Красин Олег: другие произведения.

Зеркало

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    книги пнг ААС 2


   Зеркало.
   Рассказ.
  
   - Чёрный человек! Я чёрный человек! Чёрный, чёрный...
   Мужчина, стоящий у зеркала сдвинул брови к переносице, наклонил голову и набычился, сделав вид, что смотрит исподлобья. Самому себе он теперь казался грозным и крутым, способным разделаться с любым соперником.
   Человек у зеркала готовился к губернаторским выборам. Он был недоволен. Ему не нравилась собственная артикуляция - всё слышалось непонятное шипенье изо рта, словно вырвали пару зубов, отвечающих за чёткое произношение и теперь он, как старая бабка шамкал, стоя в очереди. Только бабки обычно стоят в очереди за пенсией или в магазине к кассе, а он стоял в очереди за более существенным - за властью.
  
   "А может ну его нафиг, бросить эту затею?" - появилась в голове предательская мысль. С этими выборами один ненужный тремор и сплошной геморрой. Бодаешься с кем-то, толкаешься локтями, пинаешь, а у финиша? У финиша ждут спонсоры, которым придётся отдавать бабло.
   Спонсоры... Деликатная тема. Они ведь как собаки, как бультерьеры, вцепятся в глотку и не отстанут, пока не отгрызут своё. И не только своё. За одно, могут и требуху из пуза вырвать.
   Мужчина, которого звали Иван Максимович Марченко, опять посмотрел на себя в зеркало. Он был в махровом банном халате, недовязанном, распавшимся на две половинки. Густые волосы кучерявились на груди.
   - Чёрный человек! О тебе дурная слава носится, - громко процитировал он Есенина, которого помнил со школы. "Тьфу, блин, и чё привязался!"
   - Папа с тобой всё в порядке?
   В дверь ванной постучала старшая дочь. Она услышала громкий голос отца и поспешила на помощь. Вообще, у двух его дочерей были свои отдельные ванные и спальни.
   Иван Максимович жил неподалеку от города в элитном коттеджном посёлке, где обретались такие же, как и он, чиновники областной администрации, крупные бизнесмены, известные люди области. Среди последних, например, был глава писательской организации Челдомцев, в прошлом, властитель высоких дум жителей региона, неподкупная совесть интеллигенции и просто честный человек. Теперь он жил бок о бок с Марченко и был его соседом. Кстати говоря, коттедж писателя смотрелся ничуть не хуже коттеджа его, чиновника второго уровня к коим обычно относятся замы глав департаментов.
   - Да всё нормально, дочь! - откликнулся Иван Максимович.
  
   Вообще, он не планировал выдвигаться в губернаторы. Дело это хлопотное, затратное и к тому же опасное. Можно ведь и того - здоровья лишиться, если уж чересчур настойчиво топтать врагов в пылу предвыборных баталий.
   Выдвигаться должен был начальник Ивана Максимовича - глава Департамента экономического прогнозирования Мордвинов. Прежний областной руководитель господин Карлин выбыл из гонки по возрасту, проработав в должности почти двадцать лет. Наверху посчитали: сколько же можно, пора на покой! И, действительно, сколько можно доить область! Пора, пора уступать дорогу молодым.
   С учетом всех известных слухов, Иван Максимович спокойно готовился стать заместителем нового губернатора Мордвинова, в победе которого сомнений не возникало. А что, место было шоколадным: ответственности самый минимум, работы не так уж и много по нынешним меркам, к тому же статус первоклассный - высокий, почётный.
   С потенциальным губернатором у Марченко сложились превосходные отношения - вместе парились в сауне по пятницам, обоюдно поздравлялись по семейным праздникам и, чего греха таить, иногда шалили вдвоём по-взрослому.
   Это было предвкушение рая. Сон наяву. Милость бога, внезапно упавшая на голову Ивана Максимовича, который её, эту милость, совершенно и не ждал.
   Между тем Мордвинов прошел предварительные согласования по партийной линии, получил одобрение на всех уровнях и... И вдруг ушёл в жёсткий запой, неожиданно, по-сумасшедшему, как уходят иногда из дома, позабыв об одежде, о деньгах, о близких, позабыв обо всём. Уходят, в чём мать родила.
   Наверное, запой, погружение в водочную нирвану, позволяет таким отчаявшимся защититься от опасного внешнего мира, который полосует личность страхом, точно убийца ножом свою жертву. Как предположил Иван Максимович, его начальника сломал именно страх, страх ожидания будущего, страх неизвестности.
   Так или нет, но Мордвинов запил и выбыл из номенклатурного конвейера.
  
   Вообще, если задуматься, жизнь чиновника, карьерный процесс во многом схож с конвейером. Сравнение, может быть, и не очень уместное, не совсем корректное и всё же имеется некое сходство в вечном, непрерывном драйве, в этом общем движении в никуда.
   Катишься на ленте такой машины, как какой-нибудь полуфабрикат, а тебе время от времени рука робота добавляет детали: то гайку прикрутит, то припаяет электронику, или вставит проводок в какое-нибудь место. А рука робота-власти, точно также раздает чины, звания, учит уму-разуму.
   В конечном итоге ты становишься лучше, и от того ценнее. Ты становишься "Мерседесом" с новыми литыми дисками, с дверцами, блестящими чёрным глянцем, с хромированным передком. Соответственно и чувствуешь себя как немецкая супермашина - стильно, важно, адекватно немецкой марке.
   Проблема только в том, что ты русский чиновник, а не немецкая машина. Но эта загвоздка быстро решалась приобретением недвижимости в Германии или Франции. По крайней мере, раньше. Сейчас, конечно, стало сложнее.
  
   Что касается своего начальника, то позднее Иван Максимович узнал: причиной срыва неудавшегося губернатора стала его любовница. Она бросила областного чиновника ради олигарха из Москвы, с которым её неосторожно познакомил сам же Мордвинов.
   Чудак человек! Было бы из-за кого пить!
  
   - Чёрный человек, о тебе давно худая слава носится! Я взбешен, разъярён и летит моя трость прямо к морде его, в переносицу!
   Марченко закончил декламировать и представил своего ближайшего противника на выборах, его худое, дистрофичное лицо, ломкую переносицу. Противник был назначен заранее, проживал в одном из городов областного подчинения и работал мэром. В сущности, он был таким же, как и все: безответственным болтуном, хапугой и придурком, о нём не стоило даже думать и брать в расчёт.
   Но просто так выбираться скучно, нужен же хоть какой-нибудь антагонист, пусть даже такой провальный, как тот мэр.
  
   - А чёрт! - выругался Иван Максимович, заметив несколько волосин, торчавших из правой ноздри. Рука потянулась к ножницам, и он принялся выстригать компрометирующую растительность под носом. Заодно прошелся над ушами, состригая торчавшие там волоски.
   "Может брови подровнять?" На левой брови волосы закручивались сильнее, чем на правой, что было заметно. Нет, так дело не пойдет! Он же не Брежнев какой-нибудь, не бровеносец в потёмках.
   Марченко прицелился, поднёс ножницы, подрезал. Увиденное ему не понравилось, и он укоротил волоски ещё больше. Теперь одна бровь выглядела короче другой. "Вот же хрень какая!" От растерянности он застыл с удивленным лицом и разведенными в стороны руками, словно принял участие в модном флэшмобе, который в его детстве звался: "Море волнуется раз". Теперь эта игра на западный манер называлась: "Челлендж манекен".
   "Придётся просить дочерей, чтобы придумали что-нибудь", - раздраженно подумал он. Пусть закрашивают тушью или приклеят сюда одну из своих длинных ресниц. Авось издалека корреспонденты не заметят.
   Он постоял, посмотрел на себя в зеркало, затем растянул губы в улыбке, но получилось не очень. Глаза подводили, они были холодными, неискренними. А ещё мешки под глазами, образовавшиеся после вчерашнего неумеренного возлияния с предвыборным штабом. Штаб, впрочем, слишком громкое название, если учесть, что в него входили только два человека: Денис Драгунов, начальник отдела в их Департаменте по кличке "Драгун" и Венера Алексеевна, заместитель регионального отделения одной из партий, представленных в Думе.
   Дениса звали Драгуном за напор, наглость и говорливость. А ещё он умел хорошо рассказывать анекдоты и поддерживать разговор. Качества эти были немаловажны для чиновника, пожелавшего сделать карьеру в стенах их Департамента. Такие люди нравились Мордвинову, и потому он поручил Драгуну периметр ответственности, связанный с оргвопросами подготовки к выборам. Денис, можно сказать, достался Марченко по наследству.
   Что касается Венеры Алексеевны, то вчерашнее её появление в кабинете Марченко было вызвано своего рода компромиссом между партией власти и другой, тоже представленной в ГосДуме. Место губернатора, здесь, в Новокузнецкой области, правящая партия отдавала соперникам, а в другом регионе, наоборот, забирала. "Рокировочка, так сказать", - как заметил бы один небезызвестный персонаж на посту Президента России, правящий в девяностые годы.
   Пили коньяк. Хороший. Наверное, оттого перебрали и нажрались до свинячьего визга, когда Драгун, будучи лет на пятнадцать моложе Венеры Алексеевны, стал делать ей недвусмысленные предложения. Венера выглядела польщенной, но на увещевания не поддалась.
  
   - Вот же гадость! - посетовал вслух кандидат в губернаторы, - надо что-то с моей мордой делать, с долбанными мешками.
   Он попытался размять лицо, энергично потёр под глазами, но добился того, что щеки покрылись большими красными пятнами. Словно его кто-то отхлестал в порыве бурной ревности.
   Марченко вспомнил о жене, и его лицо стало недовольным. Дело в том, что жена не на шутку увлеклась Востоком, всеми этими икебанами, философиями дзэн, восточными календарями, йогой. Читала толстые книжки, занималась растяжками, забрасывала ноги за голову. Она даже в сексе пыталась использовать позы йогов. Но Иван Максимович, которой в потёмках иногда путался с частями тела жены, принимая голову за ноги и наоборот, вскоре отверг эти эксперименты.
   Несколько раз он артикулировал ей о своей озабоченности этим странным увлечением, но был послан по известному направлению, и пришлось подчиниться.
   В глубине души Марченко подозревал, что у благоверной появился любовник - молодой инструктор йоги, которого он однажды разглядел сквозь прозрачное стекло. Мускулистый парень, высокий, стройный, чернявый, умел изгибать своё тело так, будто оно было гуттаперчевым, без костей. Они, его жена и инструктор, смогли бы без проблем заниматься совокуплением в какой-нибудь замысловатой асане типа моста или собаки мордой вниз.
   Чтобы проверить подозрения, Иван Максимович один раз даже отправился с женой на занятия. Но после первой растяжки, когда он едва возвратил ноги своему телу, от идеи с йогой пришлось отказаться.
   Кстати говоря, супруга у него была почти на двадцать лет моложе, как и у других служивых его ранга. Мода на молодых жен тоже достигла их региона, хотя и отдаленного от столицы многими тысячами километров.
   А что, он, Марченко, хуже других что ли?
   Вообще телевизоры и интернет делали удивительные вещи - они позволяли чиновникам держать тренд, обозначить актуальную тему: как в случае с флэшмобом "челлендж манекен", так и с молодыми женами.
  
   Розовые пятна постепенно расплылись по щекам. Теперь Иван Максимович выглядел покрасневшим, точно был вызван на ковёр в вышестоящий кабинет, где ему вставили хорошую клизму.
   "Да, лицо не пойдёт! Надо над ним плотно поработать".
   Марченко плеснул в глаза водой из-под крана, ощутив её ледяной холод. Ему стало полегче. Он вспомнил о жене. "Чёрт с ней, пусть делает, что хочет, только бы не приставала со своим Востоком! Совсем свихнулась".
   Он отправил её на месяц в Южную Францию, на побережье Атлантики. Жене не мешало проветриться, пожить в коттедже, купленном Иваном Максимовичем, когда он занимался бизнесом до перехода на госслужбу. Пусть освежит мозги своим дзэном, а ему морочить голову не надо.
  
   "Итак, на чём мы остановились?"
   - Голова моя машет ушами как крыльями птица! Тьфу, что за бред! И привязался этот Есенин!
   Он вспомнил, что в комнате, на столе осталась лежать ещё не правленая речь на предстоящем выступлении перед избирателями. Хотя речь писали спичрайтеры, всё равно почитать не мешает. Хорошо если напишут что-нибудь внятное, а то затолкают в текст всякую ерундятину, потом выкручивайся. Марченко как-то читал, что президенту Клинтону речь писали три спичрайтера: один отвечал за общий текст, другой вставлял идеи, а третий втюхивал байки и анекдоты. Но Клинтону было легче - у него кроме живых помощников, телесуфлеры ещё стояли.
   Да, стоило почитать и проверить, чтобы наличествовали простые, незамысловатые словечки, известные поговорки, которые так любят нищеброды. Чем больше, тем лучше. Псевдонародность - важный имиджевый штрих, украшающий физиономию любого избранника.
  
   Пора было заканчивать с тренировкой перед зеркалом.
   Иван Максимович улыбнулся во весь рот, поднял руку в приветствии. Укороченная бровь явно была не к месту, смазывала образ, ибо у областного вождя не могло быть только полброви. Он должен быть перед народом весь, единый и неделимый, как Россия, со всеми частями тела в целости.
   Он почесал голую грудь. Сколько хренотени с этими выборами, сколько ненужной суеты. И ведь не соскочить никак, раз подписался!
   В груди тоскливо заныло.
   Успокаивало только, что все они - циники и живут в циничное время. "Я впариваю им лабуду, трахаю мозги, - думал он об электорате, - но ведь они знают, что это кидалово, никаких обещаний никто выполнять не собирается. Ещё они знают, что мы играем в одни ворота и победитель заранее известен. На самом деле, меж нами договор, консенсус - я знаю, кто должен победить. Они знают, кто должен победить. И все знают о знании друг друга. Примерно так".
   С другой стороны, они все артисты по жизни, лицедеи. Сейчас он, например, лицедей на политической сцене. Народ тоже лицедей, только играет роль статиста. И каждый из них недалеко отошел друг от друга. Они циничные артисты в циничное время! Впрочем, подобные размышления не пугают Марченко, он давно привык плавать в грязной воде политики.
   - Весь мир театр, а люди в нём актёры. У каждого свой выход и уход! - озвучил он цитату из Шекспира, искоса наблюдая за своим лицом.
   "Пожалуй, надо морду лица поворачивать чуть-чуть вправо, так лучше смотрится. А то щёки выпирают, как у перекормленного хомячка". Иван Максимович медленно, словно геолог-исследователь, ощупал лицо, щёки, решил, что за оставшееся время надо присесть на диету и попробовать похудеть. Тогда возможно, обозначатся скулы, которые придают лицу известную мужественность.
  
   Он всматривается в себя.
   Зеркало отображает многозначительную физиономию господина, который в табеле о рангах скоро не просто поднимется на несколько ступеней выше, но в своём мнении вырастет на значительную, почти недосягаемую высоту. Теперь всё равно, есть ли у него мешки под глазами или щёки хомячка, есть ли живот, все ли зубы на месте.
   Иван Максимович чувствует, как нечто сильное, могущественное, величавое, вливается в него. Он словно пьёт волшебный кубок вина, в котором вместо жидкости плещется власть. И невольно его плечи распрямляются, лицо застывает в торжественной маске, беспокойные руки перестают расчесывать волосатую грудь, и он запахивает белоснежный банный халат, выглядящий важным элементом торжественности.
   А что? При хорошем раскладе он бы смог подняться и выше - способностей ему не занимать. Мог бы стать министром в Правительстве, и премьер-министр при встрече с уважением жал бы ему руку, а может и дружески хлопал по плечу. Марченко кажется, что ему всё удастся, что дружески расположенный к нему премьер-министр, уже стоит за его плечом, улыбается.
   И точно, лицо премьер-министра выглядывает из-за спины, это реально, это по-настоящему, сейчас он что-то скажет...
  
   И премьер говорит:
   - Иван Максимович, пора уже! Сколько можно торчать у зеркала?
   Пациент психоневрологической больницы города Новокузнецка Иван Максимович Марченко огладывается и находит подле себя санитара. Санитар одет в синий халат для персонала, он невысокого роста, как и премьер-министр, и возраст у него за сорок. Но лицо у санитара не премьерское, оно не внушает почтения.
   Скорее, он мужчина, потрёпанный жизнью, который нашёл здесь хороший заработок и возможность раннего ухода на пенсию. У него недоверчивые глаза и брюзгливое, кислое выражение на физиономии, потому что в прошлом он ничего хорошего от жизни не видел и не ожидает в будущем.
   Санитар с нотками раздражения в голосе просит:
   - Пойдёмте, уже обед скоро. Как ни привожу вас в туалет, так постоянно про выборы твердите, а ещё Есенина читаете. Ну что за беда! Зеркало что ли тут особенное?
   Марченко отвлекается от созерцания собственного лика и задумчиво бормочет:
   - Знаете, дорогой мой, у каждого есть момент, когда зеркало показывает перспективу - отражает не только того, кто стоит перед ним, но и того, кто может стоять в будущем. Надо только выбрать правильный ракурс, точный угол зрения и внимательнее присмотреться. И тогда выиграете выборы.
   - Какие выборы?
   - Губернаторские.
   Санитар недоумённо смотрит на Марченко.
   - Только зеркало никогда не раскрывает тайну по пустякам, - добавляет тот.
   - Да ладно!
   Мужчина, потрёпанный жизнью, подходит и следом за Иваном Максимовичем заглядывает в зеркало, но видит в нём лишь обыкновенного, приземлённого человека, который никогда не побеждает на выборах, неважно каких, никогда не выигрывает.
   И всё, более никого.
   Конечно, чего ждать от простого зеркала? Чего ждать от ушибленного на всю голову дурика, который зависает в отхожем месте каждый день? Наверное, Марченко двинулся еще в детстве, начитавшись Пушкина. "Свет мой, зеркальце скажи! Да всю правду доложи".
   Ничего там нет, в этом зеркале - ухмыляется санитар с видом бывалого. Ему всё ясно, уж он-то знает жизнь, и на мякине его не проведешь. Никакой загадки, никаких вопросов. Зеркало - всего лишь кусок стекла, покрытого амальгамой. Кусок блестящего стекла.
   Он уже хочет повернуться и пойти следом за Иваном Максимовичем, который направился к выходу из туалета, но в последний момент вновь кидает взгляд на своё отражение.
   Не может быть!
   На него смотрит шикарный мужчина - брюнет, в тёмном вечернем костюме, ослепительной белоснежной рубашке, он сияет в улыбке белыми зубами. За его спиной маячит молодая ухоженная девушка. Она загадочно молчит и, кажется, готова прикоснуться рукой к его плечу. Кажется, сейчас она приобнимет, шепнёт ласковое слово, увлечёт за собой.
   Какая-то мистика. Санитар чувствуя, как холодок бежит по спине, озадаченно встряхивает головой, чтобы прогнать заманчивое видение и торопливо бросается следом за пациентом.
   Наверное, лицо в отражении зеркала - лицо классно одетого мужика рядом с привлекательной девушкой всего лишь ошибка, глупая мистификация, а возможно и просто обман зрения, что тоже не исключается. Хотя зрение ещё никогда не подводило его, человека, знающего жизнь. По крайней мере, пока.
   Так можно объяснить себе случившееся и успокоиться на этом.
   Но как же хочется оглянуться и снова посмотреть на себя на другого, такого стильного и успешного.
  
   Он открывает дверь, пропуская Марченко вперёд, и замирает в нерешительности. Оглянуться или нет? Оглянуться?..
  
  
   февраль 2017г.
  
  
  
  
  
  
  
  
  

6

  
  
  
  

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Емельянов "Мир Карика 3. Доспехи бога" (ЛитРПГ) | | А.Елисеева "Заложница мага" (Любовная фантастика) | | Л.Летняя "Проклятый ректор" (Любовное фэнтези) | | К.Марго "Мужская принципиальность, или Как поймать суженую" (Любовное фэнтези) | | А.Медведева "Это всё - я!" (Юмористическое фэнтези) | | Л.Каминская "Не принц, но сойдёшь " (Юмористическое фэнтези) | | М.Атаманов "Искажающие реальность-2" (ЛитРПГ) | | Е.Кариди "Седьмой рыцарь" (Любовное фэнтези) | | С.Волкова "Кукловод судьбы" (Магический детектив) | | Д.Сугралинов "Level Up 2. Герой" (ЛитРПГ) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"