Останин Виталий: другие произведения.

Наместник (Князь Благовещенский-2)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 7.41*57  Ваша оценка:
  • Аннотация:

    В этом мире все почти, как у нас. Ездят машины, летают самолеты, человек человеку волк, а политики считаю жизнь обычного человека разменной монетой. Хотя нет, отличия все-таки есть. Тут имеется магия. И я, так уж вышло, уже умею ей пользоваться. Не черный пояс, конечно, но и пешкой в геополитических шахматах себя уже не чувствую. Поправка - не чувствовал. До тех пор пока князь не дал мне задание - отправиться в Китай и вернуть беглого подданного. Кто бы сомневался, что все пойдет не так?

    От автора: Полностью можно прочитать по подписке на Аuthor.today. Спустя время, уж не знаю какое, выложу полностью и здесь. Спасибо за понимание.

     

    -

    -


Глава 1. Испытание

Дверь сорвалась с петель и на струе пламени - настоящая ракета! -  пролетела через все немаленькое помещение. Глухо звякнула - тяжелый металл! - и упала у дальней стены. А в дверной проем уже вбегали люди. Двое, четверо, шестеро мужиков в черных комбинезонах с оранжевым кантом на плечах и поясе.

Сегодня противник не стал скрытничать. Едва только услышав скрип проминаемого "огненным тараном" металла, я взлетел с раскладушки полностью проснувшимся и готовым к бою. Привык так просыпаться.

"Кто же дизайнер их формы? Может тут Юдашкин побывал?" - мелькнула непрошенная мысль, от которой я сразу же отмахнулся. Мозг мой во всей красе - нашел время паясничать!

Первая пара черно-оранжевых была окружена едва заметным голубым сиянием - щитоносцы. Двигались они неспешно, сгруппировавшись, втянув головы в плечи. А вот вторая "двойка" сразу же лупанула по мне черными молниями. Причем, одну пустили в корпус, а другую в ноги. Третья пара только входила в помещение и не проявила себя ни защитными, ни атакующими аспектами.

На пути молний я поставил мерцающий эфир визуализированного римского скутума. Всего на миг, только чтобы отбить атаки противника, а после метнул его, как диск, благо он ничего не весил, в щитоносцев. И пока они, упирались ногами в пол, принимали на свою защиту этот снаряд, сам перешел в наступление. Потому что правы были древние - она есть лучшая защита.

За секунду я выдал свой фирменный сет - связку из трех разных аспектов. "Огненное дыхание" добило сферу щитоносцев, устоявшую после столкновения со скутумом, воздушная волна бросила их на вторую "двойку", и наконец черная плита прижала всех шестерых противников к полу. На миг, буквально, но этого было достаточно.

- Закончили! - сообщил голос из динамика в потолке.

Я опустил руки, развеивая пульсары уже готовые к применению. И пошел помогать парням подняться. Искренне надеясь, что сегодня я правильно рассчитал вес "монолита" и у дружинников обошлось без переломов.

- Крепко вы нас! - крякнул квадратный коротышка из второй пары. - Тройная связка на такой скорости!..

Я только благосклонно улыбнулся, протягиваю дэберу руку. Дескать, что да, то да. Могём. Как-никак, второй по силе маг в княжестве. Разумеется, не говоря своим спарринг-партнерам, что пока это все, чем я могу удивить, как условного, так и настоящего противника. Демонстрационный образец!

- Благодарю за разминку, ребят! Жду завтра!

Уходящие дружинники помахали мне на прощание и вышли прочь из большого, квадратов на шестьсот, каменного мешка. Единственным предметом интерьера в котором была моя раскладушка. Вот уже две недели я засыпал и просыпался только здесь. И каждое утро сопровождалось подобным ритуалом - тренировкой. Мои противники считали такую вот утреннюю зарядку блажью племянника князя, на которую он, впрочем, имел полное право. А я учился обращению с даром и скоростному производству атакующих и защитных аспектов. Наставник считал, что на старте обучения нет смысла распылять усилия, изучая все, и сосредоточил мои тренировки на наработке нескольких универсальных связок.

Засыпал и просыпался... Я не был пленником и не находился тут постоянно - только ночевал. Дядя Ваня считал, что в стрессовых условиях у меня лучше получится закрепить в памяти разума и тела связку "быстрого реагирования". Практика показывала, что он полностью прав. То что я умел сейчас и месяц назад - это две большие разницы.

- Уже лучше. - в проеме показался наставник. Слепой от рождения, он двигался легко и свободно, будто видел все, что нужно. - Немного замешкался на постановке щита, а так - молодец.

Конечно, блин, молодец! Месяц я жил в новом мире, месяц постигал непростую науку управления боярским даром, а за последние две неделе, не без помощи этой вот зверской побудки, и вовсе достиг небывалого прогресса. По крайней мере простейшие аспекты я создавал уже не задумываясь. Лишь объемы прилагаемой силы еще путал.

- Большую часть своих гипотетических противников ты впечатлишь до смерти. - начал за здравие старикан, "осматривая" меня. И, разумеется, закончил за упокой: - Но при встрече с равным, связка лишь выиграет тебе пару секунд.

А то же я не понимаю! Хорошо хоть тех, про кого говорил наставник, в Благовещенске только трое, да и те на службе у князя. Сильных боевых магов по всему миру не так много - в лучшем случае десятая часть процента от общей численности населения. Но с одним таким, который был, скорее всего, даже сильнее меня, жизнь уже сводила. Так что все правильно дядя Ваня говорит. Нет особого предмета для гордости.

- И в "монолит" опять силы вдвое больше чем нужно бросил.

- Никто же не пострадал. - первое применение данного аспекта закончилось сломанными ребрами у двоих дэберов.

- Речь не об этом. Случись затяжной бой, тебе каждая кроха дара понадобиться. Даже если ты имеешь большие резервы, это не повод расплескивать силы, как воду из колодца. У всего есть дно, Игорек.

Я покаянно склонил голову, соглашаясь с наставником внешне и не принимая его критику внутренне. Так-то он прав, силу надо беречь, но ведь есть прогресс и в этой части. Раньше я в тот же "монолит" вкидывал столько силы, на объемах которой теперь могу вести бой минуты две! А он - вдвое!

- Давай в душ и к князю. - подвел итог наставник, прекрасно видящей на ауре все мои эмоции: и явные и скрытые. Неспешно пошел к выходу, по пути доставая телефон.

- Техника и новую дверь в помещение для тренировок на минус третьем. Да, опять! Да, едим! Что еще с дверьми делать?

 

#

Завтрак у князя был традицией, которую мы с ним неукоснительно соблюдали весь последний месяц. Обильный, но простой стол: каша, яйца, блины, творог, фрукты - каждый день и в немалом количестве. В прошлой жизни я бы и половины этого с утра не осилил, ограничиваясь чашкой кофе, а при наличии времени - яичницей. Сейчас же спокойно сминал все предложенное и еще потом плюшками баловался. Точнее круассанами, которые здешние повара готовили просто изумительно.

Мой возросший аппетит объяснялся активным образом жизни. Это раньше я просиживал зад в офисном кресле и пялился в монитор компьютера или экран смартфона. Здешний мой день был расписан, если не по минутам, то по часам. Тренировка, теория магии, практические занятия по овладению даром, изучение истории мира, знакомство с его сегодняшними реалиями.

К завтраку обязательно прилагались разговоры: долгие, неспешные и обстоятельные. Князь Поярков интересовался моими успехами в овладении даром, выспрашивал про мою родную параллель и без утайки рассказывал о состоянии дел в здешней. После чего становилось понятно, насколько ущербны и неполны были мои знания, почерпнутые в общественной библиотеке месяц назад.

Например, политический расклад в Конфедерации Русских Княжеств был не таким простым, как мне представлялось в начале. То есть, да, каждое из них являлось суверенным государством, со своими законами и правилами - это я понял верно. И да, Московское княжество стремилось к доминированию на данном поле - тут я тоже не ошибся. Но, и об этом учебники не писали, территория аналогичная России в моем мире была вовсе не такой лоскутной, как мне представлялось ранее.

Игроками на внешнеполитической арене выступали не княжества, а союзы. Точнее не так. Формально эти карликовые страны были самостоятельными субъектами международного права: кто-то больше, кто-то меньше, но это уже детали. Каждое княжество имело голос в Думной палате - органе скорее совещательном, чем реально что-то решающем. И состояло во фракции. Или союзе. Не провозглашенном на бумаге, но вполне комфортно существующем в устных договоренностях. И вот союзы-то и властвовали во внешней политике.

Всего их было четыре. Дальневосточный Триумвират, состоящий из трех княжеств: Благовещенского, Хабаровского и  Поморского, определял правила игры от Сахалина до Сибири. Москва единолично рулила почти всей центрально-европейской частью, так же упираясь восточными границами своих владений (точнее границами Пермского княжества) в Сибирь. Которой управлял союз четырех князей: Тюменского, Самаровского (располагавшегося там, где у меня дома стоял Ханты-Мансийск), Енисейского и Забайкальского, подмявших под себя князьков помельче. Земли южные, все эти Краснодары и Ростовы, были под властью Восточного союза.

Такая вот получилась Россия. Жившая, большей частью времени мирно и дружно, то есть без открытых военных столкновений, но весьма увлеченно резавшаяся в политические шахматы. Жертвой одной из комбинаций я и стал, когда москвичи вознамерились приобрести активы на землях Благовещенского княжества. И которая отнюдь не закончилась щелчком по носу Нарышкину и Бестужеву, после того, как предательство моего двойника вскрылось. Просто перешло в иную фазу - теперь мой князь хотел нанести ответный удар и вырвать из влияния Москвы Пермь. О чем мы сегодня и беседовали под чаек с круассанами.

- С женитьбой настолько горит?

- Не ты, так кто-то другой. - пожал плечами князь. - Была бы, как говорится, честь предложена. На Пермские земли много претендентов...

Поярков произнес это таким тоном, будто лично ему ни до Ольги Татищевой, ни до Перми не было дела. Так, увидел возможность родича к столу пристроить, а там, мол, сам решай. Хочешь - женись, не хочешь - без тебя охотников немало.

Тут он, конечно, прав был. Княгиня Ольга - не только девушка с приятной внешностью, но и более полутора сотен тысяч километров приданого. С развитой инфраструктурой, сильными торговыми связями, месторождением хромитовых руд, алмазов и много еще чего. Правда, находилось это все у черта на куличках, если из Благовещенска смотреть. И практически входило в состав непровозглашенного Московского царства... С другой стороны - кто без недостатков? Я вот, например, вообще пришелец!

Так что - найдутся желающие, к бабке не ходи. И москвичи своего кандидата сватать будут, и местные элиты подсуетятся, да и сибирские князья... И мы... Блин, но как же далеко!

Это, кстати, было забавно - оценивать удаленность той или иной территории без точки отсчета в виде Москвы. В моем родном мире как? Все что более чем в тысяче камэ от столицы находится - глушь, провинция и вообще - дыра несусветная! Кое-кто даже считает, что и тысяча километров - это неоправданное проявление оптимизма. Здесь не так. Тут центров множество. Не каждое, конечно, княжество, на такой центр тянет, но вот Благовещенское - вполне.

Уж больно расположение у него удобное. Китай под боком, в смысле, Маньчжурское ханство, но, будем смотреть правде в глаза - для европейца разница между первыми и вторыми практически не существует. Севернее - якуты с алмазами, на своей земле реки, леса и полная таблица Менделеева под ногами. Грех с такими картами, полученными на первой же раздаче, жить плохо! Впрочем, в моем мире - смогли. Не без труда, конечно, пришлось постараться. Последовательно и систематически выкачивать из региона все, что только возможно, возвращая обратно лишь дотации из федерального бюджета...

Ладно, не о том речь!

Мы с князем вели неторопливый, но весьма напряженный для меня разговор о внешней политике государства. А именно, о династическом браке Ольги Татищевой, княгини Пермской и племянника князя Благовещенского, боярина Игоря Антошина. Меня, то есть. Признающего, что брак этот нужен и важен, но еще не смирившегося с тем, что его холостяцкой свободе приходит конец. Даже с учетом привлекательности княгини - материалы по барышне я изучил подробно.

Все-таки здорово, что я теперь легализованный пришелец в этой параллели. Правду про меня знал только узкий круг людей, но и это облегчало жизнь. Не нужно было врать в мелочах, выкручиваться, применив неуместный в здешней среде неологизм и объяснять почему я называю ихор - красным жгутом в узле дара. И еще можно было обучаться владению магией не скрываясь. Оттачивая незнакомый местным колдунам способ ее применения - визуализацию в стиле Зеленого Фонаря.

Мне здорово повезло, что тут скажешь. Когда я здесь только появился, князь Поярков сразу же заподозрил что-то странное в поведении своей правой руки и племянника. Но не стал проявлять видимого беспокойства - политик же - простые решения не для него! Вместо этого он попросил своего наставника, девяностолетнего старикана, отзывающегося на дядю Ваню, следить за мной. Что для того, имеющего редкий дар - видеть ауру человека - не стало большой сложностью. К тому же жил он по соседству с двойником, так что операция внедрения не требовала даже легенды.

В первый же вечер выяснив, что в теле обер-секретаря скрывается сознание пришельца из другого мира, наставник стал мне ближайшим помощником. И глазами князя - даром, что слепец от рождения - докладывая тому о каждом моем чихе. Мне позволили заниматься выгораживанием себя, точнее, двойника, но и себя тоже - блин, тут сложно все! - попутно вскрыв руководство филиала Потрошителей в столице Благовещенского княжества.

На что эти мудрые люди рассчитывали, я не понимал до сих пор. Все-таки чужак, в теле родного человека, с доступом к разрушительным силам боярского дара - так здесь называлась боевая магия. Я тут мог таких дел натворить, замучились бы потом город восстанавливать!

Но они сделали на меня ставку, в том числе потому, что оригинал оказался той еще сволочью и иудой. И в конце четырехдневного марафона, князь заставил настоящего Игоря, обученного специальной технике, провести обратный перенос, уже на постоянной основе поселив меня в его теле. А его, соответственно, в моем. Этакая ссылка для родича, убить которого совесть не позволяет, в тюрьме держать слишком опасно и вообще, что с ним дальше делать - непонятно.

Чем там бедолага занимался в родной мне параллели, я мог только предположить. Скорее всего, по привычке интриговал, тянул на себя одеяло и трепал нервы серьезным людям. Что вскорости ему должно было аукнуться - магом-то он больше не являлся.

У него, как мне сказал князь, остался шанс вернуться. С каждым днем становившийся все более призрачным, но существовавший. Однако, вскорости должен был приехать выписанный из Тибета специалист, который обрубит и его. Как-то там "закапсулирует нашу ментальную связь на уровне тонкого тела" - я не особо вникал в эту його-эзотерическую хрень. Сделает и ладно!

Я прописался тут. В альтернативном Благовещенске, с магией, "Москвичами", выглядящими дороже "Инфинити" и владетелями, способными устроить локальный апокалипсис. С первопрестольной у черта на куличках и международной преступной организацией, которая выращивает детей на продажу. Но главное, обзавелся друзьями и семьей. Хоть и чувствовал я себя в последней приемным ребенком.

То есть, доверять-то мне князь, вроде, доверял, но проверки проводил постоянно. Как говорится, дул на воду, обжегшись на молоке. Вот и этот разговор о женитьбе на девице Татищевой был, на мой взгляд, очередной проверкой. Ну серьезно! Отправлять в самостоятельное управление государством, да еще и находящегося под неформальным московским протекторатом, без году неделю мага и нулевого администратора? Не смешите меня! Я там такого наворочу за пару дней правления, что они с теплотой и нежностью станут вспоминать настоящего Игоря Антошина.

К тому же мне еще не открыли доступ к царскому дару - местному аналогу ядерного оружия. Это я для простоты так говорю - принципы иные, конечно. Высшая магия была способна создавать Пустоши, уничтожать города и убивать за один присест сотни тысяч людей. Без этой малости здешняя параллель не была бы такой, какой являлась. И без нее тут государствами не правили. По крайней мере самостоятельно.

- Но давай мы пока отложим вопросы династических браков в сторону. - резко сменил тему князь. Мысль его часто таким вот образом скакала с одного предмета на другой. При этом он никогда ничего не забывал. - Есть у меня к тебе поручение.

Значит, женитьба - не проверка, а морковка. А проверка будет сейчас. Ну, давай, дядюшка, грузи! В какую очередную дипломатическую миссию я должен отправиться на этот раз? С маньчжурами-то именно я вопрос по убийству посла закрывал, свалив вину на менеджера филиала Потрошителей - благовещенского мецената и предпринимателя Анджея Топляка.

- Да, Николай Олегович?

- Пупкин - помнишь такого? - кажется сумел узнать, где обретается наш беглый подданный - Топляк.

Тоже, кстати, местная фишка. Не преступник, не глава благовещенского отделения Потрошителей - организации, торгующей людьми с даром, а именно подданый. Беглый подданый. Князь таким образом давал понять, что статус и прегрешения человека, жившего на его земле и до сих пор связанного с ним вассальной присягой, имеют для него небольшое значение. Не по самодурству, а именно в ракурсе интересов государства. Нужно будет для дела - он его даже помиловать может. И плевать ему на мнение иностранных наблюдателей и нормы демократии. Чистый абсолютизм, выстроенный на крепкой, как я успел понять, законодательной базе. Выглядящий со стороны, как... семья. В мирное время представляя из себя умеренную демократию с легкими нотками анархии, в тяжелые годы показывающий истинное лицо - жесточайшую диктатуру.

Топляк сбежал из города, когда я в себя приходил от обратного переноса сознания. Почуял разоблачение, сколько успел обналичил и перевел на африканские офшоры и скрылся в неизвестном направлении. И вот уже с месяц в розыске.

- Надо его вернуть. Справишься?

Так и есть, проверка. И на этот раз не лояльности или уровня владения языком, а боевых навыков. Князь посылал меня на силовую операцию - найти злодея, скрутить и привести его под светлые очи государя.

- Один поеду? - только и спросил я.

Топляк - обычный человек. Но денежный, со связями. У него будет охрана, к бабке не ходи. И добро бы лишь гориллы с автоматами. Учитывая размеры его состояния, можно предположить  и наличие боевого мага. Последние, как показала история с миланцем, вполне могут быть наемниками.

- Господь с тобой, Игорь! - делано возмутился Поярков. - Родную кровь на чужбину отправлять без помощи и товарищей? Не по христиански это!

Целое послание выдал - для умеющих слушать. "Родная кровь" - напоминание о моем статусе и, одновременно, указание на то, что мной он готов рисковать куда сильнее, чем настоящим своим племянником. Хотя он бы и родным рисковал так же, если бы цель того требовала. Со мной все же удобнее, в безвыходной ситуации бросить пришельца проще. А это может произойти, так как упомянуто слово "чужбина", что означает действия на территории иностранного государства. "Помощь и товарищи" тоже подсвечивали частности - миссия неофициальная, но кое-какая поддержка на чужой земле оказана будет. Но, опять же, тут сомнений быть не может, только до момента, когда все пойдет не так.

Это я, кстати, не накручиваю себя, нет! Просто со светлым князем я вот уже месяц общаюсь. Изучил манеру разговора, что называется. И со всем пониманием отношусь. Мне тут надо доверие зарабатывать. Именно зарабатывать, а не втираться, как раньше.

- Когда и куда?

- Детали у Евсеева. Он занимался работой с этим артистом - Пупкиным. Он же расскажет тебе о дипломатической составляющей твоей поездки.

И князь, равнодушный к опере, но признающий ценность двойных агентов, каким являлся Иван Пупкин, в два укуса проглотил очередной круассан. Да, ест он, как не в себя! Что никак на нем не отражается: стройный дядька с гордой осанкой. Ни капли лишнего жира, даже в спокойствии излучающий энергию. На вид больше пятидесяти лет не дашь, хотя уже седьмой десяток разменял.

- Ну что смотришь? Я могу и без тебя завтрак закончить, мне торопиться некуда.

"А у тебя - дела!" - не прозвучала последняя фраза.

 

#

И все же, хоть меня окружали маги, хоть здешний Благовещенск являлся одним из центров экономики и политики Дальнего Востока, хоть жизнь моя изменилась кардинально, многое в ней осталось неизменным. Например, большую часть дня я проводил в княжеской резиденции, как раньше - в областном правительстве. Читал, занимался, шатался из кабинета в кабинет, с этажа на этаж, беседуя то с одним человеком, то с другим. Однако, если раньше моей обязанностью было собирать информацию, а после этого решать, какую можно выдавать СМИ, а какую стоит придержать или вовсе скрыть, то теперь все стало не так. Здесь я не был пешкой, как дома, а крупной фигурой на шахматной доске. С хорошими шансами стать игроком. Если сам не налажаю, конечно.

О чем это я? С этажа на этаж, да. Апартаменты воеводы у нас на первом, а княжеская гостиная на третьем.

После бегства Арцебашева к якутам, Федор Евсеев стал воеводой княжества. Теперь под рукой этого рыжеволосого мужчины с изрядной примесью восточной крови находились все военнообязанные, так сказать, боевые маги страны. И дружина - основной инструмент решения сложных вопросов, как внутри собственного государства, так и за его пределами - с соседями. Таких, когда обычных воинов привлекать уже поздно, а князя, с его Шестой Казнью, еще рано. Кроме прочего, в круг обязанностей воеводы входили и вопросы безопасности государства.

Вместе с должностью он получил крыло в княжеской резиденции и допуск к секретной информации, то есть был в числе тех, кто знал обо мне правду. Плюс, мы с ним вместе дрались с ватиканским палачом, а это что-то да значит промежду мужчин! В общем, сдружились мы с ним, хотя иной раз холодок по спине от его взгляда пробегал. И черный жгут в даре дергался, об опасности трезвоня.

- Утро доброе. Чего такой потерянный? - встретил меня воевода, поднимаясь с дивана. Работы у него, судя по всему не было, а потому он, не стремясь имитировать бурную деятельность, проводил время за книжкой. Судя по обложке с иероглифом - китайской.

Я плюхнулся рядом с ним, пожал протянутую руку. 

- Князь за Топляком отправляет. Очередная проверка на профпригодность.

- Знаешь, кабы не служба, я б сам поехал. Давно за границу не выбирался. - Евсеев аккуратно заложил книгу. - У минцев я и не был никогда. А хотелось бы.

- Серьезно? Китай в километре за рекой, а ты там не был?

- В километре, как ты выразился, Маньчжурское ханство. А до империи Мин несколько дальше.

Я кивнул, признавая прокол.

- Ладно. Рассказывай кто едет и куда именно. Николай Олегович еще что-то про дипломатическую составляющую говорил.

- На юг. - Федор особым образом смягчил "г" в последнем слове, превращая букву практически в "х", а само слово - в зеркало нецензурного. - В ту самую империю Мин. Город Гуанчджоу.

- Это... далеко.

В моей параллели южный китайский город считался свободной экономической зоной. Стоял на материке почти напротив Гонконга. И был неприлично огромным. Туда в последние годы повадились переезжать на пмж разного рода фрилансеры. Сам я там ни разу не был, хотя и порывался съездить. И вот, гляди-ка, сподобился!

- Неблизко. Но Топляк понимал, что делал. Город большой, миллионов десять, наверное, - найти его там будет непросто...

- Стой! - я аж со стула приподнялся. - То есть, нам неизвестно, где именно находится Топляк?

Евсеев кивнул. Я возмущенно втянул воздух сквозь сжатые зубы. Отлично просто! Пойди туда - не знаю куда! Найди беглого преступника с кучей денег в китайском многомиллионном мегаполисе! Ни фига себе испытание!

Новоиспеченный воевода, впрочем, внимания на меня не обратил. Он продолжил говорить, будто эмоции одного обер-секретаря к делу отношения не имели. Хотя... Они ведь и правда не имели. Все равно же поеду.

- Что до твоих спутников, то я бы предложил взять Самойлова с Сарбаевым. Сам понимаешь почему.

Я выразил согласие, чуть склонив голову. Следователь и хакер. Прекрасное сочетание. Особенно под прикрытием такой отнюдь не беспомощной уже боевой единицы, как я.

- И Василия, пожалуй. - внес я поправку. Говорил я о своем деньщике, секретаре, слабеньком целителе и серьезном рукопашнике, который был ко мне приставлен князем чуть ли не с первого дня. Я не подозревал, а точно знал, что, кроме всего прочего, он еще был шпионом. И благодаря ему каждый мой шаг становится известным князю моментально. Но я принимал правила чужой игры без обиды - все-таки был пришельцем. К тому же, иметь денщика оказалось очень удобно!

Евсеев кивнул, подошел к столу и что-то черкнул в блокноте. Затем продолжил:

- Еще будет сопровождение от маньчжуров - два человека. Их с князем уже согласовал Золотой дворец. Они помогут в пути, на месте, да и пройти смогут куда европейцу ход заказан.

Что ж, разумно. Ехать в Китай с одним только "Глаголем" в телефоне было бы опрометчиво. Это же совсем другая страна, не европы, где люди хотя бы мыслят схожим образом с нами. Совершенно иная культура!

- Официально ты едешь, как дипломат. С группой сопровождения, которая должна соответствовать этому рангу. Опять же официально ты должен будешь провести ряд встреч с имперскими чиновниками и наместником провинции Гуандун. Все необходимые к обсуждению вопросы, а так же ответы на них, я тебе отправлю на почту. Не сейчас, чуть позже. В дороге изучишь, подготовишься - там все подробно расписано. Встреча с сопровождающими маньчжурами состоится через час. Пока все.

- Ты еще скажи - пока свободен. - не вполне пошутил я, однако Евсеев все же улыбнулся. - Самойлов с Сарбаевым в курсе путешествия?

У обоих, к слову, были жены, а у Алмаза еще куча дочерей. На подъем они были куда тяжелее меня - пока холостяка.

- Извещены, прибудут сюда так же через час. И, хоть это и не мое дело, но князь попросил, я уже сгонял твоего Василия к тебе домой чемодан собрать. Так что пока у нас есть время, пойдем со мной, я тебя отдельно в дорогу снаряжу.

Я сразу же оживился. В святая святых дружины удавалось попасть редко. Не то чтобы не пускали, просто несолидно каждый раз придумывать для этого достойный повод.

- Пещера Бэтмэна? - так я окрестил служебную пристройку на заднем дворе княжеской резиденции, исполнявшей одновременно две функции: казармы дружины быстрого реагирования и арсенала. Последний находился под землей и действительно имел сходство с логовом киношного борца с преступностью. Так что впервые попав под каменные своды, я дал арсеналу новое имя. И даже объяснил его значение Евсееву.

- Угу. - чуть устало вздохнул воевода. Чуть манерно закатил глаза, посмотрите, мол, с кем приходиться работать. Юмора про Бэтмана, кстати, он так и не понял, приняв супергероя за дикого и необученного берсерка.

 

Глава 2. Коллеги

Несмотря на то, что в армии мне довелось отслужить положенные два года, к военщине я сохранил отношение трепетное и несколько романтизированное. Меня завораживали все эти скрытые от гражданских правила, традиции, обряды, которыми была полна жизнь людей в форме. Она казалась исполненной особого смысла - в отличие от зачастую глупого копошения гражданских. Конечно же, я не был идиотом, который выдает желаемое за действительное и прекрасно понимал, что за нарядной формой и строевым шагом прячется много неприглядного.

 Но я очень любил оружие. Просто-таки млел от его вида. Холодного или огнестрельного -- неважно. Разнообразные смертоносные игрушки для больших мальчиков приводили меня в восторг и вызывали жажду обладания хоть чем-то подобным. Не будь я таким ленивым, еще бы дома обзавелся охотничьим билетом и, как следствие, сейфом с какой-нибудь стреляющей железякой. Выезжал бы раз в полгода за город побахать по банкам... Не сложилось. Так, пара коллекционных ножей-новоделов и все.

 Зато я был весьма начитан и по праву считал себя экспертом в области стрелкового и колюще-режуще-дробящего оружия. В браузере на ноутбуке даже имелась отдельная папка с закладками, ведущими на страницы милитаристских форумов, где подобные мне теоретики вели свои невидимые большому миру войны. Кровавые, безжалостные, на которых слыхом не слыхивали о Женевских конвенциях и понятиях вроде "некомбатант".

 При этом из настоящего "калаша" во время службы я стрелял три раза и не помню, что отметился хоть какими-то результатами. Мы, как ни больно это признавать, те, кто мы есть. Я вот, например, лодырь с прекрасно развитыми коммуникативными навыками, а если проще -- хорошо подвешенным языком. Умеющий верить в собственное вранье, что делает его особенно убедительным. И у меня нет упорства и последовательности для овладения наукой стрельбы или боевыми искусствами.

 Что там говорить, если бы не угроза собственной шкуре, я и магию, уже присутствующую по умолчанию в этом теле, не смог осилить. И развить, кабы дядя Ваня не взялся за меня с воодушевлением, несвойственным обычно человеку столь почтенного возраста.

 Понимая это, я все же продолжал восхищаться оружием. И впервые попав в "пещеру Бэтмана", долго бродил вдоль стеллажей, заполненных таким количеством приспособлений для убийства, что хватило бы вооружить половину Благовещенска. Причем здешнего, в котором значительно больше людей живет, чем в моем родном. Классические штурмовые винтовки, похожие на творения Юджина Стоунера. Футуристические штурмовые винтовки, вобравшие в себя черты австрийского Steyr AUG, переспавшего с FN P-90. Пистолеты армейские и для скрытого ношения. Пулеметы поддержки, гранатометы, снайперские винтовки -- в арсенале дружины было на что посмотреть.

 Особо удивил меня один из залов, полностью отданный холодному оружию. Причем боевому холодному оружию, а не парадному новоделу или реконструкции. Было видно, что клинками пользовались, за ними ухаживали, и явно были готовы пустить в дело, случись необходимость. Когда я, еще в первое посещение, спросил Евсеева зачем нужны мечи, сабли и топоры в мире, где есть огнестрел и магия, он посмеялся над моей неосведомленностью, но объяснил.

 -- Это модумы, Игорь. Модифицированные одаренными оружейниками предметы, каждый из которых имеет особое свойство. Вот эта сабля, - Федор снял со подставки казачью шашку, вынул клинок из ножен и неуловимыми движениями кисти закрутил его вокруг корпуса. -- способна пробивать эфирные щиты даже очень сильных бояр. А пользоваться ей может и обычный человек, без дара. Вещице больше двухсот лет, предкам Николая Олеговича принадлежала.

 -- Артефакты! -- перевел я объяснения воеводы в понятный мне термин. Что я, про артефакты не знаю? Да в любой рпг-игре их полно!

 -- В Европе их так и называют. -- согласился тот. -- Артефактами. И мастера, их создающие, ценятся в каждой стране на вес золота. Правда, из того золота, как правило, им кандалы и отливают.

 И тогда мне как-то сразу стало понятно, почему при наличии магов, тут существуют и традиционные вооруженные силы. Не настолько крупные, как в моем мире, но все же. Потому что обычные люди могут убивать магов. Это слегка напрягало. Я как-то успел привыкнуть к своей исключительности и почти неуязвимости. Ну а после того, что Федор рассказал о специальных "модумных" боеприпасах к огнестрелу, да еще и о роботизированных снайперских комплексах, не вызывающих у мага чувства опасности, мне и вовсе поплохело.

 Сегодня же Евсеев провел меня мимо уже виденной ранее смертоносной красоты и открыл ключом тяжелую металлическую дверь, за которой я еще не был. Хотя, я так полагаю, то же самое можно сказать о большей части арсенала. За дверью оказалось длинное помещение, похожее... на морг. Ну правда! Стены от пола до потолка состояли из металлических шкафов с выдвижными ящиками, а включившийся при нашем появлении яркий холодный свет и стоящий посреди комнаты блестящий стол, только усилили первоначальное впечатление.

 -- Ты же мне не трупы сейчас будешь показывать? -- нервно хохотнул я. Воевода глянул на меня с недоумением, потом, видимо, вспомнил, что имеет дело с иномирянином, слова которого не стоит воспринимать буквально и пояснил.

 -- Шестое хранилище. Здесь у нас предметы и приспособления, к массовому производству не предназначенные. Либо дорогие слишком, либо узкоспециализированные. Для войны малопригодные...

 -- Шпионские, что ли? -- внутренне (да ладно, и внешне тоже) возликовал я. Да, мне тридцать лет, я взрослый и серьезный мужчина и вроде не должен себя вести, как пацан в магазине игрушек. Но это же комната для снаряжения Джеймсов, мать их, Бондов! Круть запредельная! Меня сейчас будут упаковывать всякими техно-магическими гаджетами, несгораемыми костюмами и еще чем-нибудь столь же клёвым!

 -- В некотором роде. -- Евсеев тактично проигнорировал мою капающую с губ -- в переносном смысле, конечно, -- слюну, и принялся выдвигать один за другим ящики правого стеллажа. На сверкающем прозекторском столе начали появляются предметы загадочного назначения. Выглядящие, как и положено правильным шпионским девайсам, совершенно буднично и безобидно.

 -- О! А это я знаю! Капли датского короля! -- увидел я бутылёк, очень схожий с тем, что добыл на черном рынке Самойлов. Тогда еще, когда я на нелегальном положении был. -- В смысле, датские капли. Можно друг с другом связь держать внутренним голосом.

 -- Верно. -- подтвердил воевода. -- Только в этих каплях еще боты-переводчики. Принцип работы простой: ты слышишь - они переводят на русский. Ты говоришь...

 - Они переводят! Я понял. Круть!

 Евсеев только плечами пожал с видом полного равнодушия.

 - В боты загружены основные диалекты империи Мин, ханства маньчжурского и так еще по мелочи - европейские языки - на всякий случай. Одного комплекта твоей группе должно хватит на двухмесячную операцию. Главное, не забывайте каждые тридцать шесть часов обновлять боты -- у них срок службы невысокий.

 -- А это что? -- я протянул руку, но не решился притронуться к замысловатой феньке, похожей на плетеный браслет из кожаного шнура и металлической струны. Хоть она и выглядела как украшение неформала, но мало ли что. Шарахнет еще! Я успел тут накрепко затвердить такую эту максиму: "Не знаешь - не трогай!"

 Присмотрелся повнимательнее и опознал: такие штуки, только из нейлонового шнура, любят носить разного рода "выживальщики", считающие, что занятно сложенный десятиметровый кусок корда поможет им при наступлении одного из видов апокалипсиса. Только не надо меня спрашивать - как?

 -- Батарейка. -- Федор небрежно отодвинул браслет в сторону. -- Небольшой допинг для выдохшегося дара. На твоем уровне даст около минуты боя в полную силу. Но если ты довел дело до батарейки -- считай, что уже труп. Однако носи, на всякий случай хотя бы.

 На место столь пренебрежительно охарактеризованной вещицы лег другой предмет. Смартфон, практически неотличимый от моего.

 - А он что умеет?

 - Игорь Сергеевич, это телефон, вообще-то. Его используют для совершения звонков, а некоторые...

 - Не, ну я имел в виду скрытые возможности! - не обиделся я на подначку.

 - Ну еще говорят, сеть на этой модели ловится лучше. И батарея дольше держит...

 - Евсеев!

 - Ладно, ладно! Прости. Да ничего особенного на самом деле. Минский блок связи для работы с их сетями, шифрование звонков, маячок.

 - А, ну нормально тогда! - оживился я. - Что еще?

 - Да все, в общем-то. Оружие тебе не нужно, а остальное купишь на месте.

 И мне вдруг сразу так обидно стало! Как ребенку, которому пообещали, что Дед Мороз придет и подарит собаку на Новый года. Настоящую живую собаку! А этот бородатый мужик оказался переодетым соседом и вытащил из мешка плюшевого щенка.

 Тоже мне - комната для снаряжения спецагентов! Батарейка, рация с переводчиком и телефон с маячком. А жвачка-взрывчатка? А ручка-лазер? Да хотя бы запонки-гранаты, а то ведь считай, с голыми руками на чужбину отправляют! Ни стыда, ни совести!

 "Антошин!" - одернул я себя тут же. - "Ты сильно-то не охреневай! Месяц в магическом мире, а уже нос воротишь - игрушки тебе недостаточно крутые! Да у нас дома за одни только датские капли разведки схлестнулись бы насмерть!"

 Сунув мне техно-магические подарки, воевода приглашающе простер руку к двери - пора, мол, на выход. Я нацепил на лицо маску спокойного и уверенного в себе аристократа в черте знает каком поколении и покинул шестое хранилище арсенала.

 Не буду показывать разочарования!

 

#

Самойлов с Сарбаевым появились через полчаса. Ввалились в казарму, где мы с Евсеевым болтали от нечего делать с дежурной сменой дэберов, выглядя словно собравшиеся в отпуск отцы семейств: вместительные сумки, пестрые наряды, оживленные лица. Если не знать - ну точно мужики от жен сорвались. Увидев их скарб, я с ужасом подумал о своем багаже, вернее, о его объемах, ведь сборами был занят мой денщик. Сам я всегда старался путешествовать налегке, имея с собой небольшую сумку со сменой белья и средствами гигиены. А вот какие предпочтения у Василия и как он понимает фразу "только самое необходимое" я еще выяснить не успел. Впрочем, плевать! Наберет десять баулов - сам и будет таскать. Не по статусу представителю Благовещенского княжества выглядеть вьючной лошадью!

 - Я Витю попросил дать контакты его коллеги из Гуанчжоу. - сообщил мне Глеб, пожимая руку. - Мало ли? Вдруг пригодится?

 - Дай бог, чтоб не пригодился. - тут же отозвался воевода.

 Он прекрасно понял, о каком Вите идет речь - посреднике триады в Благовещенске. В прошлом тот здорово помог нам, когда мы пытались найти доказательства связи Арцебашева с Потрошителями. Правда, до этого он еще и заказ моего двойника выполнял, и организовал на меня покушение... В общем, не об этом речь!

 - Вы осторожнее бы с триадой. - предостерег Евсеев. - Там, куда вы собираетесь, их родная земля. Вряд ли дома они такие же славные ребята, какими вынуждены быть здесь.

 - Только в крайнем случае! - за всех нас пообещал следователь.

 Глеб, после наших с ним приключений, восстановился на должности в жандармерии. Даже получил повышение за раскрытие дела Потрошителей. И тут же подал в отставку. Как сам сказал - не мог больше работать по правилам, хлебнув вольницы нашего совместного расследования. Помирился с отцом, вернулся в род и, по личному представлению Пояркова, был взят в службу безопасности княжества. Понятно, не начальником, а вполне рядовым оперативником, но с очень хорошими перспективами. Так что теперь бывший следователь трудился рыцарем плаща и кинжала. И кстати, это была его уже третья командировка к минцам. Причем, что характерно, о первых двух я узнал не от него. Логан-то мой, Штирлицем заделался!

 Ко всему прочему, он освоил, правда не слишком хорошо пока, метод визуализации. И ещё использования защитного аспекта в качестве наступательного оружия. Упрямый, жуть! Воевода рассказывал, что он каждый день ходит тренироваться с эфирными метательными кинжалами. Дар, у него, против моего, совсем слабенький, но на пару десятков снарядов хватает. А с учетом его клинков, из-за которых я и прозвал Глеба Росомахой, он стал куда более опасным бойцом.

 - Мужики, мы ведь не слишком долго? - хакер-татарин, пока мы болтали, аккуратно сложил груду своих вещей в углу казармы и приблизился к нам. - Я все понимаю, государственная необходимость и так далее, только у меня в конце ноября у жены день рождения и она меня оскопит, если я его пропущу.

 - Нашел из-за чего переживать! - тут же поддел приятеля Самойлов. - Четырех девок уже сделал, зачем тебе женилка?

 - Я, может, сына хочу! - беззлобно огрызнулся Алмаз. - Осталось только жену уговорить. Так, надолго?

 Я пожал плечами. Сколько потребуется времени, чтобы найти в чужом городе человека, который очень не хочет, быть найденным, я даже не представлял. Неделя? Месяц? Два? Полгода?

 - Да успеем! - Глеб поправил очки и заговорщически подмигнул татарину. - Зато когда ты вернешься, он тебе ни в чем отказать не сможет! Герою-то, самим князем обласканным!

 - Да иди ты!.. Вот ведь связался с плохой компанией, теперь из командировок вылезать не буду!

 Бурчал Алмаз для видимости. По довольной круглой физиономии было хорошо видно, что поездка ему в радость. И воспринимает ее он не как тяжелую служебную необходимость, а скорее как отпуск. Куда отцу семейства вырваться одному не светило ни при каких раскладах. Да еще в империю Мин, с которой у княжества непростые взаимоотношения. Я не удивлюсь, если в его скарбе окажется парочка путеводителей по Гуанчжоу, с пометками культовых мест, которые обязан посетить всякий путешественник.

 Понимал я его прекрасно. Едем по дипломатической линии, случиться вряд ли что-то может, да и работать ему в основном из посольства придется, которое суть - земля княжества. А в остальном сплошные бонусы: свобода от многочисленной семьи, море и жара плюс тридцать минимум, тогда как дома уже под утро минуса случаются. Октябрь-то в Благовещенске отнюдь не бабье лето.

 Чего я не понимал, так это необходимости тащить гражданского специалиста и нулевого бойца в командировку, которая может быть (и обязательно таковой станет, с моим-то везением) опасной? Он что, не в состоянии нам ломать компьютерные сети, сидячи в Благовещенске? Да он у меня на глазах миланский филиал инквизиции хакнул! Я хотел было уже отозвать воеводу в сторонку и тихонько, чтобы не ломать кайф "отпускнику", задать этот вопрос, но Федор именно в это время, повинуясь какому-то внутреннему будильнику, поднялся и бросил:

 - Ладно, трепачи! Хорош зубоскалить. Вещи оставляйте здесь и пошли с коллегами знакомиться.

 

#

Их было двое, как Евсеев и сказал. Только он ничего не говорил, что одним из маньчжурских коллег окажется женщина. Чертовски привлекательная женщина! Что было уж совсем неожиданно.

 Почему? Маньчжуры... они своеобразные такие ребята, с точки зрения европейских канонов красоты. Смесь монголов, дауров и китайцев. Плоские лица, коренастые тела, низко посаженный таз и короткие, часто кривые ноги потомственных кочевников. Но эта... сотрудница безопасности ханства, разрывала шаблон в клочья!

 Миниатюрная, чуть выше полутора метров, она больше напоминала корейского эльфа из онлайн-игр, чем дочь степей. Разве что глазищ таких, как любят киты игровой индустрии рисовать, не имела. Вполне нормальные маньчжурские глазки, с небольшой складкой на верхнем веке. Но то что уродовало, на мой взгляд, всех остальных, ей шло необычайно. Тонкие губы, высокие скулы, едва обозначенная линия носа и короткая, но вовсе не мужская стрижка. Одета она была во что-то легкомысленное и молодежное: какой-то желтый плащ колоколом по середину бедра, жизнерадостно-аляповатые лосины, обтягивающие вполне стройные ножки и красные резиновые сапоги - на улице с утра моросило. Удивительно, но наряд ее совсем не портил. Более того, будто подчеркивал экзотичность.

 А вот возраст ее я сразу определить не смог. На первый взгляд, лет восемнадцать-двадцать, да и то с натяжкой. Но студенток же не будут брать на такую должность? Не будут! Значит, старше. При этом кожа гладкая, личико невинного дитя - ну пятикурсница же! И только в глаза посмотрев внимательнее, понял, что барышне ближе к тридцати. Взгляд такой... недетский. Повидавший.

 Второй безопасник из-за речки был вполне классическим маньчжуром. Невысокий, крепкий, коротконогий. Моего возраста, но с лицом жестким, неподвижным и абсолютно точно соответствующим образу китайского убийцы. Оно чудовищно дисгармонировало с такими же, как у спутницы, яркими тряпками, которыми он, вероятно, пытался замаскировать свою причастность к силовым ведомствам.

 - Знакомьтесь. Боярин Игорь Антошин, обер-секретарь. - представив меня, Евсеев, как старому другу пожал руку мужчине, после чего галантно прикоснулся губами к тонкой кисти женщины. - Ван Обой Тедань и ван Обой Яньлинь.

 Вот это он молодец! Хоть бы кивнул на того, чье имя произносил, полиглот, блин, хренов! Как вот понять кто из названных Тедань, а кто Яньлинь? Нет, так-то Яньлинь женственнее звучит, но это же только догадка! С "ваном" все понятно, не совсем я дикий - аналог дворянской приставки, вроде нашего "уважаемый", я уже слышал. Это значит, что оба они носителя дара. Стоп, а родовое имя у них одинаковое что ли? Брат с сестрой? Ни капли не похожи!

 - Яньлинь. - протянула ладошку "эльфийка". То ли поняла мои затруднения, то ли просто следуя протоколу знакомства. Говорила на русском она чисто, голосок был звонкий и немного детский. - Можно Линь. Я привыкла.

 И улыбнулась. Просто восход солнца над морем!

 Божечки, Антошин, сотри это слюнявое выражение с лица! Ты же не пацан в пубертате! Но какая улыбка! Эти ямочки и крохотные белые зубки...

 - Игорь. - почти совладав с собой, я попытался повторить маневр воеводы, но без привычки вышло, скорее всего, неуклюже.

 - Сергеевич. - зачем-то произнес я, выпрямляясь, когда на смену узкой кисти Линь - как колокольчик! - пришла широкая и короткопалая ладонь мужчины.

 - Тедань. - буркнул безопасник, глядя на меня отчего-то неприязненно.

 Мне ведь не показалось? Чем я уже успел заслужить его нелюбовь? На всякий случай я тоже строго собрал брови к переносице.

 - Дан, перестать сверлить боярина Игоря взглядом! - рассмеялась, понаблюдав за нашими переглядками Линь. И добавила, уже обращаясь ко мне. - Тадань мой родной старший брат. Из-за этого он считает своим долгом опекать меня. Обычно это проявляется в отпугивании любого мужчины, подходящего возраста.

 - Подходящего возраста для чего? - тут же спросил я. Только услышав ответ, понял насколько встреча с Яньлинь сделала меня глупее.

 - Для создания семьи. - ответила та. Без тени смущения, но с озорным интересом в глазах.

 - А! Ага. Ну да. Кхм. - скрывая замешательство, я тут же повернулся к прочим членам нашей команды. - А это у нас...

 В процессе знакомства с остальной "делегацией", вскрылся еще один занятный факт о госпоже Обой. Если ее брат был классическим боевым магом, то она - не просто ваном, а берсерком. Е ван - так это звучало на ее родном языке, и значило буквально "дикий". Линь поведала об этом в очаровательной своей прямолинейной манере. Даже рассказала об объемах принимаемого дара, который у безопасницы оказался весьма впечатляющим. Немного выше, чем у того же Мишико, одного из берсов князя. Это значило, что бьет она сильнее, чем Мишико, способна выносить больше урона, чем Мишико и быстрее его двигаться. Правда, даже знак "равно" поставить между хрупкой девушкой и гороподобным грузином у меня не получалось.

 Вскоре формальности со знакомством были закончены, и мы собрались в кабинете у воеводы на совещание. Когда он начал рассказывать о задании, мысли о симпатичной коллеге моментально вылетели у меня из головы. И стал складываться пазл из слов Евсеева и ежедневных бесед с князем.

 Грубо говоря, Топляк был далеко не на первом месте в перечне вопросов, которые предстояло решить нашей команде. Поярков, как всякий нормальный политик, одним движением фигуры собирался закрыть сразу несколько задач. Кроме возвращения беглеца, мне было поручено представить наместнику провинции Гуандун, столицей которой являлся Гуанчжоу, наш проект договора об экстрадиции преступников. Данный вопрос уже довольно долго обсуждали дипломаты и вот, наконец, Пекин дал добро на встречу. Правда, не князя с императором, а уровнем пониже, но уже шаг вперед!

 Дополнительно, я должен был лично познакомиться с наместником, которого бо́льшая часть источников называла наследником императора. И оценить его как государственного деятеля и личность. Задать, так сказать, аналитикам больше корма для просчета внешней политики минцев после смены главы государства. Ожидаемого в ближайшие три года.

 Третьей, совсем уж подводной частью миссии, было усиление позиций Пояркова в Триумвирате дальневосточных княжеств. Этакая демонстрация силы союзникам. Об этом ни он сам, ни воевода, не говорили, но и я не дурнее чурки - понял. Чего там не понять - некий Антошин, племянник Пояркова, едет в Китай и привозит оттуда подписанные протокол о намерениях и личное знакомство с будущим императором. Ежу же понятно.

 Ну а сам Топляк - бонус, но никак не задача номер один. Тоже демонстрация, только на этот раз не ума или силы, а неотвратимости наказания и длинных рук. Сигнал такой всем и каждому: не косяч - достанем везде! Получится найти его и привезти на казнь - хорошо. А нет - переживем! Божья мельница, как любил говорить дядя Ваня, мелет медленно, но верно.  Где-нибудь Потрошитель всплывет и получит свое. Рано или поздно.

 А еще, в ходе совещания, мне стало окончательно понятно, зачем в команду включены маньчжуры. То что говорил Евсеев час назад было, конечно, правдой. Помощь в поле и все такое. Но еще брат с сестрой являлись посланием наместнику Гуандуна, которое тот обязательно донесет до своего отца. Русские и маньчжуры дружны настолько, что два вана приданы к дипломатической миссии Благовещенска. С учетом того, что китайцы до сих пор считают земли за Амуром своими, равно как и Маньчжурию с Тибетом - временно отколовшимися провинциями Поднебесной, это хороший такой знак. Жирный.

 Такой вот у меня "дядька". Съезди, говорит, Игорь, в Китай, привези мне беглого подданного. С другой стороны - а чего ждать от человека, который четыре дня так убедительно играл неведение относительно подмены сознания в теле своего племянника? Открытости?

 - В посольстве Гуанчжоу у нас только трое сотрудников - с кадрами беда просто. - фоном к моим размышлениям продолжал вести инструктаж Евсеев. - Двое местных русских из эмигрантов позапрошлого века и только один благовещенец. Есть еще кое-какая агентура, но "спящая", так что рекомендую прибегать к ее помощи в самом крайнем случае. Старайтесь обойтись своими силами. Протокольную часть: все встречи, их согласования и прочее, будет вести посол Снегирев. Алексей Вячеславович дипломат опытный, так что просто положитесь на него в этом вопросе и не забивайте головы.

 - Федор, а почему так слабо с людьми в провинции, которой правит будущий император? Как-то это нелогично. - подал голос Глеб. Я его расцеловать был готов, вовремя он задал вопрос, ответ на который очень интересовал и меня. Так-то по Китаю я уже поднатаскан был, но вот эту деталь не знал. А должен бы.

 - Все просто - усиление Чжу Юаня произошло совсем недавно, чуть больше года назад. До этого самым вероятным преемником старого Чжу Ли считался его шестой сын, Чжу Ди. Поэтому основные наши усилия и были сосредоточены в его провинции.

 Система государственного управления минцев отличалась от всех мне знакомых по родному миру и да и по местному тоже. Сложилась она после реставрации династии в 1905 году. Все наместники в империи - дети императора от многочисленных наложниц. Каждый из них - носитель царского дара, а значит, имеет возможность занять трон после смерти отца. Но в этой гонке за властью все очень сложно.

 Император раз в год объявляет наследника, исходя силы его дара, лояльности роду и экономических показателей развития провинции. А в следующем году, в День Небесного Спасения Династии, может его поменять. Поэтому среди наместников идет постоянная грызня за очки влияния и лояльности. А вот о силовом захвате трона речь не встает никогда. Случись война провинций и вся империя превратится в Пустошь, править которой будет некому.

 - Ясно. - Самойлов кивнул.

 - Еще вопросы?

 - А мне обязательно ехать? - прослушав лекцию о задании, Алмаз как-то взгрустнул. Понял, что ждет его не теплое море, а тяжелая и опасная работа. - Я же могу и отсюда...

 Кстати, да! Присоединяюсь!

 - Счет может идти на секунды порой. - пояснил воевода. - С учетом твоего нахождения в Благовещенске, а команды - в Гуанчжоу, мы можем провалить задание просто из-за временной задержки. Еще вопросы?

 На этот раз никто ничего не сказал. Даже я. Не то чтобы мне все было ясно, но в этот раз всяко больше чем обычно! По крайней мере, я понимал куда мы едем, зачем это делаем и какой опасности ждать. Самонадеянный идиот!

 

Глава 3. Письмо

"Я лечу на частном самолете! Первый раз в жизни я лечу на частном самолете!"

На лице я сохранял приличествующее большой шишке выражение легкой скуки. Эти, мол, самолёты, эти перелёты... Так всё это утомительно, но, к сожалению, необходимо. Мои спутники вели себя более естественно. Алмаз и Глеб, впервые попавшие в правительственное крыло аэропорта, с любопытством осматривались, Яньлинь с братом пили кофе и о чём-то шептались. Мой денщик решил лично проконтролировать загрузку багажа на борт. И только я стоял посреди небольшого, богато обставленного зала vip-крыла и изображал из себя скучающего аристократа. Стараясь, чтобы мои настоящие чувства не проявились на лице.

В принципе, так и должно было быть, наверное. Официальная делегация русского княжества направляется в южную провинцию империи Мин для решения сложного дипломатического вопроса. Второе лицо государства летит с сопровождающими -- не сухарики с печки таскать! Естественно, доставлять его должен был не чартер. Однако я, до момента пока не увидел крохотный, в сравнении с рейсовыми, самолётик, был уверен, что полетим в Китай мы бизнес-классом. А тут -- частный борт! Просто сбыча мечт пролетариата!

Желая отвлечься от щенячьего визга в голове, я решил ещё разок перечитать письмо пермской княгини. Поступившее два дня назад, написанное на бумаге, по моей просьбе сканированное и теперь бережно хранимое на смартфоне. Как ещё одно свидетельство, что происходящее со мной вполне реально. А то накатывает иногда, так и тянет вены проверить -- не проявится ли трубка с физраствором. А во сне, говорят, читать нельзя.

"Здравствуйте, Игорь Сергеевич! Мы надеемся, что болезнь, помешавшая Вам посетить Пермь на прошлой неделе, уже оставила Вас. И вскорости Вы всё же сможете совершить запланированный визит..."

Вот вроде ничего особенного -- обычное безликое письмо. Скорее всего, даже не самой Ольгой Татищевой написанное, а клерком из канцелярии. Обороты-то какие! А с другой стороны, часто мне княжны пишут? О здоровье справляются, хоть бы и в рамках протокола?

Поярков не отпустил меня в Пермь на знакомство с потенциальной женой, сочтя недостаточно подготовленным. Вместо этого был придуман тяжёлый недуг, внезапно сваливший меня -- на всякий случай пришлось неделю из резиденции носу не показывать. И вот, два дня назад, кто бы подумать мог, нареченная моя, прислала письмо.

Девушкой княгиня была очаровательной. Не красивой, а именно очаровательной. Слишком широкие скулы для канонической Василисы Прекрасной, слишком густые брови и слишком оттопыренные ушки. Но если смотреть в целом, лицо её было настолько живым, умело складываться в такую улыбку, что все эти частности отходили на задний план и фиксировались как неважные. А ещё -- глазища! У неё были поразительной красоты серые глаза, в сочетании со светлыми прямыми волосами делавшие её этакой неприступной отличницей.

Я посмотрел в сети несколько её официальных выступлений, где она держалась подобно Снежной королеве и оттого производила впечатление строгой буки. А потом глянул интервью с каким-то женским журналом, где суровая правительница княжества предстала в амплуа весёлой и жизнерадостной девчонки. И... нет, не влюбился, конечно. Не в том возрасте, к счастью. Но захотел лично познакомиться с ней и узнать её поближе.

Чёрт его знает, какой у неё характер? Может, она стерва, каких мне ещё в жизни не встречалось? Мотовка и вертихвостка? Может быть она воспитана быть клещом на шее трудового народа, и подданные её волком воют и мечтают привести её на гильотину? Я ничего о ней не знал. Но очень хотел избавиться от неведения.

"Надеемся, что Вам удастся посетить Пермь в следующем месяце."

Ничего личного в письме не было. Только сожаления о несостоявшемся визите и пожелания здоровья. Поменяй адресата -- никто и разницы не заметит! Наглухо пустое послание. Но! Было одно "но", да. Как сказал князь, когда мы на очередном завтраке разбирали текст письма, писать его Татищева была не обязана. Не было ещё никаких договоренностей, после которых мы с ней получили бы статус жениха и невесты. Это была её личная инициатива. Так что факт написания письма говорил больше, чем весь содержащийся в нём текст. И ещё он, почему-то, грел душу.

Украдкой я перевёл взгляд с экрана смартфона на Яньлинь, беседующую с братом. Девушка именно в этот момент поправила короткую прядку, убирая её за ухо, и рассмеялась над чем-то сказанным Теданем. Вот -- совершенно иной типаж. Куда миниатюрнее Ольги, изящнее, да и берсерк ко всему прочему, но всё же было у них что-то общее. Какой-то внутренний свет и радостная жизнелюбивость. Способность улыбаться так, будто в мире не было зла, а если оно и существовало, то навредить им никак не могло.

Эх, Антошин! Вот почему у тебя всё не как у людей, а? То ни одной женщины в жизни, то сразу две на горизонте появились! И не каких-нибудь там, к тому же: маньчжурский берсерк и пермская княжна. У первой брат, поднаторевший на борьбе с потенциальными женихами, а за руку второй идёт невидимая война между всеми фракциями русской конфедерации. Вот почему бы тебе, как нормальному боярину, служанок не портить?

#

Через десять минут девушка в форменной одежде цвета морской волны и крохотной шляпкой, чудом держащейся на пшеничных волосах, объявила, что самолёт готов и пригласила нас на посадку. Я дал знак своим спутникам выдвигаться и вышел на улицу, где уже ждала машина. Подошёл к передней пассажирской двери традиционной черной "Ладоги", мысленно пожурил себя за эту привычку, как за не соответствующую статусу обер-секретаря, и тут меня скрутило.

Больше всего это походило на неожиданный удар в живот. Вот ты стоял, болтал с приятным человеком, а затем тот, безо всякой причины и предупреждения, даже продолжая улыбаться, впечатал кулак чуть ниже солнечного сплетения. Случись со мной такое месяц назад, я бы первым делом подумал на расшалившуюся поджелудочную. Или печень, которая таким образом выражает несогласие с количеством вводимого в организм алкоголя. Теперь же, сморгнув выступившие от сильной боли слезы с глаз, я вгляделся в узел дара.

Чёрный жгут бесновался -- иначе и не скажешь. Он поглотил практически все остальные цвета, точнее, вобрал их в себя и стрелял протуберанцами во все стороны. Если представить его как физический объект, обладающий плотью, то выглядело бы это примерно так: чёрная с красными, голубыми и зелёными прожилками клякса лупцует крохотными кулачками внутренние стенки моего живота. Как, блин, боксер в сверхлёгком весе!

-- Отошли от машины! -- фразу эту я буквально проревел. Ничего не понимающие спутники на инстинктах выполнили приказ. И, только оказавшись метрах в десяти от "Ладоги", принялись сыпать вопросами.

-- Что случилось?

-- Ты в порядке?

-- Игорь, у тебя кровь носом идёт!

Одни только маньчжуры ничего не спрашивали -- замерли в отдалении в боевых стойках. Вокруг рук Теданя клубилась готовая сорваться тьма, а Яньлинь просто светилась голубым от полученной у брата силы.

Сам я тоже отбежал от машины и сразу накрыл всю свою группу защитной сферой. Вкачав в неё столько силы, что она устояла бы, попади в неё танковый снаряд. Кровь из носа пошла ещё сильнеё и залила рубашку. Неважно! Зажав нос рукой, я прогундосил:

-- Глеб, охрану аэропорта сюда! Живо!

-- Есть!

-- Вася, бегом к борту! Экипаж вывести! Двигатели заглушить!

-- Слушаюсь!

-- Отходим к зданию! Держимся кучно!

Я больше не боялся показаться смешным перестраховщиком. Не в этом мире, ха! Если "чуйка" кричит об опасности -- бросай всё и защищайся. А ещё лучше -- осмотрись и атакуй в ответ! Но дар не указывал направление злой воли, он просто трезвонил от опасности, чуть снижая интенсивность по мере удаления от самолёта. Ладно, потом будет время разобраться, проанализировать поведение узла, посоветоваться с опытными людьми. Но сперва -- выжить!

Встав спиной к спине, убрав в центр построения не имевшего магических способностей татарина, мы дошли до здания аэропорта, ввалились внутрь и только там расслабились. Ну, как расслабились: чуть снизили расход энергии на защитные аспекты и перестали жаться друг к другу. Вернувшийся с ничего не понимающими пилотами, Василий тут же протянул мне платок.

А в vip-зал уже вбегали аэропортовые жандармы, за которыми быстрым шагом шёл Самойлов.

-- В чём дело, Игорь Сергеевич? -- обеспокоенно спросил меня старший наряда. Лицо мужчины выражало смесь служебного рвения и хорошо скрываемого страха. Ну ещё бы -- ЧП с рукой князя в его смену.

-- Дар предупредил об опасности. Необходимо проверить машину и самолёт. Максимально быстро!

-- Слушаюсь, -- мужчина в чёрной форме взял под козырёк. И со всей серьезностью приступил к действию. Да, это не мой мир, здесь к предчувствиям куда серьезнее относятся!

Щит я снял только когда дар перестал колотить по стенкам живота, как провалившееся туда перепуганное чёрное сердце. Осмотрел свою группу, суетящихся у самолёта и машины жандармов, перепуганных девчонок vip-зала и пошёл умываться. Лицо само себя в порядок не приведет, а изображать из себя разбойника с кровавыми усами было несообразно статусу. Да и рубашку стоило сменить.

Час спустя всё закончилось. Разошлись жандармы, которым тут больше нечего было делать. Уехали дэберы, увозя на экспертизу взрывное устройство, найденное в самолёте. Попрощался Евсеев, лично прибывший руководить проверкой аэропорта. Только генерал-аншеф нервно мерил шагами зал и разговаривал по телефону. Судя по тому, как он периодически вытягивался во фронт и выпаливал очередное "слушаюсь!", его собеседником был князь.

Я и мои спутники сидели над остывшим чаем и молчали.

-- Как такое возможно? -- нарушил тишину Алмаз. -- Это же правительственный борт! Тут меры безопасности просто запредельные!

В голове татарина, как, впрочем, и в моей, не мог уложиться факт, что неизвестный злодей заложил в самолёт бомбу. В правительственный борт, как он верно подметил. Это было... невозможно! Самолёт и экипаж проходит множество проверок, прежде чем выкатиться на взлетную полосу, его осматривают техники и силовики. Он хранится в отдельном, охраняемом ангаре, наконец! Кроме того, сам аэропорт -- объект режимный, и доступ к служебным помещениям имеют только проверенные люди. Как такое могло произойти?

-- Кто-то из персонала, -- выдал реплику от Капитана Очевидность Самойлов. -- По-другому никак.

-- Евсеев разберётся, -- свернул я обсуждение. -- Или Фочин. Вон он, идёт уже.

Глава жандармерии приблизился и со вздохом усталого бегемота уселся на свободный стул. Ничего не говоря, протянул мне свой телефон. "Дядька" наговорился с генералом и теперь желал дать начальственный втык своему "племяннику".

-- Да, Николай Олегович?

-- Вот почему с тобой всегда так?

-- Я, что ли, бомбу в самолёт закладывал?

-- Характер человека -- его судьба.

-- Ну вот, опять я крайним остался! Террористы на мой характер ориентировались?

-- Не дерзи! -- отмахнулся князь. -- Идеи есть? Кому это надо?

-- Якуты, Потрошители, москвичи, -- отбарабанил я список группировок, которым успел насолить за крайне недолгий срок жизни в этом мире.

-- Якуты не станут отношения портить, у Потрошителей нет на это никакой выгоды, а вот москвичи -- да. Я тоже сразу на них подумал. Бестужев бы тебя с удовольствием из игры вывел. Видать, про письмо от княжны прознал.

-- Письмо? -- я поднялся и, отойдя подальше от компании, переспросил. -- Письмо-то тут каким боком?

-- Какой ты ещё... незрелый! -- буркнул князь. Последнее слово он явно заменил в последний момент. -- Ты единственный из претендентов на её руку, кто получил хоть какой-то знак внимания!

Хм. Единственный? Крайне несвоевременно, но на душе у меня потеплело. Однако я продолжил спорить.

-- Почему это Потрошителям нет никакой выгоды от моей смерти?

-- Потому что у них хотя и криминальное, но предприятие. Они не будут идти на обострение когда все активы в Благовещенске уже уничтожены. Проще и дешевле не мстить, а выстраивать дело на новой территории. Ладно, закончили. Без тебя разберемся. Твоя задача остаётся неизменной. По прилёту в Гуанчжоу сообщи.

И отключился.

Я неспешно вернулся к команде, отдал Фочину его телефон. Тот, словно только этого и ждал, пожал мне руку и покинул нашу компанию.

-- Ну что? -- Самойлов на правах близкого друга задал вопрос первым. -- Какие планы?

-- Всё те же. Самолёт проверят и мы можем лететь.

-- Как-то мне не очень хочется! -- с нервным смешком отозвался Алмаз.

-- Это нормально, -- подал голос Тедань. -- Избежав опасности, ты будешь видеть её везде ещё некоторое время. Однако именно сейчас борт самолёта -- самое безопасное место.

Яньлинь успокаивающе положила ладошку на плечо татарина. На миг мне захотелось поменяться с ним местами, выдать вот эту чушь про "я боюсь" и ощутить прикосновение руки женщины к своему плечу. Но это было неуместно -- рука князя не может такого сказать, а значит и тёплого сочувствия ему не видать. И тут...

-- У тебя много врагов, Игорь! -- женщина перевела взгляд на меня. Мне показалось что фразу эту она произнесла с каким-то одобрением. И глаза, если я хоть что-то понимаю в женских взглядах, светились интересом.

Брат её тут же насупился. Значит, не показалось.

-- Есть немного.

Разум послушно отступил в сторону, а за руль в моём сознании уселись гормоны. Включив на максимум все рефлексы самца, почуявшего интерес со стороны привлекательной китаянки. Не успев даже осознать, что делаю, я небрежно пожал плечами, сложив лицо в маску "крутого Уокера", дескать, кто их там считает, врагов этих! И сделав полшага к Яньлинь, спросил:

-- С тобой... -- короткая переглядка с Теданем. -- С вами всё в порядке?

Здравый смысл гомерически захохотал. Глеб с Алмазом внезапно заинтересовались содержимым своих сумок. Лазерный луч из глаз старшего Обойя перерезал меня пополам, попутно разнеся в пыль часть vip-зала. А вот Василий, этот мелкий и незаметный парень, смотрел на меня с одобрением. Он и Линь.

Мягко, но с такой властностью, сопротивляться которой не смог бы ни один мужчина, она слегка сдвинула старшего брата в сторону.

-- Я... Мы не пострадали, Игорь. Благодаря тебе.

Короткий миг мы молча смотрели друг на друга, и по этому невидимому оптоволоконному каналу высокой пропускной способности летели гигантские пакеты информации. Затем женщина опустила глаза, продемонстрировав приличествующую ситуации краску на щеках, и отступила за спину брата.

-- Давайте собираться, -- выдавил я пересохшим горлом. И, борясь с искушением поставить между собой и Теданем защитную сферу, направился к выходу.

#

Мягкие диваны вдоль бортов, лакированное дерево столиков и подлокотников, картины на стенах -- наше средство передвижения поражало воображения. Я и представить не мог, что пространство в самолёте можно организовать с таким комфортом и уютом. И этот прохладный воздух с едва уловимыми нотками пихты, текущий из кондиционеров! Натуральная квартира на колёсах и о двух крыльях!

На некоторое время созерцание этого великолепия отвлекло меня от мыслей, связанных со сценой в зале. Но через пару минут они вернулись во всеоружии и обрушились на меня морским прибоем. Чтобы не выглядеть в глазах своей команды свихнувшимся, я уселся в кресло в хвосте салона, вывалил на стол инструкции своей дипломатической миссии и принялся изображать их внимательное изучение. Может кто-то и удивился бы с каким упорством я читаю первый абзац первого листа на протяжении десяти минут, но, к счастью, внимание команды было поглощено самолётом. А меня все не сговариваясь решили оставить в покое, понимая сложность предстоящих переговоров с наместником Гуандуна.

Строчки висели перед глазами мутным нечитаемым серым пятном, в то время как тяжелая пехота здравого смысла огромными алебардами крушила легкую кавалерию гормонов и самомнения.

"Глазки строить? Антошин? Серьёзно? Это что, придурок ты этакий, курортный роман тебе? Хвост распушил!"

"Между прочим, первой знаки внимания начала выказывать Линь!"

"Да какая разница! Она берсерк! Из Маньчжурии! А вы летите на задание! Сам-то хоть понимаешь, что романтика тут не к месту?"

"Что ты мелешь? Какая романтика? Где ты её увидел? Обычный флирт между мужчиной и женщиной! Просто флирт и ничего больше!"

"Она привлекательная женщина..."

"Ну это да!"

"Значит, она тебя заинтересовала!"

"Вот только не надо натягивать мнение на факты. Дело не в Линь..."

"А в ком? В тебе?"

"Слушай, меня сейчас кто угодно бы заинтересовал! Нормальных отношений у меня больше полугода не было, а что касается женщин..."

"Полтора месяца!"

"Я, кстати, тоже в курсе! Не надо тут старика Зигмунда изображать!"

"Но ты сможешь себя в руках держать?"

"Нет, блин! Я наброшусь на неё прямо в самолете! Хватит нести пургу! Конечно, я смогу держать себя в руках! И подольше, знаешь ли, периоды были!"

"Да в курсе!"

"Ну и заткнись тогда! Не мешай готовиться! Я из-за тебя ни строчки прочесть не могу!"

"Все, ушёл. Но, на будущее, давай без выпячивания груди и распускания хвостов. Ладно?"

"Вали уже!"

Как сказал кто-то умный -- пока у меня есть я, я не пропаду! Вот уж точно! За последнее время я так навострился вести беззвучные диалоги -- с кем-то обсуждать происходящее было нужно, что иногда даже всерьёз опасался за свое душевное здоровье. А ну как у меня на этой теме раздвоение личности разовьется? Хотя читал где-то, что если я способен об этом мыслить критично, то угрозы вроде нет. Пока. Это не голоса ведь, а просто способ обработки информации. Я гуманитарий, мне так удобно!

Ладно, к чертям здравый смысл и к чертям гормоны. Есть и поважнее дела. Что там, блин, написано на первом листе?

#

Ну и, разумеется, я задремал. Главное, что почти никогда не спал в самолётах, хотя, когда в Москву летишь почти восемь часов, сам бог велел. Ну, только если пьяным вдрызг. А тут лету часа три, а меня сморило. То ли из-за чтения скучных бумаг, то ли от нервов -- поводов-то в достатке! Не суть. Главное, что заснул. Но как-то странно так. Бывает, когда днём ляжешь минут на двадцать после сытного обеда -- проваливаешься в сладкую такую дрёму. Где реальность путается с видениями, слышны звуки дома и голоса созданных воображением людей. Самые интересные сны, кстати, так выходят. Правда, и самые бредовые.

Вот и сейчас похожим образом было. Я слышал гудение двигателей самолёта, едва различал голоса своих спутников, даже, кажется, видел сквозь прикрытые глаза бежевый пластик обшивки салона и кусочек закрытого шторкой иллюминатора. Но при этом смотрел сон. Очень реалистичный сон. И в нём я был монахом. То есть, монах как бы был сам собой, звали его Экхартом, и был он немцем. А я у него... Не знаю... будто в голове сидел! Чувствовал то, что он чувствовал, ощущал его тело. И слышал его мысли, ко всему прочему!

Сначала меня это напугало. Вспомнился последний перенос сознания из своего родного тела в тело двойника, и проводимая параллель мне не понравилась. Тогда я тоже будто соседом в Игоре был: всё видел и слышал, но без доступа к рычагам управления. Одновременно я был и собой, и настоящим обер-секретарем. Хотя нет. Тогда я мыслей его не слышал, но вот общий эмоциональный фон различал. А сейчас -- полное погружение! Ви-ар без всяких модных самсунговских очков!

В общем, я решил было, что меня сейчас по сложившейся доброй привычке отфутболит в тело немецкого монаха. Чего я не желал абсолютно! Я тут только жизнь отстраивать начал -- не надо меня в Германию, да ещё в келью! Что за манеру, вообще, взяли моим сознанием швыряться как мячиком! Некем больше играться, что ли? Чемпионат мира у кого-то? Но, спустя пару условных минут сна, я как-то сообразил, что ничего подобного не происходит. Не переносит меня в монаха. Также гудел двигатель самолёта, также трепались друг с другом члены моей команды. И меня из тела неведомая сила не тащила. Просто снился сон, в котором я был майстером Экхартом.

Осознав, именно осознав, что нахожусь в безопасности, я, наконец, расслабился и полностью отдался видению. Стал майстером Экхартом из Эрфурта. Ещё мелькнула напоследок мысль, что нехилые можно сделать деньги на такой вот услуге -- кино полного погружения. Мелькнула и пропала, сменившись мыслями немецкого монаха. Который отчего-то не хотел открывать глаза...

...Открывать глаза, чтобы снова увидеть изученный до мелочей серый каменный свод кельи -- это было сложнее всего. Не потому, что мне опротивело место проживания. Или, точнее сказать, заточения на неопределенный срок, возможно, до конца моих дней. Я был непритязателен, и монастырская келья, равно как и монастырский быт, монастырская еда и монастырский устав меня полностью устраивали. Предложи кто прямо сейчас оставить обитель в Эрфурте и перебраться куда-то поближе к центру, скажем в Рим, я бы долго колебался, прежде чем принять решение. И не факт, что ответил бы согласием.

Открывать глаза не хотелось совсем по другой причине. Видения, посылаемые Создателем, всегда казались мне многократно реальнее настоящей жизни. И покидать их не хотелось. В них я точно знал, что является орудием Господним, что дар, горящий во мне, служит не носящим тиары, а Творцу мироздания. В бодрствовании же приходилось постоянно в этом себя убеждать. Читать Pater noster и укреплять -- слаб человек! -- веру постом и молитвой.

Но открывать глаза было нужно. Чтобы записать видения -- ведь в этом смысл моего служения. И сопоставить сегодняшние записи со всеми прочими предыдущими. Найти взаимосвязи, повторяющиеся рисунки, образы, которые были мне посланы. И создать из них ключ, а им открыть дверь в будущий день. Во все варианты будущего дня.

Я поднялся с лавки, помолился, омыл лицо водой из глиняной чаши и только после этого сел за крохотный столик, уместившийся в углу кельи. Открыл крышку ноутбука, и чёрное зеркало монитора отразило лицо.

В глаза мне без выражения глядел рано постаревший мужчина. Не зная правды, а мне-то она была известна -- три месяца до тридцатилетия -- можно было предположить, что мужчине лет пятьдесят. Широкое лицо германца с резкими, заостренными от усталости чертами. Гордый нос превратился в вороний клюв, яркие глаза -- в тусклые льдинки, а рот, раньше умевший улыбаться, был едва обозначен линией плотно сжатых губ. Тяжёлый плохо выбритый подбородок, доставшийся мне (Экхарту!) от предков-тевтонов, был последним оплотом прежнего молодого мужчины, который пять лет назад узнал о своём предназначении.

Королевская кровь. Кто мог предположить что в роду обычных бюргеров, никогда рядом даже с боевой аристократией не стоявшему, родится ребенок с королевской кровью? Да ещё не с даром нести смерть и разрушения, а с более редким -- пророческим. Вот и проглядели его (меня?) "псы Господни", не отняли от материнской груди и не увезли воспитывать в один из секретных папских монастырей. Спящий ген, сказали они спустя четверть века, когда меня всё же нашли и стали называть майстером. И таки заточили в тайной обители в ожидании смерти понтифика.

А ведь я не скрывался. В той глуши, что я рос, в этом просто не было необходимости. Конечно, Экхарт (я!) не демонстрировал возможности дара. Хотя и не понимал что происходит и почему мои сны полны видений, многие из которых затем сбываются, но был твёрдо уверен, что другим людям знать об этом не нужно. Времена ведьм давно прошли, но вряд ли сознание германских крестьян так уж сильно изменилось.

Двадцать пять лет я жил почти обычной жизнью. У меня не было друзей -- им я предпочитал книги и сеть, не было женщины -- возня с противоположным полом меня не привлекала и была даже отвратительна. Дневная жизнь, когда я помогал родителям-фермерам, и жизнь ночная -- полная видений и близости Господа. А ещё были утренние попытки разобраться в посылаемых образах. Классифицировать их, отделить ложные от истинных, увидеть тонкую линию вероятности, скользящую между ними подобно змее. Прямо как сейчас.

Только тогда, в прошлом, я многое не понимал. Пытался поставить свой дар на службу простым людям, искренне считая это своим предназначением. Видя варианты грядущего, я вмешивался в плоть времени и своей волей изменял предначертанное. Не являя себя. Как тогда, когда пришлось напоить отца слабительным за ужином, чтобы утром тот не сел за руль машины, не поехал в город и не врезался в дерево, избегая столкновения с выбежавшим на дорогу мальчишкой.

Сейчас всё по-другому, но при этом -- так же. Я опять иду за хвостом змеи, но спасаю не одного человека, а целый мир. Пять долгих лет я вижу во сне варианты гибели миллионов людей. Как тут не состариться раньше времени?

Но -- к работе! Метод бьёт класс. Можно быть гением, но без систематизации упустить детали. Бог или дьявол скрывается в них - это вопросы к богословам. А у меня -- другая работа.

Итак. Что было? Обычный набор последних семи дней. Смерть. Пламя. Горящие люди. Воины в средневековых латах. Звери, в которых угадываются собаки и кошки, но изменённые в мерзостных чудовищ размером с лошадь. Города, окруженные каменными стенами. Онагры, швыряющие в те стены снаряды. Небеса, сминаемые подобно листу пергамента Господней Дланью!..

Нет, это всё не то! Это следствия -- не причина. Такое я видел многократно, видения повторялись уже несколько лет, различаясь в деталях. Каков главный образ? Я-Экхарт открыл глаза, быстро вызвал на экран текстовый файл вчерашнего видения. Кивнул сам себе -- так и есть. Предыдущий файл подтвердил догадку. Окружение менялось, но неизменным оставалось главное послание.

Хохочущий мертвец-кукловод. Гигантская мёртвая тварь со слепыми бельмами и растянутым в злой улыбке ртом. От искривленных, тронутым разложением пальцев тянутся нити, на которых дергаются послушные его воле люди. Их пальцы тоже тянут за нити, заставляя плясать тех, кто находится на другом их конце.

Сложилось. Всё окончательно сложилось. Действия епископа Франко вступили в ту фазу, когда обратить их становится практически невозможно. Да и нужно ли? Ведь второй по значимости иерарх Церкви делает это на благо всего мира. Может ли он ошибаться? Говорит ли ему его пророк о своих видениях? Принимает ли тот их в расчёт?

-- Не князьям мирским служит сердце моё. Не даров их взыщет душа моя. Господу одному подчинено сердце моё. Дар Его уже в душе моей.

Строки из трактата человека, жившего семь сотен лет назад и носящего такое же имя, Экхарт-я произнес без пыла и рвения. Просто перебрал обкатанные постоянным повторением слова, как камни чёток, отполированные частыми прикосновениями. И кивнул -- всё верно. Не князьям. Не иерархам. Господу, и только ему.

Пусть владыки Церкви строят планы, опираясь на дар подобных мне. Пусть плетут интриги, забыв истинное предназначение пастырей. Пусть возводят пророков, сделавшихся марионетками, на Святой престол, давно уже утративший последнюю святость. Мне эти игры не интересны. Ибо предсказуемы и примитивны. Я знаю что надлежит сделать. И сделаю.

Разрушив последние сомнения, я поднялся. Нажал на кнопку подле двери и, спустя минуту, протягивал для поцелуя руку брату-иезуиту. Невысокому и хрупкому, но полному внутренней силы и горящими верой глазами. Верному сторожу, никогда не спящему псу. Преданному лишь одному человеку -- мне. Экхарту. Который сделал его таким. И ушло на это четыре года.

-- Ты отправишься на восток, Стефан. Ты найдешь одного человека, -- мой голос хриплый, как всегда бывает, когда говорит человек, предпочитающий молчать.

-- Да, пророк. Кто он?

-- Наш брат. Ты получишь все сведения о нём часом позже, -- говорю я. Их я ещё сам не знаю. Нужно покопаться в файлах, найти пересекающиеся линии. Пока есть только лицо. И ещё знание, что у него странные фиолетовые пульсары.

-- Хорошо. Что надлежит сделать с этим человеком?

-- Убить. И сделать это так, чтобы вина пала на язычников.

Иезуит склонил голову. Ни капли сомнения, ни крохи интереса. Пророк повелел -- он сделает. Это его служение.

-- Как скоро я отправляюсь?

-- Сегодня. Как только я соберу для тебя все сведения.

-- Ждать ли вмешательства?

Экхарт-я задумался. Точнее, прикрыв глаза, перебирал видения. И найдя нужное, кивнул. В этот момент самолёт попал в воздушную яму и меня-Экхарта слегка тряхнуло.

-- Это возможно. В этот узел сходится множество нитей. Я подготовлю для тебя имена и ключевые места.

-- Что надлежит делать с теми, кто может помешать?

-- Старайся не увеличивать количество жертв сверх необходимого. Сейчас ступай и соберись в путь.

Когда посланник моей воли ушёл, Экхарт-я вновь вернулся к ноутбуку. Раскрыл каскадом множество документов и погрузился в их изучение. Меня мало трогала неизбежная смерть брата по вере. Да и других людей тоже. Душа бессмертна -- какой прок волноваться о смертном её вместилище?

А вот что это была за тряска на ровном месте?..

-- Игорь, есть пара минут? -- Самойлов тронул меня за плечо, и глаза мои -- не Экхарта, открылись. Я словно бы и не спал, но отчётливо помнил каждую деталь своего сна.

Что за хрень это, прости, была? Монах, видения? У меня тихо, незаметно ни для кого, течёт крыша?

-- Глеб, давай минут через десять, а? Посиди с остальными, мне нужно одну мысль записать.

Едва следователь отошёл, я схватился за ручку и прямо на обратной стороне документов стал записывать свой сон. Почему-то это казалось самым важным делом в жизни.

 

Глава 4. Новый путь

Едва только шасси нашего борта коснулись посадочной полосы аэропорта Гуанчжоу, а "встроенный минский блок связи" смартфона поймал местную сеть, я набрал князя. Разница во времени составляла всего один час, так что беспокоится о том, что Поярков спал, не стоило.

-- Николай Олегович, мы долетели.

-- Я рад. Что-то ещё?

Выкупил меня по голосу на раз! Впрочем, я и не думал ничего скрывать.

-- У меня был сон. Или видение. Или чёрт его знает что вообще!

-- За языком следи, -- князь в своем репертуаре. Сам может и матом выругаться, но тебе и безобидные словечки в речь добавить нельзя. -- Давай толком.

И я как мог подробно, благо все подробности были пусть и сумбурно, но записаны, рассказал ему про майстера Экхарта. Про то, как я был майстером Экхартом. На другом конце линии достаточно долго царило молчание. Затем голос князя выдал:

-- Чёрт!

Чего мне стоило не поддеть "дядьку" -- никто никогда не узнает.

Ещё минуту я слушал, как в трёх с половиной тысячах километров от меня владетель земли амурской бормочет что-то неразборчивое. Вроде бы он с кем-то говорил, но так, чтобы я не слышал о чём именно. Видимо, ладонью микрофон прикрыл -- как и бо́льшая часть людей старшего поколения, он и не предполагал что микрофон можно отключить нажатием иконки. Затем шумы прекратились и чёткий голос Пояркова сообщил.

-- Если повторится -- записывай. Во всех подробностях. Старайся ничего не упускать. Любые оттенки смыслов. Ты понял меня?

-- Понял, -- я был немного обескуражен тоном князя. Мой рассказ его не просто взволновал -- практически лишил душевного равновесия. Чувствовалось, что не повышает голос он только по многолетней привычке держать себя в руках.

-- Хорошо. Завтра к тебе вылетит... человек. Я постараюсь чтобы завтра. Встретят его без тебя, я со Снегирёвым всё решу. Ты слушаешь всё, что он тебе говорит, и исполняешь без споров. Понял меня?

-- Да, понял я, понял! -- уже заводясь, ответил я. Что его так переполошило? Кого он сюда отправляет? Что происходит?

-- По своим задачам работаешь без изменений. Только -- это важно -- старайся не оставаться один. Пусть всегда кто-то рядом будет. Ну всё, до связи.

Прежде чем Поярков нажал на отбой, я услышал еще одну его фразу. Адресованную не мне, а кому-то стоящему рядом. Которая окончательно вогнала меня в ступор.

-- Пифия, ты представляешь? Но как же не вовремя!

Убирая трубку в карман пиджака, я заметил, что мои спутники очень внимательно на меня смотрят. Как на диковинного зверя.

-- У меня рога на лбу выросли?

Все дружно замотали головами. Слишком дружно. До меня дошло, что я, хоть и находился в хвостовой части салона, говорил с князем слишком громко. И команда, скорее всего, слышала каждое моё слово! Вот же блин!

-- Ну тогда собираем вещи и на выход! У нас куча дел!

Василий всё же набрал чрезмерно много вещей. Размышляя о своём, я смотрел как он пытается уложить чемоданы и сумки в огромный багажник посольского лимузина. Отстранённо так, с каким-то натуралистическим интересом исследователя -- справится жучок с препятствием или нет?

Поздоровался с чиновником, который приехал нас встречать -- он представился Петром Лунем. Скинул пиджак на руку -- жара стояла просто оглушающая. И продолжал наблюдать за денщиком. Почему-то это казалось самым важным делом на данный момент. Наконец он закончил, все расселись, и лимузин тронулся.

Пифия -- это же гадалка вроде? Провидица? Как в "Матрице"? "Ложки не существует". Господи, какая каша в голове! Не, я так-то мужчина образованный, понимаю, что слово греческое, и откуда взялось тоже знаю. Но ко мне это какое отношение имеет?

Князь про меня говорил? Меня так назвал? Похоже на то. Реакция у него интересная. Он вроде даже будто рад, но обеспокоен. Странно... Чего радоваться? Мало данных, очень мало! По приезде в посольство сразу засяду за книги. Почему я раньше ничего не знал о пифиях?

-- Раньше Гуанчжоу называли Кантоном, но это ошибочное, европейское название, -- будто включился звук. Я с усилием прекратил гонять по кругу мысли и услышал, как наш встречающий развлекает народ байками. -- Долгое время город был единственным портом империи, открытым для европейцев, вот они и дали ему такое, более произносимое для них название. После реставрации император повелел избавиться от всех чуждых названий, после чего город вернул своё историческое название.

Вероятно, он считал себя обязанным вести себя, как гид при тургруппе. И, как любой гид, говорил он преимущественно о всяких малополезных для нас вещах, вроде истории и этимологии названий. Мне вот какая польза в том, что само название города в четвёртом веке нашей эры звучало как Уянчэн и переводилось на русский как "город пяти козлов"?

Кстати, никто не встречал представителей Благовещенского княжества в аэропорту, кроме упомянутого чиновника. Я только сейчас об этом подумал -- видения и разговор с князем выбили меня из колеи. А ведь протокольный визит, между прочим, вроде как должны были.

-- Пётр Игнатьевич! -- попытался я повернуть энтузиазм чиновника в нужное и более практическое русло. -- Расскажите лучше о планах нашей делегации на ближайшее время. Какие мероприятия уже запланированы, какие из них обязательны, а какие можно проигнорировать.

Пётр Лунь моргнул и прервался. Он был невысоким, средних лет мужчиной, воплощавший своим обликом идеального чиновника среднего звена: тщедушный, узколицый и суетливый. Глазки его, особенно в разговоре, постоянно искали взгляд собеседника, будто бы он жаждал найти в нём отклик на свои слова. При этом был он боярином, по местному -- ваном, происходящим из мелкого эмигрантского дворянского рода. Осевшего здесь пару столетий назад и за это время успевшего смешать свою кровь с местной аристократией.

-- На сегодня, Игорь Сергеевич, у нас запланирован только визит в Нефритовый Двор, дабы подать прошение на аудиенцию у наместника, -- ответил он наконец.

-- В смысле? -- не понял я. -- Разве наш визит не согласован с кит... минцами?

-- О, конечно же согласован, не волнуйтесь! Это просто особенности здешних традиций: прежде чем идти на встречу с представителем императорского рода, любой иноземец должен лично подать прошение. Это просто... условность и сама по себе мало что значит, но без неё нельзя. Протокол... Естественно, визит уже согласован и запланирован на завтра, десять часов утра в Чайном павильоне Нефритового двора, но...

В этом месте чиновник виновато улыбнулся и развел руками, как бы говоря -- ну вот так тут всё устроено. А я кивнул сам себе -- вот и причина отсутствия красной ковровой дорожки и китайских пионеров. С точки зрения минцев, мы как бы ещё не прибыли. Меньше всего на свете мне хотелось играть в китайские церемонии. Но кто бы дал мне выбор? Со своим уставом в чужой монастырь не ходят. Принято у них так -- что ж. Будем соответствовать. Сказано же -- по своим задачам работать без изменений.

-- Время подачи прошения запланировано?

-- Да, конечно! Специально выделенный на это чиновник ждет вас через два с половиной часа. Он зарегистрирует прошение -- оно уже написано по всем правилам, и сразу выдаст вам приглашение на встречу. Вы и десяти минут не потратите! Больше на сегодня никаких дел не запланировано.

Это хорошо, хоть будет время сориентироваться на месте.

-- Разве что с вами хотел бы поговорить глава представительства -- Алексей Вячеславович Снегирёв. В любое удобное для вас время.

-- Конечно.

Со Снегирёвым этим мне ещё Евсеев говорил пообщаться сразу, как на место прибудем. Он ведь не только послом был, но и управлял местной, пусть и немногочисленной агентурой. И именно он занимался поисками нашего беглеца с того момента, как нам стало известно в каком городе тот скрывается. А ещё с ним князь должен утрясти детали встречи некоего человека. Которого я должен буду слушаться.

Так, всё! Выкинул из головы всю эту пургу с видениями и пифиями! Да, это что-то значит, но что именно -- мне сейчас не понять. Слишком мало данных. Так какой смысл мысли гонять? Станет легче? Не станет! Это как со страхом полётов: когда входишь на борт, бояться лететь просто нет смысла. Поскольку от тебя уже никак не зависит -- штатно пройдет полёт или самолёт грохнется на взлете. Проще книжку почитать.

Ещё минут двадцать лимузин вёз нас по столице провинции. Сопровождающий чиновник, наконец, прекратил рассказывать истории о древнем Гуанчжоу и стал отвечать на вопросы о его сегодняшнем дне, да и о Китае вообще. Это выходило у него не в пример увлекательнее -- всё-таки он тут местный, а не присланный из княжества специалист. Одно только положение дел минских ванов, столь кардинально изменившееся после реставрации, меня перепахало до глубины души.

-- Когда императорская семья вернула себе контроль над страной, она сделала своеобразный вывод о том положении, в котором оказалась до этого. И возложила вину за военные поражения, падение экономики и последующий раскол государства на сословие ванов. Небезосновательно, в общем-то, ведь именно они раньше управляли провинциями, а не члены императорской семьи, как сейчас. В результате император утратил контроль над провинциями и случилось... скажем... случилось то, что случилось! Поэтому Чжу Гэнь, желая навсегда ограничить опасных и трудноуправляемых ванов, сразу же, как захватил Пекин, издал эдикт о "Новом пути". Согласно этому документу, боевые маги теперь имели право развивать только одно направление своего дара: эфир, воду, огонь, металл или смерть. Любое, но только одно.

Я знал, конечно, что китайцы очень сильно мышлением от всех остальных народов отличаются, но и представить не мог чтобы настолько. Так ослабить самые сильное свое оружие -- как такое только в голову могло прийти? С другой стороны, китайский Колумб в нашем мире совершил кругосветку задолго до европейцев, и чем это для него кончилось? Интригами при дворе, мучительной смертью и полным уничтожением флота, способного к длительному морскому плаванию. Вот и встретили опиумные войны со своими одномачтовыми джонками!

-- Было создано новое ведомство, главной задачей которого являлся контроль за исполнением императорского эдикта. Служили в нём только обычные люди, многие из которых потеряли дома и семьи во время Эпохи Тридцати Правителей. Стоило ли удивляться, что они взялись за дело с особенным рвением? Сотни чиновников, вооруженных сильнейшими модумами, очень быстро заставили ванов пересмотреть свои взгляды на порядок в стране.

Только этого, как я лично мыслю, всё равно не хватило бы на то, чтобы привести военную аристократию к полному повиновению и отказу от большей части своей силы. Слишком неравны силы даже вооруженных артефактами людей и боевых магов. Понятно, можно было по-тихому вырезать смутьянов-аристократов, но это могло привести только к геноциду, и ни к чему больше. Лунь будто услышал мои мысли, и дальнейший его рассказ расставил все точки над i.

-- Конечно, ваны не горели желанием подчиняться. Но они при этом знали о силе Чжу Гэня, и о том как он расправлялся с мятежниками в то время, когда возвращал трон. А ещё они знали, что у императора трое сыновей -- носителей высшей магии, а младшая дочь имела редчайший дар пифии.

В этом месте рассказа чиновника мои уши сделали стойку, как у охотничьего пса. Перебивать и спрашивать у него я ничего не стал, но весь обратился в слух.

-- Она могла предсказывать каждый шаг мятежников ещё до того, как они совершат его. Первая попытка объединить свои силы против императора провалилась, вторая тоже. Ваны усвоили урок и не стали совершать третью -- покорились.

Всё. Больше ничего он по интересующему меня вопросу не скажет. Он вообще о другом говорил, а пифия к слову пришлась. Значит пифия -- это что-то вроде предсказательницы -- я всё верно понял. О! Майстер Экхарт из ведения себя считал пророком! Это не то же самое? Скорее всего! Но, отложим пока.

-- Чиновники "Нового пути" взялась за дело с ещё большим рвением, и спустя всего поколение империя Мин стала совсем другой страной. Развитой страной, в которой нет голодных. Спокойной страной, в которой обычные люди больше не боятся бесчинства ванов.

Закончив рассказ, Пётр Лунь на секунду замер и нервно сглотнул. Что вызвало у него такую реакцию, я не сообразил, а вот причину сжатых кулаков Яньлинь и зло сверкнувших глаз её старшего брата, понял прекрасно. По сути, чиновник рассказал нам историю того, как носителей боярского дара в Китае выхолостили. И магов из Маньчжурии, до реставрации отколовшейся от Поднебесной, это просто бесило.

О сложившемся положении дел я знал, но и предположить не мог первопричины. В Китае были слабые боевые маги -- это известный факт. Даже самый сильный ван владел только одним аспектом, что делало его узкоспециализированной боевой единицей. Да, они развивали владение своим даром до совершенства, но были ограничены только им. Поэтому одни семьи рождали только щитоносцев, а другие -- метателей огня. Из могущественных магов и рыцарей прошлого они превратились в солдат. Очень крутых, но солдат.

-- А вы? -- я решил не играть в дипломатию и задал прямой вопрос. -- У вашей семьи, Пётр Игнатьевич, какой аспект? Вы же подданные империи, хоть и русские по крови.

-- Да сколько там той русской крови! -- отмахнулся Лунь. -- Хоть веру и язык свой сохранили, и за то слава Господу! А аспект у моей семьи -- ихор, по здешней классификации -- красный дракон.

-- Огнём дышите?

-- Плазмой, Игорь Сергеевич. Есть и плюсы в "Новом пути", знаете ли. Развиваешь единственно возможное до совершенства.

И, замолчав, едва заметно вздохнув. А я подумал, что будет нелишним взять у этого неприметного человека несколько уроков. Плазма, подумать только!

Жестокое решение -- так с ванами поступить. Но минского императора я понимал даже. Когда сталкиваешься с реальностью, в которой твои предки из-за лени и недальновидности чуть не просрали страну, не до игрушек становится. И не до популизма. В моём мире китайцев так же "взбодрили" Опиумные войны. Настолько, что даже став коммунистической, Поднебесная осталась страной с самым жестоким наказанием за торговлю наркотиками. Да и Россия после перестройки, если подумать, на путь диктата ступила не от хорошего наследия...

Первая и главная задача любой власти, вне зависимости от государственного строя и национального менталитета, заключается в том, чтобы власть сохранить и приумножить. Диктатом, вроде китайского, или социальными реформами -- совершенно неважно. Все это лишь инструменты, с помощью которой власть решает важнейший для себя вопрос. Так было в моём мире. И в этом я не увидел особых отличий. Разве что во власти здесь были хищники и собственники, а не временщики, спустившие с цепи свои желания.

Так что не нужно смотреть на Пояркова влажными от умиления глазами, мол, князь-батюшка, заботливый отец народа, принявший в семью сиротинушку из другого мира! И на минского императора вешать ярлык сатрапа тоже не стоит. У правителей другие цели, соответственно, и задачи им решаемые, от обывательских сильно отличаются.

Ведь мой "дядька", если уж на то пошло, с самого что ни на есть начала знал о подмене своего племянника на иномирянина. Но не вмешивался. Наблюдал. Был готов в любой момент остановить мои потуги "восстановить справедливость". И после того как я пробкой от шампанского вылетел в свой мир, вернул он меня сюда тоже не от большой любви. Ему нужен был дар, оставшийся мне в наследство от двойника. И, конечно, ему нужен был заместитель и помощник -- вместо того, которого он растил с самого детства, но проморгал его изменения. Человек, которого можно использовать на любом боевом или политическом фронте. И который будет ему верен. С кадрами беда не только в моём мире.

Я против данного подхода не возражал. И не по причине склонности к такой сексуальной девиации, как мазохизм, просто понимал, что иначе дела не делаются. От наличия в этом мире магии и таких сказочных названий, как князь, берсерк и целитель, сам мир детской сказкой не являлся. Здесь лилась кровь, люди бились за власть, влияние и богатство. Ничего такого, чего бы я не встречал в своём мире. Кроме одной малости: здесь у меня были просто обалденные стартовые условия. И я собирался использовать их по максимуму. Но не для обретения власти или богатства -- и того, и другого у меня по брови было.

Я хотел избавиться от статуса фигуры на доске. Пройти весь путь от офицера до ферзя, пока не подвернется возможность спрыгнуть с доски. Я хотел стать игроком. Хотя бы и с маленькой буквы. Кто-то назовет это карьеризмом -- плевать! Пешкой я уже был. И, оглядываясь назад, понимал -- мне не понравилось.

#

-- Его видели дважды. Один раз на приёме в британском посольстве, второй -- в доках, где он беседовал с капитаном турецкого судна. В обоих случаях Топляка сопровождала охрана.

Снегирёв на посла походил ещё меньше, чем я на жениха пермской княгини. При первом взгляде на него мне пришло в голову слово "потасканный". Причём речь шла не о его возрасте -- посол едва ли был старше пятидесяти лет, что для аристократии этого мира было сравнительно немного. Тем не менее слово это полностью описывало главу представительства Благовещенского княжества. Мелкий и болезненно худой, с лицом настолько перекопанным морщинами и измождённым, что казалось, будто посол только что поднялся со смертного одра. Где огласил наследникам свою последнюю волю, а потом решил, назло им, пожить ещё немного. Даже его костюм -- обычная серая двойка, выглядел так, словно Алексей Вячеславович в нём спал. Не в том смысле, что одежда была грязной или помятой, просто висела на нём, как на скелете.

При этом посол оказался мужиком дельным, без тяги к плетению словесных кружев, которой обладают, на мой взгляд, практически все дипломаты. Хриплым голосом он быстро ввёл меня в курс дела, как по официальной части моей миссии, так и по поискам беглеца. А когда я спросил его о той помощи с его стороны, на которую я могу рассчитывать, сверкнул удивительно молодыми голубыми глазами и ответил:

-- На любую, Игорь Сергеевич. Князь велел оказывать вам максимальное содействие.

Ага, дядька, выходит, мне карт-бланш выдал. Это хорошо. С одной стороны. С другой: больше дадено -- больше и спросится.

-- Где он живёт, выяснить удалось?

-- К сожалению, нет. Попытки проследить за ним к успеху не привели. Слишком мало времени. Вчера я нанял частного детектива чтобы не привлекать внимания к посольству, но пока доклада от него не поступало. Сегодня вечером, возможно.

-- Скрывается, выходит...

-- Самое забавное, что нет. Скорее всего -- нет. Во всяком случае, по городу он передвигается открыто, хотя и с охраной, не боится появляться на приёмах и деловых встречах. Просто местом жительства он, вероятнее всего, выбрал одну из закрытых частей города. Моим людям туда хода нет, именно поэтому я и нанял местного детектива. Он бывший полицейский, прекрасно знает город и обладает впечатляющими связями...

-- Как понять -- закрытых? -- не сообразил я, невежливо перебивая посла. Как-то не укладывалось у меня в голове, что какую-то часть города можно вот так просто взять и сделать закрытой.

-- Это особенности минской культуры, Игорь Сергеевич, -- пояснил посол, не обращая внимания на мою бестактность. -- Без привычки понять такое сложно, но в городе имеется пять закрытых для иноземцев зон. Точнее, четыре -- Нефритовый двор является таковой условно.

-- А он туда как попал, если они для иностранцев закрытые?

-- Возможно, гостем дома. Не слишком частая практика, требующая согласования с управой района и солидных подношений чиновникам. Но для человека со средствами и связями в империи нет ничего невозможного.

Здесь Снегирёв бросил взгляд на монструозные часы с маятником, стоящие у дальней стены.

-- Нам, кстати, осталось менее часа до визита в Нефритовый двор. С учётом дороги, через минут пятнадцать нужно выезжать.

-- Закрытые зоны, Алексей Вячеславович? -- вернул я собеседника к предмету разговора. -- Что это за места и как это может нам помешать?

-- Да-да. Давайте пройдём к карте -- так будет нагляднее, -- встрепенулся посол и приблизился к стоящему в центре кабинета столу. Сунул руку под столешницу, щёлкнул каким-то скрытым переключателем, и над лакированной поверхностью красного дерева возникла висящая в воздухе трёхмерная карта Гуанчжоу.

Такой технологии здесь я ещё не видел. Но проявлять любопытство не стал -- сделал вид, что карта-голограмма над антикварным столом для меня явление привычное.

Очертаниями город напоминал подкову, обнимающий своими дугами устье впадающей в океан реки Чжуцзян, являющимся также глубокой бухтой -- довольно распространённая форма для морских портов. Будто с высоты птичьего полета я смотрел на серые блоки зданий, коричневые кривые дорог, зелёные многоугольники парков и синие ленты многочисленных речушек.

-- Первая закрытая зона -- Нефритовый двор, -- палец посла ткнул в участок карты. Система тут же закрасила несколько кварталов зелёным цветом. -- Здесь расположены городская и провинциальная управы, дворец наместника, силовики и конторы большей части городских служб. Посторонним вход сюда разрешён только по предварительной договоренности или приглашению. Сразу скажу, здесь он поселиться не мог, будь у него даже письмо от самого императора. Жилых домов, кроме дворца наместника, там просто нет.

Ну ясно. Вроде Запретного Дворца в Пекине моего мира, только не такой запретный, и не в Пекине. Административный центр и всё такое. Да, согласен, в такое место Топляк бы не сунулся.

-- Остров Лунного зайца, -- карта подкрасила ещё одну зону, точнее остров посреди реки на южной границе города. -- Здесь расположен храм Будды и ещё нескольких конфессий, а кроме того, проживает местное священство. Теоретически, Топляк мог здесь поселиться, но для беглеца это не самое удобное место -- с большой землёй его связывает только одна дорога.

Палец Снегирёва отметил для меня мост через реку чтобы я не сомневался.

-- Следующей закрытой зоной у нас является район Небесного пути...

-- Алексей Вячеславович, они, в смысле, серьезно так называют районы? -- не выдержал я. -- Все эти нефритовые дворы, лунные зайцы, небесные пути!

-- А что вас смущает?

-- Просто не могу представить, зачем так называть кусок своей земли. Пафосно и неестественно.

-- Ну это вы зря, Игорь Сергеевич! Чем минские названия отличаются от английских, например? Те же Редвуд и Блэквотер в прямом переводе звучат как Красный лес и Чёрная вода, соответственно, хотя ни лесов, ни рек там может уже и не быть. А наши Белогорья, коих в каждом русском княжестве минимум по одному? Вам часто доводилось видеть горы именно белого цвета? Мне -- нет. Я вам просто даю прямые переводы на русском, чтобы вы не ломали себе язык всеми этими Хайчжу и Цзэнчэн. Но если хотите, давайте буду на языке оригинала.

-- Нет, благодарю вас! -- я вскинул руки защищаясь. -- Пусть будет район Небесного пути.

"Всё равно мои лингво-боты, когда я их закапаю, именно так мне и будут переводить! Кстати, надо бы не забыть это сделать перед поездкой в Нефритовый двор".

-- Это университетская зона. Только для учащихся и преподавателей. Вот там жилой сектор большой, много помещений сдаётся в аренду, в основном для состоятельных студентов. Хотя проживают не только они.

Но вряд ли Топляк станет жить в районе, где шатаются и ведут праздную жизнь студенты. Я бы на его месте не стал. Да и выделяться он там будет, к бабке не ходи.

Четвёртой была зона народа чжуан, который жил своим традиционным укладом, имел собственную полицию и не желал пускать на свою территорию не то что иностранцев -- соседей по городу. Китайская версия наших староверов или американских мормонов с правами на автономию, полученную лично от императора сразу после реставрации. Куча правил, знать которые чужаку невозможно, обряды, странные извивы логики, проистекающие из своеобразного понимания священных текстов. Сомнительно, чтобы Топляк осел здесь.

Последней закрытой зоной являлся Парк Лотосов. На самом деле это был огромный жилой микрорайон в центре города, построенный вокруг искусственного озера, и предназначенный для проживания бизнес-элиты Гуанчжоу. Двух и трёхуровневые квартиры в небоскребах стоили как роскошные яхты, территория комплекса была окружена по периметру, усилена магией и вооруженной охраной. За оградой находился настоящий рай для богатеев, оснащённый всем необходимым для жизни: теннисные и гольф-клубы, бассейны на крышах зданий, элитные бутики, рестораны. А также детские сады, школы, свой полицейский участок, больница и администрация коммюнити.

Парк Лотосов был идеальным местом для проживания беглого Потрошителя. С его деньгами, а бо́льшую часть счетов Топляка заблокировать не удалось, он мог устроиться тут с привычным ему комфортом и наслаждаться жизнью. Едва только Снегирёв начал описывать район, я сразу понял, что начинать поиски следует отсюда. Надо будет поговорить об этом с нанятым детективом.

Значит так, что мы делаем и в каком порядке? Я пока утрясаю все вопросы официального прикрытия: еду в этот Нефритовый двор и получаю приглашение на встречу с наместником Гуанчжоу. Алмаз садится за сбор сведений по сети -- это мы ещё в самолёте обсудили. Как и первые действия маньчжуров -- они отправляются на встречу с местной общиной своих соотечественников и налаживают связи. Их тут около полумиллиона проживало, так что вполне могут помочь. Самойлов же идёт на встречу с Витиным коллегой из местной триады -- попытается дать им заказ на поиски беглеца.

Вроде бы всё. На первый день достаточно. Ничего не упустил? Капли закапать, вот!

Внезапно накатил страх. Волна арктического воздуха прошла по телу от загривка до кончика пальцев на ногах. Не паническая атака, но довольно близкий её родственник -- боязнь несоответствия. Или страх неудачи. Чёткое понимание, что я совсем не тот, кем меня считает большинство окружающих людей. Не рука князя, не боевой маг, не политик и не интриган. Всего лишь "говорящая голова" из другого мира, выпускник факультета журналистики, который, как говорили наши преподаватели, "знает понемногу обо всём". Верхохват, болтун и приспособленец.

Постоянно прижатая логикой и волей, эта эмоциональная часть моего разума тут же выдала пулемётную очередь вариаций с одним лейтмотивом -- мы все умрём! Воображение с готовностью отозвалось и выдало несколько картинок, конкретизирующих данный тезис. Провал задания, смерть от руки охранников Топляка, раскрытие моего инкогнито. Нелепые решения, приводящие к гибели моей команды. Позорное бегство из Гуанчжоу, разнос князя, укоризненный взгляд Глеба и разочарованное сопение дяди Вани.

Какие Потрошители? Какая княгиня из Перми? Антошин, ты с ума сошёл, что ли? Это не твой уровень! Ты не справишься! Ты не умеешь ничего такого, что требуется для решения поставленных задач! Ты чужак в этом мире и всегда им будешь! Просто попроси князя чтобы тебя оставили в покое, уезжай в глушь и оставь большую политику тем, кто в этом понимает!

-- Нам пора выдвигаться, Игорь Сергеевич, -- в мои размышления ворвался хриплый голос посла. От неожиданности я даже вздрогнул. -- Машина уже ждёт.

Внутренне я встряхнулся подобно собаке, вылезшей из воды. И выдал:

"Закрой рот, девочка! Плакать разрешено в специально отведённых местах! Хочешь утонуть? Просто опусти руки! Или барахтайся, чёртова кукла!"

-- Идёмте, Алексей Вячеславович! -- рассеянная улыбка с легким кивком. Мало ли чего я не умею? Научусь! -- Быстрее начнём -- быстрее закончим.

 

Глава 5. Длань императора

Разумеется, никакого двора, сиречь площади, мощённого нефритом, не было и в помине. Широкий съезд с одной из перегруженных транспортных артерий города упирался в красные ворота с небольшим козырьком над ними. У входа довольно расслабленно стояли охранники в красных халатах и чёрных круглых шапочках на бритых головах. В руках они держали копья с красными же хвостиками под лезвиями.

Какая-то дикая театральщина. Копья! Какие, на хрен, копья? Я бы ещё понял будь древковое оружие модумным, но кто бы его дал этим клоунам на въезде? Нет, китайцы всё-таки с другой планеты прилетели! Или из другой Параллели. Вспомнился пехотинец в жёлтом берете у ворот маньчжурского посольства -- вполне современный боец, в бронежилете и с автоматом. Понятно, что хоть копьём, хоть автоматом ты против мага немного навоюешь, но маньчжур хотя бы не выглядел чужеродно в современном городе.

"Собрался!" -- рыкнул я на свои расшалившиеся эмоции. Попытка взорвать мой самолёт и сон-видение с немецким монахом в главной роли расшатали мою собранность, и временами на меня накатывала несвойственная раздражительность, маскирующая страх.

Водитель лимузина предъявил пропуск, стражи неспешно открыли ворота и дали знак проезжать. Правда, сразу за декоративными, в традиционном стиле воротами, оказался вполне современный КПП из стекла и пластика, со шлагбаумом и четвёркой автоматчиков в городском серо-синем камуфляже. Они ещё раз проверили пропуск, просветили машину миноискателем. Только после этого мы въехали в Нефритовый двор.

Первое впечатление было, что мы попали в парк. Много деревьев, лужайки, дорожки, фонтаны. Неспешно прогуливающиеся чиновники в разноцветных халатах. Щебечущие птицы и ласковое касание горячего ветерка. И будто затерянные в этой идиллии корпуса зданий, выстроенные в традиционном китайском стиле. Все эти загнутые коньки крыш, мешающие злым духам найти путь в дом, и фигурки хранителей по углам и возле дверей: львы, обезьяны, тигры и драконы. Никогда бы не подумал, что административный центр провинции, чуть уступающей размерами благовещенскому княжеству, способен выглядеть так... не по-деловому.

Машина остановилась у дорожки, ведущей к едва виднеющемуся в листве зданию.

-- Канцелярия наместника, -- пояснил Снегирёв. По случаю визита он преобразился -- сменил свой "домашний" наряд на новенький песочного цвета костюм. Теперь он походил не на измученного болезнью старца, а на повидавшего мир путешественника, только пробкового шлема не хватало. -- Поспешим.

И, противореча своим словам, неторопливо зашагал по мощёной дорожке. Я подстроился под его темп и спросил.

-- Это надолго?

-- Сомневаюсь. Кое-какие церемонии неизбежны, но специально затягивать время чиновники не будут.

В кондиционированной прохладе холла нас встретил клерк в чёрном халате с красной оторочкой. Представившись младшим хранителем покоев -- чтобы ни значила эта должность, он провёл нас в аскетично обставленную комнату, усадил за невысокий столик, к счастью, не настолько низкий чтобы сидеть на полу, и принялся развлекать разговором, одновременно готовя чай. Перед выездом из посольства вся моя команда закапала лингвоботов, поэтому я отлично понимал каждое его слово. Впрочем, и не понимал бы -- ничего бы не потерял. Обычная учтивая болтовня, вопросы о дороге и самочувствии уважаемых гостей.

-- Мы хотели бы увидиться с наместником императора цветущей провинции Гуандун, -- произнёс, наконец, Снегирёв на минском. В одной руке он держал пиалушку с чаем, другую же учтиво прижимал к груди. -- Если это возможно, и в планах наместника найдётся время на встречу.

-- Уверен что и наместник с радостью увиделся бы с путниками из далекой страны, -- отозвался младший хранитель покоев. С таким серьёзным видом, будто идея об этом только пришла ему в голову. -- Драгоценный господин Чжу Юань очень любознателен и всегда лично встречается с гостями нашей страны чтобы узнать о происходящем за её пределами.

Я в разговоре не участвовал, предпочитая просто смотреть эту постановку китайского традиционного театра.

-- В таком случае, многочтимый Сьен Дун, прошу принять наше прошение на встречу, так как и наше желание беседы с драгоценным Чжу Юанем велико, -- посол передвинул принесённый с собой тубус, внутри которого свернулся требуемый документ.

-- Многочтимые господа должны понимать, что день наместника расписан по минутам, и я не могу гарантировать вашей скорой встречи с ним, -- принимая прошение отозвался чиновник.

-- И всё же мы будем покорнейше просить вас изыскать такую возможность, -- сидя на низком пуфе, Снегирёв обозначил поклон.

-- Вижу что ваше желание встретится с наместником и правда велико, -- болванчиком закивал младший хранитель покоев. -- В таком случае прошу мне простить отлучку. Я незамедлительно отправлюсь уточнить график драгоценного Чжу Юаня.

-- Это мы должны просить у вас прощения, что отрываем вас от дел, многочтимый Сьен Дун!

"Вот зачем это всё? -- снова накатило раздражение. Сдерживая его, я проводил чиновника, уносящего тубус, глазами и вздохнул. -- Всё же известно наперёд! К чему тратить время на плетение слов и распитие чаёв? Можно же просто зарегистрировать прошение и не заниматься ерундой! Красиво, конечно, антуражно. Будто в историческую постановку попал. Но вот смысл?"

Посол глянул меня с мягкой и какой-то очень доброй укоризной. Как дедушка на нетерпеливого внучка, который желает смыться в сад пострелять по воробьям из рогатки, а не сидеть за столом и слушать скучные разговоры взрослых. От этого взгляда мои мысли полярно поменяли направление, и я принялся оправдывать местных.

"С другой стороны, -- подумал я, -- в этом мире не было коммунистической партии Китая и слепого подражания Западу в манере ведения дел. Империя всегда оставалась империей, даже когда разваливалась на части при очередном восстании, вроде той же Эпохи Тридцати Правителей -- просто императоров становилось слишком много. Дипломатический этикет тут своеобразный, это так, но, если подумать, для минцев он единственно приемлемый, поскольку иного они, вероятнее всего, и не знают!"

Сияя лицом, младший хранитель покоев появился когда чай уже начал остывать. На вытянутых перед собой руках он бережно нёс другой тубус, выточенный из зеленого камня.

-- Многочтимые господа! Я прошу прощения за ожидание, но оно будет вознаграждено сторицей! Старшему хранителю покоев удалось найти в графике наместника свободное время. Завтра он ждёт вас в десять часов утра в Чайном павильоне Нефритового двора. Вот приглашение для вас!

"Какая неожиданность!" -- желчно буркнула одна моя часть.

"Заткнись!" -- шикнула на неё другая.

-- Какая прекрасная новость, господин Сьен Дун! -- лицо Снегирёва расплылось в улыбке, будто сказанное чиновником и правда было новостью. -- Вы проделали большую работу, и мы преисполнены благодарности! Позвольте нам отблагодарить вас за внимание к простым путешественникам.

Произнося эти слова, посол двинул по столу небольшую шкатулку размером с пачку сигарет. Подношение, куда же к чиновникам без подношений!

-- Это не имеет смысла, поскольку я лишь исполнял свой долг! -- всплеснул широкими рукавами халата младший хранитель покоев. Когда руки вернулись на место, шкатулка со стола исчезла. -- Желаете ещё чая? Позвольте мне заварить для вас уникальный сорт "Голубого неба", который покажет вам всю свежесть осеннего вечера?

На мой взгляд, свежестью этот конкретный осенний вечер не баловал -- температура воздуха находилась на отметке тридцати градусов, плюс влажность. Но мы, тем не менее, опустошили ещё один чайник, после чего, наконец, простились с чиновником. Весь визит занял у нас около сорока минут. Просто чтобы отдать одну бумажку и получить в обмен другую. С учётом предварительных договоренностей! И это Снегирёв называл "не будут слишком затягивать"? Тогда мне страшно представить китайскую бюрократию во всей её красе!

#

Когда мы уже подходили к машине посольства, меня кольнуло странное чувство: будто бы я увидел кого-то знакомого, но сознание среагировало с опозданием, и я понял это слишком поздно. Дурацкое ощущение, если честно! Стоишь, озираешься и пытаешься понять чьё лицо, фигура или манера двигаться заставили тебя среагировать, а понять ничего не можешь. Может и вовсе объект был незнакомым тебе человеком, а подсознание само прилепило к нему черты кого-то знакомого.

Вокруг были одни китайцы в халатах разных цветов, а у меня ведь не так много знакомых китайцев. По пальцам одной руки пересчитать можно! Так на кого я сделал стойку? Вроде бы никто не смотрел на меня, дар молчал и не предупреждал об опасности, но я всё равно не мог успокоиться.

-- Что-то случилось, Игорь Сергеевич? -- обеспокоенно проговорил Снегирёв, заметивший моё странное поведение.

-- Будто увидел кого-то знакомого, -- неохотно пояснил я. -- Только понять не могу кого.

-- А чувства опасности нет?

-- Вроде нет.

-- Ну тогда, скорее всего, вы на ведьмака так среагировали, -- с облегчением махнул он рукой. -- По первости случается.

Что? Ведьмак, убийца магов здесь, а посол говорит об этом так спокойно? Словно о безделице, внимания не стоящей! И где он?

-- Поясните пожалуйста, Алексей Вячеславович. Я здесь человек новый, может не понимаю чего. Только для начала покажите его, раз вы так хорошо осведомлены.

-- Вон тот паренек у открытого павильона с драконом на коньке. В тёмно-синем халате. Видите?

Я глянул в ту сторону и едва удержался чтобы не швырнуть туда пульсаром. Сдержался -- вдруг тут так не принято? Вместо этого принялся изучать ведьмака. Тщедушный малец лет пятнадцати, китайчонок. Лицо безучастное, взгляд бессмысленный. Как у дурачка, который потерялся, но ещё этого не осознал. Стоит и ждёт когда мироздание само разрешит трудности, в которых он оказался.

-- Почему он здесь? Это же взведённое ружье! И почему у меня такая реакция на него? Я ведь встречался раньше с ведьмаками и ничего такого не помню!

-- Этот мальчишка -- один из "Длани императора", Игорь Сергеевич. Приставлен к наместнику как символ власти отца над сыном. Страховка лояльности, если вы понимаете о чём я. А реакцию вашу можно объяснить специальным эмоциональным маячком, который имеет каждый ведьмак при дворе. Чтобы люди сразу понимали с кем имели дело.

-- Его приставил к своему сыну император? -- я недоверчиво взглянул сперва на посла, а затем вновь перевёл взгляд на подростка.

-- Да, так тут заведено со времен реставрации. Получающий провинцию сын императора снабжается также и вот таким предохранительным механизмом.

-- Но это же ведьмак! -- в голове у меня всё ещё не укладывался тот факт, что орудие Потрошителей стоит совсем рядом, но никого, кроме меня, это не волнует. -- Это что же, Мин официально сотрудничает...

Договаривать я не стал. Во-первых, нечего демонстрировать невежество при после -- не настолько хорошо мы с ним знакомы, а во-вторых, потому что понял. Точнее, вспомнил. Всё, что читал о Потрошителях, их деятельности по всему миру и причинах, почему эта мерзкая организация, крадущая мирян и делающая из потенциальных целителей идеальных убийц, до сих пор не уничтожена. У меня такое случается: вроде уже и знаешь фактуру, а толком применить её не можешь. Дожидаешься такого "озарения", как сейчас, и тогда изученные материалы становятся на свои места. А до этого -- просто общие сведения.

Дело в том, что Потрошители были частью местной экосистемы. И начинали вовсе не с продажи ведьмаков, а просто с похищения мирян и продажи их боярам и князьям. Противозаконно, но какой аристократический род откажется от собственного целителя? Воспитанного в абсолютной преданности и не помышляющего о том чтобы сменить хозяина. Рабы-целители ценились очень высоко и, хотя торговля ими и была официально запрещена, фактически пользовались услугами Потрошителей все, кто имел деньги и власть.

А в середине 19-го века у торговцев появился новый товар -- ведьмаки. Каким уж образом они научились ломать целительский дар и превращать его в оружие -- этого не знал никто. Но факт остается фактом: на рынке появилось новое оружие. Одноразовое, но почти безотказное. И только с этого момента их начали преследовать во всём мире -- владетели быстро сообразили с какой угрозой столкнулись. Но, что занятно, пользоваться их услугами не прекратили. Человек -- та ещё скотинка!

Так что ничего удивительного в том, что империя Мин закупала ведьмаков у Потрошителей и вполне официально их использовала, не было. Максимум, что могло удивить благовещенского боярина вроде меня -- это необычный способ применения сломанных целителей. Обычно их против врагов использовали, а тут император сам приставляет их к своим детям, как страховку.

Китайцы! Всё не как у людей!

-- Алексей Вячеславович, расскажите мне об этой "длани императора"? -- попросил я, усаживаясь на заднее сидение. -- Я никогда об этом не слышал.

-- Конечно! Будет о чём поговорить дорогой. Хотя тема вами выбранная, Игорь Сергеевич, какая угодно, но только не приятная!

-- Ничего, я справлюсь, -- отшутился я, вглядываясь напоследок в безучастное лицо пацана, всё так же стоящего возле павильона, и впечатывая его образ в память. Тот продолжал стоять, полностью безучастный к жизни вокруг себя, будто не было ему до неё никакого дела. Геймер! Вот кого он мне напомнил -- подростка-геймера, залипшего в игру! Один в один такой же пустой взгляд и замершая мимика!

-- "Длань императора" -- это специальный отдел имперской службы безопасности, занимающийся охраной императорской семьи, -- заговорил Снегирёв, когда машина, мягко шурша шинами, тронулась.

-- Хорошо же она их охраняет, -- со смешком отреагировал я.

-- Ну, там ведь не только ведьмаки числятся, в том ведомстве. И обычные целители, и отряды ванов, и множество обычных людей -- слуги, шпионы, фаворитки.

-- Фаворитки! -- я-то думал, что после ведьмаков посол меня удивить уже не сможет. -- То есть любовницы у них тоже на довольствии спецслужбы стоят?

-- Вы неверно понимаете минцев, Игорь Сергеевич, их образ мыслей. Он кардинально отличается от европейского. Вот я вам назвал функцию "Длани", и что вы подумали?

-- Ну, охрана vip-персон, сопровождение, предотвращение заговоров, -- я пожал плечами. -- Как везде, в общем.

-- И вот тут вы допускаете ошибку. "Длань императора" охраняет именно императорскую семью, а не её членов. Понимаете разницу? Общее, не частности!

Посол испытывал удовольствие, рассказывая мне о китайцах. Чувствовалось, что самому ему тема близка, а вот поговорить о ней зачастую и не с кем.

-- В рамках сбережения целого, можно пожертвовать его частями! -- он взмахнул рукой, отрубая невидимым топором эту невидимую же часть целого. -- Лишь бы целое продолжило жить и функционировать. Вы, наверняка, не знаете, информация за пределы империи выходила разве что по дипломатическим каналам, но шесть лет назад Чжу Ли отдал приказ "Длани" казнить одиннадцать своих потомков. Трое из них были его сыновьями.

Одиннадцать своих... Я тебя, в смысле, породил, я и убью? Крут старикан на расправу! Как-то не очень у меня в голове укладывалось такое суровое наказание... За что, кстати?

Вопрос я повторил для Снегирёва вслух. Тот пожал плечами и выдал:

-- Да кто бы нам сказал, Игорь Сергеевич? Этого же ведь и по стране не объявляли. Просто слух дошёл. Из достоверных источников. Возможно, попытка некой фракции совершить переворот, отправив старого императора к предкам до срока. Или ещё что. Причины в данном случае не слишком важны -- это даже рядовая прополка могла быть -- род-то разрастается, провинций всем не хватит. А праздный мозг, как вам известно -- мастерская дьявола. Чем кормить всю эту ораву...

Здесь посол неожиданно замолчал и испытующе поглядел на меня. Хотел понять, какую реакцию вызвал его рассказ? Да я был в шоке, если честно! Видимо, увидев то, что хотел, неожиданно сменил тему "прополки" императорской семьи.

-- Поэтому каждый член рода получает от отца такой "подарок" в виде ведьмака. Это одновременно и напоминание о зависимом от императора положении, и предохранитель -- на всякий случай. Вы же знаете, что у носителей царского дара психические заболевания развиваются в десятки раз быстрее, чем у обычных людей или даже бояр?

У меня возникло ощущение, что Поярков учился риторике у того же наставника, что и Снегирёв. Настолько схожим был использованный им приём неожиданного поворота беседы. Вслух же я, честно выпучив глаза, ответил:

-- Нет, не знал! Это действительно так?

А князь-то ведь не удосужился просветить! Блинский Белинский, а то, что я сам с собой разговариваю -- это не проявление ли шизофрении? И видение это про немца?

-- Между тем, это действительно так! Если желаете, я могу дать вам почитать одно весьма любопытное исследование по данному вопросу. Но знаете что действительно страшно в этой ситуации? Родовые возможности у свихнувшегося мага никуда не деваются! Так что практика держать ведьмака при наместнике -- оправданная и, если смотреть с такой позиции, даже гуманная.

Это он не тему менял, а пояснения давал все по тому же вопросу "Длани императора". Ну так-то да, гуманная! Приставить к собственному сыну убийцу, да ещё и так, чтобы потенциальная жертва об этом знала -- это, конечно, верх гуманности! Даже без учёта связей с Потрошителями, у которых эта "Длань" закупается явно в промышленных масштабах!

-- И они это терпят? Я имею в виду -- члены императорской фамилии? Они же сами большей частью носители царского дара? А ну как психанет кто и превратит Поднебесную в пустыню Гоби?

-- Поднебесная... -- мечтательно протянул посол. -- Давно не слышал чтобы империю так называли. Запрещено после реставрации, знаете ли. А зря! Прекрасное было название! Что до вашего вопроса, Игорь Сергеевич, то вы опять со своими европейскими, простите, стандартами пытаетесь понять минцев. Для них это естественно, понимаете? Единственно возможный ход событий. Как для турок, например, казнь всех отпрысков султана после восшествия на трон наследника. Жертвуя частями, сохраняют целое.

-- Всё равно не поверю, что они вот так, как овцы жертвенные, готовы под нож пойти! -- буркнул я. Про обычаи турок я, кстати, читал. Было такое в моём мире. Но в средневековье! Не в двадцать первом веке!

-- Считаете, что это варварство? -- Снегирёв посмотрел на меня с ехидцей.

-- Да! -- не стал юлить я. -- Зачем плодить такое количество отпрысков, если собираешься большую их часть потом уничтожить?

-- Тогда... Нам до посольства ещё минут десять ехать. Попробуйте предложить мне более жизнеспособную модель общества империи? Мне крайне интересно было бы вас послушать. А ответ на ваш последний вопрос -- селекция. Множество вариантов и выбор самого сильного. В наших широтах такое распространение бы не получило, мда... Не та ментальность.

#

До самых дверей благовещенского представительства я только и делал, что создавал проклятую модель -- Снегирёв зацепил меня своей самоуверенностью! С каким-то подростковым азартом я создавал в голове схемы, опираясь на все известные по родному миру модели управления. Лучше бы потратил это время на что-то более толковое! Планирование своих действий по поиску Топляка или, например, поиска ответов о сути видения в самолёте. Хотя с последним вру -- поиск ответов я запустил. Отстучал Алмазу сообщение и попросил накопать мне всю информацию по пифиям и пророкам. Зная хакера, уже завтра утром я буду обладать всей информацией по ним, которую только можно нарыть в сети.

А по модели -- ничего я, разумеется, не придумал. По одной простой причине -- магия. В моём мире её не было, а, попадая в уравнение, эта переменная рушила все построения! В конечном итоге пришлось признавать поражение и сообщать об этом Алексею Вячеславовичу. Тот отреагировал ожидаемо. Со снисходительностью учёного с мировым именем потрепал меня по предплечью и сказал: "Ну вот видите!"

Посреди холла посольства стоял в ожидании китаец. Редкий щёголь, надо сказать: синий в крупную полоску костюм вполне европейского кроя, чёрный шёлковый платок на шее, лакированные сине-белые туфли и шляпа. Этакий стиляга из пятидесятых! Образ довершали тонкие усики на смуглом лице и трость с массивным набалдашником. Несмотря на серьёзные глаза много повидавшего мужчины, впечатление он производил скорее легкомысленное.

-- Ван Ло! -- просиял улыбкой посол и, раскинув руки, будто намеревался обнять китайца, двинулся к нему. -- Признаться, не ждал вас сегодня.

Говорил Снегирёв на минском, о чём можно было понять только по небольшой задержке перевода -- как в фильме, у которого звук на долю секунды отстаёт от изображения. А если смотреть в это время на рот говорящего, то появлялся легкий дискомфорт от несовпадения движения губ и слов, звучащих в ушах.

-- Здравствуйте, господин посол! -- лицо китайца озарила радостная улыбка. Глаза его остались такими же холодными, а взгляд, который он бросил на меня, был изучающим. -- Я хотел поскорее доложить вам о результатах моей работы. Надеюсь, я пришёл не слишком поздно?

-- Вовсе нет! Прошу в мой кабинет! -- на ходу Алексей Вячеславович пояснил для меня, хотя я и так уже всё понял. -- Ло Яо -- тот самый детектив, который ищет место жительство Топляка.

-- Хорошо, -- нейтрально отреагировал я, хотя этот ван мне не очень понравился. Ну какой, скажите, детектив будет так наряжаться? Будто сутенёр или музыкант из джаз-бэнда! А ещё от него тянуло чем-то потусторонним. Дар не предупреждал об опасности, но всё-таки... Только на площадке второго этажа я сообразил, что мои сегодняшние ощущения напоминают таковые месячной давности.

-- Ваш аспект тлен? -- довольно бесцеремонно спросил я его, обернувшись.

Ло Яо несколько секунд глядел мне в глаза и молчал. Не проявляя беспокойства или агрессии. А вот я начал заводиться -- со смертецами у меня сложные отношения. Неосознанно даже к эфиру потянулся. Но тут на помощь пришёл посол. Всплеснув руками он затараторил на минском:

-- Ван Ло! Простите мне мои манеры, даже полный событиями сегодняшний день меня совершенно не извиняет! Господин Антошин, -- моя фамилия прозвучала в его исполнении, как три отдельных слога, -- является, по сути, вашим нанимателем. Я лишь посредник, оформивший сделку в его отсутствие.

Китаец тут же изобразил легкий, почти неуловимый наклон корпуса.

-- Рад знакомству. Да, мой аспект Ши. Иностранцы так называют дыхание предков. Это является препятствием для сделки?

Я медленно покачал головой, отгоняя настойчиво звучащий голос дяди Вани: "Увидишь носителя тлена -- убей!"

-- Нет. Просто неожиданно встретить носителя данного аспекта. В империи он распространён?

-- Нет, господин Ан То Шин. Роды, владеющие Ши, можно пересчитать по пальцам одной руки. Перейдём к делу?

Мы прошли, наконец, в кабинет и расселись в кресла. Посол тут же обратился к Ло Яо.

-- Расскажите, что привело вас в мой дом так поздно?

-- Я нашёл вашего человека. Он живёт в квартале Лотосов. Арендует два верхних этажа в башне сорок восемь. Замкнут, практически не общается с иными жильцами башни. Окружён охраной и редко покидает комплекс. Проследить за ним моими возможностями не представляется возможным.

Как я и думал! Топляк в Парке Лотосов! Чёрт! Конечно, хорошо, что место его жительства нам теперь известно, но даёт это, прямо скажем, немного. В комплекс китайских богатеев просто так не проникнуть, да и силовая операция в таком районе обречена на неудачу -- слишком хорошая охрана. Да и устраивать разборки на чужой земле, куда приехал с дипломатической миссией -- не лучшая идея. В общем, ярчайшая иллюстрация к русской народной поговорке: близок локоть, да не укусишь!

-- Ещё что-нибудь? -- спросил я детектива.

-- Деловые встречи он проводит за пределами комплекса -- таковы правила тамошней администрации. Если его брать, то только за пределами Парка Лотосов.

Я бросил быстрый взгляд в сторону посла, безмолвно спрашивая его о том, насколько осведомлён китаец о личности человека, слежку за которым ему поручили. Покачивая головой Снегирёв пояснил вслух:

-- Ван Ло знает кто такой Топляк. И о наших намерениях в его отношении он тоже в курсе.

Вот как? Не очень умно, как по мне. Кто нам этот смертец? Откуда столько доверия к местному боярину, пусть бы у него и совершенно безупречный послужной список? Или у меня паранойя?

-- Ясно, -- без выражения произнес я. -- А вам известно о том когда могут состояться подобные встречи?

-- Нет. Но я могу ещё поработать над этим вопросом.

-- Хорошо. Выясните всё, что удастся. И докладывайте мне в любое время. Приезжать необязательно, быстрее будет позвонить по этому номеру, -- и я продиктовал ему цифры своего телефона. -- Ваши услуги уже оплачены?

-- Да, благодарю вас. Вы очень щедры.

-- Тогда я более вас не задерживаю.

Когда детектив ушёл, мы с послом прошли на террасу, выходящую во внутренний двор посольства.

-- Ему можно доверять?

-- Мы давно с ним сотрудничаем по разным вопросам, -- отозвался Снегирёв, вглядываясь в темноту сада. -- Он надёжный человек и верный друг.

-- Он -- смертец!

-- Его аспект Ши -- это верно. Но это не то же самое, что восточноевропейская школа смертной магии. Не забывайте, что здешние ваны практикуют только один аспект дара. И он не смертец, а обсидиановый копьеносец.

-- Это ещё что значит?

-- Много про них я не расскажу -- просто не знаю, а Ло Яо не торопится избавлять меня от невежества, рассказывая семейные секреты. Но до реставрации обсидиановые копьеносцы составляли гвардию императора. И считались самыми сильными магами ближнего боя.

-- А сейчас?

-- А сейчас действующих носителей дара во всей империи не наберётся и на почётный караул. С восстания копьеносцев и началась Эпоха Тридцати Правителей, -- сказал Снегирёв и надолго замолчал.

 

Глава 6. Убийца

Когда сквозь темноту ночного сада проявилась полная света комната, я заметить не успел. Думал о своём: обо всех этих копьеносцах, смертецах, ведьмаках, и не заметил, как под руками, вместо дерева перил террасы, оказался полированный камень столешницы. Слева мягко светило, но всё же раздражало глаз, настенное бра, а в полутора метрах от лица мерцал экран ноутбука. Всё пространство монитора занимало изображение головы пожилого китайца. Седые волосы, собранные в пучок на затылке, морщины на лбу, вокруг глаз, по сторонам плотно сжатого рта свисают белые усы.

Видения, будь они неладны! Я понял, что меня опять накрыло видением, когда сквозь лицо старика на экране ноутбука качнулась тень ветви сливы из сада посла. И донеслось едва слышимое покашливание Алексея Вячеславовича. Я всё так же стоял на террасе представительства княжества, но разумом находился в другом месте. Как в прошлый раз, когда гостил в голове майстера Экхарта.

Было, правда, и отличие. Я ничего не знал о человеке в которого меня закинуло. Чьими глазами смотрел, чьими ушами слушал. Также я ничего не знал о человеке который смотрел с монитора.

-- Мы не можем позволить оппозиции использовать ситуацию, -- произнёс китаец с экрана. И я понял, что наблюдаю за видеобеседой по аналогу скайпа. -- Будущее государства стоит на кону. Постарайся чтобы наше послание было воспринято однозначно.

-- Да, отец, -- голос того, чьими глазами я смотрю, был мягок и напевен. Настолько, что будь он ещё самую малость мягче и напевнее, его бы уже нельзя было назвать мужским.

-- Тогда мы закончили, -- сказал китаец и отключился. Изображение его лица пропало, сменившись тёмно-синей заставкой с какой-то эмблемой в центре экрана. Дракон, вроде бы -- не успел разглядеть.

Собеседник старика устало вздохнул, опустил крышку компьютера и поднялся. Взгляд его переместился со стола к окну, и я увидел плотно задёрнутые жёлтые шторы.  Согнувшегося в поклоне слугу в длинном халате...

-- Да вы спите на ходу, Игорь Сергеевич! -- рука посла тронула меня за плечо. -- Пойдемте я провожу вас в вашу комнату.

Комната с настенным бра, каменной столешницей и экраном ноутбука исчезла. Но перед тем, как уже мои глаза увидели огни ночной подсветки сада посольства Благовещенска, перед внутренним взором пронёсся ещё один образ. На этот раз -- просто картинка. Статичная, как кадр из фильма, который поставили на паузу. Промелькнувшая всего за миг, но врезавшаяся в память каждой деталью.

В центре композиции находился китаец. Другой, не старикан с сеанса видеосвязи. Молодой мужчина в чёрной с красным пижаме, которая у минцев идёт за аналог европейского делового костюма. Лицо его было перекошено безумной какой-то гримасой, как у рестлера во время атаки на противника. Обе руки он свёл вместе и вытянул вперёд, а вот кисти развёл в сторону, словно пасть чудовища. И из этой вот пасти тянулась струя белого пламени. Замершая, концом упирающаяся в окно, уже оплывающее под натиском температуры. И люди. В комнате -- десяток людей. Точнее, пылающих факелов, всего миг назад бывших людьми.

-- Игорь Сергеевич?

Моя рубашка промокла от пота. Сердце колотилось как бубен шамана индейцев. Перед глазами всё плыло, а разум, сбитый с толку сменой планов, не выдавал ни единой мысли. Просто замер в ступоре.

-- Игорь Сергеевич? С вами всё...

-- Я в порядке! -- отозвался я. Громче чем хотелось. -- Просто устал! Надо вздремнуть, и всё будет в порядке. Покажите где моя комната?

-- Конечно, -- продолжая смотреть на меня обеспокоенно, Снегирёв сделал жест к двери. -- Прошу за мной.

Двигаясь как автомат, я добрёл до своих покоев, попросил посла прислать кого-нибудь с письменными принадлежностями, а когда за ним закрылась дверь, рухнул поперек широкой кровати и, впечатав лицо в подушку, заорал.

"Вы же знаете, что у носителей царского дара психические заболевания развиваются в десятки раз быстрее, чем у обычных людей или даже бояр?"

"Если повториться -- записывай. Во всех подробностях. Старайся ничего не упускать".

"В рамках сбережения целого, можно пожертвовать его частями!"

 "Пифия, ты представляешь? Но как же не вовремя!"

Обрывки фраз крутились в голове, как куски овощей в миксере кухонного комбайна. Я схожу с ума? Я же носитель царского дара, верно? Не обученный, но генетически им владеющий. Эти видения -- такие были у Антошки -- сына князя, до его инициации. А князь выслал ко мне доктора, а не кого-то ещё. Понял, что проморгал момент с инициацией и обучением, и племянник его тронулся умом. С чего я решил, что говоря о пифии, Поярков имел в виду меня? Он мог просто вернуться к прерванному моим звонком разговору!

"Но он велел всё записывать? Зачем?"

"А ещё он просил не оставаться одному ни при каких обстоятельствах! Про записи он сказал чтобы сместить фокус внимания с проблемы. С того, что он посылает врача, которого нужно слушаться!"

"Первое видение было совсем не похожим на глюк..."

"Да тебе-то откуда про глюки знать как они там выглядят! Ты же тяжелее травы ничего никогда не пробовал!"

"Это было реально! Я видел чужими глазами!"

"В реальности у тебя течёт крыша! И "скорая" уже вылетела из Благовещенска! Смирительная рубашка и никаких княгинь!"

-- Заткнулись оба! -- заорал, точнее промычал я в подушку.

Логически... Надо просто мыслить логически! Да, страшно. На самом деле -- трындец как страшно! Но это мало что меняет. Паника такая штука, что поддашься ей один раз, и можешь идти копать могилку и заказывать гроб. Страх может помочь -- инстинкт самосохранения и всё такое, а вот паника убивает. Об этом я знаю очень хорошо.

Странно, не странно -- пофиг! Рассматриваем только факты. Видения были -- факт. Нравится или нет -- было! Они были очень... достоверны. Тоже факт. Но вот не факт, что это просто выверты сознания. Третий факт -- никто кроме меня ничего такого не видел. И вот это -- очень плохой факт. Только благодаря ему можно предположить что я схожу с ума. Но! К счастью есть "но"! Реакция князя. Это четвёртый факт -- его мой рассказ ошеломил, но не удивил. Правда, он может значить и то, что князь обеспокоен признаками потери рассудка своего зама. Но, если проанализировать все его слова и интонации, убедительнее выглядит другая версия. Поярков понимал что со мной происходит, но был удивлен, как такое могло произойти со мной.

И ещё один довод в пользу того, что я не съехал с катушек. Меня отправили к минцам решить целую кучу задач, одной из которых была проверка готовности обер-секретаря к дальнейшей работе на благо княжества. А значит я изучен, взвешен и признан годным. Банально годным с точки зрения медицины! Меня вот якут-целитель проверял за два дня до выезда. Строго говоря, он меня и княжича осматривал раз в неделю. И ничего не нашёл, никаких признаков грядущего сумасшествия.

Вывод? Всё-таки видения -- проявление дара. Скорее всего так. Не боярского, царского возможно. Это неприятно, это пугает, но маловероятно что это опасно. Значит, паника побоку и рассматриваем только версию с пробуждением дара. И ещё раз -- у Антошки такое было, и ничего с пацаном не случилась. Носится по закоулкам резиденции, как в зад пчелой ужаленный!

С непередаваемым облегчением я оторвал лицо от подушки и вдохнул полной грудью. Какой-ты, всё-таки, трус и паникёр, Антошин! Смотреть противно! Одно радует -- никто не видел.

В дверь постучали. Слуга-китаец, как какой-то официант в ресторане, молча сервировал небольшой столик в углу бумагой и карандашами и так же беззвучно, как вошёл, покинул комнату. Вовремя! Надо всё записать. Каждую долбанную деталь!

Усевшись за стол, я прикрыл глаза, сосредотачиваясь перед работой. И сразу же вспомнил реплику старого китайца с экрана ноутбука.

"Мы не можем позволить оппозиции использовать ситуацию..."

Слова политика! Эти интонации и построения фраз я узнаю в любом из миров! Китайского политика. И высоко летающего, кстати. Стоп! А не императора ли я видел? В последнем видении? Это же легко проверить! Господи, ну хоть на одну здравую мысль ты разродился, Антошин! А то верещишь как баба, слушать противно!

Я достал смартфон и вбил в поисковике "император Чжу Ли". И с удовлетворением стал разглядывать лицо старого минца, виденного всего каких-то минут десять-пятнадцать назад. Фотография седого, с длинными усами, одетого в расшитый жёлтый халат и смешную чёрную шапочку владетеля империи окончательно убедила меня что я не псих. Именно его я видел глазами... получается -- его сына. Чжу Юаня? Человека, с которым мне встречаться завтра. Скорее всего так. Точнее смогу сказать только когда услышу его голос. Он у него... характерный такой.

О чём говорили император и наместник в моём видении было неясно. Я застал самый конец разговора, понять из которого можно было только одно -- стороны обсуждали дела государственные. Больше из этого мне ничего не выжать. Тогда переходим к картинке, которая появилась под занавес. Той, где злобный ван заливал всё вокруг белым огнём. Как этот кошмар, в котором люди превратились в факелы, был связан с беседой отца с сыном? Не просто же так это мне в один момент привиделось? Хотя могло и просто так -- что я знаю о природе видений?

Потратив ещё десять минут, я записал свои видения на бумагу и собрался было лечь спать и как-то уговорить свой разогнанный мозг отдохнуть, как смартфон сообщил о получении сообщения. Оживив экран, я обнаружил, что пришло письмо от Алмаза. Татарин, видать, тоже не спал и воспринял мою просьбу порыть сеть на предмет информации по пифиям со всей серьезностью. Вздохнув для порядка -- сна пока не предвидится, я погрузился в чтение.

#

Спустившись утром в холл посольства, я стал свидетелем непонятной и немного пугающей сцены. Или неловкой -- тут как посмотреть. В кресле сидел в совершенно растрепанных чувствах Пётр Лунь, а рядом с ним стояла -- и утешала его! -- Яньлинь. По крайней мере, так я воспринял картину. Хотя, как её ещё воспринять-то? Мужчина сидит уронив лицо в ладони, а женщина стоит рядом и успокаивающе гладит его по плечу.

При моём появлении оба замерли, будто я застал их за чем-то неприличным, и тут же поспешили разорвать дистанцию. Точнее, это попыталась сделать Яньлинь, сделавшая пару шагов прочь от кресла с чиновником. А тот остался сидеть, но уже не в столь трагической позе.

-- Что-то случилось? -- спросил я нарочито небрежно, как воспитанный человек, стараясь смотреть в сторону.

Лунь тут же бросил берсерку умоляющий взгляд, который расшифровать не составило бы труда и ребенку:

"Пожалуйста, ничего не говорите!"

Уже открывшая было рот женщина, резко закашлялась, будто подавившись чем-то. И посмотрела на Петра Игнатьевича с укоризной.

-- Семейные проблемы... -- выдавил в это время чиновник. -- Ничего такого.

Выглядел он при этом так, будто у него мама сейчас умирала. Врать Лунь не умел совсем.

-- Может мы можем как-то помочь?

Обычно я не лезу в чужие проблемы, да ещё и с предложением помочь. Во-первых, у меня своих по брови, а во-вторых, как правило, такая доброхотская инициатива выходит боком. И тебе, и тому, кому помогаешь. Но тут, не иначе из-за присутствия Яньлинь, вдруг полез.

-- Правда, не стоит, -- вяло отозвался Пётр Игнатьевич. -- Это личные дела, вам это совсем не интересно...

На этом месте я бы и остановился -- и так зашел много дальше, чем обычно. Но вмешалась женщина. Верно говорили евреи: Бог сотворил мужчину и отдыхал, а сотворил женщину -- и все потеряли покой.

-- Расскажите всё Игорю! -- потребовала она, забыв о том, что её, вообще-то, просили молчать. -- Он хороший человек и, наверняка, придумает, как вам помочь!

Разумеется, после такой лестной характеристики от красавицы-берсерка пути к отступлению для меня были закрыты. Осталось только идти вперёд. Что я и сделал, приблизившись к креслу, в котором сидел Лунь. Тот вскочил и затараторил:

-- Игорь Сергеевич, я не должен... У вас и своих проблем хватает... Вы не должны!.. Я сам!

-- Давайте вы не будете говорить мне, что я должен делать, а чего не должен, -- мягко, но, надеюсь, веско произнес я, опуская руку на плечо чиновника и усаживая его обратно в кресло. До визита к наместнику ещё оставалось полно времени, так что я мог себе позволить побыть тем, кем меня видела симпатичная женщина.

Ещё с минуту Лунь не решался начать, отговариваясь своей незначительностью и моей занятостью, а затем, неожиданно для самого себя, начал рассказывать. Путанно, нескладно, я сперва даже не сообразил, о чём он говорит.

-- Теперь им придется уехать! Род Фэн живет в Гуанчжоу уже четыре поколения, и вот теперь им нужно уехать! И никаких объяснений, Игорь Сергеевич, понимаете? Никаких объяснений! Просто потому что мы ваны, а с ванами можно не церемониться!

-- Пётр Игнатьевич! -- практически рявкнул на него я. Столкнувшись с этим словоблудием, я понял, что на самом деле до визита к наместнику не так уж и много времени осталось. -- Извольте взять себя в руки и говорить толком!

Кстати, поймал себя на мысли, что стал использовать здесь устаревшие слова и обороты. Все эти "извольте" и "потрудитесь". Атмосфера, видимо, располагала.

Чиновник от моего окрика дёрнулся, пробормотал "да-да, конечно!" и пару раз смачно хлестнул себя по щекам.

-- Прошу простить, Игорь Сергеевич! Происшествие совсем выбило меня из душевного равновесия! Я расскажу по порядку, да-да!

Он поднялся, наконец, из кресла, прошёл к огромному, в полтора человеческих роста, окну холла, облокотился на подоконник и так, стоя к нам спиной, начал говорить.

-- Брата моей жены зовут Фэн Юйсян. Вернее, звали. До вчерашнего дня. Вчера вечером он погиб. Был убит... да. Говорят, напал на полицейский участок, убил множество людей... Его смогли остановить только пули. Понимаете, это какой-то бред! Это же добряк Юй! Он в жизни никого не обидел! Кадровый военный, но без трупов на совести -- он всегда этим так смешно гордился! А полицейские говорят, что он сжёг половину служащих участка! Просто так, безо всякой причины! Вошёл внутрь, активировал дыхание дракона...

В голове щёлкнуло узнавание. То, что рассказывал сейчас Лунь, я видел.

"Чёрт! Чёрт! Чёрт!"

Молодой мужчина в чёрно-красном. Искажённое злобой лицо. Сведённые вместе руки, из которых вырывается белое пламя. И горящие люди. С десяток горящих людей. Картинка так хорошо врезалась в память, что теперь без труда вспомнил и место происшествия. Это действительно был полицейский участок.

И от этого осознания мне стало хорошо. Хотя это и характеризовало меня как плохого человека. Пётр Лунь рассказывал о шурине, в которого вчера всадили половину цинка патронов, а я подумал о том, что получил ещё одно доказательство того, что нахожусь в здравом уме.

-- И теперь вся его семья будет выслана за границу провинции и лишена имущества. Жена, трое мальчишек... И никто ничего не объясняет, понимаете, Игорь Сергеевич! Просто ван вдруг сошёл с ума и решил напасть на полицейский участок! Без цели, без мотива превратил в угли шестнадцать человек! Никто, похоже, и разбираться не планирует -- ван же!

Вот вам обратная сторона поражения в правах некогда могущественных магов Китая. Они априори виновны. Хотя, а кого тут ещё винить? Сжёг полицейский участок, убил людей -- в чём разбираться? Разве что в мотивах такого странного поступка. Но кому это интересно? Полицейские нигде не расположены копать глубоко, если ответы лежат на поверхности. Преступление же раскрыто? Раскрыто! Так чего мозг морщить?

Меня интересовали не мотивы этого "добряка Юйя" -- ну, правда, слетел с катушек, да и вся недолга! -- а то, почему в видении я увидел именно его? Да ещё и в момент нападения на участок! И, что ещё более интересно, сразу под завершение разговора императора и наместника. События как-то связаны? Я ведь вчера почитал "объективку" Алмаза по пророкам и теперь хотя бы в общих чертах понимал что со мной происходит.

А вот чиновника, насколько я понял, больше заботила судьба близких убийцы. И, рассказывая мне эту историю, он, вероятно, рассчитывал, что я, каким уж образом -- неизвестно, смогу повлиять на решение местных властей относительно высылки женщины с тремя детьми. Говорил, а сам смотрел на меня с такой надеждой, что мне даже не по себе становилось.

Во время рассказа Луня в холл спустился Алмаз. Хакер остановился неподалеку от меня, кивнул в знак приветствия и вопросительно вскинул свою монобровь -- что тут, мол, происходит? Я подбородком указал на чиновника -- сам слушай. А потом, когда выговорившись, мужчина замолчал, татарин спросил:

-- А это когда было?

Пётр Игнатьевич поднял на него взгляд и с недоумением ответил:

-- Вчера вечером. Почти ночью уже.

-- Ага, -- отозвался Алмаз и в задумчивости начал теребить ухо.

-- Ты к чему это спросил? -- поинтересовался я.

-- Да тут похоже эпидемия какая-то. Третий случай на этой неделе.

-- Что значит эпидемия? -- встрепенулся чиновник. Да и я сам, признаться, с куда большим интересом взглянул на хакера.

-- Я вчера по сети побродил, наткнулся на два случая похожих в местных новостях. На этой неделе, ещё до нашего приезда парочка ванов точно так же убилась.

Такт у татарина был как у колуна!

-- В каком смысле?

-- Без всяких видимых причин мирный подданный нападает на охраняемый объект, убивает людей, и сам, в результате, погибает. Первый случай четыре дня назад -- нападение на КПП какого-то индийского княжества, я не помню названия. Трое убитых солдат, и расстрелянный модумными патронами мелкий ван. Применяемый аспект -- эфир. Второй -- два дня назад. Нападение вана на кортеж здешнего толстосума. Здесь всего один погибший охранник, вана положили в пять секунд. Он, кстати, распадом по охране бил. Ну и третий вот вчера... Я почитал про погибших, они все как один -- маленькие люди на незначительных должностях. И без малейших склонностей к подобному поведению. Как по мне, всё это больше похоже на способ самоубийства или акцию протеста, чем на проявление немотивированной агрессии.

А вот это очень интересно! Три случая за неделю! Правда, похоже на эпидемию. Надо бы покопать подробности... Не понимаю, почему это важно, но точно знаю, что картинки моему разуму показываются не зря.

-- Игорь Сергеевич, доброе утро! Вы уже готовы ехать?

Со второго этажа спускался посол Снегирёв, уже наряженный в тёмно-зелёный костюм. Его реплика заставила меня бросить взгляд на часы -- полчаса до визита к наместнику!

-- Да, конечно! Одну минуту!

Я приблизился к Алмазу и тихонько проговорил:

-- Вытряси из Луня подробности. И дождитесь меня в посольстве. Как от наместника приеду -- обобщим информацию.

#

За тонированными стеклами лимузина проплывали стеклянные небоскрёбы Гуанчжоу. Деловая часть города, тут ничего китайского не увидишь в принципе. Несмотря на все старания архитекторов, а уж они-то выкладывались на сто двадцать процентов! Одни только парные башни этажей под сорок, закрученные как рога горных козлов, чего стоили! Но всё равно -- унифицировано и, по сути, безлико. Такое можно увидеть в любом мегаполисе мира: многоуровневые автострады, спешащие по своим делам толпы горожан, высоченные, пропарывающие подбрюшье облакам здания. Асфальт, стекло, бетон, сталь.

Вот бы выбраться из центра и погулять по окраинам древнего города! В прошлой жизни мне нравилось теряться в Харбине, забредать в места, про которые не знает туристическая карта, находить тихие дворики и тенистые скверы. Смотреть на вросшие в землю старые особняки или муравейники бедноты, собранные из всякого хлама. В таких местах чувствовался дух времени и, как ни странно, страна, гостем которой я был, становилась куда понятнее.

Взять, например, тех двух дедков, виденных мной в курортном Бэйдайхэ моего мира. Жаркое лето, потоки отдыхающих в ярких одеждах, и два старика, сидящих в крохотном скверике между двумя оживлёнными улицами. Одеты бедно, но опрятно. Играющие в го или ещё какую-то премудрую китайскую игру. Проходя мимо них, я заметил толстые, раздавленные тяжелым трудом и артритом пальцы игроков, ставящие камни на доску. И их умиротворённые лица.

Меня тогда будто током ударило. Я даже остановился, некоторое время наблюдая за пенсионерами, которые на меня не обращали никакого внимания. Мимо них пролетала жизнь, которую они не понимали и частью которой не являлись. Свою жизнь они пропахали как проклятые ради этого будущего и совершенно не были огорчены тем фактом, что будущее к ним равнодушно. Они работали по колено в холодной воде рисовых полей или толкая средневековые тачки на одном колесе на добыче песка или камня. Ради этого китайчонка, капризно оравшего что-то на одной ноте. И ради тех нуворишей, разряженных словно павлины.

Они никому не предъявляли счетов, не требовали признать их заслуги, не кричали что потомки обязаны этим солнечным днём именно им. Два старика просто сидели в тени дерева в центре современного курортного города и коротали остаток своих дней за игровой доской. С выражением полного покоя на лицах.

Мне тогда показалось, что я что-то узнал про Китай.

-- Вы чем-то обеспокоены, Игорь Сергеевич? -- ворвался в мои размышления голос посла.

"Много чем! -- хотелось ответить ему. -- Предстоящей встречей с наместником, поручениями князя, поимкой беглого преступника и пробуждением пророческого дара! Ну и так, по мелочи, историей вашего подчинённого, например! Точнее, не ею самой, а тем, что я к ней как-то причастен!"

Но вслух я сказал совсем иное:

-- Небольшой нервоз перед встречей с наместником, Алексей Вячеславович. Я, всё-таки, не дипломат.

-- Вы не переживайте! Во-первых, я буду рядом и смогу сгладить ваше незнание протокола или обычаев страны. А во-вторых, это же установочная встреча. Не формальное мероприятие, а знакомство переговорщиков в неофициальной обстановке. Не зря же встреча назначена в Чайном павильоне!

-- Как скажете, -- вяло откликнулся я. -- Рассчитываю на вашу помощь. Скажите, а этот ваш Лунь...

Я сделал паузу, подбирая слова, и Снегирёв заинтересованно полуобернулся ко мне.

-- Да?

-- Он надёжный человек? В смысле, вы ему доверяете?

-- Вот те нате! Почему вы спрашиваете?

-- Просто ответьте, я объясню.

Посол задумался буквально на секунду, после чего сообщил с некоторой сухостью в голосе.

-- Пётр Игнатьевич со мной работает уже шесть лет, и я до сих пор не получал повода думать о нём плохо. Он ответственный и обязательный человек, не боится работы...

-- А вы хорошо его знаете? -- чёрт его знает, что меня толкнуло задавать такие вопросы! Паранойя? Вполне возможно. Все эти совпадения: сперва картинка сжигающего полицейский участок мага, затем рассказ Луня о родственнике. Случайности, как говорил один персонаж, не случайны!

-- В гости друг к другу не ходим, если вы об этом, Игорь Сергеевич! Всё-таки есть определённый уровень субординации -- в империи за этим нужно следить куда пристальнее, нежели дома. Я его начальник, а он мой подчинённый. Я бы сказал, что мы очень тепло и доверительно взаимодействуем в рамках трудовых отношений. Но к чему эти вопросы?

-- Его шурин вчера напал на полицейский участок и сжёг шестнадцать человек. Потом его убили.

Глаза Снегирёва округлились.

-- Так это ужасное происшествие, которое произошло вчера ночью... Это был его шурин?

-- Брат жены -- это ведь шурин?

-- Господь милосердный! Так вот отчего на нём лица нет сегодня с утра!

-- Да. И ещё он просил каким-то образом воздействовать на местные власти и не допустить поражения в правах для жены и детей убийцы.

-- Ох! Ну конечно! Их же теперь вышлют из провинции.

-- Такие случаи у вас не редкость? Я имею ввиду, когда боевой маг сходит с ума и нападает на первого встречного?

-- Да Господь с вами, Игорь Сергеевич! -- начал было посол, но осёкся. -- Случается... И в последнее время всё чаще. Я могу только за этот год случаев шесть припомнить.

-- Ну значит мой человек верно охарактеризовал ситуацию -- эпидемия. Он нашёл в сети ещё два таких происшествия. И все, вместе с родственником Луня, случились на этой неделе.

Снегирёв не выглядел человеком для которого сказанное стало неожиданностью. То есть новостью про Луня он был шокирован, но вот общей информацией -- отнюдь!

-- Негласно считается, что это побочный эффект ограничения ванов в использовании дара, -- понизив голос почти до шепота сообщил посол. -- Это не принято обсуждать, поскольку это будет критикой в адрес династии и "Нового пути". Не на доверии же эти ограничения, хотя минцы удивительно дисциплинированные и законопослушные люди. Что-то это ведомство делает с одаренными, раз у них остаётся доступ только к одному аспекту. Так что вполне возможно, что эти манипуляции и приводят к сбоям в головах у магов. И выливаются в такие вот... последствия.

Замолчав на минуту, Снегирёв вдруг произнёс:

-- Игорь Сергеевич, вы только по простоте этот вопрос не поднимайте в беседе с наместником. Это будет серьезным просчётом.

-- Да и не собирался, в общем-то! Это внутренние дела империи. Хотя немного пугает, знаете ли, что вот тот же Лунь ваш может утратить разум и спалит к чертям всё посольство!

-- Понимаю вас, -- невесело хохотнул посол. -- А мы, кстати, приехали.

 

Глава 7. Снежная королева

Я не ошибся. Мягкий голос певчей птицы принадлежал наместнику провинции Чжу Юаню. Сам он оказался мужчиной немолодым и невысоким. На круглом лице его выделялись только две детали: редкая узкая борода, похожая на козлиную, и глаза-щёлочки, рассматривающие меня с благожелательным интересом. Я не назвал бы наместника толстым, скорее изнеженным и плохо приспособленным к жизни за пределами дворцового комплекса. Впрочем, ему и не нужно было. Телесная крепость в чести у русских княжеств, китайцы напротив уважают в вельможах определённую пышность.

Чайный Павильон, как выяснилось, был просто большой беседкой в национальном стиле, стоящей в тени парочки причудливо изогнутых сосен. Там нас встретил сам наместник и мастер церемоний. Последний -- жердь со снобским выражением лица, сразу же затянул речь, перечисляющую достоинства его драгоценного господина, его титулы и владения. Мы со Снегирёвым, как и местный владетель, стоически выдержали эти славословия, после чего были усажены -- Чжу Юань тоже весь этот спич провел на ногах -- на покрытые коврами возвышения подле низкого чайного столика. Церемониймейстер начал своё священнодействие, то есть принялся заваривать чай, а мы с наместником стали молча изучать друг друга.

Памятуя об уроках посла, которые он мне дал по дороге к павильону, я не торопился начинать разговор. Первым, по правилам, должен был заговорить хозяин дома, и от того, что именно и как именно он это сделает, будет зависеть и манера беседы. Поэтому я ждал, нацепив на лицо маску доброжелательного спокойствия. Принял из рук слуги наперсток с чаем, дождался пока наместник пригубит свой напиток, после чего повторил его жест.

-- Мы рады приветствовать вас на юге империи! -- напевно произнёс наместник. В этот момент я и опознал его по голосу. -- Это неформальная встреча, поэтому прошу вас называть меня по имени и без титула. Той же любезности я жду и от вас.

Говорил он на китайском, но за счёт его манеры выводить слова, будто ноты тянуть, я не испытывал ни малейшего дискомфорта. Снегирёв ответил за нас обоих, сидя обозначив поклон.

-- Это большая честь для нас! Имя господина Ан То Шина -- Игорь.

И я тут же повторил движение корпусом. Вспомнилась песня "Чижа" и вьетнамский лётчик Ли Си Цин.

Дальше потекла беседа, если таковой можно назвать длинные рассуждения наместника о важности дружеских отношений между соседствующими странами и  редкими вкраплениями наших реплик. Мы пили чай с лёгким оттенком какой-то пряной травки, кивали и улыбались друг другу, словно были не представителями своих стран и не должны были вести серьезные разговоры. У меня, прямо скажем, небольшой опыт такого вот рода переговоров, точнее сказать, на данном уровне его вообще не было, и поэтому мне вся эта светская болтовня казалось пустой тратой времени. Но я всеми силами старался не демонстрировать отсутствия интереса и, в конце концов, был вознаграждён.

Тут надо сказать, что политики вообще, а высокого полёта в частности, прямо практически ничего и никогда не говорят. Все их беседы, особенно вот такие "неформальные" -- схватка двух бойцов, ничего друг о друге не знающих. Но опытных и не готовых сделать ставку на один единственный бросок или удар. Они могут кружить друг вокруг друга часами, проверяя защиту противника редкими выпадами. И только будучи готовыми, наносят удар. И ведь знал об этом! Знал, но -- политиком никогда не был. Потому и пропустил первый серьёзный ход наместника.

Опустошив очередную пиалу с чаем, наместник вдруг спросил:

-- Скажите, И-горь, по вашему, наши народы могли бы доверять друг другу? Не в рамках торгового партнёрства или культурного обмена. По настоящему доверять? Знать, что беда не придёт со стороны соседа?

Я едва не поперхнулся. Это был прямой вопрос, а не цветастая и запутанная словоформа, в завершении которой можно было только кивнуть и доброжелательно улыбнуться. Подобная постановка требовала ответа, причём ответа прямого. А я, увлекшись певчими трелями этого минского соловья, оказался к нему банально не готов.

Да ладно! Ты же хотел стать игроком? И как, прости, ты собирался это сделать? Сидеть, открыв рот, на переговорах? Отвечать невпопад? Решил, что магии, самой по себе, для этого вполне достаточно и можно отключить мозг за ненадобностью? Ну-ка, собрался!

 Зачем меня сюда послали? Вопрос ведь не в ратификации договора об экстрадиции -- это дело князя и императора. Моя задача прощупать будущего правителя страны и оставить о себе благоприятное впечатление. Проложить, так сказать, мостик доверия через трясину культурных различий и имперских замашек. Значит мой ответ должен быть...

-- Народы -- вряд ли, Юань. А вот правители -- вполне.

Вроде, удачный ответ? Сказал и чуть склонил голову на бок. Мол, понимаешь о чём я?

Наместник понял. Хотя, может он понял что-то другое, а вовсе не то, что вкладывал в слова я. Но, тем не менее, лицо его озарила улыбка, и он хлопнул в ладоши.

-- О-хе! Прекрасно сказано! Наши народы такие разные, мы совершенно с разных углов смотрим на одни и те же вещи и кажется, что понимание между нами невозможно. Что уж говорить о дружбе? Но правители, люди ведущие народы к процветанию и благополучию, могут и должны смотреть на эти препятствия с высоты обязательств!

И замолчал, выжидательно глядя на меня. Ну ни фига себе он развил мой тезис! Как мне теперь отвечать-то, да ещё так, чтобы не пустить прахом уже установившейся приязни? А-а! Была не была!

-- Путь тернист, но идущий осилит дорогу.

Я был вознаграждён ещё одним хлопком -- таким образом наместник выражал эмоции.

-- Вы знакомы с "Беседами и суждениями" великого Учителя?

Это он про Конфуция сейчас? Надеюсь, другого у них не было? Но при чем тут Конфуций? Я озвучил весьма вольный перифраз Сенеки, кажется. Или это ошибка перевода? В конце концов, фраза действительно созвучна с конфуцианской: "Путь в тысячу ли начинается с одного шага".

-- Совсем немного. Но мысли мудрецов разных стран схожи между собой, согласитесь?

-- Верно! -- и ещё один хлопок.

Результатом этого обмена репликами и цитатами стало то, что следующие полчаса мы провели уже не в дуэльных позициях. То есть, я всё ещё держался настороже, да и Чжу Юань тоже, но беседа стала действительно неформальной. Правда, из неё полностью был исключён Снегирёв, но это, полагаю, было предусмотрено с самого начала. Обмениваясь с наместником суждениями, я поймал себя на мысли, что будущий император мне нравится. Он был в определённых пределах открыт, явно демонстрировал мне своё расположение, да и вообще оказался удивительно приятным собеседником. Я даже перестал обращать внимание на его слегка женоподобный внешний вид с голосом.

Мы много говорили о наших странах. О том, насколько они отличаются и о том, насколько схожи друг с другом люди, их населяющие. В ценностях, настоящих ценностях, сказал Чжу Юань, отличия наши меньше, чем рана от укуса москита. Семья, безопасность, признание -- разве люди в русских княжествах видят эти предметы в другом свете, нежели подданные империи? Любовь, верность, дружба, честь -- можно ли придумать иное значение для этих слов? Странные разговоры для человека, который планировал стать императорам, но ведь это встреча-знакомство. Так что я поддерживал эту линию, как мог.

-- Когда человек ударяется босой ногой о порог, то его национальность не имеет значения -- кричит он одинаково, -- ввернул я слышанное ещё дома выражение.

-- О-хе! -- наместник хлопнул в ладоши. -- Беседа с вами обогащает меня!

А вообще, довольно скоро стало очевидно, что Чжу Юань ведёт меня к простой мысли -- империя настроена на диалог с Благовещенском. Точнее, с Триумвиратом. Пару раз в его речи проскакивали упоминания Тибета и Маньчжурии как примеры того, что имея куда более серьёзные разногласия, можно жить мирно. Я, может, и неопытный политик, но не дурак -- понимал, что он имеет в виду. Внешняя политика Мин здорово поменяется когда наместник Гуандуна станет императором. Благодаря ему изменится, или это уже назревший процесс -- неважно. Важно, что он будет проводником.

Уже под завершение беседы наместник чуть склонился вперёд и выдал реплику, от которой у меня мурашки по коже пошли.

-- Будущее туманно и обманчиво. Мы строим на его зыбком песке свои надежды, забывая, что каждое слово, каждый наш вздох меняет грядущее. Прошу вас помнить об этом, И-горь. А также не забывать, что здесь, --  он приложил руку к груди, -- нет места для всего вашего народа, зато найдется место для друга.

"Постарайся чтобы наше послание было воспринято однозначно," -- вот что я услышал эхом. Слова его отца, произнесённые вчерашней ночью в моём видении.

Сын выполнил задание отца на "отлично"! Никаких вариантов трактовки. Сказанное наместником следовало понимать следующим образом: события в будущем могут развиваться как угодно непредсказуемо, но мы -- конкретно он и я -- сможем договориться. С учётом, разумеется, скидки на то, что говорил это опытный политик и представитель нации, в словах которой всегда имелось больше оттенков смысла, чем два.

-- Вы держались прекрасно, Игорь Сергеевич! -- прочувствованно сообщил мне Снегирёв, когда мы сели в машину. -- Я не предполагал что вам удастся добиться такого контакта с Чжу Юанем. Не думали о поприще дипломатии?

-- Думаю, что князь будет использовать меня там, где я буду более полезен, -- после всего этого словесного фехтования я ответил фразой, которая первая пришла мне в голову. С удивлением обнаружил что она не вызывает во мне никакого протеста -- я считал что это совершенно правильно! Немного странно и слегка пугающе, если честно, но, кажется, это подняло мои акции в глазах посла ещё на пару пунктов.

Ну а раз так, давайте, как говорят торгаши, посмотрим что у нас с прибылью. Основную миссию я вроде не провалил -- определенно плюс. Сблизился с наместником, если такая оценка вообще допустима в отношении второго лица государства. Получил важные сведения. Молодец я, короче говоря!

Пожалуй, теперь стоит более плотно заняться Топляком. К тому же моя команда уже, наверняка, накопала достаточно сведений. Поимка беглеца добавит мне веса в глазах князя, да и собственную самооценку повысит. А затем уже можно и к княгине свататься! Всё по плану. Шаг за шагом...

Когда до посольства осталась пара минут езды, я устроил по "внутренней связи" перекличку, выясняя кто где находится. И предложил собраться на небольшое рабочее совещание.

"Наверное, лучше пока отложить, -- произнёс голос Самойлова у меня в голове. -- К тебе человек приехал из Благовещенска."

Чёрт! Совсем вылетело из памяти -- мне же князь наставника должен прислать! Но почему Глеб говорил "отложить"? Обучение не должно помешать заданию. Вряд ли мы займёмся им прямо сейчас.

Через две-три минуты я понял, что следователь был прав -- ситуация явно не располагала к проведению совещания. Такого наставника я не ждал. Ну, княже! Ну, удружил!

#

-- Как долетели, Ирина Олеговна?

Мать моего двойника стояла напротив меня с неподвижным лицом Снежной королевы. Женщина, в теле сына которой я, пусть и не по своей воле, оказался. Всё бы ничего, но она входила в узкий круг людей знавших о подмене.

Месяц назад разговор с ней -- по сути настоящее знакомство со здешней моей матерью -- чуть не окончилось для меня выцарапанными глазами. Чем руководствовался Поярков, раскрывая ей правду, я не могу понять до сих пор! Можно же было просто скрыть от неё прискорбный факт предательства её сына, а мне сократить общение с Ириной Олеговной до необходимого минимума. Зачем было рассказывать этой фурии всё? Да ещё в моём присутствии!

К чести её надо сказать, что выцарапать мои глаза она попыталась только один раз -- в начале беседы. После чего старалась держать себя в руках и только смотрела на меня с нескрываемой ненавистью. Железная леди она там или нет, а сына своего она любила, как и всякая мать. Даже понимая рассудком, что её Игорёша оказался той ещё тварью. Но кто из матерей будет слушать рассудок, когда им сообщают, что их кровинушка сослана навсегда в иной мир?

Спустя несколько дней после первого разговора, мы с ней встретились ещё раз, и она поразила меня случившейся с ней переменой. Ни ненависти, ни желания убить. Спокойная пожилая аристократка, для которой арктический холод являлся родной средой обитания. Тогда она даже удостоила меня кивком, а Поярков сказал, что для Ирины интересы рода всегда стояли на первом месте. А больше с "мамой" я не общался.

И вот она здесь. Во плоти! Проглотившая палку женщина, которая -- не будем себя обманывать интересами рода! -- ничего так в жизни не хочет, как моей смерти. И которую князь отправил меня обучать. Просто космос! Да как такое вообще может быть? Кстати, если я пророк, а она приехала меня учить, то выходит, что она?..

-- Спасибо, хорошо, -- ровным тоном откликнулась Ирина Олеговна. -- И уже вполне сносно устроилась, благодарю. Давай перейдём сразу к делу. Я займу около часа твоего времени, после чего ты сможешь заняться своими задачами.

-- Как скажите, -- дурак я с ней спорить, что ли?

"Глеб, мне понадобится около часа, -- послал я сообщение Самойлову. -- Пока собирайтесь, я скоро буду."

"Понял тебя."

"Во избежание недоразумений должна сказать, что я тоже закапала датские капли," -- следом за следователем в голове прозвучал голос "матери". По прежнему стоящей напротив меня и рассматривающей меня с интересом натуралиста.

Да, блин! Чёрт! Какого!..

-- Пройдёмте в библиотеку, -- вслух произнёс я.

Следующий час стал для меня настоящей пыткой. И дело даже не в вопросах, которые мне задавала Ирина Олеговна, хотя они и были весьма заковыристыми и каверзными. Дело было в моём эмоциональном состоянии. Я никак не мог отделаться от мысли, что сидящая напротив меня женщина с безупречными манерами и спокойным лицом, ненавидит меня всем сердцем. Подспудно ожидая каких-то проявлений этого чувства, я сидел словно на иголках. Накручивал себя, словно первокурсник перед экзаменом.

А она вела себя как врач, принимающий пациента. Спокойный, профессиональный, чуточку отстраненный. Такой может произносить табуированные в приличном обществе слова, и они даже не кажутся таковыми.

Ирину Олеговну интересовали мои видения. В деталях. Она безжалостно заставляла меня вспоминать как и когда они случались, что им предшествовало, в каком я был настроении перед их появлением, и сколько было времени, с точностью до минуты, когда они случались. Она спрашивала о моих эмоциональных и физических реакциях, включая даже не было ли у меня эрекции во время проявления дара?

Я отвечал. Честно и откровенно. Так уж карта легла, и мне придётся сотрудничать с этой женщиной. Она -- мой наставник, а значит может научит, должна научить! как мне с этим всем справляться. Прочитав аналитичку Алмаза, я уже знал, что дар пророческий является ответвлением дара царского. А ещё я понимал, что развивая его, я навсегда закрываю для себя боевые аспекты королевской крови. Другими словами, Шестой казни мне не видать. Это, к слову, не огорчало меня совершенно -- я никогда не был в восторге от даже возможного применения оружия массового поражения. Да и для политика, коим я собирался стать, видения были полезнее Хлябей.

Под конец допроса я решился и сам задать вопрос.

-- А вы сами обладательница пророческого дара?

Просто очень было интересно! Если она пифия, то почему этот факт прошёл мимо меня? Это же такая фигура в политических шахматах, нет-нет, да и упомянули бы её. Да и жила "мама" замкнуто, у князя появлялась редко, да и то по семейным делам, а никак не по рабочим.

-- Это не твоё дело! -- чеканя каждое слова произнесла Ирина Олеговна. Кажется, на миг она утратила контроль над собой -- на меня глянула настоящая ведьма! Тут же, впрочем, вернувшая на лицо маску безразличия и добавившая спокойным голосом. -- На сегодня мы закончили. Первое занятие завтра в шесть утра. Можешь быть свободен.

Отпустила меня, будто слугу! Хотя она ведь и считала меня "безродным" пришельцем, занявшим тело её сына. Но я не стал показывать гонор и просто по-тихому смылся. С облегчением вздохнул только когда оказался в кабинете Снегирёва с уже собравшейся там командой. И первым делом вывалил своё раздражение на окружающих.

-- Кому пришло в голову выдать Ирине Олеговне датские капли?

-- Но она потребовала! -- с покаянным видом привстал денщик. -- Что мне было делать, боярин?

-- Позвонить и спросить у меня! -- рявкнул я, понимая абсолютную несправедливость своих слов в тот же миг, что произнес их. Как мог Василий перечить госпоже Антошиной, если я сам этого сделать не могу?

-- Проехали, -- сбавил я обороты. -- Давайте доклады по очереди. Вслух!

Прежде чем кто-то начал рассказывать о своих успехах, вылезла с вопросом Яньлинь. Личико маньчжурского эльфа светилось любопытством и святой уверенностью привлекательной женщины в том, что она имеет право задавать бестактные вопросы.

-- У тебя сложные отношения с матерью, Игорь?

Под маской безразличия Самойлова скрывался едва сдерживаемый смех. Из всей нашей компании только он, да ещё, пожалуй, мой денщик, был полностью осведомлён о том, насколько упомянутые отношения были непростыми.

-- В некотором роде, коллега, -- особенно выделяя последнее слово, ответил я. Чувствуя себя при этом полным мудаком, но понимая, что все эти игры в симпатию сейчас крайне неуместны. -- Докладывайте!

Тень обиды появилась на лице берсерка всего на долю секунды. Но и его хватило чтобы у меня окончательно испортилось настроение.

#

А между тем надо бы радоваться. Я бы сказал, отработали мои люди великолепно. И вкупе с информацией полученной от чёрного, прошу прощения, обсидианового копьеносца Ло Яо, мы теперь знали очень много. Более того, нам было известно, что господин Топляк сегодня вечером собирается на встречу с неким деловым партнером.

Добыча принадлежала маньчжурам, кстати. Кто-то из диаспоры имел должность прислуги в сорок восьмой башне, где проживал наш беглец. И слышал как тот договаривался о встрече по телефону. Десять часов вечера, отель "Байлянь" -- деловой район города, не так чтобы и далеко. Зная место, мы могли взять нашего Потрошителя и на том закончить дела в Гуанчжоу. Тем более, что Глеб, пользуясь услугами триады, сумел даже выяснить в каком номере произойдет рандеву.

Однако именно он предложил прежде захвата понаблюдать за встречей. Поскольку, тут он не был до конца уверен, на ней мог присутствовать ещё один наш старый знакомый -- Михайло Арцебашев.

-- Серьёзно? -- я даже забыл про все неурядицы сегодняшнего дня! -- Бывший воевода в Гуанчжоу?

-- Игорь, я не уверен, -- повторил Самойлов. -- По описанию -- он. И, если это так, брать Топляка опасно. Ты же понимаешь уровень Михайло Генриховича?

Ну ещё бы! Первый боевой маг княжества! Евсеев отзывался о его даре с большим пиететом. И признавал, что в поединке вряд ли бы с ним справился. А я, в свою очередь, не был уверен что смогу выиграть схватку с Евсеевым, хотя потенциально был много сильнее его. Но опыт! Мой месяц использования дара против двадцатилетней практики нынешнего воеводы и более чем полувековой -- у бывшего!

-- Другой возможности у нас может и не выпасть, -- высказал своё мнение Тедань. Маньчжур не желал затягивать миссию и торчать в империи больше чем необходимо. Понять его было легко -- задача безопасника заключалась только в пленении или, на худой конец, казни виновника смерти посла Чжен Ю, которого, как считали маньчжуры, отравил именно он. -- У нас четверо одарённых против одного. Даже если он так силён, как вы говорите, мы с ним справимся!

-- А если Арцебашев не один? -- спросил я. И получил в ответ почти нескрываемый презрительный взгляд брата Яньлинь.

-- Если он так силён, что его боится рука благовещенского князя, зачем ему дополнительная охрана?

Спустя две-три минуты, когда гнев перестал мне мешать мыслить разумно, я уже жалел о сгоряча принятом решении. Но и отменить его не мог -- потерял бы лицо перед всей нашей интернациональной бригадой! И, что куда важнее -- да, я признаю это! -- перед Яньлинь. Льдинки в её глазах начали трескаться только после того, как я, поднявшись с кресла, без выражения, а на самом деле сдерживая ярость, произнёс:

-- Значит берём его сегодня. Алмаз, ты можешь добыть планы здания?

-- Конечно, могу, -- буркнул хакер. Он явно не одобрял моего решения, но перечить, пользуясь статусом старого соратника, не стал. -- Чего там мочь-то? Режимный объект, что ли? Гостиница занюханная!

Татарин едва заметным движением руки активировал над столом голографическую схему комплекса из трёх зданий, каждое из которых напоминало цветок лотоса на разных этапах раскрытия. Самое большое -- сколько же там этажей? -- было полностью распустившимся, стоявшее слева от него раскрыло свои лепестки только наполовину, а справа -- являло полностью собранный бутон.

Тяга к гигантизму у минцев была не меньше, чем у строителей коммунизма Советского Союза! Но при этом никакой монументальности -- лепестки зданий казались невесомыми, хотя весили, наверняка, сотни тонн!

-- Красотища, верно? -- Алмаз произнёс фразу с такой гордостью, будто сам спроектировал гостиницу. -- Встреча произойдет в центральном бутоне.

Красный мигающий квадратик подсветил нужный нам номер и выдал подпись к нему -- двадцать седьмой этаж, комната 2788.

-- По меньшей мере, один из участников встречи -- минец, -- произнесла Яньлинь.

-- Почему ты так решила? -- уточнил я.

-- Номер заказан на некоего Фа Гуньду, -- подтвердил догадку берсерка Самойлов.

-- Минцы помешаны на приметах и цифрах, -- пояснила женщина. -- А тут просто идеальная нумерология для деловой встречи. "Двойка" -- всё хорошее удваивается, "семёрка" -- единство, а две "восьмёрки" -- богатство и процветание. Плюс к этому "восьмёрка" парная, то есть ещё одна "двойка". Очень продуманный выбор места встречи.

Кошмар какой-то! Китайцы что -- действительно в это верят? Умея строить небоскребы в форме лотоса? Хотя, о чём я? У них члены императорской семьи согласны с периодической "прополкой"! Значит, если Линь права, а она права -- кто тут у нас ещё настолько разбирается в минских закидонах? -- встреча очень важная. Что, в свою очередь, значит что меры безопасности будут на серьёзном уровне. Стало быть, нам требуется побольше людей и техники, чем мы имеем сейчас.

Может, чёрт с ним, с лицом? Ну, признаю, что не прав был! Погорячился! Чего такого-то? Что там на сей счет говорит моя "чуйка" и периодически проявляющийся пророческий дар? Молчат, заразы!

-- В соседнем здании можно организовать пункт наблюдения, -- продолжал презентацию Алмаз. -- Вот здесь. Окна этого номера выходят ровно на номер 2788. Все, кто соберутся на встречу, будут у нас как на ладони.

-- Так мы их берём или наблюдаем? -- влез Тедань.

-- Наблюдаем, подгадываем момент и берём, -- отшил его я. -- Ты же не предлагаешь нам лезть в слепую?

-- Как именно ты предлагаешь действовать?

Кабы я знал ещё! Один раз предложив стратегию боя против сильного одаренного, я чуть было не проиграл. Хорошо тогда Евсеев перехватил управление. Глянул на Самойлова: есть, мол, идеи? Тот слегка дернул плечом, но заговорил:

-- Нужно разделиться. Пара на этаже с Топляком, пара на наблюдении с соседнего здания.

-- Зачем разделять силы? -- не понял я.

-- Да нет, нападать-то будем вместе, просто стоит сперва присмотреться.

Хорошо бы Арцебашева как-то ослабить, как тогда миланский ведьмак сделал с ватиканским палачом. Кстати, опровергая все известные о сломанных мирянах факты! Мне-то говорили, что на воздействие ведьмаку требуется время, а тот ведь за минуту что-то со смертецом сделал.

Мысль оттолкнулась от последнего слова, и я вспомнил китайского детектива Ло Яо. И фразу посла, что обсидиановые копьеносцы были самыми сильными ванами ближнего боя. Вот бы нам кто не помешал! Интересно, а его возможно привлечь? Не такая уж и глупая идея, между прочим! Посол отзывался о нём как о верном друге. И хотя мне самому обладатель аспекта Ши нравился не очень, отказываться от сильного бойца в данной ситуации было бы глупо.

Не мешкая, я достал телефон и, игнорируя вопросительные взгляды коллег, позвонил послу. Спросив у того, допустимо ли привлечь к силовой операции детектива. Получив его уверения в полной лояльности копьеносца, набрал номер Ло Яо.

-- Что-то удалось узнать? -- спросил я китайца после обмена приветствий.

-- Есть вероятность встречи объекта за пределами комплекса, но мне неизвестно, где именно. Как раз выясняю.

-- Мне известно. Как вы смотрите на то, чтобы войти в команду по захвату?

-- Сегодня?

-- Да.

-- Там будет одаренный?

А он проницательный! Сразу сообразил!

-- Да. И очень сильный.

-- Вы не возражаете, если я сейчас приеду в посольство? Обсудим детали при встрече.

-- Ждем вас, ван Ло.

Далее пришлось давать пояснения команде кому я звонил. Маньчжуры только услышав о том, что наёмник относится к роду обсидиановых копьеносцев, не раздумывая согласились.

-- Они чем-то похожи на берсерков, -- пояснила Яньлинь. -- Только используют не чужую энергию, а свою собственную. И только Ши. Бойцы ближнего боя, очень сильные. Сильнее меня.

Слышать такую характеристику от девушки ростом мне по плечо и телосложением балерины было забавно. Точнее, было бы забавно, если бы я не видел как княжеский берс Мишико ломал грудные клетки людям голыми руками и отбивал сталь рукой. А Яньлинь ведь посильнее его будет.

Ещё около часа мы, периодически переругиваясь, шлифовали детали плана. Кто где встанет, как действует если события развиваются штатно, и как если всё полетит к чертям. В общем, всё по Суворову -- каждый солдат должен знать свой манёвр. Немного злил Тедань, взявший манеру спорить с каждым моим словом. И добро бы что-то предлагал, упрямец раскосый! Нет! Просто спорил: это не так, а здесь не этак! Один раз даже пришлось пригрозить ему полным отстранением от операции, если он и дальше будет вести себя подобным образом. Помогло.

В итоге дислокация сложилась следующим образом. Мы с Глебом наблюдаем за встречей из соседнего бутона, а семейство Обой вместе с Ло Яо устраиваются по соседству с номером 2788. Не слишком близко, но и не далеко -- Алмаз забронировал номер 2781. Держим связь и подгадываем момент. Если я посчитаю риск неоправданным -- даём злодеям уйти.

-- Что ты понимаешь под неоправданным риском? -- всё-таки не смог промолчать Тедань?

-- Хотя бы то, что в номере с Арцебашевым может оказаться ещё один сильный маг. С одним мы, положим, сможем справиться, а вот с двумя -- не факт.

Маньчжур фыркнул как недовольная лошадь, но больше ничего говорить не стал. И на том спасибо!

 

Глава 8. Белый лотос

-- Я тебе говорил, что это он! -- шепнул Самойлов.

-- Всё-всё! Признаю! Согласись, в такое очень сложно было поверить! -- отозвался я так же на пределе слышимости и вновь приложил к глазам бинокль. Усиленный эфирной "линзой", которая ко всему прочему ещё и рассеивала внимание, он давал очень приличное увеличение. Настолько, что можно было читать по губам у людей в здании напротив. Если бы я умел это делать, конечно. Но, к счастью, этого и не нужно было. Глеб активировал какой-то джеймсбондовский приборчик, на который для меня Евсеев поскупился, и мы слышали каждое произнесённое в комнате слово.

В ярко освещённой комнате на двадцать седьмом этаже фешенебельного отеля "Байлянь" находились четверо мужчин. Двое сидели к нам спинами, третий и четвёртый -- боком. И вот только что последний вскочил на ноги и повернулся лицом к собеседникам. Соответственно, и к окну, и к нам, наблюдавшим за встречей из окна здания напротив. Здоровенный мужик, плохо умещающийся в синем деловом костюме -- ему очень мешала развитая мускулатура. Короткий ёжик почти полностью седых волос, жёсткое лицо воина и неуместно выглядящие на нём очки с прозрачными стёклами. Арцебашев Михайло Генрихович. Бывший воевода благовещенского княжества и один из руководителей благовещенского же филиала Потрошителей.

"Вот мы и встретились! В Гуанчжоу! Кто бы мог подумать? -- мелькнуло у меня в голове. -- Что ты, интересно, тут делаешь?"

Хотя я и был предупреждён о его возможном появлении, всё равно был изрядно удивлён. По моему мнению, экс-воевода после раскрытия должен был выйти из бизнеса и осесть где-нибудь. А он, напротив, всплыл в компании старого своего подельника. Чудны дела твои, Господи!

-- Мы привлекаем к себе ненужное внимание! -- пробасил Михайло Генрихович. -- Ради чего? Эксперимент прошёл удачно, какой смысл в дополнительных опытах? Пора сворачиваться и уезжать из Гуанчжоу!

Вот как? Так вы уже и отсюда сбегать собрались? Это мы вовремя зашли! Не надо уезжать из Гуанчжоу!

Строил Арцебашев Топляка и сидящего рядом с ним китайца в тёмно-синей пижаме. Беглый Потрошитель недовольно морщился, но при этом безо всякого страха перед громадным магом. Китаец же хранил на лице выражение познавшего истину буддиста.

-- Михайло Генрихович, ну к чему эта ваша экспрессия? -- голос Топляка я слышал впервые. Глубокий, с бархатистыми нотками светского льва и бесконечно уверенного в себе человека. Сам он был мужчиной среднего роста с широкой грудью и оформившимся животиком. Густые каштановые волосы и седеющая борода делали его похожим на пожилого русского помещика века восемнадцатого. -- Мы ведь просто избавляемся от неудачных образцов! Скажите, по вашему будет лучше, если мы оставим их здесь без возможности контроля поведения?

-- Сколько ещё у вас осталось? Этих образцов? -- снизил тон Арцебашев.

-- Трое, -- вместо Топляка ответил человек, до сих пор сидящий к нам боком. И сейчас частично скрытый массивной фигурой экс-воеводы. -- Всего трое. И я бы их растянул на пару недель, иначе мы точно привлечём ненужное нам внимание.

-- Как угодно! -- вскинутые вверх руки и выражение лица "да делайте что хотите!" совершенно не подходили гороподобному одарённому. -- Лично я беру качественные образцы и уезжаю из империи завтра!

-- Перестаньте изображать из себя lancia spezzata*, синьор Арцебашев, -- проговорил четвёртый. -- Вы такой же участник проекта, как и все остальные. Вы согласились с этим, не забывайте.

Тут мои боты дали сбой -- часть фразы я не понял, а именно "ланца спецатто". Зато сообразил, что произнесена она была на итальянском -- помогло именование воеводы синьором. Да и с недавних пор на итальянскую речь у меня стойка, как у охотничьего пса.

Голос говоривший не повысил, но от его слов дохнуло могильным холодом и очень отчетливой, ощущаемой даже через аппаратуру, опасностью. Проняло и здоровяка -- плечи экс-воеводы поникли и он, кажется, стал поменьше ростом.

-- Ничего такого я и не имел в виду, -- промямлил он. И мне стало очень интересно, кто же такой этот неизвестный, раз его боится один из сильнейших знакомых мне магов. Не дай Бог, опять смертец! -- Но проверенные образцы действительно надо вывезти. Нам же с ними ещё работать.

-- Михайло Генрихович, я вас понимаю! -- подал голос Топляк. -- Вы отвечаете за безопасность проекта и, как никто, обеспокоены способом уничтожения бракованного материала. Но поверьте, местные власти и не подумают связать происшествия последних дней с нашей работой. У них есть вполне убедительная версия, нами же им подброшенная, о причинах безумства ванов...

Мы с Глебом переглянулись. Оба, я не сомневаюсь, вспомнили рассказ Луня о спятившем "добряке Юйе", спалившем полицейский участок. То есть, это не эпидемия, как считал Алмаз, обнаруживший в сети целую серию самоубийц. Это дело рук Потрошителей? Но что за "эксперимент" или проект, о котором они постоянно говорят?

-- ... вот если бы мы просто оставили мёртвые тела или заставили неудачные эксперименты пропасть без вести, тогда здешняя полиция проявила бы интерес. Всё-таки, ваны...

-- А не всё ли нам равно, что там себе надумают жандармы минцев? Мы так или иначе собирались покидать этот город и эту страну! -- Арцебашев, судя по тону, очень хотел поскорее свалить из Китая. -- Будут нераскрытые дела и куча загадок, но какая нам с того потеря?

-- Вот сразу видно, что от коммерции вы человек бесконечно далекий! -- раскатисто хохотнул Топляк. -- Как же -- не будет потери? Нам, простите, товар ещё на рынок выводить! А зачем нам результаты неудачных экспериментов! Чтобы умные люди могли одно с другим связать и прийти к некрасивым выводам?

Да что же вы, сволочи, задумали-то? Что за бракованные образцы и какой товар вы на рынок собрались выводить? Я понимал, что торгуют Потрошители живым товаром, значит и новый "продукт" -- люди со способностями, но с какими именно? Они что, научились ванов с ума сводить? И итальянец ещё!.. Опять папист? В прошлый раз нам удалось вскрыть связь Ватикана с Потрошителями. Может и здесь так? И новый "продукт"...

"Что делаем? Атакуем или ждём?" -- внезапно вышел на связь Тедань.

Я чуть не чертыхнулся в полный голос, настолько неожиданно прозвучал его вопрос. Какие "атакуем"?! Там четыре человека с непонятным потенциалом. Я только за Топляка и знаю, что он не маг. Да ещё и говорят о чём-то страшно интересном!

"Ждём! -- ответил я для всех. -- Надо разобраться!"

"Есть второй одаренный?" -- не успокоился маньчжур.

Да что ж ты такой непонятливый? Договорились ведь по-человечески, чего под руку лезть?

"Нет достоверной информации," -- подчеркнуто холодно ответил я ему. Чёрт его знает, передаёт ли мыслеречь оттенки эмоций? Мне лично кажется, что да -- я прямо чувствую горячее нетерпение Теданя.

"Понял".

Надеюсь, блин! Я из-за тебя часть разговора Топляка с Арцебашевым пропустил!

-- По первому вопросу всё решили, -- подвёл итог итальянец. -- Возражений нет? Прекрасно! Тогда...

-- Нас слушают, -- заговорил вдруг китаец, сидевший рядом с Топляком. Говорил он на русском, но с акцентом, указывающим на то, что язык ему не родной.

-- Что? -- Арцебашев даже по сторонам заозирался.

"Как?" -- адресовал я немой вопрос Самолову. Тот в ответ только плечами пожал и тут же начал собирать аппаратуру.

-- Кто притащил хвост?! -- заистерил Топляк. Из его голоса сразу же пропала вальяжность.

-- Заканчиваем, -- безаппеляционным тоном подвёл итог четвёртый. После чего в гостиничном номере исчез свет. Не погасло электричество, а будто бы возникло чернильное пятно, в котором даже фотоны не могли двигаться.

Самойлов кинул в сумку последнюю коробочку и шепотом спросил:

-- Берём или отходим?

Я не успел ничего ему ответить. Предупреждая об опасности, дернулся чёрный жгут в узле дара, и я не раздумывая накрыл нас плотной защитной сферой. Только после этого бросил взгляд в сторону опасности. И обмер. Со стороны гостиницы в наше окно с огромной скоростью летел сгусток тёмно-фиолетового пульсара. Боевого аспекта такого цвета я до сих пор никогда не видел, поэтому, подчиняясь скорее инстинкту, чем разуму, швырнул в его сторону ещё одну полусферу щита.

-- Твою мать!.. -- выдохнул Самойлов, когда фиолетовый сгусток энергии прошил брошенный щит насквозь и закрыл собой половину нашего окна.

Грохнул взрыв, и нас с Глебом отбросило ударной волной шагов на пять назад. Защитный аспект вроде удержал энергию пульсара, но спиной о стену в коридоре нас приложило изрядно.

-- Валим! -- игнорируя боль между лопатками, я дал оранжевому цвету напитать мышцы, вскочил на ноги, подхватил под руки сомлевшего напарника и вылетел в коридор. По пути крича по внутренней связи:

"Линь, уходите немедленно! Отбой! Там ещё один одарённый! А может и не один!"

Ответа я не услышал. Едва мы добежали до лифта, как за спиной прогремел ещё один взрыв. Его энергия снесла остатки защитной сферы и буквально закинула нас внутрь висящей на огромной высоте металлической коробочки.

-- Вниз-вниз-вниз! -- непонятно зачем забормотал я. Одновременно восстанавливая защиту и тыча в кнопку принудительного закрывания дверей. Глеб взирал на мои действия мутным взором и, судя по всему, ничего не соображал.

Наконец створки сошлись, и лифт устремился вниз. Я тут же склонился над напарником.

-- Ты как?

-- Ты отменил операцию? -- едва слышно выдохнул тот. Увидев мой кивок, он спросил. -- Какого хрена это было?

Я не стал ему ничего отвечать, привалившись спиной к стене. Лифт вёз нас к земле, слежка за Топляком была провалена, а наши коллеги отходили на оговоренные позиции. Попытка захватить беглеца провалилась с треском и теперь не факт что он высунет нос из своего охраняемого комплекса. А значит моё задание не будет выполнено. Неприятно, но... А, ладно! Живы все -- уже плюс! Но как этот китаец нас учуял? Мы же такой расфокус дали!..

"Он нас видит! -- прямо в голове возник яростный крик Яньлинь. Меня обдало жаром, будто фиолетовый пульсар всё-таки достал нас, и теперь его пламя поджаривало меня прямо в лифте. -- Вступаем в бой!"

-- Сможешь бежать? -- спросил я у Глеба, глядя как неспешно меняются цифры на табло лифта. Ещё пять этажей.

-- Если отстану -- не жди.

#

Бутоны лотосов стояли на одной платформе, внутри которой располагалось здоровенное такое лобби. Полное праздношатающегося народа. Я выскочил из лифта, волоча за собой Самойлова как сломанную куклу. Перепуганные китайцы расступались, тех, кто не успел этого сделать, я просто расталкивал. Сознательно заступившего мне дорогу азиата в форме охранника я просто смёл в сторону наполненной силой рукой -- бедолагу унесло метра на три. В голове дятлом долбилась одна только мысль: "Там Линь!"

Промчался до одного из лифтов среднего цветка -- вот где пригодилась зубрёжка планов! -- я разогнал от его дверей скорее возмущенную, чем напуганную толпу и затащил внутрь кабины Глеба. Ткнул в кнопку двадцать седьмого этажа, и проклятая железяка устроила целое шоу с неторопливым закрыванием дверей. Никто не желает понимать что я спешу! Даже электронные мозги пассажирского лифта заточены на то, чтобы мне помешать!

"Обстановка? Линь? Тедань? Яо?"

"Скорее! Бой!" -- лаконично отозвался голос маньчжура.

Почему он ответил? Почему молчат Яньлинь и Ло? Они ещё живы? Просто поглощены схваткой, потому и не отвечают! Пусть так и будет, пожалуйста!

Наконец, дверь пиликнула и стала расходится. Я глянул на Самойлова и понял, что мой напарник сейчас будет только обузой. Видимо, о стену он ударился головой -- взгляд его до сих пор был плавающим. Я накрыл следователя сферой и выскочил в коридор, полный гудящего пламени, дыма и льющейся с потолка воды. И перепуганных людей, оказавшихся в самом эпицентре разборок магов.

-- Бегом вниз! Все вниз! -- рявкнул я. -- Прочь отсюда!

Бой шёл слева по коридору, шагах в двадцати. Нарастив на себе полный готический доспех и вооружившись щитом и мечом, я бросился туда, где в дыму мелькали силуэты людей и сполохи применяемых аспектов. Быть запечатлённым на камерах наблюдения я не боялся -- систему безопасности отеля удалённо контролировал Алмаз.

"Я в коридоре!" -- сообщил я на всякий случай, что бы меня не приложили чем-нибудь свои же.

"Вижу, -- отозвался Яо. -- Прикрой девчонку!"

Противник отступал и огрызался фиолетовыми пульсарами, чёрными молниями и чем-то мной ранее невиданным -- вроде веретенообразных сгустков тьмы, исходящих от размытой человеческой фигуры. Все четверо были здесь. Дальше всех жался к стене перепуганный Топляк, его почти заслоняла та самая фигура, будто сотканная из постоянно меняющейся тьмы, и перекрывали коридор Арцебашев и китаец. Из моих людей на ногах оставались только Яо и Тедань. Маньчжурский маг был сосредоточен на обороне. Крутился волчком, но успевал перехватить все атакующие аспекты, направленные на лежащую у него за спиной Яньлинь. Я накрыл его с сестрой плотной защитной сферой. Мелькнула мысль, что я действую как паладин в какой-нибудь онлайн игре. Ещё бы бафы раздавал!

-- Жива? -- спросил безопасника, когда тот устало опустил руки, вымотанный постоянной защитой.

-- Да. Тень заблокировала её от моего дара, она так и не приняла силу.

Тень? Вот этот клубок тьмы? Заблокировал?.. Как такое возможно? Потом! Всё потом!

С китайцем и Арцебашевым бился обсидиановый копьеносец Ло Яо. Щёголь исчез. Вместо него в коридоре плясал воин в средневековом -- чернь и зелень -- восточном доспехе и коротким копьём с широким наконечником. Глядя на его невероятно эффективные действия, я понял почему предки вана были императорскими гвардейцами. Такие воины стоили десятка, если не меньше. Он не метал огонь, не окружал себя защитой и не рубил, подобно моему старому знакомцу, всё вокруг зелёными хлыстами чистой силы. Он работал в близком контакте, как обычный рукопашник. С одним исключением: его оружие и доспехи было чистой силой. А ещё он был похож на меня. В смысле, методом применения дара, а не внешне. Он использовал его как я. Визуализировал! И один держал двух очень серьёзных противников.

Копьё рубило аспекты воеводы, отбивало в сторону пульсары китайца, а те, что Яо не успевал блокировать, с влажным шипением гасли, сталкиваясь с его доспехом. При этом он успевал -- вот оно кунг-фу в чистом виде! -- атаковать противников. И даже наносить им урон. На щеке Арцебашева красовался свежий порез, а правая рука метателя фиолетового огня бессильно висела вдоль тела и заливала пол кровью.

Я встал с ним рядом. Должно быть мы забавно смотрелись вместе -- китаец в зеленом наряде терракотового воина и русский в мерцающей голубым готике. Отбил летящее в него веретено тьмы, ударил по воеводе мечом, заставляя отступить того на шаг.

-- Ты?

-- Я!

На более содержательный диалог нам с Арцебашевым не хватило ни времени, ни дыхания. Да и желания не было, если уж быть честным. О чём говорить с этой тварью? Выспрашивать его о мотивах? Интересоваться как он спит ночами, продавая младенцев?  Разве что разозлить, отвлечь... Но я не настолько опытный боец, чтобы и драться, и трепаться одновременно.

Он ударил в ответ популярными среди русских магов чёрными молниями, я закрылся щитом и отмахнулся мечом. Зелёное копье Яо обрубило аспекты воеводы и, крутанувшись, ударило торцом в грудь китайцу. Метатель пульсаров упал на спину, стукнулся о пол головой, но сознания, кажется, не потерял. Ну хоть на секунды две выпал из боя!

Над моим плечом пролетел пульсар Теданя, брошенный, скорее, чтобы отвлечь, чем в надежде нанести урон. Он погас, не долетев до размытой чёрной фигуры около метра. Тень ответила тремя сгустками тьмы, один из которых принял на щит я, второй разрубил Яо, а третий врезался в защитную сферу, окружающую маньчжуров, уполовинив её прочность.

Прежде чем мы успели добить упавшего китайца, тень выпустила мерзкого вида щупальца, которые обхватили поверженного врага и оттащили его назад. Перед нами остался только воевода. На которого мы и обрушили сдвоенный удар меча и копья.

И все-таки Арцебашев был чертовски силён. Вот без дураков! Наши клинки налетели на уплотнившийся перед ним воздух и отскочили, бессильно звякнув. Следом за этим та же самая невидимая стена начала сдвигать нас назад. Медленно, мягко, не нанося вреда, но и не давая и шанса сделать шаг вперёд. Будто рука великана, для которого мы были малыми букашками.

Копьеносец опустил оружие и слегка расслабился.

"Не пробьём. У него от двадцати секунд до минуты. Уйдут," --  мыслесвязью он пользовался с непринужденностью спецназовца. Того самого датского хускарла, для которого капли и были созданы.

Но вот что значит "уйдут"? Хрена с два они у меня уйдут! Но в голове уже всплыли уроки дяди Вани и понимание аспекта, который применил воевода. По сути, тот же "монолит", которым я прессовал дружинников в подвалах княжеской резиденции, но использованный как-то иначе. Не чёрный, как выходил у меня, а совершенно прозрачный. И наполненный такой силой, что пробить его нечего было и пытаться. Один у "монолита" минус -- ресурсы организма он жрёт, как "Инфинити" бензин в городском цикле. Было видно, как уже тяжело дышит воевода, сделавший ставку на такое применение дара. И как убегают к лестнице прочие наши противники. Подтверждая слова Яо.

-- Что ты тут делаешь? -- между тяжелыми вдохами спросил Арцебашев.

-- Дрова рублю! -- ответил я и, в качестве проверки пару раз действительно рубанул преграду. Ожидаемо безрезультатно.

-- Сучонок!

Воевода сжал кулаки. Яо крикнул "закройся". Дар взревел раненым слоном. Не думая, я нарастил ещё один слой защиты между мной и противником. И стена прозрачного воздуха ускорилась в движении, всё быстрее и быстрее, толкая нас прочь от Арцебашева. Ноги скользили по обгоревшему ковровому покрытию, словно по льду, и я ничего не мог сделать. Когда расстояние между нами увеличилось до семи-восьми метров, Потрошитель швырнул в нас пульсар, заполнивший половину коридора, развернулся и побежал за своими подельниками.

"Сожжёт же всю гостиницу, варвар!" -- мелькнуло в голове. А тело всё сделало без участия разума. Пусть у меня мало опыта, пусть я чрезмерно расходую силу на простейшие аспекты...Но шар огня был обычного рыжего цвета, а значит сила в нём опасна только для неодаренных. И раззяв. Я набросил на шар огня голубую сферу и стал её понемногу сжимать. Без воздуха -- всё-таки "магия -- это физика!" -- огонь сожрал сам себя за две секунды.

-- За ними! -- бросил я оставшимся на ногах соратникам.

-- Нет, -- отрезал Яо. -- Сейчас здесь будет полиция. Надо уходить.

Тедань согласно кивнул, подхватил с пола сестру и побежал к дальней лестнице. Я рванул было за Потрошителями, но уже через три шага вспомнил, что нахожусь в чужом государстве, а не дома, где все проблемы с властями можно разрешить парой звонков. И побежал в противоположную сторону. К лифту, в котором оставил Самойлова. Ло Яо шёл замыкающим.

Глупо! Как всё глупо! Этой схватки не должно было быть! С таким раскладом сил нужно было только наблюдать и не вмешиваться. Как этот чёртов китаец с фиолетовыми...

Фиолетовые пульсары? Где я уже слышал о них! Ведь слышал же! Точно!

Майстер Экхарт! Немецкий пророк, когда давал задание своему посланцу! В его мыслях, когда я был им, промелькнуло что-то вроде "у него странные фиолетовые пульсары". А думал он о человеке, которого хотел убить! Это что же -- совпадение? Мысль об этом неслабо так меня увлекла, но вот беда -- не для неё было место и время. Сделал себе пометку обсудить эту деталь как приоритетную с Ириной Олеговной, и сосредоточился на более насущных задачах.

Из отеля мы выбрались быстро, но не без труда. К счастью, в посольстве сидел отличный хакер, который вёл нас, словно нить Ариадны. Уводил с пути охрану отеля и подъехавшую полицию, сообщал возле каких проходов нет давки, открывал заблокированные двери. У него, как он сказал, было около четырёх минут, прежде чем безопасники отеля хватятся и отключат его от системы. Но мы уложились в три. И тем самым дали Алмазу время запустить в систему вирус, который уничтожил записи с камер.

А вот дальше было сложнее, но мы озаботились и этим, когда планировали пути отхода. Правда, в нашем плане карета скорой помощи с моим денщиком за рулём и двумя маньчжурами-медбратьями должны были просто вынести пленённого Топляка -- человеку стало плохо! -- но и для эвакуации вполне сгодилась. Подали машину чуть ли не к подъезду, на носилках вынесли Яньлинь, а на меня нацепили дыхательную маску, подключённую к кислородному баллону, и вывели под руки.

К чему такие сложности, если можно просто дойти до машины, неся пострадавшую на руках? Моё лицо, вот к чему! Оно не должно было попасть на уличные камеры, будь неладен технический прогресс в магическом мире! А то ведь возникнут вопросы, отвечать на которые мне совсем не хотелось. Да и моим переговорам и зарождающимся доверительным отношениям с наместником это, как пить дать, навредит! Что вы там делали, Игорь Сергеевич? В казино играли? В тот самый момент? Как интересно! Ответы не будут значить ничего, всё дело в вопросах.

Уличные камеры татарин тоже мог взломать, но сказал, что это оставит слишком много следов. И поставит слишком много вопросов перед компьютерными спецами, которые тут же начнут разбираться в сбое. Хакер, порезвившийся в сети отеля -- это полбеды. Спишут на тех, кто устроил разборку на двадцать седьмом этаже. А вот взлом сети городской управы -- тут копать будут основательнее.

Так что вышли мы как пострадавшие. Прошли мимо полицейских, уселись в скорую помощь, а на самом деле -- обычный микроавтобус схожей с ней модели, но покрытый соответствующей раскраской, и отбыли в посольство. Разбираться в причинах провала достаточно грамотно спланированной акции.

#

-- Погром в "Белом лотосе"! Передел зон влияния криминальных кланов Гуанчжоу или новая жертва "Нового пути"?

-- Хватит, Алексей Вячеславович! Мы уже поняли что облажались!

-- Да нет же, вы просто обязаны послушать эту чудесную статью в "Уянчэн жибао". Мало того, что это самая оперативная новостная лента города, так ещё и самая осведомлённая. Вот, пожалуйста! "По мнению экспертов уездного полицейского управления, на 27-м этаже "Белого лотоса" произошло столкновение по меньшей мере шестерых ванов. Об этом свидетельствуют как остаточные эманации дара шести различных аспектов, так и уровень нанесённых гостинице повреждений. Основной версией случившегося полиция считает передел зон влияния криминальными группировками, однако эта версия не единственная..."

-- Ну вот видите, они ещё и от нас беду отводят, -- не выдержал я. -- И ванов своих приплели, и разборки банд. На нас никто и не подумает! Чего вы, право, так завелись?

-- Чего я завелся? -- возмутился посол. Он уже не выглядел ни добрым дедушкой, ни старой развалиной. Боярин! Лицо раскраснелось, в плечах будто раздался, а на руках нет-нет, да и вспыхивают искры нерожденных пульсаров. Снегирёв был в бешенстве. Впервые я видел дипломата утратившего над собой контроль. -- Мальчишки! Шесть разных аспектов в одной схватке между ванами! Какова вероятность такого в империи? Ничтожно малая, вот какая! Любой полицейский следователь, ну подтвердите же, ван Ло! отлично знает, что в бандитских кругах могут быть только стрелки и щитоносцы! Ну максимум ещё берсерки!

Яо неопределенно пожал плечами, как бы говоря "ну, всякое могло быть", но без особой уверенности. Вообще, я заметил, что копьеносец во время разноса, который посол нам устроил по возвращении, посматривал на него виновато и с некоторой опаской. Словно его, уверенно стоящего час назад против двух очень сильных магов бойца, этот старичок мог взять за ухо и оттаскать. Кстати, ярился Снегирёв на меня, но смотрел при этом на вана. Будто именно тот и был виноват в нашей неудачной попытке захватить Топляка. Так взрослые распекают старших сыновей за проступки младших. С тех-то, дескать, чего взять, молоко на губах не обсохло, но ты куда смотрел? Неприятное чувство. К тому же у нас с Яо не слишком-то большая разница в возрасте!

-- Это след, Игорь Сергеевич. Явное указание на то, что бой в гостинице проходил не между подданными империи! Что в событиях замешаны, простите, лаоваи**!  Я вас уверяю -- эту ниточку полицейские чиновники не пропустят.

Вообще, мы хотели провести разбор полётов, а получился разнос. Когда мы приехали в посольство, Алексей Вячеславович уже кипел, прочитав "новость дня" на сетевой ленте местной газеты. Но спустить пар сразу же ему не позволило плачевное состояние контуженной Яньлинь и до сих пор пошатывающийся Самойлов. А вот когда девушка оказалась в постели, и к ней пришёл целитель из местных, когда Василий немного подлатал Глеба, вот тогда-то посол и "пригласил" нас в свой кабинет.

С одной стороны, по социальному статусу я был выше Снегирёва. А значит он не мог вот так на меня орать. Посол всего лишь боярин и подданный, а я, как ни крути, член правящего дома. С другой же -- я был на его земле, в его вотчине и, строго говоря, облажался. И, как знать, не пустил ли прахом годы его работы одним вечерним приключением. Так что с этой точки зрения он вполне имел право смешивать меня сейчас с грязью. Что и делал. Очень умело...

-- Давайте от посыпания голов пеплом перейдём к вопросам более насущным, -- предложил я, когда посол на несколько секунд замолчал. -- Например, что делать дальше? Нужно ли нам совершать ещё одну попытку захвата Топляка? Как распорядиться информацией о неком проекте Потрошителей? И мне вот очень хочется это понять, как нас засекли.

-- А ты расскажи поподробнее что случилось. А то я, кроме сарказма Алексея Вячеславовича, ничего не слышала.

Вопрос "матери" прозвучал у меня из-за спины. Я повернулся и встретился взглядом со Снежной королевой, которая, судя по всему, ещё даже не ложилась.

Вот чего её принесло? И так всё достаточно хреново, она что, не понимает что только усугубляет ситуацию?

"А вам нужно это знать?" -- спросил я мысленно. А потом сообразил, что мой вопрос услышали все, кроме посла.

"У меня большой опыт, -- холодно ответила та. -- Может будем говорить вслух, чтобы и Алексей Вячеславович слышал?"

Как ни странно, но помощь Ирины Олеговны оказалась очень кстати. Во-первых, сразу, как она появилась, посол взял себя в руки и сделался очень собранным и деловитым. А во-вторых, "мама", оказывается, понимала как Потрошители нас засекли.

-- Есть такой аспект. Довольно редкий, поскольку проявляться лишь у тех, в ком есть хотя бы капля королевской крови. Это, в некотором роде, одно из проявлений пророческого дара. Носитель может заглядывать в будущее и видеть его варианты. В зависимости от силы -- от нескольких секунд до нескольких минут.

Я с минуту переваривал услышанное, а потом уточнил.

-- То есть получается, что у Потрошителей был человек, который в одном из вариантов будущего увидел, что мы попытаемся захватить Топляка? Он не учуял нас, а просто знал?

Снежная королева сморщила носик. Мои простолюдинские формулировки оскорбляли её аристократический слух.

-- Примерно так, да.

-- Но откуда вы... -- этот вопрос я не решился закончить. Что-то мне подсказывало, что и с начав его задавать, я совершил ошибку.

-- Я -- пифия. Нас этому учат, -- обдало меня холодом её голоса.

А следом пришло на мыслеречи:

"Была пифией..."


Глава 9. Погружение

Всё это, конечно, было очень интересно и даже уместно: разбор полётов, все участники высказываются, и так далее. Уместно, но несвоевременно! Что стоило Ирине Олеговне, дай ей Бог здоровья, стерве престарелой! поделиться своими знаниями до операции, а не беречь их на после её завершения? Может бы и не впутались в это идиотское положение, Самойлов бы не сидел, поминутно проверяя на месте ли его голова, а Яньлинь не лежала бы сейчас в отведённой ей комнате без сознания. Расскажи она тогда про возможности дара пифии, глядишь, и не пришлось бы устраивать драку в коридоре "Белого лотоса". И вскрываться перед Потрошителями тоже не пришлось бы.

Всю жизнь у меня так! Да и не у меня одного, подозреваю! Мозг человеческий что ли так устроен -- постоянно отмечает упущенные возможности? И сожалеет о них. А толку-то? Бы, бы, бы! Как выражался один из преподавателей в ВУЗе, история сослагательного наклонения не имеет. Что случилось, то случилось -- этого уже не изменить!

Я прогнал из головы сожаления и вернул мысли к насущным вопросам. Которые сводились ко второму главному русскому вопросу: "Что делать?" Потому как с первым -- "Кто виноват?" -- всё было предельно ясно.

-- Итак, что мы имеем, -- пользуясь статусом главного на собрании, я начал подытоживать известные нам факты. -- Топляк у нас уже не беглец. Он  по-прежнему связан с Потрошителями и, более того, является участником некого проекта этого консорциума по созданию нового типа биологического оружия. Нам пока не понятно что это за оружие, но из разговора людей в гостинице ясно, что оно ещё находится в стадии экспериментального тестирования и только готовится к выводу на рынок. Не нужно быть гением чтобы понять -- оружие как-то связано с носителями боярского дара. Пока примем за рабочую версию, что Потрошители научились сводить с ума боевых магов. Если я прав, то готовится оружие террора. А я прав, поскольку Потрошители опять работают в связке с Ватиканом.

Бросив выразительный взгляд на коллег, точнее на Глеба и Алмаза, я убедился в том, что они поняли, что я имею в виду говоря "опять". И пояснил для остальных:

-- Человек, лица которого мы не видели, и который в схватке выглядел как сгусток тьмы, на встрече Потрошителей использовал парочку итальянских слов. Это косвенным, конечно, образом указывает на связь его с папистами, но мы пока примем это как факт.

Коллеги смотрели на меня, как на говорящую лошадь. Из-за "биологического оружия", я полагаю, "консорциума" и "террора". Да и плевать! Мало ли что я сыплю непривычными им терминами, всё равно же большая часть команды знает обо мне правду. А так я свободнее и, главное, лаконичнее свои мысли могу выражать. Не переводя их мысленно на термины, вроде "аспекта".

-- Таким образом, основную задачу по возвращению Топляка мы провалили. Это минус. Но получили новую информацию о планах Потрошителей. А это, как я считаю, большой и жирный плюс.

-- И какой нам от этого знания плюс? -- буркнул Тедань. -- Оно ни на шаг не приближает нас к выполнению заданию.

-- Вы не правы, молодой человек, -- подал голос Снегирёв. Всё время, пока я говорил, он внимательно смотрел на меня, а под конец речи начал одобрительно кивать. -- То есть, правы, конечно, к задаче ареста Топляка это знание не имеет никакого отношения. Но только лишь если воспринимать задание как прежде -- полицейской операцией. А Игорь Сергеевич говорит сейчас о международных отношениях и дипломатии. Верно?

И посол взглянул на меня с этаким вопросом-утверждением в глазах.

-- Верно, Алексей Вячеславович, -- с благодарностью кивнул я ему. Он умело выстроил мостик от Топляка к нужному мне предмету. Мне, конечно, так ещё учиться и учиться. -- Приоритетной моей задачей являлось установление хороших отношений с будущим минским императором. И сейчас у нас есть сведения о том, что Потрошители используют его подданных в каких-то своих экспериментах. Просветив его в этом вопросе...

-- Политики! -- с оттенком презрения протянул Тедань. -- Вы, русские, получите очки, сообщив наместнику о Потрошителях, минцы смогут использовать эту информацию себе во благо, и только убийца маньчжура останется безнаказанным!

Вообще-то убийца посла Чжень Ю уже наказан -- двойник сослан в мою параллель без возможности возвращения и лишённый магии. Но я понимал маньчжура: во-первых, он этого не знал, а во-вторых, у него с сестрой было вполне конкретная миссия. И установление добрых отношений с империей к ней не относилась. Вот только и получать в собственном лагере пятую колонну я не планировал.

Да и потом -- ну достал уже этот строптивый маг! Всё ему не так, всё что я говорю или делаю -- под сомнение ставит! И добро бы по делу! Так нет же, наверняка, на одной только братской ревности! А ведь ни я, ни Яньлинь поводов к тому не давали! Почти не давали -- взаимное чувство симпатии не в счёт!

Вероятно, он принимал мой мягкий стиль управления за слабость. Да, я предпочитал не отдавать приказы, а советоваться со всеми. Но делал это не от нерешительности! Просто так было меньше шансов опростоволоситься. Мне вообще административно-командный метод не нравится -- я гуманитарий! Но если вы хотите властного командира, ван Обой, я дам вам властного командира.

Я посмаковал эту мысль несколько секунд, даже представил, как я громовым голосом указываю Теданю на его место... После чего отбросил приятные эти видения в сторону и произнес:

-- Ван Обой, -- голос мой сделался холодным, как у Ирины Олеговны -- генетически-то мы родственники. -- Когда вас утомит ставить под сомнения мои слова и мотивы, вы можете вернуться сюда и вновь принять участие в совещании. А пока -- справьтесь о самочувствии вашей сестры. Мы все очень беспокоимся о её здоровье.

Пару секунд до маньчжура доходило понимание того, что я его выгоняю. Ещё секунду он раздумывал как мне ответить -- все его непроизнесенные слова читались в глазах, как текст для суфлера. Затем он моргнул, совершил резкий поклон и проговорил:

-- Прошу меня простить за поспешные выводы, ван Антошин.

Не будь его лицо цветом, подобным корочке булки хлеба, я смог бы разглядеть на нём румянец смущения.

-- Проехали, -- милостиво принял я его извинения и вернул общение к прежней панибратской атмосфере. Уловив краем глаза, как Снежная королева бросила на меня взгляд, полный удивления и интереса.

-- За двумя зайцами погонишься... -- с сомнением протянул Глеб.

Вот спасибо! Помощь пришла, откуда и не ждал!

-- А мы не будем гоняться за двумя зайцами, Глеб! Мы будем идти по следу только одного -- ради которого и приехали в империю. Но мы не будем его брать за уши, пока не убедимся, что он привёл нас к норе. И вот тогда!..

Что будет "тогда", я предполагал весьма смутно. Закуем Топляка в кандалы и отвезём его в Благовещенск? Сдадим наместнику всех участников заговора и виновников происшествий с ванами? Где-то так, я полагаю. Раскрыть планы преступников и схватить виновников -- казалось мне более выигрышной стратегией. О чём я и сообщил собравшимся в комнате.

Некоторое время все они молчали, переваривая новые вводные. Первым тишину нарушил копьеносец.

-- Вам наверняка понадобятся услуги местного, -- без вопроса в голосе проговорил Яо. До сих пор он в беседу не вмешивался, считая, видимо, себя лишним на данном совещании.

-- Несомненно, -- тут же откликнулся я. -- Да и человек с вашими боевыми навыками будет очень полезен в команде. Финансовые вопросы обсудите с господином Снегирёвым, хорошо?

-- Моей стране угрожает опасность, -- ответ, произнеси его русский, подразумевал бы продолжение --  мол, как я в таких обстоятельствах могу думать об оплате? Копьеносец же лишь кивнул, но вознаграждение не отверг. Китайцы!

При этом я был рад, что щёголь с нами. Хотя бы и из-за денег -- боец такого уровня цены не имел.

-- Глеб? Алмаз?

-- Я согласен с твоими доводами, Игорь. Но стоит получить разрешение у князя, -- безопасник незаметно, как он думал, стрельнул глазами, в сторону "мамы". Татарин просто чуть качнул головой, давая понять, что он поддерживает моё решение.

-- Алексей Вячеславович?

-- Если князь даст добро.

-- Тедань?

-- Не подоспей ты в "Белом лотосе", мы с сестрой были бы уже мертвы. Я с тобой.

Ну вот и отлично! Я считал очень важным, чтобы все участники команды согласились на мою, прямо скажем, аферу добровольно. Которая, сумей мы всё сделать правильно, принесёт мне куда больше очков, чем просто арест Топляка.

Последней я задал вопрос Ирине Олеговне. Точнее, не вполне понимая, как к ней обращаться на людях, пристально посмотрел ей в глаза и вопросительно вскинул брови. С одной стороны, она не входила в мою группу и здесь находилась с иной целью. А с другой -- она была родной сестрой князя. И все в кабинете отлично это понимали.

-- Это рискованный ход, Игорь, -- ответила Снежная королева, и в этот раз воздух между нами не потрескивал от мороза. -- Но ты прав -- данная стратегия может принести куда большую выгоду Благовещенску, нежели арест беглого подданного. Только поставь в известность Николая.

Я бросил взгляд на часы. По местному времени было уже заполночь, а значит дома...

-- Звони сейчас, -- правильно истолковала мои сомнения Ирина Олеговна. -- Князь будет менее раздражён, будучи разбужен, нежели узнав об изменении ситуации с задержкой в шесть часов.

И вот тут я с ней был полностью согласен. В первом варианте меня ждало только недовольное сонное бурчание, а вот во втором -- полноценный разнос.

Когда долгие гудки сменились хриплым ото сна голосом Пояркова, вопрошающим: "Что там у тебя стряслось в два ночи?" -- произнес:

-- Давайте я через минуту перезвоню, а вы пока проснётесь. Нужно чтобы вы меня понимали.

#

План мой был прост и, я надеялся, элегантен. Пытаться следить за Топляком сейчас, после схватки в "Белом лотосе", было пустой тратой времени. Он настороже и вряд ли покинет свою охраняемую башню. А у нас нет полномочий вламываться на территорию жилого комплекса и тащить его на допрос -- другая страна и так далее. Искать его подельников тоже глупо. Ну вот знаем мы, что он в связке с Арцебашевым работает, и что? Что это нам даёт? Как искать воеводу, который не хочет чтобы его нашли?

А вот провести полноценное расследование "эпидемии" ванов -- так, с легкой руки татарина, мы стали называть случаи их немотивированной агрессии -- это могло стать вполне перспективным направлением. Точнее, не расследование даже, а сбор информации и доказательств того, что ваны не сами по себе свихнулись. И со всем этим идти к наместнику.

Правда, времени у нас почти не было. Если я понял правильно, Потрошители собирались в скором времени покинуть гостеприимный город пяти козлов. Предварительно избавившись от неудачных "экспериментов". К тому же Арцебашев меня видел...

-- Прямо к наместнику? -- переспросил Николай Олегович, когда я поделился с ним своими мыслями. -- В открытую?

-- Почему нет? Так мы куда убедительнее докажем свои добрые намерения, чем подписав ворох бумаг.

Если, конечно, драгоценный Чжу Юань не будет рассматривать нашу инициативу как попытку вмешательства во внутренние дела государства. Если чиновники "Нового пути" не воспримут нас врагами. Если...

-- Может сработать, -- я почти увидел, как князь, находящийся в трёх тысячах километрах от меня, согласно кивнул. -- Авантюра, конечно, но у тебя в этом опыт богатый.

Как будто я тогда из любви к искусству действовал!

-- Я одобряю. Действуй.

Я уже собрался было нажать иконку отбоя, но Поярков ещё не закончил.

-- Как у тебя с Ириной?

Я скосил глаза в сторону "мамы" и про себя выругался. Вот зачем было так явно палиться? Теперь она будет куда внимательнее прислушиваться к нашему разговору. Не то чтобы князь может сказать мне что-то такое, что не доведёт потом до неё, но неловко говорить о человеке, который находится в трёх шагах от тебя. Мне лично -- неловко.

-- Нормально.

-- Слушай её, Игорь. Она, хоть и теоретик, но знаний у неё на трёх практиков хватит. Если она говорит что-то, значит так нужно. Поверь. Если в тебе пифия просыпается, кроме неё тебе никто не поможет.

Теоретик? Она не пифия? Но она же сказала?.. Вот именно, дятел, она открытым текстом сказала -- была пифией! А ты прослушал, внимания не придал. Да уж, всё страньше и страньше, как сказала Алиса...

-- Я понял.

-- Ну... хорошо. Докладывай тогда по результатам.

-- Спокойной ночи.

-- Шутник.

Короткие гудки известили, что князь отключился. Я оглядел людей в комнате и коротко кивнул.

-- Князь дал добро. Это значит, что у нас очень много работы. И очень мало времени.

#

Поспать мне удалось менее четырёх часов. Пока распределил задачи между членами команды, пока согласовал с Яо стоимость его услуг, пока перемолвился парой слов с послом... В общем, до кровати я добрался только к двум часам ночи, а потом ещё чёрт знает сколько ворочался, будучи не в силах отключить мозг от обдумывания сложившегося положения. Только расслабишься, и бац! -- уже размышляешь о Потрошителях. Волевым усилием прогонишь эти мысли, но только для того, чтобы вспомнить в деталях размытую фигуру Тени, бросающую в Яньлинь веретенообразные сгустки тьмы.

Странный он был, этот противник, любящий использовать итальянские словечки и неизвестный аспект. Понятно, что я не дока в делах магических -- ну сколько там за месяц выучить можно теории, да закрепить на практике? Но ведь должен был хотя бы краешком уха услышать о таких необычных заклинаниях. С другой стороны, и про копьеносцев Ши я ничего не знал до встречи с ваном Ло.

Что они вообще тут затеяли, Потрошители эти? Создают оружие террора? Что-то вроде бомбы с магическим зарядом? Сводят с ума какого-нибудь вана из окружения наместника, тот приходит на службу и взрывается. А потом заявление по местному ТВ -- этот акт террора был совершён движением "Незалежный Тибет" как демонстрация решимости противостоять имперской внешней политике. Так, что ли?

Бомбисты хреновы! Если так, то всё это подтверждает участие Ватикана в проекте. Паписты спят и видят как вернуть свою власть над Европой. Террор для них -- прекрасный инструмент! Попробуй бороться с теми, кто может превратить твоего сына, брата или отца в бомбу! Никаких шансов. А если они не только бояр могут с ума сводить? Если носителей царского дара тоже? Это же вообще аллес полный! Террористы с моей родной параллели милыми котятами покажутся по сравнению со здешними.

Но что-то я упускаю. Не могу сообразить что именно. Какая-то мелочь, крохотная деталь, отсутствие которой не дает пазлу сложится в полноценную картинку. Ключевой элемент... Ватикан, Потрошители, ваны. Топляк и Арцебашев? Почему эта сладкая парочка курирует проект, провалив работу в Благовещенске? У Потрошителей нет других менеджеров? Или они уже не в подчинении у торговцев детьми? Что там говорил миланский дознаватель: купец и адвокат рулят каждым отделением. Законспирированные, легализованые... Тут ключ, да! Мои соотечественники -- отрезанный ломоть! Они вне системы, вне управленческой структуры Потрошителей.

Значит... Что это значит? Что они напрямую работают с Ватиканом? А с Ватиканом ли? Два итальянских словечка сегодня, точнее вчера, да палач из Милана месяц назад -- не слишком ли мало для такого вывода? Но ведь есть ещё видение с Экхартом -- это явный след Ватикана. Или нет?

А это важно вообще-то? Ватикан, не Ватикан! Кто-то делает из людей оружие! Пока ещё коряво, с ошибками, но уже делает! Значит с этим надо разобраться на старте. Уничтожить угрозу в зародыше чтобы такого просто не могло случиться никогда и ни при каких обстоятельствах! Понятно, что этими мотивами лучше ни с кем не делиться, политических вполне достаточно для объяснения моих будущих действий. Нет, ну представить только, как Антон Поярков слетает с катушек и уничтожает население столицы княжества и окрестных поселений! Или Яньлинь, исказив личико эльфа в звериную гримасу, нападает на меня.

В итоге в сон я провалился во время скольжения мыслей вокруг очень непростого предмета -- как совместить свои зарождающиеся чувства к маньчжурскому берсерку и будущий брак с пермской княжной? И до утра мне ничего не снилось: ни обычных ночных снов, ни пророческих видений.

А в шесть часов сработал будильник на телефоне и, одновременно с ним, в голове прозвучал голос "мамы": "Жду тебя на занятие в библиотеке."

И никакого тебе доброго утра! Обидно!

-- Ты опоздал на десять минут. Постарайся чтобы впредь подобного не повторялось.

В библиотеке -- всего-то три стеллажа с книгами, пара кресел, журнальный столик и много свободного пространства -- мы с сестрой князя были одни. Снежная королева явно проснулась часом раньше, поскольку была бодра и демонстрировала почти полное отсутствие макияжа, что, как известно, требует безумного количества времени. Средней длины волосы были уложены волосок к волоску, телесного цвета лак на ногтях, казалось, нанесли совсем недавно, а едва заметные морщинки вокруг глаз демонстрировали сосредоточенность и что-то ещё. Не иначе сдерживаемое раздражение на подкидыша.

Я заявился на тренировку в спортивном костюме, считая что мне опять придется сидеть в позе лотоса и медитировать. Как тогда, в начале обучения магическим дисциплинам под руководством дяди Вани. За выбор одежды я сразу же был пожалован недовольным взглядом.

-- Что ты предполагаешь мы будем сейчас делать? -- луч сканера её взгляда прошёлся от моих кроссовок до макушки. Измерил, как говориться, взвесил и признал негодным. -- Поднимать тяжести? Единственная нужная тебе сейчас мышца -- здесь.

Наманикюренный коготок едва ощутимо постучал меня по лбу. Я сморщился, но ничего не сказал. Манера Ирины Олеговны мной командовать, точнее, помыкать и отдавать приказы, будто челяди, меня изрядно бесила. Но пока я решил не давать раздражению выхода -- посмотрим на уроки и их полезность. И если от пифии-теоретика не будет толка, то будь она хоть княгиней Тындинской, я терпеть её не стану! И плевать на просьбу Пояркова!

-- Сядь в кресло. Сними обувь. Руки положи на подлокотники. Голову откинь назад. Максимально расслабься. И слушай. Пока только слушай. Не пытайся ничего делать, даже мыслью. Сосредоточься на моём голосе. Закрой глаза и слушай. Слушай.

Что-то вроде гипноза она на мне собиралась использовать? Погрузит меня в транс и будет учить во сне? Вот будет хохма! Ну да ладно! Пусть будет по её. Я выполнил все распоряжения и стал ждать продолжения.

-- Тебе кажется, что я ничему не смогу научить тебя. Что ты сам всё можешь. Это не так. Ты ничего не можешь. И ничему не научишься.

Просто эталон мотиватора! Ей бы кадровое агентство открыть. От клиентов отбоя бы не было! Так зарядить бодростью и позитивом -- это каким талантом надо обладать!

-- Ты не сможешь управлять пророческим даром. Никто не сможет. Это редчайшее проявление силы, данное человеку. Он будет управлять тобой. Ты не оператор, а инструмент. Проводник. Слуга. Труба, по которой бежит вода. Сосуд, но не содержимое. Ты глаз, которому открывается картина мироздания, но глаз человеческий, не способный осмыслить увиденное. Прими это. Не пытайся управлять кораблём, скачущим на ладонях урагана. Отдайся во власть стихии и держись лишь за самое себя. За то, что считаешь своей личностью...

И я действительно начал проваливаться в дрему или схожее с ней состояние. Не знаю, был тому причиной мой недосып, или лишённый всякого выражения голос "мамы" и правда обладал какой-то гипнотической силой, но я всё меньше чувствовал под собой кожаную обивку кресла и лакированные деревянные подлокотники. Звуки стали тише, и даже голос Ирины Олеговны доносился будто через подушку. Воздух превратился в кисель, тёплый и плотный, а каждый вдох походил скорее на глоток -- я даже кадыком двигал чтобы протолкнуть его в лёгкие.

Сознание, напротив, стало ясным, избавившись от всего постороннего информационного шума. Мне показались неважными все задачи команды, цели, поставленные князем, планы Потрошителей и отношения с наместником. Яньлинь? Пустая суета, ничего общего не имеющая с истинным наслаждением -- качаться в тёплых потоках безмыслия. Остаться бы здесь навсегда. Слушать ласковый шёпот звёзд, шуршание бескрайнего космоса... И почему люди так боятся смерти?

-- А теперь -- ищи,  -- голос сестры князя изменился. Он стал глубоким и словно обрёл плоть. Он вряд ли принадлежал человеку -- ни мужской, ни женский, скорее существу, которое было обитателем этого странного места. Голос подхватил меня, стуча кровью в ушах: "ищи-ищи-ищи," -- и понёс из ниоткуда в никуда. Вспышки тьмы слепили глаза, а липкие сгустки света лизали лицо ледяными языками.

Я не задавал себе вопроса что именно я должен искать. Я просто знал что искать нужно. И даже каким-то образом понимал что именно. Правда, не понимал что.

Поток принёс меня к пятну белого света, которое ничего вокруг не освещало. Принёс и оставил там, как бы сообщая, что цель моих поисков здесь. Когда я поверил в это, вырвавшаяся из окружающей тьмы виноградная лоза пронзила мои глаза, и я рассмеялся от понимания. Вот оно! Я нашёл! Водоворот образов проносится передо мной. Я ничего не понимаю, лишь фиксирую каждую картинку.

...человек в синем деловом костюме кричал на устало сгорбившуюся фигуру, стоящую у серых камней погасшего камина. Каждое слово -- заточенное до бритвенной остроты мутное вулканическое стекло. Но слова разбиваются...

...смуглое лицо перекошенно от боли. Глаза лезут из орбит, кровеносные сосуды уже полопались, рот судорожно пытается схватить глоток воздуха, но красный шнур охватывает шею...

...безжизненный свет люминесцентных ламп освещает бокс, похожий на гараж. В нём нет машин, только похожие на торпеды предметы из металла, пластика и стекла. Мигают огоньки, бросая отблески зелёного на спящие лица людей внутри...

...тусклые льдинки -- монах смотрит на меня удивлённо. Он не понимает, что я здесь делаю, как вторгся в его обитель...

...мужчина сидит за стойкой бара, опрокидывая в себя одну за другой стопки с водкой. Он кого-то напоминает, но я не могу зацепится за ускользающее узнавание, смешанное с тревогой и жалостью...

...подросток с лицом идиота. Его руки держат лезвие прямого меча, наполовину утопленное в его груди. Взгляд полон безмерного удивления и подступающего покоя...

...старик знает, что остаток его жизни исчисляется уже не годами и месяцами. Он очень хочет успеть, он тревожится...

Поток чистой силы поднимает меня. Он несёт меня прочь от образов, значения которых я не понимаю. Он спрашивает моё имя, а я не могу его вспомнить. Он требует, но я смеюсь. Так забавно -- зачем ему моё имя? Что значат имена здесь?

-- Игорь!

Да. Это оно. Моё имя. Кажется. Я называю его силе, и та меняет направления. Из теплой она становится арктической. Я с любопытством наблюдаю за растущими на пальцах кристалликами льда. Красивые!..

-- Игорь! Возвращайся...

Куда? Я куда-то уходил? Глупо! Как же глупо уходить чтобы потом возвращаться! Мне кажется, или в этой максиме нарушена причинно-следственная связь?

-- ...домой!

Мама волнуется. Зачем? Я же просто гуляю с пацанами! Я не уходил со двора, я ведь обещал ей.

-- Мультфильм скоро начнётся!

О! Хорошо, если рисованный! Терпеть не могу кукольные! Мультики показывают один раз в день, но никто не знает какие именно -- в программе только строчка "14:25 -- 14:40. Мультфильм". Пятнадцать минут в день -- это нечестно! Сейчас же лето!

-- Быстро!

Я бегу. Бегу! Только бы рисованный! Пусть будет рисованный! Почему я не вижу маму? Она ведь всегда зовет меня с балкона. А сейчас -- откуда? Я всматриваюсь и не вижу ничего. Так у меня глаза закрыты! Почему у меня закрыты глаза? Надо открыть!

Я открыл глаза и встретился со взглядом бледно-зелёных глаз. Мама?

-- Как тебя зовут? -- спросила женщина.

И всё, что есть я, всё, чем я был и чем стал, падает в меня с огромной высоты. Без удара, очень мягко, каждая часть моей души или разума становится на своё место.

-- Игорь Антошин, -- ответил я, чувствуя как слова царапают глотку. -- Я в порядке, Ирина Олеговна. Что это было со мной? Гипноз?

Некоторое время наставница смотрела на меня без выражения, будто ящерица на будущую добычу. Но ответила.

-- Управляемое погружение. Я погрузила тебя в инфополе и ты... Ты видел что-нибудь?

Ох ты! А теперь эмоции в её голосе появились. Ей интересно и она... Кажется, она завидует!

-- Видел. Но не очень понимаю что именно. Будто осколки стекла в калейдоскопе. Там был Арцебашев, это я точно помню! И китаец! Его душили!

-- Записывай, -- вновь температура поползла к абсолютному нулю. -- Вот тетрадь. Каждую мелочь, каждую деталь. Неважного нет.

-- А вы этого не видели? -- мне казалось, что она была со мной рядом все это время.

-- Нет, -- отрезала Снежная королева, направляясь к выходу из библиотеки. -- Запиши всё и покажи мне. На этом занятие завершено. Повторим завтра.

А теории мне не положено, что ли? Что за инфополе, в которое она меня погрузила? Как в него входить? Как управлять? Она наставник, вообще, или погулять вышла? Что за манеры такие... заносчивые! Я ей что ли виноват, что сын мудаком вырос?

-- Ирина Олеговна! -- позвал я "маму", когда она уже наполовину открыла дверь. -- Мне нужны объяснения происходящего. И меня не устроят ваши "нет" или молчание Снежной королевы. Я понимаю, что вы меня на дух не переносите, и понимаю почему, но этот дар может служить княжеству, и я намерен его развить. Или мы с вами сейчас же найдём общий язык, как учитель с учеником, или я звоню Пояркову и говорю, что прекращаю занятия. Полагаю, что мной он будет менее недоволен, чем вами.

Сестра князя сжигала меня лучами смерти с минуту, не меньше. Только когда, по её мнению, перестал тлеть даже ковёр, на котором я стоял, она соизволила произнести:

-- Хорошо.

Прошествовала ко второму креслу, уселась, плотно сведя колени -- леди в каждом движении! -- и сказала:

-- Спрашивай!

-- Что такое инфополе?

-- А что такое Бог?

-- Это ответ? -- я ждал примерно такого подхода к нашему разговору и укоризненно покачал головой, не стоит, мол.

-- И ответ, в том числе. Инфополе -- это мысли и чувства. Живых, умерших, нерожденных. Это альфа и омега любой цивилизации.

-- Бог?

-- Нет. Но имеются уникумы, которые так считают. У инфополя нет воли. Оно ничего не производит, ни к чему не толкает. Оно не Создатель, скорее Создание.

-- И пророки могут к нему подключаться?

-- Люди не машины. И оно не устройство. Взаимодействовать.

-- Мои видения сегодня. Это настоящее, прошлое или будущее?

Снежная королева лишь плечами пожала.

-- Не знаю. Тебе предстоит научиться это определять. У каждого пророка свой способ взаимодействия с полем. Ты должен узнать какой твой.

-- Как вообще получилось, что у меня открылся этот дар? Игорь ведь был инициирован...

-- У моего сына, -- кристаллики льда сыпались на пол с каждого слова Ирины Олеговны, -- был открыт царский дар. Он ничем не уступал моему брату по силе. А ты... Твой перенос... Я не знаю... Ты будто стёр всё! Сломал всё выстроенное, будто имел на это право!

-- Я сюда не просился, -- примирительно произнес я.

-- Я знаю, -- женщина вернула себе самообладание в какую-то долю секунды. -- Но это ничего не меняет.

Глава 10. Расследование

-- Я обнаружил в сети упоминания о пяти случаях "самоубийств" ванов. Вот адреса, -- доложил Алмаз, когда я уже заканчивал с завтраком. Слово "самоубийств" он выделил особо, подчёркивая, что придерживается именно этой версии. -- Ещё есть три пропавших без вести. Двух и трёхнедельной давности. Я считаю, что это как-то связано.

-- А следователей-то вокруг развелось! -- с сарказмом проговорил Самойлов, сидящий напротив меня и уплетающий кашу. Не верилось, что эту слизистообразную массу можно было есть с таким аппетитом. -- И у всех есть версии!

-- Не нуди, -- я понимал, что подкалывает он не Алмаза, а меня. Ведь я вместе с ваном Ло собирался разговаривать с родственниками погибших магов, а он, профессиональный следак, оставался на обработке информации, найденной татарином.

-- Есть не нудеть, господин обер-секретарь!

-- Как наш берсерк? -- сменил я тему. Снова спорить с Глебом не хотелось. И так времени потратили больше, чем могли себе позволить. Да, у меня навыков оперативной работы ноль целых хрен десятых, но со мной местный детектив, которому это по плечу. Кроме того, я рассчитывал на помощь со стороны дара. Мало ли, вдруг что-то подскажут видения. Самойлов хорош, но тут чужая земля.

-- А сам чего не сходишь? Считаешь, что визит в спальню Яньлинь скомпрометирует девушку?

Что за язва! Не было же ничего! И вряд ли будет. Слишком много у меня обязательств, слишком велика пропасть между боярином русского княжества и ваном маньчжурского ханства. Куда там Монтекки с Капулетти! Да и возраст уже не тот.

-- Когда я заходил, она ещё спала, -- отозвался я нейтрально. Глеб, к счастью, не стал развивать тему.

-- С ней Тедань сейчас. Говорит, что всё в порядке. Дар она снова может принимать.

-- Хорошо. Вы тогда, пока здесь, поговорите с ней. Что она чувствовала, когда не смогла принять силу брата. И, Алмаз... Покопай, как такое возможно?

-- Уже, -- я даже не удивился его инициативе. -- В сети по данному вопросу нет ничего. Есть только средневековые легенды, но там всё настолько мутно, что без поллитра не разберёшься!

-- Попроси у Алексея Вячеславовича бутылку - я у него видел в кабинете целый набор.

-- Чего не сделаешь для службы!

В столовую вошел Яо. Сегодня он опять выглядел как модель с обложки журнала, посвященного моде пятидесятых. Костюм был консервативного коричневого цвета, но крупная золотистая клетка делала его легкомысленным. Крохотная шляпа с узкими полями, трость, штиблеты бело-коричневого цвета. При взгляде на него у меня появилась догадка -- он намеренно одевался вычурно и несерьезно чтобы снизить уровень собственной опасности в глазах потенциальных противников. Ну правда, разве в этом стиляге можно заподозрить бойца?

-- Вы готовы, Игорь? -- видимо действия датских капель начало слабеть, потому что вместо своего имени я услышал что-то похожее на "И Гэ Эр".

-- Да, ван Ло, -- отодвинув от себя тарелку, я прикинул время, которое прошло с момента последнего закапывания лингвоботов. Выходило, что пора повторить процедуру. -- Пойдёмте. Только капли закапаем.

С китайцем мы так и не определились какой формы общения придерживаемся -- на "ты" или на "вы". Вчера, в горячке боя, он ничуть не смущаясь "тыкал", да и я как-то не собирался разводить политесы. Сегодня же Яо держался подчёркнуто отстранённо. Не то чтобы это было важно, но самую малость сбивало с толку.

План у нас был такой -- опросить всех родственников самоубившихся ванов и найти подсказку их неадекватному поведению. Не факт, что накануне смерти они делились своими мыслями с родственниками, но с чего-то надо было начинать расследование. Идея принадлежала Яо, и я полностью полагался на него в этом вопросе. Как и в выборе транспортного средства -- по адресам мы поехали на его машине -- жёлто-чёрном купе с гоночными обводами, а не на посольском лимузине.

-- Как Потрошителям удается сводить ванов с ума? -- произнёс я, когда китаец вывел машину на широкий проспект. Вопрос был риторическим, и мой собеседник ответил на него пожав плечами. Но я продолжил говорить -- не сидеть же в машине молча? -- Если это оружие террора, то должен быть и контроль, как считаете?

-- Что такое террор? -- уточнил копьеносец. Термин был ему незнаком. Счастливый мир!

-- Акты агрессии, направленные на создание атмосферы страха, -- пояснил я. -- Нападение на важных лиц, взрывы в людных местах, чтобы пострадало как можно больше людей.

Детектив хмыкнул, но ничего не сказал. Да уж, беседовать с ним очень интересно! Немногословный, сдержанный, отстранённый. Он мне нравился, несмотря на чуждость и аспект смертеца.

-- Вы расскажите мне о своём даре? -- осторожно заговорил я, когда китаец вывел машину на широкий проспект. -- Я заметил определённое сходство вчера в методах использования.

-- Я тоже заметил, -- отозвался детектив, -- и был удивлён. Считается что эфиром нельзя так манипулировать.

А я заметил, что ответил он только на вторую часть вопроса, проигнорировав первую. Даже решил сперва, что он не собирается распространяться о своем даре, но спустя какое-то время Яо заговорил.

-- Мои предки служили в императорской гвардии до реставрации. Другого будущего у мужчин с даром Ши не было. Мальчиков в шесть лет забирали от родителей и десять лет обучали в монастыре на севере.

-- Шаолинь? -- не удержался я от вопроса. Ну, просто боевые искусства и всё такое...

Ван бросил на меня быстрый взгляд. Глаза его смеялись.

-- Нет, Игорь! Почему все лаовай уверены, что в империи только один монастырь?

Я смущенно пожал плечами, но не стал пускаться в объяснения, что вообще-то лаовай знают о двух монастырях: северном и южном Шаолине.

-- Место, где обучали моего деда -- он был последним из обсидиановых копьеносцев -- не имело никакого названия. Просто монастырь и всё. Воспитанники, как говорил дед, называли место просто "монастырь под горой".

-- А вы где обучались?

-- У деда. Тайно. Копьеносцев больше нет. Я один из последних. Если не последний.

Сказано это было без тоски и грусти, но и без вызова тоже. Спокойный тон, никакого напряжения в голосе.

-- Из-за восстания?

-- Императорская семья так считает. Официально -- гвардия подняла мятеж, с которого всё и началось. Страна на семь лет разделилась на провинции. Вы, наверняка, читали об этом.

-- А неофициально?

-- Зачем вам, Игорь? Вы уедете, я останусь. Ничего не изменить. Да и вы, простите, чужак. Не поймете.

-- Я очень любопытный, Яо. Но если вам неприятно...

-- Я не питаюсь прошлым. Нельзя сказать что мне всё равно, но и ярости в моей душе нет. Я расскажу, всё равно нам ехать ещё десять минут.

Вёл машину он очень аккуратно, никак не демонстрируя её гоночные характеристики. Держал руль одной рукой, другую положив на рычаг коробки передач. Натуральный дэнди! Шарфик бы ещё или шейный платок!

-- Династия вырождалась, так говорил мне дед. Дар или не умели использовать, или применяли не там где надо. А последний император до реставрации и вовсе был идиотом. Чуть не спалил Запретный город вместе с Пекином. И спалил бы, не подними гвардия его на копья. И всю его семью -- опасно было оставлять в живых потенциальных носителей дара. Выжил только Чжу Гэнь, проходивший обучение в отдаленном монастыре в горах Тибета.

-- То есть, копьеносцы спасли страну?

-- Не так всё просто, Игорь. Просто -- редко бывает. Династия умирала, ваны, не имея ограничений, терзали страну, люди гибли сотнями тысяч. Но и мятеж не принёс мира, ведь так? Эпоха Тридцати правителей унесла жизней куда больше. Но да. Я думаю, спасли. Дед так говорил. Сам он в мятеже не участвовал -- заканчивал обучение в монастыре под горой. Но среди воспитанников ходили разговоры -- мятеж ведь не случился в одночасье. Не тогда, так через год это бы произошло. Какой-нибудь очередной император спустил бы Пламень с небес.

-- Но наказали гвардию?

-- Наказали всех ванов. Да и императорский род тоже пострадал. Кто же знал, что один из младших Чжу, у которого не было никаких шансов на трон, таит в своей крови столько древней силы? А гвардию распустили, да. Детей с Ши больше не обучали, но и не преследовали. Дали жить по заветам "Нового пути". Всё равно что убить, но не беря на себя греха.

-- Почему "всё равно что убить"? -- не понял я.

-- Тлен, как вы называете аспект Ши -- энергия с характером. Носитель, не получающий должного образования и навыков для управления ею, почти всегда погибает в молодости. Не могу вам сказать почему и отчего -- у меня у самого знаний немного. Да и те взяты от деда. А он всё объяснял просто -- проклятие Ши. Кто пользуется дыханием предков, сам отправляется к ним очень скоро.

-- Не очень научный подход, -- неуверенно улыбнулся я.

-- Дед взялся за моё обучение когда мне было тринадцать лет. И я сломал ногу пятый раз за три года. Мой отец умер в двадцать восемь лет от заражения крови -- порезался леской на рыбалке. Наука или нет -- Ши тянет к себе.

Детектив замолчал. Несколько минут мы просто сидели в машине: он рулил, а я, благодаря своей фантазии, представлял что тут творилось более ста лет назад. Как одуревшие от крови и безнаказанности ваны сводили старые счёты, истребляя сотни и тысячи людей, просто подвернувшихся под руку. Горящие здания, дым, трупы. Оскаленные конские морды, блеск мечей и росчерки аспектов. Раздутые от падали вороны и одичавшие псы, питающиеся обильной человеческой плотью...

Чувствуя, как проваливаюсь в спонтанно возникшее видение, я ухватился за голос вана Ло.

-- А как у вас вышло так использовать Ци? -- видя моё непонимание, пояснил. -- Эфир?

-- Случайно, -- ответ на этот вопрос у меня был заготовлен загодя. -- Я обнаружил это совсем недавно -- во время боя с смертецом из Италии.

-- Так вот почему вы так на меня среагировали, -- усмехнулся китаец. -- Теперь стало понятно. Мы почти приехали.

#

Дом родичей Луня -- семьи Фэн, находился в районе подобном тому, в котором мне ещё вчера хотелось побывать. Настоящий китайский квартал: плотно стоящие здания с узкими окошками, бумажные фонари, раскачивающиеся на слабом ветерке, чистая мощёная камнем улица и крохотные палисаднички у дверей квартир. Пахло специями, цветами, морем и гниющим мусором. С интересом поглядывая на гоночный кар Ло, спешили по делам местные жители.

Возле дома Фэн стояли два горшка с карликовыми эвкалиптами. Кажется. И одноосная тележка, нагруженная чемоданами и узлами. Сиротливо смотрел в небо циферблат уложенных на спину массивных старинных часов.

-- Вдова Фэн? -- голосом средневекового инквизитора спросил Яо у крохотной женщины с потухшими глазами, открывшей нам дверь. Личико её вздрогнуло, и она часто-часто закивала. Не иначе как приняла моего напарника за имперского чиновника.

-- У нас есть ещё день на сборы, синьшэн, -- тусклым голосом проговорила она.

-- Я не из "Нового пути", вдова Фэн. Частное лицо. Меня зовут Ло Яо, а этого господина -- Игорь Ан То Шин. Он коллега вашего родственника, лао Луня. Мы пришли выразить вам сожаления.

-- Способны ли они помочь... -- вздохнула жена самоубийцы и, шагнув в сторону, пропустила нас внутрь. -- Прошу вас в пока ещё мой дом.

Внутри жилище было скорее европейским, чем китайским. Хотя много ли я видел китайских домов изнутри? Но здесь была гостиная, куда вдова нас проводила, в комнате был стол, стулья и диван. Дальнюю от входа стену занимал плоский экран телевизора на стене. Он показывал какой-то мультфильм, а на диване устроились трое мальчишек: пяти, семи и десяти лет. При нашем появлении три пары чёрных глаз оглядели незнакомцев, не сочли их опасными и вернулись к событиям рисованного мира.

-- Я заварю чай, -- вдова усадила нас за стол и скрылась за дверью, ведущей на кухню. Вернулась через минуту с парящим чайником и тремя чашками размером с казахскую пиалу. Разлила светло-коричневый напиток по ним и придвинула к нам.

-- Нет необходимости указывать что вы не рады гостям, -- чуть укоризненно произнес Яо после первого глотка. -- Мы понимаем ваше положение и не займем времени больше необходимого.

Китаянка смущённо опустила глаза. Как-то ей удалось изобразить неловкость в подобных обстоятельствах. Русская женщина тут же указала бы пальцем в сторону двери -- будет ещё кто-то командовать в моем доме, а эта ещё извиняется. За что, кстати?

-- Простите меня, лао Ло, -- тонкие пальцы вдовы нервно крутили ткань платья. -- Я уже упаковала всю посуду. Остались только эти чашки.

"Если чашка маленькая -- хозяин рад гостю и служит ему, подливая чай, -- пояснил он мыслеречью, заметив моё непонимание. -- Если же чашка большая -- она наполняется только один раз. Это значит: пей и уходи!"

Господь милосердный! Как они вообще умудряются жить с таким количеством неписанных правил? Чашки, блин, не того размера!

-- Вы не должны извиняться за обстоятельства, в которых оказались не по своей воле, -- Яо поставил чашку на стол и пристально взглянул на вдову. -- Они, к слову, и привели меня со спутником в ваш дом.

-- Что вы хотите узнать, лао Ло? Чиновники "Нового пути" уже задавали вопросы, и я честно ответила на каждый! Хотите узнать не проявлял ли мой муж беспокойства? Не бил ли меня? Не поднимал ли руку на наших детей?

Маленькая мышка на миг показала зубки и от этого сделалась куда привлекательнее. Слетела маска тупой покорности, в глазах блеснул гнев, тут же, впрочем, сменившийся слезами.

-- Нет! Он ничего такого не делал!

-- Я не верю что ваш муж сошёл с ума и напал на полицейских, -- проговорил детектив и как-то очень естественно положил свою руку поверх узкой кисти женщины.

Вдова Фэн взглянула на Яо с благодарностью. Она, как и её родич Лунь, не верила, что "добряк Юй" способен на жесткость.

-- Это уже не имеет значения, -- глухо произнесла она, опустив голову. -- Юйсян мёртв, а я с детьми должна уехать из города до завтрашнего вечера.

-- Если я прав, доброе имя семьи Фэн ещё можно восстановить.

-- Напрасные надежды, лао Ло. Никто не станет слушать вдову опозоренного вана. Тем более -- люди "Нового пути".

-- Мы можем дойти до наместника. Если у нас будет с чем к нему идти.

И снова глаза женщины ожили. Я представил, как ей тяжело балансировать на этих эмоциональных качелях: от безысходности к надежде, и содрогнулся. Врагу такого не пожелаешь.

-- Задавайте вопросы, лао Ло. Только, прошу, не тяните. У нас и так очень мало времени.

Детектив склонил голову. Сейчас, несмотря на шутовской внешний вид, он воспринимался как стрела, направленная в цель, а не как легкомысленный повеса в чудном наряде.

-- Не делал ли кто предложений вану Фэн в последний месяц?

Я был удивлён вопросом не меньше вдовы. И ещё больше я удивился, заметив как она вздрогнула. Первым же выстрелом Яо попал в цель. Непонятно, правда, в какую, но...

-- Каких предложений, лао Ло? -- как-то совсем неестественно спросила женщина.

-- Значит, делали, -- удовлетворённо кивнул копьеносец. -- Новое место службы?

-- Я не говорила!..

-- Сказали. Всем телом сказали. Прошу вас, не лгите нам. Мы не враги и не чиновники "пути". Сказанное не будет использовано во вред вам.

Китаянка молчала не меньше минуты. Она смотрела сквозь Яо и молчала. Не всхлипывала, не заламывала руки, но слёзы всё равно катились по её лицу. Почувствовав настроение матери, самый младший из её детей поднялся с дивана и, прибежав к столу, обнял женщину.

-- Да, -- наконец сказала она. -- Юйсян получил предложение. Но как вы узнали?

Мне, кстати, тоже было очень интересно это узнать. Вот так сходу угадать, какой вопрос задать первым -- удача или опыт полицейской работы? Но я не стал даже мысленно спрашивать детектива. Боялся ему помешать.

-- Ничего не происходит просто так, -- копьеносец неопределенно пожал плечами. -- Каждому событию предшествует причина. Незаметный военный из предместий, родивший трёх сыновей, не может просто так сойти с ума. Должны быть предпосылки. Должно было произойти что-то, что изменило его. Что это было?

Вдова снова замолчала. Я видел, как она раздумывает, что можно говорить этому щеголю, а что нет. Не запустит ли она своими словами новую цепь событий, которые сделают жизнь её семьи ещё более сложной? Она хотела довериться хоть кому-нибудь, но боялась сделать это.

Женщина пристально посмотрела на Яо, затем перевела взгляд на меня. Не знаю, что она там увидела, но кивнула чему-то своему и выпалила на одном дыхании:

-- Ему предложили снять блок "Нового пути". А затем, после того как дар откроется полностью -- новую работу. Не в империи.

Сказала, и со смесью страха и вызова посмотрела на детектива. Тот ответил ей взглядом, лишенным всяких эмоций, лишь кивнул, принимая ответ.

-- Давно это произошло?

-- Две недели назад.

-- Вы видели тех людей, которые сделали вашему мужу это предложение?

-- Нет, я знаю о них только с его слов. Он рассказал мне об этом и, посоветовавшись, мы решили ответить согласием. Цзяну, -- она пригладила волосы по прежнему обнимающего ее мальчишки, -- через год должны ставить блок. Мы могли этого избежать...

Ага, смирились ваны, как же! Спят и видят как сбросить оковы "Нового пути"! Даже готовы принять предложение от неизвестно кого и бежать из страны. Не всё так гладко в империи, как говорили Лунь и Снегирёв. Не революционные настроения, конечно, но ваны недовольны. Понимает ли это император и его наследник? Понимали ли это чиновники "Нового пути"?

-- Получилось?

-- Да! Юйсян стал чувствовать все аспекты дара! Он ещё не мог ими управлять, но это уже было делом практики! Он говорил, что люди, которые с ним работали, хотят чтобы он обрёл полный контроль над даром прежде чем уезжать из империи. Это неудивительно -- ведь они предлагали ему службу, где требовался полноценный ван, а не его обрубок!

-- Где ему предлагали работу?

-- В Европе. Я точно не знаю, Юйсян, как мне кажется, и сам не понимал, но работа как раз была связана с исследованиями дара.

-- А потом он сорвался? Этому предшествовали какие-то ещё события?

-- Нет! Никаких срывов! Он был таким же, как и всегда, до самого... того дня.

Вдова Фэн уткнулась в лицо руками и беззвучно расплакалась -- только плечи вздрагивали. Младший ребёнок обнял мать ещё крепче, а его старшие братья сорвались с дивана и бросились к столу. Средний тоже обхватил плечи женщины руками, а старший мальчуган стал напротив Яо, поклонился и, старательно копируя взрослые интонации, произнес:

-- Прошу вас покинуть наш дом, синьшэн!

Детектив поднялся и поклонился мальчишке как равному. Как старшему мужчине в семье.

-- Лао Фэн, прошу простить меня за слёзы вашей матери. Мы уходим. И постараемся отвести бедствия от вашего рода.

-- Пусть Небо будет благосклонно к вам и вашим устремлениям, -- скупо кивнул мальчик. Его попытки выглядеть взрослым смотрелись бы комично, если бы не серьезный взгляд чёрных глаз.

#

-- Как ты узнал про предложение, сделанное вану Фэн? -- спросил я, когда мы подошли к машине. Четверо китайчат, восхищённо водившие пальцами по изгибам её корпуса, тут же прыснули прочь.

-- Сопоставил то, что говорили вы, Игорь, с происходящим. Если ваны не сходят с ума сами по себе, значит кто-то что-то с ними сделал. И этот кто-то не мог просто похищать магов, чтобы проводить над ними эксперименты. Значит он должен был заручиться их согласием.

А мысль-то на поверхности лежала! Всего-то и надо было создать простенькую цепочку причинно-следственных связей. Хотя когда ответ известен, он становится очевиден.

-- Логично. Как предполагаете действовать дальше?

-- По плану, как и собирались. Получим подтверждение тому, что мы услышали от вдовы Фэн от других родичей и соседей.

-- Которых может уже не быть в городе.

-- Высылают только прямую ветвь рода: жену и детей. Родители и братья с сестрами не поражаются в правах.

-- А зачем вообще высылать? Если проступок совершает муж, то...

-- Круговая порука, -- безразлично пожал плечами Яо. -- Как ещё держать в страхе вчерашнюю знать?

За четыре часа мы объехали ещё три адреса. Родственники пострадавших ванов не горели желанием с нами разговаривать, но умение вана Ло задавать вопросы и выслушивать ответы нас ни разу не подвело. В каждой семье, пусть и не сразу, мы получали подтверждение тому, что ванов покупали снятием блокировки и выездом вместе с семьёй за пределы страны. В последнем месте нам вообще несказанно повезло -- мы получили визитную карточку некоего господина Фа. Тот сам приходил в дом к "объекту" -- мелкому чиновнику из торговой палаты уездной управы -- и уговаривал того согласиться на снятие блокировки. В присутствии отца, который визитку и сохранил.

Мне стало окончательно понятно как действовали Потрошители. Но всё это понимание ни на шаг не приблизило нас к ответу -- как искать сволочей. Скорее всего, у них должна быть база, где-то же они снимали блокировку "Нового пути", но никто из родичей погибших о ней не знал. На карточке же господина Фа адреса не было, зато имелся номер телефона, по которому мы решили пока не звонить. Я собирался отдать его Алмазу когда мы вернёмся в посольство -- чтобы он попытался обнаружить владельца своими методами.

Детектив вывел машину с очередной узкой улочки, когда в кармане пиджака завибрировал телефон.

-- Да? -- номер был мне незнаком.

-- Это Снегирёв. Игорь Сергеевич, на посольство совершено нападение, -- голос посла был по-военному сух и деловит. Никаких эмоций, только факты.  Невольно я подстроился под него, хотя в груди что-то сжалось, предчувствуя беду.

-- Пострадавшие? -- одновременно с вопросом я нажал кнопку громкой связи -- чтобы потом не пересказывать Яо весь разговор.

-- Охранник мёртв. Ещё Лунь. Жив, но сильно обожжён и сейчас без сознания. Он уже у целителя.

-- Кто напал?

-- Какой-то ван. Всё как вы говорили -- человек не соображал что делал. Наши маньчжуры пытались задержать его, но не преуспели. Тедань убил его.

Чёрт! Дипломатическая миссия русского княжества убивает местного жителя! Прекрасный заголовок для местных информагентств.

-- И ещё...

Так это ещё и не всё?

-- Яньлинь зачем-то выскочила на улицу и побежала за каким-то человеком.

-- Зачем?

-- Господи, ну я-то откуда знаю? -- тон доклада сразу же смазался. --  Маньчжуры сразу отправили меня защищать Ирину Олеговну в дальнее от схватки крыло!

-- Мы едем. Пошлите Василия по следу Яньлинь!

-- Её брат уже пошёл за ней. Игорь Сергеевич, что нам делать сейчас? Вызывать ли полицию? По закону я обязан уведомить местные власти, но -- не повредит ли это вашим планам?

-- Нападение было внутри здания или снаружи? -- вклинился в разговор детектив.

-- Внутри, конечно! Он же вошёл в посольство!

-- То есть с улицы никто не видел?

-- Вероятно, нет...

-- Тогда пока можно обойтись без полиции, -- я сразу понял к чему вёл китаец и взял на себя ответственность. -- Только поставьте охрану снаружи здания.

В следующие десять минут я узнал всё о динамических характеристиках машины детектива, а также о его стиле вождения. Нельзя сказать, что безумием он превосходил Самойлова, с которым мне как-то довелось прокатиться, скорее они были друг другу равны. Разве что неизвестной марки купе китайца было больше предназначено для гонок, чем мой "Москвич", отчего меня меньше швыряло из стороны в сторону на резких поворотах.

Первой, кого я увидел вбежав в холл посольства, была Яньлинь. Раскрасневшаяся, тяжело дышащая, но живая и здоровая. Правой рукой она удерживала на весу бессознательное тело неизвестного мне китайца, а левой, при моём появлении, принялась убирать за ухо выбившуюся прядь.

-- Ты в порядке? -- спросил я, кивая Теданю и своему денщику, которые тоже находились в холле. Судя по всему, они только что вышли навстречу вернувшейся женщине.

-- Вполне, -- уголком рта улыбнулась берсерк.

-- А это кто? -- я указал на китайца.

Яньлинь словно только заметила семьдесят килограмм живого веса, которые удерживала одной рукой, и опустила пленника на пол.

-- Это? -- спросила она, кажется, кокетливо. И тут же бросила на лежащее у её ног тело взгляд полный ненависти. -- Я гналась за ним пять кварталов. А потом ещё пять тащила его сюда. Этот человек стоял за нападением на посольство.

 

*[Lancia spezzata (итал.) -- буквально, "сломанное копьё". Средневековый термин, которым называли рыцаря без обслуги и сопровождения. В настоящее время используется в значении "фрилансер".]

**[Лаовай -- иностранец, чужак. Часто используется с пренебрежительным оттенком.]


Оценка: 7.41*57  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда" (Боевик) | | Л.Брус "Код Гериона: Осиротевшая Земля" (Научная фантастика) | | В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа" (Боевик) | | К.Вэй "По дорогам Империи" (Боевая фантастика) | | Л.Ситникова "Книга третья. 1: Соглядатай - Демиург" (Киберпанк) | | Н.Любимка "Пятый факультет" (Боевое фэнтези) | | Кин "Новый мир. Цель - Выжить!" (Боевое фэнтези) | | А.Демьянов "Горизонты развития. Нуб" (ЛитРПГ) | | C.Возный "Последний шанс палача" (Боевик) | | I.Eson "Виртуальная реальность" (Научная фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
П.Керлис "Антилия.Охота за неприятностями" С.Лыжина "Время дракона" А.Вильгоцкий "Пастырь мертвецов" И.Шевченко "Демоны ее прошлого" Н.Капитонов "Шлак" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"