Обломова Екатерина: другие произведения.

Сказочница. Часть 7.

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Любая сказочница мечтает на самом деле повстречать волшебников и драконов и, конечно, получить в женихи настоящего принца. Вот только что с ними всеми потом делать? Особенно если ты лишь недавно закончила школу и замуж пока не собираешься.


7. Лишняя невеста

  
   Карел уехал.
   Король Томаш на следующий же день отправил его на полгода ко двору императора Гаральда. А Маришка ведь с ним даже не попрощалась. Обидно. Он, конечно, гад и вообще... но ведь он ради нее старался - ловил бандитов, выручал из плена, даже чуть горло баронессе не перегрыз... Маришка испуганно оглянулась, словно кто-то мог услышать ее мысли. Михал же предупреждал - это государственная тайна, никто не должен знать, что Карел - волколак.
   Он приходил попрощаться, а она не стала с ним разговаривать. Но она же не знала. В смысле, Карел приходил, но Маришка понятия не имела, что его отсылают, и отказалась его впускать. Она к тому времени еще не придумала, что говорить при встрече.
   С одной стороны, очень хотелось не церемониться и дать ему нормальную деревенскую затрещину, чтобы дурь выбить. Врун! Притворщик! Как он посмел ее так дурачить?
   А с другой стороны, он на том приеме у короля выглядел таким уставшим и несчастным, что Маришке стало его даже жаль. Ну что с него взять, мальчишка он и есть мальчишка. Какой бы он ни был взрослый, умный и сильный, все равно он постоянно забывает о серьезности и превращает любое дело в глупую игру. Ладно, не в глупую, но все-таки игру. И не один он такой, лорд Алан, например, ничем не лучше, тоже все в игры играет, людьми жонглирует словно куклами.
   Ох, как же все запуталось-перепуталось.
   И Михала отправили вместе с Карелом. В ссылку. Хотя, какая это ссылка? В Вальденс, к блестящему двору императора Гаральда. Да о такой ссылке все мечтают. Там, наверное, интересно и весело. И девушек там много.
   - Маришка! - Принцесса Альмина отодвинула занавес из вьющихся лиан, загораживающий скамейку. - Я тебя везде ищу, хорошо хоть Анелька сказала, что ты в зимнем саду... - Она вдруг перестала улыбаться и испуганно хлопнула пушистыми ресницами. - Что случилось? У тебя такое лицо!
   - Ничего, - быстро ответила Маришка, старательно пытаясь улыбнуться, - я просто грустную сказку придумала и сама расстроилась.
   Альмина скептически оглядела ее, но сделала вид, что поверила, и перешла сразу к делу.
   - Король просил тебя придти. У него сейчас граф Доран и Рикард.
   Можно было не продолжать, Маришка отлично знала, кто такой граф Доран и уж тем более, кто такой Рикард. И хотя с первым она была знакома довольно мало, ибо мало отношения имела к делам политическим, но не знать, кто такой граф Доран - премьер-министр, друг короля и просто красивый обаятельный мужчина - при дворе было невозможно. Ну а Рикард был никем иным, как шутом Томаша. Маришка перед ним ужасно пасовала, куда больше, чем перед самим королем. Ей все время казалось, что пронзительные глаза королевского шута видят ее насквозь. Такой неуютный взгляд она встречала еще только у лорда Алана, но тот хоть смягчал его одной из своих обаятельных улыбок. А господин Рикард и улыбался всегда только насмешливо.
   Интересно, зачем она им понадобилась? Все, что она знала о своем похищении, Маришка рассказала еще три дня назад, когда переодевшись на скорую руку, явилась к королю. Тот был как всегда добр и участлив, усадил ее в кресло (а Карела с Михалом, между прочим, оставил стоять), а слуга тут же налил чашку чая и подал ее любимые кексы. Маришка смущаясь и временами путаясь, кратко пересказала свое приключение - похищение, разъяснение ситуации и продажу волшебнику. А потом еще более кратко путь назад, плен у баронессы и побег. Вышло, правда, ужасно коротко. Но взгляд Карела, стоявшего за королевским креслом, был очень красноречив, и, слушаясь его, Маришка опускала все подробности, ограничиваясь обтекаемыми фразами типа "мы вылезли в окно и добежали до забора".
   Один раз принц попытался вставить слово, но Томаш резко оборвал его:
   - Помолчи. Тебя там не было. Свои соображения выскажешь мне после.
   Карел сжал губы. Видно было, как кровь прилила к его бледному лицу, с которого за зиму сошли остатки загара. Но сказать ему было нечего.
   Маришка робко посмотрела на короля. Знает. Ведь точно знает, вот и сердится. Ей стало не по себе. Она-то конечно ни в чем не виновата, но вот Карелу и Михалу может и попасть. Да наверняка попадет, Томаш не тот человек, который позволит себя безнаказанно дурачить.
   Кто бы знал, что он отправит их обоих прочь из Лунии, да и вообще из страны.
  
   ***
  
   Слуга ввел Маришку в королевский кабинет без доклада, как особо значительную персону. Обычно так могли заходить только Карел, господин Рикард и премьер министр. Последний, кстати, был уже там, сидел напротив Томаша и настойчиво потрясал какими-то бумагами.
   - Я знаю, что у тебя много других важных дел, - говорил он, когда вошла Маришка, - но их всегда много, и они всегда важные. А сельское хозяйство - это такой вопрос, который важен всегда. Если мы не примем закон до начала посевной... - он оглянулся на открывшуюся дверь и встал. - Доброе утро, госпожа Марина.
   - Доброе утро, - девушка присела в реверансе. Интересно, и как обращаться к королю при графе? "Дядя Томаш" или "ваше величество"?
   - Здравствуй, Маришка, - кивнул король. - Садись, пожалуйста, через пять минут я закончу.
   Она послушно опустилась на один из стульев, стоявших вдоль стены. Карел говорил, что здесь обычно сидят министры, когда Томаш устраивает неофициальное совещание в своем кабинете. Она еще спросила тогда, что это за неофициальное заседание, и принц весело ответил, что так король называет разнос, который устраивает провинившимся министрам. Маришка представила серьезных, даже надменных господ, виденных ею на заседании Большого Совета, смирно сидящими вдоль стеночки и боящимися поднять глаза на разгневанного монарха. Вот смешно-то, наверное. Жаль, посмотреть нельзя, Томаш никогда не будет позорить кого-либо на людях.
   Граф Доран тем временем вернулся к сельскохозяйственному вопросу.
   - Ты пойми, любой закон со временем устаревает. Твой дед был великим королем, но он ввел единый земельный налог почти сто лет назад. Да, это помогло перейти к выращиванию более выгодных культур. Но зато теперь мы рискуем остаться вообще без зерновых. Еще лет пять нынешними темпами, и все южные крестьяне перейдут на виноград. На севере сажать вообще перестали, отдают земли под пастбища.
   - Разве это плохо? Шерсть растет в цене, тем более сейчас, когда приток хлопка упал в два раза. Да и луанские вина не думают дешеветь, спрос только растет.
   - Томаш, - Доран сердито хлопнул ладонью по бумагам, - ты что, не слушал меня? Хорошо нам сейчас рассуждать, пока все нормально. А что будем делать, если границу с Маграном все-таки придется закрыть? А нам наверняка придется, если победит Модаски - он бандит из бандитов. Ты помнишь, что было два года назад, когда в Магране был неурожай? Имперские купцы сразу взвинтили цены. Если же они станут монополистами, нам каждая булка будет доставаться на вес золота. И не надейся на помощь Гаральда, ему не до нас, с внутренними проблемами бы справиться. С купечеством он ссориться не будет.
   Маришка увлеченно слушала. Какой же граф Доран умный! Ей ужасно хотелось вставить слово, так хотелось, что она все-таки не выдержала и, когда король с премьером оба замолчали, разглядывая бумаги, быстро сказала:
   - Папа говорил, что нам тоже скоро придется отказаться от пшеницы. Работы много, а доход в три раза ниже, чем от винограда. Да и свиные фермы разоряются, поэтому кормовое зерно тоже никому не нужно.
   Мужчины повернулись к ней и воззрились с таким изумлением, словно заговорил пустой стул. Потом переглянулись, и Томаш спросил:
   - А почему разоряются свинофермы?
   - Зерно дорогое, - ответила Маришка, радуясь, что ее не ругают за нахальство.
   Король нахмурился.
   - Погоди, Маришка, я что-то не понимаю. Фермы разоряются потому, что зерно дорогое, зерно выращивать бессмысленно потому, что его никто не покупает, а не покупает никто потому, что фермы разоряются. Так?
   Девушка кивнула.
   - Так.
   - Не вижу логики, но чувствую, что она должна быть, - задумчиво протянул король, - в экономических вопросах всегда есть логика.
   Премьер махнул рукой.
   - Да все понятно. Ты, Томаш, просто никогда не разбирался в экономике.
   - Потому я тебя и терплю, - проворчал король, впрочем, явно не серьезно, а в шутку.
   Маришка с удивлением поняла, что прежде ни разу не видела его таким... даже слово трудно подобрать... может быть ненапряженным. Словно государственные дела были для него отдыхом, а вовсе не работой. А может так оно и есть? Отдых от проблем с сыновним неповиновением, похищением девиц неизвестными бандитами, да и вообще от всех этих дрязг.
  
   ***
  
   Но сами обсуждаемые вопросы были очень важными. Поэтому шутливая пикировка короля Томаша с премьером, который, как поняла Маришка, был для него не только министром, но и другом, лишь слегка разбавила общую серьезность.
   Граф Доран даже переставил свое кресло, чтобы лучше видеть новую собеседницу.
   - А что ваш отец говорит о причинах того, что доход от зерна слишком низкий? Кроме разорения скотоводов.
   Маришка ответила, не задумываясь, она столько раз слышала все это от своих родителей и от родителей подруг, что знала уже наизусть.
   - Налоги для всех одинаковые. А с десятины винограда можно получить в три-четыре раза больше денег, чем с десятины пшеницы.
   - Что я говорил? - премьер посмотрел на короля. - Тебе надо хоть иногда появляться на Большом Совете, там все представители крестьянства говорят об этом в один голос.
   - Я читаю отчеты.
   Маришке показалось, или Томаш слегка оправдывался? В любом случае, граф Доран и не думал уступать.
   - Это совсем другое дело, отчеты не передают эмоций, которые люди вкладывают в свои слова. А эмоции эти очень сильные, люди ведь не о себе беспокоятся, а о государстве. Чего бы им так переживать - выращивай себе виноград, да разводи овец. Но наша экономика становится все более зависимой от ввозимых товаров, прежде всего продовольственных. Мы печем хлеб из чужой муки, едим чужое мясо. Если сепаратисты начнут войну, торговля замрет, и мы вымрем от голода даже раньше, чем наш собственный народ решит пойти по пути Диона.
   Томаш нахмурился при упоминании этого названия. Маришка поднапрягла память и вспомнила, что где-то читала о Дионе. Кажется там лет тридцать назад произошло страшное восстание, короля убили, а его родственники бежали из страны. И сейчас там все продолжается гражданская война. Маришка еще тогда нашла Дион на карте и порадовалась, что он далеко на севере, а Луан от него отделяет много сотен миль. Но неужели граф Доран и правда считает, что в их благополучной стране может случиться что-нибудь такое же ужасное.
   Видимо, этот вопрос был написан у нее на лице, потому что король очень веско сказал:
   - Маркуш, перестань пугать мою воспитанницу. У нас революции не будет.
   - Конечно не будет, - охотно согласился граф. - Сейчас. Но не хотелось бы, чтобы она произошла при наших детях.
   - Я не могу вводить протекционизм и нарушать договор с Вальденсом. Ты понимаешь, что Школы уже слишком ослабели, они нас не защитят, а империя все таки... - начал было Томаш, но сразу осекся. - Впрочем, мы отвлеклись. Оставь мне свой проект, я прочитаю. А сейчас перейдем к другому вопросу, ради которого я собственно и потревожил госпожу Марину.
   Девушка сжала кулаки, чтобы пальцы не дрожали. Король нечасто называл ее так официально, и она не знала, чего ждать. Тем более что дверь как раз открылась, и в кабинет неслышно вошел господин Рикард, при виде которого Маришка совсем струхнула.
   - Успокойтесь, госпожа Марина, - мягко сказал граф Доран, - это не допрос. Просто мы нуждаемся в вашей помощи.
   - Строго конфиденциально, конечно, - добавил шут.
   Маришка посмотрела на короля. Тот жестом предложил господину Рикарду сесть, откинулся в кресле и сказал, постукивая кончиком пера по столешнице:
   - Маришка, припомни, пожалуйста, какие-нибудь подробности о человеке в маске, который командовал похитителями. Какого он был роста, с каким голосом, волосами, во что одет, как жестикулирует. Все, что вспомнишь.
   Девушка не смогла сдержать вздоха облегчения. Слава небесам, всего-то!
   - Он невысокий, - медленно сказала она, пытаясь восстановить в памяти все подробности, - очень стройный, но не такой, как вы или Карел... то есть его высочество, а скорее как Михал, - она беспомощно изобразила в воздухе какую-то фигуру. - Как бы объяснить! Вот на вас с принцем посмотришь - высокие, сильные, широкоплечие, сразу ясно - настоящие воины, так и хочется представить вас с мечом, верхом на коне, или стреляющим... ну вы меня понимаете. А он такой тонкий в кости, стройный, годится скорее для балов, чем для сражений. Хотя, правда, внешность обманчива, если вспомнить того же Михала.
   - Я понял, - Томаш улыбался, причем явно с удовольствием и даже польщено. Маришка чуть смутилась, все-таки описывать мужскую внешность всегда как-то неловко.
   - И пальцы у него такие тонкие, почти как у лорда Алана. А взгляд тяжелый, давящий, цвета глаз я не разглядела, но точно не светлые. И он очень изящно двигался и держался, такие жесты красивые, как у принцессы Альмины.
   Все трое мужчин странно переглянулись, словно услышали что-то ожидаемое, но все равно неприятное.
   - Говорит с акцентом? - спросил господин Рикард.
   - Да! Точно! Он "л" очень мягко произносил. А вообще голос очень звучный, таким голосом хорошо приказы армии отдавать.
   Томаш стукнул кулаком по столу и встал.
   - Лукаш!
   Премьер и шут поспешно вскочили - какая бы ни была ситуация, этикет при луанском дворе соблюдался неукоснительно. Маришка, глядя на них, тоже встала.
  
   ***
  
   А кто такой Лукаш? Маришка лихорадочно копалась в памяти. Лукашей вспоминалось несколько, но большинство из них вообще не имели к королевскому двору никакого отношения, а остальные не тянули на роль похитителя.
   Тут до Маришки дошло, что ни один из известных ей Лукашей и не может подходить, поскольку тогда она бы его наверняка узнала. А человек в маске был ей точно незнаком.
   Шут тем временем недоуменно сказал:
   - Но зачем?
   Девушку поразила растерянность в его голосе. Чтобы господин Рикард потерял уверенность... да еще пять минут назад она ни за что бы в такое не поверила. Кто же такой этот Лукаш?
   - Может не стоило отсылать Карела? - осторожно спросил граф Доран.
   Томаш явно продолжал думать о чем-то совершенно другом, но тем не менее рассеянно ответил, вертя в пальцах перо:
   - Таков закон.
   - Какой закон? - снова не выдержала Маришка. Нахальство, конечно, задавать такие вопросы королю, но сам ведь он ничего не расскажет.
   Томаш отвлекся от своих раздумий, сел обратно в тяжелое дубовое кресло и махнул рукой, позволяя остальным тоже садиться.
   - По закону, принятому больше пятисот лет назад, если жены и невесты особ королевской крови были похищены, они не могут общаться со своим мужем или женихом в течение полугода.
   Маришка онемела. Ничего себе, закон! Это же несправедливо!
   Граф Доран мягко дополнил:
   - Таких случаев было совсем немного. И обычно принцесс отправляли на эти полгода в обитель сестер-рукодельниц или в одно из королевских поместий. Но сейчас несколько другие времена, поэтому его величество решил, что целесообразнее будет уехать принцу. - Он улыбнулся. - Тем более что наследнику престола давно пора пройти школу выживания при имперском дворе.
   - Все равно это несправедливо, - упрямо сказала Маришка. - Будь я принцессой, я бы обиделась. А будь я королем, я бы обиделась за свою дочь-принцессу и не отдала бы ее замуж в такую семью.
   В кабинете воцарилась гнетущая тишина. Не просто стало тихо, а тишина именно воцарилась и именно гнетущая. Король, премьер-министр и шут ошеломленно смотрели на Маришку. Первым пришел в себя граф Доран.
   - Ну Лукаш, ну интриган! - он коротко рассмеялся, впрочем безо всякого веселья, скорее давая выход злости.
   Томаш хмуро посмотрел на него и откинулся на спинку кресла.
   - Ничего смешного, - он потер ладонью лоб. - Значит, Лукаш нам больше не союзник, возлагать на него какие-либо надежды смысла нет. Да, новость хуже некуда.
   Шут философски развел руками.
   - По крайней мере, мы теперь знаем, чего от него ожидать.
   Но король, похоже, не склонен был так спокойно относиться к неприятным новостям.
   - Вопрос к тебе, Рикард, - резко сказал он, - почему я узнаю об этом от Маришки, а не от твоих людей? Чем занимаются наши доблестные шпионы? И не много ли я им плачу?
   - Томаш! - поспешно вмешался граф Доран, сделав шуту знак помалкивать. Он многозначительно перевел взгляд с короля на девушку. - Не лучше ли сначала отпустить эту юную даму, уже и так оказавшую нам неоценимую помощь?
   Король на несколько секунд прикрыл глаза и уже почти спокойно сказал:
   - Подожди, - он снова встал и прошелся по кабинету. Премьер, шут и Маришка, конечно тоже снова вскочившие, осторожно помалкивали. - Сначала нужно закончить разговор.
   Девушка вновь почувствовала тревогу. Она заметила даже, что чуть вжала голову в плечи, и тут же заставила себя выпрямиться и гордо поднять подбородок - она ведь ни в чем не виновата, и ей нечего скрывать.
   - Маришка, - Томаш остановился прямо перед ней, и ей пришлось поднять голову еще выше, все-таки роста король был немалого, - когда вы разговаривали с баронессой, говорил ли кто-нибудь что-то такое, - он внимательно смотрел ей в глаза и очень старательно подбирал слова, - по чему можно было догадаться, кто на самом деле твой спутник?
   - Н-нет, - с легкой запинкой ответила Маришка. Она бросила быстрый взгляд на премьера и шута, но те восприняли вопрос как само собой разумеющееся, видимо были полностью посвящены в тайну принца. - То есть, теперь я думаю, что могла бы и догадаться, но ничего такого важного - имен, например - не называли.
   - Хорошо, - король кивнул, слегка улыбнулся и наконец-то перестал сверлить ее взглядом.
   - Дядя Томаш, - Маришка увидела, что его настроение чуть улучшилось, и рискнула-таки задать еще один вопрос, - а что с баронессой?
   - Она не слишком сильно пострадала, как мы поняли. Когда пришли ее арестовывать, выяснилось, что она бежала в Магран, к своей семье.
   - Вернее сказать - семейке, - ехидно дополнил граф Доран. - Я всегда говорил, что ничего хорошего союз с этими Дельски не принесет. Бандиты, они и есть бандиты, сколько бы не называли себя аристократами. Если они все же отвоюют престол, нам будет только хуже.
   Томаш невесело кивнул.
   - Не исключено.
   Маришка не стала ничего уточнять, голова и так пухла от огромного количества информации. Король со своими приближенными говорили о чем-то таком, что они знали отлично, а она не имела ни малейшего понятия. Так что, она решила постараться запомнить услышанное и поспрашивать у Альмины. Лучше бы конечно у Михала или Карела, но они далеко, увы.
   - Маришка, - вывел ее из раздумий голос короля, - спасибо, ты нам очень помогла, можешь идти.
   Но вдруг вмешался граф Доран.
   - Минуту! Ваше величество, вы помните, я говорил о своем проекте? - Он снова сбавил фамильярность, и даже добавил в голос просительные нотки.
   - Разумеется, - чуть удивился король. - И?
   - Могу я пригласить госпожу Марину пообедать со мной и графиней Доран?
   Томаш с интересом посмотрел на своего министра, а потом с не меньшим интересом на Маришку.
   - Я не против.
   Это прозвучало очень веско, Маришке даже показалось, что король имел в виду не только обед, а еще что-то другое, очень важное.
  
   ***
  
   На этом в общем-то разговор и закончился. Правда, король не забыл еще раз уточнить, собирается ли Маришка выполнить свое обещание и освободить Карела от клятвы. Она еще раз пообещала, едва скрывая раздражение. Ну сколько можно спрашивать одно и то же? Неужели нельзя понять, что раз она обещала, значит выполнит.
   Когда ее наконец отпустили, Маришка со всех ног помчалась искать Альмину. За этот час у нее накопилось столько вопросов, что даже голова кругом шла.
   Ясно, что никто не скажет, откуда взялось неожиданное желание графа Дорана пообедать с ней. Придется ждать завтрашнего дня и надеяться, что граф сам все объяснит. Зато, у принцессы можно спросить кто такой Лукаш. А может она даже знает, откуда взялся дурацкий закон о похищенных невестах.
   - Альмина! - Маришка влетела в зимний сад и тут же наткнулась на принцессу, которая задумчиво опрыскивала теплой водой какой-то экзотический цветок. Альмина была большой любительницей растений, и ее то и дело можно было увидеть с лейкой или садовыми ножницами. Маришка знала, что цветоводство считается достойным царственных особ увлечением, но сама как-то не особо рвалась им заниматься. Она и так большую часть жизни провела в деревне, и хоть ее родители особо и не нагружали, однако участвовать в посадках, поливах и сборе урожая все равно приходилось наравне со всеми.
   Принцесса оторвалась от своего занятия и выжидающе посмотрела на Маришку. Любопытство так и выглядывало из-под маски ее обычной невозмутимости. Но задать вопрос, означало уронить достоинство, а что еще хуже - преступить строгие правила хорошего тона. Сколько уже раз за месяцы во дворце Маришка слышала, что неприлично интересоваться чужими делами. Ей, правда, это впрок не пошло, но Альмина, конечно, совсем другое дело, она скорее умрет от любопытства, чем хоть немного нарушит приличия.
   Так что, Маришка решила ее не мучить и заговорила сама.
   - Король спрашивал подробности моего похищения.
   - О! - Принцесса аккуратно поставила опрыскиватель. - Странно, что мы сами не догадались. Разумеется, король Томаш не оставит преступников безнаказанными.
   - Альмина, - Маришка решила не тянуть и спросить сразу, - кто такой Лукаш?
   Да... эффект превзошел все, что можно было ожидать. От лица принцессы отхлынула кровь, даже губы побелели, и тут же прихлынула обратно, да так сильно, что шея, лицо и плечи стали ярко-розового цвета. Альмина рухнула на скамейку и, еле шевеля губами, спросила:
   - Лукаш? Это он тебя похитил? Это он хотел похитить меня?
   Маришка медленно кивнула, не сводя с нее глаз. Кто же такой этот Лукаш, при имени которого Альмина едва ли не в обморок падает?
   - Но зачем? - жалобно спросила принцесса.
   Вообще-то, господин Рикард сказал, что это все строго конфиденциально. Но с другой стороны, Альмина же знает, что похитить хотели именно ее, а Маришка это рассказывала в первый день только королю. Значит, он счел разумным посвятить принцессу в суть дела, и теперь почти все самое важное ей уже известно. Ну и к тому же, про Лукаша она уже знает, а все остальное - мелкие подробности... наверное.
   - Закон есть такой дурацкий, - прямо сказала Маришка, - если принцессу похищают, ее потом на полгода отсылают подальше от жениха. Вот похитители и надеялись, что твои родственники обидятся и разорвут помолвку.
   Альмина закрыла лицо руками и прошипела сквозь зубы:
   - Подлец! Трус... Как он мог? Он же клятву давал!
   - Да кто он?! - не выдержала Маришка.
   Принцесса всхлипнула и едва слышно ответила:
   - Мой брат.
   О, небеса.
   Король Лакмана, Лукаш II. Тогда понятно, почему он показался ей похожим на Альмину. И понятно, почему король Томаш так сразу приуныл. На что уж Маришка в политике почти не разбиралась, но даже она поняла, насколько дело плохо. Всем известно, что у Луана лишь один настоящий друг и союзник - Лакман. Могущественная Вальденская Империя - покровитель, а не друг. Но у империй вообще друзей не бывает, империи на всех смотрят как на подчиненных, и дружить не могут, могут только командовать. А вот Лакман с Луаном были всегда страны-братья... ну или сестры, "страна" ведь женского рода.
   Маришка вспомнила, как Карел показывал ей генеалогическое древо луанских королей. Альмина должна была стать уже шестой лакманской принцессой, вышедшей замуж за луанского принца.
   А теперь король Лукаш хочет разорвать помолвку. Причем в открытую не решается, вот и устроил такую интригу. Но насколько же для него это важно, раз он не поручил похищение кому-нибудь, а сам пробрался на территорию Луана.
   - А может он знает, что ты не хочешь замуж за Карела, и решил тебе помочь? - без особой надежды предположила она. Мало ли, а вдруг.
   Но Альмина только покачала головой.
   - Лукаш - политик, он и меня и Николаша продаст ради интересов страны... как он их видит.
   - А как он их видит?
   Принцесса отняла руки от все еще очень розового лица, ее синие глаза зло сверкнули.
   - Боюсь, что не в союзе с Луаном. Боюсь, он все-таки согласился на помощь Полонии.
   - На помощь в чем? - удивилась Маришка. Как-то она не слышала, чтобы Лакман бедствовал.
   - В достижении независимости.
   Час от часу не легче. До чего же мало она знает о происходящем в мире. И разве Лакман не независимое государство? Что за путаница?
   - От кого?
   Альмина скривила губы. Холодная усмешка словно сделала ее старше и жестче, и кого-то Маришке напомнила. Только она не могла вспомнить, кого именно.
   - От Вальденской Империи, конечно.
  
   ***
  
   Маришка скептически оглядела лесенку. Нет уж, дудки, она по ней не полезет. Только не хватало из-за любопытства свернуть себе шею. Королевская библиотека, конечно, прекрасна и огромна, Маришка всю жизнь о такой мечтала, но в мечтах она не слишком озабочивалась, каким способом добираться до томов на верхних полках. Можно, правда, снять туфли на каблуках... но это мало чем поможет, модная юбка предназначена для того, чтобы ходить по паркету, а не чтобы забираться по неудобным ступеням под самый потолок.
   Вот теперь Маришка пожалела об отсутствии Карела и Михала еще и из практических соображений. Будь они тут, она без зазрения совести отправила бы их лазить по этим крутым лесенкам.
   Но на нет и суда нет. Она дернула за перевитый золотой нитью шнур звонка, и почти мгновенно вошел смотритель библиотеки.
   - Госпожа Марина выбрала книгу?
   - Не совсем. Мне нужно что-нибудь понятное по истории Луана за последние сто лет. И про другие страны тоже. Может быть вы мне поможете?
   На невозмутимом лице смотрителя не появилось ни тени удивления.
   - Разумеется, госпожа Марина.
   Он ловко забрался по одной из лесенок на второй ярус - балкончик, опоясывающий библиотеку где-то на высоте двух человеческих ростов. Маришка внизу стояла, задрав голову, и с легким ужасом наблюдала, как растет гора толстых томов, а потом туда добавляются еще и прошитые шнуром стопки газет. Наконец смотритель сложил отобранные книги в специальный ящик, покрутил какую-то ручку, и ящик плавно опустился на веревке вниз.
   - Пожалуйста, госпожа Марина. Здесь научные труды, энциклопедии, мемуары. И, как видите, даже полные подборки вальденского "Обозрения" и нашего "Глашатая" с самых первых номеров. Можете выбрать все, что вас заинтересует.
   Маришка в замешательстве оглядела гору книг, потом выбрала какую потоньше, это оказалась "Краткая родословная монархов Северного континента", изданная пять лет назад, и сказала:
   - Остальные пусть отнесут ко мне. Спасибо большое.
   Да уж, это все читать, не перечитать. На что она с книжками дружит, но и то научные труды, да еще в таком количестве слегка умерили ее энтузиазм. Однако читать придется. Не хочет же она остаться дурой необразованной. Вон Альмина глупым законам не удивляется, знает какие отношения между разными странами, сразу видит политические причины всех событий. Она как только немного успокоилась, так обдумала поступок брата и сразу отправилась к королю, заявив, что это дело касается ее напрямую и значит она должна помочь все уладить. Маришка даже не успела ее как следует порасспросить.
   Вот и пришлось идти за ответами в библиотеку. Да оно и к лучшему. Карел с Михалом уехали, пора возвращаться к книгам, а то за последние полгода она и двух дюжин не прочитала.
   Маришка вернулась в зимний сад, все-таки это самое приятное место во дворце, лучше, чем ее комнаты, в которых она все равно чувствовала себя гостьей. "Родословная", которую она взяла, оказалась действительно краткой. Даже слишком краткой - только имена, даты и перечисление жен с детьми. Но зато там были схемы, таблицы и родословные древа. Маришка часа два пыталась разобраться во всех этих семейных хитросплетениях, но только все больше запутывалась. В конце концов она вооружилась большим листом бумаги и набором цветных карандашей, и начала вырисовывать собственную таблицу.
  
   ***
  
   К вечеру у Маришки уже в глазах рябило от разноцветных квадратов, линий, стрелок и мелких подписей. Но зато теперь все, что ее интересовало, было в одной общей схеме. А сколько всего интересного оказалось в этой схеме...
   Ну, для начала, Маришка с изумлением поняла, мать Альмины была девианской княжной. Значит, принцесса должна быть близкой родственницей леди Эльсибы. Надо бы ее об этом порасспросить. А ведь по правде говоря, можно было и самой догадаться - сходство в лицах обеих девушек определенно есть, глаза вообще почти одинаковые, и это именно волшебницу напомнила ей Альмина, когда так недобро улыбнулась.
   А Карел, что не менее интересно, оказывается двоюродный брат императора Гаральда. У Маришки аж дух захватило. Нет, Карел, конечно, принц, сын короля и все такое, но Луан - это Луан, а империя - это империя. Это... это просто несравнимо. Маришка уже почти привыкла называть короля дядей Томашем, но даже не представляла себе, что смогла бы когда-нибудь так же по-простому обращаться к вальденскому императору.
   А еще, проштудировав "Родословную", Маришка пришла к выводу, что неизвестно как там на других материках, а у них на Северном все короли, принцы, князья и даже просто дворяне - друг другу родня. Прямо одна большая, хоть и не слишком дружная, семья. Но все равно, чужаки вроде нее здесь лишние.
   Заметила она в своей схеме и другие интересные вещи, от которых, правда, появлялись не ответы, а наоборот новые вопросы. Например, матери Карела и Альмины умерли в один год, причем в тот же, что и вальденский император Карл IV. А еще, что было особенно любопытно - у королевы Эдны, матери Томаша, не стояла дата смерти. И у императриц Софии и Кларины, жен двух предыдущих императоров. Неужели у Карела живы обе бабушки? А где они тогда, и почему она о них никогда не слышала? Хотя, ведь книга издана пять лет назад, они могли и умереть за эти годы.
   Вопросы, вопросы. И Альмине не все их задашь, неудобно. Жаль, что нет Михала, он все обо всех знает...
   - Маришка!
   Девушка от неожиданности подскочила и чуть не разорвала с таким трудом нарисованную схему.
   - Ну, Альмина, разве можно так пугать, - сердито сказала она, подбирая рассыпавшиеся карандаши. - Я так заикой стану.
   - Извини, пожалуйста, - кротко улыбнулась принцесса, - я не хотела.
   Маришка с подозрением посмотрела на нее. Как-то не очень вязался нынешний цветущий вид Альмины с ее же болезненным румянцем и кривой улыбкой трехчасовой давности. Видимо, разговор с королем принцессу успокоил и даже обрадовал.
   - Я тебя искала, - весело сообщила принцесса.
   - А что меня искать, - Маришка с усилием вытащила застрявший в напольной решетке карандаш, - мы с тобой все время друг друга ищем по всему дворцу, а находим в одном и том же месте. Я теперь, когда ты мне понадобишься, не буду никого спрашивать, а прямо пойду в зимний сад. Наверняка ты найдешься либо здесь, либо где-нибудь поблизости от короля.
   Альмина звонко рассмеялась. Видно было, что настроение у нее действительно отличное.
   - Действительно, а я и не заметила, - она чуть прищурила зеленые глаза. - Его величество сказал, что тебя граф Доран пригласил на обед.
   Маришка кивнула.
   - Ага. Не знаю только, зачем я ему понадобилась.
   - Зачем-то понадобилась, граф без причины приглашать не станет, - с глубокомысленным видом сказала принцесса. - Заодно, познакомишься с его женой, она очень умная и интересная дама. И красивая. Между прочим, она неофициальный лидер луанских феминисток.
   - Кого? - не сразу поняла Маришка. Нарисовавшаяся перед мысленным взором картинка плохо сочеталась с ее представлением о том, какой должна быть жена министра. - Этих странных женщин, которые носят мужскую одежду и требуют, чтобы им разрешили курить на улице?
   Альмина рассмеялась, что кстати тоже было для нее не слишком типично, обычно она просто улыбалась.
   - Графиня Доран действительно немного странная, но не до такой степени. Эти дамы, о которых ты говоришь, очень радикальные феминистки, а попросту говоря - немного ненормальные. Ходят по улицам, кричат, только смешат всех. А графиня возглавляет умеренное крыло женской партии, хотя формально там даже не состоит, чтобы не позорить мужа. Феминистки требуют, чтобы король дал матерям права на детей, позволил наследование по женской линии, тем более что такое возможно в Вальденсе и Имлане, разрешил женщинам работать и учиться в университете. И конечно, главное их требование - допускать женщин в Большой Совет наравне с мужчинами.
   Маришка слушала, приоткрыв от восхищения рот. Вот это да! Ей и в голову никогда не приходило, что она или ее мама, или даже кто-то из знатных дам, может учиться, работать и заседать в разных советах. А есть люди, которые не только представляют такое, но и смеют требовать этого от короля. Вот это женщины! Она поставила в уме еще одну галочку - успеть до завтрашнего обеда прочитать что-нибудь о графине Доран и ее феминистках. Надо же, ведь графиня знатна, богата, замужем за премьер-министром, у нее все есть, но она не балами и нарядами занимается, а правами женщин.
   Альмина сначала с веселой улыбкой разглядывала ошеломленную Маришку, а потом чуть насмешливо спросила:
   - Боишься предстать перед строгими очами такой серьезной дамы?
   Маришка вздохнула.
   - Боюсь. Я ей наверное покажусь деревенской простушкой. Да и с важными дамами разговаривать не привыкла. Леди Анна не в счет, она слишком добрая, баронесса наоборот злобная, так что тоже не считается. А ты вообще почти мне ровесница.
   - Не пугайся, - принцесса ободряюще коснулась ее руки, - графиня хорошая женщина. Король сказал, что если ты ей подойдешь, то он спокоен за твое будущее. Правда, я не знаю, что имелось в виду, он отказался пояснять.
   Загадка за загадкой. Маришка даже не стала лишний раз пытаться отгадать, все равно же не получится. Завтра все узнает. Зато она вспомнила, о чем хотела спросить принцессу, когда та вернулась от короля. Конечно, надо бы выпытать по всем правилам этикета - не задавая прямых вопросов, а потихоньку в разговоре наводя собеседника на нужные ответы. Но она так и не научилась вести такую беседу, да и с Альминой нет смысла хитрить, та гораздо искуснее во всех этих витиеватостях. Поэтому Маришка спросила прямо:
   - Альмина, а что сказал тебе король? Почему ты такая радостная?
   Принцесса покраснела еще гуще, чем когда узнала об интригах своего брата. Но солгать она, как Маришка и надеялась, не могла.
   - Он сказал, что я в любом случае останусь в Луане. Что бы ни предпринимал Лукаш, меня не отправят обратно в Лакман. И даже если, - она замялась, - по каким-то причинам Карел на мне не женится, я все равно останусь членом семьи, как король Томаш и обещал моему отцу.
   У Маришки странно зазвенело в голове. Словно она услышала что-то очень-очень важное, такое важное, что важнее и быть не может... но сама не поняла, что именно.
   Будь у нее хотя бы пять минут, чтобы сообразить, о чем надо спросить Альмину, может толк и был бы, но в жизни все происходит назло. Иначе как объяснить, что именно в эту минуту вошел слуга и объявил, что ужин подан.
  
   ***
  
   Все-таки, для одного дня новостей было многовато. Маришка поняла это, когда легла спать. Обычно она засыпала практически мгновенно, но сегодня сон никак не шел. Она погружалась в мутную полудрему, заполненную обрывками фраз и картинок, и тут же выныривала обратно.
   Принцесса, король Томаш, Карел, Михал, король Лукаш, лорд Доран, лорд Алан, леди Эльсиба... Как же их много! И всем от нее что-то нужно. И ладно бы они говорили что, так нет ведь, хотят, чтобы она сама догадалась и выполнила все именно так, как нужно им.
   Маришка вздрогнула и снова проснулась. Что за чушь? С чего она вообще решила, что всем этим сильным мира сего что-то от нее нужно? Нет, хватит, так ведь и мания величия разовьется. Спать, спать, завтра трудный день, завтра обед у лорда Дорана и его жены-феминистки. Надо хоть на день забыть об этом нервирующем ощущении, что она упустила что-то очень важное, успокоиться, узнать, что нужно премьер-министру, а послезавтра... А послезавтра она подумает обо всем остальном. Все равно пока Карел не вернется, ничего решать нельзя. Жаль, вернется он еще ох как нескоро, она по нему уже успела соскучиться.
   Как ни странно, наутро Маришка чувствовала себя совершенно свежей и отдохнувшей. Словно и не проворочалась полночи. Наверное, дело было в том, что ей почему-то не приснился ни один сон. Хотя нет, она вдруг сообразила, что сны были, просто они были еще до того, как она встала, где-то под утро, когда она на несколько минут вынырнула из мира снов. Судя по неясным шумам, дворец тогда только начал просыпаться, и уже даже начал бледнеть краешек неба около самого горизонта. Маришка тогда еще смотрела на этот светлый кусочек неба, и ей казалось, что она начала все правильно понимать. Словно сны подсказали ей, что надо делать. Но когда она снова заснула и проснулась, все ночные мысли начисто выветрились из головы, будто их и не было. Маришка не могла припомнить ни одного обрывка, ни одной светлой идеи.
   Зато на обеде у премьер-министра она смогла отвлечься, как и хотела, от вчерашнего разговора с Альминой. Впрочем, это оказалось не так уж и сложно, графиня Доран действительно оказалась ужасно интересной женщиной. Когда-то она, по крайней мере так утверждала энциклопедия "Первые лица Луана", была шутихой королевы, а после ее смерти вышла замуж за графа Дорана. И сейчас вела очень активный образ жизни. Маришка едва успела переступить порог гостиной, как оказалась захвачена вихрем энергии, исходящим от супруги премьер-министра.
   Хрупкая белокурая графиня успевала все - дирижировать подачей блюд, расспрашивать гостью о детстве и о том, как та стала королевской воспитанницей, перекидываться репликами с мужем, да еще и периодически отвечать на какие-то записочки, то и дело приносимые слугой. Не прошло и часа, как Маришка прониклась к ней настоящим восхищением. Сама она едва успевала уследить за ходом мыслей графини, настолько легко и быстро та перескакивала с одной темы на другую. И при этом между темами всегда была какая-то связь, не видная с первого взгляда. К концу обеда у Маришки стали мелькать не лишенные параноидального оттенка мысли о том, что графиня специально то и дело меняет разговор, чтобы посмотреть, легко ли сбить ее с толку.
   Наконец, за десертом премьер-министр и его супруга не скрываясь обменялись многозначительными взглядами. Маришка почувствовала, что шутки и проверки окончены, сейчас ей скажут, зачем именно ее позвали.
   - Госпожа Марина, - без обиняков начала графиня, едва слуга разлил по чашкам чай и удалился, - что вы собираетесь делать после того, как вернете принцу его слово?
   Девушка задумалась. Не то чтобы она не знала ответа, скорее она не очень поняла сути вопроса.
   - Не могли бы вы пояснить, графиня.
   - Разумеется, - кивнула та. - Когда вы перестанете быть невестой его высочества, вы конечно получите от короля отступные. Но как вы собираетесь строить свою дальнейшую жизнь? Поселитесь в поместье, выйдите за кого-нибудь замуж, отправитесь путешествовать, или может что-то еще?
   Маришка очень осторожно, чтобы не выдать свои мысли, ответила:
   - Я еще не думала.
   Графиня улыбнулась.
   - Конечно, вы же так молоды, вам кажется, что времени впереди полным-полно. Но все же, я бы порекомендовала вам подумать о будущем заранее.
   - Вы хотите мне что-то предложить? - напрямик спросила Маришка. Чего тянуть и темнить?
   - Разумеется. - Графиня бросила быстрый взгляд на мужа и снова обратила взор на гостью. - Возможно, вы слышали, что граф Доран является сторонником женского образования?
   - Слышала, - коротко ответила девушка, не вдаваясь в подробности того, как она вчера лихорадочно листала газетные подшивки и энциклопедию "Первые лица Луана".
   - Прекрасно, - хозяйка дома снова улыбнулась, - я так и думала, что вы постараетесь узнать о нас как можно больше, и рада, что не ошиблась. Люблю умных и обстоятельных людей, - она сделала небольшую паузу, то ли чтобы дать гостье возможность оценить комплимент, то ли чтобы подчеркнуть значимость следующей фразы. - У нас к вам действительно деловое предложение. Король разрешил нам в следующем году послать на обучение в Королевский Университет несколько девушек. В качестве эксперимента, чтобы доказать, что женщина может учиться не хуже мужчины. И мы хотим, чтобы одной из этих студенток стали вы.
  
   ***
  
   Студентка... Маришка даже не знала, что сказать. Некстати пришло в голову, что при первой встрече она и лорда Алана и Карела приняла за студентов. Интересно, а девушкам у этих экспериментаторов тоже придется путешествовать из одного университета в другой? И как они вообще будут учиться вместе с юношами, это ведь неприлично. И, главное, чему они будут учиться? Это конечно очень красиво звучит - "женское образование" - но на самом-то деле, какой в нем смысл, если женщины все равно не могут работать. С другой стороны, ей-то какое дело до целей и смысла, ведь ее будущее уже обеспечено, даже в самом неудачном случае она останется богатой невестой с пожалованным королем поместьем. А поучиться в университете будет интересно, нельзя упускать такой шанс.
   Она вопросительно посмотрела на графиню.
   - Вы не могли бы рассказать подробнее?
   Та стрельнула глазами на мужа, словно говоря "вот видишь", и кивнула.
   - Я так и думал, что вы не согласитесь, пока не узнаете все подробности, - она дважды звякнула в колокольчик, и слуга внес в комнату толстую папку. - Здесь все, что касается нашего проекта. Информация пока секретная, поэтому мы просили бы вас не показывать ее никому, кроме его величества и господина Рикарда. А в общих чертах я расскажу вам прямо сейчас, только давайте отпустим Маркуша, его как обычно ждет гора государственных дел.
   Маришка не сразу сообразила, что графиня говорит о премьер-министре, поэтому слегка замешкалась.
   - А... О, конечно! - она смутилась. - И я благодарю вас, граф, что вы сочли меня достойной оказаться в числе, - как бы закончить фразу, а то можно и запутаться, - первых студенток, - кажется, получилось достойно и прилично.
   - Это я благодарю вас, - премьер-министр поднялся и учтиво склонил голову. - И, надеюсь вы меня простите, но я сразу хочу обратиться к вам с еще одной просьбой. Возможно, вы вспомните кого-нибудь из знакомых девушек, кто также мог бы войти в нашу экспериментальную группу. Мы не хотим, чтобы в эксперименте участвовало больше одной девушки из аристократической семьи, а среди других слоев населения у нас, сами понимаете, гораздо меньше знакомых.
   - А какие именно девушки вам нужны?
   - Иди, Маркуш, - сказала графиня, - я сама объясню, если наша гостья не против.
   - Конечно не против, - Маришке даже стало жутко неудобно, что она отвлекает от дел такого важного и занятого человека.
   Премьер поцеловал жене руку, поклонился и вышел, а графиня снова повернулась к Маришке.
   - О, требования достаточно жесткие, поэтому мы и набираем группу с таким трудом. Девушка, конечно, должна быть совершеннолетняя и незамужняя, умная, с широкими пусть даже и поверхностными знаниями, владеющая не только луанским, но и вальденским языком, поскольку именно на нем написано большинство учебных книг. Желательно еще знание древнемоградорского, но это необязательно.
   Маришка подумала, что если бы не подарок лорда Алана, фигушки бы она подошла под эти требования. А графиня продолжала:
   - Но главное требование, на котором все кандидатуры обычно и отсеиваются - девушка должна быть достаточно амбициозная и широких взглядов. То есть, ее интересы должны сводиться не только к выгодному замужеству, а воспитание должно позволять ей общаться с мужчинами не только как с потенциальными женихами. Вы меня понимаете?
   Как бы сказать... Маришка понимала, но вот, положа руку на сердце, не могла сказать честно, что сама подходит под все эти условия. А уж подобрать еще кого-нибудь казалось совсем невероятным. Ну кого? Алиска амбициозная и умная, но она уже давным-давно служит у леди Эльсибы, ей даже университет теперь не покажется соблазнительным. Кристинка хорошо образована, но ее помыслы как раз сосредоточены на том, как бы повыгоднее выйти замуж. А больше никто и в голову не приходит.
   - А к чему должны сводиться интересы? Кем станут эти девушки после обучения в университете? Замуж ведь их действительно после этого не каждый возьмет.
   Графиня гордо сказала:
   - Его величество уже обещал нам, что всех выпускниц возьмут на королевскую службу. А кем они станут, зависит от того, на каких факультетах они будут учиться. Хотя, по правде говоря, мы бы предпочли, чтобы все девушки учились вместе, на распорядительном факультете.
   - И сколько всего нас будет? - поинтересовалась Маришка и вдруг поймала себя на том, что сказала "нас". Видимо, в глубине души она уже точно решила принять предложение графини Доран.
   Та вздохнула.
   - Пока есть только трое, с вами - четверо. Но у нас впереди еще несколько месяцев.
   Маришка задумчиво покрутила блюдечко. Может все-таки спросить Алиску? Вдруг ей будет интересно, или может кто из ее подруг подойдет. Хотя...
   - Кажется, у меня есть для вас пятая кандидатура. Правда, я ее не видела уже полгода, но насколько я помню, замуж она не собиралась. Вам дочь крестьянина подойдет? Без всяких статусов королевских воспитанниц.
   - Разумеется, подойдет! И кто это? - оживилась графиня.
   - Моя старая подруга, хотя даже не совсем моя, а скорее подруга моей сестры Алиски. Дочь единственного в наших краях не разорившегося владельца большой свинофермы. И если вы ищете кого-нибудь амбициозного, то лучше, чем Полинка, вам никого не найти. Она уже несколько лет ведет все дела за отца, и при этом все вокруг разоряются, а их ферма процветает.
   Супруга премьер-министра недоверчиво покачала головой.
   - Сколько же лет этому чуду?
   - Вот летом двадцать будет.
   - А она согласится бросить свои фермерские дела и пойти учиться?
   Маришка хихикнула.
   - Еще бы, это же мечта ее жизни - стать равной мужчинам. Но предупреждаю, если Полинка поймет, что нужна вам, она еще поторгуется и выторгует у вас столько, сколько сможет.
   - Ничего, - усмехнулась в ответ графиня, - я тоже не лыком шита. Еще вопрос, кто и что у кого выторгует.
  
   ***
  
   Вот так в судьбе Маришки и произошел очередной крутой поворот. По правде говоря, она уже устала считать эти повороты, столько их было за последний год. Временами она ощущала себя какой-то избранницей судьбы или героиней увлекательной сказки. Хотя здравый смысл подсказывал, что дело вовсе не в какой-нибудь избранности, а просто в том, что она сумела один раз оказаться в нужном месте в нужное время. Не пойди она гулять к озеру с сумкой наперевес, не встретила бы Карела, а значит не попала бы к королевскому двору. И соответственно, не оказалась бы сейчас единственной в столице особой с таким сложным статусом - вроде формально и ровня всем аристократам, а фактически совсем чужая, с другим воспитанием, другими взглядами и другими целями в жизни.
   Потому и премьер-министр выбрал ее для своего эксперимента. Не за красивые глаза и, увы, не за светлый ум, а за то, что она единственная в стране крестьянка, которая забралась так высоко, чтобы попасться ему на глаза. Графиня честно объяснила, что аристократки им в качестве студенток не годятся, дабы не злить не любящую перемены родовую знать. Исключение сделали только для родной племянницы премьера, за воспитание которой отвечал лично он. Остальные две будущие однокашницы Маришки были не из дворянства - дочка богатого купца из числа самых передовых, мецената и оригинала, и младшая сестра владельца небольшой винной фабрики, который рассчитывал завести таким способом новые выгодные связи.
   Жизнь, надо сказать, стала интереснее. В некотором роде. И уж точно насыщеннее. Следующий месяц Маришка провела за книгами, причем вовсе не за сказками или романами, и даже не за летописями или энциклопедиями, а за сложными и довольно скучными учебниками по математике. Графиня Доран лично проверила ее знания и заявила, что правописание, история и знание вальденского языка - вполне на приличном уровне, но математика оставляет желать много лучшего. Поэтому теперь Маришка по три часа в день вынуждена была писать примеры, доказывать теоремы, вычерчивать графики и схемы, и все это под руководством не кого-нибудь, а самой графини.
   Сколько раз Маришка прокляла тот день, когда согласилась стать студенткой. И сколько раз она пожалела о том, что Карел и Михал уехали в Вальденс. Если бы хоть один из них был здесь, не пришлось бы ездить во дворец Доранов, мальчишки прекрасно ладили с математикой и уж точно не отказались бы помочь ей. Маришка понимала, что все эти сожаления бессмысленны, но ничего не могла с собой поделать. Зато теперь она стала с удвоенной энергией считать дни, оставшиеся до поездки к родителям. К счастью, графиня не возражала против перерыва в занятиях и даже попросила ее поговорить с Полинкой, так сказать "прощупать почву".
   - Если вы сочтете, что Полина действительно нам подходит, передайте ей вот это приглашение, - графиня Доран протянула ей конверт, - с ним она свободно сможет получить аудиенцию у премьер-министра.
   Маришка послушно взяла конверт, но про себя твердо решила, что графине не удастся взвалить на нее ответственность за решение чужой судьбы. Она конечно поговорит с Полинкой, но приглашение передаст в любом случае. А уж подходит им Полинка или нет, и почему, пусть премьер-министр со своей женой-феминисткой сами решают.
   Еще она пообещала графине поговорить с Алиской, когда та приедет на весеннюю ярмарку. Мало ли что. Конечно, сама сестрица в университет уже не пойдет, но зато у нее гораздо больше, чем у Маришки образованных подруг. Вдруг она сможет кого-нибудь присоветовать.
   В общем, к родителям Маришка ехала не просто с кучей новостей, но и с целым списком дел, а также не меньшим списком того, о чем пока нельзя говорить. Просто ужас какой-то - скрывать, как оказалось, придется гораздо больше, чем рассказывать. Она чувствовала себя ходячим сборником государственных тайн и разнообразных королевских секретов.
   Но впрочем, это все мелочи. Гораздо важнее, что Маришка наконец-то ехала домой, к маме. И как бы прекрасно она ни чувствовала себя во дворце, все же чем дальше, тем сильнее понимала, что сильно соскучилась по родителям. Домой, домой, там она отдохнет, наберется сил, а когда вернется, сможет наконец разобраться и в себе, и в других, ну и конечно найдет выход из всех-всех проблем.
  
   ***
  
   Однако до отъезда Маришка получила еще одну проблему, которую надо было решить. Важную проблему. Настолько важную, что все остальные сразу отошли на второй план. А случилось это всего-навсего потому, что принцесса зашла к ней в комнату попрощаться. Хоть и ненадолго Маришка уезжала, но все-таки.
   - Как это замечательно, что ты едешь домой, к маме и папе.
   Альмина печально вздохнула, теребя тонкими пальчиками кружевной пояс. Маришка вспомнила, что принцесса сирота, ее родители давно умерли, и другого дома кроме Лунии у нее нет. Бедняжка. Как это грустно, когда ты никому на свете не нужна - родителей нет, а брат предаст и продаст тебя ради политики. Хорошо, что есть король Томаш, он добр и благороден, и он ни за что не бросит бедную девушку, у которой кроме него никого нет. Тем более, Альмина говорила, что даже если Карел откажется жениться, король все равно ее не выгонит, а оставит в своей семье, как и поклялся ее отцу...
   - Стоп! - Маришка почувствовала, что вот-вот опять упустит что-то важное. Что-то самое важное. Карел? Нет, не в нем дело. Но в чем же? - Как ты сказала? Нет-нет, погоди... - она схватилась за голову и пробежалась по комнате, не обращая внимания на испуганный взгляд принцессы. - Что именно он обещал?
   - Кто? - осторожно спросила Альмина, глядя на нее с явной опаской.
   - Король Томаш! - Маришка остановилась. Вот оно, ну конечно, давно надо было об этом спросить! А то заморочили они ей голову своими клятвами, королевским словом, долгом и честью. - Ты знаешь, что именно король Томаш обещал твоему отцу? Ты слышала, как он давал клятву?
   Принцесса все также осторожно ответила:
   - Слышала, но...
   - Вот и отлично! - Маришка глубоко вздохнула. - Повтори мне, что он сказал. Желательно, слово в слово.
   Она мельком подумала, что не будет ничего удивительного, если Альмина сейчас возмутится, откажется отвечать или попросту скажет, что это не ее дело. Это ведь и вправду не ее дело, оно касается только самой Альмины, короля Томаша и конечно Карела, но никак не его фиктивной невесты.
   Но видимо, волнение Маришки и ее требовательный тон так впечатлили принцессу, что та не стала ничего возражать.
   - Отец перед смертью сказал: "Томаш, поклянись мне, что брачный союз будет заключен, ты ведь знаешь, я мечтал об этом всю жизнь". Король Томаш поклялся, - Альмина говорила сухо и ровно, но видно было, что ей тяжело переживать заново этот трагический момент. - И тогда отец сказал "и прошу тебя, поклянись еще, что ты примешь мою дочь в семью, не просто как необходимую часть договора, а по-настоящему, с любовью". Король Томаш снова поклялся.
   Она замолчала. Маришка подождала минуту-другую, но принцесса, похоже, совсем ушла в грустные воспоминания.
   - Это все? - почти шепотом спросила Маришка.
   - Что? - очнулась Альмина. - Ах да, все. Больше отец ничего не говорил. К нему позвали придворного чародея, а нас с королем Томашем попросили уйти, чтобы не мешать отходной церемонии, - в ее голосе зазвенели слезы, но глаза остались сухими.
   Маришке было ее ужасно жаль, но... но она понимала, что другого раза не будет. Второй раз Альмина не станет отвечать на такие личные вопросы, а значит надо использовать ее откровенность именно сейчас. Для ее же блага, конечно... и для своего собственного, если получится. И очень хочется, чтобы получилось.
   - А какую клятву давала ты?
   Если она права, а Маришка была почти уверена в своей правоте, то этот заколдованный круг клятв можно будет обойти не нарушая. Наверное. Она еще не знала точно, как, но чувствовала, что найдет ответ. Лишь бы Альмина ответила.
   Принцесса горько усмехнулась.
   - О, я клялась давно, еще даже до знакомства с Карелом. Но это неважно, все равно придется сдержать слово.
   Теперь Маришка была точно уверена, что она на правильном пути.
   - В чем ты клялась? Дословно!
   Ее слова прозвучали как приказ, и Альмина как-то растерянно подчинилась.
   - Отец сообщил, что скоро приедет луанский принц, просить моей руки. Брак династический и очень выгодный для Лакмана. Он сказал, что всю жизнь мечтал, что когда-нибудь я стану луанской королевой. Я была послушной дочерью...
   - И ты поклялась?.. - настойчиво продолжила Маришка. Недомолвок быть не должно, не приведи небеса тут ошибиться.
   - Я поклялась, что сделаю все для исполнения его мечты, невзирая на личные чувства, - Альмина печально посмотрела на нее. - Прости, Маришка. Ничего нельзя изменить. Я не могу разорвать помолвку и освободить Карела.
   Маришка не нашлась, что ответить, слишком уж ее мысли были заняты этой двойной клятвой. Да и что тут отвечать? Не разъяснять же Альмине истинную цель своих расспросов. Тем более что она и сама пока не слишком хорошо эту цель понимала, и еще хуже понимала, что делать с полученными сведениями.
   Для начала, надо все это хорошенько обдумать. И обсудить бы с кем-нибудь. Ах, как жаль все-таки, что сослали Михала, он тут как самый незаинтересованный мог бы дать дельный совет. И Алиска приедет только через несколько недель.
   Впрочем, неважно. Все это подождет и неделю и месяц и даже пять месяцев. Да-да, пять, ведь именно столько осталось до Маришкиного дня рождения. Все равно ничего не сдвинется с места до тех пор, пока она не освободит Карела от клятвы. Ну а от клятвы она освободить не сможет, пока ей не исполнится шестнадцать.
   И кроме того, Маришка не собиралась ничего выдумывать, не посоветовавшись с Карелом, ведь это же именно ему придется жениться, ну или не жениться. А он вернется через пять месяцев, как раз к ее шестнадцатилетию.
  
   Конец седьмой части
  
   Примечания
  
   1 Десятина - мера площади примерно равная гектару.
   2 Сестры-рукодельницы - одно из трех крупнейших на Севере (наряду с сестрами-врачевательницами и сестрами-книжницами) женских духовно-бытовых объединений. Вроде монастыря, но при желании оттуда можно уйти, хоть это и не приветствуется в обществе.
   3 Полония - большое королевство Северного материка, и возможно самое сильное, хоть и уступает Вальденской Империи размерами. Политический противник Вальденса, несмотря на то, что королевские дома связаны неоднократными брачными узами.
   4 "Обозрение" - старейшая еженедельная газета Вальденской Империи, выходит под патронатом императора больше 350 лет. "Глашатай" - еженедельная королевская газета Луана, выходит около 300 лет. Оба издания ориентированы прежде всего на распространение официальных новостей.
   5 Распорядительный факультет готовит распорядителей мероприятий, управляющих и т. п. Основное, чему учат распорядителей - организовывать людей для выполнения различных задач, от постоянного управления поместьем, до проведения любого разового мероприятия.

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"