# История 33. Огни

Ярослава Осокина

Глава окончена. Обновление 20.02.2016

Во времена Империи День мертвых не отмечали. Праздник не соответствовал официальной идеологии, да и попросту считался мрачным.

В магическом сообществе провинций его все же не пропускали, выполняли все необходимые ритуалы: но только за наглухо закрытыми окнами и дверьми. Широко праздновать стали только после распада, когда Империя, наконец, выпустила страну из своих крепких медвежьих объятий.

Несмотря на мрачную подоплеку и множество страшных суеверий, сопровождающих этот праздник - вот, например, считалось, что в этот день умирали нарушившие свои гейсы, - он был одним из самых красочных событий в году.

Все начиналось в канун Дня мертвых, ночь на первое ноября. С наступлением вечера открывались ярмарки, гуляния, на нескольких площадках города проводились концерты, выступали уличные фокусники, гадалки и разряженные в костюмы мифических героев маги.

По поверьям, в этот день среди живых веселились и танцевали мертвые, и чем ярче был праздник, тем довольнее были духи - и тем спокойнее были они весь следующий год. Больше огней, больше музыки, угощения и пьяного меда - залог тихого-мирного сосуществования.

В этом году с миром и тишиной проблемы появились сразу же.


Около часу пополудни в канун Дня мертвых начались перебои с электричеством; отключились все вышки связи.

Перестали работать телефоны: и стационарные, и мобильные. Телевидение, узлы общей компьютерной сети - все было недоступно. Электричество мигало еще часа полтора, но к четырем отрубилось окончательно.

Кое-как ловили сигнал радиостанции из столицы: там тоже были перебои, но правительственная станция была неуязвима, пока хватало топлива в запасных генераторах.

По радио постоянно передавали обещания властей в скором порядке разобраться с неполадками, инструкции для населения и уверения в том, что на праздник все это ни в коем случае не повлияет.

На улице вышли отряды добровольцев - маги и люди вперемешку, развешивали объявления с информацией о ходе работ, помогали по мере сил тем, кому требовалась помощь, наладили постоянное патрулирование улиц.

В город пригнали дополнительные генераторы, но с починкой подстанций и узлов связи дело шло медленно. Из-за скачков напряжения электроника вышла из строя.

На словах друг другу передавали несколько версий, одна другой страшнее - и что Гражин накрыло приливной волной инвазий, и теперь жди-пожди атаки армии монстров. А еще говорили, что маги бунтуют и совершают диверсии.

Ну и, конечно, о конце света тоже немало говорили. О нем всегда говорят, благодатная тема.

По радио транслировали музыку, напоминали о том, что все под контролем и призывали не унывать.

Все-таки праздник.


Среди работающего офисного населения в этот день самой главной проблемой было только одно: сидеть на работе или расходиться уж по домам? Света нет, телефоны не работают, батареи ноутбуков потянут часа два и все. Хорошо тем, у кого газовые плитки - хоть чаю погреть, а так уже и разговоры все переговорили, и бумажную работу переделали, пока свет из окон позволял.

Даже обсуждать причины аварии и сколько еще электричества не будет стало скучно.

С темнотой прекратился дождь, который шел почти весь день. Центр и старые районы города были освещены: газовые фонари исправно работали, их разве что вручную пришлось зажигать.

Гуляния начались куда как раньше обычного, да и народ веселее был.

Давно такого не было: вместо электрических гирлянд и лампочек город украсили причудливые мерцающие огни, созданные магами. Грозди зеленых "болотных светлячков" на бесполезных пока проводах и фонарных столбах, голубоватые искры "огней святого Эльма" на крышах, антеннах и ветвях деревьев, оранжевые, золотые и алые гирлянды вдоль улиц, круглые фонари, скалящиеся прорезанными зубастыми ртами, с теплящимися "вечными" свечками внутри. Вот это было действительно волшебство, сказочно красивое, недолгое - всего лишь на одну ночь! - и оттого еще более чарующее.


- Когда я вступал, мне сказали, что это заклятье - для защиты Лиги. Сказали, что многие раньше вступали в Лигу только на спор, или чтобы высмеять их потом публично. Это не темная магия была, и я дал согласие... я ведь не собирался ни предавать, ни обманывать. Поэтому снять не получится: добровольно принял. Меня предупредили, что глубокое сканирование может принести вред... и после того, как его нанесли, я больше не могу рассказывать то, что видел и слышал... о Лиге защитников искаженных.

- Как в сказке, - вдруг сказала Энца. - Там герой должен был окаменеть, если расскажет правду. Злой колдун вредил королю, а герой мешал, но когда его стали обвинять в том, что он сам во всем виноват, герою пришлось рассказать, и он навсегда окаменел.

- Не нагнетай, - покосился на нее Джек.

- И ты молчал,- сказал вдруг Саган, и в его словах было недоумение. - Молчал... неужели ты думал, что такое заклятье накладывают просто так?

- Они потом рассказали... что на самом деле готовят. Понемногу, не сразу. Я думал, что для защиты этих сведений плата не столь уж высока.

- А если ты напишешь об этом? Эффект тот же? - поинтересовался Джек.

- Да. И если нарисую. Это все запрещено.


Найти штаб-квартиру Лиги было очень просто. До смешного даже - они совсем не прятались. Да и к чему бы? Их и так задвигали в тень, изымая даже сведения об их существовании.

Но Унро был упорен. После жуткого открытия о природе монстр-объектов, которое так легко и без особых эмоций воспринимали Энца и остальные, он первую ночь даже спать не мог.

Вспоминал всех тех искореженных, многоруких, многоногих, похожих на рыб, на коряги, на мешки с внутренностями... не мог вспомнить - тогда и не разглядывал особо. В Белене, родном городе, эти существа уничтожались сразу.

Унро не раз участвовал в массовых облавах и защите во время приливов. Он не думал ни секунды - да и то сказать, когда еще думать. Те, которые приходили с приливами, были быстрыми тварями.

Тварями... сколько из них были людьми?

Унро вспомнил первое дело в Гражине, на которое он ездил с Джеком и Энцей. Маленький ужеподобный объект и огромный монстр, похожий на человека-дерево, который не фонил, не нападал, а просто тянул свои иссушенные корявые почти-руки к маленькому... боги, кем были эти двое?

Кем были все остальные, кого он убил или поймал?

Слова Энцы о том, что это всего лишь гипотеза, не успокоили Унро ни на секунду. Идея эта настолько четко вошла в привычную картину мира, заполнив невидимую до того пустоту, что было даже непонятно, как же он раньше этого не знал.

Наверно, если бы Джек не упомянул Лигу, Унро еще не скоро бы вышел на нее. Может быть, он перегорел бы с этими переживаниями или придумал какое-нибудь свое сообщество, пытаясь открыть правду людям и что-то изменить.

Так или иначе, после пары дней поиска Унро нащупал пару контактов, разослал электронные письма. Один из адресов оказался мертвым, а вот со второго ему ответили: кратко, всего лишь еще одним адресом, куда Унро отправил следующее письмо.

И уже на следующий день он ехал на встречу. Ответное письмо из Лиги было многословным, взволнованным и даже радостным - неизвестная ему Александра горячо приглашала его на встречу, ведь как раз в этот вечер будет небольшое собрание. Там он сможет понять, действительно ли хочет вступать в Лигу, сможет ли участвовать в ее деятельности...

Нет, Унро дураком не был. И эта восторженность, безоговорочное доверие совершенному незнакомцу, который лишь осторожно интересовался в письме, действительно Лига занимается тем, что про нее говорят, насторожили его. Как можно доверять всем подряд?

Но позже, познакомившись с Александрой, Сашей, Сашенькой - она была человеком, не магом, - Унро понял, что та иначе и не может.

Она выполняла функции привратника-регистратора-координатора встреч, она любила всех и искренне верила в то, что Лига делает правое дело.

Саша была не в себе. Через некоторое время Унро это понял, но спрашивать постеснялся. Она смеялась, подпевала песенкам из радио, которое постоянно играло у нее в приемной, и никогда не огорчалась. На собраниях она не присутствовала: только подавала чай. Наверно, Саша была очень ценным сотрудником - кто, кроме нее смог бы так искренне уверять, что согласиться на заклятье нужно обязательно? Кто смог бы так увлекательно и захватывающе рассказывать о том, как они все вместе поднимают большое и важное дело?

Унро вляпался в эту паутину сразу и всеми лапками. Увяз - и сам не понял, что произошло. Радостно шел вместе со всеми к светлой общей цели, обсуждая детали - не такие уж и существенные, как потом оказалось, - и выполняя небольшие поручения.

Раздобыть уточненную карту геомагнитных зон Гражина. Составить сводки расчетов по напряженности полей, или принести закрытые данные по запрещенным для широкого доступа плетениям.

С доступом к архиву это было проще простого.

Мелкие задания вроде доставки банок с красками или создания небольших охранных печатей на кусочках картона - якобы для защиты активистов в решающую ночь. Унро порой даже обижался, что ему достается простая и незначительная мелочь. Хотел помогать больше.

Ну и... сегодня уже узнал, к чему так незамутненно стремился.

Ломал лицо в улыбке.

Про себя думал: может, шутка?

Это необходимо, сказали. Так нужно. Зато потом все будет так, как мы хотели. Этот мир скажет нам спасибо.

Ведь мы починим его.


Из этого всего он только и смог рассказать, как нашел и вступил в Лигу.

- Идем, - сказал Саган и жестко, за воротник, потащил Унро за собой. - Что ж ты раньше молчал?

Едва не упав, юноша послушно пошел следом, только осторожно высвободил куртку из пальцев Сагана.

- Куда идем? - спросила Энца.

- К Каролусу, - пояснил Саган. - Старый придурок наверняка умеет что-нибудь хитрое и запрещенное, мы все из тебя вытащим, и ты не помрешь.

Джек и Энца поспешили следом.

- Что-то произойдет, да? - спросила Энца. - Не отвечай, если нельзя.

- Произойдет, - кивнул Унро. - Сегодня. Больше не могу сказать. У меня уже болит, вот тут.

И приложил руку к груди, где и в самом деле ныло что-то, тупо и пока слабо.

- Давит, - пожаловался он.

Джек и Энца подхватили его под локти и потащили быстрее.

Каролус уже собирался уходить: в старомодном котелке, кашне и пальто, все угольно-черного цвета, он походил на карикатурного темного мага из детских книжек. Доктор нахмурился, глядя на ввалившуюся в его кабинет группу.

Саган, уже успевший немного изучить заведующего, не дал тому и рта раскрыть:

- У нас тут какое-то черное-пречерное загадочное проклятье, и парень помрет вот-вот, - выпалил он, и Джек вытолкнул вперед Унро.

Каролус, невольно охнув, практически подхватил юношу в объятия, хотел было оттолкнуть его сразу, но замер.

- Ну надо же, - пробормотал он, кладя ладонь на лоб Унро и заставляя того присеть на кушетку.

Потом, не размахиваясь, резко хлопнул юношу по лицу. Унро, закатив глаза, упал навзничь.

Саган кашлянул, а Энца, оглядевшись, аккуратно закрыла дверь.

- Тройной аркан Грипссона, - с уважением сказал Каролус. - Я о нем только читал. Это где вы такое отыскали?

- Там таких же еще целая куча, - мрачно отозвался Джек. - Этот парень знает кое-что важное и хочет рассказать. Можно обойти блок, чтобы он и не помер при этом?

Каролус тем временем скинул пальто и шляпу и начал водить руками над телом Унро.

- Он уже умирает, - после паузы произнес врач. - Обратный отсчет пошел. Но я остановил - и действие аркана, и самого мальчишку. Насколько важно вытянуть из него информацию?

Его черные блестящие глаза поочередно обежали всех троих. Энца подумала, что Саган верно угадал - Каролус было достаточно бессердечным и любопытным, чтобы заинтересоваться проблемой, но не ее причиной. Моральная сторона вопроса, кажется, и вовсе для него существовала только в виде казуса, свойственного остальным людям. Не ему. Интересно, считал ли он сам себя человеком? Многие сильные маги прошлого любили порассуждать о том, что они являются сверх-людьми, иной расой.

Глупые мысли. Только чтобы отвлечься, не думать о том, что сердце бедняги Унро сейчас стоит... и "обратный отсчет пошел"...

Стоит ли жизнь Унро тех сведений, что он хотел выдать?

И - последнее время извечный вопрос - можно ли доверять доктору?

... А выхода, кажется, и нет.

- Что, если мы выудим только то, где это находится и пойдем сами разбираться? - предложил Джек.

- Что же ты везде сам лезешь? - рассердился Саган. - У нас куча специально обученных магов, которым только наводку дать нужно... Может, посмотрим у него в телефоне контакты и от этого будем плясать? К чему рисковать его жизнью? У нас и так... целая палата бессознательных.

- Нет, - сказала Энца.

Ей и самой было странно слушать свой голос: миг назад она еще не могла решиться на то, надо ли вообще лезть в разговор.

- Унро уже решил, что это стоит его жизни - ведь он собирался идти за помощью и все рассказать, зная, что за это будет. Если есть возможность дать ему рассказать, так и надо сделать. Может быть, записать... иначе все бессмысленно. Он рискнул, а мы отказываемся от него...

- Решено, - тут же подвел итог Каролус.

Сбросил пиджак и закатал рукава багровой рубашки.

- Ты, парень, - ткнул он в Сагана, - записывай видео. А ты, длинный, задавай вопросы. Я сейчас сплету печать, которая удержит его... ну и, может быть, сохранит жизнь. Выводить буду из стазиса на короткие промежутки времени, потом давать восстановиться. Всем понятно?

- А мне что делать? - спросила Энца.

- Стой у двери и следи, чтоб никто не зашел, - сосредоточенно отозвался Каролус. - А то у меня опять лицензию отберут.

Дисциплинарный комитет размещался в одном здании с адвокатской коллегией, прямо за Северной заставой, стоявшей на Михайловской железной дороге. Район был тихий, старинный - но тихий только пока неподалеку не построили стадион. Без сомнения, неординарное творение современной архитектуры... от которой, например, у Офелии сводило зубы.

Поэтому она давно поставила свой стол так, чтобы окно было за спиной - лишний раз не смотреть на вздымающиеся над черепичными крышами и купами деревьев изогнутые металлические ребра. Вблизи стадион напоминал распускающийся цветок - или клубок, в центре которого взорвался мощный заряд.

Старший специалист головного отдела имел счастье занимать старое место Офелии, и потому круглый день наблюдал эти самые металлические конструкции, но в отличие от начальницы ничего против современной архитектуры не имел. А по вечерам и вовсе любовался: включали подсветку, желтую по обычным дням и мерцающую сине-фиолетовую - в праздники или во время соревнований.

Сегодня было что-то необычное, наверно, из-за отключения электричества. Металлические ребра освещались то слепяще-белым светом, то алым, - и снова тонули во мраке. Алые сполохи бежали, пульсируя, по всей длине ребер, белый светил ровно и мягко.

Старший специалист Алегаро завистливо вздохнул: билеты на концерт сейчас были совсем не по карману: ипотека съедала почти все заработанные деньги. Но было бы, наверно, здорово, не потолкаться по дороге домой в праздничной толпе и потом просидеть вечер у телевизора за столом с родней подруги, а повеселиться на концерте.

Когда в кабинет, где под гроздью "светляков" на потолке собрались почти все работники комитета, ворвались пятеро вооруженных мужчин, первое, о чем подумал Алегаро, было тоскливое: "А ведь до конца рабочего дня оставалось всего пятнадцать минут..."

Мужчины тем временем рассредоточились по северной стене комнаты, от двери до окна, и один из них сухо произнес:

- "Свободная ассамблея". Никому не двигаться. Руки перед собой, ладонь в кулак, большой палец внутри. С данного момента Дисциплинарный комитет распущен, действия его признаются незаконными. Руководство будет арестовано и осуждено. Сейчас у вас есть возможность искупить свои грехи, встав в наши ряды.

Его аура тлела изнутри багровым: сильный маг. Рубленые, почти равнодушные фразы пугали едва ли не сильнее, если бы мужчина орал на них и тряс этим своим ружьем, которое висело у него на шее. Алегаро не разбирался в оружии, но штука выглядела... массивно.

- Что вы себе позволяете? - высокомерно осведомилась Офелия, уверенно подойдя к говорившему магу.

Тот нахмурился, а потом быстрым, змеиным движением схватил даму за горло.

Раздалось дружное аханье, вскрики. Кто-то вскочил на ноги, но мужчины синхронно подняли оружие. Офелия хрипела.

- Мы за новый мир! За свободу! За возможности! Идите с нами, чтобы навсегда изменить прогнившее общество! - почти шипел маг, удивительным образом перекрывая судорожные всхлипы дамы.


- Слышишь меня, Унро? - спросил Джек. - Если да, говори сразу самое главное. Мы будем тебя понемногу держать, потом давать отдохнуть.

- Стадион, - медленно, через силу произнес Унро. Заклятье, наложенное Каролусом, не позволяло чувствовать боль, но вместе с тем юноша практически не ощущал тело. Казался сам себе сдутым шариком, и хотелось только одного: спать. - Стадион памяти защитников Агелина, сегодня вечером... ритуал...

Бледное, почти серое лицо юноши покрылось бисеринками пота, и он прикрыл глаза.

- Не спи, Унро, - строго сказал Джек и положил руку ему на плечо. - Какой ритуал? Опасно?

- Опасно... Нет. Спасут мир...

Память вдруг вернулась, четкая до тошноты. Строгое и спокойное лицо координатора, раздающего последние указания. Сашенька, с доброй улыбкой кивающая в такт его словам.

Унро попытался вдохнуть - не хватало воздуха, словно кто-то сел сверху и давит, давит на ребра... в груди кольнуло - боль возвращалась.

- Очень опасно, - ясным голосом произнес он. - Все погибнут.


Две девушки пробирались в праздничной толпе, двигавшейся в сторону центральной площади. Высокая брюнетка шла как ледокол сквозь толпу, таща за собой миниатюрную рыжую. Та хихикала, подмигивала симпатичным молодым людям и огрызалась в ответ на возмущение тех, кого они случайно толкали.

- Я же говорила тебе, Кло, - спокойно заметила первая, - надо было заранее позвонить.

- Я не виновата, что всю неделю у нее телефон недоступен! - воскликнула девушка. - Я звонила и звонила.

- Надо было позвонить ее парню.

- А я не хочу с ним разговаривать!

- Ты как ребенок, меня это даже удивляет, - укорила ее Камелия. - Где мы их теперь найдем?

Они вынырнули из людского потока и постояли немного, отойдя в пустынный переулок.

- Ну и толпища тут, - восторженно заметила Кло. - Я уже отвыкла в нашей дыре, что столько народу бывает! Слушай, я в программе развлечений видела фейерверки, только надо добраться до реки, чтобы с моста смотреть. Пойдем, да? Пойдем?

- Подожди, - вдруг остановила ее Камелия и подобралась, - прислушайся.

- К чему прислушаться? - насупилась Кло, но все-таки немного повела носом по сторонам - как принюхивающаяся лиса.

- Ничего я не слышу, - с досадой отозвалась она. - Давай уже пойдем, а то... А-а-а!

Взвизгнув, девушка отшатнулась за спину коллеге. Из-за мусорного бака в конце переулка, медленно перебирая многосуставчатыми бледными лапами, ползло белесое, слегка опалесцирующее существо размером с крупную собаку.

- Монстр-объект, - константировала Камелия, побледнев.

Ее рука машинально потянулась к телефону - и опустилась. Связи нет. Где ближайший опорный пункт патрульной службы? А отделение маг-бригады?

Ну как чувствовала, что не надо было ехать в этот Гражин, прекрасно бы отметили и у себя дома. Пусть и в "дыре", как выражается Кло.

- Так, - закусив губу, сказала Камелия. - Вали-ка ты обратно, поймай кого-нибудь и спроси, как добраться до маг-бригады. А я его приторможу.

- Нет! - тут же воскликнула Кло. - Оно тебя сожрет, никуда не пойду!

- Кло, не выделывайся. Это, конечно, не полтергейст, но на практике и не такое видали... давай, беги за...

Камелия осеклась. Она всегда гордилась своими способностями к сканированию, но сейчас... сейчас они, кажется, ее подвели. Девушка замерла, фиксируя начатое плетение, и осторожно усилила свою сеть, увеличив радиус. Один объект, два... еще шесть плотной стайкой... или семь?

- Там еще целая куча, - сказала она, и голос, к ее досаде, дрогнул.


- Унро, давай еще раз. Соберись, парень, - сказал Джек.

Он присел на корточки рядом с кушеткой и держал Унро за руку.

- Скажи, что именно произойдет на стадионе и когда.

- Сегодня...

- Сегодня, это я понял. А точнее? Время определенное есть?

- Нет... есть... полночь. Так он сказал.

- А что там будет?

- Ритуал.

- Ритуал, правильно. А в чем он состоит? Как его остановить?

- Есть пароль... отзыв... - сказал Унро.

Логическая цепь его мыслей была непонятна Джеку, но чувствовалось, что система все же имеется, и Унро не просто бредит.

- Чтобы не трогали, - пояснил юноша, снова прикрывая глаза. - Чтобы не трогали.

- Не спи, Унро, говори, - попросил Джек.

- Если звезды... уже вышли на небо... То надо говорить, что дорога и так видна.

Унро сглотнул. Снова боль - теперь гораздо сильнее, чем прежде.

- Джек... моим родителям не забу...

Каролус, в принципе не переваривавший патетику, быстро отключил юношу, давая время на передышку.


- Опять мигает, - сердито сказал Роберт. - Поправь, Сова.

- Почему я опять? Я в прошлый раз поправлял.

На потолке замерцали еще несколько огоньков: в Чайном домике вместо освещения использовали выклянченные в хозяйственном отделе зимние гирлянды. Цепочки шариков с нанесенными рунами были едва заряжены и постоянно гасли, раздражающе мигая. Перед праздником конца года их обычно заряжали целую неделю, а тут какие были, такие и дали. Поэтому время от времени кто-нибудь из магов вставал и поправлял артефакт. Для экономии света в кабинет набились еще пять человек из других отделов, подтащив свои столы и стулья.

- Привет, ребятки, - бодро произнес Артемиус, заходя в отдел. - Как жизнь?

Гирлянды разом мигнули - и ровно, сильно загорелись.

- Отлично, - ухмыльнулся Сова. - Еще минут десять - и будет просто отпад, как только дежурство закончится. Уже достали эти кислые морды вокруг.

Артемиус пошевелил кустистыми седыми бровями и вдруг спросил:

- Звезды уже вышли на небо?

- Звезды? - удивился Роберт, разворачиваясь всем корпусом к шефу. - Вроде бы там облачно, да еще и не так стемнело...

- Дорогу, - откашлялся вдруг один из магов, сидевших в углу. Встал и серьезно посмотрел на Артемиуса. - Дорогу и без того видно.

Артемиус покивал и неуловимо быстрым движением вскинул руку. Маг, захрипев, упал на пол, загремев стулом.

- Та-ак, естественный отбор идиотов провели, - буднично сказал шеф. - Ну что, никто еще высказаться не хочет? А то смотрите. Ну, там про звезды и прочее? Нет?

Только сейчас Роберт заметил на руках Артемиуса черные перчатки, расшитые алыми нитями - знаменитые усиливающие артефакты, с помощью которых шеф во времена активной службы наводил страх и ужас на нарушителей. Роберт обменялся недоумевающим взглядом с напарником, и Донно пожал плечами: мол, тоже непонятно.

Он начал было говорить, но в дверях появился Яков: рукава рыбацкого свитера закатаны по локоть, очки свисают на цепочке с шеи.

- У тебя сколько? - спросил он. - У меня двое.

- Один, - отозвался Артемиус, досадливо поморщившись.

- Шеф! - влетел, потеснив в сторону Якова, заместитель. - Что творится? Там в коридоре лежит кто-то. Я..

- Звезды уже вышли на небо? - быстро спросил его Артемиус.

- Чего? - осекся зам. - Какие звезды?

- Жаль... эх, а какая возможность была... Точно ничего на ум не приходит, а? - с надеждой прищурился он, - Или слова забыл?

- Шеф, - осторожно сказал зам, - может... вам полежать?.. я за доктором отправлю.

- Доктор в каталажке, - хохотнул вдруг Сова. - Что за хрень творится, я тоже хочу знать!

- Собирайтесь, ребята, - серьезно сказал Артемиус. - Ты, дружочек, останешься сегодня за главного, будешь сторожить контору, а мы идем в город. Чрезвычайное положение. Общая мобилизация.


- Ритуал - это темная магия... они сказали, что... оправданно. Будут откаты... и прорывы. Этого они не... говорили, я сам... сам знаю, так всегда бывает... но не знал, не знал, что темная магия...

- Тише, тише, - успокоил его Джек. - Конечно, не знал. Ты бы не стал участвовать.

- ...там будет заперто, я делал запоры сам, по формуле... Лазарева-Квилла. Джек, больно... можно что-то сделать? Дышать тяжело...

Джек резко повернулся к Каролусу, но тот стоял с закрытыми глазами, чуть склонив голову на длинной худой шее. Узловатые пальцы шевелились в воздухе: врач поддерживал юношу плетениями.

- ...двойные запоры - с усилением в базовой части. Они, наверно, поставят их снаружи, чтобы не вышли... а я думал - для того, чтобы никто не зашел... Но они нанесены на картонки... простые куски плотной... бумаги...

Унро запнулся. Каждый заход давался ему все тяжелее и тяжелее, боль почти не утихала, иглой пронизывая грудь и поднимаясь все выше, но он упрямо продолжал говорить.

- Там будут... Везде будут люди. Они станут помогать. Чтобы ничего не сорвалось.. Джек, пароль и отзыв... чтобы не трогали.

- Ну, теперь, - влез Каролус, - надо решать - или он договаривает, или спасаем.

- Достаточно.

- Хватит.

Саган и Энца заговорили одновременно - до этого оба боялись подать голос, чтобы не сбить настройки Каролуса или не отвлечь Унро и Джека от разговора.

- Молодец, - сказал Джек серьезно. - Ты все верно сделал и выполнил задание как надо.

Энце хватило пары секунд, чтобы сообразить: Джек дает Унро возможность в дальнейшем - если оно будет, это "дальнейшее" - обелиться. Конечно, топорно - с чего бы и кто смог дать обычному архивному работнику такое задание? Но ничего, это все потом можно будет продумать и развить...

Унро слабо улыбнулся - и спросил:

- А зачем ты мне подмигиваешь, Джек?

Саган вздохнул.

- Идиот, - печально сказал Джек. - Ты и помираешь, а все равно идиотские вопросы задаешь. Сможешь стереть этот кусок? - обратился он через плечо к Сагану.

- Да, конечно, - отозвался тот, выключая запись.

Пока Каролус, спешно оттеснив Джека и Сагана от бессознательного тела, растягивал останавливающие плетения, Энца думала, сопоставляя услышанное с тем, что она знала.

- Стадион, да? А ведь у нас есть билеты на это представление, - сказала Энца. - Помнишь, Саган, ты их отдал?

- Отлично, - зло усмехнулся Джек. - Едем туда сейчас же. Ты, Саган, давай в Чайный домик лети, с телефоном и рассказом, пусть тоже подтягиваются. Док, надо парня в реанимацию, разве нет?

- Вспомнил он, - проворчал Каролус. - Реанимацию ему. Кто ж его возьмет? Сначала чары надо снять, иначе вся электроника выйдет из строя.

Саган не слушал его, с тревогой глядя на Энцу - та спешно переодевала сапоги с каблуками на кроссовки, вытащенные из рюкзака.

- И что вы вдвоем сделаете? - спросил он.

- Что-нибудь, - синхронно пожав плечами, отозвались напарники.

- Тогда меня подождите, - воскликнул Саган. - Подождите там, я обернусь быстро. а вы вдвоем - как пойдете против магических плетений? А если эти печати и охранные амулеты?.. вы их даже не увидите, если их спрячут. Ты, Энца, фон сможешь почувствовать?

- Молодой человек, - остановил его Каролус. - Отдайте ваш телефон, я сам отвезу его в Чайный домик. Со всеми пояснениями. А вы двое, действительно, больше пользы принесете, если будете иметь поддержку стóящего мага.

Саган заколебался.

Слишком часто их дурили последнее время. Слишком часто знакомое и привычное оборачивалось гнилой изнанкой с торчащими нитями дурных замыслов. Верить и без того подозрительному доктору?

- Я сам, - сказал Саган, и Энца одобрительно кивнула:

- Давайте выдвигаться.

Врач вздернул черные брови, а потом вскинул руку, щепотью будто бросив им в лица воздух.

Энца и Саган без слов повалились на пол, Джек охнул, побледнев, но устоял.

- Глупые наивные дети, - произнес доктор, встряхивая кистями, - ...мог бы сказать я, если бы хотел вас обмануть. И, кстати, сделал бы это минут двадцать назад. К чему бы мне весь этот спектакль? Давайте сюда телефон, мне еще нужно успеть вернуться к нашему пациенту. Побыстрее.

Саган беззвучно ругался, вставая, Джек фыркнул и помог Энце. Потом придержал за локоть Сагана, который рванул к врачу, чтобы потрясти его за грудки.

- Это не... опасно? Оставлять его сейчас? - спросила Энца, кивая на Унро.

- Сейчас нет, - ответил Каролус. - Я его остановил. Как вернусь, запущу все процессы и буду разбираться... очень, очень интересная задача...

С сожалением покосившись на лежащего пациента, Каролус вышел, по дороге выхватив из рук Сагана его телефон. Жестами выгнал всех из кабинета и запер его. Уходили по отдельности: врач пошел к служебному выходу и парковке, остальные - через главный вход.

У ворот парковки стояли двое высоких и на вид весьма крепких мужчин. Черная юркая машина доктора уже выезжала, но они преградили ей путь, и один из мужчин наклонился к окошку, что-то объясняя доктору.

Тот ответил - мужчины переглянулись и отошли.

И неожиданно свалились, как подрубленные деревья, стоило только машине отъехать.

- По-моему, наш док вошел во вкус. Или считает: раз конец света, то все можно? - Джек покачал головой, потом натянул шапку глубже. - Ладно, идем. Нам еще до Северной заставы добираться... Блин, на мотоцикле надо было ехать. Хотя этот не влез бы все равно. Ну что за жизнь... Саган, что стоишь? Такси лови.

Энца положила руку на его плечо.

- Не ворчи, Джек, - сказала она. - Мне кажется, Каролус сможет его спасти. Он мерзкий, но по-моему разбирается в своем деле.


Было тихо и покойно. Сердце больше не болело, и казалось, что дышать теперь легко.

Хотя он вовсе не дышал. Мягким пологом его укрывала тьма, тихо нашептывая невнятные слова успокоения.

"Я что-то забыл сказать", - тяжелым комом ворочалась мысль в глубине. "Какую-то мелочь? Забыл... но главное вроде бы сказал... Джек спросил, что самое главное, и я сказал. Но что-то забыл".

Только это не давало ему опуститься наконец на манящее умиротворением дно тьмы.

И еще непонятная вещь в руке - неудобная, яркая, колючая. Мешала. Унро не хотел ее рассматривать и вообще ее не хотел, но разжать пальцы, чтобы выбросить вещь, оказалось трудно: ладонь свело судорогой.

"Дурак", - сказал знакомый голос.

"Даже не думай выпускать. Потеряешь - и уже не сможешь вернуться".

Унро стремительно развернулся, ловя тень-эхо голоса, но ничего не увидел, только хвост длинной косы мазнул по щеке.