужные слова нашёл Денис. Подойдя к Маше, он взял её за руки, прижал к себе, погладил по голове и тихо произнёс:
  - Успокойся, доча! Ты будешь хорошо учиться, устроишь на хорошую работу, сделаешь что-то очень-очень нужное для людей... И тогда сумеешь подарить дедушке Долголетие!
  Всхлипывания стали тише, а потом и совсем кончились. Кажется, Маша всё-таки успокоилась. Похоже, она о чём-то задумалась.
  А потом девочка в отчаянии воскликнула:
  - Папа! Что же ты такое говоришь? Ведь я же не успею!
  И рыдания возобновились с удвоенной силой!
  
  Действительно, что-что, а считать Маша умела. У неё была какая-то прирождённая способность к математике. Уже год Петрович учил её сначала арифметике, а в последние два месяца даже алгебре. И не сомневался, что, когда внучка пойдёт в школу, её учителей ждёт большой сюрприз.
  Так что нет ничего удивительного, что Маша сразу же просчитала, что, когда она станет взрослой и добьётся первых серьёзных успехов в работе, помогать дедушке, скорее всего, будет уже поздно. Ведь до ста лет естественным образом мало кто доживает.
  В комнате повисло тягостное молчание.
  И тут на помощь взрослым пришла Света. Слегка приобняв младшую сестру, она тихо сказала:
  - Не волнуйся, малышка! Не успеешь ты - успею я!
  Машенька оценивающим взглядом посмотрела на старшую сестру, которая через два года должна была закончить школу, и, постепенно успокаиваясь, улыбнулась:
  - Ты? Да, ты, скорее всего, успеешь!
  
  Ольга стояла, опустив глаза вниз. На душе было горько и пусто.
  Как больно осознавать, что собственные дети считаю своих родителей неудачниками!
  Вот, Свете даже не пришла в голову мысль, что Ольга или Денис смогут добиться в жизни чего-то серьёзного. На них, мол, даже теоретически нельзя рассчитывать...
  'Да кто она сама такая? - раздражённо подумала Ольга. - Сама недавняя троечница!'
  Но в глубине души молодая женщина понимала несправедливость такой характеристики. Да - недавняя троечница. Но одновременно - будущая отличница. Уж дедушка постарается!
  К счастью, Ольга тягостным мыслям предавалась совсем недолго. Потому что разговор в комнате опять повернул в неожиданном направлении.
  
  - А я и не думал, что всё так страшно! - задумчиво проговорил Денис. - Пока что большинство людей не понимают до конца существующую ситуация. А вот когда поймут... Думаю, тут может кончиться всем чем угодно - вплоть до революции!
  - Увы! - развёл руками Петрович. - Причём её участникам будет казаться, что они борются за продление собственной жизни. Ну, и жизни своих близких, само собой... А на самом деле они лишатся даже тех немногих шансов на долгую жизнь, которые есть сейчас.
  - Не любишь ты, папа, революционеров! - грустно улыбнулась Ольга.
  - А за что их любить? - огрызнулся Петрович! - Революционер похож на хирурга, пытающегося сделать операцию не острым продизенфицированным скальпелем, а заляпанным грязью тупым топором!
  - Б-р-р! - передёрнула плечами Ольга. - Ну и сравнение!
  - Но что же делать? - опять вмешался Денис. - Смириться с вопиющей несправедливостью, о которой вы нам только что рассказали?
  - Смириться с ВРЕМЕННОЙ несправедливостью! - ответил Петрович, делая акцент на предпоследнем слове. - И не надо демонизировать современные власти, особенно в нашей стране. Они делают всё, чтобы человечество вышло с честью из этой непростой ситуации.
  
  - Что самое несправедливое в теперешней ситуации с продлением жизни? - начал Петрович. - То, что это продление можно тупо купить за деньги. Правда, за очень большие. Так вот - в цене для частных лиц примерно шестьдесят процентов составляют специальные налоги 'компенсирующего' характера.
  - Нашли чем удивить! - подал реплику Денис. - Что хорошего в том, что государство обдирает частных лиц, как липку?
  - Хорошего тут как раз очень много! - возразил Петрович. - Во-первых, этот налог не распространяется на тех, кто получает продление жизни из рук государства. То есть, грубо говоря, тем, кто получает продление жизни за какие-нибудь заслуги, сделать это гораздо легче, чем тем, кто просто имеет большой кошелёк. Как вы думаете, справедливо это с точки зрения простого человека?
  - Чисто теоретически, конечно, да! А практически - вряд ли. Для простого человека нет особой разницы, кто получает эту потрясающую привилегию - обычный богач или высокопоставленный чиновник.
  
  - Ну почему сразу чиновник? - не согласился Петрович. - Продление жизни из рук государства очень часто получают учёные, изобретатели, деятели искусств.
  - Да, но это всё равно элита, которой простой человек вряд ли сочувствует.
  - Ладно, пусть будет так! Но вот то, на что идёт этот специальный налог, простому человеку вполне может понравиться.
  Во-первых, на дополнительные исследования, способствующие удешевлению всех этих технологий. А удешевление означает, что всё большему количеству людей будет 'по карману' продление жизни. Как вы думаете, хорошо это или плохо?
  - Для кого как... - задумчиво протянул Денис. - Для представителей среднего класса, конечно, хорошо, - у них появляется шанс. А вот бедняков это никак не утешит - им при любой разумной цене продление жизни будет недоступно. Кстати, а на что ещё идёт этот налог?
  - На решение очень важной проблемы, связанной с продлением жизни. Правда, проблема эта носит не научный, а социальный характер.
  
  - Дело в том, что если сейчас резко увеличить продолжительность жизни людей, то это вызовет большие социальные проблемы. 'Лишним' людям надо где-то жить. Им надо где-то работать. Их надо обслуживать. Всё это очень непростые задачи, требующие больших денежных вложений. Часть указанных средств как раз и берётся из налога 'на продление жизни'.
  - Ну и как, успехи здесь есть?
  - Думаю, что да. Например, дома-супербашни, которые начали строить в некоторых городах. Да и программа колонизации других планет в определённой степени решает озвученную демографическую проблему.
  - Ну что ж, будем надеяться на лучшее - вздохнул Денис.
  
  Ольга заметила, что разговор иссяк, и решила вмешаться. Вопрос у неё был не отвлечённого, а чисто практического характера.
  - Послушайте! - сказала она, - если Света расскажет всё, как есть, не скрывая социальных проблем, то её выступление будет выглядеть слишком мрачно. Вряд ли она за него пятёрку получит.
  Петрович задумался.
  - Сделаем так! - наконец сообразил он. - Начать нужно с того, что я говорил. Но упор делать на позитивные моменты. На то, как всё это здорово с чисто медицинской точки зрения. А на то, что эти технологии дорогие и доступны не всем, внимания не акцентировать. Упомянуть об этом, конечно, надо, - но без каких-либо мрачных глобальных выводов. А вот про усилия правительства компенсировать возникающие проблемы сказать, конечно стоит. Понятно?
  
  Света кивнула головой. Но беспокойный дедушка заставил её сделать нечто вроде репетиции - рассказать обо всём так, как будто перед ней учителя.
  Света так и сделала. У Петровича было несколько замечаний, с учётом которых девочка повторила ответ ещё раз.
  Совместные усилия дедушки и внучки не пропали даром. Теперь замечаний не было.
  
  
  Глава пятая. Разговор с завучем
  
  На следующий день Ольга с самого утра была как на иголках. Ещё бы - у Светы был такой ответственный день! Показательный урок - это ведь не шутка...
  Новости появились во второй половине дня. Где-то в полвторого на Ольгин личфон пришёл видеовызов.
  С экрана ей улыбалась Света - весёлая и довольная.
  Оказывается, во время показательного урока представительница роно пригласила к доске добровольца - рассказать про современные медицинские технологии. Само собой, кроме Светы, желающих не нашлось.
  Поставили ей пятёрку. А после этого ещё долго-долго хвалили.
  - Вот ещё что, мама! - продолжала Света. - Тебя приглашают в школу - поговорить с завучем. Очень советуют не тянуть.
  Ольга тут же позвонила в школу и договорилась о встрече.
  
  В следующую же субботу, около десяти часов утра, Ольга вошла в двери школы, где училась Света. Показав охраннику родительский пропуск, молодая женщина поднялась на второй этаж. Именно там находились административные помещения - в том числе и кабинет завуча.
  Хозяйка кабинета встретила Ольгу приветливо. И сразу же взяла 'быка за рога'.
  - Я имею удовольствие сообщить вам, - торжественно сказала она, - что ваша дочь Светлана внесена в районный список перспективных учащихся.
  Ольга даже как-то от неожиданности опешила. А потом задала довольно естественный в данной ситуации вопрос:
  - А чем это нам грозит?
  Завуч посмотрела на Ольгу весело и даже как-то иронично. И ехидно произнесла:
  - Вопрос сформулирован некорректно. Вам следовало бы спросить 'А что мы с этого будем иметь?'. Вот на этот вопрос я отвечу подробно и с большим удовольствием!
  
  - Во-первых, вы абсолютно ничего не теряете. А приобрести можете очень много. В определённой ситуации,
  - А можно как-то поконкретнее? - заинтересовалась Ольга. - Без иносказаний и намёков!
  - Можно и без намёков, - с подчёркнуто деловым видом продолжала завуч. - Для максимальной наглядности я рассмотрю четыре разных варианта.
  Вариант один. Ваша дочка продолжает учиться, как сейчас - не лучше и не хуже. То есть остаётся стабильной, твёрдой хорошисткой. В этом случае наличие в списке никак на неё не повлияет - ни в плохую, ни в хорошую сторону.
  Вариант два. Светлана постепенно становится отличницей. Тут место в списке ей очень поможет. Защитит от всяких неприятных неожиданностей.
  - Ну и каких же, например? - заинтересованно спросила Ольга.
  - Хотя бы от учителя, который станет относиться к вашей дочке необоснованно строго. Чтобы травить ученика, находящегося в 'перспективном' списке, надо быть форменным самоубийцей. Уверяю Вас, что среди учителей нашей школы самоубийц нет.
  - Хорошо! А третий вариант?
  - О, третий вариант, - самый интересный!
  
  - Вы слышали про новые законы о школьниках-медалистах?
  - Да! - кивнула головой Ольга. - Что-то слышала. Требования к золотым и серебряным медалистам ужесточаются. Зато вводятся бронзовые медали. Кроме того, льготы у медалистов увеличиваются.
  - И, надо сказать, довольно сильно увеличиваются! В наше время получить в школе медаль - великая удача! И буквально зелёная дорога при поступлении практически в любой ВУЗ!
  - Всё это, конечно, здорово, - но причём здесь Света?
  - Очень даже причём? Вы никогда не задумывались, от чего зависит получение школьной медали?
  
  Ольга даже как-то растерялась от такого странного вопроса.
  - Ну это же очевидно... - неуверенно произнесла она. - От уровня знаний ученика. От чего же ещё?
  Если говорить честно, Ольга прекрасно представляла, от чего ещё зависит получение медали. Но её понимание не очень годилось для озвучивания в кабинете завуча.
  Но хозяйка кабинета пришла ей на помощь и с обезоруживающей улыбкой перечислила всё, о чём Ольга сама постеснялась бы сказать.
  
  - Во-первых, кроме знаний как таковых, важна форма, в которой эти самые знания преподносятся. Сколько бывало случаев, когда ученик отвечал по сути правильно - но не совсем так, как говорил на уроке учитель. И в результате вместо пятёрки получал четвёрку. А иногда и кое-что похуже... Сами-то вы о таких случаях наверняка слышали?
  Удивлённая Ольга молча кивнули головой.
  - Во-вторых, получение медали - хитрый и сложный процесс. И организует этот процесс администрация школы. А вот представьте себе, что эта самая администрация имеет на потенциального медалиста, как говорят, 'большой зуб'. Как вы думаете, найдутся ли у неё способы помешать этому замечательному событию?
  И тут Ольге ничего не оставалось, как молча согласиться.
  - В-третьих, зло затаить может не только администрация школы, но и любой из учителей. Ведь вы прекрасно понимаете: испорченные отношения даже с одним учителем могут грозить ученику и его родителям большими неприятностями!
  И, наконец, четвёртое, - самое последнее. Ваша дочка может начать учиться хуже. Это невероятно обидный вариант. Примерно то же самое, если бы вы выиграли в лотерею, а потом разорвали на мелкие клочки выигрышный билет. Я надеюсь, что до такой бессмыслицы вы не дойдёте.
  Завуч замолчала. В кабинете повисла неловкая пауза.
  Наконец Ольга собралась с духом и тихо сказала:
  - Ход ваших мыслей мне понятен. Непонятно лишь одно: зачем вы мне всё это говорите?
  
  Завуч вздохнула. И начала объяснять:
  - Дело в том, что в данной ситуации мы оказываемся в одной лодке. Но при этом ваше положение гораздо лучше, чем моё.
  Ваш 'приз' гораздо больше. Если ваша дочка получит медаль, перед ней откроются практически все дороги. Это ли не мечта для любого нормального родителя?
  Меня в этом случае тоже отметят - врать не буду. Дадут повышенную премию. Нарисуют дополнительный 'плюсик' в карьерном плане. Но это всё, согласитесь, не так масштабно, как у вас.
  А вот если у вашей дочки не получится резко улучшить свою успеваемость... Вам-то что, вы останетесь при своих. Разве что о потерянных возможностях пожалеете. А вот на моей карьере, боюсь, придётся поставить крест. Не простят мне, что не сумела я такой перспективной ученице с учёбой помочь.
  Так что главная моя надежда - в том, что вы проникнетесь серьёзностью момента. Вот поэтому я так с вами и откровенничаю.
  
  Ольга, если говорить честно, была просто потрясена речью завуча. И даже немного растеряна.
  Но потом она взяла себя в руки. Если их семье выпал такой великолепный шанс - глупо его упускать.
  И, задумчиво кивнув головой, молодая женщина тихо сказала:
  - Благодарю вас за откровенный разговор и подробную информацию. Я действительно прониклась...
  
  Уфф! Легче десять контрольных проверить, чем один раз с чьим-то родителем поговорить!
  Людмила Геннадьевна подошла к окну своего кабинета и стала внимательно смотреть на парадный школьный вход. Её ожидание не оказалось напрасным: через три минуты из дверей школы вышла Светина мама и, бросив по сторонам задумчивый взгляд, торопливо пошла в сторону своего дома.
  Очень хотелось бы верить, что она попытается использовать выпавший их семье шанс. И главное, соответствующим образом настроит свою дочку.
  А если нет, Людмиле Геннадьевне придётся переходить в другую школу. На должность рядовой учительницы.
  
  
  Глава шестая. В школе всё по-новому
  
  Эти хитрые штучки - районные списки перспективных учащихся - появились всего несколько месяцев назад. Списки формировались в роно. Попасть в них можно было десятками разных способов. Проявить себя на показательном уроке, победить в инфонет-олимпиаде, выиграть конкурс на литературном сайте... Да мало ли ещё как...
  Общим было одно: занесение в список никак не зависело от администрации и учителей школы, где учился новоявленный перспективный учащийся.
  В самом начале большинство работников школ не восприняли это нововведение особенно серьёзно. Ну, появилась в родном министерстве очередная блажь... Как появилась, так и пройдёт! А забивать себе этим голову? Нет уж, увольте!
  
  Людмила Геннадьевна, на своё счастье, к этому большинству никогда не принадлежала. Завучем престижной школы она стала абсолютно честно: без подхалимажа, протежирования и дутых оценок.
  Во-первых, она была очень хорошим учителем. Во-вторых, умела видеть то, что происходит вокруг. И при этом понимать не только внешнюю канву событий, но и, в какой-то степени, то, что за ними скрывается.
  Так что она не могла не заметить, что года два назад политика в области образования резко изменилась. На самом высоком уровне. Причём изменения эти были исключительно позитивными.
  
  В школах полностью прекратились неконтролируемые поборы с родителей.
  Нет, право собирать с родителей деньги у школ не отобрали. Просто теперь эти пожертвования стали исключительно добровольными и тщательно учитывались.
  Каждому родителю выдавали книжку учёта спонсорских взносов, куда тщательно заносили все выплачиваемое им в пользу школы. А если сумма пожертвований превышала определённый предел, указанный родитель автоматически вводился в попечительский совет школы. И тем самым получал при этом права контролировать, как именно школа тратит полученные пожертвования.
  Попечителями могли стати не только родители, но и 'люди со стороны'. Правда, для них вводились более жёсткие ограничения. Требовалось представить три специальные рекомендации. Да и минимальный взнос для 'чужих' был гораздо больше, чем для родителей.
  
  Экзамены и контрольные теперь перестали быть внутренним делом школ. Теперь в экзаменационной комиссии обязательно присутствовали дополнительные члены.
  Хм, дополнительные. На самом деле главную скрипку играли именно они.
  Во-первых, члены роно или даже гороно. Ну, это-то как раз можно понять.
  Во-вторых, представители от вузов и колледжей. Им же надо проконтролировать, как будущих абитуриентов для них готовят!
  В третьих, представители власти. Ну, это тоже как-то можно понять...
  А вот то, что к экзаменам допускались представители родителей и попечителей - это у работников школы вызывало решительный протест. Потому что вообще было нарушением всех основ.
  Правда, родители и попечители допускались не всякие, а лишь те, кто имел соответствующее образование. Но этот факт работников школ не утешал. Ведь образованные 'чужаки' были вдвойне опасны, поскольку хорошо понимали, что происходит на экзамене.
  
  Для чего всё это делалось? Ну, этого никто скрывать не собирался.
  Прежде всего - чтобы учителям было труднее в массовом порядке оценки завышать. Ведь высокие оценки - это признак того, что школа хорошо работает. А значит - дополнительные премии и плюсики для карьеры. Правда, новое препятствие не было уж совсем непреодолимым. Просто надо было быть осторожнее. Например, не ставить, как раньше, вместо слабеньких четвёрочек пятёрки. А вот поставить вместо сильных четвёрок пятёрки можно было и сейчас. Только не стоило это делать слишком часто.
  А вот индивидуальную 'накрутку' оценок (проводимую, само собой, не задаром) теперь стало делать гораздо труднее. Ведь тут надо было, как минимум, превращать в четвёрки тройки с минусом и даже двойки. С экзаменами, проводимыми по новой форме, такие фокусы стали просто опасными.
  Главное, что теперь стало гораздо труднее 'гнобить' неугодных учеников. Если годовая оценка была ниже, чем экзаменационная, это вызывало у комиссии нешуточный интерес и могло вызвать серьёзное расследование.
  В общем, работников школы теперь поставили в очень жёсткие рамки. Правда, зарплату им чуть-чуть повысили - но мороки в работе стало гораздо больше.
  
  Правда, существовала вероятность, что экзамены, проводимые такими многочисленными комиссиями, повсеместно превратятся в что-то вроде базара. Но вот недавно закончился учебный год с завершающими экзаменами - и выяснилось, что 'дополнительные' члены комиссий хорошо проинструктированы и по пустякам не вмешивались. Но уж если в процессе экзамена обнаруживалось что-то непонятное - тут эти странные люди оказывались на коне и сразу начинали импровизированное расследование. И очень часто раскрывали какое-нибудь серьёзное безобразие.
  Правда, потом оказалось, что не так всё плохо. И что тем учителям, которые работают честно, бояться абсолютно нечего. По существу, им стало работать гораздо легче.
  А вот тем, кто привык использовать школу как источник нетрудовых доходов, стало совсем трудно. Кислород им перекрыли не на шутку...
  
  Были и другие новшества. Например, усилена охрана школ. Причём теперь этим занимались специальные охранные предприятия. И финансировались они государством - даже в частных школах.
  Вход в школу теперь производился исключительно по пропускам. Были они разных видов: учительские, ученические, родительские, попечительские. Даже для того, чтобы внести в школу какой-то груз, требовался пропуск - но только разовый.
  Вот против этого никто особенно не спорил. Все понимали, что безопасность - дело серьёзное. А вот всё остальное...
  Так что первые пару месяцев учительские коллективы Российской Федерации буквально кипели от возмущения.
  
  Потом, правда, всё как-то устаканилось. Большинство школьных работников привыкло к новым условиям. А, привыкнув, обнаружили, что новая ситуация им даже нравится. Соблюдай правила игры - и работать становится даже легче.
  Те, кто имел на своей работе маленький бизнес, тоже как-то приспособились. Поскольку завышать оценки стало труднее, стоить эта услуга стала дороже. Так что 'накрутки' стали гораздо скромнее, а платить за них стали в среднем даже больше.
  Даже 'прижимать' неугодных учеников как-то научились. Плавно снижали оценки в течение года, а перед самым экзаменом каким-либо способом старались вывести из себя. Это срабатывало не всегда, но довольно часто.
  
  Могло показаться, что, раз к этим новшествам в конце концов приспособились, то они оказались совершенно бесполезными. Но это было бы несправедливым преувеличением. Да, злоупотребления полностью не исчезли, - но их стало гораздо меньше. Да и их масштаб стал несравнимо скромнее.
  А чтобы позитивный эффект стал ещё больше, поток нововведений не иссякал. Таким образом и появились эти самые районные списки перспективных учащихся.
  
  Вначале их восприняли не очень серьёзно. Подумаешь, списки! Не экзамены ведь...
  Людмила Геннадьевна, правда, сразу заподозрила, что эта штука посерьёзнее, чем экзамены. И оказалась абсолютно права.
  Взять хотя бы то, что произошло в соседней школе...
  Там в 'перспективный список' был занесён один из учащихся - Андрей Семёнов. Трудолюбивый и талантливый, но с очень независимом характером.
  Он ухитрился 'наступить на мозоль' сразу трём учителям. Да и со школьной администрацией у него были нелады.
  И парня начали 'прижимать'. Вместо заслуженных им пятёрок четвёрки ставить. А иногда и тройки.
  Так что до золотой медали ему было как до пояса астероидов на велосипеде...
  
  Увидев, что ему ставят оценки вызывающе несправедливо, Андрей обратился за помощью к родителям. Те как раз были инженерами и в школьной программе ориентировались неплохо. Так что разобраться в ситуации и грамотно сформулировать претензии к школе им было раз плюнуть.
  Вот только их мнение в школе никого не интересовало. Ведь с кем в первую очередь считаются учителя? С богатыми людьми. С большими начальниками. С представителями 'весомых' профессий (с работниками милиции, прокурорами, адвокатами и т. д.).
  Родители несостоявшегося отличника не относились ни к одной из этих категорий. Да их семья была вполне обеспеченной. Но всё-таки не богачи... Да, и отец, и мать не были рядовыми сотрудниками. Но и большими начальниками они тоже не были... А насчёт общественной значимости их профессии говорить было даже смешно. Кому интересен инженер? Ни вреда от него, ни пользы...
  Так бы и окончил этот ученик школу с грехом пополам, если бы не победа в территориальной олимпиаде по информатике.
  
  Территориальные олимпиады тоже были одним из недавних нововведений. Их отборочный этап проходил под эгидой роно. Школы в этом процессе совершенно не участвовали.
  В обычных-то олимпиадах ему давно ничего не светило. Всегда находились какие-то формальные зацепки, мешавшие ему пройти отборочный этап. Ведь этап этот проводился в школе, и значит был под плотным контролем учителей и администрации.
  А тут он легко вышел на районный уровень и показал очень неплохой уровень. Да что неплохой - великолепный. И сразу же был занесён в списки 'перспективных'.
  В школе этот факт поначалу восприняли недостаточно серьёзно. А зря!
  
  Выпускная сессия в предпоследнем (девятом) классе, где учился этот непокорный товарищ, начиналась с экзамена по химии. Вот на этом экзамене ему и решили показать 'кузькину мать'.
  Поначалу затея казалась абсолютно безопасной. И вполне реальной.
  Безопасной потому, что списки по информатике, а экзамен-то по химии! Разные это предметы! Очень разные. И 'ас' по информатике вполне может получить в этой ситуации четвёрку, а то и тройку. Подозрительно это выглядеть не должно.
  А реальной потому, что юный вундеркинд химию знал не блестящее. На 'отлично', но не блестяще. А если в данной ситуации человека немного подтолкнуть, то он вполне может оступиться и споткнуться. Образно, конечно, выражаясь.
  
  Способ подталкивания был выбран очень простой. В школьной канцелярии немного 'побаловались' с базами данных. Как бы случайно ошибку сделали. В результате за неделю до экзамена неугодное администрации лицо вдруг узнало, что к экзамену по химии оно не допущено.
  Потом-то, конечно, ошибка была обнаружена и устранена. За день до экзамена.
  Что ж, справедливость вроде восторжествовала? Как бы не так! А кто вернёт пять потерянных дней, когда приходилось готовиться к экзамену, не будучи уверенным, попадёшь ты на него или нет?
  
  В результате всех переживаний экзаменумый оказался невыспавшимся и вообще 'выбитым из колеи'. По билету он ответил очень неудачно. Даже до четвёрки не дотягивал.
  И это было связано не только с его состоянием. Экзамен принимала школьная учительница по химии, и делала она это не очень дружелюбно. Придиралась к словам, перебивала, не давала сформулировать мысль до конца.
  А потом на арену вышли 'сторонние' члены экзаменационной комиссии...
  
  Сначала были заданы дополнительные вопросы по билетам. И с каждым ответом экзаменуемый волновался всё меньше и отвечал всё лучше. Ответы на последние пять вопросов вообще совершенно чётко тянули на 'отлично'.
  Если действовать формально, надо было ставить за экзамен 'четвёрку' - и считать инцидент исчерпанным. Но тут один из членов комиссии - преподаватель Политехнического института - предложил другое решение. Устроить повторный экзамен.
  
  Это был один из предусмотренных законом вариантов. Когда результаты экзамена выглядели вызывающе противоречивыми, один из членов экзаменационной комиссии мог поставить на голосование вопрос о повторном экзамене. Причём проходить этот экзамен был должен, как правило, в начале следующего рабочего дня. Чтобы быть уверенными, что переэкзаменуемый показал на повторном экзамене свой имеющийся уровень, а не выучил что-то ещё в течение дополнительных дней.
  А почему не в тот же день - тоже понятно. Сдавать два экзамена подряд тяжело и физически и психологически.
  После того, как экзаменуемого отпустили, к нему подошла самая молодая из членов комиссии (как оказалось позже, аспирантка одного из городских вузов). И сказала, что до окончания сессии её назначили временным куратором всех повторно сдающих экзамены в этой школе. И дала свой номер телефона, заявив, что если ему из школы поступит какая-то информация, он обязательно должен позвонить ней по телефону. Это, мол, очень-очень важна.
  
  Предосторожность оказалась далеко не лишней. Вечером Андрею позвонила школьный секретарь и сказала что завтрашний экзамен переносится - с десяти утра на двенадцать дня.
  Сначала тот обрадовался - ещё бы, перед экзаменом как следует выспаться удастся! А потом всё-таки засомневался и решил позвонить куратору.
  Выяснилось, что никто и не думал экзамен переносить! То есть это была очередная 'подстава' со стороны школьной администрации.
  Но диверсия не удалась. Андрей пришёл в школу вовремя - в полдесятого. И сдал экзамен на 'отлично'.
  
  Про дезориентирующий звонок он, кроме куратора, никому больше не рассказал. Просто боялся, что ему не поверят. Куратор же рассказала всего одному человеку - председателю экзаменационной комиссии (который в обязательном порядке назначался из 'сторонних' членов комиссии). А тот принял это к сведению и дал указание больше никому не рассказывать.
  План был простой. Если недружественные к Андрею сотрудники школы смирятся в поражением и не будут больше пакостить - спустить всё на тормозах. А вот если не успокоятся - путь 'огребут по полной'. Уже за всё.
  
  Следующим экзаменом была информатика. Любимый предмет Андрея.
  Он уже потерял один день - на дополнительный экзамен. Так что теперь на подготовку у него оставалось не пять дней, как у остальных учеников - а всего лишь четыре.
  Но тут последовал очередной 'сюрприз'.
  Экзамен по информатике проводили в два потока. Андрей вначале был записан в последний - но неожиданно переведён в первый. Причём ему самому об этом даже не сообщили.
  Формально говоря, эту информацию он должен был отслеживать сам. Каждая школа имела свой сайт, на котором 'выкладывались' сведения о расписании экзаменов и иных интересных событиях, относящихся к сессии.
  Но человек, готовящийся к экзаменам, забывает обо всём - и это совершенно нормально. Тем более что по 'правилам хорошего тона' не принято было менять время экзамена, когда подготовка к нему уже началась. Тем более проинформировать экзаменуемого были всё-таки должны.
  
  Но неприятный сюрприз не получился. Как легко догадаться, Андрею позвонила куратор и рассказала об изменении списков экзаменующихся. А потом спросила, как для него лучше - добиться того, чтобы ему оставили старую дату сдачи экзамена, или согласиться с тем, что он будет сдавать на день позже.
  Андрей подумал - и согласился на второй вариант, заявив, что трёх дней на подготовку ему вполне хватит.
  Так и получилось. Экзамен был сдан не просто на 'отлично'. По его результатам была дана специальная рекомендация на получение золотой медали, существенно облегчающая процедуру получения этой замечательной награды.
  
  А потом эту историю долго и тщательно расследовали. В результате директора, завуча и пару учителей с треском уволили. А ещё кое-кому выговоры дали.
  Главная их ошибка состояла в том, что они связались с учеником из районного списка перспективных учащихся.
  Нет, Людмила Геннадьевна не повторит их ошибки! И сделает всё, чтобы у Светы всё было хорошо!
  
  
  Глава седьмая. Светлая полоса
  
  Ольга боялась, что, узнав о том, что её так сильно отличили, Света успокоится и расслабится. Ничего подобного!
  Девочка, наоборот, будто получила 'второе дыхание'. Она начала заниматься с невероятной интенсивностью. Причём этот процесс, как ни странно, её очень нравится.
  К сожалению, одного усердия в учёбе мало. Иногда учащийся встречается с чем-то настолько трудным, что совершенно не знает, как двигаться дальше. И тут никак не обойтись без чужой помощи.
  Сначала Света пробовала обращаться к учителям, но те не всегда ей помогали. Сами часто не знали ответа. А если и знали, не могли объяснить.
  А вот дедушка знал ответ на любой вопрос - и мог всё понятно объяснить.
  Бывали, конечно, случаи, что и он становился в тупик. Но ненадолго. Покопавшись полчаса в Инфонете и бегло пролистав соответствующий школьный учебник, он в тот же вечер отвечал на вопрос.
  Результат был налицо. Света очень быстро стала отличницей и с каждым днём всё прочнее укоренялась в этом состоянии. Так что новости из её школы были исключительно положительными.
  
  У Ольги на работе тоже всё было неплохо.
  Самой работы стало больше. Часто даже задерживаться приходилось - где-то на пятнадцать-двадцать минут. Да и контроль за качеством ужесточился.
  Зато платить стали существенно больше. Так что общий баланс был всё-таки положительным.
  У Дениса - Светиного отца - на работе пока всё было по-старому. Но некоторые изменения ожидались. Скорее приятные, чем неприятные.
  Но главные новости были у дедушки - Андрея Петровича.
  Он всё-таки решил пойти поинтересоваться относительно межпланетной колонизации. Есть ли у него какие-нибудь шансы.
  Оказалось - есть. И немалые.
  
  Но для этого надо было пройти собеседование. Сдать экзамены. Пройти курс Оздоровления. Не бросая старой работы, устроиться на новую на четверть ставки. Прослушать курсы первичной подготовки. И лишь после этого уволиться со старой работы и заключить контракт на новой. Дальше главный рубеж - получение Долголетия. И только потом - в космос.
  Всё это казалось чересчур сложным. Но дело было в том, что на первых этапах подготовки был значительный отсев. А предлагаемая система позволяла тем, кого отсеяли, вернуться к старой жизни, ничего при этом не потеряв.
  Так что Андрей Петрович решил сделать первый шаг - и пошёл на собеседование.
  Прошёл он его с лёгкостью. Инженеры его профиля были нужны, а послужной список новоявленного кандидата впечатлял. Так что Петровичу сказали, его внесли в список. И предложили уладить свои дела на работе. Потому что, когда начнутся экзамены, хорошие отношения с начальством будут очень кстати.
  Так что пришлось временно забыть об инопланетных путешествиях и отдать все силы своей старой работе. Тем более что там тоже всё было очень даже неплохо.
  
  С одной стороны, начальник выполнил почти все свои угрозы. С другой стороны, результат оказался не так страшен, как ожидалось.
  Да, его понизили в должности. Правда, не на две ступеньки, а всего на одну. Из Ведущего инженера сделали старшим.
  Обидно? Нет слов.
  С другой стороны, и подчинённых сотрудников у него теперь не было. Старшему инженеру они не очень-то по чину.
  Хорошо ли это? А что плохого? Эти две молодые креативные девушки-инженеры столько крови у него выпили! Умели мало, а претензий... Так что лучше, как сейчас: что лично сделал, за то и отчитайся!
  Оклад понизили. Но ненамного. Процентов на пять.
  А вот премию дали очень высокую. Так что в деньгах Петрович пока что не потерял.
  
  Работы, конечно, было дико много. Так что работать приходилось больше, чем предусмотрено трудовым договором.
  Но и тут удалось достигнуть вполне приличного компромисса.
  Сначала начальник лаборатории хотел сам определять, в какие дни и на сколько следует перерабатывать. Но тут Петрович встал на дыбы. Мол, на официальное рабочее время он не посягает и будет отрабатывать его 'от сих до сих'. Но дополнительное время - извините. Когда ему будет удобно, тогда и будет выходить.
  И, в конце концов, подчинённый переубедил начальника. Теперь Петрович сам мог определять свой график труда и отдыха - лишь бы дело двигалось.
  Попробовав разные варианты, он остановился на следующем распорядке. По будням он приезжал на работу на полчаса раньше, а уходил на час позже. То есть за день набегали лишние полтора часа.
  В субботу он тоже выходил поработать. Часов на семь-восемь.
  Казалось бы - работа на износ. Долго так не выдержать.
  Но не всё было так грустно...
  
  Медицинскую страховку ему действительно дали новую. И почти сразу же погнали в поликлинику на обследование.
  Вердикт врачей был двойственный. Болезней у него они нашли довольно много. Но при этом заявили, что с учётом возраста состояние здоровья очень даже ничего.
  - Так что же со мною будет? - допытывался Петрович. - К самому худшему готовиться? Или ещё поживу?
  - Да успокойтесь вы! - весело отвечали врачи. - Мы вас подлечим так, что как молодой бегать будете!
  Так и получилось. Уже через месяц самочувствие резко улучшилось. Появилась бодрость. И силы. В общем, второе дыхание.
  А голова стала такой ясной, что просто удивительно!
  В результате всего этого Петрович с лёгкостью соблюдал свой нелёгкий режим работы. При этом не теряя зря ни минуты свободного времени.
  Так что нет ничего удивительного, что очень скоро ему было чем похвастаться перед начальством.
  
  При этом никаких иллюзий не было. Все эти успехи были временными. Просто его на прощание решили использовать 'по полной'. А завершит он проект - и сразу же приведут к нему пару молодых дарований, которым он должен будет передать все проектные материалы и весь свой опыт. А потом - гуляй, дядя Андрей! Ты славно потрудился, а теперь изволь идти на пенсию.
  Можно ли здесь что-нибудь исправить? Вряд ли.
  Нет, если бы успех на работе был вопросом жизни и смерти, Петрович, конечно, поднапрягся бы ещё больше и, может быть, даже сумел бы удержаться в родном НИИ. На пару лишних лет. Но вопросом жизни и смерти было другое - будущая сдача экзаменов.
  Вот ради неё он и 'выламывался'. Чтобы, когда они начнутся, с чистой совестью в отпуск уйти. Мол, я сделал всё, что вы хотели, и ещё два раза по столько, - так что теперь дайте хотя бы месяц отдохнуть.
  И никакой лжи тут бы не было. Отдых - это ведь перемена деятельности. Значит, и экзамен - тоже своего рода отдых. А кто докажет, что это не так?
  План сработал как нельзя лучше. Петрович успел сделать макетный образец, провёл его первичные испытания, написал отчёт, - и отдал на прочтение начальнику лаборатории.
  А через неделю ему пришло уведомление, что экзамены начнутся через десять дней.
  
  Отпуск ему дали довольно легко. Правда, попросили перед этим передать все материалы двум молодым сотрудникам. Так, на всякий случай.
  Вот и первый звоночек. Всё, как он и думал.
  Но Петрович ни капельки не расстроился. Не об этом сейчас надо думать. Что значат эти мелкие интриги по сравнению с Космосом и Долголетием?
  Поэтому ещё до начала отпуска он подтвердил по сети своё участие в экзаменах. И скачал программу экзаменов.
  Честно говоря, она его обескуражила. Целых семнадцать предметов!
  И каких! Наряду со знакомыми математикой и физикой - гораздо менее знакомая химия. Вместе с такими родными предметами, как архитектура ЭВМ, операционные системы, основы информатики, программирование, информационная защита, - пять штук чисто технических предметов, которые он никогда в жизни не изучал.
  Были и гуманитарные предметы.
  Иностранный язык - это не страшно. Как любой уважающий себя программист, Петрович знал английский язык очень неплохо. Но ведь были ещё экономика и менеджмент, которые ему сдавать ну совершенно не хотелось!
  В общем, безумие какое-то!
  
  График сдачи экзаменов, к счастью, был свободным. Их можно было сдавать в любом порядке - и в любое время. Лишь бы за два месяца всё сдать успеть.
  Так что надо было просто сесть и составить план сдачи. Вроде бы ничего сложного...
  Но это только так казалось. Петрович прикидывал и так, и эдак - и в любом варианте получалось, что он не успевает.
  Главная проблема была в том, что у него не было этих двух месяцев. Отпуск-то уже через месяц кончится!
  Так что даже в самом лучшем случае он сдаст половину экзаменов. А дальше придётся выходить на работу. А сдавать остальные экзамены, одновременно работая, - это несерьёзно!
  Можно, правда, с работы уволиться? Но это опасно - а вдруг остальные экзамены он всё-таки не сдаст? Вот и останется у разбитого корыта...
  
  Тогда Петрович решил съездить к своим будущим работодателям и высказать им свои сомнения. Может быть, он чего-то не понимает?
  Девушка-консультант внимательно его выслушала и дала два совета:
  1) В первую очередь сдавать те предметы, которые он лучше знает. Не меньше шести.
  2) Успеть их сдать в течение трёх недель.
  3) Только после этого планировать сдачу остальных предметов.
  Петрович внимательно выслушал советы - и попросил дополнительных разъяснений. Но его собеседница давать их отказалась. Мол, если он их выполнит, - то сам увидит, в чём был их смысл. А не выполнит - значит сам виноват.
  Что ж - оставалось поверить. И приступить к конкретным действиям.
  
  В первую очередь отобрать те предметы, которые будут сдаваться вначале. Пусть их будет даже не шесть, а семь. Даже восемь. Для гарантии.
  Ну хотя бы так: математика, физика, английский язык, - и пять 'программистских' предметов. Всё любимое и хорошо знакомое.
  После этого оставалось лишь одно - запастись нужными учебниками и учить, учить, учить...
  А когда очередной предмет выучен - пойти и сдать.
  
  Самым первым предметом Петрович выбрал архитектуру ЭВМ. Для знающего человека - ничего особенно сложного. Своего рода беллетристика - хотя и технического плана.
  Но вот времени на подготовку потрачено было много. Целых пять дней. Для самого простого предмета всё-таки многовато...
  С другой стороны, с первым предметом хотелось не рисковать - и сдать его на 'пятёрку'. Чтобы почин хороший был.
  И ведь получилось! Первый экзамен был сдан на 'отлично'!
  
  К двум следующим экзаменам Петрович готовился тоже очень основательно. И по обоим получил 'пятёрки'.
  Хорошо? Как сказать... На три первых экзамена он потратил три недели. На пять остальных оставалась всего одна неделя...
  Придётся провести её, не отрывая голову от учебника...
  
  Можно ли сдать пять трудных экзаменов за семь дней? Особенно с учётом того, что в эти семь дней входит также и подготовка к ним.
  'Нет, это практически невозможно!' - скажет тот, кто знает не понаслышке, что такое серьёзная учёба.
  А вот Петрович сделал это невозможное. Только вот что толку?
  Сдать-то он сдал - да вот результаты более чем скромные.
  Две четвёрки и три тройки!
  Исходя из известной ему информации, сдавать экзамены дальше просто бесполезно. Три тройки в самом начале при имеющемся конкурсе - плачевный результат...
  
  Прощайте, двести лет яркой и счастливой жизни! Прощай, таинственный и загадочный Космос! Прощай, ощущение вернувшейся молодости!
  Как горько и больно расставаться с надеждами!
  Ну что ж - не получилось. Пора возвращаться к старой жизни.
  Доработать оставшиеся месяцы на старой работе. Передать дела энергичным молодым сотрудникам. И уйти на пенсию.
  Доживать оставшиеся годы. Лет десять-пятнадцать. Если повезёт...
  
  Петрович решил не откладывать дело в долгий ящик и немедленно забрать документы. Поэтому после сдачи последнего экзамена не поехал домой, а сразу же отправился в канцелярию.
  Разговаривала с ним та же самая сотрудница, что и в прошлый раз.
  Только вот разговор с самого начала повернулся совершенно неожиданным образом.
  
  - У вас какие-то проблемы? - улыбнулась она Петровичу, как старому другу.
  - Да вот, документы решил забрать! - отводя глаза, выдавил он.
  - А почему? - удивилась девушка.
  Нет, не совсем так. Не удивилась. Просто разыграла удивление.
  Но Петровичу уже было всё равно:
  - Посмотрите мои оценки - и вам всё станет ясно! - буркнул он.
  - Посмотрела. И всё равно не понимаю.
  - Ну ведь у меня же совсем нет шансов! - грустно покачав головой, тихо сказал он.
  - Стоп! А вот отсюда прошу поподробнее!
  'Она ещё и издевается!' - раздражённо подумал Петрович. Но заставил себя успокоиться и начал объяснять.
  
  - Когда я в юности поступал в Университет, у нас был конкурс девять человек на место. И гарантированно поступили только те, у кого были пятёрки по всем четырём экзаменам. И часть тех, у кого была одна четвёрка. Ни один, получивший тройку, не прошёл.
  Девушка ничего не ответила - только кивнула головой. Мол, пока всё понятно.
  - А у вас, - продолжал Петрович, - четырнадцать человек на место. Значит, требования ещё более суровые. Так что я со своими тремя тройками сразу же 'пролетаю'! Ведь так?
  - Нет, не так! И я сейчас объясню вам, в чём вы ошибаетесь.
  
  - Во-первых, среди поступающих в Университет случайных людей практически не было. Любой абитуриент знал, на что он идёт. А к нам... Сколько много приходит совершенно случайных людей, вы даже не представляете!
  - Ну почему случайных? Пожить-то ещё лет двести всем хочется...
  - Да, но такое даром не даётся! А вот это понимают далеко не все.
  
  - Далее, - невозмутимо продолжала она, - возраст соискателей. Мы ведь принимаем документы только от людей пенсионного возраста. А им ведь учиться гораздо труднее, чем молодёжи!
  Увидев недоумённое выражение на лице собеседника, она улыбнулась:
  - Да, у вас-то в этим всё в порядке. Но вы - скорее приятное исключение.
  - Значит... - осторожно начал Петрович.
  - Половина соискателей не в состоянии сдать даже первый экзамен.
  - Так что, у меня есть шанс?
  - Есть! И даже гораздо больше, чем шанс. Всё дело в шкале оценок.
  - А что такого в шкале? Обычная пятибалльная.
  - Да, пятибалльная! Но отнюдь не обычная! Максимальная-то оценка у нас, как обычно, - пять баллов. А вот минимальная - не двойка, как обычно принято, а ноль. Так что единица и двойка у нас - вполне положительные оценки. Хотя и очень низкие.
  - Значит, мои четвёрки...
  - Ваши четвёрки - это где-то пять с минусом по обычной шкале.
  - Значит, мне имеет смысл продолжить сдавать экзамены?
  - Самый прямой! Но сначала внимательно посмотрим на, что вы уже успели сдать.
  
  Девушка вывела на экран таблицу с оценками и стала внимательно рассматривать:
  - Так, три пятёрки, две четвёрки, три тройки. Подумаем, что можно сделать...
  Надо ли говорить, что после этих слов Петрович, как говорится, 'навострил уши' и стал жадно слушать всё, что ему говорили.
  - Во-первых, у нас есть правило - две пятёрки дают право на пересдачу одной тройки. Так что одну пересдачу вы можете сделать в самое ближайшее время. Да, кстати. По какому предмету вам будет легче всего экзамен пересдать?
  - По информационной защите.
  - Прекрасно! Уж на четвёрку-то вы точно сдадите! Вот и одной тройкой будет меньше.
  - Да, а остальные две?
  - А их мы просто за скобки вынесем. Я-то вас просил шесть предметов выбрать - а вы выбрали восемь. Так что два лишние. Вот и сделаем пока лишними физику и английский, по которым вы тоже тройки получили.
  - А что дальше?
  - А вот пересдадите свой экзамен - тогда и поговорим. Главное, чтобы вы успели это сделать в течение ближайшей недели.
  
  Так Петрович и поступил. Пять дней готовился к экзамену, не поднимая головы. Успешно пересдал его - и даже не на четвёрку, а на пятёрку.
  И сразу же, не выходя из здания, отправился на собеседование.
  И тут его ждал сюрприз. Просто потрясающий сюрприз!
  
  Девушка-консультант, глянув на экран своего компьютера, поднялась из-за стола и торжественно сказала:
  - Уважаемый Андрей Петрович! По результатам сданных вами первых шести экзаменов было принято решение о вашем досрочном зачислении в группу подготовки межпланетных колонистов. Поздравляю вас! Главный барьер вы преодолели.
  Петрович растерялся. И задал вполне естественный в данной ситуации вопрос:
  - А как же остальные экзамены?
  - Остальные экзамены, конечно, никто не отменял. Вам их всё равно придётся сдавать. Но теперь вы будете бороться не за факт поступления, а за статус в группе поступающих.
  - Как это?
  - А вы что, думаете, для нас все новички равны? Вовсе нет! Кто-то ведь должен стать рядовым сотрудником, кто-то - ведущим специалистом, а кто-то - руководителем нижнего звена. Проще всего проводить такое разделение по результатам экзаменов.
  - А если я вообще какой-то из экзаменов не сумею сдать?
  - То есть получите 'ноль'? Вы даже не представляете, насколько это маловероятно!
  - Ну а всё-таки?
  - Если даже и получите - не страшно! У зачисленных есть неограниченное право на пересдачу. Уж со второго-третьего раза вы уж точно сдадите!
  Петрович задумался - и помрачнел:
  - Статус, говорите? Пролетаю я со статусом! Экзаменов осталось ещё много, а времени на них - чуть больше месяца! К тому же скоро мой отпуск кончится - и придётся на работу выходить. И моя производительность, как минимум, раза в два снизится.
  - Но вы, будучи зачислены к нам, можете с чистой совестью с работы уволиться. Вот и время свободное появится!
  - Уволиться? Поверьте, это не облегчит ситуацию. Скорее, усугубит. Я ведь по закону обязан две недели отработать. Начальство, конечно, теоретически может их 'простить' - но в моём случае это исключено. Слишком много дел я должен передать. А за эти две недели меня 'досуха' выжмут. На экзамены ни сил, ни времени ни останется. Так что на их сдачу у меня будет не месяц 'с хвостиком', а чуть больше двух недель. Я просто не успею! Чисто физически!
  
  - Стоп! Поскольку вы уже к нам зачислены, то и график сдачи экзаменов у вас поменялся. Вам даётся месяц на завершение текущих дел - в том числе на увольнение с теперешней работы и на трудоустройство к нам. А через месяц, когда со свободным временем у вас будет всё в порядке, вы спокойно начнёте сдавать оставшиеся экзамены. Если не на что не будете отвлекаться, за месяц вполне успеете.
  - Не на что не отвлекаться! Да вы же сами меня работой загрузите - раз я у вас уже числиться буду.
  - Не загрузим! Вашей основной и единственной работой как раз и будет сдача оставшихся экзаменов.
  - Знаете, вы меня совсем запутали. Я даже не понимаю, что должен делать сейчас.
  Его собеседница задумалась, а потом задала встречный вопрос:
  - А сколько дней отпуска у вас ещё осталось?
  - С учётом присоединённых отгулов - восемь дней.
  - Прекрасно! Вполне достаточно для того, чтобы дать вам Оздоровление.
  
  
  Глава восьмая. Оздоровление
  
  Сердце Петровича сладко заныло. Вот он, праздник! Начинается!
  - А как это будет происходить? Можно поподробнее? - ещё не до конца веря, что это правда, спросил он.
  - Всё просто! Начнём мы с оформления официальных бумаг. Мы берём вас к себе на работу на полставки. Это никак не влияет на ваши обязательства на старой работе. Хочу сразу же отметить, что условия для вас очень выгодные. Вы получаете вторую зарплату - по моим прикидкам, раза в полтора большую, чем первую. И сразу же рвать со старой жизнью не придётся. Переходить к новой жизни постепенно - это ведь не так страшно.
  - Но в конце концов мне ведь всё равно придётся со старой работы увольняться?
  - Конечно! Выйдете из отпуска, отработаете месяц-два - и можете подавать заявление об уходе. Ну а потом, конечно, придётся отработать установленные законом две недели.
  - А выдержу ли я? - вздохнул Петрович. - На работе меня буквально досуха выжимают. Работа у вас, хотя и полставки, тоже явно не синекура. Так что этот вариант, хотя и очень интересный, боюсь, не для меня.
  - А вот вы это зря! - улыбнулась девушка. - После оздоровления у вас настолько работоспособность повысится, что вы даже не представляете. Если нужно, не только полторы - две ставки выдержать сможете!
  - Тогда конечно! - улыбнулся Петрович. - Для меня эти условия очень выгодны. Но какой смысл вам идти на такие невероятные уступки?
  - И вовсе не уступки. Вы через пять минут станете нашим сотрудником. Будет хорошо вам - будет хорошо и нам. Так что отбросьте сомнения. И давайте, наконец, приступим к оформлению бумаг!
  
  Процесс устройства на полставки был проведён достаточно быстро. Его собеседница практически сделала всё сама - так что Арсений в основном смотрел на её действия и подписывал там, где ему было указано.
  Единственное усилие, которое пришлось ему сделать, - внимательно прочитать договор, причём целых два раза. На этом, кстати, сама девушка-менеджер настояла. Впрочем, договор был не очень длинным и был написан ясным и понятным языком. Как Петрович не старался, никакого подвоха он найти там не мог.
  Его главные обязательства были простыми - выполнять разовые поручения и сдавать экзамены. В случае успешной сдачи он был обязан уволиться со своей старой работы и устроиться на новую уже не на полставки, а на целую ставку.
  Главным обязательством работодателя было предоставить Петровичу Оздоровление. Бесплатно.
  Так что колебаться никакого смысла не было - и все подписи были поставлены.
  - Поздравляю! - улыбнулась девушка. - Теперь вы - наш сотрудник. Ваш первый аванс вам через пять минут на карточку переведут. А теперь я расскажу вам о том, как будет проходить процедура Оздоровления.
  
  - Сейчас вас проведут в наш медицинский центр. Там вы пройдёте первичное медицинское обследование. После него вас проведут в столовую и вы пообедаете.
  - Стоп! А это-то зачем?
  - В ходе Оздоровления вы должны питаться исключительно специальной едой. Сами её вы приготовить не сможете. Так что извольте это время только у нас питаться.
  - Ну, с этим ясно. А что дальше?
  - Вы заезжаете домой, собираете чемоданчик и подъезжаете к нам. Ложитесь к нам на пять дней. За это время и пройдёте Оздоровление.
  - А как это выглядит? Что-то вроде операции?
  - Да нет, что вы! Никакой операции! Даже неприятных ощущений не будет!
  - А что с собой-то брать?
  - Удобную одежду для помещения, бритву, зубную щётку... Личный коммуникатор не забудьте. Можете планшет с собой взять. Хотя это и не обязательно: если захотите - казённый дадут. На те несколько дней, что вы там пробудете.
  - Если я правильно понял, еду не брать?
  - Ни в коем случае! Да вы не волнуйтесь! У нас кормят не хуже, чем в ресторане! Диетическая еда - она ведь тоже вкусной бывает!
  - А пропуск какой-нибудь дадите? Чтобы мне долго не объяснять на входе, кто я такой?
  - Обязательно! Вот, держите! - и девушка-менеджер протянула Петровичу небольшую карточку с фотографией. - Старайтесь не терять!
  
  Сопровождающей оказалась совсем молодая девушка в тёмно-зелёном халате.
  - На этот вечер я ваш спутник! - улыбнулась она. - Как лучше - вы пройдёте за мной? Или же пойдём рядом - и я буду вам просто говорить, куда идти!
  - Второе, конечно, лучше! - улыбнулся Петрович. - А вы заодно мне на несколько вопросов ответите!
  - С удовольствием! - улыбнулась его спутница. - Сначала надо дойти до конца этого коридора. Ну что ж, задавайте свои вопросы!
  
  - А бывали ли случаи, когда Оздоровление не удавалась реализовать? Вдруг окажется, что у меня к этой процедуре несовместимость? Что-то вроде аллергии?
  - Как раз этого вам бояться не надо! Оздоровление можно дать любому! Пока он живой, конечно.
  - Так уж и любому? - усомнился Петрович.
  - Сейчас - практически да. Правда, ещё лет пять назад было три исключения. Первое - клиническая смерть. Второе - ситуация, когда человек при смерти. Третье -очень-очень смертельные раны. Сейчас первые две ситуации можно забыть.
  - Как это? - удивился Петрович.
  - Вы слышали про химический препарат 'Последняя песня берсерка'?
  - Нет, не слышал. А что это? Лекарство? Название какое-то странное...
  - Ну, лекарством это трудно назвать. Скорее это средство последнего шанса. И разработано оно было давно - ещё тогда, когда Земля была раздроблена на независимые государства. Которые друг с другом воевали. Вот для войны и было разработано это жестокое, но эффективное средство.
  - А в чём же его жестокость?
  Девушка в зелёном халате будто на секунду задумалась, а потом начала рассказывать.
  
  - Вот представьте себе, что человек в бою тяжело ранен. Может быть, даже смертельно. По инструкции он в этой ситуации должен был принять некое суперлекарство, которое сразу же резко улучшало его самочувствие.
  - И что здесь не так?
  - А то, что это не было лекарством. Оно не давало принявшему дополнительных шансов выжить. Наоборот, нередкой была ситуация, когда без него человек бы выжил, а после его приёма - умирал.
  - Так в чём же был смысл такого приёма?
  - В том, что те несколько часов, что проживал человек, он чувствовал себя прекрасно. И был полон сил. Так что за это время он успевал и нескольких врагов уничтожить, и важную информацию своему начальству передать.
  - Да, какие ужасы вы рассказываете! - с дрожью в голосе произнёс Петрович.
  
  После полуминутного молчания (собеседники за это время успели подняться на двадцать пять этажей вверх, оказавшись в огромном круглом помещении, почти весь периметр которого занимали огромные окна) девушка в зелёном халате сказала:
  - Mы почти пришли. Ну как, закончим разговор сейчас или продолжим его чуть позже - по дороге в столовую?
  - Да уж лучше сейчас! Больно уж тема важная!
  - Ну хорошо! Тогда давайте к окну отойдём! Ну и что вам непонятно?
  - Да почти всё. В первую очередь, каким образом это ваше псевдолекарство действует?
  - Ну, это-то самый простой вопрос. Оно мобилизует жизненные силы человека. Перекачивает их из резерва в оперативное хранилище.
  - А как мобилизация жизненных сил могла приводить к преждевременной смерти?
  - Очень просто. Если жизненные силы быстрее тратились - то они быстрее и кончались. А после этого человек умирал.
  - А если его принимал человек, не находящийся при смерти, - что с ним происходило.
  - Ничего страшного. Просто два-три дня сильной слабости. Пережить можно. Ну как, всё понятно?
  Петрович подумал.
  - Не всё. Далеко не всё.
  
  - Я не понимаю главного - как такая сомнительная штука может помочь в получении Оздоровления?
  - Очень просто. Человеку, находящемуся в критическом состоянии, дают 'Последнюю песню берсерка'. Пока длится состояние подъёма, запускается процедура Оздоровления. Вот и всё.
  - И снова неясно. Эта самая 'песня', как вы говорили, существует уже давно. Почему её нельзя было использовать пять лет назад?
  - Потому что она была с Оздоровлением несовместима. Человек её принимал, и его жизненные силы начинались активно тратиться. Но ведь для запуска Оздоровления тоже жизненные силы нужны! Вот ничего и не получалось! Человек вроде бы неплохо себя чувствовал - а вот Оздоровление не запускалось!
  - И как же вышли из этой непростой ситуации?
  - Нашли способ 'быстрой закачки' в человека жизненной энергии.
  
  - И как это происходит?
  - Если говорить очень упрощённо, удалось создать лекарство, которое очень быстро повышает запасы жизненной энергии в человеке.
  - А откуда эта энергия берётся?
  - В самом лекарстве содержится. В некой законсервированной форме.
  - Хорошая штука!
  - Да не очень. Потому что имеет два серьёзных недостатка. Первый - энергия закачивается на достаточно глубинный уровень, и добраться до неё непросто. Второй - для этой закачки требуется некоторое количество 'оперативной' жизненной энергии. Справедливости ради сказать - не очень большое. Но для человека, находящегося в критическом состоянии - просто неподъёмное. Так что для тяжелораненого или очень больного человека такая закачка энергии - самый настоящий яд!
  - Стоп! А вот этого я не понял!
  - Всё очень просто. Энергия закачивается на глубинный уровень, откуда её достать совсем не просто. А запасы оперативной энергии, напротив, тратятся. Так что человек жертвует необходимым ради бесполезного. Если его состояние тяжёлое, он просто умирает. Причём очень быстро.
  - Даже не знаю, какое из описанных вами средств хуже. Одно убивает больного или раненого сразу, другое - через несколько часов. Да, это никак нельзя назвать лекарствами. Настоящие яды.
  - Спорить не буду. Яды - если поодиночке. А вот вместе - лекарство потрясающей силы.
  - Стоп! А как это может быть?
  - Очень просто!
  
  - Лекарство это состоит из двух таблеток - большой и маленькой. Сначала принимается маленькая. Она - ни что иное, как 'Последняя песня берсерка'. А минут через десять-пятнадцать принимается вторая - большая - таблетка. Она и возобновляет в человеке запасы внутренней энергии. Причём в гораздо большем объёме, чем её тратит первая таблетка.
  - Что-то я запутался...
  - С ходу это действительно трудно понять. Важен результат: в критическом состоянии человек принимает лекарство, которое резко улучшает его самочувствие. Улучшение это держится дня два-три. После этого наступает слабость - совсем небольшая. И общий результат при этом исключительно положительный. Если у человека был хоть малейший шанс, чтобы выжить, этот шанс будет обязательно реализован.
  - Мощное лекарство! Что-то я о нём не слышал.
  - Да слышали вы, слышали! Реанимин оно называется.
  - Ах, вот оно что! Этот таинственный и загадочный реанимин...
  Петрович на минуту задумался.
  
  Информация об этом необычном лекарстве появилась в Инфонете года три назад. Мол, медики разрабатывают чудодейственное средство, которое позволит и тяжёлые раны лечить, и безнадёжным больным помогать. И стоить при этом оно будет не в пример дешевле, чем Оздоровление.
  Правда, пока в его разработке какие-то трудности возникли. Как только их преодолеют - так и лекарство в свободном доступе появится.
  Но время шло, а чудо-лекарство так и оставалось несбыточной мечтой. В аптеках его не было. И большинство врачей о нём толком ничего не знало.
  А потом появились невнятные слухи, что лекарство-то на самом деле давно разработано - только доступно оно не всем. Мол, в некоторых больницах, отдельно взятым пациентам, его могут дать...
  Каким именно пациентам, мало кто сомневался. Тем, кто близко к богатству или власти. Даже у последней черты эти счастливчики имеют дополнительный шанс...
  Петрович вспоминал - а девушка в зелёном халате с улыбкой наблюдала за выражением его лица.
  - Ну что, вспомнили? Общепринятую точку зрения на этот вопрос я знаю. Но на самом деле всё обстоит совсем по-другому.
  
  - Реанимин на самом деле давно разработан. Результаты его использования более чем впечатляющие. И главное - лекарство вполне безопасное. При важном условии - если его правильно использовать. А вот это было не так просто.
  - А в чём заключается опасность неправильного использования?
  - В том, что при ошибке человек в тяжёлом состоянии, вместо того чтобы выздороветь, умирает.
  - И что, так легко ошибиться?
  - Смотрите сами! Реанимин состоит из двух таблеток - большой и маленькой. Сначала надо принять маленькую, а минут через тридцать-сорок - большую. В этом случае гарантируется положительный результат, причём максимальный. А вот если принять одну таблетку вместо двух, или перепутать порядок их приёма - будет один вред.
  - А если принять две таблетки в правильном порядке, но нарушить интервал приёма?
  - Всё зависит от того, насколько велико это нарушение. Чем оно больше - тем меньше польза. Если оно очень большое - будет больше вреда, чем пользы.
  - По-моему, алгоритм приёма очень прост, поэтому нет никаких проблем его соблюсти.
  - Не скажите... Можно не понять, задуматься, отвлечься, перестать контролировать время. Тем более что много ошибок ведь не нужно. Достаточно три-четыре смертельных случая - и против лекарства поднимется такая волна протеста, что завершить его разработку просто не дадут.
  - И как сейчас выходят из ситуации?
  - Достаточно просто. Во-первых, в свободную продажу не выпускают. Обычному-то человеку ошибиться гораздо легче, чем врачу. Во-вторых, разрешить его применение не всякому врачу, а тому, кто прошёл специальный инструктаж. В-третьих, давать лекарство должны два подготовленных врача сразу. Если один попробует сделать что-нибудь неправильное - другой сразу же его поправит.
  - Сложно как-то всё это!
  - Сложно! Поэтому и работы над совершенствованием этого лекарства продолжаются. Не с целью повышения функциональности - с этим всё в порядке. А с целью обеспечения безопасности.
  
  - Что-то вы меня совсем запутали! - улыбнулся Петрович. - Давайте всё-таки вернёмся к Оздоровлению.
  - Давайте! Если человек чувствует себя хорошо или умеренно плохо, он сразу же подвергается процедуре Оздоровления. А если очень плохо - сначала ему дают реанимин. С вами всё в порядке, так что у вас первый вариант.
  Петрович задумался. Зачем он затеял этот разговор? У его спутницы может сложиться впечатление, что он чего-то боится!
  И вдруг он вдруг понял: действительно боится! Ведь он стоит на пороге самого масштабного перелома в своей жизни!
  Да, конечно, позитивного перелома.
  И всё равно страшно...
  
  Петрович вспомнил, как он в детстве ходил купаться. Из-за большого количества донных ключей вода в реке была очень холодная.
  Самыми трудными были первые секунды - когда купающийся только начинал заходить в воду. Ощущение передергивающего всего тело озноба было невыносимым.
  Но, после того, как входящий в реку человек делал над собой усилие и погружался в воду, становилось легче. Леденящий озноб исчезал, оставляя вместо себя приятную прохладу.
  Так и тут. Надо лишь сделать последнее усилие...
  И, резко повернувшись и отойдя на два метра от окна, Петрович повернулся к своей спутнице:
  - Ну что ж! Я готов! Ведите меня дальше!
  
  Сначала всё выглядело довольно буднично. Петровичу предложили снять обувь и раздеться до белья. Затем дали лёгкие тапочки и довольно симпатичные штаны и куртку из хлопчатобумажной ткани.
  Когда он оделся, предложили пройти в ванную комнату: умыться и протереть волосы специальным лосьоном.
  После этого Петрович лёг на очень удобное полулежачее кресло. На голову ему одели что-то вроде лёгкого металлического шлема, а на запястье и щиколотки - бронзовые металлические браслеты.
  А вот потом было сделано что-то непонятное. Из лобной части шлема опустился вниз щиток - и глаза оказались плотно прикрыты. Только снизу немного отсвечивало.
  Лёгкое касание в середине лица - и даже это отсвечивание куда-то исчезло. Перед глазами повисла густая тьма.
  - Не бойтесь! - раздался приятный женский голос. - Сигналы от внешнего мира вам будут только мешать.
  - Значит будут сигналы от внутреннего мира? - попытался улыбнуться Петрович.
  - В какой-то степени. Сейчас станет тихо. Потом я включу диагностику - и вы заснёте. Если вам будут сниться необычные сны - не пугайтесь. Это совершенно нормально. Вам всё понятно?
  - Да! Я готов!
  Через пару секунд все звуки исчезли. А ещё секунд через десять стала слышна еле заметная музыка. Одновременно ритмичная, мелодичная и очень красивая.
  А потом Петрович действительно заснул.
  
  Он стоял перед кабинетом начальника и волновался. Сейчас решится его судьба.
  Ведь их отделу поручили важный проект. Очень денежный. И вчера ему сказали, что он будет в нём участвовать!
  Разговор с начальником не разочаровал. На Петровича пролился настоящий золотой дождь: и оклад повысили, и особую надбавку начислили, и высокую премию пообещали каждый месяц давать. Даже (вот чудо!) должность пообещали повысить. Из ведущего инженера в инженеры-координаторы...
  Честно говоря, он даже не ожидал, что всё так хорошо обойдётся. Даже странное какое-то ощущение появилось... Будто всё вокруг не совсем нереальное...
  
  На выходе из кабинета его ожидал Степаныч.
  - Привет, Петрович! - улыбнулся он. - Судя по твоему довольному виду, у тебя всё в порядке. А вот со мной шеф по-другому разговаривал...
  Петрович хотел сказать что-то утешительное, но не нашёл нужных слов. Поэтому он только пожал плечами.
  Степаныч ссутулился и пошёл прочь.
  В этот момент Петровича как будто что-то кольнуло в сердце. Сейчас Степаныч должен был сказать что-то важное. Но разговор закончился слишком быстро - и это важное так и осталось несказанным.
  Степаныч шаг за шагом удалялся прочь, а Петрович пытался сообразить: почему с каждый его шагом сердце щемит всё больше и больше?
  
  А ощущение нереальности становилось всё сильнее и сильнее.
  Тут вдруг воспоминания как будто раздвоились - с того момента, как Петрович открыл дверь начальника. Одна ветвь, в которой разговор закончился благополучно, была совсем короткая и упиралась в настоящий момент. А вот другая была гораздо длиннее...
  Разговор с шефом там закончился гораздо хуже. И вслед за этим следовали месяцы тяжёлой работы.
  Зато там было другое. Межпланетная колонизация... Экзамены... Приём на полставки... Оздоровление... В будущем - шанс на Долголетие...
  Всё это могло бы быть... В параллельной ветви реальности...
  А сейчас этого не будет...
  Нет! Всё ещё можно исправить!
  И Петрович побежал вслед за Степанычем...
  
  Но разговора не получилось. Степаныч долго не мог понять, чего от него хотят. Мол, какая межпланетная колонизация? И кто возьмёт туда старика?
  Петрович попробовал воспроизвести тот их давний разговор. Но собеседник лишь покрутил пальцем у виска. И, грустно покачав головой, произнёс:
  - Ты, дружок, от радости совсем берега потерял. Я бы на твоём месте поехал домой - и сразу же лёг спать. Тебе ведь завтра лучше пораньше приехать. Оказанное доверие отрабатывать.
  И, резко повернувшись, быстро пошёл к остановке монорельса.
  
  Тут всё вокруг заколебалось - и Петрович вдруг понял, что спит!
  Он даже удивился, что ещё несколько секунд назад ему казалось, что вокруг - настоящий мир. Ведь на самом деле всё выглядело не так, как это должно быть!
  Хотя был день, по стенам домов пробегали какие-то непонятные сполохи. Трава на газонах была живая и, поднимаясь вверх, норовила ухватить за ноги. Но страннее всего выглядели люди...
  На первый взгляд у них были нормальные лица. Но попытка пристально посмотреть на отдельно взятого человека приводила к тому, что это лицо постепенно превращалось в звериную морду. И морда эта смотрела на Петровича очень недружелюбно.
  Значит, то, что ему казалось реальностью - это сон?
  Никакой межпланетной колонизацией тоже нет? Это тоже сон?
  А разговор с начальником? Тоже сон?
  А если не сон? Этот разговор уже был? Или ещё будет?
  Петрович схватился за голову - и проснулся.
  В спальне была темнота. Он вспомнил, что произошло в последние сутки, - и застонал от отчаяния.
  
  Начальник отдела отводил глаза. Чувствовалось, что ему стыдно смотреть на своего подчинённого.
  А потом хозяин кабинета, взяв себя в руки, заговорил. И каждое его слово причиняло боль почти на физическом уровне.
  - Буквально вчера совет директоров принял решение - не поручать серьёзных работ пенсионерам. И тем, кто вот-вот уйдёт на пенсию. Так что извините, Андрей Петрович, - наша договорённость аннулируется. Хотя мне и очень жаль...
  - Что же мне делать? - потерянным голосом спросил Петрович.
  - Не знаю... До пенсии вас увольнять никто не будет - так что два месяца вы можете работать спокойно. Я и с премией вам постараюсь помочь - чтобы вы хоть чуть-чуть скопить сумели и пенсию побольше получили. Но и вы меня не подведите. Запомните - любой ваш промах в эти оставшиеся месяцы может быть использован против вас. И не потому, что я такой плохой. Просто положение сейчас тяжёлое - и найдётся немало доброхотов, готовый доложить о грехах того, кто работает рядом с ним.
  Всё потемнело перед глазами Петровича - и он, шатаясь, вышел из кабинета. И чуть не столкнулся со Степанычем.
  - Что с тобой, Петрович! - спросил тот. Но как-то равнодушно спросил. Будто голова его была занята чем-то совершенно другим.
  - Да вот, сказали, чтобы я не рассчитывал, что останусь работать после пенсии.
  - Значит, мы товарищи по несчастью! - слегка оживился Степаныч. - Мне вот вообще контракт расторгли.
  - Расторгли? Но ведь они не имеют права!
  - Ну, не совсем расторгли... - поморщился Степаныч. - Просто срок изменили - с года до четырёх месяцев. Оказывается, это они могут... при форс-мажорных обстоятельствах... А поскольку больше трёх месяцев я уже отработал - то скоро на выход! Последние деньки вы меня видите!
  Говорить было больше не о чем. И каждый побрёл в свою сторону: Степаныч - к монорельсу, а Петрович - к движущемуся тротуару.
  
  Воспоминания вчерашнего дня, заполнившие голову сразу после пробуждения, были невыносимы. Оказалось, что всё было сном - и возможность поработать после пенсии, и межпланетная колонизация, и Оздоровление с Долголетием... А вот то, что его вышвыривают после пенсии на улицу, - это и есть реальность!
  Как обидно! Жизнь закончилась тупиком, из которого нет никакого выхода!
  Петрович сел на кровати и, обхватив голову руками, тихо застонал. А потом испуганно замолчал: как бы кого-нибудь из домашних не разбудить.
  А потом, сделав над собой огромное усилие, лёг в кровать и попытался заснуть.
  Но заснуть не получилось. Потому что в голову лезли мысли о том, чего, как оказалось, никогда не было. Но это несбывшееся, не сумев воплотиться, щемило сердце невидимыми тисками...
  
  До того, как он вчера подошёл к кабинету начальника, его жизнь текла спокойно и даже предсказуемо. Без больших подъёмов, но и без явных провалов. А вот вчера линия его судьбы резко скакнула вниз.
  Ну а дальше понятно. Бунтующее подсознание, будучи не в силах ничего изменить в реальности, подсунуло ему во сне два её альтернативных варианта. И оба были лучше того, что действительно произошло.
  Теперь от того момента, когда он открыл дверь в кабинет шефа, его жизнь как бы разделилась на три ветви. Первая - где его отправляют на пенсию. Вторая - где, наоборот, осыпают всяческими милостями. Ну а третья ветвь - самая сказочная. Потому что в ней его ждали Космос, Оздоровление и Долголетие...
  Правда, первая ветвь, - самая грустная - была в воспоминаниях наиболее яркой. И неудивительно - реальность всё-таки! Две другие ветви были подёрнуты смутной дымкой. А каким ещё может быть воспоминание о сновидениях?
  Но как же хотелось, чтобы реальностью стало одно из них!
  'Стоп! - подумал Петрович. - надо как-то успокоиться! Не хватало ещё инсульт или инфаркт от расстройства получить!'
  Что для этого нужно было сделать? Просто спокойно полежать...
  Ведь известно, что воспоминания о сновидениях очень быстро бледнеют. Логическая-то часть, конечно, может помниться очень долго. А вот эмоциональная... В результате этого выборочного забывания человек продолжает помнить сюжет сна, - но отнюдь не сопутствующие им чувства.
  Ещё полчаса, от силы час - и воспоминания о несбывшемся побледнеют. А значит, перестанут беспокоить.
  Тут и заснуть будет нетрудно...
  
  На деле всё получилось с точностью до наоборот.
  Альтернативные воспоминания становились всё ярче и ярче, пока, наконец, не сравнялись с реальными.
  Теперь у него имелось три варианта вроде бы совершенно равноправных вариантов событий. Настолько равноправных, что понять, какое из них реальное, можно было только путём анализа ситуации.
  Взять самый лучший вариант - связанный с Оздоровлением. Он кончается моментом, когда Петровича уложили на кресло и усыпили. Он не мог быть реальностью, потому что было непонятно, как он после этого кресла оказался в квартире. И как день вдруг превратился в ночь.
  Второй вариант - с добрым начальством - на реальность тем более не тянул, поскольку закончился человеческими лицами, превращающимися в звериные морды.
  Оставался последний - когда он был пинком отправлен на пенсию. Тут он помнил всё - и разговор с начальником отдела, и разговор со Степанычем, и дорога домой. Помнит, как расстроенный пришёл домой, как лёг спать. И как проснулся. Что очень важно - именно там, где заснул.
  Как жалко, что реальностью оказался самый худший вариант...
  
  Тут вдруг всё вокруг как будто вздрогнуло. И сразу же появилось ощущение нереальности. Так что, получается, сейчас он спит? А это значит...
  Мелькнула безумная надежда: может быть, сейчас он лежит в кресле, дожидаясь Оздоровления? А это - всего-навсего страшный сон?
  Сердце Петровича сладко защемило. Значит, всё не так уж плохо? Кошмары наконец кончатся, и он проснётся в медицинском центре?
  Но эйфория длилась недолго. Потому что ему в голову пришла такая страшная мысль, от которой руки и ноги онемели, а перед глазами повисла пелена чёрного тумана.
  
  Вдруг все три варианта, которые он сейчас помнит, являются сном? А реальность - это четвёртый вариант, который хуже всех?
  И хотя для этого предположения вроде бы не было никаких оснований, раз всплыв в голове, оно никак не хотело из неё исчезать.
  Ведь что такое, в сущности, уход на пенсию? Неприятности - но ещё не катастрофа! Человеку с востребованной профессией работу вполне реально найти. А пока ищет - дочка и зять помогут!
  А ведь может быть гораздо хуже! Такое, о чём страшно и подумать!
  Тут в голову Петровича пришла совсем безумная мысль. Мол, для того, чтобы сохранить существующую реальность, он должен продержаться в бодрствующем состоянии хотя бы ещё час. А если заснёт раньше времени - то окажется в гораздо худшей реальности.
  Как назло, именно после того, как он утвердился в этой мысли, появилась сильная сонливость. Оставалось одно - сделав запредельный рывок, вскочить с кровати. Ведь не заснуть, стоя на ногах, не так сложно. Можно даже одеться и пойти на кухню - кофейку выпить. Чтобы уж совсем взбодриться.
  Но сил на рывок уже не было. В самый последний момент Петрович почувствовал, что руки и ноги ему не подчиняются. А потом его начал затягивать сон.
  Обычно человек засыпает мгновенно. Вот он бодрствует - а в следующую секунду уже спит.
  Сейчас было не так. Процесс засыпания был хотя и быстрым, но отнюдь не одномоментным.
  Сначала отказали руки и ноги. Потом веки стали настолько тяжёлыми, что их было невозможно удержать поднятыми - и на глаза опустилась тьма. Секунды через три Петрович почувствовал, что его затягивает куда-то вниз - в глубины сна.
  'Нет! - мысленно закричал он. - Я не хочу засыпать!'
  Но этот крик не возымел никакого действия - и сознание растворилось во тьме.
  Что, получается, Петрович заснул?
  Нет - он проснулся.
  Но реальность оказалась какой-то непонятной.
  
  
  Глава девятая. Оздоровление продолжается
  
  Петрович лежал. И это было единственное, что он знал точно.
  Он ничего не чувствовал. Ничего не видел, ничего не слышал. Даже осязание не давало никаких внятных сигналов.
  Попытка открыть глаза ситуацию не прояснила. Нет, глаза-то как раз спокойно открывались и закрывались. Только вот ничего не видели.
  В голове теснились несколько вариантов воспоминаний. И все они воспринимались как совершенно равноправные.
  На самом деле только одно из них соответствовало реальности. Остальные были воспоминанием о снах. И от того, какова именно была реальность, зависела его дальнейшая жизнь.
  Бессмысленное прозябание... Тяжёлый, хотя и нормально оплачиваемый, труд. Блестящие перспективы, связанные с освоением космоса. Вот как выглядел выбор.
  Разные эти варианты... Очень разные...
  Ну когда же, наконец, он хоть что-то увидит и услышит?
  
  Но пока что ничего не происходило. Чтобы хоть немного успокоиться, Петровича решил заняться делом: внимательно проанализировать свои ощущения. Может быть, так он что-то важное заметит?
  Петрович стал как бы мысленно сканировать своё тело - от головы до пят. И сразу же заметил странность.
  Он совершенно не чувствовал своих внутренних органов!
  Нет, он, конечно, читал, что это норма для здорового человека. А больной человек в той или иной мере всегда их ощущает.
  Но Петрович никогда не считал себя особо здоровым человеком. И свои внутренние органы он, к сожалению, всегда чувствовал. Хоть немного, но чувствовал...
  И тогда в голову стали лезть совсем чёрные мысли. Вдруг он вообще...
  Но тут в ушах появился лёгкий шум. Чуть позже, как бы издалека, стали наплывать непонятные звуки.
  А потом Петрович услышал голос.
  
  - Как вы себя чувствуете?
  Голос был женский и очень приятный. Но смысл вопроса ускользал.
  - Вы меня слышите?
  Петрович сделал усилие - и понял! А потом ответил:
  - Слышу. Но ничего не вижу!
  - Сейчас зрение будет к вам постепенно возвращаться. А от вас требуется только одно: лежать спокойно, не дёргаться и не волноваться.
  
  Тут вдруг повисшее перед глазами чёрное поле начало постепенно светлеть. И он уж стал немного различать что-то, находящееся перед его глазами. Всё больше, больше...
  Наконец все стало очень хорошо видно. Перед глазами, правда, стояла лёгкая серая дымка - но она совершенно не мешала.
  Петрович жадно вгляделся в открывшуюся перед ним картину, и сердце его запело: реальностью оказался самый лучший вариант! Он лежит на чём-то вроде кушетки. И это происходит в медцентре, где его подготавливают к Оздоровлению!
  Рядом с ним стояла девушка в белом халате.
  - Ну а теперь как вы себя чувствуете? - спросила она.
  Петрович глубоко вздохнул и улыбнулся:
  - Прекрасно, доктор! Лучше не бывает!
  
  Девушка на что-то нажала - и с его лица стал подниматься полупрозрачный щиток. Как оказалось, именно он давал ощущение лёгкой дымки.
  Петрович внимательно осмотрелся. Окружающий мир, без сомнения, изменился. Только вот он никак понять, в чём именно заключается это изменение.
  Внезапно он понял: все краски стали гораздо ярче! Как будто поднятый в глаз щиток унёс не только собственную серую дымку, но и каким-то образом прихватил с собой пелену, которая много лет стояла перед его глазами. И которую он просто не замечал.
  Но изменилось не только зрение. Звуки, которые он слышал, стали как бы громче, но при этом гораздо меньше раздражали. Во всём теле была невероятная лёгкость.
  Так вот ты какое, Оздоровление! Процесс только начался, а самочувствие стало несравнимо лучше!
  А как он будет себя чувствовать, когда процесс будет полностью завершён? Это даже невозможно себе представить!
  
  Девушка в зелёном уже ждала его в коридоре.
  - Ну как, всё прошло? Нормально? - спросила она.
  - Врачи сказали, что да. Правда, не объяснили толком, что они со мной делали.
  - Зато я могу объяснить. Пока мы в столовую идём. Хотите?
  - С большим удовольствием.
  - Ну так слушайте! - улыбнулась его собеседница.
  
  Оказывается, сегодня ему мозг 'настраивали'. Потому что состояние здоровья очень сильно зависит от его правильной работы.
  - А я с ума не сойду от ваших процедур? - испугался Петрович.
  - Нет, что вы! Всё совсем наоборот! После сегодняшнего дня у вас будет невероятно устойчивая психика.
  - Что-то слабо верится! - хмыкнул Петрович. - Мне такие кошмары во время этой процедуры снились! Просто вспомнить страшно...
  - Тут врачи действовали по принципу 'клин клином вышибают'. Надеюсь, больше у вас кошмаров никогда не будет. Если только вдруг сами не захотите их посмотреть.
  - Нет уж, такого желания у меня не возникнет!
  - Не зарекайтесь! Всякое может быть...
  - Ладно, не будем о кошмарах. Объясните лучше, как сознание со здоровьем связано?
  
  - Хорошо. Слушайте. Вы никогда не замечали, что, когда человек в состоянии подъёма, он быстрее выздоравливает? А когда подавлен - наоборот?
  Петрович кивнул головой. У него самого в жизни был такой случай.
  Однажды он заболел гриппом в довольно тяжёлой форме. Даже вставать было трудно - всё время лежал.
  И вот ему вдруг позвонили с работы и сказали, что он должен срочно приехать для разговора с начальником. Ненамного - часа на два.
  Андрей Петрович сказал, что он болеет и на улицу совсем не выходит.
  На это ему было сказано, что никто ведь и не просит его совсем на работу выходить. Надо просто заглянуть.
  - Но ведь у меня температура и голова кружится. Я поеду - и по пути свалюсь. Как-то не хочется!
  - Понимаете, тут не моя прихоть, - стал объяснять начальник. - Эта поездка для вас самого очень важна!
  Ситуация действительно оказалась очень интересная. И даже необычная.
  
  Их институту предложили выполнить очень важную работу. Денежную и престижную. Но условия её выполнения были очень жёсткими.
  И вот теперь надо было срочно решить - стоит ли за неё браться.
  Взять эту работу и выполнить было очень здорово. Но взять и сорвать - просто ужасно. Гораздо хуже, чем вообще не брать.
  Поэтому руководство института должно было срочно определить, какие ресурсы могут быть для этой работы выделены. И главное - какие именно специалисты будут их выполнять. Включая конкретные фамилии.
  Петрович как раз был среди тех сотрудников, которых хотели привлечь к этой работе. Вот с ним и хотело срочно переговорить высокое начальство.
  Разговор вроде был благоприятный. Петровичу, сказали, чтобы он чуть-чуть подождал, - и он пошёл на своё рабочее место. Отпаиваться горячим чаем.
  А через час снова вызвали в кабинет - и сказали, что его всё-таки решили к работе привлечь. Более того - назначить руководителем рабочей группы.
  Но это ещё не всё. На Петровича, как из рога изобилия, посыпались различного рода материальные поощрения.
  
  Во-первых, ему пообещали повышение должности и прилагающееся к этому повышение оклада. Сразу, как получится. Во-вторых - начислили на следующий месяц очень высокую премию.
  Но это всё, так сказать, приятные обещания. Было и ещё кое-что.
  Петровичу выдали экстренную премию. Действительно экстренную. Оформили её буквально за час - и даже на карточку перевести успели!
  Мотивировка была проста - чтобы он начал активно работать, поменьше думая о материальных проблемах.
  Правда, справедливости ради надо сказать, что размер этой экстренной премии был не так уж и велик. Но это были совершенно незапланированные живые деньги. Тут даже небольшая сумма лишней не будет.
  
  Обилие положительный эмоций привело к тому, что самочувствие стало улучшаться с невероятной скоростью. А когда Петрович приехал домой, то болезнь совсем ушла. Даже следа не осталось. Только слабость во всём теле. Но ведь по сравнению с простудой это такие пустяки!
  Так что всё правильно - положительный настрой лечит. Ещё как лечит!
  
  Помещение столовой оказалось очень симпатичным. Огромный зал с шестиместными столиками, окна во всю стену, четыре конвейера раздачи. Петрович со спутницей подошли к одному из них.
  Меню было очень разнообразное, поэтому не было никакой проблемы выбрать блюда по своему вкусу.
  Без труда удалось найти пустой столик. Петрович попробовал первое блюдо - овощной салат с оливковым маслом - и одобрительно прокомментировал:
  - Замечательно! Не хуже, чем в ресторане! Всё время бы так питался!
  - Пять дней вы именно так питаться и будете. А потом вам практически вся еда будет вкусной казаться.
  Петрович не торопясь съел обед. Давно он не получал такого удовольствия!
  Его даже в сон стало клонить. Но спутница не дала ему заснуть:
  - Не забывайте - вам ещё домой надо съездить. Вот ляжете в стационар нашего центра - и спите, сколько хотите!
  И Петрович поехал домой.
  
  Самому собирать чемодан не пришлось - всё сделала Ольга. Правда, с учётом его пожеланий. А пока дочка это делала, он рассказал ей о событиях сегодняшнего дня.
  Света и Маша присутствовали при разговоре с самого начала. И слушали чуть ли не более внимательно, чем их мать.
  Когда Маша услышала, что дедушка получает Оздоровление, она сильно обрадовалась. Так сильно, что стала прыгать по комнате и хлопать в ладоши.
  Тем временем процесс сборов подошёл к концу. После лёгкой дискуссии о продуктах (Ольга никак не могла поверить, что даже банку с кофе не надо класть), чемодан был собран. И даже застёгнут.
  Правда, кое-какую мелочь Петрович подобрал сам. Планшет, бритву, зубную щётку. Чтобы всё это положить, даже заново расстёгивать чемодан не пришлось - всё поместилось в боковое отделение.
  Петровичу пытались задавать ещё какие-то вопросы. Но он сказал, что у него сейчас нет времени. А подробно рассказать он может рассказать и попозже - по личному коммуникатору. В стационаре-то у него много времени будет...
  
  Дорогу до стационара Петрович запомнил плохо. Слишком сильно волновался.
  Но, попав в одноместный лечебный номер, он успокоился. Всё решено, и всё уже катится по давно апробированной колее.
  Вертя в руках выданный сегодня пропуск, Петрович пытался представить себе эти пять дней. Но тут его фантазия была бессильна.
  Вечером никаких процедур не было. Чем тогда заняться?
  Сходить поужинать, позвонить домой - и лечь спать!
  Завтра будет непростой день...
  
  
  Глава десятая. Оздоровление - первые результаты
  
  Петрович проснулся мгновенно.
  Он лежал на узкой, но удобной койке. Вокруг был специфический больничный запах - не то чтобы неприятный, но странный и непривычный.
  Медленно и осторожно открыл глаза. Койка стояла в одноместном лечебном номере, почти погружённым во тьму. Только маленькая синяя лампочка пыталась дать какой-то свет - но света этого было явно недостаточно.
  А над лампочкой было табло электронных часов. Четыре часа пять минут. Формально - утро, но для современного человека - глубокая ночь. В том числе и для пациента больницы - с учётом того, что в этой самой больнице подъём в семь утра. И ни минутой раньше.
  'Нет, это называется не больницей. Это - медицинский центр', - вспомнил Петрович.
  Хотя еле заметный медицинский запах говорил о том, что здесь всё-таки больница. Правда, как следует из ситуации, привилегированная и фешенебельная.
  
  Что следует делать человеку, проснувшемуся раньше времени? Тут вариантов вроде нет. Порадоваться, что пока не надо вставать. А потом повернуться к стенке и с чистой совестью снова заснуть.
  Петрович так и сделал. Но сна совершенно не было.
  Ни в одном глазу.
  Лежать, не засыпая, было скучно и бессмысленно. Поэтому человек, лежавший в кровати, поворочавшись минут пятнадцать, всё-таки решил встать.
  Умыться и побриться было делом пяти минут. Потом - выпить стакан кипячёной воды (давняя утренняя привычка).
  Только вот после этого очень захотелось есть. Просто до умопомрачения.
  Но есть было нечего. Ведь он, руководствуясь инструкцией, ничего с собой не взял.
  Петрович щёлкнул выключателем. Может быть, при ярком свете он сообразит, что нужно делать в этой ситуации?
  
  Так и получилось. Подсказка оказалось рядом - прямо на дверце холодильника. Большие чёрные буквы на белом фоне складывались в надпись 'Вся еда в холодильнике - диетическая. Можете есть и пить спокойно'.
  Надпись выглядела очень органично - как будто холодильник был уже вместе с ней изготовлен. С другой стороны, Петрович точно помнил, что ещё вчера вечером её тут не было.
  Странно...
  
  Впрочем, желания размышлять над этой проблемой не было совершенно. И Петрович с аппетитом позавтракал. Сначала съел какой-то овощной салат из странного вида стеклянной банки. Пока ел, на плите кипятилась вода - для чая и для кофе.
  Когда салат был съеден, она уже вскипела. Настала очередь чая. Из пакетика, правда, - но очень ароматного и вкусного. Да не пустого - а с очень вкусными хрустящими хлебцами.
  Последним номером был кофе. Петрович, правда, засомневался, можно ли кофе называть диетическим продуктом. Но если пишут... В общем, и этот бодрящий и ароматный напиток пошёл на 'ура'.
  Всё, ужин закончен!
  На часах без четверти пять. Пока что раннее утро. Надо чем-то заняться...
  Чем заняться, когда нечего делать?
  На этот счёт у Петровича был универсальный рецепт: включить компьютер.
  
  В Инфонете можно найти всё. Лишь бы было желание...
  А что смотреть сейчас, рано утром? Ну конечно, сайты, связанные с Оздоровлением. Интересно же знать, что тебе предстоит!
  И в первые же десять минут Петрович узнал очень много интересного.
  Например, оказалось, что сегодняшнее раннее пробуждение вполне может быть связано с Оздоровлением. Ведь после этой процедуры человек спит меньше, а высыпается больше.
  А почему это на него уже начало действовать? Так ведь одну из процедур он уже получил. Вчера в середине дня.
  
  Незаметно его мысли переместились к той работе, которую он скоро покинет. Жалко, конечно... С другой стороны, он на старом месте проработает ещё месяц. Что самое интересное - уже после того, как Оздоровление получит.
  Да, это будет интересный месяц...
  Кстати говоря - не подготовиться ли к этой работе заранее? Вспомнить имеющиеся проблемы, поискать более хорошие решения...
  Правда нужных файлов у него с собой нет (Петрович всегда тщательно соблюдал правила секретности и лишнее с работы никогда не выносил). Но ведь многие проблемы можно сформулировать абстрактным образом - отвлекаясь от чрезмерной конкретики. Действуя так, он никаких правил не нарушит.
  Ну что ж, за работу!
  
  Когда в полседьмого Петрович, наконец, закончил работу, ему было чем гордиться. В его голове родилось столько замечательных идей!
  Если бы такое пришло ему в голову хотя бы пару месяцев назад! Тогда бы начальник не разговаривал с ним таким тоном!
  С другой стороны, тогда бы он и с космической колонизацией не связался, и Оздоровления бы не получил. Так что всё к лучшему...
  А его идеи... Пусть они родной фирме достаются. Пускай Петровича добрым поминают. Может быть, пожалеют, что так легко с ним расстались.
  Стоп! Опять он думает не о том, о чём нужно!
  Тут мягко прозвенел колокольчик. Подъём! Теперь уже вполне официальный...
  
  Первая процедура выглядела не очень эффектно. Усадили на глубокое кресло, подцепили огромное количество датчиков и почти час что-то с них снимали.
  На этот раз Петрович не спал. Но и скучно ему не было - потому что с ним в это время очень подробно беседовали. Расспрашивали о состоянии его здоровья.
  Он даже удивился - зачем нужен его рассказ, когда их датчики, наверняка, и так сразу же показали - что у него болит, а что - нет.
  В ответ на проводивший беседу врач улыбнулся и сказал, что как раз несоответствие между объективными и субъективными показателями - это и есть для них самое интересное.
  - Вот представьте себе, датчики показывают, что какой-то орган у вас болен. А вы не то что боли - даже беспокойства от него не чувствуете. Что это значит? Что организм не борется с болезнью. Хорошо это или нет?
  
  После того, как процедура была завершена. Петрович поднялся с кресла - и пошёл к себе в номер. День только начинался.
  Второй раз его позвали в тот же кабинет уже под вечер. Он снова сидел в кресле, обвешанный датчиками - но уже гораздо меньше времени. Минут пятнадцать, не больше.
  Точно так же прошёл и второй день, и третий... В общем, все пять дней. Два раза в день он сидел в кресле. Утром - долго и с разговорами. Вечером - быстро и без разговоров.
  О чём врачи ухитрялись разговаривать с ним каждый день? О том, как состояние его здоровья меняется.
  А оно реально менялось...
  
  Только теперь Петрович по-настоящему понял выражение 'Здоровье - это не просто отсутствие болезней'.
  Он чувствовал себя хорошо. Очень хорошо.
  Нет, это звучало как-то слишком бледно. Во всём теле была просто немыслимая лёгкость. Сил было столько, что просто некуда девать. Голова была невероятно ясной. И главное - появилась непреодолимая жажда деятельности.
  Как ни странно, все эти потребности удавалось удовлетворять. Само собой, с разрешения врачей.
  Бег по дорожкам парка, упражнения в спортзале, энергичные танцы в концертном зале. Всё это было просто потрясающе!
  
  Жажда интеллектуальной деятельности тоже находила свой выход. Петрович заполнял файл за файлом своими замечательными идеями. Правда, это длилось чуть более полутора дней. На исходе второго дня поток идей иссяк. Но это не было трагедией - просто переход на следующий этап. Теперь сформулированные идеи надо было прорабатывать.
  Вот он и прорабатывал. Да так результативно, что за пять дней практически создал целую электронную монографию. Причём реальная ценность этой монографии была просто невероятной. Без всякого преувеличения.
  Удастся ли ему всё это внедрить? Петрович рассчитывал, что удастся...
  
  Наконец миновал последний день. Вечер - время выписки.
  Это достаточно стандартная процедура. Пройти последний медосмотр. Получить сертификат на наличие Оздоровления. Подписать отказ от пенсии. Оформить остальные документы. И в завершение всего - вернуться домой.
  От встречающих перед воротами больницы Петрович отказался - приехал сам. Правда, такси всё-таки взял. Причём не самое дешёвое. Имел на это полное моральное право.
  Переступив порог своей квартиры, он переоделся, поужинал, - и удивил всю семью невероятной энергией.
  Рассказал сказку младшей внучке. Проконсультировал старшую по накопившимся вопросам, связанным с учёбой. Наконец, когда дети легли, принял участие в семейном совете - и выдвинул несколько очень дельных предложений.
  Лёг он примерно в час ночи. Мгновенно заснул.
  А проснулся в три часа утра. Полностью выспавшимся.
  
  'И что, теперь каждое утро будет?' - подумал Петрович с ужасом.
  Было раннее утро. Такое раннее, что, можно сказать, что ещё ночь.
  И делать было абсолютно нечего.
  
  Попробовать лечь, что ли? Если лежать долго, в конце концов заснёшь...
  Бесполезно! После десяти минут тоскливого и бессмысленного лежания пришлось вставать. Теперь уже окончательно.
  Ну что ж... Проснулся - так проснулся!
  Петрович пошёл на кухню, позавтракал, попил чаю... Заварил себе чашечку кофе... Освободил половину стола. Принёс ноутбук, включил его, открыл каталог с разработанными за пять дней файлами. И приступил к работе.
  А в начале седьмого в кухню пришла заспанная Ольга и очень-очень удивилась, застав на кухне увлечённо работающего отца.
  - Поздравь меня, дочка! - сказал он ей сразу после обмена фразой 'Доброе утро'. - Я больше не пенсионер.
  
  Да, шок, - это по-нашему!
  
  - Это как же? - растерянно переспросила Ольга. - Разве такое бывает?
  - Бывает! Те, кто получил Оздоровление, на пенсию уходят в сто лет.
  - Неужели все процедуры уже закончены?
  - Да-да! И юридически, и фактически!
  - И что теперь?
  - Много чего... Во-первых, теперь я болеть перестану. По крайней мере, мне это чётко обещали. Во-вторых, на старой работе ещё чуть-чуть поработаю. Чтобы красиво уйти. В-третьих, окончательно перейду на новую работу. И вот уже ей отдам все силы.
  - А в-четвёртых, улетишь от нас в космос? - грустно спросила дочка.
  - Ну, это ещё будет не скоро... - улыбнулся отец.
  - А денег-то хоть тебе больше платить будут? Или скажут, что тебе всё в виде здоровья выдали?
  - Аванс уже заплатили! - весело ответил Петрович. И, достав из бумажника крохотный квадратик банковской карты, сдавил её между пальцами. Через пару секунд над его кистью появился ряд цифр.
  - Вот, смотри, дочка! Это мне уже успели дать!
  И замер, наслаждаясь удивлением и восторгом, вспыхнувшими на лице его собеседницы.
  
  - Ну и какие твои дальнейшие планы? - спросила Ольга.
  - У меня ещё три дня отпуска осталось. Буду привыкать к своему новому состоянию.
  А дальше события не пошли, а прямо-таки понеслись.
  
  Что можно успеть за три дня отдыха? Как правило, не очень много. Силы восстановить, несколько срочных дел сделать...
  Петрович сделал очень много. Даже самому странно было.
  Во-первых, два раза вместе с дочкой и зятем по магазинам пробежался. 'Незапланированные' деньги оказались очень кстати. Сразу несколько покупок перешли из разряда 'очень надо, но денег нет' в разряд 'деньги нашлись - и вот сразу купили'.
  Во-вторых, со старшей внучкой несколько раз позанимался. Теми предметами, с которыми у неё были хоть какие-нибудь проблемы.
  В-третьих, младшей внучке несколько раз сказки рассказывал. Да такие интересные, что все остальные тоже заслушивались.
  Этого оказалось достаточно, чтобы заполнить весь его день с утра до вечера.
  Так значит, вопросы, связанные с работой, он пока отложил в сторону?
  Ничего подобного! Потому что ещё оставалась ночь.
  
  Было очень непривычно сидеть за письменным столом, зная, что все в квартире в это время спят. И ощущать, что у самого-то сна ни в одном глазу!
  Но задел, сделанный в больнице, был очень неплох. Да и голова была невероятно ясная. Так что почему бы и не поработать?
  Результаты ночной работы были настолько впечатляющи, что Петровича еле дождался окончания своего отпуска. И в первый рабочий день после него встал за час до того, как прозвенел будильник. Быстро пообедал. И буквально выбежал на почти безлюдную улицу.
  Правда, транспорт в это время уже ходил довольно исправно, поэтому до работы удалось доехать довольно быстро.
  Вахтёр за турникетом удивился, но ничего не сказал. Только спросил, не вносит ли он чего-нибудь сомнительного.
  Чтобы избежать возможных неприятностей, Петрович показал флешку с результатами последних работ.
  Вахтёр провёл её экспресс-регистрацию и отдал обратно, прибавив, что вынести её будет гораздо труднее, чем внести. Но, услышав заверения, что обратно её выносить не будут, сразу успокоился.
  Петрович прошёл на свой этаж, открыл комнату, сел за свой рабочий стол... Заварил очень крепкий кофе.
  Вот и ещё один плюс оздоровления - не надо больше думать о диетах и вредных продуктах. Хоть с утра до вечера пей кофе и ешь копчёности!
  Ну, копчёностей у него тут нет - а кофейку он обязательно хватанёт! И не одну чашку!
  Но это будет не отдых, совсем нет! Просто первое, что надо сделать, - ознакомиться по электронной базе данных с последними новостями, касающимися его работы. Что там успели сделать, пока он находился в отпуске?
  
  Через сорок минут Петрович откинулся на спинку кресла и задумался.
  Если бы не эпопея со сменой работы и с Оздоровлением, он бы сейчас был в отчаянии. Его явно оттирали от проекта, который он вёл. Можно сказать, уже почти оттёрли...
  Но и с учётом всех последних бонусов ситуация была не очень приятная. Была опасность, что все свои задумки он не сможет проявить. Просто не успеет.
  Хотя в панику впадать пока рано. Нет, он сейчас успокоится. И будет считать, что поставленная задача стала чуть сложнее. Только и всего.
  
  
  
  Часть вторая. Лестница в Космос
  
  
  Глава первая. Проблемы инспектора Пригонова
  
  После памятного разговора Павла Пригонова ждало ещё одно испытание. Его начальство очень хотело узнать, о чём там с ним говорили. Пришлось сослаться на подписку о неразглашении (что было абсолютной правдой).
  Тогда от него отстали - хотя подозрительные взгляды, конечно, остались. Подозрительные и очень недоверчивые.
  Но Павлу теперь было всё равно, что о нём думает теперешнее начальство. Ему предложили настолько блестящие перспективы, что вся его жизненная система координат буквально перевернулась. То, что раньше было бы воспринято как серьёзная проблема, теперь выглядело как пустяк.
  У него была чёткая программа действий - и он будет её выполнять! Хотя это будет очень-очень непросто...
  
  Если говорить очень упрощённо, вся жизнь Павла теперь должна разделиться на две ветви.
  В первой из них он будет ходить на свою работу, расследовать преступления, общаться с начальством, ловя на себе его недоверчивые взгляды. Не забывая, что эта ветвь - на самом деле будущий тупик.
  Вторая ветвь - это подготовка к новой жизни. Прохождение оздоровительных процедур, обучение, тренировки, сбор информации...
  Сначала эта веточка будет очень-очень тонкой. Но постепенно окрепнет и в конце концов охватит всю его жизнь.
  А пока что на эту веточку у него не было ни времени, ни опыта, ни даже сил. Одно лишь горячее желание. Но и это уже немало...
  
  Вначале-то казалось, что всё просто. Взять неделю отгулов (благо, у него их накопилось очень много). За эту неделю тайно пройти Оздоровление. После этого у него дополнительно появятся и время, и силы. А дальше всё уже не так трудно...
  Но проблемы начались уже в самом начале...
  Павел был так загружен, что просто не мог взять ни одного отгула. Более того - приходилось и по вечерам работать, и по выходным.
  Положение усугублялось тем, что начальство, похоже, что-то почувствовало, и загружало Павла гораздо больше, чем раньше. Так что было совсем не продохнуть.
  Нет, конечно, замкнутый круг можно было разорвать. Плюнуть на всё и взять эту несчастную неделю. Вряд ли начальство тут стало бы сильно спорить.
  А потом, после Оздоровления, наверстать. И всё пойдёт, как нужно.
  Но тут была одна серьёзная проблема. С точки зрения Павла - совершенно неразрешимая.
  Если бы на неделю его отсутствия все дела, которые он вёл, были бы приостановлены, он не колебался бы ни секунды. Но ведь большинство их будут розданы по другим исполнителям. А вот это уже будет катастрофой.
  
  Павел слишком хорошо знал своих сослуживцев. Они не будут 'копать' так же глубоко, как он. Просто сделают виновниками тех, кто попадётся под руку. Тем более что Павел специализировался по компьютерным преступлениям. А в них очень легко ошибиться, определяя виновного, - особенно в том случае, если сотрудник полиции сам не очень 'подкован' в информационных технологиях.
  Павел-то в компьютерах разбирался лучше иного программиста или системного администратора. А вот про многих его коллег такого сказать было нельзя...
  
  Порой невероятно уставшему инспектору приходило в голову, что он вообще рассуждает не очень логично. Боится, что из-за его отгулов кто-то может быть невинно осуждён. А ведь сколько невинных людей пострадает, когда он вообще уволится!
  С другой стороны, когда это ещё будет? А текущие дела - вот они! Тут не абстрактные люди, а вполне знакомые и конкретные!
  Что же делать? И Павел принял единственно правильное решение: посоветоваться со своим будущим начальством.
  И ему действительно помогли. Да так, что все текущие проблемы очень быстро разрешились.
  
  - Вот - это именно то, что вам нужно!
  Девушка в тёмно-зелёном халате протянула через стол непонятную коробочку.
  Павел взял её в руки и стал рассматривать.
  Надписи были только с одной стороны. Причём какие-то непонятные.
  Сверху: слово 'препарат', двоеточие и какой-то код. Очень длинный и совершенно непонятный. Всё это буквами среднего размера.
  На следующей строчке: слово 'изготовитель', двоеточие и другой код - чуть покороче.
  Да, кстати. Буквы и цифры во второй строчке заметно меньше, чем в первой.
  Павел пожал плечами и задал вполне естественный в данной ситуации вопрос: что это такое?
  - Очень ценная вещь! - улыбнулась девушка. - Просто невероятно ценная. Малое Оздоровление.
  И, видя недоумение на лице своего собеседника, начала объяснять.
  
  - Понимаете, ваш случай, хотя и не самый типичный, но всё равно достаточно распространённый. Когда человеку надо как можно скорее пройти Оздоровление, а времени на это нет совершенно. Вот для этого и было разработано Малое Оздоровление. Урезанный вариант обычного - но зато без отрыва от работы. Всего лишь три раза в день пилюли принимать. Причём их даже запивать не надо.
  - И что конкретно мне это даст? - заинтересованно спросил Павел.
  - О, много чего! Просто невероятно много!
  
  - Во-первых, если вы чем-то больны, то очень быстро выздоровеете. Или, по крайней мере, ваше состояние резко улучшится. Это первое.
  Второе - резко уменьшится потребность во сне. Теперь за два часа вы будете полностью высыпаться. Если очень нужно, вы сможете спать и поменьше. Особого вреда вам это не принесёт, но в течение дня возможны приступы сонливости.
  Далее - увеличится работоспособность. Появится постоянная бодрость. Голова станет гораздо яснее. Это - третье, четвёртое и пятое.
  Разве всего этого мало?
  
  - Но ведь это не может быть так просто? Наверняка есть и какие-то 'но'? - осторожно спросил Павел.
  - Куда ж без этого! Увы, есть! Если очень хотите - сейчас я вам их перечислю.
  Во-первых, цена. Это очень дорогие пилюли. А вам они даром достались, потому что вы уже в программу включены.
  Во-вторых, это временный вариант. Через три-четыре года всё сойдёт на 'нет', если вы не закрепите это настоящим Оздоровлением.
  И последнее 'но' - самое главное. Пилюли эти должны приниматься по чёткой схеме. А иначе лекарство вам не поможет. Более того, может и навредить. Так что отнеситесь к этому с пониманием.
  - Не волнуйтесь! - улыбнулся Павел. - К инструкциям я всегда относился максимально серьёзно!
  
  Схема приёма лекарства заключалась в следующем.
  Имелись четыре типа пилюль: синие, красные, жёлтые, зелёные и серые. Также в коробке имеется небольшое кольцо, которое следует надеть на мизинец правой руки. Надеть - и сжать кольцо пальцами левой руки. После этого на его табло появится цветной кружок. По цвету этого кружка вы и узнаете, какую пилюлю вам пить в данный момент.
  - Стоп! - удивился Павел. - А какое может быть табло у кольца?
  - Если говорить точнее, это не совсем кольцо. Скорее - перстень. А табло у него вместо драгоценного камня. Ну что, больше вопросов нет?
  - Пожалуй, всё понятно. Это самое кольцо у вас обеспечивает обратную связь, контролируя ход изменений в организме.
  - Вот-вот! Именно так!
  
  - А насколько серьёзна ситуация ошибочного приёма пилюли? Если я вдруг цвет перепутаю?
  - Очень серьёзна. В лучшем случае пилюля просто не подействует. В худшем - может быть даже вред здоровью нанесён. Так что не ошибайтесь!
  - Я-то не ошибусь! Но на вашем месте я бы поостерёгся такое прямо в руки давать. Все-таки большинство людей не очень внимательны!
  - А мы обычно и не даём. Вы - исключение. Поверьте мне - очень редкое исключение!
  
  - Помните - после разговора с адмиралом вас попросили пройти экспресс-осмотр? Усадили на пять минут в кресло и подключили несколько датчиков. Так вот - результаты этого осмотра сейчас передо мной. И я, в частности, вижу, что вы очень внимательный человек. Если, конечно, сами не начнёте расслабляться.
  - Обещаю вам! - голос Павла был очень серьёзен. - Раз это так важно - расслабляться я не буду.
  Девушка полминуты смотрела ему в глаза, как будто пытаясь понять, насколько серьёзно он говорит. А потом вдруг улыбнулась и сказала:
  - Ну раз так - у меня есть к вам конкретное предложение. Давайте первую таблетку вы выпьете в моём присутствии. Тут уж будет полная гарантия, что всё сделано правильно. Заодно оцените само наше лекарство - ведь действовать оно начинает очень быстро. Потом я проинструктирую вас более подробно. А придя домой, вы прочитаете письменную инструкцию. Только не ленитесь - обязательно прочитайте! Как вам такой вариант?
  - Пожалуй, это самое лучшее, что можно придумать! - улыбнулся Павел. - Ну что ж - приступим!
  
  Девушка взяла стоящую на столе коробочку, аккуратно её распечатала и достала перстень необычного вида. Был он из какого-то жёлтого сплава с серебристым отливом. Вместо камня у него была довольно большая квадратная пластина. По краям - из того же металла, а в остальной части - угольно-чёрная. Но не блестящая, а матовая.
  - Видите чёрную поверхность - прокомментировала девушка. - Это - тот экран, на котором мы сейчас увидим результат. Ну что вы ждёте - надевайте кольцо. Да не на безымянный - на мизинец!
  Павел сделал то, что от него требовалось. Секунд двадцать ничего не происходило - только лёгкое покалывание в тех местах, где кольцо соприкасалось с пальцем. А потом на экране появились сразу четыре жирные точки: синяя, красная, жёлтая и зелёная.
  - И что мне теперь делать? - растерялся Павел. - Сразу четыре пилюли за один раз принимать?
  - Ни в коем случае! - почему-то разволновалась девушка. - Как вам только такое могло в голову прийти? Если точек несколько, то в принципе вы можете принимать пилюлю любого указанного цвета.
  - А если не в принципе, а по существу? Какой всё-таки вариант самый лучший?
  - В правильном направлении мыслите! Ну что ж - раз вы подняли этот вопрос, то слушайте!
  
  - Если оставшихся пилюль - разное количество, то надо принимать одну из тех, которых осталось больше. Чтобы, так сказать, число оставшихся немного выровнять.
  - А если и тех, и других осталось одинаково?
  - Тогда принять ту, у которой самый холодный цвет. Понимаете, что это такое?
  - Ну вы меня уж совсем за неграмотного не держите! Давайте лучше сразу к конкретным действиям перейдём. Сейчас я сам попробую решить, что мне делать. Если ошибусь - вы меня поправите.
  - Ну что ж! Согласна!
  
  - Значит так! - начал рассуждать Павел. - Мне предложили на выбор любую из четырёх пилюль. Я ничего ещё не принимал, так что всех пилюль пока что одинаковое количество. Правильно?
  Его собеседница кивнула головой.
  - А раз так, то я выбираю пилюлю с самым холодным цветом - то есть синюю. Так?
  - Совершенно верно!
  - Так что я беру её...
  - Берите. И рассасывайте - лучше под языком. Пока сосёте - я вам ещё кое-что интересное расскажу!
  
  - На самом деле, чем больше точек на экране появляется, тем лучше. Если процесс малого Оздоровления идёт нормально, то в конце только четыре точки и будут появляться. Таким образом, какие бы пилюли к этому моменту ни осталось, подойдёт любая. В результате гарантированно будут использованы все пилюли. Лишних не останется...
  - Так... - задумался Павел. - В самом начале мне годится любая пилюля... В конце - тоже так должно быть. Если ли шанс, что такая ситуация продлится всё время? И мне лишь придётся следить, каких пилюль осталось больше, а каких - меньше?
  - Скажу откровенно - такая вероятность практически равна нулю. Малое Оздоровление тем и отличается от полного, что идёт с перекосами. Так что будьте внимательны - скорее всего, вы и до одной допустимой пилюли дойдёте. Где-то так в середине.
  - Кстати говоря, первую пилюлю я уже рассосал. Что дальше?
  - Прячете всё обратно в коробочку, приходите домой, внимательно читаете инструкцию. А дальше поступаете, как в ней написано.
  - А когда я почувствую первые результаты?
  - Скоро! Где-то через полчаса. И уверяю вас - ощущения будут незабываемыми!
  
  Павел вышел на улицу, дошёл до остановки монорельса, сел в вагон и задумался. Если Малое Оздоровление подействует, как ему обещали, это решит все текущие проблемы. Главное - не ошибиться в приёме пилюль и не проговориться начальству, которое явно что-то начало чувствовать.
  Наконец монорельс подошёл к нужной платформе. Павел вышел из вагона. И тут на него накатило...
  Пилюля начала действовать.
  
  Бодрость, лёгкость, ясность головы действительно были - без всякого обмана. Но, кроме этого, было и много другого. И всё со знаком 'плюс'.
  Во-первых, невероятная свежесть восприятия. Как будто до этого он смотрел на мир через мутное стекло, которое внезапно стало чистым и прозрачным.
  Во-вторых, исчезло всё, хоть немного похожее на боль и внутренний дискомфорт. Как Павел не концентрировался на собственном самочувствии, он вынужден был признать: в данный момент у него ничего не болит. А также нет тяжести, скованности, неловкости и иных неприятных ощущений.
  В-третьих, его сознание охватило невероятное спокойствие. Но не то спокойствие, от которого хочется спать или бездельничать. Нет - это спокойствие были ни чем иным, как предельной концентрацией, вслед за которой почти всегда следует действие.
  Если говорить в общем и целом, Павел чувствовал, что может свернуть горы. Причём было горячее желание сделать это немедленно.
  
  Сначала он даже хотел снова поехать на работу. Конечно, было уже поздно. С другой стороны, полиция работала круглосуточно, и в своём кабинете он мог находиться в любое время суток.
  Но, чуть подумав, от этой идеи всё-таки отказался. Слишком уж странно это бы выглядело.
  Павел решил поступить по-другому. Пойти сейчас домой, пораньше лечь спать. А завтра, соответственно, пораньше встать. Сильно пораньше. Говоря совсем точно, очень-очень рано. Ведь ему обещали, что теперь он сможет спать гораздо меньше.
  Планы планами - а в реальности всё получилось не совсем так.
  
  Поужинав, Павел вспомнил, что ещё должен инструкцию к новому лекарству прочитать. Так что всё-таки пришлось этим скучным делом заняться.
  Скучным? Да ничего подобного! Голова впитывала знания, как губка, поэтому инструкция читалась, как художественная литература. Её захотелось даже второй раз прочитать - что Павел с удовольствием и сделал.
  Что ещё нужно сделать? Поставить на раннее время будильник. А также включить режим будильника на личном коммуникаторе. Если он не проснётся от мелодичного звонка, то настойчивый женский голос, зовущий его по имени, обязательно разбудит.
  Теперь можно и ложиться. Нет, стоп! Кажется, он что-то забыл.
  А, понятно что! Ещё раз пилюлю принять! Ведь с момента первого приёма уже прилично времени прошло.
  Перстень-индикатор опять показал, что принимать можно любую пилюлю. На этот раз Павел принял зелёную (в соответствии с инструкцией).
  Вот теперь действительно пора 'на боковую'.
  Только вот имелась одна серьёзная проблема: хотя время было уже позднее, спать совершенно не хотелось.
  Ложиться в таком состоянии просто бесполезно. И Павел решил чего-нибудь почитать. Всего полчасика. Чтобы потом спалось крепче.
  
  Сначала он решил взять что-то художественное. Какую-нибудь фантастику или психологический роман. Но обнаружил, что сейчас это ему просто неинтересно. Душа буквально рвалась почитать что-то нужное.
  'Нужное? А не попробовать ли вот это?' - подумал Павел, выводя на экран недавно изданную монографию.
  Называлась она, как многие серьёзные научные издания, достаточно скромно: 'Некоторые новые виды компьютерных преступлений'. Но, по сути, была настоящей бомбой, вброшенной в общественное сознание.
  Автор был коллегой Павла, работая в уголовной полиции. Занимался в основном компьютерными преступлениями.
  Примерно два года назад он не поладил со своим начальством. Точнее говоря - был чересчур принципиален. Таких начальство обычно не любит. Даже просто терпит далеко не всегда.
  Будущего автора книги перестали терпеть, когда он раскопал финансовую аферу, организованную группой 'золотой молодёжи'. К сожалению, ни бездельниками, ни тупицами их назвать было нельзя. Да вот только мозги свои они использовали исключительно в гнусных целях.
  Если говорить кратко, это было хищение в особо крупных размерах. Причём устроенное так хитро, что 'стрелки' переводились на ни в чём не повинных людей. Которые практически сразу и попали под подозрение.
  Начальство было довольно: такое серьёзное преступление - и так легко раскрылось! Засомневался только один человек. На счастье подозреваемым (и на горе реальным преступникам) им оказался как раз тот инспектор полиции, который вёл дело. У него был огромный опыт работы, и отличать реальные улики от сфабрикованных он научился уже давно.
  Как он докапывался до правды - это отдельный разговор. В результате реальные преступники были найдены. Но это мало кого обрадовало...
  
  Конечно, подозреваемые, которых выпустили из-под домашнего ареста, были не просто рады, а (без всяких шуток) счастливы. А вот остальные...
  Ну, с истинными виновниками и их влиятельными родителями всё было ясно. Они были одновременно расстроены и взбешены.
  Самое грустное, что не радо было и начальство чересчур принципиального инспектора.
  Так как 'ухватить' его было не за что, вспомнили, что районное управление уже три месяца как должно сократить троих сотрудников. Вот сокращение и было срочно произведено. А когда дела делаются срочно, очень просто ошибиться, не так ли?
  Вот так и получилось, что инспектор уголовного розыска, ответственный за расследование наиболее сложных дел, внезапно оказался на улице. С формулировкой 'уволен по сокращению штатов'.
  Попытка 'с ходу' найти новое место работы не получилась. Не каждому начальнику охота иметь подчинённого, который слишком буквально понимает закон и слишком мало задумывается о том, кого трогать можно, а кого - нельзя.
  Пришлось устроиться на работу в адвокатскую контору - консультантом широкого профиля. Всё же работа по специальности! А что 'с другой стороны окопов' - так и это тоже надо когда-то попробовать...
  
  Правда, и на новом месте 'возмутитель спокойствия' продержался недолго. Его работодателям намекнули, что держать у себя в конторе такого беспокойного кадра - вредно по всех отношениях. Так он оказался на улице во второй раз...
  Можно было бы, конечно, устроиться на совсем непрестижную работу. Сотрудником уголовного розыска где-нибудь в глухом районном центре. Там бы от него сразу отстали все недоброжелатели. Даже наоборот - порадовались бы его 'падению'.
  Честно говоря, он был бы не прочь поработать где-нибудь в провинции. Но в его ситуации это означало бы сдаться. И он придумал решение. Надо сказать, весьма неожиданное.
  Написать книгу. Не художественную, конечно. А научную монографию на очень серьёзную и актуальную тему.
  По своей специальности, конечно.
  
  Монография называлась 'Некоторые новые виды компьютерных преступлений'. Так сказать, квинтэссенция опыта его работы.
  Зарабатывал до этого он неплохо, а тратил не очень много. Так что вопроса, на что жить ближайшие месяцы, не возникало.
  Более того. На написание этой книги даже государственный грант дали. От 'Института права'.
  Книга писалась в невероятно быстром темпе. Как будто автор боялся не успеть. Словно эти месяцы были последними в его жизни.
  Как оказалось, торопился он не зря. Правда, причина для этого оказалась вовсе не трагическая. Наоборот, позитивная. Автора книги вновь пригласили на службу. Можно сказать, на старое место, - только с повышением.
  
  Дело в том, что в России произошли серьёзные политические события. Самая крупная думская фракция, возглавлявшая правящую коалицию, сменила союзника. А одним из условий, выдвинутых новым союзником, как раз и была борьба со злоупотреблениями в силовых ведомствах.
  Так что кое-какие головы полетели. Не в буквальном смысле, конечно, а в смысле карьер.
  Многие несправедливо уволенные, наоборот, были возвращены на свои рабочие места. Вот среди них и оказался автор книги.
  Значит, всё у него было хорошо? Не совсем. Книга-то оказалась не совсем дописанной.
  
  Дело в том, что профессиональные качества отнюдь не всегда совмещаются с умением писать просто и понятно. Здесь был именно такой случай. С чисто информационной точки зрения книга была готова. Но читать её было очень трудно. Даже профессионалу.
  Автор хорошо знал свой недостаток, поэтому планировал привести книгу в удобочитаемый вид с помощью профессионального рерайтера. Именно с помощью, то есть при своём постоянном участии. Отдавать книгу в чужие руки, пусть и на ограниченное время, он не хотел.
  Но тут как раз автора снова на службу пригласили. Так что участвовать в переработке книги у него просто времени не было.
  Тогда автор принял непростое решение: издать всё, как есть. Мол, если кому-то очень надо, - разберётся.
  Что тут можно сказать? Не пожалел он своих читателей!
  
  Одним из этих читателей как раз был Павел. Он очень-очень хотел прочитать книгу, поэтому пробовал это сделать три раза. И каждый раз он открывал её, а потом где-то через полчаса закрывал. Потому что читать такое было невозможно!
  И вот теперь он решил сделать четвёртую попытку. Вдруг эти разноцветные пилюли сделают чудо и он наконец-то сможет реально приступить к чтению? Хоть как-то...
  И чудо действительно произошло!
  
  Первые несколько секунд всё было как раньше - ничего не понятно. А потом в голове как будто что-то щёлкнуло - и Павел вдруг начал кое-что воспринимать. Всё больше, больше...
  Через десять минут процесс чтения шёл, как обычно для большинства учебников. То есть скучновато, но читать можно.
  Постепенно Павел начал лучше понимать логику автора. И это понимание делало чтение ещё легче.
  Через полчаса он читал монографию, как художественную литературу. Было так интересно, что просто не оторваться!
  Действительно, чудо!
  
  Вдруг как будто кто-то толкнул Павла в бок. Он посмотрел на светящийся циферблат и схватился за голову. Увлёкшись, он совсем забыл о времени. А ведь прошло больше трёх часов! Когда же он будет спать?
  Всё! О планах на завтрашний день, скорее всего, придётся забыть! Как же он так просчитался? Книгу можно было и завтра почитать!
  Как обидно...
  Павел, действуя как автомат, быстро умылся, разделся и лёг спать.
  'А как же будильники? - мелькнула запоздалая мысль. - Надо их поставить на нормальное время. Так рано, как я собирался, мне просто не встать! Иначе я не то что рано приеду, а вообще на работу опоздаю!'
  Но сил встать уже не было. И Павел провалился в бездну сна.
  
  Проснулся он резко и мгновенно. И сразу же впал в панику.
  Вокруг была тишина. Будильник не звенел! Похоже, уже отзвенел...
  Значит, проспал?!!
  Тут Павел открыл глаза. И в первый момент даже не мог понять, что видит перед собой.
  Но через пару секунд понял.
  Он вовсе не проспал. Наоборот, проснулся за полчаса до будильника!
  И был очень бодрым. Спать совершенно не хотелось.
  Ну что ж... Пока всё получалось удачно.
  И Павел резким движением вскочил на ноги.
  
  Теперь завтрак. Что-нибудь такое, что можно побыстрее приготовить.
  После завтрака - чашка кофе. Побольше и покрепче.
  А теперь - на работу. К счастью, городской транспорт в это время уже нормально ходил...
  
  На работу он приехал за полтора часа до начала рабочего дня.
  Охрана, конечно, удивилась. Так рано на работу редко кто приходил. Чаще на вечер задерживались.
  Но Павел был в своём праве, и его без слов пропустили через турникет.
  Теперь на седьмой этаж, где находился его кабинет. И работать, работать... Не зря же он так рано приехал!
  
  Когда в коридоре зашумели расходящиеся по кабинетам сотрудники (это означало, что начался рабочий день), Павел с чувством глубокого удовлетворения откинулся на спинку кресла.
  Никогда он не успевал так много за неполные полтора часа.
  Просто чудо какое-то!
  
  
  Глава вторая. Двойная жизнь инспектора Пригонова
  
  Следующую неделю можно было охарактеризовать парадоксальной фразой: осторожный праздник.
  Девушка-врач его ни капли не обманула: Малое Оздоровление оказалось настоящим чудом.
  Что касается здоровья - оно и так у Павла было хорошее. Без всяких оговорок. Но он убедился, что в этом случае разница между 'хорошим' и 'безупречным' довольно велика. Например, хотя он раньше практически не простужался, но всё-таки вынужден был беречься. А теперь к нему простуда вообще не приставала.
  Или, например, острая пища. Её Павел очень любил - но старался себя ограничивать. Чтобы не было проблем с желудком. Сейчас он ел острое без всяких ограничений - и никаких проблем не было в принципе.
  
  Но безупречное здоровье было не главным его приобретением.
  Больше всего радовала повысившаяся работоспособность. В широком смысле - бодрость, быстрота реакции, ясная голова.
  Очень заметно улучшилась память.
  Вообще-то Павел на неё никогда не жаловался, очень хорошо помня всё, что с ним происходит. Не говоря уже о том, чтобы забыть что-то по-настоящему важное. Проблемы людей, судорожно вспоминающих, выключили ли они перед уходом утюг, были ему абсолютно непонятны.
  Но тут... Он легко вспоминал не то что общий ход событий, а мелкие подробности.
  'Я был бы сейчас идеальным свидетелем!' - шутил он мысленно.
  Но и для инспектора полиции усиленная память оказалась очень кстати. Причём она касалась не только того, что он видел после того, как начал принимать пилюли. В памяти с лёгкостью всплывала также информация, с которой он сталкивался до их приёма. Павел для себя объяснил это очень просто: запоминают все люди примерно одинаково. Разница состоит лишь в том, насколько легко получить доступ к тому, что находится в голове.
  
  Очень кстати была уменьшившаяся потребность в сне. Раньше Павел спал четыре с половиной часа в сутки, чувствуя при этом страшный недосып. Особенно со второй половины дня. Сейчас он спал по полтора часа - и был всё время выспавшимся и бодрым.
  Как он тратил эти дополнительные три часа?
  Раньше он приезжал на работу вовремя - а теперь приезжал на полтора часа раньше. И это было замечательно! Работать практически в пустом здании, зная, что никто его в это время побеспокоит. Просто потому, что некому беспокоить.
  В это утреннее время Павел составлял планы и решал самые трудные проблемы. То есть делал то, что требовало максимальной концентрации. А днём уже выполнял то, что решил сделать утром.
  Конечно, в течение дня появлялись разного рода неожиданные дела. Куда же без них? Но они уже запутывали гораздо меньше. Их можно было осмыслить по ходу дела - хотя бы вечером того же дня.
  Кстати о вечерах. Вечерами Павел тоже задерживался - примерно на такое же время, как и раньше. Правда, теперь такие вечерние бодрствования давались ему гораздо легче.
  А как Павел использовал остальные полтора часа 'подаренного' времени? В основном читал дома литературу по специальности.
  
  Ту самую трудно читаемую книгу он осилил за несколько дней. Она оказалась очень полезной, поскольку описывала самые последние разновидности компьютерных преступлений.
  Кое-что он даже успел в работе использовать, выводя из-под удара людей, вся вина которых состояла в том, что они не в полой мере соблюдали правила компьютерной безопасности.
  Вот, например, одно из текущих дел. Слишком хитрый товарищ решил сэкономить на антивирусе. Когда закончился срок действия этой необходимой программы, пользователь продлил его действие. Но не сразу, а через пять дней.
  В чём хитрость? А в том, что он пять дней за антивирус не платил.
  
  И тут подтвердилась знаменитая пословица 'Скупой платит дважды'. На четвёртый день 'бесхозного' функционирования компьютера в него прорвался 'спящий' вирус.
  Что это такое? Неприятная и опасная штука. Он проникает в компьютер, но до поры до времени не делает там ничего плохого. Но тайный канал с компьютером-источником сохраняет. Разработчик вируса может воспользоваться каналом сам - но чаще всего кому-то продаёт.
  Зачем такой канал нужен? Чтобы творить на компьютере всё, что угодно, без ведома его хозяина. Причём так, что никаких следов этой деятельности не остаётся.
  
  Вирус этот некоторое время сидел, не шевелясь. А потом совершил быструю сетевую атаку на несколько персональных компьютеров. Взломал системы защищенной оплаты их хозяев и 'ополовинил' их денежные счета.
  А потом стёр самого себя. И все следы своей деятельности на компьютере. Ну, или почти все.
  Злоумышленный компьютер нашли очень быстро. И предъявили обвинение его хозяину. Который, естественно, заявил, что во вменяемых ему преступлениях невиновен.
  Нет, совсем невиновным его, конечно, назвать было нельзя. Это по старым временам неустановка антивируса - личное дело. Сейчас это - преступная халатность. Совершённая с корыстной целью (экономия на оплате антивируса).
  Но отнюдь не хищение! Максимум на условный срок потянет - да и то вряд ли. Скорее на штраф, хотя и приличного размера.
  А вот взлом систем электронной оплаты и, главное, - хищение больших денег со счетов - это не шутка! Реальное заключение - без всяких сомнений.
  
  Компьютер, конечно, сразу опечатали и доставили в отделение полиции. И в тот же день с ним начал работать компьютерный эксперт.
  Процедура была стандартная. Сначала была сделана полная информационная копия машины. Затем эта копия была перенесена на виртуальную машину супесистемного типа.
  Эта виртуальная машина была эталоном. Теперь с ней можно было делать копии - и работать с ними.
  Первую копию эксперт сделал для себя. И сразу же начал её исследовать.
  
  Через полчаса он в изнеможении откинулся на спинку кресла.
  Был ли подозреваемый дураком или просто прикидывался им - он не знал. Но со своим компьютером он обращался по-дурацки.
  Это ж надо додуматься - отключить систему низкоуровневого логирования операционной системы!
  
  Система эта как раз и была сделана для 'разруливания' всяких сомнительных ситуаций.
  Она записывала протокол всех действия, производимых на компьютере. 'На лету' их упаковывала. И записывала на дисковой накопитель.
  Система, надо сказать, оказалась очень эффективной. Несанкционированное использование чужого компьютера она определяла с лёгкостью. Так что любителям всяческих 'подстав' это был неприятный сюрприз.
  Самое главное - вирусам эту систему взломать не удавалось.
  
  Как такого удалось достичь?
  Во-первых, система работала в наиболее 'привилегированном' режиме, полностью недоступном для вирусов. Во-вторых, формат записываемых файлов был не просто закрытым, а очень сильно засекреченным. Так что оба канала вирусной атаки - через процессор и через дисковые данные - оказались закрытыми.
  Вроде бы пользователям компьютеров оставалось только радоваться и благодарить разработчиков ОС за бесплатный, но очень полезный, инструмент.
  Но довольны были не все. Потому что все достоинства системы логирования давались отнюдь не даром.
  
  Во-первых, программа логирования и так по своей природе достаточно 'тяжёлая', занимала значительную долю процессорных ресурсов. А уж система, работающая в 'суперпривилегированном' режиме... В общем, она сильно замедляла любой компьютер. А слабый буквально 'подвешивала'.
  Во-вторых, записываемые ей логи пользователь самостоятельно использовать не мог. Они хранились 'на всякий пожарный случай' - в первую очередь, на случай судебных расследований. Но кто из нормальных людей будет учитывать такую гипотетическую ситуацию? Разве что носитель параноидальных наклонностей? Или просто гиперответственный? Но и тех, и других, надо сказать, не очень много.
  Так что систему очень часто отключали, несмотря на неоднократные предупреждения, что так делать нельзя. И большинству пользователю это 'сходило с рук'.
  А вот этому бедняге не повезло...
  
  Казалось бы, раз система такая важная, почему бы ни сделать её неотключаемой? Но тут был вопрос принципа...
  Этот вопрос в своё время даже в Верховном суде рассматривался. После долгих обсуждений было принято следующее решение:
  1) По умолчанию все защитные системы устанавливаются во включённое состояние.
  2) Любую из них можно отключить. Но достаточно сложным способом. Это является защитой от случайного включения и от 'легкомысленных развлечений' неквалифицированных пользователей.
  3) Тот, кто отключает эти системы, полностью отвечает за все последствия такого действия.
  Вот под третий пункт этого решения и попал незадачливый подозреваемый. Сам накосячил...
  
  Он вообще был любитель отключать то, чего не надо.
  Ведь в операционной системе есть много полезных средств, которые... Нет, не исключают работу вирусов - но серьёзно её затрудняют. И тем самым делают работу антивируса более эффективной.
  Вот всё это подозреваемый и поотключал.
  
  Для работника следственных органов, ответственно относящегося к своей работе, главный кошмар - отправить за решётку того, кто не виноват.
  А если виноватого никак не найти, а все сроки уже вышли? Что делать в этом случае?
  Каждый этот вопрос решает по-своему.
  Сверхответственные сотрудники бросают в топку справедливости свою судьбу и своё счастье, днюя и ночуя на работе. Обладающие очень высокой квалификацией - ухитряются находить правильное решение без особых личных жертв.
  А что остаётся остальным? Хотя бы минимизировать возможную несправедливость, ограничившись наиболее вероятным вариантом. При этом, конечно, переживая и сомневаясь.
  Но если такой 'вероятностный' виновник кроме основного совершил ещё и какие-то дополнительные проступки, причём наверняка, - такой факт для мятущейся совести служит своего рода утешением. Если даже это и ошибка - под наказание не пойдёт абсолютно невинный. То есть произойдёт нечто менее страшное - непропорциональное наказание.
  Такое больная совесть гораздо легче готова стерпеть...
  
  Вот так и попал подозреваемый в переплёт. Наверняка виноватый в не очень крупных проступках - но несправедливо обвиняемый в крупном преступлении.
  Но такой компромисс Павла не устраивал. Хотя компьютерный эксперт и отговаривал его ввязываться в это дело.
  - Ну зачем ты пытаешься защитить этого бездельника? - спрашивал он. - Он тут натворил дел, а мы должны расхлёбывать?
  На возражение Павла, что беднягу обвиняют не только в том, что он наверняка сделал, но и во многом другом, эксперт возмущался:
  - Много он сделал, мало - какая разница? Главное, что не невинный агнец. Так пусть и расплачивается!
  Но копию компьютера дал Павлу без разговоров. Мол, если собственного времени не жалко, - можешь поразвлекаться.
  
  Методы, которые собрался применять молодой инспектор, были взяты как раз из только прочитанной книги. Они пока что были плохо отработанными и чересчур сложными. Поэтому не всякий мог их использовать.
  Павел - смог. И ни капельки не пожалел!
  Истинный злоумышленник был найден.
  После этого компьютерный эксперт зауважал Павла не на шутку.
  А непосредственный начальник ничего необычного просто не заметил. Мол, выполнил подчинённый работу - и ладно. В первый раз, что ли?
  
  Павел сначала обиделся, а потом задумался. И понял, что судьба даёт ему шанс.
  И стал после этого лавировать. Делать вид, что продолжает испытывать при работе такие же затруднения, как раньше, - но на самом деле выполняя работу с гораздо большей лёгкостью, чем раньше.
  Куда он девал сэконосленные резервы времени и сил? В первую очередь - на повышение качества расследования. И, ещё, конечно, на дальнейшую учёбу. Так сказать, впрок квалификацию повышал.
  
  Прошло чуть больше недели - и Павел почувствовал, что практически 'разгрёб' завалы на работе. Теперь настала пора думать о том, что будет дальше. После того, как Павел с работы уволится.
  Думал он на эту тему, думал, - и вновь решил в своему космическому начальству обратиться.
  К проблеме своего нового сотрудника там отнеслись серьёзно. И сказали, что Павел должен себе сменщика найти. Умного, подготовленного и честного.
  Немного подумав, молодой инспектор сказал, что среди его сослуживцев есть человек, который почти удовлетворяет этим условиям. Он безусловно умный и честный. А вот с подготовкой хуже. Опыта у парня ещё маловато.
  Вот через два-три года он превратится в настоящего профессионала. А пока...
  Нет, в качестве смены он не годится!
  - А если его простимулировать?
  - А чем? Да и зачем? Он и так как ненормальный на работе 'вкалывает'!
  - Чем? Оздоровления будет достаточно?
  Павел молча кивнул головой. Если Димка Степанов получит такое, он сделает и возможное, и невозможное...
  
  Инспектор-кандидат полиции Дмитрий Степанов находился в довольно скверном настроении.
  Не то что его собственные дела шли плохо. С этим-то как раз всё было в порядке.
  Плохо было с окружающем его миром.
  Он оказался вовсе не таким красивым и справедливым, как воспринимался Дмитрием до сих пор.
  Претензии в основном относились к сослуживцам. Слишком легко они 'прогибались' под начальство. Слишком легкомысленно относились к отдельным человеческим жизням.
  Единственным исключением был Павел Пригонов. Он и начальства не особенно боялся, и к каждому подследственному относился так, как будто тот был одним из его ближайших родственников.
  Но и что толку? Вроде начальство его ценит - но ни должностями, ни деньгами не балует. Пройдёт немного времени - и легкомысленные бездельники обгонят Павла в должностях. И станут им командовать и помыкать.
  Так что всё было очень грустно...
  
  Тут вдруг Дмитрий услышал лёгкое покашливание.
  Он поднял голову. Перед ним стоял Павел.
  - Чего грустишь, Дмитрий? - задал Павел вполне естественный в данной ситуации вопрос.
  - А чего веселиться? Опять мне не дают дело до конца завершить!
  - А ты напрягись! - и успеешь!
  - Уж я ли не напрягаюсь? - вздохнул Дмитрий. - Не досыпаю, книг почти не читаю, времени зря не теряю. Да вот без толку всё...
  - А хочешь - я тебе помогу? - неожиданно предложил Павел.
  - Чем ты мне можешь помочь?
  - А тем, чем и мне недавно помогли. Сведу с людьми, которые подарят тебе Оздоровление.
  - Надеюсь, это законно? - напрягся Дмитрий.
  - Абсолютно законно! Разве я мог бы вам что-нибудь незаконное предложить?
  - И что, я должен буду место работы сменить?
  - Нет, что ты! Работать будешь на прежнем месте. Единственное условие - не терять свою честность и основательность.
  - И меня опять будут по рукам бить... - вздохнул Дмитрий.
  - А вот тут ты не прав. Человека, получившего Оздоровление, трудно стукнуть по рукам. Очень трудно...
  
  В общем, уговорил Павел Дмитрия. Потом договорился со своим будущим начальством о времени встречи.
  И вот они вдвоём отправились обсуждать Оздоровление.
  Для начала Дмитрию продемонстрировали бумагу из канцелярии министерства внутренних дел. Очень серьёзную бумагу. Исходя из неё, сотрудничество с Павлом ни к коем случае не означало нарушения субординации. А было как бы выполнением особого поручения первого заместителя министра.
  Такая постановка вопроса даже Павла удивила. А уж как был потрясён Дмитрий, невозможно было выразить никакими словами.
  Он очень долго читал предложенную бумагу. Буквально в каждую букву вчитывался. А потом отложил в сторону.
  - Хорошо, - вздохнув, ответил он. - Сформулируйте теперь ваши условия!
  
  Условия были простые. Дмитрию даётся особое поручение - максимально оптимизировать работу в управлении. Конечно, насколько это от него зависит. При этом от основной работы его, конечно, никто не освобождает.
  Чтобы Дмитрий смог справиться с увеличившимся объёмом работы, ему даётся Оздоровление. За счёт министерства внутренних дел - но силами Комитета освоения космоса.
  Информировать своё непосредственное начальство он не обязан. Более того - это даже нежелательно. А если надо какую-то срочную проблему решить - всё через Павла.
  Ему хотели ещё вторую зарплату предложить. Но тут он упёрся - как его ни уговаривали.
  Девушка-менеджер сказала, что она к этому вопросу ещё вернётся. И отпустила Дмитрия. А Павла попросила остаться.
  
  - Вы чем-то удивлены? - спросила она его напрямую.
  - Да почти всем. Странно как-то это...
  - Просто вы до этого не участвовали в проектах общероссийского значения.
  - И в чём же их специфика?
  - В том, что их сразу несколько ведомств ведут. Причём в тесном взаимодействии.
  - Даже в таких мелких вопросах, как стимулирование рядового инспектора-кандидата?
  - А у нас мелких вопросов нет. Что касается механизма - он простой. В нашем комитете возникает проблема. Мы обращаемся за помощью в ваше министерство. Оно оперативно решает проблему - причём, если надо, на достаточно высоком уровне. Ясно?
  Павел кивнул. Если рассуждать логически - всё действительно было ясно. Но странно как-то. Странно - и непривычно...
  
  Оздоровление Дмитрий проходил по той же схеме, что и Павел, - с помощью разноцветных пилюль.
  Буквально на следующий день он почувствовал серьёзное улучшение самочувствия. И совершенно дикую работоспособность.
  Если бы Дмитрий проходил курс Оздоровления один, он бы обязательно 'спалился' перед своим непосредственным начальством. Но Павел своими советами помог ему этого избежать.
  
  Система, разработанная Дмитрием с помощью своего старшего коллеги, была простая. Он не старался, используя свои новые возможности, заработать дополнительное расположение начальства. Он всё вкладывал в будущее.
  Почему?
  Первая причина заключалась в том, что ничего бы он излишним усердием не добился. Его бы просто загрузили дополнительной работой по принципу 'кто везёт, на того и навьючивают'. Но уже без какого-либо дополнительного резерва.
  Вторая причина, пожалуй, была более важная. Появившийся резерв можно было потратить гораздо лучшим образом. В первую очередь - для повышения своей квалификации.
  Дмитрий изучал законодательство. Более внимательно, чем до этого, читал служебную документацию. Внимательно слушал рассказы Павла, щедро делившегося перед ним своими профессиональными секретами. И делал ещё десятки нужных мелочей, на которые до этого у него просто не было времени.
  Самым приятным бонусом было то, что ему теперь стало не скучно читать служебные бумаги - даже самые большие и скучные.
  А вот его непосредственный начальник пока ничего особенного не замечал. Лишь радовалось тому, что Дмитрий оказался ещё более перспективным сотрудником, чем все ожидали.
  Теперь для Дмитрия работа превратилась в нескончаемый праздник. А как ещё назвать дело, которое очень интересно и легко даётся?
  Но Павел понимал, что эйфория молодого сотрудника продлится недолго. До первого серьёзного конфликта с начальством.
  И такой конфликт однажды действительно произошёл - причём совершенно неожиданно.
  
  Дело в том, что, перейдя на новый уровень, Дмитрий (что естественно) стал к себе по-другому относиться. С большим самоуважением, что ли.
  Это опасное чувство он старался держать при себе. Но иногда оно случайно прорывалось. Очень редко, но прорывалось.
  А поскольку Дмитрий больше всего общался со своим непосредственным начальником инспектором Журавлёвым, то тот наконец заметил, что с его подчинённым что-то не так. И возмутился.
  Дмитрий в ответ не сдержался и огрызнулся. А это уже было грубым нарушением субординации.
  В общем, Павлу пришлось своему юному другу целую лекцию прочитать. Мол, рано ещё характер показывать. Вот авторитет себе заработаешь - тогда пожалуйста!
  
  Вот так оно и шло. Павел готовился к 'красивому' и безболезненному уходу, а Дмитрий готовился занять его место.
  А те, кто работали рядом с ними, пока ни о чём не догадывались.
  
  
  Глава третья. Петрович передаёт опыт
  
  Петрович и не заметил, как комната начала наполняться людьми.
  - О, наш отпускник! - заулыбался начальник лаборатории.
  Но в его глазах было какое-то странное выражение. Мол, Петрович уже - практически отрезанный ломоть. Ни в этом месяце уволится, так в следующем.
  Такое отношение было немного странным. Вроде бы начальство на Петровича сильно рассчитывало...
  Но он всё понял, когда в комнату вошли двое 'молодых'. Тех самых, которых приставили к Петровичу для перенимания опыта. Глаза начальника сразу потеплели.
  Тут был только один вариант: на этих ребят возлагают большие надежды.
  А это значит, что они сами зря времени не теряли: разобрались в проекте 'по максимуму' и успели доложить об этом начальству. Мол, смотрите, как мы теперь 'в теме'.
  Получается, что Петрович теперь не очень и нужен. На нём, можно сказать, поставили крест.
  Что ж, с точки зрения начальства ситуация ясна. А по сути...
  Если эти ребята действительно умные и талантливые - они не получат от Петровича ничего, кроме помощи.
  А вот если хотят 'запудрить мозги' начальству - с этим надо сразу же разобраться. Пока худого не произошло...
  
  Прогнозы Петровича подтвердились.
  Начальник вызвал его и сказал, что его главная задача - написать по создаваемому проекту два важных документа - руководство программиста и руководство пользователя. Причём эти документы должны быть максимально подробными. Таким, что человек 'со стороны' мог бы изучить их - и после этого свободно ориентироваться в проекте.
  А в качестве проверки пусть эти документы 'молодые' изучают. Они, правда, говорят, что уже хорошо изучили проект Петровича. Но лишние знания не помешают. Пусть их 'хорошо' превратится в 'отлично' - от этого, кроме пользы, ничего не будет.
  Сказав всё это, шеф внимательно посмотрел на своего подчинённого. Интересно, понимает ли он, что его собираются окончательно отстранить от проекта - причём его же собственными руками?
  Петрович бросил в ответ безмятежный взгляд. Он, конечно, всё понимал. Но его перестали волновать проблемы своей старой работы.
  По сравнению с Оздоровлением, Долголетием и космосом это были такие пустяки...
  
  Петрович пошёл на своё рабочее место, заварил большую чашку кофе, сел за компьютер... И, маленькими глотками прихлёбывая ароматный напиток, приступил к работе.
  У него была одна особенность, принесшая ему в прошлом много неприятностей: чем более серьёзным делом он занимался, тем более безмятежное выражение лица у него было. В начале своей трудовой деятельности он даже несколько раз подвергался наказанию буквально 'на пустом месте': начальство считало, что он недостаточно серьёзно относится к работе. Мол, раз так легкомысленно выглядит - значит, занимается 'не делом'.
  Потом-то, конечно, к его лёгкому чудачеству привыкли. И уже оценивали исключительно по результатам работы. Но 'молодые'-то об этом его свойстве не знали!
  Они, увидев, что их временный руководитель попивает кофе, имея при этом совершенно нерабочий вид, сразу же расслабились. Мол, старичок совсем сдал. Поэтому им не надо даже стараться, чтобы его обогнать. На его фоне они в любом случае будут выглядеть гораздо лучше.
  Если бы они посмотрели на экран компьютера Петровича, то сразу же бы поняли, насколько ошибались. Они бы увидели, что их старший коллега работает над техническим документом, причём занимается этим серьёзно и целеустремлённо. Но смотреть в чужой компьютер было дурным тоном, поэтому 'молодые' некоторое время оставались в счастливом неведении.
  Впрочем, бездельничать им тоже никто не разрешал: Петрович получил им внимательно изучить техническое задание. А это обычно документ хотя и не очень большой, но довольно тяжело читаемый. Так что оба молодых инженера уселись за свои компьютеры и, с трудом сдерживая зевоту, принялись постигать файлы технического задания. Им было очень скучно.
  А вот Петрович, наоборот, находился в состоянии огромного интеллектуального подъёма.
  
  К концу дня руководство пользователя было готово. Петрович специально сделал его максимально простым и понятным. Если парни не будут лениться и внимательно прочитают этот документ - это пойдёт им в большой 'плюс'.
  Получается, высоким качеством создаваемого документа Петрович им в какой-то степени 'подыгрывал'...
  Как забавно! Сейчас он чувствовал себя настолько сильным игроком, что мог немного поиграть в 'поддавки'.
  
  Петрович решил не отдавать написанный документ в тот же день. Во-первых, это выглядело бы неправдоподобно. Ведь без Оздоровления он ни за что бы не сумел это сделать!
  Была и вторая причина. Написанный документ надо было ещё раз прочитать. Желательно на свежую голову.
  Чем Петрович на следующий день и занялся. Прямо с утра. Прочитал. Исправил несколько мелких ошибок. Ещё раз прочитал. Исправил пару шероховатостей. Записал готовый текст в электронную базу данных. И с чистой совестью пошёл обедать.
  
  Столовая в их институте была очень хорошая - особенно для тех, кто согласен был заплатить чуть побольше.
  У Петровича с деньгами сейчас было очень неплохо, так что он решил особенно 'не жаться'. Взял борщ, пельмени, чай с фруктовым десертом.
  Пельмени можно есть по-разному - с уксусом, со сметаной, с маслом. Петрович выбрал с маслом. Но для того, чтобы этот вариант выглядел максимально вкусно, пельмени надо было густо поперчить.
  В молодости Петрович так и делал. А потом у него начались проблемы со здоровьем - и еду перчить он перестал.
  Но ведь сейчас он прошёл Оздоровление! И мог есть перец без всяких ограничений!
  Так что он взял и густо наперчил пельмени. А заодно и борщ - за компанию.
  
  ---------------------------- Прода от 11.01.19 ----------------------------
  
  Придя с обеда, он застал грустных молодых коллег. Они уже изучали только что написанное им руководство пользователя. А Петрович с новыми силами и хорошим настроением взялся за руководство программиста.
  Если уже написанное руководство пользователя описывало, как программу использовать, то руководство программиста описывало правила её стыковки с другими программами. Так что был уже более сложный документ - просто по своей природе.
  Но его Петрович хотел сделать... Нет, конечно, не простым, - но хотя бы менее сложным.
  Раньше на такой документ Петрович потратил бы недели две. А сейчас, похоже, за два дня управится. Правда, с учётом того, что будет приходить пораньше и уходить попозже. Ну да с учётом Оздоровления это ни с какой стороны не проблема!
  
  Зачем Петрович так торопилcя? Чтобы развязаться со старой работой за месяц, он должен через две недели подать заявление на увольнение. Ведь ему ещё две недели отрабатывать придётся!
  Значит, относительно спокойной работы оставалось меньше двух недель. По написания заявления ему точно покоя никто не даст!
  Вот он и сидел за компьютером, не отрываясь. А 'молодые' изучали то, что он написал вчера.
  Вечером все сотрудники группы подробно отчитались о проделанной работе начальнику отдела. И тот оказался перед забавным фактом: Петрович писал быстрее, чем 'молодые' успевали читать им написанное.
  Вечером следующего дня ситуация была такая: второй документ был готов. А первый даже не конца прочитан.
  
  На следующее утро начальник вызвал в кабинет Петровича.
  - Понимаете какое дело, - с некоторым смущением начал он, - молодые тут немного 'зависли'. А дело надо двигать дальше.
  - А что именно нужно сделать?
  - Заказчики принесли новый список исправлений.
  - Какие исправления перед самыми испытаниями! - не смог сдержать раздражения Петрович. - Это ведь верный путь к полному провалу!
  - И что же вы предлагаете? - вкрадчиво спросил начальник.
  - А то вы сами не понимаете? Исправления отложить. Испытания проводить без них. А вот после испытаний и исправления внести можно - со сдвигом сроков и за отдельные деньги.
  - Такой вариант их не устраивает, - покачал головой начальник. - Они просят внести исправления как можно быстрее. А если не получится - обещают серьёзных санкций не накладывать.
  - А если обманут?
  - Не обманут! Эти люди ещё не разу нас не обманывали!
  'Ну да! - иронично подумал Петрович. - Наверху-то, похоже, договорятся! А вот внизу виноватого обязательно найдут! И, судя по всему, этим виноватым буду именно я!'
  
  Но вслух говорить ничего не стал. Наоборот, принял максимально безмятежный вид, спросив, как будет распределена работа.
  - Понимаете, - замялся начальник, - мне бы хотелось, чтобы наша молодёжь сама эту работу сделала. С другой стороны, сейчас отвлекать их бы не хотелось. Пусть написанные вами документы дочитывают! Вы ведь говорите, что тот, кто их прочитает, очень хорошо разберётся в разрабатываемом изделии?
  - Да, - кивнул головой Петрович. - Если внимательно прочитает.
  - Конечно, внимательно, - думая о чём-то своём, подтвердил начальник. - Головы-то у них молодые и ясные...
  - Ну хорошо. Вашу мысль я понял. Пусть читают. А мне что в это время делать?
  - Ну... вы в это время предлагаемые исправления проанализируете. И техническое задание на корректировку напишете.
  'Хорошо придумано! - восхитился Петрович. - Самую муторную и непрестижную работу мне предлагают.'
  Но сделал вид, что никакого подвоха не заметил.
  
  - Да, - спохватился начальник, - есть одно дело, которое мы как-то упустили. - При приёме на работу я обещал прочитать Борису и Олегу вводную лекцию. Да как-то закрутился - и забыл.
  - Да вы что! - удивился Петрович. - С этого ведь надо было начинать! А то как-то нехорошо получается!
  - Вот вы и исправите мою досадную ошибку! - улыбнулся начальник. - Тем более вы так хорошо умеете рассказывать!
  'И он думает, что я поддамся на такую дешёвую лесть, - меланхолически подумал Петрович. - Впрочем - а почему бы нет? Сделаю вид, что действительно поддался. Так лучше будет!'
  И, потупив глаза, смущённо пробормотал:
  - Ну если вы так считаете, - то я, конечно, попробую! Вы только дайте команду в отдел готовой продукции. А то я не смогу показать им самое главное - работающий аппарат.
  
  Бориса Агапова формально можно было отнести к 'золотой молодёжи'. Но только чисто формально. Учиться он любил. И в неадекватных выходках замечен не был. Разве только в самых безобидных.
  И карьеру он решил сделать 'честно'. Поработать после института рядовым инженером. Сам, своими силами добиться успеха, не привлекая для этого ресурсы отца.
  А что отец? Тот, как ни странно, спорить не стал. Только хмыкнул:
  - Ну что ж! Попробуй!
  Борис попробовал. И сначала ему даже понравилось...
  Будучи отличником, он с лёгкостью получил 'открытый диплом'. То есть он мог искать работу сам - без всякого распределения.
  Работу он искал три месяца. Туда, где ему хотелось бы работать, его не брали. А там, где его готовы были видеть своим сотрудником, ему самому не хотелось работать.
  В этом не было ничего удивительного. У инженера, только что закончившего институт, рейтинг был не очень высокий. Даже звание отличника эти сомнения не до конца развеивали.
  
  Что оставалось делать в этой ситуации? Старшая сестра предлагала 'снизить планку' и срочно устроиться на работу. Пусть даже это будет не самое лучшее место. Какой в этом смысл? А такой, что позволило бы опыт и стаж получить. Потом, где-то через год-два, уже являясь инженером со стажем, можно было и достойное место работы найти.
  Мать предлагала смириться и пойти 'на поклон' к отцу. Мол, ясно же, что эксперимент не удался, - и без родительской поддержки ему карьеру не сделать.
  А что сам отец? Он ничего не говорил - только загадочно улыбался.
  
  Но Борис никого не слушал, продолжая искать место работы. И всё-таки нашёл достойную вакансию! Тут, можно сказать, просто повезло. Отдел кадров принял во внимание высокие оценки - а на отсутствие стажа решил не обращать внимания.
  И Борис начал работать. Первые два месяца ему даже нравилось. А потом его домашние заметили, что парня начала охватывать тоска. С каждым днём всё больше и больше...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com  
  Р.Прокофьев "Игра Кота-7" (ЛитРПГ) | | А.Минаева "Академия запретной магии" (Любовное фэнтези) | | А.Лоев "Игра на Земле. Книга 2." (Научная фантастика) | | В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2" (Боевик) | | А.Мичурин "Еда и Патроны. Прежде, чем умереть" (Постапокалипсис) | | А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии" (Любовное фэнтези) | | Д.Айгелено "Девять кругов Ирромира" (Боевое фэнтези) | | М.Генер "Психи с телефонами в руках. Рассказ" (Антиутопия) | | С.Юлия "Иллюзия жизни или последняя надежда Альдазара" (Научная фантастика) | | Л.Шумахер "Мир Лимеру. Нерушимый договор" (Боевое фэнтези) | |

Хиты на ProdaMan.ru Аромат страсти. Кароль Елена / Эль СаннаСлепой Страж (книга 3). Нидейла НэльтеИ немного волшебства. Валерия ЯблонцеваАномалия. Светлана ШпилькаКнига 2. Берегитесь, адептка Тайлэ! Темная КатеринаМагия вне закона. Севастьянова ЕкатеринаПриключения поттероманки. Исполнившееся желание. Радаслава АндрееваСоветник. Готина ОльгаОсвободительный поход. Александр МихайловскийТайны уездного города Крачск. Сезон 1. Нефелим (Антонова Лидия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"