Панченко Сергей Анатольевич: другие произведения.

Ветер: Начало Времен

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 6.53*15  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    "Ветер: Начало Времен" продолжение истории про гибель человечества, вызванную невероятным ураганным ветром. В продолжении романа сплелись истории потомков героев первой книги и новые истории групп людей, непосредственно переживших апокалипсис. Теперь книгу можно купить в полном варианте на этом ресурсе:https://litnet.com/ru/book/veter-nachalo-vremen-b47943


Ветер: Начало Времен

  
  
   Глава 1
  
   Первой причиной, побудившей Вадима всерьез задуматься об этом путешествии, стал сон. Это был один и тот же сон, снившийся несколько раз. После него оставалось приятное послевкусие, державшееся несколько дней. Во сне он сидел на самом краю вершины плоской горы и смотрел вниз. Там, зажатый между его и соседней, точно такой же плоской горой, пестрел разноцветьем лес, прорезанный неровной линией реки. Ветер трепал волосы и траву, а из ущелья поднимался такой невероятный аромат тайги, что у горожанина кружилась голова.
   После сна Вадим пытался сохранить в себе ощущение, которое испытал. Спокойствие, безмятежность и причастность к кусочку наблюдаемого мира. Горожанину этого ощущения серьезно не хватало. Ежедневная суета, гонки, воскресные дела, съедающие время и так по бесконечному кругу, изо дня в день. Эффект повторяющегося сна Вадим воспринял как попытку организма получить отдых, и в первую очередь моральный.
   Мистическую связь между сном и явью он заметил случайно. На двери туристической конторы он случайно увидел большой плакат, призывающий людей совершить экстремальный двухнедельный пеший тур на плато Путорана. Самым удивительным была картинка на плакате, похожая на ту, что он видел во сне. Плоские вершины гор, расщелины между которыми занимали леса и реки.
   До сего момента, Вадим слышал об этом плато только в школе и то, мимоходом. Теперь у него появился интерес изучить его более детально и постепенно придти к решению, воспользоваться предложением туристической фирмы. Но только не в этот год. Вадим не хотел брать кредит, а своих денег не хватало. Помимо путевки многое нужно было купить: крепкую удобную обувь, способную выдерживать многокилометровые переходы по курумникам, валежнику и осыпям. Рюкзак, трекинговые палки, куртку, какую-нибудь металлическую посуду, провиант, инструмент, таблетки на всякий случай. Хотелось еще взять с собой "зеркалку", чтобы запечатлеть свой отдых очень качественно.
   Вадим решил поступить так, но как всегда, как только человек принимает твердое решение, судьба начинает испытывать его на прочность. Та улица, на которой находилась туристическая фирма, лежала на пути от остановки к работе. Как-то утром, Вадим бодрячком, после крепкого кофе и трех подходов к турнику, скорым шагом спешил на работу. Издали он заметил, как на крыльце туристической фирмы топталась девушка. Он решил, что это их работница и подумал задать ей пару вопросов.
   - Извините, я решил воспользоваться вашим предложением по поводу путешествия на плато Путорана, и хотел узнать, сумма на будущий год не сильно изменится?
   Девушка не сразу ответила. Ее лицо озарила немного смущенная улыбка.
   - Я не работаю здесь. Я сама хотела туда съездить. Жду, вот, когда откроют.
   - Ой, простите. - Теперь наступила очередь смущаться Вадима. - А я подумал, что вы работаете здесь. Красивые места там.
   - Да, очень, у меня подруга была в прошлом году в тех местах. Ей очень понравилось.
   - А вы в этом году хотите туда отправиться?
   Вадим рассмотрел девушку. Она была симпатичной, но такой неброской красотой, которая бывает у людей, имеющих еще что-то помимо симпатичной внешности. В голове у него сразу же закрутился рой мыслей.
   - Да, я не люблю откладывать. На следующий год может появиться еще какая-нибудь хорошая идея. - Ответила она просто, но вместе с тем очень логично.
   - А вас не пугают сложности? Там же нужна хорошая физическая подготовка?
   - Я гимнастка, с шести лет физические тренировки.
   - Ух ты, прости, я же по привычке. - Лицо Вадима залилось краской.
   - Ничего, я привыкла. Меня Викой зовут.
   - Это, Вадим. Очень приятно.
   - Взаимно. А ты что, отложил на потом?
   - Да, денег хотел подкопить.
   - Ммм, жалко. Было бы неплохо поехать с кем-нибудь знакомым из города.
   Ее сожаление подействовало на Вадима, как сигнал, заставляющий срочно менять планы. Он вдруг почувствовал, как судьба мягко взяла его за руку и подвела к какой-то важной точке. Не понять ее намека было нельзя, можно было только проигнорировать.
   - Вот, Вика, моя визитка. - Вадим протянул ей рабочую визитку. - Тут мой телефон и почта. Я попробую придумать что-нибудь, а ты, если не тяжело, позвони или письмо отправь, чтобы узнать. Ага?
   - Ага, менеджер Вадим. - Вика усмехнулась, но визитку взяла.
   - Буду ждать.
   - Непременно наберу.
   Вадим развернулся и скорым шагом направился к месту работы, а в душе его уже созрела уверенность в том, что планы на это лето надо серьезно менять.
  
   В аэропорту Алыкель Норильска Вадима и Вику встретил мужчина лет сорока, с табличкой с их именами.
   - Добрый день! Как добрались? - Вежливо спросил он.
   - Нормально, но у меня в ушах шумит от этого самолета. - Призналась Вика.
   - Да уж, АН-двадцать шесть, это вам не аэробус. - Поддержал встречающий их мужчина. - Но вы-то сюда приехали за экстримом, так что считайте, что он начался с самолета. Меня Николай зовут.
   - А по отчеству. - Спросил Вадим.
   - Просто, Николай. Без фамильярности.
   Николай помог забросить в багажник своей машины пухлые рюкзаки туристов.
   - Последний вопрос, который я должен вам задать, перед тем, как отправить вас в горы, вы мазь от комаров купили? - Спросил Николай.
   - Да, я и мазь, и спрей взяла с собой.
   - Я мазь купил. Пять штук. - Ответил Вадим.
   - Ну, теперь ясно, вы не пропадете. Садитесь. - Николай плюхнулся в свое кресло.
   Вадим и Вика сели вдвоем назад. За те три дня, что были у Вадима на сборы, они успели сдружиться. Даже больше, они тянулись друг к другу, но никак не решались сделать шаг навстречу. Времени прошло мало, чтобы понять человека. Пытаясь выглядеть независимыми, и Вадим и Вика не упускали момента быть ближе. Им казалось, что они умело прикрываются общей целью, но для любого человека со стороны могло показаться, что парочка просто милуется.
   Николай доставил парочку туристов на причал реки Норильской. Широкой полноводной реки, питающейся водами озер, набравшихся талой водой, осадками и тающими ледниками плато Путорана. На берегу реки стояла группа туристов, собравшихся со всех концов необъятной России. Те, кто прибыли раньше с интересом рассматривали Вадима и Вику. От группы отделился коренастый бородач и подошел к новеньким.
   - Кто это у нас? - Спросил он.
   - Вадим Михайлов и Виктория Терехина. -Представился за обеих Вадим.
   - Так, ясно. Меня зовут Зураб, я главный инструктор в группе. Я отвечаю за вас, а вы, соответственно, прежде, чем что-то сделать, спрашиваете меня. Так мы избежим ненужных проблем, и тогда ваш отдых пройдет радостно и весело, и вам захочется все повторить. Идет?
   - Идет. - Ответил Вадим.
   - Для начала, вон там туалет, а там пункт питания. Три пирожка и стакан чая включены в трансфер.
   - Зураб, а когда выезд? - Спросила Вика.
   Зураб достал туристический компас.
   - Примерно, через час. Ждем москвичей.
   - Угу, спасибо.
   Вадим хотел есть, да и в туалет тоже. Вика была с ним солидарна. Они поступили, может быть, немного невежливо, к остальной группе, но их поняли. Отведав по три пирожка с начинкой из морошки и голубики, Вадим и Вика подошли к основной группе и перезнакомились. Возрастной разброс группы оказался довольно широким. Старше всех оказались Виталий и Елена, на вид им было, за пятьдесят. Выглядели они подтянуто. Никаких сомнений в том, что они занимаются делом, в котором понимают, не было. Вадим подумал, что Виталий военный на пенсии, которому не хватает адреналина. Пять человек были с одной работы из Уфы. Менеджеры, отмеченные руководством. Они были молоды, амбициозны, но еще бедны. Нехватка бюджета сквозила из всех щелей. От дешевых рюкзаков со следами штопки, до ботинок, только внешне стилизованных под внедорожные. Этих пятерых парней звали: Аркадий, Руслан, Тимур, Вячеслав и Максим.
   Были два серьезных мужика, по виду ближе к сорока. Одного звали Михаил, второй представился, как Петро. Вадим подумал, что у них определенный финансовый интерес к путешествию, разведка боем. Потом они познакомились с двумя девушками в обществе громкоголосого парня. Девушек звали Римма и Татьяна. Они были хорошенькими, подтянутыми, но парень с ними, представившийся Марком, выглядел чересчур пухлым для предстоящего путешествия. Вадим заранее представил, как за две недели пошатнется уверенность этого парня в себе. Зачем он решился на это тяжелое путешествие? Он ведь только растеряет свой авторитет перед красотками.
   Обособленность между людьми в группе еще не была преодолена. Зураб периодически прохаживался между людьми и тезисно выдавал информацию о предстоящем походе.
   - Смотрим под ноги, не лезем на осыпи. Не наступаем на камни, обросшие лишайниками, можно легко подвернуть ногу и тогда нам придется нести вас на себе. Сами понимаете, никому это не нужно, никто сюда за эти не ехал. Увезите отсюда хорошие впечатления, а не поломанные конечности и испорченный отпуск. - Зураб остановился перед Марком, будто сказанное им предназначалось только этому парню.
   - Мы все поняли, бос. Впереди меня будут идти мои девчонки и смотреть, куда мне наступить. Правда, красотки? - Марк шлепнул их под зад.
   - Да, Марик! Если что с тобой случится, мы тебя на себе понесем. - Жеманно пообещала Татьяна.
   Что-то эта компания не понравилась Вадиму. Они выбивались на общем фоне, и выглядели лишними. Сейчас их уместнее было бы увидеть на берегу Средиземного моря, чем в суровой природе русского Севера. Наверняка так казалось и остальным. Елена нагнулась к уху Виталия и что-то прошептала. Не нужно было уметь читать по губам, чтобы понять, что она высказалась об этой странной троице.
   На дороге показалась машина. Она издалека заморгала фарами.
   - Так, вот и наши москвичи! - Зураб пошел встречать последнюю партию туристов.
   Подъехал "праворукий" японский минивэн. Из него шумно выбрались четыре человека. Два мужчины, чуть за тридцать и две девушки, около тридцати. На них была одета одинаковая форма с логотипом известной фирмы занимающейся туристической экипировкой. Мужчина повыше достал мощный фотоаппарат, остальные трое сразу же заняли стойку и ощерились улыбками. Высокий сделал несколько снимков. Потом троица притянула водителя и сфотографировалась с ним.
   - Здравствуйте покорители Севера! - Крикнул высокий москвич.
   Группа ответила нестройными приветствиями.
   - Эти москвичи приехали сделать фотоочет о походе, для спонсора, совместить приятное с полезным. - Негромко поведал все Зураб. - Так, у вас три пирожка и чай включены в трансфер. Можете перекусить, и сразу отправляемся.
   - Спасибо, друг, мы сыты, по дороге перекусили. Всем на борт, с якоря сниматься! - Прокричал высокий москвич.
   Вадим заподозрил, что в его непосредственном поведении виноват алкоголь. Высокого москвича звали Юрий, его товарища Виктор, а девушек с ними Вероника и Софья. Все они были из одной фирмы, крупной торговой сети, занимающейся спортивными товарами и экипировкой. Девушки могли оказаться еще и спортсменками в прошлом. Вике показалось знакомым лицо Софьи.
   Группа зашла на катер. К ним присоединился еще один инструктор, которого звали Стас. Вещи спустили в трюм, а сами остались любоваться природными пейзажами. Суденышко затарахтело мотором, корпус задрожал мелкой дрожью, набирая скорость, оно помчалось по реке.
   На воде было прохладнее, чем на берегу. Набегающие потоки воздуха заставили Вику трястись от холода. Вадим снял куртку и укрыл ею Вику и себя. Катер плавно взлетал и оседал на мелкой волне. Солнце искрами отражалось в разлетающихся брызгах от корпуса судна. Затем солнце зашло за тучи и стало еще прохладнее. Спустя полчаса начался редкий дождь и стало совсем уныло. Народ по одному стал забираться в трюм.
   - А мы пойдем? - спросил Вадим Вику. - Ты не замерзла?
   - Нет, мне хорошо здесь. Давай останемся, пока не ливанет сильнее?
   - Давай. - Согласился Вадим.
   Под курткой на самом деле было тепло, а близость к Вике была приятна и желанна. От легкого волнения в теле, Вадим совсем не замечал дождя.
   Катер покинул реку и вышел в озеро. Оно носило название Мелкое. Озеро на самом деле было большим, и мелким, только в сравнении с Марианской впадиной. Они пролетели мимо острова, внутри которого было еще свое озеро. Дождь прекратился и снова выглянуло солнце. На борт поднялся Зураб.
   - Так, сейчас стоянка тридцать минут. Пришвартуемся у рыбацкого домика. Там вас ждет рыбный обед. В трансфер входит одна порция ухи, хлеб и стакан чая. Все остальное за ваши деньги.
   - А пиво там есть? - Из-за спины Зураба, наполовину высунувшись из прохода в трюм, показался Марк.
   - На алкоголь у нас табу, вы же подписали правила. - Предупредил Зураб.
   - О, хорош друган, если сильно хочется, то немного можно. Я понимаю, что тарифы здесь совсем не как на материке, я согласен с ними и готов платить.
   - Нет, алкоголя не будет. - Жестко ответил Зураб.
   Марк забубнил и снова исчез в трюме.
   - Слушай, какого лешего они поехали в этот поход? - Спросила Вика.
   - Я о том же самом думаю. Он же будет тормозить всю группу.
   - Если будет сильно мешать, мы его назад вертолетом отправим, за его счет, разумеется. - Ответил Зураб, невольно услышав разговор Вики и Вадима. - Не в первый раз.
   На деревянном причале, стоящем на сваях и выдающемся в воду метров на пять уже стоял человек в непромокаемой рыбацкой накидке. Он умело захватил канат и привязал его к колышку. Инструктор Стас передал встречающему деревянный помост, чтобы туристы безопасно сошли на берег. Помост ходил под волной и некоторые туристы, особенно девушки со страхом ступали на зыбкую опору. Зураб страховал их, делая это умело и довольно галантно. Вадиму показалось, что их инструктор большой специалист по общению с противоположным полом.
   - Не надо, я сама. - Вика не приняла помощь Зураба, протянула руку Вадиму, успевшему встать на причал и ловко перескочила к нему по волнующейся переправе.
   Возле почерневшего от сырости и времени рыбацкого домика, стояли в ряд несколько столов. Рядом с ними в большом казане, стоящем на конической конструкции из камней, похожей на тандыр, варилась уха. Повар гонял ее поварешкой и судя по усилиям, уха была густой. На столе уже были приготовлены деревянные миски с деревянными ложками.
   - Настоящая уха не раскроется ни в какой посуде, кроме деревянной. - Громко, чтобы все слышали произнес встречавший катер мужчина. - После обеда можете приобрести посуду в качестве сувенира.
   Кто-то обрадовался этому, а кто-то счел это очередным разводом на деньги. Вика схватила Вадима за руку.
   - Я куплю. Хочу себе такую ложку и тарелку. - У нее даже глаза засветились.
   - Вик, это же развод. - Вадим посчитал своим долгом предупредить подругу.
   - Пускай.
   Туристы заняли места. Повар проверил готовность блюда и предложил подходить к нему по очереди. Порции получились солидные. Запах от ухи, смешанный с чистотой природного воздуха, исходил неимоверно аппетитный. К ухе подали и горячий хлеб. Несколько булок вынесли из избушки, как младенцев завернутых после бани в полотенце. Он был горячий и бесподобно вкусный. Вика жмурилась от удовольствия, каждый раз, когда откусывала хлеб или поднимала ложку с ухой.
   Зураб и Стас зашли в избушку, там же находился и один из местных. Они вышли оттуда, когда трапеза подходила к концу. Вадим сидел ближе всех к ним и слышал обрывки их разговора.
   - Там в Америке, говорят, ураган прошел. Я по спутниковому смотрел новости, и там сказали, что сильный ураган приближается на западную часть континента. - Произнес местный. - А потом этот канал вырубился. И еще несколько, которые вещают из Америки.
   - Да, блин, черте что с погодой творится. Экологию совсем загадили. - Поддержал его Стас.
   - Да, не говори, рыбы в озере убавилось, за десять лет раз в пять. Приезжают ведь с электроудочками, сетями, динамитом глушат. Лодки у многих старые, бензин и масло в воду идет. - Сокрушался местный. - Одни мы, как дураки, каждый год лицензию берем.
   Зураб посмотрел на небо из-под ладони.
   - Кажется, погода наладилась. Это хорошо, сегодня пройдем Ламу(озеро) и высадимся на Омон-Юрях(река).
   Местный тоже глянул в небо.
   - Да, разведрилось, хотя прогноз был другой. Я боялся, что вы проскочите мимо, чтобы успеть за полночь на стоянку. Кто бы эту уху доедал? Нам с Жорой на месяц хватило бы.
   - Я и сам боялся. Москвичи эти еще задержались.
   - Кажись, поели туристы. - Заметил местный.
   Зураб подошел к группе "облизывающей" тарелки.
   - Так, минуточку внимания! Сейчас мы продолжим путь дальше, и в тех местах связи уже не будет, так что у вас последний шанс позвонить родным и близким.
   Вадим потянулся к телефону и передумал. Он редко звонил матери, живущей в деревне. Отчасти из-за того, что связь там была отвратительной и нужно было забираться на крышу, чтобы нормально поговорить. Отчасти из-за того, что мать не особо интересовалась его делами. После смерти отца, мать вышла на вдовца с двумя детьми. Они были младше Вадима, и получилось так, что Вадим сразу стал за взрослого, а спустя пару лет и совсем за лишнего. После девятого класса он уехал в город, да так и осел в нем. Новую семью он никак не мог считать своей. Ездил в деревню только по великим праздникам и каждый раз убеждался, что ему там не особенно рады.
   Вика, заметила его жест, но промолчала. Она набрала номер родителей и сбиваясь от чувств, поведала им о том, как плыла на катере, и какую вкусную уху ела. Вадим со стороны смотрел на нее и завидовал белой завистью ее отношениям с родителями. Ему тоже хотелось делиться своим счастьем с теми, кто искренне радовались за него. Чтобы было так же, как у Вики. Ему пришла мысль, что случай, который вдруг взял на себя ответственность за жизнь Вадима и подсунул ему во сне картинки плато Путорана, на самом деле пытался познакомить его с этой прекрасной девушкой. У Вики точно был рецепт счастья, и Вадиму стоило держаться ее, чтобы научиться им пользоваться.
   - Ух, вроде все рассказала. - Вика спрятала телефон. - Там у родителей какие-то непонятки с погодой. Отец в интернете нашел информацию, что с запада якобы идет ураган, но говорит, что ссылки тут же перестают работать. А в нашем городе стоит такая духота жуткая и столбик барометра упал, как перед дождем.
   - А я кое-что слышал, наш инструктор с тем мужиком тоже о чем-то разговаривали, но говорили про Америку.
   - Да и черт с ними, с непогодами. Я буду наслаждаться. - Вика втянула воздух через нос, выдохнула ртом и потянулась. - Эээх! Ты чего такой кислый? Почему не позвонил?
   - Да, там у мамки связи в деревне никакой нет.
   - Понятно. СМСку отправь.
   - Хорошо.
   Вадим решил для очищения совести так и сделать. "Мама, я уехал на Север, отдохнуть на природе. Приеду, расскажу" - Набрал Вадим. Он был уверен, что отчим попрекнет его тем, что он впустую истратил деньги, которые мог бы отдать им, на ремонт крыши или забора. Неожиданно, Вадим почувствовал, как свои поступком, потратив деньги на себя, а не на ремонт крыши, который он в принципе не должен был оплачивать, он разорвал нить связывающую комплексом вины его самого и почти чужую семью. На лице появилась улыбка.
   - Ну, вот, видишь, как полегчало. - Вика притянула Вадима за руку, и ему показалось, что сейчас она поцелует его, но вместо этого девушка потеребила волосы на его макушке.
   - Снимаемся! - Крикнул Зураб. - Все на катер! Времени в обрез!
   Волнение на озере пропало, даже рябь было едва заметно. Помост почти не шевелился. Народ забрался на катер и расселся вдоль борта. Катер снова затарахтел и набирая скорость отправился дальше. С берега долго махали, провожая катер, двое мужчин.
   - Я думаю, что такой вкусной ухи мне больше не доведется пробовать? - Посетовала Вика.
   - Давай, приедем сюда еще раз? - Предложил Вадим.
   - Нет, я хочу каждый раз ездить в разные места.
   - Куда ты планировала съездить на следующий год?
   - В Калининград, или же на Камчатку. Еще не определилась. А ты?
   - Не думал.
   - Поедешь со мной?
   - Если кредит выплачу.
   - Куда ты денешься.
   Вика повернулась к Вадиму лицом. Ее глаза выражали настолько понятное чувство, что Вадиму ничего не оставалось, как потянуться и в первый раз поцеловать ее в губы. Поцелуй был похож на нырок катера вниз по волне. На мгновение опора исчезла из-под ног, мир перед глазами закрутился и снова встал на место. А на губах осталось чувство прикосновения.
   - Это значит, выплатишь? - спросила Вика.
   - Теперь придется.
   Катер прошел озеро Мелкое и вошел в проток, соединяющий его с другим озером, которое называлось Лама. Проток был широким, и его можно было принять за озеро, если бы не пояснения Стаса. Вдали показались плоские вершины плато Путорана, а когда катер обогнул поворот озера, прямо перед глазами изумленных туристов показалась гряда коричнево-серых вершин, конусом сходившихся прямо у берега озера. Основания гор утопали в зелени. Все смотрели только на эту красоту созданную природой. Плоские вершины казались искусственными, неествественными. Каким образом природа сравняла их?
   - Это не были вершины, изначально. - Пояснил Зураб, как будто почувствовал мысль туристов. - Это была высокогорная равнина, но вода разъела ее, обточила за миллионы лет. Она спешила сделать ее еще красивее, потому что знала, что сюда приедут любоваться такие хорошие люди, как вы.
   Зураб шутливо льстил туристам, потому что это входило в его обязанности.
   - Ты мастер заливать за деньги! - Раздался голос Марка.
   Все обернулись на него. Марк был пьян. Его глаза блестели, а щеки стали розовыми, как у молодого поросенка. Подруги сделали вид, что ничего не слышали.
   - Это моя работа! - Терпеливо объяснил Зураб. - А вы можете не успеть насладиться природой, за нарушение условий договора.
   - Мы тебе проплатили, а ты терпи, и слушай, что тебе люди, вытаскивающие тебя за уши из бедности, говорят. Я прав, народ?
   Марк вызывал отвращение у всей группы.
   - Слушай, дегенерат, закрой варежку. - Виталий всем видом показывал, что готов вступить в драку. Его глаза заблестели точно так же, как у Марка.
   - Чего? Ты что, нафталин, молодость вспомнил? Ты кому угрожаешь, артефакт из прошлого?
   Марк встал и пошел навстречу Виталию. Супруга Виталия принялась одергивать мужа.
   - Перестань, не связывайся с ним, ты же видишь, он пьяный.
   Марк шел напропалую, по ногам, расталкивая людей в сторону. Виталий встал ему навстречу. Зураб бросился урегулировать конфликт но не успел. Марк с ходу размахнулся, чтобы ударить. Виталий сделал шаг в сторону, пропуская мимо себя распоясавшегося хулигана. Марк по инерции пошел вперед, не встретив препятствия и перевалившись через перила упал в воду. Его тело на несколько секунл исчезло под водой.
   Катер начал тормозить. Девицы Римма и Татьяна пищали и махали руками. Марк показался над водой и тоже замахал руками. Стас развернул катер и пошел прямо на Марка. Зураб свесился через борт, и когда катер плавно подплыл к барахтающемуся в воде хулигану, поймал его за руку и ловким движением затащил его на борт.
   - Я..., ты, сука..., вся ваша фирма..., и ты старпер в придачу..., вы все попали.
   Марка била лихорадка, не столько от холода, сколько от страха и злости. Зураб спустился в каюту и взял в руки рацию.
   - Манюнь, слышишь меня?
   - Да. Зураб, что случилось?
   - У нас тут опять пьяный неадекват. Устроил драку и свалился за борт.
   - Как фамилия его?
   - Укоскин. Вызывай вертолет, надо разрывать договор с ним, иначе к нам вообще никто больше не пойдет.
   - У нас тут пока погода нелетная, летать запретили. Говорят, что непогода надвигается. Утром заберем, если прогноз не подтвердится. Где забрать?
   - Мы ночевать будем в устье Омон-Юрях.
   - Хорошо, приняла. Прошу, Зураб, без рук, иначе нам суд не выиграть.
   - Хорошо. Манюнь, до связи.
   - До связи.
   Девицы прикрыли Марка тряпками от посторонних глаз. Он сам переодевался в сухое и вполголоса бурдел. Юрий сделал несколько снимков этого процесса. Остальные уже потеряли интерес к Марку. Вокруг было столько красоты, что инцидент на катере был мелкой неприятностью, о которой не хотелось вспоминать.
   Вечерело. Закатное солнце окрасилось в кроваво-красные тона.
   - К ветру. - Заметил Зураб. - Хорошо, что озеро успели проскочить. Да и комаров будет сдувать.
   Вадим не стал комментировать, но ему картина заката показалась зловещей. Вершины плато на фоне красного неба стали совсем черными. Вика достала телефон и сделала несколько кадров.
   - Такого насыщенного заката я еще ни разу не видела.
   - Я тоже.
   Катер покинул гладь озера и вошел в широкую протоку реки Омон-Юрях. Проплыл вдоль зеленых берегов метров триста и пристал к берегу.
   - Разгружаемся! - Прокричал Зураб.
   Вадим спустился в трюм, и вытащил свой рюкзак и Вики. Они, одними из первых ступили на берег. Помогли спуститься остальным, у кого вещей было больше, чем один рюкзак. Марк демонстративно показывал свою независимость, общаясь только со своими девицами.
   Несмотря на вечер, погода была непривычно тихой и душной. Вадим заметил, что у него закладывает уши, как от полета на самолете или от резкого спуска или подъема на автомобиле.
   - У меня уши закладывает. - Признался Вадим.
   - У меня тоже.
   Их разговор услышали парни из Уфы.
   - Да, у меня тоже закладывает. - Ответил Рустам.
   Зураб напряженно смотрел в небо, не выдрежал и снова спустился в трюм.
   - Манюнь, ты там?
   - Да, что опять?
   - Как там с погодой? У нас тут духота, я еще ни разу с таким не встречался здесь. Очень странно.
   - Я тебе больше скажу, у нас духота пропала, но сейчас весь западный горизонт стал черным. Идет жуткая гроза, мне отсюда из диспетчерской все видно. Сотовая связь пропала кое-где и телек ничего не показывает. Выглядит страшно, пойду спущусь вниз, от греха подальше. Ты это, Зураб, палатки на берегу не ставь, а то смоет нахрен туристов, а нас всех в тюрьму за халатность. Ставьте выше.
   - Понял, Манюнь, прорвемся.
   Зураб выбрался из катера и подошел к группе, поправляющей снаряжение.
   - Друзья, ночевать среди этой живописной растительности нам сегодня не придется, в действие вводится план Б, на случай грозы. Ночевать будем под защитой естественного скалистого карниза, который находится отсюда в полутора километрах. Отличный повод размять затекшие после поездки ноги. Грузимся, проверяем друг друга и вперед за мной, Стас замыкает.
   Несмотря на то, что расстояние до карниза было небольшим, дорога была сложной. У самого берега все было усеяно поваленным старым лесом, покрытым слоем мха. Куда ставить ногу было непонятно. Ноги проваливались и скользили. К тому же появились облака гнуса, атакующих людей. Мазь, отпугивающая их помогала минут пять, а затем, принюхавшиеся насекомые начинали снова лезть в глаза, рот, нос и уши.
   Дохнуло ветерком и сразу стало легче. Зураб замер и попытался, что-то разглядеть в небе. В начинающемся сумраке его лицо показалось Вадиму обеспокоенным.
   - Будет сильный дождь? - Спросил он у Зураба.
   - Земля дрожит, не чувствуешь? - Вопросом на вопрос ответил инструктор.
   - Нет.
   Зураб опустился на колени и приложил уху к осклизлой от мха земле.
   - Не время сейчас молиться, друг. - Едко пошутил Марк.
   Зураб поднял палец, показывая, что ему нужна тишина. Еще несколько секунд прислушивался, а потом встал и снова посмотрел в небо. Тревога в его лице не прошла.
   - Надо прибавить шаг. Не отставайте.
   Неожиданно ветер ударил порывом. Лес зашумел и заволновался.
   - Сейчас вдарит ливень. - Громко предупредил всех Виталий.
   Вадим поднял глаза на гору, к которой они шли и увидел, как с ее поверхности, клубясь завихрениями гонит пыль. Посмотрел в сторону и увидел четкую черную границу между темнеющим небом и приближающимся грозовым фронтом. Стало не по себе.
   - Смотри, Вик, какая гроза? - Вадим показал ей пальцем в сторону черноты.
   - Мамочки! Мне так страшно, что весело.
   - Шире шаг! - Прикрикнул Зураб.
   Группа подчинилась. Лес и скользкий мох остались позади. Под ногами загремели камнями осыпи. Скалистый карниз нависал над головами. А выше него, там, где воздух был еще достаточно светел, начиналось что-то невообразимое. С вершины горы темным пыльным языком дразнился усиливающийся ветер. За спинами туристов, на открытом пространстве устья реки ветер гнул лес. Воды озера окрасились в частые белые барашки, стремительно несущиеся по поверхности.
   - Быстре! Быстрее! Прибавляем шаг! - Кричал Зураб.
   - Ох, ох! - Запричитала Елена и хватилась за сердце.
   - Что случилось, Леночка. - Виталий обнял ее.
   - Сердце жмет, достань аптечку.
   Виталий скинул рюкзак, трясущимися руками раскрыл его и выбрасывая все мешающее на землю принялся искать аптечку.
   - Говорил же, сверху надо было положить.
   Подошел Стас.
   - Что у вас случилось?
   - Аптечку ищу, у Леночки сердце.
   - не суетитесь, у меня все приготовлено. В следующий раз, просто обращайтесь к инструкторам, это входит в нашу обязанность.
   Стас быстро нашел валидол и протянул Елене.
   - Спасибо. - Еле слышно прошептала женщина.
   - Спасибо. - Поблагодарил Стаса ее муж. - У нас хорошая физическая форма, даже не пойму, почему у нее так получилось.
   - Ничего, бывает. - Успокоил его Стас. - Идите, мы вас догоним.
   А ветер, тем временем, усиливался. Стало слышно, как он гудит вверху, как мощная реактивная турбина. Темный язык стал длиннее и вниз полетели камешки, трава и ветки.
   - Ого, а это уже серьезно. - Удивился Вадим, когда ему на голову упала ветка. Он осмотрел ее. - Ее как будто обчистили ножиком. Смотри? - Протянул Ветку Вике.
   - Ничего себе. Не, она такой уже была, скорее всего.
   Однако Вадим решил прибавить шаг. Ему вдруг стало страшно, суеверно страшно, как древнему человеку во время затмения. Он дернул Вику за руку, заставляя ее поторопиться.
   Долина реки Омон-Юрях, стремительно темнела, будто ее заволкло темным туманом. Последние лучи заходящего солнца едва касались верхней кромки темного тумана, и было понятно, что туман на самом деле пыль, непонятно откуда взявшаяся в этих местах.
   - Похоже на самум( песчаная буря)! Мои родители в Эмиратах попадали в такую.
   - А тут ей откуда взяться-то? Здесь песков на тысячи километров в округе нет. - Ответил Вадим.
   - Эй, бос! - Раздался голос Марка, обращенный к Зурабу. - Ты знал, что такая хрень может случиться?
   - Нет! - Сухо ответил Зураб.
   - Так ты еще и некомпетентен. Ищите себе хороших адвокатов, я научу вас правильно обращаться с теми, кто вам платит.
   Зураб ничего не ответил, развернулся и пошел дальше. У Вадима зачесались кулаки. С каким бы удовольствием он сейчас съездил кулаком по лоснящейся роже Марка. А если бы это сделал Зураб, то даже на суде он не признался в том, что это случилось.
   - Ай, твою мать! - Раздалось сзади.
   Группа обернулась на крик. Паренек из Уфы, Тимур схватился за плечо. Стас, до этого помогавший Елене справиться с сердцем, оставил ее и подбежал к Тимуру. Парень крепко прижал пятерню к плечу и стонал.
   - Отпусти, я посмотрю! - Стас оттянул руку, блестевшую свежей кровью.
   - Мне что-то ударило. - Сквозь зубы произнес Тимур.
   Стас посветил фонарем на рану. Сквозь дыру в куртке сочилась кровь. Куртку аккуратно сняли и задрали майку. Стас не поверил своим глазам. Из раны торчал камень. Он нашел бинт и вату, сделал тампон и приложил его к ране. Товарищи Тимура помогли ему одеться. С начала инцидента прошло пара минут, а ветер за это время стал выть еще свирепее. Леса позади группы уже не было видно. Вокруг была сплошная черная стена, и вой, от которого, казалось, вибрируют под ногами камни.
   Группа карабкалась вверх, под защиту естественного природного карниза, вымытого потоками реки в более мягкой породе скалы. Ветер вблизи скалы не доставал, но камни, сносимые им, время от времени щелчками, как пули, врезались в осыпь. Вадиму было понятно, что вокруг происходит что-то экстраординарное, выходящее за рамки понятий о сильном ветре, урагане, или же смерче. Он перешел на бег, утягивая Вику за собой. Любой случайный камень сверху мог убить.
   - Скорее! Скорее! Осталось совсем немного! - Кричал Зураб, но сквозь вой ветра, его не было слышно.
   Елена снова оступилась и упала. Виталий бросился ее поднимать, но руки у женщины были как плети. Она была без сознания. Стас подбежал, достал нашатырь и поднес к носу. Елена вздрогнула, открыла глаза.
   - Лена! Леночка! Вставай, здесь опасно! - Кричал муж. - Стас, помоги закинуть ее мне на плечи.
   В тот момент, когда у них почти все получилось, в голову Виталию ударил камень. Кровь брызнула во все стороны из пробитой головы. Мужчина оступился и упал навзничь, вместе с супругой. Они проползли вниз несколько метров по осыпи и остановились. Стас понял, что до группы докричаться уже не получиться и решил действовать в одиночку. Времени на анализ опасности у него не было. Он даже не мог понять, что голову Виталия камень пробил насквозь.
   Елена бессмысленно возила руками по камням, по телу мужа и что-то говорила. Стас попытался ее поднять. Женщина поддалась, но схватила руку мужа. В беспамятстве, на подсознании, она не хотела отпускать его. Рядом снова упал большой камень. Грохот удара заложил уши, будто рядом взорвалась граната. Осколки брызнули в стороны и впились в тело. Стас крикнул от боли. Ногу обожгло. Он отпустил Елену и та упала без чувств. Из пробитой груди и живота струйками потекла кровь.
   Стас выдернул плоский кусок камня, вонзившийся в ногу. Кровь тут же побежала из раны. Осветил фонарем пострадавшую семейную пару и понял, что им уже не помочь. Оба были мертвы. Рядом снова щелкнуло, и так же щелкнуло в голове Стаса. Он понял, что надо бежать вверх изо всех сил, потому что оставаться здесь, равносильно смерти.
   Вадим и Вика дышали как загнанные кони, но все равно не останавливались. Вадим потянул сухожилие на ступне, подвернув ногу на шатком камне, но не обращал внимания на такую мелочь. Суеверный страх, вселяемый в него усиливающимся воем, и пробивающимся сквозь вой, ударами камней о камни. Что за сила устроила этот хаос? Как вообще возможно это? Но мысли о невероятности творившегося вокруг природного феномена, стояли позади инстинкта самосохранения. Вперед, только вперед, за фонарем Зураба, не останавливаясь.
   - Я не могу, я не чувствую ног!
   Вика готова была остановиться, но Вадим не готов был пожертвовать ею. Он стянул с ее спины рюкзак, повесил его себе на одно плечо и снова двинулся вверх, не выпуская руки Вики.
   Марк отстал. Его тянул назад тяжелый рюкзак и нездоровый образ жизни. Он скинул рюкзак и сел на него. Пот бежал по лицу, по спине, грудь ходила ходуном и болела. Его спутницы остановились рядом с ним, но когда рядом ударил камень и его осколки вонзились в ноги, девушки плюнули на Марка и убежали.
   - Куда, сучки! Я вам... устрою возвращение! Вы... предали меня, а я этого... не прощаю! - Он кричал с перерывами, сбиваясь дыханием. Но его никто не слышал, он и сам не слышал свой голос.
   Камни падали рядом и один упал так близко, что пробил рюкзак, на котором сидел Марк. Это его так напугало, что он бросил все и побежал вверх.
   Парни из Уфы, по очереди помогали Тимуру. Тот слабел на глазах. Кровь толчками вытекала из раны, и требовалась нормальная перевязка, чтобы остановить кровь, но останавливаться никто не хотел. То, что они не бросили товарища в тяжелой ситуации, уже было героизмом
   Москвичи тоже держались вместе. Юрий пытался на ходу делать фотографии. Вспышка его фотоаппарата помогала Стасу находить верное направление. Темнота сгустилась до непроглядного состояния. На получившиеся фотографии было страшно смотреть. Это были серые росчерки всего, что несло ветром. Фотографии как будто были сделаны в динамике или с большой выдержкой.
   Юрий тормозил товарищей, пытаясь запечатлеть природный феномен, вплоть до тех пор, пока в его дорогой фотоаппарат, прямо в объектив, не ударил камень. "Зеркалку" выбило из рук. Она была на ремешке, поэтому не упала на землю, а со всего маха, ударила Юрия в живот. Осколки пробили куртку и вонзились в тело. Звук удара оглушил так, что Юрий на время потерял ориентацию. Софья была ближе всех. Она схватила товарища за лямку рюкзака и потянула за собой. Виктор пришел ей на помощь, взявшись с другой стороны.
   Михаил и Петр, выбравшиеся в этот поход исключительно с целью заняться сезонным туристическим бизнесом поносили все и вся, особенно свою бизнес-идею. Все начиналось очень хорошо, с красивой презентации на которой были ландшафты плато Путорана. Инвесторы сразу решили вложиться, прося за свои деньги, только одного, бизнесмены должны были прочувствовать сами все прелести будущего бизнеса. Ожидалось, что это будет увлекательная прогулка. На самом деле, они из последних сил переставляли ноги. Одежда была посечена каменными осколками, некоторые из которых застряли в теле. Этого Михаил и Петр точно не планировали и даже не знали, что в этих краях бывают такие ветра.
   Все вокруг выло и гремело, и было так темно, будто провалились под землю. Зураб ступил на твердую поверхность. Поднял вверх фонарь. Его луч уперся в каменный свод над головой. Следом за ним прибежали Вадим и Вика. Парень, как только понял, что марафон закончен, упал на пол.
   Вадим был счастлив, что им удалось добежать без потерь под защиту карниза. В горле стоял привкус крови, правая нога болела, но это не мешало насладиться кратковременным ощущением счастья. Вика упала рядом и обняла Вадима.
   - Спасибо... тебе. - Сквозь промежутки в дыхании поблагодарила она.
   - Не хотел... свое... бросать. - Ответил Вадим.
   Вика из последних сил бросила свою руку на плечо Вадиму и прижалась.
   Следующими из тьмы появились москвичи. Они так же бросили рюкзаки и упали без сил. Юрий задрал куртку и посветил фонарем на живот. Кровь на нем уже подсохла. Рана была пустяковой. Зураб размахивал фонарем, чтобы идущие в темноте имели ориентир.
   - Вадим, у тебя есть фонарь? - Зураб нагнулся к Вадиму и громко спросил, перекрикивая вой ветра.
   - В рюкзаке.
   - Достань, пожалуйста, и посвети, а я пойду, соберу отставших.
   - Хорошо!
   Вадим полез в рюкзак, достал свой фонарь, специально приобретенный для этого похода. Встал и принялся размахивать им. Зураб растворился во тьме. Свет фонаря упирался в плотную стену пылевой взвеси, поднятой ветром. Щелчки разбивающихся камней становились чаще и громче. Вадим представил, что задержись они на берегу всего на десять минут, никто бы не дошел до укрытия. "Может быть, больше никто и не придет?" - Подумал Вадим. - "Зря Зураб пошел собирать отставших, людей не найдет и сам погибнет".
   Вадим не переставал размахивать фонарем, особо не надеясь увидеть еще кого-нибудь из группы. Неожиданно, из тьмы вывалилась группа уфимцев. Вадим посветил на раненого. Лицо Тимура показалось ему очень бледным и блестящим от пота. Софья подошла к ним и попросила уложить раненого. Виктор уже поставил фонарь для освещения палатки, чтобы Софье удобнее было заняться раной.
   Под карниз ввалились Михаил и Петр. Сбросили рюкзаки и упали на землю. Им не хватило сил, чтобы осмотреть собственные раны. Они часто дышали и смотрели в потолок нависающего карниза. Вадим не переставал махать фонарем и даже попытался кричать, но его крик тут же поглощался воем ветра.
   Пол под ногами завибрировал. Компания испуганно переглянулась. Софья оторвалась от обработки раны. Появился гул, перекрывающий вой ветра, он нарастал и приближался. "Обвал" - Подумал Вадим и представил, как их сейчас похоронит под каменной толщей. Он отступил от края и присел рядом с Викой, продолжая светить фонарем на выход. Гул и грохотание, похожее на гром, усиленный в тысячу раз, прошли совсем рядом и резко замолкли.
   Вадим помахал в последний раз в сторону выхода, понимая, что оттуда больше ждать некого. Но он был неправ. В темноте задрожал свет и через несколько секунд появился Зураб с двумя рюкзаками и в обществе Татьяны и Риммы. У обеих девушек были посечены ноги. У Татьяны от крови намок рукав куртки. Обе девушки ревели. Зурабу тоже досталось, он повредил лицо. Кровавая полоса пересекла его скулу и повисла на ней ошметком спекшейся крови.
   Почти сразу за ними показался Стас. Он сильно хромал. Одна штанина была совсем темной от крови. Зураб обрадовано обнял товарища и показал ему где занять место для того, чтобы обработать рану.
   Не хватало только Марка и Виталия с Еленой. Стас показал Зурабу нагнуться к уху. По мимике Зураба, Вадим понял, что тот сообщил ему плохие новости. Он догадался, что раз Стас остался помогать Виталию и Елене, то осведомлен об их судьбе лучше всех. В отличие от не вернувшегося Марка, эту парочку было искренне жаль.
   Белый свет диодного фонаря тускло освещал убежище. Люди в нем, вдруг ставшие серыми в искусственном свете, прятали испуганные взгляды друг от друга. Чтобы не думать о происходящем вокруг, они пытались себя чем-нибудь занять. Всем, кто получил раны, оказывали помощь. Кроме Зураба и Стаса в этом разбиралась Софья. Она так умело бинтовала раны, что Вадим принял ее за врача. У него самого правая ступня распухла. Вадим снял ботинок, и ему показалось, что обратно одеть он его не сможет. Вика пошарила в своем рюкзаке и нашла мазь от ушибов и растяжений. Вадиму показалось удивительным, как он сам не догадался взять такую же мазь, это было логично, учитывая здешнюю местность.
   Никто не думал, что кто-то еще выжил из их группы. Из стены, где свет соприкасался с пылью, завихрениями клубившейся у входа в убежище выполз Марк. Он поднял голову, посмотрел с таким видом на людей, будто это требовало от него огромных усилий. Во взгляде на мгновение появилось спокойствие и его голова упала прямо на твердый камень убежища.
   Зураб и Виктор вскочили первыми и затащили Марка внутрь. Выглядел он ужасно. Он полз давно. Его грудь была расцарапана камнями в кровь. Изорванные клочки одежды смешались с кровью и прилипли к телу. На голове и теле было множество ссадин, из некоторых торчали острые куски камней.
   - Везучий, сукин сын! - Крикнул Виктор.
   - Упертый! Жизнь любит! - Крикнул в ответ Зураб.
   Тут же подошла Софья и принялась помогать Зурабу. Юрий, имеющий видимо, патологическое пристрастие к фотографированию, вынул телефон, и протиснувшись между оказывающими Марку помощь, сделал фото.
   - Уйди! - Строго ответила ему Софья.
   Юрий не столько ее услышал, сколько понял по выражению лица. Ушел, сел в уголке, достал разбитый фотоаппарат и стал рассматривать сделанные им снимки.
   Ветер гудел и выл, словно тысячи самолетов враз запустили свои турбины. Стены горы исторгали из себя звук, похожий на гудение трансформаторной будки. Сидя на камне, Вадим отчетливо чувствовал, даже через ткань одежды, резонанс каменной породы. Страшно было представить, какая сила заставляла гору вибрировать, как камертон.
  
   Глава 2
   В центре поселка, основанного командой подводной лодки "Пересвет", американскими подводниками и мексиканскими монашками находилась Аллея Героев. На больших камнях, установленных по обе стороны дорожки, засыпанной песком и щебнем, были выбиты имена тех, кто вложил в основание поселка и его развитие много сил. Терехин Виктор, Татарчук Дмитрий, Горбунов Егор, Оукленд Джейн, Коннелли Джон. Место для жителей поселка считалось святыней. Именно оно более всего подходило для того, чтобы поощрять или воспитывать.
   Капраз Борис, глава поселка, выглядел чересчур хмурым. Это выражение лица не предвещало ничего хорошего, ни Прометею, как основному зачинщику, ни его товарищу Ивану. В самый разгар уборки урожая, когда каждый житель поселка выполнял свою святую обязанность по запасу основного продукта питания - риса на целый год, Прометей и сбитый им с верного пути молодой Иван, исчезли из поселка.
   - Мы хотели верфи найти. - Оправдывался Прометей. - Летом вода сходит. Другого времени нет.
   - Тебе сколько лет, а ты все не наигрался в путешественников?
   Прометей промолчал. В этот момент он на самом деле почувствовал себя тридцатилетним мальчишкой. У него до сих пор не было не то что детей, даже жены не было. А его ровесник Пит в этом году стал дедом. Он был тупым, но трудолюбивым, за что капраз часто ставил его в пример Прометею. В то время, как душа Прометея тянулась в кубрик подлодки, где висела карта мира, душа Пита тянулась к мотыге, или же под юбку жены.
   - Я отработаю свою провинность на другой работе. Хотите, на крабовой или рыбной ферме, хотите, всю зиму простою в карауле на северной границе? Иван тоже готов.
   Иван с готовностью тряхнул кучерявой светловолосой шевелюрой.
   - Я вас накажу, и сделаю это так, чтобы другим не повадно было. Я вам обещаю, что дурь из вас выйдет напрочь! Вы, оба, на три месяца приговариваетесь к работам на мыловарне. Любите шататься без дела, теперь на вас вся дохлятина и заготовка дров. Идем к каптри Селене, теперь вы в ее распоряжении.
   Крайним наказанием в поселке считалось выселение. А мыловарня, это был этап предшествующий крайнему. Работа на мыловарне на зря считалась наказанием. Мыло варили только из того, что сдохло не своей смертью. Чаще всего на мыло годились морские котики, разбившиеся о скалы во время шторма. Находили их и через несколько дней после смерти, по характерной активности чаек пирующих на останках.
   Вонь на мыловарне стояла необыкновенная. Что заставляло каптри Селену работать на ней из года в год, было загадкой. Работники под ее началом часто менялись, а она была верна выбранной профессии. Селена любила экспериментировать с мыльными растворами, добавляя в них растения, ягоды или красители, чтобы придать мылу привлекательные свойства. Кто ни разу не был на мыловарне, восхищались ее продукцией, а те, кому довелось окунуться в процесс изготовления мыла, относились к нему к некоторым отвращением. Но как гласил Устав поселка, придуманный предками, знающими намного больше, чем современные жители, мылом надо было пользоваться ежедневно. По их мнению, многие болезни брались из грязи.
   Вонять начало задолго до приближения к мыловарне. Селена суетилась возле чана с кипящими трупами. Рядом на костре выжигались угли. Она увидела капраза Бориса и поднесла ладонь ко лбу. Борис махнул ей рукой. Прометей тяжко вздохнул. Он не хотел оказаться привязанным на долгих три месяца к одному месту. Лето, время для исследования материка. Как руководство поселка этого не понимало. Погибшая цивилизация могла поделиться с ними своими секретами, отблагодарить какой-нибудь технологией, чтобы сделать жизнь в поселке проще.
   Прометей бредил погибшим миром. Мысль о том высоком технологическом развитии, в котором он находился перед катастрофой, наполняла его душу величественным трепетом. Ему хотелось искать следы погибшего мира, прикасаться к ним и представлять себе, каким он был.
   Прометей часто посещал музей в подлодке, только ради того, чтобы посмотреть на карту. Он запоминал ее, впитывал все, что было на ней нанесено, особенно его интересовал север России, и потом воссоздавал трехмерную модель по памяти из сырой земли в определенном масштабе. Делал это Прометей не просто так, ради забавы. Он верил, что обязательно отправится на поиски погибшей цивилизации, и чтобы не потеряться в тумане, ему обязательно надо понимать, где он находится и в какую сторону идти.
   Прометей мог похвастаться тем, что уходил на материк дальше всех охотников и спокойно находил дорогу назад. Свое умение ориентироваться он передавал Ивану, единственному человеку, увлеченному прошлым, так же как и он. На поиски верфи, с которой отправилась в свое последнее путешествие подлодка "Пересвет", они готовились целый год. Прометей представлял себе, что конструкция, внутри которой умещалась подводная лодка, должна быть гигантской и невероятно крепкой, чтобы противостоять стихии.
   К сожалению, найти ничего не удалось. Все побережье затянуло болотами, исторгающими тухлый смрад. Потоки воды, кое-где покидающие материк, были относительно чисты, но имели сильное встречное течение, преодолеть которое на лодке было проблематично. Прометей считал, что можно найти дорогу в обход и зайти с тыла, но это отняло бы гораздо больше времени, чем планировали.
   Надо ли рассказывать о том, как было обидно Прометею и Ивану возвращаться ни с чем, да еще и получить такое строгое наказание. Они рассчитывали принести в поселок добрую весть о тех верфях, о которых говорилось в бумагах "Пересвета". Это обязательно смягчило бы наказание за отсутствие на уборке риса, а может быть, и принесло им кое-какую популярность и уважение в глазах общины. Не получилось. И теперь, до самых холодов они были обязаны мешать вываривающийся из трупов жир.
   Ивана, трудовая повинность расстроила еще сильнее, чем Прометея. Его старший товарищ был тертым калачом и привык к тому отношению со стороны жителей, которое заслуживал. Иван, имеющий популярность среди ровесниц, и зависть мужской половины своих одногодок за свой непривычно светлый тип терять свой авторитет не желал. Копна вьющихся белых волос, голубые глаза и светлая кожа здорово отличали его от большинства обитателей поселка. Когда-то похожих на него было много, но то были жители, еще помнящие мир до катастрофы. Те, кто родились после, в подавляющем большинстве были черноволосы и кареглазы. Из своих ровесников, старше него на пять лет и младше на три, он был единственным светловолосым и светлоглазым. Девчонок это заводило, а Иван пользовался своей нестандартностью без зазрения совести.
   Дружба с Прометеем накладывала на его образ ореол загадочности, храбрости и некоторого духа сопротивления устоявшемуся порядку, что так тревожит юные девчачьи души. Но мыловарня могла перечеркнуть напрочь, все, что он успел заслужить. Капраз Борис точно знал, как правильно наказать их.
   - А, Прометей. - Селена выпятила вперед нижнюю губу. - Я так и знала, что ты обязательно попадешь ко мне.
   Прометей хмыкнул.
   - Фу, вонища! - Заткнул нос и гундосо произнес. - Надеюсь, это в последний раз.
   - Если не поумнеешь, то не попадешь, а если дурь из тебя не выйдет, то для тебя еще осталась ассенизаторская команда. Будешь дерьмо по полям развозить. И это точно будет последнее предупреждение. Потом - только выселение.
   - Ладно, я понял. - Вздохнул Прометей.
   - А тебе, парень, вообще грех жаловаться на такую работу. За твоими волосами нужен уход, и без мыла они быстро сваляются и превратятся в кошму. - Селена потрепала Ивана за шевелюру.
   Иван гордо отдернул голову.
   - Не бзыкуй, зелен еще. - Предупредил его капраз. - Не думай, что авторитет, заработанный твоей пробабкой Джейн не позволит применить и к тебе серьезные меры. Будь она жива, не потерпела бы твоих выходок.
   - Она была не против исследований материка. - Заносчивым тоном ответил Иван.
   - Она была против того, чтобы кто-то глупо рисковал своей жизнью. Помнишь ее правило: "В первую очередь мы должны беречь свою жизнь и жизнь каждого жителя поселка. Нас осталось слишком мало и каждая несвоевременная смерть становится причиной уменьшения генетического разнообразия, ведущего к деградации и стагнации человеческого рода" - Капраз наизусть помнил многие цитаты оставленные предками.
   - Моя прабабушка многое говорила из того, что мы сейчас не понимаем.
   - Не понимаем, потому что не хотим понимать. Нам проще сесть в лодку и отправиться, куда глаза глядят, не задумываясь о том, что после себя ты ничего еще не оставил. Вот Пит, например...
   Прометей закатил глаза. Он каждый раз делал так, когда упоминали Пита.
   - Пит -идиот, и он первый кандидат на деградацию. - Вставил Иван.
   Капраз Борис хотел еще что-то сказать, но не нашел слов.
   - Короче, каптри Селена, вручаю тебе этих оболтусов. Если будут плохо работать, дай знать, переведу в ассенизаторы.
   - Хорошо, капраз Борис, но у меня здесь не забалуешь. Будут впахивать, как миленькие. Я готовлю партию детского мыла, с более нежными свойствами, завтра принесу на дегустацию. Кажется, получается отлично.
   - Хорошо, тогда, до завтра.
   - До завтра.
   Капраз ушел. Селена дождалась, когда он уйдет достаточно далеко.
   - Парни, я на самом деле не считаю так же, как капраз Борис, мне даже нравится, что у вас есть идея, которая вас питает, и она благородная и красивая. Но на капразе висит забота о поселке, и это накладывает на его мировоззрение определенный отпечаток. Будьте любезны, не злите его. Он сдержит слово и вас обязательно отселят.
   - Я не боюсь этого. - Ответил Прометей. - Меня останавливает только отношение к родителям. Их жалко.
   - А я не хочу, чтобы меня отселили. Мне нравится тут, но и ходить на материк нравится. Я бы охотники пошел, но они меня не берут. Говорят косой слишком. - Ответил Иван.
   - Выговорились? - Селена обвела парней взглядом. - Теперь за работу. Тебе Прометей ковш, будешь варево перемешивать, чтобы жир хорошо отходил, а ты Иван, поддерживай огонь, чтобы не тух и не разгорался сильно. И так до самого вечера. А я пойду цветов пособираю, да вдоль берега пройдусь, может быть, что-нибудь полезное найду.
   Как оказалось, вонь, это было не самое плохое. К вони можно привыкнуть. Теперь Прометей знал, почему каптри Селена выглядела, как атлет. Ворочать дохлые туши в чане целыми днями требовало огромных физических усилий. Ладони от деревянной ручки ковша загрубели настолько, что на них можно было класть горячие угли и держать долго, прежде чем жар начинал чувствоваться.
   Иван менялся сменами с Прометеем, но старший товарищ жалел его, отрабатывая на ковше в полтора раза больше. Производительность труда выросла, и поселок получал мыла больше, чем обычно. Селена не переставала экспериментировать с цветами и травами, чудесным образом придавая продукту из отвратительных ингредиентов пристойный запах и цвет.
   Было воскресенье. В этот день не работали почти все. Каптри Селена смилостивилась над наказанными и разрешила им отдохнуть. Иван решил потратить время в обществе ровесников, а Прометей без раздумий отправился в подлодку "Пересвет". Его интересовала карта и записи судового журнала. Тот самый Пит, которого капраз Борис ставил в пример Прометею, встретился на пути в подлодку.
   - Это, здоров! Я слышал, тебя на мыловарню отправили. - Спросил он, не скрывая в голосе иронии.
   - Да, работать. - Ответил Прометей, собираясь пройти мимо.
   - Ммм, понятно. Ты все дуркуешь?
   Откровенно хамство заставило Прометея остановиться.
   - Слушай, Пит, ты небольшого ума человек и будет лучше, если ты не станешь этого всем показывать.
   - Чего? - Глаза Пита округлились, он сжал кулаки и сделал движение в сторону Прометея.
   - Даже не пытайся, я тебя снова побью. Иди домой, проводи свою старость, как и положено дедам, в обществе внуков.
   Пит побагровел, но ему хватило ума не сорваться. Прометей был сильнее и умел драться, в отличие от увальня Пита. Они разошлись. Случай с Питом открыл Прометею истину, которую не замечал капраз. Селекция глупцов, таких, как Пит, могла серьезно подорвать перспективы развития поселка. А его жажда исследований могла помочь поселку обогатиться знаниями, обнажившимися из под толщи воды.
   В подлодку его пустили без вопросов. Он был завсегдатаем ее музея, в то время, как большинство его ровесников были завсегдатаем бара, в котором подавали рисовое пиво.
   Иван прочувствовал на себе, как его авторитет резко упал среди ровесников. В той шайке, в которой он привык находиться в свободное время, его приняли холодно. В ней он был негласным лидером, но тут он заметил, что все держатся Павла, который при нем, ничем лидерским не выделялся. Отдыха и веселья не получилось. Вторую половину дня Иван провел с родителями. Отец прочел ему несколько нравоучение и припомнил их героическую линию, идущую из самого космоса. Иван слушал их, а сам думал о том, как тоскливо бывает, когда тебя не понимают, и пытаются отторгнуть вместо того, чтобы понять.
   Положение спасла Анхелика, девчонка-соседка. Она была на два года младше Ивана, и кажется, с недавних пор стала питать к нему чувства. Иван старался не обращать на это внимания, он был избалован женским вниманием, но в этот раз он был по-настоящему рад ее видеть.
   Она зашла позвать Ивана улицу.
   - А не рано ли тебе в такое позднее время по улицам шлындать?
   Иван услышал бубнеж отца вместо приветствия.
   - Мамка сказала, что отпустит меня только с вашим Иваном. - Ответила Анхелика, и это было враньем.
   Иван вышел из комнаты.
   - Привет, Анхелика. Я сейчас выйду.
   - Привет! - Глаза девушки заблестели. - Хорошо, я подожду снаружи.
   Отец еще что-то пробубнил, но перечить не стал. В принципе, он поддерживал такие отношения больше, чем неуемную тягу сына к путешествиям.
   Оказывается, у хитрой Анхелики был коварный план. Она обманула Ивана, сказав ему, что Педро и Алекс украли бадью с рисовым пивом, а сама привела его в пустой амбар, еще не заполненный просушенным зерном и бесцеремонно стала приставать. Гормоны ударили Ивану в голову, и ему стоило больших усилий не поддаться на провокацию. Прояви он слабость и у этой истории мог бы быть очень длинный финал.
   Анхелика не обиделась. Иван очень тактично объяснил ей, что не готов еще стать ни мужем, ни отцом и предложил погулять по окрестностям поселка.
   - Будешь и ты, как Прометей где попало носиться, а годы будут идти.
   - Не твоя забота, что и как у меня будет. Мне интересно бродить по материку. Ты же там не была, поэтому тебе и неинтересно.
   - А расскажи мне, Иван, как там?
   Впереди было много времени, и чтобы занять его, Иван решил рассказать хитрой соседке все, что видел на материке.
   - Ну, на материке нет такого прозрачного воздуха, как у нас на острове, там везде туман. Он бывает плотный или же прозрачный, но он есть всегда. Солнце никогда не видно. Охотники не заходят вглубь материка, потому что бояться потеряться. Только компас помогает найти дорогу. Но Прометей как-то находит ее и без компаса.
   Вместо нормальной твердой земли почти везде колышущаяся поверхность из водорослей. Ногу они не держат, но вот в широкоступах из лягушачьей кожи ходить можно спокойно. Вначале это непривычно, потому что все вокруг волнуется и колышется. Там, где слой водорослей тончает, находится или болото, или река. Болото - это плохо. Оно выделяет газ и если надышаться им, то можно потерять сознание и умереть, и еще можно провалиться в него и оно затянет. Болота надо обходить стороной.
   - А если река? - Анхелика слушала с разинутым ртом.
   - Если река, то широкоступы не помогут. Туда без лодки лучше не соваться и близко к краю не подходить. Прометей рассказывал, что его однажды кто-то из-под воды пытался за ногу схватить. Он говорит, что видел огромную пасть с мелкими зубами, схватившую его широкоступ за край. Так он вернулся потом на одном широкоступе.
   - А тебя не хватал никто за ногу?
   - Меня, нет. Прометей дорогу хорошо чувствует, поэтому старается обходить опасные места. Вот лягушки однажды напали на нас, еле ноги унесли.
   - Да ты что, расскажи. - Анхелика засучила ногами в нетерпении.
   - Да что там рассказывать. Мы легли спать прямо на водорослях, рядом никакой земли не оказалось. Я обещал Прометею караулить, а сам заснул. Знаешь, там из-за вечного тумана все время в сон клонит. Почувствовал я только, как подо мной колышется все. Со сна даже приятно было, как в кроватке укачивало. А когда проснулся, чуть не закричал. Вокруг нас было штук десять здоровых жаб. Они пучили на нас свои глазищи и пускали слюни. Только представь, мы, как внутри хоровода из лягушек были. Прометей, конечно же, не спал, он проснулся раньше меня.
   Мы молчим, и жабы молчат, смотрим друг на друга. У Прометея нож длинный был а у меня слега, на случай если провалюсь, но расклад все рано был не на нашей стороне. И скорее всего, нас бы уже в живых не было.
   - А что же случилось? - Анхелика смотрела на Ивана во все глаза.
   - Сова. Представляешь? Она бесшумно упала сверху, схватила одну лягушку за голову своими когтищами и так же молча исчезла. Лягушки вразбег, а мы с Прометеем еще долго сидели на одном месте и не могли придти в себя.
   - Как интересно. А потом вы сталкивались с лягушками?
   - Постоянно, им главное не дать себя окружить. И если срубить парочку атакующих, они уже не прут так настойчиво.
   - А совы?
   - Вот совы, это проблема. Они принимают людей за добычу и атакуют. У Прометея вся спина в шрамах от их когтей.
   - А у тебя?
   - У меня еще нет. Бог миловал.
   - Мне кажется, шрамы идут мужчинам. С ними они выглядят героически.
   - Успею еще, какие мои годы.
   - А после вашего наказания вы снова пойдете на материк?
   - В зиму нет, не пойдем. Прометей говорит, что зимой можно в град попасть, или просто замерзнуть. В тумане холод ощущается гораздо сильнее. Одежда промокает и согреться нельзя.
   - А если развести огонь?
   - Там все и всегда мокрое, и не горит. Кроме..., - Иван неожиданно замолчал.
   - Эй, договаривай! Я не отстану. - Анхелика поднялась и встала между коленками Ивана. - Ну?
   - Анхелика, тебе-то зачем это? Это наш секрет с Прометеем.
   - Не поделишься, я всем расскажу, что у вас секрет и капраз Борис заставит вас раскрыть его. Или...
   - Ну, ты даешь, Анхелика. Ты сегодня уже второй раз пытаешься меня на слабо проверить. Я бы никогда про тебя такое не подумал. Ты же как все девчонки была?
   - Ой, ты просто меня не замечал. Я всегда была любопытная. Ну же, колись.
   - Вот зараза, Прометей убьет меня, если узнает, что я проболтался. Ты ведь никому не скажешь?
   - Нет, клянусь экипажем подлодки.
   - Хорошо. Короче, мы нашли остров. На материке, это верхушки утонувших скал. Тот остров был с пещерой. А в ней всякие механизмы и вещи. Все было в таком состоянии, что рассыпалось от прикосновения, кроме красной бочки из пластика. А в той бочке находилась вонючая жидкость, едкая такая на запах. Прометей сказал, что моторы механизмов работали на этой жидкости. Там же мы нашли спички, штук десять, в жиру, чтобы не намокнуть. Им тоже ничего не стало. Прометей, он ведь головастый, в подлодке сидит каждый раз, как случай представляется, все про ту жизнь знает. Он сообразил, что это спички и они нужны, чтобы поджигать. Мы подожгли вонючую жидкость, и она горела так жарко, коптила, трещала, но горела. Прометей сказал, что хочет сделать такую штуку, чтобы заливать в нее вонючую жидкость и на ней готовить, прям там, на материке. - Иван замолчал. - Не проболтаешься?
   - Нет, я же поклялась.
   - Ну, ты же девчонка.
   - Девчонка, но не такая, как все. Можешь мне доверять.
   Анхелика прижалась к Ивану и подставила губы для поцелуя. Парень не растерялся и скрепил клятву поцелуем. Ему подумалось, что пока девушка питает к нему чувства, их секрет будет сохранен.
   В понедельник на мыловарню Иван пришел раньше Прометея. Каптри Селена уже была там и разводила огонь под чаном.
   - Так, соня Иван, вчера на берегу с лодки видели тушу тюленя, прямо возле Белого камня. Бери тележку и дуй туда. Если по дороге попадутся цветы, сорви их.
   - Хорошо, каптри.
   Иван взял скрипучую тележку на железных колесах.
   - Можно жира взять, ось смазать, скрипит на всю округу.
   - Бери. Боишься, девки тебя услышат?
   - Ничего я не боюсь.
   Иван смазал ось, погонял ее взад-вперед, чтобы жир разошелся по ней, проверил на ходу результат, остался доволен и покатил ее в сторону Белого камня. По дороге останавливался рядом с любым цветущим растением, нюхал его цветы, и если запах казался ему подходящим, срывал и складывал на дно тележки.
   Иван слышал от стариков рассказы, что до катастрофы и много лет после природа на острове была другой. Цветов почти не было. Они появлялись в самый короткий и теплый период лета и быстро отцветали. А в остальное время, когда не лежал снег, вся зелень состояла из низкорослой и плотной травы, ковром покрывающей землю, мха и лишайников.
   Сейчас такое трудно было представить. Трава местами доходила до пояса, все лето цвела, разнося аромат цветения даже в море. С берега наступали леса. Старшие говорили, что это семена деревьев, сброшенные еще до катастрофы, прибивает течениями. За свои семнадцать лет, Иван успел заметить, как в некоторых местах деревья сильно продвинулись вглубь острова. Капраз как-то обмолвился о том, что собирается культивировать их, с целью получения дров и материала для строительства.
   У Белого камня на самом деле роились чайки. Ивану хотелось, чтобы они склевали тюленя полностью. Ему противно было брать в руки его дохлое вонючее тело. А так можно было оправдаться перед каптри. Чайки взлетели одновременно, как белое облако, когда Иван приблизился к ним. Развороченная туша тюленя, с кишками растянутыми на несколько метров, без глаз и почти без морды, ждала своей участи быть принесенной в жертву благородному делу. Иван набрал воздух, чтобы не дышать, подкатил тележку вплотную к туше, опустил ее и приставил к тюленю. Попробовал затолкнуть ногой, но туша колебалась, и не хотела сдвигаться с места. Ничего не оставалось делать, как затолкнуть ее руками. Хорошо, до воды было близко.
   Пальцы проткнули дряблую мертвую плоть. Ивана чуть не вырвало от этого ощущения. Из последних сил, рывком ему удалось забросить тушу в тележку. Иван выдохнул и побежал к воде, ловя носом приятный запах соленой воды. Пока он отмывал руки, не желающие расставаться с запахом дохлятины, чайки расселись по краю тележки и продолжили пиршество. Иван отогнал их и покатил телегу обратно.
   Прометей пришел и уже ворочал ковшом.
   - Что, не обманули? - Спросила Селена.
   - Нет, лежал загорал, кишками наружу.
   - Цветов нарвал?
   - Да, там на дне лежат.
   - Надо было их сверху положить, Иван! - Заругалась Селена. - Я же из них экстракт отдельно добываю, а теперь они пропахли дохлятиной.
   - Прости, я не сообразил.
   - Черт с вами. Бросайте его в чан, а я пойду сама собирать. Нет в вас азарта, мужики.
   - Нету. - Согласился Прометей.
   Каптри Селена взяла мешочек, нож ушла собирать цветы. Иван по свету исходящему из глаз Прометея понял, что тому не терпится чем-то поделиться с ним. Как только Селена ушла, Прометей бросил ковш.
   - Слушай, я же все воскресенье был на подлодке... - Начал он.
   - Я в курсе.
   - Не перебивай. В общем, мне разрешили почитать судовой журнал, и я начал читать его с того самого дня, как лодка вышла в море, в свой последний поход. И знаешь, что я там нашел?
   - Что? - Иван не имел ни малейшего представления.
   - Там есть запись, такая не уставная, не относящаяся к службе, оставленная капдва Терехиным.
   - Самим Терехиным?
   - Да, им самим. Он написал, что его дочь пошла в турпоход на плато Путорана, и он гордится ее смелостью.
   Глаза Прометея бегали. Он ждал, когда Иван проникнется тем, что он ему рассказал.
   - И что? Я не знаю, что такое плато Путорана?
   - Ах ты, балбес малолетний. Плато, это тоже горы, но с плоскими вершинами, понимаешь? Дочь Терехина, накануне катастрофы, я по датам сверил, была в горах, точно так же, как основатели Горбуновы.
   Иван знал историю каждого основателя их поселка, и Горбуновы были на особом счету, потому как десять лет одни прожили в пещере.
   - Думаешь, она выжила?
   - А почему бы и нет? Может быть не она, но их там было много, шансы были. С подветренной стороны горы можно было легко спастись.
   - Сколько туда идти?
   - Это далеко, Иван. Я смерил линейкой, по прямой, две с половиной тысячи километров. Как минимум все лето в одну сторону, а на самом деле может получиться в два раза больше.
   - Ты же знаешь, нас не ждет ничего хорошего, когда мы вернемся.
   - Если вернемся ни с чем, да. Возможно, нас отселят. Но с другой стороны, мы знаем, как не умереть с голоду, как сшить одежду, как пережить зиму.
   - Как сварить мыло. - Добавил Иван.
   - Точно.
   - Как-то не хочется, Прометей, всю жизнь прожить одному.
   - Да? А я думал Иван, что ты меня поддержишь.
   - Я поддерживаю тебя, и если ты задумаешь отправиться туда, то я помогу тебе подготовиться, но отправляться с тобой я еще не решил. Мне тут Анхелика глазки строит. Она повзрослела и я теперь вижу, какой красивой она становится.
   - Понятно, баба стрельнула глазками, ты и размяк. Ладно, пойду один. До апреля подготовлюсь, как следует и пойду.
   - Но ты же до зимы не вернешься? Ты же говорил, что на материке зимой град идет с кулак, и холод собачий?
   - Я что-нибудь придумаю.
   - А готовить ты как собираешься? На той вонючей жидкости. У тебя спичек-то всего девять штук осталось?
   - Придумаю, не беспокойся. Есть у меня всякие идеи, но тебе не расскажу, потому что ты не со мной.
   - О, брось обижаться, Прометей. Ты как пацан. Мне нравится ходить на материк, и вообще путешествовать, но мы как-будто играем в игру, от которой нет пользы, как-будто тешим себя развлечениями, забывая, что на нас лежит ответственность за развитие поселка.
   Прометей налился пунцом.
   - Пользы нет? - Зловеще тихо произнес он. - Нет пользы от наших путешествий? Да они тут сами в себе закупорены, киснут, как ягоды для уксуса в бутылке. Мы же глупеем на глазах, разве ты не замечаешь? У нас патронов осталось несколько десятков штук, а дальше что, придется медведей вилами гонять? Как их делать, никто не знает, и не хочет знать. Вот, затянули одну песню, рис превыше всего. Так мы скоро поклоняться ему начнем, молитвы возводить и прочие глупости делать. Ты же помнишь ветряную мельницу, которая давала ток. Наши деды еще знали, как ее ремонтировать, а как она сломалась, всё, починить некому. Смазывают подшипники, чтоб крутилась, и делают вид, что это и есть ее предназначение, крутиться на ветру, а наши дети вообще будут думать, что это нерукотворное творение каких-то там Основателей.
   Глаза Прометея горели, губы тряслись от волнения, а лицо было совсем красным. Иван даже испугался его в таком состоянии. Он выглядел безумным, как олень, вырвавшийся из медвежьих лап.
   - Я понял тебя, Прометей, я не против того, чтобы исследовать и находить что-то полезное, оставшееся от наших умных предков. Я поддерживаю тебя полностью, я на твоей стороне.
   - Чего тогда ерепенишься?
   - Я думаю о том, что могу потерять время. Мы просто должны создавать семью и рожать детей. Нам это завещали, и те люди, относящие себя к ученым, как моя пробабка Джейн, знали, что залог нашего развития в скором восстановлении численности. Иначе, мы вымрем.
   - Понятно, я вижу, лавры Пита не дают тебе спокойно спать. Счастья вам с Анхеликой, и детей побольше.
   - Да причем здесь Анхелика? Я в общем сказал. Я помогу тебе подготовиться, но не пойду. Это далеко и опасно, и если мы с тобой погибнем, то род, который шел бы от тебя и от меня, и который через сотни лет превратился бы в народ, никогда не случится.
   - Это твое окончательное слово?
   Прометей так ухватился за ковш, что Иван подумал, будто товарищ собирается его огреть им, если он ответит отрицательно.
   - Да. Я могу проводить тебя до материка и все.
   - Спасибо, не надо.
   Прометей заиграл желваками и принялся неистового гонять несчастную тушу тюленя по чану. Иван подкинул дров и стал следить за тем, чтобы они не разгорелись сильнее нужного.
   С этого момента их нерушимая дружба дала трещину. Прометей молчал, разговаривал с Иваном только на отвлеченные темы, не касающиеся путешествия на далекое плато. Настойчивая Анхелика не давала скучать, и через какое-то время Иван понял, что желает ее видеть регулярно. Как только девушка заметила, что отношение к ней со стороны Ивана изменилось, то и она изменила отношение к Ивану. Она позволяла себе забавляться им, дразнить, и вообще вела себя немного дерзко. Иногда это злило Ивана, но чаще вызывало желание обладания. За их отношениями Иван совсем забыл про Прометея.
   Наступила зима. Она снова оказалась теплее, чем прошлая. Снег пытался выпасть несколько раз, но теплые потоки воздуха с материка, приносящие непроглядные туманы, не оставляли ему шансов. Олени, нагуливающие жир под зиму, так и не растратили его. Обманутая природой трава дала под зиму еще одни всходы. Остров зеленел повсюду. Белые медведи настолько обнаглели, что несколько раз являлись в поселок. Каждый их визит становился настоящим чрезвычайным происшествием.
   Капраз берег патроны для особого случая, но в то же время помнил о своей главной обязанности, беречь людей, поэтому все ждали, когда медведи уйдут сами. Иван понял, что слова Прометея, сказанные как будто в запальчивости, имели смысл. Глупая проблема с медведями на самом деле не имела решения теми методами, которые стали основами жизни поселка. Хуже того, медведи, почувствовавшие безнаказанность могли привести к гибели жителей.
   После того, как отбывание наказания на мыловарне закончилось, Прометей отправился с охотниками на материк, а Иван пошел работать на рыбные фермы. По возрасту, ему еще не разрешалось заниматься опасным промыслом. Да и после того, как у него появилась зазноба, интерес к материку угас. Иван отрабатывал смену и спешил домой, переодеться, отбиться от рыбного запаха и скорее к Анхелике. К тому времени их отношения стали совсем взрослыми. Родители втайне планировали свадьбу и уже договаривались о деталях. Род Ивана и Анхелики не пересекались в прошлом, и это обстоятельство со стороны поселкового руководства, следящего за смешениями, наилучшим образом подходило для брака.
   Даже весна в этом году началась так, как будто между временами года не было никакой границы. В конце февраля зачастил дождь, мелкий и облажной, без единого просвета. Моховой "подпушек" под травами, как губка набрался воды, затрудняя всякие передвижения вне дорог. Полутуши оленины, вялящиеся на ветру, оказались в серьезной опасности пропасть под дождем. Капраз Борис распорядился всем поселком построить для них навес. В дело пошли все вещи, которые было не жалко. Их пропитывали жиром, чтобы не промокали и пускали на "крышу".
   Ивана в нерабочее время тоже привлекли к постройке навесов. Анхелика так же работала там вместе со своей матерью. Иван держался их, но виду не подавал. Он стеснялся ее матери. Капдва Семен, ответственный в поселке за внутренний порядок привозил раз за разом, на телеге, запряженной парой оленей, новые куски пропитанного материала.
   - Осторожнее там, последнее выгребаем. - Предупредил он.
   Он говорил это каждый раз. Народ подтрунивал над его предупреждениями, не считая их серьезными. Работа кипела, все шло хорошо, до того момента, пока истеричный женский голос не выкрикнул:
   - Медведи! Медведи!
   Народ заволновался, зашумел. С северной стороны приближались три белых пятна, хорошо различимых на зеленом фоне. Ситуация была опасной. Охрана поселка, имевшая огнестрельное оружие, дежурила очень далеко на севере. У капраза Бориса был автомат, но никто не знал, имелись ли к нему патроны. Народ начал разбегаться. Иван тоже побежал, но в сторону Анхелики.
   - Побежали ко мне. - Позвал ее Иван.
   - Нет!
   - Ты что, дура? Они же разорвут тебя?
   - Нет, не разорвут.
   Иван не стал пререкаться с Анхеликой, крепко схватил ее за руку и потащил за собой. Ее мать, увидевшая, как настырная дочь пытается сопротивляться, подбежала и отвесила Анхелике крепкую оплеуху. Но воспитательный эффект получился обратный. Анхелика вырвалась из рук Ивана и со всех ног побежала в сторону "вяленки".
   - Вот дура! - В сердцах выкрикнула мать.
   Иван был солидарен с ней, но все равно бросился догонять. Медведи, тем временем, были уже в ста метрах. Их морды, маятником появлялись над травой и исчезали. Зверей манил запах мяса. Капдва Семен, как раз подвозил новую партию пропитанной ткани. Он успел понять, что происходит и какая опасность грозит своенравной "молодухе", решившей поиграть в "гордость". Капдва знал, что зверь всегда выберет в первую очередь свежее мясо. Шансов выжить у девчонки и парня не было никаких.
   На дне его телеги лежал багор, которым он помогал таскать бревна из воды. Капдва достал его из под толстого слоя тяжелой ткани и направил оленей на перерез сближающимся медведям и подросткам. Медведей, решительное действие капдва остановило. Они поднялись на задние лапы и заводили носами.
   - Пошли вон! Проткну нахрен! А ты дура, беги назад, или и тебе достанется! - Капдва Семен развернулся в сторону бегущей Анхелики и догоняющего ее Ивана. - А ты снова на мыловарню собрался?
   Иван, тем временем, догнал Анхелику и свалил ее с ног. Обиженная девчонка забрыкалась, завизжала. Медведи, впитавшие с молоком матери науку, что опасными могут быть только люди с громыхающими палками, осмелились и неторопливо направились к телеге капдва.
   - Тащи ее отсюда, я задержу их! - Выкрикнул капдва.
   Иван рывком поставил Анхелику на ноги, в запальчивости дал подзатыльник, и не дожидаясь реакции потянул ее назад.
   Олени, испуганные медведями, понесли телегу с капдва. Тот не удержался на ногах и упал на землю. Медведи сразу же выбрали его в качестве жертвы. Все произошло быстро. Капдва попытался ткнуть багром в хищника, но тот ловко парировал удар, и сам нанес его когтистой лапой. Капдва Семен упал, а атакующий его медведь, молниеносно перекусил ему шею.
   Два других медведя бросились на жертву и принялись раздирать её на части. Иван с Анхеликолй отбежали на безопасное расстояние, обернулись и увидели тот ужас, который мог бы случиться и с ними. Звери подбрасывали в зубах куски тела капдва Семена. Мать подошла к Анхелике и дала еще одну затрещину. Потом обняла и разревелась.
   Воздух сотряс звук выстрела. Капраз Борис стоял с автоматом наперевес. Один из медведей рявкнул и упал. Два других тут же пустились наутек тем же маршрутом, что и пришли. Раненый медведь все же встал на лапы, и сильно хромая побежал за ними следом.
   Убийство медведями человека испугало поселок. До сего момента все были уверены в том, что у них есть какая-то сила, которая отпугнет агрессивных хищников. На самом деле это оказалось обычным самоуспокоением. Ничего стоящего, кроме нескольких патронов, у них не было. Никакого навыка и орудий для охоты или отпугивания медведей в поселке не имели. Это событие лишний раз убедило Ивана в актуальности слов Прометея. Он мыслил нестандартно, поэтому как-то не приходился ко двору, но мыслить стандартно в их ситуации значило не иметь возможности предугадывать опасности.
   Промеж жителей поселка в смерти капдва Семена винили строптивую Анхелику. Капраз Борис не говорил этого вслух, он правильно указал на то, что они были не готовы к опасности, которая рано или поздно просто обязана была случиться, но помянул, что дисциплина является залогом безопасности.
   Иван тоже попал под горячую руку. Авторитет его среди сверстников стал еще ниже, да он уже давно им и не интересовался. Ему снова стали близки идеи Прометея и он начал искать к нему подход.
   Для начала он проследил, чем тот занимается. Прометей, по возвращении с материка, в свободное время уходил к морю. Однажды он утянул кусок пропитанной ткани с той самой злосчастной "вяленки". Иван пошел по его следам и вышел к бухточке. Там на берегу стоял плот, квадратный, с размером сторон примероно три метра на пять. Прометей не оставил идею отправиться в далекое путешествие. То, что он собирается в далекое, ясно говорил парус из промасленной ткани.
   Прометей как всегда не интересовался мнением поселкового руководства. Впереди была посевная, а он, видимо, снова хотел ее проигнорировать. Мыловарня не выбила из него тягу к путешествиям. Наблюдая за тем, как Прометей прилаживает ткань, к вертикальной палке, изображающей парус, Иван решил обнаружить себя.
   - Здорово! - Иван тихо приблизился к ничего не замечающему товарищу.
   Прометей вздрогнул.
   - А, это ты. Чего надо? - Спросил он холодно. - Шпион.
   - Просто, хотел посмотреть, чем занимаешься?
   - Посмотрел? Можешь идти.
   - Слушай, Прометей, прости меня. Я же не против того чем ты занимаешься. Могут же мои планы не совпадать с твоими?
   - Могут, Иван.
   - Прометей, я тут подумал..., ты прав. Мы как-то успокоились, стали слишком самонадеянными. Твои слова про то, что жизнь у нас остановилась в развитии, подтвердил своей жизнью капдва Семен.
   - И что ты теперь собираешься делать?
   - Я хочу понять, как путешествие на то далекое плато, сможет нам помочь против медведей? Я хочу увидеть связь.
   - Ну, прямой связи нет. Проще сделать метательное оружие против медведей, чем быть уверенным в том, что путешествие научит нас как с ними бороться. Путешествие на плато Путорана для меня, это расширение горизонтов. Если там есть люди, то они могли пойти по другому пути развития, и их опыт нам мог бы пригодиться, как и наш им. К тому же, как учила твоя пробабка Джейн, генетическое разнообразие просто необходимо для воссоздания человечества. И еще неизвестно, что мы найдем по пути.
   - Я пойду с тобой. Я понял, что идти вперед мне будет интереснее, чем заниматься здесь одним и тем же изо дня в день. - Иван протянул Руку Прометею, но тот не торопился ее принять.
   - Я сомневаюсь в тебе. Не уверен, что такой напарник мне пригодится. - Неожиданно ответил Прометей.
   - Хорошо сердиться на меня. Вдвоем всегда лучше и веселее.
   - Я подумаю. Иди пока, и не говори о том, что видел мой плот.
   - Ты что, я никогда..., я никому не расскажу. Клянусь экипажем подлодки. - У Ивана загорелись глаза.
   - И даже своей Анхелике?
   - Ей? Ни за что. Ей вообще ничего рассказывать нельзя.
   - Хорошо, проверим.
   - Когда отходишь?
   - Не скажу.
   - Эй, Прометей, ты хочешь уйти без меня?
   - Иван, иди, иначе я передумаю.
   Иван ничего не ответил. В его глазах светилась уверенность, что Прометей хочет обмануть и отправиться один.
   - Поклянись? - Попросил он.
   - Клянусь экипажем подлодки, что возьму тебя с собой.
   - Хорошо. - Иван забрался по камням вверх и побежал в поселок. Клятва предками, с детства считалась самой священной. Обмануть их память считалось кощунством.
   Приготовления к свадьбе были испорчены убийством капдва Семена. Родители Анхелики теперь стеснялись навязывать свою дочь, потому что теперь это именно так и выглядело. Пятно легло на репутацию семьи, и чтобы смыть его требовалось время. Родители Ивана, углядевшие в поступке будущей невестки нехорошие черты характера, принялись отговаривать сына разорвать отношения с ней. Иван заметался. Он и сам понял, что строптивость Анхелики произошла не от большого ума, и что девочка заигралась в нее, но сердце его еще тянулось к ее карим насмешливым глазам. Анхелика, после смерти капдва Семена, изменилась. Внешний негативный пресс с непривычки очень давил на нее. Девушка стала более замкнутой, предпочитая в нерабочее время чаще находиться дома. Она была рада только обществу Ивана.
   Впрочем, у Ивана времени на Анхелику оставалось все меньше. Они с Прометеем готовились в большой поход. Из лягушачьей кожи сделали по две пары широкоступов, завялили оленины тайком от всех, наточили остроги, набрали пропитанной жиром такни, для того, чтобы в зимнее время было чем укрыться от дождя. Взяли по запасным сапогам из оленьей кожи. Набрали бочонок пресной воды. Выварили соль из морской воды, чтобы насолить рыбы в дороге. Весла Прометей сделал из дерева и тонкого нержавеющего металла, выпиленного из стенок внутренних помещений старого судна, затопленного неподалеку от острова.
   На плоту Прометей придумал сделать невысокий трюм, для хранения вещей и для того, чтобы спать на нем сверху. Вода постоянно перетекала через край плота. Чтобы уравновесить центр тяжести, он придумал сделать противовес на днище, и назвал его килем. Плот, припасы и оборудование было готово. Иван очень переживал, что Прометей уйдет в одиночестве.
   Уходить решили в ночь. Иван, ничего не подозревающим родителям сообщил, что уходить на улицу.
   - Опять к Анхелике? - Спросила мать.
   - Нет, просто, пойду пошатаюсь.
   - К Марии присмотрись. Очень порядочная девочка, и между нами тоже никого не было.
   - Ой, мам, хватит.
   Иван выбежал на улицу, остановился, посмотрел на приземистый родительский дом. Сердце чуть-чуть заныло, заскучало наперед по родителям, забилось в предчувствии их тревог. Ничего, он не последний ребенок в семье, будет кому занять его место на время. Иван не захотел думать о том, что может не вернуться, или о том, что может его ждать по возвращении. Не стоит рвать душу бесполезными волнениями.
   Он развернулся и скорым шагом пошел в сторону бухты, где его должен был поджидать Прометей. Он, и на самом деле ждал. Сидел на берегу и разглядывал звездное небо.
   - Готов? - Спросил он.
   - Да.
   - Во славу основателей, прошу благословить нам это путешествие. - Произнес в небо Прометей.
   Иван повторил эту же фразу. Он говорил ее и раньше, но то были относительно короткие маршруты, от которых не замирала душа. Теперь в эту фразу он вложил настоящее желание получить заступничество предков, смотрящих на него с небес.
   - Ой! Ай!
   Из темноты послышался шум осыпающихся камней и девичьи крики. Прометей обернулся в сторону Ивана.
   - Я понятия не имею, кто это?
   - Голос знакомый.
   - Анхелика? - Крикнул в темноту Иван.
   - Да, это я. - Раздался голос.
   - Ты какого рожна сюда притащилась? - Крикнул Иван и направился в ее сторону.
   - Твою мать! - Ругнулся Прометей.
   Анхелика выступила из темноты.
   - Я, я ..., вы куда собрались?
   - Ты следила за мной? - Напустился на нее Иван.
   - Да! Я заметила, что тоже стал меня сторониться. От меня все отвернулись, и ты тоже! - Почти прокричала девушка со слезами в голосе.
   - Да ты сама виновата в том, что с тобой произошло! А сюда-то ты зачем пришла? Иди отсюда и забудь, что нас видела. - Грозно произнес Прометей из-за плеча Ивана.
   - Нет! Я никуда не уйду. Меня в поселке обходят стороной и косятся, я не могу этого терпеть. Возьмите меня с собой. - Анхелика схватила Ивана за руку, но тот ее отдернул.
   - Ты сдурела? Это опасное путешествие, мы за год не обернемся, и не факт, что вернемся вообще. Ты не выдержишь, и мы на тебя не рассчитывали. Ни еды, ни одежды. Ты знаешь, что такое зима на материке?
   - Знаю, ты рассказывал. - Всхлипнула девушка.
   - Всё, разворачивайся и марш домой!
   Прометей вышел из-за Ивана, развернул Анхелику за плечо и толкнул от себя. Девушка оступилась и упала. Захныкала, взялась за ушибленную ногу.
   - Иван, вы либо берите меня с собой, либо никуда не поплывете. Я расскажу о вас капразу Борису. Не хочу этого делать, но вы меня сами вынуждаете.
   - Вот же ты выбрал себе заразу. - Прошептал Прометей. - Мы отойдем с Иваном в сторонку, обсудим.
   Они отошли.
   - Спасибо. Иван, за подляну.
   - Я был не в курсе, что она за мной следит? Давай отчалим, а она пусть бежит, жалуется.
   - Нет, так не выйдет, у них катамараны быстрые, она нас через пару часов перехватят. Что если взять твою Анхелику, да бросить ее на Вайгаче. Пусть, как хочет добирается.
   - Нет, ты что. Она умрет там, а мы с тобой вернемся и с нас спросят. Нет, я не хочу такого для нее и для себя. Она своенравная, но умная.
   - Короче, она тебе еще нравится?
   - Да, она хорошая.
   - Брать женщину в море дурная примета, это я в подлодке, в одной книге прочитал.
   - Да не, не стоит верить в приметы.
   - Ты же готов взять ее? - Насмешливо спросил Прометей.
   - Не совсем, но ей и правда тяжело сейчас. На нее все пальцем тычут, будто она своими руками капдва убила.
   - Вот же испортили старт, так испортили. Как все хорошо начиналось. Впору, хоть отказывайся от затеи. - Прометей вздохнул. - Как она будет ходить в туалет? Как мы будем при ней? Не к бережку же приставать?
   - Придумаем что-нибудь.
   - Короче, влюбленный, я беру ее на одном условии, что она будет беспрекословно мне подчиняться. Если она попробует показывать свой характер, то вы оба сойдете на берег и потопает домой пешком, а я продолжу путь один. Идет?
   - Идет. - Неуверенно выдохнул Иван.
   Плот отчалил от берега. Волны ударялись о низкий борт плота и разлетались брызгами. Прометей и Иван сидели на веслах, а неожиданный "сюрприз" Анхелика шмыгала носом, сидя на самом высоком месте. Берег исчез в ночи, и все пространство вокруг слилось в одно целое, бездонное и бесконечное.
  
   Глава 3
  
   Планета выла, как раненый зверь. То ли от боли, причиняемой ее телу, то ли от беспомощности помочь погибающему миру. А может быть, это и был ее замысел, уничтожить мир, но нервы не выдержали, и теперь она заливалась скорбящим воем.
   Горстка туристов, спрятавшаяся под каменным карнизом, с ужасом наблюдала за беснующейся стихией. Суета вокруг раненых закончилась, и теперь каждого человека из группы интересовала мысль, что же происходит вокруг. То, что они видели и больше всего слышали, не вписывалось ни в какие разумные теории. Осознание невозможности происходящего прямо на глазах зрелища будто нокаутировало каждого. Все смотрели на клубящуюся вокруг пыль и молчали. Разговаривать не хотелось не только из-за жуткого воя. Каждый ушел в себя, словно провалился в свои воспоминания.
   Вика первой зашевелилась, достала телефон и набрала на экране сообщение для Вадима:
   - Когда это закончится?
   Вадим взял в руки ее телефон и написал.
   - А что это вообще?
   - Ураган. - Написала Вика.
   - Слишком сильный. - Ответил Вадим. - Таких не бывает.
   - Не пугай меня. Это нам не повезло. Напишу смс маме.
   Вика настучала смску и попыталась отправить. Связи не было. Поднялась и поводила телефоном в разные стороны. Связь так и не появилась.
   - Не ловит. - Настучала сообщение для Вадима.
   - Мы далеко от вышки. - Ответил Вадим.
   Их примеру последовали и остальные члены группы. Достали телефоны и принялись переписываться друг с другом. В сумрачной, пыльной атмосфере убежища заметались прямоугольные огоньки светящихся телефонных экранов.
   Виктор, из группы москвичей набрал на телефоне сообщение и передал Зурабу:
   - Здесь часто такой случается?
   Зураб пробежал глазами и хмыкнул. От бороды поднялось облако пыли.
   - Никогда. - Ответил он кратко.
   В глазах Виктора появилось удивление. Зураб взял его телефон и написал:
   - Это началось еще в Америке. Мне рыбаки сказали.
   - Это вряд ли. У нас ветра разные. - Ответил Виктор.
   Зураб пожал плечами и не стал отвечать. Натянул на лицо "горлышко" водолазки и погрузился в себя.
   Часы показывали три часа ночи, а ветер и не думал стихать. Никто не спал, кроме раненых. Вика сделала из ваты беруши и заткнула ими уши. Результат ее устроил, и она сделала ватные шарики для ушей Вадима. С ними вой становился более сносным, но сильнее чувствовался через кожу гул горной породы.
   Уфимские парни решили устроить поздний ужин, или ранний завтрак. Расчехлили рюкзаки, достали банки и принялись есть. Их пример заразил остальных. Все, кроме Марка и Тимура, достали из рюкзаков запасы и набивали свои желудки. Вадим и Вика ели из одной банки какую-то соевую тушенку. Вадим набрал ее на распродаже, пытаясь сэкономить свой скромный бюджет. Пыль попадала на еду в ложках и скрипела на зубах.
   - Минералы! - Крикнул на ухо Вике Вадим.
   - Ага, кальций для костей! - Прокричала Вика.
   На время ужина страх и неопределенность отступили на второй план. Ужин, как и любое другое действие, отвлекли от происходящего. Тушенку запили растворимым кофе из пакетиков, разведенным холодной водой. И снова наступил период молчаливого созерцания. Вой ветра автоматически переводил мысль на депрессивный, унылый лад. Дурные мысли сами лезли в голову и заставляли развивать их, додумывать и погружать себя в еще большее уныние.
   Вика снова достала телефон.
   - Я в туалет хочу. - Написала она.
   - По-маленькому?
   - Да, слава богу.
   Вадим оглядел убежище. Все сидели плотно, и подходящего места совсем не было. Вика смотрела на него умоляюще. Надо было придумывать. Вадим взял в руки трекинговую палку и вытянул ее вперед, за границу клубящейся пыли. Поводил из стороны в сторону, ожидая удара падающих сверху камней. Затащил палку назад и прикрепил к ней маленькую "пенку" для сидения и снова выставил наружу. Подождал немного и затянул назад. Включил фонарь на телефоне, чтобы проверить повреждения. "Пенка" была цела, но засыпана песком.
   - Прикройся пенкой, возьмись за палку, я буду тебя держать, и ...
   В глазах Вики светился страх. Ей казалось, что за стеной в шаге от выхода ее ждет смерть.
   - Не бойся, ветер уносит камни дальше. Здесь только пыль и песок. - Написал Вадим.
   Вика одела на голову "пенку". Выглядела она смешно, но никто не смеялся. Обмотала лицо платком, расстегнула заранее ремень, взялась за палку и короткими приставными шагами вошла в облако пыли. Несмотря на свет, она сразу же исчезла из вида. С одной стороны это было хорошо, все происходило, как за ширмочкой, но с другой за Вику было страшно. Вадим дернул слегка за палку, Вика ответила. Меньше, чем через минуту она вернулась. На лице ее светилось довольное выражение.
   Остальные как будто только и ждали, кто первым сделает шаг из убежища. В туалет стали выходить друг за другом. Судя по тому, что никто не пострадал, перед убежищем была мертвая зона, куда ветер не мог забрасывать смертоносные снаряды из камней. Из туалета вернулся Петро, и все увидели, что его куртка блестит. Это стало поводом для немых шуток про "писать против ветра". Петро показал рукой вверх, изображая дождь. Поднес рукав ко рту и попробовал на вкус влагу. Его лицо смущенно зарделось.
   - Соленая. - Произнесли губы.
   Залпа смеха не было, его бы и не услышали, но каждый решил, что в этой шутке была большая доля правды.
   На какое-то время народ в убежище затих. Софья проверила повязки на теле Марка и Тимура. Оба потеряли много сил и крови и теперь спали, вызывая легкую зависть у остальных. Многим хотелось заснуть и проснуться тогда, когда "всё" закончится.
   Зураб водил туристов на плато уже три года. Он родился на Кавказе, в горах, с детства ходил в походы, поэтому, когда ему предложили летнюю подработку, водить группы туристов на плато Путорана, он с готовностью согласился. Всякое случалось за эти три года, и срывались вниз, и по-пьяни чудили, и "пяткой в грудь" себя били разные мажоры, но сегодняшний случай по неприятностям превзошел остальные, вместе взятые многократно. Два трупа, и два тяжело раненых. Выговором и увольнением тут не отделаешься.
   Хотелось все свалить на непогоду, катастрофическую однозначно, но в таких случаях всякий начальник над Зурабом будет спихивать с себя ответственность, перекладывая ее на плечи непосредственного участника событий. "Когда же этот вой закончится?" - Сверлила мозг постоянная мысль.
   Ему показалось, что на лицо ложится влага. Зураб встал, зажег фонарь и посветил им в сторону выхода. Луч света уперся в блестящую стену грязно-мокрой взвеси. Он протянул руку, подождал, когда она станет влажной, поднес ко рту и попробовал на язык. Вкус влаги на самом деле оказался соленым. Глупая догадка про то, что ветер поднял мочу в воздух, была откинута. Не могли они создать столько влаги. Но никакого иного объяснения на ум не приходило.
   - На улице идет соленый дождь. - Написал Зураб на телефоне и дал почитать Стасу.
   Тот прочел несколько раз и ответил:
   - Откуда он взялся?
   - Не знаю.
   Все было странно с этой непогодой, начиная с того, что о приближении ветра никто не предупредил, в то время, как раньше МЧС информировало о разных погодных пустяках. Информация шла по интернету, но негласно, что косвенно могло указывать на ее разрушительный характер, с которым правительства не имели представления как сладить. Не нужно было становиться специалистом по климату, чтобы понять, что такая сила ветра не типична для любой части планеты, ну может быть, кроме Антарктиды, где иногда ветра достигают скорости под триста километров в час. Камень, летящий со скоростью суперкара, способен проделать в человеке дыру, что и было продемонстрировано на двух убитых и двух раненых.
   Зураб вспомнил направление ветра. Он подумал о том, что соленую влагу принесло со стороны Северного ледовитого океана. Нет, ветер дул с запада. Географию местности он знал отлично и спокойно ориентировался. Темный фронт шел полосой точно с запада. Хотя, это мог быть какой-нибудь суперсмерч, и он мог показаться полосой только потому, что человек не видел всей картины из-за ее гигантских масштабов.
   Невеселые мысли ввергали в депрессию и еще более мрачные предположения. Зураб встряхнул головой и выгнал из себя негатив. Нет, он слишком хорошо фантазирует. На самом деле, все не так.
   Теперь Вадим захотел в туалет. Вика, прижавшись к его плечу, дремала, и ему не хотелось ее будить. Сон в такой обстановке значил многое. Для себя Вадим сделал вывод, что нервы у Вики железные, и если их отношения продолжатся, этот факт будет прекрасным бонусом к ее красоте и уму.
   Он заметил, как в их убежище воздух стал чище, будто осела вся пыль, хотя по звуку, ветер и не думал стихать. Вадим вытянул ногу в сторону выхода, подождал полминуты и подтянул обратно. Посветил телефоном на ботинок, он был мокрым. "Значит еще и дождь пошел" - Подумал Вадим. - "Не получилось запланированного активного отдыха. Зато с Викой познакомился"
   Из головы не лезли мысли про повторяющийся сон, про безмятежное сидение на краю скалы. Что он мог значить? Неужели кто-то сверху направлял его сюда только ради того, чтобы встретить свою судьбу. Вадим посмотрел на Вику и осторожно приложился губами к ее лбу. Вика улыбнулась. Она не спала, а только делала вид. Вадим понял, что спалился, поцеловал Вику в лоб еще раз, но более уверенно, как свою. Девушка крепче обняла руку Вадима.
   Часы показывали пять утра. Водяной взвеси в убежище становилось все больше, и теперь каждый мог убедиться в том, что вкус у воды соленый. Вода лежала на всем, в том числе и на лице. Просто облизнув губы, можно было понять ее вкус. Вадим не мог больше терпеть. Он дотронулся до плеча Вики. Девушка сразу открыла глаза.
   - Отлить надо! - Крикнул ей на ухо Вадим.
   Вика поставила глазки, будто возмутилась непосредственностью Вадима, но потом взяла в руки трекерную палку и дала понять, что готова поспособствовать проблеме. Вадим натянул на голову пенку, расстегнул ширинку, взялся одной рукой за палку и шагнул во тьму. Ему показалось, что вошел он в поток воды. Даже дыхание сорвалось из-за того, что он ее вдохнул. К реву ветра примешивался еще один звук, похожий на шум водопада. Вадим сделал еще один шаг и вытянул руку в сторону выхода. По ладони ударила тяжелая струя воды. Вадим испуганно отдернул руку, справил быстро свою нужду и вернулся назад.
   Вика сразу прочла в его глазах страх.
   - Что случилось? - Спросила она текстом на экране телефона.
   - Там вода течет сверху, потоком. - Ответил он.
   Вика не поняла его буквально.
   - Там сильный дождь?
   - Нет, там водопад, в трех шагах от выхода. Попробуй, вытяни вперед палку.
   Вика взяла в руки вторую палку и сделала шаг во тьму. Вадим страховал ее за руку. По палке будто ударили, чуть не выбив из рук. Вика взвизгнула и отскочила назад. Народ, с интересом наблюдающий за их манипуляциями, ждал результата. Вадим написал на телефоне текст и показал его Зурабу.
   - Там водопад, прямо на входе.
   Зураб прочел текст с недоверием, показал его Стасу, и решил проверить все сам. Оба инструктора скрылись из глаз, и появились меньше, чем через минуту. Зураб был в воде, как будто помылся в душе. Он стряхнул с себя влагу, потом скинул верхнюю одежду, достал из рюкзака камуфлированную куртку и надел. Народ ждал, когда он поделиться с ними известием о том, что же там происходит. Зураб не торопился этого делать. На его лбу собралась складка, и весь вид его показывал, что человек находится в глубоких раздумьях.
   К Вадиму с Викой подошел парень из команды уфимцев, Вячеслав. Он протянул Вадиму свой телефон:
   - Что там, сильный дождь?
   Вадим засомневался в том, что ему стоит ответить. Не хотелось устраивать напрасную панику в закрытом помещении.
   - Очень сильный дождь. Ливень. - Ответил он.
   - Понятно. - Беззвучно произнес Вячеслав и унес телефон показать ответ своим товарищам.
   К ним подошли остальные, чтобы полюбопытствовать. Москвичи даже вышли наружу, но тут же вернулись, потрясенные увиденным. В голове каждого человека, который сидел в убежище, строились собственные гипотезы о происходящем. От рядовых, типа урагана, до библейских, про всемирный потоп.
   Наступило утро. Это было по часам, по ощущениям, тьма так и осталась тьмой. Никакого просвета не было и в помине. За границей видимости все выло и гудело. Неожиданно, гора загрохотала, свод и пол убежища затряслись, как при землетрясении. Народ испуганно завертел головами. Грохот нарастал. Вика вцепилась в руку Вадима и со страхом ждала, во что выльется нарастающий шум. Казалось, что такой грохот не сможет пройти мимо.
   Грохот заглушил вой ветра, и вот он уже ощутимо находился напротив входа. Люди смотрели на выход и ждали, чем закончится страшное представление. Все произошло неожиданно. Волна воды с огромной силой ударила внутрь убежища. Кто успел крикнуть от страха, подавились водой. Волна потянула за собой людей и вещи на выход.
   Вадим не выпустил Вику из рук. Он рефлекторно ухватил трекинговую палку и уперся ею в пол, удерживаясь из последних сил. Вода схлынула быстро. Вика отплевывалась. Она успела наглотаться. Вадим обхватил девушку и затянул ее вглубь убежища, подальше от входа. Кто-то толкался сбоку. Фонарь, освещавший убежище, унесло водой, поэтому тьма была кромешной.
   К счастью, рюкзак Вадима и рюкзак Вики вода не смыла, но к сожалению промочила все основательно. Вадим залез в свой рюкзак, полный воды. У него был непромокаемый фонарь, и сейчас он здорово пригодился. Его луч осветил убежище. В нем, словно морские котики на лежбище, отсвечивая мокрой одеждой, копошились люди. Сразу нельзя было понять, все ли на месте?
   Вадиму не было дела до всех. Первым делом он поинтересовался самочувствием Вики. Она выглядело испуганной. То ли от страха, то ли от холода губы у нее тряслись. Вадим прижал ее к себе и попытался что-то произнести на ухо, но увидел в нем вату и понял, что его не услышат. Он попросил жестами Вику снять куртку. Вдвоем они выжали ее и Вика снова надела. Потом они выжали куртку Вадима, потяжелевшую в несколько раз. Только после этого, Вадим решил узнать, как обстоят дела у остальных.
   Итог оказался печальным. Зураб, все еще считая себя ответственным за группу, пересчитал всех, кто был в убежище. Вода унесла раненого Тимура и Римму, а так же кучу вещей. Это было страшно. Каждый примерил их ситуацию на себя. Хотя полного сознания еще не произошло, что эти люди уже мертвы, сам факт собственной беззащитности перед стихией напугал до смерти. Убежище больше не воспринималось таковым и больше напоминало ловушку, откуда смерть будет доставать свои жертвы одну за другой.
   Телефоны у большинства погибли в воде. У Зураба, Стаса, Юрия и Софьи телефоны оказались в непромокаемых корпусах. Вокруг них скучковались, чтобы хоть как-то общаться между собой.
   - Откуда взялась эта вода?
   - Похоже на сель. - Написал Зураб. - Сошел с горы и захлестнул сюда воду.
   - А вдруг еще будет?
   - Не исключено. Держитесь крепко.
   Татьяна сидела зажавшись в самом дальнем углу. Она прикрыла лицо руками и рыдала. Тело девушки сотрясалось, как от судорог. От ее компании остался только полуживой Марк. Вика толкнула Вадима и дала понять, чтобы он каким-то образом успокоил или пожалел Татьяну. Вадим стушевался. Он не был спецом в таких делах и не знал, как подойти к расстроенной девушке. К счастью, Зураб оказался быстрее и автоматически освободил Вадима от "повинности".
   Опытный инструктор помог несчастной девушке выжать сырую одежду, набросил ей на плечи какую-то накидку и подстелил ей под зад свою "пенку". Девушка перестала рыдать, но взгляд ее оставался несчастным. Понять ее можно было.
   Команда успешных менеджеров из Уфы пребывала в тяжелой задумчивости, или лучше сказать "загруженности". Смерть товарища тяготила их, а так же тяготила обязанность по возвращении домой поведать о судьбе сына родителям.
   Петро, рылся в своем рюкзаке. Он единственный из всех, не казался таким уж напуганным и расстроенным. Рытье в рюкзаке, как будто дало ему цель, и пока он этим занимался, печалиться было не о чем. Он вынул баллон с газом и маленькую портативную раскладную горелку на одну конфорку. Соединил их вместе и разжег. Оранжево-синее пламя едва освещало в метре от себя. Петро поставил жестяную банку на горелку и растянул над ней свою промокшую толстовку. Свет от горелки почти исчез, но зато по убежищу разошелся запах еды.
   Вадим вскинул руку с электронными часами к глазам и нажал кнопку подсветки, чтобы увидеть время. Было около двенадцати. С улицы, даже если представить, что там непроглядный ураган и ливень, не пробивалось и капли света. Вадим даже представил себе, будто их убежище попало под воду, и в нем остался воздушный пузырь. Потом он вспомнил, что убежище было расположено так, что не смогло бы удержать воздух. Предположение успокоило его, но приемлемый ответ на причину абсолютной тьмы он все равно не нашел.
   Вика захотела есть. Она забралась в свой рюкзак и вынула оттуда пачку печений в пластиковой обертке. Девушка нащупала руками рот Вадима, сжала ему немного губы, нечаянно сбив с толку. Вадим подумал, что к нему лезут целоваться, но вместо губ Вики почувствовал во рту что-то сухое с кондитерским ароматом. Он открыл шире рот и откусил печенье. Они съели всю пачку, как два влюбленных голубка, прижавшись друг к другу.
   Вадим вспомнил, что они с Викой даже не объяснились, чтобы определиться с тем, что они питают друг к другу. Все произошло само собой, не требуя слов. Обстоятельства сделали это за них. Вадим попробовал на вкус сочетание: "Вика - моя девушка", оно понравилось ему и показалось естественным. Поддавшись чувствам, он стиснул "свою девушку" посильнее. Вика чмокнула его в ухо, промахнулась в темноте. Промах рассмешил обоих, они беззвучно затряслись, и это рассмешило их еще сильнее.
   Всем остальным в убежище было не до смеха. Татьяна готова была прыгнуть в бездну за подругой. Зураб и Стас тяготились ответственностью за группу. Менеджеры скорбели по товарищу. Москвичи, в принципе, не готовы были к такому повороту дел, их ждали миллионные контракты. Петро и Михаил еще держались, но только с виду. Деньги были уже взяты и частично освоены, но проекту теперь точно конец, их страшил долг, взятый не в банке, а у криминальных товарищей Михаила. Процент там был меньше, но приставов за возвратом долга они посылать не станут.
   Зураб снова взял трекинговую палку, и они вместе со Стасом попытались еще раз прощупать обстановку снаружи. Стас светил фонарем телефона в спину товарищу. Зураб словно растворился в тумане. Вот он стоял и вот исчез в темной водяной взвеси, как призрак. На расстоянии вытянутой руки от источника света, он уже был не виден. Через несколько секунд он вернулся. Едва различимое в сумраке лицо не выражало ничего хорошего. Значит, там ничего не поменялось, в лучшую сторону, точно.
   Зураб взял пробу воды, бегущей вниз по горе. Она все так же была соленой, и его, человека немного знакомого с географией и элементарными законами природы, это обстоятельство загоняло в тупик. Он точно знал, что в этих местах соленой воды нет, и до самой близкой границы, до Карского моря больше полутысячи километров. Теоретически он мог представить, что некий смерч, образовавшийся где-то в океане, набрал соленой воды и теперь обрушивает ее на плато. Сила урагана на самом деле походила на огромный смерч, но и ему пора бы уже было иссякнуть.
   Никакого выхода, кроме того, как ждать, чем все закончиться у людей, спрятавшихся в небольшой выемке в теле горы, не было. И заняться в ожидании окончания урагана, они могли только тем, что прокручивали в голове разные мысли. Что было, что есть и что будет.
   Вадим даже заснул. Организм успел привыкнуть к вою и отключил его из раздражителей. Ему приснилась деревня, дом, мать, отчим, сводные брат и сестра. Мать разводила руками, будто извинялась за то, что так произошло, что-то говорила, но голос ее был не слышен. Потом они все помахали Вадиму руками, обратились в белых гусей, разбежались по сельской пыльной дороге и взлетели. Он проводил их взглядом, а в душе появилось чувство, что улетели они навсегда.
   Вадим проснулся. Сон оставил в душе тягостное ощущение и пустоту. Снаружи так ничего и не поменялось. Ветер выл тысячами турбин, разгоняя Землю до световой скорости. У кого-то горел фонарь, прятавшийся за темными силуэтами. Вадим проверил время. Только три часа дня. Ему показалось, что он проспал сутки, и наступил новый день. Он ждал, а ожидание всегда растягивало время. Нужно было как-то найти в себе силы принять обстоятельства и придумать занятие, чтобы не впасть в уныние.
   "Это должно когда-нибудь закончиться" - Убеждал себя Вадим. - "Не зря же мне встретилась такая прекрасная девушка. За что судьбе дразнить меня?"
   Вика тоже спала или делала вид. Вадим провел рукой по мокрой ткани куртки девушки. Она вздрогнула, но не проснулась. Вадим решил, что ей снится сон, и может быть, такой же странный, как и ему. Вой ветра, наверняка действовал на подсознание не лучшим образом.
   Зураб встал с места с включенным телефоном. Он подносил экран к глазам людей, чтобы те прочли какое-то сообщение. Вадима показалось, что он дает прочесть какие-то известия из внешнего мира. Надежда сразу окрылила его, и вой снаружи поутих, и последствия странного сна растаяли в ожидании. Что ни говори, а определенность всегда придает сил.
   Зураб подошел к ним в последнюю очередь. Вадим взял в руки телефон и впился глазами в текст. Это было разочарование. Зураб просил проверить запасы и дать знать ему, что осталось пригодного. Инструктор поступил правильно, предусмотрев возможность долгой изоляции, но убитая надежда вновь испортила настроение.
   Вику пришлось разбудить. Вадим попросил ее вынуть вату из уха и прокричал ей просьбу Зураба. Они принялись копошиться в своих вещах, как и все остальные члены группы. Нечем было заняться только Татьяне. Ее рюкзак унесло водой. Зураб отдал ей рюкзак подруги Риммы. Едва сдерживая слезы, она вынимала из него вещи погибшей подруги.
   В рюкзаке Вадима безвозвратно погибли все продукты в бумажной упаковке. Их было немного. Три пакета с картофельным пюре, один пакет с макаронами, порвался полиэтиленовый пакет с сахаром. Растворился в соленой каше из воды и картофельного пюре. Все вещи были в осклизлой грязи. Вадим решился на отчаянный поступок. Объясниться было тяжело, но Вика поняла его намерения. Вадим взял сменные джинсы из рюкзака в одну руку, в другую трекинговую палку, за которую его держала Вика, и сделал шаг наружу.
   Звук сразу поменялся. Вой затих, его забил гул падающей воды. Страшно было представить, какой силищей владела стихия. Вадим осторожно вытянул руку вперед. Ничего. Сделал еще один короткий шаг и чуть не выронил штаны. Вода ударила по руке словно молот. Тяжелый поток воды отбил грязь со штанов не хуже центрифуги. Вадим вернулся, и взял майку и свитер, превратившиеся в липкую грязную массу. Он был готов к тому, что поток ударит его по руке, и действовал смелее.
   Вадим вернулся назад в убежище. Теперь им с Викой предстояло выжать воду из промытых вещей. Высушить их во влажной атмосфере из клубящейся водяной пыли было нельзя, но так они хотя бы не весили в пять раз больше своего веса. Вика взялась за один конец свитера, Вадим за другой, во рту он держал фонарь, чтобы освещать процесс. Вода потекла темными ручьями. Вадим увидел, как вместе с водой, из одежды вниз упал какой-то предмет. Вика тоже заметила, она нагнулась и подняла его с пола. Вадим посветил ей фонарем, чтобы лучше разглядеть.
   Вика долго вертела его, не понимая на что это похоже. Вадим решил, что кроме камней сверху ничего не может попасть, но предмет совсем на него не походил. Он был похож на кусок корня, но по виду, слишком мягок и податлив для дерева. Вадим увидел, как в глазах Вики неожиданно появился ужас, она дико взвизгнула, перекрыв вой ветра и отбросила от себя предмет. Девушка замерла в ступоре, вытаращив испуганные глаза.
   - Вика! Вика! - Вадим забыл про свитер, обнял ее крепко и попытался поцеловать в щеку.
   Вика отстранилась рывком.
   - Там..., это же..., я подумала..., это рука. - Беззвучно произнесли ее губы. - Человеческая рука. Кисть.
   Вадим подумал, что у Вики произошел импульсный выход негативный энергии. Предмет, который она отбросила, нечаянно напомнил ей человеческую руку, а собравшаяся в короткий удар психическая энергия нашла себе образ, который позволил бы быстро от нее избавиться.
   - Тебе показалось, Вик, успокойся. Я сейчас найду и покажу тебе, что это совсем не то.
   Вадим посветил фонарем. Народ уже поднялся и тоже смотрел себе под ноги. Вячеслав, парень из Уфы, нагнулся и взял в руки вещь, выброшенную Викой. Несколько фонарей уперлись в него светом. Подошел Зураб и Софья. Москвичка плеснула на грязную вещь водой из бутылки. И тут, ко всеобщему ужасу, стало видно, что Вячеслав держит за палец, сильно поврежденную человеческую кисть. На месте запястья висели ошметки вымоченной кожи и мышц. В центре ладони зияла рваная дыра, а некоторые пальцы блестели белыми костьми.
   Тут не выдержали нервы и у Вячеслава. Он рявкнул и с жутким отвращением отбросил кисть от себя. Минуту, или две, никто не двигался. Страшная находка напугала, до паралича сознания. Вадим отошел первым. Нашел на полу кисть и выбросил ее наружу. Теперь надо было успокоить Вику. В ее глазах еще светился ужас и отстраненность. Вадим прижал ее голову к своей груди и провел рукой по волосам, по-отечески, словно успокаивал свою дочь. Девушка не сопротивлялась. Под одеждой чувствовались легкие вздрагивания тела, но Вадим глушил их рукой.
   В голове каждого, кто был в убежище, крутилась одна мысль, пытающаяся увязать страшную находку с тем, что происходит снаружи. Петр и Михаил решили, что вода и ветер размыли могилу и смыли вниз разлагающуюся плоть. Ответ на вопрос, откуда на плато могила их не волновал.
   Москвичи, в особенности Софья, не спешили приходить к окончательным выводам. Она написала на экране телефона свои мысли:
   - Плоть не сгнила, суставы гибкие, вымоченная в воде, но по состоянию не больше нескольких суток с момента отделения.
   - Каким ветром занесло ее сюда? - Попытался пошутить Юрий.
   - А что если это кто-то из туристов, которые оказались на плато? - Вставила свое мнение Вероника.
   - Их что, ветром на куски ревет? - Дописал вопрос Виктор.
   - Они могли попасть в сель, где их разорвало камнями. - Высказалась Софья.
   - Какой ужас. Когда же закончится этот ветер? - Вероника оставила свой комментарий и отошла от группы. Их предположения пугали ее и настраивали на пессимистический лад. Ей захотелось остаться наедине с собой, со своими мыслями.
   Парни из Уфы, имели на сей счет свои предположения. Они решили, что кисть принадлежит их товарищу, Тимуру.
   - Зря этот чувак выбросил ее. Если не найдут тело, можно было бы похоронить хотя бы ее. - Поделился записью Максим.
   - Не знаю, у меня от нее до сих пор мурашки по коже. - Ответил Вячеслав.
   Татьяна верила, что это кисть ее подруги Риммы. Со своей подругой она прошла многие места "боевой" славы, не раз была вызволена из сложных обстоятельств с ее помощью, и многим была обязана, в том числе и работе в ночном клубе Марка. Голос совести шептал ей слова упрека в том, что она не сберегла подругу. Татьяна не думала о том, что за стихия разыгралась снаружи. Если бы ей сказали, что подобные ураганы случаются здесь время от времени, она бы поверила.
   Зураб и Стас вели свою переписку. Зурабу, как человеку, имеющему за плечами высшее педагогическое образование и широкий кругозор, было очевидно, что снаружи творится что-то не имеющее аналогов в истории человечества, по крайней мере, с библейских времен.
   - Это ураган по силе сравним со скоростью вращения воронки смерча, только он движется фронтально, либо это смерч, размером с полушарие планеты. - Написал Зураб строчку для Стаса. - Но такое невозможно.
   - Ты хочешь сказать, что он идет по всей стране? - Отписался Стас.
   - Не знаю, может быть, он идет только в северных широтах. Как в фильме "Послезавтра", помнишь?
   - Там фантастика, брехня одна.
   - Вчера, сегодняшний день тоже был фантастикой. Ураган, куча трупов и еще нам помахали ладошкой, на прощание.
   - Твою мать, не шути так. Мы и так как в могиле тут сидим.
   - Нет, Стас, могила снаружи. Нам несказанно повезло, что мы успели добежать.
   - Чья же это была ладошка?
   - Ветром принесло. Вместе с соленой водой.
   - Не перегибай.
   - Посмотрим.
   На самом деле, любая теория в их обстоятельствах, оставалась теорией. Можно было только предполагать, основываясь на ограниченном количестве фактов.
   Вадим был занят тем, что пытался, как в немом кино успокоить Вику, молчком наминал ее бочок, гладил по волосам. Поцеловать ее в таком состоянии он не решался, боялся неадекватной реакции. В конце концов, Вика успокоилась, развернулась к Вадиму лицом и коротко поцеловала его. Она жестами показала, что готова снова заняться делом. Вещи Вадима, как будто бы постиранные ранее, валялись на полу, затоптанные по неосторожности. Пришлось все начинать заново. Их активность подбодрила и остальных. Народ бросил предаваться страхам и унынию и принялся с новой энергией разбирать рюкзаки.
  
  
   Глава 4
  
   Прометей и Иван не переставали грести три часа, пока утренний бриз не зашелестел в самодельном парусе. Пропитанная жиром ткань расправилась и потянула кораблик в сторону острова Вайгач. Полярная звезда все время смотрела в макушку, чтобы не потерять направление в ночи. Чем дальше плот отдалялся от острова, тем больше в душе становилось безмятежности. Можно было подумать, что беспокойства и неприятности случаются только по причине живущих вокруг людей.
   Иван сделал глоток воды и передал деревянную бутыль Прометею. Он представил, что снова случилась катастрофа, подобная той, давнишней и выжил только он. В отсутствии других людей не было бы и понятия о морали, о принципах, об ответственности и прочих вещах, ценимых в обществе. Устав от контроля, можно было бы и пожелать себе такой жизни, но с другой стороны, полное одиночество быстро наскучит. Иван посмотрел на спящую Анхелику. Вот уж у кого совесть спит. Родители там, наверное, с ума сходят. Ничего, не долго будут сходить. Как только его отец с матерью прочитают записку о том, что он ушел в далекое путешествие вместе с Прометеем, всем станет ясно, что и Анхелика ушла с ними.
   - Иди, поспи. - Предложил Прометей. - Ветер нормальный, я пока порулю.
   Иван не стал отказываться. Забрался на трюм, прижался к Анхелике и накрылся оленьей шкурой. Ветер приятно трепал волосы, плот убаюкивающие покачивался на волнах, а вода мерным стуком разбивалась о борт. Анхелика была теплой и уютной. Иван не заметил, как погрузился сон.
   Проснулся же он от того, что солнце припекало лицо и лезло в глаза через закрытые веки. А еще его разбудил голос Анхелики, требующей создать ей условия для того, чтобы ходить в туалет. Иван поднял голову.
   - Анхелика, ты знаешь что, делали во времена пиратов с матросами, поднимающими бунт на корабле?
   - А кто это, пираты?
   - Не важно. Короче, их бросали на необитаемом острове. Ты здесь случайно, поэтому будь любезна приспосабливаться к условиям молча.
   Иван бросил взгляд на Прометея, тот одобрительно кивнул.
   - Я не могу при вас, я стесняюсь. - В голосе Анхелики появились нотки плача.
   - О чем ты думала раньше? Терпеть собиралась всю дорогу?
   - Я не думала об этом. Я не представляла себе, как все устроено.
   - Если хочешь, мы можем оставить тебя на Вайгаче в том месте, куда пристают охотники. Раз в неделю они там точно бывают. - Предложил Прометей, надеясь, что подруга Ивана вдоволь набралась морской романтики.
   - Нет! Ни за что! Теперь меня вообще за нормальную держать не будут. В поселок не вернусь! Отвернитесь!
   Иван слез с трюма и сел на носу с Прометем. С кормы зажурчало. Иван закатил глаза под лоб.
   - Что будет дальше? - Произнес он.
   - Привыкнет. Может это и к лучшему, что она нами идет. Судьба иногда делает нам непонятные жесты, а смысл их становится понятен только спустя время.
   - Хотелось бы, а то мне неудобно перед тобой.
   - Ты не при чем. Давай, бери весло, погребем немного. До вечера хочу до заимки успеть.
   Плот, под усилием двух гребцов, поднял перед собой волну. Анхелика с любопытством ходила по плоту, рассматривая его устройство. Заглянула в трюм, проверила, что в нем находиться. Достала острогу, проверила пальцем заточку.
   - А это что за штука? - Спросила она.
   - Острога, рыбу бить. - Пояснил Иван. - Положи назад и спрашивай разрешение, прежде, чем взять.
   - У, злой. А я хотела у вас как раз по хозяйственной части работать. Готовить, например, и рыбу могла бы ловить, пока вы тут машете.
   - В воду еще свалишься, тебя саму придется ловить. - Огрызнулся Иван.
   Его уже достала непосредственность Анхелики.
   - Да нет, постой, Иван, пусть готовит. И рыбу ловить научим, только страховку привяжем, чтоб не утянула ее вместе с острогой.
   - Во, Прометей здесь главный, я буду его слушаться. - Весело ответила Анхелика.
   Иван представил, как они еще хлебнут горя с его подругой. Ее непосредственность, так забавлявшая раньше Ивана, вдруг показалась ему обычной невоспитанностью, которая будет мешать их мероприятию, требующему дисциплины. Девушка прохаживалась вдоль борта с острогой и высматривала в воде рыбу.
   - Утянет за борт и черт с ней. - Шепотом произнес Иван.
   Он мучился угрызениями совести перед Прометеем.
   - Нет, не надо. - Шепотом ответил Прометей, а потом повысил голос. - Анхелика, брось дурью маяться, нарежь нам лучше вяленой оленины. Уже завтрак по времени.
   - Хорошо.
   Строптивая "молодуха" послушалась Прометея, положила острогу на место, достала с крючка кусок оленины, нашла нож и принялась строгать тонкие куски.
   - У меня мамка, чтобы мясо не было таким жестким, заворачивает его в вяленые водоросли, и потом мы так и едим их. Вкусно и зубы не сломаешь. - Сообщила девушка.
   - Это хорошо, мы еще попадем в места, где полно водорослей, покажешь нам, мамкин рецепт.
   - Ага. - Анхелика высунула язык от напряжения.
   Вдруг, рука у нее сорвалась и она чиркнула ножом по указательному пальцу правой руки.
   - Ай! Порезалась!
   Девушка бросила нож и зажала палец. Сквозь них быстро проступила кровь. Иван бросил весло и подбежал к Анхелике.
   - Покажи! Сильно? - Взволнованно спросил он.
   - Сильно. - Сквозь слезы ответила подруга.
   Прометей тоже положил весло на борт, забрался в трюм и вынул "аптечку". В ней у него хранились различные присыпки и высушенный мох. Мох отлично останавливал кровь.
   - А ну-ка, покажи рану. - По-деловому предложил Прометей.
   Анхелика выставила порезанный палец. С него капала темная кровь. Прометей ловко приложил мох, обернул кусочком ткани и завязал ее узелком.
   - До свадьбы заживет. - Произнес он.
   - Это как? - Не поняла Анхелика, не знакомая с допотопными выражениями. Она уставилась на Ивана, будто он должен был ей что-то объяснить.
   - Это значит, что скоро заживет. - Пояснил Иван. - Книжек надо больше читать.
   Анхелика скривила губы, причем нижняя губа мелко затряслась, из глаз потекли слезы.
   - Я, я тут, как дура у вас, вы..., такие умные, умелые, а я даже мяса нарезать не могуууу! - Анхелика разревелась в голос.
   Прометей пожал плечами и отошел в сторону, давая возможность Ивану разобраться в ситуации.
   - Анхелика, ну что ты так расстроилась? Я знаешь сколько раз пальцы себе резал, пока оленину строгать научился. Вон, шрамов сколько. - Иван показал ей руку, потом приобнял девушку и поцеловал ее в макушку.
   - Я думала, что с вами у меня все хорошо станет, а вы надо мной смеетесь.
   - Никто не смеется, с чего ты взяла? Просто мы совсем не рассчитывали на тебя, а ты вот так неожиданно изменила нам планы. Мы с Прометеем посовещались и нашли тебе занятие.
   - Какое?
   - Будешь кашеварить.
   - Этим. - Сквозь слезы протянула Анхелика и выставила замотанный палец.
   - К вечеру все заживет. - Пообещал Прометей.
   Кое-как Анхелика успокоилась. Команда села завтракать. Высохшая на ветру соленая оленина плохо жевалась, поэтому завтрак длился довольно долго.
   - Знаешь, что хорошо с тобой. Анхелика? - Спросил Прометей.
   Девушка посмотрела на него подозрительно, ожидая колкости.
   - У тебя нет морской болезни. У многих, знаешь ли, первое время на воде она случается.
   - А, я слышала, что от воды тошнит. - Анхелика обрадовалась неожиданному комплименту.
   - Не то слово, тошнит. Люди становятся зелеными, как лягушки, и блюют под себя. Это тяжелый недуг и очень хорошо, что у тебя его нет.
   - Спасибо. - Поблагодарила Анхелика, сама не зная за что. Ей понравилось, что Прометей попытался поднять ей настроение.
   Пока Иван и его подруга доедали вяленое мяса, Прометей забрался в трюм и вынул оттуда горелку, представляющую из себя металлический цилиндр, зажатый с одной стороны. Из того места, где он был сплющен торчал кусок обгорелой ткани.
   - А теперь чайком побалуемся.
   Прометей вывинтил болтик из стенки сосуда и залил в него через трубочку жидкости. Анхелика потянула носом.
   - Я поняла, это та самая вонючая жидкость, про которую ты рассказывал? - Радостно догадалась она.
   Прометей кинул взгляд на Ивана, Иван стушевался, и тут Анхелика вспомнила, что Иван просил ее не проболтаться про эту тайну.
   - Ой, прости, Иван. - Анхелика снова скривила рот. - Я забыла.
   - Ничего. - Мягко ответил Прометей. - Теперь я не делаю из этого тайны.
   Он закрепил горелку в специальном отверстии, в полу. Прикрепил над ним решетку из тонких металлических прутьев и поставил на нее металлический ковш с крышкой, заполненный пресной водой.
   - Коптит меньше чем жир и дает больше тепла. Воняет только сильно. - Пояснил Иван.
   - И горит на материке в тумане. - Добавил Прометей.
   Вода закипела. Прометей снял ее с огня и закинул под крышку сушеных листьев и ягод. Над плотом повис ароматный запах. Анхелика глубоко втянула его.
   - Уххх, если это еще так же вкусно, как и пахнет.
   - Ну, насчет вкуса не могу сказать, кисленько, жажду хорошо утоляет, сил придает. Для гребцов хорошо, а вот перед сном такой чай пить не стоит. Глаз не сомкнешь. - Прометей сделал маленький глоток. - Пойдет, можно разливать.
   Иван разлил чай в деревянные кружки. Анхелика вдыхала запах чая и закатывала глаза.
   - А где вы берете эти травы? - Спросила она.
   - Везде. На своей шкуре, так сказать, проверяем эффект. Иван не даст соврать, мы и травились, и понос у нас был целые сутки, и рвота. Однажды попробовали какой-то травки с материка и смеялись несколько часов, а потом нас такая немочь свалилась, что двое суток пластом лежали. Но чаще всего, трава безобидная. У меня дома атлас есть, в который я складываю сушеные травы и записываю их пользу, или наоборот, вред.
   - Гельбарий. - Добавил Иван.
   - Гербарий. - Поправил Прометей. - Я в подлодке литературу по этой теме читал. Кстати, на острове Шпицберген есть хранилище семян. Наши предки вывезли оттуда все, что посчитали возможным культивировать, только они не знали, что за сто лет климат так кардинально поменяется. Думаю, после того, как мы вернемся из этого путешествия, отправиться туда, за другими семенами.
  
Оценка: 6.53*15  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"