Николаос: другие произведения.

All I ever wanted

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Сайд-стори к "Пяти ночам", где-то после "Second Start" и "It's Christmas Eve". 2009 г.


   All I ever wanted
   All I ever needed
   Is here in my arms
   Words are very unnecessary
   They can only do harm...
  
   Депеш Мод
  
   * * *
   Чего я терпеть не могу - так это не понимать, что происходит. А мой собственный сателлит мне в этом ничем не помогает.
  
   Я, наверное, расслабился, не знаю. Так привык быть внимательным и все замечать, что разучился - и даже не заметил.
   Это была смешанная вечеринка, много народу и прессы, все лакали шампанское и вели непринужденные беседы. Мы и пошли-то туда только потому, что давно никуда не ходили, да и Монти так хотел нас видеть. А он до последнего не слезет, если уж что задумал.
   И вот сейчас он просто подходит ко мне и спрашивает, чуть понизив голос:
   - Демон, а что такое с чико?..
   Я не уверен, что понял вопрос, но тут же нахожу глазами Майка в толпе - он улыбается и флиртует с девушками, он весь вечер так себя ведет. И я просто верить отказываюсь, как мог не обратить внимания - это же так очевидно, это самое под кожей улыбающегося и флиртующего Майка, удушливо-темное, будто небо перед грозой. Какое-то время я еще смотрю, а потом отвечаю:
   - Все нормально. Просто работает над делом, это забирает все его мысли. И силы. Ты же знаешь, какой он дотошный.
   Монтеррос кивает, но объяснение его явно не удовлетворило. Похоже, ко всему я еще и врать разучился. А может, он просто знает меня лучше других.
  
   Переждав пару секунд, я оставляю бокал и подхожу к Майку. И чем ближе, тем теснее его сжимает невидимая тьма... интересно, а если бы не Монти, я что, вообще бы ничего не заметил?
   - Тебе весело?
   Он улыбается мне так, будто лет сто не видел. И говорит:
   - Очень, но... Можно, я домой пойду? У меня завтра слушанье, надо выспаться.
   Я внимательно смотрю на него. И отвечаю:
   - Конечно. Я передам Монти твои извинения.
   Майк целует меня в щеку, едва коснувшись, и уходит, не оглядываясь.
   - Что? - спрашивает тут же возникший из толпы Монти. Я пасую ему улыбку Майка, для верности хлопнув по плечу - на это плече племя пигмеев может вполне устраивать футбольные матчи.
   - Да все в порядке, я же говорил.
   Да, все в порядке. Кроме того, что Майк соврал мне в глаза впервые в жизни.
  
   * * *
   Я заметил, что многие мои цветы росли лучше, когда он поливал их своими слезами. А другие растут лучше сейчас.
  
   Надо сказать, я все же смирился с собственной неуникальностью. Возможно, считать себя выше правил на самом деле достаточно глупо. И если по законам отношений хозяина и сателлита Майк мне зачем-то необходим, то так тому и быть. Мне - тому мне, у которого есть сателлит - приятно то, что я делаю, а отказывать себе в приятностях я не привык. Если Майку Норману при этом приятно тоже, то это лишь совпадение в его пользу. В конце концов, наблюдать за счастливым Майком так же увлекательно, как за несчастным.
  
   Я покидаю вечеринку, но еду не домой. В этом нет никакой необходимости.
   Свист ракетки, рассекающей воздух, слышен мне еще со стоянки.
   Майк отбивает один мяч за другим с маниакальной сосредоточенностью, не обращая на меня внимания, пока я не выключаю автомат подачи.
   - А мне казалось, тебе надо выспаться.
   - Я передумал, - отвечает он без тени раскаяния. Второй раз, будто врать мне для него рутинное дело.
   - Знаешь, миленький, филигранная ложь - большой плюс для адвоката.
   - Слушай, оставь меня в покое! - огрызается он. - Включи автомат или играй.
   Майк повышал на меня голос раз в жизни, давным-давно. Я посоветовал ему больше так не делать, и он больше так не делал. Он гнется в любую сторону под любым углом, гибкость - одно из моих любимых его качеств, как и терпеливость. Но я знаю, что грубит он исключительно от страха или отчаяния.
   И это мне не нравится. Тому мне, у которого есть сателлит, и кого я согласился считать собой.
   Я беру ракетку и подаю. Сильно.
   Майк отбивает, сцепив зубы и фыркая, раз за разом. Я его, может, и мучил по-всякому, и больно делал не раз, но никогда не бил, а сейчас - хочу. Именно - ударить. Врезать так, чтобы пробить дыру в сетке, чтобы сбить его с ног, но вместо этого я вдруг пропускаю. По-настоящему, не поддаваясь.
   Он знает, что это по-настоящему, и в другое время был бы просто на седьмом небе от счастья. А сейчас просто стоит, уперев ракетку в землю, будто опору ищет.
   Я отшвыриваю свою в сторону футов на сорок и подхожу.
   - Пойдем домой.
  
   Мой голос звучит неожиданно ласково - для нас обоих неожиданно. Майк смотрит не мигая, я знаю по имени каждую ресницу на его глазах. И знаю, что он только выглядит взрослым мальчиком, но на самом деле довести его до слез раз плюнуть. Правда, уже какое-то время я такого не помню. Как и полночный теннис без партнера.
   Как и то, что он снова начал зажигать ночник...
   В машине Майк внезапно жмется ко мне, рука, обхватившая мой локоть, дрожит. Мы едем домой, и всю дорогу я думаю про ночник и про то, почему не придал этому значения. Если бы он избегал меня - открывал бы на день ставни. А он просто свет зажигает. Значит, для себя. И значит, что-то не так.
   Когда машина останавливается, он выпрыгивает из нее и скрывается в доме, не дожидаясь меня.
   Я ставлю авто и поднимаюсь. Из-под двери в комнату Майка течет мягкий свет.
   Почти минуту я стою, перед тем как сжать ручку двери. Еще минуту - перед тем как нажать.
   Дверь подается с силой, словно в этот же момент ее рванули изнутри.
  
   В расширенных зрачках Майка можно затерять целую галактику. Но я не успеваю осмыслить зрелище - в следующее мгновение он падает к моим ногам, одновременно плавно и пугающе, как рушится взорванное здание. Тыкается лицом в мои колени, и мне становится жутко, давнее, забытое, неуместное чувство.
   - Прости, прости меня, пожалуйста, прости... - шепчет он, пока я заставляю его встать - цепляется за пояс джинсов, за полы рубашки, расстегивая все пуговицы, что встречаются на пути вверх.
   - Да за что?
   - Я был резок... я не имел права... ни права, ни причин...
   - Что-то случилось? - спрашиваю я наконец.
   Он мотает головой и молча тянет меня вглубь спальни, по пути выдергивая ночник из розетки, роняя его на пол.
   Ощущение рук, порхающих по всему телу. Сухих губ и горячего дыхания. От этого хочется закрыть глаза, я так и делаю.
   Секс с людьми - это как сервировать стол перед ужином. Секс со своими - необязательный фон для отношений. С Майком всегда было иначе, он мало интересовал меня в качестве еды, и еще меньше - в качестве любовника. Все постельные экзерсисы были исключительно частью программы, пока я не заметил, что он получает от этого искреннее физическое удовольствие. От секса - не от меня.
   Как ни странно, сейчас я впервые чувствую, что дело не в сексе, а во мне.
   Дело всегда было во мне - с другими. Но Майку нравился секс, даже когда не нравился я.
   Не уверен, что раньше мы хоть раз занимались любовью.
  
   Интересно, думает ли он, что я его люблю? Я ведь такого не говорил. Я сказал, что он мне нужен, и это правда. Нужен, чтобы чувствовать себя хорошо, и в других объяснениях необходимости нет.
   Интересно, думает ли он, что любит меня?..
   Раньше я считал, что Майк не настолько глуп. Он ведь знает, что лежит в основе нашей связи, на него это повлияло раньше, на меня - позже, но в результате мы все равно пришли к одному. И раз я смирился с этим - так ему сам бог велел.
   Теперь мне кажется, что не все так просто...
  
   Майк всхлипывает, но когда я провожу пальцами по его щекам, там сухо. Я не открываю глаза, чтобы хоть немного нас уравнять.
   Он вынимает из волос шпильку и сильно царапает свое запястье, сгиб руки, над ключицей - тонкий запах крови наполняет комнату в считанные секунды, как ядовитый газ. Тьма опущенных век алеет.
   Майк припадает ко мне всем телом, чуть отстраняясь раз за разом, только чтоб вдохнуть. Он разлизывает кровь по моей коже. В какой-то момент я сжимаю его волосы в кулаке, сильно.
   - Что? - спрашиваю снова.
   Он молчит, выгибаясь от боли. Когда отпускаю - целует испачканными кровью губами, тянет на себя, как одеяло.
   - Ты же здесь, - шепчет невнятно, - что может случиться?.. Пока ты здесь, ничего не случится... Нет, ничего...
   Я накрываю его, впившись в пораненную руку, и это вызывает у него захлебывающийся вскрик, без преуменьшения - счастья. Я резко меняю положение, сажая его сверху, и он покрывает поцелуями мое лицо. Я снова подминаю его под себя, и Майк сжимает меня руками, ногами, как может, будто желая впечататься в меня навеки.
   И я... не знаю, но я хочу впечатать его в себя.
   Теперь понимаю, что до этого мы никогда не занимались любовью. Но исправить легче то, что можно сформулировать. А сформулировать что бы то ни было трудно, если об этом не говоришь. Мы - не говорили. Мы вообще не много говорили.
  
   Я просыпаюсь, когда Майк на ощупь собирается в суд, но не подаю вида. Прощаясь, он осторожно целует мне руку и несколько секунд стоит у кровати на коленях.
  
   Когда он уходит, я делаю несколько телефонных звонков. А потом вызываю машину Монти, которая возит нас днем.
  
   Больше спрашивать не стану - достаточно лишь вспомнить, когда началось. Считая с ночника - двумя неделями после того, как Майк вернулся из Нью-Йорка. Узнать, где он был и кому звонил, тоже не проблема. Поэтому уже через час я еду в Utor Hospital.
   Это филиал Нью-Йоркской лечебницы для жертв... для наших жертв, в общем. Исследовательский центр, или что-то вроде того. Я объясняю свою проблему, и меня тут же проводят куда надо.
   - Доктор примет вас через минуту.
   Я вхожу без предупреждения.
  
   Как быстро все меняется. Еще недавно люди носили слэйеров на руках, а теперь такие, как мы, уже могут иметь официальную докторскую степень. Прямо Чикаго какое-то.
   Кабинет очень уютный, много антиквариата, стилизации под эпоху инков и ни одного цветка, у стены - фортепиано "Блютнер". Хозяйка всего этого добра сидит за столом, на мгновение в ее глазах загорается огонек недовольства, но она гасит его взмахом ресниц.
   - Генри? Рада тебя видеть.
   - Доктор, надо же... и с каких пор?
   Кажется, она уже с порога кидает на меня свое влияние - а ничего, окрепла. На людей наверняка действует безотказно, но об меня только зря зубы ломает.
   - Просто Кару, будь так добр.
   Она указывает на кресло. Вместо этого я сажусь за фортепиано и пробегаю пальцами по клавишам. Настроено... Снова ловлю ее недовольный взгляд и начинаю наигрывать "Энтертейнер".
   - Что тебя привело?
   - Мой сателлит, - отвечаю, не прекращая играть. - Но ты, думаю, в курсе.
   Кару улыбается, хотя и чуть раздражена. Спорю, еще пять минут, и она хлопнет крышкой Блютнера прямо мне по пальцам.
   - Да, разумеется. Майк Норман. Его попросили - и он сдал кровь для исследований, когда был в Нью-Йорке. Он тебе не сказал?
   Я плавно перехожу на полонез Огинского, и на ее лице проявляется знакомое высокомерное выражение. Сидди. Несомненно, Кару унаследовала все самое непригодное от своего прайма.
   - Что за исследования?
   - Как ты знаешь, сателлиты явление довольно редкое, если не сказать экзотическое, - сообщает она, выйдя из-за стола и присев на его край. Потрясающие волосы - они точно не были такими гладкими и ухоженными, когда мы виделись в последний раз. - В нашей стране сорок три Мастера штатов, и угадай, у скольких из них есть сателлит?
   Я никак не реагирую, и она продолжает:
   - У четырех. И по основной массе статистика не выше.
   - Это ты обо мне?
   Улыбка. Мои пальцы почти на автомате снова возвращаются к "Энтертейнеру".
   - Люди хотят исследовать их особенности, чтобы помочь себе. Иммунитет к болезням, долголетие и все прочее... Мы уже многих изучили, но результаты анализов твоего Майка Нормана оказались столь неожиданными, что мы не могли ему об этом не сообщить.
   Я прекращаю играть. Кару воспринимает это как победу - подходит скользящей сексапильной походкой и бережно опускает крышку.
   - И что вы сказали?
   Она качает головой.
   - Знаешь, что на самом деле интересно, Генри? Почему из всех людей, из такого огромного количества людей ты выбрал именно этого... Как такое могло произойти?
   - Послушай, Кару... Можешь сколько угодно изображать из себя и доктора медицины, и древнюю кечуанскую жрицу, но я прекрасно знаю, кто ты на самом деле. Оборванка по имени Кармен Прадо, приплывшая с Кубы несколько десятков лет назад на автомобильной камере с двадцатью долларами в пластиковом пакете. Так что давай я буду решать, что интересно, а что нет.
   У Кару хищно вздрагивает верхняя губа, но она сохраняет видимость спокойствия. Так оно лучше, по крайней мере, перестанет следить за моими эмоциями, как кот за мышью.
  
   - Так что ему сказали?
   - Ничего, - пожимает она плечами. - Он не захотел слушать. Как только я сообщила, что его кровь не совсем... обычная, он спросил, хорошие ли новости. А когда я ответила, что не совсем, он сказал, что не хочет слышать плохие новости от меня. И ушел. Замечательный парень, ты превосходно его воспитал.
   Кару смотрит в упор, я тоже. И в какой-то момент понимаю, что устал от этой ерунды, и плевать хотел, что она прочтет на моем лице.
   - Тогда выслушаю я.
   - Вообще-то это конфиденциально, но... - Она перехватывает мой взгляд и тут же разумно решает больше не играть и не спорить. - Поскольку Майк принадлежит тебе, то и информация тоже. Хотя как раз вопрос принадлежности и стоит считать довольно спорным.
   Она ждет вопроса, но я молчу.
   - Дело в том, что мы отделили твою кровь от его и на всякий случай даже сравнили с тем образцом, что хранится в базе. Результат один - Майк не твой сателлит.
   - То есть как?..
   Доктор Прадо наслаждается эффектом - ну и черт с ней. Она вообще перестала существовать, вся, кроме голоса.
  
   - Понимаю, это звучит странно, но так и есть. Он очень особенный, хотя не сам по себе, а только в сочетании с тобой. Возможно, и с любым другим, но это уже не проверить. Потому я и спросила, как вас угораздило найти друг друга, это ж немыслимое совпадение... - Ее смешок проезжает по моему мозгу, как борона. - Или НЕсовпадение, что вернее. Видишь ли, Генри, Майк формально твой, но он от тебя не зависит, как и ты не зависишь от него. У него все признаки сателлита, но связи между вами нет и никогда не было. Такое можно представить, будь ты далеко и оставь ему своей крови на пользование, но насколько я понимаю - вы вместе. Это феномен, Генри. Твой мальчик - феномен, и возможно, это нам сможет пригодиться в работе.
   Нет, не сейчас. Я мысленно сгружаю всю эту ересь в кладовую у себя в голове и захлопываю дверь. Не сейчас.
   - Почему ты сказала, что новости плохие?
   - Как это ни печально, он не будет радовать тебя столько времени, сколько им, сателлитам, обычно отведено... Хотя, может, это и к лучшему, ведь без связи он тебе быстро надоест.
   Улыбаясь, я медленно подсовываю пальцы под крышку фортепиано.
   - Могу я поговорить с кем-то поавторитетнее тебя?
   Она непроизвольно хмурится. Да, ей еще работать и работать...
   - Не думаю, но... Как хочешь. Доктор Лот из Нью-Йорка сегодня здесь читает лекцию, пробудет еще два дня. Его клиника как раз и ведет подобные исследования.
   - Пришли мне счет.
   - За что?
   Не уменьшая улыбку, я вполсилы грохаю крышкой так, что звук агонии взлетает к потолку, а внутри что-то трескается - так же, как и брови Кару.
   - За это.
   * * *
  
   Доктора Лота зовут Джошуа, он хорош собой и биологически старше меня лет на десять, но на свой возраст не выглядит. У него потрясающе ровная смуглая кожа и глаза ручной дикой кошки. Он кажется немного напряженным по телефону, однако просит подождать его в клинике и приезжает сразу после выступления, пропустив фуршет.
   И еще он мне чем-то смутно знаком, хотя я сто процентов уверен, что мы никогда прежде не встречались.
   Повторяет он то же, что и Кару, но другими словами, пошире и в терминах, которые я пропускаю мимо ушей. Для меня это и так самое верное подтверждение правды.
   - И чего от всего этого ждать? - спрашиваю наконец. Доктор Лот делает скупой жест руками - о да, он, наверное, лучше всех на свете сообщает пациентам, что им недолго осталось.
   - Как вам сказать. Все... радости отношений. - Он произнес "радости" как "горести". - Как давно вы вместе?
   - Недавно, - говорю сквозь зубы, и он чуть опускает глаза.
   - Значит, еще почувствуете всё. Всё человеческое, от чего вас не оберегает связь. Ревность. Сомнения. Не исключено, что и разрыв. Но даже если нет, то проблемы могут быть... потом.
   - Когда потом?
   - В конце. Связь обеспечивает сателлиту плавный уход, а хозяину - притупление чувств. У вас так не будет. У вас будет как у людей. И потерю придется переносить так, как переносят потери...
   Я смотрю и думаю, что могу сейчас откусить ему язык и выпить в поцелуе за четыре минуты. И эта красота умрет на моих руках, как сотню раз до этого. И почему мне тошно от подобной мысли, не представляю.
   - И как же их переносят? - спрашиваю почти зло.
   Он встречается со мной взглядом, и там вдруг проскальзывает тень невыносимой, глубоко и заживо похороненной тоски.
   - Тяжело.
  
   И я верю ему на слово.
   * * *
  
   Когда покидаю кабинет, в приемном покое ждет Майк - сидит в кресле, листая журналы. Он не был так бледен, даже пролежав два года в коме.
   Увидев меня, он встает, спокойно, но не замечая упавший на пол журнал. Пару секунд смотрит, а потом спрашивает:
   - Сколько?..
  
   - Лет семьдесят.
   Майк скашивает глаза и тут же возвращает.
   - А я...
   - Нет. Не постареешь.
   Он кивает.
   - Ладно. Значит, все нормально. Идем.
   Нормально? Похоже, он больше ни о чем не хочет знать, а я не хочу рассказывать. В свете этих объяснений все приобрело новый, такой извращенный смысл, что разобрать это понадобится время. Если пожелаю разбираться.
   Майк по-прежнему спокоен, сидит прямо, смотрит в окно. Иногда - на меня, едва заметно улыбаясь. На вид это его не слишком шокировало, однако то, что заметил Монти, никуда не делось, осталось при нем, как вторая кожа, как погребенная печаль доктора Лота. Я наблюдаю за ним, чтобы не думать о себе.
   Он что-то говорит о сегодняшнем слушанье, но клянусь - не слышу ни слова, будто под водой. Наконец прорывается что-то про посылку, и я включаюсь:
   - Что?
   - Это химикаты прислали. Те, что ты заказывал для суккулентов. Сейчас переоденусь и займусь ими.
   Я захватываю ящик в дом, мы вдвоем поднимаемся по лестнице. И все так мирно, словно сию минуту взорвется, только вот не знаю, когда именно. Покидаю его лишь на минуту, чтобы отнести посылку в оранжерею, и через эту долгую минуту нахожу в своей комнате.
   Майк стоит у окна, сжимая в пальцах какой-то предмет, даже не сразу разбираю, что это.
   - Демон... кажется... она умирает.
   Это два мертвых листа монстеры. Мне казалось, что еще вчера она была в порядке... хотя, если подумать, я и не помню, когда смотрел на нее в последний раз.
   Он глубоко вдыхает, словно не хватает воздуха, и машинально гладит почерневшие листья.
   - Эй...
   - Да все нормально... В конце концов... она уже старая была. Просто пришло ее время.
   Майк улыбается, словно в подтверждение своих слов, и теряет сознание.
  
   Я могу поймать его раз десять по пути до пола. Но он падает, а я стою и смотрю.
   Проходит какое-то время, прежде чем я опускаюсь на пол, ложась рядом с ним. Стук его сердца замедлен, кровоток тоже. Поэтому мне слышно, когда Майк наконец приходит в себя.
   - Как ты к ней относился? - спрашивает он шепотом.
   - Хорошо, ты же знаешь. Я всегда хорошо... к ней относился.
   - Нет, ты всегда хорошо с ней обращался. Разве это одно и то же?
   - Это всего лишь листья. Мне кажется, ты рано ее хоронишь.
  
   Майк придвигается ближе, я нахожу его ледяную руку.
   - Но рано или поздно она засохнет, будто и не было.
   - Скорей всего. Жил же я без нее.
   - И не будешь ее вспоминать?
   - Отчего же.
   Я привстаю, опираясь на локоть, Майк тоже, и мы встречаемся глазами.
   - А что ты вспомнишь, Демон?
   - Что она была красивой. И украшала мою комнату.
   Наконец он улыбается, и даже сквозь слезы это самая настоящая улыбка, убивающая тьму. Ее хочется копировать и рассылать, как идиотские письма счастья.
   - А знаешь, что я думаю, Майк Норман? Что даже после десяти лет практики ты ни хрена не смыслишь в садоводстве. Ведь невооруженным глазом видно, она не умирает - у нее просто осенняя депрессия, а это значит... что ее нужно пересадить. - Я встаю и поднимаю его вместе с собой, легко, как этот самый опавший лист. Майку приходится обнять меня за шею, и он уже почти смеется, когда я с нарочитой аккуратностью помещаю его в кресло. - И - подкормить. Как думаешь, что она хочет?
   - Пиццы. И шампанского.
   - Всегда знал, что у нее изысканный вкус.
  
   Я заказываю пиццу, пока Майк пьет шампанское прямо из горлышка. Потом присоединяюсь к нему, и в странном, пугающе комфортном молчании мы допиваем бутылку до дна, когда звонят в дверь. Что-то быстро.
   Однако это не пицца, а Монти. Его улыбка запросто разделит пальму первенства с Челюстями и всем Парком Юрского периода.
   - Вот, мимо проезжал, - сообщает он. - Как у вас, эста бьен?
   Черт, для чего еще нужны друзья.
   - Бьен, зануда. Лучше некуда.
   - Можно зайти?
   Едва он успевает сделать пару шагов внутрь, как снова звонят в дверь.
  
   - Ваш заказ! - Пицца-бой смело шагает за порог несмотря на то, что в холле кромешная тьма, а у нас, по всему видимому, горят глаза. - С вас десять баксов, чаевые приветствуются. И даже не спрашивать не буду, на фига вам сдалась пицца.
   Я не нахожу слов - забавный, однако, парнишка. Лет пятнадцать от силы, а может, и меньше, из-под криво надетой бейсболки торчат непослушные темные волосы.
   - Младенец, а мама знает, где ты?
   - Мама, между прочим, ночами пашет. А младенец, между прочим, вполне в состоянии зарабатывать собственные деньги. И маме, между прочим, знать об этом не обязательно.
   Он смотрит в упор, и я вдруг вспоминаю, где видел эти наглые-наглые синие глаза. Меня сбил с толку цвет волос, но краситься в блондинку еще никто не запрещал.
   - Твою маму зовут Патриция?
   - Блин! - восклицает он с чувством. - Блин, блин, блин!! Ну есть в этом городе хоть кто-то, кому она дом не покупала, а?
   - Среди нас - вряд ли. К тому же я ей еще не тем обязан.
   - Вы ж не мой отец? - спрашивает он подозрительно, и я не могу сдержать смешок.
   - Пока нет, миленький.
   В этот момент Монти сурово тычет мне кулаком в спину, предлагая заткнуться, и наконец зажигает свет. Появление двухметровой глыбы рядом со мной ввергает парня в шок - однако совсем не в тот, что был бы уместен.
   - Вы... о боже, вы Монтеррос? - ахает он в благоговении. Я сразу перестал для него существовать, он делает еще несколько шагов и роняет руку в кулак Монти. - Вау!!! Санни Дориан, я, блин, ваш самый большой фанат! Вы супер!!! Да я тащусь от ваших шоу, не могу! Жаль, что не пускают, но я всегда смотрю он-лайн, и записываю, у меня есть все программы!!! Вау, мне просто никто не поверит...
   А вот сейчас я смотрю не на мальчишку, а на Монти, и это что-то. Большой кусок масла, тающий на солнце - странное сравнение для тех, кто плохо помнит и масло, и солнце.
   - Ты это... правда так хотел бы попасть внутрь?
   - Блин, да не то слово, как хотел бы! - Санни делает неопределенный жест рукой - вторую все еще держит мой друг Повелитель Арены, Мастер Бостона и штата Массачусетс, и похоже, отпускать никто из них не собирается. - Да это ж суперкласс просто!
   - Может, я и мог бы это устроить, если мама не будет против.
   - Мама - будет, - убежденно восклицает Санни. - Но она ж не узнает, да? Сэр, ну скажите, бога ради, что вы серьезно, а то у меня щас сердце лопнет, честно.
   - Слушай, а зови меня Монти.
   - Вау... Я столько хотел бы поспрашивать, но вы ж заняты, наверное! А можно, я потом приду? А можно, я вам позвоню?
   Монтеррос смотрит на меня влажными глазами Санни, и я пожимаю плечами.
   - Зачем потом? Присоединяйтесь.
   Солнце Дориан едва не взвизгивает, в это время на лестнице появляется Майк. Или стоит там уже какое-то время, не знаю.
   - Майк, знакомься, это Санни.
   - Здоров, - мальчишка даже не утруждает себя взглянуть. Он пялится на Монти, источая концентрированный восторг, а тот - на него. И я правда невнимателен - считал, что Монти уже пару лет как вернулся в норму, однако же это происходит прямо сейчас. Ни разу со смерти Сони не видел, чтобы у него так глаза сияли.
  
   Они проходят вверх, а я дергаю Майка за рукав и шепчу ему на ухо то, от чего у него глаза округляются, как у собак из андерсеновской сказки.
   - Это Солнце?.. Да ему же два годика было...
   - Точно не твой?
   - Считать научись! - шипит Майк оскорбленно, запуская ногти мне в руку, и это так забавно. Нет, определенно надо иногда позволять ему дерзости. - Я не первый, кто кинул Триш, и даже не второй.
  
   Наверху мы располагаемся в гостиной, Солнце Дориан со здоровым аппетитом жует пиццу и одновременно говорит, чтобы не упустить ни секунды. Они с Монти обсуждают какую-то игру, которую Санни всегда мечтал написать по "Колизею", и идея, между прочим, хороша. И даже очень. Майк слушает их, прикладываясь ко второй бутылке, аспириновая бледность помалу сходит с его лица. Что чувствую я - так это опьянение, легкое и невесомое, как пузырьки шампанского.
   - А пивасик есть? - невинно интересуется Санни, заглатывая очередной кусок пепперони.
   - Может, и есть, мой миленький, - отвечаю, едва сдерживая улыбку-оскал, - но ты же понимаешь - закон для всех один.
   - Ой, вот этого не надо! - фыркает он. - Все знают, что вы и есть закон, так что нарушать так нарушать.
   Монти осуждающе качает головой, но актер он хреновый, по крайней мере, сию минуту.
   - Спиртное вредно для мозгов. Тебе же еще в колледж, елки-палки, нет?
   - Колледж - отстой! - объявляет Солнце Дориан. - Я игры буду писать, а для этого высшее образование на фиг не надо. Трата времени.
   - Колледж нужен, чикито, - возражает Монти. - Я бы, меж прочим, не отказался от ВО, чтобы тут некоторые, - он кивает в мою сторону, - интеллектом не давили.
   - И кто тебе мешал? - не удерживаюсь я. - "Некоторые" вообще-то, если помнишь, читать научились после тридцати. И сами, все сами.
   - Ну это же твои жрецы, или как их там, решали, - Монти задумчиво дергает себя за кончик хвоста. - Ты же у них был... как его?.. аватар? Аватара?..
   Я закатываю глаза. Он и правда слишком много времени проводит в сети.
   - Играй меньше, Монти. Нахватался не пойми чего.
   - Слушай, - не отстает он, - а если бы ты не сбежал? Так и провел бы всю жизнь в четырех...
   - Санни, - говорю я внезапно, прерывая его. - Твоя мать правда не волнуется?
   Синие глаза вспыхивают искрами самодовольства.
   - Не-а. Я сказал, что ночую у Стэнли. Что нам задали проект по физике.
   - И не стыдно врать?
   - А кто врет? Проект-то задали. И Стэнли как раз им занят.
   Нет, с именем мама определенно прогадала. Солнечного в нем не больше, чем во мне...
  
   Мы сидим еще час, прежде чем Монти вспоминает, что у нас могли быть другие планы, и предлагает Санни экскурсию за кулисы "Колизея". Тот прыгает ему на шею с воплем "я вас обожаюобожаюобожаю!", и на выходе мне лишь удается бросить Монти выразительный взгляд, на что он отвечает мне искренним возмущением. Да шучу я. Сам знаю - Монти у нас кто угодно, но не педофил.
   Закрыв за ними дверь, я опираюсь об нее спиной.
   - Думал, они никогда не уйдут...
  
   Майк сидит на последней ступеньке, уперев подбородок в ладони.
   - Я тебя обожаю, - говорит он серьезно.
   Наверное, нужно еще пару тысячелетий, чтобы вернуть лицу былую гибкость. Наверное, нужно этого захотеть.
   - Тебе по статусу положено, - отвечаю наконец, и лишь надеюсь, что он не видит мою ложь так, как Монти.
   - Но тебе нет. А ты его любишь, - Майк делает жест мизинцем в сторону двери. - Значит, ты в принципе на это способен. И значит... у меня есть шанс дождаться.
   Я обхожу его, поднимаясь на несколько ступенек выше, он глядит вслед, но остается на месте.
   - Смотри, миленький, времени не так уж много. Как выяснилось.
   - Знаю, и потому откладывать не собираюсь. Ты пойдешь со мной на свидание?
   - Что?..
   - Я приглашаю тебя на свидание, - повторяет Майк. - Завтра в девять у Омнимакс. - Я все молчу, и он добавляет: - Мы выиграли процесс Брукс против Доэрти, так что деньги у меня теперь есть, и можно потратить их на что захочешь.
   Надо же. Он отпустил убийцу на свободу, чтобы сводить меня в кино?...
   - Ага, - выдаю наконец, - прекрасная идея. И какой будет следующий шаг, знакомиться с родней? С Макбетами я знаком, с твоей мамой тоже. У тебя есть еще родственники?
   - Тетя Эсми и тетя Шарлотт в Омахе. И тетя Люсиль - если жива еще. Они сильно не одобряли отца, так что не исключено, что ты им понравишься.
   - А дальше что, купить кольцо?
   - Там увидим. Может, я тебе куплю.
  
   Майк поднимается, медленно, словно растет, и в этот раз сам обходит меня, едва касаясь плечом, рукой, прядью волос. Машинально я ловлю его пальцы и не отпускаю - знаю, сейчас ему надо уйти, выплакаться, всегда помогало, но - не отпускаю. И говорю - совсем не то, о чем думаю:
   - Я никогда не бывал в Омахе. И я умею нравиться старым леди.
   - Не сомневаюсь. А теперь прости - хочу выспаться, чтобы хорошо выглядеть. Ты ведь придешь, не забудешь?
   Киваю - словно кто-то сгибает шею за меня, и ослабляю хватку, позволяя пальцам выскользнуть.
   Одарив напоследок ясной, плывущей улыбкой, он исчезает из виду.
  
   Я снова сажусь в авто и еду куда глаза глядят - как выяснилось, к Утор Хоспитал. Там я захожу в донорский пункт (пресное, безвкусное как талый снег насыщение), а вернувшись, в какой-то момент понимаю, что просто сижу в машине и никуда не еду. Со стороны может показаться, что я глубоко задумался, однако это не так. Мое сознание бомбардируют тысячи случайных картинок из прошлого, словно мозг идет на все, только чтобы как раз и не думать.
   В другое время я разобрал бы все эти двенадцать лет по кирпичику, чтобы понять, что за раствор держит их вместе... Но их можно потом не собрать. А мне - тому мне, кого я согласился считать собой - кажется, жаль этой постройки. Она казалась такой обманчиво шаткой, как то временное, что прочнее постоянного.
   Некоторые мысли все же даются нелегко, и я задвигаю их подальше. Всю жизнь так делаю, не новость.
  
   Как трогаюсь с места, тоже не замечаю. Только углядев знакомый джип-переросток, соображаю, что я на стоянке у "Колизея".
   Монтеррос открывает мне дверцу. На заднем сидении, укрытый его кожаной курткой, видит десятые сны Солнце Дориан.
   - Жаль, не могу отвезти его в школу...
   - Там нет подземного гаража?
   Он смотрит с укоризной, но сбить себя с толку не дает.
   - Рассказывай давай.
   И я рассказываю. Удивительно - Монти чуть ли не единственный, перед кем я не хотел бы терять лицо, и все равно рассказываю. Мне не очень нравятся слова, вылетающие из моего рта, но других просто нет. С другими словами будет другой смысл.
   Монти не сводит с меня глаз, барабаня пальцами по рулю, и в кои-то веки я понятия не имею, что значит это выражение. Он вообще на эмоции не скуп, почти как при жизни, и читать его легче легкого. Всегда - но не сейчас.
   - Ты прекратишь? - не выдерживаю я наконец. - Что, по-твоему, эта физиономия должна значить?
   - Ну какой же вы глупый, - раздается вдруг сзади дремотный голос. - Такой взрослый - и такой глупый...
   Мы синхронно оглядываемся. Санни моргает заспанными глазами, потирая их кулаком.
   - Прошу прощения?...
   - Он хочет сказать, что РАД ЗА ВАС, - объясняет он.- Что ж тут непонятного ваще?
   В демонстративном шоке я возвращаю взгляд Монти, и тот разводит руками.
   - Ми Соня... ми амор, она ж полюбила меня еще до того, как стала моим сателлитом. Я хочу надеяться, что все у нас было по-настоящему. И всегда надеялся, что у тебя это тоже будет.
   Тут даже добавить нечего, сентиментальное чудовище. Я пожимаю плечами - мол, ответ принят, и вдруг меня осеняет - ведь может быть, что и Соня была такой, как Майк. Она ведь умерла рано и не от той причины, от которой может умереть сателлит... Однако серьезно боюсь, что он мне тут разрыдается, - потом скажу. Вместо этого обращаюсь к нашему пассажиру, не оборачиваясь:
   - А в твоем возрасте, юноша, уже пора научиться ценить собственную жизнь.
   - Я вас не боюсь, - бормочет Санни сквозь зевок, снова падая в сон. - Все равно вы мне ничего не сделаете...
   Вот маленький наглец, весь в мать. Монти едва сдерживает смех.
  
   - Что, рыцарь, - спрашиваю, - правда бы не поделился?
   - А ты поделился бы Майком? - задает он встречный вопрос, неожиданно серьезно, хотя в глазах еще смех, как искры статического электричества. Поверить не могу, что он сравнивает.
   - Насколько помню, я делился.
   - Так то когда было, а сейчас разрешил бы? - Не дождавшись реакции, Монти продолжает. - Мадре де диос, подумаю - вздрогну... и как он может на меня смотреть после этого... Вспомнить дико. - Он опускает глаза, морщась и теряя искорки с каждым словом. - Ему ж так больно было, я так его напугал, но он старался, терпел... И вытерпел, не отключился даже. А потом, знаешь, подполз, уткнулся, - Монти показывает куда - на свой пудовый бицепс, - и так сидел, даже на слезы сил не было. Тогда я его к тебе отнес, помнишь? Ты еще спросил: "Понравилось?"
   - А ты меня послал.
   - Неужели, - Монти едва заметно улыбается. - У тебя лицо дергается, Демон. Это ответ на мой вопрос лучше некуда.
   И единственное, что я могу сказать:
   - Пойдем выпьем.
   Мы оставляем Санни в машине и идем в ближайший бар, где подают "Блади Мэри" в прямом смысле этого слова. Уже под утро, накидавшись как в старые добрые времена, Монти отвозит меня домой.
  
   Ставни в комнате Майка закрыты. Но, поднявшись на второй этаж, я вижу, что полоски света из-под двери больше нет.
   И я иду к себе, ведь чем раньше ляжешь - тем быстрее наступит вечер.
  
   * * *
   энд
  
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Лакомка "Я (не) ведьма"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) А.Эванс "Проданная дракону"(Любовное фэнтези) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Киберпанк) А.Респов "Небытие Бессмертные"(Боевая фантастика) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) Р.Прокофьев "Стеллар. Инкарнатор"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ) М.Снежная "Академия Альдарил: цель для попаданки"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"