# Павловы_01х06. Марсик

Валентин Огнев

Тёма пишет рассказ про кота Марсика, который взрывает интернет. А Юля с отцом, в это время, идут на приём в доме Михаила Вознесенского, чтобы развеяться и подыскать себе пару.

## Павловы_01х06


## Марсик


Гостиная дома Павловых.


Тёма: Марсик был обычным котом. Днём нежился на солнышке, вечером лизал яйца. Когда придётся ел, когда придётся спал. У него была размеренная, спокойная жизнь. Но в одночасье всё изменилось. На дереве во дворе, под которым Марсик особенно любил нежиться, завёлся дятел. Он поселился на самой вершине, глубоко в кроне дерева и стал долбить там дуплень. Дуплил он не переставая. И день, и ночь, раздавались эти удары, а сверху на Марсика капали раскалённые клочки от коры, только что продуплённой надоедливым дятлом. Марсик не собирался просто так отдавать своё излюбленное дерево. Поэтому однажды ночью, он тихонько забрался наверх, нашёл долбящего дятла и хотел уже накинутся на него, но тут увидел на другой ветке маленьких несмышлёнышей дятлят. Марсик понял, что дятел долбит день и ночь не просто так, а чтобы прокормить бедолаг дятлят. Поэтому тихо мурлыкнул, спустился вниз и ушёл в тенёк под другое дерево, а это оставил дятлу. Ну как?

Юля: В целом, для первого опыта неплохо. Но тебе не кажется, что в детской сказке можно было упустить момент с яйцами.

Тёма: Но, ведь это жизнь, а в жизни коты их лижут.

Роман: Всё верно. Писать надо правду, тогда и люди потянутся.

Тёма: Вот-вот. Папа меня понимает. Это всё гены. Если папа смог стать писателем, то и я смогу.

Тёма что-то тыкает в ноутбуке, потом откидывается на спинку кресла.

Тёма: Всё залил. Теперь остаётся ждать, пока прочитают.

Юля: Удачи.

Тёма забирает ноутбук и уходит к себе в комнату.

Юля: Пап, не составишь мне компанию? Сегодня наш отдел позвали на банкет у какого-то местного воротилы. Говорят, там будет много интересных людей, я как раз давно хотела с кем-нибудь познакомиться и пожить немного нормальной жизнью. Да и тебе не мешало бы кого-нибудь найти.

Роман: Ты хочешь взять меня вместо подружки?

Юля: Я бы так не сказала. Просто нам с тобой давно пора идти дальше. К тому же там будет бесплатная выпивка.

Роман: Пожалуй, я выкрою немного времени.

Юля с Романом собираются и уходят. А Тёма в это время следит за своим рассказом. Спустя пять минут его открывает один человек, спустя полчаса уже сто, а к вечеру набегает миллион просмотров. Тёме на почту приходят тысячи писем, чтобы не отвечать на них, он собирает пресс-конференцию.


Юля и Роман на приёме у Михаила Вознесенского.


В зале сотня гостей, все мужчины в пиджаках, девушки в вечерних платьях. Роман сразу уходит к бару и заказывает виски. К нему подсаживается женщина в чёрном платье с бриллиантовым ожерельем на шее.

К Юле подходит сгорбленный старичок в сереньком пиджаке и скрюченной тростью.

Старик: Здравствуйте, рассказать вам свою историю?

Юля: Может в следующий раз, дедушка.

Дедок уходит, а вместо него к Юле подскакивает паренёк с прилизанными волосами и золотыми брошками.

Паренёк: Меня зовут Вениамин, а вас о чудное создание?

Юля: Юлия.

Вениамин: Юлия звучит так, будто ангелы в поднебесной убаюкивают своих деток: Юля, Юля, Юлия...

Юля: Спасибо. У вас тоже очень красивое имя.

Вениамин: О да, оно великолепно, как и ваше. Как и вы. Вас будто оттесала тысяча ангелочков из куска божественного хрусталя. (Хватает её руку) А ваша кожа, она нежна как румянец на щеках младенца. А эти глаза, как два бездонных океана в которых я уверен, потонул не один пловец. Вы так же прекрасны, как и я, так давайте сольёмся с вами в страстном порыве...

Юля вырывает свою руку и убегает к барной стойке, где вокруг Романа уже вьются три женщины. А Вениамин, задыхаясь, прислоняет руку к губам и целует её.

Вениамин: Нежнейший хрусталь. О-о, атласная кожа. Я само совершенство.

Вениамин выхватывает у официанта поднос и начинает целовать своё отражение.

Юля: И почему мне всегда не везёт с парнями?

Роман: О, а это моя девочка.

Первая женщина: Очень славная.

Вторая женщина: Вся в вас.

Третья женщина: И почему вы раньше о ней не рассказывали?

Роман: Да, как-то не было времени. А на чём это я остановился? (Юле). Дорогая у тебя всё в порядке?

Юля: Да, пап, развлекайся.

К бару ковыляет всё тот же старичок в сером костюмчике.

Стрик: Здравствуйте, рассказать вам свою историю?

Юля: Конечно, только может чуточку позже, дедушка.

Старик улыбается и уходит, к Юле подсаживается Дима Лежнёв, бывший парень Юли.

Дима: Юля, это ты?

Юля: Дима? Вот кого не ожидала здесь увидеть. Света говорила тебя бросила девушка...

Дима: Да.

Юля: И с работы выгнали.

Дима: Было дело.

Юля: А ещё, что твой отец умер, но перед этим взял кредит и вложил все деньги в компанию по производству пейджеров и теперь коллекторы вызванивают тебя как единственного поручителя.

Дима: Это всё в прошлом, теперь у меня свой бизнес. Своя квартира, свой автомобиль и свой водитель. Причём Мустафа и, правда, мой, я выкупил его у пиратов во время одной из моих экспедиций у берегов Африки.

Юля: Видно жизнь наладилась.

Дима: Не то слово.


Двор дома Павловых.


На раскладных стульчиках уместились три десятка журналистов с камерами, блокнотами и диктофонами. Тёма сидит на широком кресле, возвышаясь над ними. Кресло он вытащил из спальни.

Тёма: Я рад, что вы пришли. Уверен, у вас много вопросов...

ЖурналистN1: Да, можете ответить, почему вы сделали главного героя геем?

Тёма: Что? Геем? Нет, конечно, он не гей. С чего вы взяли?

ЖурналистN1: Получается вы против геев?

Тёма: Нет, не против. В смысле плевать мне на них, пусть ебу... Пусть делают что хотят, мне то что?

ЖурналистN1(Что-то строчит в блокнот): Значит, вы отмахиваетесь от них, будто их и нет. Понятно.

Тёма: Я не...

ЖурналистN2: А вот у вас дятел он ведь мужского пола, верно?

Тёма(Неуверенно): Ну-у, да...

ЖурналистN2: Получается отец семейства день и ночь работает, чтобы прокормить семью, а где в это время мать? И все главные герои у вас мужчины, не удивлюсь, если и птенцы тоже мужского пола. Ответьте честно, вы сексист?

Тёма: Что за глупости...

ЖурналистN3: В своём рассказе вы открыто намекаете на государственный переворот, это призыв поднять оружие?

Тёма: Какой? Что? Вы...

ЖурналистN4: Вы довольны мэром Мухосранска или считаете, что он слишком много времени тратит на то, чтобы прокормить свою семью и при этом совсем забывает о гражданах. Я правильно интерпретировал вашу метафору? Или...

Тёма: Стоп!

Журналисты замолкают, перестают сточить в блокноты и поднимают глаза на Тёму.

Тёма: Причём здесь Мэр, причём здесь Геи, и, причём здесь бл#дь революция. Это просто рассказ про кота Марсика, который днём нежится на солнышке, а вечером лижет яйца.

ЖурналистN5: А простите, яйца он лижет свои или...

Тёма: Всё! Пресс-конференция окончена.

Встаёт с кресла, уходит, за ним вскакивают все журналисты. Он прошмыгивает в дом, закрывает занавески и падает на диван.


На приёме у Михаила Вознесенского.


Дима(смеётся): Она, правда, хотела пришить себе третью сиську?

Юля: Я больше скажу, она возможно уже это сделала.

Дима: Мир сошёл с ума. Впрочем, мне это даже на руку.

Юля: А какой у тебя бизнес?

Дима: Производство презервативов.

Юля: Звучит, интересно.

Дима: Да, мой старик всегда говорил, что люди всегда будут, есть, трахаться и покупать кроссовки на вырост даже в сорок пять.

Юля: Он был мудрым человеком.

Дима: Да, точно. Я сначала хотел открыть ресторанчик, но потом передумал и не жалею. Теперь я гондонный магнат. Прозвище, конечно, не очень, но во всём остальном я на жизнь не жалуюсь. Правда, вспоминаю порой прошлое. И то время, когда мы были вместе.

Юля(кривя губы): Да, много времени прошло.

Дима: Ты тогда бросила меня. И прямо на годовщину свадьбы моей любимой тёти.

Юля: Это был её третий брак, да и семь лет это не годовщина. К тому же она была твоей двоюродной тетей, и вы почти не общались. И всё это ты приплёл только для того, чтобы я чувствовала себя виноватой.

Дима: Ты права, не стоит об этом сейчас. Я рад, что у тебя всё хорошо.

Юля: А я рада, что у тебя тоже всё классно.

Дима: Ещё увидимся.

Дима улыбается и уходит от бара.

Юля: Чёрт, такого я уж точно не ожидала. Бармен, виски.

Роман: О-о, это моя девочка.

Вокруг Романа собралась уже добрая половина гостий за сорок.

Юля: Когда встречаешь бывшего ты надеешься, что он, как и раньше протирает штаны, сидя у себя в зачуханой квартире. А ещё встречается с жирный бабой, а лучше с жирным мужиком. Но уж точно не это.

Роман: Ну, жизнь это не твоя книга, где персонажи замирают, когда ты уходишь спать.

Юля: Я понимаю. Но всё же...

В этот момент в зал вбегают три мужчины в больничных халатах и бросаются к Диме. Тот начинает вопить и носиться по залу как бешеная обезьяна. В конце концов, на него накидывают охотничью сеть и усыпляют.

Юля: Доктор, что с ним?

Врач: Запущенная форма шизофрении. Он верит, что он гандонный магнат, как он сам себя называет.

Юля: А на деле?

Врач: А на деле он уже третий год лежит у нас в клинике. Сегодня вон, опять сбежал, украл костюм главврача и помчался сюда, чтобы рассказывать всем о своей корпорации. Причём убедительно так рассказывает. И про завод под Мухосранском, и про тестирования продукта на металлических фаллосах, и демографическую статистику приводит, даже слоган для компании придумал "Одной дыркой меньше".

Дима(приходит в себя): ЧпОк и всё Ок. Покупайте наш фирменный мерч...

Врач: Ну, вот опять бредит.

Дима с врачами уходят.

Роман: Ну, вот как ты и хотела.

Юля(выпивает залпом виски): Нет, уж лучше бы он и, правда, был эти резиновым воротилой.

Первая женщина: Ромчик, может, уйдём с этого тухлого приёма, куда-нибудь в более интересное место?

Вторая женщина: Да, что-то здесь слишком уж много народу.

Роман показывает кольцо.

Роман: Простите девочки, я женат (Женщины вмиг испаряются). (Юле) Как я и говорил, жизнь не заканчивается, когда ты от кого-то уходишь.

Юля: Ты ведь сам себе противоречишь, пап. Мамы уже давно нет, пора уже проснуться. Не понимаю, за что ты её так любил и продолжаешь любить.

Роман: Я понимаю тебя. Она была не самой лучшей матерью, но поверь - женой она была самой лучшей.

Роман и Юля заказывают ещё виски. К стойке подходит всё тот же сгорбленный старичок.

Старик: Здравствуйте, рассказать вам свою историю?

Юля: Извините дедушка, но мы здесь выпиваем как папа с дочкой.

Из ниоткуда появляется Константин, редактор интернет-журнала.

Константин: Михаил Вознесенский, простите, пожалуйста, я обязательно послушаю вашу историю. (Юле) А за то, что я буду слушать его историю в десятый раз, вас, как и Петю, Васю, Женю, Ирину и Машу, а ещё двух Саш, Вову и Свету, ждёт завтра жёсткий анальный дрючинг в офисе. (Роману) Вы, наверное, Роман Павлов, читал вашу книжку, очень понравилась.

Роман: Спасибо.

Константин: Даже не спросите, какую я прочитал?

Роман: Да, какая разница.

Константин пожимает плечами и уходит вместе с Вознесенским.


Гостиная дома Павловых.


Тёма, лежит на диване перед телевизором, со слюной, стекающей на подушку. Входит Юля.

Диктор: Артём Павлов написал обличительный рассказ, где призвал жителей Мухосранска к вооружённому восстанию. Как сообщили в комитете безопасности, по этому делу уже ведётся расследование. Кроме того, Артёма выслеживают представители ЛГБТ и общество феминисток Мухосранска и те и те по заявлениям, хотят посадить его на кукан.

Юля: Что ты опять натворил?

Тёма: Ничего. Только собрал пресс конференцию. Но я ничего не говорил они всё сами...

Юля: И понятно - это ведь низкопробные журналюшки, они дерьмо раздувают хлестче, чем вентиляторы. Зачем ты вообще с ними встречался?

Тёма(Закрывает голову руками): Да не знаю я. И что теперь делать? Полиция вяжет мне новую статью. А гея-лезбияно-феминистская армия готова разорвать мою жопу в любой момент.

Юля: Ну, тут есть только один вариант.

Тёма: Извинится?

Юля: Нет.

Тёма: Написать опровержение?

Юля: Не-а.

Тёма: Что тогда?


На следующее утро.


Диктор: Артём Павлов, создатель скандально известного рассказа про кота гомосека Марсика, оказался вовсе не Артёмом. Только сегодня мы узнали, что Артём Павлов - это бежавший из Таиланда трансвестит. Ещё в пятнадцать он сменил пол и два года копил деньги на билет. Правда, денег хватило только чтобы долететь до Мухосранска, благо здесь его приютили добрейшие люди...

Тёма: И всё же мне это не нравится.

Юля: Зато теперь для геев ты свой в доску, а полиция даже браться за тебя не хочет, ни в прямом, ни в переносном смысле. К тому же не парься, завтра про тебя уже все забудут. Только постарайся, пожалуйста, больше ничего не выкладывать. Окей?

Тёма: Даже, коротенькие статьи?

Юля: Даже коротенькие слова.


Конец.