# Павловы_01х07. Танцорский клуб

Валентин Огнев

Тёма открывает танцорский клуб, а Юля отправляется брать интервью у самого тщеславного актёра Мухосранска.

## Павловы_01х07


## Танцорский клуб


Гараж дома Павловых.


Тёма в красных кедах и джинсовой рубашке машет руками и ногами у стенки, перед ним сидят Сёма, Маша - девочка лет десяти и пузатый Лёня, паренёк лет двенадцати. Входит Юля.


Юля: Чем это вы тут занимаетесь?

Тёма: А разве не видно? Я открыл школу танцев у нас в гараже.

Юля: И как у тебя в голове родилась эта идея?

Тёма: Ну, сама посуди. Мама была балериной, всю жизнь отдала театру, ты тоже до пятнадцати лет занималась и у тебя классно выходило. Ну и я, тоже усвоил пару приёмов или как говорим мы танцоры - пару "Па"...

Юля: Ты на первом занятии сломал себе мизинец и мама тебя больше брала.

Тёма(шёпотом): Это лишняя информация. Главное, что во мне её гены, а значит, я тоже кой-чё умею.

Юля машет на него рукой и уходит. Тёма вновь встаёт у стенки в странную позу и начинает махать руками.

Тёма: Повторяем за мной. Правую руку вверх, левую руку вниз. Теперь левую руку вверх, правую руку вниз.

В этот момент к гаражу подъезжает Ваня, парень в инвалидной коляске.

Ваня: Ты что открыл секцию по гимнастике?

Тёма: Вообще-то это вог и это стиль танца такой, а не еда, как ты мог подумать. А завтра у нас в программе твёрк. Будем трясти булками.

Маша: Ага. Будем трясти булками...

Ваня: Булки ещё не выросли, чтобы твёркать. А тот жирный, вообще каждый день твёркает, когда по лестнице поднимается.

Тёма: Да ты просто бесишься потому, что только волны руками можешь делать.

Ваня: Пф-ф, больно надо. Я просто приехал, сказать, что тоже открываю художественную школу. В своём гараже (Тыкает пальцем на дом по соседству) Так что жду всех желающих.

Уезжает.

Тёма: Катись, катись. А мы пока разучим пару па из чечётки.


В редакции.


Стоит директор, вокруг персонал журнала.


Директор: И последнее, выходит новый фильм с Валерием Тихомировым, кто-то должен взять у него интервью.

Директор обводит всех взглядом, весь персонал отводит глаза и скрещивает пальцы за спиной.

Директор: Юлия.

Юля: Нет. Почему я?

Директор: Потому что вы отличный специалист, прекрасный работник, выдающийся журналист и знаток своего дела...

Юля: Вот я и спрашиваю, почему я?

Директор: Ладно, тонко намекну, только ты не подписана на мой инстаграм.

Юля: Всё из-за этого? И репортаж о пожаре в секс-шопе, и исследовательская работа о белках-летунах, для сорок восьмой страницы, и статья о маковых баронах Мухосранска. Всё из-за грёбаного инстаграма? Да у меня просто его нет.

Директор: Так надо завести. Фотки где я верхом на статуе льва, не хватает только твоего лайка.


В доме у Валерия Тихомирова.


Тихомиров: Да, меня часто спрашивают, как в свои шестьдесят два, выглядеть на тридцать четыре, но я не могу ответить. Во-первых, потому что я выгляжу, на тридцать три, а во-вторых, потому что сам не знаю. И никто не знает. Пару лет назад учёные брали у меня анализы, чтобы создать сыворотку молодости...

Юля: И вам здравствуйте.

Тихомиров: Здравствуйте Юлия, последний раз мы, кажется, общались с вами два года назад, когда вышел мой семьдесят седьмой фильм, почти юбилейный, да. Ха-ха. Хотя мне дорог каждый фильм. Я каждый раз перевоплощаюсь для роли, сливаюсь с персонажем. Один раз, когда мы снимали боевик про бандитов, ещё в девяностых, я лично настоял, чтобы мне по-настоящему прострелили ногу. И мне её прострелили, но рана быстро заросла. Даже шрама не осталось. Вот посмотрите. (Оттягивает штанину) Гладкая кожа, ни царапинки.

Юля: Может всё же о вашем новом...

Тихомиров: Хотя нет, был один фильм, я играл там смертельно больного, для роли мне пришлось заболеть СПИДом. Я, правда, чуть не умер на съёмках, похудел на сорок четыре килограмма. Но даже там выполнял трюки без дублёров. Вы ведь знаете, что я сам выполняю все свои трюки? Сам выпрыгиваю из машины, выхожу на бой с тигром для нашего ответа гладиатору, помню однажды, прыгал с девятого этажа. Режиссёр предложил сбросить манекен, но я отказался...

Юля: Может быть, оставим кино?

Тихомиров: О, конечно. Поговорим о другом. Я люблю просто так болтать. Вы, наверное, хотите спросить о личном. А точнее, сколько у меня было партнёрш? Так я вам отвечу. Восемь тысяч шестьсот восемьдесят три. Причём считать я начал только пару лет назад. Мы поспорили с Семёном Эдуардовичем Шуваловым, ну вы, конечно, его знаете, мой давнишний друг и режиссер, который поставил восемьдесят три из восьмидесяти четырёх моих фильмов. Так вот, мы поспорили на тысячу долларов, что я охмурю любую женщину в пабе.

Юля: И вы охмурили?

Тихомиров: Нет. Всё дело в том, что тогда мы только-только вырвались со съемок, где я играл террориста. А вы знаете, как я вживаюсь в роли, я вам об этом рассказывал. Так вот, когда я подошёл к девушке за барной стойкой, в своём костюме из тридцати трёх шашек динамита на груди, то девушка убежала. А парни, что сидели за баром избили меня до полусмерти. Я пытался им объяснить, что это всего лишь роль, но на то время я забыл русский и кричал им на хинди. Они не поняли. Тогда меня доставили в больницу с переломами рёбер, позвоночника и лодыжки, и врачи сказали, что я не смогу ходить. Но через три месяца я уже играл русского-супермена, и летал всё так же, без каскадёров и спецэффектов. А научился я этому у одного знакомого йога...


Гараж дома Павловых.


К Сёме, Маше и Лёше добавляются ещё с десяток школьников. Все одеты в спортивную форму для физ-ры.


Тёма: Так, ножку тянем, тянем... Потом прыжок, приземляемся на ноги и сразу прыгаем ещё раз...


Гараж дома напротив. Ваня сидит у холста, рисует непонятную дичь. Вокруг уселись с десяток школьников с альбомами для ИЗО.


Ваня: Мазки шире, цвет должен быть сочным, ярким, насыщенным...


Тёма подзывает к себе Сёму.


Тёма: Много человек ушло к этому трансформеру?

Сёма: Трое из седьмого "Б" и пара девчонок из пятого "А". Но самое главное, ушла Катя Петрова, а как мы без примы будем отыгрывать концерт?

Тёма: В жопу концерт. В жопу танцы. Никому они не нужны, как и эти его каракули. Внимание, всем. С этого момента у нас больше не танцорский клуб...

Лёша: А бойцовский клуб!

Тёма: Что? Нет! Я научу вас более важным вещам.

Все хором: Каким?

Тёма: Каким? Так. Я научу вас быть уверенными в себе, а это поверьте пригодится вам в жизни куда больше, чем глупые танцы. Так, значит, чтобы быть уверенным в себе, надо в первую очередь принять себя таким, какой ты есть. И как только ты это сделал, ты сразу становишься уверенным.

Маша: Это всё?

Тёма: Нет. Всего десять пунктов, которые банальны до нельзя, да ещё и противоречат друг другу. Но если вы сможете как-то выполнить их все и правильно их применять, то станете самыми успешными людьми...


В это время в гараже напротив. Все дети побросали альбомы и уселись на подушках вокруг Вани.


Ваня: Когда я потерял ноги, я думал, что потерял жизнь. Я думал, только о том, что не могу больше бегать, но совсем не думал о том, что дальше смогу рисовать, говорить, видеть этот мир, обнимать маму...

Тёма(щуриться): Су-у-у-ка. Это не честно. Так, меняем курс. Вот мы уже уверенные в себе...

Лёша: Уже?

Тёма: Да, уже.

Лёша: Но, я не чувствую себя уверенным...

Тёма: Значит ты не выполнил десять пунктов, про которые я говорил.

Маша: Но ты назвал только один.

Тёна(кричит): Молчать! Уверенные вы или нет - насрать. Мы будем учиться более важным вещам, а точнее как делать деньги. Вы все ведь хотите иметь карманные деньги. Ты, пятачок - сколько у тебя карманных денег?

Лёша: Пара сотен.

Тёма: Пара сотен, да этого даже на кино после шести не хватит. А чего бы ты хотел?

Лёша: Кушать.

Тёма: Плохо, Лёша. Плохо. Это плохая цель. Нельзя всё время думать о жратве. Нужно думать о чём-то большом, чтобы притягивать это к себе...


В доме Тихомирова.


Тихомиров: И вот когда я уже почти отпилил себе ногу, режиссер останавливает всё и говорит, "У меня новая идея, так что тебе надо отпилить не правую ногу, а левую, это очень важно для сюжета". И ничего не поделаешь. Правую пришлось пришить обратно, благо всё быстро срослось, буквально за пару дублей и пару походов в туалет...

Юля почти засыпает в кресле, но вдруг видит фотографию Тихомирова на камине, с каким-то пареньком.

Юля: Простите, а кто это на фотографии?

Тихомиров: О-о, это мой сын Вадик. Выдающийся парень, почти как я. Но что говорить мои гены, родился мёртвым, но всё равно выжил...

Юля: Подождите-подождите. За всё то время, что мы с вами знакомы, и за все те интервью, что я здесь высиживала, вы ни разу о нём не говорили.

Тихомиров: У нас с ним сложные отношения. Мы не разговаривали, кажется ещё со времён моего сорок второго фильма, там я играл тройного агента. Не простая была роль, мне пришлось перевоплощаться в китайца, сначала мне предложили роль европейца, но я как-то сразу проникся к герою азиата и уже не смог его отбросить. Тогда мне предложили операцию, но и тут я сказал, что всё сделаю сам. И так за два с половиной месяца на диете из удона и риса я превратился в Хин Чань Шу, что в переводе с китайского...

Юля: Стойте, стойте. Всё. Хватит. Получается, вы не общались с сыном уже больше двадцати лет?

Тихомиров: Плюс минус. Но скорее плюс.

Юля: Надо это исправить. Нужно поговорить. Чтобы там раньше ни было, вы ведь одна семья.

Тихомиров(подпрыгивает в кресле): Знаете, а вы правы. Я ведь Тихомиров, великий актёр и великий человек, а ещё трижды лауреат премии золотой хохолок от союза визажистов Мухосранска.


В Государственном Университете Мухосранска.


Юля с Тихомировым заходят на кафедру к Вадиму Тихомирову.


Тихомиров: Вадик.

Вадик: Боже, папа, что ты здесь делаешь?

Тихомиров: Пришёл поговорить с тобой. Кстати я рассказывал тебе, что научился говорить в девять месяцев. Причём я считаю с момента зачатия. Помню, как стучался из живота и просился наружу. Тогда твоя бабушка услышала меня и родила на два дня раньше срока. Она всегда поддавалась на мои уговоры.

Вадик: Рассказывал, с десяток раз. А я рассказывал тебе, как стал ректором в университете? Я тогда был ещё студентом, первокурсником, но бывший ректор заметил меня и с первого взгляда понял, что я тот самый человек, что может вывести этот ВУЗ из ямы. Поэтому он сложил полномочия и назначил меня на своё место. А я за пару лет вывел Мухосранский Государственный на девяносто девятое место и это не по стране, а по миру. Правда, на девяносто девятом месте мы только по количеству учеников с ДЦП, но мы стремимся вперёд.

Тихомиров: О твой рассказ напомнил мне, о премии "Глиняный фазан ", тогда меня пять раз номинировали на лучшую мужскую роль и в борьбе с самим собой я одержал безоговорочную победу.

Вадик: Это ерунда. Мне однажды пришлось бороться с самим собой в финале по греко-римской борьбе. Я сломал себе обе руки и вывихнул лодыжку, но вышел победителем.

Юля(Проскальзывая к выходу): Что я наделала! Надеюсь, мир из-за этого не расколется напополам...


В гараже у Вани.


Ваня: Получается надо только-то превратить своё хобби в бизнес. Вам нравится рисовать, так откройте галерею. Нравится мастерить что-то, так откройте свой магазин и работайте на себя. Вот что главное - работать на себя...


Гараж дома Павловых.


Тёма: Надо только знать, как работают деньги, тогда вы не пропадёте. Достаточно отличать актив и пассив и вы попадёте в тот один процент, который понимает, как работают деньги, а поняв, как они работают, вы сможете приманить их...


Гараж дома напротив.


Ваня: Ом-м-м, ом-м-м, визуализируем свою цель. Представьте то, чего желаете больше всего, представьте в мельчайших деталях...


Гараж дома Павловых.


Тёма: И запомните, бизнес - это не для слабаков! Баба вы или мужик у вас должны быть яйца. Каждый день, просыпаясь, вы должны настраиваться на лучшую версию себя. Вы - это идеал. Вы - это пример для подражания. Вы - совершенны. Только с такими мыслями можно добиться успеха, только с таким настроем. Мысли материальны. Поймите законы вселенной, и вы поймёте жизнь...


Гараж дома напротив. У Вани на глазу чёрная повязка, через плечо перекинута бита для лапты, в кармане бабочка. Все дети с заточенными карандашами сидят и пялятся на гараж Павловых, где за стеной из подушек уселись такие же школьники как они.


Ваня: Единственные урок, который можно извлечь из истории, то, что мы не извлекаем из истории никаких уроков. Так говорил великий мыслитель. Но сегодня историю пишем мы. Наши имена будут выкрашены золотыми буквами на памятниках. Не все сегодня вернутся домой, к мама и папам, к цифровому ТВ и Барсбоскиным, или какую херь вы там смотрите. Не важно. Главное, вы падёте во имя благого дела, а значит, жизнь прожита не зря. Мы свергнем власть и построим на этом месте новый мир! Лучший мир! Но прежде угандошим мудаков из того гаража.

В этот момент в гараж к Ване прилетает зажженная петарда. Все дети высыпают на дорогу, а им навстречу выбегают дети из гаража Павловых с такими же наточенными карандашами, а с ними Тёма с бейсбольной битой. Волны встречаются, и дети начинают пырять друг друга карандашами. Тёма с Ваней дубасят друг друга битами.

В какой-то момент из домов выбегают родители разнимают всех и разводят по домам. На дороге остаются только Ваня с Тёмой, которых чуть не сбивает машина. Из машины выходит здоровый мужик даёт первому и второму пизд&лей, отбрасывает их на тротуар и уезжает.

Ваня: Знаешь, подумываю закрыть кружок молодого революционера.

Тёма: Да, знаешь я тоже.


Ваня подползает к коляске, Тёма помогает ему сесть.


Ваня: Ещё увидимся Павлов.

Тёма: Конечно, мы живём по соседству. Увидимся завтра. И послезавтра. И скорее всего в субботу...

Ваня: Ты не так меня понял. Но, плевать. Бывай.


Ваня уезжает, а к гаражу подходит Юля. Видит кровь на асфальте, поломанные карандаши и побитого Тёму.


Юля: И почему я не удивлена?


Конец.