Ольков Сергей Леонидович: другие произведения.

Чёрная дыра

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Из звёздных мемуаров астронаигатора Нейона Ти

  Юмористическая фантастика
   Пролог
  Эта история не прошла для Нейона Ти без последствий. Все последующие годы жизни он чувствовал себя совсем другим человеком, пытаясь привыкнуть к своему телу. Точно так же человек какое-то время привыкает к новому костюму. Да, он стал другим, как и жизнь на Земле, где к его возвращению прошло почти двести лет.
  В прошлой жизни среди его друзей и знакомых не было таких, кто бы прошёл через разложение на атомы хотя бы один раз. На Земле подобной процедуре подвергали только преступников, осуждённых на смертную казнь. Наука ещё не научилась ассимилировать разложенные на атомы организмы.
  Никто не рассказывал про свои ощущения после такого испытания. Нейону Ти только оставалось считать большой удачей возвращение к жизни, да ещё в прежнем виде, к которому не прибавились ни рога, ни хвост или лишняя пара ног - рук. В его организме, вроде бы, не появились атомы и молекулы чужих форм жизни, но он ничего не мог поделать с собой после этой истории и относился к себе как к гостю, обитающему в чужом теле.
  Эта история не прошла без последствий и для его памяти. Провалы в памяти не мешали его повседневной жизни. Они помешали ему при составлении отчёта о своём последнем задании, с которого он вернулся и с которого его никто не ждал. В архивах БМБ руководству Бюро удалось восстановить его имя, хранившееся сто девяносто шесть лет в списках без вести пропавших. Это никоим образом не помогло Нейону Ти восстановить в памяти цель своего последнего задания, о чём он честно признался в отчёте. Ещё хуже было то, что он не смог указать точные координаты сектора галактики, в котором начались все его приключения. Одно он знал точно: звездолёт возвращался на Землю, и его курс проходил среди давно знакомых созвездий родной галактики, когда всё началось для него и закончилось для тех, кто ждал его возвращения.
   Если первый провал в памяти, связанный с целью его задания, комиссия БМБ могла проверить, то координаты его исчезновения на обратном курсе оставались загадкой, представлявшей опасность как в прошлом, так и для всех последующих лет космических полётов. Комиссия БМБ ни в чём не обвиняла и не осуждала Нейона Ти. Она просто не доверяла его отчёту. Нейон Ти несколько дней писал его. Память ни разу не подвела при описании всего того, что ему довелось увидеть и испытать.
  Эти яркие воспоминания и одновременно провалы в памяти астронавигатора не могли не вызвать сомнение учёных мужей в правдивости отчёта. Нейон Ти видел, что ему не доверяют. Но он действительно не мог указать то место, в котором пропал его звездолёт. Пропал для Вселенной. Без этого весь отчёт не мог иметь никаких доказательств до тех пор, пока кто-то другой не повторит его путь. Отчёт Нейона Ти положили на дальнюю полку архива без грифа "Совершенно секретно", а самого Нейона Ти отправили на пенсию по выслуге лет, хотя он на тот момент был моложе многих членов комиссии БМБ.
  Никто не запрещал Нейону Ти поделиться воспоминаниями об этой истории, поэтому он и рассказал о ней в своих звёздных мемуарах. Фактически, Нейон Ти поместил в мемуары свой отчёт для комиссии БМБ, придав отчёту форму рассказа. Он никому бы не пожелал повторения подобного. . . . .
   Нейон Ти прекрасно помнил своё настроение накануне случившегося с ним инцидента. Он возвращался с задания. Звездолёт вошёл в пределы родной галактики, маяки которой были знакомы ему с курсантских лет. Опасная неизвестность осталась там, за кормой звездолёта, а впереди его ждал отдых. Он мог позволить себе расслабиться перед тем, как звездолёт войдёт в зону звёздных трасс с интенсивным потоком звездофур и туристических межзвёздных лайнеров. В этом секторе галактики звёздная лоция не указывала никаких опасностей. Это он тоже помнил, не считая в тот момент нужным фиксировать в голове координаты пересекаемого сектора.
  Всё началось сразу после завтрака. Он ещё успел подумать, что плохо приготовил свой любимый омлет, почувствовав внутри странный дискомфорт. Но причина была не в желудке, а снаружи. Нейон Ти не успел встать из-за стола с пустой тарелкой в руках, как заметил, что кружка из-под кофе медленно поползла от него к краю стола, словно звездолёт заходил на крутой вираж. Он почувствовал, что его неумолимо тянет вслед за кружкой. Ему стоило больших усилий, уперевшись в стол, откинуться на спинку дивана и прижаться к ней, чтобы не последовать вслед за кружкой, которая упала со стола и грохнулась на пол, разбившись вдребезги. Нейон Ти увидел плохой знак в потере своей любимой кружки. Она многие годы сопровождала его в полётах, радуя своим содержимым и своими боками, на которых он любовался фотографией Земли, сделанной с орбиты.
  Он не успел пожалеть о кружке. Двигатели звездолёта работали в режиме полной тяги. До сих пор гравитрон обеспечивал комфортную гравитацию на борту и никакого влияния тяги не ощущалось. Нейон Ти чувствовал, что невидимая третья сила неумолимо тянет его под стол, не обращая внимания ни на тягу двигателей, ни на работу гравитрона, ни на его собственные усилия. В столовой загорелся аварийный сигнал, призывая его в Центральный Пост. За сигналом последовал голос компьютера: "Внимание! Сбой курса автопилота! Сбой курса автопилота! Сбой курса автопилота!".
  Эти три слова Нейону Ти ни разу не приходилось слышать за годы космических странствий. Теперь они беспрерывно звучали в ушах, высверливая мозг своими равнодушными интонациями. Он знал, что они не прекратятся, пока он не доберётся до штурманского кресла и не возьмёт управление звездолётом на себя. Вместо этого он мог лишь слабо упираться и цепляться за спинку дивана, чтобы не оказаться под столом. Звездолёт продолжал движение, но силы тяги уже не хватало для того, чтобы двигаться по заданному курсу. Он двигался прямо, а внешняя сила словно смеялась над мощью двигателей в две тысячи киловатт и тянула его в сторону от заданного курса.
  Нейон Ти чувствовал действие этой силы, как и весь звездолёт. Если бы он в этот момент находился в штурманском кресле, то у него был бы шанс. Можно было спасти положение, переложив рули в сторону от курса, прочь от действия силы. Возможно, тяги хватило бы на то, чтобы выйти с периферии силового поля и не попасть в его эпицентр. "Потеря топлива несопоставима с последствиями бездействия в такой ситуации. Необходим манёвр и форсаж" - эта мысль подхлестнула Нейона Ти.
  Он сполз под стол и его сразу оттащило и прижало к кухонному шкафу напротив стола. Ему пришлось вспомнить навыки курсантских тренировок в центрифуге. Когда- то его ставили в пример за умение выбираться из центрифуги при четырёхкратных перегрузках. Это был его предел, преодолеть который мешали сломанные ногти, ободранные в кровь пальцы, разбитый нос. В то же время мало кто из его друзей мог выбраться из центрифуги даже при трёхкратной перегрузке.
  Нейон Ти понимал, что время не в его пользу и торопился в надежде, что его усилия пока превышают возникшие перегрузки. Все усилия могли быть напрасны, если мощность тяги окажется недостаточной для выполнения команд автопилота по удержанию заданного курса. Произойдёт сбой программы. Звездолёт станет неуправляемым. Внешняя сила повернёт его в свою сторону и тогда ситуация выйдет из-под контроля. Сила тяги двигателей прибавится к действию внешней силы. Звездолёт со всей своей мощью помчится в неизвестность.
   - Почему в неизвестность? - мелькало в голове Нейона Ти, пока он карабкался, полз по полу, отталкиваясь от переборок. - Это как раз известно. Чёрная дыра.
  От страшного признания самому себе лоб покрылся испариной и по спине побежали холодные струйки. Астронавигаторы относились к существованию чёрных дыр как к сказкам. О них знали, но каждый в душе верил, что это не для него. Служба мониторинга Вселенной отслеживала состояние космоса и закрывала для звездолётов обширные пространства с искажённой гравитацией.
  В тот момент у Нейона Ти не возник вопрос "Почему я?!". Он думал о другом и не мог понять, как на его маршруте возникла эта опасность в галактике, где давно уже не было не то, что чёрных дыр, но и неисследованных областей. Мысли в голове путались от бесстрастного голоса компьютера, эхом разносившегося по коридору: - Сбой курса автопилота! Сбой курса автопилота! - Это был крик о помощи, на который Нейон Ти спешил, как мог. Он чувствовал, что его всё сильней прижимает к полу и даже не пытался подняться на ноги, чтобы не терять время. Он полз по коридору, отталкиваясь ногами от дверных косяков, от стоек и кабельных лотков на переборках. Пол был гладкий. По нему удобно ходить, но в попытках толкаться вперёд он не мог помочь.
  Нейон Ти почувствовал себя победителем, когда ему удалось перевалить через порог Центрального Поста. Здесь тревожный голос звучал на полную громкость и разносился по всему организму, как по отсекам звездолёта. Нейону Ти уже казалось, что голос бьёт ему по голове каждым словом, проникая в мозг. Сжав зубы, он дополз до штурманского кресла. За порогом не было переборок и отталкиваться ногами приходилось от пола, кое-как продвигаясь вперёд.
  Оказавшись в кресле, он пристегнулся и почувствовал, что его тянет в сторону, прочь с кресла. Звездолёт испытывал то же самое в своих попытках удержаться на курсе. Эти попытки были на пределе его возможностей. Нейон Ти сразу понял это, бросив беглый взгляд на приборную панель. Цифровой индикатор нагрузки рулевого механизма горел красным цветом, выдавая запредельные показания. Резервов мощности для удержания курса не было. Голос компьютера продолжал напоминать о переходе на ручное управление. Всё решали секунды. Опрокидывание с курса могло произойти в любой момент. Было ясно, что его вмешательство в управление звездолётом уже ничего не сможет изменить. Хватило мгновений, чтобы осознать это и понять свою беспомощность перед самой могучей силой Вселенной. Он даже не стал брать в руки рычаги управления, а просто отключил режим автопилота. После этого Нейон Ти запустил программу сброса тяги и остановки двигателей. Он знал, что другого выхода у него нет и не хотел превращать двигатели звездолёта в помощники той силе, что утянула его с курса.
  Ещё до того, как компьютер полностью выполнил программу и заглушил двигатели, Нейон Ти почувствовал разворот звездолёта по дуге. Он двигался, подчиняясь не силе тяги, не бортовому компьютеру, а неведомой силе Вселенной, слепой и непредсказуемой.
  Вскоре разворот закончился. Нейон Ти почувствовал ускорение вперёд. Его прижимало к креслу сильней и сильней. Нейон Ти знал свой предел. Ему оставалось только ждать, когда перегрузки превысят 9g и он потеряет сознание. Только в этот раз не будет реанимации и процедуры восстановления. Ничего не будет. В тот момент у него не было никаких эмоций. Мозг хладнокровно анализировал обстановку и замечал происходившие в ней изменения. Звездолёт мчался вперёд, скорость его нарастала. Но звездолётом он оставался только изнутри. Его обстановка продолжала напоминать об этом. Снаружи он представлял из себя огромную болванку весом около ста тонн, падающую в чёрную бездну.
  Нейон Ти сидел и ждал, когда тело придавит тяжестью, и он будет чувствовать не своё тело, а эту нарастающую тяжесть. Ждал, когда кровь прильёт к голове и глаза наполнятся кровью. Ждал, когда из носа хлынет кровь. Это будет конец. Он был готов ко всему. Время шло и звездолёт мчался вперёд. Нейону Ти казалось, что он вместе со звездолётом валится в бездонную яму. Так ему казалось. Он не мог видеть того, что творилось за бортом. Для этого надо было включить камеры обзора. Надо было оторваться от кресла. Ему не приходила в голову такая мысль в ожидании последних минут жизни. Но скорость падения нарастала, а последние минуты тянулись всё медленней. Нейон Ти не закрывал глаза в ожидании того момента, когда в них начнёт темнеть от прилива крови.
   Перегрузка всё увеличивалась, вдавливая его в кресло, но в глазах не темнело. Вместо этого он увидел другое. Такого не было даже при максимальных перегрузках на тренажёре. Сначала Нейону Ти показалось, что в глазах начало рябить, и вся окружающая обстановка расплывается и колеблется подобно кругам на воде. Увиденная картина заставила его забыть про тяжесть перегрузки, мешавшую двигаться, дышать. А может, он просто не чувствовал в тот момент никакой перегрузки. Впоследствии Нейон Ти не мог ответить себе на этот вопрос. Настолько он был захвачен происходившими вокруг него переменами. У него на глазах обстановка Центрального Поста расплывалась всё больше и больше. Мелькнула мысль о том, что у него отказывает зрение перед тем, как наступит полная тьма. Неожиданно брошенный взгляд на руки, лежавшие на подлокотниках кресла, вызвал ещё большее недоумение. Очертания подлокотников выглядели размытыми, не чёткими, словно его зрение окончательно расфокусировалось. Руки на подлокотниках выглядели так, будто он видел их через колеблющуюся толщу воды и не мог уловить их чёткого изображения. От такой картины у кого угодно может закружиться голова, и он невольно зажмурился, желая избавиться от картины его угасающего зрения.
  Когда он вновь открыл глаза, то уже ничего не мог узнать. Вокруг не было Центрального Поста и всего того, что окружало Нейона Ти мгновениями раньше. Не было кресла, в котором он сидел. Он ничего не видел кроме белёсой пелены, где расплывались неясные контуры и бесформенные тени. В этой белой пелене ещё видны были размытые контуры его рук. Он успел заметить, как они расплывались в разные стороны, сливаясь с окружающим туманом. Его тело таяло! В голове само собой мелькнуло это слово от увиденной картины. Он не ощущал ни скорости падения, ни тяжести, ни боли. Он видел всё происходящее вокруг и понял, что умирает. Только смерть может принести такое облегчение, освобождая тело от бренных ощущений и связанных с ними болью и страданиями.
   Нейон Ти уже не видел своего тела и ничего вокруг из того, что до сих пор окружало его и составляло системы звездолёта, заключённые в непробиваемую оболочку. Вокруг было облако плотного тумана, за гранью которого скрывалась неизвестность.
  Всё это Нейон Ти видел. Сознание его работало, и он наблюдал за всем этим словно со стороны. Всепоглощающие силы Вселенной оказались бессильны перед силой его сознания. Окружающая неизвестность больше не пугала его. Он чувствовал себя так, словно вернулся в то забытое место, откуда когда-то вышел и теперь возвращается обратно в покой и безмятежность.
  Это могло означать только одно - его сознание было одной природы с силами Вселенной. Только этим можно было объяснить неприкосновенность его сознания в ситуации, когда обрушившаяся мощь Вселенной растворила в своей энергии все материальные атрибуты жизни, не причинив сознанию ни малейших перемен. Весь материальный мир, включая и его тело, растаял, распался на атомы, а его сознание словно слилось с энергией Вселенной.
  Выходило так, что сознание являлось частью Вселенной, а он, Нейон Ти, являлся всего лишь носителем этого сознания, которое продолжало мыслить в условиях бестелесного существования. Он на практике, сам того не желая, открыл вселенскую природу духовного начала человека, над чем ломали голову учёные умы тысячи лет.
  Но лучше бы он этого не узнал, как признавался потом он сам себе, чувствуя себя неуютно в собственном теле, поскольку всю оставшуюся жизнь за ним неотступно следовал один вопрос: "Кто он? Тело, наделённое сознанием, всего лишь носитель сознания или он является сознанием, помещённым в оболочку тела, имя которому Нейон Ти? Он задавал этот вопрос только самому себе, зная о бессилии науки.
  Но всё это будет потом, а пока его сознание ни на мгновение не выпускало обстановку из-под контроля. Огромная энергия Вселенной искривляла пространство, изменяла ход времени. Она ничего не смогла поделать с памятью, как функцией сознания, иначе бы Нейон Ти ничего не помнил. Но он помнил. Помнил, что не было ощущения своего тела, ощущения времени, ощущения пространства. Вокруг не было тьмы. Его окружал белый непрозрачный туман - всё то, что осталось от распавшегося на атомы материального мира. Поэтому он не видел вокруг черноты, поглотившей остатки этого мира.
  Нейон Ти помнил, как в глазах его опять начало рябить до тошноты, и он предпочёл тьму неприятной картине. Когда он отрыл глаза, точнее было бы сказать: "Когда его сознание снова продолжило воспринимать обстановку", то оказалось, что молочная белизна вокруг стала приобретать серые и чёрные оттенки, которые мелькали вокруг бесформенными пятнами разных размеров. Как будто в белый туман капали чёрную тушь и при этом перемешивали. Вокруг мелькало и пестрило. Мельканье длилось недолго и затихло. Вокруг него вблизи, вдали, сверху, снизу в потемневшем тумане висели многочисленные пятна и пятнышки разных оттенков от чёрного до серого. Всё это пятнистое однообразие снова зарябило в глазах. Видимо, даже освобождённому от телесной оболочки сознанию такая картина была не по силам, и дальше Нейон Ти помнил только тьму.
  Когда сознание вернулось к действительности, то противная для зрения рябь вокруг продолжалась, но вокруг пятен не было. Вместо пятен появилось разнообразие цветов, которые лентами разной длины и ширины извивались со всех сторон. Всё это походило на чародейство, когда из ничего, из пустоты, возникает нечто. Это чародейство творила Вселенная по своим, никем не познанным, законам. Потом опять тьма, когда не было даже сознания.
   В дальнейшем события напоминали Нейону Ти ранее увиденную картину. Всё это он уже видел, но в обратном порядке, когда сквозь колеблющуюся толщу воды проступали неясные контуры окружающей обстановки Центрального Поста, мониторы, приборные панели, панели управления, его штурманское кресло, очертания его собственного тела. Не было никакой воды. Так его сознание воспринимало окружающее. Ощущения тела ещё не было, но ощущение пустоты исчезло. Колеблющиеся очертания и контуры становились отчётливей, наливаясь при этом красками, словно в театре со сцены убирали полупрозрачный занавес.
  Но это была не сцена. Это был его звездолёт, вернувшийся из небытия. "Я был там вместе с ним и теперь возвращаюсь" - Нейон Ти помнил, свою первую мысль, когда он ощутил под собой штурманское кресло. Он видел свои руки там же, на подлокотниках. Его тело было в порядке. Даже в голове не шумело, как обычно после перегрузок. Нейон Ти не чувствовал себя разбитым, обессиленным, подавленным. Он ощутил непривычный для Центрального Поста запах озона, не похожий на запах кондиционированного воздуха. Это окончательно вернуло его к рабочему состоянию.
   Первым делом он запустил программу включения двигателей. Нужно было время для вывода их на нормальный режим. Диагностика показала, что бортовые системы в штатном режиме. Повреждений нет. Тревожил тот факт, что блок космической связи не работал на приём сигнала. Он понял, что остался без связи, но пока ему было не до того. Неизвестно, чем бы всё кончилось, если бы системы двигателей прошли через "всё это" в рабочем режиме. Он знал, что на вопрос никто ему не ответит. Но он не знал, что дальше ему предстоит сталкиваться только с такими безответными вопросами.
  Началось с его попытки определить свои координаты. Блок Навигатора вместо ответа выдал чёрный экран и сообщение о том, что звёздолёт находится в нулевой точке координат. Походило на нестандартный сбой системы, о котором он не слышал до сих пор. Это было посерьёзней, чем отсутствие связи - оказаться в "слепом звездолёте" неизвестно где. Видимо, радость отсутствию повреждений была неуместной. Нейон Ти не знал, каких ещё ждать сюрпризов. Он потянулся к приборной панели и включил мониторы обзора. Ему пришлось отпрянуть назад, на спинку кресла и зажмуриться. Большой экран обзора слепил глаза ярким светом!
  - Неужели внешние камеры выгорели и дают одно сияние вместо изображения? - он осторожно приоткрыл глаза и из-под руки смотрел на экран, заливавший весь Центральный Пост ярким сиянием. Яркость удалось убавить. Глаза привыкли к свету, и Нейон Ти мог смотреть на экран. Вскоре он стал различать на нём чёрные точки. Они были разбросаны без всякой системы по всему экрану. Небольшие, но все разной величины. Нейон Ти обратился к компьютеру:
  - Седьмой! Провести диагностику системы обзора!
  Ответ прозвучал как насмешка:
  - Система обзора в норме. Все камеры и мониторы соответствуют параметрам.
  - Может, дело в компьютере? - засомневался Нейон Ти. - Седьмой! Провести диагностику смарт-блоков! - он ожидал, что в ответ услышит молчание, как бывало всегда при выявлении сбоя в системах компьютера, но прозвучал ответ:
  - Диагностика проведена. Функции блоков соответствуют смарт - картам.
  Обычно такой ответ радовал. Чувство тревоги не пропало. К нему прибавилось чувство голода, не позволявшее сосредоточиться и осмыслить новые вопросы. Он вспомнил, что успел только позавтракать и было это неизвестно сколько времени тому назад, в другой жизни, до его "воскрешения".
  Пока двигатели пройдут программу выхода на рабочий режим, он успеет пообедать. Нейон Ти знал, что пустой желудок - это плохой советчик в таких случаях.
  - Новую жизнь надо начинать с новыми силами, - громко произнёс он, освобождаясь от пилотских ремней. Ему приятно было проделать весь путь до столовой привычным манером, ногами, чувствуя себя хозяином ситуации, а не жертвой, ползущей вдоль переборок. Хлопоты в столовой окончательно вернули его к ощущениям прежней жизни. Он снова был командиром звездолёта, несокрушимого никакими стихиями, послушного каждому его слову. О недавнем испытании напоминали осколки кружки, разбросанные по всей столовой. Нейон Ти тщательно собрал их все до единого и выбросил в мусорный контейнер.
  Во время обеда Нейон Ти по старой привычке прислушивался. Такая привычка осталась у него с молодых лет, когда в курсантские годы у него появился первый, малюсенький, электромобиль. Эта новая модель постоянно ломалась в самый неожиданный момент. Нейон Ти во время езды невольно прислушивался к гулу и жужжанию, что стоял в салоне, пытаясь уловить признаки очередной поломки. Он всегда облегчённо вздыхал, когда поездка удачно завершалась. Вот и сейчас он по малейшим вибрациям пола, даже по колебаниям воздуха в отсеках, мысленно просчитывал поведение и состояние огромного организма под названием "звездолёт". Обедать можно было спокойно. Никаких признаков отклонений от заданной программы не было. Но он не мог не обратить внимания на странные глухие постукивания. Эти звуки никак не вписывались в привычный фон повседневной жизни на борту, но не могли служить признаком серьёзной опасности. Пока Нейон Ти обедал, наводил порядок и отдыхал, эти звуки то умолкали, то возникали вновь, невольно привлекая к себе внимание. Нейон Ти понимал, что придётся с ними разобраться прежде, чем искать ответы на остальные вопросы. Он не знал, что эти стуки несут ему ответы сразу на все вопросы и сейчас, и в будущем.
  Нейон Ти вернулся в Центральный Пост и первым делом включил режим минимальной тяги. Ему ещё предстояло разобраться с направлением полёта. Но сначала устранить странные стуки. Центральный Пост по-прежнему был залит ярким светом со стороны экрана обзора, на котором теперь отчётливо были видны россыпи чёрных точек разной величины. При виде этих точек никак не могла возникнуть мысль о картине звёздного неба тем более, что голова Нейона Ти была занята совсем другим. Он прислушивался. Ему не стоило больших усилий снова услышать странные звуки. Казалось, они разносятся по всему звездолёту. Напрасно Нейон Ти обошёл все отсеки. Вернувшись обратно в Центральный Пост, он должен был признать безрезультатность своего обхода. Успокаивало то, что не обнаружилось никаких повреждений.
  Он опустился в кресло пилота и включил камеры внешнего обзора звездолёта. Экран рассыпался на множество экранчиков бортового контроля. Нейон Ти словно не замечал их. Взгляд его замер на экране внешнего обзора входного люка. Он не мог поверить своим глазам. Напротив входного люка в пространстве висел объект, по форме напоминавший обрубок толстого бревна длиною не более полутора метров. Но форма его постоянно колебалась и изгибалась по всей длине, больше напоминая толстого червяка, чем бревно. Поверхность бревна отражала яркий свет. На первый взгляд оно казалось прозрачным, но его матовая поверхность нарушала эту иллюзию. Один конец бревна напоминал ровный срез, а другой имел правильную округлую форму, подобно макушке головы. Ближе к округлому краю, по бокам, из бревна торчали две тонкие ветки. Они изгибались и поочерёдно опускались на крышку люка. Нейон Ти не сразу сообразил, что прикосновения веток совпадают с теми звуками, что он слышал, сидя в кресле. Можно было ожидать увидеть что-то массивное, своими ударами вызывавшее стук по всему звездолёту, но никак не эти тонкие "ветки". Сомнений быть не могло. Висевшее за бортом бревно уже несколько часов лупило по звездолёту, не собираясь прекращать своё занятие.
  За годы межгалагктических полётов Нейон Ти привык к самым разнообразным формам жизни. Его трудно было чем-либо удивить, но подобных летательных аппаратов он ещё не видел.
  - Кого это чёрт принёс? - невольно подумал он, успокоившись тем, что, наконец, хоть с одним вопросом разобрался. Теперь предстояло выяснить другой возникший вопрос. Связи не было. Он не мог проконсультироваться по поводу несанкционированного контакта в дальнем космосе. Но другого выхода не было. Должностные инструкции позволяли ему, как агенту БМБ, вступать в контакт с представителями иных цивилизаций. Инструкция предусматривала тот факт, что всё предусмотреть невозможно. Нейон Ти давно привык к таким ситуациям.
  Поведение объекта не создавало угрозы для звездолёта, но надо было что-то делать. Нейон Ти встал и решительно покинул Центральный Пост. Вскоре он оказался в шлюзовой камере. Делом нескольких минут было надеть скафандр и задраить внутренний люк в звездолёт. Здесь, в камере, стук был слышен гораздо отчётливей.
  Нейон Ти не знал, что его ждёт, но к этому он тоже привык. От нажатия кнопки привод послушно загудел и открыл входной люк. Нейону Ти пришлось опять зажмуриться от яркого света, несмотря на тонированный колпак скафандра. Снаружи всё было залито ярким светом, ярче, чем на экране.
  Нейон Ти ступил на порог люка и чуть не столкнулся с объектом, висевшим перед самым люком. Первое, что запомнилось, был его глаз. Нейон Ти невольно назвал глазом то, что торчало у бревна ниже его округлой макушки. Это, действительно, напоминало глаз правильной, продолговатой формы, с чёрным зрачком, размер которого плавно менялся. Нейон Ти прекрасно видел, что глаз уставился на него, не моргая, и рассматривал с ног до головы.
  В первую минуту Нейон Ти даже вспомнил, что уже видел такие глаза и запомнил их навсегда. Видел там, на Земле. Это было давно. В тот миг он вспомнил, что видел их в далёкой молодости, когда ему надо было оформить какую-то справку. Тогда его гоняли из кабинета в кабинет для уточнения и заполнения всяких документов. И во всех кабинетах на него смотрели из-за столов такие же стеклянные немигающие глаза чиновников. Такое он видел, но того, что случилось дальше, раньше никогда не было.
   - Ты кто? - услышал он вопрос. Нейон Ти был в скафандре. Сначала он принял эти слова за сигнал связи скафандра. Но вопрос звучал как-то непривычно. Он слышал голос не в наушниках, а в голове. Через мгновенье Нейон Ти наконец понял свою ошибку. Объект, висевший в пространстве, представлял собой вовсе не летательный аппарат. Это было живое существо. Его гибкие руки, имевшие по три коротких щупальца, совершали плавные движения и не походили на угрожающий жест. Перед ним был представитель цивилизации, обитатель окружавшего звездолёт мира. Это его голос прозвучал. Это его глаз изучал Нейона Ти.
   - Я человек, - ответил он, но голоса своего не услышал, словно говорил мысленно, сам с собой. - Я астронавигатор с планеты Земля. Командир этого звездолёта. Я возвращался с задания, но оказался не там, куда держал курс. Теперь я не знаю где нахожусь. Системы звездолёта не могут определить координаты.
  Нейону Ти приходилось не раз вступать в контакт с представителями самых невероятных форм жизни. Были среди них и такие, которые больше хотелось раздавить ногой, чем вести беседу. С извивающимся бревном он разговаривал впервые и не мог привыкнуть к его не мигающему взгляду.
  Бревно не проявляло никакой агрессии. Его голос звучал спокойно:
  - Да, я понял, что ты пришелец из другой Вселенной. Все вы попадаете к нам на своих устройствах. Они давно удивляют отсутствием признаков технологий высокого разума. Разум обитателей вашей Вселенной находится на примитивном уровне. О каком разуме можно говорить, если ты даже не знаешь где находишься и как здесь оказался?
  Нейону Ти послышалось какое-то бульканье, в котором он невольно заподозрил усмешку, а голос продолжал звучать:
   - Вы передвигаетесь по своей Вселенной в таких громоздких аппаратах. Они пополняют в нашей Вселенной выставку всяких диковинных экспонатов неизвестного назначения. Наши учёные не могут разобраться в том, каким образом можно передвигаться в пространстве на таких конструкциях, заполненных массой ненужных деталей, - бревно похлопало одной из своих рук-веток по обшивке звездолёта.
  Уже первые слова поставили Нейона Ти перед этим бревном на уровень низшего существа, беспомощной букашки, заброшенной ветром случая на яркий листок неведомой жизни. Встреча с этим существом вселяла в него надежду найти ответы на все вопросы. Воспользовавшись минутной паузой, Нейон Ти отступил назад и жестом пригласил существо войти внутрь. Бревно без колебаний проследовало за ним. Нейон Ти закрыл люк, разгерметизировал камеру и избавился от скафандра. Вскоре они вошли в Центральный Пост, где Нейон Ти удобно расположился в кресле. У него было много вопросов к гостю. А гость чувствовал себя, как дома. Он плавно скользил над самым полом по всему помещению, при этом его гибкие ветки-руки касались окружающих предметов. Нейон Ти молча следил за ним. Бревно первым нарушило молчание:
  - Нетрудно догадаться, что ты попал сюда из Чёрной Вселенной. Все вы попадаете к нам не по своей воле. При вашем разуме вряд ли возможен другой вариант. Ваши знания не могут охватить даже вашу Вселенную, которую вы пытаетесь изучать на таких вот устройствах. Вам не дано знать, что ваша Вселенная - это всего лишь часть мирозданья, напоминающего слоёный пирог, где Вселенные следуют одна за другой. Ваша Вселенная граничит с нашей Светлой Вселенной. Мы давно способны перемещаться в пространстве с планеты на планету без таких вот громоздких оболочек, - его гибкая рука похлопала по спинке кресла:
  - Я не смогу тебе этого объяснить. Это надо почувствовать, когда ты произносишь название планеты, и оказываешься в нужном месте Вселенной. Что может быть проще? Уже миллионы лет мы используем энергию Вселенной и умеем ею управлять. В результате наши тела совершенней ваших, как мы в этом успели убедиться за время ваших визитов. Нам не нужна пища. Мы подпитываемся энергией Вселенной и не затрачиваем усилий на питание организма. Наша Вселенная наполнена энергией, сияние которой ты только видишь, а нам она обеспечивает комфортную жизнь на любой планете, где нет ничего, что бы напоминало ваши города, ваши дома и ваши удобства, без которых в вашей Вселенной жизнь немыслима в условиях чёрного космоса. Нам комфортно на любой планете, в любой точке Вселенной. Наш разум свободен от многих пустых целей, поэтому он достиг такого совершенства. Мы свободны от неудобств жизни. У нас их нет. Это я тебе говорю потому, что заранее знаю все твои вопросы. Ты не первый черноленец, которого я вижу. Так называют тех, кто попал к нам из Чёрной Вселенной. Но мы не приспособлены для посещения вашей Вселенной и не можем перемещаться в ней своим способом. Энергия вашей Вселенной губительна для нас. Поэтому встреча с нами невозможна для вас и не нужна для нас. Нам нечего делать в вашей Вселенной. Поэтому наша Вселенная имеет надёжное защитное поле гравитации, создающее для вас иллюзию бесконечного пространства, недоступного для изучения. Но иногда случаются повреждения. Возникают зоны антигравитации в этом поле, через которые затягивает ваши аппараты. Их много скопилось. Огромная коллекция. Ты их скоро увидишь. Они находятся здесь, недалеко. На планете РГЖБ, - Нейон Ти услышал набор букв вместо названия, не переводимого с местного языка. Дальше разговор принял неожиданный оборот.
  - Ты должен будешь оставить свой аппарат там же на планете. Но сначала придётся израсходовать всё топливо. На наших планетах не может быть других источников энергии, кроме чистой энергии нашей Вселенной, - после этих слов Нейон Ти не спешил вставать с кресла:
  - Я не успел представиться, как полагается при установлении контакта. Меня зовут Нейон Ти. А как обращаться к тебе и как называют обитателей вашей Вселенной?
  Бревно вернулось к креслу и замерло перед ним. Глаз, не мигая, уставился на Нейона Ти, который никак не мог понять с кем имеет дело - с живым существом или с порождением технической мысли совершенного разума. Настолько поведение гостя звездолёта было лишено каких-либо эмоций. Глаз стеклянный, голос с металлическим звоном. Он снова зазвучал в голове:
  - В своём уровне развития мы можем позволить себе не иметь ничего, чтобы жить в гармонии с Вселенной. Но каждый из нас имеет своё имя. Нам это необходимо для общения, для обмена энергиями и выравнивания их общего потенциала. Не знаю только, зачем я тебе это говорю. Ты всё равно не поймёшь. Но ты поймёшь главное, что меня зовут М-Э-Э, - вдруг громко промычало бревно. - Ты можешь позвать меня из любой точки нашей Вселенной, и я услышу тебя. Обитатели соседних Вселенных называют нас светлоленцами.
  - Каких Вселенных? - невольно вырвалось у Нейона Ти. Он опять почувствовал себя земной букашкой, заброшенной из муравейника на самую высокую ветку дерева. У кого угодно закружится голова от такого открытия.
  - Соседние Вселенные мы не посещаем. Дело в том, что ты попал к нам из своего трёхмерного пространства. Мы живём в других условиях четырёхмерного измерения. Поэтому я плохо различаю тебя, с трудом. Ты кажешься мне чёрным бесформенным пятном, из которого сверху торчит кругляк с боковыми отростками, а сверху и снизу болтаются тонкие чёрные ленты. Как можно жить в таком теле, да ещё путешествовать? - без нотки удивления спросило бревно.
  Нейону Ти стало не по себе от такого своего портрета. Видимо, он тоже воспринимал облик светлоленца в искажённом виде из-за несоответствия пространственной структуры их сознания. А светлоленец продолжал:
  - Мы находимся между вашей Чёрной Вселенной и Жёлтой Вселенной. Желтоленцы нас, вообще, не могут видеть из-за своего пятимерного пространства. Мы, в лучшем случае, различаем их в виде белого мерцающего облака. Поэтому мы не поддерживаем с желтоленцами никаких контактов. Ни первого, ни второго, ни третьего уровня. Зачем? Что это нам даст при нашей гармоничной жизни? Мы даже не можем с ними обмениваться энергиями. Они несовместимы по своим частотно-импульсным характеристикам. Вам, черноленцам, мы бы тоже посоветовали не покидать вашу Вселенную. Зачем? Лучше, чем там, где вы обитаете, всё равно не будет. Сколько надо миллионов лет, чтобы вы это поняли и прекратили напрасно тратить свои усилия? Лучше бы направили свои усилия на совершенствование разума для создания техники, за которую не было бы стыдно, - светлоленец опять хлопнул гибкой веткой по креслу.
  - Я покажу тебе планету РГЖБ, - светлоленец крутнулся в сторону экрана обзора, который опять светился ярким светом, усыпанный россыпью чёрных точек.
  - Вот она! - рука его вскинулась в сторону экрана. Вытянувшись, она средним щупальцем уткнулась в одну из точек:
  - Тебе сюда нужно держать курс. Там хранилище таких аппаратов. Но сначала придётся кружить над планетой, пока не кончится топливо. После этого совершишь посадку. Где угодно. Места там много.
  - А что будет со мной? - не выдержал Нейон Ти.
  - Ничего особенного. Для тебя это окажется новостью, а для нас является обычной жизнью. Ничего не поделаешь. Мы не знаем, что такое время, о котором говорят пришельцы из Чёрной Вселенной. Мы просто существуем в пространстве. В любой его точке, что зависит от нашего желания. У тебя так не получится. Все твои предшественники быстро менялись здесь. Изменялись их тела. Они уменьшались в размерах. Постепенно. Тогда ещё не знали о том, что программа, заложенная в организмы черноленцев, под действием энергии нашей Вселенной начинает работать в обратную сторону. На это не сразу обратили внимание, поэтому обитатели первых аппаратов, попавших к нам, дошли до состояния эмбрионов. Ты сможешь это увидеть после посадки на планету, как и все прочие её посетители. Вместе с вашими аппаратами там хранятся законсервированные тела их обитателей. Они в прозрачных колбах и прекрасно сохранились. Их много! От зародышей до особей твоего размера. Некоторые черноленцы после знакомства с нашей коллекцией сами просили подвергнуть их консервации, не дожидаясь впадения в младенческую беспомощность. Ведь это безболезненная процедура. Всего лишь вечный сон. А что может быть лучше вечности? Эта планета пользуется большой популярностью во Вселенной своей коллекцией, - добавил светлоленец.
  Нейон Ти машинально похлопал себя по коленям, по бокам, по груди. Во всём организме он чувствовал прилив сил. Вдруг он понял, что так будет теперь всегда. В теле включился механизм омоложения. Время для него пошло вспять. Клетки организма не потребляют энергию. Они выделяют энергию, возвращаясь в прежнее состояние. Его организм выступал в роли ленточной пружины. Сколько он себя помнил, эта пружина раскручивалась и раскручивалась, обеспечивая его энергией для учёбы, для работы, для отдыха. Он расходовал много энергии в своей жизни, чего уж там говорить. Но сейчас эта пружина стала скручиваться обратно, когда он оказался в среде с совершенно иными законами мирозданья, не подвластными его разуму. Его организм, подобно пружине, будет скручиваться в обратном направлении, пока не достигнет своей нулевой точки, то есть, пока не перестанет существовать совсем. При этом, молодея с каждым мгновением, его тело будет чувствовать себя всё более молодым и полным сил. Его ожидала участь эмбриона! Спина Нейона Ти покрылась испариной. Ему показалось, что глаз светлоленца смотрит на него, как на законсервированный экземпляр сквозь толщу прозрачной банки.
  Жгучей волной окатило чувство протеста. Захотелось вскочить, схватить бревно за его ветки и грохнуть со всей силы об пол. Но Нейон Ти забыл, что светлоленец слышал все его мысли в голове. Бревно плавно отплыло от кресла, не отрывая руку от экрана:
  - Нам туда, - прозвучало в голове. Нейон Ти усилием воли удержал себя в кресле. Вслух он громко скомандовал:
  - Седьмой! Держать курс на планету в квадранте экрана К4!
  После этого он включил автопилота и команду на первый уровень тяги. Спешить ему было некуда.
   Весь экран был усыпан чёрными точками. Теперь Нейон Ти знал, что это не точки. Это звёздное небо Светлой Вселенной, любая из планет которой были уютным домом для её обитателей. Ему предстоит лететь туда, где он навсегда останется экспонатом. Такой перспективы не обещали ещё ни одному агенту БМБ.
  Звездолёт, в отличие от него, не знал своей участи. Он оживился всеми своими системами и послушно выполнял новую команду.
  - Я доберусь до планеты вместе с тобой, - услышал Нейон Ти и вместо ответа спросил:
  - А как вы размножаетесь? Вы живые существа или плод научной мысли, продукт технического производства?
  - Я не понимаю, о чём ты говоришь. Мы достигли совершенства. Оно позволяет нам комфортно существовать в наших телах. У нас нет никаких проблем, а раз нет проблем, то нет и никаких вопросов. Мы просто существуем в пространстве, - снова повторил светлоленец. - Этого достаточно. Мы не меняемся. У тебя тоже скоро не будет никаких проблем. Ты останешься с нами навечно.
  - Для меня это будет означать одно - смерть! - не выдержал Нейон Ти и услышал в ответ:
  - Что такое смерть? Видимо, ты говоришь о пассивной форме жизни? - Нейон Ти понял, что одной игрой в вопросы и ответы им не понять друг друга.
  Планета, действительно, оказалась недалеко. Нейон Ти перешёл на ручное управление и снизился над её поверхностью. Его уже не удивляла пустынная, необитаемая картина внизу. Это на экране планета выглядела чёрной точкой, а вблизи поверхность имела красноватый оттенок. Внизу унылой вереницей тянулись холмы, трещины глубоких каньонов, горные массивы. Наконец он увидел обещанную картину, и сердце его болезненно сжалось при виде печального зрелища.
  Из-за горизонта сначала показался остроконечный частокол с чёрными верхушками, а вскоре он увидел всё остальное. Их было много. Звездолёты самых разных конструкций, из разных галактик его Вселенной. Контуры некоторых из них были ему знакомы, другие он видел впервые, неведомой ему конструкции. Они были из разных мест Вселенной, из разного времени, но теперь объединены одной бедой на этой вечной стоянке, напоминавшей кладбище. Сосчитать их было невозможно. Все они блестели в ярких лучах света и выглядели так, словно только вчера опустились на планету, где не существует понятия "вчера". Для них навечно наступило "сегодня". Трудно было отвести взгляд от звёздных кораблей, превратившихся в памятники. Среди них предстоит оказаться и его звездолёту. Мысль об этом встряхнула Нейона Ти. Он понял, что не хочет садиться на планету. Не хочет видеть прозрачные колбы, не хочет становиться жертвой вечности. Но что это меняло?
  - Я должен покинуть тебя. Проводи меня к выходу, - услышал он. Светлоленца уже не было в Посту, когда Нейон Ти встал с кресла. Тот оказался в шлюзовой камере и встретил со словами:
  - Ты можешь смело открывать люк. Пространство нашей Вселенной безопасно для обитания. Твои предшественники могли бы это подтвердить. Громоздкий костюм защиты ни к чему снаружи, - Нейон Ти вспомнил, что ещё не посмотрел данные контроля. События опережали его действия.
  Нейон Ти без колебаний открыл внешний люк, в котором тут же исчез силуэт бревна, словно его и не было. В отсек хлынул яркий свет. Он лишь слепил глаза, но не обжигал кожу, не вызывал удушья или желания спрятаться от него. Прищурившись, Нейон Ти выглянул наружу. Да, это было воздушное пространство, в котором можно было свободно дышать. Но это было несравнимо с атмосферой Земли. Чего-то не хватало в том, чем он дышал и не хотел называть воздухом. Возможно, не хватало привычной для Земли влажности, пропитанной запахами земной природы. Ощущения у него были совсем другие. Прощание принесло ему неожиданное приятное открытие. Его окружала безопасная среда.
  - А зачем мне садиться на планету? - спохватился Нейон Ти, возвращаясь в Центральный Пост. - Тем более, что сначала я должен израсходовать всё топливо перед посадкой. Нет, мы сделаем иначе. Не будем спешить на встречу с вечностью. Седьмой! - громко прокричал он:
  - Вычислить стационарную орбиту! Выйти на неё и держать курс! - он включил автопилота и откинулся на спинку кресла. - Пусть думают, что я расходую топливо в ожидании посадки. Оно мне ещё пригодится. На орбите спутника планеты я буду его расходовать ой как долго. Но это хорошо для сохранения топлива, а не для меня. Медлить мне нельзя. Неизвестно, как скоро я впаду в детство. Мне надо спешить, времени у меня нет, - Нейон Ти мог не опасаться, что кто-то рядом услышит его мысли.
  Упомянув время, он машинально бросил взгляд на часы, по которым жил на борту, и обомлел. Электронное табло высвечивало одно число "47278". Последняя цифра моргнула и сменилась на "9". Что это было? Он пожалел об отсутствии старинных стрелочных часов: "Что было бы с ними? Неужели стрелки пошли бы в другую сторону? Почему бы и нет, если мой организм подчиняется местным законам? Я бы не удивился". Он начал наблюдать за часами и мысленно считать с секундным интервалом. За минуту отсчёта число на часах увеличилось на двадцать две единицы. Он облегчённо вздохнул. Теперь он знал, что молодеть будет в три раза медленнее, чем взрослел до своего возраста. Но тут же ему пришлось усомниться: "С чего я взял? Что показывают часы? Если бы это были секунды, которые длятся здесь в три раза дольше по этим часам. Но это совсем не факт. Это ерунда. Есть только один факт - я должен очень поспешить, - признался он самому себе в поспешности радостных выводов.
  В это время звездолёт прекратил набор высоты и вышел на орбиту искусственного спутника планеты. Теперь двигатели будут включаться только для поддержания курса. Успокаивало то, что он больше не сможет видеть вблизи страшную коллекцию Светлой Вселенной. "Кто знает, может и в Жёлтой Вселенной тоже есть такая коллекция? - горестно вздохнул он. - Они здесь не покидают пределов своего комфортного пространства".
   Звездолёт завис на околопланетной орбите. Двигатели не работали. Нейон Ти откинулся на спинку кресла:
  - И что дальше? Никто не запретит мне крутиться вокруг планеты. Это для меня не выход. А есть ли он вообще отсюда? - обожгла мысль, хотя от неё веяло холодом смерти:
  - С каждым мгновением молодеть, чтобы расстаться с жизнью в состоянии эмбриона, зародыша? Неизвестно, когда звездолёт упадёт на планету. Возможно, что и эмбриона никакого здесь не найдут, - он сидел с закрытыми глазами. Не хотелось их открывать. Не хотелось вставать и идти в жилой отсек. Не хотелось спать. Он чувствовал, что абсолютно не хочет спать, чувствовал сожаление от того, что ни о чём не успел расспросить светлоленца. Может, они тут вообще не спят? Ничего он не знал. Но спать не хотелось. Вместо этого он испытывал прилив сил, бодрое состояние. В отличие от потери сна, это его уже не удивляло. За счёт сна у него теперь прибавится уйма дополнительного времени. Нет, не времени. Возрастут возможности поиска выхода. Он не мог привыкнуть к мысли, что время для него не существует, не мог смириться с тем, что для него осталось только одно - ожидание слияния с вечностью, растворение в безвременном пространстве. Он сидел с закрытыми глазами. Вокруг была тьма. Так будет всегда для него, когда он превратится в ничто.
  - Нет! Не может быть! Я в этом убедился, как никто! Я мыслил в бестелесном пространстве! Сознание моё останется неизменным! Это часть Вселенной! - вдруг Нейона Ти осенила мысль, от которой его бросило в жар, он открыл глаза:
  - Но ведь моё сознание - это часть Чёрной Вселенной! Исчезновение моего тела приведёт к слиянию сознания с энергией, её породившей. Она вернётся в привычную среду обитания! Его материальная оболочка, моё тело, является обузой и не даёт этого сделать в любой момент, - у Нейона Ти не было никаких доказательств своего предположения, но картина ожидаемых последствий его смерти для него вырисовывалась удивительно ясной и невыносимой его разуму. Он вскочил с кресла и покинул Центральный Пост. Войдя в жилой отсек, бросился на кровать, вытянувшись во весь рост и засунув руки под голову - он любил рассуждать в такой расслабленной позе:
  - Нет! Я человек! Сознание должно служить мне для спасения тела, а не приносить его в жертву для своего спасения! Не будет этого! Я человек! - громко произнёс Нейон Ти самому себе. - Пусть мой разум далёк от совершенства. Его главная ценность не в количестве знаний, а в способности мыслить и вряд ли у этой его способности есть предел.
  Спать не хотелось. Он думал:
  - Я не искал путей в эту Вселенную, даже не знал о их существовании. Но раз есть вход, то должен быть и выход. Разве может быть иначе? Не может быть, что мирозданье, этот слоёный пирог Вселенных, устроено примитивней, чем обычная ванна, которая не может функционировать с одним отверстием. Здесь скорей вопрос философский, логический, который шире, чем научный вопрос о наличии таких выходов. Там, где не хватает знаний, надо надеяться на размышления, пусть даже такого несовершенного, разума, - Нейон Ти всё больше убеждал себя в том, что надо искать выход.
  Глаза его не слипались. В сон его не клонило. Неизвестно как долго он пролежал в такой позе. Чувство голода в отличие от чувства усталости никуда не пропало. Ему пришлось встать и идти в столовую. Он просто ел, не задаваясь вопросом о времени суток - обед это или ужин. Нейон Ти убедился, что во время еды приходит не только аппетит, но и хорошие мысли.
  - Интересно, - подумалось ему. - Как выглядят остальные светлоленцы? Смог бы я узнать среди них своего знакомца М-Э-Э? - не успел он так подумать, как в голове прозвучал попрос:
  - Ты звал меня? - Нейон Ти поперхнулся и закашлялся:
  - Нет! Я просто подумал, смог бы я тебя узнать среди других светлоленцев?
  - Мы все разные. Но с твоим трёхмерным сознанием распознать нас трудно. Я не знаю, каким ты меня видел. Знаю только, что это не совпадает с моим настоящим обликом.
  - Я бы хотел снова увидеть тебя, - неожиданно вырвалось у Нейона Ти. - Возможно, я тоже попрошу своей консервации.
  - Можешь меня впустить. Я всегда готов помочь. - послышалось в ответ. Нейон Ти поспешил из столовой и вскоре светлоленец опять составил ему компанию в Центральном Посту.
  - Ты принял правильное решение. Тебе надо опуститься на планету. Аппарат твой никому не мешает. Он упадёт на планету, когда не останется чуждой нам энергии.
  Нейон Ти согласно кивнул головой:
  - Прежде мне бы хотелось хоть немного осмотреть вашу Вселенную. За чертой вечности такой возможности у меня не будет. Я не могу передвигаться вашим способом. Для этих целей у меня есть другой аппарат, поменьше. Ты мог бы показать мне ваши планеты? - обратился он к светлоленцу.
  - Очень давно, когда наш разум был далёк от совершенства, любопытство ускорило наше развитие. Я знаю, что это такое. Твоё любопытство говорит о том, что вы в Чёрной Вселенной развиваетесь в правильном направлении. У вас есть шанс достичь совершенства, если ваше любопытство будет правильно использовано. Я согласен показать тебе то, что ты сможешь увидеть, пришелец, - бревно замерло напротив кресла Нейона Ти, который не заставил себя ждать. Он проследовал в транспортный отсек и разместился в кабине звездокара.
  Светлоленец стоял позади его кресла, когда они покинули звездолёт и оказались в сияющем пространстве. Нейон Ти с трудом настроил по максимуму тональность защитных очков. Яркий свет больше не мешал ему.
  - Вряд ли я смогу много показать тебе, - звучало в голове. - На твоём аппарате мы сможем лишь осмотреть соседние планеты. Пусть это будут твои последние впечатления, с которыми ты уйдёшь в вечность, пришелец.
  Но Нейон Ти, вырвавшись из звездолёта как из будущей гробницы, был готов действовать, готов к чему угодно, вплоть до того, чтобы на всей скорости врезаться в одну из ближайших планет. Жажда действия пересиливала здравый смысл, не желавший смириться с беспомощностью. Голос светлоленца мешал сосредоточиться:
  - Даже на твоём аппарате можно увидеть в нашей Вселенной чужие планеты.
  - Что значит "чужие"? - переспросил Нейон Ти.
  - Ты видел чужие аппараты, из вашей Вселенной. Это ничто по сравнению с теми планетами, что забрасывают к нам силы антигравитации. Мы смирились с этим. Мы не умеем управлять силами антигравитации. Никто не ожидал такого эффекта, когда научились создавать гравитационные поля для защиты Светлой Вселенной. В этих полях периодически возникают возмущения направленного действия. Они неуправляемы и непредсказуемы. Их нельзя предсказать, с ними нельзя бороться. Ты сам убедился в этом, оказавшись здесь. Таким же образом здесь оказываются и планеты из вашей Вселенной, и всё то, что попадает в зону неуправляемой антигравитационной воронки, которую вы, пришельцы, называете чёрной дырой. Неудивительно. Вы живёте в чёрном пространстве.
  Ты мог убедиться, что ваши аппараты и их обитатели остаются невредимыми, попадая к нам. Ваши планеты занимают наше пространство, но мы смирились с этим. Ваши чёрные дыры приносят нам гораздо меньше бед, чем наши светлые дыры, как мы их называем. Это те возмущения гравитации, что направлены наружу нашей Вселенной. Силы светлой энергии вытягивают пространство в огромную трубу, из которой невозможно вырваться. Учёные разрабатывают программу стабилизации для устранения гравитационных возмущений, а пока нет гарантии, что в любой момент мы в твоём аппарате не окажемся внутри светлой дыры. Для меня это будет означать одно - прекращение всех функций. Я не приспособлен к жизни в вашей Вселенной. Обитатели нашей Вселенной неизбежно гибнут, попадая в просторы Чёрной Вселенной. Ваши пространство и время стирают нас в порошок. Наши планеты рассыпаются и становятся пылью, которую вы называете звёздной. Мы надёжно защитились от вашей Вселенной. Но иногда она напоминает о себе.
  Нейон Ти ликовал и сдерживал себя, чтобы не выдать свою радость. Слова светлоленца подтверждали его размышления и надежды. Голос продолжал звучать в голове:
  - Может, это и хорошо, что возможности этого аппарата ограничены по дальности полёта. Мы передвигаемся в пространстве одной энергией мысли, но это не спасает, если между точками наших перемещений оказывается активная зона антигравитации. Мы бессильны против этих сил в любом нашем состоянии. Не стоит удаляться далеко от РГБЖ. Я прибыл к тебе, но обратно мне не вернуться тем же маршрутом. Я слышал крики тех, кто исчезал в светлой дыре. Их ещё можно было услышать на фоне зарождающейся губительной аномалии, от которой нет спасения. Эти силы поглощают всё: энергию, пространство, планеты, звуки. Даже тишину. Никто не может дать картину происходящего в зоне действия антигравитационной аномалии, в зоне светлой дыры. После неё ничего не остаётся. Неизвестно, каких размеров она достигнет в этот раз и как долго будет поглощать нашу Вселенную. Мне повезло. Если бы ты позвал меня после того, как дыра достигнет своего максимума, то я уже никогда бы не добрался сюда. Сейчас поражённая аномалией зона Вселенной заполнена сигнальным газом. Он чёрного цвета и далеко обозначает границы новой светлой дыры. Его неподвижные слои указывают границу, за которой прекращается безопасная зона, за которой пропасть, откуда не возвращаются. Это чёрное облако далеко обходят стороной, - голос на мгновение утих, напомнив Нейону Ти минуту скорбного молчания:
  - Не всем удаётся миновать это облако. Планетам не дано решать свою судьбу. Они исчезают тысячами. Вместе с обитателями. Вспышка антигравитации происходит мгновенно. Ближайшие к ней планеты обречены. Я не могу сказать, как далеко отсюда опасная зона. Для меня нет расстояний. Я обитаю в пространстве. Чёрного облака не видно. Мы в безопасности.
  Откуда ты прибыл ко мне? У тебя есть место постоянного обитания? - как можно спокойнее спросил Нейон Ти, сердце его учащённо билось.
   - Я могу находиться, где угодно. Есть много дел, когда нужна моя помощь, очень часто помогают мне. В этот раз я прибыл к тебе с планеты ЕАОУ, - вырвалось у него название набором букв. - Она находится здесь, - его палец уверенно ткнул в экран Навигатора звездокара. - Только возвращаться туда мне придётся другим путём, через планету ИКСАУ, - махнул он рукой за края экрана. - Твой прибор не может уловить её координаты. Но мне это не проблема. Главное - миновать зону светлой дыры.
  Нейон Ти прекрасно понимал, что возможности звездокара ограничены и не собирался совершать побег со страшной планеты. Он должен был признаться самому себе впоследствии, что, вообще, не задумывался над тем, для чего ему надо было куда-то лететь, да ещё со светлоленцем на борту.
  Ему невыносимо было бездействие, беспомощность. Невыносимо было находиться на борту звездолёта, обречённого, как и он сам. Вряд ли он смог бы сохранить надежду на спасение в таком состоянии. Видимо, эта надежда и гнала его прочь из обстановки, где всё ожидало своей неизбежной участи. Нейон Ти ещё раз убедился, что любое действие, любое, даже не подотчётное разуму, но действие, лучше бездействия.
  Он продолжал держать курс звездокара прямо, хотя чернеющие точки в ярком пространстве его больше не интересовали. Светлоленец не проявлял нетерпения, столбиком замерев у кресла. Может, он думал о тех, кого больше не увидит, о тех планетах, где ему больше не бывать. Способен ли на чувства этот представитель совершенного разума? Нейону Ти не задумывался об этом, когда спешно выруливал звездокар на обратный курс, когда открывал колпак кабины в транспортном отсеке. Только в звездолёте светлоленец нарушил молчание:
  - Почему мы вернулись? Тебе следовало опуститься на планету.
  - Да, я собирался это сделать. Но мне нужно кое-что приготовить, отключить часть систем звездолёта.
  - Я буду ждать тебя внизу, - согласился светлоленец. - Ты найдёшь меня возле хранилища аппаратов. Только позови по имени. Всё будет готово к твоему появлению, пришелец, - силуэт бревна исчез в пространстве, пока закрывался шлюз отсека.
   Нейон Ти выдернул из Навигатора диск памяти и метнулся в Центральный Пост. Он знал, что кроме вечности ничто не грозит ему в этой Вселенной и не опасался никаких последствий. Медлить было нельзя. За ним никто не гнался. Его подгоняла мысль о необратимых процессах в организме. Движения его были стремительны, когда он вбежал в Центральный Пост. Первым делом он вскрыл блок Навигатора и зарядил в него диск, снятый со звездокара. В следующее мгновенье он уже был в штурманском кресле и, пристегнувшись ремнями, громко скомандовал:
  - Седьмой! Включить программу вывода двигателей на режим полной тяги! Курс на планету ЕАОУ в квадранте В6! - Компьютер продублировал команду. Звездолёт по команде автопилота завалился с орбиты прочь, в сияющее пространство. Планета РГЖБ пропала из виду. Нейон Ти облегчённо вздохнул. Лучше смерть в космосе, чем экспонат для туристов. Лучше этот маршрут, которого боялся светлоленец.
  Та сила, что несла гибель всему живому и неживому, могла стать для него спасением. Другого выхода у него не было. Вряд ли эта сила отличалась от того, через что ему пришлось пройти не по своей воле. Теперь он сам искал с ней встречи. Нейон Ти сидел в кресле и чувствовал нарастание тяги. Звездолёт рвался вперёд. Не было усталости. Он не хотел спать, он не хотел есть. Его удерживало в кресле одно желание - увидеть впереди чёрное пятно на фоне бескрайнего сияния.
  Нейон Ти решил, что не покинет кресло до конца. Время для него не существовало. Вскоре ему стало казаться, что звездолёт висит в пространстве, увязнув в безвременье, как в вязкой стене. Это походило на сумасшествие - неподвижный полёт в ярком свете. Спастись можно было только терпением. Закрыв глаза, он вспоминал Землю. Его сознанию легко было перенестись туда, и он наслаждался воспоминаниями, забыв про окружающую действительность, про своё тело, про кресло под ним. Тело его было слишком далеко от совершенства светлоленца. Оно не могло последовать вслед за своим сознанием без надёжной оболочки звездолёта.
  Время не шло, не тянулось, не стояло. Его не было. Открыв глаза, Нейон Ти почувствовал новый прилив сил. Ему казалось, что организм излучает энергию подобно тому, как пространство Вселенной излучало сияние. Несколько раз Нейон Ти невольно вздрагивал, вглядываясь в экран, но каждый раз ошибался, принимая за чёрное облако очередную планету.
  Чёрное облако возникло вмиг. Оно словно выросло перед глазами, заслонив весь экран, вытеснив с него яркий свет. Возможно, оно стремительно разрасталось, распространяясь гораздо быстрей скорости звездолёта. Всё получилось иначе, чем ожидал Нейон Ти. От экрана больше не было никакой пользы. Он сам теперь напоминал чёрную дыру правильной прямоугольной формы. Но вскоре Нейону Ти стало не до него. Спохватившись, опасаясь, что опоздал, он громко крикнул:
  - Седьмой! Провести экстренное отключение двигателей! - одновременно с этим дал команду на отключение автопилота. Звездолёт превратился в игрушку стихии, пожиравшей Вселенную. Нейон Ти знал, что его ждёт, не имея представления о том, чем всё закончится. Его устраивал любой финал, лишь бы не плен вечности. Ремни надёжно удерживали его в кресле, но он машинально вцепился в подлокотники, когда звездолёт начало резко бросать из стороны в сторону, сверху вниз. Промелькнула мысль о том, что вряд ли кому-нибудь из его друзей - астронавигаторов приходилось испытать на себе ухабы искривлённого пространства. Началось ощущение падения в бездну, но на этот раз тяжесть давила гораздо слабей, чем стартовые перегрузки. Вибрация нарастала. Всё происходило совсем по-другому. На этот раз звездолёт представлял из себя огромную болванку не только снаружи, но и изнутри, не напоминая управляемый аппарат. Вихревые потоки крутили и вертели его самым невероятным образом. Нейон Ти чувствовал это, совершая вместе с креслом, вместе со всем Центральным Отсеком кувырки и перевороты, всевозможные пируэты во всех направлениях. На этот раз Нейон Ти просто закрыл глаза. Он не хотел больше проводить опыты со своим сознанием и уравнял его возможности с возможностями тела. Вокруг наступила тьма. Он не хотел ещё раз наблюдать за своей смертью. Он точно помнил, что закрыл глаза не от страха в ожидании финала.
  Сначала это напоминало ему кабинет стоматолога, где он всегда закрывал глаза и задерживал дыхание в ожидании окончания своих мучений, только там не было кувырканий, резких толчков, рывков со всех сторон. Когда он очнулся и открыл глаза, то вокруг стояла тишина. Кресло было под ним, пол - внизу, потолок - вверху. Перед глазами чёрный экран обзора. Нейон Ти сразу вспомнил, что не выключил его при входе в чёрное газовое облако. Экран переливался яркими точками по всей поверхности. Невозможно было не узнать привычную картину Вселенной. Это светлоленцы называют её Чёрной Вселенной. Для него она была его, родной Вселенной со всеми её опасностями и непригодностью для обитания.
  Прежде всего Нейон Ти удалил из Навигатора диск звездокара и запросил координаты. Всё остальное не представляло для него никаких трудностей. Сектор Вселенной был ему хорошо известен. Он запросил связь с Землей и включил свои позывные. Его звездолёт идентифицировали не сразу. Потребовалось время, чтобы наземная служба БМБ восстановила в архиве его позывные, но об этом он узнает позже, вернувшись на Землю через сто девяносто шесть земных лет.
  Он не успел вернуться в юность, впасть в детство, но после возвращения чувствовал себя гораздо моложе, чем до старта на своё последнее задание. У него не было оснований менять дату своего рождения, поэтому во всех документах она осталась прежней. Сто девяносто шесть лет к учёту не принимались теми чиновниками, для кого он являлся, по сути, древним предком.
  Учёные умы только пожимали плечами в ответ на его отчёт. Единственным доказательством реальности отчёта был факт его возвращения живым. Многочисленные медицинские исследования его организма тоже не порадовали учёных. Они не нашли в его теле никаких изменений, никаких последствий после неоднократного разложения на атомы и обратного восстановления. Никто не спешил повторить его путь. Сам Нейон Ти тоже был далёк от мысли об этом. У него не выходили из головы слова обладателя совершенного разума, его совет не выходить за рамки привычной среды обитания. Возможно, когда-нибудь научная мысль дойдёт до такого уровня. Для себя Нейон Ти решил, что по своей воле вряд ли согласился бы ещё раз повторить подобное. Он понимал, что спасением был обязан не своим усилиям, способностям и знаниям, а всего лишь счастливому стечению обстоятельств, случаю. Вряд ли кто-нибудь мог гарантировать такую случайность в ближайшие несколько миллионов лет. И даже на такую вероятность надеяться не хотелось. Тем более, что его отправили на заслуженный отдых. Ему оставалось только верить, что после его мемуаров найдутся горячие головы среди нового поколения звёздных пилотов, способных повторить его путь. Это будет достижением совершенного разума и совершенной техники, а не делом случая.
  
  
  
  
  
  
  -
  -
  -
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"