Панов Александр Георгиевич: другие произведения.

Часть 23. Святой Иннокентий

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Два раза в месяц в течение двух последующих лет папский нунций епископ Агатон Кафский отправлял донесения о просветительской и иной деятельности своей миссии. Она охватывала широкий спектр проблем, как и само поле деятельности: Агатону вменялось не только и не столько организация строительства приходов и монастырей по всей Византии, от Дакии и Боспорского царства на севере до Александрии и Иерусалима на юге, сколько догляд за смирением высоких чинов среди церковников и царедворцев. Особенно после того, как личного курьера Анастасия император Гонорий заменил на своего человека. И особенно после того, как гунны разбили войска византийцев при Геллеспонте. Но, несмотря на очевидную внешнюю угрозу, на кровно близкие интересы братьев, между Римом и Константинополем продолжалась непрерывная скрытая борьба. Поэтому нунций нередко принимал участие в самых запутанных политических играх.
  
  В 400 году взбунтовавшиеся жители Константинополя убили несколько тысяч готов. Венценосные братья растерялись до такой степени, что не смогли спасти от заключения в темницу союзного готского вождя Гайну, с которым имели весьма чётко прописанный договор о безопасности. В курии полагали, что смогут обменять жизнь пленника на мир. Это была ошибка. Тогда нунций с Иваном разыграли на площади сцену, во время которой хотели спровоцировать убийство Гайны, но тот каким-то чудом сумел бежать. Однако царь гуннов, племена которого расположились к северу от Дуная, тоже "союзник" империи, сам убил Гайну, а его отрубленную голову отправил жителям Константинополя с угрозами не бессильным наследникам Феодосия, а непосредственно Агатону, которому передал, что всякий иерарх, покусившийся на вождя германского племени, будет так же казнён, а сама империя уже обречена. Это нунций и без показательной казни понимал лучше других.
  
  Страдали от варваров обе части империи, но хуже дела обстояли на Западе. В 401 году германцы вторглись в Италию. Прибывший курьер сообщил, что только ценой невиданного предательства Анастасия, варвары отказались от похода на Рим. Из его сообщения следовало, что Папа лично распорядился сжечь несколько христианских церквей, принадлежавших непокорным общинам, а их настоятелей предать казни.
  
  Византийским флотом командовал Аркадий, родной брат Гонория. На тайной аудиенции Агатон уговорил его снарядить корабль для поездки в Рим, где собирался созвать церковный суд для определения степени вины Анастасия в сдаче северных областей империи и гонениях на христиан.
  
  *
  
  Плавание заняло четыре дня. Ни штормы, ни пираты не решились вмешаться в божественный промысел. На судне присутствовали посланники египетской и палестинской церквей. Агатон предупредил их заранее - они прибыли - и теперь Господнее благорасположение объясняли своим присутствием.
  
  По прибытии в Вечный Город, Агатон сразу направился в Базилику святого Петра. Святой Престол пустовал - нунций не нашёл ни одного иерарха, и только несколько монахов всё ещё присматривали за бесценным убранством церкви. Они рассказали, что собор уже давно не проводится, и посещают их только несколько самых отчаянных смельчаков из числа верующих. Все ждут больших неприятностей. Хотя варвары не появляются, но обещали очень скоро вернуться. Епископы больше не служат, а сам Анастасий уединился в своём поместье и, как говорят люди, никого не принимает.
  
  Посол со своими преданными помощниками направился в дальний конец города. Увидев вооружённый отряд, охрана из трёх человек пустилась наутёк. Анастасия нашли в спальне. Он был явно не в себе, к тому же изрядно пьян. Агатон объявил ему о скором заседании суда и, выставив вокруг виллы охрану, в рабочем кабинете понтифика написал множество писем во все пределы государства, приглашая знакомых и незнакомых ему деятелей церкви приехать в Рим на чрезвычайный собор по поводу дальнейшего переобустройства церковной власти. Ибо и светскую власть представляли неискушённые в политике люди, а сам император не совсем понимает, что происходит.
  
  Юридически суд церковников не был оформлен, но уже давно христианские деятели создали и обособили ряд уложений, позволявшим самим решать внутрицерковные проблемы и разногласия. Для чего без уведомления светской власти, власти императора или его наместника, высшие иерархи проводили собор по своему регламенту и по своему усмотрению.
  
  *
  
  Папа Анастасий был приглашён в Базилику святого Петра в первый же день собора. Ему предписывалось прийти пешком, без охраны, в строгом монашеском одеянии. На суд явились избежавшие казней епископы, настоятели храмов и старшины общин южной, средней и северной Италии, из провинций Виченца, Верона, из городов Венеция, Флоренция, Генуя. В стороне не остались представители христианских общин Галлии и Паннонии.
  
  Все расселись по лавкам, а самого Папу поставили на колени перед алтарём. Константинопольский посланник тут же взял быка за рога. Он облачился в белую тогу судьи и теперь стоял в боковой нише, ближней к гробу святого Петра. В качестве служки рядом за столом пристроился Йохан. Ему отводилась роль секретаря, предстояла большая работа с грамотами и свитками. Внезапно он почувствовал - впрочем, не внезапно, он знал, что это должно было случиться именно здесь - как включился игровой интерфейс, как заработали логарифмы, созданные несколько лет назад незнакомыми ему сверхлюдьми в унисети.
  
  "Так, - подумал Иван. - Вот она и есть, тысяча одиннадцатая локация, последний уровень, последнее воспоминание Агатона, переданное его клонам. От кого ждать неприятностей? Здесь нет вооружённых людей, даже охрану подальше отодвинули".
  
  Тем временем, тяжёлым, надтреснутым голосом Агатон называл по списку свидетельствующих. На кафедру выходили жертвы варварских расправ и говорили о горестях и обидах, причинённых пришельцами с севера, о бездействии римских светских властей и непонятном поведении Божьего представителя.
  
  - После смерти императора Феодосия Римская империя была разделена между его сыновьями на Западную и Восточную части, малолетние правители которых использовали варваров-германцев для решения своих разногласий. Где был наш суверен, когда ему докладывали, что на пороге гражданские бунты, а паче того погибель от рук безбожников? - хрипел с кафедры совсем лысый священник с ясными голубыми глазами. Он волновался, и оттого часто почёсывал за ухом. - Если ты думаешь, что люди ничего не видели, ты ошибаешься. Ты не сделал ничего, чтобы примирить братьев. Ты примирялся с Аларихом, человеком, который уже дважды обманул римлян.
  
  - Всё так, всё так, - раскаянно повторял Анастасий и, обернувшись, обводил безразличным взглядом собравшихся. Старцы только отводили глаза и молчали. Кое-кто с деланным интересом разглядывал недописанные фрески, незаконченные мозаики и скульптуры.
  
  На кафедру поднялся представитель галлов, человек смиренный, преклонных лет. С большим крючковатым носом и длинными седыми волосами.
  
  - Римской империи удавалось сдерживать германцев на Рейне, пока угроза от готов с востока не заставила Рим вывести легионы из Галлии, оставив её беззащитной перед новой мощной волной миграции германских племён. Ты, брат, не мог не видеть, что они не остановятся, что пойдут дальше.
  
  - Всё так, - соглашался и кивал головой суверен. - Но почему сенаторы, ни один из них, даже Луций, наместник Гонория, не обращались ко мне, к христианам Рима?
  
  Последним свидетельствовал патриарх церковной знати Рима Лорелл, первый старшина одной из его общин. Это был дряхлый старец, не снимавший коричневый балахон проповедника уже много лет. Но под куполом первой базилики голос его звучал твёрдо, его слышали в самых дальних притворах.
  
  - Ты, Анастасий, знаешь, почему Сенат не обратился к народу Рима. Потому что он не доверяет ему, как верно и обратное. Народ и тебе не доверял, он не мог обратиться к тебе - ты уже вёл какие-то переговоры с готскими вождями. Об этом не знал только глухой. Ты, Анастасий, привёл сюда Алариха. Везеготы под его началом ушли из Восточной империи в Западную, где после ряда неудачных сражений в северной Италии были вынуждены заключить мирный договор с сенаторами и осесть в Иллирике, - священник скинул капюшон, обнажив неожиданно маленькую лобастую голову. - Но Алариху этого показалось мало, и тогда он прибыл в Рим, где вёл тайные переговоры не с наместниками императора, не с Сенатом, а с тобой. О чём вы договорились? Сколько стоит Рим? Что тебе обещали, когда предложили воспользоваться ситуацией?
  
  Все лица насторожились, едва слышимый гул совсем пропал. Сотня церковников устремили свой взор на кафедру - ведь не пришло время высказывать прямые обвинения. На суде "Народ Рима против Папы" это должен был сделать председательствующий. На церковных судах сам обвиняемый должен покаяться, а потом уже спросить: в чём вина моя, братья?
  
  На сей раз суверен не сдержался. Он вскочил на ноги. В два прыжка оказался за спиной Лорелла и бросил его на пол. Проповедник попытался приподняться, но понтифик схватил его за горло и принялся бить головой об угол кафедры. Люди вскочили с мест, поднялся невероятный шум.
  
  - Врёшь, собака! - кричал Анастасий. - Откуда ведаешь? Что тебе ещё подсказали в Сенате?
  
  Агатон сорвался с места, подбежал к обезумевшему Анастасию, попытался оттащить его, но тот был настолько тяжёл, что ничего даже не почувствовал. Казалось, Папа вообще не замечал его, пока тело бедного старца не перестало сопротивляться и не превратилось в безвольную тряпку. Анастасий резко повернулся к Агатону и рявкнул:
  
  - Твоя благодарность!
  
  Подбежавшие уже повисли на могучем теле суверена, но он одним движением сбросил их, достал из складок чёрной монашеской одежды нож и ударил Агатона в живот. Агатон вскрикнул, прижал обрубок левой руки к ране, но во второй руке уже сверкнула сталь, и он, в свою очередь, успел дотянуться до своего врага.
  
  Когда их растащили, Агатон, как будто опасаясь упустить что-то важное, оттолкнул всех от себя и, согнувшись, быстро проговорил:
  
  - Братья, я уже не увижу, чем закончится наше собрание. Но я прошу каждого из вас, весь собор, не дать свершиться злодеянию. Варвары готовы вступить в Рим. Единственный человек, который может сделать более любого другого - это мой ученик Йохан. Он знает, как остановить их.
  
  Епископ умолк, ему подтащили скамью, но прилёг он только тогда, когда закрылись глаза.
  
  И всё-таки, случилось это неожиданно - Йохан ничего не смог предпринять, хотя знал, что будет встреча этих двух людей, что будет третья попытка убить Марцелла. А так, что он мог сделать? На самом деле, создатели игры реконструировали прошлое, а он знал только часть этого прошлого. Прошлое вплоть до этого мига нельзя было изменить. Но именно с этого мига начиналась полная неизвестность, начиналось будущее.
  
  *
  
  Прошёл месяц Юлиус, работы в Базилике возобновились. Собственно, с этого Папа начал. Потом был разгром в Сенате, смена командующего римской армии, заточение под стражу десятка сугубо влиятельных лиц. Гонорий не помирился с Аркадием, но, переехав в северную Италию, письма Иннокентия игнорировал и участвовать в подготовке к войне с варварами не собирался.
  
  *
  
  Понтифик сидел в малом притворе и вглядывался в полупрозрачные тени настенной живописи; из полутьмы портика на него смотрела Дева Мария. Он вспоминал.
  
  "Иннокентий! Святой Иннокентий"! - разнеслось от алтарной абсиды до трёхдверного входа в храм. Йохана обступили чёрные монахи, а несколько епископов водрузили ему на голову белый фригийский колпак, облачили его в заранее приготовленную красно-белую тунику и отделанную золотым шитьём тогу, одежды первого епископа Рима, принципа и суверена святой Церкви.
  
  В панике он ещё не понимал, что происходит, метался, хотел что-нибудь предпринять, но Агатон так и не поднялся. А игровые функции исчезли, теперь уже все до единой. Теперь навсегда.
  
  Показалось, что взгляд Марии ожил, и теперь не бесстрастно смотрел на первого епископа Рима, но насмешливо, слегка выдавая нетерпение раскрыть ему какую-то тайну.
  
  - Что скажешь? - сурово вопросил Иннокентий, всматриваясь в изменившийся лик.
  
  - Ты скучаешь, Иван?
  
  - Мне не дают скучать. Всё идёт прахом, - понтифик задумался. "Как так вышло, что судьбу цивилизации должен решать именно он"? - Как там отец, мать?
  
  - У них всё хорошо, - ответила Мария. - Знаешь, когда они получили симбиотические чипы, они раскопали всю эту историю твоего появления. Оказалось, Лавэс солгал.
  
  - Зачем? - Иннокентий осёкся, он сначала даже не понял о чём речь.
  
  - Он всегда лгал. А в этот раз он хотел досадить профессору и его жене. Они из-под его носа выкрали тебя. А, главное, Марию, - изображение Богоматери заволновалось, но улыбка полностью не сошла с её губ. Теперь она точно походила на Мадонну. - Теперь они хотят попробовать сделать тебе замену.
  
  - Как это? - изумился суверен, даже немного обиделся.
  
  - Они в репродуктивном возрасте.
  
  - А если я захочу вернуться?
  
  - Когда носителей искусственного интеллекта стало критически много, кто-то придумал, как получать информацию через артефакты. У них есть аура, особенно у икон. Так они узнали, что случилось с твоим Агатоном. Поняли, что ты в ловушке.
  
  - Почему же раньше изображения святых молчали? - возмутился понтифик, как будто это могло что-то изменить.
  
  - Во-первых, считывать информацию и передавать её - не одно и то же. Обратная связь у них получилась совсем недавно, - Богоматерь слегка наморщила лоб, но промолчала.
  
  - А во-вторых... - Иннокентий не сдался.
  
  - Во-вторых, ты не очень-то любил общаться со святыми даже в Византии, где в спальне у тебя стояла иконка Спасителя.
  
  - Я могу общаться со Спасителем? - Папа чуть не закричал от восторга и удивления.
  
  - Только если Он сам начнёт, - отозвалась Мария. - Ты помнишь историю про ту чашу с кровью в Его склепе?
  
  - Да-а, - протянул Иннокентий, понимая, что сейчас он должен узнать самое интересное.
  
  - Так вот, чаша была. Её забрал Пётр и сказал, что возьмёт её с собой в могилу, когда отправился в Рим.
  
  Понтифик недоверчиво оглянулся - через полуоткрытую дверь было видно, как служка старательно протирает надгробье.
  
  - Я сначала подумал, ты имеешь в виду другую чашу.
  
  Понтифик очень смутился - ему показалось, что Дева осудит его за проявленную гордыню.
  
  - Кубок? - ничуть не удивившись, мягко спросила Мария. - Горшок с кубком в гробницу поставила Магдалина. Так делали её предки - она же была из моавитян. Но когда Отец запретил Сыну моему брать с собой хоть что-то земное, она страшно обиделась и забрала свою кровь. Бедняжка, а она так долго мучилась, какую сделать надпись. Попросила гравировщика вытеснить слова своего мужа на сыром сосуде. Так вышло даже лучше - она же отдала его проповедникам, которые направлялись в Святые земли. Их ограбили по пути. О дальнейшей судьбе его ты сам можешь догадаться. Но, в конце концов, его нашли твои родители.
  
  - Тебе не жаль Магдалину? - изумился Иннокентий, продолжив щекотливую тему.
  
  - Я сострадаю. Но в своём Евангелии она писала, что Он и не подпускал её к себе. Ты помнишь, кем она была? Теперь представь всю боль её обиды...
  
  Иннокентий постарался представить. Ничего, кроме ошибок в студенческой молодости не вспоминалось. Он перешёл на другую тему.
  
  - Что Мария, Агатон?
  
  - О! У них складывается райская жизнь. Кстати, клонам научились продлевать жизненный цикл. Но главное - у них растут замечательные двойняшки.
  
  - Мальчишки? - печально вздохнул Папа.
  
  - Да. Шаловливые, но смышлёные.
  
  Понтифик призадумался. До чего наука дошла! Клон от клона производит на божий свет ещё одного клона. И ему за это ещё лет сто прибавляют.
  
  - Правильно... А мне могут продлить жизнь? Или воскресить, если что? По своей унисети?
  
  - Сейчас работают над этим. Но ты, судя по всему, окажешься в запретном списке, - с нескрываемым сочувствием сказала Дева Мария.
  
  - Но я же останусь здесь! - обиделся понтифик.
  
  - Вот этого точно никто не сможет сказать, Иван. Тем более, Иннокентий, у тебя впереди слишком много очень важных дел. Что ты сможешь натворить, если получишь искусственный разум и долголетие? - вздохнула Мария, её образ перестал расплываться, краски проступили чётко, резко, как неживые.
  
  "И ты, Дева, предала меня. Это всё, - успел подумать Иван. - История не отвернёт в сторону. В школах по-прежнему будут зубрить всё ту же историю древних веков, как он сам когда-то. Анастасий будет предан забвению - его бесславное участие в делах Европы заинтересует только любителей выдающихся авантюр. А вот сменившего его Иннокентия не забудут. Никто не забудет его 15-летнюю битву за веру, его борьбу с королями и герцогами за власть и обращение их в христианство. Вот только варвары... Они войдут в Рим. Они тоже обретут нашу веру... Остальное неважно, детали никто не сможет предсказать и запомнить".
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик"(Боевая фантастика) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) Н.Александр "Сага о неудачнике 2"(ЛитРПГ) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) Т.Мух "Падальщик 3. Разумный Химерит"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Пек "Долина смертных теней"(Постапокалипсис) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) А.Кутищев "Мультикласс "Союз оступившихся""(ЛитРПГ) Я.Ясная "Невидимка и (сто) одна неприятность"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "К бою!" С.Бакшеев "Вокалистка" Н.Сайбер "И полвека в придачу"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"