Пахамович Михаил Николаевич: другие произведения.

Чудовище Кровавой Пущи

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 4.07*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Как не надо писать фентези. Ляпы, "объяснялки", несуразности в наличии. Опять же абсолютно необязательные примечание и глупый глоссарий, кои в каждом фентези есть, но низачем.


   Чудовище Кровавой Пущи

О любовь, тебе подвластны,
И герцог, и дряхлый дервиш,
Жизнь без любви, подобна мясу без лука,
Ешь много, а радости нет,
Но мужество любви сильнее!


Из "Песен" Лже-Авиана Ярийского
  
   Я тогда простым мечником был. И году на имперской службе не успел отслужить и на тебе, оказия - сотник мой, Мурмол, дюжинного вида детина с грубыми манерами, объявил тревогу. В смысле, спокойно собрал всех стражников во дворе, да и давай зачитывать с листа:
   - Вот, извольте видеть, документ получил. "Довожу до сведенья начальнику сторожевого поста, что возле дороги, что на Низовье идет объявилось преужасное чудище. И тот монстр такой страх на купцов навел, что ныне в имперском граде Плеоназте и муки трудно стало купить, не токмо хлеба, а посему..."
   Тут Мурмол прекратил чтение, лист скомкал и грустно подытожил:
   - В общем, добры молодцы, пришла пора за оружие браться. Хоть кровь из носу, а ту страхолюдину, что на представителей торгового сословия страсти наводит, следует уничтожить, уж будьте любезны. Или слава Империи вам не дорога?
   Понятно дело, возражать сотнику никто не осмелился, опасаясь наткнуться на грубое хамство. Повздыхали мы, покручинились, да собираться стали в путь, дабы это чудище сыскать да убить хоть каким макаром. Я наточил свой двуручный мечсноска1, чтобы лучше рубил, набрал еды на много дней, чтобы было чего пожевать в пути и спать завалился. Ах, да еще пояс свой начистил до блеска.
   К слову, пояс у меня особый - из кожи манабетанского буйвола, обильно обшит позолотой и паволокой, да еще медных бляшек приделано до фига. С исподу сделаны сотни карманчиков в кои что хочешь можно спрятать - хоть ножи метательные, хоть магические свитки. Я так подробно пояс описываю, потому, как он сыграет немаловажную роль в дальнейших событиях.
   На другой день и выступили, и не малым отрядом, а чуть ли не полусотней. Одних мечников с двуручными мечами и щитами человек сорок было, да арбалетчиков, считай столько же. Молокососов да болтунов Мурмол оставил на посту сторожевом, а взял лишь прожженных ветеранов, кои под императорским стягом чуть ли не всю Землю обогнули в молодости и ни бога, ни черта не боятся. А самое главное - двинулись с нами на телегах и десятка три малорослых гномов - крепко сложенных невысоких вояк, что хоть ростом и не вышли, да мужеством иному человеку не уступят. Оружие конечно, у гномов, что с нами в поход пошли, неважное было - так, секиры, топоры, кирки, заступы и прочий подручный инструмент, зато надежны и эльфов проклятых не любят очень.
   У меня тогда уже сердце екнуло и про эльфов вздумалось. Хоть и проредили мы их ряды за последнее десятилетие, а таки остроухие порой пошаливали и неподалеку. А кому охота стрелу острую от эльфа получить в бок, ни за грош, ни за денежку? Свои резонные соображения я изложил, другу, мечнику Смавру. Друг мой, хоть неграмотен, необразован, и невежда каких поискать, а внятно обрисовал ситуацию:
   - Прав ты, Канд, хоть ты тресни. И у меня об эльфийских происках душа болит, не иначе из-за этого чудовища уши остроухие торчат. Но били мы их и всегда бить будем, и даже легионы чудищ не остановят нашу поступь!
   От таких простых немудреных слов взбодрился я, да и унывать перестал. За всей этой болтовней и сами не заметили, как отмахали по дороге чуть ли не двадцать миль вместе с отрядом. Поля, что бесконечно тянулись по бокам, закончились, и я впервые увидел ту самую Кровавую Пущу.
   Репутация у Пущи была неодобрительной, что понятно и из самого названия - "Кровавая". Кто ее впервые так назвал - затерялось в глубине веков, но и поныне старые ветераны, греясь у камелька в казарме, травят новобранцам байки и слухи, один страшнее другого, рассчитывая запугать новичков. Понятно, что появление Пущи не доставило мне удовольствия, и я стал внимательно вглядываться вперед, на всякий случай.
   И тут же был разочарован - Пуща выглядела как самый обычный лес, только густоват на мой вкус. Исполинские сосны росли вперемешку с толстыми дубами, а берез и осин было натыкано там и сям, как морковок в огороде. Трава по пояс, много прогалин и полянок, иные с ладонь, а иные размером с деревенскую площадь. Листьям и прелыми иголками воняло так, что хоть нос зажимай; зверья любого завались - белки скачут, бурундуки шмыгают, иной раз и лиса острую мордочку из-за пня высунет, или там медвежьи глаза из берлоги глянут.... В довершение всего подлесок зарос смородиной так, что не только на телеге или конному, но и пешему было трудно пройти.
   - Мечи к бою! - раздался зычный голос сотника. - Болты в арбалеты зарядить! Повелеваю - воинам растянуться цепью и прочесать ближайшую рощу, а потом и далее пойдем. Гномам следовать сзади, но быть настороже!
   Сказано - сделано. Двуручные мечи вылетели из ножен, с шуршанием ядовитых змей, что готовятся к броску; заскрипели, как несмазанные уключины, натягиваемые тетивы на станковых арбалетах; радостно ухмыляясь, гномы с шутками и прибаутками повытягивали из-за широких поясов топоры - и вскоре, все бойцы построились в две шеренги и углубились в Пущу. Я шел на правом фланге, сбоку от верного друга Смавра, а он слева от меня. Смавр же то и дело, ощупывал торбу притороченную на поясе. В том мешке, что-то таинственно звякало и шуршало, но об этом позже.
   Двигались неторопливо, потому, как пришлось продираться сквозь густые заросли кустов, так что уже через полмили совершенно выбились из сил.
   - Привал! - донесся откуда-то из чащи голос Мурмола. - Давайте ребятушки отдохнем полчасика, да и дальше пойдем. Нет, я понимаю, вашу усталость, но дело прежде всего...
   И еще много чего хотел, видимо, сказать сотник, да не успел. Страшный рёв, коего я никогда не слыхивал, разнесся по чаще. Мечники побледнели, кое-кто даже выронил оружие из рук и пустился наутек.
   - Вот оно, чудище... - прошептал мне на ухо Смавр, сжимая рукоять меча так, что пальцы побелели. - К нам близиться...
   И как накаркал! Рев раздался ближе, и на прогалину выскочила невиданная доселе страхолюдина - огромное, в два человеческих роста, мохнатое существо. Ноги как толстенные бревна, уши как тележное колесо, торчащие вперед клыки, с ярд длиной, но самое мерзкое - это неестественно вытянутый нос, что шевелился как какой-то отвратительный червяк. Глаза существа горели злобой, на спине же чудища сидело трое лучников, в коих я с негодованием узнал эльфов. Так и есть, наши со Смавром разговоры оправдались, да только я облегчения от этого не чувствовал.
   Между тем дела нашего отряда не задались. Не сплоховав, мечники отчаянно ринулись на чудовище, да без толку - чудовище расшвыривало воинов, как ребенок детские игрушки. Мечи попусту рассекали воздух, злобная тварь сбивала мечников с ног и с каким-то сладострастием втаптывала в землю. От арбалетов тоже было мало смысла - как потом выяснилось, стрелки впопыхах позабыли бронебойные болты, а обычные вязли в шерсти монстра, как мухи в паутине.
   Немало хлопот доставляли и остроухие, что громоздились на горбушке твари. Эльфы стреляли метко, да еще норовили попасть в неприкрытые кольчугой места - руки, ноги, глаза... Когда в очередной раз чудище ухватило не успевшего сбежать воина своим гадким носом и шмякнуло о сосну, в моей голове как будто что-то щелкнуло и я вспомнил...
   Еще в детстве довелось мне прочесть одну книгусноска2, что у моего отца, кузнеца, пылилась на полке между корчагами и хомутом. В замызганном фолианте рассказывалось об истории Империи и о временах столь стародавних, что и представить страшно. Так в одной главе, повествовалось о глубокой древности, когда наши предки пришли на сию благословенную землю и столкнулись с разными зверьми - огромными медведями, тиграми с огромными клыками, и громадинами, коих безымянный летописец именовал чудным словом "мамонты". В книге были и картинки, так вот, на одной из которых был сей мамонт изображен, так вот, зверюга та походила на тутошнего монстра, как две капли воды. И длинный нос его именуется "хобот", а страшные клыки "бивни".
   Едва мне это пришло на ум, как я, как ни странно почувствовал облегчение. Не сверхъестественное существо сражалось с нами, а всего лишь зверь. О, какие чудовищные жертвы принесли злокозненные эльфы во время мерзких ритуаловсноска3, какие ужасные заклинания шептали их тонкие губы, к каким отвратным демонам взывали остроухие жрецы, какие невероятные ингредиенты бурлили в колбах эльфийских алхимиков, дабы вызвать из глубин веков в наш мир мамонта - остается лишь гадать.
   Пока я раздумывал, положение становилось критическим. Большая часть мечников была повержена, стрелки, побросав арбалеты, задали лататы, а гнусный мамонт принялся за гномов. Ничего не могли сделать коротышки чудовищу, лишь разбегались с писком, бросая секиры и заступы оземь, мечась меж древ, словно тараканы средь ножек стола на грязной кухне. Злобный же монстр топтал гномов ногами, как разгневанный грибник мухоморы после неудачной "тихой охоты". Хлоп - и вместо вопящего гнома лишь кровавая лепешка.
   Тщетно малорослые воители пытались укрыться под сенью деревьям, прятались за стволы, укрывались меж корней и залезали в дупла исполинских дубов. Мамонт ломал легкие деревца, как штакетник, порой пробивая стволы бивнем насквозьсноска4; от удара могучего лба чудовища, вековые сосны выворачивало с корнем; длинный же хобот, казалось, сам обладал разумом, обыскивая ближайшие дупла и вытаскивая дрыгающихся гномов - прямо под ноги твари.
   Дрожащими руками я сунул свой двуручник в ножны и тихонько засеменил обратно к дороге. Когда я достиг края Пущи, то узрел лишь десяток трясущихся у телег гномов, да горсточку измученных людей, среди которых я с радостью узнал друга Смавра. Тут же находился и сотник, что с невозмутимостью обходил людей и успокаивал, как водиться средь ратных людей, крепким словцом:
   - Спокойствие, только спокойствие. Сохраняйте дух, ребята, на войне всегда так - сегодня удача, завтра неудача, ан, потом опять повезло. И не из таких передряг выходили.
   Проповеди Мурмола возымели свое воздействие - мечники успокоились, перехватили покрепче щиты с мечами и надеждой воззрились на сотника. Глянул я на наших израненных воинов и тут меня как будто кто-то под бок подтолкнул. Шагнул я вперед, и докладываю, так и так, имею честь изложить сведения о чудовище. Да и выложил все, что о мамонте в книге прочел. Даром, что Мурмол грубиян, а выслушал и спокойно так интересуется:
   - Все это про древних людей конечно интересно, но как нам это поможет этого... как его... мамонта победить?
   Я только руками развел. Однако же, вопрос сотника вызвал небывалый энтузиазм у окружающих, со всех сторон посыпались идеи, как мусор из дырявого мешка. Предложения были умные, но, к сожалению, трудновыполнимые.
   - Яму вырыть надобно, да и заманить зверюгу! - авторитетно заявил седовласый мечник, что по слухам был прежде звероловом. - Выроем, замаскируем ветками, завлечем - рухнет мамонт в провал, тут ему и шабаш!
   - Осмелюсь заметить, не годится. - отклонил идею сотник. - Земля каменистая, опять же лопат не имеем, яма потребна глубочайшая... этак мы до морковкина заговенья копать будем!
   - Придумал, надо камень огромный на монстра скинуть. - подскочил юркий арбалетчик и развел широко руки, как бы обхватывая необъятный валун. - В смысле, с горы или со скалы скатить ворогу на черепушку.
   - Не пойдет. - Мурмол поморщился, как будто хлебнул кислого уксусу. - Камня я вокруг себя не вижу почему-то. Потом, откуда скидывать? До ближайших скал три дня ходу конному.
   Интересное предложение выдвинул молодой мечник с расквашенным носомсноска5. Зажимая ноздри окровавленными пальцами, воин прогундосил:
   - Против мелких тварей и ножика хватит, а против здоровущих, соответственно, и огромное оружие потребно. А самое мощное оружие в Империи - осадные машины. Уж ими точно, не то, что этого мамонта, но и легендарных древних ящеров уконтрапупить можно.
   - Этаким коленкором ухайдакать тварину конечно позволительно. - притворно согласился сотник. - Да токмо ближайшие катапульты и баллисты в имперском граде обретаются, чуть ли не за тридевять земель. Да если бы они туточки и оказались ненароком, как бы мы их в Пущу затащили бы? Токмо силушку бы зря поистратили, сапоги до стелек истоптали бы, да руки до кровавых мозолей изволдыривили бы.
   Выступил вислоусый десятник (тот самый, о коем в начале рассказа упоминал), молвил:
   - Попусту перебираем увертки и уловки. Без хитростей и подлостей надо действовать, по честному, по мужски. Мой дед простой рогатиной три десятка медведей завалил, так и нам нужно копья в руки взять, а точнее пики. Меч против мамонта не годится, а вот группа воинов без труда зверя на длинные копья насадит.
   - Нерационально. - отклонил Мурмол. - Во первых, размеры копья делают затруднительным его использование в лесном массиве. Во вторых, наши потери велики, и людей мало осталось. В третих, ни копий, ни пик у нас нет.
   Я пододвинулся к десятнику и наставительно произнес:
   - Добавлю еще, что "копья, а точнее пики", звучит несуразно. Это все равно, что сказать, "кобыла, а точнее корова".
   - Учить меня вздумал, сопляк? - обиделся вислоусый. - Пика и есть длинное копье, уж поверь старому бывалому вояке.
   - Ну если ты воюешь так, как разбираешься в оружии, неудивительно что мы последнюю войну профукали. - не сдержался я от колкости. - Надо же, "пика и есть длинное копье", сейчас умру от смеха!
   Разгорелась перебранка. Десятник оказался заядлым спорщиком - я ему довод, он мне аргумент, я ему софизм, он мне силлогизм, я его метафизикой бью, он мне диалектикой ответить норовит. Чуть не охрипли оба, слюной изошли как собаки бешенные. Да и мудрено было спорить, как оказалось, вислоусый в молодости заканчивал "Курсы младшего командного состава" при Имперской канцелярии, а у меня что? Только два года обучения в столичной Школе Гильдии наемных убийц, всего-то....
   (По чести сказать, выперли меня из школы с третьего курса, когда с дружбаном мы всю "aqua vitae" на факультете токсикологии выпили. Да я и не жалею в общем-то. Я еще на первом курсе понял, что призвание хассасина - это не моё. Нет, убить я могу легко, со злости там, или от скуки, но чтобы за деньги... есть в этом что-то некрасивое, гм...)
   На глазах позабывших о мамонте воинов мы долго лаялись, пока положение не спас упомянутый выше седовласый мечник. Бывший зверолов, порылся в заплечном мешке, достал книгу, чуть ли не пуд весом:
   - Вот, у меня тут в поклаже случайно завалился том "Энциклопедии оружия Империи и стран окрестных, ныне и во времена стародавние". Давайте глянем и решим, кто прав, кто ошибается.
   Так и сделали. К моему стыду и радости десятника в шестнадцатой главе прочли следующее: "Пика - холодное колющее оружие разновидность длинного копья. Состоит из древка, длиной в три-пять ярдов и трёхгранного или четырёхгранного металлического наконечника длиной пять-двадцать дюймов. Данное оружие предназначено для защиты пехоты от атак кавалерии"
   Давно не переживал я такого сраму! Пригорюнился я, и давай тужить и кручиниться.сноска6
   Ни к чему робко вмешался гном, совсем молоденький - борода еле-еле до колен достает. Откашлялся и таким дискантом сообщает:
   - Все это мне напомнило одну историю...
   И целых полчаса гномик рассказывал очень интересную байку, про то, как некий принц отправился свататься к заморской королевне, сражался с великанами, беседовал с драконами Звездного Пути, получил пояс Мудрости из рук Последнего Волхва. Также с трудом одолел своего соперника Мазгула Бессмертного в ратном поединке, сбросив того в пропасть, где его заживо растерзали мириады острозубых горгулийсноска7. После озабоченный принц, посетил город Хрустального Бога, плутал в Алмазном Лабиринте, переплыл три моря, вернулся с почетом и таки женился на возлюбленной, прожил долго и счастливо, о чем и написано в "Книге воздыханий". История это очень занимательная, но поскольку она никакого отношения к моей повести не имеет, я её даже вкратце пересказывать не буду.
   - Какой же смысл имеет сия басня к нашей проблеме? - съязвил Мурмол, сверля глазами рассказчика, что под свирепым взором сотника, казалось, стал ростом в два раза меньше.
   - Никакого... я думал вам интересно. - пискнул несчастный гном и затерялся в толпе.
   Мурмол тем временем воздел очи долу и давай по своему обыкновению, хамить:
   - Боги, с кем я служу? Куча здоровых лбов и никто дельного предложить не может! Шпандыри вы, а не мечники, вам бы гусей из хлева таскать! Лопухи вы, а не бойцы имперские!
   Словом, такую нецензурщину загнул, что небу жарко стало, а мечники покраснели, как девицы на выданье, кому-то даже поплохело. Не каждый день слышишь такое бесстыдство! Сотник тот деревенщина, что с него взять? Хотел, было, я его деликатно поправить, мол, гусей держат не в хлеву, а в птичнике, но вспомнил недавний позор и устыдился.
   Дружок мой, Смавр хлопнул себя по лбу и воскликнул:
   - Я знаю! Слышал как-то я, что в тех княжествах, кои на юге Империи обретаются, живут зверюги, что нашего похожи. Только их не мамонтами, а слонами именуют. И будто сиятельные князья вплоть до недавнего времени слонов в войнах использовали, но ныне прекратили, так как во время Третьей Закрайской Смуты князь Сабрии целое стадо боевых слонов на врага выпустил, но потерпел поражение. Противник князя правильную тактику избрал - отступая, бросали они доски с гвоздями под ноги слонам, и израненные зверюги назад обратились, свое же войско и потоптав. Князю Сабрии пришлось потом унизительную декларацию, так называемую "Хартию десяти" с врагом подписать, в коей он обязался провести границу....
   - Достаточно. - прервал воспрянувший духом Мурмол. - Найдутся ли у нас доски и гвозди?
   Здорово тут нас выручили гномы, у коих сыскались на телегах много досок и целый ящик здоровенных гвоздей. Пылая гневом за погибших товарищей, низкорослые умельцы мигом сколотили несколько щитов, утыканных гвоздями, как еж иголками.
   - Осталась самая малость. - молвил сотник и глянул просительно мне в глаза. - Надо мамонта заманить на щиты, способ только один - на живца. Могу приказать, но все таки просто попрошу тебя, Канд, возьмись ты за это дело, а? Ты вроде парень сильный, ловкий, да не ранен... Не пойдешь, так самому придется.
   У меня сердце сжалось, да деваться некуда - откажись, а как потом в глаза товарищам боевым смотреть? Ничего не ответил я, только головой кивнул, согласен, мол.
   И пошел я в обратно, в Пущу. Иду, а за мной гномы щиты несут, только пыхтение и сопение слышно, за ними же и мечники, что на ногах худо-бедно ходить могли. Чуть ли не на карачках пришлось добираться до места побоища, вымотался как скаковая лошадь, а про гномов и говорить нечего. Выбрали малую полянку с высокой травой, щиты уложили аккуратно, гномы и люди затаились в кустах. Я вышел вперед, да как заору:
   - Где вы, твари лесные, ужо я вам уши-то пообрежу!
   Почти сразу в ответ раздался рев и злые крики остроухих. Минута, и на полянку вывалился мамонт и ринулся на меня, да еще и эльфы гляжу, луки натягивают. Стиснул я зубы и когда до зверя осталось лишь пять шагов, скакнул я почище зайца в кусты смородины, прыжком через щиты. Упал удачно, стрелы вражеские мимо прошли, только одна кончик шлема тюкнула. Откатился, и осторожно так голову подымаю...
   Боги, от рева мамонта чуть не все листья с деревьев не облетели! Израненный зверь, от боли и ярости шарахнулся набок, и рухнул как сноп, придавив тушей двоих эльфийских стрелков. Третий же спрыгнул, да неудачно - аккурат у брюха мамонта на гвозди напоролся, но еще шевелится, гадина... А мамонт ревет, бешено крутит хоботом и встать норовит... Не знаю, а что-то в душе моей вспыхнуло, выхватил я из-за спины двуручный меч, одним прыжком подскочил к твари и всадил-таки меч в шерстистое брюхо.
   Преужасно взревел монстр, вздрогнул и затих, а из раны целый водопад крови хлынул, окатив меня с головы до ног.
   - Все равно Силы Леса не победить. - морщась, процедил раненный эльф, про коего я уже и позабыл.
   - А ты помнишь, чему учил ваш же мудрецсноска8 Сильван Благонравный? - нравоучительно ответствовал я, выдернул меч. - Пусть погибнет всякий от того, чем он зло другим норовил!
   И с оттяжкой, косым ударом распорол живот мамонта мечом, чуть ли не от шеи до хвоста. Из разреза вывалилась целая гора сизых внутренностей, похоронив под собой вопящего от ужаса эльфа. Я же так и остался стоять, глядя на внутренности, от коих исходил пар, как от горшка с гороховой похлебкой, да и запах был похож один в один. Добавлю, что с тех пор один вид горохового супа вызывает у меня стойкий рвотный рефлекс, как будто мне поднесли под нос полностью разложившийся кошачий трупик.
   Из оцепенения меня вывел хлопок по плечу. Улыбающийся сотник подмигнул другу Смавру, что деловито примеривался к бивню, не иначе как, собираясь его забрать в качестве трофея, и деловито сообщил:
   - Вы отлично проявили себя, юноша. В качестве поощрения, я направлю прошение о присвоении вам чина десятника, не думаю, что бюрократы и волокитчики в имперской канцелярии откажут. Так что, поздравляю!
   Это был мой первый чин. И уже много лет спустя, когда я стал коннетаблем, а порядком постаревший Мурмол занял императорский престол и по совместительству стал моим тестем (ну это долгая история, в другой раз расскажу), мы встречаемся в Яшмовых Покоях и после приятного времяпрепровождения с кучей юных красавиц и миловидных юношей... гм, это лишнее у коих из одежды одни яхонтовые ожерелья и со смехом вспоминаем это незабываемое приключение.
   Будьте мужественны, и удача улыбнется вам!
  
   Примечания, кои объясняют все непонятное:
  
   1. ...двуручный меч...
   Меч двуручный, рубящее оружие, держат двумя руками, в отличие от одноручного. Есть еще полуторный меч, что это - не знаю, предположительно, двуручный меч для воина-калеки, у коего нескольких пальцев недостаетНАЗАД
  
   2. ...прочесть одну книгу...
   Это книга "На заре Империи". Очень редкая и ценная, любой аристократ, не раздумывая, выложит за неё не менее тысячи золотых!НАЗАД
  
   3. ...во время мерзких ритуалов...
   Впоследствии архимаг из Турулясской Академии Пяти Стихий, объяснил мне что эльфы использовали для вызова мамонта заурядный ритуал Б,Хала Великолепного. Только что листья можжевельника в курильнице заменили на веточки туи, а так ерунда, ничего трудного, даже для начинающего чародея.НАЗАД
  
   4. ...порой пробивая стволы бивнем насквозь...
   Разумеется, зверь протыкал бивнем гнилые деревья. Проткнуть ствол здорового дерева - это слишком, даже для мамонта.НАЗАД
  
   5. ...мечник с расквашенным носом...
   Воин расквасил нос вовсе не во время боя с мамонтом, а просто столкнулся с товарищем, когда убегал во весь дух. Что, безусловно, не делает ему чести, тем более что и нос вскоре зажил.НАЗАД
  
   6. ...и давай тужить и кручиниться.
   Уже после выяснилось, что "Энциклопедия оружия..." изобилует грубыми ошибками. Так что моё поражение можно считать условным.НАЗАД
  
   7. ...его заживо растерзали мириады острозубых горгулий.
   На самом деле, конечно, Мазгул разбился об острые камни на дне пропасти, так что горгульям достались лишь останки мертвого трупа.НАЗАД
  
   8. ...ваш же мудрец...
   Должен заметить, что эльфом Сильван Благонравный был только наполовину, по материнской линии, родительница его - эльфийская принцесса клана Эланна, а отец его - человек, булочник Блююн,из Замостья. Жил Сильван среди людей пригорода, что и объясняет его незаурядный ум. Да и то сказать, какие такие мудрецы могут быть в лесу?НАЗАД
  
   Еще приложение для малообразованных читателей
  
   Глоссарий, то бишь, словарь непонятных слов, который читать не обязательно. Но какое же уважающее себя фэнтези без глоссария? Вот и решил помочь любопытным:
  
   Алмазный лабиринт - вовсе не из алмазов составленный, а из корундов, иначе бы давно его уж разобрали бы по кирпичику.
   Арбалет - лук на прикладе, стреляет дальше и сильнее лука, но труден в обучении. Из лука можно обучиться пулять за день, а с арбалетом нужно попотеть. В просторечии именуется самострелом.
   Болт - вовсе не тот болт, что ключом закручивают, а такая короткая стрела, для арбалета.
   Гномы - низкорослая раса. Подробно о них (или об них) читай в "Сильмариллионе" какого-то зарубежного третьеразрядного писателя, не помню, то ли Толкина, то ли Толкиена... Росту бывают разного, иной, как человек, а иной и с тележное колесо.
   Горгульи - ужасные существа, кои на фасадах местных храмов изображаются. Есть ли они на самом деле - об этом уже триста лет идет спор в Турулясской Академии.
   Дервиш - бродяга и шарлатан, как правило, сабриец. См. Сабрия.
   Заступ - инструмент гномий. В подземных лабиринтах без заступа пропадешь.
   Кузнец - отец мой, деревенский коваль. Увы, кузнецом он стал вследствие столичных интриг, а до этого даже и в Сенате Имперском заседал.
   Мазгул - к известным киношным Назгулам не имеет ни малейшего отношения. Разбойник не из важных, мелочь у путников вытрясал.
   Манабетанский буйвол - карликовый бык, их столичные патриции разводят. Кожа ерундовая, пальцем проткнуть можно, а мясо вкусное, пальчики оближешь.
   Орк - в рассказе их нет, но без орка фэнтези странно смотрится.
   Остроухие - прозвище эльфов. См. эльфы.
   Сабрия - страна, что южнее Табрии. Отделилась от Марабетана сто двадцать пять лет назад.
   Слон - он и есть слон, что в нашем мире, что в ихнем.
   Сотник - чин в имперской армии. Старше десятника, меньше тысячника. Командует сотней мечников или копейщиков.
   Хассасины - не токмо (и не столько) убийцы, но и пакостники. (Собственно, они уж лет триста никого не убивают, а гадят по мелочи - там слабительное в еду подсыпать, там дегтем забор измазать... и все такое). Но репутация по прежнему уважительная.
   Хрустальный бог - лишь отроки, не оскверненные сиротством, могут лицезреть четыре аватары Хрустального Бога (злопыхатели именуют его слюдяным идолом). Покровитель торговцев и воров, что в принципе одно и то же.
   Шпандырь - грубое ругательство, за кое в столице можно в кутузку загреметь и десяти монет лишиться в виде штрафа (или пять монет на лапу будочнику).
   Эльфы - народ такой. Худенькие, высокие, смазливые. Живут в лесу. Стреляют из лука, метко, но луки дрянь, из ивы. В столице "эльфами" именуют мужчин с определенными склонностями, так что за "эльфа" можно и в рожу получить.
   Эпиграф цитата, помещаемая во главе сочинения или части его с целью указать его дух, его смысл, отношение к нему автора и т. п. У меня в эпиграфе упоминается любовь, а в рассказе нет, так что с того? Была любовная линия, (Смавр, кстати, тут ни при чем, а красавица пастушка, очень даже при чем) но пришлось выкинуть.
   Ятаган - кривой меч сабрийцев. Мало того, что кривой, так еще и выгнут в обратную сторону! Как с ним (или им) сражаться - ума не приложу. Да что с них, дикарей взять!
  
  
Оценка: 4.07*6  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список