# Н/у попадан. 1338

Владимир Никитюк

Прошло примерно полчаса до того момента, когда Степан сумел хоть чуть-чуть успокоиться. Ему просто позарез надо было понять одну вещь: какими критериями руководствовались стражники, отбирая рабов для "чёрно-красных"?


К счастью, в течение примерно двух часов (с обеденного привала и до появления "чёрно-красных") Степан внимательно наблюдал за "малоценными" рабами и запомнил практически их всех. Так что теперь он мог, наблюдая за оставшимися, "вычислить", кто именно исчез. А потом прикинуть, какими общими свойствами обладали эти несчастные.


Где-то через час он сумел сделать предварительные выводы. В руки "чёрно-красных" отдавали больных, а также тех, у кого были проблемы с моральным духом (безразличных ко всему или чересчур отчаявшихся).


С больными всё было понятно - их трудно продать в качестве рабов. А вот почему слишком низкий моральный дух почитается за минус? Ведь, по идее, сломленного человека выгодно иметь в качестве раба - он более покорный?


Нет, всё-таки какой-то тонкости в этом плане Степан не понимал!


Одно он сумел уяснить совершенно точно: ему дико повезло, что он не стал копировать своих соседей и идти, низко опустив голову. Такое чрезмерное проявление уныния вполне могло отдать его в руки "чёрно-красных".


От одной такой мысли сердце Степана захолонуло.


А потом оно захолонуло ещё больше: незадачливый попаданец понял, что у него есть ещё одна причина бояться возможных визитов "чёрно-красных". И причину эту ему в ближайшее время никак не устранить...


* * *


Дело в том, что Степан своим сознанием занял чьё-то тело. Предшествующий обладатель этого тела говорил на своём языке. А Степан этого языка не знает! То есть с точки зрения окружающего мира он вдруг взял и внезапно онемел! А это может быть воспринято стражниками как серьёзный изъян.


Хорошо, что его 'немоту' почти никто не заметил! Разве лишь несостоявшийся покупатель - но он, похоже, никому об этом не рассказал. Видно, считал, что это - не его дело...


Но опасность на самом деле не исчезла. Ведь прошло меньше суток! Кто знает, что произойдёт в следующие дни и ночи...


Кстати говоря, а почему 'немоту' Кирилла не заметили его соотечественники? То есть, точнее говоря, соотечественники его 'предшественника'?


Ответ нашёлся очень быстро. Люди, одетые так же, как наш герой, были от него достаточно далеко. И это было общее правило: стражники, судя по всему, старались 'прицеплять' людей одной национальности подальше друг от друга. И понятно почему - чтобы они друг с другом не беседовали и побег не планировали.


Но почему стражники не боялись, что они это будут делать ночью? Это была загадка, которую тоже требовалось решить...


Главный вывод - незнание языка надо тщательно скрывать. Сейчас это - вопрос жизни и смерти!


Внимательно подумав, Степан пришёл к выводу, что у него есть неплохие шансы скрыть этот изъян. Стражники с ним говорить не пытались (возможно, они даже не знают языка его 'предшественника'). От дневного внимания 'соотечественников' он избавлен. Теперь бы что-нибудь придумать такого, чтобы не общаться с ними и ночью, когда режим охраны смягчается!


Но тут оставалось полагаться лишь на везение...


* * *


Как ни странно, и здесь Степану помогли стражники. Было очевидно, что история с 'чёрно-красными' им тоже очень не понравилась. И что они опасаются каких-либо нежелательных действий со стороны рабов. Поэтому на этот раз ночной привал был организован без всякого лишнего либерализма.


На опушке леса была выбрана сухая поляна, сразу же оцепленная стражниками. Потом примерно на половине её территории в землю были вкопаны толстые и, судя по виду, довольно прочные колышки, в каждый из которых было вбито примерно по дюжине прочных железных крючков. Всех менее ценных рабов разделили на группы - и каждую группу привязали к своему колышку. Само собой, в каждой группе были люди строго разных национальностей. Так что в эту ночь никто со Степаном говорить не пытался.


Так что эта болезненная и животрепещушая проблема временно была решена. Но вместо неё появилась другая - гораздо более серьёзная.


Степан простудился. Очень сильно простудился.