# Неправильный целитель. Прода от 27.04.20

Владимир Никитюк

Читать сначала


----------------- Обновление от 27.04.20 -----------------

Сам Алексей, конечно, не сразу понял все эти тонкости. Впрочем, до определенного момента никаких тонкостей и не было. Наоборот, собственное положение мальчик оценивал достаточно оптимистически. Он знал, что родился в целительской семье. Что целители - самая нужные люди в мире. Что он сам, скорее всего, тоже станет целителем. Вот если не станет - это будет величайшей бедой, которую только можно придумать. Но вероятность такой беды очень мала, так что об этом и думать пока не стоит.

И с отношением родителей до поры до времени тоже всё было в порядке. Яркая, горячая любовь матери и сдержанная любовь отца - это было нормально и привычно.

Когда наступило пробуждение Дара, мальчик не сразу понял, что с ним происходит, и даже испугался. Но добрые дяди-консультанты всё ему объяснили. Оказалось, что он сделал первый шаг к тому, чтобы стать целителем. И избавился от главного кошмара целительских детей: что их дар вообще не пробудится.

Но расслабляться пока было рано. Теперь перед ним стояла крайне серьёзная задача: успешно пройти инициацию. В качестве программы-минимума: получить хоть какой-то целительский ранг. А в качестве программы-максимума: достичь именно того пятого ранга, который отмерян ему природой.

Алексей к задаче отнёсся серьезно - и уже через несколько месяцев получил гордое звание "целитель пятого ранга".

Уфф! Оба кошмара, которых он так боялся, обошли его стороной!

Но тут в его жизни неожиданно появился третий кошмар, которого он совсем не ждал: отец стал относиться к нему гораздо хуже.

Нет, в самом начале, когда Дар у Алёши только что проснулся, отец был очень доволен. И с сыном общался более тепло, чем обычно. А вот на следующий день как отрезало: Орфей Максимович стал глядеть на весь мир волком. А от "виновника торжества" вообще отворачивался.

Потом-то стало ясно, в чём дело: Орфей Максимович сильно расстроился тем, что Дар у сына всего-навсего пятый ранг. Алёше это было непонятно. Несколько лет подряд ему вдалбливали, что целители седьмого ранга и выше - высшие. И что быть высшим целителем невыразимо уважаемо и почётно.

Получается, Алеша высший целитель, причём с довольно большим "запасом" - а отец всё равно недоволен.

Получается, отец ожидал от него гораздо лучшего. Ранга третьего или даже второго. Пятый ранг его совершенно не устраивал.

Вначале эта дискриминация не совсем удачливого сына имела в основном моральный характер, не касаясь денежных сторон существования. Но потом проснулся Дар у его следующего брата - Ратибора. Да как проснулся - с перспективой получения второго ранга! И Алеша почувствовал, что на нём начали экономить.

А вот перспективного сына он засыпал подарками. Но это длилось недолго: вместо второго ранга получился четвёртый. Так что и тут было разочарование...

Но тут пробудился дар у младшей сестры - Нины. Причём с перспективой третьего ранга. И расстроенный отец опять воспрял. Конечно, третий ранг - это не второй. Но зато и не пятый, как у неудачника Алексея.

Вот теперь финансовые потоки в семье окончательно выстроились. Орфей Максимович буквально осыпал свою дочь-любимицу деньгами. Лишь бы она как можно лучше училась!

Это, конечно, не означало, что он дал Нине в руки огромные средства и она свободно ими распоряжалась. Нет, карманные деньги составляли малую часть того, что тратились на перспективную дочь (хотя ей вполне хватало). Основная часть денег тратилась на дополнительное обучение.

Трёх четырёхранговых детей Орфей Максимович тоже не забывал. Им тоже оплачивались дополнительные занятия, хотя и не такие дорогие, как у младшей дочери.

А вот Алёша получал только бесплатное образование. Которое, к счастью, было не таким уж плохим: целительское сообщество не допускало, чтобы хоть один его член был плохо подготовлен.

Чтобы пореже видеть нелюбимого ребёнка, Орфей Максимович вообще отдал его в интернат, славящийся строгостью режима.

Забегая вперёд, следует отметить: тут Алёше неожиданно повезло. Эта строгость была связана прежде всего с интенсивностью учёбы. Ни бессмысленной муштры, ни мелочных придирок, ни беспредела старших по отношению к младшим там не было.

Правда, администрация интерната, получив нового ученика, очень напряглась: слишком нестандартно выглядел новый ученик.

Обычно в интернат отдавали сразу после инициации Дара. И уже интернат по своим программам решал, как этот Дар развивать. Алёша три года занимался в обычной целительской школе, и лишь потом отец почему-то решил круто переломить его жизнь. Что же такое сумел натворить этот ребёнок, что семья не хочет его видеть?

Вначале директор интерната даже не хотел брать этого странного ученика. Но под влиянием денежных соображений передумал.

Вообще-то интернат финансировался в основном целительским сообществом, что позволяло учиться в нём детям из малоимущих и даже неимущих семей. Но платный вариант тоже был возможен.

Хотя немногочисленные ученики из состоятельных семей были редкостью, именно они обеспечивали интернат дополнительной, наиболее "вкусной", частью бюджета. Так что директор подумал-подумал и сказал "да".

А что новый ученик мог оказаться хулиганом или избалованным мажором - пусть! И не таких обламывали...

Главное, что целительский ранг у новичка высокий. Пятый - это вам не шутка! У всех остальных учеников интерната ранг был меньше.

Но обламывать никого не пришлось. Алёша Михайлов оказался вполне адекватным ребёнком. Общительным, открытым, трудолюбивым. Так что директор вначале даже не мог понять, в чём дело.

Но, изучив биографию мальчика, сразу же понял, что двигало Орфеем Максимовичем. Родительские амбиции - страшная вещь!

Если бы Алёша был единственным ребёнком в семье, всё бы, скорее всего, обошлось. Любовь к сыну в конце концов бы победила. Но в этой семье было ещё несколько детей. Как ни горько это было говорить - более перспективных. Так что суровый папаша просто отправил сына-неудачника подальше от себя - и постарался о нём забыть. А свою отцовскую любовь разделил между оставшимися детьми. Так казалось проще...

Как к переводу в интернат отнёсся Алёша? Сначала он был, конечно, в шоке. Но потом ему там даже понравилось.