Норд Ноэми: другие произведения.

Глоды

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa

   Глоды
  
  
   Бластер вздрогнул, испустив последний заряд.
   Я отшвырнула бесполезное оружие. Оглянулась...
   Среди дыма и стонов раненых воинов я осталась одна.
   Моя блузка изорвана, спутанные волосы рассыпались по плечам, тяжелые бутсы увязли в крови и светящейся глине.
   - Э-эй! - мой крик на грани ужаса разнесся по искореженной долине и замер без ответа.
   Никого в блиндаже.
   Никого за насыпью.
   И только на дне развороченного окопа я услышала, как скрипит зубами Джером, в его животе кровоточила рваная рана, из которой поднимался густой пар.
   А рядом дымилась оторванная голова Роба, корчилось изломанное тело Сейта...
   А где Морис?
   Вот и он. Раздробленные ноги торчали пятками наружу, и кровь, как вишневый джем, густо измазала каждый дюйм вокруг.
   - Морис!
   Бледные пальцы дрогнули и вонзились в каменистую почву.
   Он не узнал меня.
   Я увидела суженные зрачки, две точки, погруженные в собственную боль.
   Рядом хватал воздух обожженным ртом Пьер, тяжело хрипел Витольд...
   Арна?
   Подруга... Мертва... Шлем разбит, и синие пряди разметались по мелким камням.
   Она всегда была красива. Даже смерть не исказила ее лицо гримасой страдания. Только между бровей отчетливо пролегла глубокая морщинка.
   Рядом с ней тяжело прощались с жизнью ее вечные рыцари, Гарри, Виол и Сендрик, отважные воины, впечатанные в грязь, униженные страданием слабых тел.
   Их стоны перевернули душу.
   Глупые мальчишки! Они мечтали о войне! Они готовились к ней долго, методично.
   И каждый был отличным снайпером и бесстрашным героем...
   Я оглянулась.
   Вся долина была усеяна израненными телами. Встать и удержаться на ногах уже никто не мог. Казалось, корчилась от боли и стонала вся земля.
   Я подняла брошенный горн. Он был в крови и саже. Я поднесла его к губам.
   Пора.
   Именно это я должна сделать.
   Такова инструкция. Выживший обязан проводить раненых в смертный путь. Последний воин - архангел каждого и приговор.
   Мой горн огласил округу. Но не для того, чтобы кто-то поспешил на помощь. Это был реквием, прощание с теми, кто не отступил и не предал:
  
    "Пусть верят, что мы победим...
   Пусть знают, что отомстим...
   Пусть засыпают с миром...
   Пора прекратить стоны...
   Пора успокоить раны..."
  
   Звуки трубы должны включить гормональный отражатель, он откроет внутренние клапаны организма, и прекрасный бальзам хлынет в вены и усмирит огонь ран.
   Таков закон. Если ранен и не можешь подняться, тебя должны избавить от страданий и помочь встретить смерть гордо и достойно.
   Позорно обременять своей агонией товарищей. Пытки совести порой страшнее телесных мук.
   Мой горн затих. Затихли стоны.
   Я заметила тень умиротворения на мертвом лице Мориса.
   Глоды были уже далеко.
   Их тени смешались с тенями джунглей. Но один из них все-таки услышал зов трубы. Он оглянулся. Что-то прорычал соплеменникам.
   Глоды повернули назад, и вот уже целая толпа окружила меня.
   Я вскарабкалась на кучу хлама. Под ногами шатались ящики, поваленные бетонные столбы, обломки стен.
   Один из глодов подпрыгнул и распорол брюхо об торчащую арматуру.
   - Получил, гад?
   Из его нутра рвануло салатной блевотой, выпали кишки, он попытался их затолкать обратно, противно зашипел...
   - Больно, сволочь?
   Глоды беспомощно обступили его.
   Один из них пропихнул в зев раны вибрирующее щупальце. Раненый еще громче зашипел.
   - Отсталые твари, у вас нет никакого представления об анестезии, - злорадствовала я. - А у нас есть горн! И мы не боимся смерти! Нам легко умирать!
   Глоды принялись кидаться камнями.
   Я ловко увернулась и отправила увесистый подарок обратно:
   - Получай!
   Один из них схватился за голову.
   Если только эту болванку, торчащую среди щупалец, можно было так назвать. В самом деле, есть ли под их черепами мозги?
   Головы звякали от ударов камней, как пустые.
   - Безмозглые! Убийцы! Палачи!
   Глоды, пошипев, начали отползать.
   Или это уловка?
   ...Ушли.
   Оглядев со своей баррикады поле сражения, я завыла, как дура, не в силах спуститься вниз.
   Все мертвы. Вся сотня смелых отважных ребят.
   В нашем полку были замечательные бойцы.
   Проклятые глоды, проклятая планета, проклятая моя вербовка на проклятую Берлиозу...
   Меня предупреждали: "Ничего интересного... Планета - из самых скучных. Разумные обитатели на пещерной стадии. Урана мало, а иридий трудно добывать. Хоть всю жизнь там вкалывай - на приличный кусок земли не наскребешь".
   Но мне и не нужно было. Морис - вот за кем я увязалась на Берлиозу.
   Он оправдывал звание старшего, был жестким по натуре и никогда не считался с моими соплями.
   Но я была единственной женщиной, кого он все эти годы так долго терпел возле себя.
   Его интуиции можно было только позавидовать. Но на этот раз он здорово промахнулся в расчетах.
   Пытался доказать, что глоды неразумны, хотел узнать, что у проклятых аборигенов внутри, есть ли извилины и все остальное.
   Если бы он сумел, весь иридий с материка стал бы принадлежать нам.
   По инструкции разумные аборигены имеют право только на половину планеты и все, что в ней лежит. Половина планеты - наша, половина - глодовская, запретная зона.
   Но если начальный разум на планете отсутствует, инструкция позволяла завладеть всем.
   Последний рейд был успешен.
   Морис сумел доставить в лагерь детеныша глодов. Нужно было обнаружить в нем отсутствие мозгового вещества.
   "Обнаружить отсутствие" (выражение Мориса) - на самом деле не легко. Тем более что глод после внутриполостных разрезов сразу окислился на воздухе.
   С этого и началась жуткая бойня.
   Война материков.
   Глоды начали нас видеть. Словно глаза открылись.
   А пока не заверещал и не погиб детеныш, нас никто не воспринимал всерьез. Мы были для них просто россыпью булыжников или обилием ходячих баклажанов, которых они тоже не жрали.
   Кстати, никто не знал до сих пор, чем они питаются. Ни протеин, ни углеводы, ни минералы ими никогда не поглощались.
   Наши белковые структуры вообще не воспринимались местной фауной.
   Если бы не Морис, глоды никогда бы не заметили внушительной откачки иридия из недр планеты.
   Да и к чему он им? По всему было видно, что не нужен.
   А теперь все люди на этой планете погибли.
   Звуки моей трубы облегчили их переход в мир иной...
   Аминь.
   Я осталась одна.
   Вернее, не совсем одна.
   Но это в данный момент было несущественно.
   Глоды ушли. А я не могла без них умереть.
   Я попыталась догнать тварей и остановилась недалеко от них, подняв горн и исторгнув из него ужасные звуки вечного сна.
   Я ожидала смерти. Я должна была умереть в зоне убийственного звучания.
   Я хотела их раздразнить. Пусть рассвирепеют и бросятся на меня.
   И тогда я и то, что таилось во мне...
   Как оно было беззащитно!
   Как долго ему придется дышать ядом этой проклятой планеты! И даже после того, как мышцы окоченеют, оно будет еще долго страдать и надеяться на меня, на последний глубокий вдох...
   Лишь бы горн... Лишь бы музыка смерти...
   О, как она прекрасна! Как она волнует и вдохновляет!
  
   "Я начинаю новую войну!
   Одна - против всех!
   Одна - против Смерти!
   Она - моя атака!.
   Не страшно умереть!"
  
   Глоды обернулись и уставились на меня.
   Один из них сделал вид, что бросается в мою сторону.
   Но он только пугал.
   Я не двинулась с места.
   Они пошипели между собой, потом равнодушно развернулись и поспешили прочь.
   Я снова догнала их, взывая о милосердии:
   - Укусите меня! Поцарапайте! И никогда больше не увидите людей на своей планете. Вы сможете гулять и ползать, где хотите, вам дозволено будет размножаться, сколько хотите, жрать все, что хотите...
   Но они даже не оглянулись на психованную самку приматов.
   - Эй! - я кинула камень.
   Попала!
   До глодов что-то дошло. Они развернулись, окружили меня, с опаской поглядывая на груду камней.
   - Глоды, чертовы гады! Война окончена! Хватайте меня!
   Они подходили медленно и нерешительно.
   Я закрыла глаза и почувствовала на своем лице осторожное дыхание и щекотание вибриссами.
   Я была готова к смерти. Я же видела - каждый из наших погиб. А мне это было особенно необходимо...
   Но глоды...
   - Что вы делаете? Только не это! - я кричала, отбиваясь.
   Они отобрали горн, отобрали камень, вставили мои руки в какие-то валики, чтобы я не царапалась и они... Принесли мне еду?
   - Глоды! Хитрые коварные твари!
   Разве где-то в природе есть такие животные, которые кормят врагов, чтобы сохранить свой вид?
   Один из них подошел ко мне, ткнул присоской в мой большой живот, потом в контейнер с пастой, украденной из нашего лагеря.
   Он угадал мою тайну, он понял, что скоро...
   О, сволочь Морис, если бы не твое любопытство!
   Какого ты черта, сукин сын, препарировал их детеныша?
   Какую сенсацию ты мог извлечь из этих омерзительных насекомых? Или кто там они по всемирной классификации?
   Глоды с этого дня больше не подходили ко мне, только издали наблюдали, как я жадно набрасывалась на еду и выцеживала драгоценные капли сока из пластика.
   Для чего им нужна была я, страшная зверюшка? Но что-то им надо было от меня и... моего ребенка.
   Он родился, вылитый Морис, его рыжие кудряшки прилипли к мокрым вискам, сжатые кулачки воинственно взлетали над головой.
   Его плач был грозен!
   Глоды собрались вокруг нас.
   Они не помогали, но внимательно издали наблюдали за непонятным явлением.
   А я прижала маленького Мориса к себе и приготовилась драться до конца за это беспомощное существо, за его болтающуюся головенку и громкий отчаянный крик.
   - Не отдам!
   Глоды шипели, присвистывали, но не трогали малыша. Он припал к моей груди, кроха, и его душераздирающий крик заметался под сводами пещеры.
   Один из глодов принес орущему новорожденному отобранный у меня горн.
   Твари так и не поняли, каково истинное его предназначение. Я включила предохранитель. И обязательный атрибут военного отряда превратился в прекрасную игрушку для младенца. Маленький Морис гулил, подбрасывая ножками привязанный блестящий раструб, и звонко смеялся.
   За то время пока я жила вместе с глодами в каменной пещере под землей, я изучила все их повадки и привычки.
   Они имели вместительные утробы, но питались только парами и туманом, совсем как мхи и лишайники.
   Словно эти представители фауны шагнули в мир с целью никому в нем не мешать, ничего не менять, но при этом весьма комфортно в нем разместиться.
   Утренний туман плюс аромат каких-то желтых пряных колокольчиков буквально сводил их с ума, сгонял все стадо в одну точку, где они шумно сопели мокрыми ворсистыми носоглотками и поглощали невидимые молекулы своего завтрака.
   Было жутко наблюдать за линькой глодов, во время которой они собирались вместе, толкались и затевали шумную возню. Они долго дергались в ритмичном общем танце, пока на одном из них не лопалась кожа, и из нее не выцеживалась бурая жидкость, их лимфа или кровь.
   После этого все глоды принимались еще быстрее трястись и тереться друг о друга, пока клочья рваного эпителия не сползали к ногам. Тогда дикари бессильно падали на сброшенные оболочки и на несколько суток замирали.
   Во время этих летаргических оргий ко мне приходили разные мысли об освобождении.
   Я нашла способ избавиться от опеки. Стоило только во время линьки поднять горн, и смертельная музыка, соединившись с ранами сброшенной кожи, взорвала бы каждый нейрон этих странных существ.
   Но я решила, что уж лучше племя ходячих лишайников, чем одиночество на безлюдной планете.
   Маленький Морис однажды увязался за глодами наружу и вылез в отверстие пещеры.
   Я бросилась за ним. Яркое солнце ударило в глаза.
   О Боже!
   Какая была чудесная весна!
   Небо - сплошная радуга!
   Прекрасные цветы и ажурные листья сверкали в голубых лучах.
   Дикие краски и свежесть ослепляли. Сотни разных мелких тварей копошились у ног. Но никто из них не замечал моих тяжелых каблуков и взглядов.
   Мир насекомых не воспринимал всерьез мое присутствие. Впервые я ощутила себя никем. Нолем этой природы.
   Один жуткий паучок двинулся в нашу сторону. Я машинально наступила на него и несколько раз крутанула рифленой подошвой.
   - Получил? Близко не подходи к моему ребенку!
   Я смешала насекомое с грязью, втерла в почву. Я его уничтожила. Он лишился присосок и щупалец.
   Он сдох.
   Пока я разглядывала оплавленную дыру на ботинке, не заметила, как возле меня сомкнулся круг встревоженных глодов. Они странно глядели на мои ноги, и казалось, им не хватало только приказа, чтобы меня растерзать.
   - Мама, ты убила маленького глода! - мой сын показал пальцем в сторону раздавленного пятна.
   Я схватила Мориса на руки, прижала к себе.
   Только не это!
   Все заросли ожили и потянулись в мою сторону ветвями - удавками. Еще мгновение - и я вместе с сыном была бы просто стерта с лица земли.
   Но что-то вдруг прошелестело сверху, по зарослям пронесся мелодичный шепот, легкое дуновение тронуло мои волосы. Толпа глодов вдруг успокоилась, расступилась и разошлась по своим делам.
   Снова стало тихо вокруг. Ни пятнышка на небе, ни резкого звука, ни ветерка.
   Я огляделась, пытаясь различить среди зелени своего спасителя. Именно "спасителя", потому что он снова спас меня и моего ребенка на этой безлюдной планете. Он уверенно управлял дикарями. Не сами же они простили меня, существо, несущее им смерть.
   - Кто ты? Покажись! Для чего мы тебе? - закричала я во все горло.
   Густая, мокрая после грозы трава и тысячи шуршащих в ней насекомых замерли, прислушиваясь к неизвестным звукам. Но оцепенение длилось мгновение, заросли снова ожили, задвигались и зашептались.
   Я повторила крик. Он замер на верхней ноте. Казалось, даже вода в маленьком ручье замерла.
   Никто не ответил.
   Но не сам по себе вдруг возник в моей голове ответ на вопрос. Я поняла, что здесь все, что ползает, летает или просто торчит из земли - глоды.
   Вся природа - глоды, которые отличаются друг от друга только стадиями метаморфоз. Даже пыль под ногами - они, их семена и личинки, из которых появляются страшненькие паучки, крылатые изумрудные жуки, радужные мотыльки и грызуны под корягами. Да и сами коряги, как все на этой планете - они.
   Понятно стало, почему наш несокрушимый батальон был разбит вдребезги.
   Каждая кочка на Берлиозе была глодом. Каждая воронка тоже. А может быть и недавний ураган - тоже глод.
   Глодами была нами вырытая траншея, которая раздавила последних защитников лагеря.
   Вся планета пронизана кровными связями. От малого камня до громадной скалы - одна мысль и одно желание.
   Глоды, приютившие нас, были всего лишь ранней стадией метаморфоз, воинами, умеющими бросаться в атаку и убивать.
   Но почему они не разорвали меня, как я бы сделала это в случае угрозы моему сыну?
   Словно кто-то невидимый, но властный отдал тайный приказ. И это были не те глоды, которые сгрудились вокруг меня воинственной толпой.
   Быть может, приказ исходил от гигантских раскидистых растений?
   Или из громадного зева каменной пещеры?
   Кто-то большой и властный взял меня с сыном под свою защиту.
   Когда-то на Земле первые люди верили в переселение душ. Это стало их культом, основой древней религии.
   Гениальный поэт сочинил прекрасную легенду, а люди поверили его мечте.
   Ученые даже не пытались найти реальных аналогов упоительным сказкам о вечной жизни.
   Не умрешь - просто станешь другим.
   Как это красиво! Прожить жизнь и дерева, и птицы, и камня у дороги.
   Но мы, люди, мрем и дохнем, истекаем кровью, покрываемся коростами старости. И только эмбрионы внутри наших утроб способны пройти межвидовые стадии эволюции. Но стоит появиться на свет, вдохнуть воздух Земли, и связь эпох разрывается навек.
   Никто из людей не может окуклиться и возродиться, например, ангелом.
   Но может, в далеком прошлом земные твари походили на глодов?
   И бесконечный метаморфоз - еще одна утраченная способность жителей нашей планеты?
   Переселение душ - древнее знание.
   Возможно древние философы его не выдумали, а "вспомнили"?
   Возможно ли, чтобы земляне на заре своего развития интуитивно предсказали естественный способ существования обитателей далекой Берлиозы?
   Высший разум - финал эволюции. Но мы никогда не достигнем того, что может самый примитивный глод. Примат превратится в прах. Глод сменит оболочку и расправит крылья под небом родной планеты.
   Человек смертен, поэтому никогда не вырвется из плена агрессивных амбиций. Древнее наказание, посланное Адаму и Еве - разрыв единой цепочки превращений.
   Мы оторваны от своего будущего.
   Рай не там, где ангелы. А там, где ангел - ты.
   Конечная стадия метаморфоза и есть рай. Но он для людей закрыт.
   Какие мы разные!
   Глоды, по меркам технократов, неразумны, но по логике высшего разума способны прощать своим врагам. А мы, представители высшей космической расы, взрываем и разрушаем неизвестный прекрасный мир, так и не разглядев его.
   Я подняла ребенка на руки:
   - Посмотри, малыш, какое красивое небо! Какое замечательное лето!
   И вдруг я заметила среди радуги космический корабль. Он сверкнул тонкой черточкой в небе и пропал за горизонтом.
   Вскоре я услышала характерный звук посадки.
   Ура! Корабль успешно приземлился! Мы будем спасены! Все это время нам так не хватало обычной человеческой теплоты.
   - Сынок, мы завтра уйдем к людям. У тебя будет папа. У тебя будет бластер. Ты сможешь стрелять.
   - Стрелять? А зачем?
   - Убивать своих врагов.
   - У меня нет врагов.
   - Но мы должны уйти. Мы должны жить среди людей. А глоды уснут навсегда.
   - И я тоже усну?
   - Ты?
   Я посмотрела на сына. Лучи радуги играли на его лице, глаза сияли. Он вырос румяным здоровым крепышом.
   Он был так красив под небом этой планеты!
   Берлиоза любила его и наградила отменным здоровьем и завидным интеллектом.
   - Мама, посмотри, какой я сильный глод! А завтра будет праздник Линьки, и я еще подрасту...
   Да, я давно придумала, как нам избавиться от глодов. Завтра начнется праздник. Если в момент линьки повернуть предохранитель на трубе и заиграть,открытые раны эпителия и мажорные сочетания звуков объединятся в тихую мирную смерть для каждого, кто попадет в зону слышимости.
   В этой жизни каждому судьба умереть. Но только самому храброму дается шанс прекрасного легкого ухода.
   Я могла бы подарить глодам баснословно щедрый подарок - легкую смерть, наркотическое забытье. Они ее заслужили за маленького Мориса, за его первые шаги и первую улыбку. Он любит их, играет с ними. Они сами приручили его. Он так весело заливается хохотом, когда глоды раскачивают его на своих щупальцах и подбрасывают к потолку пещеры. Он сам, как глод, научился шипеть и свистеть.
   В моих руках горн забвения.
   Я могла бы его звучанием усыпить всех обитателей этой планеты, освободить ее для людей.
   Да, я могла бы.
   Но завтра, когда начнется Праздник Линьки, мы с сыном тихо уйдем из пещеры. Уйдем к людям. Никто из них никогда не узнает, как можно легко уничтожить жизнь и разум на прекрасной Берлиозе.
   - Сынок, давай сломаем этот горн. Так его! На мелкие кусочки!

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"