Нурисламова Валентина: другие произведения.

На высоте шестого этажа. Глава 5

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Настроиться на рабочий лад все так же не получалось. Егор решил хотя бы ответить Сазоновой по поводу ее романа, но даже с этим дело не складывалось. Он раз десять писал ей письмо (каждый раз в новой вариации) и столько же удалял все и начинал заново. Выходил какой-то бред: то слишком сухо, то наоборот - эмоционально, то его бросало в многословные рассуждения, навеянные и прочтенным, и разговорами с Верой, то получалось накидать лишь пару скупых фраз, и этого почему-то казалось недостаточно. В итоге он лишь разозлился сам на себя и закурил, чтобы успокоиться. Надо написать еще один раз - в последний - отправить, чтобы там ни получилось. Точка.
  
  "Я прочитал ваш роман, - начал Егор, тщательно подбирая слова. - И не жалею о потраченном времени. Вероятно, я упустил много интересных историй за те годы, что не сотрудничал с вами."
  
  Он перечитал письмо еще раз. Этот вариант нравился ему не больше других, но, если не остановиться, эти переделки можно продолжать до бесконечности. Вздохнув, он нажал кнопку "отправить".
  
  Сигарета кончилась, а тянущее, нервозное чувство потребности в чем-то - чем-то совершенно непонятном - осталось. Егор потянулся к кастрюльке, стоявшей рядом с монитором. Пюре он убрал в холодильник, а вот котлеты оставил под рукой.
  
  Поверх иконки Скайпа мигало очередное оставленное без ответа сообщение и очередной пропущенных звонок от Димки. Егор поразглядывал их некоторое время. А потом решился - развернул окно программы и нажал кнопку вызова.
  
  После долгого дозвона (Егор уже успел решить, что никто не ответит) на экране возникла димкина физиономия. Он улыбался своей фирменной, отточенной за годы работы в крупной зарубежной компании улыбкой. Хотя от лишней скромности Димка никогда не страдал. В школе девчонки за ним табунами бегали - еще бы! - общительный парень, спортсмен-каратист, да еще и симпатичный - брюнет с правильными чертами лица, как какой-нибудь актер с обложки журнала. К тридцати двум годам в его волосах появилась седина, которая, впрочем, его не портила, а еще он отъел себе щеки и живот - что на ресторанных харчах в своих вечных командировках, что неизменными стараниями супруги.
  
  - Привет, пропащий! - радостно выкрикнул Димка из монитора. - Не ожидал, что ты перезвонишь.
  
  Все верно. Егор редко выходил первым на связь - только если что-то было очень нужно, что-то с чем не мог помочь Михалыч. В остальных случаях первым писал или звонил Димка, а Егор еще и частенько не отвечал - то настроения не было общаться, то пьяный был. Иногда он набирал пару строк с серьезным опозданием, но стабильно не перезванивал.
  
  - Надеюсь, я тебе сделал приятный сюрприз, - криво усмехнулся он. Его собственная физиономия в маленьком окошке сбоку экрана выглядела куда хуже димкиной. Худое осунувшееся лицо, темные круги под глазами, выстриженная неровными клоками борода и взлохмаченные русые волосы почти до плеч, в которых так же проглядывала седина. Глядеть было тошно - недолго думая, он закрыл это проклятое окошко.
  
  - А это смотря, чем ты меня сейчас огорошишь, - уже серьезнее сказал Димка.
  
  - Ничем, - покачал головой Егор. - Я просто решил пообщаться. Увидел пропущенный звонок - вот и все.
  
  Димка недоверчиво посмотрел на него.
  
  - Ну, хотя бы с едой, как я вижу, у тебя нет проблем. - Он многозначительно покосился на надкушенную котлету, которую Егор держал в руке.
  
  - Верно.
  
  Ни черта это было не верно! Вот только при всех проблемах с едой питаться сейчас получалось получше, чем в их отсутствии.
  
  - Как с деньгами? Все в порядке? - не унимался Димка.
  
  Егор замялся. Скажи он правду, Димка бы мигом перевел ему на карточку денег. И вынес бы мозг за пределы черепной коробки. Зато не пришлось бы больше жить на подачках Веры...
  
  - Все в порядке, - подтвердил наконец Егор.
  
  - Точно?
  
  Егор кивнул, надеясь, что выглядит достаточно убедительно. Денег у Димки он не брал уже много лет кряду. Это удовольствие было из разряда тех, обходиться без которых было все же приятнее.
  
  - Что у тебя с алкоголем? - строго спросил Димка. - Такие же запои?
  
  Разговор расцвечивался знакомыми гаденькими красками - теми, из-за которых Егор и старался избегать общения со своим лучшим другом.
  
  - Видишь, сейчас же трезвый, - сквозь зубы процедил он.
  
  - Вижу, - согласился Димка. - Но я не про сейчас, а про вообще.
  
  - А что вообще?! - взвился Егор. - Все у меня хорошо! И пусть моим запои тебя не волнуют!
  
  - Если бы твои запои не превращались в мои проблемы, то и не волновали бы! - В голосе Димки прорезался металл.
  
  Да, он был по-своему прав. Егор в свое время доигрался с выпивкой до проблем с почками. Несколько недель он мучился с острым пиелонефритом дома, и кто знает, чем бы все закончилось, если бы заскочивший в гости Димка не застал его с температурой под сорок и болями в спине, из-за которых сложно было даже двигаться, не наорал на него и не вызвал скорую. Почти месяц пришлось проваляться в больнице. Димка тогда все суетился с магарычами для врачей, дорогими лекарствами, анализами. И после еще несколько лет пытался таскать его по поликлиникам в профилактических целях. Егору это в итоге надоело до тошноты и со скандалами он отстоял свое право не покидать пределы квартиры. Почки он старался больше не запускать и при первых тревожных сигналах пропивал курс антибиотиков. Правда, пару лет назад все же не уследил - пришлось опять лечь в больницу. Димка тогда уже так не напрягался, как в первый раз, но все же поднял какие-то связи среди врачей, а еще знатно прополоскал мозг на тему здорового образа жизни. Егор, вернувшись домой, первым делом напился в слюни - то ли назло, то ли чтобы забыть побыстрее все, что поднимало захлестывающие с головой волны стыда в душе.
  
  - Так не превращай их в свои проблемы! - огрызнулся он, закинув половину котлеты обратно в кастрюлю - аппетит мигом пропал. - Тебя никто не просит рвать жопу, помогая мне!
  
  - Не просит?! - У Димки сдали нервы и он перешел на крик. - Да что бы с тобой сейчас было, если бы я тебе не помогал? Давно бы загнулся от голода или какой-нибудь своих болячек!
  
  От упоминания болячек у Егора все внутри свилось в тугой узел. Он и наедине с собой старался о них не думать, а из чужих уст это и вовсе звучало мерзко. Мерзко быть жалкой развалюхой в том возрасте, когда твои ровесники еще полны сил и здоровья. И нет, дело было не только в алкоголе и сигаретах. После травмы позвоночника организм в принципе давал сбои чуть ли не по всем фронтам - будто чашка с глубокой трещиной, так и норовившей пустить свои отростки дальше, которая могла разбиться окончательно в любой момент.
  
  - Вот и дал бы мне загнуться! - в тон Димке выкрикнул Егор. - Как будто я за эту проклятую жизнь держусь! Или ты угрызений совести боишься? В духе: ой, как же так, дал умереть человеку, а мог бы спасти! Да я, может, больше всего на свете сдохнуть хочу, чтобы отмучиться уже наконец!
  
  - Опять ты своими лозунгами про жизнь-тлен?! - Димка устало закатил глаза. - Егор, тебе уже не пятнадцать лет, может, хватит?
  
  - Не пятнадцать лет? А что ж ты ко мне относишься тогда, как к ребенку? - сжав кулаки, выпалил Егор. От всего этого его уже трясло. С Димкой у них частенько случались неприятные разговоры, но до такой вот ругани доходило не всегда - в основном, за счет того, что Егор молча, стиснув зубы сносил все выпады в свою сторону.
  
  - Да потому что ты ведешь себя, как ребенок! - всплеснул руками Димка. - Если тебя не контролировать, ты таких дел наворочаешь - мало не покажется!
  
  Егор открыл было рот, но понял, что возражать будет слишком лицемерно. Не в том случае, когда он из-за пьянок остался без денег и еды.
  
  В динамике раздался женский голос, и за спиной у Димки прошествовала девица, завернутая в полотенце, с мокрыми черными кудрями и аппетитными формами. Димка ответил ей что-то по-итальянски - наверное, по-итальянски, он ведь в Италии сейчас был в командировке.
  
  - Это кто? - спросил Егор. На сей раз строгость прорезалась уже в его голосе.
  
  - А-а... не важно, - коротко бросил Димка. И, выдав свою очередную фирменную улыбочку, добавил: - За четыре месяца в чужой стране с ума можно сойти без женщины. - И тут же осекся, видимо поняв, что говорить это Егору, который без женщины обходился уже десять лет, как-то нетактично.
  
  - Твоей Оле рожать скоро - второго ребенка от тебя, между прочим, - с укором сказал Егор. - А ты...
  
  Отчитать Димку, как тот только что отчитывал его самого, у него бы не получилось - запал был не тот.
  
  - А что я? - фыркнул Димка. - Лучше бы было, если бы я ей, беременной, от отсутствия реального траха трахал бы мозг? Она и сама сейчас не подарок - гормоны играют и все такое, да еще и скучает дома без меня, ее терпеть - тоже нервы нужны. Я о ней же забочусь и о детях, между прочим! Думаешь, лучше бы было, если бы я срывался от любого ее каприза?
  
  - Ну, да... Все на пользу семьи. Как я не догадался? - с издевкой произнес Егор. - Бабы ради детей мужиков побогаче ищут, а мужики изменяют им с другими бабами - ради них же самих и тоже ради детей. Прекрасно! Круговорот сволочизма в природе!
  
  А он еще на Веру злился из-за ее логики! Димка-то тоже хорош! Егор не ожидал такого. Впрочем, чего удивляться? Разговоры по душам у них не клеились уже много лет, и о своих любовных похождениях Димка не рассказывал. Впрочем, обо всем остальном: престижной работе, жене, ребенке - всем, что было у него, но не было у Егора - он тоже не слишком-то распространялся.
  
  Димка снова перекинулся парой фраз с той девицей в полотенце (хотя была ли она все еще в нем - вопрос), торопливо распрощался и прервал звонок.
  
  Егор еще долго сидел, глядя в одну точку на мониторе и пытаясь отделаться от чувства гадливости. Это он был какой-то неправильный или все вокруг? Почему, встречаясь со Светой со школы, он никогда даже представить не мог, что изменит ей? И почему она, недолго раздумывая, бросила его в трудную минуту? Почему Димка, всегда такой успешный, правильный - просто образец во всем - вот так запросто в командировке трахает другую бабу? И только ли в командировках такое случается?
  
  А Вера? Что с ней не так? Обыкновенная стерва, каких миллион, - зачем ей было заботиться об инвалиде-соседе?
  
  Егора в холодный пот бросило от мелькнувшего предположения. Телевизор он не смотрел очень давно. После смерти матери включал его с утра, как всегда делала она, и оставлял бубнить что-то, пока не ложился спать. Вскоре это надоело. Спустя пару лет Егор отдал телевизор Михалычу, а что тот сделал с ним - было даже не интересно. Но разнообразные криминальные истории, которые мусолили почти по всем каналам, напрочь въелись в память. Все эти аферисты, которые втираются в доверие к пенсионерам и инвалидам, а потом отбирают их сбережения и квартиры, отправляя тех в дома престарелых или интернаты или вовсе убивая - это он помнил хорошо. А что, если Вера - одна из них. Может, и не Вера вовсе, а какая-нибудь Маша Иванова, которая уже давно находится в розыске? Вдруг она уже отправила на тот свет с десяток несчастных бабулек? Так же вот котлетками прикормила, а потом укокошила!
  
  Егор подозрительно покосился на кастрюлю с котлетами. Бред! Ну, как бы Вера все провернула? Уговорила Егора на какую-нибудь дарственную или запудрила мозги, чтобы женить его на себе и стать законной наследницей. Он поймал себя на мысли, что последний вариант был бы не так уж плох. Только что он заявлял Димке, что хочет сдохнуть - прекрасно, хоть поживет напоследок, как человек! Егор даже попытался представить себе сцены своей будущей, хоть и короткой, семейной жизни - и не смог. Он много раз фантазировал о том, как это могло бы быть со Светой - и во время их отношений, и после. Но вот поставить на ее место Веру никак не получалось. А еще не получалось представить ее в роли хладнокровной аферистки.
  
  Прикрыв глаза, Егор прокрутил в памяти все моменты их общения. Все казалось таким естественным... Или слишком естественным?
  
  Егор глубоко вздохнул и включил логику. Постарался, по крайней мере. Будь Вера аферисткой, она бы не стала заселяться в соседнюю квартиру - к чему эти лишние расходы? И не стала бы ждать всю зиму, пока Егор вытащится на балкон, чтобы пообщаться - сама бы нашла способ с ним пересечься, в дверь бы постучала, в конце концов! И пела бы про преданность и настоящую любовь вместо того, чтобы поносить ленивых мужиков в старых тапках и ломать копья за браки по расчету.
  
  А, может, так и должно быть - умно и сложно, чтобы подозрений уж точно не возникло?
  
  Пришлось закурить - так легче думалось.
  
  Вертя в руках пачку сигарет - вериных, куда более приятных на вкус, чем те, к каким он привык, - Егор понял, что он идиот. Да еще и бессовестный! Все это - просто паранойя! Бред алкаша, у которого без выпивки поехала крыша. Да, он всегда не слишком-то разбирался в людях. И не слишком-то их понимал. Но сейчас он явно перегнул палку - и знал это без всяких доказательств и логических построений.
  
  Стало стыдно. Хорошо, что эта параноидальная идея не посетила его в какой-нибудь беседе с Верой - вот был бы номер! Уж она бы не упустила случая отбрить его как следует своим острым язычком!
  
  Докуривая сигарету, Егор проверил почту. Сазонова прислала ответ.
  
  "Когда приходит новое письмо, а адресанта знаешь, всегда можно в общих чертах предугадать содержание. Но иной раз люди преподносят сюрпризы. Прямо как вы сегодня. Никогда я представить не могла, что вы окажетесь в числе ценителей моего творчества. Начинаю даже бояться, не предвещает ли это Апокалипсис или еще какой-то катаклизм, - писала она. Ерничала - как и всегда, следуя своей мерзкой привычке. Егор с первых же фраз от души пожалел о том, что признал, как понравился ему ее роман. Впрочем дальше Сазонова сбавляла градус сарказма: - А если серьезно, то я очень рада, что вы не плюетесь от прочтенного, как раньше, хоть это и было неожиданностью для меня. Насчет упущенных историй вам не стоит переживать: вы иллюстрировали все мои романы. В течение последних пяти лет я ничего не писала. Сейчас потихоньку возвращаюсь в обойму. Надеюсь, теперь наше сотрудничество будет для вас приятнее, чем раньше."
  
  "Непременно будет. Особенно, если вы перестанете над всем насмехаться и передергивать", - написал Егор в ответ. Но, поразмыслив немного, решил не нарываться. В конце концов Сазонова в действительности ведь не пыталась его обидеть. Он стер все и написал заново, сменив тон на вполне дружелюбный: "Я думал, без тренировки навыки теряются. Не ваш случай. Поздравляю. Новый роман наверняка понравится читателям."
  
  Егор затушил сигарету и засунул окурок в одну из поллитровых банок, а затем отправил письмо. Пока ждал ответа, он успел доесть заброшенную половину котлеты, съесть еще одну - целую - и поразмышлять о ценности еды.
  
  До армии он никогда о ней не задумывался. Но уже в учебке, когда от постоянных нагрузок ощущение голода не отпускало в принципе, даже во время приемов пищи, которой всегда не хватало, Егор начал понимать ценность каждого куска: и лишней ложки гречневой каши, и лишней корки серого хлеба, и даже лишнего ломтика сливочного масла, которое терпеть не мог раньше. Он радовался тому, что отказывался есть дома, и съедал все, собирая остатки с тарелки на хлебный мякиш.
  
  После смерти матери он не жировал, конечно, но и голодать не приходилось. Все потеряло краски и значимость - и еда в том числе. Хотя, по правде, это случилось раньше.
  
  Теперь же, в очередной раз откусывая от остывшей котлеты, Егор понял, что снова стал чувствовать вкус пищи и наслаждаться им. Это началось, конечно, с первой тарелки вериного борща, но до этого момента почему-то проходило мимо сознания. И так же, как и в учебке десять лет назад, сейчас к каждому куску, к каждой ложке еды он относился с особым трепетом и благоговением.
  
  Он помнил слишком явственно те свои армейские ощущения вечного недоедания и боялся, что все может повториться? Или дело было в Вере, в том, как вкусно она готовила? Егор понять не мог.
  
  Пришло очередное письмо от Сазоновой.
  
  "О, насчет читателей я сильно сомневаюсь, - писала она. - Спустя столько лет меня мало, кто вспомнит после трех моих слабеньких романчиков. А если и вспомнит, то не оценит. Тем, кому нравилось, как я писала раньше, не понравится, как я пишу теперь. И наоборот. Ваш пример - тому доказательство."
  
  Егор удивился. Сейчас Сазонова и впрямь писала иначе, но того, что она вот так запросто выскажет пренебрежение к своим старым работам, он не мог и предположить. Она же по сути признала его правоту во всех их спорах пятилетней давности!
  
  "Наверняка у вас появятся новые читатели", - коротко написал Егор.
  
  "Сомневаюсь, что их будет много", - в тон ему, лаконично, ответила Сазонова.
  
  Егор задумался. В чем-то она была права. Сотрудничая с издательством, он частенько наблюдал картину, когда довольно пустые в сущности книги с шаблонными персонажами и заезженными сюжетами приобретали популярность куда большую, чем самобытные истории, заставлявшие думать и переосмысливать многие вещи.
  
  "На что же вы в таком случае рассчитываете, публикуясь?" - поинтересовался Егор.
  
  Ожидая ответа, он подтянул поближе планшет и открыл редактор. Насчет иллюстраций кое-какие идеи уже имелись, но прежде, чем браться за сюжетные рисунки, Егор всегда сначала работал над портретами героев. Поймать индивидуальные черты - самое сложное дело. Рядом с ним все элементы фона, персонажи в динамике и фэнтезийные монстры казались детскими сказками. Большинство иллюстраторов в издательстве с такими вещами не заморачивалось - Егор видел это по их работам. Ему самому за особую старательность, впрочем, никто дифирамбов не пел и лишних денег не доплачивал. Но он просто не мог иначе. Создание книжных иллюстраций было одной из тех немногих вещей, которые он делал не ради заработка, а для души.
  
  Еще в детстве ему нравилось рисовать все фантастическое - от старинных замков и волшебных лесов до невиданных животных. Тогда, с каждой изображенной деталью, он все глубже погружался в иную реальность, окном в которую и были его художества. Какие-то вещи Егор выдумывал сам, но чаще всего рисовал по книгам. Любимые сюжеты и влекущие миры буквально оживали под его рукой, прорастали в ткани реальности с каждым новым положенным на бумагу штрихом.
  
  Тогда он рисовал для себя. Сейчас в общем-то тоже. Иллюстрации для издательства были некой отдушиной, порталом, ведущим прочь из четырех стен его грязной душной квартиры. Он делал все на совесть, уделяя внимание каждой мелочи, и лицам персонажей - особенно. Не потому что он так сильно любил людей - рисовать и вообще - а потому что изображенный человек, в настоящесть которого не получалось верить, портил собой все остальное, над чем Егор работал с особым усердием и что имело для него особое значение.
  
  "Я рассчитываю исключительно на моральное удовлетворение от точки, поставленной в конце работы, коей публикация и является, - гласило письмо Сазоновой наконец появившееся на почте. - А на количество читателей мне плевать. Это пять лет назад я ногти грызла за популярность и положительные отзывы. А сейчас пишу потому, что не могу не писать. Иначе те истории, что крутятся в голове, мучают и изводят. А написанные - отпускают. И подстраиваться под потребности читателей я не могу и не хочу. Все пишу так, как должно быть, как требует того сама история - мне ведь потом с этим жить."
  
  Егор задумчиво покрутил в руках перо от планшета. А Сазонова действительно очень изменилась - и не только в своем творчестве. Хотя, что тут еще причина, что следствие?..
  
  Что ей ответить, он не придумал. Зато образ главной героини так и вертелся где-то на границе сознания, еще чуть-чуть - и можно ухватить. Егор лихорадочно принялся за работу.
  
  Сначала набросок. Обозначить пропорции. Очертить овал лица. Сделать наметки для глаз, губ и носа, чтобы потом уже детально прорисовать.
  
  Руки дрожали - сказывались сутки с лишним без сна. И еще больше - без выпивки. На губах и языке с болезненной явственностью проступал вкус алкоголя - даже кружилась голова.
  
  Егор снова закурил. Сделал овал лица более четким. Посмотрел на кастрюлю с котлетами - нет, они сейчас не помогут точно. Глубоко затянулся от сигареты, откинувшись на спинку инвалидной коляски и прикрыв глаза. Прорисовал крылья носа, все же сомневаясь насчет формы.
  
  Как и всегда болели плечи. Сводило пальцы, державшие перо. Линии выходили то слишком жирными, то напротив - недостаточно четкими. А то и вовсе все шло вкривь и вкось. Глаза слезились и казались сухими до жжения.
  
  Зло брало от бессилия. Егор чувствовал верный образ почти каждой клеточкой тела, он был где-то рядом, почти осязаем, протяни руки - и вот он! Но руки подводили. Как и все тело.
  
  Как и всегда. Пора бы уже привыкнуть.
  
  Хотелось схватить планшет и шваркнуть им о стену со всей силы. Что останавливало - загадка. Явно не здравый смысл, которого оставалось уже слишком мало.
  
  В отчаянии Егор все-таки швырнул перо на стол. Оно откатилось к кастрюле с котлетами и остановилось.
  
  Нужно было спать. Голова была уже тяжелая, и подергивались все мышцы, какие только Егор мог почувствовать, требуя разрядки, расслабления. Даже стук сердца стал ощутим так явственно и четко, будто грудная клетка истончилась и готова была вот-вот порваться.
   С сожалением Егор нажал кнопку "сохранить" в редакторе и отправил компьютер в спящий режим. Пора было и самому отправляться туда же.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"