Николаос: другие произведения.

Стоун-Уинтерс

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 7.87*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Сайд-стори 2. 2010 г.


   Don't you think it's rather funny,
   I should be in this position.
   I'm the one who's always been
   So calm, so cool, no lover's fool,
   Running every show...
   He scares me so.
  
   J-C Superstar
  
  
   Мы были безгранично счастливы пять лет, а это не так уж и мало. Но по истечении этого времени я понял, что есть проблемы, к которым привыкнуть невозможно. Их нужно или решать, или игнорировать. А еще я понял, что не могу ни того, ни другого.
  
   У меня есть несколько страхов и одно желание. Не ожидал, что оно реально, ведь я всегда считал себя хорошим человеком в общем и родителем в частности. Однако если оно начинает вытеснять страхи, значит, я переоценил себя, и солидно так переоценил.
  
   ***
   Я всегда знал, что этот день будет одним из самых сложных в моей жизни. Да что тут говорить - любой отец знает об этом с того самого момента, как впервые возьмет на руки свою новорожденную дочь. Я знал, что это будет сложно, но не представлял, что настолько.
   Я лишь полагал - проблема будет в том, что парень недостаточно хорош. И даже не думал, какой стороной она обернется.
  
   Темные, тревожные сны мне не снились уже давно, хотя за эти годы случалось всякое. И когда я услышал визг Лекси, то не сразу понял, что это наяву. Скорее я вспомнил то утро, когда моя дочь впервые встретила свою судьбу - нашу судьбу - и то, как страшно испугался тогда, проснувшись. И то, что не сразу сообразил, что она смеется. И сейчас, как и тогда, слыша в ее голосе лишь восторг, зная, что все хорошо - проснулся все в том же темном страхе без имени.
   - Папа! - завопила она, вбегая в комнату. - Манола позвонила мне, чтобы поздравить первой!
   - Очень хорошо, - пробормотал я. Девочка в день своего рождения, девушка в день своей свадьбы - трудно было поверить, что это один и тот же человек. Она и была девчонкой, черт возьми, ей только исполнилось восемнадцать, но я все равно видел ее тринадцатилетней. Словно время остановилось в тот день, когда она вернулась от Брианы из Нью-Йорка и рассказывала взахлеб о том, что там происходило, а у меня дрожали руки и я, разумеется, не рассказывал о том, что случилось со мной. О таком не рассказывают дочерям, в каком бы возрасте они ни были, нет, не рассказывают. Об этом не говорят даже сами с собой, пытаясь совершить невозможное - забыть. Забыть, как сон. Ведь это был сон, разве нет?..
  
   - Ты что, меня не слушаешь?! Манола ПОЗВОНИЛА! Она заговорила, о боже, и первым ее словом было мое имя, я уверена, это не просто хороший знак, это лучший на свете знак, как ты думаешь? Я сказала, что мне не нужно других подарков, никто же не сможет переплюнуть ее, ведь так?!
   - Без сомнения, - подтвердил я, едва вникая в смысл.
   - Жаль, не могу рассказать Дэшу, это ведь плохая примета, да?.. я слышала, что это очень плохая примета, но не помню, касается ли это платья или даже разговаривать нельзя, ты не знаешь? А по телефону? Можно?
   Я покачал головой, это были трижды риторические вопросы - из Лекси бил фонтан слегка истеричной энергии, так быстро заполняя комнату, что я ощущал настоятельную потребность встать на цыпочки.
   - Пап, обожаю тебя, обожаю! - она кинулась мне на шею, сделала по комнате несколько танцевальных па и исчезла за дверью. Снаружи доносился едва заметный, но усиливающийся шум - то просыпался дом, начинались последние приготовления и уже через несколько минут я вынужден буду окунуться в эту суету. Часть меня одержимо хотела просто закрыться здесь изнутри и переждать, но в целом я понимал, что остаться в этой комнате и погрузиться в мысли будет гибельно и нечестно. Чего я хотел больше всего остального - чтобы этот день стал самым счастливым в жизни моей дочери, а еще хотел свалить свои сомнения на стресс и фильм "Отец невесты". Да, мне очень этого хотелось.
   Однако я не двигался с места, пока не услышал звук мотора за окном, и, выглянув, не увидел одну из машин семейства Кидман-Риз. Это придало мне уверенности - с кем я мог поговорить, так это с Ризом, и буду рад, если поможет. Обычно помогало. По-быстрому я оделся и вышел из комнаты, готовый увидеть кого угодно... ну, не совсем. Кое-кого я не хотел бы встречать до церемонии. Глупо, но одна мысль об этом побуждала вернуться и снова спрятаться, так что я наступил ей на хребет и сделал глубокий вдох. Дыши, Стоун, это просто паническая атака, и по статистике в такие дни она случается с отцами гораздо чаще, чем с матерями. А поскольку ты - два в одном, так соберись, мать твою, и прекрати вести себя как идиот.
  
   Гости приглашены на одиннадцать, но определенная категория людей бегала по дому уже с самого утра - устроители и те, кто не считал себя гостями. Первой, на кого я наткнулся, оказалась Натали - вспомни дьявола. Не представляю, что она здесь забыла так рано, ведь вряд ли Лекси пригласила ее помогать одеваться. В руке у нее был бокал с мартини, и судя по всему, не первый.
   - Стоун, господи боже мой, ты что, обкололся ботоксом? - спросила она, не удосуживаясь тратить время на приветствия, и я вздрогнул, будто увидел призрак Шор, настолько похожа была интонация. Десять лет ничего не напоминало мне о Шор, это было как сдернуть пластырь с давно зажившей раны. Мы дружили три года, почему я раньше не замечал, как много в них было общего? - Ну конечно, при таких деньжищах можешь позволить себе лучшие кабинеты...
   - Я тоже рад тебя видеть.
   Натали не сводила с меня глаз, цепко ощупывая с ног до головы, ощущение не приятнее ректального обыска в аэропорту. Да, мне уже давно не сорок, но я по-прежнему выгляжу на сорок, в отличие от Натали, чьи "под пятьдесят" маршируют по лицу всеми своими гусиными лапками, или как их там называют. На самом деле это странно, что за десять лет лишь Лекси выросла, и мне одному заметно повзрослел Дэш, а я хорошо если пару лет прибавил. То же можно сказать и про Бриану, и вряд ли тайна кроется в голливудской диете и пластической хирургии. Я говорил об этом только с Ризом по причине схожести проблемы, если цветущий вид можно так назвать, - они оба тоже застряли в промежутке около сорока, кроме Хоши, на которой возраст, похоже, не отражался вовсе. Тогда он рассмеялся и сказал, что нам повезло не раз и не два. Я понял, что теория его мало волнует, и решил брать с него пример. В конце концов, в наших жизнях было достаточно необъяснимого, чтобы игнорировать мелочи, какими бы приятными, невероятными и пугающими они ни казались.
  
   - Объясни мне, как вам удается оставаться на плаву? У вас цены - "Серендипити" курит в углу, блюда - с бабушкиной кухни, а поди ж ты - очередь на полгода вперед. В чем секрет, Стоун?
   Я едва усмехнулся. Все, кто знали секрет, - Бруно, Глэм, Шор, Кейн и его парни - давно уже не могли им поделиться, и нас устраивало такое положение дел.
   - Мы тщательно моем тарелки, поверь, это уже половина успеха.
   - Ясссно.
   Натали все еще смотрела на меня, и я понимал, что разговор не окончен, как бы мне этого ни хотелось. Начинать издалека - не слишком на нее похоже.
   - Ты не можешь хотя бы на свадьбе забыть о деньгах?
   - Проблема совсем не в них. Стоун, ты уверен, что наша дочь должна выходить за него?
   Я хотел ответить, что Лекси перестала быть ее дочерью в тот миг, когда ее сгрузили у дверей квартиры вместе с чемоданом, и что я несказанно рад поддерживать статус кво и дальше, а вместо этого лишь переспросил:
   - Что?..
   - Ты слышал.
   - Я слышал, что это не помешало тебе взять его деньги. Что ж не отказалась?
   - Ух ты, праведный гнев, - Натали сделала жест рукой так резко, что едва не пролила коктейль. - Думаешь, ему вообще можно отказать?
   - Я отказывал.
   - Ага. В мелочах. Попробуй по-крупному - и увидишь его настоящего.
   Она повернулась, чтобы уйти, и тут я схватил ее за запястье. Не знаю, что на меня нашло.
   - Что. Он. Тебе. Сделал?
   Я был уверен, что она просто рассмеется мне в лицо. Но Натали только сжала губы - я помнил это выражение, хотя не видел его много лет.
   - Точно не знаю. Но когда он сделает то же самое с нашей дочерью, надеюсь, ты найдешь нужные слова.
   Она ушла, а я остался. Мимо бегали какие-то люди, делая последние приготовления, для украшений завезли не те цветы, и Джейн, глава этого кошмара, вопила, что пара еще не определилась с песней для первого танца. Касательно песни - казалось бы, чего проще, Дэшил, конечно, был за "Мун Ривер", а Лекси - за танго "Por una cabeza", то самое, из фильма "Запах женщины"... и когда они позвали меня в судьи, я будто оцепенел. Я же должен быть на ее стороне, всегда, но я НЕ МОГ голосовать за это чертово танго, никак не мог, язык не поворачивался... и тогда Дэш выручил меня, помню - просто свернул разговор на выбор торта. Там тоже были разногласия, но я хоть был способен судить без зазрения совести...
   В общем, по дому гулял торнадо, во дворе вообще свершался маленький Армагеддон - не сравнимый, впрочем, с тем, что зрел в моей душе. Поэтому, наткнувшись на Элиса, я был рад его видеть. В кои-то веки.
  
   Конечно, я предпочел бы поговорить с Ризом - он единственный мог меня понять, даже когда я сам не знал, на что жаловаться. Никогда не мешает поговорить с тем, у кого есть дочь - и не только дочь... А Элис... Хоши была большим мудрым ребенком, но от Элиса у меня всегда бегали мурашки. На самом деле я всегда считал его аномалию наиболее приближенной к нашей, хотя у него никогда не бывало разделения на свет и тьму, он казался очень и очень цельным. Может, не всегда - но таким я его знал.
   - Я привез подружку невесты, - сказал он, поднявшись ко мне на несколько ступенек.
   - А... где Риз?
   - Скоро приедет - мы забыли "что-то старое", или как-то так. Мои поздравления, Льюис.
   - И вам, - ответил я первое, что пришло на ум. Нет, рядом с ним определенно трудно было расслабиться. - Слышал, Манола заговорила.
   Он чуть улыбнулся, будто это ничего не значило.
   - Моя дочь всегда говорила со мной.
   - Моя тоже.
   Элис посмотрел на меня чуть пристальнее, склонив голову, а потом вдруг коснулся ладонью моего плеча. Никогда прежде не видел, чтобы он трогал кого-то не из своей семьи. Он коснулся - и вдруг наступила осязаемая тишь, будто оба мы попали под прозрачный колпак.
   - Как это...
   - Научился у Хоши, - улыбнулся он снова, дежурно, но у него все улыбки такие. При этом освещении глаза Элиса казались почти нормальными. Мне всегда казалось, что он видит меня насквозь - хотя, в общем, так и есть. И это вызывало легкое беспокойство, что, если подумать, характеризует меня не с лучшей стороны. Это просто значит, что мне есть что скрывать. - Льюис, чего ты так боишься?
   Я глубоко вдохнул и выдохнул. Если б я знал.
   - Если бы я знал...
   - Разумеется, знаешь.
   Это прозвучало так уверенно, что помогло - а может, то, что Элис стоял так близко, и все оказалось вдруг таким прозрачным. Вряд ли я стал бы говорить с ним обо ВСЕХ моих страхах, но о некоторых - почему бы и нет?
   - Что... ну как... например - что войду однажды в его комнату, а его нет. Как боялся входить в комнату Лекси, когда мать ее вернула, боялся, что это был только сон... Он же лайт, он может в любой момент просто...
   - Он не лайт, иначе его бы здесь не было, - ответил Элис спокойно. - И это не то, чего ты боишься.
   Я молчал, меня кидало в жар от одной мысли, что кто-то так четко видит несказанное. Пусть даже Элис, для которого условности - пустой звук, потому он и рассматривал меня с легким искренним недоумением. А потом добавил:
   - Риз говорит, что люди не говорят правду вслух по какой-то причине, и выпытывать неприлично. Так что я и не буду.
   - А ты... знаешь, о чем думает Дэшил?
   Он сузил глаза, будто размышляя.
   - Чаще это лишь тревога, но иногда... Понимаешь, о чем я?
   - О том, что он опасен?.. - брякнул я и прикусил язык. Ну я и дебил.
   Его брови едва заметно приподнялись.
   - Не представляю, зачем ты это сказал, ты же так не считаешь, он тем более. Дэшил скорее сам умрет, чем причинит вам вред. Ты такой странный... хотя не спорю, я многого не понимаю. Риз меня не торопит, говорит, на все нужно время, кому больше, кому меньше.
   Я вздохнул.
   - Люди действительно странные, и тебе действительно понадобится время.
   - Возможно, но Дэшила это не касается. Послушай... ты уверен, что я могу рассказывать что-то такое? Риз все время говорит что-то про тайны и частную жизнь...
   - Решай сам. В конце концов, тебе не раз придется принимать такие решения.
   Еще секунду Элис промолчал в раздумье и наконец сказал:
   - Мне все ваши тайны одинаковы, но ладно. Все просто - он думает, что ты хочешь дать им с Лекси жить своей жизнью, вот и все.
   - Он тебе сказал?..
   - В каком-то смысле. Это едва ли не единственная мысль в его голове сейчас, а еще беспокойство. Море тревоги. Знаешь, по-моему, самое простое и конструктивное решение таких вопросов - разговор. И я не понимаю, почему вы так часто игнорируете ближайший путь. Но, как было сказано, я многого еще не понимаю.
   Я понятия не имел, что на это ответить, но Элис в ответе и не нуждался. Он только еще раз коснулся моего плеча и пошел вниз, словно мы и не говорили. В том числе и о том, что так навязчиво крутилось в моей собственной голове, и что я так и не облек в слова.
   - Осторожно! - ухнуло что-то прямо у моей головы, и я едва разминулся с одним из работников, волочащим музыкальную колонку. Вместе с этим тишина рассыпалась звонкой пылью и снова навалился шум. - Мистер Стоун, откуда вы взялись, я вас не заметил!
   Я лишь выдохнул, провожая Элиса взглядом. Хотел бы я быть им. Ими. Воспринимать мир как они, без условностей и сложностей. Когда-то в редком порыве откровения я спросил у Риза, как ему удается и как мне научиться, он лишь снова рассмеялся и ответил, что у него таких проблем нет. А у меня все отлично получается. Дэшил на порядок сложнее, такова его природа - его просто невозможно любить полностью платонически, и мне остается принять это и жить дальше. И да, я научился с этим жить, я целую его на ночь так же, как и мою дочь, уже десять лет, и все у нас прекрасно. И да, я был рад тогда, что Риз не умеет читать мысли, очень рад.
   Дать жить своей жизнью? Но ведь я и сам это планировал... какое-то время.
  
   На самом деле основную часть времени, что мы провели втроем в этом доме, я не думал вообще ни о чем, хотя, может, и следовало. Я наслаждался, будто предчувствуя, что с каждым глотком дно все ближе и ближе, а потом Лекси просто исполнилось восемнадцать, и они сообщили мне дату свадьбы.
   Как ни странно, Бриана оказалась среди тех немногих, кто понимает без слов, остальные же постоянно интересовались, почему никто еще не занял моего сердца. Я пожизненно прописан в топ-10 самых желанных холостяков, но в какой-то момент Бри просто перестала знакомить меня с "хорошими девушками из приличных семей" и вообще закрыла эту тему, настолько глухо, что однажды я не выдержал и сам поднял вопрос. На что она невозмутимо ответила: "Детка моя золотая, никто не станет спать на дерюге, попробовав египетский хлопок", - и от неожиданности я залился краской, как подросток, хотя это было за год, за целый год до того, как у меня появился для этого повод...
   Столько лет прошло, а будто вчера было. Я сделал еще один шаг по лестнице... и внезапно внизу открылась дверь, повеяло таким привычно-сладким... и я не стал дожидаться, когда запах обретет плоть. Я развернулся и почти бегом рванул наверх, на крышу, туда, куда не достанет этот шум и суета, где я смогу наконец перевести дух и собрать то, что расползалось под пальцами - если получится. Мне вести дочь к алтарю - я просто должен, должен быть в форме, и все тут.
  
   На крыше мы соорудили убежище, в котором абсолютно не нуждались до сегодняшнего дня. Это была лавочка-качели, милая старомодная вещь, незаменимая для того, чтобы по вечерам пить на ней кофе и любоваться тьмой города, хаотично расцвеченной огнями и расчерченной стробоскопами. Но сейчас был день, а у меня был виски, припрятанный здесь на всякий случай, хотя и вряд ли на такой. И я дал себе слово, что выпью только пару глотков. Только пару.
   Не уверен, что сдержал бы его, если бы от хлопнувшей двери ополовиненная бутылка не выскользнула из рук и не разбилась вдребезги.
   Дэшил бесплотной тенью обошел качели и остановился передо мной, то, что я видел - он был без пиджака, рубашка навыпуск, манжеты расстегнуты. Это все поправимо, самое сложное - волосы, а их, похоже, расческа еще не касалась.
   - Ты не причесан, - сказал я тихо, первое, что пришло на ум.
   - Успеется.
   Наконец я решился, взглянул. Дэшил не улыбался, он казался напряженным, а синева глаз - вязкой, будто застывающее стекло. Линзы линзами, а здесь в солнечный день ему было некомфортно. А может, от чего другого, не знаю.
   - И не одет. Дэш, церемония на носу, а ты...
   - Вы тоже.
   - Не я же сегодня женюсь.
   Внезапно он опустился вниз, медленно, и пряди с алыми краями поползли по моим коленям.
   - Да, хорошо, что напомнили... Знаете, мы с Лекси тут подумали на днях... все просто шло своим чередом, как мы и хотели, но я ведь даже не попросил у вас ее руки. Я даже не знаю, хотите ли вы этой свадьбы.
   - А это что-то изменит?
   - Это изменит все.
   Я ожидал услышать что угодно, только не такое, я снова взглянул на него, пока тугие шелковистые петли потихоньку стягивали мне руки.
   - О чем ты говоришь, Дэш?
   - Если вы против, ничего не будет. Не беспокойтесь, Лекси поймет... я просто хочу вам счастья.
   - А кому больше? Мне или Лекси?
   Что-то в груди заныло и дрогнуло от собственных слов, а его глазам чуть прибавилось глянца, только и всего.
   - Не говорите так, вы знаете, как я люблю вас обоих. Но она в порядке, а вот вас что-то тревожит, и я не могу это игнорировать, простите уж.
   Что-то тревожит, он серьезно? Я не ответил, лишь приподнял руки в жесте капитуляции, и Дэшил пересел рядом на скамейку, не освобождая от пут. Чтобы не тянуть его за волосы, пришлось повернуться и приблизиться - то, чего я сейчас планировал меньше всего.
   - Значит, ты сделаешь ей больно, чтобы не делать больно мне?
   - Вы знаете свою дочь, она откажется сама. Льюис, я не читаю мысли. Придется поговорить со мной, или гости начнут волноваться.
   Алые кончики прядей освободились и гладили мне ладони, я опустил глаза и больше не мог их поднять.
  
   Тогда Лекси было тринадцать, Бри увезла ее в Нью-Йорк - первый в жизни мюзикл и бесконечные магазины Мэдисон-авеню. Мы с Дэшилом в тот вечер остались дома, пили шампанское за удачную сделку, пили и пили, пока оно не закончилось, потом - не помню, как это вышло - заговорили о танцах, он сказал, что всегда мечтал научиться танго, а я сказал, что учился, давным-давно. Потому что Натали возжелала его в качестве первого танца новобрачных, то есть нас.
   Дэшил тут же понудил меня откопать копию видео - Лекси хранила ее только из-за убийственно элегантной Брианы и дедушки, которого так и не успела узнать. Мы смотрели запись в моей комнате и смеялись до слез, и он сказал, что у меня выходит просто отлично. А потом мы включили музыку, то самое танго "Por una cabeza", потому что "Кумпарситы" не нашлось. И танцевали... а потом...
   Шампанское - единственное, что разит меня наповал, а его было так много, и с какой-то секунды все поплыло и смешалось. Погасли лампы, остались только звуки, прикосновения и запах - обволакивающая ваниль. И танец стал объятием, а может, всегда им был, таким, что жарко и не держат ноги. Они недолго держали, ноги... И ведь не порыв, не одурь - неторопливость, будто столько еще впереди, неспешность и плавность в кромешной синеве, и под пальцами шелк и атлас. И такое наслаждение делать кого-то счастливым лишь тем, что позволять делать счастливым меня... делать то, что он хочет и так хорошо умеет. Умеет так, что сомнения остаются за порогом, за захлопнутой дверью, в немой пустоте дома. И принимая это, и отдавая столько раз, что не сосчитать, купаясь в звуках и задыхаясь на взлетах, часть меня все же знала, что утро придет. Оно всегда приходит.
  
   А утром все рухнуло на меня котлом ледяной воды, на той самой грани, когда еще не знаешь, сон то был или явь. Хуже всего то, что шло время, но я так и не понимал. Больше всего на свете я хотел, чтобы это было сном, только вот от моего желания он не становился менее реальным.
   А потом вошел Дэш в своей белой шелковой пижаме, немного сонный и бледный, принес две чашки кофе и расческу - так чертовски КАК ОБЫЧНО, что не оставалось места ни страху, ни памяти. Он спросил, не болит ли у меня голова после вчерашнего, и попросил расчесать ему волосы, поскольку Лекси еще нет, и я думал, что буду рыдать от счастья или от горя, зарывшись в эти пряди, но к концу процесса мысли истаяли, расслоились, приобрели неверность и шаткость. И та самая рациональная частичка, точно знавшая, что это был не сон, осталась в меньшинстве - хотя никуда и не исчезла. И мы пили кофе и говорили о Лекси, а потом поехали за ней в аэропорт, и все, что было или не было, осталось запертым в спальне, потихоньку впиталось в стены, в мебель, незаметно, как тепло ночника или волос лайта в "ловце снов".
   Мы никогда с тех пор не говорили об этом - если было о чем говорить. Я боялся, что не смогу больше уснуть в этой благоухающей снами комнате, на этой пропитанной сладким кровати, но ошибался. Нельзя сказать, что все изменилось, нет, только иногда приходилось просыпаться с тем ощущением в руках, на губах, по телу - шелк волос и атлас кожи, ваниль с легкой горечью. Элис прав - проще всего, конечно, было поговорить и все прояснить, но Дэш молчал, а меня даже мизерная вероятность реальности этого сна приводила в ужас. Сны я еще мог вытерпеть, но такая явь была мне не по зубам, и последующие пять лет тому доказательство. И сегодняшний день в особенности.
  
   - Льюис, чего вы хотите? - Голос Дэша упал до шепота, и я чуть склонился к нему, чтобы лучше слышать, хотя вряд ли в этом была нужда. - Сделаю все что угодно, клянусь. Все, что скажете. И если вы сомневаетесь, что Лекси будет счастлива со мной, я приму это без возражений, честно. Вы отец, вам лучше знать. Я даже шанса у вас не попрошу, потому что если за десять лет не убедил, то сейчас уже вряд ли...
  
   И тут я почувствовал себя таким дураком и долбаным эгоистом, что чуть не заплакал. Лекси - вот о ком я должен думать, а не о своих идиотских снах и эротических фантазиях, и Дэшил не виноват в том, как реагирует моя физиология на его феромоны. Господи, да люди тратили сотни тысяч, сходили с ума и убивали себя из-за него, с чего я взял, что будет легко? Главное, что меня не беспокоит его дикая тьма, что я доверяю ему как самому себе, что не боюсь за жизнь своей семьи - что он, черт возьми, и есть моя семья. А с остальным я справлюсь, сколько бы времени ни ушло, и ничего не испорчу, чего бы это ни стоило. Перееду в другой дом, Лекси пойдет в колледж... и мы уже не будем видеться так часто... от этой мысли голову сжимала удушливая тоска, но такова жизнь. Она будет традиционной, как эта свадьба, включая голден ретривера и внуков с синими глазами. Я наклонился еще сильнее, так, что мы почти соприкоснулись лбами - у меня тоже не осталось голоса.
  
   - Убедил, меня? Дэш, да ты соображаешь, что несешь? Да ты столько дал нам, мне и Лекси, будто до тебя чего-то не хватало... Ты свет в нашей темной комнате, так что же я могу пожелать дочке, как не такого счастья навсегда?
   - Это здорово, - прошептал он в ответ, и хватка на запястье ослабла, повисла скользящей, ласкающей петлей. - Но у вас все равно есть право спросить, так что... Только пожалуйста, не спрашивайте, кого из вас я люблю больше... просто спросите - люблю ли я Лекси, готов ли на все ради нее, и я отвечу искренне, не сомневайтесь.
   У меня сводило челюсть, но я справлялся. Труднее всего было отодвинуться, хоть немного, чтобы просто увидеть его лицо.
   - Я не собираюсь ничего спрашивать. Только идиот не разобрался бы за десять лет, а я ведь не идиот?.
   Дэш улыбнулся, как-то знакомо горько, а потом обнял меня, на корню погубив все прежние попытки. Хотя это было уже совсем не так. Это было правильно, без разрушений и терзаний, так, как и должно.
   - Нет. Вы очень умный, детектив Стоун.
   - Надеюсь, что так. - Я отстранил его - почти с легкостью - и волосы беспорядочно заструились по груди. - Только одеться-то мы успеем, а что с этим делать, ума не приложу. Дэш, ты слышишь? Чему тут радоваться?
   Он пожал плечами, не прекращая улыбаться, а потом пряди жутковато вздрогнули, распрямились и за секунду легли сами собой в идеальную конструкцию, никаких шпилек и лака, сама простота и красота. Я только выдохнул сквозь зубы.
   - И ты всегда это мог? Ну ты... Что ж нам голову морочил?!
   - Мне просто нравится, когда это делаете вы. Вы с Лекси. Простите, если это было в тягость.
   - Конечно, не было. - Я коснулся пальцем упругого произведения искусства и на всякий случай спросил: - А Бруно знал?
   - Если и знал, то не подавал виду.
  
   - Дэшил Уинтерс, только вздумай повернуть голову!
   Он послушно замер, глядя мне в глаза, а потом медленно отвернулся. Поскольку я не был упомянут, то взглянул - и оно того стоило.
   Лекси была просто ослепительна, она выбрала самое верное платье из четырех, предложенных домом Риоко, - никакой фаты, простое, длинное, усыпанное прозрачными похожими на слезинки камешками с голубым оттенком, и те же крохотные капельки украшали ее распущенные волосы. Я знал, что увижу самую красивую из невест, но к этому нельзя быть готовым. Единственное, из-за чего я тут же не окаменел от восторга, были выглядывающие из-под подола пляжные шлепанцы ядовито-оранжевого цвета, в которых она обычно бегала по дому..
  
   - Ну как я? - Она нервно развела руками. - Нормально?
   - Это... Лекси, я... Ты просто...
   - Спасибо, пап. Дэш, я только хотела убедиться, что ты не передумал и мне не придется выходить за Хано.
   - С чего мне передумать? - Он говорил спокойно, и моя реакция, похоже, не заинтриговала его. Думаю, он чаще меня представлял, как будет выглядеть Лекси в день свадьбы. - Я просто просил у Льюиса твоей руки.
   - Правда? - фыркнула она. - И что он ответил?
   Наконец я обрел дар связной речи и сказал:
   - Что вы прекрасная пара.
   Никогда в жизни не хотел обнять ее сильнее, но побоялся, что развезет обоих. У нее и так, несмотря на браваду, макияж под угрозой.
   - Точно? - теперь дочь уже почти шмыгала носом. - И с чего ты взял?
   Я отлично знал, когда Лекси на грани, и сейчас было похоже на то. Она и так позже всех поддалась этой предсвадебной истерии, держалась до последнего... Ситуацию надо было спасать, и быстро, до церемонии оставалось меньше получаса. Не глядя, Дэшил протянул ей руку, и она сжала ее крепко-крепко.
   - Ладно, не веришь мне - поверь универсальному тесту, разработанному институтом Холи Матримонити имени профессора Стоуна.
   - Чего?.. - растерялась она. Но отвлекающий маневр явно сработал.
   - Итак, собрались, отвечаем на счет три - Буч или Санденс? Раз, два...
   - Санденс, - сказали они хором, и плечи Дэшила вздрогнули от смешка.
   - Харли или Мальборо? Раз, два...
   - Харли, - снова в унисон, и тут Лекси уже не выдержала и расхохоталась. - Это ТАК просто!
   - Тогда сложнее. - Наморщив лоб, я принял самый что ни на есть сосредоточенный вид. - Кто из "Великолепной Семерки"?! Раз... Два...
   - О`Рейли!!!
   Я с недоверием взглянул на профиль Дэша - он был непроницаем. Надо же, три из трех. Самому мне всегда нравился Бритт, хладнокровный и неагрессивный убийца, но не меня тут на совместимость проверяют.
   - Вот видишь. - Я вдруг почувствовал, что мне сжимает горло, и не от смеха. - А теперь брысь одеваться - по очереди! Кстати, с песней определились?
   - Файн Френзи, - ответила она, не оборачиваясь, и Дэш только кивнул. После трех-то из трех это вообще мелочи...
  
   * * *
   Когда я вышел, гости уже собрались и ожидали появления невесты. У алтаря стоял Хано Деар, приятель Лекси по школе, - единственный, с кем общался Дэш, а с другой стороны - Манола и Лориан, тринадцатилетняя сестра Хано. Честно говоря, в отличие от брата, она никогда мне не нравилась - Лекси в ее возрасте была девчонкой с косичками, а на Лориан с ее кокетством и ужимками опытной светской львицы я без отвращения смотреть не мог. Хотя все они, бесспорно, будут украшением массового фото. Чем не обделила природа семейство Деар, так это красотой. Мельком на задних рядах я заметил парня, с отсутствующим видом разглядывающего толпу, - копия Лориан, ее золотые волосы и осанка египетской аристократии. Видимо, тот самый брат, которого я никогда не видел. Бриана в обалденной шляпе и ее Джордж уже заняли свои стулья впереди, Натали тоже приземлилась - лучше ей и не вставать после стольких-то коктейлей. Хоши всегда появлялась внезапно, иногда это казалось невозможным - возникала за спиной, выходила из пустых комнат - вот и сейчас испугала меня в энный раз. Никогда не привыкну. Элис и Риз уже были на местах... все, кого я хотел видеть в первую очередь. Мы не делили места на родню жениха и невесты - с биографией Дэша это было бессмысленно.
  
   И вот этот момент настал. Александрия сменила шлепанцы на туфли и с блеском доказала некоторым, что ей не грозит потеряться на фоне жениха Платье было "новым", туфли - "старым" (у Хоши вечно скапливались горы обуви, обреченной пожизненно скучать в шкафах), украшения - "синим", а перчатки Бри - "одолженным". Надо же, Натали она в свое время их не предложила - сказала, что у нее короткие пальцы...
   У меня все еще периодически сдавливало горло, но независимо от этого я точно знал, что все пройдет хорошо. И я вел к алтарю неземную красавицу, и Бриана изящно промокала глаза кружевным платочком ручной работы, и я даже не запнулся, отвечая на вопрос: кто отдает эту женщину? Я не чувствовал, что отдаю ее, и что его отдаю - тоже не чувствовал, нисколько. Хотя и собирался это исправить.
   Новый дом, колледж, что там еще... Все получится. Должно получиться.
  
   Дэш не сводил с Лекси глаз, и я был благодарен за это. Насколько я знаю, им нравились две песни "A Fine Frenzy" - они выбрали Near to You для первого танца, и отлично, несмотря на сомнительный текст. Потому что вторая называлась Good bye my almost lover.
   Я смотрел, как они танцуют, и у меня кружилась голова. Так тебе и надо, Стоун, надо было после праздника пить, а не до. Хотя пьяным я себя не чувствовал, разбитым - да, уставшим - да, и то, что этому не было физической причины, раздражало вдвое. Я стоял там и старался получать удовольствие от дня, который должен был стать самым счастливым и в моей жизни тоже.
  
   Музыка давно поменялась, неподалеку Лекси уже танцевала с Хано, а Дэшил - с Бри, потом Хано уже танцевал с сестрой, а Лекси - с Ризом. Мне казалось, что я закрыл глаза только на секунду, когда чьи-то прохладные пальцы заползли в ладонь.
   - Можно вас пригласить?..
   Секунда прошла, и мы с Дэшилом уже стояли в центре зала. А вокруг все веселились, и никто не обращал внимания.
   Я был в ступоре, едва переставляя ноги. Рядом, о чем-то молча, кружились Манола и Элис.
   Дэшил выглядел просто волшебно - в прямом смысле, потому что его кожа едва ли не светилась, а глаза переливались, словно "слезинки" с платья Лекси. Он обнял меня за шею, горячо пахнув таким почти болезненно знакомым ароматом сладкого сна, и я не выдержал - уткнулся ему в плечо, прижимая к себе. Слабак.
   И тогда он шепнул мне на ухо:
   - Ничего не было.
   Прошла минута, прежде чем до меня дошло, и я чуть отстранился. Он глядел в упор, и в синих глазах мерцало что-то похожее на укор, а может, повинность.
   - Что?
   - Говорю, не было ничего. Тогда. Это был сон, вы же знаете, я могу навеять... - проговорил он по-прежнему шепотом. - Простите меня, я не хотел. Но вы тоже хороши, столько времени в себе держали... Почему не сказали мне, целых пять лет... мучились.
   Я должен был почувствовать громадное облегчение. Гигантское. Всеобъемлющее. Только оно что-то опаздывало. Не потому, что не поверил - Дэшил врать не умеет, мне тем более, а по причине, о которой даже думать не хотелось.
   - Я решил, не о чем говорить. А тебе кто...
   Дэшил лишь сделал движение подбородком в сторону Элиса, уступающего Ризу право танца с дочерью.
   - Понятно.
   - Боже, Льюис, ну вы даете. - Теперь он держал руки на моих плечах, как девочка из приличной семьи на первом балу. - И все равно разрешили нам с Лекси, хотя и думали... Льюис, я вас не заслужил, я не знаю, что хорошего сделал за то, чтобы встретить вас.
   "А я?", - пронеслось в моей голове, но только там.
   - Ты... делаешь это каждый день.
   - Обнимите меня еще, пожалуйста.
   Меня хватило только на кивок. А еще - коснуться губами виска, закрыть глаза и вдохнуть горьковатую ваниль, и дышать ею без возможности надышаться, хотя бы пока не закончится танец.
  
   - Все хорошо? - Лекси привычно вклинилась между нами, желая потанцевать со мной, но я просто вернул ей Дэшила. Мне нестерпимо хотелось сесть, а еще лучше лечь, и желательно в кому, очень хотелось.
   - Идеально, милая.
  
   Я вполуха слушал Бри, подсевшую за мой стол, а вокруг началось настоящее веселье. Девчонки забрались на сцену, и новообретенный голос Манолы оказался чист и пронзителен, даже слишком, если бы так не ласкал слух. Три блондинки, обнявшись, пели "Girls Just Want To Have Fun", и одна из них сегодня перестала мне принадлежать, и я сам собирался приложить к этому все усилия.
   Беда в том, что для усилия нужны силы.
  
   * * *
   В конце концов, новобрачные уехали в отель, традиционно волоча за машиной связку гремящих банок, а надпись "Молодожены" Хано лично вывел на заднем стекле взбитыми сливками. Через несколько часов празднование стало сходить на нет, и с трудом осилив проводы гостей, я поднялся в свою комнату. О сне не было и речи. Я лишь пялился во тьму опущенных век, вспоминая, на каком этапе еще мог повернуть назад, - и не мог вспомнить. Хотя какая теперь разница? В любом случае, я этого не сделал.
  
   До рассвета оставалась еще пара часов, когда вдруг раздался стук в дверь, и я вздрогнул, как утром на крыше, потому что дом был пуст, а гости обычно не являются за полночь.
   - Я войду?
   - Почему ты здесь?
   Это не звучало как "да", но Дэшил все равно вошел, секунду постоял у двери и присел на край кровати.
   - Мы все здесь... в смысле - я и Лекси. Мы вернулись еще два часа назад, не смогли там уснуть. Не дома. Вошли тихо, чтобы вас не разбудить. А потом я услышал, что у вас музыка играет, и...
   - Где Лекси?
   - Спит, устала очень. И хватила лишнего. - Он подполз ближе, сел рядом, и я уже не двигался, обреченно глядя ему в глаза. - Знаете, я ведь неправду сказал тогда.
   У меня, наверное, ненадолго остановилось сердце, потому что во взгляде Дэшила блеснула обеспокоенность.
   - Вы побледнели, вам плохо?
   - Нет, нормально... Продолжай.
   - Ну, когда сказал "О`Рейли". На самом деле мне нравится Бритт, но я знал, что скажет Лекси. А так хотелось три из трех.
   Я выдохнул. Очень медленно.
   - То, что ты знал правильный ответ, уже зачет.
   Он помолчал, долгую минуту, а потом осторожно произнес:
   - А что, вы думали, я сейчас скажу? Что... то был не сон? Вы этого испугались?
   Отрицать не оставалось смысла, он видел в темноте лучше дюжины кошек, а мое лицо, видно, было красноречивым.
   - Льюис... - Внезапно Дэшил уронил голову мне на колени одним скользящим движением, а его прическа стала расползаться, прядь за прядью, будто перекинули кувшин с уже застывающей смолой. Казалось, что я и чувствую этот растекающийся жар. - Простите меня, это моя вина. Мы просто выпили, и было так сложно отказать себе, тем более что вы тоже... - Я молчал в ступоре, ожидая чего угодно, и он продолжал: - Льюис, я ведь поцеловал вас тогда... когда вы почти отключились. И ушел, клянусь. Я не подумал, что может случиться, простите...
   - Ты сделал что?.. - нервный смешок был заткнут ладонью, но она не смогла сдержать остальное - я смеялся, закрыв лицо руками, а потом просто согнулся, уткнувшись в Дэшила, будто в него целиком, оплетенного ароматом этой всесильной пряности. Я вдруг осознал, что почувствовал, танцуя с Дэшилом сегодня посреди зала или тогда в полумраке этой комнаты, - все это самообман, рано или поздно я с треском проиграю, а может, он. И поцелуями тут не обойдешься. И я не смогу жить в разлуке с ними, и они не смогут. И я сам виноват, что позволил этому зайти так далеко только потому, что, видите ли, был уверен в своих силах и благоразумии. И ни в чем я не виноват на самом деле, а он - так еще меньше. - Один раз?
   - Тогда один... Правда, долго.
   - Как долго?
   - М-м... ну, минут двадцать...
   - О боже. И как оно было - приставать к трупу?
   - Так вы же... не совсем спали, вы...
   - Ясно, проехали. А что значит "тогда один"?
   - Еще раз в июле после вечеринки, вы на террасе заснули, и... Но тогда не так долго, честно. - Он покаянно вздохнул. - Простите меня, а? Просто вы никогда не делали этого после того, как... ну, вы помните. А я устал ждать, почему-то так тяжело оказалось - ждать. Но этого больше не повторится, хотите - поклянусь чем угодно, хоть своей жизнью, хоть...
   - Умолкни. Не смей клясться ничьей жизнью. Я бы вот не стал клясться твоей.
  
   Сил уже не было - ни смеяться, ни плакать. Ни думать. Я только немного привстал, и Дэш, как пружина в замедленном действии, развернулся - недалеко, только чтобы найти мои губы... хотя нет. Скорее, встретить.
   Не знаю, как долго, две минуты или двадцать, но это было так знакомо... лишь чуть больше голода в неспешности, чуть больше порыва в плавности, и горечи чуть больше. Только теперь я в полноте ощущал тьму - не со стороны, а изнутри, в самом ее эпицентре. Тьма колыхалась вокруг меня, та самая, что выела мозг Клинту Кейну, что убила на месте Берлинг и мгновенно свела с ума Шор, - вилась, подрагивала, киша кошмарами и смертью, но она любила меня. Знала меня. Берегла меня и прощала за все. Она дала мне это понять так же четко, как если бы сказала вслух, и я не мог ей не ответить.
  
   Закончить поцелуй оказалось даже сложнее, чем начать. Наконец Дэшил повис на мне обессиленно, волосы сникли неподвижными лозами дикого плюща. Я убрал прилипшие волосинки с его лица, пристроив растрепанную голову к своему плечу, еще и прижимая обеими руками, будто в этом была необходимость. Господи, провались я на этом месте, если Тебя понимаю. То ли проклят, то ли благословен, хоть кидай монетку.
   - Спасибо... - сказал он тихо. - Я так вас люблю.
   Впервые он не добавил следом "и Лекси", и впервые я ответил:
   - И я тебя не меньше.
   - Знаю.
   Это была правда. Уточнять, что дочь все равно всегда будет на первом месте, казалось лишним - вряд ли он и этого не знал.
  
   Я не мог пошевелиться, ощущая себя будто в коконе, окутанный такой слабостью и безразличием к миру за стенами этой комнаты, что не дрогнул, даже когда открылась дверь. И даже когда вошла Лекси, кутаясь в махровый халат - сбросив прекрасную праздничную оболочку, она все еще несла вокруг себя ее сияние. Несмотря на оранжевые тапки, которые даже в полумраке трудно было не заметить.
   Не говоря ни слова, она забралась на кровать, уткнулась в другое мое плечо и только потом сказала:
   - Мы хотели обсудить переезд.
   Это пробудило меня мгновенно. Дэшил лишь протянул руку, чтобы обнять ее, но промолчал.
   - Рад, что ты сама заговорила об этом, милая. - Мой голос звучал хрипло, но, как мне показалось, уверенно, хоть и торопливо. Я столько раз прокручивал в голове этот разговор... - Здесь по соседству есть неплохие дома, я могу съехать в любое время. Если что, пришлю за вещами кого-нибудь, может, даже завтра, или после...
   - Пап.
   - Знаю, вам нравится этот дом, он ваш, и мы будем видеться так часто, как...
   - Пап.
   Наконец я замолк. Они синхронно отлипли от меня и теперь сидели рядом в сереющем предрассветном полумраке, соединив руки, и у Дэшила чуть распухли губы, а глаза истекали мольбой и какой-то томительной, угнетенной скорбью, но он определенно решил не вмешиваться.
   - Пап, это исключено. Ты никуда не бежишь.
   - Лекси...
   В ее голосе появился намек на металл. Ого.
   - Пап, ты все еще думаешь, что мне восемь, но я понимаю куда больше, чем ты можешь и хочешь представить.
   А потом моя взрослая маленькая дочка сжала мое лицо в ладонях, чтобы я не вздумал увести взгляд, и закончила:
   - Я НИКОГДА так с тобой не поступлю.
  
   У каждого человека бывали моменты, когда он хотел провалиться глубоко-глубоко под землю и очень сожалел, что на этом самом месте не получится. Я не провалился. Просто кровь прилила к лицу, и хотя сумрак был все еще плотным, а Дэшил не поднимал глаз, достаточно с меня, что смысл слов был более чем прозрачным.
   Он все молчал, будто вдохнуть боялся. А я не нашел ничего лучше, чем снова притянуть голову Лекси к своей, и его голову тоже, и поцеловать их по очереди в макушки, и кому достался первый поцелуй, было просто случаем. Мне нужна была пауза, вот и все. Согласитесь, когда дочь благословляет тебя на то, на что ты сам благословил ее, причем в этот же день и с этим же человеком - как для кого, а для меня это отдает тем еще извращением.
  
   Лекси отстранилась первой, пригладила волосы и встала.
   - Слушайте, я на ногах не стою. Пойду лягу, а вы оставайтесь... поговорите и все такое.
   И все такое?
   Не знаю, скорее всего, эта очаровательная интонация в ее голосе подействовала - то ли "наконец-я-это-сказала", то ли "боже-мой-неужто-получилось" - но напряжение спало, мгновенно, будто электрический разряд, бьющий меня все это время, вдруг заземлился и ушел. Дэшил сделал мне большие глаза, я кивнул и произнес нарочито серьезно:
   - Лекси, ты не представляешь, как я ценю все, что ты делаешь. Но ты ведь хотела традиционную свадьбу, так что... не лучше ли перенести твои благие намерения на ночь, которая не будет вашей первой брачной?
   - Или день.
   Я шикнул, и Дэшил послушно заткнулся.
   - О, разумеется. - Лекси сделала глубокий реверанс. - Это значит, что сейчас ты вернешь моего супруга, чтобы он мог исполнить свой долг?
   - Александрия, я все еще твой отец.
   В этот момент Дэш, который как никто умел разруливать скользкие ситуации, сошел с постели и перекинул Лекси через плечо, уложившись в секунду. Она завизжала, но было поздно.
   - Уношу, уношу. Спокойной ночи, Льюис.
   - Осторожно там.
   - Слушаюсь.
   Лекси хохотала, пытаясь вырваться, а он пытался уберечь ее голову от стен и притолок, и уже в дверном проеме она проорала: "Папа, я тебя люблю!", и за закрытой дверью я все еще слышал их возню в коридоре.
   Детский сад какой-то.
  
   Оставшись один, я аккуратно лег, словно боясь, что кровать таки рухнет на первый этаж, и уставился в потолок.
   От всего этого я должен был чувствовать себя ужасно, но не чувствовал. И это само по себе, наверное, ужасно.
   На самом деле я не чувствовал себя так хорошо даже в те первые пять лет счастья. И это само по себе, наверное, хорошо.
   Господи, прости нас за нетерпение, как мы прощаем Тебе жестокие шуточки... И спасибо. И за терпение, и за шутки тоже.
  
   Я все еще верю, что сохраняю контроль. Ну, часть контроля.
   И верю, что Дэшил не станет злоупотреблять своей частью. Может, вообще не воспользуется, кто знает. Не уверен, что так уж возражал бы.
   И пусть он всегда будет в комнате, когда я открою дверь.
  
   За пять лет я понял, что есть проблемы, которые игнорировать невозможно. Их нужно или решать, или принимать без остатка. А за этот день я понял, что все же можно решить проблему, приняв ее.
   И если нам удалось нырнуть в это вместе - то, надеюсь, вместе и вынырнем.
  
   * * *
  
   энд
  
   When I'm so close to being yours
   Won't you stay with me, please?
   . . .
   I only know that I am better where you are
   I only know that I am better where you are
   I only know that I belong where you are...
  
   A Fine Frenzy " Near To You"
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   1
  
  
  
  

Оценка: 7.87*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com K.Sveshnikov "Oммо. Начало"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров-2. Легион"(ЛитРПГ) Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Деев "Я – другой 5"(ЛитРПГ) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"