Розги не испугали. Челядь воровала сливы в промышленных масштабах. И в очередной август, когда поспели новые плоды, королева не выдержала. Вечно беременная, изможденная, она заметила в утреннем саду улепетывавшую во все лопатки мужскую фигуру с мешочком слив.
Она ворвалась в зал к завтракавшему супругу. Сказала много нехороших слов. Монарх перепугано таращился на разъяренную королеву. А она схватила фарфоровую тарелку и каждое свое слово отстукивала ей по столешнице. Она вопила, она орала: "Где были мои мозги, когда я..." Король от страха перестал жевать. Королева накалилась ещё больше: "Ты не мужик, если не можешь защитить свою жену от ворюг и проходимцев". Фанциск что-то пискнул в оправдание. Зря. Королева сорвалась на визг, фарфор полетел в голову супруга. В мечущегося Франциска неслось все, что королева нашла на столе. Несколько тарелок и молочник попали в цель. Пол усеивали осколки. Повреждённый супруг уже не оправдывался, он лишь думал как ему уцелеть. Через полчаса, перемазанный зелёнкой, он диктовал новый королевский указ: смертная казнь любому, кто украдёт сливу из дворцового сада.
Любовь челяди к сливам моментально остыла. Была бы охота умирать из-за такой ерунды. Зато французский язык обогатился поговоркой "Погибнуть за "Ренклод", то есть лишиться головы из-за пустяка. Но сливы следующего урожая поспевали уже без королевы Клод. Она умерла 20 июля 1524 года, прожив 24 года. Не выдержал изношенный организм: за девять лет замужества она рожала семь раз. Ее выдали за Франциска I в пятнадцать лет. В наше время он бы получил пожизненное за педофилию.
Франциск I горевал недолго, сразу взялся присматривать новую королеву, но покойную супругу не забыл. Он повелел назвать сорт слив, который так ей полюбился, "Рен Клод" - королева Клод. За пятьсот прошедших лет этот сорт не исчез, не растворился в новых селекциях, он жив до сих пор. А два слова в названии слились в одно: "Ренклод". Вот такую драматическую историю напомнили мне саженцы сливы с Центрального рынка".
Я писал статью не придерживаясь исторической достоверности, просто так, чтобы развлечь читателей. И вдруг под ней в интернет-версии появился негодующий коммент. Как вы думаете, что зацепило его автора? Я сам опешил, когда прочитал.