Иногда хочется поговорить с человеком - не с мужчиной или женщиной, а просто с человеком, без гендерного клейма. Так нет. Он начинает заигрывать. Он не слушает моих слов, а, хитро улыбаясь, кладет руку на мое колено. Потом, как бы ненароком, его ладонь ползет вверх по моей ноге. Оглянуться не успеешь, как его рука уже в моих трусиках, а пальцы ищут, как щупальца спрута ищут, чем бы поживиться.

  

   Вот ведь что обидно.

  

   Когда он разговаривает со своим приятелем, то руку на его колено не кладет, а если и кладет, то для дружеского похлопывания. Дальше его рука не поднимается. Потому что это было бы "западло". А меня ему лапать не западло! Потому что я не человек, я кукла, секс-игрушка, к которой серьезно не относятся. Которую надо облапить, обслюнявить, потом повалить, желательно на что-нибудь мягкое, стянуть с нее трусы, задрать футболку, сжать эти мячики, только-только сформировавшиеся, раздвинуть ноги и воткнуть туда поглубже. И конечно пихают не туда. Удивительно, но парни совсем не знают строения женского органа. Они видят раковину, пытаются раздвинуть створки и воткнуть свой возбужденный. Но того не понимают, что две трети видимых губ - это еще не сама вагина. Что отверстие, куда они стремятся, расположено гораздо ниже, в самом конце третьей трети. Нет, с силой дикого воина, берущего вражескую крепость, они таранят клитор. Иногда это приятно, иногда ужасно больно.

  

   Но вот он вошел и погружается. Осторожные делают это в два-три приема. Глубже и глубже. До самого дна.

   И тут он ложится мне на грудь. Его тяжесть просто неимоверна! Ты хоть на руках-то подпружинивай, советую я ему, не наваливайся, как танкер на рыбацкую лодку. Он подпружинился, стало легче дышать. Он лезет языком в ухо, кусает мочку уха, грызет мой пирсинг. И дышит в шею. Потом целует в губы, вот где его язык ведет себя особенно нагло.

  

   Я откидываю голову, убираю мокрую челку со лба и глаз, смотрю на часы, стоящие у меня на тумбочке: он раскачивает меня уже пятнадцать минут. В среднем темпе. Честно сказать, теперь мне приятно. Приятно ощущать его, опухшего от похоти, внутри себя. Я стараюсь помочь ему, плавно двигаюсь навстречу. Тут, как я поняла не сразу, надо уловить ритм. А иначе все пойдет не в такт. Был у меня один тупой парень, он ну никак не мог делать это в ритм. Только я подлажусь под его такт и хочу двинуться навстречу, как он сбивается и останавливается. Я уже пыталась его обмануть и начинала неожиданно. Нет! Он опять сбивался. Тогда я просто лежала, раздвинув ноги, а он трудился надо мной в поте лица.

  

   Когда они кончают, то судорожно двигаются и рычат, прямо как дикие звери. Я чувствую, как горячая сперма стекает там, внутри, по стенкам влагалища, и обычно кончаю еще раз. Немного беспокоит, хорошо ли я накрыла колпачком матку? Не проберется ли туда какой-нибудь особо резвый сперматозоид?

  

   Он вот он вынимает из меня эту штуку. Скорее -- в ванную. Делаю теплую воду, включаю на полную мощность, направляю тугую струю душа прямо внутрь себя и вымываю всю сперму. И чуть ли не кончаю еще раз. Жалею, что не позвала его с собой в ванную. В следующий раз пойдем туда вместе, причем, не разделяясь, как сиамские близнецы. На цыпочках, в ритме танца. И только вода разольет нас.

  

   Намыливаюсь душистым даноном, ополаскиваюсь, вытираюсь своим любимым махровым полотенцем с надписью "Love is war". И возвращаюсь на поле битвы.

   Ваша очередь, мистер, говорю я ему.

  

   Он уходит, плещется там, в душе, мне вдруг захотелось помыть самой ему член и яички, еще раз ощутить ладонями ту восхитительную упругость стоящего его органа. И даже взять его в рот.

  

   Это желание делается нестерпимым, когда мы лежим в постели и курим. Пепельница покачивается на его плоском, выложенном плиточками мышц, животе. Мы стряхиваем туда пепел. Мне так хочется взять в рот (не сигарету, а его член), но я стесняюсь это сделать. Будто ласкаясь, я кладу голову частью ему на бедро, частью (свободной от пепельницы) на живот. Черт! Я сейчас решусь! Он, наверное, это понял, потому то дышать стал как-то по-другому - чаще, что ли...

  

   Я делаю движение головой вперед, то есть - к его пенису. И тут подлая пепельница валится с его живота и падает на пол. Дьявольщина! Упустить такой момент! Он это тоже, наверное, понял, но виду не подал. Интересно, что он обо мне подумал? Если не захочет больше со мной целоваться, значит, подумал плохое.

  

   Ладно, оставим попытку до следующего раза. Я никогда не пробовала, каково это ощущать член во рту? Но хотелось бы испытать это чувство. Тем более, член таких размеров.

  

   Когда он вводит его в меня, мне кажется, что меня протыкает бревно.

   Он красивый парень, его зовут Виктор, значит, победитель. Он победил меня, он взял меня силой, когда первый раз. Ну, почти силой. Я сначала сопротивлялась, но потом отдалась. Не может слабая женщина противостоять такому напору. Кто-то, наверное, может, а я не могу устоять.

  

   Через какое-то время он опять обнимает меня крепко и целует в губы. Я про себя улыбаюсь, значит, не подумал обо мне плохо. Значит, все будет хорошо!