Маленький Диванный Тигр: другие произведения.

Садовое товарищество "Металлург"

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
  • Аннотация:
    Начал новый проект "Садовое товарищество "Металлург". Фэнтези, попаданство неведомо куда дачным посёлком почти в полном составе. Мат, насилие, алкоголь, наркотики. Условия подписки прежние - 150р. Выложил ВКонтакте и на СИ 5-ю главу 3-й части 25.03.2019 года. Напоминаю - полная версия произведения доступна только подписчикам.05.03.2019 года отправил подписчикам ЭПИЛОГ, итого 546 кб., если верить яндекс-почте.Книга закончена, буду работать над чистовым вариантом.

   Панфилов Василий Сергеевич
  
  
  
   Садовое товарищество 'Металлург'
  
   Часть первая
  
   О дивный новый мир...
  
  
  
   Первая глава
  
  
  
  С Пашкой Петриашвили дружим с детского сада. Как встретились наши мамы на детской площадке, да зацепились языками, так и пошло. Живём по соседству, даже дачные участки рядышком. Не стык в стык - на соседней линии, но совсем рядом, и сотни метров не будет.
  Пашка вспыльчивый, грузинская кровь сказывается, даром что грузин всего на четверть. Хотя какой он грузин?! Как начнёт вспоминать бабушек, уворованных да просватанных лихими предками... то черкешенка, то осетинка. Одна фамилия осталась из грузинского, да вспыльчивость дурная, со всего Кавказа собранная!
  Вспыльчивость нередко заводила его в такие неприятности, что вытаскивать приходилось при участии родни и всех знакомых. Чаще всего, как лучшему другу, вытаскивать приходится мне. Ох, сколько я заработал неприятностей из-за Пашкиного языка... Правда, и пользы от его авантюр немало, да и гопота на районе опасается трогать не только грузина с его привычкой хвататься чуть что за арматуру, но и меня.
  Я не трус, но драться не люблю и всегда просчитываю последствия. У одного родители блатные слишком, у другого родня из азербайджанской диаспоры. Пацаны меня с детства знают, так что трусом не считают, были случаи убедиться. Но и в расчёт особо не принимают, могут и отодвинуть в сторону. Это если я один, а вот с Пашкой дело иное...
  - Ты мой голос разума, - всегда говорил он, - а я у тебя моторчик. Не будь меня, ты ж с дивана бы не встал!
  - Неправда твоя, - вяло отбрехивался я, - с дивана встал бы. В школу ходить нужно, в художку. Да и не моторчик ты, а шило! То самое, которое в жопе!
  - Без меня ты по одному маршруту месяцами ходить можешь!
  - Зато у тебя даже поход в школу квестом становится! То котёнок на дереве, то старушку через дорогу, то пойдём срежем через дворы, так мы ещё не ходили!
  - Но ведь интересно же!
  А теперь вот получается, что пути-дорожки наши расходятся. Пашка намеревается стать программистом а я...
  - Может всё-таки на дизайн компьютерный, Саш? - Не отставал друг, - художка твоя только на пользу будет, только что на компе, а не в реале!
  - Не. Ин. Те. Рес. Но! - Привычно отбрёхиваясь я, - не тянет! Понимаешь, не тянет! Это у тебя с компами дружба, я так - пользователь. Понимать понимаю и на этом всё.
  - Саш...
  - Харе нудить! Кем я стану при нелюбимой профессии? Середнячком в лучшем случае! Буду зарабатывать пару-тройку тысяч уёв, и то не сразу. А как художник-прикладник я уже, понимаешь? Уже штуку в месяц легко делаю! Это со школой, музыкой, Веркой... твоими приключениями, наконец. И главное - работа в кайф, а не от звонка до звонка на каторге. Да на себя, а не на дядю!
  Пашка только вздохнул и замолчал - временно, знаю его прекрасно. Проблема не только в дружбе, но и в своеобразной психологической привязке, что ли. Из большинства неприятностей его вытаскивал я. Не силой, куда уж мне... языкатый, да и соображалка работает, в моменты опасности почему-то на ускоренный режим переходит. Нет бы так уроки учить...
  Дружба, это конечно здорово... вот только документы у меня уже в Колледж дизайна и декоративного искусства МГХПА имени С. Г. Строганова. ЕГЭ когда ещё будет, а туда меня уже по сути взяли. Лауреат и всё такое...
  Ничего особо серьёзного, но парочку юниорских конкурсов масштаба региона мои работы выигрывали, так что есть чем гордиться.
  Художник-прикладник, да по сути уже состоявшийся в неполные семнадцать, это круто. Заработки, определённое признание... здорово, честное слово.
  Спасибо Санычу, руководителю нашей художественной студии.
  По окончанию художественной школы-семилетки долго не думал, пришёл к нему и не пожалел. Саныч неслабо так зарабатывает на учениках, поделки наши продаёт через интернет, но и учит на совесть, инструментами снабжает, материалом. А чуть погодя и процент от заработанного получать начинаем.
  
  Дачи встретили шумом мотоблоков, детским гомоном и дымом кострищ.
  - Опять Сакуровы мусор жгут, полудурки! - Ругалась баб Нюра, - сколько раз говорила им, но хоть кол на голове теши, хоть в глаза ссы! Удобно им, и всё! А другим как, их не волнует... с моей астмой...
  Кивая, поспешил проскочить участок - баб Нюра, она такая. Сперва языком долго по ушам будет ездить, потом как-то незаметно припашет. Даром что не работала никогда в жизни и трёх мужей схоронить успела - язык подвешен будь здоров!
  Астма у неё... да может и есть, кто её знает! Только вот пить-гулять-веселиться декларируемые болячки не мешают совершенно, несмотря на возраст под девяносто.
  - Ага... ага... да, пап, - говорил тем временем Пашка по телефону, - хорошо. Саш! Отец сказал, позже подъедут, что-то там с ЖЭКом возникло срочное - канализацию прорвало, что ли. Они позже подъедут... да, твои тоже, вместе поедут.
  - Давай тогда не будем ждать, - предлагаю я, - земля вскопана, картошка завезена и обработана. Сперва у тебя?
  - Давай. Блин, как же надоело это садо-мазо! Майские праздники, да погода какая, а мы на картошке... Купить ведь дешевле, так нет!
  - И ладно бы огурцы-помидоры, - поддержал я, вытаскивая картошку из сарайчика, - зелень какую, ягоды.
  - С бабками не поспоришь, - вздохнул Пашка, - что моя, что твоя... старорежимные, блин.
  Ворча, принялись за посадку. Собственно, картошки не так много - сотка у нас, да чуть меньше у Петриашвили. Просто раздражает занятие, которое считаешь заведомо глупым.
  Посадку картошки считали глупой не только мы, но как бы то ни было, дачи не пустовали. Почти на каждом участке копошится народ, да редко поодиночке. Не у нас одних такие бабки, у соседей те же проблемы. Проще съездить несколько раз в году, обеспечив продовольственную безопасность семьи, чем ругаться.
  Старики, детвора, взрослые... а вот наших ровесников мало. Пока шли, не заметил никого старше шестнадцати и моложе тридцати. Ну и хрен с ними, тут работы на пару часов от силы!
  - Паш, может поднажмём?
  - На хера?
  - Наши подъедут, тогда смотаемся с дач. Покажем обидку и уйдём вроде как на психе.
  - Дельно! А то батя и припахать может, мусор разбирать или ещё что, да и у тебя матушка деятельная.
  - Излишне, я бы сказал! Всегда работу себе и окружающим найдёт, а не найдёт, так придумает!
  Ускорившись, быстро довели работу до середины, когда на небе аномально быстро начали появляться тучи.
  - Паш, пошли-ка в дом, - озабоченно гляжу на небо.
  - Чё так? Дождя пока нет.
  - Чё-чё... прикинь, с какой скоростью ветер на высоте дуть должен, чтобы тучи так собрались? Ураганище наверху, стопудово! Шас как порыв ветра кинет что-нибудь на наши головы... Ну его на, Паш!
  Спрятались вовремя, меньше через минуту по закрытым окнам хлестанул такой порыв ветра, что одно из стёкол вылетело. Осколки разлетелись по полу, в комнату ворвался сырой воздух, пахнущий землёй и озоном.
  - Ебать! - Сдавленно прошипел Пашка, прячась ко мне за диван, - я такой еботы и не помню!
  - Да и я! - Отвечаю, перекрикивая порывы ветра. А тот совсем разбушевался, стёкла в доме повылетали напрочь, да и крыша начала отчётливо потрескивать.
  - В погреб! - Ору Пашке и мы на четвереньках перебежали к подполу. Погребок у нас низкий, не разогнуться толком. Особой надобности нет, но... маман в своё время настояла, приспичило. Ныне там хранится всякая мелочёвка, что на зиму не увозим с собой - кастрюли старые и тому подобные ценности.
  - А завалит? - Опасливо поинтересовался Пашка, поглядывая на крышку подпола над нашими головами.
  - Пусть! - Показываю на лопату, - ещё не выносили с зимы. Кладка в полкирпича, да земли чуть больше метра вбок, откопаемся за десять минут. Ну, пусть за полчаса, если мусора рядом навалит. По крайней мере, не задохнёмся.
  Почти тут же над головами загудело.
  - Накаркал, - выдохнули мы с Пашкой, переглянувшись и заржали нервно.
  Минут через тридцать ветер утих. Для верности просидели ещё минут десять и попробовали открыть крышку подпола. С трудом, но удалось сдвинуть наваленный мусор.
  - Ебать... - только и смог сказать я, выкарабкавшись из подпола.
  - Чё там! - Пашка, куда более габаритный, протиснуться в щель не мог.
  - Да завалило на хрен! Пиздец дому! Сейчас мусор уберу с крышки, да пойдём народ из-под развалин вытаскивать. Вангую, мы ещё легко отделались!
  - Вот это жопа, - тихонечко сказал Пашка, выбравшись наконец из подпола. Ситуацию сложно охарактеризовать иначе. Ни одного целого строения поблизости! Если какие дома и стоят (не все строили в один кирпич, как мы, кое-кто и капитальные дома ставил), то сорванные крыши и выбитые окна везде, повсеместно. Поломанные деревья на этом фоне - мелочь.
  - Даже ландшафт как будто изменился, - бормочет друг.
  - Ну это кажется так. Ладно, спину залепи мне - ободрал, пока лез, да пошли разбирать.
  Далеко не ушли, почти сразу услышали стоны баб Нюры и начали разбирать завал. Старушенция материлась боцману на зависть, но вылезла из под спасшего её массивного обеденного стола живая и относительно здоровая.
  - Внучки... помогите, - растерянно оглянулась она по сторонам, - весь участок же...
  - Баб Нюр, некогда! - Осторожно отцепляю руку старушки от майки, - мы пройдём по садам - боимся, может кого ещё завалило.
  Отцеплялась старуха нехотя, понятие помощь ближнему она признавала однобоко, только в случае, когда этим ближним становилась она и её родственники. Не самый хороший человек, несмотря на почтенный возраст.
  - Сакуровы... всё, - сдавленно просипел Пашка, бормоча нескладно молитву. Отодвинув от калитки, прохожу в сад... и правда всё, иного толкования быть не может. Ирма лежит в здоровенной луже крови, а разможженную голову...
  Не смотреть, не смотреть... с трудом подавив тошноту. Присел рядом на корточки и пощупал пульс на шее тыльной стороной пальцев.
  - Ничего.
  - Тоже ничего, - глухо прозвучало от Пашки, - дети тоже... все.
  Убитых и покалеченных оказалось неожиданно много. Только на наших линиях никак не меньше тридцати человек насмерть, да почти сотня нуждается в срочной медицинской помощи.
  - Связи! Связи нет! - Орал крупный мужчина метрах в двадцати от нас. Они купили дачу недавно и всё, что мы знали о нём, так что про работу в органах - со слов довольно-таки неприятной, высокомерной супруги с губами уточкой.
  - Ни у кого связи нет, - отозвался Пашка, - гроза наверное электронику выжгла.
  - Гроза не может... - начал было мужчина, - парни! Без обид! Мухой метнитесь к городу! Связь то ли будет, то ли нет, а нам каждая минута дорога - сами видите, что здесь такое творится. Ураган такой, что даже пейзаж поменялся. Может, едут уже МЧСовцы, а может они ни сном, ни духом.
  Переглянувшись, киваем, срываясь с места.
  - Погодь, - придерживает меня Пашка, - давай-ка вилы возьмём.
  - На хрена?
  - Собаки. Сам видел, каких барбосов с собой привезли. Мало ли...
  Взяв вилы, потрусили в сторону города, быстро забыв о желании реквизировать где-нибудь по дороге велосипеды. Везде обломки шифера, черепицы, металла, какие-то сучья и стекло. Проехать нереально, да и бежать не очень-то получалось, в лучшем случае ускоренный шаг.
  - Что-то не нравится мне эта шняга, - бормочу на ходу, держа вилы наперевес.
  - Да уж, - нервно хохотнул друг, - в жопу такие приключения! Обошёлся бы без трупов на соседних участках!
  - Да я не об этом... в смысле, об этом тоже, просто, - остановившись, жестом показываю на горизонт, где должны показаться силуэты элеватора вдали.
  - Ураган? - Нерешительно спросил Пашка. Переглянувшись, мы потрусили дальше, стараясь не думать. Если элеватор в расположенной по соседству деревне снесло, то получается, что нас вообще краем зацепило. Что же тогда в городе?!
  - Да мать твою! - Истерично выкрикнул Петриашвили, делая гигантский прыжок назад - спиной! Секунду спустя прыгнул с места и я, успев развернуться. На дорогу из густых зарослей выбрался самый настоящий крокодил, явно пребывающий в скверном настроении.
  А что страшнее, заросли эти явно тропические, перерезавшие дорогу в город.
  Крокодил... да может и кайман какой, не биолог ни разу. Короче, за нами он не погнался, так что метров через двести мы остановились.
  - Саш, - задумчиво спросил друг, - мы ведь попали, да? Как в книжках, на другую планету.
  
  
  
   Вторая глава
  
  
  
  Несколько минут спустя, соблюдая все предосторожности, всё-таки вернулись к перерезавшим дорогу джунглям и осторожно прошлись по краешку.
  - Лиан каких надо, - озвучил мысли Пашка, - чтоб поверили сразу.
  - Любую дрянь тропическую дави, - отзываюсь, не отрывая глаз от растительности, - н-на! Смотри, какая зараза!
  Приколотая вилами, на дороге корчилась крупная, метра этак четыре, змея. Вовка добил её и присел на корточки, опасливо протянув руку к голове.
  - Саш, а она ведь ядовитая.
  - Опа! - На секундочку я даже отвернулся от зарослей, - с каждой минутой всё веселее. Что-то мне подсказывает, что это ни хрена не наш мир. То ли интуиция, то ли пессимизм...
  - То ли вторая луна на небе, - в тон ответил друг, - Саш, да ты глянь! Я не шучу!
  - Ёба... - с такими-то доказательствами и змеи с лианами не нужны. Хотя возьмём, конечно - так, чтоб было.
  Нервно поглядывая на небо, где в разошедшихся тучах виднелись бледные диски двух лун, заметно меньше привычных земных.
  - Паш, а ведь дела совсем хреновые, - озвучиваю мысли, - другой мир и значит - вирусы и бактерии, так ведь? Пусть у нас иммунитет откуда-нибудь возьмётся... ну, предположим!
  - Предположим, - с сомнением отозвался Петриашвили, - сильно в этом сомневаюсь, но ты прав - всё может быть. Сущность какая божественная, чтобы игрушки раньше времени не загнулись.
  - Что-то в таком духе, да. Но я вот о чём: представь, ведь помимо иммунитета, есть много всякого. Давление воздуха, магнитное поле... Прикинь, как начнёт корёжить гипертоников да метеозависимых? А из лекарств почти и нет ничего.
  В полном молчании потрусили назад. Я тащил убитую змею, Пашка всякую растительность.
  
  - Другой мир? - Коротко бросил тот самый мужик из органов, - да поняли уже. Как на небо глянули, так и поняли. А вот что джунгли дорогу перерезали, вот это хреново. Нам бы хоть на пару километров участочек побольше.
  - Зачем?
  - Зачем? - Уставился на меня тот, как-то очень нарочито выпучив глаза. Так любит... любил делать бывший директор, показывая тем самым степень дебильности собеседника. Приём дешёвый, но если человек при власти, действенный, - да чтоб было! Чем больше ресурсов, тем больше шансов на выживание общины. Луны видели? Может, нам здешняя пища не годится. Вряд ли совсем уж, но скажем - минералов и микроэлементов каких-то не хватает или напротив - лишние. Даже земля под огороды пригодиться может! А если бы деревеньку зацепило с нами? Техника сельскохозяйственная, мощности ремонтные.
  - Ясно, - киваю, - кстати, мы незнакомы. Бобров Александр Иванович.
  - Петриашвили Павел Юрьевич
  - Да... Ивашинников Леонид Фёдорович, - представился мужчина, чётко выговаривая слова, - подполковник ФСИН.
  
  Леонид Фёдорович взял на себя лидерские функции, организовав народ примерно на сотне дачных участков. В других местах нашлись свои лидеры.
  Выжило большинство, Сакуровы оказались несчастливым исключением из правил. Но вот покалеченных много... и что-то мне подсказывает, что не все из них выживут.
  - Людочка, Людочка! - Только и слышалось от людей, - скажите Людочке, что мальчику плохо!
  - Людмила Ивановна, - жалобно голосила устроенная в тени старушка с вывихнутой ногой и испуганными глазами на худом старческом лице, - мне кажется, я умираю!
  Участковая врачиха металась по участкам в бестолковом рвении. Женщина добрая, но на редкость бестолковая и откровенно неважный терапевт. К ней шли только для того, чтобы выписать больничный, да получить направление на анализы. А тут такое...
  Мы с Пашкой метались по участкам на жаре, взяв на себя роли связных, заодно помогая где только возможно. В другой мир перенеслось около пяти тысяч народа, но всё больше пенсионеры и детвора.
  - Шевелитесь, парни! - На правах родственника рявкнул дядя Коля, не выпуская вечную Приму из зубов, - вы как гонцы нужны, шустрики молодые! С работой и без вас справимся, здесь две трети заводских. Сила есть, умение есть, а шустрости молодой нет, ноги уже не те.
  - Врача, врача! Здесь есть врач?! - Раздался истеричный женский голос, - у меня давление, я требую особого отношения! Я гипертоник!
  - Заткнись, дура! - Грубо заткнул её невидимый мужчина, - здесь врачей на все дачи девять человек! Это если фельдшера посчитать, которому семьдесят шесть стукнуло!
  - Ступайте, - мягче сказал дядя Коля, опираясь на лопату, - да священников сюда, хоть каких. Умершие уже попахивать начали. Не дай бог, к нам на мертвечинку из леса придут. Нехорошо этак с покойниками.
  - Оружие нужно, срочно! - От осознания надвигающейся жопы волосы встали дыбом.
  - Иди уж... оружие, - криво усмехнулся родич, забираясь в глубокую яму, которой предстоит стать братской могилой, - без тебя уже разобрались. Видишь? Часовые из глазастых да неходячих. Всегда ругал долбоёбов, что оружие с собой всюду таскают, а сейчас вот впервые рад.
  - Много?
  - Как считать, - подал плечами дядя Коля, пыхнув папироской, - короткоствола больше семидесяти стволов объявили, вот уж не ожидал, что у нас параноиков столько. Правда, в основном говно для самообороны - Макаровы всё больше, Наганов с десяток. Толковых стволов из них штук восемь, только вот патронов ни хрена нет.
  - Нормальное оружие есть?
  - Шесть, блять! - Сплюнул на землю родич, - шесть стволов более-менее нормальных - тех, которыми местную живность пристрелить можно.
  - Уже?
  - Ага. Выползла змеюка толще моей ноги в два раза. Лёшка Дьяков лопатой... как, до сих пор сам не поймёт! Говорит, это как с ножом складным против медведя выйти, да в живых остаться. Одиннадцать метров намерили!
  - Дядь Лёша? - Поразился, - он же древний, как говно мамонта! Семьдесят восемь натикало в том году!
  - ВДВ, ёб тя, - пожал плечами дядя Коля, - он как был дурной в молодости, так ни хрена и не изменился. Благо, здоровья до хрена, откуда что берётся при такой жизни... Всё, пиздюки, валите!
  - На разведку?
  - Какую, на хрен, разведку? Эти... с оружием что, выживанцы, да? В спИцназ играют со стволами своими, ушлёпки. Периметр они обходят, мать их... К Сашке Кочергину валите. Ну... для вас он Александр Николаевич, раз учились у него. Змеюку взялся препарировать и вообще - понять хочет, что тут почём.
  - Николаичь? - Переглядываемся мы с Пашкой, - этот могёт! Давай, дядь Коль, мы полетели!
  Учитель биологии встретил нас без всякого удивления. Пусть мы никогда не увлекались его предметом, но Пашка никогда не отказывал в помощи, если требовалось что-то перетащить. Я же постоянно мастерил какие-то поделки то для кабинета биологии, то физики, то химии...
  Александр Николаевич учитель от Бога, человек увлечённый своей профессией. В школе теплицы и клумбы, живой уголок и юннаты, дача тоже... филиал сельскохозяйственного института. Вечно какие-то саженцы экзотические, привой-подвой.
  - Перчатки одевайте, - не удивился нам учитель, пластая змею, - вдруг паразиты какие или болезни крови.
  - Думаете, - опасливо поинтересовался Пашка.
  - Не думаю, но обязан предусмотреть, - рассеянно отозвался Николаичь, - не хватало ещё пострадать из-за такой мелочи. На первый взгляд это если и не Земля, то мир явно землеподобный. По крайней мере, отличий в живых организмах не нашёл.
  - Параллельный? - Предположил я.
  - Что-то в этом роде... желчный, аккуратно! Если змея нормальная, это хренова куча мяса! Жрать-то нам что? Картошку семенную? Да и желчный пузырь наверняка в дело пойдёт, есть тут у нас любители восточной медицины.
  Огромная змея распласталась на плёнке, снятой с теплицы, и навскидку в ней не один центнер.
  - Аномально толстая, - бормочу вслух, - больше похожа на эту... как её? В музее выставляли - древняя такая, с Амазонки, толстенная ещё.
  - Угу, - Николаич не прекратил копаться в кишках, таская под микроскоп всё новые пробы с разных частей тела, - есть у меня такая мыслишка. Мир землеподобный, но луны-то две! Наверняка физические величины отличаются. Не знаю... кислорода больше, атмосфера плотнее, давление атмосферного столба другое.
  - Кислорода точно больше! - Вскинулся Пашка, - Эйфория какая-то дурная и выносливость зашкаливает. Может, мы из-за кислорда не слегли ещё, а? Давление и плотность-то однозначно другие, а держимся пока. Ну... в целом.
  - Может, - рассеянно отозвался учитель, не отрываясь от работы, - у меня схожие мысли.
  - Давайте за образцами! - Примчалась к нам голенастая тощая девчонка лет четырнадцати, с самодельным копьём из куска заточенной арматурины, прикреплённой к пластиковой трубе, - живо!
  Чё раскомандовалась, амазонка? - Бросаю ёрнически, - постарше никого не нашлось, с пластиковым копьём бегать!
  - Значит, не нашлось, - насупилась та, - у нас на линии стариков много, а джунгли близко.
  - Принято, - отвечаю более миролюбиво, - а пластиковое-то почему? С таким оружием разве что от барсука.
  - И? Против ягуара я и с настоящим копьём не выйду, не потяну, - девочка хлопнула себя по тощему предплечью, - а против барсука и этого хватит.
  Кошусь с сомнением на пластик... ой, не представляешь ты силу мелких и неопасных вроде бы зверьков... Впрочем, пока всё наспех, что уж тут.
  Пару километров преодолели трусцой, постоянно озираясь по сторонам. В кустах уже сновала мелкая местная живность и очень похоже, что вскоре за ней подтянется и крупная.
  - Бля! - Отмахнулся Пашка от очередного жука в ладонь размером, - это ж какой воздух здесь, что такая ебень водится?! Что за Чернобыль!?
  - Кислорода больше, больше плотность атмосферы, - рассеяно отозвалась Дашка, - что!? Вы учебники-то вспомните, там это не раз попадалось.
  - Что такое риторический вопрос, объяснить? - Фыркнул Петриашвили, не став продолжать дискуссию с насупившейся девчонкой.
  Образцы всяческой гадости заранее свалены на самодельные носилки из прочного полиэтилена и парочки жердин, вроде как из бамбука. Примерившись, вздыхаю обречённо, плечи будут болеть...
  Рост у Пашки под два метра и вес за сто. Мастер спорта по плаванью, не абы кто! Недавно начал водным поло заниматься, плечи уже такие, что в дверь реально боком проходит.
  Я же... метр семьдесят четыре при весе шестьдесят. Птичья кость, как говорит отец. Он к своим сорока пяти весит чуть больше меня при том же росте. Качайся, не качайся...
  В общем, не самые удобные мы напарники.
  - Чё смотрите-то? - Недружелюбно рявкнула толстая баба, возившаяся неподалёку в импровизированной операционной.
  - Носилки нужно переделать.
  - Чего...? А... - смерив меня и Пашку взглядом, - Даш!
  Вылетела давешняя тощая девчонка.
  - Мам?
  - Давай с этим... дохликом носилки оттащи с образцами. Здоровяк вас по дороге прикрывать будет.
  - А... ну да, у них разница в росте слишком большая, тут или носилки переделывать, или вся тяжесть на мелкого ляжет. Ладно...
  Двадцать килограмм вроде бы и немного, да ещё и когда вдвоём... но насекомые! Образцы добывали по всякому, кровушки на некоторых изрядно. Местная летучая гадость кружила над носилками кусачим облаком.
  - Всё, надо матери сказать, чтоб никаких образцов, - простонала Дашка, разогнувшись на веранде у Николаича, - в следующий раз не донесём просто, я в кустах кошака видела, навроде камышового. Нас троих он побоялся, но мало ли, кто тут ещё подтянуться успел.
  - Верно говоришь, - киваю девочке, - и матери скажи, что пора народу кучковаться.
  Оставив Пашку ассистировать биологу, побежал на поиски ФСИНовца.
  - Леонид Фёдорыч! - И начинаю выкладывать свои соображения по поводу опасных животных, - ... так что нам в группы нужно объединяться, для обороны. Посмотреть, где дачи покрепче, да и засесть, наверняка же живность местная уже облизывается на нас по кустам.
  - Начал уже собирать, - сухо сказал он, поворачиваясь спиной. Не видел по дороге ничего похожего... ну да ладно, лишь бы сработало.
  Напившись тёплой воды из бака, отфильтрованной и прокипячённой женщинами, заел краюхой подсоленного хлеба с тепличным помидором.
  - Щедрей сольцой сыпь, - приговаривала женщина, подсыпая мне соль грязными пальцами, наскоро вытертыми о халат, - щедрей! Жарко здесь до невозможности, тепловой удар может случится. Так что пить не забывай, да солёное есть! Пот же соли выводит...
  - Помню, тёть Марин. Ну всё, спасибо. - Проглотив помидор, беру вилы на изготовку. Один из неходячих (ногу пропорол) заводских посадил их на нормальное древко и выпрямил зубья, типа копья получилось.
  -Дело! - Оцениваю работу, - теперь уже не только от случайной собаки отбиться можно. Не дай бог, конечно!
  - Не дай... - дохнул перегаром мужик, - да что-то боюсь, всем нам тут придётся в первобытных охотников на мамонтов играть.
  - Саш! - Прилетел по участкам мальчишка, - тебя там врачиха зовёт! Толстая такая, у которой ты образцы забирал!
  
  Импровизированная операционная под шатровым навесом, нашедшимся у одного из дачников, встретила запахом крови и... дерьма.
  - Крови боишься? - Хмуро поинтересовалась женщина, держа сигарету каким-то зажимом.
  - Не особо, - пожимаю плечами.
  - Ну давай проверим.
  Аккуратно забычковав сигарету, она дёрнула головой.
  - Заходи.
  В операционной лежал незнакомый мужчина с щепой в брюшной полости.
  - С ассистентами совсем беда, - без эмоционально пожаловалась женщина, - Дашка что-то может, но иногда вдвоём нужно. А некому! У кого руки только под хуй заточены, а кого соображалка при виде крови отказывает. У тебя, говорят, руки из нужного места?
  - Из нужного, - сглатываю слюну, - ну так что тут от меня требуется?
  - Да ничего особенно, - криво усмехнулась женщина, - делать то, что я скажу. Я Зинаида Павловна, как тебя зовут, уже знаю. Ну что... поехали!
  
  
  
   Третья глава
  
  
  
  За операционным столом, ещё недавно служившим обеденным, стоять пришлось до одиннадцати часов, пока окончательно не стемнело, и не появилась какая-то особо наглая и кусачая мошкара.
  - Всё, хватит, - сдалась Зинаида Павловна, - Валер, хватит веером махать, бесполезно уже! Сворачиваем операционную, до утра теперь.
  - Ногу дёргает! - Раздался из темноты жалобный мужской голос.
  - Сарычев? Смотрела я вашу ногу, до утра подождёт! Сами видите, какие условия... или вы гангрены хотите?!
  - До утра, - сдался пациент.
  - Всё, мальчики и девочки, я мыться!
  Не обращая на нас внимания, полумёртвая от усталости женщина направилась к летнему душу, раздеваясь на ходу. Только сейчас стало понятно, насколько она устала - немолодую женщину аж покачивало из стороны в сторону.
  - Я пойду наверное, - говорю нерешительно, вглядываясь в темноту.
  - Сиди! - Повелительно крикнула Зинаида Павловна из-за шторки, - завтра с утра за работу.
  - Вы ж меня матом весь день...
  - Я и Дашку матом, что ж с того? - Устало отозвалась женщина, вышедшая из душа в лёгком халате, - Дашка, давай мойся наскоро, да спать! Я ж анестезиолог, а не хирург, а тут такое... Ругаюсь и буду ругаться, не обижайся.
  Помывшись, поели на скорую руку.
  - Вот уж точно - пациенты кормят, - ворчала женщина, оглядывая разнообразную снедь, представленную в основном вареными яйцами, салом, солёными огурцами да заветрившимся хлебом, - всё, молодёжь... спать! Да, Сашка... завтра дружку своему скажешь, когда увидишь, чтоб с нами был. Парень здоровущий, а нам санитар во как нужен! Я больных ворочать не могу - грыжа. Дашка мелкая пока, да и девочка - не стоит ей. А ты, не сочти за обиду, за полмужика по силе тянешь.
  - Да какая обида, тёть Зин, - вздыхаю я и вздох этот переходит в зевок, - тощий, знаю. Ворочали сегодня бабку... ну, в которой полтора центнера. Так чуть не надорвался, она ж как желе!
  - Охрана выставлена, - зашёл доложиться Валера, привычно держа карабин наперевес, - не беспокойтесь.
  - Не беспокойтесь, - жалостно сказал врачиха, когда отставной ОМОНовский прапор вышел, - вояки... Один человек с карабином, да остальные с пиками из арматурин.
  - Вряд ли что серьёзное будет в ближайшие дни, - успокаиваю её, а заодно и себя, - змеи и насекомые - да, непременно. Хищники... вряд ли. Здесь хоть и дачи, а кострищами и бензином попахивает. Они ж чуткие на запахи, тем более незнакомые.
  Отвечать Зинаида Павловна не стала, молча выделив ватное одеяло вместо матраса и скатерть - накрываться. Спать мы легли в одной комнате на втором этаже, внизу разместились неходячие больные и охрана, которые заодно должны выполнять роли сиделок.
  ***
  Спали плохо - жара, высокая влажность, нервы... да и пациенты внизу стонали и ворочались. Несколько раз вдалеке слышались выстрелы и почти постоянно брехали собаки. Как показалось - испуганно.
  - Почти сто человек ночью умерло, - доложил Валера за завтраком, - ребята данные по рациям передали.
  Аппетит сразу пропал, пришлось буквально впихивать в себя еду.
  - Инфаркты, инсульты, гипертонические кризы, - мрачно кивнула Зинаида Павловна, - ожидаемо. Скорой помощи здесь нет, с лекарствами плохо, да и... Многие ещё помрут в ближайшие дни.
  - Что с хищниками? - Интересуюсь у охранника.
  - Пока чисто, - доложился тот, - мелочь, вроде котов диких, по кустам шуршала, да змеи заползали. Эти... выживальщики с пистолетами шумели, нервы у них...
  
  - Некогда, Сырычев, некогда, - отругивалась врачиха, - видишь, опять привезли! Не спится некоторым идиотам... ууу, приключенцы херовы!
  Приключенцы, мужики под тридцать с отчётливым запахом перегара и рваными ранами на теле, опасливо помалкивали. Сценарий известный: выпить с горя, ну а потом - на разведку пошли. Куда ж без них, они ж в армии служили! Ну и доразведывались до ближайшего обрывчика.
  Героев вытащили, но таскать их в потёмках по садам не стали, поскольку ранения не критичные. И вот сейчас героев предстояло зашивать, предварительно почистив воспалившиеся раны. Операция, как я понял, не самая сложная, но требующая определённого профессионализма и что немаловажно - длительная.
  - Да пусть хоть вот! - Не сдавался Сарычев, щуплый мужичок под сорок с неожиданно жёстким и уверенным взглядом, - девчонка. Ассистировала вчера нормально, соображает мал-мала. А мне гнойник вскрыть, да пойду!
  - Куда ты пойдёшь? - Снисходительно отозвалась женщина, разматывая пропитанные кровь тряпки на спине одного из героев, - думаешь, без тебя не справятся?
  - Не справятся, я кандидат физико-технических наук. Опыты нужно ставить - замерять плотность атмосферы... Много чего. Что и как сделать, даже учителя физики сообразят, а вот приборы соорудить - только я.
  - Давайте я, - прерываю учёного, завидя испуг девочки, - Дашка не проснулась ещё, рука может дрогнуть.
  - Ты? - С сомнением спросил мужчина.
  - Нормально, - влез в разговор недавно подошедший Петриашвили, - художник-прикладник, не шутка! Знаете, какая у него мелкая моторика и глазомер? Уу!
  Ближе к обеду таких мелких операций пришлось выполнить почти два десятка. Вскрыть нарыв, почистить рану, зашить длинный неглубокий порез и даже выдрать зуб. Зинаида Павловна будто натаскивала нас с Дашкой...
  - Тёть Зин, - улучил я момент, - что такое?
  - Ой, Саш, - фальшиво отмахнулась та, - что ты выдумываешь.
  - Тёть Зин...
  - Ладно, - прислонившись к столбу веранды и поглядывая на дочь, возящуюся с одним из пациентов, - сердечник я. Не так чтобы серьёзно, на Земле и внимания не обращала. Аритмия лёгкая, стенокардия... обычный набор немолодой и много работающей бабы. Здесь... сам видишь. Сколько там ночью померло? Больше сотни, да все сердечники да инфарктники. Помру если, так хоть... всё, работать!
  После обеда врачиха уже откровенно натаскивала нас с Дашей, объяснив охранникам и пациентам слишком большим потоком пострадавших.
  - Да, врачей не хватает, - согласился Валера, - тем более хирургов.
  - Тем более, - вздохнула женщина, - я хоть поработала недолго травматологом, да поняла, что не моё, в анестезиологи перешла. У остальных и такого опыта нет.
  ***
  К вечеру наконец разобрались немного с пострадавшими и появилось время выслушать новости.
  - Остров, - коряво говорил Валера, для убедительности помогая руками, - здоровенный вроде как, на соплю похож. В длину километров тридцать, в ширину... ну, километров пять в самом широком. Мы как раз здесь, да...
  - Как рассчитали-то, - прерываю охранника, - что остров-то?
  - Квадрокоптеры. Запустили несколько, да облетали. Половину местные птицы хищные раздолбали, остальные ничего, обратно вернулись. Так, о чём я... Слева горы, близко совсем - километрах в пяти предгорья начинаются. Справа тоже горы, но подальше, километрах в тридцати.
  - А не видно почему? - Удивилась Зинаида Павловна.
  - Влажность и туман. Воздух как-то... переломляется, да?
  - Я тоже не знаю, как там воздух, - отозвалась женщина, - но суть поняли. Туман, влажность... дальше!
  - Река здоровенная, вроде как устье неподалёку, в море должна впадать, километров через пятьдесят-сто. Река у нас холодная - впадают ручьи и речушки с гор. И да! Вроде как чистая относительно.
  Валера поскрёб подбородок и поглядел на ногти.
  - В тропиках мы. Но вроде как горы рядом и по некоторым признакам море.
  - Каким?
  - Даш, да я откуда знаю! Косвенным наверное! Умники наши без лабораторий, по-моему, вообще методом гаданья работают. Не сбивай! В тропиках мы, и по некоторым признакам, в море холодное течение. Плюс у нас горы с ледниками по соседству. Так что вроде как и тропики, но и не сказать, что сильно жарко будет. Такая жара как сейчас - аномалия для здешних мест.
  - Уже радует, - посматриваю на Зинаиду Павловну, - хоть сердечникам должно быть полегче. Да и вода питьевая будет.
  - Откуда... а, дожди? - Дошло до девочки, - тропические ливни, да ещё и холодные? Да... смоет всё на хрен! Что-то сомневаюсь, что в таких условиях картошка не сгниёт.
  
  Утро началось с шума стройки. На соседнем участке, потеснив законных хозяев, начали возводить больницу - бюджетный, попаданческий вариант. Уцелевшие домики никак не годились - слишком малы. Для фельдшерского пункта ещё сойдут, а для чего серьёзного - увы.
  В тропиках по сути нужна только крыша над головой, да возможность оградить операционную от грязи, а пациентов от мошкары. Потому строили нечто каркасное, на столбах, с высокой (не так жарко и душно) покатой крышей и возможность противостоять сильнейшим ветрам и ливням.
  - Выше, - спорил дядя Коля, - я те говорю, в низинке стоим! Погоди, ещё метра мало покажется!
  - Может, нивелир спросить или этот... уровень? - Говорю тихонечко старику.
  - Да откуда... хотя молодец, если уж квадрокоптеры с собой таскают, да пистолеты... Славииик! Давай в сельсовет, пусть уровни да нивелиры тащат!
  Спор угас сам собой, а пару часов спустя столбы начали ставить полуторометровой высоты.
  - Подмоет, - ванговала Даша, - у нас песок да чернозём, ливнями смоет. Год-два простоит, не больше.
  - Даш, а нам больше и не надо, - оттаскиваю девочку, на которую уже начали нехорошо косится строители, - через год-два мы скорее всего в другое место переберёмся. Это пока так, временное решение.
  К обеду прибежала взмыленная общественница - странноватая женщина, будто вылезшая из советской эпохи годов этак пятидесятых. Она вечно пыталась что-то организовать... и иногда даже получалось. Про неё поговаривали, что она со справкой, но в целом тётка полезная, хотя временами назойливая не к месту. После переноса её таланты оказались как нельзя к месту, к тому же она знала едва ли не всех дачников.
  - Вы ещё не начали ограду рушить? - Всплеснула она полными руками, - быстро надо, быстро!
  - Хули надо! - Взъярился один из соратников дяди Коли, такой же древний и морщинистый старикан, - по-человечески можешь говорить?
  - Ливни, - не обиделась та, вытерев рыхлое полное лицо несвежим платком, - мы же в тропиках вроде. Сейчас день-два и ливанут, потоп настоящий будет. Ограды все эти только воду держать будут, всё тогда погниёт.
  - Допустим, - потёр нос строитель, - а от зверей тогда как?
  - Да какая-то это защита?! Кошка если какая, так и не заметит, волк перемахнёт, медведь снесёт.
  Невольно гляжу на ограды... они и правда скорее от нескромного взгляда, да от мелких собачонок, что любят брать с собой некоторые дачницы. От хищника серьёзного это никак не защитит, а от несерьёзного и защита не нужна.
  - Я мальчиков заберу, - нацелилась на нас с Пашкой общественница, - рабочих рук не хватает, а тут два молодых лба бездельничают.
  - Бездельничают!? - Выдохнула врачиха. Пока она набирала воздуха в грудь, за нас вступились пациенты, и общественница убежала тяжёлой трусцой, держа в руках лёгкое копьецо из бамбука, с наконечником из арматуры.
  - Так... надо брать дело в свои руки, - задумчиво сказала Зинаида Павловна, - а то они назаседают, спецы хреновы. Тяжёлых у нас нет, с мелочёвкой справитесь, первую помощь окажете... я пошла!
  В сопровождении телохранителя (не шутка, один из ценнейших людей!) женщина решительно направилась в сторону сельсовета - так у нас упорно именовали правление дачного товарищества.
  Глянув на пациентов, испытал некоторый мандраж, но быстро успокоился. Несколько нерешительно, но народ всё потянулся к нас с Дашей. Ничего серьёзного, разумеется - так... вытащить занозу, вскрыть гнойник, поменять повязки.
  Наверное, нормальный врач в нормальных условиях ужаснулся бы тому, что мы творили. Но где они, эти нормальные?!
  Вернулась женщина ближе к обеду, воинственная и торжествующая.
  - Разобралась немного, - доложилась она, жадно откусывая большой кусок зачерствевшего хлеба, - будет у нас больница, ещё Фёдора Ильича сюда поселим и Елену Дмитриевну.
  - Фёдор Ильич? - Поинтересовалась Даша, нарезая сало обедающей матери, - он же старый уже.
  - Ничего, - отмахнулась женщина, - считай, на дому принимать будет. Пусть даже на подхвате, но он специалист хороший, даром что фельдшер всего. Полвека на скорой, шутка ли!
  - А Елена Дмитриевна?
  - Недавно у нас, дерматолог. В тропиках это ой как актуально. Да, мальчики! Готовьтесь - я вас официально к себе приписала, вы теперь медики! С завтрашнего дня будете не только помогать с пациентами, но и учиться. Я тут курсы первой помощи читать начну, но вы на этом не остановитесь. Сделаю из вас людей!
  Тоскливо переглядываемся с Пашкой и... молчим. Медицина отнюдь не предел мечтаний, но деваться некуда.
  
  
  
   Четвёртая глава
  
  
  
  - Убили! Убили Санечку моего! - Посетительница вела себя неадекватно - то бросаясь с кулаками на мужчину, тащившего на руках окровавленного ребёнка, то пытаясь повиснуть на нём же в объятиях.
  - Валер, разберись, - бросает Зинпална и охранник, недолго думает, делает шаг к женщине, нанося короткий, небрежный удар по шее.
  - Сонничек, - коротко сказал отставной мент, - я осторожненько, умею.
  - И правильно, - закивала околачивающаяся в качестве санитарки одна из бабок, - лекарств и так мало, чтобы на кажную дуру истеричную тратить, а мужика с мальцом она совсем замордовала.
  - Кот, - пояснил изодранный мужчина, положив ребёнка на стол и со свистом втянув воздух, скривившись от боли, - что-то вроде камышового, но покрупней. Я подоспел, когда он Петьку драл, да придушил. Вот, самого тоже... мужики должны подойти с котом - бешеный, не бешеный...
  - Нормально, - поставила тем временем врачиха диагноз, оглядев наскоро мальчика, - раны неглубокие, ничего страшного. Если инфекция в кровь не попала, быстро оправится. Напугался больше. Даш, становись ассистировать! Мальчики, вы мужчиной займитесь!
  - Как обычно, - переспрашиваю утвердительно, - раны промыть и зашить.
  - Да.
  - Раздевайтесь, - командую мужчине, - догола, нечего жаться! Сан Саныч... ну, мастером который в коксовом, знаете?
  - Как же, вместе с сыном его работали, - отозвался мужчина, раздеваясь.
  - Вот... Саныч не заметил, что подрали ногу - думал, только спину, потом только опомнился. Дооолго теперь лежать будет, крови потерял много.
  - В горячке бывает, - понимающе кивнул мужик, - я Александр.
  - Тёзка? Это Павел.
  - Да уж знаем... Маринка все уши прожужжала, как вы справляетесь хорошо.
  - Военный коммунизм, - отвечаю немного невпопад, - примеряясь с иголкой, - мы недоучки - ни анатомии толком, ничего... А что делать-то?
  - Да уж, - вздохнул Пашка, придерживая мужчину за плечи, чтобы не дёрнулся невзначай - с обезболивающими проблемы! - Зинпална сперва понадеялась на медсестричек, а зря! Их тут чуть не шестьдесят оказалось при переносе, но от половины вообще толку никакого.
  - Не половины...
  - Двадцать вообще ни на что не годятся! - Рубанул друг, - сидели по регистратурам, медицину давно забыли. Это если вообще знали! С десяток ничего так... соображают. Но толку немного - древние, на пенсии давно. Да и что толку от того, что знают они, какие лекарства когда принимать нужно? Нет лекарств этих, нет! Лаборанток несколько, но и от них... оборудования-то нет! Разве что чуть помнят основы первой помощи, да чуть проще заново учиться будет.
  - Не драматизируй, - осаживаю Петриашвили, сосредоточиваясь на шитье. Знал бы раньше, что человеческая кожа настолько прочная! Делал ведь уже детали кожаных доспехов, так что навык есть. Но человеческая другая - намного эластичней и прочней - если сравнить толщину.
  - Можете покурить, если наспех только, - говорю тёзке, - нить в иглу пока заправлю.
  - Угу, - кивнул тот и достал дрожащими руками мятую пачку дешёвых сигарет из заднего кармана брюк, выискивая не поломанную, - а, чёрт!
  - Не выбрасывайте табак! - Ловит его Пашка за руку, - самосад когда ещё вырастет, бычки собирать ещё будете.
  - Павел преувеличивает с нашей значимостью, - поясняю мужчине, начиная шить, - мы так... что-то вроде хирургических медбратьев на скорую руку. Сейчас и мы на безрыбье... а потом медсестрички оклемаются, догонят и обгонят нас. Образование-то, как крути, то самое! Что не вспомнят, то быстро выучат. Пусть не все, но с десяток толковых есть, до уровня фельдшера общей практики их точно подтянут.
  - Выучат они, - презрительно фыркнула помогавшая бабка Леонида, - руки когда из жопы... Ты мальчика не слушай! Руки у него золотые, сама Зинаида Павловна восхищается! Говорит, хирург бы получился - милостью Божией!
  - Помимо рук знания и мозги нужны, - пресекаю поток лести, - фурункул вырезать или рану зашить - это ко мне. А вот аппендицит и что серьёзней не стоит. Не потяну! Тут годы учиться надо, а не просто твёрдую руку иметь.
  
  - Слышали, мальчики? - подошла после операции Дашка, - снова кот! Сперва соваться на дачи опасались, а теперь всё больше осваиваются.
  - Поначалу бензин отпугивал, - говорит в пространство Пашка, стараясь не встречаться с девочкой глазами. Та на него крепко запала, но куда там! Петриашвили на таких мелких точно не поведётся, да и что с ней делать? За ручку ходить... на большее то организм у соплюшки ещё не готов! У Пашки тоже вряд ли среагирует на такую тощую мелочь...
  - Думал, дольше обходить будут, - подхватываю тему, крутя в руках подаренный недавно кинжал из напильника - на медведя ходить! Не дай бог, конечно...
  - Дожди ещё эти, - Дашка с досадой глянула в оконный проём, - Тропики вроде, и вся гадость есть - змеи, насекомые... Так ещё и дожди холодные, я мёрзну под такими!
  - Погано, - соглашается Пашка равнодушно, - так что там, переселяться будут?
  - Говорят, - пожала плечами девочка, - а когда договорятся, не знаю. Каждый же под себя ситуацию прикрутить хочет, начальников до хрена. К тому идёт, что посёлков никак не меньше двух десятков будет.
  - Посёлков, - смеюсь истерично, но быстро давлю эмоции, - простите, это я так... представил, какими они будут в наших реалиях.
  - Да что представлять, - угрюмо бурчит Петриашвили, - бараки как есть! Длинные бараки на сваях, ограда да вышки. Сколько уже нападений было? Полсотни?
  - Это серьёзных, - вношу уточнение, не прекращая баловаться с ножом - в последнее время тянет вертеть что-то в руках, нервы... - когда до больницы дело доходит или просто зверюка крупная. Так-то больше, разика в три наверное.
  - И с каждым разом то зверюка крупней, то всё ближе к центру, - мрачно подытожила Даша, - Заметили, народ с копьями ходит?
  - Не все, - веду глазами на подранного кошаком мужика.
  - А... спрашивала. Было копьё, просто отставил в сторонку, возился с чем-то. А когда услышал крики, то и не вспомнил.
  - Может, понаделать их с запасом? - Предложил Валера, куривший по соседству, - бамбучин этих до чёрта растёт, да прочные на излом, заразы! Пилятся ничего так, нормально, а сломать хренушки. Арматуры тоже до фига - на наконечники точно хватит, даже если каждому по сотне штук делать.
  - И расставить в стратегических местах, - кивнула Даша, - чтоб если не своё, так общественное под рукой было, - пойду маме скажу!
  Зинаида Павловна потихонечку становилась лидером больничного посёлка. Единственный толковый врач по нынешнему времени, она ещё достаточно жёсткий человек и как мне кажется - неплохой лидер.
  Продолжает будто сама собой достраиваться больница - с операционными, палатами для выздоравливающих, инфекционным крылом. Сюда потихонечку перебрались и остальные медики - не все, некоторые организовали при своих домиках что-то вроде фельдшерских пунктов.
  - На курсы пора, - толкнул меня Пашка в плечо, - замечтался!
  Курсы по оказанию первой помощи ныне обязательны для всех. Учат даже детей - что делать, если тебя укусило насекомое или змея (яд, к слову, отсасывать нельзя!), куда бежать за помощью, куда лезть не стоит, а куда нельзя категорически.
  Для взрослых посложней - вправить вывих и перелом наложить лангету , зашить рану - тренируются на снятых шкурах диких животных, в том числе и того злополучного кота искромсают и будут зашивать... Ожоги, отравления, примитивные операции - только в теории, на картинках.
  Как говорит Зинпална, лучше уметь что-то хотя бы в теории, чем не уметь вообще!
  Курсы разной сложности: где-то обучают полных неумех, где-то для продвинутых. Мы с Пашкой считаемся продвинутыми - это с нашей-то недельной практикой!
  В ближайшей перспективе курсов будет много, очень много. Кочергин носится с идеями просвещения по части биологии - в джунглях живём, жизненно необходимо. Матвеев, пожилой такой одноногий дяденька, агитирует за керамику как основу человеческой цивилизации.
  Ситуация сложилась такая, что каждый из нашей нечаянной колонии должен научиться как можно большему для элементарного выживания. Плести корзины и сети, лепить пусть даже корявые горшки, прясть, ткать...
  
  - Не расходимся! - Зычно сказал ведший курсы Фёдор Ильич, - минутку внимания!
  Галдящий народ, среди которых всё больше женщины среднего возраста, перестал расходиться, обратив своё внимание на престарелого фельдшера.
  - Все вы знаете, что дикие животные начали проникать в посёлок! - Зычно продолжил ветхий фельдшер, - ситуация исправима, но не в ближайшие недели, об этом можно говорить уверенно. Да и после опасность останется и насколько она будет большой, сказать сегодня не можем. Потому было принято решение обучать всех без исключения основам владения копьём.
  - Владислав Рудольфович Соколов, - представился жёсткого вида мужчина чуть за тридцать, - с этого момента ваш инструктор. Кандидат в мастера по фехтованию на саблях и трёхкратный чемпион Европы по боевому фехтованию. Второй дан по нагината-дзюцу, японской алебарде.
  - Звезда, девоньки! - Ехидна сказала немолодая жопастая баба, обращаясь к окружающим, - так что нам теперь, в жопку тебя целовать, чемпиона?
  - Заткнись, Любка, - прикрикнула на неё соседка, - пусть говорит! Мужик вроде бы дельный.
  Дельный мужик чуть склонил голову и приказал:
  - Разобрать копья... под навесом приготовили - да, без наконечников.
  Галдя и вымученно шутя, мы отправились под навес, освобождая место новым курсантам-медикам.
  - Разойтись... шире, ещё... достаточно. Как вы должны понимать, тренировки с оружием могут спасти ваши жизни или жизни ваших близких. Я далёк от мыслей, что вы воины из легенд и в одиночку одолеете леопарда. Но хотя бы дикую кошку - вполне.
  Инструктор обвёл взглядом выстроившихся курсантов и кивнул удовлетворённо.
  - Чтобы вы осознали всё серьёзность положения, я единственный владею навыками боя на древковом оружии. Есть несколько мужчин и женщин с разрядами по спортивному фехтованию, но это совсем не то. С сегодняшнего я буду проводить занятия, и вы обязаны на них являться.
  - Когда и сколько по времени? - Деловито осведомился Пашка, - мы тут медбратья хирургические, часто просто некогда.
  - А... наслышан. Конкретно в больнице буду проводить часовые занятия дважды в день - утром и вечером. Как хотите, но минимум три раза в неделю вы обязаны на них быть. Также будут вестись занятия и в других местах, объявления уже вешают. Прошу всех отнестись к занятиями предельно серьёзно, и по возможности заниматься ещё и самостоятельно. В стойку!
  Базовые движения оказались несложными, но у женщин начали ломить плечи уже через пять минут.
  - Ой, девки, я кажется плечо выбила! - Громко пожаловалась пожилая упитанная женщина, остановившись.
  - Сюда её! - Крикнул фельдшер, - как раз занятия на объекте проведём!
  - Вправилось, - вымученно пошутила женщина, потирая плечо. Послышались смешки.
  - Не отвлекаться! - Прикрикнул на курсантов Фёдор Ильич.
  
  - Ничего вроде сложного, а запястья побаливают, - жалуюсь Пашке после занятий тихонечко. Тот только хмыкнул... кабан здоровый!
  - Тяжело, - с кривой усмешкой сказала Даша, - не знаю, как дальше, а пока плечи и запястья ломит.
  - Привыкнем, - вздыхаю я, - деваться-то некуда.
  
  - Помер мальчик-то, - встретил нас мрачный Валера, смолящий какой-то самосад.
  - Осложнения?! - Встрепенулась Даша.
  - Не... паучок какой-то укусил, ядовитым оказался. Блять! Что за ёбаная жизнь! Раз - и всё! Пяти минут не прошло, как холодный.
  - А мать, - соскакивает с языка.
  - Повесилась, - Валера с силой тушит самокрутку о мозолистую ладонь, - только сняли. У неё при переносе... все... Муж ещё во время урагана - придавило, да кровью истёк. Сестра младшая беременная с дизентерией, не спасли. Теперь вот... Что за жизнь, сука... самому, что ли..?
  
  
  
   Пятая глава
  
  
  
  - Мы всё равно при больнице будем, Зинпална, - прижимаю руку к груди для убедительности, - поможем, если что! И учиться дальше будем, мы ж не против!
  - Ладно, - врачиха хмуро затянулась сигаретой до самого фильтра, - идите уж. Только смотрите, чтоб для больницы всё в первую очередь!
  - Ф-фу, - выдохнул Пашка, - пронесло!
  Киваю молча, и правда пронесло... Давешние медсестрички, как только ситуация стала не такой аварийно, малость оклемались и стали оттеснять нас от Зинпалны. Так-то побороться можно... а смысл!?
  У тёток медицина всё-таки профессия, ничего больше они и не умеют. Пусть даже хреново умеют по большей части... Там, на Земле, были востребованы всё больше навыки бюрократического толк - регистратура, анкеты заполнять, укол поставить.
  Но образование, как ни крути - медицинское, да ещё и востребованное по нынешнему положению. Поэтому, отсидевшись чуть в сторонке, начали, начали теснить. А стервы это такие... Ладно, может и не стервы, но с бабским коллективом ссориться тяжело. Тем более, действуют они заодно. Между собой если и будут разборки вести, то позже - сперва чужаков от Зинпалны отодвинут.
  Та всё понимает, потому и не стала противиться нашему уходу. Да собственно, мы и не ушли, просто стали одними из, а не бесценными помощниками.
  Так же будем посещать медицинские курсы, дежурить при больнице. Кровь из носа, но нужно получить квалификацию хирургического фельдшера! Пусть даже и недоучки...
  - Отпустила? - Встретил нас дядя Коля, второй человек в иерархии больничного посёлка. Третий - Дашка, и да, это непотизм в чистом виде. Зинаида Павловна натаскивает дочку как преемницу, но та и правда талантливая. Крови не боится, анатомию и физиологию знает на уровне медсестры из училища.
  Ничего удивительно, с детства врачом стать мечтала! Вот... осуществляется мечта.
  - Отпустила, но так...
  - Да эт понятно, - хмыкнул дядя Коля, почёсывая болячку на носу, - кадры вы ценные, особенно... не обижайся, Паш!
  - Не обижаюсь, - повёл тот плечами, - у меня таланты в других областях лежат.
  - Ну что, сам-то будешь курсы вести? - Осведомился родич, пыхнув самосадом.
  - Куда денусь... с глиной человек тридцать умеют работать, но как поспрашивал... безнадёга! Глину покупали, представляешь? Нормально в принципе, всё правильно... для любителей-то. Но они ж ни подготовить её не могут правильно, ни печь обжиговую построить, ни... Да ни хрена!
  - Инструкторов из них готовь, - предложил дядя Коля очевидное решение, - всё ж таки что-то умеют. Нам керамика позарез нужна!
  - Наверное, так и придётся, - отвечаю тоскливо, - только как представляю... они же поголовно не из работяг, а всякие там скучающие менеджеры выше среднего звена, да домохозяйки при успешных мужьях. Выёживаться будут только так!
  - Поговорю предварительно, - кивает родич, - скажу, что вылетать с курсов будут только так!
  - Тогда ладно, - веселею я, - поговори! Пробежимся пока до моего домика, так какой-никакой инструмент есть. Я ж прошлые годы летом на даче часто зависал, вот и стащил сюда инструменты из тех, что поплоше. Для резьбы по дереву в основном, но и другой мелочёвки хватает.
  - Я с тобой, - оживился Пашка, - помогу, да и своё притащить нужно!
  - Несколько рейсов делать придётся... а, хрен с ними, сделаем!
  
  На месте домика пустота, даже мусора нет.
  - Леонид Фёдорович разобрал, - с какими-то придыханием сказала пожилая соседка, выглянувшая из-за кустов, - Саш, а что это ты не здесь живёшь?
  - При больнице я, - отвечаю рассеянно, - а вещи мои находили?
  - Как же, находили. Ты чего это при больнице? Раз ты местный, то и жить здесь должен! Пойдём, я тебя к Главе проведу!
  Ухватив меня за рукав, потащила какими-то путанными тропами. Поворачиваю голову к Пашке и делаю недоумённую гримасу, но следую за старухой. Петриашвили идёт следом - надо же узнать судьбу вещей.
  
  - Вещи национализированы, - твёрдо отвечает ФСИНовец, - разговор окончен!
  - С хрена ли! - От ярости голос у меня срывается едва ли не на фальцет, - это мои вещи, я их сам покупал!
  - В военное время действуют иные законы! - Важно отвечает Ивашинников, поджимая губы, - да и сам ты должен переехать сюда! Твой дачный участок здесь и значит - здесь твоё место. Прописку никто не отменял. Давай!
  Схватив меня за плечо, ФСИНовец потащил меня куда-то.
  - Руки! С-сука!
  - Ты кого сукой назвал!? Мразь малолетняя! Навальнёныш херов! - Подполковник ударил меня по голове, Пашка ринулся было ко мне, но был остановлен одним из телохранителей служивого, ткнувшим стволом карабина в живот.
  - Ты ничего ещё для страны не сделал! - Разорялся подполковник, отвешивая щедрые подзатыльники, - и будешь делать то, что тебе говорят старшие по званию! Здесь самый старший я, и ты должен слушать меня...
  Вырвавшись, толкаю охранника с карабином и мы с Пашкой убегаем.
  - Стоять, суки! Стрелять буду!
  Начинаем петлять, ныряя по кустам. Топот за нами нешуточный, но побеждает молодость и непрокуренные лёгкие.
  - Куда! - заполошно завизжала немолодая Ольга Рахимовна, вынырнувшая перед нами из кустов с растопыренными руками, - не пущу!
  В лучших традициях регби подныриваю под ноги, сейчас не до этикета... Что за хрень твориться-то!?
  
  - Ах ты ж бляжий сукин сын, - выругался дядя Коля, услышавший нас, - вертухай ебучий! Мужики!
  Мужики собрались быстро, и выслушав нашу историю, начали обсуждать.
  - Слыхал я, что там ебень какая-то творится, но значения не придавал, - сказал мрачно один из немолодых работяг, - думал, бабы как всегда преувеличивают. Ну, ходят строем... так погоны на мозги давят, это всем известно!
  - Строем, - сплюнул смутно знакомый мужик, которого не помню по имени, но всегда здороваюсь - в соседнем доме живёт, у него ещё дочка с Пашкой встречалась... Нет, не помню, - там всё много хуже, я потом расскажу, охренеешь!
  - Мужики! - Влезаю в разговор, - у меня что-то предчувствия херовые! Как бы этот упырь из-за колючей проволоки не полез за мной. Времени всего две недели прошло, а он там походу Зону строит и нас в бараки загнать хочет!
  - Да, Саныч, - влез Пашка, - я там реально охуел, когда нас ловить тамошние бабы начали! Прикиньте? Зомбирует он их, что ли?
  - Хрена там зомбировать баб нужно, - Почёсывая босые ноги одну о другую, сплюнул Ангел, немолодой болгарин, осевший у нас ещё при Союзе, - случись что, они ж ищут, на кого опереться. А мозгов не всегда хватает, вот и нашли... тварь в погонах. У вас там мужиков мало?
  - Ага. Как-то сложилось, что всё больше бабы, а мужики если есть, то так... при бабах.
  - Ну вот, он этих баб подмял, вроде как Альфа, - хмыкнул Ангел, - а они уже плешь своим мужикам проели - у кого они есть. Ну или детям-внукам. А сам нашёл таких...
  - Мужики! - Прибежал мальчишка, - там колонна идёт! Эти... Гулаговские!
  
  
  
   Шестая глава
  
  
  
  Гулаговские шли под Прощание Славянки, с самодельным лоскутным триколором.
  - Баб впереди пустили, - побелевшими губами сказал дядя Коля, влезший на бамбуковый помост перед невысокой оградой, - ах они выблядки, вертухаи ебучие... Бля буду, за бабами с оружием мужики! Сань, глянь там с вышки, кто за бабами!
  - С щитами и копьями народ! - Раздался пронзительный детский голосок, - как римские легионы! Щиты из дверей вроде сколочены, здоровые!
  - С щитами значит, - родственник как-то значимо переглянулся с таким же стариком, - не зря, значит... Двигай, Лёнечка, на позицию. Женя! Давай-ка дротик, как на тренировках!
  Молодая женщина выбежала вперёд и метнула дротик верёвочной петлёй. Петля сработала как рычаг и метательное оружие вылетело за ограду, вонзившись метрах в ста от неё.
  Дойдя до рубежа, колонна остановилась и бабы заполошно разбежались, освобождая дорогу вооружённым мужчинам с щитами выше своего роста.
  - Барра! - Донёсся истошный крик, и щиты нестройно ударили оземь, - Барра!
  - Не к месту орут, - принуждённо засмеялся Пашка, раздвинув в резиновой улыбке побелевшие губы, - это надо вопить, когда в атаку идёшь.
  - Клоуны, - поддерживаю друга, пряча за спиной дрожащие руки, - что ты хочешь от скорбных разумом? Где там Зин Пална? Ща переговоры затеют, к гадалке не ходи.
  - Есть люди как люди, есть люди как бляди, - в голос, с большим чувством донеслось до нас, и из операционной вышла тётя Зина, - ну ФСИНовец... Знала ведь, что так или иначе столкнёмся с ним!
  Пока главврач ругалась, влез на помост и сел, разглядывая людей через щель промеж жердин. Сел, потому как ноги подламываются, ужас непередаваемый. Даже когда стреляешь куда-то в белый свет, не видя противника - жуть! А вот так, лицом к лицу, да ещё и видишь знакомые лица среди толпы...
  - Сбежать, пока не поздно, - мелькает мысль, - из-за меня ведь... ну то есть не прямо из-за меня, но могут выдать, чтобы не обострять.
  Вспоминаю о местной живности и снова усаживаюсь на помост. Отчаянно хочется верить, что не выдадут, не сделают разменной пешкой... Оглядываюсь на Зинпалну и дядю Колю, с некоторым облегчением понимаю - не выдадут.
  Одетый в старую офицерскую форму, из рядов гулаговцев вышел немолодой мужчина, размахивая длинной жердью, на которой висел триколор и здоровенная ветка с листьями.
  - Переговоры, что ли? - Озадачился дядя Коля, - Зин, давай я за дипломата?
  - Действуй.
  - Тёть Зин, - подхожу я к ней, - может, я смотаюсь потихонечку, всё меньше поводов для драки? Скажете ему, что меня здесь нет и всё такое...
  - Смотается он! Ишь! Не ты, так другой повод вертухай нашёл бы, кому непонятно?
  - Да всем всё понятно, - тоскливо отозвался полноватый мужчина с длинным луком, - в рот я ебал такое общество, где вертухаи править будут.
  - Дома надо было ебать, ёбыри! - Донеслось откуда-то со стороны медсестёр, - правят давно уже!
  - Марин, заткнись, а? Вот не хватало... - сварливую бабу заткнули товарки. Настроение у всех, похоже, воинственное. Как-то так сложилось, что среди прибившегося к госпиталю контингента представители той, российской ещё власти, доверия не внушают. А уж ФСИН...
  - Хули надо!? - Поинтересовался дядя Коля, выйдя за ворота с веткой зелени в руке, - мы цирк не заказывали, клоуны не нужны.
  - Мы не..! - взвился было камуфилированный, но взял себя в руки, - Ивашинников Леонид Фёдорович, как представитель законной российской власти, требует признать его юрисдикцию...
  - Чего? Какой такой власти? Народ! - Старик оглянулся назад, - мы что, в Россию вернулись? Так с какого хрена...
  - Высокий дипломатический этикет, - нервно оскалилась Дашка, ставшая поближе к нам.
  - Чисто неконкретный базар, - пробило на нервное хи-хи меня, - ладно дед, он импровизирует. А тот... дятел как есть. Что, подготовиться не мог или поумнее никого не нашлось?
  - Не нашлось, похоже, - отозвалась тётя Надя, зло засмеявшись, - кто за тюремщиками пойдёт? Нет там умных. А это, кажется... да, Максим Панков. Он?
  - Он, он, - нестройно отозвались бабы.
  - Ёбнутый на всю голову, - вздохнула тётя Надя, - Афганец вроде, но по статье с головой комиссовали. В дурке даже лежал, потом ничего... отпустило. В православие ударился, я сперва радовалась за него - думала, может и присмотрят. Потом в городе его видела - то он с казачками в форме и с нагайкой ходил, то крестный ход организовывал в честь Николая Второго.
  - Царебожник?
  - Кто? - Не поняла меня женщина.
  - Секта такая в православии, Николашку чуть ли не вторым Христом считают.
  - Не знаю... - неуверенно, - что-то похожее точно, он по убитому царю много сокрушался и нас покаяться призывал за его убийство.
  Ситуация зашла куда-то не туда, воинственно настроенный вертухайский спецназ расслабился и стал с интересом наблюдать за спором. Несколько минут спустя камуфлированного отозвали, а из рядов донёсся искажённый мегафоном голос:
  - Я генерал Ивашинников Леонид Фёдорович...
  - Сам себе очередное звание присвоил? Да ещё и через ступеньку прыгнул? - Удивилась Зинпална, - быстро!
  - ... как правопреемник Российской ... ации... требую...
  Бабы вновь построились перед войском и до нас донеслись звуки российского гимна.
  - Россия священная...
  - Союз нерушимый, - надрывая голос, начал петь кто-то из стариков. Слова быстро подхватили и вскоре пели все.
  - Я ведь никогда при Союзе не жил, а гимн знаю. А российский так и не смог выучить...
  Длинная бамбуковая жердь с красной майкой взметнулась над госпиталем.
  - Ёбаный пиздец! - Сдавленно прошипел Пашка, - уже идеология в ход пошла. Что-то мне сыкотно, Саш.
  - Да мне тоже, - вражеская сторона подняла в глубине строя иконы и пошла... всё так же, с бабами впереди. Видно было, что им адски страшно, но что-то удерживало женщин, в большинстве своём не очень молодых, от бегства. Чтобы заглушить страх, они начали нестройно петь молитвы.
  - Не хочу... зону, - бледный как смерть мужичок с наколками вышел вперёд с ременным дротиком, - народ, делай как я!
  Десяток мужчин и неожиданно - полтора десятка женщин (при госпитале их много больше, чем мужчин), вышли вперёд. Глянув на отворачивающегося Пашку, взял дротик и я. Как-то неожиданно противостояние зашло далеко...
  - Мне - надо, Паша, - говорю ему негромко, - я же как катализатор сработал.
  - Раньше или позже...
  - Сработал, Паш! Нельзя мне в кусты. Кого другого может и простят, а мне с этим ФСИНовцем если и жить... то у параши точно.
  - А бежать некуда, - сглотнул друг, беря связку дротиков.
  - Пора, - гляжу по сторонам, но... остальные тоже смотрят, не решаясь переступить через себя. Нет однозначного лидера, способного взять командование на себя, да и ситуация пока не зашла слишком далеко. Все понимают, что надо, что если не оказать сопротивление, то ждёт нас зона с культом личности Ивашинникова, но...
  - Идут, идут! - Донёсся голос мальчишки с вышки, - тётки разбежались, мужики вперёд!
  Грохнул выстрел, и детское тело свалилось сверху.
  - Разом! - Заорал дядя Коля, по морщинистым щекам которого потекли слёзы, - разом, ну же!
  - Разом! - И мы бросили дротики через хлипкую ограду.
  - Ещё, - донеслось от дяди Коли, - разом! Ещё!
  Дротиков было в избытке, и каждый из нас кинул не меньше десятка. Кто и в кого попал... надеюсь никогда не узнать.
  - В атаку! - Вооружившись длинным копьём, старик вылетел за ворота.
  - Стоять! - Дёрнул меня один из стариков за ворот, - куда поперёк нас?
  Грохнул выстрел со стороны гулаговцев, ещё... донеслись выстрелы и от нас.
  Взяв наизготовку копьё и связку тростника в качестве щита (ну не готовились мы к войне!), вышел за ворота вслед за стариками и...
  - Блять! Пуля! - Неверяще смотрю на окровавленный бок и опускаюсь на землю. Невеликим своим медицинским опытом понимаю, что рана болезненная, но безопасная - если можно вообще так выразиться о ранении в условии полного отсутствия медикаментов и антибиотиков.
  - Внутренние органы не задеты, - бубнит побежавший Пашка, - наложить на рану тампон и повязку, после чего доставить в ближайший медпункт.
  Проговаривая свои действия, сделал мне перевязку и подхватил на руки.
  - Сам дойду! Что ты меня как...
  - Но выёживайся, - друг не обратил внимания на возмущение, бегом направляясь к госпиталю, - потом успеем поругаться.
  - На стол! - Быстро приказала встревоженная Зинпална, завидев меня и бесцеремонно отдирая повязку, - ф-фу... ничего страшного, только рану почистить на всякий случай. Готовься, сейчас будет больно!
  Сознание я не потерял, зато описался... немного. Стыдно, как ни странно, не было - когда в сквозной ране ворочают прутом, как-то спокойней воспринимаешь подобные вещи.
  - Ну вот блядь, куда вы попёрлись, - ругалась врачиха, - боевики херовы! Ладно Пашка, берсерк горный, да и лоб здоровый, а ты-то!? А ты, Петриашвили, не улыбайся! Чем думал, когда воевать бежал?
  - Я как санитар, - отбрехался друг.
  - Санитар... - прищурилась тётя Зина, - ну так иди санитарь дальше! Сейчас там работы тебе... блять, за что мне всё это?!
  - Это...
  - Да нормально всё с Сашкой! Из макарова, похоже, бок прострелили - болезненно, но через неделю уже ходить нормально сможет. Собственно, он и сейчас может, но очень, очень нежелательно! Уу... утырок дебилоидный, зачем под пули подставлялся?! И сам чуть не подох, и толку от тебя такого сейчас?
  - Зин Пална, так я сидя могу чего...
  - Сидя он... а куда деваться, придётся! Пашка, помоги ему слезть со стола. И всё, всё - иди, тащи людей.
  Оглянувшись на меня, Пашка ушёл, несколько успокоенный болезненным, но вполне бодрым видом.
  - Слабость... - прислушиваюсь к себе, пока ковыляю к стулу, - но больше, наверное, от зонда, чем от пули и кровопотери. С-сука! До сих пор ноги трясутся.
  Присев за стол, взял на себя заполнение документов - благо, учили. Медсестра, старенькая уже Роза Дмитриевна, сидела напротив.
  - Тёть Роз, а...
  - Подскажу, - отмахнулась она, потирая рукой под левой грудью, - не беспокойся.
  Выстрелы перестали звучать, а доставленные раненые уверенно говорили о победе. Только вот голоса нерадостные...
  - ... баб чуть не полсотни, - жадно затягиваясь примой, вполголоса говорил работяга, пока его перевязывали, - дротики в основном. Как бабочек булавками... А этих, со щитами, меньше... но мы их потом, когда они убегали... в спины.
  - Не мы пришли к ним, и не мы начали стрелять, - утешила его Дашка, ловко обматывая голову, - мальчишку-то... как вспомню, как он с вышки... без слов.
  - Мальчишку, - помрачнел раненый, - сколько таких мальчишек сегодня осиротело!
  - Если бы не арбалеты, что работяги наши сделали, хер бы какие дротики помогли! - Убеждённо говорит женщина мужиковатого вида, помогая взгромоздиться на стол раненому мужу, - дротики всё больше баб, легионеров этих с десяток разве зацепило, за щитами-то.
  - Думали, от зверья, - с нервным смешком отзывается Зинпална, - а получилось вот так.
  - Да от зверья и есть, - зло отозвалась женщина, - никогда мальчонку не прощу!
  - Ивашинникова поймали! - Раздался истошный визг над госпитальным городком, - живого! Бабы!
  - Никакого самосуда! Только судить!
  ФСИНовца отстояли, но... сомнений в его участи никаких. Оглядываться на какие-нибудь демократические институты нет необходимости, а человек этот опасен, ох опасен...
  - Идут! - Заорал с вышки Славка-Расписной, - с других посёлков отряды!
  
  - Мы в ту сторону давно посматривали, да всё повода не было, - жадно глотая воду после длинного забега с оружием, - прерывисто сказал лидер заводских, - ФСИН... не мне вам говорить, народ там изначально с гнильцой. Нет в этой профессии ничего доброго и светлого.
  - Слухи доходили, что он секту какую-то сколачивает, - мрачно озирая поле боя, - процедил сквозь зубы Пётр Иванович, в миру завуч одной из городских школ, ставший главой Школьного посёлка, растущего потихонечку по соседству, - промедлили.
  Немолодой, очень интеллигентный мужчина вычурно выругался, побелевшими руками сжимая тяжёлое копьё.
  - Вы уж простите, что помедлили на помощь к вам идти, - обратился Пётр Иванович к Зинпалне, но нас в Школьном полсотни всего, не считая детишек. В оборону сразу встали, да гонцов разослали по посёлкам. Потом уже, с другими отрядами подошли.
  - Не винитесь, - искренне сказал дядя Коля, на грязном лице которого виднелись высохшие дорожки от слёз, - главное детей защитить, вы всё правильно сделали.
  - Правильно, а всё равно...
  - Не винитесь, - сказала Зинпална, - не ваша это вина и не наша. А вот чтобы такого в дальнейшем не происходило, надо что-то делать.
  - Что-то, - бесцеремонно влез Расписной, - да Советы! Чего? Я не о коммунизме, я... помните, после Революции были Советы солдатских и рабочих депутатов? Вот! Органы власти нужны и депутаты от каждого посёлка, с полномочиями. Но чтоб отозвать каждого депутата могли враз, а не... не как в Думе, будь она неладна. А там уже и решать будем.
  
  
  
   Седьмая глава
  
  
  
  Обернув полами футболки металлическую миску, отхожу в сторону, усаживаясь прямо на влажный после недавнего дождя бамбуковый помост, едва не выпустив в последний момент из-за плеснувшегося на руки горячего варева.
  - Зар-раза! - Отмахнувшись брезгливо от гигантского таракана, решившего использовать меня в качестве посадочной площадки, вытаскиваю широкий кинжал и кладу рядом. То ли пары бензина повыветрились, то ли ещё что, но насекомых в посёлках становится многовато.
  Помимо брезгливости при виде гигантской мокрицы или двадцатисантиметрового таракана (летающего!), есть ещё и вполне реальные опасности. Насекомые через одного ядовиты, отмахиваться голыми руками опасно. Потеряли от них больше людей, чем от нападений хищников.
  Шершни до десяти сантиметров... каково?! Одного укуса хватит, чтобы насмерть. Правда, такую пакость видели всего два раза, ну да хватает и другой дряни.
  Изощряемся как можем - кто кинжалами обзавёлся, а в последнее время наши госпитальные бабы завели моду на многохвостные плётки. Выглядит, конечно, специфически... но помогает.
  Настои на травах ещё используем в качестве дезодорантов, но с ними хуже. Попал под дождь (а они тут постоянно и всегда неожиданно), так мажься заново. Начали плести что-то вроде пончо из отпугивающих насекомых трав, и вроде как результаты обнадёживающие.
  - На! - Плюхнувшийся рядом Пашка протянул варёный росток бамбука, похожий на початок кукурузы, - Зинапална сказала, чтоб ты перестал выёживаться и начал жрать, что дают, пока запор не начался.
  - Паш...
  - Ешь! Сам знаешь, как у нас со жрачкой туго! Вроде бы и до фига вокруг живности, а сколько там ядовитой, без меня знаешь. И ладно бы зубы или там шипы, но ведь хватает и тех, у кого само мясо ядовитое.
  - Жрачка, - поморщилась подошедшая Дашка, - Петриашвили, что ты слова нормальные подбирать не хочешь? Умные вроде парень, а лексикон чуть больше, чем у Эллочки-людоедочки.
  - Отвянь, - огрызнулся друг, подвигаясь, чтобы та могла присесть рядом. Пикировка их стала привычной - Дашка не оставляет попыток захомутать понравившегося парня, а Павел... ну не интересуется он тощими голенастыми девчонка, из которых ещё неизвестно, что вырастет! Девчонка на мордашку очень даже ничего, да и ноги, даром что тощие, вполне себе стройные и даже длинные. Но маман... несмотря на человеческие качества, физически как-то не вдохновляет.
  - Ещё пару месяцев и еда нормальная будет, - приободрила меня девочка, не слишком охотно принимаясь за еду, - разберёмся помаленьку, что и как готовить, и будет у нас лет через несколько вполне себе высокая кулинария.
  - Будет, - соглашаюсь уныло, зачёрпывая бульон. Змеятина, основная наша еда после переноса, говорят, считается деликатесом. Но то ли у нас не мясные породы, то ли готовить не умеем. Думаю, верно и то, и другое - в садовом товариществе 'Металлург' не нашлось любителей азиатской кухни.
  Точнее... любители-то нашлись, но всё их любительство сводилось к выбору суши в буклетике при заказе на дом. Чуть реже - к рассказам о посещении Азии, где они ели-пили-видели всяческую гадостную экзотику, вроде жареных насекомых на палочке, да вино, настоянное на мышатах.
  Так что змеятина, змеятина и ещё раз змеятина. Благо, сами приползают и не нужно тратить время на охоту. Да и опасно это.
  Местная живность, по утверждениям биологов, вполне себе параллельна земной, но далеко не тождественна. Недавно похоронили бравого охотника, решившего добыть виденных в кустах зайцев. Добыл... Стайными хищниками оказались, при всей похожести на земных длинноухих.
  Кровью истёк в ста метрах от заводского посёлка, благо хоть тело отбить сумели... хотя вряд ли его друзей это сильно утешило. Так что охота дело такое... расчищаем помаленьку окрестности вокруг посёлков и дорог, и на этом всё. Что под руку само лезет, на то и охотимся.
  Змеи, мелкие травоядные, грызуны, птицы, да изредка - хищники из числа мелких кошачьих. Не перебираем.
  Думалось после переноса, что вот сейчас как ринемся исследовать и обследовать дивный новый мир! Обживать и покорять!
  Реальность оказалось куда более прозаичной, началось со строительства посёлков, да непременно со стенами, ибо ссыкотно... после виденных крокодилов метров этак до восьми в длину. Говорят, это ни хрена не крокодилы, а рептилии более древнего подвида, но разницу мало кто понимает.
  Да и не хочется понимать, честно говоря. При виде зубастой гадости шириной с двуспальную кровать и длиной с автобус, как-то резко озадачиваешься совсем иными вопросами.
  Затеяли производства и техническую часть вообще - для больницы, для кузни, для слесарки, для химического цеха. Смех один... наша надежда на выживание заключается в химической лаборатории уровня не самой продвинутой школы, да списанных (и спизженных) станках школьного же уровня. Сверлильные, несколько универсальных токарных, несколько... разные, короче.
  Не самые продвинутые - так, подхалтурить по мелочи умельцу-пенсионеру. Чиненые, с давно выработанным ресурсом... других нет. С горем пополам (каждая поломка - трагедия уровня национальной катастрофы) работают на вырабатываемых самодельными ветряками электричестве.
  Запустим, причём в самое ближайшее время - сможем получить взрывчатку, кислоты (страшно нужные вещи в быту робинзонов), стволы для ружей и маленьких пушек.
  С пушками всё серьёзно - если крокодилы метров этак восьми здесь рядовые экземпляры, то без серьёзного оружия нам конец. Для защиты посёлков именно что пушки и нужны. А ещё взрывчатка, кислоты, напалм... с последним пока благополучно, наделали из горючки.
  Страшненький это мир, опасный. Возможно, через несколько лет все эти опасности будут восприниматься с улыбкой... теми, кто останется в живых и освоится.
  Стыдно немного, но запрет покидать расположение Госпиталя иначе, чем под охраной, касающийся лично меня и ещё ряда ценных сотрудников, воспринял с облегчением.
  - Хороших медиков мало, - Зинпална смачно затянулась и с отвращением глянула на 'Приму', - а ты хоть и недоучка, но рука лёгкая. Я, Дашка, Фёдор Ильич, ты... всё, других хирургов у нас нет.
  - А медсёстры?
  - А... - окурок полетел в мутный поток воды, закручивающийся под верандой, - чуйка нужна и руки лёгкие. Чтобы там о знаниях не говорили, но хирург - отчасти врождённое. Если дара нет... короче, по законам военного коммунизма, ясно? Увижу ещё раз, что на расчистку полез, выпорю на площадке перед госпиталем. При всех!
  - Зинпална!
  - Мама правильно говорит, - вмешалась Дарья, - Ты у мужиков спроси, нужно ли тебе лезть в дебри? Ругаются на тебя, ворчат или косо смотрят? Может, полноценным хирургом ты и не станешь...
  - Конечно не станет, Даш! - Усмехнулась врачиха, - это всерьёз... я о полевой хирургии говорю. О хирургии здесь и сейчас. Сколько шкур ты заштопал? За три сотни уже перевалило. И я вижу - лёгкая у тебя рука, лёгкая! Не факт, что в кишках ковырятся сумеешь успешно, тут и знания, и мышление специфическое... Но даже зашить если после операции, да твоими лёгкими руками - уже кучу проблем снимает.
  - И мастерить всякое, - снова Даша, которую беспокоит моя 'пацанская дурь', как она это называет, - кто ещё-то? Рукастых полно, но по железякам в основном. А керамика, ткачество... Саш, бросал бы ты свою дурь, а?
  - Ладно, - внешне неохотно, ну чувствую, как немного отпускает вечная настороженность, - обещаю.
  Помимо трудностей технического характера, хватает и психологических. ГУЛАГ дубль два, будь он неладен... Да не один такой ушлый нетоварищь оказался, нашлись и другие. Кто секточку наладить попытался, с собой во главе, кто возродить РПЦ.
  Особо резвых сектантов приструнили - из тех, что совсем без башни. А кто притаился под видом возрождаемого РПЦ (несколько служек на садах нашлось) или вроде как безобидных баптистов, и что из этого вырастет, сказать сложно.
  
  Доев, через силу грызу бамбучину - надо, уже успел выяснить на собственном опыте, что на одном мясе организм того... запор приключается. А безопасная зелень, одобренная нашими биологами, как назло либо безвкусная, либо откровенно невкусная. И чаще всего варёная, ибо паразиты.
  - Дымка, что ли, - бормочет Дашка, с силой отводя глаза от места, где ещё виднеются колья с остатками... или останками? В общем - тем, что осталось после казни Ивашинникова с супругой. Народ тогда сильно озверел... но говорят, потенциальные кандидаты в диктаторы быстро сдали назад, эксцессы такого рода как отрезало.
  - Насекомые наверное, - поворачиваю голову, - кровь же впиталась, и вообще.
  - Да, наверное насекомые, - соглашается Дарья, - ладно, давайте миски, помою!
  - Да ладно, - для порядку бурчит Павел, - что я, маленький.
  - Давай! Настроение такое, заботливое.
  - Ну раз настроение...
  - Хорошая кому-то жена достанется, - с намёком говорю вслед девчонке.
  - Угу... заботливая, да? А характер-то какой... я, блять, когда с ней сцепляюсь, не всегда понимаю, кто из нас больший мужик! Зинпална всех в кулаке держит только так, а Дашка уже сейчас от неё не отстаёт. Сможет ли нащупать черту между рабочим и личным, бооольшой такой вопрос.
  
  - Ахренеть, - присвистнул Пашка, завидев ограду Школы, - вот это крепость отгрохали!
  - Дети, - пожала плечами Татьяна Александровна, бывшая моя учительница в младших классах, - безопасность детей превыше всего. Больше пяти тысяч перенеслось, почти половина дети. Малышня сейчас при посёлках, а кто постарше, в интернате здесь.
  - А с программой что? - Живо поинтересовался Петриашвили, вечный критик системы школьного образования в нынешнем виде, - всё по-старому?
  - Младшие классы пока без изменений почти, только уроков биологии больше ввели. А старшие... такая свара идёт! Мальчики, вы бы знали! Любому нормальному человеку ясно, что в нашей ситуации нужно упор на практичность делать - биология, прикладная химия... Нет же, есть среди моих коллег люди, которым чувство собственной важности важней детей.
  - Антонина? - Влезаю в разговор, - русичка?
  - Она... - Татьяна Александровна вздыхает, - дети должны вырасти культурными людьми, впитать культурный код великого русского народа. И Достоевским с Толстым как козырями.
  - На хуя?! - Вырывается у Пашки, - ну... извините, но в самом деле?
  Пожав полными плечами учительница отмолчалась, хотя видно, что сказать может много... но сплошь матерно!
  
  - Китайская коммуналка! - Вырвалось у меня при виде одноэтажных бамбуковых бараков на высоких сваях.
  - Коммуналка! - Девчонка лет десяти радостно подхватила понравившееся выражение и умчалась прочь, бегая под сваями, - ребзя! Мы в китайской коммуналке живём!
  - Архитектура убогая, - засмущался Татьяна Александровна, - но не до жиру.
  - Нормально, - утешаю её, - сверху не каплет, сбоку не дует, что ещё надо в здешних условиях? Может, экскурсию, пока все не собрались?
  Несмотря на тяжёлое положение общины и убогий выбор строительных материалов, расположение зданий в общем-то грамотное. Через год-другой наверняка можно будет внести дельные поправки, или вовсе снести эти сараи и отстроить всё заново, но пока выглядит вполне прилично.
  Одноэтажные здания на высоких столбах, меж ними переходы без стен, но с крышами. Всё сделано для того, чтобы переходить из здания в здания, не спускаясь на землю. Детвора быстро привыкла к гигантским многоножкам, мокрицам и тараканам размером с ладонь, а взрослых передёргивает.
  Во время ливней вода поднимается на полметра и больше - стены задерживают. Они щелястые, скорее высокий частокол в несколько рядов, плюс наклоненные под углом заострённые жерди - так, чтобы задерживать более-менее крупную живность, но не препятствовать уходящей воде. А всё равно...
  Мы, к слову, переделывали ограду после начала дождей, вода аж полы в домиках заливала. А педагоги сообразили... впрочем, они и строится позже стали.
  - Спортивная площадка! - Восхитился Пашка, - всё для паркура! Дельно! В футбол у нас не очень-то побегаешь, по грязюке, а ловкость и прыгучесть развивать нужно. Надо и у нас сделать.
  Фальшиво продудела флейта, и Татьяна Александровна потянула нас на площадку внутри школы. Здесь уже собралось сотни три народа.
  - Делегаты от посёлков собрались, - зычно объявила директриса, - Совет объявляется открытым.
  ... - голоса не могут быть равны! - Уверенно говорила ораторша, - не может быть голос академика равен голосу бомжа, чтобы там не говорили о демократии! А в наших условиях такая уравниловка смерти подобна! Умеешь что-то важное или работаешь на благо общины как стахановец - почёт тебе, лучший кусок мяса в миску и при голосовании твой голос учитывается как несколько.
  - Даёшь! - Раздался из толпы ломкий юношеский басок, и делегаты дружно проголосовали. Почти тут же на помост вылез мальчишка лет четырнадцати от силы.
  - Сокольские меня знают, я Тёмка Жилин. Сюда пришёл как делегат от сокольской молодёжи. Хочу поднять вопрос об избирательных правах для моих ровесников. Стоп! - Мальчишка поднял руку, - мы не просим... мы требуем! Да, требуем! Не для всех, но многие наши сверстники на равных стоят в дозорах, работают на стройках и делают что-то ещё, притом не хуже взрослых, а порой и не меньше! Так почему мы лишены права голоса?
  - Молоко на губах...
  - Слезь со сцены, щенок...
  - Взрослые люди...
  Какая-то тётка потащила мальчишку за руку с помоста. Чёрт дёрнул меня взлететь вверх.
  - Руки! - Хлестанул наглую особу по жопе снятой футболкой, - руки убрала! Кто тут сопляки - в глаза мне смотреть! Я!? Сколько шкур я заштопал, все знают? А уроки мастерства по керамике и ткачеству забыли? Или вон Пашка... поднимись! Формально мы все несовершеннолетние, а работаем по взрослому. Павел вот медбрат и охотник, если кто не знал, хороший притом медбрат и хороший охотник. Хотите как к пиздюкам относится?
  Орали в толпе знатно, но победили сторонники дать молодёжи право совершеннолетия с четырнадцати лет.
  - Именно право, пиздюки, - зычно сказал хамоватый дед, - не обязанность. Одни в этом возрасте способны только в стрелялки на компутере играть, а другие вполне взрослые люди. Работаете как взрослые? Получите взрослые права вместе с обязанностями! Кто за? Единогласно!
  - Ещё слова! - Не ухожу с помоста, раз уж поймал кураж, - также по поводу избирательных прав. Может, не стоит наделять ими всех подряд? Иждивенцев, отлынивающих от работы, валом! Взрослые мужики и бабы сплошь условий себе требуют, с места их хер сдвинешь. А к кухне первые! И голосовать тоже в первых рядах! Да сплошь за блага себе, любимым!
  - И лишенцев... того бы, - добавил Пашка.
  - Сталинист, блять! - гоготнул кто-то в толпе делегатов, - лишенцы уже пошли.
  - А как их назвать!? - Влезаю я, раз уж Пашка растерялся, - лишенцы и есть! Эти... ФСИНовцы у нас, в других посёлках другая беда. Так? Все знают таких долбанутых - так лишить их избирательных прав и права занимать какие-то должности!
  - Дельно пацаны говорят! - На помост влез смутно знакомый мужик с отцовской работы, - я за! Мужики, ну в самом деле, на хрена нам в демократию американского образца играть, с правами меньшинств, толерантностью и прочей херотой!
  - Диктатура?!
  - Хература! Прямая демократия - власть народа то есть. Не на бумажки всякие, а как лучше... Ну, вы поняли!
  - Голосуем! Кто за!
  Меньше чем за два часа приняли основные законы, регулирующие деятельность Садового товарищества 'Металлург'. Минимум бюрократии и никаких привилегий будущим депутатам, представляющим посёлки на Совете, собираем по мере надобности. Пока условились собраться через три дня здесь же, в Школе.
  - Единственная привилегия депутата - представлять интересы своего посёлка на Совете, притом непременно в нерабочее время! - Процитировал Пашка, - сильно...
  
  -... вот ты и будешь представлять, - подытожила Зинпална, - бабы, вы как на это смотрите?
  - Парнишка бойкий, - пожилая медсестра с некоторым сомнением поглядела на меня, - кого бы постарше в нагрузку...
  - Николая Ивановича, - предложила Даша, - решительный дед... да, мам?
  - И ты давай, - Зинпална хмыкнула и облокотилась об ограду, - как будущая глава... Девки! Я вижу, кто-то недоволен? Демократии хотите? Ну, что предлагаете!
  - Поменьше непотизма, - выступила вперёд полная Раиса Ивановна из регистратуры.
  - Да я и сама не... - начала было Дашка.
  - Помолчи, - прервала мать, - Раис... ты вот новости чем слушала? Про голоса в зависимости от пользы только что объявили. Твой голос - один. Один, Раиса! Ты всю жизнь в регистратуре и сейчас в регистратуре. А Дашка уже сейчас мне при операциях ассистирует. Полостных! Сколько голосов у неё, а?
  - Госпиталь не ваше... - вякнула было медсестра, не отвыкшая ещё от привычки добиваться своего умением скандалить.
  - Моё, Раечка, - ласково сообщила Зинпална, - Госпиталь это я! Я, Фёдор Ильич, Елена Фёдоровна и... Даша. Фёдор Ильич старенький уже, Елена Фёдоровна от административной работы открещивается с ужасом - при всех своих немалых талантах. Так что Даша, по факту, выполняет обязанности не только хирургической медсестры, но и моего зама. Дошло? И то, что она девчонка ещё, не отменяет того факта, что в Госпитале она одна из первых лиц. Непотизм? Да! Но и заменить её некем!
  Выйдя из-под навеса, Зинпална несколько секунд стояла под проливным дождём, подняв голову к небу. Немного успокоившись, снова зашла назад и уже спокойно, без истерических ноток, сказала:
  - Уволена. Не потому, что на Дашку наехала... просто толку от тебя никакого. Как медик ты не ноль, а много ниже ноля. И моральный климат... на хуй, короче!
  - Революция! - Громко прошипел мне на ухо Пашка, - сколько событий в один день, а?!
  - Ага, - отвечаю чуточку невпопад, - революция.
  - Где бы добыть учебник по психиатрии да проверить... чтоб не знал никто. Может, проще к Зинпалне? Не... к Дашке лучше! Второй день эти линии чёртовы... и ауры, блять! То ли спятил, то ли экстрасенсом становлюсь.
  
  
  
   Восьмая глава
  
  
  
  - Нефть, - Пётр Иванович поставил на стол посреди школьного двора несколько ёмкостей, - нашли примерно в пяти километрах на север. Выход прямо на поверхность, этакие ямины, из которых потихонечку в реку перетекает.
  - Ёба-на... - вырвалось у кого-то из стоящих рядом депутатов, - вот это фортануло!
  Разом загомонили, настроение у всех взлетело. Объяснять, что такое нефтехимия, и как она важна, никому не надо. Горюче-смазочные материалы и напалм прямо сейчас, а в перспективе... дух захватывает!
  - Живём! - Вырвалось у меня, - теперь хоть движки можно будет запускать, раз горючка есть. Насколько работа облегчится...
  - Кто хоть нашёл? - Интересуется негромко Дашка.
  - Есть умельцы, - улыбается глава Школы, - пенсионеры... кто в молодости в геологоразведке несколько сезонов отходил, кто камни коллекционировал. Вот и скооперировались, да отыскали. Не только нефть, к слову, нашлись и другие ценные ископаемые. Ну да это потом, не так спешно. А пока...
  - Строим, - бухнул весомо депутат от заводских - Юрич, некогда крановщик и один из лидеров независимого профсоюза, - нефть для нас всё, так что все силы... Нет, пусть каждый обговорит у себя в посёлках, но как по мне...
  - Цепочку фортов, - задумчиво сказал Евгений Павлович, представляющий сокольских, - и опираясь на них, двигаться к нефти. Без дурной спешки!
  - Без спешки? - Представляющий часть тракторных Витёк выплюнул соломинку и начал щурить глаза. Знаю уже его манеру брать своё горлом... не самый удачный депутат, как по мне, - ты знаешь, как важна...
  - Сейчас на чувстве вины играть начнёт, - шепчет Даша, - да давай-давай орать.
  - Завали хлебало, Витёк, - шагнул вперёд дядя Коля, - я с тобой работал, когда ты пиздюком ещё в нашу контору пришёл. Орать ты умеешь знатно, только почему-то орёшь обычно ты, а работают потом другие.
  - Неудачный у тебя напарник, - негромко говорю Жорику, лидеру тракторной молодёжи.
  - Не представляешь, как он нас заебал, - не понижая голоса, ответил с хрипотцей Жора, - вылез в депутаты потому, что его все маргиналы наши знают. Ну и вообще постоянно на виду. А пьяниц у нас...
  Не договорив, он сплюнул. Мда... проблема с маргиналами достаточно серьёзная. На садах полно не только пенсионеров и бюджетников, но и алкашей из тех, кто не опустился окончательно.
  - ... тихо! Тихо! Глава Школьного с трудом утихомирил разошедшихся депутатов, - вы забыли, что не имеете властных полномочий!? Ваше дело - обсудить проблему и донести её до избирателей!
  
  - ... бабы... бабы! Тиха! - Зинпална с трудом утихомирила разошедшихся от такой новости подчинённых, - праздник, танцы... решение какое принимаем?
  - Сокольские дело говорят, - выступил вперёд Фёдор Ильич, - форты строить нужно, да прямо завтра и приступать. Так что... вы договорились прямо сегодня собраться ещё раз? Мы согласны! Правильно, бабоньки?
  - Отлично! - Зинпална снова перехватила инициативу, - Фёдор Ильич, тогда за вами организация медицинской помощи от Госпиталя на месте. Бегать, понятно, сами не будете... да вон хоть депутаты наши. Николай Иванович техническую часть на себя возьмёт, молодёжь медицинскую, ну а вы - главный над этим безобразием. Справитесь?
  - Куда я денусь, - вроде как даже удивился фельдшер, - если надо?
  ***
  - Пааастерегись! - Огромное железное дерево с грохотом рухнуло, землю ощутимо тряхнуло. Зажужжали бензопилы и массивный ствол начали пилить на части.
  Это уже восьмой форт на пути к нефти, бестолковая суета первых дней ушла в прошлое. Архитектура укреплений нехитрая, с учётом имеющихся ресурсов, нехватки времени и агрессивной местной живности.
  В землю вкапываются высокие (никак не меньше шести метров!) столбы из железного дерева, на них настилается помост из бамбука, и разумеется - прочный навес. Последний не только от дождя, но и от всевозможной летающей дряни.
  Хищных птиц, всевозможных птеродактилей и промежуточных форм предостаточно, притом размеры порой откровенно пугающие. Семьдесят килограммов - не предел... и эта сволочь может не просто парить, но и взлетать с ровной поверхности!
  Повышенное содержание кислорода и плотность атмосферы, пониженное тяготение. Полуметровой величины стрекозы и крылатые хищники, способные унести ребёнка - наша новая реальность. Двоих так потеряли...
  - А, блять!
  Срываюсь с помоста и спешу к лесорубам.
  - Нормально, нормально! - Как заведённый повторяет пострадавший, зажав ладони между ног и раскачиваясь.
  - Руки! А... кожу содрал, чего это ты так?
  - Верёвка пошла, удержать хотел, - отзывается один из коллег пострадавшего, - дурость, конечно.
  - Дурость... - соглашаюсь, обмывая ладони и обмазывая из густой вонючей мазью от нашего биолога. Целиком и полностью из местных ингредиентов, но работает прекрасно.
  - Пошепчи, а? - Смущается пострадавший. Вздыхаю про себя... дурацкое поверье, что у меня лёгкая рука, распространилось не только на художественную штопку шкур пострадавших, но и пошло дальше.
  Экстрасенс я теперь... практически официальный. Зинпална ругается матерно, но велела не перечить - эффект плацебо, чтоб его! За нехваткой лекарств хватаемся за всё подряд, и вроде даже помогает.
  Кочергин считает, что это из-за повышенного содержания кислорода в воздухе, приводя какие-то наукообразные данные. Но судя по ноткам неуверенности в голосе, никакой кислород не способен давать столь мощный целительный эффект.
  А выздоравливают ныне в считанные разы быстрей, чем на Земле - даже без моих шепталок. Некоторые, кажется, даже помолодели... Так что вера в магию, экстрасенсорику и прочие чудеса имеет место быть, скептиков осталось мало.
  Отшептав положенное, отпускаю пострадавшего.
  - ... наблюдателем пока, вместо Левашёва пойдёшь.
  - Стоп-стоп-стоп! - Прерываю бригадира, - не сегодня! В мази не только ранозаживляющие компоненты, но и... глюкогенные. Водички попить, да в теньке баиньки.
  - А... - сухощавый бригадир плотников отмахивается от меня рукой и уходит в раздражении.
  - Да вроде ничего... - в сомнении говорит пострадавший.
  - Спать! Отлежишься если, так дня за три всё пройдёт. А выёживаться начнёшь, так и за неделю руки не заживут!
  
  Лес по краям дороги вырубается метров на сто пятьдесят. Мера вынужденная, местная хищная живность специализируется как раз на засадах. Змеи, большое количество крокодилов и хищные кошки - все они норовят подкрасться поближе, и порой получается.
  Вырубленный лес заливается какой-то едкой дрянью на основе получаемой нефтехимии. По уверениям изготовивших её спецов, растительность она выжигает только так.
  - Ящер! - Слышу истошный голос одного из наблюдателей, рассевшихся вдоль дороги на высоких деревьях, - седьмой сектор! Тип варан, метров десяти!
  - Ну-ка! - Отобрав у Пашки биноклю, гляжу в сторону седьмого сектора. Трое арбалетчиков с крепостными арбалетами уже устанавливают свои монструозных размеров орудия на треногах.
  Звучно щёлкнула металлическая тетива...
  - Попал! С первого раза!
  Вараны - те же крокодилы, только сухопутные, более 'длинноногие'. Это самые опасные хищники нашего острова, но к счастью - одиночные. Есть ещё одна особенность...
  - Повезло, - выдыхает Пашка, отобрав наконец свой биноклю (отвесив попутно подзатыльник), - с одного выстрела.
  Варана быстро добивают и разделывают на части. Мясо его воняет падалью и какой-то мускусной гадостью так люто, что есть невозможно в принципе. Зато разбросанные куски шкуры и тела на сутки-другие отпугивают прочих хищников.
  
  - Ну что, молодёжь? - Дядя Коля влезает на помост медпункта, не впуская изо рта цигарки, скрученной из какой-то местной травы. Александр Николаевич, на радость заядлым курильщикам, нашёл дикие сорта табака, так что с куревом в посёлках всё в порядке, - новость не слышали?
  Дядя Коля лучится морщинками и светом, он будто помолодел.
  - Навстречу-то, от нефти, хорошо идут! Дай бог, через недельку соединимся!
  - Здорово было бы!
  - Да уж, - родич садится по-турецки, смачно затягиваясь и не обращая внимания на пациентов, ожидающих своей очереди, - дорога жизни прямо...
  - Ну... пожалуй, - соглашаюсь с ним, - без нефти нам тяжеловато пришлось бы.
  - Один напалм как выручает, - влез в разговор лесоруб, морщившийся от действий Павла, вытаскивающего длинную щепу из плеча, - малой... Александр, да? Пошепчи, ладно?
  Выдох... и бубню привычно:
  -Есть на свете три речки широкие. В одной реке кровь течет, в другой реке вода костяная. А третья река вода простая. Так пусть и у внука Божьего Ивана рана станет не кровяной да не костяной, а простой, не будет ни боли, ни покраснения, ни воспаления, не мучает и не болит, не пухнет, не отекает и не краснеет. Да будет так, как сказано.
  Пациент отходит, а я смотрю на руки и...
  - Мне кажется, или руки светились?
  ***
  - Лишенцы! - Громко обозначил тему очередного собрания Пётр Иванович, - они стали большой проблемой, откладывать которую больше невозможно!
  - Правильно! - Влез Славка-Расписной, ставший представителем тракторных вместо Витьки, - заебала эта публика, чес-слово! Делать ничего не хотят, всё из под палки. Зато гемор от них постоянный - хуже армян, чес-слово!
  - Армяне тебе чем не угодили?! - Взвился Петросян.
  - Ара-джан, да тем и не угодили, что вечно у вас какие-то мутки за чужой счёт! - Не растерялся Славик, - все люди как люди, а вы вот ещё и представительство армянское при Совете пробили. На хрена? Великую Армению строить будете?
  Поднялся гвалт, и Славку вместе с Петросяном заткнули.
  - И правда не дело, - сказал Жорик, с которым мы в последнее время приятельствуем, - ар слишком много стало. Сорока человек нет, а лезут везде - то представительство у них при Совете, то ещё на какие-то посты претендуют. Мутки мутят, замутили всё. Задолбали.
  - По лишенцам сперва! - Прервал гвалт глава Школы, - давайте вопросы последовательно решать!
  - А что решать? - Славик оглянулся куда-то назад и выскочил на помост, - работают из-под палки, да всё заговоры какие-то затевают, шипят в спины. ГУЛАГ устраивать? На хуй, наелись! Выгнать их на...
  - На смерть!? - Истерично выкрикнула штатный секретарь Совета, в обыденной жизни учительница русского и литературы.
  - Валерия! - Рявкнул директор, - продолжайте, Слава.
  - Какую смерть? - Славка немного картинно растопырил руки, - я что-то такое говорил? Отделить просто нахер, да пусть живут свои умом! Хутора им нарезать... ну, участки под хутора предложить, а дальше сами.
  - Точно! - Воодушевился Пашка, - и хутора эти... Хотят - сами строят, хотят - мы поможем, но тогда с отдачей чтоб! Работой, мясом... придумать можно!
  - Выживут не все, - как бы про себя сказал Пётр Иванович, но почти тут же решительно махнул рукой, - да и хер с ними! Дармоедов тянуть не будем! Считаешь себя особенным? Бери топор и лопату и строй своё будущее сам - с попами во главе, как христанутые хотят, с феодализмом или чем ещё... но сами!
  - Некоторых надо принудительно отселять! - На помост вышел Жора, - Есть такая категория граждан, которые вроде бы и работают, но вреда от них больше, чем пользы.
  - Конкретней, молодой человек!
  - Могу и конкретней, - кивнул парень, - чиновники среднего звена, налоговики и прочая публика того же рода. Почти все какие-то козни строят и порулить лезут, на руководящие должности. Руководители из них...сами знаете, как нож из говна. Зато интриговать и людей стравливать - мастера! И почти тут же секретаршами и порученцами обрасти норовят!
  - Поставить на вид? - Предложил директор, - кто за? Единогласно! Чёрные метки выдать, образно говоря - недоверие общества и всё такое. Повторная метка, и сразу на отселение! Моральный климат в коллективе важен.
  - По армянам предлагаю! - Снова Расписной. Гвалт, шум... прошло.
  - Я что-то пропустил? - Спрашиваю тихонечко у дяди Коли,
  - Ага... заработался ты совсем, - дед выдохнул клуб едкого дыма, - Правду сказал Славка - слишком активные, задолбали немного своей активностью. Во власть лезут и мусульман того... превентивно предлагают.
  - Да ладно!?
  - Неофициально, - усмехнулся старик, стряхивая пепел, - но постоянно в разговорах о коварстве мусульман вставляют. Нас всего ничего осталось, а эти... чистки решили устроить.
  - Дела...
  ***
  - Народ, - Ленка Соломатина остановила шестиклашек после уроков, - есть дело. Отойдём!
  Под сваями хижин собралось несколько десятков сверстников - Соломатина девчонка авторитетная, да и родни полно.
  - Степанида вас не задолбала? - Прищурила девочка глаза, - А? Я вот не хочу слушать постоянно, какая же я бездарность и что должна учителям руки целовать.
  - Что предлагаешь? - Поинтересовался Вовка Елин, - жаловаться? Отмахиваются. Не до вас, потерпите, обстановка сложная...
  - Да обстановка всегда сложной теперь будет! - Раздражённо ответила Саломатина, прихлопнув мокрицу пяткой, - что же теперь? Только и учительница из неё хреновая!
  - Эт да... Так что?
  - Бойкот! На хрен её!
  
  - Да, Пётр Иванович, всё серьёзно, - детская делегация стояла перед директором смущённая, но настроенная очень серьёзно, - поймите!
  Ленка поджала ладошки к плоской пока груди, прикрытой старой футболкой не по размеру. С одеждой после переноса большие проблемы: вроде и много тряпок, но натуральные ткани очень быстро гниют в здешнем климате, а синтетика раздражает кожу.
  - Учиться мы не против! Женечка... то есть Евгения Олеговна старенькая, её иногда... ну, клинит. Но она нормальная учительница, старается в нас азы химии впихнуть! Пусть ругается иногда, пусть линейкой... но учит! А Степанида...
  - Мы отказываемся учиться у неё, - выступил Елин вперёд.
  - Вы представляете только свой класс? - Вежливо поинтересовался директор, всё уже решив для себя.
  - С пятого по седьмой! Всех, у кого она уроки ведёт!
  
  - ... сволочи неблагодарные, - выплёвывала слова оплывшая женщина под сорок, стоящая за воротами Школы, - я для них...
  - Ирина Степановна, - с нотками скуки сказал один из носильщиков, нагруженный скарбом бывшей учительницы, - нас на час всего откомандировали! Вещи таскать, а не слушать вас!
  Женщина развернулась, попытавшись ожечь его взглядом. Не подействовало, и явственно рыкнув, она направилась в сторону Сырского.
  
  
  
   Девятая глава
  
  
  
  - Валер... дядь Жень... - здороваюсь с мужиками - благо, знаю почти всех. Коллеги отца по работе, соседи по микрорайону и садам, дальние родственники и отцы одноклассников.
  - Давно не забегал, Сашок, - мелкий дядя Женя задерживает руку, заглядывая в глаза. Несмотря на росточек, мужик он жёсткий, крутой и очень дельный. Крутость не в кулаках... хотя говорят, умеет. Скорее - в характере и готовности иди до конца.
  - Нарасхват он, будто сам не знаешь, - успокаивает того Мотыль, - так чё пришёл-то? Навестить или по делам?
  - Совместить можно? - Улыбаюсь в ответ, очень уж встреча... привычная. Домашняя.
  - Можно, можно...
  - Навестить - это во-первых, - жестом фокусника вытаскиваю из вещмешка самогонки, - с Пашкой нагнали для Госпиталя и Зинпална разрешила взять чуток.
  - Ооо!
  - С этого и надо было начинать!
  - Сам-то будешь?
  - Не... я и раньше не особо, а теперь и вовсе... не принимает душа.
  - У нас всё примет, - ухмыляется Мотыль.
  - А я продегустирую, - подал голос Пашка, - за компанию.
  Сели в тенёчке под навесом, неподалёку от стоящих на возвышении станков.
  - Не влетит?
  - От кого? - удивляется дядя Женя, - а... Сачков у нас нет, а что перерыв не по графику, так мы этим не заморачиваемся. Рабочий день всё равно часов по двенадцать, кому как удобней, так и устраиваемся. Рыбку будешь?
  - Спрашиваешь!
  Вроде бы и не так далеко от посёлков река, но... много всего 'Но'. Для начала - крокодилы и всякие там... плезиозавры, обитающие по берегам в устрашающих количествах.
  Чисто сухопутных хищников вокруг посёлков мы изрядно повывели - не только из-за безопасности, но и... сожрали банально. Гигантские хищные птицы - что-то вроде плотоядных страусов, оказались вполне себе вкусными. Только запашок специфический... ну его научились травами отбивать.
  С крокодилами и прочими водными и полуводными тварями сложней: на освободившееся место перекочёвывает новый хищник. Так что все экспедиции к реке - с серьёзной такой охраной.
  - Вот что меня частично примиряет с Переносом, так это рыба, - сообщаю, чавкая. Почти все выловленные породы - осетровые. Говорят, чуть ли не древнейшие на планете... Так это или нет, не знаю, но рыба вкусная, костей в ней нет и... почему-то нет паразитов. Дядь Саша Кочергин проверяет чуть не каждую, но нет, и всё тут!
  - Будем, - коротко доложился один из мужиков, опрокидывая стакан, - Х-ха! Хороша! Так что за дело, Саш?
  - Оружие по руке, - откладываю рыбу в сторону, - сейчас пока вот.
  По рукам пошёл широкий кинжал кавказского типа.
  - Нормальный клинок, - одобрил дядя Женя, - не по руке?
  - Угу. Точнее по руке - сам же делал... просто для здешних условий не годится, по большому счёту. Мне бы скорее что-нибудь такое... типа мачете. Чтоб лиану срубить, хищника не крупного или вот... от этой пакости, - показываю на пролетающую мимо стрекозу. Не самую крупную, сантиметров тридцати в длину. А кусают, заразы! Не то что до крови - до мяса, с мясом!
  - Ага... - мужики начали переглядываться, роняя малоинформативные словечки и хмыканья.
  Основательно подзаправившись, провели в арсенал.
  - Здесь чисто образцы, - сообщил получивший свою долю выпивки и закуски местный смотритель, пожилой мужик, потерявший руку в схватке с вараном, - пройди погляди, что нравится. Ну и под руку сделаем.
  Глаза разбегались... вот честно, ни в одном историческом музее такой коллекции не видел! Порядка сотни разновидностей только клинкового оружия - от большущих ножей наподобие мясницких, до двуручных мечей.
  - Эти-то зачем? - Интересуюсь у служителя, показывая на пламенеющий двуручник.
  - А... мы ж не знали, что тут водится, - пожал тот плечами, облизывая пальцы после жирной рыбы, - думали, может какие эльфо-гоблины как пойдут на нас войной! Ну и делали всё подряд, а потом примеривались, кому что удобней,
  - Примерились?
  - А... махнул тот рукой, - хрень! Если тут только динозавры бегают, то все эти алебарды на хрен не нужны - только копья, арбалеты, ну и тесаки - типа как мачете, от лиан и всякой мелочи. И огнестрел, куда без него. Но мы ж ничего не знаем! Может, тут типа греческих фаланг и римских легионов! Или кочевников с луками. На всех своё оружие потребуется. Так это... баловство.
  - Саш... Саш! - Остановил меня Пашкин голос, - кончай к длинномерам приглядываться! Я понимаю, что ты мужиГ, но давай по руке себе выбирай! Иначе до ужина застрянем.
  Очарование холодного оружия отпустило меня не без труда. Пятнадцать минут спустя я сделал наконец свой выбор.
  - Уверен? - С сомнением поинтересовался Мотыль.
  - Чё так?
  - Да не... чудно просто. Дюссак это делается, как два пальца обосрать. Расковал арматурину на две трети в клинок, а треть загнул - типа рукоять и эфес заодно. Хотя Рудик говорил, что у немцев и чехов во времена Средневековья чуть не национальное оружие. Да и у нас многим понравилось, берут.
  - Кто?
  - Рудик... ну Рудольфович, Соколов.
  - Эк вы его, - кручу шеей, по которой часто прилетало бамбуковой палкой от сэнсея.
  - За глаза, - заулыбался Мотыль, - мужик сурьёзный, таких шуточек не понимает.
  В кузне сделали замеры и тут же отковали, буквально через полчаса вручив клинок.
  - С закалкой ебаться не стал, - пояснил кузнец Захарыч, древний как говно мамонта (семьдесят шесть годочков!), - обычное сталистое железо. Легко тупится, зато и точится на раз, да и остроту можно чуть не бритвенную сделать. Я так понял, тебе не лианы рубить, а просто на всякий случай?
  - Правильно понял, Захарыч.
  - Ну всё тогда, - хряпнувший самогона кузнец посчитал свою миссию сделанной и выпроводил нас из кузни.
  - А ничего так в руке лежит, - примерился Пашка к тесаку, - легковато для меня, но удобно. Бюджетный такой, но вполне приличный вариант.
  - Погодь, молодёжь! - Дядя Женя нагнал нас уже в воротах Завода, как всё чаще называют посёлок. Да и правда... это скорее Завод, при котором притулились люди, живущие едва ли не под станками.
  Потихонечку Завод обрастает предместьями-хуторами - благо, после налаживания нефтехимии безопасность повысилась в разы. Есть горючка для двигателей, есть напалм, есть примитивные, но вполне эффективные (варанам хватает) пушки, стреляющие картечью и удлинёнными ядрами.
  - Погодь! Барахло за вас я тащить буду!? Раз уж пришли, то давайте-ка, заберите заказ от Госпиталя!
  - Маать! - простонал Павел, оценив груз, - да тут килограмм семьдесят!
  
  Между Заводом и Госпиталем расстояние больше полутора километров. Раньше его мы преодолевали не меньше чем впятером, постоянно сторожась и хватаясь за копья. А сейчас и ничего... Заводские выселки, да хутора. Армяне вон нормально пристроились - аккурат между Заводом и Госпиталем свой хутор поставили. Посредничать что-то пытаются...
  Правда, дорога всё равно грунтовая и вечно раскисшая, да и змеи... Проект нормальных дорог уже готов, по нашему климату это будут помосты, без вариантов! Благо, бамбука вокруг до хрена, строить из него легко, да и гниёт медленно.
  Зато родные деревья с Земли... на лицо наползает озабоченная гримаса. Картошка ожидаемо сгнила, всходов нет и не ожидается. Прочая зелень - тем же маршрутом.
  Некоторые деревья держатся ещё, но выглядят непрезентабельно - обрастают какой-то плесенью и мхом, гниют на корню. Некоторые садоводы пытаются что-то делать, но эффект слабый.
  Дядь Саша Кочергин с коллегами-биологами пытается бороться с напастью и одновременно ищет замену среди местной растительности, но пока результаты не слишком обнадёживающие.
  
  - Бюджетно, - оценила клинок Дашка, - и из-за этого на Завод тащиться? Николай Иванович в госпитальной кузне не хуже бы сделал. Да и сам мог бы - если не врал о своих умениях.
  - А примериться? - Возмущаюсь я, - что мне, здесь эксперименты ставить? Я могу! Запрусь в кузне на месяцок, да сделаю себе по руке. Устраивает?
  - Всё, всё! - Замахала руками девчонка, - иди давай, заждались тебя.
  
  - Сегодня покажу травление по металлу химическим методом, - кладу на стол дюссак, - благо, азотная кислота нашими химиками наконец-то получена.
  - Травление металлов применяют исключительно для нанесения узоров, или есть более практическое применение? - Желчно интересуется Чаганов - долговязый программист со специфической внешностью мумифицированного аиста и плохой социализацией. Я поначалу думал, что не нравлюсь ему, придирается типа... Ан нет, просто человек такой, иначе общаться не умет.
  - Есть и прикладное, - киваю, начиная подготовку клинка, - спасибо, что спросили. Химическая полировка поверхности - в нашем поганом влажном климате это важно, полированный металл ржавеет намного медленней. Разберите металлические полосы... да, в углу. Специально приготовил для сегодняшнего урока.
  Поглядывая на мои действия, ученики возятся с металлом, время от времени переспрашивая.
  - Одно? - Всё тот же Чаганов.
  - А? Нет, ещё окалину снимают, окислы и жировые плёнки. В металлургии структуры металлов и сплавов выявляют. Есть и другие способы применения, но это уже что-то совсем научное, так что не буду вас грузить тем, чего сам не знаю.
  - Руны? - Близоруко лезет Чаганов.
  - Они самые. Я в студии много занимался подобным... ну да вы помните - аутентичные обереги языческого типа и всё в том же духе. Вы может свои узоры придумывать, а можете скопировать - не важно. Главное суть метода уловить, да поэкспериментировать немного, чтоб руку набить. Дело-то по большому счёту нехитрое. Просто там, где опытный мастер сделает всё играючи за полчаса, вы затратите полдня.
  - Альгиз, - черчу на доске руну, - от воров и негативных воздействий. Следующая - эйваз, от порчи, сглаза и тёмных сил вообще.
  - Скандинавские? - Чуточку недовольно вопрошает дедок в вышитой косоворотке. Тоже... персонаж. Поехал немного головой на почве ведических традиций ещё дома. А здесь вот... в разы. Но полезный тип, несмотря на кучу тараканов. Информация о славянских богах, понятное дело, не нужна... Зато хоть поверхностно, но знает исконно русские ремёсла, и читал на эту тему много. Обрывочная информация, мусорная... но и то польза, другой нет.
  - На одной стороне скандинавские, на другой русские. Вы же сами говорили, что мы все родня?
  Дедок недовольно жуёт губами, но молчит, старательно повторяя за мной. Проблемный... на старое имя отзываться отказывается - христианское, неправильное. Нового же пока не выбрал - боги знака не дали... Приходится общаться обезличенно.
  При всё при том, повторюсь, человек полезный, дельный. Вот и сейчас, проверив результат на металлических полосах, вижу - лучше всего справились самые неприятные типы. Чаганов и Дедок.
  - Стреляй! Стреляй, я тебе говорю! - Визжала медсестра Алеся, выдирая карабин у Валеры, - нечисть, я тебе точно говорю! Стреляй!
  Взлетаю на помост - что же там такое, никак опять ящеры чёртовы...
  Над местом казни Ивашинникова, и без того считавшегося в народе нечистым, закручивалось нечто...
  - Твою же мать! - Вырвалось у меня, - Валера, херачь! Я перед Зинпалной отвечу!
  Бывший прапор присел на одной колено, и перекрестившись, выстрелил. Картечь не оказала заметного влияния на... наверное, всё-таки нечисть. Иначе сложно охарактеризовать подобие смерча с лицом человека, от которого веяло чем-то жутким и гнилостным.
  Выстрел, ещё, ещё... Смерч кружился, потихонечку приближаясь к ограде.
  - Колья гниют! Где прошёл, даже дерево тухнет! - Заорала Алеся и ссыпалась с помоста... кубарем, - ааа! Нога! Я ногу сломала!
  Смерч будто услышал её и рванул через ограду, которая его слегка замедлила.
  - С-сука... нет бы где в стороне просачиваться вздумал, - на рефлексах отмахивают от нечисти дюссаком, пытаясь одновременно отпрыгнуть в сторону.
  Тесак полыхнул алым, и на чудовищном теле смерча появилась прореха.
  - На! На! На! Полосую его, стараясь держаться не слишком близко. Ощущение, будто бью через какую-то вязкую жижу, сопротивление вполне ощутимое.
  - Вуу! - Гигантская голова будто увеличилась в размерах и меня резко откину в сторону. Хрястнуло спиной о землю так, что за малым не выбило дух, и в придачу ко всем бедам - придавило поперёк живота бревном из развалившегося частокола.
  - Ах ты нечисть поганая... - Подобрав кусок деревяшки, дедок кинул её наподобие копья и... в полёте она превратилась в сгусток яростно ревущего огня, поглотив чудовищный смерч, - мало?! На ещё! Во славу Перуна...
  - Твою же мать... - раздался голос Пашки, - это что такое сейчас было?!
  - Херота магическая, - отозвалась одна из моих учениц, нервно икая, - да чтоб я...
  - Народ, все целы?!
  - Сашка... Сашку со стены скинуло.
  - Сааш!
  - Здесь я, придавило.
  - Здесь это где? - Задёргался Петриашвили, заметавшись по двору, - ты как, нормально?
  - Нормально, - тужусь, пытаясь убрать бревно и... мать твою! Что у меня с руками?!
  - Если нормально, то что... ты где? - Стоя надо мной и не замечая меня, сказал друг, - вылезти сможешь?
  - Не... - подаю голос снизу, видя вылезающие из орбит глаза Павла, - у меня того... лапки.
  
  
  
   Часть вторая
  
   Некоторые животные равнее других
  
  
  
   Глава первая
  
  
  
  Повышенное внимание раздражает до одури, а восторженно-сюсюкающие фразочки типа 'Саш, ну перекинься енотиком!?', неизменно становящиеся прологом к тисканью. Ну ёлки-палки, мне семнадцать со всеми вытекающими, вроде повышенного либидо! И когда по животу, пусть даже и ставшему мохнатым, женщины елозят лицом... Мне неудобно и стыдно, а им смешно и утю-тюшно!
  Дедок же цвёл и пах, выбрав наконец (надолго ли?!) имя Волхв Стрибога Всеслав, отзываясь исключительно на полную форму. Начал было собирать и паству... а как же, после столь убедительного явления магии!
  К счастью, всего через три дня прокатилось что-то вроде эпидемии омагичивания, начавшись почему-то с Госпиталя. Может, потому что больше других контактировали с нами? Одними из первых омагичилась Дашка и Павел - как самые молодые, по мнению Зинпланы.
  Петриашвили начал демонстрировать фокусы с водой, а Дарья... для начала обзавелась острыми ушами и стала видеть ауры, а чуть погодя и лечить наложением рук. Магия её не заменяла медицину в полной мере, но результаты экспериментов впечатляют.
  Девчонка может заживить одну рану средней тяжести, после чего страшно выматывается, или заживить десяток таких ран, но уже обработанных по правилам медицины немагической. Не до полного заживления, но до состояния 'Вот-вот на выписку'.
  Я же... да нечем особо похвастаться. Помимо умения перекидываться в енота-полоскуна, могу лечить - где-то на порядок слабее Дашки. Поначалу хватало и этого, чтобы вызвать восторг, а теперь, две недели спустя, я вполне себе рядовой... оборотень.
  Решили пока остановиться на такой классификации, хотя никаких связей с лунами не наблюдается. Как не наблюдается жажды крови и новых енотов-оборотней в числе покусанных. Ну... не моя инициатива, честно говорю. Бабы наши немного двинулись в первые дни, желая получить способности.
  Каким образом они добывали образцы моей слюны, и вспоминать стыдно. А результатов нет, хе-хе! Те неудобные моменты дружно обходим молчанием - как и не было ничего.
  Ах да... внешность у меня тоже меняется, но не так быстро, как Даши. Та в считанные дни стала походить на эльфийскую девочку-подростка. У меня же черты лица меняются и растут кончики ушей, но...
  ... это не радует, потому как заодно уменьшается рост. Видимо, енотам-оборотням полагается быть мелкими. И боюсь... упитанными. Ну, если по логике.
  Красивой ли стала Даша? Сложный вопрос. Девчонка и раньше была вполне симпатичной, только что тощей. Тощей она и осталась, а что черты лица изменились и глаза стали больше... скорее экзотично выглядит, чем по-настоящему красиво.
  Да, глаза стали больше, и не только визуально, проводили сложные замеры - увеличилось само глазное яблоко, став заодно скорее линзой. Черты лица чуть тоньше - не критично. Разве что кожа очень уж хорошая стала, пропали мелкие подростковые прыщики.
  Улучшенное здоровье, включая резко (в разы!) возросшую физическую силу - правило, а не исключение. Все получившие сверхспособности, демонстрируют растущие новые зубы, разглаживающиеся морщины и прочее в том же духе, отчего в посёлках царит несколько нездоровая эйфория.
  Валера-формовщик хихикал, называя такое настроение укуренным. Ну да ему лучше знать - сидел в своё время за рапространение.
  Сразу появились Избранные и попытки смотреть на остальных через губу. Заканчивалось это всегда плачевно - сперва ссорами и дрязгами, а потом... обиженные тоже становились сверхами и шла ответка.
  Оборотни всех мастей, странноватые подчас магические способности, изменение внешности... С последним были проблемы - далеко не все становились эльфоподобными, хватало и... орков. Рожи, по крайней мере, у некоторых ну точь-в-точь!
  На этом фоне произошло немало семейных и неожиданно - национальных скандалов! Понятно, что если ты трепетный эльф, а супруга стала ну натуральным орком, сложно сохранить такой брак. Дело не только во внешности, но в изменившихся бытовых привычках, а отчасти и в феромонах.
  Десяток национальных хуторов прекратили своё существование в считанные дни. Как можно строить Великую Армению (или ничуть не менее Великий Азербайджан), если часть твоих соплеменников теперь наги?! Да-да, те самые змеелюди! А сам ты нормальный дроу...
  Людей, по некоторым признакам, не осталось вовсе. Некоторые из числа омажившихся и помолодевших вполне человекоподобны, но мелкие детали... У кого язык раздвоенный, кто по ночам на луну воет или мелкими чешуйками вдоль позвоночника обзавёлся.
  Рас... или скорее - видов, по мнению наших медиков и биологов, по меньшей мере под сотню. И ситуация в посёлках пошла вразнос...
  Опьянение силой, желание построить Новый Лучший Мир с Избранной Расой и... да проще перечислять, чего только не было. Новоявленных Избранных здравомыслящие товарищи били по голове - если успевали.
  Получалось не всегда, и начали расти новые хутора... пардон, столицы новых царств, княжеств и республик. К счастью, не все одержимы национальным самосознанием и расовыми теориями. Хватает и тех, кто решил просто отойти в сторонку, чтобы не участвовать в явственно надвигающейся Гражданской... с расово-видовым уклоном.
  ***
  Зинпална затянулась косячком, уставившись куда-то в пустоту стеклянными глазами. Вот тоже... проблема с наркотиками не становится легче, потому что они 'лёгкие'. Какие-то разновидности конопли, грибов, коки... всё в ход идёт!
  Крышу у людей, ставших нелюдями, рвёт капитально, а наркотики... в настоящее время они многим кажутся меньшим из зол. Омаживание и эволюция не у всех проходит так легко и безболезненно, как у меня, некоторых корёжит крепко.
  Наркотики используют как обезболивающие и отчасти - психотропные. Грядущая наркоманизация общины ужасает, но других альтернатив пока не видим. Да собственно, и контролировать не можем.
  Смена физиологии сопровождается болезненными ощущениями - у кого слабее, у кого сильнее... но длительными. Сутки-двое ещё можно терпеть боль, эквивалентную заболевшему зубу, а дальше... терпеливых мало. Да и болит организм порой так, что один из пациентов весьма метко назвал это состояние 'Зубной болью во всём теле'.
  Меняется и психика, что ничуть не менее тяжко. Вот как быть, если вчера ты - восьмидесятидвухлетняя пенсионерка Мария Адамовна, у которой все мысли вокруг огорода, банок с заготовками и внуков, а теперь - молодая женщина лет двадцати от силы, да со второй волчьей ипостасью? Мало того, что возраст... так вторая ипостась требует охоты, крови на клыках и высокой иерархии в стае. Альфа-самкой быть хочет.
  Супруг же, к бесправию и безмолвию которого бывшая пенсионерка привыкла за более чем полвека совместной жизни, становится... Не очень пока понятно кем, но волчье сознание воспринимает его как добычу. Между прочим, любимый муж! По крайней мере, привычный...
  Трагедий на этом фоне превеликое множество. Расходятся супруги, братья и сёстры... Хвала небесам, что хотя бы несовершеннолетние, лет до пятнадцати-шестнадцати, дети при омаживании становятся одного вида с матерью.
  Убийства, самоубийства, расовые и видовые свары... на этом фоне марихуана и галлюциногены кажутся меньшими из зол. По крайней мере, пока.
  Обдолбанный главврач в наших реалиях - ерунда.
  - Ой, Саш, хоть ты... - Зинпална снова затянулась, - не знаю, кем я становлюсь, и что за способности проклёвываются, но похоже - что-то вроде пророчеств. Касаюсь человека, и вижу сперва его прошлое.
  - Круть! - Подала голос Даша, - это ж можно...
  - На хуй такую круть, - в сердцах ругнулась женщина, - кусками вижу, притом не что-то нужное, а то, что эмоциональный отклик у человека вызывает. Ощущения запора не хотите испытать? Или дефлорации?
  - Да ну на! - Дружно выдали мы с Пашкой.
  - Вот... а ещё виденья будущего, - снова затянулась женщина, - не одно конкретное, а десятки, притом перепутанных и наложенных друг на друга. В некоторых из них я уже поговорила с человеком, вылечила его... Весело?!
  - Да ладно, мам, - прижалась Даша к матери, - не сердись на ребят, они ж не со зла.
  - Да не злюсь, - Зинаида Павловна прижала дочку одной рукой, - я так... Просто надоело прикосновений избегать. В быту несложно, а операция? Зависнуть вот так посреди операции или диагностики не слишком хорошо. Приходится вот так...
  Ещё раз затянувшись, Зинпална спрыгнула с перил.
  - Пошли, ассистент.
  
  - Дашку бы сюда, - гляжу озабоченно на развороченный позвоночник пациента.
  - В соседней операционной, - вздохнула врачиха, намывая руки у оконного проёма, прикрытого сеткой от насекомых, - ты думаешь, одного привезли? Хрена! Альфа-самцы херовы, поразвелось...
  - Псовые?
  - Они самые. Оборотни чёртовы... на свой счёт не принимай, Саш!
  - Не принимаю.
  - Зажим... много их просто - псы всевозможные, волки... каждый десятый теперь к этой братии относится. Ну и сам понимаешь, пока не поделятся на стаи, пока не разберутся с иерархией, не успокоятся. А ещё и магия на мякушку давит... тампон!
  - Так может, отселить их отдельно?
  - Уже. Почти везде.
  - Законодательно провести.
  - Хм... - Зинпална задумалась, - а это мысль. Жаль, конечно, что ты из депутатов самоотвод взял. Не скажу, что ты великий умник, но по таким вещам мозги неплохо работают.
  Чувствую себя одновременно польщённым и раздосадованным, шеф мастер таких словесных комбинаций, когда не знаешь - похвалила она тебя или наоборот.
  - Сами знаете...
  - Лоб промокни...
  Промокаю ей лоб, стараясь не глядеть на месиво костей и мяса. Не привык ещё, несмотря на обширную практику и личное кладбище.
  Будь он человеком, такой паззл не собрали бы даже в крутой клинике с лучшим оборудованием. А мы ничего... только санитарка вон стоит с опахалом, от жучков оберегает. Впрочем, это не только и даже не столько наша заслуга, сколько могучие организмы оборотней в частности и омажившихся вообще.
  Одного балбеса малолетнего отбили недавно у крокодила, пожёванного рептилией до состояния фарша практически. Живой... недавно снова попал в госпиталь, на сей раз на гнездо шершней наступил. Девять лет балбесу, а получил уже прозвище Бедоносец. Не глупый мальчишка и не то чтобы в каждой бочке затычка, а вот поди ж ты...
  - Сами знаете, - продолжаю разговор, следя за ходом операции, - на меня многие косятся. Как же, первый изменённый! Кто-то недоволен, что мы людьми быть перестали... ясное дело, я виноват! Носитель вируса, ёжкин крот! Другие на опыты хотят пустить - опять-таки, интересно им. Может, отличаюсь чем? Во благо общины! Так что...
  - Тут ты прав, - Зинпална вставила на место очередной костяной осколок, - такие разговорчики даже я слышала, - руки... не, послабже чуть энергию подавай, а то до конца операции не дотянешь.
  - Свалить на время надо, - делаю свечение рук чуть слабее, - экспедицию какую-нибудь организовать...
  - Куда? Остров от хищников зачистили мало не под ноль!
  - В горы. К горам точнее. Собрать приключенцев из тех, кто хочет на благо общества поработать, да на разведку двинуть. Человек этак с полсотни.
  - Человек, - хмыкнула Зинпална, заканчивая работать, - Верочка, приберись тут, мы в душ! Людей у нас и не осталось... ладно, это я так, воробушка-доёбушка изображаю, так-то ты прав. Насчёт личной безопасности ты зря переживаешь - недооцениваешь Госпиталь и благодарность тех, кого лечил. И не хмыкай мне! Хмыкалка не доросла!
  - Ну так как? - Моемся под душем в соседних кабинках, только головы видны. Правила приличия давно уже сдвинулись. До нудизма ещё далеко, но всевозможные юбочки и переднички вместе с задничками, плетённые из травы, нашли своих почитателей. Дома носит такое каждый второй, включая мужиков.
  А нет альтернативы! Натуральные ткани гниют в нашем климате, а синтетика... после омаживания все аллергиками стали, аж до волдырей доходит.
   Сказали своё веское слово и феромоны: у большинства из нас организм теперь реагирует только на... эээ, самок и самцов своего вида. В крайнем случае - соседнего вида. Процентов девяносто потенциальных сексуальных партнёров выпадает напрочь, не реагируется. Ну... преувеличиваю немного, но семьдесят - точно!
  Оценить красоту и сексуальность можно, но так... теоретически. Правда, на похудевшую, помолодевшую и похорошевшую Зинпалну мой организм отзывается, но это уже мелочи.
  
  - Экспедиция? - Дядя Саша, подтянул длинный чешуйчатый хвост к усатой морде, подпёр им подбородок и уставился на меня вертикальными зрачками, прикрытыми плёнкой второго века, - интересно.
  - Вектор нужен народу, - сажусь рядом с драконом китайского, змееподобного типа, коим стал Кочергин, - чтоб свар избежать или свести хотя бы к минимуму, нужна цель. Построение коммунизма не прокатит, но развитие и экспансия - вполне.
  - Руководителем кто?
  - Вы. А кого ещё, дядь Саш? До переноса вас все знали и все, кто знал - любили или по крайней мерее уважали.
  - Так уж и все? - Полный скепсиса взгляд, - сказал бы это моей соседке тёте Нюсе, вот уж сука старая, упокой господь её душу... Тот случай, когда возраст пришёл без мудрости, да и уважать можно только за дату рождения в паспорте.
  - Нормальные да. Дядь Саш... ну давайте не будем в комплименты играть? Я вас похвалил, вы стеснялись и отнекивались...
  - Охо-хо-хо! - басовито заржал дракон, выдохнув струйки пара, - Ладно, тёзка! Будем считать!
  - Вот... тем более, после переноса вы один из тех, кто принес наибольшую пользу общине, оставшись при этом в стороне от свар. Ну и вторая форма... - Окидываю взглядом внушительную драконью тушку.
  - Вот насчёт толики авторитета и особенно второй формы спорить не буду, - ехидно оскалилась чещуйчатая морда, - Собственно, с этого и надо было начинать. Какие идеи?
  - Вынести на обсуждение Совета, а какое решение примут, от того и плясать будем. Каркас... ну наверное с полсотни народа, из самых вменяемых. Больше - управляемость хуже станет, но и меньше нельзя - нам наверняка и разделяться придётся на более мелкие партии.
  - Основа логичная, - Кочергин обернулся, став высоким мужчиной с покрытыми чешуйками предплечьями и шеей. Подхватив приставленную к перилам веранды тяжёлую нагинату, учитель биологии взлетел.
  - Посоветуюсь, вечером скажу, - донеслось из пустоты.
  - Эх... - чуточку завистливо выдыхаю вслед. Полёты и прочее - ерунда. А вот умение становится частичкой воздуха, это круть! Правда, разговоры о том, что рядом с нами обитают многочисленные духи, которых видит пока только Кочергин, немного пугают...
  ... и не знаю, что страшней. Знать о существовании этих самых духов, способных... да кто их знает, на что они способны?! Или думать, что дядя Саша двинулся.
  
  
  
   Вторая глава
  
  
  
  - Аааа! - Земля приближается стремительно, стараюсь смягчить падение, цепляясь за ветки и немилосердно обдираясь. Пятки тяжело удалились о каменистую поверхность, и я приземлился набок, судорожно дыша.
  - Хреново! - Раздражённо выплюнул Соколов, дёргая длинными, покрытыми рыжеватой шёрсткой, ушами, - ещё раз!
  Воздух подо мной становится батутом, и тело взмывает вверх.
  - Перекидывайся! - Слышу голос сэнсея, - наслаждаться видами тропического леса с высоты будешь до тех пор, пока не научишься!
  - Бум!
  - Почти нормально, - прохладно констатирует двухвостый кицунэ, почёсывая когтем висок, - только перекинулся уже на земле, после падения. Саш... ну ты пойми, что твоя аниформа ни разу не боевая. С такими лапками разве что замки открывать хорошо. Зато научившись перекидываться моментально, ты получаешь массу преимуществ.
  - Да-да-да... аниформа у меня лёгкая, потому могу приземлится без повреждений с куда как большей высоты, - уныло соглашаюсь с ним, залечивая мелкие повреждения на покоцанной шкурке.
  - Ещё можно начать прыжок в человеческом теле и тут же перекинуться в аниформу. Согласно исследованиям, первоначальный импульс сохраняется, и твоя тушка летит много выше, потому как она много легче человеческого тела.
  - А сразу нет? - Кувыркнувшись, оборачиваюсь енотом и прыгаю вверх, взмывая... - а, ясно. Всего-то метра два с половиной. Лапы как рычаги слишком короткие, а еноты не кролики, сами по себе не очень прыгучие.
  - Ну раз всё понимаешь... - Соколов показывает в небо.
  - Минуточку, хоть паутину сниму и насекомых... а, давайте!
  Снова небо... кицунэ не мелочится, подбрасывая меня метров на двадцать вверх.
  - Есть! - Приземлившись, исполняю победный танец, потрясая лапками и виляя тазом. Сэнсей скалит зубы... ну да на то и рассчитано. Моя звероформа почти бесполезна в бою, да и магических сил немного. Но... умильная, этого не отнять.
  Самое главное - агрессии не вызывает. Наши альфа-самцы воспринимают меня адекватно, не испытывая желания меряться письками. Чуточку покровительственно, это да... но в меру, без попыток принизить.
  Перекидываться моментально научился уже к полудню.
  - Сработала шоковая терапия, - довольно скалится Соколов, - теперь боевое применение.
  Анвар лыбится, встав в борцовскую стойку. Для него предстоящая схватка на вытоптанной поляне - развлечение. Шутка ли, мастер спорта по вольной борьбе! Плюс ещё что-то там по самбо и смешанным... ну да сейчас это не актуально.
  Вся эта борьба после переноса резко потеряла актуальность. Попытка некоторых борцух подмять под себя коллектив, используя полученные в спортивных секциях навыки, быстро показала - рулит не бокс, самбо или рукопашка, а нож и арматура. При законной самообороне - с полного одобрения общества.
  - В ноги давай! - С рыкающими нотками говорит оборотень, пригнувшись, - свалить попытайся, зацепить! О партере не думай, зацепил-дёрнул, и сразу в енота. Понял-нет?
  - Понял, понял... - парень он своеобразный и не всегда приятный, но нужно отметить важную черту - за тех, кого считает своими, пойдёт в огонь и в воду. Раньше, по некоторым обмолвкам, своими были единоверцы, причём радикального толка.
  После переноса и всего последующего, о религии и национальном величии молчит. Видно, что крушение идеологии даётся тяжело, но держится достойно. Прибился к заводским, хочет стать оружейником.
  По словам Захарыча - рукожоп редкостный. Но старательный! Зная характер Захарыча... очень неплохая рекомендация.
  Покружившись по земле, прыгаю в ноги, дёргая за волосатую конечность со всей дури. Анвар чуточку поддаётся (это чувствуется), но тут же вцепляется в шею и... перекидываюсь и стремительно удираю.
  - Нормально, - улыбается борец клыкасто и тут же закрывает рот - стесняется.
  - Косяки какие?
  - Так... отрабатывать проход нужно, для новичка в целом прилично. Облизывать приём пока рано. Давай!
  
  - Обед, обед! - Раздался звук удара половником о подвешенный на верёвку обрывок рельсы, - садитесь жрать, пожалуйста!
  Тётя Лия, армянка из Краснодара, приехавшая к дальней родне погостить, обладает крайне скверным характером. Для армянских женщин это не редкость, но тётя Лия выделяется даже на фоне соплеменниц. Бывших...
  Сейчас это наг... или правильно говорить - женщина-наг? Нагиня? Нижняя часть змеиная, верхняя вполне человеческая - с мелкими отличиями. Вторая форма человеческая, но тётя Лия не слишком её любит. Говорит, в змеином теле оставшиеся на Земле родные вспоминаются не так тяжело.
  Шарахнув половником за какую-то провинность Кочергина, усевшегося за стол в человеческом облике, повариха начала накладывать еду. Готовит она потрясающе, за что и терпим. Умелых поварих у нас немало, но тётя Лия одна из немногих, способных создать шедевр буквально из подножного корма.
  - Из чего это, - спрашивает настороженно Анвар, недоверчиво мешая деревянной ложкой в супе и не спеша пробовать.
  - Ааа... - хвост женщины раздражённо елозит по влажной сероватой земле, - не спрашивай, дорогой! Не халяль, мамой клянусь!
  Печально вздохнув, борец осторожно пробует и начинает молча есть.
  - Кажется, у нас объявился знаток азиатской кухни, - мелькает мыслишка, когда ложка черпает нечто хитиновое. Как ни странно, не противно... во-первых, морально к этому готов, благодаря многочисленным лекциям дяди Саши о пользе насекомой диеты. Во-вторых... аниформа даёт о себе знать.
  Смотришь иногда на какую-нибудь мокрицу или гусеницу, и мне-еноту она вкусной кажется. Пробовать пока не решаюсь... но вот так, в котле, вроде как и ничего.
  - Может, с нами, Лия? - Заводит осторожный разговор один из команды приключенцев, водный змей Юрий Иванович.
  - Пф!
  Отмахнувшись пренебрежительно от бывшего начальника мелко-среднего звена, женщина стреляет глазами в сторону Кочергина.
  - Любовный треугольник, - кошусь краем глаза на действо, - не дай бог, ещё и разборки на почве несчастной любви начнутся.
  Ловлю взгляд Кочергина и отрицательно качаю головой. Тот в недоумении застывает на долю секунды, затем переводит взгляд на Лию, на Юрия Ивановича... кивает понимающе.
  - Ж-жж! - Огромный жук, сбитый кем-то из сидящих за столом, плюхается ко мне в миску. Тихо ругаясь, выкидываю и продолжаю есть. Не самый аппетитный момент... но в наших условиях, если обращать внимание на насекомых, можно умереть от голода.
  
  После обеда Кочергин около часа начитывает лекцию по прикладной биологии. Идёт туго... нормально воспринимает информацию человек десять... Да, мы по привычке говорим люди, а как ещё?
  - Постарайтесь если не понять, так хотя бы запомнить, - вздыхает учитель, отбрасывая в сторону конец лианы, на примере которой показывал, как в джунглях можно добыть чистую питьевую воду, - понятно, что новые тела позволяют выдерживать много большее, чем мечталось раньше, но стоит ли рисковать? Может, среди здешних паразитов есть и такие, что охотно обживутся в тушке оборотня или даже кицунэ. Ленточных червей помните?
  - Судя по мордам лица помнят, - хихикнула нагиня, не отрывая немигающих глаз от предмета страсти.
  ***
  - Пьёшь? - Поинтересовался ящероподобный гуманоид, остановившись чуть поодаль от сидящего на ступеньках щитового домика хобгоблина.
  - Угу. Будешь?
  - Давай, - драконид с сомнением покосился на изящную плетёную лавочку, и уселся прямо на землю, скрестив ноги, - что не так, святой отец?
  - Не начинай... знаю, что ты атеист, а я всего лишь недостойный служка, возведённый в сан прихожанами за неимением других кандидатур.
  - С прихожанами проблемы?
  - С верой! - Высокий для своего вида, почти метрового роста хобгоблин вскочил, и лежащий на земле мусор закружил вокруг него по сложной орбите. Поморщившись, домашний дух повёл плечами и мусор опал.
  - Облик или...
  - Или, Ванёк, или! - Фыркнул раздражённо домовой, - я на фоне многих прихожан вполне себе человекоподобный. Да ерунда всё это... святого Христофора, бывшего по легенде псоглавцем, помнят и чтут. Облик... ерунда это, по большому счёту: сам ведь тоже не совсем человек, и что? Нормально ведь воспринимаешь новую внешность, родной и привычной, не вызывающей отторжения.
  - Так в чём дело? - Видя, что старый приятель замолчал, поинтересовался драконид, достав трубку с кисетом из висящего на груди мешочка. Набив её, щёлкнул пальцами и полюбовался огоньком, заплясавшем на чёрном когте, - в чём дело, Лёха? Колись!
  - Службы веду по канону. Отпевания... знаешь же, каждый день почти. Раньше-то каждый день чуть ли не десятками умирали, но и сейчас нет-нет... Отклика нет, Ваня! Раньше начнёшь молиться, и чувствуешь связь с Небом! А сейчас всё...
  - Хм... - драконид задумался и окутался клубами дыма, - что-то похожее я у же слышал... Точно! Саид так же говорил!
  - Саид который даг или татарин? - Уточнил хобгоблин.
  - Который эльф. Дроу в смысле. Раньше арбузами на центральном рынке торговал.
  - Толстенький такой... был в смысле. Всех постоянных покупателей братьями называл? Как же, знаю. Азер.
  - Ещё похожее слышал, - пожал плечом драконид, никак не отреагировав на бывшую национальность дроу, - но так... религией не интересуюсь, мимо ушей всё. Но не раз и не два, это точно! Слуушай... а может, это настройки сбились?
  - Чё за на... прости, Господи... Что за настройки такие?
  - Как же! - Воодушевился Иван, - как в компе! Все эти обряды религиозные с молитвами - как программы! Даже не программы, а... как пользователи делают. Включить иногда антивирусную программу, перезагрузить, обновить...
  - А теперь другой мир и соответственно - другие программы? - Озадачился хобгоблин, - и пока не нащупаем, что же нужно делать...
  - Только смотреть на тёмный монитор!
  - Охо-хо... если следовать твоей логике, то Творец нам сейчас... недоступен? Доступны лишь простейшие... божки?!
  - Об этом я не думал, - признался драконид, сбрасывая пальцем заползшую на ступню гусеницу, - но похоже. Грубо говоря, компьютер недоступен, потому как настройки сбились, а знаний не хватает.
  - Калькулятор, - истерично засмеялся хобгоблин, и вокруг снова начал закручиваться мусор, - или абак! Это получается, что нам нужно идти о просто к сложному? Не... не хочется, Вань. Как-то хреново твоя теория выглядит. Знаешь, не стоит о ней никому рассказывать, иначе мы и до кровавых жертв докатимся - раз уж калькулятор... Бля, что я несу! Прости, Господи!
  - Понял, понял, - успокоил друга драконид, - не буду.
  ***
  - Подойди-ка... - дядя Саша поманил Пашку, прервав тренировку, - так... так...
  Обернувшись драконом, Кочергин буквально обнюхал Петриашвили и хмыкнул.
  - Надо же... я-то думал, показалось.
  - Что такое? - Не выдержал друг.
  - Извини, Павел, - развёл руками биолог, - но от похода я тебя отстраняю. Ты, как бы это сказать... эволюционируешь. Все мои чувства подсказывают, что ты не простой... эээ, водяной дух...
  - А сложный, - не удерживаюсь я.
  - Верно, - усмехнулся дядя Саша, - куколка ты, Павел. Бабочкой ещё предстоит стать. Думаю, не нужно объяснять, что в условиях похода твоя эволюция может быть опасной не только лично тебе, но и всем нам?
  - Не нужно, - ссутулился Пашка, засунув большие пальцы под ремень с оружием, - тренироваться-то с вами можно, или мне... пойти?
  - Не последний поход, почему и нет? Парень ты здоровый, медициной владеешь. Вода, опять же...
  - Ну хоть так, - пробурчал Пашка, немного успокаиваясь.
  
  
  
   Третья глава
  
  
  
  - Запомните: не рыцарские подвиги по истреблению чудовищ, а слаженные действия в составе единого отряда, Тренировка! - В очередной раз повторил Соколов, пройдясь перед строем подчинённых, выстроившихся в две линии у полосы препятствий, - все поняли? Выдвигаемся на позиции.
  - Никак не могу привыкнуть, - кошусь на Юрия Ивановича, в облике гигантской змеи скользнувшего в воду.
  - Трясёт? - Тихонечко спрашивает Пашка, видя моё состояние.
  - Так... - Откровенничать при посторонних не тянет.
  - В свалку не лезь, твоё дело - раненых вытаскивать, да действия при случае координировать.
  Выглядит Петриашвили вдохновенно, наркоман адреналиновый. Среди приключенцев таких как бы не три четверти, ну кто ещё в здравом уме подпишется на экспедицию по Затерянному Миру, с динозаврами и магией?
  Протяжённый галечный пляж, оккупированный крокодилами, вот-вот станет ареной, на которой развернётся кровавая схватка. Стараясь не показывать страх, поглядываю в сторону реки. Почему-то захотелось курить... вот никогда не увлекался, и на тебе!
  Юрий Иванович почти беззвучно вылетел из воды, протаранив башкой одного из самых крупных (никак не меньше десяти метров!) крокодилов. Усиленный магией удар подбросил огромное чудовище вверх, и в воду оно упало сломанной игрушкой.
  Добив жертву ударом хвоста, змей протаранил следующего крокодила, и Кочергин подал сигнал к атаке.
  - Хвала все богам, мне в эту мясорубку не надо, - крепче сжимаю оружие, сидя на ветке раскидистого дерева, нависшего над пляжем.
  Юрий Иванович и Кочергин, как самые хтонические из наших чудовищ, неистовствуют, уничтожая крокодилов десятками. Биолог действует изощрённо и разнообразно: удары головой чередуются с ударами хвостом и струями пара, от которого у крокодилов слезает мясо. Иногда он на мгновение перекидывается в человеческое обличье, чтобы уйти из-под удара или опробовать на речных монстрах очередной приём.
  Змей проще - удары головой и хвостом, разнообразием не блещет. Но мощь!
  Пашка орудует боевой киркой с длинным клювом, проламывая крокодилам черепа. Весь покрыт кровью... а нет, чужой! По крайней мере, орёт что-то радостное, берсерк хренов.
  Отлетел в сторону Василичь, конечности дроу раскинулись безвольно по камням.
  - Мама...
  ... и прыгаю с ветки выполнять свой долг. Сотни, если не тысячи десантирований не прошли даром, приземляюсь умело, тут же оборачиваясь человеком и подхватывая заранее брошенную нагинату.
  Вовремя - какой-то мелкий (и шести метров не будет) крокодил ринулся на меня. А быстро бегает, зараза!
  Удар лезвием слегка засветившейся нагинаты, и морда рептилии с удивительной лёгкостью распадается на две части. Туша начинает биться в агонии, и еле-еле успеваю убрать дроу из-под конечностей чудовища.
  Раскладные носилки (фактически мешок с рейками) вмещают тело дроу.
  - Остановить кровотечение и проследить, чтобы дыхание было нормальным, - проговариваю вслух свои действия, с силой кусая губы.
  Подтянув мешок к талям, цепляю за петли и взмываю вверх вместе с телом стонущего Василича.
  - Сейчас-сейчас, - бормочу, давая обезболивающее, - вправлю...
  - Ааа!
  - Всё, всё... - дроу, весь в поту и крови, лежит на широкой ветке. Из мешочка на поясе достаю пустой флакончик из-под капель для носа, и пшикаю на Василича. Едкий запах бензина и бытовой химии окутывает раненого. Всё, в ближайшие полчаса он в безопасности, даже запах крови не приманит хищников.
  Поглядываю вниз... бойня, как есть! Кровища, рёв исполинских земноводных... да и приключенцы орут не хуже!
  - Сашка! Принимай!
  Громадный дракон вылетел из битвы с израненным телом, приземлившись на ветке.
  - Лендов? - наскоро осматриваю раненого, - Нормально, дядь, Саш, жить будет. Сам знаешь, мы...
  Не дослушав, Кочергин снова оказался внизу.
  
  - Дрались мы, а трясёт тебя, - хихикает Костыль, прикладываясь к фляжке.
  - Трясёт, - мрачно смотрю на бывшего монтажника, бывшего пенсионера... а ныне одного из лидеров у волков. Он, к слову, и пенсионером был никакущим... всё отказывался считать себя старым хреном и ввязывался в дивной глупости авантюры, вроде драк с компанией подвыпившей молодёжи. Сейчас ещё хуже, буйный отморозок как есть, - боялся каждый раз, что вытащить кого-нибудь из вас не успею.
  - Отстань от парня, - влезает такой же бывший-старый-хрен, - Санёк молодец! В самую гущу лез, не ссал.
  - Да молодец, молодец, - Костыль хлопает меня по плечу, - нормальный фельдшер у нас! Вот помню...
  Морщусь... не люблю Костыля, неприятный тип. Вроде бы не трус, не подонок, не... но неприятный. Этакий агрессивный великовозрастный подросток, навечно застрявший в пубертатном периоде. Деление на своих и чужих, и твёрдая уверенность в собственной правоте, какими бы глупостями не занимался.
  К сожалению, у многих оборотней произошёл интеллектуальный и психологический откат к подростковому периоду. Жизненный опыт и знания остались, но много ли в джунглях толку от бывшего грузчика из продовольственного магазина?
  Зато осознание новоприобретённой крутости и груз прожитых лет давят на мозг у каждого первого. Чувство собственной важности зашкаливает.
  - Что скажет медицина? - Материализовался из струйки воздуха Кочергин.
  - Медицина... - чешу потные, изрядно отросшие волосы, - живы все, и насколько я могу судить по прошлому опыту, поправятся быстро.
  - Отлично!
  - ... так же хочу отметить неправильные действия бойцов!
  - Саш... - дракон кончиком хвоста проверяет мне лоб, - тебе голову не напекло? Ты командир или медики?
  - ... по части медицины!
  - Гм... давай, - соглашается Кочергин, перекидываясь в человека.
  - Бойцы! - Повышаю голос, а видя ехидно прищуренные глаза Верки, некогда продавщицы из круглосуточного магазина, а ныне ланон-ши , добавляю:
  - ... и бойцицы!
  Смешки...
  - ... действительно цыцы! - Покатывается Костыль. Верка щурит красивые глаза... и я с тоской понимаю, что в ближайшее время внимание ланон-ши мне не светит.
  - Как была блядью, которую пол микрорайона валяло в подсобке, так и осталась! Только кровь теперь пьёт!
  Блядь... но полезная, к тому же видовая особенность, а не личные предпочтения! Заострять внимание на расовых и видовых особенностях у нас как-то не принято, нарваться можно.
  Вот как сейчас: все мы знаем, что Заева блядь и идёт в поход прежде всего для того, чтобы мужской части приключенцев было куда сбрасывать сексуальное напряжение, но... Попробуй скажи!
  Во-первых, она ланон-ши, ядрёная смесь суккубы и вампирши - не виновата она! Не блядь, а видовая особенность! Что с того, что всегда такая была? Во-вторых, поклонники, мать их ети. Вот разобидится и скажет... да хотя бы тому же Костылю, что не в настроении она, потому как обидели бедную.
  Настроение альфы волков, которому придётся обходится без бабы, представить себе... да лучше не представлять! У стайных оборотней почти всё на иерархию в стае завязано, да на сексуальное удовлетворение.
  - Хреново!
  - Обращая ваше внимание на тот прискорбный факт, что в битве почти все вели себе как берсерки. По части боевого слаживания лучше меня кажет командир, но вот... народ, о чём вы думали, когда имели возможность вытащить раненого товарища, и не делали это? На меня полагались!? Спасибо за доверие, конечно. В этот раз всё прошло удачно, но вы не забыли, что я не боевик?
  - Верно! - Кочергин звучно хлопнул в ладоши, - наш медик немного опередил меня, нарушив субординацию. Но осуждать его не могу, ситуация и правда безобразная! Главная ценность - жизнь товарища! Не победа над крокодилами или кем бы то ни было, а жизнь! Затем - боевое слаживание... хреновое, кстати! Что за тактика в стиле Матросова - грудью на амбразуру!? Понятно, что все мы стали сильнее, быстрее... а это опьяняет. Но... безобразно!
  
  - Рассказывай, - выпорхнувшая из операционного блока, Дашка грациозно приземлилась рядом на бамбуковый настил веранды, поджав под себя маленькие босые ступни, - что у вас интересного?
  - Да ничего, - сидя по-турецки в застиранных семейниках, продолжаю править потёкшие руны на лезвие нагинаты, - всё ожидаемо. Первый условно-боевой выход можно считать провалившимся.
  - Подробности!
  - Ну... слушай.
  Рассказ то и дело прерывается вопросами, ей важны какие-то вовсе уж мелкие детали.
  - ... а Пашка?
  Кошусь на неё молча, но ооочень выразительно, отчего девочка краснеет, но не отводит взгляд.
  - Нормально Пашка. Хороший боец, и голова, в отличии от многих, соображает нормально.
  - Саш... - сида неосознанно, но вполне эффективно придавливает Силой, отчего кажусь себе мелкой букашкой перед замершей над головой подошвой ботинка. Нужные слова сами вылетают, и Даша слушает, слушает...
  - Ой, прости! - Опомнившись, она густо краснеет, - я опять?
  Киваю молча, да и что тут скажешь?
  - Очень неприятно? Ну... когда я Силой давлю?
  - Так, - ухмыляюсь кривовато, - будто стоишь перед полковником ФСБ который раздумывает, что же с тобой сделать. Вроде бы понимаю ситуацию - это по прежнему ты, но... одновременно это полковник ФСБ со всеми вытекающими.
  - Хреново, - Даша кусает нижнюю губу, вся сгорбившись под растянутой футболкой, которую она носит вместо платья, - У... Паши так же? Давит, когда я с ним говорю?
  - Кто о чём, а она о парне...
  - Нет, - отвечаю с прорвавшейся горечью, - по-видимому, он представитель более сильного... вида. Прости.
  Встаю винтом, подхватив оружие. Настроение ни к чёрту... не в первый раз уже сталкиваюсь с таким явлением. И когда один из немногих друзей вот так... Нет бы спросила: тебе не плохо, Саш? Как я могу экранировать воздействие? Нет... как там Павел - вот всё, что заинтересовало.
  - Саш! Саша!
  Срываюсь на бег, настроения объясняться нет. Да и знаю уже примерно, что будет говорить - проходили.
  - Жопа... всё бы хорошо с этой магией, но вот право сильного никто не отменял. Надавит вот такая соплюшка Силой - осознанно или нет, и вот ты уже стоишь навытяжку. Да не потому, что боишься, а потому, что инстинкты!
  - Ладно ещё, оборотни, будь даже сто раз альфы, так не могут. На меня, по крайней мере - друг друга-то запросто строят.
  - Хреново... и не только потому, что лично меня могут построить такие вот Даши, Кочергины и Юрии Ивановичи. Сколько их? А бог весть... Может, только трое, а может и побольше сотни, просто не знаем пока.
  - И ладно Зинпална, она по всем параметрам Старшая - возраст, должность, мозги, знания... порядочность, наконец. Кочергин тоже на своём месте. Даша... хрен её знает, куда подростковые гормоны заведут.
  - А если у кого ещё прорежется? У того же Костыля... Мать моя... а ведь он и есть альфа, для полутора десятков оборотней примерно! Не самый умный, ох не самый... даже на фоне остальных оборотней. Но других, умных, командирами к ним не приставишь, ибо инстинкты!
  - Получается, что правят в общине не самые умные и умелые, а самые... сильные? О-хо-хо... этак и рабовладельческого строя с каннибализмом докатиться можем.
  На Заводе для меня давно выделе уголок в слесарке, даже инструменты подобрали, чтобы не таскал их туда-сюда с Госпитальной мастерской. Поправив руны, выеденные на плоскости лезвия серебряной проволокой. Проверил нагинату в действии.
  - Сильно, - одобрил дядя Коля, пыхнув неизменной самокруткой. Став тэнгу , он не слишком-то изменился внешне, только помолодел лет до тридцати на глазок. Привычки остались те же самые, разве что стал всерьёз учиться обращению с холодным оружием у Соколова. Хотя в последнее время охладел как к холодняку, так и к сенсэю.
  Всё такой же чернявый, носатый, нескладный и некрасивый... но очень обаятельный, особенно когда улыбается. А что крылья за спиной, которые порой мешаются... мелочь, право слово.
  Тем паче, Зинпална уверенно говорит, что этот облик у него промежуточный. Вскорости проявится у него ещё и облик нормального ворона и нормального человека.
  - Можно?
  Отдаю нагинату, и дядя Коля крутит её неожиданно легко и умело, проделав несколько незнакомых приёмов.
  - Фехтование на карабинах, - поясняет родич, заметив удивление, - в армии нас серьёзно таким вещам натаскивали.
  Хлынувший с неба холодный ливень заставил нас зайти под навес.
  - Паскудство, - обозначил погоду один из работяг-ёкаев - так мы, вслед за подкованной в аниме детворой, называем тех, чья видовая принадлежность непонятна. Конкретно у этого синяя кожа и слегка выпученные глаза, навевающие мысли не то о происхождении от рыб, не то об утопленниках.
  - Сделаешь мне такую же, только по руке? - Просит дядя Коля.
  - Да не вопрос, - пожимаю плечами, - как время будет свободное. Только его, сами знаете. Да и Захарыч...
  - Захарыч и просил, - перебивает родич, - по металлу этот цверг работает получше тебя, руны твои интересны.
  - Я ж показывал?
  - Так же делаем, тюль в тюль, но выходит не то. Хуже. У Захарыча ещё ничего, а у меня вот ни хуя.
  Чувствую себя польщённым - надо же, хоть где-то я незаменимый спец! Подозреваю, ненадолго... да и скорее всего, видовая особенность... но всё же.
  - Дядь Коль, ты говорил, у тебя машинка есть?
  - Садись давай! - Мгновенно оживился тот. Слабостью родича (помимо любимой супруги и табака) было парикмахерское искусство. Особых высот он не достиг, но стричь любил, и почему-то больше всего - под бокс.
  - Ручная, - похвастался, начиная стричь, - американская ещё, по ленд-лизу пришла.
  - Антиквариат.
   - А то... ну всё, глядись в зеркало.
  - Видна рука мастера, - кривлю душой, глядясь в облупленный осколок зеркала, поставленный на токарном станке. Нет, к качеству стрижки претензий нет...
  Просто... не идёт. Большие глаза, широкие скулы и маленький подбородок...
  - Вьетнамец-полуэльф на призывном пункте. Бля... самому тошно.
  - Спасибо, дядь Коль.
  - Обращайся.
  ***
  Зажав рот ладошкой, Вера Заева сдавленно хихикала, наблюдая за невиданным зрелищем.
  - Чтоб я... ещё раз... - писклявым голосом сказало странное существо, наклонившееся над ручьём, и начало материться.
  - Ой... - Вера вывалилась на поляну, - Сань... нет, не превращайся пока! Ой... я тебе тогда прощу ту оплошность...
  Стриженный практически налысо енот, с нависшим над глазами чубчиком, уселся на бревно, свесив лапки и печально уставившись на женщину.
  - Цирк, бля...
  
  
  
   Четвёртая глава
  
  
  
  - Когда весна придет, не знаю.
  - Пройдут дожди... Сойдут снега...
  - Но ты мне, улица родная, И в непогоду дорога.
  - Но ты мне, улица родная,
  - И в непогоду дорога.
  
  - На этой улице подростком
  - Гонял по крышам голубей,
  - И здесь, на этом перекрестке,
  - С любовью встретился своей...
  
  
  Закончив петь (не слишком стройно, но прочувствовано), мужчины некоторое время постояли, нетрезво прощаясь, и наконец разошлись по домам.
  - Жрать давай! - Грозно, как ему казалось, рявкнул невысокий цверг, усаживаясь за стол и бухая по столешнице сухим, но весьма увесистым кулачком.
  - Бамм! - Звучно ударился половник о голову.
  - Жрать ему... - супруга упёрла руки в боки, слегка расставив босые ноги на нарочито щелястом полу, - руки помой, жрун!
  - Так бы сразу... - делая обиженный вид, Захарыч пошёл к рукомойнику на веранде, наполнявшемуся из водосточной трубы, - половником-то зачем...
  - А нечего! - Воинственно отозвалась супруга, быстро накрывая на стол, - жрать ему! Опять нажрался, прости господи...
  Прожившие больше полувека вместе, супруги очень удивились бы, если посторонние приняли их привычную ритуальную перебранку за нелады в семье. Какие, на хрен, нелады!? И так-то жили не хуже людей, а после переноса и вовсе. Нет, что внуки и дети на Земле, это конечно плохо... но сами-то помолодели! Пусть не люди теперь... так и не нечисть же!
  - Борща бы, - тоскливо протянул старый кузнец, опасливо заглядывая в супницу.
  - Борща ему, - ворчливо отозвалась супруга и вздохнула, - а то я не хотела бы! Скажи спасибо, что Адамовна рецептик подбросила. Не борщок, но вполне себе ничего, из южноамериканской кухни.
  - А ничего так, - осторожно сказал цверг, пробуя варево, - а лепёшки и вовсе!
  - Ну вот, - заулыбалась женщина, присаживаясь напротив, - а ты говорил! Дай бог, через год-другой так здесь приживёмся, что не хуже будет, чем дома!
  - По мне так уже лучше, - прожевав, отозвался политизированный цверг, - хреново, конечно, что смертей поначалу много было... да и сейчас... Но всё не на дядю работаем, а на себя. Перспективы у общины очень неплохие! Ты сама сядь-то, поешь!
  - Да я уже. Пока готовила, напробовалась.
  - Угу...
  Поев, кузнец пару минут посидел, сыто отдуваясь и поглаживая туго набитый живот. Как раз заварился чай - из местных трав, но получше земного, всеми признанно. Отхлёбывая из большой, не по росту, кружки, Захарыч посматривал на супругу, и мысли его начали принимать игривую направленность.
  Ставшая после изменения девой ручья, жёнушка убавила в росте, став чуть пониже цверга, с его ста десятью сантиметрами, помолодела и дивно похорошела! Так что супруги ныне переживали второй медовый месяц.
  - Борща, значит, не было, - задумчиво сказал мужчина с огоньком в глаза, - ну тогда... в койку! И в двойном размере!
  Захохотав, он сгрёб жену в объятия и потащил в спальню.
  - Услышат же... - слабо, исключительно для порядка, отбивалась вторая половинка, - стены считай дырявые.
  - Пусть завидуют!
  ***
  - Ох, что ж я маленький не сдох, - выдаю сквозь зубы, моясь под примитивным душем рядом со спортплощадкой. Болит всё! С такими гематомами раньше забирали... Ну, не в реанимацию, но на скорой!
  Хорошо ещё, переломов сегодня нет: тренер наконец понял, что его стремление воспитать из подопечных великих бойцов входит в противоречие с таким понятием, как рабочий график.
  Гематомы с нашей регенерацией мелочь! Хотя и весьма болезненная... а вот перелом уже серьёзно, минимум несколько часов из трудовой деятельности вычитаются. Ну или наших целительниц отвлекать, а у них и без того хлопот выше крыши.
  Сегодня у нас, в смысле приключенцев, выходной день. Отъесться, привести себя в порядок, отдохнуть... как же! Неугомонный прапор с самого утра потащил на спортплощадку, дабы проверить, как нас там готовят к командировке в горячую точку.
  - Вы радоваться должны! - Будто чуя настроение, выдал Валера из соседней кабинки. Отставной ОМОНовский прапор, ставший при Госпитале начальником охраны и тренером по совместительству, обладает внушительным спортивным и боевым опытом. КМС по рукопашке, первые разряды по дзюдо и боксу, плюс куча интересных, но безразрядных навыков по другим видам единоборств.
  Бывший мент, он и после изменения остался ментом, даже второй облик у него - восточноевропейская овчарка.
  - Да мы радуемся, Валер, - отозвался намывающий голову Мишка-слесарь, - просто хотелось бы, чтобы радость была не такой болючей!
  - Болючей, пфе... помните такое - если молодость знала, если б старость могла? Вернулся бы я в молодость, так легко бы первенство России взял - чисто на опыте! А опыт накапливается вместе с травмами и возрастом. А сейчас?!
  Оборотень раскинул руки, и из левой вылетел обмылок, залетев ко мне под бамбуковый поддон.
  - Тфу ты... Сань, подай! Благодарствую. Опыт, мужики, опыт! Можно херачится на полную, не боясь травм. С нашей-то регенерацией!
  - Спорт херня, - пробасил Михалыч, из-за второго облика получивший кличку Топтыгин. Мужик не великого ума, со своими тараканами, но вполне надёжный. Да и пещерный медведь... как ни крути, внушает.
  В Госпитале работает на подхвате - он из тех, кто умеет всё, но ничего хорошо. Неплохой слесарь, сварщик, кузнец, строитель... но и не хороший, максимум разряда третьего-четвёртого. Легко и охотно обучается азам, а дальше - всё, тупик.
  - А дистанция? - Начался вечный спор, - умение оценить соперника?
  - Мне похуй, кто у меня соперник, - басовито хохотнул Топтыгин, - смету!
  - Это ты Кочергину скажи! Нужно...
  - Пойдём, - тронул меня за плечо уже одевшийся Пашка, - они опять свою шарманку завели.
  - Действительно. А то как начнут - Сань, ну ты скажи! Не охота крайним быть.
  Оделись... громкое слово, а всего-то шорты на голое тело, даже обуви нет. Поначалу смущало... да не грязь, насекомые и змеи пугали. А теперь ничего, привыкли, только что ноги перед входом в дом обмываем.
  Наши комнаты по соседству, через стенку в общаге. Как-то так пошло, что медики семейные разошлись по посёлкам. При Госпитале всё больше одиночки, да ещё общага... Недавно слышал прозвище Госпитальеры в нашу сторону. Не обидно, и правда какая-то помесь монастыря и... нет, казармой не пахнет, а вот НИИ вполне отчётливо.
  Исследований масса, открытия следуют одно за другим. До высокой науки пока далеко, но прикладное значение колоссально. Подопытные ворчат порой, но всем понятно, что сегодня ты сдаёшь пункции из позвоночника, а через месяц-другой тебе лично или особям твоего вида эти исследования могут здорово так помочь.
  Даже многие медсёстры, что удивительно, увлеклись. На Земле большинстве своём скучнейшие обыватели, а теперь науку двигают! Хотя может, просто условий не было? А теперь пожалуйста - поработал мал-мала головой, посидел с микроскопом, сделал серию экспериментов... открытие!
  - В столовую? - Подошёл Мишка-слесарь. Вот кто почти не изменился... как был мелким шибздиком, так и остался. Только теперь, изволите видеть - хобгоблин, а не человек! Разновидность домового, ети его... только в отличии от домовых фольклорных, Мишку хрена с два заставишь дома сидеть. Ну разве что считать домом весь остров... и как был алкашом, так и остался! Правда, слесарь классный, этого не отнять.
  - Угу.
  Живём, как уже сказал, монастырём - общественная столовая, прачечная. Общага, опять же. Были и недовольные поначалу колхозом, но поломавшись на хозяйстве, быстро переменили мнение.
  Взять хотя бы еду: добыть несложно, но... Абы что пожрать несложно добыть - вышел за околицу, да прошёлся вдоль прокопанных водоотводных канав. Вот тебе рыба, змеи, мелкие ящерки.
  Флора и фауна в этом мире размножается стремительно. Биологи считают, и вроде как даже есть на то основания, что дело в почве и ином спектре солнечного света. Ну да не суть - главное, еды на всех хватает, даже удивительно.
  Несложно добыть её, но времени такая прогулка отнимает. Захотелось чего-то поразнообразней, так прогуляться подальше изволь.
  Извечная проблема южного климата при отсутствии холодильников - портится всё моментально. Сбегай-ка на те же канавы три раза в день!
  Или с соседями кооперируйся... тот же колхоз, только в уменьшенном масштабе.
  
  - Запахи... - втягиваю носом, подходя к столовой - длинной, открытому всем сквознякам беседке, закрытой сеткой от насекомых. Хм... плетут её тоже... насекомые.
  - Что сегодня в меню? - Интересуюсь в очереди у стоящей впереди медсестры.
  - Типа мексиканская кухня.
  - Типа?
  - А... - Женщин раздражённо дёрнула плечом и выпустила на мгновение пушистый беличий хвост, - по мотивам. Очень-очень по мотивам.
  Набрав полные подносы, сели за столики, плюхнувшись на плетёные кресла. Пашка в своём еле поместился, а у нас с Мишкой ноги до пола не достают...
  - Надо будет сказать, чтоб сделали кресла разных размеров, - говорю хобгоблину, уже зная по опыту, что к вечеру он оповестит о Своей инициативе половину посёлков. Да на здоровье, лишь бы дело было сделано!
  - Съедобно, - оценил меню Пашка пару минут спустя, утолив первый голод.
  - Даже вкусно, - поддерживаю друга, - если снисходительно к поварихам относиться.
  - Куда деваться-то? - Фыркнул Мишка, - самому готовить, что ли... на хрен! Так что вкусно, и точка.
  Чуть вздохнув, откусываю булочку с начинкой из летающих креветок. Как поведали мне поварихи, под этим замысловатым названием скрывается обычная стрекоза. Да и сама булочка из корней какого-то растения... Но ничего так, есть можно.
  - А ну кыш! Кыш отсюдова! - По залу заметалась яркая птичка размером с голубя, уворачиваясь от тряпки дежурной поварихи и мелодично что-то курлыкая, - мужики, кто из вас полог оставил закрытым!
  - Со всеми бывает, - пробасил выздоравливающий, здоровенный остроухий ёкай с габаритами рестлера-тяжеловеса, опасливо косясь на разгневанную паучиху.
  - Ну знаешь! - От волнения женщина приняла второй облик, став огромным пауком с женским торсом и головой, - бывает со всеми, но с тобой почему-то постоянно!
  - Бывшая, - шепнул Мишка, чуть наклонившись ко мне и не отрывая глаз от разгорающегося скандала, - на Земле ещё расстались, но видишь - до сих пор простить не может. Злопамятная, что пиздец!
  - Паучиха!
  - Э, нет! - Мишка даже повернулся, - нормальные из них бабы, кстати. Не смотри, что второй облик такой... специфический. Нормальные бабы. Просто Лизка как сукой была...
  - ... специально для тебя в следующий раз в тарелку птичьего говна и перьев положу!
  Вынудив бывшего ретироваться, паучиха гордой проходкой продефилировала по залу. На ходу она превратилась в женщину, красивую притом. Хотя злые языки и говорят, что у паучих слишком порнографичное телосложение... но нужно признать, что языки эти в основном женские. Мужикам нравится.
  - Саш, - догнала меня Лиза-белочка у входа, - можно на минутку? Пойдём покажу. Гляди!
  Чуть пригнув голову, она нырнула под пол стоящей на сваях кухни, я последовал за ней.
  - Видишь? - Тоненький пальчик показывает на растущую повсюду плесень и монструозного вида древесные грибы, - две недели назад всего обработали!
  - Хреновая, значит, пропитка, - изучаю гадость поближе.
  - Да считай, никакой пропитки, - пригорюнилась она, - ты же знаешь, как мы на химию реагируем. Чуть пожёстче что, так у половины посетителей анафилактический шок начинается.
  - Хреново... - повторяюсь, - но я тут причём?
  - Ну ты же этот... артефактор! Придумай что-нибудь!
  - Э...
  В красивых карих глазах твёрдая уверенность, что я вот прям сейчас что-нибудь придумаю... я ж специалист!
  - Развратили вас ежедневные научные открытия.
  - Подумать могу, - отказываться прямо опасаюсь, ибо... ибо хрен его знает, что там могут учинить обиженные женщины, - но не скоро. Сама понимать должна - через неделю ухожу в экспедицию, а до этого времени подготовка.
  - А...
  - Считай, что свободного времени и нет. Плохо подготовлюсь, так не только сам погибну, но и по моей вине погибшие будут. Ты ж сама медик, должна понимать.
  Вздох... грустный такой... Непроизвольно кошусь на аппетитную грудь под тонким спортивным топиком. Пытаюсь напомнить организму, что белочке-Лизочке при переносе было под пятьдесят... но глаза видят красивую спортивную девчонку лет семнадцати на вид.
  - Я буду очень благодарна, - и снова глубокий вздох.
  - Не... а, ладно! Давай прямо сейчас попробую придумать чего на скорую руку.
  Отчаянно скребу за ухом - дурацкая привычка, появившаяся после изменения.
  - Руны, руны... - Вертится в голове, - простое и сложное одновременно. Слишком многозначно, слишком... нарисуешь не то, так получишь не чистые крепкие доски, а особо стойкую плесень. Рунные цепочки? Не... долго. Может, иероглифы? Не японист, конечно, но делал по заказу анимешников, помню некоторые сочетания.
  Сверяясь с памятью, рисую на столбах иероглифы Изначальная чистота, процарапывая затем по рисунку когтем.
  - Как-то так.
  Белочка осторожно скребёт ноготком по плесени... и та отваливается.
  - Ии! - Визжит она, обнимая. Объятия быстро переходят в нечто более... плотное.
  - Ну вы и дали, - качая головой, сообщил смущённый Пашка, дождавшийся меня, - от кого, а от тебя...
  - Не моя инициатива, - отбрехивась, краснея.
  - Пошли... инициатор! - Смеётся Петриашвили.
  
  
  
   Пятая глава
  
  
  
  - Розги, вот что исправит ситуацию, - привычно проворчала нэкомата , выслушав в продуваемой всеми ветрами учительской очередную жалобу на учеников от коллеги.
  - Что опять? - Поинтересовался вошедший директор, - драка?
  Жалобщица промолчала, поджав тонкие, покрытые по контуру крохотными чешуйками, губы.
  - Иерархию строить начали, - выдавила наконец она, - что-то невнятное, на основе то ли АУЕ, прости господи... то ли кастовости, наподобие индийской системы.
  - Как же, - Скривился Пётр Иванович раздражённо, усевшись в кресло и вытянув ноги, - наслышан уже. К сожалению, я был занят всё больше хозяйственными вопросами. Ничего, быт немного наладился и можно заняться учебно-воспитательным процессом.
  - Воспитательным прежде всего, - язвительно отозвалась Мария Петровна, выпустив на мгновение двойной хвост, - распоясались совсем. Раньше какая-никакая, но система была - родителей в школу, полицией особо наглым пригрозить, надавить испорченным аттестатом. А теперь?
  - С воспитанием в самом деле проблемы, - признал директор, подвигая кресло к столу, - мне тоже налейте, голубушка... благодарствую.
  Вытянув раздвоенный язык, попробовал температуру кипятка и осторожно отхлебнул.
  - Чудесно, - зажмурил глаза с вертикальным зрачком Пётр Иванович, - не могу не признать, что чай в этом мире превосходен. А с воспитанием да, плохо. Детки на родителей смотрят, а те вразнос пошли, иначе не скажешь. Что касается цвергов или там нагов, ещё ничего... на фоне остальных. А оборотни, особенно из числа мохнатых... не сочтите за обиду, Мария Петровна.
  - Что уж там, - прохладно отозвалась нэкомата, нервным жестом поправив украшенную вышивкой длинную футболку, призванную изображать платье, - но должна сказать, что мои новые... эээ, соплеменники отличаются скорее шкодливостью, чем воинственностью и склонностью к разрушениям.
  - Согласен, коллега, - примирительно отозвался директор, - но только не поводу воспитания! При всём уважении, но старыми методами работать мы не можем, признайте! А значит, нужно прежде всего заинтересовать детей, и как тут обойтись без изменения учебного процесса?
  - Уроки химии никто не пропускает! - Воинственно сказала нэкомата.
  - Голубушка, ну никто не умаляет ваших заслуг! - Всплеснул руками директор, - но согласитесь - химию можно сделать прикладной, показав её нужность и полезность, аналогично и с биологией. И мы... в основном вы, конечно же - сделали! А как быть, к примеру, Евгении Алексеевне?
  - Русский и литература, при всём моём уважении... прости Женечка, но в наших условиях это предмет вторичный.
  - Сейчас - да! - Драконида выпрямилась, встопорщив кожистый гребень на красивой голове, - пока речь идёт непосредственно о выживании. Но как вы будете соединять воедино весь этот клубок межвидовых проблем? Да с распрями на кастовой почве?
  - Н-да, - хмыкнул директор, - а ведь права Евгения Алексеевна, права! Как бы пошло это не прозвучало, но нам нужны некие скрепы. Помимо выживания и общей выгоды нужно что-то большее, иначе лет через двадцать... Вспомните историю республик бывшего СССР хотя бы! Национализм, резня... не хочется видеть? Вот и мне... а что-то подсказывает, что куда как серьёзней резня может начаться. Разбегаться будем быстрее собственного визга!
  - Прости, Женечка, за язвительность, - повинилась нэкомата, - гордыня заела. А додуматься, что тебе тяжелее заинтересовать наших оболтусов, не смогла. У меня-то что... опыты интересные на уроках, да всё практические, полезные общине здесь и сейчас. Стоит хулиганам пригрозить, что от уроков отлучу... как шёлковые становятся!
  - Я такими словами даже в младших классах бросаться боюсь, - ссутулилась драконида, подставив палец гуляющей по столу крохотной ящерке. Одно время с ними пытались бороться, но быстро поняли, что лучшего средства от насекомых в здешних условиях нет!
  - Да уж... - директор полубоком откинулся на спинку плетёного кресла, бездумно глядя на хлещущий за оконным проёмом тропический ливень, - понять, что русский язык, литература и история нужны, чтобы мы оставались частью одного народа, могут взрослые. Не все...
  - С историей этого не выйдет, - отозвался молчавший до этого физик, у которого с посещаемостью и дисциплиной проблем не намечалось, - одна только трактовка развала Союза чего стоит! Зомбоящиков с пропагандой здесь нет по определению, а всё равно - есть те, что считает развал Союза благом.
  - Вы не поверите, Виталий Георгиевич - с неожиданной злостью ответил директор, повернувшись к собеседнику, - но есть и такие, что олигархов полезными считают! Дескать, а наш-то Абрамович ого-го! Челси купил! И гордятся, дебилы... это медицинский термин, если что. Даже сейчас, без зомбоящиков!
  - Вот и я про тоже, - криво усмехнулся физик, - а про Тартарию не хотите ли? Каждый второй... беда в том, что и меж собой договориться не могут, альтернативщики хреновы! Ссорятся на почве идеологических разногласий: одни себя потомками атлантов считают, другие напрямую от славянских богов родословные выводят.
  - Нашли о чём спорить, - пробурчала драконида, полоская чашку под струями ливня.
  - Как видите, нашли.
  - Пётриваныч! - Дверь в учительскую распахнулась, стукнув по свернутым рулонами учебным пособиям, и в помещение влетела девочка лет десяти, - так Вовке-нагу голову проломили! А Мишка Семёнов, который волк, с заточкой...
  Не дослушав, педагоги сорвались с места.
  Директор, дабы сэкономить время, выпрыгнул из окна, почти тут же обернувшись хтонических размеров титанобоа. Протаранив головой тонкую перегородку стены, влетел в просторную аудиторию, приземлившись уже человеком.
  Потоки неоформленной Силы чудовищной мощи, зафиксировали участников драки там, где они стояли... или лежали. Одного взгляда на тонкое мальчишеское тельце со змеиным хвостом вместо ног, хватило. С такими ранами не живут, девочка ошиблась - голова не проломлена, а размозжена.
  - С-сволочи малолетние, - прошипел директор, переведя немигающий глаз на застывшего в полуобороте мальчишку, замершего с занесённой ногой. Торжествующий, полный дикой злобы оскал...
  - Стойте, стойте! - Ворвались женщины в помещение, - не...
  - Не переживайте, дамы, - безжизненным голосом сказал Иван Петрович, - не убью. Школу на осадное положение и... бегом за... Ирина Дмитриевна, вы уже здесь?
  - Ох ты... - школьная медсестра, не трогая тело нага, встала с колен, - кто ж его... Мишка? Сучонок малолетний, сиделец потомственный, да чтоб тебя...
  - Как мальчик? - Прервал дриаду директор.
  - Преставился, - выдохнула та, сжав красивые полные губы.
  - А...
  - Маловероятно, - качнула она головой, - Искра жизненная ушла, если по-простому выражаться. К Зинаиде Павловне я одну из девочке сразу отправила, но...
  ... - ничем не могу помочь, - давя эмоции, сказала сида, - с такими ранами даже оборотни не живут.
  - Так... ещё убийства не хватало, - директор устало сел прямо на грязный пол со следами крови, - всякое бывало после переноса. Дети гибли... но чтоб убивать друг друга!?
  - Помолчите, - директор запнулся, глядя на врача округлившимися глазами. Сида тем временем, не отрывая пальцев от лужицы крови, вошла в провидческий транс, о котором давно (неделю как!) знали все жители посёлков, - карандаш и листы.
  Нэкомата, выгнав из комнаты лишних, тут же выдала требуемое, не пожалев даже дефицитную альбомную бумагу, выдаваемую исключительно на стенды для объявлений. Не отрывая левой руки от лужицы крови, женщина тут же начала рисовать правой что-то вроде... комиксов?
  Неожиданно, но провидческий дар, он такой... Да и комиксы, несмотря на примитивность рисунков, оказались шедевральными - что-то вроде Голубки Пикассо. Скупые штрихи линий, но всё очень, очень узнаваемо.
  Листы, на которых сида рисовала, не открывая глаз, в обратном порядке показывали произошедшее. Драка, ссора... не первая и даже не вторая. Подленькие действия, но вполне продуманные для такого возраста. Оскорбление есть, а жаловаться вроде бы и не на что.
  На последнем рисунке перед маленьким убийцей сидел на табурете взрослый, вполне узнаваемый оборотень и... наставлял, как себя вести.
  - Фенрир, - выдохнул директор кличку одного из вожаков оборотней, известного прежде разве что по националистическим взглядам, которые тот не думал скрывать. На Земле - православный монархист и вроде-как-русский националист из асфальтового казачества, при переносе легко перековался в националиста... видового.
  - Школу на осадное положение, - скомандовал змей, представив разборки с родителями школьников всех видов, - внутрь пускаем только депутатов и Старейшин.
  ***
  - Тревога! - Раздался с небес трубный глас и на большую поляну спикировал с неба дракон, приземляясь уже в человеческом облике, - народ! Буду краток, так что слушайте внимательно! В Школе ЧП - убийство.
  - Твою же... - вырвалось у Юрия Ивановича, тут же заткнувшегося под взглядом дяди Саши.
  - Один из учеников убил другого, что само по себе... Хуже другое - родители подтянулись к Школе, того и гляди, начнутся военные действия. Убийство на расовой почве. Нужно предотвратить начинающуюся драку. Не могу приказывать - прошу! Нужно предотвратить начинающуюся... войну.
  Делаю шаг вперёд... как и все остальные.
  
  Никогда я ещё не бегал так быстро, но всё равно к воротам Школы прибыл одним из последних.
  - ... чёртовы змеи, - услышал обрывок фразы, - да если бы не ваши интриги!
  Дракон, змеи и кицунэ давят Силой, пытаясь подкрепить свои требования, но две толпы друг напротив друга, ставшие едиными организмами, сопротивляются давлению.
  - Бей нелюдей! - С ударением на последнем слоге начали скандировать оборотни из стаи Фенрира, - рептилоидов к ответу!
  В боевом порядке врезаемся в пространство между начавшими сближение толпами. Почти сразу меня дёрнули за шкирку в средину.
  - От улыбки станет всем светлей!
  Неуместная в такой момент песня заставила прижухнуть агрессивно настроенные толпы, невольно выискивая глазами певицу. Обратив на себя внимание, Даша замахала руками и показала на мать, вставшую на школьную стену.
  - Есть ли здесь тот, кто не доверяет мне? - Сильным голосом начала Зинпална, приковывая внимание.
  - Вопросик с подвохом, - бормочет кто-то из приключенцев сзади, - попробуй только согласись! Зинпалана, она такая - не доверяешь, так и лечись в другом месте!
  Видно, не ему одному пришла в голову такая мысль, и только фенрировцы попробовали раскачать толпу теплокровных, скандируя лозунги. Не получив поддержки, быстро завяли.
  - Нет таких? Тогда слушайте!
  За пару минут она рассказала о предварительном расследовании.
  - ... расследование...
  - Палыча давай, Палыча! - Заорал Расписной, вскакивая на плечи кому-то из приятелей, - народ, вы меня знаете! Знаете, что я сидел и за что сидел! За дело! Но если я Палыча честным ментом называю, то подумайте хорошо!
  Славка пока из нейтральных нелюдей, не определившихся с видом. Ясно, что не оборотень и не... рептилоид, а вот кто... Специалисты склоняются, что вылупится из Славки очередной стихийный дух, скорее всего Земли.
  - Знаю! - Проорал кто-то из рептилоидов, - ОБЖ у нас в школе вёл на пенсии, а до того участковым на Диком!
  Народ загомонил и потихонечку начал успокаиваться. До братских объятий далеко, но массовую резню предотвратить удалось. Надолго ли...
  
  
  
   Шестая глава
  
  
  
  Устроившись с удобствами на толстой низкой ветви, протянувшейся почти параллельно земле, потихонечку работаю, поглядывая иногда на приключенцев, отрабатывающих перестроения при атаке особо крупных животных. Под задницей толстый слой мха, свисающие вниз босые ноги щекочет ветерок, а редкое в наших вечно дождливых краях солнце мягко греет макушку. Комфорт и уют...
  Мурлыча под нос песенки, когтем вырезаю рунные цепочки на дощечках красного дерева. Сощурив левый глаз, спугиваю наглое насекомое, вздумавшее прогуляться по лицу. Почти тут же букашка приземляется назад, влекомая каплями пота.
  - А так вот? - Составляю парочку дощечек, пуская Силу и прислушиваясь к результату, - ага... аж пеплом осыпалось, надо же!
  Эксперименты методом тыка, чтоб их... обезьянка с лабораторным журналом. Простенькие рунные связки и даже цепочки, отработанные на сотнях магических артефактах ещё на Земле, не всегда работают так, как должно. Да и откровенно... связки и цепочки я тогда заучил, не вникая в суть. А зачем учить-то?!
  Ну то есть раньше незачем... относился к таким вот вещам скорее как к украшениям. По верхам нахватался - ровно настолько, чтобы вести беседы с фанатами, делая вид человека посвящённого. За толику потустороннего и шаманский вид фаны платили иногда в разы больше ожидаемого.
  Сейчас под рукой нет ни интернета, ни даже районной библиотеки. Знаний не хватает отчаянно, а собранные по всем посёлкам Магические Книги, размноженные в сотнях экземплярах, в большинстве своём откровенный мусор, не говоря уже о том, что содержащаяся в них информация зачастую противоречива.
  - Райдо, Турисаз, закольцованные через японский иероглиф Гармония с Альгиз, дают уверенную защиту от насекомых. Но! Только в том случае, когда сила подаётся через Гармонию и Альгиз одновременно, притом в обе стороны.
  Почему руны и иероглифы в принципе работают, и тем более в другом мире, тайна сия велика есть. Гипотез множество, я придерживаюсь версии Вселенского Компьютера, где руны, глаголица и прочая древняя азбука - буквы клавиатуры, а иероглифы и прочие пиктограммы - что-то вроде таблицы символов в Виндоус.
  Очень может быть, что я не прав, но лучше (как по мне) верить в Супер Компьютер, язык которого мы не знаем, чем в богов. Может, кому-то это кажется смешным, поскольку по земной мифологии всем мы нелюди, а некоторая часть относится и вовсе к духам и божкам... но очень не хочется впадать в мистицизм.
  С некоторым сомнением тронув золотой медальончик откладываю в сторону, глядя на пластины из разных пород дерева, кости и камня. Заготовки для артефактов предоставляют мне в любых вменяемых количествах - только делай, не отвлекайся!
  Иммунитет к большинству ядов и прекрасная регенерация, это конечно хорошо, но они не отменяют того факта, что укусы ядовитых тварей порой очень болючие, да и лихорадит от них до суток. А укусы насекомых так потом чешутся...
  Единогласным решением отряда приключенцев меня освободили от большинства тренировок, посадив взамен экспериментировать с атрефакторикой. Очень уж большое впечатление произвел мой удачный экспромт со зданием столовой.
  Девчонки процарапали 'мои' иероглифы на досках и столбах, и плесень сошла окончательно. Взяли на вооружение по посёлкам, царапают и выжигают, спасая деревянные строения от гнили. Другое дело, что получается куда как хуже - небрежно нацарапанное мной, очистило площадь метров в сорок, а большинству приходится обрабатывать каждую доску.
  То ли Силой напитывать не умеют, то ли ещё что. Честно говоря, греет душу. Маг я откровенно слабенький и не могу запустить сгусток огня, способный прожечь сырое бревно или придушить противника телекинезом. Как боец тоже не супер, уступаю любому волку или псу - физических данных просто не хватает. Зато вот как артефактор могу что-то. Мало таких... и это радует! Какой никакой, а статус.
  - Может, природный материал, - бурчу вслух, - раз уж тут некоторым образом магия природы? Вера! Зайка!
  Ближайшие кусты отозвались сладкими стонами, но через пару минут ланон-ши вылезла-таки, без малейшего смущения отряхивая коленки и вытирая лицо.
  - Зайка, хочу попробовать запитать артефакт на твоей личной Силе. Как насчёт расстаться с одной из черепаховых пластин?
  Вера тут же сняла одну с ожерелья в египетском стиле, прикрывающего красивую грудь. Да не от взглядов прикрывающее... от колючек. Ну и украшение заодно - женщина всё же, пусть даже вампирша и суккуба.
  Парочка оборотней, переговариваясь негромко, вышли чуть в стороне. Приличия блюдут! Заевой на эти приличия... дай ей волю, она бы и в центре любого из посёлков не слишком бы постеснялась.
  Было уже пару раз - не площади, но на улице. Ну и... нарвалась. Сперва Кочергин молнией пришкварил округлую задницу, а во второй раз она на Дашку нарвалась. Подробности не знаю - что-то по медицинской части, но сиду ланон-ши обходит теперь стороной и здоровается со всем вежеством, очень смирная и благонравная.
  - Запрыгивай, - ланон-ши очень сексуально...
  - Зараза... вот как у неё получается?! Спорить готов, что она и в туалет ходит так, что на Земле эти ролики пользовались бы немалым спросом у любителей извращённого порно! Что ни говори, но видовые особенности порой рулят.
  ... приземлятся рядом и усаживается, подвернув ноги и с любопытством поглядывая на мои руки. Терпко пахнуло недавним сексом и совсем чуть-чуть - специфическим потом суккубы, немного мускусным, с нотками цветочных запахов.
  - Держи пластину и протяни руки. Да, так... чуть Силы подай... чуть, я сказал.
  Положив одну руку на ладонь Заевой, начинаю выжигать на пластине Силой, чуточку бравируя перед любовницей. Да, блядь... и нет, не брезгую. А куда деваться? В семнадцать лет стоит на всё, что шевелится и не ёжик... фигурально, разумеется. После изменения усилилась не только физическая сила, но и, мать её, сексуальная! А выбор, откровенно говоря, не богатый.
  Бывшие пенсионерки пусть и помолодели, но... стрёмно как-то. Потом, может и привыкну, лет через несколько. А пока вот так... с общественным достоянием. Не с соплюшками же малолетними встречаться, право слово! Да и не каждую... особь женского пола отклик идёт.
  - Всё. Погоди... - вытягиваю крупинки Силы и отдаю артефакт, - теперь подай свою.
  Вера пробует, и пластинка чуть светится, как положено. Проверка, и крупный огненный муравей (кусается - как прутом раскалённым ткнули!) шарахается от неё, падая с ветки.
  - Иии! - Визг чуть не оглушает, ланон-ши повисает на шее, - спасибо! Саша, я теперь с тобой... без очереди! Когда захочешь!
  - Иди, - шлёпаю её по задку, слегка задерживая руку, - нет, в самом деле иди, хочу немного руку набить, пока ощущение не ушло.
  Бросив напоследок многозначительный взгляд, Вера удаляется. Слышу обрывки фраз...
  - ... на муравейнике! Да, мальчики? Тестированием займёмся!
  - Кто о чём, а суккуба о сексе!
  Два десятка артефактов штампую один за другим, нарабатывая навык. Личные, безличные... все они нормально работают и подзаряжаются от фоновой Силы владельца. Другое дело, что Вера вечно по кустам то на спине, то в коленно-локтевой позиции. Ей сверхмощный нужен.
  - Поглядел бы кто со стороны, как ты артефакты штампуешь, - неслышно подошёл Чаганов по влажной земле, - кажется, будто всё это легко и просто.
  - Как с программами. Для меня максимум - говносайтик сделать, а твоей квалификации на создание игр хватает.
  - Хобби, - скромно уточнил богомол, - так-то математический аппарат... меня опять занесло?
  - После слова аппарат сознание отключилось, - отвечаю со смешком. Я не настолько гуманитарий, как изображаю перед Володей. Просто когда гигантский богомол начинает рассуждать о программировании, мозг не выдерживает.
  Чаганов из тех изменённых, у кого второй облик стал первичным. Он в первую очередь богомол, а уже во вторую - человек, и находится в человеческом теле продолжительное время ему неуютно.
  От тренировок Володя также частично освобождён - инстинкты у него... как у богомола, не требуют тренировок. Только в составе отряда занимается, в свободное время помогая мне с артефакторикой или на кухне.
  Талантов в этом направлении ни малейших, но богомола больше волнуют научные аспекты, а не прикладные. Пытается впихнуть любимую математику в мир магии.
  - Саш! - Окликнули меня, - там к тебе этот... Петрович пришёл.
  - Ясно.
  Спрыгнув с ветки, отряхиваю зад - наши паучихи начали выделывать ткани, годные не только на противомоскитные сетки, но и на одежду. Штучно пока, но начало положено.
  Корявое раскидистое деревце, метров этак под четыре в высоту, топчется у границы лагеря. Выглядит как длинный корявый пенёк, обрезанный ретивыми коммунальщиками на высоте человеческого роста, но не засохший, а выпустивший ветви вширь и немного ввысь.
  - Хайюшки, Петрович, - подхожу, вытягивая сжатый кулак. Одна из веток осторожно касается руки.
  - И тебе... хау, - Энт общается частично речью, частично запахами и мыслеобразами, отчего понимает его от силы четверть вынужденных переселенцев.
  Лёгкое нетерпение, желание вкусно поесть, вырасти...
  Прерываю ментальную связь, тряхнув головой. Петрович смущённо кряхтит и произносит:
  - Говно-говнецо, да?
  - Да, - энт подхватывает меня под коленки и сажает куда-то... на голову, наверное. Где у нас сортир, Петрович знает без меня, просто... этикет, наверное. Не может есть в гостях без хозяев. Или нет... честно говоря, плохо понимаю психику энтов.
  Энты второго облика не имеют и в изменении зашли куда как далеко. Не только внешность, но и сознание изменилось стремительно и бесповоротно. Благо, социальные и коммуникативные навыки остались, пусть и покореженные донельзя.
  - Говно-говнецо, - тоном гурмана, восхищённого высокой кухней и тёплым приёмом, повторил энт, пуская ноги корни в выгребную яму. Отойдя чуть в сторонку и усевшись на отполированное задницами бревно железного дерева, поддерживаю столь же односложную беседу, стараясь не сорваться на менталистику.
  ***
  - Как-то всё это стрёмно, - напряжённо сказал Пашка, - нет, я всё понимаю...
  - ... в изгнание, - напряжённым голосом говорила Зинпална, выбранная судьёй, - вниз по реке, с оружием и припасами, но без весёл и парусов, положившись на судьбу. В случае, если изгнанники решат вернуться, каждый из присутствующих имеет право и даже должен убить их. Приговор окончателен и обжалованию не подлежит.
  На галечном берегу реки собрались все жители товарищества, включая маленьких детей, непонимающе лупающих глазами, сидя на руках у матерей. Огромный плот, сколоченный из брёвен полутораметрового обхвата, вытянулся почти на сорок метров в длину и двадцать в толщину.
  Столпившиеся оборотни из стаи Фенрира смотрят зло и непримиримо. Почти полтора десятка... из оставшихся в живых. Брали их шумно, с резнёй, да повесили потом большинство по результатам расследования. Фенрир, взятый живым и моливший о пощаде, умирал долго, сидя на муравейнике. Почти сутки истошного крика... знаменитая регенерация оборотней не всегда во благо.
  Всех жителей посёлков мимо провели! Чтоб видели - что будет с теми, кто перейдёт Грань.
  На плоту только те, чья вина доказана косвенно и... дети. Принимавшие участие в убийствах, рвавшие зубами плоть разумных. Двое взрослых всего, остальные - дети и подростки.
  - Не верят, - негромко сказала знакомая паучиха, - не хотят верить. Я бы тоже не... детей выгоняют.
  Маленький кулачок закушен до крови, но в больших тёмных глаза соседки ни тени сомнений в правильности происходящего. Жалость... но никаких сомнений.
  - А как ещё?! - Обернулся цверг, очевидно приняв паучиху за противницу изгнания, - Больше тридцати убитых по результатам расследования, каково?! Своих несогласных убивали, противников потенциальных... тайно, разумеется.
  - Детей жалко, - паучихи чадолюбивы, но несмотря на мокрые глаза, губы сурово поджаты, - но другого выхода не нашли. Тюрьмы, колонии... это там. Здесь всё иначе. Каждый день убийцы будут сталкиваться с родными убитых... Изгнание для таких слишком мягкое наказание, могут и вернуться.
  Наконец плот оттолкнули, и Кочергин в облике дракона отбуксировал его на середину стремительной в этом месте Амазонки.
  - Мы вернёмся, слышите?! - Истошно заорал Мишка Семёнов, - вернёмся! Зубами будем рвать ваших детей, жрать заживо! Слышите?!
  Огонь с неба оставил от него кучку пепла, а дракон, сделав ещё один круг над плотом, вернулся на берег.
  - И это правильно, - с мрачным удовлетворением подытожил цверг, прикрывая голову плетёной из соломки шляпой от начавшегося дождя, - одним уёбком меньше!
  
  
  
   Седьмая глава
  
  
  
  Вопрос о реформировании Школы назрел давно, но после убийства общественность наконец-то раскачалась, выделив на это необходимые ресурсы. Отложили даже выход экспедиции на пару дней, дабы наши тяжеловесы в лице дяди Саши, Соколова и Юрия Ивановича смогли внести свою лепту.
  Каждый из тяжей заменял минимум полсотни оборотней или нагов, в одиночку транспортируя и устанавливая огромные стволы железного дерева или каменные глыбы. Припахали и меня... да собственно, всех, кто мог делать хоть какое-то подобие артефактов или хотя бы процарапывать руны по трафарету.
  Сооружение выходит циклопическим - из тех, что способны (в теории) вынести обстрел средневековой артиллерии или штурм подразделения тираннозавров. Последнее не шутка, параноики среди руководства вполне серьёзно рассматривают возможность существования разумных рептилий и способы противодействия им.
  Посреди Школы высится недостроенная пока квадратная башня-донжон, где расположится администрация и учителя. В случае опасности внешней, донжон примет в себя учеников - без удобств, разумеется, но с определённой гарантией безопасности.
  - Твою же мать, - выдыхаю, глядя на взмывающую вверх очередную многотонную глыбу, удерживаемую волевым посылом Соколова. Кицунэ среди нас почти полтора десятка, но разница между мощью двухвостого Владислава Рудольфовича и однохвостых его соплеменников колоссальна.
  Дальше несложных, легко распознаваемых иллюзий и манипулирования воздушными потоками у однохвостых не заходит. Двое могут похвастаться слабеньким (моего уровня) целительством и давно живут при Госпитале. Четверо демонстрируют склонность к огню, так же слабенькую. Но с ума можно сойти, насколько же перспективен вид в целом! Всего-то второй хвост и... такое. А ведь если верить легендам, хвостов может быть и девять! Всего-то дожить требуется...
  - Никак не могу привыкнуть, - провожая взглядом камни в небе, пролетающие по строго определённым маршрутам (падали, да...) соглашается Пашка, положив связку прутков на землю рядом со мной, - силища-то какая!
  - А какими интересными стали разговоры о великих древних цивилизациях!
  Посмеялись, и Пашка полез бригадирствовать на леса, а я продолжил, сидя под навесом, делать рунические трафареты из металлического прутка. Вышедшие из моих руку, они становились слабенькими такими артефактами, и рабочий процесс ускорялся многократно. Всего-то и делов, что разогреть конец прута в огне, да прижечь деревянную поверхность, пустив Силу.
  Привычно уже, по единому шаблону, загибаю пруты, размышляю о всяком. В десятке метров левее возится у походной кузни Захарыч - делает аналогичную работу, но своим, кузнечным методом. Нащупал что-то своё, цверговское... пока прутки трафареты не хуже моих, но вскорости ждём артефакторного оружия.
  - Женя! Ёбаный твой рот! - Заорал под ухом тэнгу, грозя кому-то на лесах мосластым кулаком, - тебе жить надоело?! Почему без страховки!? Тебе, опездолу, персонально...
  Взмахнув крыльями, прораб тяжело взлетел, матерясь на лету. Рядом со мной упал обслюнявленный окурок...
  - Сорри! - Донеслось с высоты, - Женя, мать твою женщину...
  - Знакомое что-то... не могу вспомнить!
  Изменения продолжаются, и знакомые вроде бы люди и нелюди становятся неузнаваемыми. Ёкаи из числа неопознанных потихонечку определяются с видовой принадлежность, попутно частенько меняя облик и нередко - бытовые привычки, а то и характер.
  Часты неловкие ситуации, когда окликают и начинают что-то обсуждать, как с хорошо знакомым... а я и не помню ни хрена, кто же это такой! Позже выясняется, что это, оказывается, Андрюха, с которым частенько пересекался на спортивной площадке - что на Земле, что здесь.
  Но я-то запомнил его сперва моложавым спортивным мужиком, смешливым и дурашливым. Позже - худосочным ёкаем насекомого вида.
  А теперь вот, неделю спустя... фей! Метр сорок от силы, с огромными радужными глазами, порывистыми крыльями за спиной, сотканными из Силы. Прилагается писклявый голосок и острое чувство собственной неполноценности, лечащееся нарочито брутальным видом. Выглядит это... ладно неизменная самокрутка или трубка, но сапоги-то тебе резиновые зачем?!
  Тяжело протопал Петрович во главе бригады энтов, тащащих тяжеленные брёвна. Вопреки подспудным ожиданиям, наши энты не стали экофашистами, готовыми вырезать поселение за срубленное дерево.
  - Александра Боброва просят пройти в проектный зал, - прозвучало из громкоговорителя на столбе.
  - Захарыч, я...
  - Иди, иди, - отмахнулся кузнец, - доделаю. Опять небось вспомнили что-то и на консультацию вызвали.
  Назвать себя артефактором в полной мере не могу, но на фоне других...
  - Здрасте, - киваю на все стороны, заходя на первый этаж донжона, где и расположился штаб.
  - И тебе, - отозвался Соколов от огромной каменной плиты, заменяющей стол, - давай сюда. Мы тут с Михаилом Валерьяновичем проконсультировались, теперь твоё мнение услышать хотим.
  Кривлюсь, не скрывая раздражения, не люблю такие моменты. Бывший этнограф, специализировавшийся на славянской мистике, специалист весьма востребованный, даром что его артефакты несколько однообразны. Выведенные глаголицей на листках бумаги и пергамента древние наговоры вполне себе действенны, но... бумага, она и есть бумага.
  Глубокие знания (целый доктор наук, шутка ли!?) предмета несколько компенсируются как недолговечность хрупких носителей, так и направленностью. Всё больше сглазы и защиты от них, заговоры от стрел и тому подобное. Отчасти даже действенней моих корявых самоделок - целый пласт древней культуры, не абы что. Зато мои корявости проще приспосабливать к текущему моменту.
  Не скрывая неприязненного взгляда, вампир отошёл от стола, скрестив демонстративно руки. На Земле бывший преподаватель попил кровушку у студентов в переносном смысле. А теперь вот... в самом что ни на есть буквальном. Но что не отнять - законопослушен, никаких там обескровленных трупов и обесчещенных под вампирским гипнозом девиц. Всего-то специфика питания.
  Не в первый раз замечаю, что нас ссорят специально, вроде как чтобы не возникло сговора двух специалистов. Профсоюза, так сказать.
  И вроде как даже не из подлости... Кочергин точно руководствуется благими намерениями, забыв о второй части поговорки. Кицунэ... лис, он и есть лис, интрига ради интриги. Юрий Иванович привык просто, он и руководил примерно так же. Редкостный гандон.. отец под его началом успел поработать, вспоминал исключительно матерно.
  У каждого из тяжеловесов свои резоны - исключительно верные, разумеется... но всё равно неприятно.
  Попытки поговорить проваливается - когда аргументы, пусть даже неосознанно, подкрепляются Силой, легко принять на веру всё, что угодно. Привыкаем потихонечку к феодализму и Праву Силы.
  - Донжон капитальный, а четыре школьных сектора делаем пока временными, Крепкими, но скорее всего будем делать потом из камня, - не моргая, поясняет Юрий Иванович, ставший главой проекта из-за совпадения личной Силы и строительного образования.
  - С меня что требуется?
  - Прикинь, что тут можно сделать лично тебе, чтобы не переделывать потом.
  - Артефакты?
  - Да.
  Уточнение не лишнее: несмотря на образование и руководящий опыт, Юрий Иванович не самый компетентный специалист, да и интеллект не так чтоб очень. Тупит подчас крепенько, но альтернатив нет - не только оборотни, но и многие другие изменённые просто не станут подчиняться слабому. Начнутся споры, ссоры, невыполнение приказов и работа, ведущаяся ни шатко, ни валко. Проверено.
  Приходится к подобным спецам приставлять в качестве замов специалистов реальных. Другое дело, что такие вот Юрии Ивановичи не всегда прислушиваются к их мнению. Или как вариант - искать по-настоящему сильного изменённого, готового пойти под начало более слабого, но компетентного руководителя. Как ни печально, но таких мало. Инстинкты...
  - Угу, угу, - обхожу вокруг макета, - я бы сосредоточился на сигналках прежде всего - чтобы никто из учеников не мог пересечь границы чужого сектора. Змеи сейчас злые, могут и не понять, что псами и волками движет не столько агрессия, сколько дурное любопытство. Затем...
  ***
  Кицунэ стоял перед строем, заложив руки за спину и слегка расставив ноги.
  - Напоминаю, - начал он, - что это не учения и не соревнования. Никаких первых и последних мест, штрафных баллов и тому подобной хери нет, и не будет. Задача одна - помочь нашему отрядному медику отработать паркур с элементами преследования. Не поймать, не обезвредить! Коснуться!
  - Догонялки, да? - Заулыбался Анвар, выпуская и втягивая когти на изменившейся лапе-руке.
  - Догонялки на касание, - уточнил Соколов, щёлкая секундомером, - ии... начали!
  Длинноухий подросток с раскосыми глазами и лишним весом прыгнул вверх и чуть вперёд, оборачиваясь енотом прямо в воздухе. Упитанное тельце зацепилось за тонкие пружинистые веточки и сменило траекторию полёта.
  Двое преследователей не успели это сделать и упали, столкнувшись в воздухе. Послышались эмоциональные слова на незнакомом языке и Анвар, грубо толкнув второго участника аварии, встал, держась за повреждённую руку.
  - Брат, извини, брат, - тут же повинился он.
  -Ничего... погнали дальше.
  Бобров казался неуловимым, мастерски используя преимущества сильного человеческого... антропоморфного тела и лёгкого звериного.
  - Что творит, поганец, - восхитился Соколов, наблюдая за носящимся по кронам деревьев енотом, - тридцать человек поймать не могут!
  - По тонким веткам бегать кроме него никто не может, - хмыкнула Лия скептически.
  - Пусть... у каждого свои преимущества. Можешь что-то лучше других - делай! Ребятам никто не мешал скооперироваться и устроить загонную тактику.
  - Что творит! - Восхитился кицунэ, не отрываю взгляда от происходящего, - видишь? Да левее...
  - Где?
  - Где старый след от молнии...
  - Ага. Сидит... личинку жрёт.
  - Жрёт... иллюзия, - усмехнулся Соколов, - рядышком стоит, фак показывает. Издевается, поганец!
  Дунув в свисток, объявил об окончании догонялок. Разгорячившиеся приключенцы прыгали вниз по веткам, обсуждая игру.
  - Замечательно, - подытожил Владислав Рудольфович, - могу сказать, что наш медик наконец-то научился убегать! Кроме шуток, большое достижение! Как боец он, сами знаете, слабенький. Ну да медику это и не нужно.
  
  - Как боец, как хуец, - пиная попадающиеся под ноги гнилушки, бурчу негромко, чтобы Соколов не услышал, - хули ж меня сравнивать в рукопашной!? У большинства здесь масса мышечная вдвое выше моей. Или богомол, против которого вообще шансов нет. У меня вон артефакты... С ними любого почти в отряде сделаю. А, хули толку! Если мозги мышцами даже у кицунэ задавлены, спорить бессмысленно!
  ***
  - Карта... какая есть, - в голосе Кочергина мелькнуло смущение, - кхм... не учили меня, так что сами видите - каляки-маляки.
  - Нормально, командир, - подбодрил его один из приключенцев с военным прошлым, - Точность достаточно высокая и масштаб соблюдён, так что ориентироваться можно.
  - Ты-то откуда знаешь, - но вслух не проговариваю, не тот момент.
  - Пролетел по верху, - продолжил Кочергин, - иногда приземлялся, но... Я уже говорил, что будучи драконьем обличии воспринимаю мир несколько иначе?
  Руководитель экспедиции развёл руками, виновато улыбаясь, и у меня засосало под ложечкой. Нехорошо как-то экспедиция начинается - неправильно это, когда командир демонстрирует неуверенность и пытается заранее отстраниться от возможных проблем.
  - А дядя Саша ни хрена не лидер, оказывается. Хороший мужик, яркий и отчасти даже сильный, но никак не потенциальный капитан производства и отец-основатель. Одним из лидеров быть способен, когда ответственность хотя бы отчасти коллективная. Не более.
  - Сперва его авторитет и уверенность в себе держались на том, что он уникальный для нас специалист, востребованный и нужный. Потом - что он одраконился и не имеет конкурентов в силовом противостоянии. А так... да, хреново. Хм... хреново для экспедиции, а вот для общины и меня лично... нужно будет обдумать.
  - Ножками, парни, ножками, - подхватил Соколов, спасая положение, - помните, 'Территория считается захваченной, когда над ней повисают яйца пехотинцев'. Александр Николаевич может заменить собой вертолёт, но для полноценной разведки территории нужны геологи, биологи, топографы и прочие землемеры. Ясно?
  - Так точно! - Орём дружно, аж удивительно.
  Обвешанные артефактами, оружием и полезными грузами, топаем к берегу реки, где уже собрались почти все жители посёлков. Пётр Иванович толкнул прочувствованную речь, в которой сравнил нас с Колумбом и первыми космонавтами. Юрич от заводских выражался скромней, расписав необходимость разведки близлежащих территорий и напомнив нам не рисковать понапрасну.
  - ... помните, что ваши жизни ценнее всего! Не лишний пройденный километр или пробитый шурф, а вы! Будут потом и другие экспедиции, в которых пригодится приобретённый вами опыт. Без геройствований! Одна, вторая, десятая... и вот уже через пару лет наши малыши спокойно бегают там, где ещё недавно взрослые проходили, ощетинившись оружием и погибая. Бегают без опаски и без забот, потому что вы вернулись и принесли нам знания. Идите и возвращайтесь! Всегда возвращайтесь!
  Вскинув кулак по рот-фронтовски, Юрич отсалютовал. Превратившись в дракона, Кочергин закружил вокруг нас.
  - Йу-ху! - Завопил первый десантник, несомый струёй горячего воздуха через широкую мутную реку, - первый пошёл! ВДВ!
  Один за другим переправились мы через реку, приземляясь меж раскидистых деревьев, поросших длинным лишайником.
  - Крутим спираль! - Скомандовал Кочергин после короткой заминки и выразительного взгляда Соколова, - разведка территории, не нарываемся! Наткнувшись на потенциальную опасность, отступаем. Начали!
  
  
  
   Восьмая глава
  
  
  
  - Не так я представлял себе будни первопроходца, - бурчу потихонечку, вырезая на каменном блоке руну. Жарко и влажно, плаваю в собственном поту, отмахиваясь от насекомых. Так-то научился создавать что-то вроде покрова Силы, спасающего от кусачей мелочи, но держать его во время работы пока сложно, а артефакты класса Дихлофос перегорают.
  Аккурат после десантирования я чуть-чуть эволюционировал. Ничего серьёзного, но Сила во мне иногда искрит и в настоящем я сапожник без сапог. День-два, и приду в порядок.
  - Как ещё, брат? - Удивился Анвар, приостановив работу, - Колумб когда в Америке высаживался, первым делом укрепление строил, конкистадоры так же делали. Крепость нужна, Саша! Отсидеться чтоб где было. Исследования эти тоже - что, в чистом поле с пробирками сидеть?
  - Да всё понимаю! Это так... романтическая дурь прёт.
  - Бывает, - засмеялся приятель, - я когда в твоём возрасте... - эй, эй! Как камень ложишь!? Неправильно, да!
  Сорвавшись с места, борец стремительно умчался к накосячившему. Магией оборотень не обладает, зато поучаствовал в возведении десятка домов в родном селе, притом под руководством опытных родственников-строителей. Бригадир!
  Форт смотрится коряво, унылая каменная коробка со стенами почти трёхметровой толщины. Десять на двадцать метров, если мерить изнутри, да минус внутренние стены. Окна-бойницы, они же вентиляционные отверстия - с добавкой магии, разумеется. Во влажном климате для нормальной вентиляции нужны широченные проёмы или кондиционер - магический в нашем случае.
  Освещение исключительно на магии: обычная руна Соул, созданная с рядом несложных условий, слабо светится - как дохленький светодиод примерно. Всей работы пятнадцать минут... пусть на одну руну, зато в теории она получается едва ли не вечной. И никаких платёжек ЖКХ в почтовом ящике.
  Под ногами глухо подрагивает земля, отвлекая от работы.
  - Добрался, - проскрежетал каменный полоз, вылезая из большой кротовины посреди комнаты, - вода неглубоко, но фильтры ставить надо. Мусора много... и духов...
  Мелких духов видят многие, а некоторые даже ухитряются договариваться с ними. Вижу и я, но договориться не в состоянии. Не хватает Силы, чтобы припугнуть или вознаградить примитивных (другие нам пока не встречались) тварюшек.
  На острове их мало, а на материке прямо-таки кишат. В основном полупрозрачная студенистая мелочь, похожая на крохотных летающих медуз. Реже - неправильно светящиеся животные, растения и насекомые.
  - Договорюсь, - проскрежетал змей задумчиво и обернулся лысым молодым парнем в обтягивающих шортах из паучьего шёлка.
  - Водка потребуется, - уже нормальным голосом сказал он, - духи там с незамысловатыми желаниями. Украшения какие-то может, артефакты простенькие. Не знаю точно, пробовать надо.
  - Без них никак? - Почесал грязную шею Соколов.
  - Можно, как нельзя, - пожал узкими плечами полоз, - это просто какая-никакая, но гарантия хорошего к нам отношения. Ну и наоборот, соответственно.
  - На техподдержку договориться сможешь? - Влезаю в разговор я, движимый неутолимым любопытством.
  - Техподдержка? Хе! Можно, чего нельзя! Они там безмозглые почти, но что-то понять всё равно можно. И договориться.
  Полоза снабдили водкой и украшениями, сделанными буквально на коленке, и каменный дух нырнул под землю. Колодец прямо в доме - ради безопасности. Мало ли, придётся сесть в осаду, без воды много не высидишь.
  - Чешуйки слюды дайте, - сказал он, вынырнув через полчаса. Искомое тут же доставили, и земляной дух нырнул под землю.
  ... - в каменные блоки впаять чешуйки слюды. Всё, всё, ничего больше! Хер его знает, но духи эти прямо-таки тащатся от слюды. Вроде как зеркальца для аборигенов, только с оттенком мистики.
  Змея ощутимо вело после длительно общения с мелкими тупыми духами. Лечение известное - стакан с алкоголем и сон. Не наркота! Шаманские практики с мухоморами потихонечку уходят в прошлое.
  - ... чтобы с двух сторон слюда в стенках колодца была. Тогда с одной стороны будут духи земли стенки укреплять, а с другой - духи воды чистить камни и воду. Тусовка у них там будет, хе... Всё, народ, меня не кантовать. Колодец... без меня.
  
  Кошусь на Валерона, преисполненного чувством собственной важности. Бывший строитель выглядит как помесь цверга неизвестно с кем, но таким же мелким и куда более... страшненьким. Цверги, при всей их непривычной внешности, вполне гармоничны, а если приглядеться, то и почти симпатичны.
  Валерон же... впрочем, он и человеком был страшненьким. Весь корявый какой-то, скрученный... похож на жертву пьяного зачатия, и не исключено, что так оно и есть.
  Зато специалист! Единственный пока представитель общины, способный не просто чувствовать родную стихию (камень в его случае), но и филигранно с ней работать. Валерон может не просто вырезать Силой ровную каменную плиту из крупной глыбы, но и сформировать её из мелких камней. Притом, что немаловажно - почти любого размера и формы.
  В экспедицию бывший разнорабочий попал едва ли не в последний момент, как боевая единица ценности не представляет абсолютно. Впрочем, ему по джунглям с копьём наперевес бегать и не требуется. Хм... как и мне.
  - Напитывай, - понизив для важности голос, Валерон отодвинулся от плиты. Встав с мшистого камня, служащего табуретом, делаю несколько шагов и проверяю узор на плите, выискивая мелкие огрехи.
  - Растёшь, - хвалю строителя, на что тот надувается забавно, становясь похожим на промежуточное звено между жабой и человеком, - того и глядишь, сам артефакты начнёшь лепить из камня.
  - А чего ж, дело-то несложное, - важно отозвался тот, закладывая за пояс тонкие руки с несоразмерно большими кистями. Давлю улыбку... да и не один я. Валерон и человеком-то не отличался умом и сообразительность, но самолюбия... Потрафить ему, впрочем, несложно, так что пусть важничает.
  Тронув Силой завитушки рун, углубляю их и отхожу в сторону. Каменная плита, повинуясь взглядам псиоников, медленно взмывает вверх, став частью крыши.
  Псионики, стихийники... как стали видеть потоки Силы, так и пошли различия. Некоторые маги оказались не магами вовсе, а псиониками.
  Вроде бы точно так же могут манипулировать предметами, заставляя их порхать вокруг себя, ан нет - не воздушные потоки, а левитация! Не магия огня, а пирокинез!
  Разница, откровенно говоря, понятна местами только исследователям, но она есть. В теории эта разница должна как-то помочь сперва понять природу Силы, а затем и лучше научится управлять ей.
  - Левей, левей, - командует бегающий по верху форта Анвар, - ставь! Саша, давай сюда!
  - Уже, уже, - привычно бурчу. Вот что за привычка у человека - включать начальника даже в случаях, когда это на хрен не нужно? - Нормально встала, ток Силы хороший, соединение прошло.
  - Глиптодоны! - Крикнул стоящий на часах Чагин. Володя позавчера потерял кисть левой руки, так пока новая отрастёт... Вроде как больничный, ещё дня на три, - небольшое стадо вышло к реке, метров пятьсот ниже по течению.
  - Эх, - Потёр руки Валерон, - поедим супца черепахового! Такой рецептик помню, очумеете!
  - Это не... - начал было драконид Валентин Андреевич, но обречённо махнул четырёхпалой рукой. Объяснять, что местная живность только напоминает пресловутого глиптодона из детской энциклопедии о динозаврах, и что это не черепаха, а предок броненосца, он уже устал. Панцирь есть? Черепаха! Вытянутое тело с бугристой шкурой, живёт в реке? Крокодил!
  К реке бодрой трусцой отправилась охотничья партия во главе с Юрием Ивановичем, а по лагерю разлилось предвкушение вкусного обеда. Глиптодон, это... а, да что там объяснять!
  
  Тёплый ветерок прошёлся вокруг форта и обернулся усталым драконом с потускневшей чешуёй. С собой дядя Саша привёз часть изыскательской партии, работавшую у Дальней Скалы.
  - Образцы привезли такие, что... - соскочивший с дракона кобольд закатил глаза, попирая ногой объёмистые баулы, - сказка, а не образцы!
  - Что такое? - Ну да, я 'В каждой бочке затычка', а куда деваться? Видовая особенность (одна из) у меня, как выяснилось, любопытство. А будучи одновременно старшим медиком экспедиции, и единственным артефактором... Из лагеря меня не выпускают в принципе, ибо не фиг, как выразился дядя Саша. Хера с два в следующую экспедицию заманят!
  Кочергин выглядит усталым, работа грузотакси его страшно утомляет. Массовое перемещение нас через реку - понты чистой воды, как удалось подслушать. Авторитет поднимал. На поднятие авторитета ушла туева куча энергии, два дня дракон был нетрудоспособен. А тут народа поменьше, зато расстояние не в пример больше.
  - Что? - Важно переспросил кобольд, - металлургический комбинат строить будем!
  - Иди ты! - Я аж сел от такой новости, поджав под себя босую ногу.
  - Сам... ладно: будем или не будем, это вилами на воде. Но возможности есть! Такая подборочка руд... сказка! И всё рядом, главное. Так рядом, что все принципы геологической науки нарушаются!
  - А оно нам надо? - Мелькает где-то в глубине, но вслух высказывать не спешу. Цверги-заводчане не мыслят себя без промышленности, не задаваясь вопросами - нужна ли нам вообще эта промышленность!?
  Нефтехимия и примитивная металлургия, вкупе с проклюнувшееся магией и псионикой с лихвой удовлетворяют большую часть наших нужд. Делаем мыло, стиральные порошки и моющие средства. Есть напалм и горючее, начали лить пластмассы. Теперь вот металлургический комбинат.
  Здорово! А... зачем? Мыльно-рыльные - ладно, а пластмассы-то зачем? Металлургический прокат в большом количестве?
  Не та у нас цивилизация - нет нужды в рельсах, арматуре, швеллерах и прочем. Та же история со станочным парком - сделать-то можно, но... зачем? Что на них производить и для кого?
  - Впрочем, чего это я... на перспективу заводчане работают. Да и непосредственно здесь и сейчас польза от них есть. Хотят комбинат строить, пусть! Может, и наладят что-то такое... техномагическое.
  Солнце спряталось, поднялся ветерок и температура резко упала градусов на пятнадцать.
  - До чего же поганый климат!
  - Э, Валерон, - тут же отозвался колдующий с ним на пару у очага Анвар, - ты в горах не бывал, да! Вышел - солнце, в футболке идёшь. Солнце ушло, ветер поднялся, так через пять минут за пуховиком вернёшься! Вот влажности такой нет, да!
  Начался дождь, секущие его струи быстро стали ледяными и температура снова понизилась. Сплюнув, надеваю сплетённое из травы пончо и соломенную шляпу - простуда мне ныне не грозит, но приятней от этого погода не становится.
  Уходить в помещение смысла нет. Никто ничего не скажет, но чем быстрее мы закончим работу над фортом, тем быстрее закончится эта грёбаная экспедиции, задолбавшая меня за неделю.
  
  
  
   Девятая глава
  
  
  
  Крупная коричневая гусеница прошествовала по висящим на ветке шортам, и остановилась, приподняв красную головку с золотистыми рожками. На светло-серебристом паучьем шёлке она смотрелась драгоценным украшением, и я невольно залюбовался.
  Медитативное состояние прервало громкое урчание в желудке и последовавший за ним болезненный спазм, сопровождающийся звучным выхлопом.
  - Травки, - выплёвываю сквозь зубы, - ну Валерон... ну, сука... для аппетита!
  Диверсия получилась масштабная - отведавшие черепахового супчика авторства бывшего строителя рассеялись по окрестностям. Выкопанный заранее сортир на четыре посадочных места не справился с повышенной нагрузкой, и члены экспедиции обильно удобряют землю в окрестностях лагеря.
  Как медик, я должен проверять продукты, и ведь проверил же! Нормальное качественное мясо без признаков паразитов, одобренные нашими биологами травы и коренья.
  И Валерон... недоумок, решивший добавить травку, показавшуюся знакомой. У него на огороде похожая росла... а?! Похожая, блять! Хорошо ещё, не ядовитой оказалась, а всего лишь сильнейшим слабительным.
  -Даже не понимает, что нахуевертел, обсос! Потравить так мог весь отряд... с благими, мать его, намерениями!
  Дядя Саша, не пострадавший от диверсии, сразу переправил недоумка на Остров, от греха подальше. А я вот, как не проследивший и не обеспечивший, остался крайним.
  Даже срать приходится подальше от лагеря, пренебрегая безопасностью и здравым смыслом! Ибо угрозы от других... засранцев прозвучали уж очень замысловатые. Фраза 'обвалять в говне' запомнилась особенно. В ближайшие пару дней появляться в расположении нет никакого желания.
  - Обидно... Я, значит, не проследил и не обеспечил. Согласен, виноват - нужно было не подпускать этого... сраного кулинара к готовке.
  - Но блять, почему нет претензий к дяде Саше, который и приволок недоумка под личную ответственность? Изначально ведь договаривались брать только тех, кто прошёл подготовку в отряде. Стрёмно выкатить претензии к дракону?
  - Анвар в готовке участвовал, пусть и не суп - делал жаркое по соседству. Тоже никаких... почти никаких обвинений. Ибо могуч, мускулист, брутален и является одним из авторитетных волков общины. Тронешь, получишь проблемы со всей стаей.
  - А бедного маленького енотика крайним назначили! Ну, суки, подойдёте вы после экспедиции ко мне за артефактами! Сейчас - ладно, обязан делать, как член отряда. А потом... для вас лично очередь будет, как на квартиры в Советском Союзе. На годы!
  - Не месть... ладно, месть тоже, но в первую очередь здравый смысл. Раз позволишь так вытереть о себя ноги, два... и вот твоё место у двери, в качестве коврика.
  - А хера делать? Силой свои интересы отстаивать не могу, отойти в сторону тоже не выйдет. Это как в маленькой деревне - хочешь ты или нет, но круг общения у тебя очень ограниченный. Негде другой взять! Так что буду строить... а манипулировать буду, и...
  Размышления прервал очередной спазм, но уже не столь болезненный.
  Пару часов спустя, так и не одевая пока шорты, спустился по веткам к реке и вымыл руки... а потом и весь вымылся. Возвращаться в лагерь не хочется, и я всерьёз задумался о том, чтобы заночевать в джунглях по соседству.
  - Возвращайся, - сказал Чагин, возникнув рядом в насекомой форме, - ребята отошли уже.
  
  - Явился, отравитель, - вяло поинтересовался бледноватый Соколов, - мы уж думали, ночевать там решишься.
  Независимо пожимаю плечами - дескать, а что такого? Страх перед джунглями у меня потихонечку уходит - появились какие-то знания, и что важнее, понимание природы. Вроде как чувствую... но не спешу пока хвалиться достижением.
  С недавних пор могу ощутить себя вроде как частью леса. Крохотной такой частью и очень ненадолго. Но в эти мгновения чувствую его настолько хорошо, что потом, когда момент озарения уходит, просто знаю - где растут спелые сочные фрукты, притаились под корой вкусные жирные личинки или дремлет на ветке опасная для меня змея.
  Обойти затаившихся хищников или отыскать безопасный ночлег уже не кажется чем-то невозможным. Но выкладывать такой козырь пропало всякое желание. Безопасность экспедиции от меня не зависит, а знать, что я могу теперь пройти уйти в джунгли и жить там... именно жить, а не выживать! Лишнее это.
  Как-то не выходит у нас построения коммунистической общины, где человек человеку брат.
  ***
  - Рук не хватает, - заявил подошёдший Игнат Фёдорович, сердито шевеля большими, покрытыми жёсткой щетинкой ушами, - ты нам нужен.
  - Ты нужен Родине! - Хохотнул кто-то из строителей, слушающих разговор. Шарахнув шутника слабым электрическим разрядом, кобольд уставился на меня. От него отчётливо пахло смесью сырой земли и горелой проводки - естественный запах вида, уже переставший удивлять.
  - Ну так как? С Соколовым я договорился, форт вчерне готов, доводкой будут заниматься будущие жильцы.
  - Какие это? - Неприятно удивляюсь заявлению.
  - Не в курсе? Расселять будем островитян - слышал небось, сколько там разговоров про самостийность? Вот... отделяться окончательно желающих мало, а вот так - наособицу, но не слишком далеко, многие хотят. Чтоб под крылышко в случае серьёзной опасности, но не делиться ништяками.
  - Игры в демократию закончились, значит, - бормочу негромко, - советоваться перестали, теперь просто оповещаете о своих решениях.
  - Саш, - зеленоватая физиономия бывшего инженера-строителя скривилась, - я тебя понимаю... Но и ты пойми - сейчас у нас времена военного коммунизма по факту. Наладим быт, расселим недовольных с острова, тогда и о демократии можно будет вспомнить.
  - А успеем? Вспомнить-то? - с насмешкой гляжу на Фёдоровича, - Ладно, что там от меня нужно. Артефакты очередные?
  - Руки.
  - Чего?! - На всякий случай прячу их за спину, опасливо отодвигаясь. Не то чтобы боюсь... но опасаюсь. Есть у нас любители экспериментов в стиле Менгеле. Пока на себе и на добровольцах, коих, как ни странно, с избытком. Ну там... какой электрический разряд без ущерба для себя выдержит волк-оборотень? Как быстро отрастёт отгрызенный палец у драконида?
  - Не в этом, - морщится кобольд под смешки, - лаборантов не хватает.
  - Я-то причём?! Игнат Фёдорович, я в геологический тематике - ноль!
  - Саш... - кобольд берёт меня под локоток, пытаясь доверительно заглянуть в лицо. Получается плохо, мимика у кобольдов грубая, гримасничающая. Не прибавляют доверительности и большие бесцветные глаза, изрядно выпученные, - ну ты хотя бы в Госпитале работаешь, кровь на анализ брать умеешь и вообще руками работать. Что не умеешь - ерунда, тебя хотя бы обучить можно быстро!
  - Так плохо?
  - Время! - Рыкнул инженер приглушённо, - все, кто хоть немного понимают в геологии, уже здесь! Я вообще инженер-строитель, но имел дело с гидрогеологией. Имел, а не специалист! Знаешь, сколько сейчас работы?
  - Шурфы...
  - Шурфы мелочь! - Отмахнулся тот несуразно большой когтистой ладонью, - на фоне всего остального. Наличие подземных источников и полостей, вот проблема!
  - А нам сейчас, - перейдя на горячечный шёпот, - расселять людей нужно. Думаешь, почему в демократию не играем? Остров - бочка пороховая! Знаешь, сколько видов соседствовать в принципе не могут? Десятки, Александр, и это именно на уровне физиологии! Расселять! И каждому клану или виду территорию нужно нарезать так, что всё необходимое для жизни было - начиная от дичи и возможности выращивания сельскохозяйственных культур, заканчивая полезными ископаемыми и выходом к реке. Да так, чтоб враждующие виды друг с другом не пересекались никоим образом! А духи? Они ж не только мелкие здесь. С кем договориться, кого обойти нужно... время, Саша!
  
  - ... образец номер восемьдесят шесть дробь два, - вслух проговаривает Чаганов, делая запись в лабораторном журнале, - реакция на серную кислоту...
  Капаю на минерал, и Володя скрупулёзно записывает реакцию. Идеальный напарник! Терпеливый, сдержанный... а что чувство юмора хромает, и что бывший программист предпочитает пребывать в виде гигантского богомола, так меня это не напрягает.
  - Откуда хоть это? - Интересуюсь у притащившего мешки с образцами каменного полоза.
  - Понятия не имею, - пожимает тот узкими, обманчиво слабыми плечами, - я шурфы пробиваю, но что, откуда... Специально сделали, чтоб не было попыток подсудить кому-то.
  - А было такое?
  - Могло, - признал Юра после короткого раздумья, - показать одни участки перспективными и подсунуть неприятелю, другие наоборот.
  - Не получается у нас что-то светлого будущего, - практически повторил мои недавние мысли Володя, щёлкнув задумчиво жвалами.
  ***
  - Зинпална, Зинпална! - Забарабанила в дверь кабинета медсестра.
  - Что там? - Послышалось гневное сопрано, - не дай бог, опять с ерундой какой...
  - Псы у Завода опять сцепились с драконидами, - затараторила влетевшая в кабинет фея-медсестра, зависнув над полом, - только-только девочки по радио передали! Леночка Егупова из...
  - Понятно, - прервала подчинённую женщина, вставая с кушетки и приводя себя в порядок после короткого дневного сна, - поднимай всех свободных, с минуты на минуту пострадавших привезут.
  Фейка стремительно вылетала в окно, сокращая путь.
  - Девочки! - Раздалось пронзительное контральто, - готовим операционную, сейчас пострадавших повезут!
  - Когда же это закончится... - Зинаида Павловна в сердцах стукнула по столешнице маленьким кулачком, расколов толстую полированную доску железного дерева, - тьфу ты! Ещё одна напасть! Топтыгина работой обеспечила.
  Носилки с пострадавшими влетели несколько минут спустя на госпитальный двор, удерживаемые над землёй воздухом или телекинезом. Под высоким навесом началась сортировка - на тех, кто может подождать и на тех, кто нуждается в неотложной помощи.
  - Убитых нет, слава Иисусу, - благочестиво поджала полные губы работающая в приёмном покое паучиха-сектантка, и медики принялись за работу.
  - Что в этот раз? - мрачно поинтересовался Валера, сжимая протазан.
  - А... - доставивший пострадавших цверг только махнул рукой, - да как всегда! Соплеменники твои, из молодняка, иерархию промеж собой выстраивают. Друг с другом старшие махаться запретили, так они к драконидам цепляться начали. Пахнут не так, ходят... и вообще рептилоиды!
  Отставной прапор скривился, но промолчал - молодняк из псов и волков самый проблемный, хулиганистый и жестокий. Остальные тоже не лапочки... те же наги те ещё интриганы, но надо отдать им должное - держать себя в руках умеют.
  А дракониды... в обществе почему-то пошло убеждение, что это едва ли не низшая каста. Дескать - ленивые, трусливые и не заслуживающие большего, чем высокой должности ассенизатора.
  Вникать в различия мышления мало кому охота... а по старым, земным ещё меркам, дракониды производят странноватое впечатление. Внешне апатичные, готовые довольствоваться малым и охотно берущиеся за самую не престижную работу.
  Разглядеть под этой маской достаточно высокий интеллект, не зацикленный на материальном, способны немногие. Псы же, как ни печально признавать, больше всех... упростились. Инстинкты выше интеллекта.
  - Расселяться надо на хрен, - сплюнул ОМОНовец, - оставить на Острове только Госпиталь, Школу и...
  -... расселяться надо на хрен, - осторожно стукнула кулачком сида, собравшая в Госпитале всех Старейшин, - надоело штопать раненых. Дождёмся ведь! Сперва убитых, а потом и кровавой вендетты!
  - И что ты предлагаешь? - Поинтересовался представляющий сокольских Валерий Павлович, - и главное - куда?
  - К ебене матери! - Резко отреагировала Зинаида Павловна,- экспедиция продолжается, но мы, все здесь присутствующие, признали её крайне успешной. Есть территории с ресурсами и многими вкусностями. Предварительная разведка проведена, составлены даже геологические карты и построены форты.
  - Отселить на хрен самых агрессивных мудозвонов! - Поддержал её Жорик, - сперва их, а потом и вовсе - всех расселить!
  - Всех? - Ехидно уточнил тэнгу, шевельнув крыльями, - и что же это за глупость, молодой человек? Остров у нас как никак обжитой, и что же - бросать всё?
  Келпи только усмехнулся реплике сокольского, ничуть не смутившись.
  - Да, всех, - повторил он, - подождите! Оставить Госпиталь, Школу, НИИ какие-то, ещё что-то в том же духе. Завод, может быть. То есть - всё, что работает на благо всей общины! Прямо работает, опосредованно... лишь бы работало.
  - И выделить земли на острове под клановые представительства, - подхватил Пётр Иванович, - в центре чтоб по единому архитектурному стандарту, а по краям острова - как хотят выёживатся. Для мелких кланов тоже кварталы выделить... строго под представительства, с коллективной ответственностью членов малых общин за действия соплеменников! Не умеет вести себя клановая молодёжь, так и не хрен на Остров пускать!
  - Мне нравится. - поддержала Зинаида Павловна, - владения на материке у кланов, семей и одиночек - и как хотят там... А на Острове пусть цивилизованно.
  - Евросоюз, - хохотнул Юрич, - в целом я поддерживаю. Обсудим с ребятами на Заводе, но думаю, большинство будет за. Переселяться на материк, конечно, геморно, но разборки эти, честное слово, надоели! Ладно пока ещё кулаками молодёжь машет, а ну как маги схлестнутся, а? Не... хорошая идея.
  - Референдум? - Спросила Даша, выполняющая роль секретаря на собрании.
  - Даёшь референдум! - Поддержал сиду Жорик, - вынесем на обсуждение, ну и пусть пар в свисток народ сливает. Вместо драк. А там и расселимся потихонечку. Но мне лично, чур, один из маленьких островков по правому берегу! Я забил!
  
  
  
   Десятая глава
  
  
  
  Свесив ноги с каменного причала, бросаю камешки рикошетом по бликующей воде. Строители под предводительством Юрия Ивановича устанавливают каменные блоки где-то там, в глубине.
  Редкий случай, когда можно поболтать босыми ногами в тёплой мутноватой воде, не вглядываясь в глубину. На пару вёрст окрест распуганы не только водные хищники, но и рыбья мелочь. Шум от строительства, выплески Силы, активное применение нефтехимии и каких-то дивно вонючих смесей, предназначенных для отпугивания живности сделали своё дело.
  - Пааберегись! - Запоздалый крик, и солнце закрывает громадный каменный блок, плывущий в десятке метров над землёй.
  - Твою мать! - подхватив глиняную миску с медовыми сотами, перекатом ухожу из-под дрогнувшего камня, и не разгибаясь до конца, с причала. Никого пока не прибило, но именно пока.
  Паршивый контроль вкупе с желанием поиграть мускулами не сулит ничего хорошего. Да и шуточки... некоторые изменённые считают смешным, когда народ пугается пикирующей с неба каменюки, остановленной в последний момент. Если шутят не над ними.
  - Лыбится, дебил, - запоминаю шутника, мысленно обещая ему неприятности.
  Экспедиция по факту завершилась, хотя Кочергин подчеркивает, что она вступила в следующую фазу. Разведкой местности мы больше не занимаемся, переключившись на сопровождение партий переселенцев. Ну а конкретно я заменяю станцию Скорой Помощи.
  Паромная переправа примитивна, но исправно выплёскивает на берег всё новые и новые партии переселенцев. Два-три проводника, столько же силовиков, способных поднять над головой многотонную глыбу или перерубить водяным хлыстом ствол не самого тонкого древа, да два-три строителя, способных возвести форт за считанные часы.
  Пока переселяются взрослые и приравненные к таковым подростки. Строительство форта (примитивной коробки) из камня или железного дерева с помощью прикомандированных строителей, и крепости вокруг него уже своими силами, зачистка территории от опасной живности. Остальное потом, когда-нибудь. Может быть.
  Планы у народа грандиозны, но что-то гложут меня подозрения, что в большинстве своём планами они так и останутся. Слишком хорошо приспособлены мы к жизни в дикой природе, чтобы рвать жилы, строя светлое будущее.
  - Придавило-придавило-придавило! - Возник перед глазами мелкий, недавно прирученный дух, способный принимать обличье попугая, - летим-летим-летим!
  Подхватив рюкзак с медицинскими принадлежностями, срываюсь с места, изображая из себя скорую помощь.
  - Дебилы, блять, - срывается у меня при виде придавленного глыбой строителя, - доигрались!
  Давешний шутник имеет бледный вид, да и немудрено...
  - Покойся с миром, - закрываю глаза убитому.
  - Что?! - Дошутившийся дебил срывается на писк, - почему? Это всего лишь...
  - Шутка? - Заканчиваю за него и... кивает!
  - Свидетельствую, - делает шаг один из переселенцев-кошаков.
  - Я видел, - мрачно выдыхает Сомик, глядя на вляпавшегося приятеля.
  Процедура отработана... к сожалению. Не первый и даже не десятый случай. Свежеиспечённое могущество рвёт крышу капитально. Несчастные случаи, вызовы на так называемые дуэли, избиения и унижения не редкость.
  Прощать такие вещи нельзя, воздушник неминуемо отправляется на Выселки. Хутора-форпосты по границам исследованных владений садового товарищества 'Металлург'. Этакая помесь каторжников и пограничников, живущих группами по двое-трое.
  Предполагается, что Выселки постепенно будут отодвигаться дальше и дальше, вместе с обитателями. Каких-то сроков отсидки или каторжных работ нет - прощение можно заслужить усердной работой по разведке и благоустройству территории.
  Воздушник бледнеет, шевеля беззвучно синеватыми губами. Взгляд на убитого, и глаза наполняются ужасом содеянного. Голова запрокидывается назад, рот раскрывается так, как никогда не смогло бы открыть живое существо. Вены вздуваются нездешней синевой, разбухая с немыслимой скоростью...
  - В стороны! - Ору истошно, прыгая задом и ставя пусть слабенькие, но щиты меж собой и...
  Шквалистый порыв ветра отбросил меня на десяток метров в сторону, прокатив по земле.
  - Слился со стихией, - поднявшись, болезненно морщится посечённый осколками камня Сомик, часто моргая выпуклыми, почти бесцветными глазами.
  - Ушёл в Небо, - добавляет кошак задумчиво, глядя на смерчик, кружащийся там, где только что стоял недотёпистый убийца, - душа не выдержала тяжести убийства.
  - В Небо, - выдыхаю, ссутулив плечи. Добавить хочется много, но сплошь матерного. Момент не тот.
  - Душа не выдержала... самоубийство как есть.
  Третий случай в истории нашего товарищества - сильное душевное потрясение и... бам! Два раза водяные духи стали бездумной частью реки, теперь вот воздушник. То ли Силу до донышка выплёскивают, уходя на перерождение, то ли... да хрен его знает, откровенно говоря. До острых опытов наши Менгеле не доросли, а для теорий не хватает статистических данных.
  
  - Гуу, - пророкотала земля, и по реке сверху покатилась гигантская волна. Загудела сирена, и началась спешная эвакуация. Водяные выскакивали на берег или напротив - зарывались в самое дно, если работали на достаточно большой глубине.
  Мешкаюсь... и меня подхватывает Сила, опуская на территорию Прибрежного форта, как с гигантских салазок.
  - Землетрясение! - В ухо орёт кошак-переселенец, нервно дёргающий раздвоенным хвостом.
  - Нападение! - Тут же опровергает его громогласный (в буквальном смысле, этакий Зевс с небес) голос Юрия Ивановича, - Слабосилкам сидеть в убежищах, в драку не лезть!
  Земля начала трястись, в такт ей подпрыгивают гигантские валуны, из которых сложили стену форта.
  - Индейские технологии, - орёт кошак, заметив мою обеспокоенность, - землетрясение им не страшно!
  Киваю благодарно и нахожу в себе силу встать и начать обходить набившихся в форт переселенцев и прочих... слабосилков.
  - Нормально... - от меня отмахиваются, пострадавших нет. Пока...
  - Док! - В убежище влетает Сомик с распоротой брюшиной, - зацепило меня!
  Стазис, кровоостанавливающие, игла... наскоро штопаю водяного, экономя Силу. Ох, чувствую, понадобился она сегодня...
  ... - Дикие Духи, - озвучила сутки спустя результаты предварительного расследования Зинпална, - да, да!
  Сида, стоящая на невысоком помосте, сколоченном как раз для таких собраний, подняла руку, успокаивая загомонившую толпу, собравшуюся перед Школой.
  - Боже, как мало нас осталось, - накатывает тоска, - больше пяти тысяч человек перенеслось, а сейчас и трёх с половиной не наберётся!
  - Помните, что мы ожидали чего-то подобного? Если уж среди нас есть наги, сиды, баньши и оборотни, то весьма вероятно, что-то подобное есть и в этом мире? Ну вот, поздравляю... встретились с представителями параллельной эволюции.
  - Ебать, - хрипло озвучил дядя Коля в наступившей тишине, выплюнув под ноги неизменную самокрутку, - это что теперь... нам войну объявили?
  - Войну, - Зинпална усмехнулась кривовато, - громко сказано. Скорее делёжка освободившихся территорий крупными хищниками. Перестарались мы с защитой стройки, и в итоге дикие духи восприняли наши земли как пустующие. Ну и... подали заявку.
  - А мы, выходит, домашние, - комментирую едко (но негромко). Стоящий рядом Жорик фыркает и повторяет понравившуюся шутку.
  - Хочу сказать, что Силы у этих... полуживотных предостаточно - в разы больше, чем у Александра Николаевича или Владислава Рудольфовича, но справились мы без потерь. Без потерь! Все живы, а это главное, калечных у нас не бывает. Тьфу-тьфу-тьфу...
  - А сейчас минутка рекламы, - комментирую речь.
  ... - наши Старейшины достаточно Сильны и умелы, чтобы отразить любую угрозу.
  - Я бы сказал - достаточно умны по сравнению с дикими духами, - не понижая голос, едко заявил Жора.
  - Тс, - затыкаю его, прикрывая рот ладонью, - ты прав...
  - ... даже когда лев, - язвит приятель, укусив меня за палец, - тьфу! Ты руки моешь вообще?!
  ... - но сейчас заткнись. Людей нужно успокоить, и речь Зинпалны вполне в тему.
  - В тему... - фырканье, - годика через два поговорим насчёт темы.
  
  - Жор, да ты кругом прав, без подъёбок! - Беседуем без лишних ушей, взяв в госпитальной столовой еду навынос и устроив себе пикник, - отец рассказывал, что знавал в молодости одного охотника-манси, который счёт убитым медведям потерял. Винтовка, рогатина... даже нож! Мелкий, старый уже был, а медведя ножом брал. Знания, умения... с этими дикими, наверное, так же. Звери, пусть и умные.
  - Силой ещё интересней можно финтить, никакой нож не сравниться, - умничает приятель, почёсывая подошву босой ноги.
  - Ну вот! Просто поумерил бы ты пыл немного, с критикой Старейшин.
  - Поумерил? - Келпи смерил меня взглядом, - а ты знаешь, что переправу Юрий Иванович себе в кормление запросил?
  - Это как?!
  - Как при царе Горохе! Вот достроим пристань, и будет он основным акционером, так сказать. Птичка на хвосте принесла. Проверил - есть попадание!
  - Ну... справедливости ради, он там добрую половину работы сделал.
  - Да ну? То есть камни укладывал...
  - А... блять, точно! Камни эти ещё подтащить нужно, да вырезать... а главный вроде как он? И главное, как-то ловко всё, исподволь... я ж как норму это воспринял, подводили! Это что... баронства делить начали?!
  - Заметил? - Жорик ухмыльнулся снисходительно и вцепился белыми зубами в жареную ящерку на деревянном шампуре, - не прошло и года! Добро пожаловать в феодализм!
  - ... то есть от скатывания к отношениям типа вассал-сеньор удерживает пока Госпиталь, Школа и Завод? Весело, - откидываюсь в прострации на склон невысокого, но крутого холма, поросшего медвяно пахнущим вьюнком.
  - Угу, - Жорик отхлёбывает сладченный чай, жмурясь от удовольствия, - Зинаида Павловна и Пётр Иванович - единственные по сути из Старейшин, сохранившие почти в полной мере человеческий менталитет.
  - Не сказал бы, - ёжусь, вспоминая иные откровения шефа.
  - Ну пусть притворяются, - не стал спорить (редкий случай, нужно занести в анналы!) Жора, - не похуй ли? Сила им по башке не ударила, хотят сохранить более-менее привычное общество. Без социальной пирамиды.
  - Тухло как-то звучит эта социальная пирамида, - делюсь настроением, - ты-то ладно... рыцарь, можно сказать, в переводе на личный уровень Силы. Баннерный даже. А я? Ремесленник.
  - Ценный ремесленник, - поднял указательный палец Жора.
  - Это как себя поставить, - не соглашаюсь с ним, - и как тебя... поставят. То же Кочергин, при всей благости, нагнуть может любого, чисто за счёт голой мощи.
  Вспоминаю Зинпалну и добавляю задумчиво:
  - ... почти, - врачиха та ещё шкатулка с секретом. Одни эти её вероятности многого стоят.
  - Союз нужен, - рубит воздух ребром ладони собеседник, - за Госпиталь покрепче держаться, да за Школу.
  - Завод не забудь.
  - Ну...
  - Равных по Силе хоть кому-то из Старейшин на Заводе нет, но рулят там цверги. Техномагию начали юзать потихонечку, а главное - им Сила Старейшин по мозгам не лупит.
  - Тоже заметил?
  - Давно уже. Дядя Саша может ерунду говорить, но все слушают, рот раскрыв. Откровение! Цверги информацию нормально воспринимают, критично. У кого сравнимый уровень Силы, и... - чешу вспотевшую голову, - медикусы и все, кого так или иначе к магам жизни причислить. Дриады и прочие...
  - Жизнюки, - хохотнул Жора.
  - Пусть жизнюки, - киваю, - вот их через Госпиталь и повязать с Заводом и Школой. Медсёстры всякие, фельдшеры запаса...
  - Да похуй, как назвать, понял!
  - Похуй так похуй... В общем, горизонтальные связи налаживаем. Чтоб не было одиночек, иначе схарчат феодалы новоявленные. Чтоб каждый в пяти-шести коллективах своим был. Минимум!
  - Задачка... - Жора подтягивает под себя босые ноги, бездумно уставившись в небо, - хотя нет, можно в принципе! Медподготовка - раз! Обязать всех школьных работников и заводских пройти - техника безопасности и прочее. Побегают, попрыгают, конечности друг другу побинтуют, искусственное дыхание поделают - сблизятся. Заводчане и госпитальные - курсы при Школе, усиленные. Помимо биологии что-нибудь... ну, карты рисовать учить, ещё что-нибудь.
  - Медиков и учителей на Завод... гм, обязать освоить военно-учётные специальности? Дескать, если враг нападёт, если тёмная Сила нагрянет... Военно-спортивные секции - да побольше, и не только от Соколова оружие. Регби... вообще побольше командных игр. Чем больше горизонтальных связей у каждого, тем сложнее нагнуть общество в целом. Ну как?
  - Типа да, - согласился Жора, - невеста согласна, осталась уговорить жениха.
  - Это да... - планы у нас грандиозные, вот только как их осуществить? Я ни разу не интриган, а Жора хоть и продуман ещё тот, но слишком его интриги... не явные, но и не скрывает парень, что умеет манипулировать людьми. При прямом общении действует, но стоит очухаться - всё, отошёл. Как раз таки потому, что знаешь о манипуляциях. Нужны союзники, только вот кто?
  
  
  
   Часть третья
  
   Колхоз имени Навуходоносора
  
   Первая глава
  
  
  
  - Смотри, Саня! - Павел прыгнул, перетекая в обличье коня - рослого, почти двух метров в холке, но со статями племенного араба, - смотри!
  Ещё один прыжок, и вот он снова человек с горящими от возбуждения глазами.
  - Так вот тоже могу... - Пашка прыгает в реку, становясь русалом. Чешуйчатый хвост в наличии, да и торс частично... одоспешен.
  - И вот... - чешуйчатый витязь становится кем-то вроде дельфина, только крупненького, метров этак пяти. Да и костяной панцирь... Но видно, что этот Пашкин облик быстрый, маневренный и очень, очень опасный.
  - И вот... - повинуясь мановениям руки Петриашвили, снова ставшего человеком, водный поток расступается, принимает самые причудливые формы... Качаю уважительно головой, показывая большие пальцы. Немного по-лошадиному мотнув головой, друг радостно улыбается и прядает острыми ушами.
  - Ладно... я пойду... играть!
  На берег медленно падает большая волна и Пашка уходит вместе с водой, став на миг её частью.
  Страх... лицо слившегося со стихией воздушника стоит передо мной как наяву. Пашка... заигрался, слишком охотно он становится частью стихии.
  Может, он и не уйдёт в Небеса... ну или в Воду в его случае, но очень больно видеть, как Пашка деградировал. Такими темпами годиков через несколько можно ожидать появления слабоумного, но могучего водного духа, называющего своим домом один из притоков Амазонки и ревностно охраняющего свои угодья. Может он и будет радоваться мне, но... это будет уже не мой друг.
  - Надо что-то делать, - закольцовано бьётся в голове мысль, но что... ответа нет. Пока нет.
  ***
  - Профсоюз, говоришь? - Захарыч отошёл верстака, протирая руки ветошью и старательно удерживая каменное лицо.
  - Профсоюз, гильдия, да что угодно! - Усевшись на чурбак, стоящий под одним из столбов широкого навеса, повторяю ещё раз, давая цвергу возможность собраться с мыслями, - на главенство не претендую.
  - Да? - Кузнец остро глянул на меня и несколько секунд не опускал глаза, - действительно... Что, от власти готов отказаться?
  - Не настолько я лох! Триумвират.
  - Гм... ты, как артефактор классический, так сказать. Я как... гм, некоторым образом техномаг, и Михаил Валерьянович со своими свитками. А если ещё кто добавится?
  - Расширим состав, - рублю воздух ладонью дымный воздух кузни, - но только по принципам мастерства.
  - Мастерства... - в голосе явственная насмешка.
  - Какое ни есть, а мастерство, - хмыкаю ответно, - некий эталон.
  - Эталон... ха! А в принципе согласен, идея дельная. Хотя насчёт эталона... хм...
  - Захарыч, да ты сам подумай?! - Чуточку напоказ горячусь - знаю кузнеца с детства, ему подобная ершистость в молодых импонирует, - артефакторику юзать почти все пытаются - сам знаешь, какая полезная штука оказалась. И что, сильно много тех, у кого хоть что-то получается? С рунами историю хотя бы вспомни, когда от гнили древесину защищали. На всю общину меньше пятидесяти людей...
  - Хм... - кузнец ухмыляется зубасто, он большой любитель порассуждать на тему видовой принадлежности изменённых.
  - Пусть нелюдей, - отмахиваюсь нетерпеливо, - не суть! Меньше пятидесяти тех, кто хотя бы по трафаретам Силу пускать умеет! Сколько из них смогут хоть когда-нибудь делать артефакты, вопрос большой.
  - У нас многие металл чувствуют, - не согласился цверг, присаживаясь наконец напротив.
  - Чувствуют... между чувствуют и созданием артефактов - пропасть. Структура металла, закалка... здорово, конечно, но это ни хрена не артефакторика.
  - Ну...
  - Пусть техномагия. Поделим профсоюз на три... пока три части. Три отдельных профсоюза смысла нет делать, а так вроде как и ничего. Вместе мы сила!
  - Галантерейщик и кардинал, это сила! - Непонятно отозвался Захарыч с явственной насмешкой.
  - Ну... типа, - в юмор страрпёра не въезжаю, но пусть шутит. Вздохнув, кузнец встал и подошёл к полочкам, и покопавшись, достал две чашки.
  - Почаёвничаем, не против?
  Чай ощутимо пахнет дымком и отдаёт окалиной, но как ни странно, кажется вполне интересным. Пододвинув сладости по доскам низенького столика, цверг расспрашивает меня о планах по созданию профсоюза, о жизни и друзьях...
  ... сам не заметил, как всё выболтал.
  - Да здравствует рабовладельческое общество, светлое будущее человечества, - снова непонятно пошутил Захарыч, сохраняя мрачное лицо, - да не дёргайся ты! Сдавать тебя феодалам новоявленным резону нет, да и... западло. Так у вас говорят?
  Так у нас давно уже не говорят, но киваю, смысл понятен, а больше ничего и не требуется.
  - Ясно теперь, зачем профсоюз, - продолжает Захарыч, - да бери патоку-то! Баба моя сама из тростника выпаривала - не сахарный, но я тебе скажу - ничуть не хуже! Лучше даже, будто сироп от варенья из грецких орехов. Едал? Молодёжь... ничего-то вы не пробовали со своими интернетами!
  - Вкусно.
  - То-то! - Захарыч интонацией будто поставил точку в споре, выпрямившись на чурбаке, - а насчёт профсоюза согласен с тобой. Куда-то не туда общество у нас движется. Сперва этот... тюремщик, потом флагами Союза размахивать начали, а теперь вот в феодализм ударились? Эк нас кидает!
  - Полагаю, что это отчасти естественный ход вещей, - выскребаю ложечкой стенки литровой банки (она неполной была!), сообщаю ему, - естественный для примитивного общества, разумеется.
  - Ну-ка!
  - Право сильного никто не отменял. Говорят даже, что человек произошёл не от той обезьяны, что начала использовать палку в качестве оружия труда, а от той, что палкой заставила трудиться других обезьян.
  - Бред, - отрезал кузнец.
  - Я тоже так считаю, - облизываю ложку, - человеческое общество устроено значительно сложней и интересней, а не по Фрейду. Зато теперь...
  - Сила ударила в мозги, - кивнул цверг, отхлёбывая чай с мрачным видом, - отчасти даже заменила интеллект, я бы так сказал.
  - Ну да. В нашем же случае помимо фактора условной палки есть ещё и фактор реальных дел. Взять того же Юрия Ивановича... гондон ведь редкостный. Но ведь защищал народ, когда дикие духи напали, так? Да и по работе... ведь просто из-за большей Силы он и делал больше других, делал и делает! Не перерабатывает ни хрена, но делает больше, чем три десятка обычных работяг, вроде тех же драконидов.
  - Да... - кивнул цверг, - со стороны посмотреть, так вроде и по заслугам регалии лягут... баронские. Или не другое что придумают? Не знаешь?
  Мотаю отрицательно головой и кошусь в сторону банок с патокой.
  - Ещё? Да не стесняйся! А то я не знаю, как мы все после переноса на сладости подсели. Хуже детей малых, право слово!
  - Спасибо, - подтягиваю поближе поставленную на стол банку, - я вот подумал... да не подъёбывай, Захарыч! Умею я думать... иногда!
  Кузнец звучно хохочет, показывая крупные блестящие зубы, отливающие зелёным
  - То-то, что иногда! - Назидательно, - ладно, давай дальше.
  - Бароны все эти, что по праву Силы, они же все на виду, так ведь? Моща! Мы с тобой делаем по факту не меньше, если не больше, но кого это ебёт!? Хлопочем потихонечку, но ведь мощой по сторонам не брызгаем, диких духов не укрощаем. А что польза от нас... так не видно же почти!
  - Умные... хотя да, - цвер ссутулился, обхватив чашку большими руками, - вот с умными у нас проблемы. Охо-хо...
  - Вот... если не подсуетимся с профсоюзом, то нас - к гадалке не ходи, задвинуть попытаются. Выделят статус условных компьютерщиков-сисадминов, да задвинут подальше. И будут долбить по ушам, что важность наших профессий - на уровне тех самых сисадминов. Дескать, и обойтись без нас можно, просто с нами - самую чуточку проще. А так ну каждый... каждый буквально может артефакты ваять, только подучить немного!
  - Думаешь?
  - Уже пошли разговорчики!
  - За своих заводчан я спокоен. Чёрт, но ведь один только Кочергин или Соколов могут передавить нас - хоть в буквальном смысле, хоть в... ментальном, так? Не нравится мне этот лис, ох не нравится... слишком он повёрнут не только на холодном оружии, но и на временах, когда его применяли. Вот уж кто при феодализме будет чувствовать себя уютно!
  - И чужак к тому же, - поддакиваю мрачно, - мы ему никто! Ради уютненького феодализма, с собой любимым на вершине пищевой цепочки, легко по головам пойдёт. Вспомни хотя бы лекции во время тренировок на тему благородного рыцарства. Регулярно по ушам ездит, и главное - подача какая! То своих шляхетных предков вспоминает, то о гвардейских полках времён Российской Империи вкусно так рассказывает. Думаю...
  - Хм... помолчи, - цверг серьёзно задумался. За это время я до половины одолел вторую банку и выпил около литра чая.
  - Пошли, - Встал Захарыч.
  - С людьми говорить. Сперва в Школу, а потом и в Госпиталь.
  - А...
  - Нормально, малой! Пётр Иванович мужик нормальный, даром что змей. Школой лихо рулит, и что, видел от него байские замашки? Лидер, но корону на голову примерить не спешит. Зинаида твоя тоже...
  - Точно... к тому же они ведь по факту УЖЕ главы профсоюзов, им нынешнюю ситуацию ломать под короны не нужно!
  - Дошло, - фыркнул цверг, одевая широкополую соломенную шляпу, защищающую глаза полумрачников от солнечного света, - да забери ты банку с собой!
  
  - Языком-то про баронства не трепи, - поучал меня Захарыч по дороге, поднимая голову наверх, чтобы видеть моё лицо, - и про политику тоже не заикайся! Профсоюз создаём просто потому, что хотим наконец превратить бестолковщину в некую структуру.
  - Захарыч, ну я...
  - Головка от патефона! Мне тогда чего всё выболтал!?
  - Сравнил! - Возмущённый до глубины души, резко останавливаюсь, - ты мне чужой, что ли?! Отец с тобой работал двадцать лет, я тебя с детства знаю, да и вообще... прапрадед общий! Кому ещё!?
  - Ну тут ты да... - замялся цверг, - но всё равно!
  - Ежу понятно! Так... давим на то, что нужно организовать нормальное обучение и какие-никакие, но производства. Под нашим руководством, раз уж учим и вообще... тебя на Заводе ещё до переноса все знали и уважали, я тоже... не последний в очереди.
  ***
  - Балбес, - припечатала меня Зинпална, массируя виски, - почему я должна узнавать о таких вещах от Петра Ивановича? Ты же в Госпитале работаешь, а не в Школе.
  - Ну... - стало неудобно, - мы с Захарычем сидели за чаем, и вот...
  - Балбес, - ещё раз повторила она беззлобно, - ты хоть понимаешь, что это политика, притом большая по меркам нашей маленькой общины? Получается, что ты поставил директора Школы выше своего непосредственного руководителя - меня! Я-то понимаю, что ты балбес, а вот Захарыч тот ещё жук. Вроде простой, как три копейки, а свой интерес крепко блюдёт.
  - Может, как-то...
  - Иди уж, - отмахнулась она, - буду думать, как исправить твой ляп.
  ***
  - Интриган хренов, - прошептала одними губами женщина, едва закрылась дверь, - господи... дитё ещё какое, а туда же, в политику лезет! Все его уловки за километр видны! Давно мы уже с Петром Ивановичем всё решили, а тут ты... ладно, почти и не напортил ничего. Хочешь считать себя умным и взрослым? Вперёд... застрельщик . Не жалуйся только потом, что пуль почему-то больше, чем славы. А тем более, выгоды.
  
  
  
   Вторая глава
  
  
  
  - Договорились... - Зинаида Павловна закрыла дверь за Бобровым и рассеянно присела на краешек письменного стола, сдвинув в сторону груду бумаг. Бюрократия после переноса естественным образом свелась к минимуму, но совсем без неё никуда.
  Ещё бы компьютеры... увы, электроника после переноса полетела очень быстро. Даже подозрительно быстро, по словам компьютерщиков. Что-то там... нет, не вспомнить. Вроде того, что в естественных условиях электронные детали могут выглядеть так погано после полувека на свалке. М-магия!
  А механика нормально работает, и техномаги Завода как-то интересно мудрят... но перспективы от сочетания механики и магии вроде как уже ого-го! Ещё чуть-чуть, и практические результаты в народ пойдут.
  - Сашка, паразит! - Послышался разгневанный голос секретарши в приёмной, - куда бутерброд... вот поганец, ну как всегда, а?! Знаю ведь повадки, но заболтает... и каждый раз почти!
  Подобравшись, сида окинула взором письменный стол... ну так и есть!
  - Сашка! - закричала она, высунувшись в оконный проём по пояс, - ручку верни, скотина!
  Упитанная мелкая фигурка в ярких разноцветных широченных шортах и рубашке-гавайке вовсе уж кислотных цветов обернулась на бегу и начала плаксиво оправдываться - впрочем, не останавливаясь...
  - Что сразу Сашка!? Можно подумать, кроме меня никто не заходит...
  - Паразит, - уже тихо сказала Зинаида Павловна. Ручку, недавний подарок пациента из цвергов, жаль, но... раз сказал, что не брал - значит, не отдаст! И бороться с клептоманией бесполезно... видовая особенность, чтоб её!
  Немногочисленные еноты, непонятным образом признавшие Боброва за Вожака, перебрались в Госпиталь, и нужно сказать, приносят немалую пользу. Все как один артефакторы... больше пока теоретически, за исключением самого Сашки и Толика Ельцова. Все умеют работать руками и головой...
  ... и все! Без исключения! Клептоманы и обжоры, одевающиеся так, что у людей с зачатками вкуса аж скулы сводит. Модники, ети... у ворон слёзы на глаза наворачиваются от таких расцветок.
  - Ну хоть по мелочи воруют, - утешила себя глава Госпиталя, - хрен с ними, с ручками и бутербродами!
  Был случай, когда енотов заподозрили в более серьёзных кражах, но проведённое Палычем расследование привело совсем по другому адресу. До сих пор неловко вспоминать. А ручка... да бог с ней! Зайти на днях к Сашке, да забрать - благо, воруют еноты от любви к искусству, и наигравшись вдоволь, не пытаются прятать украденное или как-то наживаться на нём.
  За такие привычки енотов поначалу лупили... больше правда за неистребимую привычку сунуть нос в чужую кастрюлю. Ни одна женщина такого не вынесет!
  Привыкли... на фоне кровососов или агрессивных псовых еноты смотрятся образцовыми гражданами. Да и цены на артефакты не ломят, Госпиталю бесплатно поставляют, Школе с большими скидками, Заводу.
  А кто не захотел смириться со странностями мусорных панд, начав холодную или горячую войну со скандалами и драками... Так оказалось, что зверюшки они очень даже мстительные и злопамятные, несмотря на всё добродушие! Драчливый скандалист быстро понимал, что если еноты могут на коленке создать артефакт, отпугивающий насекомых, то верно и обратное.
  И попробуй найти на свае дома связку рун, замаскированную под следы от сучков и погрызы насекомых! Быстрее термиты и древоточцы дом сожрут (что характерно, не трогая соседские!), а самих хозяев заест многочисленная мошка и комарьё.
  Клептомания енотов, необходимость пить кровь у многих изменённых... слишком даже многих, по мнению сиды. А суккубы?! Вот уж... но и от них, как оказалось, польза имеется. Ага... та самая. Смешно вроде бы говорить о пользе блядей, но не будь возможности сбрасывать пар у мужиков, насколько больше было бы драк?!
  Буйных, неуживчивых и вовсе уж странных отселили на выселки, оставив возможность посещать Остров. Остались те, кто готов мириться со странностями соседей и строить вместе... А вот именно, пока не понимает никто.
  Каждый из Старейшин имеет свою версию Светлого Будущего и тянет в неё остальных. Что характерно, тянутся не все, так что времена намечаются интересные.
  ***
  - Мусор, мусор... - перебираю содержимое вот уже второго цинкового ведра, пересыпая потихонечку полудрагоценные камни в пластиковое корыто. Потом отдам девчонкам, затеявшим выкладывать в столовой мозаичное панно, - есть!
  - Всего-то!? - Возмущённо произносит женщина, на долю секунды теряя контроль и превращаясь в гарпию.
  - Извини, - смущается она, поправляя мешочек с благовониями на шее.
  - Ничего-ничего, - гарпии в крылатом облике отчётливо попахивают тухлятинкой и ещё чем-то едким, так что находится с ними рядом не очень приятно. Да и в человеческом обличьи... так-то красивые, спора нет! Но и темперамент тоже красивый. Вспыхивают по любому поводу, обрастая перьями и облаком душка.
  Тяжело им с мужиками, с таким-то запашком и вспыльчивостью, не каждый вынесет. А мужиков-гарпий почему-то нет... и не только у них, к слову. Есть целые виды... или расы (?) из представителей только одного пола, и как они будут размножаться, большой вопрос.
  Казалось бы, чего проще? Свести гарпий с сатирами... ан нет! Рогатые ебут всё, что шевелится и не ёжик, включая подопечных козочек из немногочисленного стада общины. Мда... правда, и удой от такого внимания выше стал... А гарпиям подобное поведение - нож в сердце!
  - Видишь? - Стараясь дышать ртом, показываю камешек женщине, - искорка такая в глубине.
  - Кажется, - отвечает на неуверенно.
  - Вот такая искорка означает, что камешек может стать отличным накопителем. Маааленький такой дух земли в нём живёт - новорожденный, можно сказать. Вплести его в состав артефакта труда не составит...
  - А им не больно? - Поинтересовалась неловко женщина, вытянув шею в попытке разглядеть получше ту самую искру, - я бы не хотела...
  - Мучить? Нет, никаких мучений, я с ними вроде как... договариваюсь, что ли. Симбиоз такой - они живут в артефакте, становясь его частью, получая толчок к эволюционному развитию. Взамен делятся нужными мне способностями.
  - Как интересно, - темноволосая и темноглазая, гарпия уставилась на агат, пытаясь разглядеть духа. Греческие корни сейчас видны, как никогда.
  - Ещё как! - Киваю с энтузиазмом, - и очень важно, что ты сама нашла этот камешек, понимаешь? Вроде как поздоровалась с ним, или как у птиц бывает - запечатление.
  - Это когда вылупившийся из гнезда птенец считает родителями первого, кого увидит?
  - Угу. Здесь послабее, но похоже - типа старшей сестры будешь.
  - Здорово! - Взяв в руки камешек, она забормотала что-то ласковое на греческом, - братишка... надо же!
  Глядя на её энтузиазм, прихожу к выводу, что могу существенно облегчить себе работу.
  - Так... Марина, давай-ка скажи своим, что буду ждать на отмели всех, кто хочет научиться отличать камешки со спящими духами от обычных камней. Хорошо?
  - Хорошо, Саша, - закивала та, - и... можно я пока камешек у себя оставлю?
  - Пф, - не могу сдержать смешок, - давай сюда, да не уходи. Основу из золотой проволоки сплёл заранее, так что сейчас твоего братишку в колыбельку положу и отдам.
  Усевшись рядом (с подветренной стороны), гарпия принялась наблюдать за работой. Погрузившись в поверхностный транс, очищаю камешек от ненужного.
  - Руку! - Марина без раздумий подставила запястье под обсидиановый нож, и горячая кровь полилась на колыбель духа.
  - Обернись и снова руку! Тьфу... - озираю протянутое крыло, покрытое жёстким пером, - ногу давай, лапу в смысле!
  Снова нож...
  - Это чтобы он тебя в двух обличьях быстрее запомнил и запечатлел, - поясняю ей, - что-то вроде индивидуальной настройки. Всё, владей!
  Бережно взяв кулон из золотой вязи с камешком в центре, гарпия нацепила его на верёвочку из паутинки и повесила на шею.
  - Функций несколько, - на всякий случай напоминаю ей, - но слабенькие пока, учти! Поставил глушилку на запахи, сторожок, иллюзии и защиту от насекомых. Всё слабенькое, но мнозадачность позволит духу развиваться быстрей и разнообразней. Месяца... через два подойди, посмотрим. К этому времени дух должен освоиться как следует и будет уже не таким слабеньким. Может, ещё какие функции вплету. Но сама понимаешь, обещать не могу! Дело новое, и как там поведёт себя дух, предсказать не берусь.
  - Спасибо! - Расцвела Марина, пытающаяся одновременно слушать меня и наладить контакт с братишкой, - всё, я полетела! Пробы крови у волков из стаи Василича брать буду.
  - Тех, что у болота, по соседству с цвергами Дальней Скалы?
  - Угу. Местность интересная в плане ресурсов, но мало ли что - нужно отслеживать ситуацию со здоровьем, а ну как переселять придётся? Ленка из судмеда настояла на постоянном мониторинге, а мне теперь крылья сбивать! Охо-хо... ладно хоть, местные хищники летучие нас почему-то не трогают. Всё, давай!
  Проводив взглядом крылатую фигуру полуженщины- полуптицы и вернулся к артефактам. Марина своя, из Госпиталя, потому работал бесплатно. И пусть я сейчас по факту один из лидеров новорожденной гильдии, но отпочковаться от Госпиталя нет желания. Мало нас пока, чтобы претендовать на полную самостоятельность.
  Совмещаю пока работу, обучение новых артефакторов и медицину. Правда, чем дальше, тем больше становлюсь этаким фельдшером запаса. Продолжаю обучаться у Зинпалны и по мере необходимости помогаю в случае авралов. Но текучка уже не моя.
  - А, Сысоев! - Физиономия против воли расплывается в улыбке при виде заклятого друга из параллельного класса, осторожно поднимающегося по ступенькам. Трусоватый амбалистый жиртрест невзлюбил меня ещё в младших классах, старательно осложняя жизнь.
  После переноса и изменения стал большим и грозным троллем... ну это поначалу так думали. После оказалось, что скорее дух земли, притом слабенький, несмотря на размеры. А жизнь мне поганец успел отравить и здесь... теперь вот мщу. И мстя моя страшна!
  - Ну здравствуй, друг мой!
  Сысоев приторно и заискивающе заулыбался, протягивая лопатообразную ладонь. Жму... а чего!? Не люблю, но вежливости никто не отменял.
  - Вот, - обладающий телосложением, но никак не ловкостью сумоиста, он нерешительно потоптался передо мной, протягивая пакет, - я тут травок набрал всяких. Не знаю, может пригодится чего...
  - Мирится типа... как был дешёвкой, так и остался! Нет бы чего интересного принести, - размышляю, заглядывая в потёртый пластиковый пакет с ворохом трав вперемешку, - такое впечатление, что прямо приходом нарвал, затратив пятнадцать минут. Да уж,.. и удивляется потом - что ж его, бедного, не любят! Почему сиротинушку обижают!
  ***
  - Как?
  - Лучше, - Даша потёрла лиц, запоздало снимая красноту с опухших от слёз глаз, - сегодня головоломки для детей первого-второго класса разбирали.
  - Ох, Даша...
  - Мам, ну не начинай! - Вспыхнула молоденькая сида, - люблю я его, понимаешь?! Даже такого... отсталого! А когда он сегодня пазл сам сложил - думала, сердце от счастья остановится! Пусть он не станет таким же умным как раньше, но хотя бы до уровня лет двенадцати я его доведу! Клянусь!
  Запахло озоном и Дарью окутала сеточка тоненьких молний, ощутимо тряхнув.
  - Это что такое... - начала девушка, но мотнула головой, остановившись, - кажется, мам, клятва услышана. Кем бы то ни было...
  - Твою... - Зинаида Павловна присела на враз ослабевших ногах - новости не из радостных. Знать, что твоя единственная дочь, кровиночка и надежда, по-прежнему любит интеллектуально деградировавшего парня, само по себе то ещё испытание. А тут ещё и клятва, которую кто-то принял.
  - Да и не одна я вожусь, - начала успокаивать мать Дарья, - Бобров тоже с Пашкой возится - каждый день приходит, да не по разу. Новости рассказывает, игрушки приносит, пытается как-то к работе привлечь.
  - Как... а, ясно. Со дна реки что-нибудь?
  - Угу. Да не просто камешки или там водоросли, а со сложностями всякими. Тоже головоломки своеобразные.
  - А Павел на тебя... - Зинаида Павловна остановилась, выразительно посмотрев на низ живота дочери, - не?
  - Мам! - Девушка вспыхнула, - ничего такого он не позволяет! Я бы может... а, ну тебя!
  - Так значит говоришь, реабилитация проходит успешно? - Перевела мать разговор с неудобной темы.
  - Да, - Даша с облегчением приняла подачу, - я тут посоветоваться зашла, по части детской психологии что-нибудь почитать хочу. Прикладное что-нибудь, вроде методичек для воспитательниц детского сада и учительниц младших классов. Есть такое?
  - Как не быть, - старшая сида прикусила нижнюю губы, блеснув жемчужными зубками, - или хочешь, с Марковной тебя сведу. Она почти пятьдесят лет в детском саду отработала.
  - Которая лиса, но не кицунэ? При Школе сейчас?
  - Она самая. У тёти Марины воспитателем в группе была, так она до сих пор её помнит.
  - Ну... неудобно немного, - нерешительно начала девушка, - тогда все узнают...
  - А то никто не знает, - закатила мать глаза, - весь Остров - одна большая деревня! Кто, с кем, когда...
  - А действительно! - Даша тряхнула копной густых золотых волос, - зови!
  
  
  
   Третья глава
  
  
  
  Небольшой сквер около Госпиталя, разведённый стараниями медперсонала из числа дриад, потихонечку становится привычным местом для гуляний медиков и пациентов. Плодовые деревья переплели ветви над дорожками из каменных плит, образовав закрытые от проливных дождей зелёные тоннели. Выращенные из яблонь деревья-беседки ждут усталых медиков, забежавших покурить во благе или поесть в одиночестве, без назойливого гомона болтливых подруг.
  Мало кто понимает, как уговоры дриад формируют из единого корня столбы беседки, лавочки и крышу, притом за считанные недели, но плодами их усилий пользуются охотно. Магия сугубо мирная, плохо предназначенная для лишения жизни, но горе тому, кто тронет дриаду на прирученной территории!
  Сама природа ополчится против обидчика, послав на выручку агрессивных насекомых и некрупных, но далеко не безобидных зверьков и птиц. И это всего лишь скверик... но несколько случаев с попытками насилия позволили убедиться, что мирные дриады далеко не так безобидны. Может быть, потому они так охотно благоустраивают скверики по всему Острову, не слишком интересуясь оплатой?
  Проходя мимо дриады Леночки, сидевшей в обнимку с шелковицей, Зинаида Павловна поморщилась еле заметно. Претензий к Леночке никаких! Пчёлка, труженица... несмотря на некоторую бестолковость в делах сугубо медицинских.
  Таких вот тружениц, окончивших когда-то медучилище и сроду не работавших по специальности, к Госпиталю во время кризисных первых недель прибилось немало. В большинстве своём они неглупы и безотказны, охотно работают в саду, столовой и занимаются иными бытовыми вопросами.
  Меньшинство... сида умела построить подчинённых и в той жизни, а уж сейчас, имея возможность придавить нерадивую Силой, проблема недолжного старания в коллективе даже не поднимается. Не хочешь нормально работать, подстраиваясь под коллектив? Ну так получи коллективный же поджопник и лети... да куда хочешь. Другое дело, что на выкидышей смотрят косо, тем более из такого общественно-полезного заведения, как Госпиталь.
  Всё бы ничего, но...
  - Монастырь как есть, - признала сквозь зубы сида, пройдясь по территории вдумчиво и вспоминая недавние слова директора Школы. Период военного коммунизма прошёл, и что делать дальше, не понимал никто.
  Сторонники свободного рынка, кои к удивлению Зинаиды Павловны, ещё живы, запели о естественных механизмах регуляции оного, но святые девяностые памятны всем, да и... как?! Как прикажете жить, если цены в таком обществе будут скакать просто по определению!?
  Золото, серебро, драгоценные и полудрагоценные камни намывались старателями буквально вёдрами, притом в свободное от работы и тренировок время! Новый мир оказался богат настолько, что версия о Земле - пустом руднике, почти дочиста выработанном предыдущими цивилизациями, стала в обществе аксиомой.
  Рыночники предлагают подождать, не обращая внимания на скачущие курсы валют, или использовать вовсе уж экзотические материалы в качестве денег. Что общество превратиться тогда в подобие Дикого Запада времён золотой лихорадки, понимали даже они. Потому, высказав сомнительной ценности заученные фразы, от их воплощения в жизнь рыночники отстранялись. Дескать, наше дело гениальные идеи... а реализация их, низменный удел плебеев от высокой науки.
  Кто-то из рыночников высказал это вслух и... гениальные идеи сторонников свободного рынка окрестили в народе генитальными, похоронив под насмешками попытку либералов устроиться поудобней в новом мире.
  Идеологические противники рыночников также не вызывают восторга. Коммунистов и леваков из числа ортодоксов привела в шизоидное возбуждение возможность построить новое, несомненно более справедливое общество.
  Возражения оппонентов на тему разных видов из числа изменённых, и естественной агрессии друг к другу некоторых из них, отметаются, как несущественные. Все люди братья, и точка! Агрессию можно купировать химическим путём, стоит только поискать!
  И хотя леваки в большинстве своём вполне вменяемы, предлагая вполне здравые идеи, агрессивные шизоиды из их лагеря похоронили надежды на создание бесклассового общества.
  Вместе с надеждами, к сожалению, похоронили и ряд вполне здравых мыслей, высказанных социалистами. Попытка реанимировать выкопанные из могилы идеи обещает массу проблем...
  - А ведь придётся, - ещё больше помрачнев, перевела размышления сида, - деваться-то некуда! Или мы пытаемся создать общество с какой-никакой, но экономической системой или... религиозные культы во всей красе. Госпитальеры, м-мать...
  Звучное название прилепилось на редкость быстро, и отчасти отформатировало сознание персонала, начавшего считать себя членами религиозно-военного ордена. Работают фактически за идею, получая от благодарного общества только комнату в общежитии и еду - ну чем не монахи?!
  Период военного коммунизма ушёл в прошлое, а госпитальеры остались все теми же доброхотами-бессребрениками. Сида нехотя признала немалую... да что там, весьма даже большую (!) долю своей вины.
  Нравоучения щедро сопровождались выплесками Силы... ну не умела она поначалу дозировать! По мозгам шибало будь здоров!
  У Петра Ивановича та же проблема - труд педагога начал приобретать религиозно-мистический характер. Орден как есть! Два... на Заводе ситуация не настолько печальная, заводчане скорее кооператоры, имеющую свою долю прибыли.
  Не в денежном выражении, но быт у них налажен куда как получше - без избыточного коллективизма притом. Посёлки и хуторки заводчан благоустроены на зависть, притом не только общественные пространства, но и личные.
  - Ааа... придётся всё-таки трудодни вводить, - Зинаида Павловна скривилась, как от зубной боли, предвкушая сперва весёленькую драчку за умы граждан. Граждане, что характерно, с некоторым недоверием относились к коммунистической идеологии - из-за левых шизоидов, попортивших репутацию учения и... Без перегибов во времена кризиса не обошлось. Национализация имущества не раз переходила разумные границы и неудивительно, что остались обиды.
  Придётся выстраивать громоздкие и сложнейшие таблицы расчетов. Сколько нужно поднять каменных глыб и на какую высоту, чтобы получить трудодень? А провести канаву, вылечить больного, сплести паучьего шёлка? Сколько споров будет, ссор... драк...
  А иначе никак. Чем будут платить налоги многочисленные кланы, начавшие выбивать себе места под представительские особняки поближе к центру Острова? Гильдии? Старейшины, наконец - из числа тех, кто хочет личный дворец и имеет достаточно Силы, чтобы построить его самостоятельно.
  Не будет налогов на благо общины, не будет Госпиталя и Школы в их нынешнем виде, общественных программ и прочего. Не на что будет содержать.
  Если же оставить всё на самотёк, на горизонте виднеется галопом приближающееся будущее с религиозно-мистическими орденами, и феодализм с вассалитетом, попахивающим рабством. Растащат общину на личные феоды, с личными же крестьянами и ремесленниками.
  - Профукала, - самокритично подумала сида, усаживаясь на лавочку и закуривая папиросу самодельной набивки. Дурные привычки с 'лёгкими' наркотиками остались в прошлом - сразу после того, как сида научилась справляться немного со своими виденьями, - как есть профукала. Пустила ситуацию на самотёк, мда... А туда же, над Сашкой ещё смеялась - интриган глупенький! Сама-то чем лучше? Только что не так глупо попалась... но ведь попалась же!
  - Дура-то я дура... но и дурили меня умные люди. Так-то сразу не вспомнить, а если подумать, то все дороги к Кочергину ведут. Но... не верю! Не тот он... дракон. А вот Соколов, этот мог. Хм... а только ли он? Если подумать как следует, то добрая половина наших Старейшин спит и видит себя князьями и баронами, мечтая о феодализме с личным замком, дружиной и возможностью собрать гарем. Но непременно так, чтобы 'оно само' - естественным, так сказать, путём.
  - Опасно духов в рабство загонять - это сегодня ты Силой давишь, снижая критичность мышления. Завтра они эволюционировали, опомнились и начали задавать неприятные вопросы... с занесением в личное тело, так сказать.
  - Тот же Юрий Иванович ни разу не умён, но ведь выбился в начальники! Значит, что-то такое умеет - жопку лизнуть вовремя, интригу провернуть или ещё что... И сколько таких Юрий Ивановичей? Треть? Полвина? Или все?
  - Мать же-ж... большая политика. Никогда подобной пакостью не увлекалась, зато она мной... увлеклась. Умная, м-мать!
  ***
  Референдум по трудодням начался со скандала: как подсчитывать голоса? По головам, опираясь на привычные реалии земной демократии, или с учётом личной Силы?
  - С хера ли мой голос будет равен голосу... ну вон того хмыря! - Разорялся Жорик на общем собрании, традиционно проводящимся перед Школой, тыкая пальцем в бывшего старейшину Тракторного посёлка, давно смещённого за полную профнепригодность, - я делаю для Тракторного в десятки раз больше, чем он, а голоса равными будут?! Нахуй!
  Свара разгорелась безобразная, потому как высокая личная Сила никак не означает повышенной пользы для общины. Даже начавшийся дождь не охладил пыл спорщиков.
  - ... феодализм?! Феодализм, да?! - Наскакивает хобгоблин на одного из сторонников 'много Силы равно много голосов', - а где ты, пидор...
  - Ты кого... - взревел носорог, но его быстро заткнули - несмотря на личную Силу, выражающуюся по большей части во внушительных габаритах второго облика и способности перетаскивать тяжёлые грузы, звериный дух не пользуется уважением. Вспыльчивость и хамское поведение мало кому нравятся, даже если обладатель оных называет это Настоящим мужским характером. В сочетании же с ленью... не самая популярная личность.
  - Тебя, тебя! - Не унимался хобгоблин, подпрыгивая, - ты думаешь, кто первый кандидат на выселение? Ты! Всех заебал, потому что хуже пидора! Силищи немеряно, а жопу лишний раз оторвать не хочешь, только чтобы поскандалить и подраться. Пидор как есть!
  - Ты, ты... - начал заводиться носорог, воздух вокруг него замерцал.
  - В отличии от тебя я плотник и краснодеревщик, а не грузчик от случая к случаю! И делаю...
  - Ах ты... - перекинувший носорог рванулся было через толпу, но Жора обернулся конём и влупил ему задними копытами в лоб, да с выплеском Силы.
  - На хрен обоих! - Постановило высокое собрание, - пусть в другом месте скандалят!
  - Тишина! Тишина! - Надрывался Юрич с трибуны, пытаясь перекричать собравшуюся толпу. Цверги быстро поддержали своего лидера, начав скандирование.
  - И никакой Силы, - мелькнула мысль, - всего-то крепкий коллектив и признание в нём!
  - Компромисс, - взобравшийся с ногами на стоящую на помосте кафедру, выкрикнул Юрич, - компромисс! Предлагаю подумать над тем, чтобы закрепить количество голосов за трудоднями! Да погодите вы!
  Народ потихонечку умолк.
  - Подумайте просто, - уже тише продолжил цверг, - налоги как-то собирать нужно? Нужно. Пусть не трудодни, пусть... выносите на обсуждение свои версии, если хотите, не суть. Так вот моё предложение заключается в том, чтобы голоса зависели от налогов. Чем больше сдашь, тем больше у тебя голосов при голосовании, легче будет продавить какой-то закон. Хоть гей-парады еженедельно проводить!
  - Эге! - Выкрикнул кто-то из толпы, - что это тебя на гомосятинку потянуло, Юрич? Никак решил ориентацию сменить вместе со сменой видовой принадлежности?
  В толпе захохотали, а сторонники Юрича начали хватать обидчиков за грудки.
  - Тише, тише! - Цверг поднял руки, - не решил. Не надейся, противный!
  - Га-га-га!
  - Просто если пидоры начнут пахать на благо всего общества так, что смогут продавить такое... Хер с ними, пусть проводят парады хоть каждый день! Тогда они для меня не пидорами будут, а нормальными такими лицами нетрадиционной ориентации.
  Необычное завершение речи насмешило людей, и референдум пошёл спокойней.
  - Выносим на обсуждение: нет налога - нет представительства! Это для хуторян, желающих жить наособицу, но не отделяться от общины. Смогут участвовать в жизни общины через свои... кланы там или семьи... сами разберутся. Промеж собой они уже сами разбираться будут, кто из них главный и кто больше наработал. Почти единогласно, надо же!
  Как глава Гильдии, и потому приравненный к Старейшинам, сижу в президиуме, вместе с полусотней условных ВИПов. Голосую, естественно, за.
  - Трудодни и...
  Вижу начавшие споры в президиуме и толпе внизу, и прошу слова.
  - Отложить! - Решительно рублю воздух ладонью, скрывая смущение, - два возражения по сути реформы. Первое: не предоставлена возможность гражданам предложить свою версию новой модели экономического развития. Вдруг у нас тут новый Гайдар вырос и за пятьсот дней приведёт Остров к процветанию?
  - Га-га-га! В землю такую падлу втопчем!
  - Второе - не проработан вопрос трудодней. Суть ясна, но дьявол, как известно, кроется в деталях. Лично я не против трудодней в принципе, но хотелось бы увидеть чёткую схему, позволяющую узнать, что же это такое в понимании реформаторов. Не допускающую двойного и тем более тройного толкования! Должна быть так же разработана формула или формулы, схемы и прочее.
  - Референдум на то и референдум, - подытожил сменивший меня у кафедры директор Школы, - мы вынесли назревшую проблему на обсуждение и предложили решение. Теперь община должна внести в него свои коррективы или предложить нечто иное, устраивающее большинство из нас. Неделя... хорошо, две недели! Не затягивайте. Вопрос назрел и перезрел, господа-товарищи, кризис миновал и нам нужно хотя бы понимание - в каком направлении должна двигаться община.
  
  
  
   Четвёртая глава
  
  
  
  Возвращаясь с ночной тренировки, по привычке забежал к Школе, где на стенде объявлений вывешивали по утрам новости - как официальные, так и личного характера. У тронного камня, коих в изобилии натыкали для любителей ораторского искусства по площади перед Школой, уже возятся цверги, устанавливая громоздкий макет.
  - Проект будущего города? - Выразительно смотрю на Юрича.
  - Обсуждаемо, - понял тот меня, - ты не смотри, что размах такой, это так, предварительные намётки.
  - А зачем тогда... - не находя слов, обвожу стоящий на огромной каменной плите макет, на котором нашлось место даже подобию Колизея.
  - Почему бы и не да? - Ухмыльнулся цинично цверг, отряхивая руки от каменной пыли, - Саш, ты сам видишь, что вектора в нашем развитии нет. Пережили кризис, начали осваивать близлежащие территории, и что дальше? Цели-то у большинства простые - комфорт, безопасность и какой-то статус, так ведь? То есть большинству уже почти ничего не надо! Они снова молоды и имеют все шансы на дооолгую жизнь. С едой... сам знаешь, один рыбак-энтузиаст легко прокормит хоть роту, а любителей рыбалки и охоты у нас хоть жопой ешь.
  - Каждый четвёртый из мужиков, - соглашаюсь я, - бесплатно уловы раздают, только бери!
  - С жильём тоже не проблема - капитальные строения не нужны, а если кто и захочет, то свободного времени и халявных стройматериалов до хренища. Хоть Цитадель Чёрного Властелина строй - велкам!
  - Развлечения и статус, - начинаю понимать задумку.
  - Они самые, - Юрич ухмыляется, - они самые... Такая вот стройка - развлечение и статус одновременно. Пусть лучше народ письками мерится, хоромины себе выстраивая - тут тебе и развлечение, и статус одновременно. Хочешь участок поближе к центру - отрабатывай налоги трудоднями на строительстве бассейна Москва!
  - Да и Заводу попроще будет, а то скоро окончательно сами на себе замкнётесь, - подкалываю его, отслеживая реакцию.
  - Не без этого, - согласился Юрич спокойно, - какие-то инструменты, механизмы, станочный парк. Заводу нужно хоть что-то производить, иначе одичаем на хрен! Потом, годы спустя, если понадобится вдруг создавать что-то серьёзное, мы ведь мастеров не соберём уже, все по своим норкам закопаются.
  - А дальше?
  Цверг нахохлился и выдал вовсе уж неожиданное:
  - Знаешь... я думаю иногда, что нам всем нужен... именно нужен (!) враг. Не ради сражений, конечно, а ради какого-то движения... хоть куда! Мы прикинули на досуге, так по всему выходит, что на уровень привычного комфорта выйдем меньше чем через год.
  - Питание...
  - Да это... я о дворцах культуры говорю, дорогах, детских площадках и прочем. Телевиденье или там интернет - увы и ах, зато радио в каждый дом гарантирую. Новости, музычку какую... согласись, уже цивилизация! Сладости какие-то делать начнём, мороженое. Собственно, уже начали, я о разных сортах говорю и промышленных масштабах.
  - Нда... этакий затянувшийся отпуск или парк развлечений, держащийся по сути на энтузиастах. Сладости, самодеятельность... ах ты ж блять! Мы, получается, в тупике?!
  - По факту всё ещё хуже, - спокойно сказал заводчанин, - это, можно сказать, идеальное развитие событий.
  - Загнивание скорее.
  - Не без этого, - мрачная ухмылка в ответ, - слышал все эти разговоры о вассалитете?
  - Как же не слышал...
  - Для того и масштабные проекты... в том числе для того, - поправился цверг, - город строить начнём, а чуть погодя, когда народ втянется в писькомерство, строительство акведука начну пробивать. Ледниковая вода с гор, а не хрен знает какая речная.
  - Её можно... - начал было я, но вовремя остановился, - понял, с гильдейцами о поддержке проекта поговорю, с Зинпалной тоже. Знаешь...
  Замолкнув, мнусь некоторое время - проект интереснейший и не хочется отдавать его на сторону. Но подводных камней в нём столько, что... нет, не потяну. По крайней мере, не одновременно с гильдией и Госпиталем.
  - Экспедиция вверх и вниз по течению реки.
  - Джунгли... - отмахивается цверг, - стоп! Или по воде задумал.
  - По ней... дай договорить! Знаю я эти аргументы о диких духах. Амазонка... блин, вот уж точно - как ты яхту назовёшь, так она и поплывёт. По части диких духов скажу тебе - вот кажется мне, некоторые наши Старейшины палки в колёса ставят.
  - Тебе тоже кажется? - Остро глянул в глаза Юрич, усевшийся на краю валуна, - Юрий Иванович, будь он неладен... Самый могучий из водных духов на сегодняшний день, и экспедиции для него - нож в сердце! Про порт слышал?
  - Кормление?
  - Оно самое, - цверг нехорошо так усмехнулся, - оно самое... Дожили, а?! Вотчины делят, скоро и до крепостных дойдёт.
  - Дойдёт, если допустим, - отвечаю в тон.
  - Если, - Юрич замолчал, - ладно, зайди ко мне на Завод. Когда сможешь?
  - Так... - понятно, что ему нужно время на обдумывание, - завтра после обеда устроит? В районе часа-двух окно будет, тогда и забегу.
  ***
  - Зинплана! - Окликаю сиду, проходя внизу под её кабинетом на втором этаже, - если будут искать, я на Заводе.
  - Надолго? - медик села на подоконник, свесив одну ногу наружу и достав из портсигара папиросу самодельной набивки. Недавно наладили выпуск бумаги, и как-то сразу удачно пошло. Не только папиросную (ну ладно, газетную на самом деле!) бумагу делают, но и замахнулись на святое - альбомную.
  Быт у нас как-то быстро налаживается, и что удивительно - без особых усилий. Героические свершения первых недель не ушли окончательно в прошлое... но всё это где-то там, на границах освоенных земель.
  - Как пойдёт. По техномагии есть кое-какие намётки, но точно сказать ничего нельзя - может, за полчаса разберёмся, а может, и до утра зависнем, как уже бывало.
  - Давай, - сида вкусно затянулась и выпустила колечко дыма, болтая маленькой ножкой в сандалии греческого типа, - когда придёшь, маякни.
  - Угу, - это не опёка и не желание контролировать всех и вся. Наши реалии таковы, что катастрофы, вроде того же нападению диких духов, случаются внезапно и к сожалению - регулярно. Духи... или вон, миграция какой-то кусачей насекомой дряни несколько дней назад. Смертельных случаев не было, но последствия разгребали почти сутки. Потому-то медики, вплоть до уровня санинструктора, и отчитываются, где они находятся.
  Чтоб Зинпална, как глава госпитальеров и по совместительству глава МЧС, знала - куда нужно посылать гонцов в случае чего. Где нужно усилить направление, а где это самое направление уже усилено устроившими сабантуйчик медработниками.
  ***
  - Проходи, малой, - встретил меня дядя Коля с неизменной самокруткой.
  - Я смотрю, народ настроен очень серьёзно, - обвожу взглядом присутствующих. Дядя Коля, Захарыч, Славка-Расписной, Жорик, Михаил Валерьянович, Евгений Павлович и другие... заговорщики.
  В просторной, открытой всем ветрам комнате расселись не по ранжиру, а кому как удобней.
  - Начнём, - нервно хрустнул пальцами Юрич, слезая с низкого широкого подоконника, - с ситуацией все знакомы и никому не нужно рассказывать, что нашу общину подталкивают куда-то в сторону феодализма. Здесь собрались те, кто не хочет такого развития событий. Так?
  - Так, так, - подтвердил дядя Коля, - в девяносто третьем новые баре на шею уселись, и все мы знаем, к чему это привело. Все эти балы, красавицы и хруст булок достались очень немногим, а остальным - жопа! И чем дальше, тем хуже обстояли дела, хотя пиздили по телеку об успехах постоянно. Моя даже верила, царствие ей небесное.... Здесь и сейчас нас могут начать в кабалу загонять, прикрываясь словами о вассалитете и дворянстве. Малой, что там Зинаида Павловна?
  - Скользит, - невольно хмыкаю, - разговор так повела, что даже вопрос толком задать нельзя было, если только не в лоб. А что толку тогда спрашивать, если и так ясно - не хочет ни в чём участвовать.
  - Нейтралитет? - Понятно и ожидаемо, но... херово, - подытожил Юрич,- вроде как и ясно, что Госпиталь вне политики, но... гниленько немного. Моральная поддержка нам бы не помешала.
  - Вероятности, - напоминаю ему, - кто её знает, что там виднеется в случае вмешательства Госпиталя.
  - Или прикрывается ими, - подал голос Жорик, - что?! Почему вы априори считаете, что наша врачиха - прямо-таки образец порядочного человека?! Да, во время кризиса проявила себя очень достойно, но по сути ведь, делала свою, давным-давно привычную работу.
  - С поправкой на ситуацию, - методично поправил его вампир, - в которой многие профессионалы проявили себя отвратительно.
  - Пусть, - кивнул Жора, задирая голову к оппоненту, висящему вниз головой в облике летучей мыши, - и что? Яркая сильная личность, хороший профессионал. Это кому-то мешает... допустим, мечтать о собственном замке и прислуге? И к слову, замок у неё де-факто есть! Как и прислуга. Что, не так?
  - Разумеется нет, - даже в облике летучей мыши Михаил Валерьянович ухитрятся оставаться чопорным говнюком, способным показать собеседнику всю ничтожность его убеждений одной интонацией.
  - Что бы ни случилось, Зинаида Павловна как минимум остаётся при своих, - хмыкнул Славка, - то есть главой гильдии целителей. И хрен её сковырнёшь с этого поста без весомых последствий. И пост этот она намерена передать только Дашке, и никому иному. Непотизм и феодализм в одном флаконе, пусть даже сто раз под соусом благих намерений.
  - Вернёмся к нашим... Старейшинам, - Юрич вернул разговор в нужное русло, - Зинаида Павловна приносит больше пользы, чем вреда, да и заявленный нейтралитет нас в принципе устраивает.
  - А не устраивает нас Юрий Иванович, - подхватываю разговор, раз уж цверг замолк, - порт в кормление слышали? Вроде как раз он основной строитель, то и основную выгоду должен получать он.
  - Во-первых, это ни хуя не так, - горячо начал Расписной, - в лучшем случае четверть! Да и хрен нам толку, что построили чуть раньше благодаря дури этого змея.
  - Ну...
  - Расселение? - Не дал договорить Славка, - как же! А что ситуация подогревалась, знаете? Факты у меня только косвенные, но я вот на листочке накорябял, попробуйте опровергнуть.
  По рукам заходил листок, глянул на него мельком и передал дальше. Косвенные, они и есть косвенные... ежу понятно, что желающих половить рыбку в мутной воде предостаточно, причём если начать вдумчивое расследование по всем правилам, следы могут привести вовсе уж к неожиданным личностям.
  Не в профессионализме дело, скорее в неумении просчитывать результаты своих действий. Как там... вызвать хотел грозу, а получил козу, так и у здесь. Да плюс новоявленные националисты, отстаивающие права своих биологических видов. Наворотили они... как вспомню некоторые речи, так дурно делается - Гитлер по сравнению с этими теоретиками нацизма не смотрится.
  Юрич упорно продолжает отмалчиваться, предоставляя мне статус застрельщика. Умно, но сейчас тот случай, когда излишняя осторожность может повредить. Захарыч и дядя Коля такие вещи точно запомнят... и используют.
  - Юрий Иванович с портом-переправой, негласно отданной ему некоторыми Старейшинами, это только вершина айсберга, - откашлявшись, продолжаю тему, - феодализм и прочее... говорено уже, это тема для отдельного разговора. А пока... вы в курсе, что он саботировал экспедицию в низовья по реке?
  - Ебать... - после короткого молчания сказал дядя Коля, - точно? Ах он выпердыш сучий... своими руками...
  - Вот насчёт последнего и хочу поговорить.
  - Погодь, малой, - остановил меня родич, - информация-то откуда?
  - Духи.
  - Ах духи... - странным тоном сказал вампир.
  - Они, - делаю вид, что не замечаю язвительности, - я не самый сильный маг, но все эти блестяшки для прикормки духов во время строительство фортов, вышли из моих рук. Духи, как выяснилось, умеют чуять запах создавшего, и в некоторых, так сказать, кругах, котируюсь я побольше Кочергина. Его боятся, и только. Я же - хороший друг, делающий блестяшки. Да что говорить!
  Жестом Гэндальфа вытаскиваю из сумки каменный шар размером с биллиардный, щедро усыпанный крошками слюды. Гостящие там духи выныривают и начинают кружиться у поверхности шара.
  - Экая светомузыка! - Удивляется Захарыч, - и зачем тебе забавка?
  - Минуточку, - сев поудобней на полу, налаживаю контакт с духами, что между прочим, непросто. Тупенькие они, если говорить простыми словами.
  - Старший друг! - Радуются они, - пришёл, пришёл!
  - Покажите большого змея у плавающего острова.
  Вокруг шара начинают мелькать размытые образы Юрия Ивановича. Видя духи своеобразно, и не всегда глазами... но имея некоторый опыт, понять суть происходящего можно.
  Размытый, но узнаваемый образ большого змея, сопровождающего ладью на протяжении нескольких десятков километров, впечатлил, как и последующее крушение судна, протараненного головой змея.
  - Одиннадцать человек погибло тогда, - побелевший Захарыч потёр грудь у сердца привычным, давно уже ненужным жестом, - ах он...
  - Для суда это не станет доказательствами, - прерываю тираду, - а дракону и кицунэ Юрий Иванович нужен... дальше объяснять?
  - Но зачем?! - Вырвалось у Расписного.
  - Монополия, - коротко ответил участковый Палыч, ломая меж подрагивающих пальцев папиросу, - пока его порту нет альтернативы, он на коне. Да и развиваться Острову придётся только через его переправу, односторонне. В сторону другого берега пока не смотрим - нет ресурсов, по утверждению Соколова и Кочергина.
  - Сговор? - Наливается кровью Захарыч.
  - Доказать ничего не сможем, а если и сможем... - Палыч разводит руками, для наглядности перетекая в облик барсука.
  Отводим глаза... бодаться с тем же Юрием Ивановичем открыто попросту страшно, змей на голой Силе передавит не один десяток людей. Даже с учётом имеющихся как у меня, так и у заводчан, сюрпризов. Если же учесть Кочергина и Соколова, да их сторонников... дело плохо.
  - В Германии в старину был фемгерихт, - произносит Жора, улёгшийся на спину прямо на дощатом полу, - тайный суд. Собирался он обычно тогда, когда преступника не могли достать законным путём. Тайный суд, приговор... и в путь отправлялись палачи фемгерихта, готовые вынести приговор.
  - Н-да... я бы многое поправил в твоём рассказе, - Михаил Валерьянович внезапно оказывается на полу, - но суть, полагаю, уловили все.
  - Один только вопрос, - поднял руку Валера из металлургического, кобольд плотного (для своего вида) телосложения и очень серьёзного характера, - а не сделаем ли мы хуже, ликвидировав змея? Как ни крути, но фактор диких духов никто не отменял.
  - А среди водных он самый сильный, - закончил за него Жорик и хмыкнул, - нет, хуже не сделаем. Силы у него, конечно, до хрена, но с умениями и контролем слабовато. Моих... хм, соплеменников на Острове двадцать шесть. Четверть табуна Юрия Ивановича уработает спокойно.
  - А...
  - Внутренние разборки, - понял келпи невысказанные Славкой слова, - больше половины наших в Гражданской участвовать не станут принципиально. А из оставшихся... ситуацию с Петриашвили все помнят? Восемь таких, кто в детство откатился. Есть ещё идейные булкохрусты. При нападении извне все станут на защиту, а так... Так что нет, не переживайте - хуже не будет.
  - Я бы даже сказал - наоборот, если проглотим ситуацию со змеем и портом в кормление, половина табуна прибрежные участки и островки под феоды загрести захочет, - с силой затушив окурок о ладонь, сказал мент, - а чем они хуже-то?! И будет у нас сплошное Средневековье, когда платить приходилось любому мелкому феодалу, чьи земли ты решил потоптать.
  - Зажать, - дядя Коля отчаянно задымил, - ограничить территориально, и поделив землю на феоды. Пять, десять, двадцать лет... и смиримся.
  - Никогда! - Вскинулся Захарыч.
  - Там смирились, - жёстко ответил тэнгу.
  - Может, где-то там, - Жора помахал рукой в сторону окна, - есть таинственные древние царства гномов, империи людей, княжества эльфов, союзы вольных городов и бог знает что ещё, интересного и загадочное. А мы будем вариться на территории Острова и нескольких десятках километрах вокруг него, потому как некоторым личностям захотелось поиграть в бар и холопов. Бля...
  Приговор Юрию Ивановичу вынесли единогласно.
  
  
  
   Пятая глава
  
  
  
  - Хорош! - Решительно отхожу от доски, отряхивая руки от меловой пыли, - у меня и свои дела есть!
  - Ты глава гильдии и обязан... - начал было возмущаться водяной дух, принимающий форму мелкой ядовитой змеи.
  - Устав прочитай! - Вызверился я на него - Вовчик из тех, от кого много шума, но мало толка, эгоизм и эгоцентризм зашкаливает, - и без того трачу на вас вдвое больше времени, чем в принципе обязан. Всё, народ - серьёзно говорю!
  Спрыгиваю с невысокого помоста, стоящего под навесом неподалёку от намеченного фундамента гильдии, но меня окружает гомонящяя толпа.
  - Александр Иванович! - Вылетел Вовчик из толпы с дикими глазами. Внезапно... раньше старался общаться обезличенно, а тут сразу имя-отчество вспомнил, - простите! Я не это имел в виду!
  - Да, Александр Иванович! Простите его! - Староста группы, милая черноволосая паучиха с раскосыми японистыми (только что большими, почти анимешными) глазами, пытается придавить меня внушительным бюстом, - нам таак не хватает ваших лекций!
  Глазками хлопает, сиськи выпятила... с трудом отвожу глаза, хотя с сексом ныне всё в порядке - та самая белочка из столовой, да... Секс-дружба без каких-либо обязательств. Хм... интересно, организм стал откликаться на женщин чужих видов - главное, чтобы эти женщины часто мелькали перед глазами и воспринимались членами... хм, стаи.
  - Товарищи... товарищи!
  Бесполезно, гомонят. Распихав, снова лезу за кафедру, и подняв руку, призываю к тишине.
  - Господа-товарищи, будем откровенны - свои обязанности одного из глав гильдии я выполняю и перевыполняю. Даже строительство здания идет пока в основном за мой счёт. Также я продолжаю работать в Госпитале, обучаясь у Зинаиды Павловны. Собственные проекты, наконец.... Ребята, да у меня из-за вас времени ни что не хватает, за счёт сна пока выезжаю!
  - Александр Иванович!
  - Народ! - Снова поднимаю руку, - буду говорить открыто. Обязанности выполняю? Да! Мне лично это что-то даёт, помимо морального удовлетворения? Нет! Все ваши... копеечки-трудодни сливаю в стройку - нашу общую, между прочим.
  - Мы готовы платить за лекции, - снова Вовчик. Морщусь слегка напоказ.
  - Народ... за те четыре часа, что я читаю вам лекции, я могу сделать порядка тридцати артефактов серии Дихлофос. Напомнить, сколько нужно пока лучшему из вас на создание одного? Правильно... пять часов! Если вы будете платить мне за потерянное время по-честному... дальше продолжать?
  Отмахнувшись от бессвязных обсуждений, накидываю рубашку и сваливаю.
  - Александр Ивановииич! - Догоняет паучиха, грациозно подобрав полы длинного платья, - личное ученичество!
  Раскрасневшаяся, выглядит она чудо как хорошо. Мда... если бы не лёгкая фобия к арахнидам, можно бы... да, можно. Даже жаль...
  - Я читала, что раньше... ну, во времена Средневековья, мастер часто учил бесплатно, но зато всю свою жизнь получал часть доходов ученика!
  Колеблюсь - решение интересное, но и геморроя много.
  - Смотрите! - Леночка начинает приводить доводы в пользу такого решения, и вскоре часть группы присоединяется к моим уговорам. Машинально отмечаю, что самые настойчивые одновременно и самые трудолюбивые или талантливые.
  Те, что в сторонке, в основном отбывают срок на лекциях. Какая-то странная придурь, что диплом важнее знаний. Ладно на Земле... но здесь?!
  - Ничего, и такие нужны. На Земле тоже есть программисты, сисадмины и продвинутые пользователи, способные самостоятельно скачать программу из интернета и переустановить Винду.
  - Ладно... ладно! Подумаю! И вы подумайте, раз уж усиленно учится хотите. Кто, чего, какой процент... сами считайте, а я потом соглашусь... или нет.
  ***
  - Вот это я ступил! - Вырывается у меня, - такой козырь... аа!
  Круглый булыган, покрытый крупинками слюды - временный дом для духов... и аккумулятор! Только сейчас до меня дошло, что же я ухитрился изобрести! И засветить...
  В своё оправдание скажу, что виной всему нехватка времени и... да тупость, попросту тупость! Не нужно бежать впереди паровоза, пытаясь объять необъятное и успеть везде одновременно.
  Госпиталь, обучение гильдийцев, собственные эксперименты, тренировки... И везде, везде я пытался быть первым, не пытаясь даже остановится и подумать - а зачем?!
  Медицина... объём фельдшера скорой помощи в меня впихнули. С оговорками, но всё же. Так учился бы дальше потихонечку - по верхам. Ровно настолько, чтобы понимать - что конкретно нужно делать, артефакт с каким свойствами нужен медикам. Всё равно призвания к медицине как к таковой не наблюдается.
  Хватило бы? Да за глаза! Так нет, меня же Зинпална хвалит... синдром ботаника, бля! Учить всё подряд ради оценок, а не знаний. Участвовать в олимпиадах по всем предметам, в самодеятельности... Гермиона Грейнджер в мужской версии!
  А обучение гильдийцев? Зачем было идти на поводу и отвечать на всё новые и новые вопросы, разбирая не теорию вообще и немного практических примеров, а конкретные неудачи конкретной личности? И каждый почти лез ко мне со своими проектами! За ручку водил!
  Насколько далеко я бы продвинулся... нет, даже думать не хочется. Хорошо хоть, Леночка эта... нет, действительно годится деваха в личные ученицы. Обучать как следует, потребовав взамен обучение серых масс? Хм... заманчиво.
  - Блять, создать вундервафее и не понять этого... ну я осёл!
  Присев за верстак, гоню злые мысли работой, но донельзя востребованные артефактики серии Дихлофос для меня настолько просты, что не отвлекают от мыслей.
  - Аккумулятор, способный хранить Силу, в наших условиях это ого-го! Шанс при необходимости лупануть не хуже того же Юрия Ивановича. Харроший такой козырь при переговорах, да и жизнь может спасти при случае. И сам, своими руками...
  - Стоп! Ну, видели... а не пустить ли мне дезу, что да - придумал, но сам не понял, как именно? Дескать, случайно, да зафиксировал Силу строго на себя! Хм... Тонко играть придётся, для начала таскать повсюду булыган, как великое сокровище.
  - Молча! А то есть у меня привычка лететь впереди паровоза. А раз начну таскать такую тяжесть, так должны заподозрить, что не зря! Сперва... типа с духами прирученными иллюзиями балуюсь первым слоем пустить, ну а потом косвенные данные. Там проговорюсь, здесь среагирую неправильно.
  - Собственно, выбора у меня нет...
  - ... как нет и Старшего за спиной. Родителей, старшего брата, некоего учителя, которому можно всецело доверится. Зинпална преследует свои интересы, и пусть ко мне она настроена доброжелательно, но это скорее доброжелательность главврача, ценящего хорошего, безотказного работника.
  - Дядя Коля родич, притом не самый дальний, но он человек... гм, привыкший мыслить иными категориями. Весь в Заводе растворился, в делах общины. Коммунистическая формация в чистом виде, с поправкой на мат в качестве связки слов.
  - Захарыч себе на уме, хотя в помощи и не откажет. Не откажет, но и подомнёт потом несмышлёныша под себя, а мне это нож острый.
  - Ох, Саша... взрослый ты теперь, совсем взрослый. Вроде и радоваться нужно, но что-то не радостно.
  - А может, попробовать всё-таки? - Откинув в сторону готовый артефакт, гляжу на небольшой изумруд, способный стать ядром нового аккумулятора, - колечко... Хотя нет, в браслет потом зафугую, десятка три сразу - если пойдут нормально. Какой-нибудь...
  - Саш! - Залетела в мастерскую при Госпитале феечка-санитарка, - Даша просит подойти. Что-то там из медицинского оборудования полетело.
  - Ой... - кряхтя немного напоказ, иду за феечкой. Безобиднейшие создания - всего-то, что могут как благословить удачей, так и проклясть неудачей. Не слишком серьёзно.
  Обретаются всё больше при Госпитале, найдя здесь защиту и какой-никакой, но статус. В самом деле, лучше приносить пользу хотя бы санитаркой или санитаром, чем... а собственно, они ни к чему толком не приспособлены. На Заводе их корёжит от шума и запахов горячего металла, на охоте и рыбалке... как в том анекдоте Сильный, но лёгкий. Только и бонусов, помимо благословения и проклятия, что летать могут - криво и недалеко. Может, потом что-нибудь проклюнется...
  Дашка обнаружилась с папиросой на крытой галерее меж операционной и хозчастью. Облокотившись о каменные перила, сида со смаком курила, бездумно глядя на хлещущие по каменным плитам двора струи холодного ливня.
  - Котёнок.
  - И тебе привет, - отозвалась девушка, - да, что котёнок?
  - Ты котёнок. Как в том мультике, где котёнок с сигаретой. Смешно выглядишь и глупо немного.
  - Да? - Равнодушно, - да и пофиг. Вреда от табака нам никакого, привыкания особого тоже нет, так что даже вредной привычкой курение для нас не является.
  - Смотри, - хмыкаю, облокачиваясь полубоком о перила, - Пашка сам не курит и курящих девчонок на дух не переносил. Что-то там... подробности не помню, но вроде как играл в детстве в бутылочку, а одна из девах - старших, к слову, курящей оказалась. Сильно курящей, прямо-таки пепельница. Первое впечатление... ну и дальше по Фрейду.
  - Фрейд здесь... ладно, поняла, - сида без сожаления выбросила папиросу в урну, - пошли, посмотришь в операционной рунические круги. Что-то мне кажется, Хагалаз уборщица зацепила, перестаралась.
  - Лады, - подстраиваюсь под шаг длинноногой Дашки, - пойдём, - вечером матери скажешь, не будет меня.
  - На блядки?
  - Угу.
  - Да приводи сюда, что ты как маленький! Слова тебе никто не скажет.
  - Нет, там... - отвожу глаза, и сида фыркает. После переноса мораль у нас несколько ослабла. Ланон Ши и прочие суккубоообразные... Многим изменение по разуму ударило. Молодость, опять же... В общем, вариации на тему свингер-клубов имеют место быть.
  Надо, к слову, и правда зайти. Алиби создать...
  ***
  - Сказал бы мне кто полгодика назад, что групповухой брезговать буду, так ведь не поверил бы! Гормоны по башке били, и всё казалось малолетнему знатоку порнофильмов, что лучше группенсекса и быть ничего не может.
  - В реальности же... фу, бля! Девки, которые у тебя на глазах пропускают через себя кучу мужиков... да их и трогать-то противно! Вишенкой же на троте - чужие мужские причиндалы, которые нет-нет, да и мелькнут чуть ли не перед носом.
  - А может, я просто ханжа? Хотя нет... вспомнить, что мы с белочкой творим, так точно не ханжа! Просто брезгливый.
  Поучаствовать всё же пришлось, но сейчас вместо меня старается хитрый артефакт, наводящий бродячие иллюзии. Меня там нет, но каждый из присутствующих уверен, что видит меня периферическим зрением. Вторая фишка артефакта заключается в том, что я вроде где-то рядом, но подойти пообщаться желания не возникает.
  Хороший артефакт, полезный... из минусов только то, что включается только в том случае, когда пообщаешься буквально со всеми присутствующими. Попали в базу данных слепки аур, всё - можно удаляться.
  Идеальная шпионская приблуда... ровно до тех пор, пока о ней никто не знает. Стоит только участникам действа слегка сосредоточиться на моём образе и перебороть навеянное нежелание общения, и всё.
  
  Михаил Валерьянович, завидев меня, только покачал головой и постучал по запястью, намекая на время. С трудом давлю нелепое чувство вины - времени у нас с запасом, просто у напарника характерец такой поганый.
  Ликвидация Юрия Ивановича поручена нам с кровососом. Собственно, а больше некому... Змей днюет и ночует на другом берегу реки, перебраться туда можно только на пароме или по воздуху.
  - Сейчас, - зачем-то сообщаю напарнику. Сделав несколько разминочных движений, чтобы унять дрожь, перекидываюсь в енота и лезу на облюбованное заранее высокое дерево, протянувшее ветви над рекой.
  - Твою же мать, твою же мать... - бормочу, надевая портупею, и становлюсь, выгнув спину горбиком. Почти тут же громадная летучая мышь подхватывает меня за ремни, и мы стремительно несёмся... вниз!
  Выровнялся полёт метрах в трёх от тёмной воды, и Михаил Валерьянович, натужно взмахивая крыльями, начал набирать высоту. Приземлились на другом берегу, у самой кромки, пришлось оттаскивать обессилевшего кровососа подальше от опасного берега.
  - У меня лапки, вашу мать, - бормочу тихонечко, таща мыша за ноги, - сперва грузчика изображать, потом Рамона Меркадера!
  Минут через десять мышь оклемался и спорхнул наверх, выискивая потоки Силы. Сделав круг, вернулся за мной и перекинулся.
  - Отдельно обитает, разведка точная, - присев на корточки, сообщает он, - Здание вооон там... в римском стиле. Видишь?
  - Из римского там только колонны, но да, вижу.
  - Спуск к воде идёт широкими ступенями, террасами даже скорее. На них и лежит в змеином обличье.
  - Херовато, - ёжусь от дурных предчувствий, - в воде он всех незваных гостей почует, да небось ещё своей Силой напитал... постельку.
  - С неба, - деловито предложил Михаил Валерьянович, - что вы так на меня смотрите? Вы можете предложить что-то иное?
  Дурные предчувствия оправдались, и вот я уже в небе, готовлюсь к десантированию на огромную тушу.
  - За ВДВ! - Мелькает странноватая мыслишка, и вот мохнатая тушка летит вниз, сжимая в лапках обвитый пергаментом жезл, увенчанный округлым куском обсидиана.
  Падения с десятиметровой высоты хватило ровно на то, чтобы пробить плотную шкуру и вонзится в тушу сантиметра на два. Змей шевельнулся, выпуская Силу, и я замер в параличе, стоя по горло в воде, готовлюсь к смерти... ужас непередаваемый!
  С негромким шелестом пергамент с жезла начал разворачиваться... всё быстрее и быстрее, и вот уже он полностью обвивает огромное тело змея, спеленав его как младенца.
  Последний рывок массивной туши сбросил меня в воду, но жезл продолжил работать. Мягко мигнуло навершие, засветившись тёплым светом, и тело стало иссыхать, пока не рассыпалось горсткой праха, тут же смытого водой.
  Гребу к берегу со всех лапок, боясь перекинуться. Промокшего и перепуганного донельзя, меня подхватывает Михаил Валерьянович, и через пару минут мы уже на Острове.
  - Пойду я, - говорю негромко, посидев несколько минут.
  - Я с вами, пожалуй, - подхватывается вампир, нервно хихикая, - после сегодняшних событий групповуха кажется мне удивительно уместной. Этакое торжество жизни над смертью.
  - Я не... а хотя ладно, сегодня и правда уместно.

Популярное на LitNet.com А.Черчень "Идеальная жена. Мифы и реальность "(Любовное фэнтези) С.Панченко "Warm"(Постапокалипсис) М.Топоров "Однажды в Вавилоне"(Киберпанк) А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) М.Олав "Мгновения до бури 2. Темные грезы"(Боевое фэнтези) L.Wonder "Ветер свободы"(Антиутопия) Архимаг "Нуб и Олд. E-Revolution"(ЛитРПГ) А.Калинин "Игры Воды"(Киберпанк) Л.Ситникова "Книга третья. 1: Соглядатай - Демиург"(Киберпанк) И.Громов "Андердог"(ЛитРПГ)
Хиты на ProdaMan.ru Волчий лог. Сезон 1. Две судьбы. Делия РоссиКоролева теней. Сезон первый: Двойная звезда. Арнаутова ДанаЧудовище Карнохельма. Суржевская Марина \ Эфф ИрЗаписки журналистки. Сезон 1. Суботина ТатияЛили. Сезон первый. Анна ОрловаПеснь Кобальта. Маргарита ДюжеваПорченый подарок. Чередий ГалинаТитул не помеха. Сезон 2. Возвращение домой. Olie-Нарушенное обещание. Шевченко ИринаНедостойная. Анна Шнайдер
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"