Никонов Андрей В.: другие произведения.

Тихое место на востоке (Стикс)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 4.74*8  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Произведение по миру СТИКС. Выложено 8 глав, ознакомительный фрагмент. Полностью написан и выкладывается на АТ (платно). Поскольку оценки низкие - дальше здесь выкладываться не будет. Кому интересно - на АТ 14 глав. Бесплатной выкладки не будет скорее всего до полной публикации второй части.


  
   - You know there's a place untouched by all this crap?
   - Back east, yeah?
   - Yeah.
  
   - Знаешь местечко, свободное от всего этого дерьма?
   - Где-то на востоке?
   - Ага.
  
   (No 2009 Columbia Pictures "Zombieland", перевод - Google Translate)
  
  
  
   1. Тульская область, третья пятница октября 202* года
  
   Дача - это хорошо. Особенно, если она где-то на южных морях, с теплой, почти без снега зимой и мягким летом. А вот в средней полосе России - просто хорошо, без "особенно". Полгода плохая погода, совсем нет желания сидеть в хоть и просторном, но очень одиноком домике на берегу замерзшей реки. Лыжи, снег, чистый воздух - оставим это детям или дауншифтерам. Пропадающий интернет, электричество с перебоями, газ в баллонах, пять километров до ближайшего супермаркета и соседи-пенсионеры - не самое лучшее место обитания мужчины в самом расцвете сил. Хотя работа позволяла, с тех пор, как наша фирма вслед за владельцем переехала из Тулы в Новую Москву, многие проекты не требовали постоянного присутствия в офисе. Сам владелец такой режим работы поощрял, шел в современном тренде.
   На рабочем месте все равно приходилось появляться, хоть на два-три дня в неделю, выслушивать новые идеи среднего командного звена, набранного из таких же средних бывших чиновников и работающего по старинке - вербально, фейс ту фейс, согласно кивать, напоминать, что есть такая штука, как электронная почта, а вайбер и вотсап на самом деле не только для того, чтобы постить фотки кошечек и перепечатки с сайтов.
   Вот и получалось, что летом, ну пусть даже осенью можно было добраться до московской квартиры поздно вечером, на следующее утро посетить присутственное место, и еще через день-два-три уехать обратно, но как только выпадал снег, все усложнялось во много раз.
   Смысл моей работы был как раз в том, чтобы сложные вещи упрощать. Вот и для себя упростил - выезжал каждый год в домик, оставленный не очень дальним родственником по отцовской линии, в начале мая, и в начале октября оттуда возвращался. И так поступал не только я один, в деревне, где мой земельный надел с хоромами занимал одно из крайних к реке мест, практически все дома летом были с жильцами. И больше половины, а то и три четверти этих дачников осенью сваливали поближе к городским благам - проводному интернету, супермаркету под боком и кафешке за углом.
   - Может останешься? - дядя Саша, мой сосед, отличный мужик и военный пенсионер, грузил в кузов видавшей виды Тундры мешок картошки. Легко так, словно и не пятьдесят семь лет полковнику в отставке. - За коттеджем нашим присмотришь. А то говорят, в соседней деревне два дома прошлой зимой обнесли.
   Эту историю я уже слышал. Но та деревня совсем зимой необитаемой становилась, о чем дяде Саше и напомнил.
   - Так и у нас скоро будет, - не унимался отставной военный. - Вон, смотри, на нашей улице раньше и баба Прасковья жила, и Лозинские, и Федоровы, а сейчас только две семьи на зиму остаются. Народ мельчает, не может жить без центральной канализации и магистрального водопровода, не то что раньше.
   - А сам-то чего не останешься? - я помог ему погрузить ящик с банками.
   - Так ведь, Гоша, не всем так везет, как тебе. - Дядя Саша вздохнул и с сомнением поглядел на забитый всяким барахлом кузов. Понизил голос. - Вот женишься, поймешь, почем фунт лиха. Прости, запамятовал. Снова женишься когда.
   Но его все равно услышали. Мария Леонидовна, да что там - Маша, почти моя ровесница, на двадцать лет младше мужа, залепила ему подзатыльник. Несильно, просто чтобы напомнить, кто в семье главный.
   - Во, я ж говорил, - дядя Саша ничуть не расстроился, чмокнул жену в щеку и пошел в дом, посмотреть, все ли взяли.
   Маша недовольно поглядела на меня, пробормотала, мол, дал бог соседа, и ушла вслед за мужем. Гадина. Это ведь мы с женой ее познакомили с дядей Сашей. Ну да, бывшая та еще стерва, и подруги все под стать.
   Ввернулся к своим сборам. Старенькая Хонда Пилот была почти пустой, я жил во всех смыслах налегке. Картошку не выращивал, варенья не закатывал, холодильники и телевизоры с собой не возил, бедному собраться - только подпоясаться. Ноутбук, сумку с вещами и помповик, 1200-й Винчестер 12 калибра, бывший хозяин поместья оставил мне вместе с домиком. Помнится, пришлось срочно оформлять охотничий билет, сдавать экзамены и медсправку получать, но любимое ружье дяди Паши я сберег, не отдал в комиссионку, как родители советовали. Вот и возил его весной из города в деревню, осенью - обратно. По банкам стрелял, места-то вокруг не особо населенные, особенно если на несколько километров отьехать.
   Еще двадцать литров деревенского самогона, настоянного на травах - это святое, сорок поллитровок ценились на работе на вес золота, думаю, меня не увольняли до сих пор только потому, что каждую осень я привозил из деревни дань. Четверть забирали учредитель с директором, а остальное доставалось благодарному коллективу - главбуху, кадровику, начальникам отделов и десяток пузырей на корпоративный пропой.
   Проверил, слилась ли вся вода из системы отопления и труб, отключил автомат в щитке на столбе, и забрался на водительское сидение. Ворота пришлось закрывать вручную, когда снова сел за руль, передо мной лихо вырулила на дорогу Тойота соседей. Дядя Саша посигналил, поморгал аварийкой и втопил газ, словно торопился куда-то. Вставать в хвост я к нему не стал, торопиться особо некуда. До дома ехать часа два-три, отосплюсь, в воскресенье сьезжу к родителям, в понедельник - на очередную планерку, а потом буду снова привыкать к детскому плачу с верхнего этажа, звукам пианино, раздающимся из соседней квартиры, пыльным с чернотой подоконникам, слякоти и необременительным, ни к чему не обязывающим отношениям. После развода только такие и остаются - вляпавшись в лужу один раз, стараешься другие обходить чуть ли не дворами. Где, как оказывается, таких же луж тоже полно.
   Меж тем солнце припекало совсем не серединой осени, скорее - поздним августом, на улице температура поднялась до семнадцати, даже жалко уезжать было. Но прогноз не радовал, еще два-три дня, и начнутся дожди, ночью будет подмораживать, а там уже и до первого снега недалеко.
   На привычной трассе стоял знак объезда. Крюк в двадцать километров, спасибо вам, слуги народа, за заботу. Дорожное полотно ремонтировал наверняка подрядчик из Израиля - все было раскопано, а людей не наблюдалось, шабат. Пришлось поворачивать направо, на другую дорогу, по ней я почти никогда не ездил.
   Зазвонил телефон, я кликнул кнопкой на руле, переводя звонок на аудиосистему.
   - Гошан, ты как, зимовать в деревне остаешься? - раздался голос моего друга и по совместительству начальника Сергея Юрьевича Чеснокова, еще пару недель назад в компании с очередной любовницей чуть не спалившего мою баню. Если не симпатичная подружка, доставшаяся мне по случаю, поубивал бы.
   Так и сказал, мол, все, сезон закончился, еду назад.
   - Потеря потерь, - грустно сказал Серега. - Ключи от квартиры тебе в понедельник отдам. А на завтра какие планы у тебя? Ксюша, с которой ты зажигал в прошлый раз, о тебе все уши прожужжала, хватит уже девушку марино..
   Раздалось шипение, и собеседник пропал. Я покосился на экран смартфона - похоже, вместе с сетью. Технологии все лучше и лучше, а связь все хуже и хуже. Сотовых вышек понатыкали везде, и все без толку. Сталина на них нет, как мой дед говорит. А он знает, бывший связист, как раз в год смерти великого вождя родился.
   Мысли перескочили на отца народов. Я представил, как усатый генералиссимус лезет на вышку и там своими мудрыми указами и рабочими руками исправляет связь. А потом едет в офис к опсосу и расстреливает руководство. Из моего помповика.
   Долго думать не пришлось. Мало того что солнце скрылось за тучами, так еще и с улицы чем-то неприятным запахло. Будто блеванул кто-то. Я поднял стекло, включил кондей на полную мощность, пусть погоняет воздух через фильтры, и включил противотуманки.
   Вот туман-то откуда? Нет, скорее, дым какой-то, поэтому и воняет. Не очень плотный, но скорость пришлось сбросить до семидесяти, дорога шла через лес, с крутыми поворотами, не хватало только еще лобовую поймать. Мимо пролетали машины, их, похоже, дым не слишком заботил.
   Желтый огонек зажегся на панели приборов, вот ведь монстр прожорливый, три литра движок как-никак, пришлось остановиться на обочине и посмотреть карту. Связи так и не было, но мы ведь знаем, в какой стране живем, офф-лайн карты закачаны в память телефона и регулярно обновляются. Заправка, судя по ним, находилась в трех километрах, поглядел в зеркало заднего вида, может быть мне показалось, но дым стал плотнее. Не иначе как химзавод какой-то горит, не иначе. Главное, чтобы не заправка! Осторожно тронулся, пропуская наглухо тонированную приору с долбящими изнутри звуками, летящую не меньше ста двадцати. И буквально через несколько минут подьехал к небольшому кафе у трассы.
   Станция была чуть в стороне, совершенно пустая, сорок литров девяносто второго я залил сам, и пошел в кафе расплатиться.
   Скорее даже не в кафе, а в столовую самообслуживания - поставил на поднос салат, нечто котлетное с рисом и компот без сухофруктов. На вид не очень, а на вкус - вполне сьедобное. Полная кассирша постучала пальцем по терминалу, вопросительно на меня посмотрела, забрала наличные. С бензином получилось на две с половиной тысячи - недорого, на сдачу еще сникерс дали.
   - Чего горит-то? - поинтересовался я у единственного представителя обслуживающего персонала.
   - Не знаю, говорят - нефтебаза, - кассирша оценивающе поглядела на меня. - От нас километров пять.
   - Где все? Смотрю, даже заправщика нет.
   - Так сбежали. У наших квартиры в поселке у нефтебазы этой, связи уже полчаса как нет, вот и рванули поглядеть, что там творится.
   - А вы чего?
   - А я в Ипатовке живу, тут недалеко. Да и не закрываться же из-за этого.
   Ну да, бизнес есть бизнес. Думаю, даже если бы рядом бомбу ядерную взорвали, тут все равно бы сидела кассирша и втюхивала сникерсы вместо сдачи.
   Доел, распрощался, прикрывая толстовкой нос, добежал до машины, как можно быстрее просочился на водительское сидение. Запах просочился вместе со мной, так что пришлось снова гонять воздух через фильтр. Аж голова разболелась.
   Отьехал на километр от заправки, и воздух стал будто почище. Только обрадовался, как машину тряхнуло, и колеса заскрипели по гравию. Машину снова тряхнуло, телефон выпал из крепления, свалился под сиденье. Пришлось останавливаться, искать его - вроде не разбился, и то хорошо. А то уже второй аппарат за этот год.
   Разбиться-то не разбился, но GPS теперь не ловил. Что за день-то такой, хорошо ведь начинался, может и вправду надо было остаться еще на две-три недельки в деревне? Прогнозы как всегда врут, до Нового года может снега и не быть, сейчас сидел бы в тепле, смотрел какое-нибудь кино или книжку читал, камином вот ни разу еще в этом году не пользовался.
   Дорога меж тем вызывала все больше вопросов. Не пойму, может из-за тумана этого я свернул не там, но места были совершенно незнакомые. Вот того городка с высотными зданиями, виднеющегося слева по ходу движения, точно не было ни на карте, ни на моей памяти. Несколько десятков панельных многоэтажек стояли в чистом поле, дорога поворачивала и шла прямо к ним. Я уж было подумал - новый микрорайон строят, но после поворота стал виден производственный комплекс - несколько цехов, огороженных составным бетонным забором с колючей проволокой, с подходящими к воротам подьездными путями. Асфальт был перекопан, словно танки по нему проехали, выбоины на бетонных стенах, подпалины и обгоревшая кровля - все это могло служить декорацией для какого-нибудь фильма о войне. А что, может быть тут Бондарчук снимает свой Сталинград-2, попаду в массовку, потом полюбуюсь на себя на большом экране под попкорн с колой.
   На вьезде в поселок стояла палатка с выбитыми стеклами, разбросанными вокруг битыми бутылками, мятыми пивными банками и почти нетронутыми упаковками чипсов и сухариков. Я даже притормозил, не за тем, чтобы халявного продукта набрать, нет. Дальше ехать не хотелось. Еще и голова прямо-таки раскалывалась от химии, которой травился на протяжении десятка километров. В автомобильной аптечке лежал цитромон, но лезть в багажник не хотелось. Прикинул - вроде дорога почти прямая, за минуту этот странный городской массив проскочу, а там уже и до поворота на трассу недалеко. Заблокировал двери на всякий случай, дотянулся до ружья, лежащего под задними сидениями, положил рядом с собой, примкнул ствол и магазин на семь патронов. В патронник патрон не стал засылать, если попадусь, и так, считай, административка светит. Проверил еще раз телефон, нет, ни сети, ни спутников не видит, именно так себя должен вести фабричный Китай после падения на мягкий коврик.
   Тронулся с места, глядя в разные стороны, мало ли кто подберется. Пилот - машина крепкая, но против кирпича в лобовое не выдюжит.
   Собственно, вся улица была - десять шестнадцатиэтажек с одной стороны, и столько же с другой. А потом дорога шла вниз, какой-то кусок видно не было, ну а дальше поле дорога уже уходила направо, если я правильно помнил, на трассу. Офлайн карта безбожно врала, судя по ней, я должен был в лесу находиться. Ничего необычного, вырубили, построили дома, завод, сожгли его, и все за несколько лет. Жизнь не стоит на месте, прет паровозом.
   Ехал не особо быстро, длинные, подьездов в двадцать, дома сменяли друг друга. Крашеные лавочки, пожелтевшие деревья, вот только народу не было вообще. Ни одного человека.
   В общем, понятно почему. Жилой массив выглядел так, словно тут срочная эвакуация прошла, а потом по зданиям прошлись из миномета, и заполировали ротой автоматчиков. Распахнутые двери подьездов были редкостью, в основном их вырвали с корнем, погнутые металлические листы валялись где попало. Выбитые окна, подпалины, трещины в бетонных панелях, валяющиеся на улице вещи и бытовая техника. Стоящие у домов автомобили с распахнутыми дверями, выдавленными стеклами и продавленными кузовами, на одном я даже заметил глубокие борозды, словно Годзилла проверял металл на прочность. Только трупов не хватало, а так - апокалипсис налицо.
   Тут машину тряхнуло, зубы клацнули, и правильно, нечего рот разевать. Я нажал на тормоз, посмотрел в зеркало.
   В десяти метрах позади машины лежал человек. Нехорошо так лежал, с вывернутой головой, руками в разные стороны. Бомж какой-то, судя по грязной, оборванной одежде.
   Я выругался, вылез из машины, прихватив на всякий случай ружье. Не то чтобы решил прикончить беднягу, уж очень обстановка местная действовала угнетающе и угрожающе. Но не успел сделать и пары шагов, как сбитый зашевелился.
   - Эй, братан, ты как там? Лежи, не двигайся. Что болит?
   Первую помощь я оказывать умел, спасибо бывшей жене, врачу-реаниматологу. Хоть за что-то ей спасибо.
   Валяющееся на земле тело не отвечало, и попыток встать не бросило. Я сделал несколько осторожных шажков, стараясь не особо приближаться к молча барахтающемуся человеку. Во-первых опасно это, и во-вторых, воняло от него так, будто в деревенском сортире искупался.
   Пока я стоял и думал, что же предпринять, жертва ДТП все решила за меня. Как ни в чем не бывало поднялась, повернулась ко мне.
   Я автоматически вскинул ружье и нажал на спусковой крючок. Хорошо хоть с предохранителя не снял и патрон в патронник не загнал, но и вправду ситуация такая была, что сначала надо стрелять, а потом думать. На меня глядело одноглазое лицо. Точнее говоря, второй глаз был - он висел на ниточке из сосудов и нервов прямо над вырванной щекой, через рваные края почерневшей раны виднелись челюстные кости и зубы. Мне даже показалось, что этот зомби улыбнулся. А потом отвернулся от меня и быстро засеменил в ту сторону, откуда я приехал.
   Ну нафиг. Так быстро я еще не трогался с места - доли секунды хватило, чтобы запрыгнуть на водительское место, бросив ружье рядом, газануть и под визг покрышек рвануть вперед, уже на ходу захлопывая дверь и на ста тридцати выскакивая из поселка. Что за чертовщина тут происходит, буду разбираться позже, а пока надо срочно гнать отсюда, вот только в поворот впишусь.
   Машину подкинуло на выступе дороги, выбоины на полотне стали глубже и шире, уклон был не меньше пятнадцати градусов. А примерно в полукилометре что-то перегораживало дорогу.
   Тойота дяди Саши - не доезжая до нее метров двадцати, я остановился.
   Темно-синяя Тундра стояла под углом к дороге, водительскую дверь видно не было, а вот пассажирская была распахнута. Возле нее валялось женское тело в знакомых синих джинсах.
   Машка была мертва. Разорванное горло с торчащей трахеей, пережеванная рука и вырванный чуть ли не с куском мозга глаз шансов на реанимацию никаких не оставляли. Я толкнул ее ногой, водя стволом из стороны в сторону, с предохранителя на этот раз догадался снять, и патрон уже занял свое место в патроннике. 12 калибр, крупная дробь, да я тут любому башку снесу. Кто бы это не сделал. Начал осторожно обходить машину спереди, контролируя крышу. Багажник Тундры был набит под завязку и закрыт простым тентом, если там кто и притаился, сначала ему надо будет на кабину забраться. Шажок за шажком подобрался к левой фаре.
   Дядя Саша сидел у колеса с пистолетом в руке. Ляжка была разорвана, и крови натекло - мама не горюй, но бедро он все же перетянул. И теперь целился в меня.
   - А, это ты, Гошан, - как-то буднично сказал он. - Помповик на землю положи, и резких движений не делай. Вот, молодец. Руки держи на виду, так мне спокойнее будет. Это точно ты?
   - Я, дядь Саш. Что тут произошло?
   - Машулька. Она..
   - Я видел.
   - Твари тут напали какие-то. Пули их не берут, - дядя Саша емко, по военному, матом обьяснил и про тварей, и про их неуязвимость, и что они сбежали куда-то. Под конец - уже почти севшим в ноль голосом, уронив руку с пистолетом прямо в лужу крови.
   Я подошел, присел на корточки, сложил плотно вместе два пальца правой руки, прям как мне показывали - указательный и средний, приложил пальцы на кадык и сдвинул в сторону до углубления на шее. Пульс не прощупывался. Для верности еще на запястье померил, но с тем же результатом.
   Пистолет трогать не стал, что бы тут не происходило, есть вероятность, что полиция наконец проснется и займется своими прямыми обязанностями. И вообще с огнестрелом лучше не шутить, а особенно - отпечатки свои на нем оставлять.
   Поднялся, обошел вокруг машины. Если бы кто был, пока я с умирающим разговаривал, вполне могли бы и напасть. Но нет, никого. Все, что могу сделать - сесть в машину и доехать до ближайшего поста или населенного пункта, два трупа - это серьезно.
   Заснял на телефон кровавые декорации, хоть камера не сломалась, и то хорошо. Если в моей ситуации есть вообще что-то хорошее. Вон и погода испортилась, тучи надвинулись. Да еще, видимо, ветер поменялся, и опять понесло чем-то кислым.
  
   2. Тульская область (?), ** октября 202*, суббота
  
   Далеко от машины соседа я не отьехал - меньше чем через километр дорога закончилась, грунтовка обрывалась прямо в овраг. На дне обрыва бежал ручеек, до него было метров пять строго вертикально, а вот в десяти метрах по горизонтали дорога продолжалась. С той стороны обрыва лежали бетонные блоки, были навалены кучи песка и щебня, кто-то явно собирался построить мост. Но к моему приезду не успел.
   Покрутил головой, попинал камешки, со стороны жилмассива вместе с порывом ветра накатила волна все того же неприятного запаха гниющих носков, нефтебаза, видимо, и не думала затухать, но деваться некуда было. Внедорожник - не вездеход, по полю проедет, может быть, а может и не проедет. Без связи, в одиночку, я тут засесть могу надолго.
   Пришлось разворачиваться в сторону поселка, помнится, видел я там еще одну дорогу, уходившую налево - прямо возле цехов, попробую там проехать. На худой конец, вернусь обратно на трассу, знак ремонта еще не означает, что ремонт идет и проезда нет. Осторожненько проберусь через перекопанный участок, а то время уже к полудню.
   Отгоняя подобными размышлениями от себя мысли о соседе с разорванной ногой и соседке с перегрызенной шеей, я выехал на пригорок. И остановился.
   Город был затянут туманом. Словно облако опустилось на землю, скрыв все постройки. Силуэты многоэтажек пока еще с трудом угадывались на таком расстоянии, но вскоре пелена стала настолько плотной, что вообще ничего нельзя было различить. Потом что-то сверкнуло, и кольцо непрозрачного воздуха рвануло прочь от города. Я спрятался за приборной панелью, что-то колотило по лобовому стеклу, проскребло крышу. А потом все стихло.
   Аккуратно выглянул наружу. Спрятался обратно. Снова выглянул, поморгал, похлопал себя по щекам.
   На месте многоэтажек стояли многоэтажки. Только вполне целые и жилые. Крошечные фигурки людей сновали туда-сюда. Даже с такого расстояния было заметно, что обвалившаяся наполовину стена одной из панелек чудом восстановилась. Я достал смартфон, дал на фотокамере максимальное приближение. Да, так и есть, кто-то за несколько минут все отремонтировал.
   Покосился на багажник. Нет, самогонку я вчера не пил. И маковые коробочки, на которых она настояна, не при чем.
   Машина, выехавшая из массива и торопящаяся ко мне на встречу, затормозила у Тойоты соседа. Из красных жигулей выскочили трое, подбежали к Тундре, понятно что там осмотрели, потом один из них запрыгнул в машину и уехал обратно в город.. Я тоже газанул, подьехал к оставшейся на дороге парочке.
   - Что случилось? - как можно нейтральнее, но с ноткой заинтересованности в голосе спросил я.
   - Звери людей подрали, - авторитетно заявил невысокий мужичок лет тридцати, в застиранной телогрейке на майку-алкоголичку. - Не дают, суки, отстреливать, вот и шалят.
   - Не, бродячие собаки, - авторитетно заявил второй, в такой же практически одежде. -. Расплодилось гнид, раньше-то, при Советской власти, такого не было.
   На вид второму было лет под пятьдесят, набухшие мешки под глазами, синюшная кожа в области носа и дрожащие руки отнимали от этой цифры еще минимум десяток лет. Так что СССР он наверняка помнил плохо. Но уверенно и четко.
   - Петрович, накрыть бы их надо, - неуверенно предложил первый.
   - Не лезь, - второй играл первую скрипку в этой компании. - Щас Серый вернется с мусорами, тронешь чего, они тебя по головке пинками погладят. Слышь, уважаемый, чего за машина это?
   - Тойота, - я показал на значок на капоте. - Тундра.
   - Китайская? - понимающе кивнул головой Петрович. - Уважаю. Хорошие тачки. Не то что наши развалюхи. У тебя тоже китайская?
   - Ага, - не стал я разочаровывать аборигена.
   - Ну и как? - похоже, мужика уже не очень интересовали два трупа.
   - Ездит потихоньку.
   - А то! - важно поднял палец местный ценитель китайского автопрома. - Вещь. О, Санек, смотри, Серый возвращается.
   Красный жигуль и вправду решил вернуться. Не один, позади него поднимал пыль полицейский УАЗик.
  
   Лейтенант фотографировал на смартфон место происшествия, а толстый капитан на пассажирском месте кому-то звонил. Потом с трудом слез с высокого порога, несмотря на прохладную погоду.
   Хотя нет, не прохладную. Заметно потеплело, и мне в толстовке было немного некомфортно. Жарко. А вот капитану в форменной рубашке - в самый раз.
   - Капитан Федоров. Документы предьявляем, - полицейский небрежно изучил мой паспорт, права, на техталон посмотрел гораздо внимательнее. - Японская? Ну-ну. Гриша, чего там?
   - Два шифера. Ой, пардон, два трупа, товарищ капитан. Порвал кто-то.
   - Это я и сам вижу. Что скажешь?
   - Надо в область звонить, пусть следаков присылают.
   Капитан вздохнул, достал смартфон, потыкал кнопками.
   - Нет сети. С самого утра, - почему-то мне он пожаловался. - У тебя как?
   - То же самое, - пожал я плечами, продемонстрировал экран. - Ни сети, ни спутников.
   - Вот суки. Пятый раз за месяц отрубают все. Откуда едем?
   Назвал деревню, улицу, даже номер дома, капитан внимательно сличил с адресом регистрации.
   - На даче был, - уточнил я.
   - На даче. Как, говоришь, деревня называется?
   - Дудыкино.
   - Смешное название, - лейтенант Гриша гоготнул, полез в уазик, что-то там забубнил по местной связи. Вылез. - Достучался до заводского медкабинета. Сейчас оттуда врач приедет, посмотрит.
   - А раньше не мог сообразить? - капитан вытер пот со лба, огляделся, словно новые улики искал. - Значит так, Георгий Алексеевич Мальцев, с нами поедешь. Связи нет, хорошо хоть своя ТЭЦ у завода осталась, а тут еще жмуры эти. Давай, забирайся в свою красивую машину, сейчас по улице проедешь до четвертого дома, там направо повернешь и во дворе наш опорный пункт. Там припаркуйся и подожди, я медиков дождусь и подьеду. Надо будет с тебя показания снять.
   - Да я случайно тут проезжал, - попытался отвертеться.
   - Случайно, не случайно, так положено. Номера я твои переписал, так что лучше подожди нас. Нужно разьяснить последствия неподчинения сотруднику полиции?
   - Нет, все понял и осознаю, - я примирительно улыбнулся, залез в машину и аккуратно обьехал место преступления.
  
   На центральной улице народу было немного, а вот во дворах - предостаточно. Люди кучковались, что-то обсуждая, при виде незнакомой машины замолкали, а стоило мне отьехать, возвращались к дебатам. Опорный пункт находился на третьей линии, я не торопился, рассматривая все вокруг. Изменения, произошедшие с поселком, были налицо - обычный провинциальный населенный пункт, с магазинчиками на первых этажах, потрепанными детскими площадками, потрескавшимся асфальтом и крашенными вечнозеленой краской оградами.
   Полицейский участок - одноэтажное бетонное здание с решетками на окнах, был необитаем. Похоже, штат его ограничивался моими новыми знакомыми, капитаном и лейтенантом. Я подергал ручку двери. Заперта. Уселся в машину, включил кондиционер - на улице знатно припекало для середины октября. Хорошая июльская погода, ни облачка, солнце шпарит изо всех сил, птиц не видно, а вот коты вылезли из подвалов поваляться на нагретом асфальте.
   Куда я попал?
   В то, что ради меня тут моментально сменили декорации, и ведущий программы "Розыгрыш" сейчас сидит в кустах, ожидая других участников передачи, я не верил. Надеялся. Пустые надежды - защитная реакция мозга вот на такие события. И ведь рассказать некому, связь не работает, а местные жители, похоже, и не такое видали, вон спокойные какие. Лягут спать, в полночь приедут танки, разнесут тут поселок к какой-то матери, а утром опять будет все бедненько и чистенько.
   Капитана я так и не дождался. Зато припрятал ружье понадежнее, есть у меня в машине под запаской не предусмотренное стандартной конструкцией место, кто-то из прежних хозяев озаботился. Может, контрабанду возил, сигареты, помповик туда как родной входил.
   На чадящем уазике приехал лейтенант Гриша, отпер навесной замок, провел меня в полуподвальное помещение, усадил на стул, сам сел напротив. Положил перед собой лист бумаги, посмотрел на меня как-то нехорошо.
   Задал несколько вопросов, заполняя бланк протокола, поинтересовался, где работаю, с какой целью ехал к ним в поселок. Особенно интересовало лейтенанта, кто видел, что я ехал именно в направлении домов.
   Тут я себя мысленно по лбу хлопнул. Вот идиот. Ну да, если я с дачи еду, должен был с другой стороны появиться. Лейтенант на эти нестыковки внимания не обратил. Или сделал вид. Дал расписаться.
   - Такое дело, - он встал. - Приказано задержать тебя, пока все не выяснится. У погибшего боевой пистолет нашли, четырех патронов не хватает, а звуков выстрелов никто не слышал. И не видел ничего, словно ниоткуда машина эта появилась. Еще и мост разрушен, только вчера стоял, старый, но так, чтобы за одну ночь, странно!
   - Это не я.
   Лейтенант с сомнением на меня поглядел.
   - Проверим. Так что ты у нас свидетелем проходишь. А связи с областью нет, когда прокурорские приедут, неизвестно, послали за ними ребят, только бы не нажрались по дороге. Переночуешь здесь. Да ты не кривись, камеру даже закрывать не буду, просто задвижку поверну. Захочешь - снимешь. Слушай, у тебя голова не болит? Вонь была жуткая с ночи, горело что-то, в поселке все как мешком бахнутые ходят.
   - Есть немного, - признался я. - Слышал, нефтебаза тут неподалеку.
   - Химзавод, - лейтенант покачал головой, видимо, одна нестыковка к целому набору особо ничего не добавляла. - Травят людей регулярно, но вот такого не было никогда. Давай, проходи.
   И он махнул рукой на обезьянник.
   Монументальное такое сооружение, глубиной метров шесть, с трех сторон бетон, а лицевая сторона из швеллеров сварена и арматуры двадцатой. Яркая лампа под потолком прямо перед входом, и полумрак в дальних углах.
   - Бывший начальник наш, - поймав мой взгляд, пояснил лейтенант. - Его в область перевели год назад, а перед этим вот такое соорудил, деньги оставались на конец года, потратить-то не на что. Не зарплату же сотрудникам поднять. Вот он шурина своего с металлобазы и сосватал.
   Я подергал прутья - сдвоенные швеллеры шли с шагом в сорок сантиметров, арматурины двадцатка были пропущены насквозь через отверстия. Расстояние между прутьями было не больше ладони, из такой клетки не убежишь. На двери прутья шли вертикально через уголки, где-то на уровне груди была щель сантиметров в сорок, концы арматурин зачем-то заточили.
   Лейтенант, как и обещал, дверь запирать не стал - повернул ручку несколько раз, стальные стержни в полостях швеллеров ушли в бетон и в стороны, в принципе, открыться можно было и изнутри, если аккуратно, не поцарапавшись об острые концы разрыва решетки, просунуть руку. Под внимательным взглядом лейтенанта открыл клетку, а потом закрыл.
   Гриша махнул рукой, вышел, заперев за собой дверь в полуподвал. Странно все это. Документы не отобрали, ключи оставили.
   В обезьяннике был свой санузел - занавешенный тряпкой унитаз с раковиной сверху, и деревянная скамейка с поролоновым матрасом, с виду - почти новым, вроде ничем не пахло от этого великолепия, так что я прямо в одежде и обуви улегся на тюремное ложе, прикрыл глаза.
   Гриша вернулся через минут десять, я еще заснуть не успел.
   Пошутил, мол, что я уже тут обживаюсь и потом не выгонишь, оставил бутылку воды, пачку печенья и пару шоколадных батончиков, деньги за сухпаек, помявшись для виду, взял, и снова бросил меня одного.
   Голова побаливала, но уже гораздо меньше. Хуже, что начало немного подташнивать, не до рвоты, а словно жирного объелся, вода не помогала, тут хорошо бы чего-нибудь кисленького. Но - чего нет, того нет, так что просто лег на скамейку, положив руку под голову, и уснул.
   Проснулся от негромких, но неприятных звуков.
   Капитан сидел за столом, пил и закусывал. Перед ним лежала газета с нарезанным салом, кусками черного хлеба и надкусанным соленым огурцом, наполовину пустая, или полная, смотря как считать, бутылка водки стояла на самом краю стола.
   Я сел на край скамейки, повращал шеей - мышцы совсем затекли. Голова, будь она неладна, так и не перестала болеть, от вида шпика с жирными блестками хотелось блевать.
   - Эй, - позвал я капитана, - товарищ Федоров, долго мне тут еще сидеть?
   Капитан что-то неразборчиво пробормотал, запихнул в рот кусок сала, запил водкой прямо из горла, закашлялся. Подошел к двери в клетку, ухватился за прутья руками, потянул на себя. Замычал.
   Налитые кровью глаза, совершенно бессмысленный взгляд - тут одной бутылкой явно не ограничилось, бухал этот кэп конкретно и видимо давно. Сколько же я спал?
   Судя по смартфону, почти разряженному - часов двадцать. Ого!
   Капитан меж тем не оставлял попыток открыть камеру. Или выпустить хотел, или полицейским произволом заняться, не знаю. Дверь не поддавалась, а ручку он крутить отказывался. Я, по понятным причинам, помогать не стал, ну их, этих алкашей, как нальют зенки, такое выделывают, лучше подальше держаться. Отошел подальше от мычащего представителя закона.
   В поселке что-то происходило. Через лестничный проем сверху доносились звуки ломающихся конструкций, чьи-то вопли, скрежет, внезапно в здание участка что-то вьехало, судя по силе удара - не меньше чем Камаз, стены слегка тряхнуло. Я даже порадовался, что нахожусь в тюрьме. Утренняя поездка по главной улице давала приблизительное представление о том, что творилось снаружи. И я такой красивый посреди безумия бодрствую. Или сплю?
   Нет, на глаз нажал, веко оттянул, за ногу ущипнул, - на сон это не похоже.
   В дурке?
   Когда это произошло?
   Может, когда в кафе сидел? От тамошней котлеты и головная боль, и тошнота, и помутнение рассудка вполне могли случиться. Но все равно, слишком яркие впечатления для сумасшедшего. Да, мозг может достраивать получаемую извне информацию, дополнять по своему безумному сценарию, но не до такой же степени. Или до такой?
   Вообще, этим вопросом мне надо было раньше озаботиться, когда к машине дяди Саши подъехал. Нет, когда в этот странный поселок заехал. Осознал себя психом, и сейчас ел бы макароны в психушной столовой, или где я там нахожусь.
   Раз я понимаю, что псих, значит, я не псих. Как это называется? Дилемма, оксюморон? Самое время вспомнить грамматику и философию, обстановка располагает.
   На всякий случай позвал.
   - Доктор, я пришел в себя. Ау!
   Нет, никого не было. Ни санитаров в белых халатах, которых я бы сейчас обнял, как родных, ни доброго доктора с козлиной бородкой и слегка безумным взглядом - психиатры сами отчасти психи, такая у них профессиональная деформация. Ни даже медсестры со шприцом. Только обдолбанный полицейский, так и не сумевший открыть дверь и решивший с горя решетку погрызть.
   Он ее натурально закусил! Раздался тихий треск, осколки зубов посыпались изо рта капитана. От кровавой улыбки я чуть было не забился под скамейку. И кто тут псих!
   Наверху скрипнула дверь, послышались шаги. Кто-то тяжело спускался вниз.
   Кто бы это ни был, стопудово - мой спаситель.
   В свете свисавшей с потолка лампы показался лейтенант Гриша. Выглядел он странно, как бы не похуже своего начальника. Один рукав форменной рубашки был оторван, сама она - перепачкана в чем-то буром, не хотелось думать, что в крови. На месте одного уха было какое-то месиво из запекшейся крови, выдранного мяса и волос. Шаркающей походкой младший полицейский подошел к старшему.
   И вцепился зубами ему в горло.
   Капитан завыл, замахал руками, отталкивая подчиненного, оставил наконец прутья двери в покое, но силы были явно неравные. Я даже захихикал нервно про себя, нефиг было железки грызть.
   Зомби Гриша победил. Поднатужившись, он оторвал Федорову голову и сейчас с довольным урчанием рукой выгребал из черепа внутренности. Безголовое тело капитана валялось рядом. Не обращая на меня внимания, полицейский засовывал в рот одну горсть содержимого за другой, причмокивая, выдавил изнутри глаз и раскусил его. Глазное яблоко лопнуло, жидкость брызнула в разные стороны.
   Меня наконец вырвало, запоздалая реакция на происходящее. Нахлынуло чувство страха, руки затряслись, я привалился к бетонной стене, чувствуя, как силы утекают прямо в пол. Вместе с содержимым мочевого пузыря. То, что я еще как-то мог контролировать свой разум, вообще казалось чудом.
   Гриша оторвал руку безголовому, с, как мне показалось, сомнением поглядел на нее, потом на меня. Потянулся к ручке двери, подергал. Попытался повернуть, но перепутал с направлением. Дернул еще раз, засунул руки в промежутки между прутьями и потянулся ко мне. Холодный свет люминесцентного светильника падал прямо на кровавый оскал. Довольное урчание сменилось низким хрипом. Мне показалось, или дверь немного поддалась?
  
  
  
   3. Неизвестно где, * октября (?)
  
   - Руки коротки, - проворчал я, немного стыдясь своего страха. Мощная клетка, спасибо коррупционеру-полицейскому, давала чувство защищенности. Еще бы барахтающийся у двери в клетку зомби не прекращал попыток меня достать. Чем ему капитан не понравился? Толстенький, уже разделанный, лежит вон рядом, жри - не хочу.
   Зомби хотел меня. Сильно, со всей страстью трупной души, вот уже полчаса пытался с прутьями что-то сделать. Я настолько осмелел, что подошел поближе - и совершенно напрасно. От мертвого лейтенанта несло целым букетом отвратительных запахов - дерьма, крови, гнили и еще чего-то. Перепачканные руки с толстыми коричневыми ногтями совершали хватательные движения. При моем приближении ходячий ужас оживился, стал сучить ногами, словно бежал, руки задергались сильнее. Левая рука насадилась на заостренный конец арматурины, зомбак вытащил ее обратно, словно ничего не произошло. Даже кровь не потекла из дыры, только чуток какой-то коричневой жижи.
   Я периодически, раз в несколько минут, подходил метра на два, зажимая нос - только чтобы понаблюдать, как мертвый Гриша дергается. А чем еще развлечься? По любому, мне отсюда выход только через решетку, вступать в прямую схватку с зомби я не решусь, голову своему начальству он оторвал почти шутя. Вот на сколько его хватит? Вообще, физиология обьясняет движения трупов после смерти, что-то там усыхает, и конечности непроизвольно дергаются. А вот для таких целенаправленных действий должна протекать высшая нервная активность, значит, что-то в мозгу у этого людоеда еще осталось. Но на мои слова, увещевания, просьбы Гриша не реагировал - тупо сжимал и разжимал пальцы, когда я отходил подальше, и оживлялся, с оскалами, урчанием, хрипами и шарканьем ног, стоило мне подойти. За полчаса активность бывшего, надеюсь, полицейского стала поменьше, если взять линейную зависимость, то хватит его на несколько часов. А меня - пока вода не закончится, благо, из крана она пока текла, и в бачке унитаза тоже несколько литров было, это если НЗ в бутылке не считать. С едой хуже, это вон зомби себе запас оставил, а у меня один батончик и пачка печенья.
   Внезапно наверху что-то зашуршало, и по лестнице скатился вниз пушистый комок.
   Гриша отлип от двери, крутанулся на правой ноге и неловко бросился на пол, прямо на неожиданного гостя.
   Во всех фильмах зомби - тупые, медлительные создания, бродящие большими толпами по улицам. Чтобы от них убежать, особого таланта не надо. Гриша был, видимо, следующей ступенью зомби-эволюции, кота он почти поймал, хватанул огрубевшими ладонями прямо за хвост. Рыжий дворовый кошак по-человечьи взвизгнул, рванулся и протиснулся между прутьями прямо ко мне в клетку, запрыгнул на скамейку, выгнул спину колесом и зашипел.
   Я на всякий случай отодвинулся в дальний угол. Зомби-человек - это страшно, но между нами непреодолимая для него преграда. Зомби-кошак - уже здесь, верткий, с когтями, зубами и кучей бактерий на этих когтях и зубах.
   Но пока кот на меня внимания не обращал, угрожая издали Грише шипением и оскалом клыков. А вот Гриша заметно оживился. Он чуть ли не повис на прутьях, стараясь как можно дальше просунуть свои ручонки, нервно дергался, урчал, если чуть добавить воображения, можно было бы даже представить, что он улыбался. Воспринимая арматурины как досадную, но несущественную помеху, лейтенант начал биться о них головой. Ошметки кожи с волосами болтались на белом черепе, с каждым ударом их становилось больше, кусок брови вместе с мясом оторвался и шлепнулся на пол, но зомби было на это наплевать, не знаю, чем его так кот возбудил - видя, что плотный контакт с решеткой не дает результата, Гриша решил взять преграду с разбега. Он отходил к противоположной стене, ускорялся и впечатывался в прутья. Раз за разом.
   Я бы устал через минуту. А через две потребовалась бы медицинская помощь где-нибудь в отделении реанимации. Но бывший лейтенант был неутомим, словно батарейка вечная в нем стояла. Разбегался и бился, еще и еще. Почти час без перерывов. Разбитое в лепешку лицо, вытекший глаз, разорванные кисти рук - все это не смущало настойчивого мертвеца. Уже и кот успокоился, обследовал камеру на предмет пожрать и улегся на матрас вылизываться и вычесывать блох, я почти задремал, сидя в углу, головная боль практически прошла, равно как и тошнота - мерные удары в решетку усыпляли, страха не было, происходящее казалось какой-то компьютерной игрой, откуда можно при необходимости выйти.
   Внезапно кот навострил уши и шуганул под скамейку. Наверху что-то заскрежетало, и вниз по лестнице слетела вырванная с корнем металлическая дверь. А вслед за ней в полуподвал протиснулось что-то огромное, снеся мимоходом лампочку на стене.
   Существо высотой не ниже двух метров было похоже персонаж известной франшизы про инопланетную расу. Мощные конечности, покрытые костяными наростами с шипами, пластины на груди и животе, глубоко посаженные глаза на большой квадратной голове, прикрытые прозрачной пластиной, словно очками, вместо носа - костяная нашлепка. Руки длиннее ног, пальцы заканчивались длинными острыми когтями. Безгубая щель на месте рта, с выступающими клыками. Все уязвимые на теле обычного человека точки у этого чудовища были прикрыты прочными на вид наростами.
   Тварь стояла, покачиваясь и явно к чему-то принюхиваясь. При виде нее Гриша захныкал, перестал биться об решетку и даже попытался сбежать, но пришелец небрежно, одним движением, перебил ему хребет, отбросив на стену. Мертвый лейтенант дернулся пару раз и затих. Может помер наконец, а может просто затаился, от этих зомби всего можно ждать.
   Хищник наконец определился, подошел к решетке и что-то прохрипел, внимательно глядя на меня. Мне показалось, что вполне разумно. Потом когтем указательного пальца провел по швеллеру. Раздался скрежет, не знаю, появилась ли там царапина, судя по всему - да. Вот теперь стало по-настоящему жутко. Если зомби, несмотря на их кровавые привычки, носили какие-то черты мультяшности, словно не по-настоящему было, то вот теперь меня пробрало аж то печенок.
   Тварь оскалила пасть - острые клыки длиной не меньше пяти сантиметров сверкнули в свете лампочки, и дернула дверь.
   Швеллеры не поддавались. Они скрипели, кое-где лопнула сварка, но на совесть сделанная решетка первый натиск выстояла.
   Руки у твари были длиной метра полтора, в саму решетку пролезли легко, толстая арматура выгнулась, позволяя просунуть конечность практически до плеча. Кот под скамейкой жалобно замяукал, тварь перестала тянуться ко мне, прислушалась. Вытащила руку из решетки, оставив там солидное отверстие, схватилась за раму двери, рвануло. Металл гудел, арматурины и уголки ходили ходуном, если бы они были просто приварены, хищник давно был бы уже в камере. Но пока дверь держалась, из последних сил, наверное.
   Люди - твари. Нас надо жрать и жрать. И мне было по-настоящему стыдно, когда я ухватил отчаянно сопротивляющегося кошака за хвост и вытащил из-под скамейки, набросив на него толстовку. Может мне показалось, но пришелец пришел сюда явно не за мной. Прицелился, чтобы выбросить кота как можно ближе к лестнице, авось, успеет убежать. Ну а если нет, еще одна коричневая клякса будет на моем жизненном пути. Кот затих, видимо, понял, к какому подлецу попал в камеру, тварь внезапно тоже перестала корежить металл.
   Хищник облизнулся - длинным синим языком, и со скрежетом просунул свою квадратную голову через разрыв в прутьях. Попытался пролезть весь, при ширине дверного пролета в восемьдесят сантиметров это было нереально.
   Эх, была не была, я бросился к решетке, выпуская кота, тот, словно понимая, какого подвига от него ждут, просочился через прутья и кинулся вверх по лестнице. Тварь дернулась, практически вырвав дверь из посадочных мест, но внезапно захрипела и осела вниз.
  
   Прошло два часа, прежде чем я решился подойти к застрявшему в двери Хищнику. Дергаться тот перестал уже в первую минуту, руки безвольно свисали вдоль навалившегося на решетку тела. Фактически тварь держали в вертикальном положении только загнувшиеся и впившиеся в шею заостренные арматурины. И если спереди они только чуть углубились в костяные пластины, почти не повредив их, то сзади вошли в уродливый нарост на затылке на десяток сантиметров.
   Я по-прежнему был заперт в клетке, отверстие, которое Хищник проделал своей верхней конечностью, выгнув прутья, позволяло просунуть голову, но вот расхожее утверждение о том, что где пролезет голова, там и все тело, почему-то не сработало. Дверь открыть было нереально, навскидку тварь весила никак не меньше двухсот килограммов, и это если с человеком параллель проводить. А может и больше. Осмелев, я попробовал сдвинуть пришельца, но похоже, одна его голова весила больше, чем я сам.
   Судя по всему, меня ожидала голодная смерть в подвале. Если раньше от удушья не помру, выбитая наверху дверь кое-какой приток воздуха обеспечивала, но все равно, вонь стояла жуткая. Вонючий мир. Куда я попал, а?
  
   Последний батончик едва заглушил чувство голода. И что самое отвратное - чувствовал я себя отлично. Ясная голова, никакой тошноты, даже колено с разорванным два года назад и кое-как сшитым мениском не болело. Сам не поверил, пока не присел несколько раз. Обидно помирать таким здоровым и бодрым.
   Наверху послышался шорох, чьи-то приглушенные шаги. Новые зомби? Гости уже спускались по лестнице.
   - Ты смотри, кто у нас тут, - раздался женский голос. Человеческий.
   Привлекательная блондинка лет тридцати, с монструозным автоматом, в кожаном прикиде с защитными пластинами и каске на голове, обрадовалась явно не мне. Она показывала рукой на тварь.
   - Никак кусач, - ее спутник, высокий лысый мужчина в темных очках, пятнистой одежде и берцах, с киркой в руках, подошел поближе, постучал клювом своего оружия по телу Хищника. - Это кто же тебя так.
   - Эй, - позвал я их. На всякий случай. Все лучше, чем просто сидеть и дожидаться, пока загнусь самостоятельно. А так хоть помогут, чего тянуть-то. - Я здесь.
   - Мы видим, - женщина помахала мне рукой. - Стой там, где стоишь. Руки на виду.
   Мужчина меж тем достал нож и воткнул прямо в затылок твари. На мой взгляд, совершенно бессмысленная процедура, Хищник был мертв, чего добивать-то? Но гости поступали согласно собственной логике, военный вспорол нарост на шее твари и выскребывал содержимое в полиэтиленовый пакет.
   - Ну что там? - нетерпеливо спросила женщина.
   - Сейчас, погоди. А, вроде все, - мужчина вывалил содержимое пакета на стол, включил чудом оставшуюся в рабочем состоянии настольную лампу, огорченно скривился. - Жемчуга нет. Но матерый, почти рубер. Так, янтарь, горошин раз.. два... пять. Неплохо. А спораны... пять ... десять... четырнадцать. Смотри, сам залез в ловушку. Это ты такое придумал?
   Он повернулся ко мне. Женщина меж тем сгребла содержимое в три пакетика, убрала в рюкзак.
   - Конечно, - не стал скромничать я.
   - Шутит, - женщина уселась на угол стола. - Ты кто такой?
   - А вы? Не скажете? Ну ладно, Григорий, - представился я.
   - Он же Гога, он же Жора, он же Юра, - улыбнулся мужчина. Я люблю своих родителей, но зачем они так меня назвали?! И фильм поэтому старался не смотреть, а сцену, где этого Жору, которого сыграл актер Ардов, разыскивают, просто ненавидел. Всю жизнь преследовала. - Рассказывай, как сюда попал.
   - Ехал мимо, из Дудыкино в Москву, трассу ремонтировали, свернул сюда. А потом странности начались. На трассе машину увидел, там у людей рваные раны, кровища, вот полиция меня сюда и закрыла, до приезда областных следаков. Вместо них вы приехали.
   - Давай расскажу, а ты поправишь, если что не так, - мужчина подтащил стул, уселся перед решеткой. - Ты ехал, потом почувствовал кислый запах. И обнаружил, что оказался в местах, в которых никогда не был. Сотовый с собой?
   - Ага.
   - Сотовая связь пропала, спутники не ловятся. Так?
   - Абсолютно, - признал я. - Это что, учения какие-то?
   - Нет, это жизнь, - отчего-то грустно вздохнул мужчина. - Головная боль, тошнота?
   - Была, но прошло все.
   - Это хорошо, считай, повезло тебе. Наверное. Стелла, дай ему книжку.
   - Надо же, пригодилась, - Стелла залезла в рюкзак, выудила брошюрку, бросила мужчине, а тот - на пол внутрь клетки.
   - Читай, она, правда, старая, но в общих чертах все так и есть. Нам тут рассиживаться некогда, вернемся за тобой через несколько часов. Сам отсюда не выходи, наверху опасно. Раз голова не болит, может тебе и действительно повезло, выжил, сутки, говоришь, прошли? Смотри, в этой бутылке, - он забрал у женщины пластиковую полуторалитровую бутылку, бросил к книжке, - живчик, как принимать, прочитаешь. Здесь три спорана растворено, практически концентрат. Разбавляй водой, один к пяти. Если вправду все хорошо, останешься человеком. Верить или не верить в то, что написано - твое право, но я бы на твоем месте поверил и очень внимательно все изучил.
   - Карантин - три дня, - недовольно проговорила женщина.
   - Да ты на него посмотри, разговаривает членораздельно, соображает, головной боли нет, даже ломки нет, может, температуру хочешь ему померять?
   - Засунуть в задницу градусник?
   - Эй, - возмутился я, - себе засунь. Спасибо, конечно, что развлекли меня разговорами и книжку дали почитать, но вообще - что происходит?
   - Дерзкий, не люблю таких, - Стелла наставила на меня автомат, потом резко повела дулом вниз. - Ладно, живи, новичков убивать - грех. Кукиш, ты ему имя сам дашь? Или потерпишь, пока он все-таки в мертвяка переродится?
   - Да, чего тут особо думать, - мужчина, совершенно не обидевшийся на прозвище, достал из рюкзака сверток, - будешь Шутником. Нет, лучше Батом.
   - Кем? - переспросил я.
   - Кем надо. Теперь это погоняло твое, читай, просвещайся, вот тут жрачка кое-какая, после этого дела есть всегда хочется. А мы придем, если вопросы будут - задашь. В институте учился?
   - Да.
   - Ну вот считай, что у тебя семинар. Читаешь, есть вопросы - задаешь. Вопрос глупый, возвращаешься к чтению. Усек? А мы пойдем, эти кластеры с неравномерной загрузкой иногда просто подарок, конкурентов нет, зараженные редко появляются. Как этот кусач здесь оказался, случайно, наверное. Давай, Бат, сиди тут.
   - Вместе с тварью?
   Мужчина почесал затылок.
   - Слушай, если его прицепить, вездеход потянет?
   Стелла пнула носком ботинка Хищника в бок.
   - Килограмм двести пятьдесят - триста? Может, от двери все равно придется оттаскивать. Надо попробовать. Эй, Бат, может потерпишь? Такая красота на двери, считай, оберег твой. Детям расскажешь, что такой красавчик к тебе в гости ходил. Но ты у нас недотрога, не дал ему. Или дал? Кукиш, цепляй его, только сначала отрежь все ненужное.
   Кукиш сходил наверх, вернулся с цепной пилой. На каком топливе она работала, не знаю, но выхлопов дыма не было, только ошметки плоти летели, пока он отпиливал твари голову и руки. Аккумулятор такое не потянул бы. Потом снова сходил наверх, вернулся с веревкой, перевязал ноги Хищнику, ушел, через некоторое время веревка дернулась, и безголовое безрукое тело поволокло вверх по лестнице.
   Все это время женщина насмешливо смотрела на меня. А я - на нее, но больше на сверток с едой, уж очень есть хотелось. Интересно, что там внутри? Не отказался бы от ветчины со свежим огурчиком, картошечки вареной еще хорошо, на худой конец яиц вкрутую. Да что там, все сожру, червяк внутри давно уже превратился в дракона и выедал внутренности под кишечный марш.
   - До середины этажа отволок, хорошо, что молодой, небольшой, - вернувшийся Кукиш пинком отбросил отпиленные руки к безголовому капитану. - Бат, еще раз повторю - сиди тут, не высовывайся. Башка этого чудовища тебя от мертвяков защитит, они сюда не сунутся, а вот наверху пропадешь. Оружием пользоваться умеешь?
   Я кивнул.
   - Держи, - он кинул мне короткий автомат. - Патроны на столе оставим, когда уйдем, зарядишь. Толку от него мало, но хоть что-то. И жди нас, мы вернемся.
   - Дождись нас, красавчик, - подмигнула мне Стелла, - надо же, познакомилась с парнем, на которого кусач запал, вот подружки обзавидуются. Чао, милый.
   Парочка потопала наверх, а я остался внизу. Снова - в одиночестве. И это меня почти не расстраивало.
  
   4. Улей, день второй. Или третий.
  
   Напор воды стал гораздо слабее, из-под крана она едва текла тонкой струйкой. Наполнил пластиковый стаканчик на две трети, оставил вентиль открытым, вырвав гофру - пусть течет в бачок, хоть какой-то запас воды будет.
   Если Кукиш не соврал, и в бутылке действительно три спорана растворено, этого раствора мне хватит на несколько дней. Если не повезет. Если повезет - на месяц, на каждого иммунного живчик действовал индивидуально. Проблема была в том, что вылезти на поверхность мне придется значительно раньше, в оставленном свертке были три банки тушенки, кило орехов и конфеты, тоже с килограмм, на этом пайке можно протянуть недели две. Это обычному человеку. А аппетит у меня вырос, за несколько дней схарчу.
   Кукиш со Стеллой так и не вернулись за мной, ни через несколько часов, ни через сутки. А час назад погас свет. На улице, судя по тускло освещенной лестнице, был день, но в темноте сидеть в непроходном помещении жутковато, автомат хоть и давал какую-то моральную поддержку, но, если верить словам местного военного, преимуществ перед тварями у него не было. А раз так, надо выбираться, искать что-то более убойное, и вообще топать отсюда.
   Книжку я прочитал несколько раз, сначала - по диагонали, а потом более вдумчиво, возвращаясь к уже изученным страницам.
   Картина вырисовывалась безрадостная, за исключением того, что вообще остался жив. Мог бы вот так, как Гриша и его начальник, с обгаженными штанами за людьми бегать, хотя тут я тоже сплоховал. И дальше, если не сожрут и не убьют, вверх по мертвяцкой иерархии, через джампера и бегуна к лотерейщику, потом к топтуну, и там уже до кусача рукой подать. Вот таким красавцем мог бы стать, но организм воспротивился, и, судя по книжке, жизнь моя теперь будет нелегкой и недолгой. Как в классическом постапе - ценности в обмен на патроны. Вишенкой на торте должно было стать какое-то магическое умение, вроде вечной зажигалки на кончике указательного пальца или умения делать фальшивые деньги, точные копии настоящих. Но сколько я не пыжился, ничего не выходило.
   После первого глотка разбадяженного живчика меня чуть не вырвало, вкус был премерзкий, но потом ничего, жить захочешь, и не такое выпьешь. Лекарство должно быть противным, чтобы больной почувствовал, как это хреново - болеть. Ну а хроники привыкают ко всему. Под интересное чтиво десятую часть бутылки приговорил, не сказать, что стал себя лучше чувствовать, скорее - морально окреп. Может, вообще гомеопатия, но раз врач сказал "надо", значит надо.
   После часа сидения в полутьме я решил все-таки выбираться. Попробовал поднять голову чудовища - в книжке утверждалось, что низшие мертвяки от запаха разбегаются в разные стороны. Я бы тоже от такой вони разбежался. Голова весила килограммов тридцать, с трудом, но нести ее было можно. Оставалось только найти, в чем - просто так тащить в руках противно, помимо вони, она еще и в слизи какой-то была, может это и есть отпугивающий зомби гель, но вот вымазываться в нем, а потом проводить эксперимент, я не стал.
   Поднялся наверх, прошелся по почти нетронутому отделению. Только столы были раздолбаны, да шкафы валялись на полу вместе с бумагами, бутылками и прочей необходимой полиции канцелярией. Оружейный сейф был открыт и пуст, куда делся небогатый местный арсенал, не знаю, может, зараженные себе забрали, а может и из людей кто. На карте кластер, в котором находился поселок, цех по ремонту строительной техники и ТЭЦ, был обозначен как нестабильный. А значит, перезагрузка могла случиться и через день, и через год.
   На улице было жарко и пустынно. Ну да, чего тут ловить, местные зараженные друг другом закусили, пришлые отведали местных, потом все разошлись по своим делам. За сутки каждый индивидуум должен был определиться, из каких он, лотерейщики и топтуны отьелись, переместились на другое пастбище, бегуны и джамперы сидели в засадах, ждали у моря погоды, этих можно было и пулей остановить, медляки и ползуны при должной осторожности были мне не опасны. Теоретически. А практически все это предстояло узнать на собственной шкуре.
   Ведь кто-то стрелял по домам в предыдущий оборот кластера, и явно не из пистолетов.
   Осторожно выглянул на улицу. Всё, как и ожидалось - покорёженные машины, выбитые окна и кое-где валяющиеся тела, перевернутые мусорные баки, отдельно стоящие зомби. И лежащие, как там их в книге называли - ползуны? Один такой действительно полз к чьей-то оторванной ноге, подкрепится, встанет на ноги и будет дальше тупо стоять, пока добыча сама не подойдет и не предложит ею пообедать.
   Стоянка возле отделения встретила меня раскуроченным уазиком, раздолбанной в хлам Хондой и чудом сохранившейся Тундрой дяди Саши. Только крыло было чуть поцарапано. Пикап - отличная машина, если надо перевезти небольшой груз, но для местных условий так себе. Открытый кузов - шикарное место для нападения, оттуда на движущейся машине очень удобно пробраться в кабину. Но к сожалению, других вариантов не было, аборигены предпочитали продукцию советского автопрома, среди автомобилей преобладала продукция автоваза различной степени дряхлости.
   Тихо, чтобы не побеспокоить зомби, я пробрался к своей машине, переключил сигнализацию на беззвучный режим и открыл багажник. Помповик лежал на прежнем месте, в машине было видно что порылись, но так, для вида, запаску никто откручивать не стал. Если бы стали, поняли, что болты фальшивые, все держится на одном центральном. С двенадцатым калибром я почувствовал себя увереннее, картечь на близком расстоянии - это не пуля, которая навылет может пройти, даже если не целиться особо, сносит голову напрочь. Думаю, зомбакам хватит. Сорока зомбакам, если промахиваться не буду.
   Метрах в двадцати от стоянки один из мертвяков, покачивающийся на ветру, внезапно повернул ко мне голову и оживился. Заурчал, сделал первый шаг. Тут же урчание подхватили другие, даже ползун, добравшийся до ноги и пытающийся ее обглодать, бросил свое занятие вместе с конечностью и навострился в мою сторону. Медлить было нельзя.
   Схватил мешок с картошкой, благо завязан он был на бантик, рванул веревку, перевалил через борт - отличный калиброванный картофель раскатился от машины, ох и жалко продукт. Спрыгнул и с пустым мешком бросился к двери в отделение, скатился вниз по лестнице. Вовремя - какой-то прыткий мертвяк практически догнал меня и сейчас стоял на верхних ступенях, покачиваясь с пятки на носок и не делая попытки спуститься.
   Я обшмонал капитана, нашел ключи от машины отставного полковника, с трудом перевалил голову кусача в мешок, взвалил на плечо, огляделся - больше ничего полезного в КПЗ не оставалось. И двинулся по лестнице вверх. С каждым моим шагом бегун отходил назад, и когда я поднялся наверх, он уже стоял практически у выхода. За дверью, переминаясь с ноги на ногу, ждали еще несколько.
   До машины мы дошли вместе - я с мешком и пять бегунов. Остальные зараженные, оказавшиеся на моем пути и не столь проворные, изо всех сил пытались убраться с дороги. Особенно не повезло ползуну, когда между нами оставалось два метра, он оставил попытки слинять и жалобно завыл.
   Была у дяди Сашиной машины одна особенность, которой я воспользовался, предварительно очистив кузов от продовольствия и прочего барахла. Отвинтил кронштейны на боковых бортах, нажал кнопку на пульте сигнализации - встроенный багажник поднялся на пневмолифтах, образуя второй этаж, опирающийся одним концом на кабину. Зафиксировал крепления, забрался наверх и как смог закрепил голову кусача. Потом оглядел остатки богатства - деревенские овощи, одежда, телевизор в коробке. Вот картошку я, пожалуй, возьму, можно ей будет завалить заднюю стенку кабины, просто так, с наскока, не доберешься. Из своей машины переложил запаску, коробку с выпивкой и аптечку. Хоть и написано в мануале по здешнему миру, что болеть мне не придется, все равно, лекарства есть лекарства. Могут и понадобиться. Переоделся - подванивавшие страхом штаны выбросил, благо сменная одежда была с собой. И влажные салфетки. Надеюсь, своим голым задом я моральную травму мертвякам не нанес, и жаловаться своему пахану-элитнику на это они не побегут.
  
   Стеллу и Кукиша я нашел на выезде из поселка. Перевернутый вездеход с вырванным люком, бороздами от какого-то очень острого и твердого предмета на бортах, с выдавленными стеклами-иллюминаторами и разбросанным хабаром. Лепешка со светлыми волосами, очевидно, принадлежала женщине, а вот Кукиш сохранился неплохо - только внутренностей в животе не было, и одной ноги. Кто это сотворил, не знаю, тварей местных я только большей частью на картинках видел, но то, что здесь произошло, впечатлило. Наверняка у ребят было что-то ценное, но ковыряться в их вещах не стал, считай, они мне дважды жизнь спасли. Первый - когда книжку оставили и живчик, без этого я бы уже давно зомбям на обед пошел, и второй вот тут, мертвяк, который это сотворил с вездеходом, однозначно посильнее моего кусача был. И окажись я в компании этой пары, тоже не выжил бы.
   Поднял только местный вариант кирки с клювом на конце, бросил в кузов. Вот такое наследство. Возможно, со временем нарост интеллигентности смоет местной реальностью, и я буду копаться в вещах умерших людей безо всякого смущения, но пока что-то меня останавливало. Это важно - не терять связь с тем человеком, которым ты еще недавно был. Даже затылок себе потрогал, не растет ли там чего, что такие вот философские мысли рождает.
   Метрвяки местные все так же опасались подходить ко мне близко, хотя и сократили расстояние. До пятнадцати метров. То ли феромоны кусача потихоньку улетучивались, то ли привыкли уже, а как еда я был гораздо привлекательнее их коллег. Спросить было некого. Развернулся, и поехал обратно.
   Тундра на низких оборотах тихо урчала, бегуны давно отстали, только двое особо прытких бежали метрах в ста. У предпоследнего дома свернул направо, там вроде была еще одна дорога. И покатил по раздолбанному асфальту.
   Поселок быстро закончился. По обеим бокам дороги раскинулись поля, поросшие травой, через три километра машина подпрыгнула, пересекая границу между кластерами, и перекатилась на дорогу из бетонных плит. Пришлось еще сбавить скорость, Тойоту трясло на каждом выступе, голова кусача била по багажнику, мешки с картошкой разбросало по бортам. Когда справа от меня появилась заправка, я решил, что пора бы и передохнуть. И заправиться заодно, дядя Саша хоть и залил полный бак перед выездом, но лишнего бензина здесь нет.
   Оказалось, что я не все знаю о заправках. Например - что без света и персонала они не работают.
   Крыша автозаправки служила отличной обзорной площадкой. Кто-то озаботился - построил себе второй этаж, жилой, сейчас пустующий. И покрыл здание плоской крышей, для гидроизоляции застеленной рубероидом. Рубероид давно потрескался, вода беспрепятственно шла через бетон на второй этаж, заросший плесенью, и даже просочилась на первый, который сверкал пустотой и битым стеклом, но зато с высоты в шесть метров можно было обозревать окрестности. Спасибо за бинокль дяде Саше, пусть местная земля ему будет пухом.
   На севере от меня находился жилой микрорайон, откуда я и приехал. Поля на западе и востоке перемежались лесными массивами, в лес я только за грибами ходил, на машине там особо не поездишь, так что этот вариант пока отпадал. Хотя в километре примерно эту дорогу пересекала другая, уходившая как раз за поля и леса. Доеду до перекрестка, огляжусь, может и поеду туда.
   На юге виднелся комплекс каких-то зданий, то ли дом отдыха, то ли база какая-то, а может даже стаб, о которых в книжке было написано, будто там люди годами живут и чувствуют себя спокойно и защищенно. С трудом верилось, но все же посмотреть стоило. Торговлей я заняться не смогу, нечем торговать, как боец я пока бесполезен, но вдруг, как обещает книжка, во мне какой-нибудь ценный дар запрятан. А первая консультация бесплатно, чего не провериться.
   Как стоял, так и упал. По дороге бежала очередная тварь. Огромный, больше кусача на треть монстр с мощными броневыми пластинами в сопровождении тварей помельче и со свитой всякой мелочи вроде лотерейщиков и топтунов промчался в ста метрах от меня. Я осторожно выглянул за бортик крыши и облегченно вздохнул - головы кусача на багажнике не было, видимо, отвалилась какое-то время назад. Пустой мешок еле держался на одной веревочке. Что ни делается, все к лучшему.
   Словно услышав мои мысли, монстр притормозил, высматривая что-то. Скользнул взглядом по заправке, отвернулся было, но дернулся и снова посмотрел в мою сторону. Чувствует он меня, что ли?
   Наверное, это все-таки рубер. Как там говорили про моего кусача Кукиш со Стеллой? Матерый? А этот побольше будет. Будем считать, что молодой еще, рубер-новичок. Так спокойнее, чем меньше опасность, тем и страх меньше.
   Рубер не двигался, глядя на заправку. Его свита тихо урчала, может, льстили безбожно предводителю, а может песни пели о нелегкой жизни зомби, кто их там разберет. Я пытался слиться с ландшафтом, приговаривая - "нет меня, нет меня", но не помогало, ситуация практически накалилась. Рубер сделал первый шаг ко мне.
   Помощь пришла, как говорится, откуда не ждали.
   Из-за леса выехала колонна машин - впереди монструозного вида броневик, в обварке из швеллеров, с пулеметом на башенке и мощными колесами. Следом за ним - четыре бензовоза в сопровождении такого же броневика, и три машинки помельче, тоже с защитой, переделанные под местные условия из грузовиков. В бинокль было видно, как колонна, доехав до перекрестка, притормозила, основная часть конвоя умчалась направо, на юг, а две машины повернули в мою сторону.
   Рубер переминался, глядя на приближающуюся опасность. Потом, вроде как поразмыслив, если вообще интеллект у этих тварей есть, а скорее всего, вспомнив предыдущий опыт, развернулся и понесся обратно к микрорайону. Свита поспешила за ним.
   Если самые продвинутые твари еще кое-как выдерживали темп предводителя, то большая часть безнадежно отстала. Почти сотня зараженных растянулась по дорожному полотну, не пытаясь скрыться в придорожных зарослях, и становилась легкой добычей для преследователей.
   Лобовое стекло передней машины откинулось вперед, и раздались короткие очереди. Пули косили зараженных направо и налево, тех, кто оставался на ногах, давили колесами, экипаж второй машины добивал выживших.
   Преследователи промчались мимо меня, не остановившись. Ну да, чего им тут ловить-то? Машину я за домиком поставил, ее может и видно, но по сравнению с убегающим возможным носителем жемчужины, которым в брошюрке было отведено несколько страниц, это не добыча. Если за горошину давали пятьдесят споранов, то за красный или черный шарик - неизвестно сколько. Не было такой информации, про патроны, оружие - был листок с примерными ценами, а вот про настоящие ценности - не было.
   Рубер бегал куда быстрее грузовиков, думаю, километров сто-сто двадцать он дал, так что давно уже спрятался в поселке с частью отставших последователей. Машины преследователей скрылись за домами, звуки стрельбы не смолкали. В стрекотание автоматов или пулеметов вклинились разрывы, игра пошла по-крупному. Опять от поселка руины останутся, незавидная судьба у этого кластера.
   Преследователи веселились среди домов не меньше часа. За это время я успел глотнуть живчика, сьесть последнюю банку тушенки и распечатать консервированные помидоры в собственном соку - Маша их отлично делала. За это я даже помянул ее добрым словом. По одному на каждый помидор. Еще книжку перелистал, там, где про стабы написано, вдруг решу туда заявиться, буду подкован теоретически. Как, что, почем. Картошку продам, консервы домашние. Они, небось, сроду такой роскоши не ели. В супермаркетах-то кроме хамона и икры взять нечего, ага.
   Собрался уже спуститься к машине, когда два грузовика выехали из поселка. Ехали медленно, несколько человек шли пешком, осматривая зараженных на предмет новообразований, и периодически наклоняясь, чтобы собрать урожай. Наконец передней машине, видимо, это надоело, в ней остались только водитель и один боец, головной экипаж рванул по дороге. И затормозил прямо рядом с заправкой.
   Водитель остался за рулем, а боец, в броннике и шлеме, спрыгнул с подножки, откинул стеклянное забрало и не торопясь подошел к домику заправщика. Поднял голову вверх.
   - Эй, - помахал он рукой. - Не запарился там наверху сидеть?
  
   5. Улей, день третий? Стаб Светлый.
  
   - За картошку и закатки дам пять споранов, - Армен, толстый, усатый и волосатый управляющий гостиницы, устало покачал головой, мол, и так одолжение делает, со всякими нищебродами общаясь, а те еще кочевряжутся. - Неделю можешь жить в экономе и кормиться бесплатно, да. Не устраивает - значит, не договорились. Ара, нет?
   - Закатки - отдельно, - помидоры мы попробовали, довольное выражение лица местного трактирщика я понаблюдал, - картошку за пять отдам, так и быть. Четыре мешка. Один оставлю, посажу. С мешка еще десять получу, тебе продам. Бизнес.
   Армен расхохотался аж до слез, вытер глаза салфеткой.
   - Гоша, семь споранов и неделя. Походи, поговори с людьми, продашь дороже - я в обиде не буду.
   - Ладно, - я хлопнул рукой по столу, - договорились.
   - Вот и хорошо, - пакетик с семью шариками перекочевал ко мне, - машину будешь продавать?
   - Пока нет.
   - Надумаешь, покупателя найду, да.
   Кто бы сомневался. Уже несколько человек подходили, спрашивали, буду ли продавать. Вот только цены на автомобили тут были смешные. Горошина за отличный японский пикап.
   Комплекс зданий на юге от заправки оказался стабом с романтичным названием Светлый. Стабом в том смысле, что обновлялся как по часам, раз в три года. За неделю до перезагрузки все население снималось, переезжало в соседний кластер в укрепрайон на месте колонии строгого режима, обнесенный высокой стеной с вышками и тяжелой артиллерией, а потом заселялось обратно, окапываясь неглубоким рвом, заполняя его водой и при необходимости обустраивая новый укрепрайон - тюрьма перезагружалась раз в год, сидело там народу немного - около ста человек, сценарий захвата был отработан. Сначала ждали, когда там никого не останется, потом зачищали - с вертухаями и зэками никому возиться не хотелось, даже с имунными.
   Изначально на месте стаба был какой-то профилакторий с названием "Светлый путь", и лет тридцать пять-сорок назад тут еще попадались люди. Но потом в тех мирах, откуда обновлялся кластер, базу отдыха дружно забросили, и хозяевам стаба с каждой перезагрузкой доставались все более обветшалые здания. Несколько зараженных из оставшейся обслуги, появлявшиеся при каждом обновлении, были не в счет. Кластер пришел в запустение, почти обезлюдел, кому интересно каждые три года на руинах селиться. А лет пятнадцать назад что-то поменялось, и те, кто еще оставался, стали обладателями неплохого ресторана с гостиницей, двух строящихся коттеджных поселков, супермаркета, небольшой частной клиники и четырех пятиэтажек. И если в тот, первый цикл еще не все дома были достроены, последние два раза и дороги появились приличные, и даже спортивный центр с барбершопом. Где-то там жили все лучше и лучше, ну и тут не отставали.
   Зараженных тоже прибавлялось, но не так чтобы критично. Хозяева стаба смекнули, что процесс должен идти под контролем, отлавливали зараженных, затаскивали их в карантинные бараки - а кто не пойдет, если незнакомые люди на странных, но очень впечатляющих машинах, наведя стволы, предлагают настойчиво? С каждой такой перезагрузки кластер получал до трех-четырех десятков иммунных, остальных, кто не такой удачливый оказался, уничтожали сразу после перерождения. Причем, надо отдать должное хозяевам, живчиком поили всех.
   Мертвяки на пустой кластер не нападали, штурмовали укрепрайон. Но то ли местная элита была жидковата, то ли другие места были вкуснее и нажористее, но нападения, судя по рассказам, проходили вяло и без огонька.
   Армен был как раз одним из таких иммунных, попавших сюда в последнее обновление. И очень надеялся на следующее - двух одинаковых людей Улей не приветствовал, если одна копия человека получалась иммунной, то другие однозначно заражались. А вот родственников еще можно было спасти. Как с помощью мифической белой жемчужины, так и отпаивая раствором гороха, хоть и без подтверждения научного, но люди верили, что это может помочь. Бывший хозяин гостиницы тут был всего лишь управляющим, но это его не смущало.
  
   Ребята, обнаружившие меня на заправке, в сущности ничего плохого мне не сделали. Наоборот, только хорошее - усадили в мою собственную машину, отконвоировали в Светлый, даже дали несколько советов напоследок. Например, в первую очередь сходить к ментату - местной органической системе идентификации. Во избежание недопонимания, вдруг я какой преступник, и разгуливаю свободно. А потом - к знахарю местному, провериться на наличие дара. Книжку мою похвалили, мол, хорошая, как художественная литература сойдет.
   - Жизнь меняется, - подтвердил их слова ментат, выдавая мне белый с красной полосой силиконовый браслет. - Раньше все так и было, лет двадцать назад, и крестили новичков, и делились с ними последним. Вот и гуляли по свету тысячи Везунчиков, Быстрых, Орлов, Хомяков и прочих. Выживаемость-то никакая была, а сейчас народ приспособился, обустроился, вот и вспомнили, что есть у всех имена и фамилии. Но если тебе это важно, называйся как хочешь. Рейдеры вон верят, их право. Считают, что на них все держится, и в чем-то резон есть. Единственная ценность в этом мире, которую еще никто не придумал, чем заменить - спораны. Не выпил раствор, значит умер. А остальное - все эти легенды, обычаи, приметы, да, действуют, но мы тут изначально мертвы. Каждый день это, считай, тебе от судьбы подарок. Сколько бы ты не прожил, все в плюс. Сегодня мы сидим, разговариваем, а завтра пронесется тут орда с элитниками во главе, и не станет ни нас, ни Светлого. Проникся? Иди, не задерживаю. К знахарю не забудь заглянуть, может и вправду какой дар есть ценный.
  
   - Нет, - знахарь поводил у меня возле затылка ладонью, - никакого дара не чувствую. Ты сколько дней тут? Три? Считай, только появился. Вот месяц пройдет, если не проявится ничего, тогда беда. А пока, если есть возможность, на горох налегай, но без фанатизма. От обычного только кишки раздует, а от этого, местного, и в кваза недолго превратиться, если жрать без счета. Одну-две в день, не больше. Лучше две, так вероятность получить что-то полезное выше. Усек? Ну все, вали. Этот прием бесплатный, следующий - пять споранов. А чего ты хотел? Медицина везде штука дорогая.
   - И прибыльная, - не удержался я.
   Знахарь только усмехнулся и выставил меня за дверь.
  
   Волчий оскал капитализма разбавлялся местной социальной политикой. Нет споранов на жизнь в гостинице или сьем жилья, иди работай. Не можешь воевать, добывать ценный продукт, в поселении есть множество дел, которые требуют рабочих рук. Сантехники, сварщики, электрики и даже дворники всегда нужны
   Так что, получив от Армена семь споранов - месяц-два жизни при экономном расходовании, я сначала выспался, а потом отправился на биржу труда.
   Новичков, кроме меня, оказалось еще с десяток. Вслед за рейдом, преследовавшим рубера, в поселок отправился другой, за иммунными. Таких при каждой перезагрузке оказывалось около доли процента, самые любопытные, семейные и глупые сьедались, те, кто поосторожнее и одинокие, сидели по квартирам и имели все шансы дожить до спасательной операции. Вот таких и привезли. Причем одному парню реально повезло - инвалид детства, прикованный к коляске, он уже на второй день встал и пошел. И готов был на любую работу, бесплатно, просто из чувства благодарности.
   Процесс распределения работы напоминал сцену из известного фильма, только вместо лейтенанта милиции информацию доносил обычный лист бумаги. Песчаный карьер - три человека, ликероводочный завод на сегодня нарядов не прислал. Иначе говоря, на копку укреплений за споран в два дня требовались те, кто мог управляться с техникой, а мести улицы за два спорана в неделю доверяли всем. Я уж было примерил мысленно на себя фартук, фуражку и рукавицы, как тут мой взгляд упал на предпоследнюю строчку вакансий.
   Требовался курьер на собственном автомобиле. Споран в день, бензин за счет города.
   - Нужен небольшой грузовичок, шустрый, посылки развозить, что-то из соседнего кластера привезти или туда отвезти, - подтвердил представитель нанимателя, до этого терпеливо разьяснявший выздоровевшему инвалиду, почему тот не сможет работать на грейдере. - Что у тебя, Тундра? Это пикап такой? Нет, маловат будет, иногда длинномеры есть.
   - У меня еще багажник, метра четыре длиной, сверху, - выложил я свой козырь.
   - Ладно, подгоняй сюда, посмотрим. Если действительно все так, считай, работу получил. С условиями знаком?
   - Споран в день плюс бензин? Да.
   - Ремонт машины за твой счет, - предупредил кадровик. - А то многие берутся, а потом плачут, что все на запчасти уходит. Обслуживался давно?
   - Месяца три назад, - вспомнил я разговор с дядей Сашей.
   - Повезло. Если модель популярная, запчасти достать не проблема. А с редкой намучаешься. Но на месяц должно ведь хватить?
   - Почему на месяц? - насторожился я.
   - Ты не в курсе? Работы эти общественные, которые местная власть оплачивает, они только для новичков и только на месяц, чтобы минимум обеспечить. Ну а дальше исключительно по потребности. Хотя некоторые так и остаются, кто-то даже год держится.
   - А потом?
   - Суп с котом, - добродушно ответил кадровик. - За машиной сходи, посмотрим, а то может метла - твое привычное орудие труда. Парень ты крепкий, с лопатой отлично смотреться будешь.
  
   Машина требования нанимателя удовлетворила вполне. Особенно навесной багажник - он еще и раздвигался в длину до пяти метров, закрывая сверху практически весь автомобиль, и испытания стальными рельсами выдержал, только амортизаторы на лифтах чуть просели.
   - Хорошо, - кадровик похлопал по нагревшейся на солнце двери, - завтра и приступишь. В семь-ноль-ноль подьезжаешь к спорткомплексу, там на первом этаже сидит кладовщик, будешь от него задания получать. Пока по поселению, а как дня через три освоишься, выпустим на межкластерную дорогу. Форменную одежду получишь у него же, и зайди к ментату, пусть браслет тебе обновит, а то с гостевым дальше КПП не уедешь. Сотовый есть? Вышки стоят, связь только вай-фай, но тут больше и не нужно. По нашему кластеру берет уверенно, а в дороге, как отьедешь, тут тебе рация в помощь. Пока на муниципалов работаешь, в пользование дадут, а потом выкупить можешь.
   - Тоже у кладовщика?
   - У него. Что-то еще хотел?
   - Нет, - пожал я плечами, - спасибо, что все растолковали.
   - Такая работа. Дальше сам справишься.
  
   Кладовщик, здоровенный детина под два метра ростом и мощными мышцами, недовольно поглядел на часы, потом на меня.
   - Семь часов - время выхода на линию, - прогудел он. - А тебе еще переодеваться, инструктаж получать. На первый раз прощу, но завтра в половине седьмого чтобы как штык. Как тебя записали, Георгий Бат? Это хорошо, а то недавно одного спасли, так крестный его, на голову больной, решил парню эльфийское имя дать, хрен выговоришь. А ошибешься - обижается. Педриэль, что ли? Ну что-то похожее, у меня записано. Рабочий график составляешь сам, кроме начала дня, тут строго. В день максимум десять заказов, если внутри кластера, или рейс туда-обратно, если в другой. Ближайший более-менее стабильный в двадцати километрах, так что работка не бей лежачего. Погрузка и разгрузка габаритов не твоя забота, но мелочь всякую, если ее немного, придется потаскать. Элита сюда не суется, рубера последний раз в прошлом году видели, а от остальных отобьешься. Оружие есть?
   - Помповик 12 калибр, автомат еще есть, короткоствольный.
   - Хорошо. Боеприпасы за счет муниципалов, но особо не наглей, стрелять тут негде. Три коробки патронов я тебе выписываю, одна - разрывные для гладкоствола, и две с обычными для автомата. Получишь на оружейном складе, здесь недалеко. На месяц должно хватить, остальное за свой счет докупишь, рекомендую зажигательными добрать. От мелочёвки отобьешься, а если захочешь на кого покрупнее выйти, пулемет покупай. За свои. Рацию там же, на складе заберешь. Смартфон взял?
   Я вытащил телефон. Кладовщик показал, как зайти в местную сеть, дал пароль. Без этого разве что рекламу можно было смотреть, а остальное - три спорана в месяц. За споран помог установить мессенджер для вай-фая, забил там мой идентификатор и список тех, с кем нужно связываться, если что.
   - Звони, если будут вопросы. Но по пустякам не беспокой.
   Пудовые кулачищи собеседника заставляли отнестись к его словам со всей серьезностью.
  
   Первые три дня, как и обещал кадровик, я гонял исключительно внутри кластера. Возить много чего пришлось - и продукты, и оружие, и почту, и даже ящики с рассадой. На третий день я заметил, что некоторые заказы, которые привез днем раньше, надо было отвезти еще раз, в другое место. Но вопросов глупых задавать не стал, или схема какая хитрая, где любопытство только навредит, или просто не знают, чем меня занять. Зато за это время поселение изучил от и до.
   Хотя, чего там изучать - кластер площадью в несколько квадратных километров условно делился на несколько частей, соединенных асфальтовыми дорогами. В северо-восточном углу, примыкающему к кластеру с колонией - гостиница, магазины, спорткомплекс, и многоэтажки, на западе и юге - два коттеджных поселка. И склады с мастерскими на северо-западе, там же и КПП был. Постоянное местное население приближалось к тысяче, и это не считая рейдеров, которых тоже было немало - в полусотне километров отсюда регулярно перегружались несколько кластеров, не слишком щедрых на ништяки, но и не бедных совсем.
   Самые приближенные к власти жили в номерах на верхних этажах гостиницы, доступ туда шел отдельным лифтом через охрану, так что, даже проживая там же, я с ними не сталкивался. Те, кто пообеспеченнее, расселились по коттеджам за горошину-полторы в месяц, а победнее или жаднее - в пятиэтажки, переоборудованные в хостелы, места там стоили гораздо дешевле, особенно в уплотненных номерах. Один такой, на четверых, я даже присмотрел, всего споран в месяц за верхнее место на двухъярусной кровати - Армен ясно намекнул, что неделя обязательно закончится, и платить потом мне придется так же, как всем, по два спорана в сутки за обычный номер. Местные, кстати, в гостиницу не селились, а вот рейдеры периодически ее полностью заполняли.
   Работа была - не бей лежачего. Каждый рейс занимал минут десять чистого времени, пробок на улицах не было, и хотя на погрузку и разгрузку уходило не меньше часа, таскать тяжести мне не доверяли, сидел в кабине, смотрел местную сеть. Там даже форум был, с темами "Улей уже не тот" и "Вернем старый Стикс". Какой он был, этот старый Стикс, я не знал, но общий фон обсуждения был знаком - новички рассказывали новичкам, как классно было бы жить при прежних порядках и обычаях. И трава была зеленее, и из монстров жемчужины падали, только что не гадили они ими, и злобных муров гоняли кто в гриву, а кто и под хвост, и внешники сидели тихо, боялись нос из своих укрытий высунуть. А теперь все стало плохо и вообще пора валить. Только куда отсюда свалить, никто не знал.
   Первые два дня привыкал, приходил ближе к ночи, ужинал и падал в кровать, а на третий, быстренько сделав все десять поездок, освободился почти в пять вечера.
   В ресторане гостиницы было шумно, какая-то компания, человек двадцать, не меньше, не стесняясь присутствующих, беседовала в полный голос, и даже громче. Приглядевшись, хотя на зрение теперь жаловаться грех, где мои минус полтора, заметил среди голосящих нетрезвых парней знакомое лицо. Рубик, парень, который меня с крыши слезть заставил. Так-то, спасли меня ребята, если рассудить, лежал бы я на рубероидной крыше в ожидании очередного рубероида. Рубера. А вместо этого сижу сытый почти, довольный и при своем отменном здоровье. Сбегал в номер, достал из коробки две бутылки, прикинул, что на двадцать человек это будет маловато даже понюхать, взял еще три.
   - Проставляюсь, - водрузил самогон на стол.
   - Это что такое? - грузный мужчина, лысый, с глубоко посаженными глазами, открыл одну бутылку и принюхался. Остальные притихли.
   - Я Гоша. Рубик вон меня подобрал.
   - Это мы знаем, - лысый махнул рукой, официант принес пустой стакан. - Я про выпивку. Хотя нет, погоди, сам догадаюсь.
   Чуть зеленоватая жидкость едва закрыла донышко. Лысый принюхался, чуть покачал стакан, отпил, подержал во рту.
   - Не пойму, - через пару секунд сказал он. - Но штука крепкая. Градусов шестьдесят. Багульник? Зверобой? Еще анис чувствуется. На чем настаивал?
   - Маковые коробочки, - не стал скрывать я. - Еще с той Земли. Сосед по даче делает. Делал.
   - Вещь! - Лысый налил треть стакана, не спеша отхлебывал. - Налетай, ребята. Гоша проставляется.
   Вокруг загомонили, бутылки пошли по кругу, пили не спеша, без тостов.
   - Зараза, по шарам конкретно бьет, - лысый помотал головой. -. Но спека там точно нет, гений твой сосед. Не перенесся?
   - Нет. Я в пути был, когда это произошло.
   - В панельном кластере? Да, Рубик говорил. - Тот, услышав свое имя, кивнул, мол, да, виноват. Больше не повторится. - Гоша - это твое настоящее имя, или крестили так?
   - Настоящее. Были двое ребят, которые мне живчик оставили.
   - А расскажи-ка нам об этом поподробнее, - лысый внимательно на меня посмотрел, положил сжатые кулаки на стол.
  
   6. Улей, месяц первый. Стаб Светлый.
  
   - Стелла с Кукишем рейдеры были неплохие, хоть и себе на уме, - лысый, выслушав мой короткий рассказ и задав несколько уточняющих вопросов, немного расслабился.
   - Слышь, Кардан, не врет? - сидящий рядом с ним парень в темных, несмотря на полумрак в помещении, очках, подцепил вилкой пельмешек.
   - Нет, правду рассказал, - лысый Кардан легонько хлопнул ладонью по столу. - Вы ведь там их видели, да? А всего-то надо было новенькому трофеи оставить, Улей - он такой, не прощает. У нас тут тоже умники есть, в стабе, считают, что все это хрень собачья.
   - Нет? - осторожно поинтересовался я.
   - Ну если на попе ровно сидеть за укреплениями, может и пронесет. А стоит в неспокойные места выехать, вот там все и проявится. Дар не открылся еще?
   - Нет. Лекарь местный говорит, месяц надо ждать.
   Кардан призадумался, наклонился ко мне поближе.
   - Бат, я скажу, а ты запомни. Если лепила недели через три у тебя ничего не найдет, найди меня или вон Рубика. Вопросы не задавай, проявится дар, и спрашивать ничего не надо будет. А горошины и спораны твои, которые из кусача, мои ребята нашли. Но это их трофей, тебе они ничего не должны.
   - Я и не претендую, - пожал плечами. - Жизнь - она дороже всяких этих шариков.
   - Это ты сейчас так думаешь, - лысый улыбнулся, - а как в рейд пойдешь, передумаешь. Если бы не спораны, горох и жемчуг, не было бы ни этого стаба, ни вообще никого. То, что тебе тут как новенькому платят, оно ведь не из воздуха берется. Парни, рискуя жизнью, привозят. Вот и покумекай.
   Я было еще за выпивкой дернулся, но Кардан остановил, мол, хватит. В принципе, логично, спиртное иммунных и так плохо берет, кратковременно, чего зря продукт переводить. Посидел еще с ребятами недолго, для приличия, а потом к себе ушел, у них свои дела, для посторонних лишние, у меня свои. Правильно решил, судя по тому, что никто меня не задерживал.
  
   - Распишись здесь, - кладовщик выдал мне маршрутный лист. - Туда повезешь почту и запчасти, обратно - электрооборудование. Смотри, чтобы по накладным все сходилось. Ящики вскрывать не надо, проверяй пломбы. Сорвана - просто не бери, вычеркивай из накладной. Понял?
   - Ага, - груз небольшой, не то бы в трак загрузили и погнали, но для экономии топлива и обеспечения работой новичка Тойота тоже сойдет. - Смотри, тут край кластера заштрихован. Что это значит?
   Кладовщик поморщился.
   - Гоша, он же Гога. Ты карту скачал из сети? Все отметки там есть. Маршрутный лист для бабулек с кнопочными телефонами, и на случай, если смартфон сдохнет. Ставишь навигацию по вышкам сотовой связи, ничего сложного. Не знал, что здесь сотовая тоже работает? Не для тебя, чудак-человек, для тех, кто повыше нас сидит. Но навигацию обеспечивает и для таких дармоедов, как ты. Понятно?
   Я кивнул.
   - Карты закачал уже? Нет этого участка? Ладно, заштрихован, значит рядом черный кластер, и сотовая связь здесь не берет. Вроде неделю назад появился, еще не успели обновить. Вот такие же дармоеды сидят, дома ничего не делали, и тут стараются навыки не потерять. Через каждые три километра отмечай точками на листе, где находишься, связь с вышкой пропадет, будет шанс доехать. Кисляк, мертвяки - инструкцию читал? Молодец. Невнимательно прочитал, тебе же хуже будет.
   - Ты говорил третьего дня, двадцать километров. А тут все пятьдесят.
   - Ну так это ближайший кластер в двадцати, а тот - рядом с железкой, основной груз сразу разбирают, а что остается - дозаказываем. Если ты не хочешь, может мне фуру туда послать, или самому съездить? Давай ключи, чего там. Отдохнешь пока.
   - Ладно, ладно, понял я, - примирительно поднял ладони. - Но и ты посуди, я в своей жизни только по банкам стрелял, а тут одному, без сопровождения.
   - Не ссы, места спокойные, ближайшая перезагрузка не раньше, чем через две недели, и то до нас не доберутся, - успокоил меня кладовщик. - Груз ценный, если что случится, сразу на рации жми красную кнопку. Ну а если нападет топтун или кусач, ногу вперед выставляй. Пока он ее жевать будет, успеешь доложиться. Да шучу я, шучу. Не успеешь. Да, ты же главного не знаешь.
   По виду кладовщика я понял, что бесплатный цирк все еще дает представление.
   - Тебе за сложность рейса надбавка положена. Два спорана получишь. Если вернешься.
   Детина захохотал. Так и хотелось сказать ему, мол, давай, ружье возьми и иди бегуна подстрели. Посмотрим, кто из вас быстрее бегает. И кто кого первый догонит.
   А что, и сказал. Кладовщик побагровел, кулаки сжались, лицо стало недобрым и взгляд такой злой, нехороший, ну а дальше не знаю, ушел.
   Груз мне кое-как запихнули в машину мои старые знакомые с биржи труда. Инвалид у них бригадиром стал, только командовал. Так себе руководил, больше мешал. Так что я самолично проверил крепления, выровнял коробки, прижал сверху багажником, уточнив, нет ли хрустальных ваз и богемского стекла. Работяги - они любят незамысловатые шутки. На выезде из стаба махнул браслетом с зеленой полосой над планшетом охраны, сеть ловилась на пять делений, солнце светило прямо в правый глаз. Вроде все.
   - Эй, погоди, - вдруг замахал мне охранник, - ты ведь в Кантемировск едешь?
   - Нет, в Полесье.
   - Ну это по пути. Надо человека отвезти, захватишь с собой?
   - Да, - кивнул я. - Только если это будет хорошо вооруженный боец в бронескафандре с минометом и запасным дроном-штурмовиком. Эй, да шучу я, от кладовщика в спорткомплексе заразился. Конечно возьму.
   - Хорошо, - выдохнул охранник. - А то я решил, что ты совсем дурачок. Вон твой пассажир.
   По выложенной брусчаткой дорожке к КПП бежал невысокий светловолосый парнишка лет семнадцати-восемнадцати, со смуглым лицом, от чего волосы казались крашенными, в оранжевых кроссовках, ветровке и рюкзачком. Похлопал часового по плечу, открыл дверь, легко вскочил в машину, на рюкзачке был нарисован Соник.
   - Шеф, до Кантемировска подбросишь? - старательно пробасил он и белозубо улыбнулся.
   - Нет, без детского сидения не повезу, - парировал я. Грубовато, может зря так.
   Но парнишка не обиделся.
   - У меня все гаишники куплены, а если будут придираться - скребберам скормим.
   По напрягшемуся лицу охранника, прислушивавшегося к разговору, я понял, что тема скользкая, но парнишке все было ни по чем.
   - Трогай, шеф, - распорядился он и засмеялся.
   И я тронул. Осторожно, может попутчик веселый, а может - чокнутый, смех без причины известно, что.
   - Я - Соник, - представился парень, стоило нам отьехать метров на триста от шлагбаума.
   - Гоша, - кивнул я головой. - Гоша Бат.
   - Бат - это от слова английского? - невинно поинтересовался попутчик. - Попа? Или летучая мышь?
   Блин. А ведь точно.
   - Нет, это вроде как от фамилии Баталов, актер такой, который Гошу играл в фильме известном советском.
   - Каком? Не, не смотрел такой. Я думал - от Бетмэна. Но ты вроде на Тайлера Хенклина не похож совсем.
   - Бетмэна Бен Аффлек играл, - я обьехал булыжник и попал колесом в выбоину. Мы оба подпрыгнули на сидениях. - Тут, как я понял, все из разных миров, как в теории о параллельных вселенных.
   - Вселенная одна, - парень вдруг стал серьезным. - Распараллеливание возможно только на ограниченном участке пространства с высоким гравитационным сопряжением и низкой проницаемостью поля, при наличии центра сингулярности. Например, в отдельной галактике с массивной черной дырой в центре, или в отдельной звездной системе, но там свои сложности. - Соник улыбнулся, превращаясь в прежнего раздолбая. - Это я в книжке одной прочитал, ну в сети. Говорят, где-то на востоке есть университет, хочу туда попасть, не все же с пулялками за бывшими людьми бегать. О, смотри, бегун, молодой еще.
   Он показал на спешащего в попутном направлении зомби. До чучела в остатках спортивного костюма было метров двести. Пока я размышлял, что делать, парень вытащил из рюкзачка пистолет с длинным дулом, высунул руку в открытое окошко и выстрелил. Беззвучно, но бегун рухнул как подкошенный.
   - Гоша, притормози, - попросил стрелок. - Хоть пару споранов, да найдем в нем. Не повезло, что он один, обычно по двое-трое держатся. Из машины не вылезай, а то мало ли что.
   Я и не вылезал, пока парнишка, достав нож, разрезал споровый мешок на затылке бегуна.
   - Прямо в затылок попал, - похвастался он, залезая обратно. Раскрыл ладонь, - четыре штуки. Два твоих, два моих. Бери, не стесняйся, мы же команда, добыча - пополам.
   - Слушай, Соник, не обижайся, - я тронулся, объезжая труп давно умершей женщины, - сколько тебе лет?
   - Двадцать два, - легко ответил парнишка. - Чего тут обижаться-то? Ты ведь свежий, да? Когда долго тут проживешь, станешь моложе, а те, кто рождается здесь, вообще дальше полового созревания не идут, подростками остаются. Да это в книжке твоей есть, только у тебя старая версия, наверное у тех, кто подарил, лет десять в рюкзаке валялась. Сейчас другие вышли, в сети можно скачать. Какой у тебя номер в болталке?
   Я назвал.
   - Записал, - Соник забил себе контакт в безрамочный тонкий смарт. - Скину ссылку, так просто не найдешь, а поиск тут через одно место работает.
   - А давно ты здесь?
   - Да уже три года. Представляешь, в институт не поступил, в армию забрали, так даже присягу принести не успел, как сюда перенесся. У нас в отряде старшина был, говорят, элитника похожего видели. Прикинь!
   И он расхохотался.
   - О, смотри, приехали, - от дороги шло ответвление к воротам в бетонном заборе. - А вот и Кантемировск, притормози-ка. Ну все, бывай, Гоша Бат, может еще встретимся. Я сам дойду, ты дальше езжай.
   Он выскочил из машины, обошел ее спереди, помахав мне рукой, и побежал к воротам. Соник на рюкзаке подпрыгивал, оранжевые кроссовки добавляли этому миру еще чуток нереальности.
   Поехать-то я поехал, но сначала дождался, когда в воротах откроется калитка, и парень просочится в образовавшуюся щель. Часовой на вышке, заметив это, помахал мне рукой, мол, все с ним в порядке.
  
   До Полесья я доехал без происшествий. Рядом с заштрихованным местом связь и вправду почти пропала, но только на прямом участке в километр, проходившему большей частью по мосту. Внизу тек канал, с северной части - в бетонном обрамлении, с южной - склон был укреплен сварными конструкциями и сетью. Граница между кластерами проходила прямо по середине моста, небольшое смещение дорожного полотна, буквально сантиметров двадцать, так что пришлось сьезжать на продолжение дороги немного боком. Мимо меня на большой скорости промчался мотоциклист, подвзлетев на неровности, длинные волосы выбились из-под шлема и развевались на ветру.
   Вздохнул, с женским полом тут не то чтобы напряженка была, недостаток выживших женщин уравновешивался ускоренной убылью мужского населения, но вот знакомиться со мной никто не спешил, не котировался тут курьер. Вот был бы я что ли слесарь, или какой-нибудь сварщик.
   - В крайнем случае милиционер, но только не барабанщик, - допел я, выворачивая к небольшому подьемному мосту, перекинутому через ров с водой. Универсальная защита от не очень развитых зараженных, даже топтуна остановит.
   Мост был опущен, фигурка в кожаной экипировке, сидя на мотоцикле и опираясь одной ногой о землю, что-то втолковывала часовому, но не успел я пересечь водную преграду, как они, видимо, договорились, и мотоциклист уехал. Мотоциклистка - грудь явно выступала у полуобернувшейся наездницы железного коня.
   - Сейчас прямо, и через два переулка повернешь налево, там еще фрахтверк на углу, ну дом такой с... как бы обьяснить..
   - Я знаю, - успокоил часового. - Фахверк.
   - Во! А то попадаются такие, кто не знает. Там же это..
   - Балки с наружной стороны в темный цвет выкрашены.
   - Точно, - часовой просиял. - Пытаюсь обьяснить, а люди тупые, не понимают.
   - Не разбираются в строительстве, - поддакнул я. - А дальше, после дома?
   - Там увидишь - здание приземистое, в два этажа, с плоской крышей. Это и есть склад. Разгрузишься, а потом они скажут, куда ехать.
   Склад я нашел быстро, рядом с ним стоял приметный мотоцикл, вблизи - необычной конструкции, казалось, колеса ни к чему не крепились. А вот девушки нигде видно не было, два грузчика, посмотрев на накладные, сверились с планшетами и за десять минут все разгрузили. Показали, как проехать к месту погрузки, похлопали по кузову, мол, в добрый путь. Когда я отьезжал, мотоцикл еще стоял у шлюза.
  
   На втором складе с сомнением поглядели на мою машину.
   - Слушай, ты асинхронные двигатели повезешь, - мужик в спецовке повертел накладную, поставил на ней штамп. - Каждый по сто пятьдесят кило. Всего шесть штук, девятьсот кг. Потянет?
   - Не знаю, - честно ответил я. - Машина от соседа досталась, он с ней что-то шаманил, честно говоря, не в курсе. У меня самого Хонда Пилот была, да кусач помял.
   - Гонишь! - мужик покачал головой, мол, во какие вещи с людьми случаются. - Слушай, погоди тогда, сейчас наш спец подьедет, в машинах сечет японских. И в любых других. Или рискнешь?
   - Давай ждать твоего спеца, времени навалом, - убивать машину не хотелось.
   - Куришь? - собеседник протянул открытую пачку.
   - Нет, бросил. Астма.
   Мы рассмеялись. Я вытянул сигарету, сделал затяжку, закашлялся. Отвык. Мужик похлопал меня по спине, понимающе хмыкнул.
   Минут десять мы трепались о погоде, низкой зарплате, никакой рыбалке и миграции зараженных. В последнем собеседник разбирался плохо, я - вообще никак, так что консенсуса достигли быстро и были друг другом довольны.
  
   - Ну чего расселись? - женский голос заставил нас оторваться от мужской беседы.
   На подкравшемся беззвучно мотоцикле сидела молодая девушка с длинными волосами, положив шлем на колено. Кожаная одежда обтягивала безупречную, на мой изголодавшийся взгляд, фигуру. Длинные волосы обрамляли простое, но милое личико с высокими скулами, курносым носиком, пухлыми губами и большими карими глазами.
   - Ты что ли на Тундре? Видела тебя на мосту, ездишь как бабуля, - вместо приветствия бросила она.
   Мужик в спецовке расхохотался, мол, терпи, мы-то как-то такую занозу терпим.
   Девушка отобрала у меня ключи, уселась в машину, сделала пару кругов по площадке, поколдовала с передней панелью, потом с фонариком залезла под днище.
   - Хороший агрегат. Амортизаторы Бильштайн, пневма Файрстоун, смотрю, ухаживали за машиной. Твоя?
   - Соседа, - в очередной раз признался я.
   - Оно и видно, откуда у такого недотепы такая красавица. А вот защиту на передок тут поставили, узнаю работу. У вас в стабе в общаге Кинг живет, алкаш, но слесарь от бога. Он тебе кенгурятник переделает, или ты собрался с этими вилами за бегунами гоняться?
   Я с сомнением оглядел свою машину. Ну да, навесили вместо переднего багажника сварную конструкцию, всего в пять споранов мне вышло. Заточенные уголки выступали на тридцать сантиметров вперед. Топорно? Да. Глупо? Не спорю, любой, чуть проворнее медляка, от этой штуки увернется. Но на базе уж очень механик был убедительным.
   - Как лошару тебя развели? Бывает. На свежаках все наживаются. Ты ведь из них? Это сразу видно. В общем, можешь грузить сюда хоть полторы тонны. Ого, и багажник на крышу на лифтах? В общем, пневму я подкачала до одного и семи, будешь мост проезжать, аккуратно, ну а дальше резко на тормоза не дави, улетишь. Тебя как зовут?
   - Гоша, - вздохнул я.
   - Я - Сэй. Ты ведь в Светлом горбатишься? Надумаешь Тундру продавать, если не убьешь до конца - куплю. Сколько предлагали, две, три горошины?
   - Одну.
   - Вот сволочи, новичков так и норовят ободрать. В общем, две горошины дам. Номер записывай. Нет симки? Что за нищеброды пошли, ладно, давай через болталку, как здесь появишься, если что, скинешь сообщение. Но только про машину, иначе сразу - в черный список.
   - Хорошо, - кивнул я. Выпендрежниц мне и на Земле хватало.
   Сэй надела шлем, крутанула ручку, и беззвучно выкатила с площадки.
   - Та еще штучка, - понимающе кивнул складской работник, проследив мой взгляд. - Задница что надо, а характер - говно. Любую технику может отремонтировать, дар у нее такой. Смотрит, и понимает, в чем проблема. Уж к ней кто только не подкатывал, ни в какую.
   - Лесбиянка?
   - Кто знает.
   - И то верно, не мое это дело.
   - Точно, - мужик кивнул. - Это я так, чтобы ты слюнями тут все не заляпал. Мотик видел ее?
   - Ага, на чем он?
   - Электрический. Внешников техника, подзаряжается от обычной сети, только проводку успеваем менять да трансформаторы сгоревшие. Говорят, даже режим есть, когда он чуть взлететь может.
   - Врут.
   - Не иначе. Ну все, поставили, по бокам резиной обложили. Закрепишь сам?
   - Да, багажником прижму.
   - Умно. Ты который день работаешь?
   - Четвертый.
   - Значит, почти месяц еще? Отлично, у нас часто бывает груз такой, вроде компактный, а весит много. Будем тебя эксплуатировать.
   - Без проблем, - кивнул я. - Бывай.
   - И тебе не хворать.
  
   Солидный груз давал о себе знать. Машина вела себя словно оседланный бегемот - неторопливо разгонялась, еще более неторопливо тормозила, а уж повороты я проезжал так бережно, как мог. Выступ на мосту проехал с небольшого разгона, что-то скрипнуло, но - обошлось, вроде. Поставил рацию на общую частоту - водители обменивались короткими репликами, если бы что-то произошло, я бы услышал. Все спокойно было у них.
   Небольшой поворот я прошел на пятидесяти, машину чуть занесло, но колеса я сразу выровнял, газанув. А потом вдавил газ на полную.
   В двух сотнях метров от меня на дороге стояла группа зараженных во главе с таким же Хищником, который ко мне в камеру пытался залезть.
  
  
   7. Улей, месяц первый. Стаб Светлый.
  
   Тяжело груженная машина разгонялась еле-еле. Двести метров - это примерно десять секунд, все это время я давил на газ, а кусач неподвижно стоял, наблюдая за мной. Рядом с ним тусовались два лотерейщика, обычной свиты из низших зараженных видно не было. Ростом кусач был повыше машины, не меньше двух с половиной метров, оставалось надеяться только на импульс. Все-таки три тонны против пусть даже трехсот килограммов - это серьезно.
   Кусач так не считал. Время словно растянулось, вот я жму на газ, он стоит спокойно, покачиваясь, между нами уже метров двадцать, я начинаю движение вниз, прячась под приборную панель, а монстр приседает, готовясь к прыжку. Лотерейщики обозначают движение к обочине. И я пытаюсь взглядом их притормозить, задержать. Нужна какая-то секунда, чтобы они не успели, не могут же монстры так быстро двигаться, инерцию никто не отменял. Или тут она по-своему действует. Ну же, замри, сука!
   Словно в ответ на мои мысли кусач замедлился, так и оставшись в полуприсяде, лотерейщики хоть и дернулись, но как-то очень заторможено.
   С хрустом и чавканьем три тонны с торчащими спереди в три ряда уголками въехали в группу мертвяков. Автомобиль тряхнуло, рука кусача стеганула по лобовому стеклу, разбивая его вдребезги, я что есть силы надавил на тормоз.
   Кусач под действием своей массы сорвался с зазубренных уголков, оставляя на них комок чего-то черно-красного, и отлетел метров на десять. Лотерейщики, те свалились прямо под колеса, и я, чуть отпустив тормоз, на остатках инерции проехал по ним. Распахнул дверь, сдирая с креплений на потолке помповик, выскочил наружу.
   Главный монстр пытался встать, одна нога была практически оторвана, из раздробленного в кашу остатка бедра сочилась черная густая жидкость. Как гудрон, не к месту подумал я. Тварь перекатилась на живот, оперлась руками и оставшейся ногой об асфальт и прыгнула. С двух метров пуля из гладкоствола отбила край грудной костяной защиты, я стрелял, надеясь попасть в раздробленные уголками части тела. Разрывной заряд не подвел, кусача снова отбросило, нижняя часть тела висела на позвоночнике и каких-то нитях, он рухнул на землю, снова переворачиваясь прямо в движении, живучая тварь. Но я был уже рядом, разряжая помповик в затылок. Не знаю, попал правильно или нет, но одну черепную пластину ему оторвало, дрожащими руками, чуть не выронив ствол, я запихнул его в бурую жижу внутри черепа и еще раз выстрелил. Повернулся к машине.
   Лотерейщиков видно не было, Тойота проехала по ним, так что валяться мертвяки должны были метрах в пяти позади нее. Дозарядил магазин, держа патрон в патроннике, итого снова одиннадцать разрывных. Не подходя к машине, начал обходить ее по кругу.
   Один лотерейщик валялся на асфальте, не делая попыток подняться. А вот второго не было. С Хищником я разбирался не больше десятка секунд, наверное. За это время младшая тварь успела подняться и куда-то слинять. Обходя машину дальше, приблизился к лежащему на дороге. Нет, шевелится, но встать отчего-то не пытается. Осторожно подошел, с силой вдавил ствол в глазницу и выстрелил.
   Череп твари треснул, из щелей потекло что-то зеленоватое, ощутимо завоняло гнилью. Я дернул ружье, пытаясь вытащить его из башки мертвого уже окончательно, надеюсь, монстра, и тут смазанная тень бросилась на меня.
   Оставшийся в живых лотерейщик прыгнул из-за машины, целясь когтями мне прямо в горло. Массивное низкое тело, не меньше восьмидесяти килограммов, сбило меня с ног и под действием инерции откатилось чуть дальше. Ружье вылетело у меня из рук. Лотерейщик крутанулся на месте, одна рука, точнее то, что от нее осталось, висела плетью, а вот другая, левая, была вполне жизнеспособна. Еще один прыжок, и воняющее всем, чем только можно вонять, тело придавило меня к земле.
   Во мне веса чуть побольше, чем в этой твари, но вот что касается силы, тут я проигрывал. Хоть и с двумя руками. Лотерейщик вцепился мне зубами в ногу. Хотя нет, просто прикусил, новые зубы у этого мертвяка еще не отросли, а старые уже выпали, но боль была жуткая. Длинной здоровой рукой он пытался дотянуться до моего горла, а коленом заехал в нос, разбив его в кровь.
   Нож, у меня же нож должен быть в стандартном снаряжении. Превозмогая боль и стараясь одной рукой отпихивать грязную верхнюю конечность мертвяка, я потянулся к поясу, нащупал рукоятку, выдернул лезвие и изогнувшись, воткнул его твари в затылок.
   Лотерейщик обмяк, я кое как вылез из-под грязной вонючей туши, обливаясь кровью. Нащупал хрящ носа, с хрустом совместил обломанные края. Из глаз катились слезы, нога жутко болела.
   Ползком дотянулся до ружья, сделал контрольный выстрел в череп. Огляделся.
   Вокруг вроде никого не было, через час-полтора в сторону Светлого должна была пройти фура с охраной, с чего вдруг решили двигатели отдельно везти, непонятно, да и не мое дело. Зараженных вроде видно не было, хотя пошумел я знатно.
   Отполз к машине, кое-как, переваливаясь, забрался в салон, поглядел на красную кнопку. Вот куда надо жать было, а не на газ с тормозом. Да? Или нет? Вытащил бутылку с живчиком из бардачка, сделал несколько противных глотков. Отдышался.
   Нога вроде как слушалась, только мышца болела, но уже меньше. Подвигал, может и смогу ходить. Держась за дверь, слез на асфальт, с трудом, ковыляя, добрался до кусача. Как там Кукиш резал эту хрень?
   Споровый мешок раскрылся с хлопком от продольного разреза, внутри в серой паутине что-то блестело темно-желтым на свету. Раскрыл полиэтиленовый пакет и руками выгреб содержимое, потом разберусь, что почем. То же самое проделал с лотерейщиком. Одним. Второй, которому череп разнес вместе со споровым мешком, для сбора трофеев ценности уже не представлял. Мысленно сравнил приметы с указанными в книжке. Да, кусач и два лотерейщика. Надо же, повезло как.
   И вправду повезло. А такое везение обязательно вызовет вопросы - как ты, лох педальный, несколько дней как в Улье, завалил трех не самых слабых монстров своей тарахтелкой? И на уголки не спишешь, достаточно времени было и у кусача, чтобы на машину прыгнуть, и у лотерейщиков, чтобы в клещи меня взять.
   Вот это "замри, сука" сработало? Может, дар проснулся? Если да, то хорошо это или плохо?
   Нажал кнопку на брелке, из кузова выехала лебедка. Классная штука, пятьдесят метров тонкий трос и десять - толстый. Используя растущее метрах в десяти от дороги деревце как блок, зацепил кусача и оттащил его подальше от обочины. Тонкий шнур выдержал. Ну да, чего там, двести-триста кг, как бетонный блок оттащить. Лотерейщиков прицепил, обоих, к машине и оттащил метров на сто. Там и бросил прямо возле проезжей части. А потом, отьехав еще на полкилометра, нажал красную кнопку на рации.
  
   На КПП меня встречали. Знакомый часовой и военный рангом постарше, со звездочкой на погонах. Много особо не распрашивали, лотерейщики без старших монстров - твари тупые, хоть иногда и соображают что-то, давили их часто, споранов в затылочных мешках почти не было, несколько штук - это так, считай, моя недельная зарплата. Подивились только, что изделие алкаша-рукожопа сработало, посоветовали проставить ему.
   - Повезло тебе, - старший постучал ногой по колесу, - даже машину почти не помяли. Собрал-то много?
   - Три штуки, - пожал я плечами, - это с одного, а второму я сдуру башку разворотил, там разлетелось все в разные стороны.
   Однозвездочный поржал надо мной и ушел по своим делам, это для меня - происшествие, а для него рутина, так, рядовое событие.
   - Твоего знакомого я подвез, - сообщил я часовому, когда мы остались одни.
   - Какого знакомого?
   - Ну который в машину ко мне подсел.
   - Ты не перегрелся часом? - часовой прищурился. - Уезжал один, я видел. Кого ты там подобрал? Слушай, ты к лекарю все-таки загляни, после первого боя с тварями чего только люди не видят.
   Судя по нему, боец был вполне искренен. Или очень хорошо притворялся. Может, и вправду с головой у меня что-то?
   Алкаш из гетто подарку обрадовался. Отпил чуть из бутылки, сказал, что такое пить - грех, только чуть в водку добавлять, ну да этого добра я ему полящика привез, пусть нажирается до белой горячки, тут от этого не помрешь, а жизнь он мне, как ни крути, спас. Ну и машину тоже, передок практически целый остался.
   Под это дело слесарь самолично сопроводил меня в авторемонтный гараж, где местные, недолго думая, вырезали и выгнули на прессе по размеру стекло из пластика, взяв за это всего три спорана. Я было усомнился в эстетике.
   - Пижон, - один из автомехаников смачно харкнул, растер плевок ногой, - тут лобовые - самый расходный материал. В Полесье гараж, загонишь туда тачку, тебе ее переделают, вон, кенгурятник поставил, смотри, как сработал. А то еще две-три такие поездки, и считай кончилась машина. А вообще продал бы ты ее и взял что-то попрактичнее, чего форсить-то, девки тут не на тачки западают, а на горох с жемчугом.
   - Угу, - второй, вытирая руки ветошью, полюбовался на уродливое творение, - тут тебе не Земля, хотя машинка хороша. За горошину отдашь?
   - Во, - я продемонстрировал фигу и под дружное ржание мужиков уехал.
  
   - Предупреждал, - кладовщик решительно отмел мою попытку отремонтироваться за счет стаба, - сам дурак, чего ты на этих лотерейщиков попер? Твое дело - груз развозить. Притормозил, назад сдал, или обьехал - они же тупые, по скорости с машиной не сравнятся. А ты решил в рейдера поиграть, ну и на сколько наиграл? Споранов на пять, небось? Осторожнее надо, без риска и глупостей. Груз дорогой - угробил бы, кто за это отвечать будет? Ты? Голь перекатная. Чего с тебя взять, кроме анализов.
   Я мысленно поднатужился. "Замри, сука!". Нет, не работает, все так же стоит этот теоретик, разоряется насчет тварей и их места в мире грузоперевозок, может, только на монстров это рассчитано?
   - В общем, вали, завтра в восемь сюда. Еще раз в Полесье поедешь, - прервал кладовщик мои размышления. - И не благодари.
   - И не буду. Мы договаривались об обычных грузах, а сегодня перевес был. У меня не газель, чтобы по тонне перевозить. Машина с определенными характеристиками, насиловать ее не собираюсь ни в прямом, ни в переносном смысле. Если такие грузы будут, через месяц амортизаторы менять и задний мост. Кто за это заплатит?
   Детинушка подумал, шевеля извилинами под низким лбом и сжав кулаки. Видимо решал, что проще - врезать мне сейчас, а потом добить ногами, или просто отказать.
   - Ладно, - наконец разродился он. - Выпишу тебе замену амортизаторов после месяца работы. Но если таких рейсов будет не меньше десятка.
   - И моста.
   - И моста.
   - И лобового стекла.
   - Нет.
   Ну ладно, попробовать стоило.
   - Слушай, - казал я кладовщику, - чего ты жмешься-то? Спораны не твои, а муниципалов.
   По злобному взгляду собеседника понял, что сказал что-то не то. Забрал талоны на бензин и ушел.
   Пока что у меня были две проблемы.
   Первая - жилье. Армен намекнул, что если сьеду раньше, то он мне за оставшиеся дни пару споранов вернет, через пару недель должен был перезагрузиться большой кластер в полусотне километров на запад, сплошные многоэтажки, для монстров - та еще приманка, даже элита должна прискакать, а элита - это жемчуг. А жемчуг - это рейдеры. А рейдеры - это спораны не считая за выпивку, спек, баб и номера для этого безобразия. Даже мой номер с видом на помойку ушел бы раза в два дороже, чем обычно. Команда Кардана - первые ласточки, сегодня как раз должны были вторые прилететь.
   Под это дело он сам расстарался и нашел мне неплохую комнату в коттедже, точнее говоря, не в нем, а в домике для прислуги. Большая, почти двадцать квадратов, с собственным санузлом и общей кухней, и все это великолепие за пять споранов в месяц.
   Комнат таких в домике было три - две на втором этаже и одна на первом, рядом с кухней-залом-прихожей. Я поговорил с хозяевами - хозяином авторемонтной мастерской, где я лобовое вставлял, и его подружкой, этажи в коттедже они тоже сдавали, верхний, с двумя спальнями и отдельным входом, за пятнадцать споранов, а средний - за двадцать пять. По мне, так дороговато, и хозяева со мной согласились, мол, такому быдлу самое место в домике для прислуги. Пытались было еще на уборку территории и какие-то перевозки для мастерской развести, но тут уж я уперся - плачу деньги, делаю в своей комнате что хочу, и остальное меня не касается. А если уж захотят моей машиной воспользоваться, то за их деньги любые прихоти в пределах разумного и ТТХ авто.
   Не вопрос, сказали хозяева, и выкатили споран за стоянку машины на территории коттеджа. И еще два - за уборку помещения, чистое постельное белье и прочие услуги, вроде воды и электричества. Итого восемь.
   Пожали друг другу руки, и разошлись, взаимно недовольные.
   Вещи свои я в тот же день перевез из гостиницы, Армен, как и обещал, отдал два спорана, да еще шесть в долг дал, зарплату-то заплатят мне только в субботу, я сюда по местному времени в воскресенье попал. Но об этом мы тоже уговорились, как получу, отдаю - и мы с трактирщиком в расчете.
   Перевозка личных вещей много времени не заняла, по причине их отсутствия. Чего там было-то, полтора ящика выпивки, немного консервов, которые я на всякий случай сохранил - доширак вещь хорошая и сытная, но иногда и разносолов хочется. Поднялся к себе, заперся, проверил, насколько хорошо мое окно просматривается из коттеджа. И разложил на полу трофеи.
   Два спорана в целлофановом пакетике, которые мне с барского плеча скинул таинственный парнишка. Ну как таинственный, обычный самый, только часовой вот ни в какую не хочет его существования признавать. Может им просто запрещено подсаживать пассажиров в попутку. Или шпион какой?
   И большой пакет, из которого я, сверяясь с мануалом, вытащил одиннадцать споранов и две горошины. А еще клубок янтарных нитей размером с мячик для настольного тенниса - в общем спутанном клубке серой паутины они держались даже как-то обособленно. Доступ в сеть благодаря моей работе имелся, и рецептов там было море. От самого гнусного, с серыми нитями, до благородных напитков на узелках. Мне вообще такое без надобности, но вот утверждают местные, что при травмах, не очень совместимых с жизнью, действует. Поэтому озабочусь - и приготовлю, для себя, любимого.
   Одиннадцать споранов и две горошины - неплохой капитал по местным меркам. Это в споранах больше сотни, но горошины мне самому будут нужны, если какой-то дар проклюнется. Я скрестил пальцы, может сегодня это и произошло, и не все так у меня безнадежно. Все лучше, чем от пальца сигарету прикуривать или с долей вероятности определять, врет человек или нет. В брошюрке, которую мне выделили мои крестные, про такой дар ничего сказано не было. Вот про клокстоперов - целая страница, по ксеров и прочих уникумов тоже много информации, но никто не замораживал цель, не заставлял ее замереть на месте. Или про это просто не писали.
   Местная сеть вообще вопрос умений сверхьестественных обходила стороной. На этом денег не сделаешь, люди и так знают - пей раствор гороха, будешь суперменом. Это почти как живчик рекламировать.
   Под этот поиск выплыло окно аукциона - местной биржи, где можно было продать и купить все что угодно. Например - такую же, как у меня, машину, которая уже стоила три горошины, и торги продолжались. Пикапы тут были в цене, и оснастить их было можно вооружением с минимальными затратами, и бензина они жрали не так уж много, и скорость была подходящая - от топтуна вполне можно уехать. Да и от кусача тоже, те до сотни разгонялись, не больше. А руберов в наше местности не очень-то и много водилось.
   Несмотря на слова механиков, продавать машину не хотелось. И вообще, в моем случае торопиться не надо, я тут не то что без году неделя, вообще ничего не знаю еще. Вот обживусь хотя бы месяц, тогда и решу. Если новых встреч с кусачами на дорогах не будет.
   Хоть и были хозяева - то еще дерьмецо, но вот комнату я снял выше всяких похвал. Свежий воздух, чистое белье, удобный матрас. На ночь выпил свежеприготовленный раствор гороха, благо запас водки и уксуса в кухне просто так стоял, для нужд отдыхающих. Горошина на полстакана уксуса, смешивать, но не взбалтывать. Авось проснется дар. Может быть, даже завтра?
  
   8. Улей, месяц первый, неделя вторая. Стаб Светлый.
  
   Ни завтра, ни через неделю ничего не проснулось, кроме тревожного чувства проходящего мимо времени. Я несколько раз съездил в Полесье, там в гараже поменял обвес своей Тундры, всего за восемь споранов мне заменили топорно приваренные уголки-гарпуны на новый кенгурятник - с выступающей вверх защитой лобового стекла, выдвигаемыми боковыми штырями и ребрами жесткости от капота до верха кабины. В эстетике машина потеряла, зато в плане защищенности приобрела. В цене тоже.
   Пришлось еще докупить запаску, теперь на поездки по стабу я оставлял прежние колеса, а на дальние командировки - особую резину, без воздуха. Скорость она держала не больше сотни, но зато никакой пробой был мне не страшен. Еще восемь споранов. Вот и получалось, что работал я в основном на свою машину, а не она на меня, как должно было бы быть.
   Несколько раз встречал на трассе бегунов, они при виде меня бесстрашно бросались под колеса и бесславно гибли, только успевай гниль со штырей счищать. В итоге удалось разжиться на один споран, большего в наростах на затылках этих мертвяков не было, не заслужили.
   И на людях, и на тварях я постоянно тестировал свой дар Улья. И каждый тест заканчивался отрицательно. Не хотели они замирать, даже замедляться ни в какую. Я перепробовал все, и пальцы скручивал в разные жесты неприличные, и слова произносил и вслух, и шепотом, и про себя, менял порядок слов, одни заменял другими, в конце концов получилась фраза, целиком состоящая из матерных слов, она не работала так же, как и другие, но хоть какой-то смысл в себе несла.
   Побывал я и в Кантемировске. Там осторожно спросил часового о парнишке, которого я подвозил как-то. Часовой только пальцем у виска покрутил и посоветовал поосторожнее со спеком быть, а если уж и употреблять, то только из узелков, по горошине за флакончик.
   На следующий день после моего заселения в собственное жилье, ну как собственное - сьемное, в город приехали гусары. То есть рейдеры. Площадка у КПП была заставлена разнообразной техникой, от переделанных большегрузов до настоящих военных образцов. Были и такие, каких я даже по телевизору не видел, например, вездеход с электромагнитной пушкой и активной броней, обещающей смерть любому монстру, покусившемуся на экипаж. В комплект мини-танка входили штурмовой дрон с ракетами и беспилотник разведки. Упакованный по самое немогу владелец вездехода, купленного у внешников, набирал команду со всем тщанием, рейдеры к нему в очередь вставали. Говорили, правда шепотом и намеками, что вот на такой самоходке можно не только элитника, но и скреббера подбить.
   - Ну а что ты хотел, - Армен, резко подобревший от выросшей в разы выручки, налил мне стакан пива. - Внешники теперь не те, что раньше, да. Предпочитают торговать, а не сражаться. К тому же среди них тоже имунные есть, их обратно вроде как не пускают, зато здесь они без фильтров своих ходят. Жемчуг жрут как не в себя, им он легче достается, считай, на уровень-два техника лучше. Наш-то стаб от их анклава всего в двухстах километрах, вот и достается иногда с барского плеча такая диковинка.
   Я кивнул, отхлебнул, отодвинув носом крепкую пену, мой мимолетный знакомый, как и обещал, с анонимного адреса скинул ссылку на место, где можно скачать новую брошюру. Нельзя сказать, что она радикально отличалась от старой, но вот моменты борьбы с внешниками, мурами были значительно сглажены, а упоминания о таинственных нолдах вообще исчезли. Монстры демострировали качественный рост - интеллект элиты открыто признавался, и в списке умений я нашел свое. Стоппер.
   Стоппер -иммунный, способный замедлять окружающие предметы. Дар развивался в двух направлениях, обладатели первого вида могли гасить инерцию движущихся предметов, любых, одушевленных и неодушевленных. Мгновенное замедление скорости, скажем, движущегося автомобиля - это супер как полезно. А вот вторым, к которым я, видимо, принадлежал, повезло меньше - мы могли замедлять низшую нервную деятельность существ при контакте с ними. Все. Человек, при воздействии на него, теоретически просто забывал, что хотел сделать, и если даже нервные импульсы пошли к мышцам, наступал временный паралич. Удобно, когда кто-то хочет дать тебе в глаз, а через секунду тупо смотрит на свой кулак, мол, чего я хотел им сотворить-то.
   Особенно меня интересовало условие контакта. Какой - зрительный, тактильный? Или может быть сексуальный?
   Гусары, то бишь рейдеры, с сексуальными контактами проблем не имели, считай, все свободное женское население, не занятое в таких же рейдах, вешалось на героев. И не один кластер, как оказалось, должен был перезагрузиться, а целая цепочка. Небольшой жилой массив на десяток тысяч жителей, с автосалоном большегрузов и гипермаркетом, испытательный аэродром и оптовая продовольственная база. С этих трех лакомых кусочков рейдеры рассчитывали поиметь неплохой навар. Рубик, мой старый знакомый, перед рейдом аж слюни пускал, на аэродроме с каждой перезагрузкой появлялись несколько беспилотников, способных нести и сбрасывать груз до десятка кило. Мертвяки такому подарку с воздуха в виде гранат обычно не очень-то и радовались, но зенитных комплексов у них пока не было.
   В общем, четыре сотни бойцов, уходящие в поход, оптимизмом могли разить наповал. Барышни в воздух бросали чепчики, лифчики и трусы, фигурально, конечно, Армен в предвкушении предстоящих барышей даже о долге всего один раз напомнил. Ну а властям было не до того - через несколько дней предстояла перезагрузка тюрьмы, а это значило, что новичкам добавится работы - если здания Светлого раз за разом появлялись отремонтированными и чистыми, а то и с какими полезными доделками, то вот пеницитарное учреждение раз за разом демонстрировало деградацию. Единственным местом, которое содержалось хоть в каком-то приличном состоянии, было здание начальства колонии.
   В субботу мне предстояла всего одна поездка - за зарплатой. Спораны выдавались на бирже труда в одной из многоэтажек, кассиры сверяли на компьютерах списки с табелями, выдавали заранее приготовленные целлофановые пакетики с ценным содержимым, те, у кого работа была связана с метлой и лопатой, плакались на дороговизну, ну а синие воротнички, вроде меня, прикидывали, на сколько этих споранов хватит после оплаты жилья и еды. От регулярного потребления живчика-то нас никто не освобождал, кому-то порции хватало на два-три дня, более везучим - на пять-шесть. Режим приема подбирался эмпирическим путем, поплохело - значит припозднился с выпивкой. Я особо с этим не заморачивался, пил живчик по поллитра каждые три дня, на всякий случай. Эти эксперименты над собой мне еще в том, старом мире не нравились, были знакомые, которые голодали, не ели сладкого и мясного, обливались холодной водой, вот только выглядели они ненамного лучше меня. Ну и уровень агрессии зашкаливал, от такого мазохизма.
   - Гоша Бат, - кассир сверился со списком, - три рейса в Полесье, один - в Кантемировку, и один день по стабу. Итого девять споранов.
   Под ворчание очереди, мол, вот буржуи жируют, я получил свой пакетик. Ну а что, три отдам Армену, два спорана - для внутреннего потребления, из трех штук по вычитанному и проверенному у рейдеров рецепту сделаю спек, янтарь-то лежит. Вот официально и не останется ничего, хорошо, что за жилье уплачено. И лекарю, как оказалось, за повторную проверку дара ничего платить не нужно. Живу от зарплаты до зарплаты. И главное - кусачей больше не попадается на дороге. Может, зря вчера вторую горошину проглотил? Как-никак, полтинник. Обьяснять только пришлось бы, откуда взял.
  
   Рейд, по прикидкам, должен был продлиться несколько дней. Все, кто мог носить оружие, готовились поживиться на остатках побоища, сначала хорошо экипированные и тяжеловооруженные бойцы пройдутся по кластерам, забирая сливки и уничтожая самых опасных мертвяков, следом регулярные войска стаба, тут и такие были, вместе с транспортом заберут то, чего рейдерам не нужно - продовольствие, ширпотреб, технику и инвентарь, ну а потом одиночки и мелкие группы, у кого оружие поплоше, да и из транспорта только грузовики слегка переделанные, прошерстят отстатки. Я уж думал записаться в третью волну, прибарахлиться, но кладовщик рогом уперся - не отпустил. Контракт есть контракт. Да еще на предполагаемую дату поставил рейс в Полесье. Чую - последний, как раз девятый будет.
   Вообще во мне крепло убеждение, что из стаба этого надо валить. И не в Полесье то же, а подальше куда. Хоть и помогают новичкам, и живут небедно, но как-то мутно здесь все. Да и география подкачала.
   - Смотри, - до отьезда я несколько раз пересекался с друзьями Рубика, и в этот раз он решил под маковку меня просветить. - Это Светлый.
   И он нарисовал на листе бумаги кружок.
   - Ближайшие к нам стабы - Кантемировск и Полесье, - провел линию от кружка, нарисовал еще два, один поближе, а другой подальше. Это я и без него знал.
   - Дальше идет дорога на юг, а мы по сути на острове находимся, - и он широкими взмахами зачертил области слева и справа от дороги, оставив широкий проход с одной и узкий - с другой стороны. - Это черные кластеры, туда мы не суемся. Хотя вот от проходов есть тропинки, можно на вкусные места попасть. На западе все хорошо, видишь проход, почти в сорок километров шириной. Дорога, правда, всего одна, но кластеров меняющихся много.
   - Это ведь хорошо?
   - Да. Только дальше - внешники. - И он написал слева букву В.
   - А на востоке?
   - Тут проход у'же, и в узком месте кластер нестабильный. Появляется и исчезает, когда ему вздумается, да еще и черным иногда бывает. Так что если надумаешь уезжать - то на юг. Километров сто-сто пятьдесят отсюда будет большая область, несколько стабов, настоящих, не то, что наш, много лет уже стоят, и много перезагрузок. Монстров тоже много, но вот там жизнь!
   - Почему на юг? А на север?
   Рубик рассмеялся
   - На севере, друг мой Гоша, Москва. Точнее говоря, кластеры внутри земного города. И когда перезагрузится Марьино или Бирюлево, не советовал бы я тебе быть в тех местах. Даже из чистого любопытства.
  
   Ложился спать в условное местное воскресенье, рассчитывая на следующий вечер встретить Кардана - уж очень его слова о проверке у лекаря меня насторожили. Может, знает чего, логично было бы предположить, что заинтересует рейдера именно человек с даром, зачем ему бездарность?
  
   В понедельник меня разбудил не будильник, а вой сирены. Выглянул на улицу - хозяева спешно сносили какие-то вещи в фургон.
   - Живее двигайся, овца, - орал автобосс на свою подружку, тянущую чемодан, - бросай тут.
   Та замешкалась, он подбежал, ногой выбил ручку чемодана, от удара тот раскрылся, из него вывалилась куча одежды.
   - Быстро в машину, - хозяин забросил внутрь фургона коробку, видимо, поважнее чемоданов всяких, запрыгнул на водительское сидение, - или останешься здесь.
   - Эй, что происходит? - я распахнул окно, высунулся по пояс.
   - Орда, - крик хозяина почти заглушил рев двигателя. Фургон, чуть не снеся открывающиеся ворота, вылетел на улицу.
   Поглядел на смартфон - там мигал значок сообщения.
   "Внимание. Красный уровень опасности. Срочная эвакуация в Кантемировск. Все, у кого нет транспорта, собираются у гостиницы или у общежития".
   Орда. Это когда нежить прет толпой, соображал я, натягивая одежду, хватая рюкзак и сбегая вниз к выходу. Тут набегов не было уже много лет, люди расслабились, да и укрепрайон прямо под боком, если что. Только вот колония сегодня-завтра перегрузиться должна, пересидеть там - не получится.
   Залез в машину, проверил, все ли на месте. Помповик на потолке в креплениях, в магазине пять патронов, один - в патроннике, еще тридцать в неполной коробке. Это зажигательных. Свои пять десятков я на местном стрельбище расстрелял. Короткоствольный автомат под рукой, полный магазин и еще четыре запасных. Это от слабых тварей, таких в орде много или мало? Люди по-разному говорят.
   Вдавил газ, выехал через открытые ворота. Время только пять утра, то, что тут считают солнцем, едва-едва проглядывает у горизонта из-за постоянной облачной мути. До Кантемировска двадцать километров, откуда прет толпа мертвяков, непонятно. И выяснять особо некогда, сейчас людей начнут запихивать в автобусы. Давка, аварии, могут и выезд перекрыть. И тогда тут особо прятаться негде, ров тварей надолго не задержит.
   Подавил в себе минутный порыв убраться подальше отсюда, и рванул к гостинице. С одной стороны, узнаю что-то конкретнее, с другой, может подсажу кого к себе, как-никак десять человек я увезти могу.
   Возле хозяйства Армена стояли три бронированных автобуса. Ажиотажа возле них не наблюдалось, только боец с автоматом заметно нервничал.
   - Ну что там? - бросил я ему, выскакивая из Тундры.
   - Любопытный? Иди, с верхнего этажа все видно.
   - Там же начальство живет.
   - Сдристало наше начальство, - часовой сплюнул. - Сбежали, суки. В колонии со своей гвардией закрылись.
   В холле гостиницы никого не было. Лифты тоже не работали, я побежал по лестнице вверх, перепрыгивая через ступеньки. Помповик больно бил в бок. Между пятым и шестым этажами, там, где раньше охрана стояла, никого не было. Даже сварная калиточка, означающая границу между власть имущими и быдлом, была распахнута.
   На последний этаж я заходить не стал, бросился сразу на крышу, благо люк открыт был. На плоской кровле было неожиданно многолюдно. Тут был и Армен, и Кардан с парой ребят, в порванной форме, со следами крови, и еще какие-то люди, некоторых я шапочно знал, но большинство - только видел может раз или два. В основном - гражданские, но почти все с оружием. И с биноклями. Люди разделились на две группы. Одна смотрела в сторону колониии, а вторая - в сторону дороги, уходящей в Полесье. Я протолкался к ограждению, к знакомому командиру рейдеров.
   - Привет.
   - Гоша Бат, - Кардан криво усмехнулся. Надо же, запомнил, виделись-то всего три-четыре раза. - Ты чего не сбежал?
   - Так сообщение только пришло. Когда эвакуация?
   - Поздно уже, - Кардан показал рукой на темную массу, неторопливо берущую поселение в клещи. - Дорога на Полесье перекрыта, если только оврагами вглубь уходить. А там мелких полно, ну и дальше - черные кластеры. Бежать особо некуда.
   - И давно они здесь?
   - С ночи. Из рейда кое-кто успел вырваться, ушли. Успели предупредить. Местные только дернулись, а тут первые элитники к дороге подошли. Спрятались в колонии, суки, гвардию свою с собой увели.
   - А вы как?
   - Мы в хвосте колонны были, я и двое ребят - все, кто остались.
   - И что дальше?
   - А дальше - хана. Первый кластер перегрузился на два дня раньше, как раз к подходу орды, эти там отожрались, сейчас аэродром перегружается и оптовка, но народу там мало, так что все твари, которые еще не здесь, скоро подтянутся. Там навскидку тысяч под десять - пятнадцать.
   - И чего ждете?
   - Тут неинтересно, пошли, покажу.
   Мы выбрались из толпы, наблюдающей за перемещениями мертвяков, подошли к другой группе, следившей за колонией.
   - Вот оно, начинается, - с каким-то мрачным удовлетворением сказал Кардан.
   Да я и сам увидел, благо от нас не больше полутора километров было, в бинокль - как на ладони.
   Мелкие отсюда фигурки, окружавшие тюрьму, стали пятиться назад. Те, кто помедлительнее, перемалывались мощными мертвяками в труху, орда избавлялась от балласта. Отойдя почти на два километра от вышек, огрызавшихся выстрелами, толпа монстров остановилась. И вдруг заревела.
   Облака где-то за колонией сгустились, словно огромный торнадо начал опускаться вниз.
   - Стандатный размер кластера - пять километров от вершины до вершины. Но элитникам даже перезагрузка нипочем, - Кардан потер посохшее пятно крови на рукаве. - Сейчас кластер обновится, мы по машинам - и попробуем прорваться. Ты на своей Тойоте? Возьмешь с собой?
   - Ага, - кивнул я. - Вдесятером можно разместиться.
   - Тогда еще вон Вареного возьмем, у него трое ребят. У него бронированный грузовик, но движок барахлит, на нем не выбраться, здесь бросим. До двухсот разгонишься, если в восьмером будем?
   - До ста шестидесяти точно, - подумав, сказал я, - а дальше болтать начнет, пневма, как-никак, из кузова вылетят.
   - У Вареного пулемет. Рискнем.
   - А автобусы, что у входа стоят?
   - Считай, как консервы будут. Туда поэтому никто и не садится. Ты машину-то запер?
   Я продемонстрировал ключи с брелком сигналки.
   - Рубик, Кочан, - Кардан подозвал своих. - Тойоту Бата знаете? Поглядите. чтобы никто не занял.
   - Есть! - ребята помчались вниз.
   - Элитники развивают скорость до двухсот - двухсот пятидесяти, если матерые, но я тут таких не вижу, молодняк в основном. Главные подойдут позже, пока резвятся среди свежачка. О, смотри, сейчас.
   Столб тумана наконец дошел до колонии и накрыл ее полостью. Там, где плотность пониже была, было видно, что какие-то группы пытаются прорваться наружу. Несколько вездеходов и танк пробивали себе путь к стабу, а самые отчаянные бросились в другую сторону, туда, где зараженных, считай, и не было
   - Попытаются через черные кластеры пройти, - Кардан перехватил мой взгляд. - Только пустое это, там сейчас пояс в двадцать километров в глубину, и только неделю назад горлышко тоже черным стало. Пробьются через него, молодцы, в пустые кластеры уйдут. До ближайшего стаба километров восемьдесят-сто в ту сторону, шансов мало. Мы попробуем на юг прорваться.
   И махнул рукой в направление Полесья.
   Два вездехода уже лежали на боку, со вскрытыми бортами, танк, отстреливаясь, уходил южнее.
   - Может, и прорвется, - решил блеснуть я знанием военной тактики.
   Огромный мертвяк подскочил к танку сбоку, играючи смахнул с башни пулемет и как-то даже аккуратно оторвал гусеницу. Танк развернуло на месте, пушкой прямо к нападающему. Рявкнул выстрел, каким-то непостижимым образом монстр ушел от снаряда, и тот по пологой траектории попал куда-то в спорткомплекс.
   - Элитник, - выдохнул Кардан.
   Тварь, продолжая движение, схватила пушку танка снизу и рванула вверх. Многотонная машина приподнялась, а потом рухнула вниз, с оторванной башней.
   Экипажи оставшихся вездеходов, поняв, что на прикрытие рассчитывать нечего, рванули было обратно, но тут туманное кольцо уплотнилось, и резко разошлось в стороны. Даже до нас донесся кислый неприятный запах.
   - Обновилось. Смотри, начали двигаться, - рейдер толкнул меня в бок.
   И действительно, плотный ряд мертвяков рванул к колонии. С вышек раздались выстрелы, появившиеся в новом мире люди еще не осознали, что метрвы, и стреляли в тех, в кого могли бы превратиться. Если их раньше не сьедят.
  
  
  

Оценка: 4.74*8  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Верт "Пекло 3"(Киберпанк) А.Светлый "Сфера: эпоха империй"(ЛитРПГ) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) А.Робский "Блогер неудачник: Адаптация "(Боевое фэнтези) И.Головань "Десять тысяч стилей"(Уся (Wuxia)) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Л.Хабарова "Юнит"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"