Осенина Е.: другие произведения.

Неуклюжая Марта

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


Оценка: 9.00*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ПРОШУ КОМЕНТАРИИ!!! пОЗЗЯЯЯ!!! "Марта всегда была неуклюжей, за что ее однажды даже спровадили из родного дома. Но девушка не отчаялась и обрела в конце-концов свое, пусть и заглядывающееся на все юбки королевства, счастье!" Произведение добавлено в "Путеводитель"!!!


Неуклюжая Марта. Сказка.

Часть первая: "Марта отправляется в путь!"

  
   У всех случаются неудачи.
   Вот и мир, в котором родилась Марта, видимо, в момент ее зачатия встал не с той ноги, запутался в покрывале правым передним пальцем, и шлепнулся о дощатый пол своей пятой точкой. А иначе чем можно объяснить ее просто-таки феноменальную неудачливость и неуклюжесть?
  
   С самого детства ее преследовали неудачи - то поскользнется на ровном месте и сломает любопытно глазеющей из-за плетня соседке ногу, то начнет залезать на печь, а та возьми и развались, то наступит на хвост кошке Мурке, которая от переизбытка впечатлений вцепится в лицо зашедшему в гости старосте ... одним словом, неприятностей девушке хватало с лихвой.
  
   Долго терпели ее бедные родители, соседи, лавочники, горшечники, углежоги и все остальное население маленькой деревушки, ведь, в сущности, Марта была совсем неплохой девушкой, доброй да работящей. Однако любому терпению, как и годному для синяков и ушибов месту на теле, рано или поздно приходит конец. Так что, когда стараниями неуклюжей Марты раскатилось по бревнышку здание единственного на всю деревню трактира, ее жители, утирая то и дело бегущие по лицу слезы, решились на отчаянный шаг. Сбросились они все, кто сколько мог, да и собрали Марту в дорогу.
  
   - Езжай, девочка - гладя плачущую девушку по голове и одновременно суя в руки узел с вещами, уговаривала ее мать - Ты у меня поди взрослая, осьмнадцать годков уже стукнуло! Что тебе тут, в деревне, делать? И женихов-то нет, одни старые пеньки...
   "Конечно, нету!" - подумала Марта, вздыхая - "В прошлую среду последний, как меня увидел, сиганул в кусты, а это оказался не какой-нибудь папоротник, а колючий чертополох да малина! До сих пор, поди, иголки из седалища вытаскивает, да словами, которых приличной девушке знать ненадобно, сыплет..."
  
   Может быть, будь девушка красавицей, какой-нибудь молодец да и смирился с ее странностями, но и в этом Марте не повезло. Внешность у нее имелась самая что ни на есть обыкновенная - темные глаза, да коса мышастого цвета, вот пожалуй и все, что можно об этом сказать.
  
   Пока девушка предавалась своим горьким мыслям, староста вместе с половиной деревни успел препроводить ее к старому тракту, пролегавшему через лес в сторону Руфиштарна, столице Ливизнейского королевства, частью которого и имела счастье быть Мартина деревня.
  
   - Отправляйси-ка ты, девонька, в столицу! - напутствовал он на прощанье, пока девушка устраивалась на козлах пожалованной ей ради такого случая телеги, - А там, глядишь, поступишь к какому богатею в услужение, денег на приданое насобираешь, да жениха достойного встретишь. Мы же тут за тебя всем миром молиться будем!
  
   В общем, долго сказка сказывается, да быстро дело делается.... И вскоре Марта, щуря покрасневшие и опухшие от слез глаза, отправилась в путь. Кобылка ей досталась смирная, телега добротная и в душе Марты начала тлеть надежда, что все может хорошо закончиться. По крайней мере, до города она точно доберется без приключений, ибо какие приключения на старой полузаросшей лесной дороге?..
  
   До города оставалось еще много верст, когда у телеги лопнула ось, а тележное колесо превратилось в груду дощечек. Треск стоял такой, что старая лошадка, до того смиренно тащившая на себе поклажу, взбрыкнула. Каким-то образом она при этом умудрилась сбросить с себя хомут, после чего без колебаний унеслась в лес. Только и видела бедная девушка, что махнувший на прощанье куцый лошадиный хвост. Марта повздыхала, поохала, затем подобрала свой узелок, да и отправилась пешком прямо по лесной тропке в сторону города.
  
   Надо сказать, что от деревни Комариные Выпаски, где жила девушка, до Руфиштарна было больше сотни верст, через леса и болота. Насколько Марта знала, никакого другого жилья, кроме нескольких маленьких деревенек и одного села, на пять дней пути вокруг не было - так уж получилось, что половина Ливизнейского государства, на которой и посчастливилось родиться Марте, была покрыта непроходимыми лесами и болотами, среди которых изредка попадались островки человеческого жилья. Благодаря этому многие жители не платили ни налогов, ни оброка, чему были несказанно рады. Ливизнейские власти, конечно же, поначалу пытались бороться с этим возмущающим обстоятельством, но разговоры о том, будто в самых темных и безлюдных лесных местах водится древняя жуть, только от вида которой любой валится замертво, да местные звери с зубками длинной в локоть начисто отбивали охоту у аристократических семей наводить здесь свои порядки. А уж тем более что-либо строить. Оттого-то на пути до столицы, находящейся точнехонько посреди страны, городов больше не было.
  
   Девушка шла, махая из стороны в сторону своим узелком с немногочисленными вещами и напевала песенку про пьяного бычка. Ну, помните: "Идет бычок, шатается, пьянея на ходу..." Шла, кстати, в противоположную сторону от Руфиштарна, так что неизвестно, чем бы закончилась ее путешествие, не набреди она на разбойников.
  
   Да, да, самых настоящих!
   Это Марта поняла сразу, как увидела что на светлой лесной полянке, виднеющейся из-за деревьев, стоят грязные (судя по виду), немытые (судя по запаху) люди. И не просто так стоят, а ржут словно стая ворон, время от времени не забывая подпинывать привязанного к дереву беднягу. Разбойники так были заняты своим делом, что не заметили появления девушки. А зря. Она не стала скрываться и ползти к ним по все еще мокрой от росы траве, аки тать в ночи, хотя, не будем спорить, такие мысли проносились в перепуганной девичьей головке, а с узелком наперевес рванулась на помощь жертве разбойников. Однако трава была такой мокрой и скользкой, а юбки такими длинными, что Марта не удержалась и поскользнулась. По счастью, прямо перед ней стоял один из разбойников, чей большой круглый живот, словно мягкая перина, принял удар на себя. Разбойник охнул, крякнул и рухнул словно столетний дуб, со скрипом да грохотом. Сидящая на его животе Марта испуганно прижала свой узелок к груди и подняла взгляд на остальных душегубов, замерших в странных позах. Один из них вдруг отмер, приподнял черную повязку, скрывающую его левый глаз (между прочим, вполне здоровый!) и внимательно оглядел девушку. Задержавшись на ее выбившейся из-под платка косице неприметного серого цвета, он вдруг как-то сбледнул с лица и затрясся. Очень так знакомо затрясся... Настолько знакомо, что Марта наконец вспомнила этого одноглазого, который на самом деле был двуглазым.
  
   - Дядя Марк! - вскричала она более счастливо, чем удивленно. И то правда - кто же будет пугаться кровного родственника, пускай тот и живет не вполне честным трудом?
   Однако, несмотря на столь теплый настрой племянницы, дядюшка не спешил бросаться к ней с объятиями, хорошо знакомый с Мартиными "особенностями".
   Еще бы ему не быть с ними знакомым, ведь именно из-за нее он когда-то сбежал из родного дома и подался в разбойники, лишь бы больше никогда в жизни не сталкиваться с ребенком, который лишил его самого дорогого- мужского достоинства. Ведь именно Марта, однажды неудачно споткнувшись и протаранив носом пол, столкнула мирно пылившийся на краешке лавки топор. Тот, вместо того, чтобы как положено любому инструменту дровосека упасть на пол и затихнуть, взлетел к самому потолку и устремился вниз к мирно посапывающему на полатях Марка, отрубив тому одним махом все самое ценное: и бороду, и шикарные усы, которым завидовала не только вся деревня, но и два окрестных села. Поэтому более чем понятно, отчего так испугался разбойник. Кто знает, чего он может лишиться благодаря племяннице в следующий раз?
  
   Та, надо сказать, времени даром не теряла и уже молитвенно протянула руки к своему горячо любимому родственнику.
   - Дядюшка! - в голоске надрывные ноты, в глазах слезы блестят.
   - Ма...ма...Марточка - зазаикался тот, медленно, но верно отступая к лесной чаще, пока Марта не перешла к более активным действиям.
   - Марта? - недоуменно спросил стоящий к нему ближе всего тощий желтолицый верзила - А разве это на та, которая тебя...ну, это... лишила!
   - И ничего я его не лишала, - зарделась девушка словно маков цвет и спрятала за спину до того практически сжавшие в объятиях дорогого родственничка руки.
   Лицо желтолицего отразило всю гамму чувств от непонимания до откровенного ужаса. Видно, о Марте он тоже был наслышан. Затем желтолицый всплеснул руками-палочками и унесся прочь с воплями, вслед за ним в гуще деревьев и кустарника скрылся и одноглазый; еще пятеро, растерявшись от такого поведения своих вожаков, оправились следом.
  
   Марта тяжко вздохнула, сползла с поверженного ею разбойника (он тут же ползком скрылся в лесу) и подошла к привязанному к дереву человеку. В узле у девушки нашелся нож, которым она перерезала веревки на пленнике, и чистые тряпки для перевязки. Несчастный был избит и сильно исцарапан, поэтому девушка для начала обмыла его раны, набрав воды в ближайшем ручейке, а уж затем наложила тугие повязки. Конечно, не будь она простой деревенской девушкой, привыкшей и за скотиной ходить, и дрова колоть, и родного папаню из трактира в полночь спроваживать домой, маловероятно, что это удалось бы ей с первого раза. Да что уж греха таить - и с десятого-то наврядли! Ибо уж очень высоким и тяжелым парнем оказался пленник, так что пришлось порядком повозиться. Зато когда все процедуры по умыванию и перевязыванию были закончены, перед Мартой лежал вполне симпатичный молодой человек. Правда, с синяком под глазом и глубокими царапинами через все лицо, но ведь всякому понятно, что боевые шрамы только украшают мужчину .
   Волосы у него оказались длиннее, чем принято в крестьянском быту, до плеч и редкого для Ливизнейских земель светлого цвета, однако одежда превратилась в клочки. Так что и не определить, кем он является - знатным вельможей, дальним странником или одним из баронских выродков. Как бы то ни было, Марте он понравился. Отчего-то было приятно любоваться его аристократически правильными чертами лица и упрямой складочкой меж бровей. Возможно, оттого, что в ее родной деревне таких не водилось.
   Наконец, вдоволь насмотревшись, девушка решила разбудить своего спасенного. Но увы!Ни пощечины, щедро отвешиваемые отнюдь не нежной девичьей ручкой, ни пинки под филейные части тела, ни обильный душ не привели к желанному результату. Более того, похоже, незнакомцу это нравилось, так как после последнего, особенно сильного удара под пятую точку, он свернулся калачиком и довольно зачмокал.
   У Марты после такого прямо руки опустились.
  
   Тем временем на лес опускались сумерки. Затихли пташки, перестали мелькать среди деревьев рыжие беличьи хвостики, и даже гулявший в высоких древесных кронах ветер улегся. Картина вроде бы и милая, но девушка знала, что через пару часов, когда солнце скроется из глаз, начнется настоящая свестопляска. Ведь недаром столько россказней ходило об этих лесах и их пугающих ночных обитателях.
   Так что, опасаясь застать ночь в лесу, Марта решила испытать последнее средство. Нет, не сделать ноги, как решила сейчас половина читателей. И даже не изнасиловать по -быстрому первого (да еще и красивого!) мужчину, который от нее не убегал, как решила вторая половина. Это может и умно, но героиня наша была для такого слишком доброй и сердобольной (и вообще, сказано же вам - сказка это!).
   Она просто склонилась над парнем и чмокнула его в губы.
   Отпрянула. Полюбовалась на довольную, но продолжающую спать физиономию спасаемого и чмокнула еще раз. И еще раз. И еще...
   В общем, неизвестно, сколько бы еще порций "поцелуя любви" ему досталось, если бы незнакомец вдруг не обнял Марту и не прижал к себе...
  
  
  
   Парня, которого Марту угораздило отбить у "романтиков с большой дороги" звали Штарн. А еще он был принцем. Настоящим. С соответствующим каждому Настоящему Принцу знаком отличия - родимым пятном в виде короны на копчике. Причем при демонстрации оного девушке, дабы доказать свое происхождение, он получил сапогом под царственную пятую точку. Чтобы, значит, прекратил совращать честных девиц. Так что теперь принц выглядел так, как будто побывал в схватке с драконом - с двумя симметричными синяками под каждым глазом и держащимся за поясницу. Уважаемые читатели, наверное, возмутились сейчас, твердя на все лады, что, де, синяк-то у парня был всего в единственном количестве, однако... Вы же не думаете, что такая девушку просто так позволит себя лапать, пусть и богатому, пусть и принцу, но наглому красавцу?
  
   Свежеспасенный принц, после того, как очнулся и схлопотал от Марты по морде лица за поползновения на девичью честь, свистнул молодецким посвистом (пара-тройка ворон даже получили сердечный приступ) и как рявкнет:
   - Волик, нечистая твоя душа, тащи сюда свой пушистый зад!!!
   В тот же миг, словно из-под земли, перед Мартой и принцем предстал огромный волчара. Желтоглазый, большелапый и такой белый, каким может быть только свежевыпавший снег.
   Штарн потрепал волка по морде и пожаловался Марте:
   - Представляешь, этот гад мохнатый охотится поскакал, а меня тем временем разбойники скрутили. С собой, как назло, ни денег, ни оружия - я их на прогулки с собой не беру, неудобно. Не представляю, как выкрутился, если б ты не появилась столь вовремя.
   Марта смущенно опустила глаза и стала ковырять туфелькой лесную подстилку.
   Штарн тем временем легко вскочил на волка, затем подхватил Марту за талию и усадил впереди себя. Та только и успела, что взвизгнуть и покрепче сжать в руках вещи.
   - Не бойся, - шепнул на ушко принц - Нам надо уйти как можно дальше, а Волик поможет сделать это быстро. Ты, главное, держись!
   Штарн легонько хлопнул животинку по боку, и волк, словно только этого и ждал, пружиной взвился ввысь. Пред Мартиным взором пронеслись верхушки деревьев, стремительно темнеющее небо с призраками первых звезд и малознакомое лицо блондинистой наружности.
   "Мамочка, спасииии..." - подумалось девушке.
   Больше ничего из полета на волшебном волке она, по причине глубокого обморока, не запомнила.
  
  

Часть вторая: "Марта в королевском дворце".

   Марта проснулась оттого, что между лопаток появился ощутимый зуд. Она попыталась почесать спину, недовольно заворчала, когда это не удалось, и стала устраиваться поудобнее на подушке. Та была жестковата и взбиваться никак не хотела.
   - Что ты делаешь?! - раздался над ухом возмущенный шепот. Причем голос оказался подозрительно знаком.
   Марта сонно приоткрыла один глаз, осмотрелась и наконец ужаснулась своему поведению. Начать хотя бы с того, что "подушкой", над коей она вот уже несколько минут измывалась, оказалось бедро принца Штарна. Не то чтоб он сильно против - судя по хитрым глазкам, как раз наоборот, однако сидящая напротив женщина просто-таки сверлила Марту взглядом. "Так вот чего спина-то чесалась!" - поняла девушка и зябко поежилась. Эта неизвестная особа с небольшой короной в волосах внушала ей страх.
   Женщина? С короной? О нееет... только не говорите, что это... королева!!!
  
   Марта зажмурилась и вцепилась в Штарна, мечтая обратиться в невидимку. Однако и в этот раз удача обошла ее стороной.
   Принц вздохнул и начал отцеплять ее пальцы от своей рубашки:
   - Мама, познакомься -Марта, моя спасительница. Марта - это мама, королева Ливизнейского государства.
   - Здравствуй-те... - выдавила из себя перепуганная Марта, которую таки развернули к королеве лицом.
   Царственная особа недовольно поджала губы и слегка кивнула. Еще б она была довольна! Родной сын и наследник ввалился к ней в покои посреди ночи, оборванный и избитый, да еще и с деревенской девицей на руках. Верхом на волке, к тому же, да не через двери, а сломав крышу! Королева только и успела, что присесть на ложе, да схватиться за сердце: Штарна, своего старшего сына, она любила более других, потому такие вот ситуации, как плен, он от нее по возможности скрывал. Но сегодня ему пришлось все рассказать.
  
   Ну что ж,.. Марта, - королева вскинула гордый подбородок, словно показывая, кто тут кто, - Штарн поведал мне историю своего спасения, в котором вы сыграли не последнюю роль. Какую награду вы хотите получить за столь мужественный поступок?
   Марте стало неловко. Что могла она, простая девушка, попросить у этой блистательной женщины, на чьем лице большими буквами написано к ней, Марте, презрение?
   - Ваше Величество, могу я рассчитывать на место в замке? Работы у меня нет, как и жилья в городе...
   - Это все? - королева удивленно вскинула острые брови; она рассчитывала, что деревенская тетеха затребует как минимум мешок золота, а в казне итак шаром покати... но слово королевы - закон! - Тогда считай ты принята. Будешь служанкой, у нас их вечно не хватает. А теперь ступай, стражник за дверью объяснит тебе куда идти. Все-таки ночь на дворе и я желаю отдыхать!
   Марта подпрыгнула на месте и вылетела за дверь королевской опочивальни, провожаемая двумя такими похожими синеокими взглядами. Вот только один - насмешливо-заинтересованный, другой неверяще-высокомерный. Как только дверь за девушкой закрылась, принц Штарн отвесил королеве легкий поклон.
   - Отдыхайте, матушка, а мне, пожалуй, тоже пора. Не смею вас более тревожить.
   - Ступай, милый, да не забудь вызвать лекаря! Ато знаю я тебя... - только сейчас королева позволила прозвучать в голосе обуявшей ее тревоги за сына.
   Штарн улыбнулся самой нежной своей улыбкой, поцеловал царственную мать в щеку и выскочил за дверь. Королеве же было не до улыбок: во-первых, ее драгоценный отпрыск, да к тому же первый наследник, чуть не расстался с жизнью из-за привычки к вольной жизни, во-вторых он смотрел на эту девчушку, Марту, так, как ни смотрел ни на одну другую женщину. А уж женщин-то у него всегда было в избытке, ибо пошел Штарн в своего давно почившего батюшку, а тот, помнится, тоже за каждой юбкой волочился. Вспомнив своего дражайшего супруга, королева тяжко вздохнула - вот уже больше года, с момента смерти короля, бремя власти лежало на ее плечах - и наконец пришла к единственно верному, по ее мнению, решению: наследнику пора было подобрать жену. Разумеется, из богатой и достойной семьи, да побыстрее, пока его увлечение одной юной особой не зашло слишком далеко.
  
   Королева облегченно откинулась на пуховые подушки, затем нащупала спрятанный в складках балдахина шнурок и дернула за него. Через несколько минут раздался осторожный стук, и в комнату вошел камердинер Ее Величества, в спальном колпаке, ночной рубашке, криво сидящих на носу очках и босой. Очевидно, так спешил, что едва успел одеться.
   - Альфредо, - обратилась к нему королева, - Разошлите с самого утра глашатаев по всей стране с объявлением - ровно через две недели состоится Королевский Бал, приглашаются все знатные девушки Ливизнейского Королевства... Ах да, и не забудьте починить крышу!
   Королева позволила себе довольно расслабиться. Бал - идеальное место для поиска достойной невесты, да и принц не сразу заподозрит, что праздник устроен с целью его оженить. Уж очень не любил Штарн, когда его к чему-нибудь принуждали насильно, но и он не сможет устоять против такого количества прекрасных, на все готовых ради него, девушек. А когда догадается, отнекиваться станет поздно...
  
   Принц тем временем, не подозревая о планах матери, рванулся догонять свою спасительницу, благо она не так далеко ушла.
   - Марта! - окликнул он сворачивающую в сторону кухни девушку.
   Та обернулась и непонимающе воззрилась на Штарна. Принц умилился, глядя в ее наивные распахнутые глаза. В замке, да и во всем городе, пожалуй, столь простодушных девиц не водилось. "Простодушных, но отнюдь не беспомощных!" - напомнил принц сам себе.
   - Ты же теперь служанка?
   Девушка кивнула.
   - Вот только скажу ключнице, да устроюсь в людской...
   - Тогда вот еще что... - принц сделал паузу, невольно расползаясь в улыбке, - Теперь постоянно будешь при мне.
   Марта тихо спала с лица. Общения со Штарном ей хватило на три года вперед, и она надеялась, что хоть некоторое время сможет избегать этого. Да и не дело простой служанке общаться с принцем, особенно таким симпатичным...
   - Эт что это я делать-то с вами буду?
   - Как это что? А почему у меня синяк лишний под глазом и спину ломит?! Покалечила - теперь будешь лечить!
   Марта подавила вздох. С особами королевской крови много не поспоришь, особенно если он твой работодатель.
   - Хорошо, господин.
   - Тогда завтра с утра приходи, мои покои третьи от королевской спальни. И знаешь что, милая Марта?.. - принц так близко приблизился к девушке, что щеки ее заалели, - Еще раз назовешь меня господином наедине, всыплю десяток плетей!
   Пока девушка соображала, как ей себя вести, посмеивающийся Штарн удалился быстрым, грациозным шагом. Марте только и оставалось, что качать головой: чем дальше, тем страннее и страннее становилась ее жизнь. И все же, отчего так радостно стучит сердечко?..
  
   Последующие две недели потихоньку слились для Марты в странную круговерть. Служба в королевском замке оказалась не так проста, как ей думалось. Возможно, так случилось из-за постоянного присутствия принца, возможно из-за того, что на следующий же день после памятного его спасения королева объявила о празднике в честь Штарна. А праздник означал бал, а бал...бал - это целый ворох работы!!! Купи, принеси, подай, обменяй... Девушка так уставала, что к вечеру едва могла дойти до своей кровати в людской. В такие моменты она размышляла, почему не попросила у королевы денег вместо работы: да, бесспорно, в замке жилось неплохо, но после тихой деревенской жизни к его ритму сложно было привыкнуть.
  
   Однажды вечером она, как всегда, отправилась в покои принца. Надо сказать, каждый раз, видя его, Марта начинала смущаться, припоминая все те истории, что ходили о молодом наследнике. Ибо все они, как одна, носили исключительно неприличный характер. Штарном восхищались, Штарна любили, но весь замок знал - принц редкостный бабник, и оставалось только удивляться тому количеству прелестниц, что побывали у него в покоях. Марта и сама не раз замечала, как принц раздает направо и налево игривые взгляды, целует дамские пальчики и отвешивает комплементы. Всем, кроме нее, и отчего-то это обстоятельство особенно злило девушку.
   Вот и сейчас принц лобызал очередной девушке ручку и что-то страстно шептал в аккуратное ушко, прямо у дверей, ведущих в его покои. К счастью, внутрь не приглашал, отчего Марта облегченно перевела дух, наблюдая за происходящим из-за портьеры находящегося в нескольких метрах от парочки окна. Пряталась скорее по привычке, нежели от страха - служанке наследника побаивались читать нотации за постоянные отлучки по его поручениям, хотя она и была обязана наравне со всеми готовить замок к предстоящему балу. По крайней мере в глаза, а вот за спиной ходили постоянные пересуды, но такое для любого места, где живут более двух женщин, привычно. Да и как тут не рождаться сплетням, если молодая, пусть и невзрачная, девушка днями (а чаще ночами) пропадает в покоях красивого принца-бабника?
   К чести Штарна надо сказать, что совращать Марту он и не думал. Хотя нет, думал, часто, но делать ничего не делал - вдруг пристукнет сгоряча подсвечником? Убьет может и не убьет, но покалечит прилично, а принц и так после плена был весь расцвечен синяками и ушибами. С лица он с помощью лекарей все конечно свел в первый же день (лицо наследника - лицо самого государства, надо соответствовать!), но телу и парочке сломанных ребер от этого легче не стало. Теперь ему требовались постоянные перевязки и втирания, что Штарн мог доверить только проверенному человеку. Ибо любой другой мог или отравить, или приворожить принца, подсунув ему зелье под видом мази, были в королевской семье и такие случаи. Так что, недолго думая (думать много вообще вредно), Штарн доверил почетную обязанность по лечению своего прекрасного царственного тела Марте, тем более, что той не впервой было лицезреть его королевские прелести.
  
  
   Несчастная Марта уже отстояла себе обе усталые после последнего предпраздничного дня ноги, когда штарнова вертихвостка наконец от него отстала, сытая и довольная после порции внимания наследника. "Словно пиявка какая!" - Марта зло сплюнула красотке вслед и быстро юркнула в услужливо распахнутую Штарном дверь. Сплетни сплетнями, но привлекать к себе еще большее внимание обожателей принца ей не хотелось. Те и без этого в толк не могли взять, отчего она оказалась столь приближена к наследнику, а тот не спешил ни с кем делиться историей с нападением разбойников.
  
   Принц стрельнул глазами вправо-влево по коридору, проверяя, не подкарауливал ли кто, и закрыл за собой дверь, предусмотрительно заперев ее на ключ.
   Только будучи в собственной спальне, он позволил себе расслабиться. Марта всегда удивлялась, как сильно меняется принц, пока никто его не видит: из обворожительного, прекрасного молодого человека, идеального Принца он превращался просто в себя, Штарна, нахального и привычного. Куда только девалась царственная осанка да надменный взгляд? И, если говорить начистоту, такой Штарн Марте нравился куда как больше.
   Убедившись, что девушка при деле - готовит бинты - Штарн позволил себе наконец скинуть надоевший ему за день сюртук и со стоном упал на кровать. Министры опять весь день издевались над ним, докладывая о политической обстановке в стране, протягивая на подпись бумаги... За последнее время он все чаще стал задумываться о том, что завидует собственному конюху; тому, по крайней мере, не приходится выслушивать статистические данные по урожаю капусты в стране!
   - Болит? - сочувственно спросила Марта у обессиленного принца.
   - Ты сейчас про голову, или про все остальное?.. - простонал царственный страдалец.
   Девушка вздохнула, перекинула на спину длинную косу и стала стаскивать со Штарна рубаху. Тот не мог пропустить такое развлечение и следил за ней хитрющими глазами из-под длинных ресниц. Марта к подобному уже привыкла, но все равно иногда смущенно краснела.
   - Может, немного поможешь себя раздеть?! - кряхтела она, безуспешно дергая за ткань. Наедине можно и пофамильярничать немного.
   - Знаете, милая девушка, я бы конечно с радостью разделил ваше неприличное желание, но увы, временно не в силах! Так что придется вам самой... - выдал принц нарочисто-задумчиво, еле сдерживая наползающую при виде возмущенной девичьей мордашки улыбку.
   - Чего же тогда распинался битый час у дверей перед той фрейлиной, коли не в силах?! - пропыхтела Марта, силясь выдернуть из-под тяжелого Штарна его рубашку.
   Та усилий не оценила и расползлась по швам, оставив в руках ойкнувшей девушки один лишь рукав.
   - Так ведь о репутации забочусь, - Марта выглядела столь растерянной, а фраза его вышла настолько скорбящим голосом, что принцу стало весело. Но едва зажившие ребра быстро стерли хорошее настроение в прах - Штарн скривился.
   Марта укоризненно покачала головой и стала смазывать его раны целебной мазью, да пеленать бинтами порезы и ссадины, разбойники хорошо постарались. Хоть и казалась девушка сердитой, на самом деле она только что не плакала, наблюдая за полным боли лицом Штарна. С другой стороны, будь с ним все в порядке, разве беседовали бы они сейчас, разве могла она, деревенская, да еще и дурнушка, любоваться самым завидным в десяти королевствах женихом?
  
   Наконец девушка закончила перевязку и присела на ложе возле сомлевшего от усталости и заботы принца. Лицо его во сне было спокойно, аристократично-одухотворенно, волосы отливали чистым золотом в неровном сиянии свечей, длинные черные ресницы трепетали. Марта вздохнула: ее маленькому глупому сердечку внезапно стало тесно в груди, так что и дышалось с трудом.
   "Пойду-ка я спать, от греха подальше!" - решила девушка и хотела было уже удалиться, но не дали. Ее персональный "грех" обвил сильными руками девичью талию и увлек на ложе, так что Марта и пискнуть не успела. Попробовала разомкнуть объятья, но куда там!
   - Останься, - то ли приказал, то ли попросил сонным голосом, а потом снова затих, задышал глубоко, как могут только спящие.
   Марта прикусила губу и пустила одинокую слезинку - она в очередной раз убедилась, что все несчастья мира выпали на ее долю. Поелозила, устраиваясь, да и сама не заметила, как заснула принцу вослед, убаюканная его теплым дыханием и нежными руками. Проснулась Марта лишь на ранней заре. Подскочила на месте более неудерживаемая разметавшимся по одеялу Штарном, оправила чепец да платье и вылетела вон.
  
   Едва затворив за собой двери королевской опочивальни, Марта решила как можно быстрее скрыться из Спального крыла. К ее несчастью, не одна она поднялась ранним утром: не успела девушка и двух шагов сделать, как навстречу ей выплыла сама Королева, в ночной рубашке и халате поверх, с идеально уложенными волосами, гордая, всезнающая. Ей не нужно было объяснений, она сама давно обо всем догадалась. Марта присела в реверансе, склонила голову с нестерпимо горящими щеками.
   - Ты и сама все понимаешь, правда? - промолвила она, не сводя с девушки льдистых глаз.
   Марта кивнула. Как бы ни была она наивна, но даже мысль о том, что...нет, Штарн - наследник, будущий король, так что ни на что, кроме как на роль временной игрушки, она не претендовала.
   - Думаю, ты согласишься сразу после бала получить расчет и отправиться, скажем, к графу Барлоу в его загородное имение. Им как раз пригодится толковая девушка.
   - Да, моя госпожа, - тихо произнесла Марта, все так же не отрывая взгляда от пола.
   - Мир жесток, девочка, - устало проронила королева и неспеша удалилась в себе.
  
  
  

Часть третья: "Марта и Прекрасный Принц".

   С самого утра замок стоял вверх дном. Туда-сюда сновали посыльные, горничные, пажи, поварята и даже королевские фрейлины. А все оттого, что вечером должен был состояться Большой Королевский Бал!
   Ах, бал... Сколько в слове этом надежд юных прелестниц, вздохов престарелых вдовушек, брызг шампанского из королевских виноделен! Столица гудела разворошенным ульем в преддверии знаменательного события. Еще бы, ведь сам наследник будет присутствовать, такой красивый и, что самое важное, холостой!
   Оттого-то и волновался город, вмиг превртившиися в место паломничества знати со всего Королевства; приехали даже самые бедные, из самых отдаленных уголков страны, кто с дочерьми, кто с сыновьями, кто старый, кто слишком молодой... Всем и каждому хотелось попытать счастья, авось повезет сродниться с самой Королевой-матерью? На худой конец хоть с каким-нибудь вельможей, но обязательно побогаче, да повыше статусом!
  
   В каждом трактире, в каждом доме какая-нибудь девица (ато и несколько враз) крутилась возле зеркала, примеряя бальный наряд. И хотя не все из них обладали благородной фамилией, гарантирующей приглашение на королевский праздник, каждая принаряжалась, как только могла; кому-то суждено было попасть на бал, тонконогой серной выписывать танцевальные пируэты под руку с самыми достойными молодыми людьми страны, кому-то - стоять у ворот замка, жадно ловя слухом доносящуюся из-за стен чудесную музыку, а коли повезет, так и поглазеть на разряженных именитых гостей.
   Одним словом, в этот день всяк лелеял собственную мечту о счастье, кроме, пожалуй, одной только Марты. Как раз сейчас она носилась с поручениями, из одного конца замка в другой, не имея времени даже не на мечту, а на минутный отдых. К тому же вечером ей предстояло прислуживать гостям на празднике, чего девушке отчаянно не хотелось. Ведь там обязательно будет присутствовать королева, на которую ей и взглянуть-то страшно, и принц. С ним встречаться и вовсе казалось неловко, а тем более наблюдать за привычным для него флиртом с многочисленными именитыми красавицами.
  
   При мыслях об этом Марте хотелось бежать прочь замка, однако, во-первых, бежать ей было особенно некуда и не на что, во-вторых - мешало извечное женское любопытство. Интересно было, пусть и в качестве обслуги, побывать на настоящем королевском балу, увидеть прекрасные танцующие пары, пышные платья, до последней черточки вобрать в себя творящееся наяву чудо, чтобы потом, наедине, спрятать его в самой глубине сердца, иногда вспоминая и смакуя.
  
   Наконец, в беготне и заботах, прошел день, наступил вечер. Замок распахнул свои ворота навстречу многочисленным гостям. Один за одним прибывали они, бесконечной вереницей шелка, бархата да самоцветов, провожаемые прожорливыми взглядами зевак.
  
   Марта бродила по огромной бальной зале, ощущая все происходящее сном. Головой правда не вертела, - всей прислуге строго-настрого сие запретили под угрозой немедленного наказания - однако то и дело бросала по сторонам полные восхищения и любопытства взгляды. Даже принц на некоторое время вылетел из ее восторженной головки, ровно до тех пор, пока его золотистая шевелюра не промелькнула в толпе. Его сложно не признать - единственный светловолосый мужчина во всем замке.
   Ругая себя на все лады за слабость, Марта подобралась к нему поближе, умудрившись при этом ничего не уронить со своего подноса с напитками и сластями для гостей. Принц Штарн обнаружился в компании какой-то черноволосой дамочки, чему Марта ни капли не удивилась, для него ж отсутствие рядом очередной женщины смерти подобно! Внешностью та обладала несколько непривычной, но притягательной: высокая, белокожая, с немного раскосыми глазами, алым ртом; упакована в бесстыдно облегающее черное бархатное платье до полу, с таким глубоким декольте, что даже искушенному принцу стоило немалых усилий хоть иногда отводить взгляд. Марте эта бледная совсем не понравилась, странной она казалась, неправильной...
  
   Девушка страшно удивилась, когда дама резко обернулась к ней и взяла с подноса пару бокалов, а затем, скрыв от принца свои манипуляции за длинными рукавами, ловко всыпала что-то в один из них. Не видь Марта в ней соперницу, сама б никогда не заметила - настолько быстро вышло сие у девицы, очевидно, уверенной, что никто ничего не приметил; знать мало обращает внимания на прислугу, даже на подглядывающую, считая ее чем-то вроде меблировки. Да и подними сейчас Марта шум, кому поверят - ей или титулованной особе?..
   Женщина передала бокал с неизвестной отравой принцу, приглашающе отпивая из своего. Он едва успел пригубить напиток, когда отчаявшаяся Марта проявила наконец свою природную смекалку (это она так ее называла, другие же говорили "неуклюжесть"): запнулась о чей-то длинный шлейф и опрокинула свой поднос прямо на коварную Черную Даму.
   Штарн поперхнулся шампанским и выронил свой бокал.
  
   Облитая и запачканная шоколадом аристократка заголосила на весь зал, сверкая злыми черными глазами и пытаясь выпутать волосы из пастилы.
  
   Оглохшая от воплей на одно ухо Марта бросилась было извиняться, но поскользнулась на мокром полу и рухнула на орущую женщину, впечатав ту лицом в мраморный пол.
  
   Стихла музыка, танец оборвался. Гости со всего зала стягивались к месту происшествия, вытягивая в любопытстве шеи. Где-то раздалось хихиканье - оттесненные от принца женщиной в черном, дамы не упускали шанса поиздеваться над поверженной какой-то служанкой соперницей.
   Штарн бросился поднимать пострадавшую, почти груб отталкивая Марту.
   - Уходи отсюда, быстро! - прошипел он едва слышно ошалевшей от собственной дерзости девушке.
   Она вскочила, ужаленная таким отношением, и умчалась прочь, в людскую, где долго-долго прорыдала в подушку.
   "Вот спасаешь, спасаешь этих принцев, а благодарности никакой - одни проблемы!" - размышляла Марта, все еще вздрагивая от проходящих рыданий. Спустя минуту усталая девушка забылась беспокойным сном. Проспала, правда, недолго, около часу, после чего в комнату ввалились пара живущих здесь же служанок.
   Переполненные впечатлениями, девушки трещали не прекращая, обсуждая прошедший бал. Так, Марта из чужих уст услышала и о своей выходке. К счастью, форма у всей обслуги одинакова, так что никто не узнал ее, иначе не обошлось бы без последствий, все-таки знатную оскорбила, а такие обид не прощают. К тому же принц подсобил, попросил прощения у Черной Дамы и до конца вечера не отходил от той ни на шаг, покоренный ее красотой и изяществом. А вот в конце произошло нечто странное... едва часы пробили полночь, женщина оставила принца и сломя голову полетела прочь из замка, очарованный наследник - за ней, однако догнать не смог. Говорят, красавица так спешила, что потеряла по дороге одну туфлю, принц потом бережно подобрал обувку и прижал к самому сердцу.
   - Сама видела, ей богу, Лара! - вещала, видимо, очевидица произошедшего, - Стоит наш Штарн на лестнице, у парадного входа которая, с туфлей обнимается, весь такой печальный! Я так сразу и обмерла,: все, думаю, пропал наш молодец велеречивый, и ладно бы в кого другого влюбился, так нет же, выбрал швабру себе какую-то...
   - И че дальше, че дальше то было? Мы с Талькой в это время на кухне казаны драили, так что все интересное пропустили! - жадно поинтересовалась вторая девица.
   - А дальше принц давай выяснять, что за баба то была, откудова, да никто не знает! Приехала ин-ког-ни-то, как доложили королеве, а после усвистала с такой скоростью, словно сам северный ветер в ее карету впрягся! Принц такое услышал, помрачнел, а потом как выдаст... такое!!!
   - Что, что?.. - нетерпеливо заерзала Лара.
   "И впрямь - что?.." - заволновалась Марта.
   - Сказал, что в жены возьмет любую, кому туфля подойдет!!! Ты представь только - любую, даже безродную! Вот завтра и начнет желающим эту тапку примерять.
  
   Служанки синхронно вздохнули мечтательно и немедленно завалились спать - им очень хотелось не проспать тот момент, когда начнется примерка. Даже захрапели синхронно. У Марты же сна ни в одном глазу не осталось.
   - Чего ж это делается-то?.. - пробормотала она обеспокоенно и тихонько поднялась со своего тюфяка.
   Не верилось, что Штарн так скоротечно воспылает любовью, да еще решит незамедлительно жениться. Может, задумал историю какую?
   На этот вопрос мог ответить только он сам, поэтому Марта, осторожно крадучись по спящему замку, пробралась к королевским опочивальням и тенью метнулась к знакомой двери. Та оказалась открыта, что странно, потому как принц на ночь всегда запирался на ключ.
  
   Марта вошла, прикрыла за собой чуть скрипнувшую дверь, затем запалила фитиль предусмотрительно захваченной свечи. Штарн обнаружился на кровати, спящим... Хотя нет! Подойдя поближе, девушка с удивлением увидела его распахнутые невидящие глаза и мертвенно-бледное лицо, какое только у покойника бывает.
   - Отравили! - ахнула она.
   Подбежала, положила руку ему на грудь... дышит. Сразу откатила от сердца удушливая болезненная волна.
   - Штарн! - позвала тихонько Марта спящего.
   Никакой реакции.
   - Почему с тобой всегда именно так..? - пробурчала она недовольно.
   Вздохнула. Поцеловала в знакомые мягкие губы, долго, не отрываясь, как целуют только любимого.
   Полюбовалась на подозрительно довольную рожицу принца, подбирающиеся к стратегически охраняемым частям тела шаловливые ручонки и довольно хмыкнула: пристает, значит ожил!
   - Ты хоть помнишь, что завтра жениться обещал?
   - А? - волшебное слово на время отбило у Штарна охоту приставать, он спрятал руки за спину, - На ком это?
   -Ты главное не переживай! - зауспокаивала его Марта и поведала о событиях вечера, начиная с того момента, как принц глотнул таки шампанского, щедро сдобренного неизвестным порошком.
   С каждым словом наследник делался все мрачнее.
   - Околдовала меня, ведьма, видать, королевой стать захотела... Хорошо еще, я только каплю попробовал, иначе б точно не очнулся. Спасибо, опять ты меня спасла! - принц чмокнул девушку в веснушчатый нос.
   - Так ведь завтра явиться, злодейка, впереди всех влезет, чтобы очередь не ждать, - напомнила смущенная девушка, - Как тогда быть?
   - Завтра и узнаем, а пока - спать! - Штарн увлек Марту за собой, привычно обняв и положив подбородок ей на плечо. - Не сбегай от меня сегодня, вдруг заклятье вернется и я буду вынужден взять в жены эту страхолюдину?
   А Марта не особенно и сопротивлялась...
  
  
   Утро выдалось беспокойным и для большей части обитателей замка похмельным. С самых первых петухов к замку выстроилась длиннющая очередь из женщин, девушек, старух и даже нескольких юношей - весть о выборах в невесты принца за ночь, казалось, облетела всю страну. Штарн уже находился в тронном зале, приготовившись к церемонии Примерки, туфля лежала на бархатной подушке в руках королевского церемониймейстера, Марта припряталась за троном со скалкой в руке. Королева, сославшись на плохое самочувствие, отсутствовала (на самом деле, сын и наследник попросту запретил появляться ей сегодня, во избежание высокопоставленных жертв, да и маму он любил).
   Наконец герольды протрубили начало и лотерея под названием "Влезь в туфлю - получишь принца" началась. Первой в очереди стояла толстая герцогиня, на которую принц взирал с содроганием, настолько объемной была ее фигура и прыщавым лицо. Впрочем, таких дамочек за ней стояло еще немало... Только-только принц протянул ей обувку, как появилась и та, для которой, собственно, затевалось представление; растолкав всех, кого можно, к трону приблизилась недавняя ведьма, снова вся в черном.
   - Любимый!!! - взвыла она, кривя в подобии страстного обещания алые губы, - Ты звал, и вот я пришла!
   - Вашу ногу, сударыня, - быстренько охладил ее пыл принц.
   Ведьма хмыкнула и гордо подняла ногу. Потянуло неприятным запашком, у принца защипало в глазах, но он нашел в себе мужество накинуть туфлю на столь неаппетитную конечность.
   - Возьми же меня, мой ко... - начала было дамочка, да осеклась, - Но как это... она ж размер в размер была!!!
   Бальная туфелька на ее ноге сидела как калоша на комаре, то есть была размеров на десять больше! Ведьма синела, зеленела, но обувка от этого меньше не становилась.
   - Следующий! - рявкнул принц, кажется, потеряв к черноволосой всякий интерес.
  
   Как всегда не вовремя из-за трона выпала слишком рьяно подглядывающая Марта, распластавшись прямо подле принца. Или вовремя?
   - Может и вы рискнете, раз уж ближе всех сейчас ко мне находитесь? - предложил ей улыбающийся Штарн.
   Марта, неверяще застыв, стряхнула с ноги старый пыльный башмак и легко скользнула в предложенную туфельку, пришедшуюся ей ровно впору (не зря Штарн пол ночи, пока она мирно сопела, пытался снять точные мерки ее ножки, а потом еще несколько часов ждал пока сапожник изготовит башмачок). Довольный наследник немедленно притянул Марту к себе и поцеловал в макушку - поиски невесты опеределенно закончились, толком не начавшись.
   Слегка пошатывающаяся от свалившегося на ее голову счастья Марта даже не пискнула. Зато завопила ведьма, да как! Топала ногами, изрыгала проклятья, сверкала страшными очами, с каждой секундой теряя когда-то привлекательный облик. Кожа ее сморщилась и покрылась пятнами, спина согнулась, нос вырос и заострился наподобие крючка, а руки превратились в костлявые тощие грабельки.
   - Я отомщу! - бушевала она, - Я вас всех перебью, и королевство станет моим!!!
   С пальцев ее стали слетать молнии, плавящие все, к чему притронутся. Народ с криками разбежался кто-куда, Штарн оттолкнул Марту подальше за трон и двинулся на ведьму, угрожающе выставив перед собой церемониальную шпагу, что обычно висела в ножнах на поясе его парадного камзола. Несостоявшаяся невеста захохотала, явив миру свой беззубый рот и направила на принца длинный костлявый палец:
   - Сдохни! - прошипела она.
   Однако сделать так ничего и не успела- сначала получила в лоб штарновой шпагой (ни на что другое она не годилась), потом повалилась на пол под весом вцепившегося ей в горло белоснежного волка. Никто и приметить не смог, когда он появился в зале!
   Тут же погасли все молнии, не поддерживаемые более силой колдуньи.
   - Волчек! - радостно поприветствовала спасителя Марта и ринулась его обнимать.
   - Тьфу, гадость! - сплюнул тот, оторвавшись от почившей под его зубами ведьмы, - Даже крови в ней не осталось, настолько она стара. А все туда же, всевластья захотелось!
   Марта ойкнула.
   - Говорит...
   - Конечно, говорит, - не удивился Штарн, потрепал волка по холке, - Спасибо, брат, я думал мне конец пришел.
   "Это с кем же путалась Королева, если волк у принца в братьях ходит?" - мелькнула мысль в ошалевшей Мартиной головушке.
   Неизвестно, до чего бы додумалась маленькая служанка, если бы все мысли не спугнул полный любви поцелуй. Все-таки нашей Неуклюжей Марте достался довольно нетерпеливый принц!
  
  
   Вскоре Штарн женился на Марте, и даже королева не стала противиться браку - принц дал слово жениться, принц женился! Затем он, правда, отказался от короны в пользу второго по старшинству брата (сколько их у него он и сам сказать не мог, а мать скромно отмалчивалась), да и уехал жить на край королевства, вступив во владения землями, на которых стояла деревня Комариные Выпаски, родина его любимой. Что касается Марты, то она так навсегда и осталась Неуклюжей, однако для принца она была лишь Самой Прекрасной. О чем он и твердил ей каждый день, не забывая, впрочем, целовать свою Прекрасную в сахарные губки!
  
   Конец!
  
  
  
  
  
  
  
   верста - 1,0668. метр.
   Так простонародье Ливизнейских земель именовало незаконнорожденных детей аристократов. По законам государства знать обязана была принять в семью любого из своих внебрачных детей, но, фактически, находились они в более низком положениие в обществе, чем законные наследники.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 9.00*5  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Субботина "Плохиш" (Романтическая проза) | | Л.Летняя "Проклятый ректор" (Магический детектив) | | CaseyLiss "Случайная ведьма или Университет Заговоров и других Пакостей" (Любовное фэнтези) | | Ю.Эллисон "Хранитель" (Любовное фэнтези) | | В.Мельникова "Избранная Иштар" (Любовное фэнтези) | | А.Оболенская "С Новым годом, вы уволены!" (Современный любовный роман) | | С.Елена "Невеста из мести" (Приключенческое фэнтези) | | О.Обская "Невеста на неделю, или Моя навеки" (Попаданцы в другие миры) | | И.Зимина "Айтлин. Сделать выбор" (Любовное фэнтези) | | И.Смирнова "Проклятие мёртвого короля" (Приключенческое фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"