# Город тысячи птиц. Время легенды

Диана Ольховицкая

Вторая часть города)) В первой был больше ЛР, тут по идее, должны быть больше приключения))) Магия, подземелья и финальная битва в конце)) Хотя про лубофф тоже будет)) Эх... поехали)) 15.08.13 нанопрода

Жаркий летний полдень. На высоком ярко-бирюзовом небе - ни облачка. Но ветерок приятный, прохладный нежно обдувает разгоряченную кожу.

С беззаботной улыбкой Мария бежит по узкой распаханной меже через пшеничное поле. Босые ноги с наслаждением касаются разогретой земли, рука машинально срывает упругий колосок, набитый крупными зернами молочной зрелости.

Как хорошо здесь! Радостно! Тепло! Просторно! Рассмеявшись, девушка разводит руки в стороны, словно желая обнять весь этот мир - сказочный, щедрый, ласковый! И вдруг...

Вздрогнув, Мария открывает глаза. Где это она? Непередаваемые ощущения - проснуться в незнакомом месте, на полу, точнее... Пальцы ощупывают прелые стебельки подстилки - старая солома.

И темень вокруг... Сырость... Откуда-то сверху медленно, монотонно капает вода, отбивая заунывный скорбный ритм. Пахнет плесенью и мышами.

Немного привыкнув к полумраку, девушка осторожно оглядывается вокруг. Какая крошечная комнатенка - на полу ровно столько места, чтобы один человек мог лечь, вытянувшись во весь рост. Или это, скорее, пещера? Коснувшись сырой глиняной стены, Мария брезгливо отдергивает руку. Ну и что это - тюрьма, подземелье, склеп? И, главное, спросить не у кого - она здесь совершенно одна! Четыре стены, пол, потолок. Тяжелая железная дверь... Даже ручки нет! Толкнув дверь, девушка удрученно улыбается - заперто. В общем, обстановка располагает к тому, чтобы громко завизжать от страха и упасть в обморок. Печальный вздох. Только какой в этом смысл?

Шаг вперед. Второй, третий, четвертый... Ладони упираются в стену - гладкую, скользкую, по такой не вскарабкаешься. Впрочем, это бесполезно, окон здесь нет, лишь под самым потолком крошечное слуховое отверстие. С ладошку, не более.

Мягкий разворот на пальцах. Раз-два-три-четыре. Железная дверь. Снова повернуться...

Отчего-то вспоминается веселый деревенский танец, без которого не обходится ни одно народное гуляние: четыре шага вперед, четыре назад, подскок вверх. Девушка рассеянно поправляет волосы. Нет, прыгать ей сейчас совершенно не хочется, да и пол скользкий.

А еще Рэй говорил, что шагами издавна мерили расстояние, и миля - это всего-навсего тысяча шагов. Правда, шагов мужских, воинских. У Марии шаги, естественно, короче, но даже их здесь всего...

...три, четыре. Опять стена. Вздохнув, девушка усаживается на подстилку. Что-то голова закружилась. Обхватив виски ладонями, Мария закрывает глаза. И вообще состояние странное: мысли торчат, словно оборванные нити пряжи - потянешь и сразу конец, ни узора, ни петельки, ни даже узелка на память.

Вот эта ниточка, например, - мягкая, золотистая, так и тянет прикоснуться, дотронуться, почувствовать. Но страшно - вдруг она, как и другие, закончится ничем.

Рэй... Высокий шатен со светло-карими глазами. Девушка нежно улыбается. Да, их цвет напоминает гречишный мед.

В детстве она была слабым ребенком - бледным, худым, болезненным. А после одной очень долгой простуды так ослабла, что еле могла ходить: спуститься во двор по лестнице... Наверное, именно тогда ей стали близки и интересны истории про путешественников, ходивших пешком за семь морей. И тогда кто-то посоветовал отцу лечить ребенка гречишным медом. Да, три раза в день, перед едой, по большой ложке с горкой. Удивительное янтарное лакомство! Волшебное снадобье, поставившее ее на ноги. Мария удивленно качает головой. Сколько же ей тогда было? Два года или три? Неудивительно, что эта история про мед давно забылась. Но вот сейчас отчего-то вспомнилась...

Девушка облизывает пересохшие губы. Приятного мало: зябнуть от холода и сырости, и одновременно испытывать жажду. И ниточка эта... солнечная, теплая... Нет, не оборвалась, просто выскользнула, вывернулась... Мария с усилием открывает глаза. Да что ж это такое! Словно в детстве, когда она упала с качелей: удар, боль и тьма. Несколько секунд полнейшей, всеобъемлющей тьмы. Испуганный крик подруги, топот ног, лед, прикладываемый к затылку - все это ощущалось со стороны. Извне. Словно смотришь на эту суету из темной комнаты сквозь крошечную замочную скважину.

Девушка взволнованно вскакивает на ноги. Точно! Дилижанс, дорога, веселая болтовня с возницей, деревенские пирожки с капустой. И вдруг... Огромное черное покрывало... Креп? Сатин? С неба! Разлетелось, распахнулось, завесило собою весь мир. И это было... Вчера?

Р-р-р-жжжиу! Мерзкий скрежет открывающейся двери! А на пороге... Мария инстинктивно делает шаг назад, прижимаясь к стене. Бр-р-р! Склизко! Отвратительно! Но все равно как-то материально, вещественно, надежно. Да и что такое мокрая, покрытая плесенью глина по сравнению с...

На пороге - высокая фигура в абсолютно черном бесформенном одеянии. Не видно ничего - ни лица, ни ладоней рук, ни даже глаз. И непонятно кто перед ней - мужчина или женщина, юноша или старик. И вообще - человек ли?

- Иди за мной, - бесцветным голосом произносит мрачное существо. - Повелитель желает видеть тебя.

***

Долгая вереница темных сырых коридоров. Хлюп! Наступив в очередную лужу, Мария только слегка морщится. Какая разница - все равно ноги давно промокли. И эта встреча с таинственным повелителем... Девушка кривит губы в невеселой усмешке. Вот дойдут, тогда и будет ясно: умирать со страху сразу или немного погодить. Но вот заранее этого делать точно не стоит...

Расправив плечи, Мария делает глубокий вдох. Показалось? Или воздух действительно стал чище и как-то свежее? Нырнув вслед за мрачным проводником в низенькую арку, девушка касается пальцами стены. Нет, уже не глина! Камень! Неровный, бугристый, на ощупь напоминающий печение из слоеного теста. И называется он... Известняк! Да, когда-то эти стены были водорослями и ракушками на дне огромного океана, но за невообразимое количество лет высохли, сжались, превращаясь в камень. Мария рассеянно улыбается. Этот доклад археологической экспедиции она перечитывала несколько раз: вначале на языке оригинала, а потом их с папой перевод. И не только для того, чтобы выискать в тексте, и исправить мельчайшие ошибки. Просто... захватило! Сколько раз она потом пыталась нарисовать эту призрачную картинку-мечту: необъятный, могучий, теплый океан, населенный причудливыми растениями и животными. Яркими, сказочными формами жизни, большинства из которых уже нет, и никогда не будет...

Приятный скрип открывающейся двери заставляет девушку прервать размышления. Какой яркий свет! Впрочем, нельзя сказать, что резкий и ослепляющий, скорее мягкий и даже приятный, но после тьмы подземелья...

Машинально сделав несколько шагов вперед, Мария слышит, как за спиной захлопнулась дверь. Что ж, надо понимать - обратно не сбежишь. Только как-то она и сразу на это не рассчитывала.

Глаза медленно привыкают к освещенности помещения. Да уж... Проснувшись в сырой темнице и прогулявшись по мрачному лабиринту подземных коридоров, меньше всего ожидаешь увидеть подобное.

Комната. Довольно просторная, но при этом... Необычайно уютная и даже милая! Теплый паркетный пол, стены обиты мягкой светлой тканью, покрытой узором в нежный и даже слегка легкомысленный цветочек. На стене напротив входа красуется в золоченой раме великолепный натюрморт. Девушка восторженно облизывает губы. Потрясающая работа художника! Необычайно ярко и реалистично! И если бы кто-нибудь спросил ее мнение, она бы назвала эту картину 'Щедрые дары осени'. Розовощекие яблоки соседствуют с янтарными грушами, кажется - тронь пальцем такую, и из нее польется густой медовый сок. А рядом сливы - темно-синие, спелые... Ох, как же она, оказывается, проголодалась! А над всем этим фруктовым великолепием венок из золотистых пшеничных колосьев. Словно царская корона...

- Мне тоже нравится этот натюрморт! - весело произносит совсем рядом приятный мужской голос. - Приводит в хорошее расположение духа и даже улучшает аппетит.

Вздрогнув, девушка резко поворачивает голову, встречаясь взглядом с говорящим. Довольно молодой мужчина лет тридцати, не более, сидит, по-домашнему развалившись в кресле недалеко от входной двери. Да практически на расстоянии вытянутой руки от Марии! Странно, как она его сразу не заметила? Девушка беглым взглядом окидывает хозяина. Приятной наружности, но красивым не назовешь. Черные волнистые волосы с несколькими ниточками серебристой седины, большие карие глаза. Взгляд умный и немного рассеянный. Да и вообще во всем облике мужчины чувствуется легкая, почти неуловимая небрежность. Девушка смущенно улыбается. Нет, не так как у Рэя. У того косая челка, не застегнутый воротничок и закатанные рукава рубашки означают вызов, несогласие, стремление жить по собственным правилам.

А тут... Мария еще раз оглядывает незнакомца. Отросшие пряди волос завиваются крупными локонами, на подбородке - трехдневная щетина, летний светло-серый костюм в полоску... не то, чтобы помят, но и не выглажен до безупречной элегантности, как у Альдора. Но главное... Этот облик хозяину невыразимо идет! Видишь перед собой этакого милого безобидного чудака-домоседа. Ни за что не скажешь, что он...

Девушка широко раскрывает глаза, пораженная внезапной догадкой. А что, если перед ней и не таинственный Повелитель вовсе? А всего лишь его счетовод или секретарь...

- Разглядела? - добродушно улыбается незнакомец. - Представляешь, каждый раз так - все, кто попадает сюда впервые, смотрят на картину, а на меня внимания не обращают. Но мне так даже больше нравится. Люблю наблюдать за другими со стороны.

И, указав глазами на стоящее рядом кресло, произносит почти ласково:

- Что ж, присаживайся гостья дорогая. Кофе с пирожными хочешь? Хотя, что это я... Тебе сначала нужно переодеться в сухое и выпить горячего бульона.

Хозяин с виноватым видом разводит руками:

- Извини, это ученики мои, лоботрясы, перестарались. А что поделать, своего ума у них нет, а инстинкты... Ты же понимаешь, они у всех у нас такие же, как и тысячи лет назад. Только самая верхняя часть личности - сознание может меняться, подчиняясь веяниям времени, а остальное...

- Так вы... - машинально опустившись в кресло, растерянно начинает Мария.

- Ах, да! - лукаво улыбается хозяин. - Совсем забыл представиться! Турилон, маг, повелитель тьмы и всякое такое прочее к вашим услугам!

- Вы - темный маг? - недоверчиво смотрит на него девушка. - Никогда бы не подумала...

- Непохож, да? - вздохнув, Турилон поднимает вверх правую руку. - Ну хорошо. А так?

Ш-ш-ш... Легкое облачко мглы окутывает кресло хозяина.

Пах! Полыхнув огнем, призрачная дымка осыпается на пол кольцом пепла. Перед Марией высокая мужская фигура в черной, расшитой золотом мантии. На груди пульсирует магический медальон - ярко-красный, будто сгусток запекшейся крови. Темные густые волосы незнакомца спадают по плечам, словно грива таинственного зверя. А глаза...

Встретившись взглядом с хозяином, девушка испуганно вздрагивает. Страшные глаза! Жуткие! Черные, горящие, будто раскаленные угли. Обжигающие, как кипящая смола. Притягательные, словно бездна.

- Теперь похож? - вопрошает грубый раскатистый голос, доносящийся откуда-то извне, будто из самых недр земли.

- Да... - побледнев, соглашается Мария.

Щелчок пальцев, и вновь в кресле напротив девушки добродушный чудак - счетовод.

- Испугалась? - участливо интересуется Турилон. - Да ладно, не смущайся. Я сам как первый раз себя таким в зеркале увидел - неделю несварением желудка маялся.

И, почесав в затылке, добавляет задумчиво:

- Ну и скажи мне, красна девица, что ж мне теперь с тобой делать?

- А вы не знаете? - изумленно смотрит на него Мария. - Тогда зачем было меня похищать?

- Да в общем-то не тебя, - с легким смущением признается Турилон. - И оно как-то спонтанно вышло. Представляешь, сижу вчера, наслаждаюсь оленьей отбивной в вишневом соусе. Козий сыр, оливки, молодое вино...Душевно так!

Сглотнув слюну, Мария отводит глаза. Обостренное от голода воображение тотчас рисует вчерашнюю трапезу мага во всех красках, запахах, оттенках вкуса... Он что, специально издевается то ли?

- И вдруг, - таинственным голосом продолжает хозяин, - чувствую где-то на границе моих владений довольно сильное магическое излучение. И мало того, что принадлежность силового потока я не смог сходу определить, так он еще и двигался! Естественно, любопытство взыграло, и я решил проверить, что за чудеса тут у меня творятся. Оказалось...

Лениво потянувшись, маг внимательно смотрит на девушку:

- Ну и где жгучий интерес в глазах? Нетерпение узнать разгадку? Не говоря уже про работу мысли? Или ты способна думать только о еде?

- Не только, - с трудом отогнав гастрономическое видение, Мария встречается взглядом с Турилоном. - Этим источником излучения был наш дилижанс, верно? Но я пока не могу понять почему.

- Похвально! - широко улыбается хозяин. - Барышня не настолько тупоголовая, какой ей предполагается быть по первоначальной ипостаси. Пожалуй, бульон с пирожками ты заслужила!

Губы девушки трогает невеселая усмешка - словно собачку дрессирует, честное слово! Но до чего же хочется есть... Странно, первый раз с ней такое! В детстве Мария вообще очень плохо кушала, да и сейчас папа шутит, что канарейка в день съедает больше, чем его дочь. А тут... Зверский аппетит какой-то!

Хозяин хлопает в ладоши, и все то же бесформенное создание вкатывает в комнату небольшой столик, накрытый льняной скатертью. А на столе...

Мария чувствует острый спазм в желудке. Широкая фарфоровая чашка с двумя ручками, полная ароматного золотистого бульона. А рядом на тарелке восхитительная горка мясных пирожков. Горячие, прямо из печи...

- Поешь, - ласково произносит Турилон, указывая глазами на накрытый столик. - У того, кто попал под магическое воздействие, всегда резко обостряется чувство голода, по себе помню.

И, хохотнув, добавляет гордо:

- Правда, плохо. В последний раз со мной такое было еще во времена ученичества.

Нарочито медленно, чтобы не выглядеть голодной дикаркой, Мария делает глоток бульона. О-о-о! Вот оно, счастье! Ласковая волна бежит по телу, принося уютное тепло в каждый уголок. Или это не от еды? Обернувшись к магу, девушка замечает, что он беззвучно шевелит губами. Проведя ладонью по платью, Мария благодарно улыбается. Сухое! И ноги согрелись.

- Пока так, - задумчиво поясняет хозяин. - А какую ты будешь носить одежду, я еще не решил. Все будет зависеть от результата нашей беседы.

И, улыбнувшись, продолжает увлеченно:

- Так к слову о дилижансе. Вначале я и сам не понял, что с ним не так, но подобравшись ближе...

Турилон вскакивает с кресла и взволнованно делает несколько шагов по комнате. За это время Мария успевает запихать в рот полпирожка и запить бульоном. Да, есть хочется просто невыносимо, но унижаться перед этим повелителем она не будет! И, когда маг, завершив прогулку, останавливается напротив девушки...

- И что вы увидели? - заинтересованно уточняет Мария, чинно сидя в кресле.

- Я увидел, - быстро оглядев девушку, с ноткой уважения поясняет маг. - Что среди пассажиров дилижанса пятеро - потомки магических существ. Причем, разных.

- Так нас там всего шестеро было, - удивленно произносит девушка, осторожно делая еще глоток бульона. - Вместе с возницей. То есть, получается, все, кроме него...

- Нет, - весело перебивает ее Турилон. - Все, кроме тебя. Представляешь - сразу пятеро потенциальных слуг, и все собраны в одном месте. Не нужно ни за кем бегать, уговаривать, подкупать, запугивать. Да и вообще - я давно уже хотел напомнить миру о своем существовании. А то подзабыли как-то.

'Значит, о моем происхождении он не догадался', - мысленно отмечает про себя Мария.

- Нет, я знаю, что твоим предком была водяная нимфа, - заглянув в глаза девушке, лукаво уточняет маг. - Твое имя было одним из первых в моем списке. И я был уверен, что здесь посвящение - дело решенное. А ты...

Сладко потянувшись, Турилон вновь усаживается в кресло:

- Должен заметить, что пойти против законов предков - сущая дерзость и самоуправство, и по идее я должен быть в гневе, но...

Маг восхищенно качает головой:

- Не поверишь, когда я услышал про эту историю с водяным - хохотал до слез! Вмазать старому сластолюбцу так, чтоб аж зубы вылетели... Какой пассаж! Какая экспрессия!

И, заговорщицки подмигнув, Марии, добавляет:

- Если честно, я от этой гнилой коряги давно хотел избавиться. Но он еще из того поколения, что именуют себя 'истинными', я их пока стараюсь без причины не трогать. Но теперь, теперь! Имея такой шикарный повод!

Турилон довольно потирает ладони:

- Есть у меня на его место желающий! Молодой, деятельный! Будет во всем слушать...

И вдруг, прервавшись на полуслове, внимательно смотрит в глаза гостье:

- Ладно, это все лирика. Вопрос - что же мне с тобой теперь делать?

- Отпустить домой? - удивляясь собственной смелости, подсказывает девушка.

- Не... - разводит руками маг. - Не выйдет. Память стирать нужно, причем выборочно. А я страх как не люблю в чужой голове копаться - порой оно хуже, чем в немытых кишках. А если все без разбору чекрыжить...

На губах Турилона печальная улыбка:

- Дурочкой станешь. Слова все забудешь - как ребенок лепетать начнешь. И ум младенческий будет - ни одеться, ни поесть самой. Как по мне, так гуманнее убить.

И, заглянув в перепуганные глаза Марии, маг добавляет весело:

- Да не бойся ты! Что я зверь, какой? И зачем уничтожать то, что может пригодиться в хозяйстве? Тем более ты - молодая, здоровая девушка. А у меня в замке в основном одни мужчины. Дара уже не справляется.

- Что?! - некстати вспомнив липкие объятья водяного, Мария ощущает волну ужаса, смешанную с брезгливостью. - Ни за что! Лучше убейте! Да я сама из окна выпрыгну...

- Вот это да... - удивленно чешет бороду Турилон. - Ты настолько не любишь готовить? А я уже повариху обрадовал, что помощницу пришлю.

И, откинувшись в кресле, добавляет снисходительно:

- А твоя реакция меня позабавила. Хотя я ее предвидел и даже специально вызвал. Успокойся - никому здесь твои прелести не нужны. Вот будь ты нимфой... может я бы и сам не отказался. А с человеком связываться - только впустую магическую силу тратить. Но вот что меня занимает...

Маг вновь оглядывает девушку с головы до ног:

- На тебе отблеск ауры Альдора. Значит, наш великий пророк смотрел твои таланты. Вот мне и интересно - нашел он там что-нибудь или нет? Я пока ничего в тебе особого не вижу. Может, подскажешь? Или отправить тебя горшки чистить, да и дело с концом...

- Альдор сказал, что у меня есть способность к сочинительству, - покраснев, признается Мария.

- Дамские романы про внеземную страсть? - Турилон скептически выгибает бровь. - Извини, мне они без надобности. Хотя, занятно, конечно. И много у тебя оконченных литературных трудов?

- Пока ни одного, - еще сильнее смутившись, отвечает девушка. - Я в основном чужие сочинения переписывала и переводила. И не романы, а научные статьи. Мой папа - историк.

- Ты знаешь языки? - резко обернувшись к Марии, маг пристально смотрит в глаза. - И переписывала... у тебя хороший почерк?

- Каллиграфический, - с легкой гордостью сообщает девушка. - И да, я свободно читаю и пишу на пяти языках.

- Прелестница ты моя! - Турилон картинно прикладывает руку к сердцу. - С этого нужно было начинать! Да ты не просто находка, ты - драгоценный брильянт! Ох, видела бы ты, что творится в моей библиотеке! Впрочем, завтра увидишь. Сегодня, так и быть, отдыхай.

Щелкнув пальцами, маг обращается к возникшему словно из ниоткуда бесформенному существу:

- Подготовишь барышне комнату на верхнем этаже, светлую, на ужин подашь тоже, что и мне...Что там еще надо? Ванну горячую? Сундук с платьями? В общем, позаботься, чтобы наша красавица ни в чем не нуждалась.

И, подмигнув Марии, добавляет таинственно:

- Впрочем, насчет сочинительства подумаем. Отчего бы не обзавестись личным летописцем? У меня есть, что сказать потомкам.


***

И это теперь будет ее комнатой? Мария с усталым видом оглядывает помещение. Кровать, стол, два стула, на полу - соломенная циновка, на окне - ситцевая занавеска. Негусто, но после сырого подземелья эта комнатка кажется сущей роскошью! Вот только пыльно здесь и душно... Давно не проветривали?

Тяжелая створка окна поддается с трудом... Свежий воздух! Наконец-то! Легкий порыв ветерка приносит запах хвои, лугового клевера и... Нет, не сырости, как внизу в подземелье, а приятной свежести, будто на улице моросит дождик.

Странно... в чистом небе ни облачка, зато откуда-то снизу доносится неясный шум, похожий на ворчливое бормотание древнего старика.

Девушка оглядывается на дверь - убедиться, что ее слуга... или тюремщик?.. вышел в коридор и, подобрав подол платья, ловко взбирается на подоконник. Любимое занятие детства - сидеть у окна и наблюдать... да за всем на свете! За бредущем по улице одиноким прохожим, за затаившийся у крыльца кошкой, охотящейся на воробьев, даже за шелестящим у забора тополем, сочиняя про них удивительные истории с обязательным счастливым концом. А сейчас...Печальный вздох. Конечно, не так уж увлекательно смотреть на мир сквозь прутья чугунной решетки, но... Мамочки, до чего же красиво!

Замок мага... Оказывается, это и не замок вовсе, а огромная скала с вырубленными в ней пещерами-комнатами. И сейчас Мария смотрит из окна одной из них вниз, где по каменистому руслу мчится навстречу скале-замку неукротимый горный поток. Бурная речушка урчит, перекатывая камешки-голыши, пенится водоворотами и, налетев на выступ в скале, как раз под окном Марии, взрывается целым облаком мелких брызг. Девушка с наслаждением делает глубокий вдох. Так вот откуда ощущение дождика...

Разбившись о каменный уступ, река разделяется на два более спокойных рукава, с двух сторон омывающих убежище мага. Словно в сказке - каменный остров, и выхода с него нет...

Мария прислоняется щекой к шершавому камню оконного откоса. Наверное, сейчас по всем законам природы полагается дрожать от ужаса и лить слезы, но отчего-то ей ни капельки не страшно. Да, ей - извечной тихоне, плаксе и трусихе! Состояние шока? Последствие магического воздействия? Или все намного проще... И бояться тоже когда-нибудь устаешь? Точно так же, как бежать, тащить тяжелую сумку или зубрить наклонения иностранных глаголов. Все дело... в переутомлении?

Убаюканная шумом воды, девушка закрывает глаза. Всего минуточку... Одну...

Пшеничное поле. Огромное, бескрайнее, колышущееся волнами, словно водная гладь. Море. Море золота. Драгоценное и прекрасное.

Мария бежит через поле по разогретой солнцем узенькой меже. Босые ноги ощущают шероховатость потрескавшейся земли, уколы поломанных ветром стебельков... Но до чего же тяжело бежать! Жарко, душно, неудобно. Наверное, всему виной этот черный бесформенный балахон, окутывающий тело сплошным непроницаемым колпаком? И капюшон мерзкий, наползает на лицо, закрывает обзор, оставляя лишь небольшую щелочку внизу. Сбросить бы его! Девушка пытается поднять руку... До чего тяжелая ткань одеяния! И не то, чтобы рукавов - прорезей для рук нет! Ох, так и же и задохнуться можно... Запрокинуть голову, подпрыгнуть, чтобы противный капюшон...

Ой! Нога с разбегу цепляется за что-то тонкое, острое, режущее... Натянутую поперек межи веревку!

Шлеп! Не удержавшись, Мария падает на колени, по инерции проезжая вперед несколько шагов. А, наверное, и хорошо, что балахон такой плотный... А то были бы не коленки, а кровавое месиво, а так только синяки... Вроде...

- Так тебе и надо! - слышится над самым ухом довольный мужской... нет, мальчишеский голос. - Будешь знать, как в чужой мир без спросу лазить! Давай вали отсюда, а то еще и в морду дам!

Девушка осторожно поднимает голову. Сквозь щелочку из-под капюшона видны грязные ноги в коротких, чуть ниже колен штанишках, клетчатая рубашонка навыпуск, две нижние пуговицы оторваны с мясом. И впрямь мальчишка... Подросток. Лет двенадцать-тринадцать. Рука парнишки с обкусанными до крови заусенцами сжимает здоровенную рогатку.

- А вообще мне интересно, - продолжает мальчишка насмешливым голосом. - Кому из тупорылых турилоновых ученичков хватило ума меня найти? Ну-ка, покажись!

Хрысь! Подросток с силой откидывает с головы Марии капюшон. Уф... Какое яркое солнце! Аж глаза заслезились...

Поморгав, девушка смотрит в лицо незнакомцу. Милый такой ребенок... сорванец конечно, но очаровательный: огромные голубые глазищи, чуть вздернутый носик в крошечных конопушках, на голове нечесаная копна золотисто-русых кудрей цвета... вот этой самой спеющей пшеницы.

- Ты?! - изумленно шепчет подросток, разглядывая Марию. - И вправду - ты? Ну, наконец-то! Я уже устал ждать, если честно!

- Меня?! Ждать? Ты, наверное, что-то путаешь...

- Конечно тебя, - усмехается малец. - Ты из водной стихии самой толковой оказалась. Точнее, единственной, кто меня услышал.

- Водная стихия? Вода? Но я уже не...

- Вода для барышни!

Вздрогнув, Мария открывает глаза. Все та же комната в замке мага: кровать, стол, окно с решеткой... Надо же - умудрилась заснуть прямо на подоконнике! Хорошо, хоть не упала. Еще и приснится всякое...

Повернув голову, девушка разглядывает появившуюся в центре помещения здоровенную деревянную бадью с водой. Теплая - пар идет. И аромат приятный - в воду добавлены целебные травы. А рядом на стульчике махровое полотенце... Ох, как же хочется искупаться! Смыть пыль дороги и грязь подземелья.

Сбросив одежду, Мария с удовольствием погружается в теплую воду. Взяв с тарелочки душистый кусочек мыла, старательно намыливает волосы. Наслаждение! Только глаза закрыть, чтобы пена не попала...

- Куда это ты подевалась? - возмущается мальчишеский голос. - Я же еще не объяснил ничего!

Девушка быстро открывает глаза. На ней опять бесформенный балахон, вокруг пшеничное поле, а рядом вихрастый подросток с рогаткой. Сон повторяется?

- Ты кто? - растерянно шепчут губы Марии. Конечно, глупее некуда - спрашивать подобное у человека из сна.

- Ученик мага! - гордо заявляет парнишка. - Лучший! Да меня сам Турилон опасается. И не зря - видишь, мне удалось сохранить личность от полного растворения в магической энергии учителя.

- Личность...растворение...магическая энергия... ничего не понимаю! - виновато признается девушка.

- Да все просто! - покровительственно улыбается пацаненок. - Становясь учеником мага, принимаешь посвящение, после чего твой разум становится для наставника как открытая книга. А вернее...

Мальчишка презрительно сплевывает:

- Видел я этих ученичков - не люди, а живые куклы. Рабы бездумные и бессловесные, доноры для магических сил Турилона. Бродят в бесформенных черных балахонах по коридорам замка, беспрекословно исполняя приказы. А когда приказов нет - сидят в углу, уставившись в одну точку. У них даже мыслей своих нет! Зато один из них когда-нибудь станет магом...

- А ты? Ты не принял посвящение?

- Принял... - печально признается парнишка. - Куда бедному сироте деваться, я ж не по своей воле к Турилону попал, меня родная деревня магу за долги продала.

И, подмигнув Марии, добавляет таинственно:

- Только у меня способности еще с детства открылись, так что и до посвящения умел кое-чего. А как глянул, какая судьба меня ждет - решил подстраховаться и запечатал свою личность в магический кристалл. Так что тело мое бездумно служит Турилону, а я вот он - живу здесь по собственным законам.

Подросток внимательно оглядывает девушку:

- Замученная ты какая-то. И даже выглядишь старше, чем была. Но ничего - все равно красивая! Сразу мне понравилась. Но главное, конечно, в тебе сила воды! Только...

Мальчик обиженно шмыгает носом:

- Долговато ты ко мне добиралась! Ночь судьбы зимой, а сейчас уже лето! Так ведь?

- Лето... - покорно соглашается Мария, уткнувшись растерянным взглядом в золотистый колос пшеницы.

- Вот видишь! У меня все расчеты верные! От той ночи, когда ты ходила к черному камню, до сегодняшнего дня прошло целых полгода!

Парнишка пятерней приглаживает растрепанную копну волос и вдруг, вздрогнув, быстро прячет руку с рогаткой за спину.

- Ой, извини... - густо краснеет паренек. - Я же не знал, что это ты, поэтому в своем первоначальном облике показался. Таким, каким посвящение принял. А на самом деле мы с тобой ровесники - мне тоже семнадцать. Вот, гляди...

Миг - и стоящий перед Марией подросток разительно меняется. Исчезает детская пухлость щек, взгляд становится твердым и слегка вызывающим. Клетчатая рубашонка и короткие штанишки превращаются в элегантный костюм, волосы сами собой укладываются в аккуратную прическу, рогатка становится коротким магическим жезлом с прозрачно-хрустальным набалдашником.

Девушка изумленно разглядывает новый облик собеседника. Милый мальчик! Точнее, молодой человек. Конечно, с Рэем не сравнить, но Рэй - это Рэй, а тут... Как Рыжик говорила - приятно посмотреть. Чисто эстетически.

- Погоди! - Мария осторожно проводит ладонью по волосам.

Горячие! Неудивительно, такая жара. Так и солнечный удар получить недолго. Может и впрямь - накинуть капюшон?

- Погоди, - повторяет девушка. - Ты имеешь в виду ту ночь судьбы, когда я загадала желание?

- Конечно, - мягко улыбается парень. - Твое желание стоило трех магических кристаллов, дающих власть над духами. Слышала бы, как Турилон орал, когда их не досчитался! Правда, в его тупую голову даже мысли не пришло, что кто-то, не принявший посвящения, мог ими воспользоваться. Решил, что это он сам по пьяни накуролесил - потратил неведомо куда.

- Стой... - в глазах Марии испуг, смешанный с изумлением. - Ты хочешь сказать, что ночь судьбы... черный камень... это было не случайно? Но ведь если бы не Рыжик, я бы ни за что туда не отправилась! Ведь это подругу хотели отдать замуж за старикашку, и она побежала к заветному камню менять судьбу. То есть...

Девушка со стоном хватается за голову. Воспоминания, мысли, чувства сталкиваются, словно дрейфующие полярные льды, скрежещут, наползая друг на друга и уже не ясно, где правда, а где вымысел.

- Или это я попросила Рыжика сходить со мной? - потерянно шепчет девушка. - Я видела сон... Да нет же! Ирис хотела выйти замуж за Линна! Я помню! Она подошла к камню и... Нет, не подходила... Они уже были помолвлены... Мамочки!

Мария без сил усаживается на придорожную кочку:

- Я совсем запуталась.

- Хм... - юный маг задумчиво чешет в затылке. - Похоже на измененную реальность. Неужели кто-то еще использовал кристаллы? Да ну - на тот же предмет, в то же самое время... Ерунда какая-то!

- Понимаешь, - девушка доверчиво заглядывает в глаза. - Я точно помню, что пошла к черному камню по просьбе подруги. Но еще я помню - не менее отчетливо - что меня преследовал сон, в котором меня просили о помощи - нужно было в ночь судьбы загадать желание, связанное с магом... ой!

Мария прикрывает ладошкой рот:

- Так ты что и есть... этот самый маг, которому нужна помощь?

- Ну наконец-то! - улыбается парень. - Вспомнила. Да, это я просил о помощи. А взамен обещал исполнить любое твое желание. Что ты там загадала - богатство, титул? Да хоть королевскую корону! Не бойся, я в долгу не останусь, дай мне только выбраться отсюда!

Маг подает девушке руку:

- А насчет твоей подруги - занятно. Но вряд ли там что-то серьезное, скорее переплетение второстепенной канвы реальности. У нее ведь не было магических кристаллов? Ясное дело - не было! А без них глобальных изменений...

И, заметив растерянный вид Марии, добавляет ласково:

- Ладно, если захочешь, я потом все точно выясню. Зато мне теперь понятно, почему ты опоздала на полгода. Даже незначительное изменение реальности...

- Полгода? - девушка облизывает пересохшие губы. - Я ходила к черному камню четыре года назад.

- Как четыре?! - глубокомысленное выражение лица парня сменяется детской растерянностью. - Не может быть! Тебе же семнадцать лет, как и мне!

- Двадцать один, - устало признается Мария. - Тогда действительно было семнадцать, а теперь двадцать один. Четыре года прошло...

- Вот это да... - маг, обхватив виски, с силой дергает себя за волосы. - Неужели я так сильно ошибся в расчетах? Еще четыре года Турилонова рабства... бр-р-р...

Фигура парня вновь вздрагивает - плечи становятся шире, лицо грубеет, взгляд приобретает твердость и некоторую колючесть.

- Мне двадцать один год, - хрипло произносит маг. - И я понятия не имею, что было со мной в последние четыре года.

И, обернувшись к девушке, добавляет резко:

- Мне нужно подумать. Поговорим позже.

Глубоко вздохнув, Мария открывает глаза. Комната в замке Турилона, деревянная бадья для купания. Только вот вода в ней уже совсем холодная...