Николаев Игорь: другие произведения.

зарисовка к миру Империализма

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Событие происходит примерно за двадцать лет до событий "Символа Веры", через несколько месяцев после окончания Мировой Войны, оформившей мир Империализма в его завершенном виде.

  Болела поясница. Неприятно, назойливо, вяжуще. Это было понятно и привычно - несмотря на природную силу Римана, постоянное таскание "пылесоса" давало непривычную нагрузку на спину. Тело пока только привыкало к новой обузе, как ноги приспосабливаются к тесноватым туфлям из кожи - сначала неудобно, после разносится.
  Куда хуже было странное чувство, зарождающееся в глубине живота. Не боль, не покалывание... скорее легкое ощущение неудобства, будто в хитросплетении кишечника задрожала крошечная мышца - как тревожный звонок. Это чувство хорошо знакомо многим, страдающим почечными хворями, и ничего хорошего не предвещает. Теперь с ним очень близко познакомился и Риман. Но это чувство некоторого неудобства было лишь бледной тенью того, что Ицхаку предстояло испытать в самом скором будущем.
  Два дня... самое большее - два дня. Затем надо или пройти очередной курс очищения крови, или сменить фильтры в "пылесосе", что даст еще неделю отсрочки от большой чистки. Денег не было ни на то, ни на другое.
  Риман с отчаянием глянул наружу сквозь не очень большую, но чистую витрину - стекло он мыл сам, ранним-ранним утром, чтобы сэкономить на услугах мойщиков. Там, на широкой улице кипела жизнь города. Нового, созданного стихийно, буквально на пустом месте.
  Прежде, еще до войны, Шарм-эль-Шейх был курортом, не сказать, чтобы совсем фешенебельным, но весьма и весьма пристойным. Здесь отдыхали государственные чиновники средней руки и корпоративные "офицеры", которые не могли позволить себе отпуск в Европе или анклавах Южной Африки. Когда началась война, Шарм был буквально национализирован военными и превращен в один сплошной склад, а так же транспортный терминал, что обеспечивал операции едва ли не по всей "ветвистой линии" в Африке. Естественно, вокруг склада сразу возник пестрый табор лихого, отвязного люда, готового рискнуть жизнью - своей, а лучше чужой - за любую, даже самую малую монетку. На армейском имуществе, расползавшемся по торговцам через "усушку, утруску" и прочие безотказные манипуляции, делались большие деньги. Кто-то богател, кто-то исчезал в небытие, проиграв конкурентную борьбу. Так Шарм родился заново, как место, где делались большие "черные" деньги, неизменно окропленные кровью.
  Война закончилась, тихо и быстро сдохла на пике усилий, как подыхает большой, прожорливый хищник, внезапно оставшийся без пищи. Военные свернулись, оставшаяся амуниция распродавалась за бесценок по всему миру. Но Шарм остался - слишком удобным оказалось место. Мост между Африкой, Ближним Востоком и Европой, черная дыра, которая нужна всем, от государств и новорожденных "негоций"* до мелких контрабандистов. Миру оказалась необходима "черная дыра", в которой можно как найти все, что угодно, так и спрятать. Разведчикам и террористам, наемникам и пинкертонам, курьерам "красной дороги" и банкирам хавалы... Так Шарм пережил третье рождение.
  Только вот Ицхаку Риману в нем, похоже, места не было.
  Хлопнула дверь, звякнул колокольчик, возвещая о прибытии посетителя. Как правило, к Ицхаку заглядывали те, кого один русский эмигрант называл "скоробогатенькими молодчиками" - относительно молодые мужчины с двух-трехдневной щетиной или усиками "под Чикаго", с бегающими глазками и толстыми пальцами, которые постоянно подергивались, словно пересчитывая мятые банкноты. Так же обязательны были толстые золотые кольца и перстни - не столько украшение, сколько актив на случай внезапного бегства. Ну и конечно всенепременный "техасский" галстук-шнурок. Похоже, он был своего рода униформой нуворишей послевоенного времени.
  Однако вошедший не слишком походил на обычную клиентуру Римана. Он был очень высок, наверное близко к метру девяносто, но не слишком широкоплеч и жилист. Фигура не атлета, но солдата, как определил наметанным глазом Риман. Узкое выразительное лицо с выступающими резкими скулами, гладко выбритое. И странные, белесые волосы, коротко подстриженные и зачесанные без намека на популярные бриолины. Казалось, что мужчина преждевременно поседел - ему вряд ли было больше тридцати. Но это была определенно не седина, просто необычный цвет. Одет пришелец был в довольно рваные, неоднократно чиненые штаны от рабочей формы Немецкой Бригады и относительно новую джинсовую рубашку навыпуск.
  - Приветствую, - вежливо сказал гость, останавливаясь на середине маленькой конторы Римана. Говорил он на французском, который был основным языком Шарма, успешно конкурируя с немецким и русским. Внимательные темные глаза пришельца обежали контору, как луч радара, фиксируя все сразу - небольшую комнату с кривоватой дверью в подсобку, скудную мебель, подобранную на свалке и починенную не очень привычной к плотницкой работе, но старательной рукой. Небольшой стол-конторку, за которым сидел невысокий, бритый налысо мужчина неопределенного возраста с нездоровой одутловатостью на широком лице и желтоватыми белками глаз. Он же основатель и единоличный владелец фирмы "Ицхак Риман и партнеры, сопровождение грузов и частная охрана".
  - По-моему, здесь я найду много интересного и полезного, - сообщил "седой". - Я Беркли. Фрэнк Этьен Беркли
  - В бордель - следующая дверь, - так же по-французски, неприветливо отозвался Риман, не вставая и не делая лишних движений, только правая ладонь чуть сдвинулась в сторону спрятанного за стопкой бумаг револьвера.
  - После дела - непременно, - без заминки отозвался Беркли, чуть улыбнувшись. Впрочем глаза у него остались очень внимательными и холодными, как две ледышки под белесыми бровями.
  Риман несколько секунд смотрел на пришельца, а затем сделал приглашающий жест в сторону одного из двух стульев.
  - Извиняюсь, - чуть более, на самую малую толику, дружелюбнее сказал Ицхак. - Они там набирают мужчин для новых услуг. Сегодня уже третий ошибся дверью. Надо было сразу говорить, что по делу.
  - Понимаю, - кивнул Беркли. Голос у него был относительно приятный, но чуть дребезжащий.
  Он сел на стул. Ицхак заметил, что гость не положил ногу на ногу и чуть подобрался, словно был готов в любой момент одним прыжком сорваться с места. Причем выглядело это естественно, словно было в порядке вещей.
  - Бойцов не нанимаю, - сразу расставил точки над "и" Риман.
  - Знаю, - ответил Беркли. - Я пришел не наниматься, а заключать партнерство.
  - Выход там, - указал Ицхак. - Прямо за спиной. Прикрой за собой дверь, шарнир барахлит.
  - Торопишься, - веско укорил Беркли. - К слову, а у тебя там что, наган или что-то английское? Не разберу отсюда.
  - Тебе хватит, - не менее веско сообщил Риман, кладя руку на рукоять револьвера с деревянными, потертыми накладками в крупную насечку.
  - А, "переломка", - скривился Беркли. - Тебе точно нужно стреляло получше.
  И сразу, без перехода сменил тон, склонившись вперед, ближе к хозяину конторы.
  - Не надо в меня стрелять, я пришел с миром. И с предложением.
  - Иди в жопу, - посоветовал Риман, который видел таких "предложенцев" в среднем два раза в день. - Если только твой бумажник не набит экю. Тогда можешь еще посидеть.
  - Не набит, - серьезно вымолвил Берклии. - Я кое-что узнал про тебя. Ветеран, Крым, осенний десант, "Стальное Дно". Мехвод сферотанка, тяжело ранен, живешь на гемофильтре.
  Риман бросил машинальный взгляд в сторону "пылесоса" - высокого, почти по пояс взрослому мужчине цилиндра на колесиках и с ручкой для переноски. От цилиндра тянулся тонкий гофрированный шланг в редкой оплетке из стальных нитей. Он заканчивался у шунта на руке Ицхака, дальше под кожей бежала вживленная трубка, исчезавшая за плечом.
  - На последние сбережения открыл контору, заплатил за торговую марку и внесение в реестр "Кригскнехт", - продолжил Беркли. - Но на том монеты кончились, теперь перебиваешься заказами по мелким караванам, нанимая бойцов на разовые подряды. Потому что на собственную команду нет денег.
  - Дальше что?
  - А вот что... - Беркли пару мгновений помолчал, подбирая слова. - У меня нет денег, щедрая родина, выкинув меня по демобилизации, удержала стоимость "шилобоя", который раскатал в фольгу сферотанк... я тоже был в Крыму, только с другой стороны.
  Зрачки Римана сузились, превратившись в булавочные точки. Своим ранением и инвалидностью Ицхак был обязан как раз "шилобою" - французскому бронебойному орудию двойной тяги. Но Беркли то ли не заметил, то ли пренебрег сменой настроения собеседника. И продолжил развивать мысль.
  - Уже сейчас многие демобилизованные уходят в частники. Охрана, терроризм, полиция, пинкертоны и прочие. А будет больше, намного больше, в самом скором будущем. Если заниматься военными услугами по-серьезному, то надо ловить момент сейчас, потом затопчут орды конкурентов. У тебя есть контора, уплаченные взносы и вписки. Но нет бойцов, чтобы работать на постоянной основе. А у меня есть несколько хороших знакомых из армии, тоже демобилизованных. Они мне доверяют и готовы на первых порах поработать за еду, в счет будущих заслуг и доходов.
  Риман ожидал продолжения, но Беркли умолк, позволив невысказанному предложению повиснуть в воздухе.
  - В Шарме хватает контор, - ответил, наконец, Ицхак. - И если ты так хорош, да еще при боевитых друзьях, то вали туда, с руками оторвут.
  Однако в его словах чуткое, пусть и отшибленное громом выстрелов ухо Фрэнка выловило легкую, даже легчайшую тень сомнения. Похоже, дела владельца "Сопровождения грузов и частной охраны" действительно шли скверно. Контора Римана была тринадцатой среди тех, куда Беркли обращался со своим предложением, везде получая отказ. Бывший артиллерист-бронебойщик уже начал было отчаиваться, но сейчас, почувствовав проблеск интереса у Ицхака, собрался, мобилизовав всю силу убеждения.
  - Мы не реестровые "криги", поэтому на нормальную клиентуру и хорошие деньги рассчитывать не можем, - честно ответил Фрэнк. - Я же говорю, сейчас бывших солдат все больше, наниматели разборчивы. Мне нужна контора с хоть каким-нибудь именем, чтобы выступать от ее лица. У тебя есть нормальная вывеска, и ты много не возьмешь... хотя бы на первых порах.
  - Хммм... - Риман ненадолго задумался. - Ну, приводи своих ... друзей. Поглядим.
  - Ага, вот прямо сейчас, - скупо, понимающе улыбнулся Фрэнк. - А ты их пробуешь перехватить, выкинув меня из дела, чтобы не тратиться на партнерство.
  - А ты попробуешь меня скинуть с места учредителя, - Риман вернул понимающую, холодную усмешку. - И всем рулить самолично. Чтобы не тратиться на партнерство.
  - Обязательно, - в словах Беркли не было ни обещания, ни намека, только спокойная откровенность. - Если договоримся, это будет общее дело и общая прибыль. Дашь слабину и поставишь дело под удар - обязательно скину. Мне нужны деньги, все, до которых можно дотянуться.
  Риман опять погрузился в молчание, его ладонь все так же лежала на револьвере, но пальцы чуть расслабились.
  - И я бы сказал, что конторе нужно новое название, - рискнул вставить мысль Фрэнк. - Что-то покороче, чтобы звучало красиво, без всяких национальных колоритов и выговаривалось легко...
  
  Они говорили о многом. Время от времени Ицхак без всякой наигранности указывал Фрэнку на дверь. Тогда артиллерист поднимал ладони в примиряющем жесте и умерял требования. Время от времени Беркли приподнимался со стула, готовый уйти сам. Тогда Риман кривился и хлопал ладонью о стол, в свою очередь, сдавая назад. Разговор был долгим и тяжелым, изначально отравленным недоверием и подозрительностью.
  И все же...
  У двух совершенно непохожих людей оказалось слишком много общего. Военный опыт. Пустые карманы. Предательство государств, которые использовали верных преторианцев, а затем вышвырнули на улицу - одного без гроша в кармане, а другого - мучительно умирающего. Озлобленность на весь мир, который обещал так много, но дал так мало...
  У них было много общего, и они договорились. С этого дня началась история "Деспера", долгая и захватывающая. Кровавая и страшная. История компании, ставшей эталоном успешной частной армии, иконой для всех наемников мира.
  
  * Производное от "negotiis interest" - "совместный интерес" (лат.). Специфический неофициальный термин Империализма, отчасти аналог "дзайбацу". Определяет как большой консорциум, имеющий связи по всему миру, в т.ч. и в государственных структурах, так и вообще ситуацию, когда бизнес и государственные чиновники идут рука об руку, сменяя друг друга в начальственных креслах и проводя единую политику взаимного интереса.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Ефремов "История Бессмертного-2 Мертвые земли"(ЛитРПГ) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) С.Климовцова "Я не хочу участвовать в сюжете. Том 2."(Уся (Wuxia)) М.Юрий "Небесный Трон 5"(Уся (Wuxia)) С.Климовцова "Академия боевой магии(все 3части)"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) И.Головань "Тестовая группа. Книга вторая"(ЛитРПГ) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"