Паришкуро Вячеслав Михайлович: другие произведения.

Ложь Виктора Суворова

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Прочитал я книгу Виктора Суворова ·ЛедоколЋ давно. Сначала не обратил внимания, но сделал вывод для себя: - искажение исторических фактов о начале Второй мировой войны. Потом прочёл ·АквариумЋ и пару других книг плодовитого автора. Его произведениями были заполнены книжные магазины, ими торговали на прилавках любого железнодорожного вокзала Украины. Ознакомился с биографией бывшего советского разведчика Владимира Резуна, ставшего предателем. Предателей я не уважаю. Ещё с юности, после прочтения произведения А. Дюма ·Три мушкетёраЋ. Критиков произведений Виктора Суворова я не читал специально, чтобы не повторяться. Да и просто не хочу, чтобы кто-то навязывал мне своё мнение. Прав я или нет, но в моём возрасте менять свои убеждения нежелательно. События прожитой жизни лучше всего убеждают каждого человека в правоте или вопиющей несправедливости общественных явлений, свидетелем которых он был. Прошу читателей рассматривать ·Ложь Виктора СувороваЋ не как критику отдельного предателя, а как массовое явление в современной литературе по искажению исторических фактов и событий. В повести приведены многие факты искажений исторической правды, подтверждённые известными мировыми политиками. За неправду авторам типа Виктора Суворова платят деньги. Торговать ложью стало выгодно. Кому? Кто заказчик? Догадайтесь сами.

  Л О Ж Ь В И К Т О Р А С У В О Р О В А.
  От автора.
  Предатели предают, прежде всего, самих себя. Плутарх.
  Первая моя встреча с автором "Ледокола" Виктором Суворовым произошла во Франции, в городке Монтеро, в августе 1993 г., на территории фирмы "Нодэ-Гужи". Наша украинская делегация находилась в командировке и знакомилась с производством сеялок. После осмотра завода все с нетерпением ожидали прибытия сотрудника фирмы, ответственного за экспорт продукции. Как нам объяснили, он должен рассказать о конструкции сеялки, уже выставленной для обозрения. Французы заметно нервничали из-за задержки, я немного недоумевал: переводчик у нас есть, работники фирмы конструкцию сеялки прекрасно знают, за чем остановка? Наконец, появился невысокий человек в традиционном костюме. Отлично говорит на русском языке, но представился французом, зовут Юбер де Морож. Начал объяснять нам конструкцию сеялки, в объяснениях не точен, названия агрегатов путает. Я убедился, что конструкции сеялки Юбер не знает. И это эксперт по продаже? Такого среди сотрудников фирмы не бывает. К тому времени я наблюдал работу подобной сеялки на полях Украины, поэтому вместе с конструктором Лебедевым Николаем приходим на помощь французу. Он облегчённо вздыхает и прерывает технический рассказ.
  Вынимает из сумки солдатскую шапку с красной звездой и начинает что-то похожее на комическое представление, напоминающее пародию на советского солдата. Внимательно вглядывается в наши лица, но одобрения не находит. Резко меняет тему, предлагая спеть песню про эскадрилью "Нормандия-Неман". Первый начинает петь, а наша делегация дружно подпевает:
  Я волнуюсь, заслышав французскую речь,
  Вспоминаю далёкие годы.
  Я с французом дружил,
  Не забыть наших встреч,
  Там, где Неман несёт свои воды.
  Там французские лётчики
  В дождь и туман
  По врагу наносили удары,
  А советские парни в рядах партизан
  Воевали в долине Луары.
  
  По окончании песни замечаю, что глаза у Юбера блестят, похоже на слёзы. Решаю, что это какой-то советский диссидент в момент тоски по Родине, прошлое не так-то легко забыть. Члены делегации интересуются его работой, спрашивают, есть ли у него ферма? Отвечает, что владеет фермой и участком земли в 100 га., но управляется там родственник. Сам Юбер много времени проводит в командировках по заданиям фирмы. Достаёт блокнот и называет страны, в которых побывал и где ещё предстоит побывать, продавая продукцию.
  Следующая встреча с Юбер де Морож произошла через год на Украине. Мне поручили встретить его в аэропорту Борисполь, а по пути из Смелы подвезти к нему из Черкасс переводчицу Оксану. Встречаю Юбера после прилёта, как старого знакомого, он одет в широкий тёмный плащ, просит обождать его багаж. Большой чемодан на колёсиках приходится принять мне, Юбер увлёкся разговором с девушкой, думаю, что нарочно. Похоже, что они знакомы, представлять Оксану мне не пришлось. Вывожу их из здания аэровокзала и прощаюсь до завтра, возле выхода моих спутников ожидает авто, они уезжают в гостиницу, как мне сообщили, а я возвращаюсь в Смелу, на родной завод "Оризон". К этому времени завод уже освоил производство сеялок, первая делегация из Франции ранее посетила наш завод и встретила хороший приём. Теперь принимаем вторую делегацию, состоящую из представителей фирм, производителей продукции сельхозмашиностроения. Свой интерес к заводу "Оризон" французы объясняют желанием создать совместное украинско-французское предприятие. Думаю, что это правда, выпуск военной продукции завод прекратил, но сохранил ещё производственное оборудование, а уволенных из-за безработицы рабочих можно будет легко вернуть на рабочие места, когда появятся новые заказы.
  Делегация французских предпринимателей прибывает на авто из Киева, в её составе и Юбер де Морож. Осматривают в цеху выставленные для осмотра сеялки, фотографируют с нашего разрешения, потом просят осмотреть внутризаводскую территорию. Она большая, руководство завода выделяет для делегации автобус. Французы поражены размерами и количеством производственных корпусов, иногда просят остановиться, чтобы осмотреть их снаружи. Делают вывод: "Гигантские мамонты вымерли, такая же судьба ожидает завод "Оризон". Во время одной из остановок замечаю, что исчез Юбер де Морож. Иду на поиски и нахожу его в заброшенном котловане, вырытом когда-то под строительство нового корпуса. Он разговаривает по радиотелефону, заметив меня смутился. Зачем он залез в котлован, деликатно не спрашиваю, может по малой надобности. Сообщаю, что все члены делегации уже сидят в автобусе, нас ждёт в заводской столовой обед с русской водкой.
  После убытия французов анализирую поведение Юбер де Морожа. Из всех членов делегации он был самым скромным и малоразговорчивым, своё знание языка скрыл. А зачем он залез в котлован и с кем разговаривал по радиотелефону? К этому времени я уже прочитал нашумевшее произведение Виктора Суворова "Ледокол", а также другие творения сбежавшего на Запад советского разведчика Владимира Резуна. Знаю, что его родители-пенсионеры проживают в Черкассах, жизнь сейчас на Украине тяжёлая. Вполне возможно, что Юбер де Морож привозил из Франции для них материальную помощь от сына. С какой стороны не рассматривай, это акт благородный и заслуживает похвалы. Решаю о подозрительном поведении Юбер де Морожа и его возможной связи с Владимиром Резуном никому не говорить.
  Через годы на телеэкранах начали показывать и самого Владимира Суворова в интервью с известными журналистами, даже фото его семьи. Узнаю, что у него имеется дочь Оксана. Можно слегка загримировать лицо, но фигуру и рост скрыть невозможно. Убеждаюсь, что слегка располневший невысокий Юбер де Морож и Владимир Суворов - одно и то же лицо. Просыпается интерес к его произведениям, особенно внимательно перечитываю его "Ледокол". Вопрос, кто начал Вторую мировую войну интересует и меня, особенно сейчас, когда на Донбассе продолжается вооружённый конфликт, грозящий перерасти в мировой. Похоже, история начала Второй мировой войны ничему политиков не научила, или они изучают её по искажённым источникам. Свои рассуждения на эту тему представляю на суд читателей.
  1. Английский след в германском нацизме и милитаризме.
  Не будем анализировать далёкое прошлое, начнём с 1899 года, когда в свет вышла книга "Основы 19 ст.". Её автором был социолог Чемберлен Хаустон-Стюарт, родившийся в 1855 г. в Портсмуте. Образование получил во Франции и Швейцарии, но с 1908 г. поселился в Германии, где и умер в 1927 г., немного не дожив до прихода к власти Гитлера и национал-социалистов.
  В своей книге автор проповедовал превосходство германских народов и необходимость "истребительной" войны против остальных рас и народов. Задолго до издания "Майн Кампф" Гитлера, она стала настольной книгой радикальной части националистов.
  В 1914 г. началась Первая мировая война. Как ни удивительно, но в развязывании войны автор "Ледокола" обвиняет идеологов марксизма и Ленина. Это они мол, нарочно способствовали подготовке революционной ситуации, чтобы захватить власть. Никаких конкретных фактов Виктор Суворов не приводит, ссылаясь лишь на идеологию марксизма. Оставим в стороне идеологию, приведём факты. Перед началом войны в России среди депутатов 4-ой Государственной думы существовала фракция социал-демократов (большевиков). Только они, презрев угар лживого патриотизма, проголосовали против представления кредитов правительству для ведения войны. Логика проста: не будет кредитов - не будет войны. Делегатов арестовали и отправили на ссылку в Сибирь. Был среди них и Григорий Иванович Петровский, в честь которого при советской власти город Екатеринослав переименовали в Днепропетровск. Даже сейчас достойно восхищения мужество этого человека! Найдутся ли в нынешней Верховной Раде Украины депутаты, способные остановить братоубийственную войну на Донбассе?
  Мужественно проголосовал против предоставления военных кредитов для ведения первой мировой войны и депутат рейхстага, социал-демократ Карл Либкнехт, за что его мобилизовали в армию. На фронте Либкнехт написал листовку "Главный враг - в собственной стране". За антивоенные призывы был арестован и приговорён к 4-м годам каторжных работ. Под давлением народных масс в октябре 1918 г. был освобождён из тюрьмы, стал руководителем ноябрьской революции 1918 г., которая свергла кайзеровскую монархию в Германии. Руководил вооружённым восстанием рабочих Берлина против контрреволюционного правительства в январе 1919 г. Был убит вместе с Розой Люксембург 15 января 1919 г. в Берлине.
  Национал-социалистическая партия была создана в 1919 г. в Германии, как ответ на вооружённые выступления народных масс, недовольных кабальными условиями Версальского мирного договора, подписанного 28 июня 1919 г. представителями 27-ми стран Антанты и побеждённой Германией. По договору Германия передала Франции Эльзас и Лотарингию, угольные шахты Саарской области, а сама Саарская область передавалась на 15 лет под управление Лиги наций. Округи Мальмеди, Эйпенс и Моренс переходили к Бельгии, город и порт Мемель (Клайпеда) отделялись от Германии (с 1923 г. отошёл к Литве). Данциг (Гданьск) принимал статус "вольного города" под защитой Лиги наций, а Польше повернули только часть её земель. Колонии Германии распределялись между Англией, Францией, Бельгией и Японией.
  Версальский договор запрещал Германии иметь армию более 100 тыс. человек, ВВС и подводный флот, страна обязана была оплачивать огромные репарации. По договору Германия потеряла одну восьмую часть территории, более три четверти железной руды, третью часть угля и стали. Вся тяжесть последствия войны перекладывалась на плечи народных масс, германский народ поставлен в условия бесправия и унижения. В то же время, договор ничем не ограничивал позиции больших немецких монополий и концернов в экономике страны, что создало в будущем условия для возрождения немецкого милитаризма. Создана "санитарная зона" из прибалтийских государств между СССР и центральной Европой, чтобы не допустить распространения социалистической идеологии и изолировать СССР.
  Заметный след в формировании недружественных отношений между Великобританией и СССР внёс английский государственный деятель Остин Чемберлен. Занимая пост министра иностранных дел, он в 1925 г. стал автором Локарнских соглашений про гарантии западных границ Германии. Гарантами пакта стали Англия и Италия, в которой власть возглавил с 1922 Бенито Муссолини, главарь (дуче) итальянских фашистов. Гитлер в то время преклонялся перед Муссолини. Кроме того, Франция подписала договоры про гарантию западных границ с Польшей и Чехословакией. Соглашения не требовали от Германии никаких обязательств по сохранению восточных границ и создавали угрозу немецкой агрессии против СССР, Польши и Чехословакии. Разорвав дипломатические отношения с СССР в 1925 г., Англия прямо указала Германии, против кого были направлены Локарнские соглашения.
  Уже осенью 1926 г. оккупационные войска Антанты были выведены из Рейнской зоны. 12-го декабря Англия и её союзники приняли решение о снятии с Германии военного контроля, а в конце января 1927 г. межсоюзная военная контрольная комиссия была навсегда удалена из Германии. Путь к милитаризации Германии был открыт стараниями Запада, в первую очередь Англией, а не Сталиным, как нас пытается убедить Виктор Суворов.
   Усилиями советских дипломатов дипломатические отношения с Великобританией были восстановлены в 1927 г., когда временно пришли к власти лейбористы. Советская дипломатия приняла меры к ослаблению антисоветской направленности Локарнских соглашений. 12 октября 1925 г. в Берлине был подписан советско-немецкий экономический договор про торговлю, а 24 апреля 1926 г. - договор о ненападенении и нейтралитете. Этот договор, подписанный за 8 лет до избрания Гитлера канцлером Германии, был выгоден обеим странам. Так началось экономическое и политическое сотрудничество с Германией, что повлияло на рост экономики обеих стран. Особенно заметно стала возрастать промышленность в СССР, разрушенная гражданской войной, в 1928 г. в стране полностью была ликвидирована безработица, закрыты биржи труда. В стране был взят курс на индустриализацию, объявлено о построении социализма, не дожидаясь победы революций в других странах.
  Для закупки промышленного оборудования за рубежом нужны были средства, но западные страны ввели против СССР так называемую "золотую блокаду", соглашаясь продавать оборудование только за золото или зерно. Того и другого в стране было мало, но была ещё нефть. Советский экспорт нефти с весны 1925 г. составлял уже 15 - 16 % мировой торговли нефтью, а это было уже очень и очень серьёзно для конкурентов. СССР выходил на международный рынок через собственные или же совместные с западными странами фирмы - " РОП", "ДЕ-РУНАФТ", "НАФТАРЮСС" и др. И все - прямые конкуренты британской нефтяной компании "Ройял - Датч Шелл". Кремлю был предъявлен жёсткий ультиматум: либо отчислять с выручки от экспорта нефти и нефтепродуктов определённую долю - от 50 до 70 % - якобы для возмещения убытков бывшим владельцам бакинских, грозненских и майкопских нефтепромыслов, либо убираться с мирового рынка торговли нефтью. Тут и оппозиция в СССР пришла в действие. Напомним читателям, что именно по инициативе главы "Ройял - Датч Шелл" Генри Детердинга ещё в 1926 г. был разработан план военного нападения на СССР объединёнными силами Запада. Не похоже ли это на нынешнюю "газовую войну" против России?
  Германии же восстанавливать было нечего, заводы и фабрики были целы, так как в результате Первой мировой войны ни один иностранный солдат не ступал на её территорию. По договору Германия получила право построить возле Липецка учебный центр для тренировки своих лётчиков, а СССР приобретал пассажирские самолёты "Юнкерс" для Гражданского Воздушного Флота. Эти самолёты производились в Голландии.
  Виктор Суворов утверждает: "Сталин открыл доступ германским командирам на самые мощные в мире советские танковые заводы: смотрите, запоминайте, перенимайте". Напоминаю бывшему танковому командиру Владимиру Резуну, что самым мощным танковым заводом был в то время паровозостроительный завод в Харькове, который действительно посетил, тогда ещё в звании полковника, Гейнц Гудериан. Завод осваивал производство купленного в США быстроходного танка, который поименовали БТ, собственных конструкций танков СССР тогда не имел, учиться было нечему. Танковому командиру Гудериану "подсунули" информацию о подготовке производства к выпуску 22-х танков за день, о чём он и доложил руководству рейхсвера. Там над полковником просто посмеялись.
  В массовое производство танк БТ так и не пошёл, хотя и было выпущено несколько серий под маркой БТ-5 и БТ-7. Танки более ранних серий к началу войны с Германией в войсках не сохранились. Для восточно-европейского бездорожья танки БТ не были предназначены, передвигаться могли только по хорошим дорогам, если сменить гусеницы на колёса. Зато этот факт дал повод автору "Ледокола" обвинить Сталина в подготовке агрессии против западных стран Европы, имеющих хорошие дороги, но он "забыл" упомянуть, что сначала танкам нужно было пройти через Польшу, где дороги в тот период проходимостью не отличались. Сменить же гусеницы на колёса шинная промышленность СССР была не в состоянии, так как для производства шин необходим каучук, поставки этого сырья капиталистические страны в 1937 г. заблокировали. Мизерное количество шин для автомобилей делали из кок-сагыза, который начали выращивать в предгорьях Тянь-Шаня. Торговля между СССР и Англией замерла.
  Отрицательные для англичан экономические результаты Локарнского соглашения и "нефтяного ультиматума" привели к постепенному формированию оппозиции к правительству консервативной партии. В 1929 г. ушёл с поста министра финансов Черчилль Уинстон-Леонард Спенсер, известный государственный деятель Англии. Находясь в оппозиции к руководству консервативной партии, последующие 10 лет Черчилль никаких государственных постов не занимал, лишь с началом Второй мировой войны стал министром морского флота.
  В 1930 г. на Гаагской конференции был утверждён Англией, Францией, Италией, Японией, Бельгией и Германией план американского банкира Юнга о новом порядке взыскания с Германии репараций. По этому плану размер ежегодных платежей уменьшался на 20% и устанавливался в размере 2 млрд. марок на 37 лет, но уже в 1931 г. правительство Германии отказалось выплачивать репарации, что способствовало возрождению германского милитаризма. Справедливости ради необходимо напомнить, что народное движение за отказ выплачивать репарации возглавила национал-социалистическая партия во главе с Гитлером, что способствовало росту его популярности, как политика. На митинги, где выступал Гитлер, приходили тысячи людей, чтобы послушать искусного оратора, который в то время действительно пропагандировал социалистические идеи, но только для германской расы. Все остальные народы, кроме фашистской Италии и Японии - враги Германии. Популярность Гитлера росла, и в 1933 г., вопреки конституции, он был не избран, а прежде назначен рейхсканцлером Германии. Назначение подписал президент Германии Гинденбург. Получив власть, национал-социалисты построили кое-где дома отдыха для рабочих, но одновременно развернули агитацию против евреев, коммунистов и прочих инакомыслящих. На выборах победил Гитлер. В стране начали создавать концлагеря. Кроме войск профессиональной армии - рейхсвера, численностью 100 тыс. человек, создавались тайные военные союзы, подобные "Стальному шлёму". Численность их достигала трёх миллионов человек. О продлении мирного договора с СССР, срок которого истёк в 1936 г., не могло быть и речи, но на откровенный разрыв отношений Гитлер не пошёл, сотрудничество продолжалось по дипломатическим и торговым каналам.
  21 мая 1934 года на стол Сталина ложится донесение из Лондона, в котором сообщалось о заявлении бывшего премьер-министра Ллойд Джорджа, формального главы парламентской оппозиции: " Мы предоставим Японии свободу действия против СССР. Пусть она расширит корейско-маньчжурскую границу вплоть до Ледовитого океана и присоединит дальневосточную часть Сибири... Мы откроем Германии дорогу на Восток и тем самым обеспечим столь необходимую ей возможность экспансии. Это отвлечёт от нас японцев и Германию и будет держать СССР под постоянной угрозой".
  В 1935 г. Гитлер ввёл в Германии всеобщую воинскую повинность, создав вермахт вместо рейхсвера. В СССР же она была введена лишь в 1939 г., когда началась Вторая мировая война. Вопрос к автору "Ледокола": так кто раньше начал подготовку к войне, Гитлер или Сталин?
  С 1935 года Гитлер стал стремительно расширять и укреплять вооружённые силы, создавать подводный и надводный флот, строить танки и боевые самолёты. Закономерно спросить, откуда у нищей, голодающей Германии, появились колоссальные деньги на вооружение? Они появились в результате грандиозной финансовой аферы, предпринятой министром финансов нацистской Германии - Ялмаром Шахтом. Цитирую источник:
  " Ни для кого никогда не было секретом, что Шахт был не только выдающимся банкиром и финансистом, но и воистину гроссмейстером финансовых шахмат. И пока в рейхе пребывали в эйфории прихода к власти, он первым понял, что успех в области внешней политики Германии может быть достигнут только в том случае, если будет проведена молниеносная модернизация германских вооружённых сил с превращением их в полнокровную и мощную армию. Только в этом случае можно было рассчитывать, по его не раз высказывавшемуся мнению, на какой бы то ни было доход в будущем, т. е. а прибыли от войны.
  Исходя из этого и понимая, что денег в рейхе нет, Шахт разработал гениальную аферу: с прямого согласия Сити и Уолл-стрита и при поддержке самого Гитлера. Шахт запустил на полную мощность механизм финансово никак не подкрепляемой накачки экономики Германии пустыми бумажками, получившими название "векселей МЕФО" - по названию специально созданной фиктивной компании " Металлургише форшунг-гезельшафт". Именно этими-то векселями, которые было приказано принимать без ограничений при якобы годовой их доходности в 4%, и оплачивалась гонка вооружений в Германии, модернизация и реорганизация армии, причём продолжалось это до 1 апреля 1938 г...
  В первых числах мая 1935 г. в деловой прессе Великобритании прозвучал следующий мотив: "Без Англии в качестве платёжного учреждения и без возможности продлить сроки кредитов Германия не смогла бы осуществить свои планы... Снова и снова Германия отказывается от своих обязательств, публичных и частных, но она продолжала покупать шерсть, хлопок, никель, каучук, нефть, пока её потребности не были удовлетворены, а финансирование закупок проводилось прямо или косвенно через Лондон". За всё это Шахт расплачивался с Западом "векселями МЕФО".
  В 1936 г. на выборах в кортесы Испании победил антифашистский Народный фронт и образовал левореспубликанское правительство. Страна стала на путь демократического развития. Были амнистированы политзаключённые, установлено автономию Каталонии и Басконии, около 100 тыс. крестьян получили земельные наделы. Испанские фашисты во главе с генералом Франко подняли мятеж против законного правительства, началась национально-революционная война испанского народа против мятежников, которая длилась три года. Борьбу республиканцев поддержали демократические силы многих стран, добровольцы хлынули в Испанию и создали интернациональных вооружённые бригады. СССР встал на защиту законного республиканского правительства против мятежа генерала Франко, поставляя республиканцам оружие и добровольцев. Испанским мятежникам оказывали помощь правительства фашистской Германии и Италии, которые начали открытую военную интервенцию. Правительства Англии и Франции объявили о политике "невмешательства", но фактически поддерживали фашистов, отказываясь продавать оружие республиканцам. Германские лётчики получили возможность почти безнаказанно наносить удары по городам, разрушив Гернику и убив много мирных жителей. Такова цена "невмешательства" правительств Англии и Франции. В результате победы мятежников генерал Франко установил в Испании фашистскую диктатуру. Тысячи испанцев были вынуждены покинуть родную страну, среди них и дети. Большинство их приютил Советский Союз. Был среди них и Валерий Харламов, ставший потом знаменитым хоккеистом.
  10 мая 1937 г. премьер-министром Англии стал Чемберлен Невилл и продолжил внешнюю политику своего брата Остина, который вскоре отошёл от государственных дел. Но при назначении Невилла "поздравил" старший брат телеграммой следующего содержания: "Невилл, ты должен помнить, что ничего не понимаешь в делах внешней политики!".
   Министром иностранных дел был Иден, но он не годился для политики умиротворения Гитлера, его заставили уйти в отставку, так как он и его сторонники требовали от Муссолини вывести войска из республиканской Испании. Очистив министерство иностранных дел от неугодных ему людей, Чемберлен назначил министром лорда Галифакса. Это был аристократ с большим образованием, но в угрозу Англии и Франции со стороны Гитлера он не верил. Правительство Чемберлена проводило политику поддержки фашистских лидеров Гитлера и Муссолини, стремясь отвести их агрессивные устремления от Англии и Франции, и направить на восток, в сторону СССР и Чехословакии.
   Чемберлен лично вёл переговоры с Гитлером по вопросу расчленения Чехословакии, прибыв к нему в Берхтесгаден, где выслушал требования фюрера к Чехословакии и вернулся в Лондон. Состоялось экстренное заседание англо-французских министров, которое приняло требования Гитлера. Под нажимом из Лондона и Парижа чехословацкое правительство также приняло эти требования. Тогда Чемберлен вторично полетел на свидание с Гитлером, решив лично доложить фюреру о результатах. Оно состоялось в Годесберге. На этот раз Гитлер выдвинул против Чехословакии новые, более жёсткие требования. Чемберлен взялся убедить Чехословакию ещё раз уступить. Он снова вернулся в Лондон и вместе с Даладье попытался вторично оказать давление на Прагу. На этот раз чехословацкое правительство и президент Эдуард Бенеш отвергли более жёсткие требования Гитлера, получив заверения от СССР об его готовности оказать помощь Чехословакии при всяких условиях. Гитлер был взбешён, но согласился на встречу четырёх глав правительств в Мюнхене, без участия Чехословакии и СССР. 29 и 30 сентября 1938 г. состоялось мюнхенское совещание, на котором Гитлер и Муссолини вели себя, как хозяева, а Чемберлен и Даладье, как их слуги. В итоге за спиной Чехословакии было подписано позорное Мюнхенское соглашение, направленное на расчленение Чехословакии. Гитлеровская Германия получала Судетскую область со всем, находящимся там имуществом, Польша - район Трешов, а Венгрия - Закарпатскую Украину, основным населением которой были украинцы. Правительство Чехословакии в лице президента Бенеша, после консультаций с французами в лице Даладье и англичанами, капитулировало и от военной помощи СССР отказалось.
  Простые англичане лучше, чем их правители понимали пагубность Мюнхенского соглашения, по стране прокатилась волна протестов. Не подержали Чемберлена даже некоторые члены его правительства. Морской министр Дафф Купер не снёс позора и 1-го октября 1938 г. демонстративно вышел в отставку. Гитлер получил свободу действий в подготовке к Второй мировой войне, вернул Рейнскую область, аннексировал Австрию, усиленными темпами стал развивать вооружённые силы, боевую авиацию и флот, в том числе подводный. Ещё в 1935 г. Гитлер ввёл всеобщую воинскую повинность, и стал переводить экономику страны на военные рельсы. В Европе запахло войной, но это не помешало Германии довольно успешно провести в 1936 г. Олимпийские игры, развернув мощную политическую пропаганду в пользу идей национал-социализма. С этого времени Олимпийские игры приобрели политическую направленность в пользу идеологии одной из стран, что мы наблюдаем и в наше время. Спортом стали руководить политики.
  После поражения республиканцев в Испании, Сталин провёл совещание с высшими военачальниками, стараясь выяснить причины неудач. После доклада командарма Штерна пришёл к неутешительному выводу, что качество германского оружия было выше. В артиллерии на вооружении были пушки времён Гражданской войны, немного модернизированные в 1931 г. Надежды на быстрое освоение промышленностью новых образцов орудий, закупленных по лицензии у Швеции и Чехословакии, не оправдались, свой талантливый конструктор Грабин только начинал создавать первые образцы. Истребители модели "Мессершмитт" значительно превышали бипланы И-15 по скорости и вооружению, победы наших лётчиков в боях достигались лишь за счёт мастерства пилотов. В сухопутных же войсках республиканцев преобладали анархисты, дисциплина была слаба, во время "корриды" боевые действия прекращались, бойцы покидали позиции, чтобы наблюдать любимое зрелище в качестве зрителей. Значит, в подготовке к будущей войне с гитлеровской Германией, необходимо совершенствовать оружие и пересмотреть воинские Уставы. Несогласных с его точкой зрения военачальников, бездоказательно восхвалявших советское вооружение, Сталин жестоко наказал, а проявивших мастерство и героизм в боях наградил.
   В отличие от Сталина, у автора "Ледокола" мнение о качестве советского вооружения в 1939 г. самое высокое. В качестве эксперта приводит мнение британского лётчика Альфреда Прайса: "Наиболее мощное вооружение среди серийных истребителей мира в сентябре 1939 г. имел русский И-16 конструктора Поликарпова... По огневой мощи И-16 в два раза превосходил "Мессершмитт-109Е" и почти в три раза "Спитфайр-1".
  В данном случае это не вся правда, а полуправда, но не даром говорят, что полуправда хуже лжи. Истребитель И-16 превышал огневую мощь "мессеров" за счёт подвески под крыльями шести реактивных снарядов, которые предназначались для штурмовки наземных войск, так как во все времена, даже сейчас, являются неточным оружием, их используют для стрельбы по площадям. Перед воздушным боем "эрэсы" просто выстреливались в сторону противника, чтобы облегчить самолёт, который имел меньшую скорость и был вооружён только пулемётами, а "Мессершмитт-109Е", помимо пулемётов, имел ещё и пушку. Истребитель И-16 - оборонительное оружие, а не наступательное. Такого же мнения и наш знаменитый лётчик А. И. Покрышкин. В своей книге "Небо войны" он даже приводит эпизод лобовой атаки истребителей И-16 против двенадцати итальянских истребителей "макки". "Один И-16 залпом выпустил по ним шесть своих "эрэсов". Словно огненные стрелы, снаряды понеслись навстречу вражеской группе и, взорвавшись, поразили сразу пять самолётов.... Пять "макки" вспыхнули и рухнули на землю. Уцелевшие шарахнулись в сторону и бросились наутёк. Более удачного залпа "эрэсами" я не видел за всю войну". Напомним читателям, не знакомым с книгой Покрышкина, что это произошло в 1942 г. в небе над Донбассом, когда итальянские войска были союзниками Гитлера и воевали против СССР.
  Столкновение с фашистской Германией было неизбежным, но ещё можно оттянуть начало Второй мировой войны, заключив тройственный военный союз между СССР, Англией и Францией. Гитлер не отважится воевать на два фронта, зная, что поражение Германии в этом случае будет неотвратимым. Советскому послу в Англии Майскому было дано указание улучшать отношения с правительством Чемберлена и готовить мирный договор, опираясь на оппозиционеров, среди которых был Уинстон Черчилль. Он в своих военных мемуарах , говоря о Чемберлене и его отношении к Гитлеру, иронически замечает: "Он вдохновлялся надеждой умиротворить и реформировать его, а потом привести к полному смирению". В частной же беседе с послом Майским Черчилль выразился гораздо крепче: "Невилл - дурак...Он думает, что можно ездить верхом на тигре".
  Он оказался прав. 15 марта 1939 г. Гитлер обрушился на Чехословакию, оккупировал Прагу и объявил Богемию и Моравию германским протекторатом, а из Словакии создал "самостоятельное государство", вероломно нарушив Мюнхенское соглашение. Чемберлен на словах осудил поведение Гитлера, но никаких конкретных мер против агрессора не предложил, что вызвало неодобрение английской прессы. Бывший министр иностранных дел Англии Иден заявил, что за захватом Чехословакии последуют новые акты агрессии со стороны фашистских диктаторов и требовал создании в Англии коалиционного правительства, чтобы эффективно бороться с агрессией и сотрудничать с другими миролюбивыми государствами.
  Сразу после захвата Чехословакии Гитлером по Европе распространились слухи (возможно, инспирируемые из Берлина), что следующей жертвой будет Румыния. Указанные слухи дошли до британского правительства и сильно его взволновали. Английский посол в Москве Сиидс явился 18 марта 1939 г. к наркому иностранных дел М. М. Литвинову и задал вопрос: что предпримет СССР в случае нападения Гитлера на Румынию? Эту дату следует считать началом тройных переговоров 39 г. между СССР, Англией и Францией, которым суждено было сыграть большую роль в событиях, непосредственно предшествовавших развязыванию второй мировой войны. Советское правительство в тот же день дало ответ на запрос британского правительства о готовности принять действительно эффективные меры против нависшей над Румынией опасности, а также о необходимости созвать конференцию шести держав. СССР начал перемещать некоторые дивизии Северо-Кавказского военного округа ближе к границам с Румынией и на некоторое время объявил повышенную готовность на кораблях Черноморского флота. Часть штаба СКВО во главе с командующим генералом И. С. Коневым переехала из Ростова в тихий украинский городок Черкассы, потом в Одессу. Однако, правительство Чемберлена от предложения о созыве конференции отказалось.
  22 марта 1939 г. Гитлер оккупировал Мемель (Клайпеду) переданный Литве Лигой Наций в 1923 г. Стало ясно, что слухи о нападении на Румынию распространены специально гитлеровской разведкой, чтобы отвлечь внимание от Польши, но угроза захвата нефтяных месторождений Румынии продолжала существовать. Румыния поставляла нефть Германии, таким путём избегая прямой агрессии. Факт перемещения части войск СКВО ближе к границам Румынии автор "Ледокола" преподносит, как акт коварства Сталина, якобы готовившего вторжение в Европу и таким образом развязать Вторую мировую войну. Стыдно, господин Суворов! Это было сделано для подтверждения позиции СССР о согласии заключения оборонительного союза. В то время в СССР даже не был принят закон о всеобщей воинской повинности, армия была немногочисленной и формировалась на добровольной основе, поэтому часть войск была в срочном порядке изъята из личного состава СКВО. Это было сделано в интересах Англии, Франции и СССР по плану подготовки к подписанию тройственного союза, чтобы предупредить нападение Германии на Румынию.
  7 апреля Муссолини напал на Албанию, итальянские войска быстро оккупировали её территорию. На протяжении лишь трёх недель совершились три самых несомненных акта агрессии: против Чехословакии, потом против Литвы, и вот, против Албании. Галифакс заявил протест Италии против захвата Албании и пугал её "сильными чувствами", которые агрессия Муссолини вызвала в Англии. В Гибралтаре и на Мальте началась концентрация военно-морских сил Великобритании. Франция, Бельгия и Голландия призвали в армию резервистов, были заминированы устья Шельды и Мааса. Италия довела численность своей армии до 1200 тыс. человек, грозила нападением на греческий остров Корфу.
  В ответ Чемберлен 13 апреля заявил в парламенте, что Англия даёт одностороннюю гарантию Румынии и Греции, подобную той, которая 31 марта была дана Польше. Франция в тот же день сделала аналогичное заявление. 14 апреля Чемберлен обратился к советскому правительству с официальным предложением дать Польше и Румынии такую же одностороннюю гарантию, какую Англия и Франция дали Польше 31 марта, а Румынии и Греции - 13 апреля.
  Сразу после объявления "гарантии" Румынии и Греции произошла встреча Ллойд Джорджа с послом СССР в Англии Майским. Бывший премьер-министр Англии сказал: "Вы знаете, я никогда не был высокого мнения о Чемберлене, но то, что он делает сейчас, побивает все рекорды глупости... . Мы даём гарантии Польше и Румынии, но что мы можем для них сделать в случае нападения Гитлера? Почти ничего! Географически эти две страны расположены так, что до них рукой не достанешь. Даже снабжение их вооружением и боеприпасами возможно лишь через советскую территорию. Ключ к спасению этих стран лежит в ваших руках. Без России тут ничего не выйдет... . Стало быть, прежде всего надо было договориться с Москвой. А как ведёт себя Чемберлен? Не договорившись с Советским Союзом, фактически за его спиной, он раздаёт направо и налево "гарантии" странам, находящимся в Восточной Европе. Какая вопиющая нелепость! Вот до чего дошла британская дипломатия!"
  2. Трудные переговоры по созданию тройственного союза.
  18 марта 1939 г. следует считать датой начала переговоров о создании тройственного союза между СССР, Англией и Францией против Гитлера с целью предотвратить Вторую мировую войну. От предложения о созыве конференции британский министр иностранных дел лорд Галифакс уклонился, сообщив послу Майскому, что английское правительство не может сейчас найти достаточно ответственного человека для посылки на эту конференцию, а также рискованно созывать конференцию, не зная, чем она кончится. Несколько дней спустя англичане и французы выдвинули проект немедленного опубликования декларации за подписью четырёх держав - Англии, Франции, СССР и Польши. В декларации говорилось, что в случае нового акта агрессии эти державы немедленно устраивают консультацию для обсуждения тех мер, которые необходимо принять. СССР считал эту меру недостаточно эффективной, но был готов подписать декларацию, если её подпишут Франция и Польша. Чемберлен, выступая в парламенте, заявил, что он является противником создания в Европе блоков держав, стоящих в оппозиции друг другу. В результате Польша отказалась подписать декларацию совместно с СССР, боясь вызвать гнев Гитлера и ухудшить отношения с Германией, которые были очень напряжёнными. Гитлер требовал от Польши вернуть город Гданьск (Данциг) и проложить к нему узкий коридор по территории Польши. Проект декларации четырёх держав провалился, что вызвало возмущение в Англии.
   31 марта 1939 г. Чемберлен выступил в палате общин с официальным заявлением британского правительства о том, что до окончания ведущихся сейчас переговоров с другими державами британское правительство придёт на помощь Польше всеми имеющимися в его распоряжении средствами, если тем временем произойдёт "какая либо акция, которая явно угрожает польской независимости и которую польское правительство считает настолько важной, что окажет ей сопротивление своими национальными силами". Одновременно аналогичную гарантию Польше дала Франция.
  В своей речи, произнесённой 28 июня 1939 г. в Лондоне, Черчилль говорил: " Я очень озабочен положением, в котором мы в настоящее время находимся. Оно очень похоже на прошлогоднее, с той, однако, разницей, что в этом году у нас нет возможности к отступлению. Нас не связывал договор об обязательствах с Чехословакией. Сейчас мы дали абсолютную гарантию Польше. Всё говорит о том, что нацисты сделали необходимые приготовления, чтобы принудить Польшу к уступкам. Если Польша не уступит, она будет атакована крупными силами с запада и юга". (И. М. Майский. Кто помогал Гитлеру. Из воспоминаний советского посла).
  В своём вступлении к книге "Кто начал Вторую мировую войну?", Виктор Суворов пишет: "Мой главный источник - открытые советские публикации. Даже этого вполне достаточно для того, чтобы поставить советских коммунистов к стенке позора". В конце книги приводит длинный список цитируемой литературы. Лукавит автор. В списке имеется и книга посла СССР в Англии И. М. Майского, но не пытайтесь найти правдивое её изложение в произведении Виктора Суворова. А кому же лучше знать правду об англо-советских отношениях в этот период, как не бывшему послу? Если Виктор Суворов не согласен каким-то фактом, обязан спорить, доказывать свою правоту. Увы, никаких возражений он не приводит. Зато знакомит читателей с массой выдерганных из советской прессы публикаций, написанных в разное время и по разному поводу. Он, что, надеялся отыскать в советской прессе восхваления враждебной капиталистической идеологии?
  О политике правительства Чемберлена после Мюнхена лучше всего говорит германский посол в Англии Г. Дирксен, записав свой разговор с министром иностранных дел Галифаксом от 9 августа 1939 г. "После Мюнхена он был убеждён, что 50-летний мир во всём мире обеспечен приблизительно на следующей основе: Германия - господствующая держава на континенте с преимущественными правами на юго-востоке Европы, в особенности торгово-политического характера; Англия будет заниматься там торговлей только в скромных масштабах; Англия и Франция, защищённые в Западной Европе от конфликта с Германией двусторонними линиями укреплений, будут стремиться охранять оборонительными мерами свои владения и развивать их естественные ресурсы; дружба с Америкой; дружба с Португалией; Испания - пока ещё неопределённый фактор, который, во всяком случае, должен по необходимости выпасть на ближайшие годы из всех комбинаций держав; Россия, - расположенная в стороне, большая и трудно обозримая страна; стремление Англии обеспечить свой путь по Средиземному морю через Аден, Коломбо, Сингапур в доминионы и на Дальний Восток".
  Советское правительство не приняло британское предложение о предоставлении односторонней гарантии Польше и Румынии в случае агрессии против них, считая их недостаточными для сохранения мира, и 17 апреля 1939 г. выдвинуло своё предложение. Суть его сводилась к трём основным пунктам: " - Заключение тройственного пакта о взаимопомощи между СССР, Англией и Францией. - Заключение военной конвенции в подкрепление этого пакта. - Предоставление гарантий независимости всем пограничным с СССР государствам, от Балтийского моря до Чёрного".
  Быстрого ответа на предложения правительства СССР не последовало. Между тем, 28 апреля 1939 г. Гитлер одновременно разорвал пакт о ненападении с Польшей и англо-германское соглашение 1935 г. об ограничении морских вооружений. Это была уже явная угроза Польше и Англии, но никаких ответных мер со стороны правительства Чемберлена не последовало.
  3 мая был освобождён от своих обязанностей нарком иностранных дел М. М. Литвинов, на его место назначен В. М. Молотов, что вызвало сильную обеспокоенность в Англии. Вызванный по этому поводу к Галифаксу посол Майский разъяснил, что в СССР внешнеполитический курс остаётся неизменным, предложения от 17 апреля остаются в силе. Британское правительство 8 мая, наконец, вручило свой ответ на предложение СССР. Оно не было принято. В слегка видоизменённой форме Англия и Франция настаивали на предоставлении Советским Союзом односторонней гарантии Польше и Румынии. Стало ясно, что Чемберлен и Даладье продолжают ставить ставку на столкновение между Германией и СССР, а потому не желают ссориться с Гитлером.
  В ответе от 15 мая советским правительством было решительно заявлено, что предоставление лишь односторонних гарантий Польше и Румынии недостаточно для сохранения мира, единственной формой борьбы с агрессией является тройственный пакт взаимопомощи между СССР, Англией и Францией. Тон нашего ответа был таков, что англичане и французы были поставлены перед выбором: или пакт взаимопомощи, или конец переговорам.
  19 мая в палате общин произошли прения по вопросам внешней политики Великобритании. В своём выступлении Черчилль сказал: "Предложения, выдвинутые российским правительством, предусматривают создание тройственного союза Англии, Франции и России. Его благами могут пользоваться и другие державы, если и когда они того пожелают. Союз имеет единственной целью борьбу против дальнейших актов агрессии и помощь жертвам агрессии. Я не понимаю, что во всём этом плохого? Говорят: "Можно ли доверять Советскому правительству?" Думаю, в Москве говорят: "Можно ли доверять Чемберлену?"... В таких вопросах надо руководствоваться не чувством, надо руководствоваться анализом затронутых интересов. Лично я думаю, что важные, большие интересы России диктуют ей сотрудничество с Англией и Францией в предупреждении дальнейших актов агрессии... . Если вы готовы быть союзником России во время войны... если вы готовы подать России руку для защиты гарантированных вами Польши и Румынии, почему вы не хотите быть союзниками России сейчас, хотя именно благодаря этому война может быть вообще предотвращена?".
  Решительно выступил против правительства вождь либералов Ллойд Джордж: " Почему правительство до сих пор не заключило пакт взаимопомощи с СССР? Видимо потому, что оно не доверяет Советскому правительству. Но разве Россия не имеет оснований не доверять нам? Ведь, начиная с 1930 года, мы нарушили все подписанные нами пакты, имеющие отношение к ситуации, подобной нынешней".
  Иден также произнёс речь в пользу скорейшего создания "фронта мира" и предлагал немедленное заключение тройственного союза между Англией, Францией и СССР на базе полной взаимности и равноправия. Думаете, правительство Чемберлена прислушалось к требованиям лидеров оппозиции? Как бы не так! Затягивание процесса подписания тройственного союза продолжалось, хотя на словах все были "за". Чемберлен и Даладье продолжали крепко цепляться за свою линию стравливания Германии и СССР.
  25 мая посол Сиидс в Москве предложил свой проект тройственного пакта взаимопомощи, основанный на принципах устава Лиги наций. Советское правительство этот вариант отклонило, так как при господствующих в данной организации правилах и нравах, пакт никогда не привёл бы к быстрым и эффективным действиям. Всё ограничилось бы красивыми словами и бумажными резолюциями. Поэтому 2 июня советская сторона вручила своим партнёрам по переговорам контрпроект, исключающий недостатки предыдущего, и не требующий согласования с Лигой наций. Советский проект пакта носил чисто оборонительный характер, давал точный перечень государств, гарантируемых тремя великими державами, включая прибалтийские страны, и устанавливал, что пакт и военная конвенция одновременно входят в силу.
  Чемберлен и Даладье вступили на путь длительного, нудного саботажа пакта с помощью бесконечных поправок, оговорок, дополнений, изменений. Они то возражали против наименования в пакте гарантируемых государств, то вдруг начинали расширять их число. В одном из вариантов вдруг заявили, что СССР должен дать гарантию Голландии, Люксембургу и Швейцарии в случае нападения на них. Таким образом, число гарантируемых государств возросло до одиннадцати, а в то время Голландия и Швейцария даже не поддерживали с СССР дипломатических отношений. Как в этом случае наша страна могла оказать им военную помощь?
  Виктор Суворов в "Ледоколе" ссылается на статьи, публикуемые в советской печати. Сошлюсь и я на статью, опубликованную в газете "Правда" от 29 июня 1939 г. : " Англо-франко-советские переговоры о заключении эффективного пакта взаимопомощи против агрессии зашли в тупик... Факт недопустимой затяжки и бесконечных проволочек в переговорах с СССР позволяет усомниться в искренности подлинных намерений Англии и Франции и заставляет нас поставить вопрос о том, что именно лежит в основе такой политики: серьёзные стремления обеспечить фронт мира, или желание использовать факт переговоров, как и затяжку самих переговоров для каких-то иных целей, не имеющих ничего общего с делом создания фронта миролюбивых держав... Англичане и французы хотят не такого договора с СССР, который основан на принципе равенства и взаимности, хотя ежедневно приносят клятвы, что они тоже за "равенство", а такого договора, в котором СССР выступал бы в роли батрака, несущего на своих плечах всю тяжесть обязательств.... Кажется, что англичане и французы хотят не настоящего договора, приемлемого для СССР, а только лишь разговоров о договоре для того, что спекулируя на мнимой неуступчивости СССР перед общественным мнением своих стран, облегчить себе путь к сделке с агрессорами".
  Июль прошёл в переговорах о связи пакта с военной конвенцией. Советское правительство считало, что пакт должен быть подкреплён военной конвенцией, в которой чётко должны быть указаны военные силы, которые СССР, Англия и Франция могут выставить в случае нападения агрессора на них, или на любую из перечисленных стран, включая Польшу. Без военной конвенции пакт - простая бумажка. Эти два документа должны составлять единое целое и одновременно входить в силу.
  Не теряла времени и гитлеровская разведка, стремясь создать препятствия к подписанию пакта. Около 20 июля встретились английский министр внешней торговли Хадсон и советник Геринга по экономическим вопросам Вольтат, прибывший в Лондон для участия в международной конференции по китобойному промыслу. Затем, по инициативе главного внешнеполитического советника Чемберлена, сэра Горация Вилсона, состоялась его беседа с посланником Геринга. Речь шла о заключении пакта о ненападении между Англией и Германией, что дало бы возможность освободиться от обязательств по отношению к Польше. Какие-то сведения о тайных переговорах просочились в печать и политические круги. Чемберлен, в своём парламентском заявлении от 24 июля признал, что между Хадсоном и Вольтатом шёл разговор о предоставлении Англией Германии на определённых условиях огромного займа в пределах 500 - 1000 млн. фунтов стерлингов. О том, на каких условиях Англия согласна предоставить Гитлеру такую крупную сумму, не было сказано. Возможно, это была откровенная уступка Гитлеру за изменение внешнеполитического курса. Вот какие переговоры велись с крупным гитлеровским сановником за спиной советского правительства. Недоверие к истинным намерениям правительства Чемберлена возросло, но переговоры продолжались.
  3. Переговоры военных миссий в Москве.
  Наконец, 25 июля, было достигнуто соглашение о подготовке к военным переговорам в Москве. К этому времени германское министерство иностранных дел заявило, что Польша должна возвратить Германии Данциг "без всяких условий". На это маршал Рыдз-Смиглы ответил, что Польша возьмётся за оружие, не дожидаясь помощи. Английский генерал Айронсайд посетил Варшаву и провёл переговоры с польским генеральным штабом, о содержании переговоров советской стороне не сообщили. В это время на Дальнем Востоке уже два года шла китайско-японская война, Япония была союзником Германии и Италии, грозила вторжением в Монголию, с которой СССР имел договор о взаимопомощи. В этой напряжённой обстановке в Москве с нетерпением ожидали прибытия англо-французской военной миссии, во главе их должны быть начальники генеральных штабов. Увы, 31 июля Чемберлен объявил в парламенте, что кабинет возложил руководство английской военной делегации на престарелого адмирала Дрэкса. Никакого оперативного отношения к английским вооружённым силам адмирал Дрэкс в то время не имел. Другие члены делегации - воздушный маршал Бэрнетт и генерал-майор Хейвуд - не возвышались над средним уровнем британских вооружённых сил. Французское правительство назначило главой своей делегации корпусного генерала Думенка, членами были авиационный генерал Валэн и морской капитан Вийом. Здесь тоже не было авторитетного военного, который мог бы говорить от имени вооружённых сил своей страны. С отправлением делегации из Лондона британское правительство не спешило. Сейчас смешно даже слышать, но тогда в нём шли теоретические споры об определении самого понятия "агрессия". 5 августа делегации, наконец, отплыли из Англии на товаро-пассажирском пароходе, делавшем 13 узлов в час. На плавание до Ленинграда ушло пять дней, потом делегации знакомились с достопримечательностями Ленинграда и его окрестностей. Наконец, английская и французская военные миссии прибыли в Москву. В тот же день приезда они были приняты наркомом иностранных дел Молотовым и наркомом обороны Ворошиловым, в их честь был дан обед, за обедом последовал прекрасный концерт. Английскую и французскую военную делегацию советская сторона встретила "по первому классу".
  В противоположность англичанам и французам, советская военная миссия, назначенная для переговоров, состояла из более ответственных лиц. Главой советское правительство назначило наркома обороны СССР маршала К. Е. Ворошилова, членами - начальника генерального штаба командарма первого ранга Б. М. Шапошникова, наркома военно-морского флота флагмана второго ранга Н. Г. Кузнецова, начальника ВВС командарма второго ранга А. Д. Локтионова и заместителя начальника генштаба комкора И. В. Смородинова. Первое официальное заседание трёх миссий состоялось 12 августа. Глава советской делегации предложил ознакомиться с полномочиями каждой делегации и предъявил полномочия советской военной миссии. Они гласили, что наша делегация уполномочивается "вести переговоры с английской и французской военными миссиями и подписать военную конвенцию по вопросам организации военной обороны Англии, Франции и СССР против агрессии в Европе".
  Глава французской делегации генерал Думенк зачитал свои полномочия, которые поручали ему "договориться с главным командованием советских вооружённых сил по всем вопросам, относящимся к вступлению в сотрудничество между вооружёнными силами обеих стран". Более ограниченные полномочия, по сравнению с советскими, всё же позволяли французской миссии вести серьёзные переговоры с советской стороной.
  Адмирал Дрэкс вообще не имел никаких письменных полномочий от своего правительства. Стало ясно, что английская миссия была послана в Москву не для срочного заключения военной конвенции, а лишь для безответственных разговоров. Адмирал Дрэкс заявил, что если бы совещание было перенесено в Лондон, то он получил бы все необходимые полномочия. Ворошилов под общий смех возразил, что "привезти бумаги из Лондона в Москву легче, чем ехать в Лондон такой большой компании". Адмирал обещал запросить письменные полномочия у своего правительства, которые были получены только 21 августа, когда надобность в них миновала. Советское правительство окончательно убедилось, что позиция Чемберлена состоит в затягивании переговоров, а не в подписании пакта, но заявило, что переговоры о создании военной конвенции нужно продолжать.
  С 13 по 17 августа состоялось семь заседаний, на которых стороны обменялись сведениями о своих вооружённых силах и планами на случай гитлеровской агрессии. Общая картина вооружённых сил трёх держав получалась такая. Франция располагала 110 дивизиями, не считая противовоздушной обороны, береговой обороны и войск, расположенных в Африке; сверх того, имелось до 200 тыс. войск республиканской Испании, отступивших во Францию после победы Франко и просивших принять их во французскую армию. На вооружении французских сил имелось 4 тыс. современных танков и 3 тыс. пушек крупного калибра от 150 мм. и выше (не считая дивизионной артиллерии). Военно-воздушный флот Франции состоял из 2000 самолётов первой линии, около двух третей которых являлись современными, по тогдашним понятиям, самолётами со скоростью истребителей 450 - 500 и бомбардировщиков 400 - 450 км. в час.
  Англия располагала готовыми 6 дивизиями, могла "в кратчайший срок" перебросить на континент ещё 9, а "во втором эшелоне" добавить сверх того 16 дивизий - всего, стало быть, 32 дивизии. Военно-воздушные силы самой Англии включали 3 тыс. самолётов первой линии.
  Советский союз располагал для борьбы с агрессией в Европе 120 пехотными и 16 кавалерийскими дивизиями, 5 тыс. тяжёлых орудий, 9 - 10 тыс. танков и 5 - 5,5 тыс. боевых самолётов.
  Кроме того, у трёх великих держав имелись военно-морские флоты, среди которых особенным могуществом отличался британский флот. Вооружённые силы предполагаемых членов тройственного пакта были очень внушительны и далеко превосходили тогдашние силы Германии и Италии. Если бы было достигнуто единство, второй мировой войны удалось бы избежать. Разногласия начались на заседании 14 августа между маршалом Ворошиловым и генералом Думенком. На вопрос, как будут реагировать генеральные штабы Франции и Англии в случае нападения агрессора на Францию, Англию, Польшу, Румынию или Турцию, последовал ответ - каждому крепко держаться за свою территорию, приходить на помощь друг другу лишь в случае просьбы о помощи от жертвы нападения. Такая стратегия пассивности советскую сторону не устраивала, необходимо заранее договориться о практических действиях в минуту опасности, не оставляя этого до акта агрессии.
  Маршал Ворошилов задал следующий вопрос: "Предполагают ли генеральные штабы Великобритании и Франции, что советские сухопутные войска будут пропущены на польскую территорию для того, чтобы непосредственно соприкоснуться с противником, если он нападёт на Польшу?.. Имеется ли в виду пропуск советских войск через румынскую территорию, если агрессор нападёт на Румынию?". На следующий день, 15 августа, Дрэкс сообщил, что обе миссии отправили в Лодон и Париж запросы по интересующему советскую делегацию вопросу. До 21 августа ответа так и не последовало, правительства Чемберлена и Даладье с ответом не торопились, явно продолжая тактику саботажа. Дрэкс и Думенк направили Ворошилову письмо с просьбой отложить переговоры ещё на три-четыре дня. Глава советской делегации с этим предложением не согласился, наркома обороны и членов делегации ждали другие дела, и предложил устроить более длительный перерыв. На дипломатическом языке это означало провал переговоров военных миссий. 21 августа на вечернем заседании советская сторона огласила письменный ответ своей миссии: "Подобно тому, как английские и американские войска в прошлой мировой войне не моли бы принять участие в военном сотрудничестве с вооружёнными силами Франции, если бы не имели возможности оперировать на территории Франции, так и советские вооружённые силы не могут принять участие в военном сотрудничестве с вооружёнными силами Франции и Англии, если они не будут пропущены на территорию Польши и Румынии. Это - военная аксиома...". Переговоры военных миссий прервались, но покидать Москву англичане и французы не торопились. На следующий день, после провала переговоров, генерал Думенк получил из Парижа срочное сообщение: французское правительство считает, что с момента возникновения войны между Польшей и Германией советским войскам должно быть предоставлено право вступления на польскую территорию. Сама же Варшава и Лондон хранили по этому вопросу упорное молчание.
  Черчилль в своих военных мемуарах, касаясь тройных переговоров 1939 г., пишет: " Не может быть сомнения, даже в свете исторической перспективы, что Англия и Франция должны были бы принять русское предложение... . Но Чемберлен и министерство иностранных дел были точно заворожены загадкой сфинкса. Когда события несутся с такой быстротой и таким огромным массовым потоком, как было в то время, правильнее всего делать последовательно один шаг за другим. Союз Англии, Франции и России в 1939 г. вызвал бы в сердце Германии глубочайшую тревогу, и никто не может доказать, что война тогда не могла бы быть предупреждена. Следующий шаг мог бы быть предпринят при наличии превосходства сил на стороне союзников. Дипломатия вернула бы себе инициативу. Гитлер не мог бы позволить себе ни ввязаться в войну на два фронта, которую он сам всегда так сильно осуждал, ни допустить неудачу. Жаль, что он не был поставлен в столь трудное положение, которое могло бы стоить ему жизни... . Если бы, например, мистер Чемберлен по получении русского предложения сказал " да, объединимся все вместе трое и сломаем Гитлеру шею" или какие-либо иные слова того же содержания, парламент это одобрил бы, Сталин это понял бы, и история могла бы принять иное течение... . Вместо того последовало долгое молчание, а тем временем подготавливались разные полумеры и крючкотворные компромиссы".
  Господин Суворов в своём "Ледоколе" преднамеренно искажает исторические факты, ссылаясь на советские публикации, в том числе и на книгу посла СССР в Англии И. М. Майского. Выше приведенная цитата Черчилля заимствована мной из этой книги, любой здравомыслящий читатель согласится с мнением известного государственного деятеля Англии, которого трудно упрекнуть в явной доброжелательности к Сталину.
  4. Заключение торгово-кредитного соглашения и договора о ненападении.
  Советское правительство с первых лет своего существования находилось в окружении стран с враждебной идеологией, но всегда стремилось наладить с ними торговые и политические отношения, чтобы избежать международной изоляции. Примером может служить советско-финский договор 1920 г., подписанный между РСФСР и Финляндией в г. Юрьеве ( Тарту). Потом последовали мирные договоры 1920 г. между Литвой, Латвией, Эстонией. В 1921 г. были заключены договоры с Афганистаном, Ираном и Турцией. Мирные договоры СССР заключал даже с правительствами стран с явно враждебными отношениями друг к другу, когда инициатива исходила от этих стран. Если враждебная страна предлагала СССР заключить договор о ненападении, то, как отказаться от него? В международных отношениях это было не принято.
  В 1939 г. СССР уже имел договор с фашистской Италией о дружбе, ненападении и нейтралитете, подписанный 2 сентября 1933 г. в Риме. Страны обязывались не нападать друг на друга и сохранять нейтралитет в случае нападения третьей страны на одну из них; не принимать участия в соглашениях, которые препятствуют развитию внешнеторговых связей другой стороны; не участвовать во враждебных другой стороне политических или экономических соглашениях. Срок действия договора не был определён. Он мог быть расторгнут с предупреждением за год, но не ранее, чем за пять лет с момента заключения. Во время войны в республиканской Испании обе страны неофициально воевали друг против друга, но договор нарушить не смели. Не был он нарушен и в 1937 г., когда Италия присоединилась к "Антикоминтерновскому пакту", нарушив тем самым договор. В случае инициативы со стороны СССР о расторжении, наша страна понесла бы огромные экономические потери, так как Италия в это время строила для СССР лидеры эсминцев, а мы поставляли взамен нефть танкерами из Туапсе с района возле Майкопа. Формально договор оставался в силе до 22 июня 1941 г., когда фашистская Италия огласила войну СССР.
  Виктор Суворов искажает содержание не только советских источников, но и германских. В 1948 г. американское правительство опубликовало специальный том о советско-германских отношениях 1939-1941 годов, который содержит подборку документов германского министерства иностранных дел, захваченных западными державами по окончанию второй мировой войны. Из документов следует, что 5 мая представитель германского МИД Шнурре пригласил к себе советского поверенного в делах Астахова и сообщил ему, что заводам "Шкода" в Чехословакии предписано выполнить советские заказы. 17 мая Астахов снова посетил Шнурре и вёл с ним переговоры о статусе советского торгпредства в Праге, а также выразил удовлетворение в связи с некоторой сдержанностью в отношении СССР, проявленной германской прессой за предшествующие недели. Астахов указал на пример итало-советских торговых отношений, как на прообраз того, что возможно и в отношениях между СССР и Германией. 20 мая германский посол в Москве Шуленбург посетил наркома Молотова и сделал попытку возобновить прерванные в феврале германо-советские торговые переговоры. Советский нарком не только не выразил по этому поводу каких-либо восторгов, но, напротив, довольно резко заявил, что прежде необходимо создать для переговоров "политическую базу", то есть улучшить политические отношения между обеими странами. Донесение Шуленбурга об этом разговоре подействовало очень обескураживающе на Берлин, и 21 мая статс-секретарь Вейцзекер телеграфирует германскому послу в Москве: " На основе результатов вашей дискуссии с Молотовым мы должны сделать вывод: нам следует молча сидеть и выжидать, не обнаружат ли русские желания говорить более ясно".
  Возможность заключения англо-франко-советского соглашения сильно обеспокоили гитлеровскую Германию, и "молчаливого сидения" хватило ненадолго. 27 мая Вейцзекер пишет Шуленбургу: " Мы здесь того мнения, что англо-русскую комбинацию нелегко будет предупредить". 30 мая по указанию Гитлера он приглашает к себе Астахова и ставит вопрос об улучшении политических отношений между Германией и СССР. Он знает, что в Берлине не любят коммунизм и покончили с ним внутри страны, в Берлине не ожидают, что в Москве любят национал-социализм, однако идеологические различия не должны мешать поддержанию между обеими странами нормальных деловых отношений. Москва на этот дипломатический приём не отреагировала, хотя в течение июня поддерживала торговые переговоры, но к концу месяца они прекратились. СССР признал немецкую позицию недостаточно благоприятной для себя.
  Несмотря на неудачу, Шуленбург 28 июня посетил Молотова и от имени своего правительства официально заявил, что Германия желает нормализации отношений между обеими странами. В подтверждение своих слов указал на заключение Германией пактов о ненападении с прибалтийскими странами, и изменение тона германской печати в отношении к СССР, что свидетельствовало о готовности Берлина пойти навстречу СССР. Молотов ответил, что принимает слова Шуленбурга " с удовлетворением и считает необходимым подчеркнуть, что внешняя политика СССР в соответствии с заявлениями его руководителей стремится поддерживать добрые отношения со всеми странами и что это относится также к Германии, разумеется, при условии взаимности". После этого проходит целый месяц молчания со стороны Германии, когда англичане и французы упорно саботировали единство пакта и военной конвенции, а сборник европейских документов не приводит ни одного факта, свидетельствующего о сближении между СССР и Германией. Наоборот, несмотря на саботаж и всё возрастающее сомнение Советского правительства в желании англичан заключить тройственный пакт, СССР твёрдо продолжает переговоры с Англией и Францией, воздерживаясь от каких-либо авансов в сторону Германии. Даже, по мнению германской стороны, Советское правительство в течение апреля - июля никак не откликалось на попытки дипломатов установить отношения, препятствующие подписанию пакта.
  3 августа, когда английская и французская военные миссии неторопливо собирались ехать в Москву, Риббентроп приглашает к себе Астахова и заявляет, что возможна радикальная перестройка германо-советских отношений в случае невмешательства во внутренние дела друг друга и отказа от политики, направленных против германских интересов. На следующий день, 4 августа, Шуленбург излагает всё это Молотову. В разговоре нарком заявил о положительном отношении Советского правительства к заключению экономического соглашения между обеими странами, признал желательность постепенного восстановления контактов по культурной линии, и высказал мнение, что пресса обеих сторон должна воздерживаться от выступлений, способных обострить отношения между ними. Сам Шуленбург пишет: "Переходя к вопросу о политических отношениях, нарком сказал, что Советское правительство также желает нормализации и улучшения взаимных отношений. Не его вина, что отношения испортились. Причину ухудшения он видит, прежде всего, в заключении "Антикоминтерновского пакта" и во всём том, что в связи с этим говорилось и делалось". Когда Шуленбург затронул вопрос о Польше, Молотов ответил, что мирное урегулирование между Польшей и Германией, прежде всего, зависит от Германии. Когда германский посол коснулся тройных переговоров, советский нарком ответил, что они имеют чисто оборонительные цели.
  16 августа стало понятно, что переговоры между военными миссиями в Москве терпят крах по вине правительств Чемберлена и Даладье. В тот же день Риббентроп в телеграмме Шуленбургу просил его срочно передать Молотову, что Германия согласна заключить с СССР пакт о ненападении, гарантировать вместе с СССР прибалтийские государства и оказать влияние на Японию в смысле улучшения советско японских отношений.
  18 августа Шуленберг получил ответ на германские предложения. В области практических мероприятий ответ предлагал, прежде всего, заключить торгово-финансовое соглашение, а затем подписать пакт о ненападении. Советское правительство согласно с приездом в Москву Риббентропа, но такой приезд требует серьёзной подготовки и должен быть осуществлён с минимумом публичного шума и газетной сенсации. Приезд должен состояться лишь через неделю после опубликования торгово-финансового соглашения.
  20 августа Гитлер обратился с личным посланием к Сталину. Он сообщал, что накануне подписано в Берлине торгово-финансовое соглашение и настойчиво просил принять Риббентропа в Москве не позже 22 - 23 августа. Что было делать Сталину?
  Подписанное в Берлине 19 августа торгово-кредитное соглашение между СССР и Германией предусматривало предоставление Германией СССР кредита в размере 200 млн. германских марок сроком на семь лет из 5 % годовых. Закупка германских товаров в счёт этого кредита была рассчитана на два года. СССР в тот же срок должен был поставить Германии товаров на сумму в 180 млн. марок. Текст соглашения никакой тайны не содержал и был опубликован в газете "Известия" 21 августа 1939 г.
  И. В. Сталин в ответном послании Гитлеру выражал надежду, что заключение германо-советского договора о ненападении явится поворотом к лучшему в политических отношениях между обеими странами, и соглашался на приезд Риббентропа в Москву 23 августа. В этот день Риббентроп прилетел в Москву и имел две встречи со Сталиным, предложив подписать договор о ненападении между СССР и Германией сроком на десять лет. После небольших корректировок договор был в тот же день подписан Молотовым и Риббентропом. На импровизированном дипломатическом банкете Риббентроп произнёс речь, полную лести и заверений в дружбе Гитлера со Сталиным и предложил тост за Сталина. Расчёт был прост - в ответной речи Сталин просто обязан был предложить тост за Гитлера. Все замерли, когда Сталин, поднимая бокал, с обычной своей неторопливостью и невозмутимостью сказал: " Я знаю, как немецкий народ любит своего фюрера, и поэтому хочу выпить за его здоровье". Фраза с протокольной точки зрения была безупречной, а вы можете гадать, за кого Сталин предлагал выпить, за народ или фюрера. В разговоре с Риббентропом на банкете Сталин прямо заявил, что советское руководство прекрасно осознаёт, что конечная цель Германии - это нападение на СССР. Риббентроп от этих слов едва не подавился шампанским.
  Следующего дня, 24 августа 1939 г. текст договора был опубликован в газете "Известия". В силу договор о ненападении сроком на десять лет вступал с момента его подписания, хотя в дальнейшем предусматривалась его ратификация. Обе стороны обязывались : - воздерживаться от всякой агрессии друг против друга, разрешать возникающие между ними споры только мирными средствами, не участвовать в каких-либо враждебных другой стороне группировках и не поддерживать третью державу, если одна из сторон окажется объектом военных действий со стороны этой третьей державы. Статья 3 предусматривала, что Германия и СССР "останутся в будущем в контакте друг с другом для консультации, чтобы информировать друг друга в вопросах, затрагивающих их общие интересы". Это был только договор о ненападении, а не военный союз, как это пытался представить в "Ледоколе" Виктор Суворов, поддерживая мнение антисоветски настроенных западных политиков и журналистов. Никаких тайных приложений к договору от 23 августа не было.
  Вопрос к Виктору Суворову: - Мог ли Гитлер решиться на заключение военного союза с СССР, не сообщив Сталину о дате готовящегося нападения на Польшу? Ответ ясен - не мог, не сообщил, потому, что участие СССР в нападении на Польшу совместно с Германией противоречило самому содержанию договора о ненападении. Знай Сталин заранее о дате нападения, он бы пакт никогда не подписал. Не потому, что симпатизировал правительству Польши, а чтобы не стать участником гитлеровской военной коалиции. Да и Гитлер свои планы никому не раскрывал. Так что утверждение Суворова о том, что Сталин обманул Гитлера, не предприняв 1-го сентября 1939 г. военных действий против Польши - очередная ложь автора "Ледокола".
  Благодаря договору с Германией отпадала угроза нападения на СССР со стороны Японии, союзника Германии по "Антикоминтерновскому пакту". Бои с японцами начались ещё в 1938 г. возле озера Хасан, на границе с оккупированной японцами Кореей. Японцы овладели районом высот возле сопок Заозёрная и Безымянная, подготавливая базу для наступления на Владивосток. Советские войска перешли в наступление и уничтожили оккупантов, но дальше границы не пошли. После начавшихся переговоров 11 августа 1938 г. границу было восстановлено. В СССР существовал лозунг: "Чужой земли не хотим, но и своей ни пяди не отдадим".
  Во время подписания пакта с Германией также шли бои с японцами на монгольской территории в районе реки Халкин-гол. В августе они достигли наивысшего напряжения, а правительство Хиранума упорно отказывалось мирно урегулировать конфликт. Напротив, оно стягивало войска к советской границе, ожидая выступления Германии. В соответствии с договором от 1936 г. советско-монгольские войска дали отпор японцам. В боях 20 - 31 августа 1939 г. они окружили и уничтожили японскую группировку. Командовал войсками генерал Георгий Константинович Жуков, в будущем начальник Генштаба Красной Армии, накануне войны с Германией. Подписание пакта о ненападении привело к отставке 28 августа агрессивного японского правительства Хиранума, пришедшее ему на смену правительство Абэ согласилось на мирное урегулирование военного конфликта. Разгоравшийся военный костёр на дальневосточных границах СССР был ликвидирован, но угроза нападения на СССР со стороны Японии существовала.
  По результатам боёв у реки Халкин-гол Сталин созвал в Кремле совещание. Качества танков БТ-5 и Т-26 в боях с японцами Жуков оценил справедливо, отметив низкую проходимость и очень тонкую броню. Победы в боях танкисты комбрига Яковлева достигли только ценой больших потерь, благодаря героизму и самоотверженности. Танки с моторами на бензине легко вспыхивали и горели от незначительных попаданий. Похвалил Жуков и японских солдат, отметив их высокую дисциплину и упорство в боях, но качество стрелкового вооружения оценил ниже советского. Маршал Будённый не поленился тут же залечь за трофейный пулемёт и проверить процесс заряжания патронами. Он оказался небезопасен для самого пулемётчика и требовал определённой выучки. От копирования японского оружия участники совещания решительно отказались.
  5. Сложные советско-польские отношения.
  Отношения между Польшей и Россией были враждебными в течение нескольких веков, ещё до Лжедмитрия, который в июне 1605 г. занял Москву и при поддержке некоторых бояр стал царём. Через год был убит восставшим населением, так, как проводил антинациональную внешнюю политику в пользу Польши и Ватикана. В 1612 г. поляки окончательно были отогнаны от Москвы ополчением под руководством Минина и Пожарского. С давних пор поляки стремились расширить территорию Польши за счёт захвата земель, принадлежащих России ещё со времён Киевской Руси, а цари пытались ограничить права поляков, вплоть до лишения их прав на самоопределение. Перед началом первой мировой войны в 1914 г. в состав Российской империи входило Королевство Польское, которое вскоре было оккупировано войсками кайзеровской Германии и Австро-Венгрии. После победы Великой Октябрьской Социалистической Революции все нации Российской империи получили права на самоопределение, советское правительство в 1917 г. аннулировало все соглашения царского правительства по территориальному устройству Польши, но она осталась под австро-венгерской оккупацией до поражения Германии в первой мировой войне.
  На основании Версальского мирного договора в 1919 г. на карте Европы появилось новое государство - Польша, с границами, которые вызывали недовольство соседних государств. Верховный совет Антанты по предложению лорда Керзона 8 декабря 1919 г. установил восточную границу Польши. Она проходила через Гродно - Ялувку - Брест - Дорогуск - Устилуг, на восток от Грубешова через Крилув и дальше на юго-запад почти прямой линией, восточнее от Перемышля до Карпат. Сама Польша была недовольна территориальными границами, но перечить Антанте не посмела, надеясь в будущем расширить их за счёт соседей. Напомним читателям, что премьер-министром, а потом министром иностранных дел Польши в 1919 - 21 гг. был Падеревский, польский композитор, пианист и государственный деятель, уроженец с. Куриливцы на Винничине. В октябре 1920 г. Польша захватила у Литвы город Вильнюс и окружающую область. 25 апреля 1920 г. без оглашения войны напала на Украину и Белоруссию. Польские войска заняли Киев и почти весь правый берег Днепра. На помощь полякам Антанта направила с Крыма белогвардейскую армию Врангеля. Воевали против Красной Армии и войска украинских националистов во главе с Петлюрой.
   26 мая 1920 г. перешёл в контрнаступление против поляков Юго-Западный фронт, главной силой которого была конная армия Будённого. В ожесточённых боях она нанесла поражение конным полкам противника, выучкой которых поляки так гордились, не без основания считая свою кавалерию сильнейшей в мире. Красная армия быстро продвигалась к Львову и Варшаве. Стремясь уберечь Польшу от поражения, министр иностранных дел Англии лорд Керзон направил советскому правительству ноту, в которой предлагал прекратить наступление Красной Армии на "линии Керзона". Польское правительство в июле 1920 г. вынуждено было признать "линию Керзона" временной восточной границей Польши.
  Ленин не согласился с требованиями ноты Керзона, Красная Армия продолжала наступление на Варшаву, переоценив свои возможности. Как показали дальнейшие события, это было ошибкой. Отбив наступление на Варшаву, польские войска перешли в наступление, окружили и пленили большую часть войск Западного фронта, которым командовал Тухачевский. Силы обеих противников были истощены, и 12 октября 1920 г. было заключено перемирие, а позже подписан Рижский мирный договор 1921 года. За Польшей остались западные земли Украины и Белоруссии. Согласно параграфа 7 мирного договора, Польша соглашалась предоставить россиянам, украинцам и белорусам все права для обеспечения свободного развития культуры, языка и образования. Этот пункт договора систематически нарушался польским правительством, которое относилось к захваченным землям, как к колониям и проводило политику насильственного превращения населения в поляков.
  В 1926 г. в Польше произошёл государственный переворот, к власти пришёл Пилсудский и установил в стране режим "санации". На самом деле это был режим военной диктатуры, от которого страдало непольское население. В январе 1934 г. Пилсудский заключил соглашение с гитлеровской Германией, и Польша выступила против создания системы коллективной безопасности в Европе. Во внутренней политике Пилсудский проводил политику "пацификации", то есть подавление недовольства населения Западной Украины с помощью карательных экспедиций. Во время "пацификации" 1930 г., в которой были задействованы полиция, войска и польские колонисты-посадники, были разрушены и частично сожжены около 800 украинских сёл, арестовано 1700 сельских активистов, пострадали тысячи людей.
  Часть украинских националистов выступила в защиту населения Западной Украины, ответив на террор террором. Среди них был и Степан Бандера, организовавший убийство трёх видных польских чиновников. Был арестован и осуждён польским судом к смертной казни, которую заменили пожизненным заключением. Суд принёс Бандере большую известность и симпатии к нему украинцев, увидевших в нём защитника их прав. Наказание Бандера отбывал в варшавской тюрьме, освобождён в сентябре 1939 г. немецкими войсками, занявшими Варшаву. По некоторым сведениям, был привлечён к сотрудничеству с гитлеровцами и направлен в разведывательную школу возле г. Щецин. После окончания школы получил кличку "Серый" и стал кадровым немецким разведчиком. Всё время сохранял тесные связи с украинскими националистами. Попытался создать на Украине республику под немецким протекторатом, но это противоречило планам Гитлера. Бандера на некоторое время был заключён немцами в концлагерь, потом привлечён ими к борьбе с партизанами польской Армии Крайовой. Украинские националисты привлекли к войне против поляков украинское население, проживающее в Польше. В 1943 году бандеровцы насильно выгоняли поляков из поселений, жгли их дома, непокорных убивали. Повторилась история 30-х годов, когда, во времена Пилсудского, польские "посадники" уничтожали соседей-украинцев. Немецкая тайная полиция "гестапо", под руководством которой происходила эта операция, торжествовала, посеяв национальную вражду между украинцами и поляками на долгие годы.
  Вторая мировая война началась на рассвете 1 сентября 1939 г. нападением на Польшу. Виктор Суворов считает, что нападение произошло внезапно. Выходит, что разведки Польши и соседних с Германией государств бездействовали и вовремя не предупредили поляков о подготовке к нападению? А как было на самом деле? Факты говорят о другом. Срок нападения немцы особенно не скрывали - в начале сентября в Нюрнберге состоится ежегодный национал-социалистический парад. К этому времени Польша должна возвратить Германии город Данциг, иначе - война.
  В СССР существовал "Закон про обязательную службу", принятый в1925 г., который давал право служить в Рабоче-Крестьянской Красной Армии только трудящимся. Представители интеллигенции и других слоёв населения такого права были лишены. Это было несправедливо, а армия лишалась притока наиболее образованной части молодёжи. Поэтому 1 сентября 1939 г. 4-я внеочередная сессия Верховного Совета СССР приняла закон о всеобщей воинской обязанности. Автор "Ледокола" иронизирует по поводу срочности созыва депутатов с различных концов страны, "забывая", что депутатам необходимо было рассмотреть и многие другие вопросы, например, ратифицировать советско-германский договор о ненападении.
  Подготовка к отражению нападения началась 23 августа, когда Польша приступила к скрытой мобилизации основной массы своих вооружённых сил. Лукавит автор "Ледокола", разведки Польши и западных стран были отлично осведомлены о готовящемся вторжении, а вот день и час нападения могли не знать. 26 августа польским командованием был отдан приказ о выдвижении отмобилизованных соединений в намеченные районы сосредоточения, а 30 августа армиям и оперативным группам первого эшелона был отдан приказ о занятии исходных позиций. Против 57 немецких дивизий и двух бригад польская армия могла выставить 35 - 38 пехотных, одну кавалерийскую дивизию, 2 моторизованных бригады и почти в три раза меньше авиации.
   Фельдмаршал Альбрехт Кессельринг в своих мемуарах пишет: "Располагая "мессершмиттами" 109-й и 110-й модификаций и имея в своём распоряжении 500 истребителей против 250 у Польши, мы предложили нанести мощный удар по наземным объектам ВВС противника (аэродромам и местам стоянки самолётов)". Многие польские соединения не успели завершить развёртывание и частично находились на марше. Несмотря на это, первый день боёв завершился для армии "Лодзь" успешно, но уже к 10 вечера 1 сентября командование получило приказ на отступление. К вечеру 2 сентября из Варшавы поступил вторичный приказ на отступление. Ночью армия снова начала отступать, отрываясь от противника.
  Командование немецкой 10-й армии восприняло отступление армии "Лодзь", как свидетельство её разгрома. Генерал фон Рейхенау отдал войскам приказ на "переход в беспощадное преследование разбитого противника". В результате польские войска не смогли удержать рубеж, передовые немецкие отряды захватили мосты через реку, и открытый фланг армии "Лодзь" был обойдён с севера.
  В отличие от Польши, мобилизация призывников Германии прошла более успешно. Почтальоны не спали всю ночь, разнося по домам повестки, а утром призывники явились в воинские части, где получили обмундирование и оружие. Затем отправились на железнодорожные вокзалы, где их уже ожидали поезда.
   3 сентября Англия и Франция объявили войну Германии, однако на её территорию не вторглись, никаких боевых действий не вели, реальной помощи польским войскам не оказали. Началась "странная война". Вместо авиабомб британские самолёты сбрасывали на германские города пропагандистские листовки, а на французской стороне Западного фронта были вывешены плакаты, гласившие: "Мы не произведём первого выстрела в этой войне !". Оказавшись без обещанной поддержки западных союзников, в 18.30 5 сентября с согласия главнокомандующего Рыдз-Смиглы штаб армии "Лодзь" отдал приказ об отступлении. С этого момента началось непрерывное отступление польской армии на всех участках фронта.
  Но поляки не только отступали, но и нападали, даже на немецкие танки. Послушаем лучше Александра Бушкова, известного историка-исследователя. Вот что он пишет: "В районе Мокра уланский полк Волынской кавалерийской бригады отразил удар 4-й танковой дивизии вермахта. На конях с пиками наперевес? Ничего подобного. Ведь не "отражал", а "отразил"! Это артиллерия означенного полка подбила 12 немецких танков...
  Кто же первым запустил бодягу про идиотов-поляков, с пиками наперевес и саблями наголо кидавшимся в конном строю на немецкие танки? А Уильям Ширер, известный американский журналист и историк Второй мировой, чёрным по белому написал во "Взлёте и падении 3-го рейха": "На одном участке, когда танки неслись на восток через Польский коридор, они были контратакованы Поморской кавалерийской бригадой, и взору автора этих строк, посетившего несколько дней спустя участок, где разворачивалась контратака, предстала отвратительная картина кровавой мясорубки. Для скоротечной польской кампании это было символично. Лошади против танков! Длинные пики кавалеристов против длинных стволов танковых пушек!"
  Ну, начнём с того, что стволы пушек тогдашних немецких танков были довольно таки кургузенькими, малого калибра... Но не в том суть. Ширер не видел боя своими глазами. А там всё было наоборот. Уланский маневренный отряд под командованием полковника Маштелажа натолкнулся не на танки, а на расположившийся отдыхать в чистом поле, неподалеку от леса, немецкий пехотный батальон. И потому полковник без колебаний велел трубачу дать сигнал к атаке. Кавалеристы с клинками наголо кинулись на застигнутую врасплох пехоту... И отвели душу! Можете себе представить это жуткое зрелище, когда всадники с тяжёлыми, наточенными клинками гоняют по полю пеших.
  Вот только в том лесу, оказалось, расположились немецкие бронемашины и расчёт с орудием. Они и открыли огонь по уланам, увлёкшимся рубкой ополоумевших тевтонов. И положили более двадцати человек, прежде чем кавалеристы отступили.
  Так было. А потом через несколько дней немцы любезно привезли на это поле, покрытое трупами людей и лошадей, нейтрального американского писаку (своих убитых, разрубленных от плеча до жопы, они наверняка давным-давно убрали). И с честными глазами объяснили ему: мол, на этой именно полянке тупые славянские недочеловеки кинулись на танки в конном строю. Американец так и записал. А чуть погодя шустрые ребята из ведомства Геббельса смастерили якобы документальные кадры конных польских атак на танки - вот только мундиры на этих "кавалеристах" были отнюдь не кавалерийские, собранные с бору по сосенке. А ещё позже про глупых поляков, дубасивших саблями по крупповской броне, написал в мемуарах генерал Гудериан - с тех пор и пошло поехало...".
   Польское правительство покинуло Варшаву уже 5 сентября, а главнокомандующий Рыдз-Смиглы - в ночь на 7-е. Началась героическая трёхнедельная оборона Варшавы. Ставка была перенесена в Брест, из которого ушла уже 10 сентября. 17 сентября польское правительство покинуло страну, перейдя границу Румынии. Англия и Франция, несмотря на значительный перевес сил (110 англо-французским дивизиям на Западном фронте противостояли 23 немецких дивизии), военной помощи Польше не оказали. Может, западные политики надеялись, что отдав на растерзание Гитлеру Польшу, он не остановится на её восточных границах и начнёт войну с СССР?
  В тот же день, 17 сентября по радио выступил нарком иностранных дел Молотов: " - ...От советского правительства нельзя требовать безразличного отношения к судьбе единокровных украинцев и белорусов, проживающих в Польше и раньше находившихся на положении бесправных наций, а теперь и вовсе брошенных на волю случая. Советское правительство считает своей священной обязанностью подать руку помощи своим братьям-украинцам и братьям-белорусам, населяющим Польшу. Ввиду этого правительство СССР заявляет, что сегодня отдало распоряжение Главному командованию Красной Армии дать приказ войскам перейти границу и взять под свою защиту жизнь и имущество населения Западной Украины и Западной Белоруссии. Советское правительство заявляет также, что одновременно оно намерено принять все меры к тому, чтобы вызволить польский народ из злополучной войны, куда он был ввергнут его неразумными руководителями, и дать ему возможность зажить мирной жизнью...".
  Текст этого заявления был утверждён на заседании Политбюро 15 сентября. Тогда же было принято решение установить западную границу СССР с Польшей по "Линии Керзона", о чём было сообщено германскому посольству. Возражений со стороны Германии не последовало, никаких дополнительных тайных документов к пакту о ненападении подписано не было. Согласились с новой границей, проходящей по "Линии Керзона" не только англичане и французы, но и польское правительство в изгнании, которое возглавил премьер-министр Владислав Сикорский. Президент Польши Игнаци Мосьницкий, Верховный Главнокомандующий маршал Рыдз-Смиглы и всё правительство оставили страну на произвол судьбы, спасая свои драгоценные особы.
  Вступив на территорию Западной Украины и Белоруссии, красноармейцы встретили восторженный приём местного населения. Украинцы и белорусы иногда даже вели бои с поляками, освобождая свои сёла от жолнеров. Так 19 сентября моторизованная группа комбрига Розанова столкнулась с польским отрядом, подавлявшим антипольское выступление местных белорусов. До прихода красноармейцев каратели убили 17 местных жителей, среди них 2 подростка 13 и 16 лет. Местное население польские власти восстановили против себя давно и прочно.
  Случались также и бои с регулярными частями польской армии. Так 22 сентября танкисты майора Чувакина вели бой с жолнерами генерала Олшины Вильчинского. В начале боя экипаж из подожжённого поляками танка выбрался из горящей машины и сдался в плен. Всех троих пленных поляки расстреляли. Женевская конвенция считает расстрел пленных преступлением. Чуть позже танкисты Чувакина захватили автомашину, на которой драпал этот генерал, вместе с женой, адъютантом и полной машиной барахла. Шофёра с женщиной отпустили, а генерала с адъютантом расстреляли. В полном соответствии с Женевской конвенцией, как лицо, всецело ответственное за преступные действия своих подчинённых.
   Уинстон Черчилль дал весьма ёмкое определение руководства предвоенной Польши ещё в период расчленения Чехословакии осенью 1938 г., когда оно отказалось пропустить советские войска через свою территорию. " Героические черты характера польского народа не должны заставлять нас закрывать глаза на его безрассудство и неблагодарность, которые в течение ряда веков причиняли ему неизмеримые страдания... . Нужно считать тайной и трагедией европейской истории, что народ, способный на любой героизм, отдельные представители которого талантливы, доблестны, обаятельны, постоянно проявляет такие огромные недостатки почти во всех аспектах своей государственной жизни. Слава в периоды мятежей и горя; гнусность и позор в периоды триумфа. Храбрейшими из храбрых слишком часто руководили гнуснейшие из гнусных! И всё же всегда существовали две Польши: одна из них боролась за правду, а другая пресмыкалась в подлости".
   Западные журналисты ссылаются на опубликованные после войны документы из обнаруженного архива МИД Германии, где имеется текст "пакта Молотова - Риббентропа". Похоже, что это очередная фальшивка, так как в тексте встречаются элементарные грамматические ошибки, которые МИД СССР пропустить просто не могло. Да и подпись Молотова подделана заглавными латинскими буквами. Путает Виктор Суворов и дату подписания " пакта Молотова - Риббентропа", совмещая её с моментом подписания договора о ненападении. В то время никто заранее не мог предугадать, как развернутся события на польско-германском фронте. И вовсе явной ложью является утверждение Виктора Суворова: "После подписания договора Сталин радостно кричал: " Обманул! Обманул Гитлера!".
  Известно и мнение Сталина о виновниках начала второй мировой войны, опубликованное в газете "Правда" 30 ноября 1939 г. : " а) не Германия напала на Францию и Англию, а Франция и Англия напали на Германию, взяв на себя ответственность за нынешнюю войну; б) после открытия военных действий Германия обратилась к Франции и Англии с мирными предложениями, а Советский Союз открыто поддержал мирные предложения Германии, ибо он считал и продолжает считать, что скорейшее окончание войны коренным образом облегчило бы положение всех стран и народов; в) правящие круги Англии и Франции грубо отклонили как мирные предложения Германии, так и попытки Советского Союза добиться скорейшего окончания войны. Таковы факты".
  В результате победы над японцами на реке Халкин-Гол, 16 сентября 1939 г. в Москве был подписан договор о прекращении военных действий с Японией. Напряжённость на Дальнем Востоке ослабела, ряд комдивов и комбригов были отозваны в Москву и получили новые назначения. СССР начал создавать новую границу с Германией по "Линии Керзона", но сначала нужно было вытеснить германские моторизованные войска генерала Гудериана в районе Бреста, которые дошли до Кобрина, преследуя отступающих поляков. Немцы возвращались очень неохотно, но согласились покинуть захваченную ими территорию после проведения совместного парада в Бресте. Военный парад принимали два генерала: Семён Кривошеин и Гейнц Гудериан. После парада был банкет для советских командиров и германских офицеров, звучали тосты. Очень насмешил немцев тост генерала Кривошеина, когда он предложил выпить "за вечную дружбу", но ошибся и вместо слова "фройндшафт" произнёс "файндшафт", что означало - вражда. Семён Кривошеин, еврей по национальности, не так уж плохо знал немецкий язык, очевидно, ошибка произошла на подсознательном уровне.
  Об отношении немцев к русским свидетельствует фельдмаршал Кессельринг: "В то время мы считали вмешательство России в конце кампании совершенно излишним, не говоря уже о трениях, возникших вскоре между Россией и Германией в связи с обстрелом русскими истребителями самолётов, находившихся в моём подчинении. Никак не отреагировать на этот инцидент из уважения к русским было весьма непросто. Всех нас это особенно разозлило ещё и потому, что русские вообще не проявляли особого дружелюбия и даже скрывали от нас жизненно необходимые метеорологические прогнозы".
  Виктор Суворов часто ссылается на советские публикации. Позвольте и мне сослаться на воспоминания польского поручика Ежи Климковского, впервые переведённые на русский язык в 1964 г.
  Большинство польских солдат, уходя от преследования, двинулись в сторону венгерской границы. При первой возможности отбивались от немецких колонн, объединяясь на время под командованием храбрых и предприимчивых офицеров. Часто немецкие колонны несли чувствительные потери, попадая в засады, но неизменно оказываясь победителями таких столкновений. Скрываясь по лесам и ведя бои, такие группы продержались до 29 сентября. К этому времени Красная Армия уже вступила на территорию Польши, польские воинские части разоружались ею и распускались по домам. В ночь с 29 на 30 сентября последние группы храбрых офицеров разоружились, помолились и, прочитав последний раз текст присяги, разошлись по одиночке, чтобы не привлекать внимания. Большинство офицеров двинулись в сторону Львова, иногда подсаживаясь в пути на крестьянскую телегу или на советскую грузовую машину.
  Население Львова в октябре выросло вдвое за счёт беженцев и военных - польских и советских. Город от военных действий почти не пострадал, в нём нашли временное убежище больше 6 тыс. польских офицеров, в том числе генералы Янушайтис, Борута-Спехович и Владислав Андерс. Некоторые из генералов и высших польских офицеров были привлечены советским командованием к участию в военной комиссии, передававшей Львов советским властям, всем им выдали разрешение на право свободного проживания и передвижения по всей территории, занятой советскими войсками. Гостиницы, рестораны и кафе были переполнены. Генерал Андерс был ранен в ночной перестрелке, пробираясь к венгерской границе и сообщил об этом факте советским властям, попросив оказать помощь. Был помещён в госпиталь, где весь обслуживающий персонал - поляки. К нему отнеслись хорошо, даже предложили после излечения вступить в Красную Армию, узнав, что он был противником государственного переворота Пилсудского. Нашлась во Львове жена и дочь Андерса, они получили возможность свободно навещать раненного.
   Большинство офицеров стремились попасть во Францию, где генерал Сикорский начал формировать Польскую армию, и было создано новое правительство. Через знакомых офицеров генерал Андерс выразил пожелание, чтобы Сикорский каким-либо дипломатическим путём вызволил его из Львова и перетянул к себе в Париж. Отношение генерала и многих офицеров к русским было неясным, но сражаться с немцами хотели все во вновь создаваемой на территории Франции Польской армии. Между Львовом и Парижем зачастили нелегальные курьеры, переходя советско-румынскую границу через реку Прут. Пограничной охраны в конце октября - начале ноября ещё не было, границу охраняла милиция, разместив посты в приграничных городках и проверяя незнакомых лиц на приграничной территории. Река Прут в местах перехода была мелкая, глубиной до колен, но быстрая. Каждый молодой поляк мог преодолеть реку шириной около 40 м. и очутиться в Румынии. Здесь, как правило, их задерживали румынские военные, которые укрепляли границу. Задержанных за нелегальный переход границы отправляли в Черновцы, и некоторое время содержали в румынской тюрьме, затем отправляли к польскому консулу. Выяснив личности задержанных поляков, консул освобождал их из тюрьмы, а чиновник оформлял паспортные дела. Затем поляков вводили в здание суда по двадцать человек, там уже находились судья, прокурор и адвокат. Поляков они ни о чём не спрашивали, но из уважения к закону приговаривали к четырём неделям лишения свободы с зачётом предварительного заключения. Если документы были готовы, задержанных поляков сразу же отпускали и отправляли на поезде в Бухарест, где их опекал генеральный консул, так как они не имели обязательного тогда разрешения на проживание в столице. Ежедневно из Бухареста во Францию польский военный атташе отправлял по тридцать-сорок человек, снабдив их необходимыми проездными визами.
  Прибывших во Францию польских офицеров направляли в распоряжение либо главнокомандующего генерала Сикорского, либо к генералу Соснковскому - государственному министру по делам Польши и главнокомандующему подпольной Армией Крайовой, которую им предстояло ещё создавать. В Польше уже действует "Союз вооружённой борьбы", на его основе создаётся армия. Вокруг Соснковского группировались сторонники "санации", вокруг Сикорского - поляки, стремившиеся воевать с Гитлером где угодно. Между группировками велась закулисная борьба, в которой трудно было предсказать победителя. Пока что побеждают сторонники создания Армии Крайовой, судя по решению резко ограничить приток во Францию поляков-эмигрантов, они нужны для создания подпольной армии на территории Польши, оккупированной немецкими и советскими войсками. Польские деятели, оказавшиеся в Венгрии и Румынии, делали всё возможное, чтобы не допустить большого наплыва добровольцев во Францию, в армию Сикорского. Они говорили: "Отсюда, из Румынии и Венгрии, ближе до польской границы, поэтому, как только кончится война (по их официальным данным, это должно произойти весной 1940 г.), мы первыми войдём в Польшу с готовыми частями, которые сейчас стоят в лагерях. Лишь после этого мы будем разговаривать с Сикорским".
  Французы оказались для поляков не слишком гостеприимными хозяевами, так как считали, что война разразилась из-за Польши. Каждый второй француз был уверен, что сражается не за Францию, а за польский Гданьск, а каждый третий вообще не хотел воевать. Если бы поляки выполнили требование Гитлера возвратить немцам Гданьск - войны бы не было. Польско-французский военный договор ещё не был подписан, имелось лишь временное соглашение, что осложняло работу призывных комиссий, которые начали работать с конца октября. Добровольцев для Польской армии было немного. Французы совершенно не заботились о поляках, выделяя худшие казармы, не оборудованные самым необходимым для нормального существования. Несмотря на зимнюю пору, казармы не отапливались.
  6. Неизвестная война польского правительства в эмиграции против СССР.
  В ноябре 1939 года польское правительство в эмиграции объявило войну Советскому Союзу. Формальным поводом послужил факт передачи Литве части освобождённой территории Польши с городом Вильнюс. СССР передал эту область 10 октября 1939 г. Литве на том основании, что в то время там проживало лиц литовской национальности больше, чем поляков или белорусов. Литва в то время была ещё буржуазной республикой, так что это решение Советского правительства свидетельствует лишь о восстановлении исторической справедливости. Узнав об объявлении войны СССР, верные присяге польские офицеры взялись за оружие, организуя в лесах и сёлах партизанские отряды, а в городах диверсионные группы. Война разгорелась нешуточная, так как против офицерских отрядов выступили хорошо вооружённые войска НКВД, которым, при необходимости, придавалось даже артиллерийское вооружение из ближайших красноармейских частей.
   В "Ледоколе" Виктора Суворова есть даже глава, озаглавленная "Зачем чекистам гаубичная артиллерия". Автор прав, сообщая, что 2 сентября 1939 г. постановлением СНК Главное управление пограничных и внутренних войск НКВД ликвидируется, вместо одного управления создаётся шесть, по разным направлениям деятельности. Не будем вдаваться в подробности, какого рода деятельностью занимались строители, снабженцы, железнодорожники и охранные войска НКВД, названия их говорят сами за себя. Конвойные же и пограничные войска имели свои Уставы и действовали строго на основании Уставов. Например, Устав конвойных войск, утверждённый в 1939 г. генерал-лейтенантом НКВД Масленниковым чётко определял их задачу: конвоирование заключённых и внешнюю охрану тюрем. Все войска СССР действовали и воевали строго по Уставам! Даже конвойные и пограничные войска, сведённые в 1941 г. в 39 Армию Западного фронта, которой командовал И. И. Масленников, воевали уже на основании Уставов сухопутных войск, а не по своим прежним Уставам. Может, Виктор Суворов имел в виду эту армию, основной состав которой был из бывших пограничников? Но это была уже общевойсковая армия, держала оборону на отведённом ей участке фронта, укомплектована артиллерийскими, сапёрными и другими подразделениями по штатам военного времени. Её бойцы воевали уже с немецкими войсками, а не с мирными жителями. Так же, как и соседние армейцы, держали оборону, ходили в атаки и несли неизбежные на фронте потери.
   Премьер-министр Сикорский в ноябре 1939 г. высказался против объявления войны СССР эмигрантским правительством Польши, но был побеждён большинством своих министров. Сдался, заявив: "Они дрались бы со всем миром, а в жизни, если хочешь идти вперёд, так поступать нельзя". К счастью, у союзников Польши - правительства Франции и Англии, нашлось достаточно благоразумия, чтобы не обострять отношения с СССР, но повлиять на решение польского правительства не смогли, или не захотели. Исход этой провокационной войны был заранее ясен, он привёл лишь к арестам и пленению множества поляков, поддержавших польское правительство в эмиграции и принявших прямое или косвенное участие в этой войне.
  Виктор Суворов много внимания уделяет "зверствам" сотрудников НКВД, но даже не упоминает об официальном объявлении войны правительством Польши в эмиграции. Дипломатического ответа на объявление войны от советского правительства не последовало, обошлись красноречивым молчанием, которое тогда ясно указывало, что польское правительство в эмиграции народ не избирал, оно незаконно. Польские министры также считали, что нет смысла вступать в переговоры с Советским Союзом, поскольку после окончания войны русские вынуждены будут уступить под давлением победоносных французов, а особенно англичан, которые гарантировали Польше границу. Значит, необходимо проводить политику вражды к Советскому Союзу.
  Первые нелегальные организации были созданы во Львове ещё в конце сентября генералами Янушайтисом и Борута-Спеховичем. Начали свою деятельность с распространения листовок, но вскоре были ликвидированы советскими органами внутренних дел. Несмотря на эффективность действий НКВД, это был не конец польского подполья, а только начало. Существовала в Польше и национал-демократическая партия "Сторонництво Народове", выступавшая за государственное строительство с опорой только на поляков и католиков. Состояла в оппозиции к правительству довоенной Польши. По своим общественно-политическим воззрениям национал-демократы почти во всём сходились с германскими национал-социалистами, к деятельности которых они относились с большой симпатией; особенно они восхищались антиеврейской политикой германского правительства. Но сознавали, что между Польшей и Германией существуют неизгладимые противоречия, и что польская нация должна защищать перед немцами извечную польскую территорию, включая Верхнюю Силезию и Поморье. Даже больше: от немцев надо отнять территории, заселённые мазурами и кашубами. Данциг тоже должен принадлежать Польше.
  Наиболее действенной нелегальной организацией на территории оккупированной Польши был "Союз вооружённой борьбы", состоящий из офицеров, желавших сражаться с оккупантами, как русскими, так и немецкими. СВБ имел постоянные связи через курьеров с правительством во Франции, получал оттуда деньги, инструкции и назначения на командные посты генералов, оставшихся в Польше. Так генерал Андерс, находившийся на излечении в госпитале, а потом в советском плену, был назначен командующим Краковским округом СВБ, впоследствии "Армии Крайовой", получил псевдо Валигула. Естественно, даже выехать туда он не мог, но министров правительства в эмиграции это не смущало. Подобная практика назначений коснулась многих генералов и офицеров. Таким путём министры создавали видимость вооружённой борьбы и добивались финансирования. Не надо забывать, что за спиной правительства стояли французы и англичане.
  Перед объявлением войны Советскому правительству военнопленных поляков в плену было немного. Существовала практика, что попавшие в плен рядовые военнопленные, проживавшие на территории, занятой советскими войсками Западной Украины и Западной Белоруссии, распускались по домам. Де-юре подобная практика была закреплена постановлением Политбюро от 3 октября. Автор же "Ледокола", анализируя один из официальных документов погранвойск от 19 сентября утверждает, что цифра в "600 пленных" переправленных через одну из пограничных застав явно занижена, так как застав было много. Не будем спорить о таких "мелочах", лучше сошлёмся на самих поляков. По их утверждению, население только Львова возросло вдвое, за счёт беженцев и офицеров. И никого из них советские войска в плен почему-то не брали. Вам не кажется это странным, господин Суворов? Только после объявления правительством Сикорского войны СССР начались масштабные аресты офицеров, причастных к "Союзу вооружённой борьбы". А что ещё оставалось делать советским властям после объявления им войны?
  Теперь о переносе границы на запад, на "Линию Керзона", за 300 - 400 км. от старой советско-польской границы. Это очень сложный процесс - создать новую границу. Необходимо ликвидировать старые пограничные заставы и создать новые, установить пограничные знаки, оборудовать казармы для пограничников, построить вышки, пропахать контрольно-следовую полосу, установить пункты пропуска через границу и решить ещё массу вопросов о взаимодействии с пограничниками сопредельной стороны. На это нужны месяцы, а на дальнейшее совершенствование границы - годы. Виктор Суворов утверждает, что для этого были созданы батальоны "Особого назначения" - Осназ. Он пишет: "По форме - вроде пограничники, а вот по содержанию - Осназ... Батальоны Осназ первыми переходили границу во время "освобождения" Польши, Бессарабии, Буковины, Эстонии, Латвии, Литвы, Финляндии".
  Я перечитал гору мемуарной литературы, пытаясь отыскать пресловутые батальоны Осназ, которые первыми вышли на новую советско-польскую границу, резали связь, взрывали и захватывали мосты и так далее. Ничего этого не было по той простой причине, что не было в этом необходимости, все вопросы решались заранее дипломатическим путём. После отхода противника сначала устанавливалась на освобождённой территории советская власть - сельсоветы, с органами защиты в виде обыкновенной милиции, большинство её сотрудников набирались из местной трудовой прослойки - рабочих и крестьян. Вооружение - винтовки и наганы. Они же и начинали контролировать приграничную полосу, обычно шириной два километра. Потом, 22 октября 1939 г. среди населения освобождённых районов Западной Украины были проведены выборы депутатов до Народного Собрания Западной Украины. Депутаты лишь 26 - 28 октября 1939 г. проголосовали за установление Советской власти на всей территории Западной Украины и вхождении её в состав Украинской ССР. Тогда же депутаты приняли решение о конфискации земли у помещиков и передаче её без выкупа в пользование крестьянам, о национализации банков и крупных предприятий. Верховный Совет СССР принял закон о включении Западной Украины в состав Союза и воссоединении её с Украинской ССР 1 ноября 1939 г. Лишь после этого пограничники получили разрешение на установку пограничных столбов и начали обустройство границы.
  Большое влияние на образование в Прибалтике Советских республик оказали события во Франции, так как прибалты во внешней политике ориентировались на Францию. Раздвоение во французском обществе было огромное и наступил правительственный кризис. Ещё 26 сентября 1939 г. была запрещена деятельность компартии, закрыты прогрессивные газеты, а в апреле 1940 г. введена смертная казнь за коммунистическую пропаганду. Усилилось влияние коллаборационистов, которые выступали за соглашение с Гитлером. Ушёл в отставку премьер-министр Даладье, новое правительство сформировал Поль Рейно. К этому времени штаб Сикорского подготовил план создания армии в 800 тыс. польских солдат. Согласно плану, такая армия могла быть создана за счёт притока добровольцев - американцев польского происхождения. Но вместо взращённых в мечтах 800 тыс. рекрутов во Францию прибыли подаренные польской колонией в Америке двадцать санитарных автомобилей. Возмущение Сикорского и его штаба было огромное! Дальше международные события развивались стремительно, продемонстрировав всему миру неспособность Запада противостоять агрессивной политике Гитлера.
  9 апреля 1940 г. немецкая армия внезапно напала на Данию и Норвегию. Франция и Англия оказались не в состоянии помочь этим странам отразить агрессию, лишь с опозданием был подготовлен для спасения Норвегии экспедиционный корпус. В состав корпуса вошли английские войска и польское соединение - Подхалянская бригада, численностью 5 тыс. человек. Французские воинские части, которые тоже должны были входить в состав этого корпуса, так никогда и не добрались до Норвегии. Поляки ещё успели принять участие в последних боях, потом были эвакуированы морем в Шотландию, оставив в могилах возле Нарвика 150 своих солдат. Вообще то, Подхалянскую бригаду сначала предполагали использовать в Финляндии для войны с СССР, но Сикорский возражал против посылки польских войск в Финляндию, так, как это противоречило его основному замыслу - добиться соглашения с Советским Союзом. В то же время польская оппозиция постоянно этому препятствовала, на территорию Польши, занятую Красной Армией, шли срочные приказы из отделов Соснковского об организации вооружённых отрядов и проведении в широких масштабах диверсионных актов.
  10 мая немцы нанесли удар по Бельгии, Голландии и Люксембургу, добившись молниеносного успеха, затем вторглись во Францию с севера, обойдя укреплённую линию Мажино. Английский экспедиционный корпус численностью 300 тыс. солдат пришёл на помощь французам, но потерпел поражение и едва спасся, эвакуировавшись из Дюнкерка, потеряв всю тяжёлую технику. В Англию вместе с отступавшими через Дюнкерк английскими войсками попало около 2 тыс. польских офицеров и около четырёх тыс. солдат. На помощь французам переправили из Англии Подхалянскую бригаду, высадив её в Бретани. Под ударами немцев там она и погибла, в Англию вернулись чуть больше ста поляков. Многочисленные французские войска так всю кампанию и просидели в бетонных укреплениях линии Мажино, не приняв участия в боях, потом немцы их пленили. Немецкие войска захватили Париж уже 14 июня, 16-го было объявлено о создании правительства маршала Петэна, 17-го новое французское правительство обратилось к немцам с просьбой о перемирии, а 22 июня 1940 г. произошла капитуляция Франции. Одна из причин поражения: - действие внутри страны "пятой колонны". Французский журналист Анри Симон писал: "Саботаж был не только делом рук гитлеровских агентов. В нём участвовала большая часть делового мира, а также высокопоставленные лица из числа гражданских и военных властей... Франция не была побеждена Гитлером. Она была разрушена изнутри "пятой колонной", обладавшей самыми влиятельными связями в правительстве, в деловых кругах, в государственном аппарате и в армии". Мир начал понимать, чем является гитлеровская Германия для многих стран, общественное мнение изменилось в пользу Советского Союза, сумевшего временно защитить свою территорию подписанием пакта о ненападении. И последовательно, порой жёстко искоренял из своей среды лиц, могущих стать в будущей войне с Германией "пятой колонной".
  В июне 1940 г. Советское правительство предложило правительству Румынии возвратить Советскому Союзу Бессарабию и передать Северную Буковину, большинство населения которой составляли украинцы. Румыны согласились, но попросили возвратить золотой запас, переданный на хранение царскому правительству в годы первой мировой войны, когда Румыния вступила в войну на стороне России. Сталин им в этой просьбе отказал, считая, что два десятилетия владения территорией Бессарабии являются достаточной компенсацией за золотой запас. После некоторых колебаний румынское королевское правительство 28 июня 1940 г. приняло это предложение. В тот же день советские войска вступили в города и сёла Бессарабии и Северной Буковины. Конфликт возник лишь однажды, когда на территории Бессарабии румыны опоздали с отводом своих войск, красноармейцы их обогнали. Румынские власти выразили протест, заявив, что советские танки доставили самолётами. Сталин вызвал по этому поводу командующего войсками Киевского военного округа Жукова, потребовал объяснений. Жуков ответил, что румыны ошиблись, в нашей стране, да и во всём мире, ещё не созданы самолёты, способные перевозить танки. Сталин посмеялся, конфликт был улажен дипломатическим путём.
  Теперь коротко о Литве. 10 октября 1939 г. Советское правительство возвратило Литве город Вильнюс и Вильнюсскую область, незаконно захваченную Польшей в 1920 г., что вызвало симпатии населения Литвы к СССР. В июне 1940 г. народ Литвы восстал против своего буржуазного правительства и сверг его. Руководила народным восстанием Коммунистическая партия Литвы, имевшая тесные связи с Коминтерном в Москве. 21 июля, после победы коммунистов на выборах в Народный сейм, в Литве была установлена Советская власть и провозглашена Литовская Советская Социалистическая Республика. 3 сентября 1940 г. Верховный Совет принял новую республику в состав СССР. 25 августа была принята Конституция Литовской ССР, главой правительства стал Гедвилас.
  Дипломатические и торговые отношения с Латвией РСФСР восстановила 11 августа 1920 г., подписав Советско-латвийский мирный договор. СССР всегда с благодарностью относился к латышскому народу, представителями которого были латышские стрелки во время Великой Октябрьской Социалистической революции в Петрограде. Они охраняли Ленина и молодое Советское правительство во время переезда в Москву, охраняли Кремль, потом, в составе Латышской дивизии воевали с белогвардейцами на фронтах Гражданской войны. В 1939 - 40 г. в Латвии был образован антифашистский Народный фронт и побеждено буржуазное правительство. 21 июля 1940 г. была установлена Советская власть и создана Латышская ССР. 5 августа 1940 г. Верховный Совет СССР принял её в состав на правах союзной республики.
  Пакт о взаимопомощи между Эстонией и СССР был подписан 28 октября 1939 г. Согласно договору, на территорию Эстонии были введены войска Красной Армии без права вмешательства во внутренние дела. Однако, само их присутствие создало революционную ситуацию, 21 июня 1940 г. рабочие и крестьяне Эстонии свергли профашистское буржуазное правительство, которое не посмело применить оружие против собственного народа. 6 августа 1940 г. Верховный Совет СССР удовлетворил просьбу Эстонии о приёме её в состав СССР на правах союзной республики. Как восторженно встречали народы прибалтийских республик приход Красной Армии и установление советской власти, запечатлели английские кинооператоры. Заметьте, английские, не советские операторы. Ещё пять лет назад эту кинохронику демонстрировали по украинскому телевидению, сейчас её из показа изъяли.
  Теперь попытаемся найти следы практического действия пограничных формирований Осназ в советско-финской войне 1939-40 гг. Поводом к войне послужило сооружение на Карельском перешейке мощной оборонительной "Линии Маннергейма", которую можно было использовать для концентрации войск и нападения на близко расположенный Ленинград. В таком случае огромному городу, чьи окрестности могли простреливаться дальнобойной артиллерией с финской стороны, существовала угроза захвата. Советское правительство предложило отодвинуть финскую границу от Ленинграда на 30 км., обещая взамен территорию в два раза большую. Начались трудные переговоры с правительством Рюти, которое упорно отказывалось от возможности разрешить переговоры мирным путём. Наоборот, подстрекаемое своими западными союзниками, продолжало концентрировать войска на "Линии Маннергейма", доведя в конце ноября их численность до 15 дивизий. Располагая всего 40 боевыми самолётами, начало готовить 140 аэродромов для приёма самолётов союзников. Вело тайные переговоры с представителями Германии, а явные с англичанами, которые пытались всеми способами отвести угрозу высадки немцев на островах Англии, направив их агрессию на восток.
  Война началась с провокационных обстрелов финской артиллерией советских позиций под Ленинградом 26 и 29 ноября. Советское правительство к войне было не готово, Генштаб в планировании операций участия не принимал, но было принято решение обойтись войсками Ленинградского военного округа и Балтийского флота. Поддавшись на провокации, 30 ноября СССР объявил войну Финляндии. Финские войска были в готовности, завязались упорные бои с регулярными частями Красной Армии, о применении пограничников Осназ для прорыва обороны не могло быть и речи. После упорных боёв, прорвав зону укреплений глубиной от 25 до 65 км., советские войска вышли к "Линии Маннергейма", но преодолеть её с ходу не смогли. Финны, впервые в мировой практике, применили в качестве оборонительного оружия бутылки с зажигательной смесью. Исторически справедливо было бы назвать содержимое этих бутылок "Коктейлем Маннергейма", а не "Коктейлем Молотова", но это уже на совести досужих журналистов. Красноармейцы страдали от жестоких морозов, большие сугробы снега затрудняли движение транспорта, доставить питание и боеприпасы можно было только на танках и тракторах, но их было мало. Пришлось изымать тракторы из колхозов, грузить их на железнодорожные платформы и доставлять ближе к зоне боёв. Говорю это без преувеличения, мой дядя Мирон Андреевич, колхозный тракторист с Украины, был мобилизован вместе с трактором и участвовал в доставке грузов к "Линии Маннергейма". К счастью, после перемирия вернулся домой на Корсунщину живой вместе с трактором, не обмороженный и не подстреленный финской "кукушкой".
  Крепко запомнил Сталин этот жестокий урок, как начинать войну без соответствующей подготовки, поддавшись на вражеские провокации. 14 декабря 1939 г. СССР был исключён из Лиги Наций, а в новогоднюю ночь Сталину пришлось лично обзванивать секретарей обкомов ряда областей с просьбой организовать сбор среди населения овчинных полушубков, рукавиц и валенок. Взять "в лоб" хорошо укреплённые финские позиции не удалось. Лишь вначале марта дивизия под командованием Михаила Кирпоноса форсировала по льду Финский залив и обошла с северо-запада Выборг, а 11марта начала его штурм. Сопротивление финской армии было сломлено, несмотря на помощь вооружением со стороны Англии и Франции. Они передали Финляндии 275 самолётов, 700 орудий, 5 тыс. пулемётов и много другого снаряжения.
  По просьбе правительства Финляндии 12 марта в Москве был подписан мирный договор. Угрозу Ленинграду было ликвидировано, к СССР отошёл Карельский перешеек с г. Выборгом, западное и северное побережье Ладожского озера, часть полуостровов Рыбачьего и Среднего на Севере. Стороны обязывались воздержаться от нападения друг на друга и не вступать во вражеские коалиции. СССР получил в аренду на 30 лет полуостров Ханко для создания там военно-морской базы, взамен обязался вернуть Финляндии район возле Печенги, захваченный во время войны. Сразу отметим, что после подписания договора, финны начали сближение с гитлеровской Германией и 22 июня 1941 г. вступили в войну против СССР на стороне Гитлера, грубо нарушив свои обязательства.
  Зимнюю войну против Финляндии Сталин оценил как неудачную, начал доискиваться причин низкой боеспособности Красной Армии, поочерёдно приглашая для беседы военачальников и участников войны. Потом созвал совещание и подвёл итоги. В результате маршал Ворошилов был смещён с поста министра обороны за "мягкость" в обращении с подчинёнными, на его место назначен маршал Тимошенко. Начальником Генштаба стал генерал Мерецков, бывший командующий 7-й армией. Было принято решение, с целью увеличения скорострельности пехоты принять на вооружение стрелков самозарядные винтовки Токарева СВТ, а для пехотных командиров - пистолеты ТТ (Тульский Токарева). Маршал Кулик настойчиво предлагал повысить калибр дивизионных орудий с 76 до 107 мм., несмотря на возражения наркома вооружения Ванникова, считавшего, что орудийные заводы не успеют изготовить новое оснащение и освоить производство более крупного орудия. Да и для перемещения его потребуются не конные упряжки, а тягачи. К разумным доводам Ванникова не прислушались, установили для заводов жёсткие сроки. В итоге заводы прекратили выпуск лёгких удобных орудий, а новый калибр не освоили. Маршал Кулик обвинил в саботаже Ванникова, настоял на заключении умного наркома в тюрьму. Оттуда он был освобождён по указанию Сталина уже после начала войны с Германией и назначен министром боеприпасов. В войну с Германией Советский Союз вступил с таким же количеством 76-ти миллиметровых орудий, как и царская Россия в 1914 г.
  Начальник Управления боевой подготовки сухопутных войск генерал Василевский обратил внимание Сталина на большое время, которое красноармейцы тратят на политзанятия в ущерб боевой подготовке. Сталин решил проверить это утверждение, назначив генерала Фёдора Костенко командиром кавалерийской дивизии без штата политруков и комиссара. Единоначалие генералу понравилось, показатели боевой подготовки и дисциплина в дивизии выросли, о чём Костенко и доложил Сталину после проверок. Сталин отправил генерала на учёбу в Академию, а накануне войны назначил командующим 26-й армией.
  Попало в руки Сталина и письмо Голованова, шеф-пилота ГВФ, совершавшего над небом Финляндии разведывательные полёты на гражданском самолёте, оборудованном навигационными приборами. Голованов обращал внимание Сталина на неумение военных лётчиков пилотировать самолёты в сложных метеоусловиях без видимых земных ориентиров, предлагал свои услуги для обучения. Сталин вызвал Голованова на беседу, присвоил звание подполковника и назначил командиром авиаполка. Поинтересовался, сколько денег получал шеф-пилот. Оказалось, что месячный оклад Голованова превышал оклад командира полка. Сталин приказал повысить для Голованова оклад до уровня шеф-пилота ГВФ. Голованов надежды Сталина оправдал, командуя и обучая военных лётчиков мастерству вождения самолётов в "слепых" полётах. Быстро рос в должностях и званиях, создал Авиацию Дальнего Действия, был назначен её Командующим, во время войны с Германией ему было присвоено звание Маршала Авиации.
  В отличие от советских военачальников, Виктор Суворов оценивает результат войны с Финляндией, как очень удачный для СССР. Об этом он пишет в своём сочинении "Последняя республика". Правда, эта мысль осенила его после компьютерной игры на мощной ЭВМ, куда по его просьбе программисты завели жестокие условия наступления Красной Армии в зимний период на хорошо укреплённую "Линию Маннергейма". Специально созданный для решения военных задач мощный компьютер выдал однозначный ответ: наступать в этих условиях невозможно.
  7. Военные доктрины СССР.
  Виктор Суворов много глав уделяет в своём "Ледоколе" вопросам безопасности СССР накануне войны с Германией. Задаёт вопросы: - Почему была уничтожена полоса обеспечения вдоль границы?; - Почему Сталин разрушил оборонительную "Линию Сталина"?; - Зачем Сталину десять воздушно-десантных корпусов?; - Что такое армии прикрытия?; - Для чего предназначался первый стратегический эшелон? и т. д. и т. п. Таким путём он пытается убедить читателей, что Вторую мировую войну начал не Гитлер, а Сталин. Это многословие легко разрушить, если ознакомить читателей с военными доктринами, существовавшими в СССР, начиная с 1922 г. Первая доктрина, формально не озвучена, была ответом Советского правительства Троцкому-Бронштейну на его приказ направить через Афганистан в Индию Первую Конную Армию для развёртывания Революции в этой бедной английской колонии. Ленин и Сталин, занявший в 1922 г. должность Первого Секретаря ЦК РКП(б), на эту авантюру не пошли, разрушенное войной хозяйство страны само остро нуждалось в экономической помощи капиталистических государств. Молодая, неокрепшая страна стремилась к миру, пугая капиталистов лишь призывами к "мировой революции". Не поддержал Троцкого и мудрейший раввин Москвы - Маазе, сказав своим соплеменникам: "Революции делают Троцкие, а расплачиваются Бронштейны".
  Примером отношения к СССР народов Индии, включая Гималаи и Тибет, является их послание правительству, доставленное в 1926 г. российским живописцем и путешественником Николаем Константиновичем Рерихом. "На Гималаях мы знаем совершаемое вами. Вы упразднили церковь, ставшую рассадником лжи и суеверий. Вы уничтожили мещанство, ставшее проводником предрассудков. Вы разрушили тюрьму воспитания. Вы уничтожили семью лицемерия. Вы сожгли войско рабов. Вы раздавили пауков наживы. Вы закрыли ворота ночных притонов. Вы избавили землю от предателей денежных. Вы признали, что религия есть учение всеобъемлемости материи. Вы признали ничтожность личной собственности. Вы угадали эволюцию общины. Вы указали на значение познания. Вы преклонились перед красотой. Вы принесли детям всю мощь космоса. Вы открыли окна дворцов. Вы увидели неотложность построения домов общего блага!
   Мы остановили восстание в Индии, когда оно было преждевременным, также признали своевременность вашего движения и посылаем вам всю нашу помощь, утверждая единение Азии! Знаем, что многие построения свершатся в 28 - 36 годах. Привет вам, ищущим общего блага!"
   Посланца народов Индии трудно упрекнуть в лицемерии и подделке. Октябрьскую революцию Рерих не воспринял, в 1918 г. эмигрировал сначала в Финляндию, потом в США. Известен, как автор рисунка американского доллара и замечательных пейзажей Гималаев. Впрочем, однозначно судить о деятельности Рериха, как художника - трудно. В конце 1924 г. британская разведка случайно засекла его встречу в Берлине с главой сикхских террористов Махендра Пратапа. С тех пор находился под наблюдением англичан, подозревавших в нём связника советской разведки с тайными обществами в Индии.
  Первым, кто систематизировал в СССР учение о системе военных доктрин, был полководец Гражданской войны Михаил Васильевич Фрунзе, назначенный в 1925 г. народным комиссаром военных и морских дел. Он писал, что военная доктрина есть " принятое в армии страны учение, которое устанавливает характер строительства вооружённых сил страны, методы боевой подготовки войск, их управление на основе действующих в стране взглядов на характер военных задач, поставленных перед ней, и на способы их решения, что вытекают с классового понятия страны и которые определяются уровнем развития производственных сил страны".
  При Фрунзе была принята военная доктрина, которая сокращала численность вооружённых сил в 10 раз - до 500 тыс. человек. Произведено резкое сокращение центрального военного аппарата, неимоверно разбухшего за годы правления Троцкого, в основном за счёт его сторонников-евреев. Введено понятие о территориальных войсках, которые могли быть мобилизованы на короткий срок на территориях, которым угрожала опасность. Стоит ли после этих реформ удивляться, что уже летом 1925 г. Фрунзе дважды попал в Москве в автомобильную аварию, когда автомобилей было совсем немного, так как на улицах преобладали извозчики. Потом Фрунзе умер после неудачной операции на желудке. Западная пресса до сих пор бездоказательно обвиняет в этом Ворошилова, ставшим наркомом обороны. Одним из его заместителей был назначен Тухачевский. Ранее Фрунзе приглашал на эту должность героя гражданской войны Григория Котовского, но тот 6 августа 1925 г. погиб от руки наёмного убийцы в с. Чабанка, возле Одессы, являясь командиром 2-го кавалерийского корпуса. Фрунзе ценил Котовского, и его таланты полководца ставил значительно выше "стратега" Тухачевского, который во время бегства в 20 г. от стен Варшавы писал войскам никому не нужные директивы. Котовский же в это время, командуя кавалерийской бригадой, умело отступал, нанося польским "панам" чувствительные контрудары. Убийцу Котовского нашли и судили, но через два года он уже гулял на свободе. Тухачевский, Якир и Гамарник распространили слух, что Котовского убили "из-за баб". Котовцы с этим мнением не согласились, нашли убийцу и расправились с ним уже по своему, без суда и следствия, отомстив за смерть любимого командира.
  Военная доктрина Фрунзе и резкое сокращение численности армии убедительно доказывают, что СССР отказался от курса на мировую революцию и взял курс на построение социализма в отдельной стране. Но Виктор Суворов этого не признаёт. Он пишет: "1927 год - это год, когда Сталин сделал окончательный вывод о неизбежности Второй мировой войны, о решительной борьбе с социал-демократическим пацифизмом, который тормозит начало войны, о поддержке рвущихся к власти фашистов, которых следует затем уничтожить". Этот бред после десятикратного сокращения численности РККА комментировать невозможно.
   Советское правительство в 30-е годы трезво оценивало возможности Красной Армии, допускало, что многие территории могут быть захвачены агрессором в результате войны, поэтому заранее формировались партизанские отряды, закладывались тайники с вооружением, подготавливались партизаны и минёры для ведения оборонительной войны, заранее намечались мосты и объекты, подлежащие уничтожению. В некоторых приграничных районах даже создавались "военные колхозы", куда направлялись демобилизованные из армии красноармейцы. В случае войны они должны были стать основой для создания партизанских отрядов и диверсионных групп.
  Виктор Суворов признаёт, наконец, что в условиях бездорожья быстроходные танки БТ использовать невозможно. Сразу же выдвигает новую версию: эти танки строили для вторжения в страны западной Европы, где имелись автострады. Стоит только сменить гусеницы на шины, и быстроходные танки завоюют всю Европу. Ох, не такая это простая техническая проблема, как уверяет нас автор "Ледокола". А как быть с рулевым управлением и направляющими колёсами? С помощью одних фрикционов таким танком рулить невозможно. Да и для чего танк превращать в бронеавтомобиль? В то время в РККА уже были бронеавтомобили БА-10, вооружённые 45-мм. орудием. Это очередная выдумка для легковерных читателей.
  Удивляет глава 13 "О крылатом танке". Виктор Суворов пишет: "Олег Антонов, тот самый, который потом станет создателем самых больших в мире военно-транспортных самолётов, предложил навесить на обычный серийный танк крылья и оперение, используя корпус танка как каркас всей конструкции. Эта система получила название КТ - крылья танка. Приводы воздушных рулей крепились к пушке танка. Экипаж танка осуществлял управление полётом, находясь внутри танка, путём поворота башни и подъёма пушечного ствола. КТ - это потрясающая простота". Возможно, кому то понадобилось "закрепить" за собой эту идею, но лишь ради получения "пустого" авторского свидетельства.
  Война с Финляндией в 1940 г. закончилась миром, который Советская сторона приняла без раздумий, на основе существовавшей тогда военной доктрины, которая не предусматривала наступательную войну и захват чужих территорий. А если бы на помощь Финляндии пришли другие капиталистические государства и навалились на СССР объединёнными вооружёнными силами? Даже в случае успешной защиты границ СССР, предложения о мире с другой стороны могло не последовать, войну пришлось бы продолжать до победного конца на чужой территории. К наступательной войне СССР был не готов даже теоретически, сначала требовалось изменить военную доктрину, придав ей наступательный характер. Это оказалось сделать нелегко, потребовало много труда и времени.
   Внедрять в войска новую военную доктрину начали ещё в 1939 г. с изменения полевых Уставов РККА. Немного сократили часть разделов, трактующих действия войск в обороне, за счёт их более подробно изложили тактику действия подразделений в наступлении. Когда в апреле 1940 г. Германия оккупировала Норвегию и завязала дружественные отношения с Финляндией, для советского правительства стало ясно, что наиболее вероятный противник в будущей войне - Германия. Протяжённость границы от Баренцова до Чёрного моря составила около 4 тыс. км., никакой полосой обеспечения эту границу не загородишь. Даже при наличии полосы обеспечения её легко прорвать, сконцентрировав бронетанковые силы и авиацию на определённых участках. Дальше - окружение основных сил и их пленение. Практика ведения "молниеносной войны" Германией в 1940 г. подтвердила правильность предположений советского Генерального штаба. Он поступил совсем не так, как ему "советует" в "Ледоколе" Виктор Суворов. В подтверждение этого процитируем приказ начальника Генштаба генерала Мерецкова в изложении автора "Ледокола". Мерецков приказал:
  1. Ранее созданную полосу обеспечения на западных границах уничтожить, команды подрывников распустить, заряды снять, мины обезвредить, заграждения сравнять с землёй.
  2. На новых землях полосу обеспечения не создавать.
  3. Основные силы Красной Армии вывести прямо к границам, не прикрывая эти силы никакой полосой обеспечения.
  Виктор Суворов приводит этот приказ в доказательство агрессивных устремлений Сталина, пытаясь убедить читателей, что именно Сталин, а не Гитлер развязал вторую мировую войну. Вот мои возражения: - Мины на территории СССР в мирное время не нужны, они опасны для населения и животных, которые не умеют читать предупредительные надписи. Заминированные же мосты представляют огромную опасность для проезда по ним транспортных средств, их минирование запрещено советским законодательством. В подтверждение этих слов рекомендую автору "Ледокола" ещё раз внимательно перечитать воспоминания Ильи Старинова "Мины ждут своего часа", на которые он ссылается. Старинов оставил нам подробное описание разминирования железнодорожного моста на советской территории, совершённое вражескими диверсантами. Пришлось подогнать к мосту паровоз и выплавлять взрывчатку паром, подаваемым из котла. Сколько труда, времени и нервов потребовалось Старинову, чтобы выполнить эту опасную работу, он скромно умалчивает. Мины вдоль узкой пограничной полосы установить и замаскировать можно, а как их потом извлекать из густой травы и кустарника? Совершенных миноискателей тогда не было, при разминировании сапёры обычно втыкали в почву заострённый металлический прут или трехгранный штык, нащупывая мины, засыпанные тонким слоем земли. Полосу обеспечения вдоль новой границы, частично предусмотренную довоенными наставлениями, создавать не торопились, зачем изымать земли из хозяйственного товарооборота? Тем более, что часть земель находилась в частной собственности, а их владельцы вступать в колхозы и совхозы не торопились, предпочитая оставаться единоличниками. Все силы Красной Армии были брошены на строительство новых железных дорог, мостов и военных аэродромов для защиты с воздуха городов и промышленных предприятий. Поступили так, как и должен поступать рачительный хозяин в своей стране. А оборона рубежей, это святая обязанность Красной Армии, численность её значительно возросла после принятия закона о всеобщей воинской повинности. Никакие полувоенные формирования гражданского населения для обороны больше не нужны.
  С увеличением притока в армию призывников выяснилось, что катастрофически не хватает молодых лейтенантов на должности командиров взводов. Главная проблема - острая нехватка командиров взводов, а не генералов, как нас пытаются убедить различные источники. Часть военачальников пришлось расстрелять в 37 г. по подозрению в измене, многих арестовали, но после проверки освободили, вернули прежние звания и награды. Временно решили проблему, замещая лейтенантов опытными сержантами, но скоро выяснилось, что им не хватает образования, даже для общения с командирами рот и батальонов. Пришлось расширять сеть военно-учебных заведений, но для подготовки выпускников военных училищ потребуется 2 - 3 года. Так на Украине были в 1940 г. созданы новые военные пехотные училища: Винницкое, Каменец-Подольское, Житомирское и Черкасское. Для них не хватало учебной базы, помещений, инструкторов, вооружения и полигонов. Пришлось училище из Каменец-Подольска объединить с Черкасским, а после года учёбы перевести в Свердловск. Лишь в конце 1941 г., уже на новых местах, после доблестной защиты Ростова, когда погибло много курсантов из этих училищ, им вернули прежние наименования. Училище, размещённое в Ростовской области назвали Житомирским, размещённое в Краснодаре - Винницким, а 2-му Свердловскому вернули прежнее наименование - Черкасское. Чтобы курсанты помнили места своих первичных формирований и не забывали земляков, геройски погибших при обороне Ростова, но нанёсших поражение группировке генерала Клейста, освободив занятый врагом Ростов и отогнав его к Таганрогу.
  
  Некоторые советские военачальники справедливо отмечают, что победа под Ростовом - прелюдия победы в битве за Москву. Напомним читателям, что к этому времени наши союзники, воюя больше двух лет, терпели лишь поражения от вермахта и итальянских войск. Немецкие парашютисты-десантники способствовали захвату у англичан острова Крит в Средиземном море, а с запада войска Роммеля с итальянцами угрожали захватить Каир и Суэцкий канал. Это был самый тяжёлый период войны для англичан, когда немецкие самолёты бомбили Лондон, Ковентри и другие промышленные города, а в Атлантике рыскали стаи подводных лодок, беспощадно пуская на дно торговые суда англичан. Англия - островная страна, её материальное благополучие зависит от подвоза морями сырья из колоний. Гитлер уже начал подготовку к операции "Морской лев", готовя армию к вторжению на острова.
  Есть в произведении Виктора Суворова глава, озаглавленная "Морская пехота в лесах Белоруссии". Начинается она правдиво: "Морской пехоты в Красной Армии не было". А потом пишет: "1940 год - это год рождения советской морской пехоты. Она родилась в июне, в том самом месяце, когда Гитлер сокрушил Францию". Он считает, что создание в Пинске флотского учебного отряда для подготовки матросов к службе на кораблях ВМФ и является датой создания морской пехоты в Красной Армии. Далее продолжает: "Правда, интересно: на океанах морской пехоты нет, а в белорусских болотах она есть. Из этого можно делать выводы, где Сталин готовит оборону, а где наступление".
  Задним числом могу только подправить Виктора Суворова. Пинский учебный отряд ВМФ продолжал готовить специалистов и после войны. Подготовил для флотов тысячи первоклассных радистов, электромехаников, в том числе и для службы на крейсерах. Только морских пехотинцев не готовил. Подразделения морской пехоты были созданы из моряков лишь после нападения Германии, когда понадобилось усилить оборону военно-морских баз: Лиепаи, Ленинграда, Одессы, Мурманска и Севастополя. За счёт убытия матросов с кораблей.
  
  В тяжёлый для Англии период войны, в 1940 г. правительство страны возглавил Уинстон Черчилль, прагматичный и жёсткий политик. Понял, что для победы нужно создать коалицию из могущественных государств-союзников. Вслед за Англией и Францией объявили войну Германии британские доминионы: Канада, Австралия, Новая Зеландия и Южно-Африканский Союз. Потенциальным союзником стал президент США Франклин-Делано Рузвельт, который осуждал фашизм, но войну Германии объявить не торопился. США имели в то время немногочисленную армию, реальной помощи Англии оказать не могли, да и в Конгрессе было много противников объявления войны Германии. Помощь Англии стали оказывать торговые суда США и Канады, осуществляя перевозки грузов через океан.
  
  Военная доктрина СССР не исключала оказание военной помощи другим странам по их просьбе, если они окажутся объектом агрессии. В этом отношении показателен пример Китая, на который в 1937 г. совершила нападение Япония. Китаем в то время правила партия Гоминдан во главе с Чан Кай-ши, который тратил силы на борьбу с вооружёнными отрядами Коммунистической партии Китая, а не на борьбу с японскими захватчиками. Ради исторической справедливости необходимо сообщить читателям, что китайскую революцию начали готовить Москва и Коминтерн ещё с 1927 г., но силами компартии Китая. Свершись она тогда по московско-коминтерновскому сценарию - англичанам пришлось бы убираться из Китая. Но британская разведка предупредила Чан Кай-ши о готовящемся его аресте коммунистами, и резня после этого стала фактом. Сворачивать свою деятельность в Китае пришлось Коминтерну и советской разведке.
  
  Но в 1937 г. под давлением народных масс, которые требовали активной борьбы с японцами, Чан Кай-ши начал сотрудничать с коммунистами, создав единый антияпонский национальный фронт. Обратился за помощью к правительству СССР, попросив направить в Китай военных советников и добровольцев. Сталин удовлетворил просьбу Гоминдана, в Китай были отправлены военные советники. Был среди них и генерал Власов, ставший советником Чан Кай-ши под псевдонимом Волков. А глава Гоминдана отправил на учёбу в СССР своего сына. В Китае Власов близко познакомился с германским офицером Стеннесом, ставшим начальником охраны Чан Кай-ши. Это знакомство и привело его к предательству летом 1942 года, когда генерал-лейтенант Власов командовал 2-й ударной армией.
  
  Советские лётчики-добровольцы приняли участие в воздушных боях, проявив отвагу и мастерство. Прославился своей отвагой и мастерством нанесения бомбовых ударов лётчик Тимофей Хрюков, потопив несколько японских кораблей. Советская эскадрилья истребителей, которой командовал Кулишенко Григорий Акимович, уничтожила в боях более 100 японских самолётов. Командир эскадрильи погиб в воздушном бою 14 октября 1939 г., сбив 6 японских самолётов. Насколько мне известно, в то время это был рекорд сбитых самолётов в одном бою, никто из асов этот показатель не превысил. Похоронен отважный лётчик в городе Ваньсянь, где ему сооружён памятник. Его именем называли пионерские отряды и предприятия Китая. В СССР его наградами почему-то обошли, забыв присвоить звание Героя. Родился Григорий Акимович Кулишенко в 1903 г. в с. Черепин (теперь Корсунь-Шевченковского района Черкасской области). Трудовую деятельность начал рабочим сахарного завода в г. Яготин, в 1934 г. окончил авиационное училище. Ещё не поздно восстановить справедливость, хотя бы задним числом присвоить Кулишенко звание Героя.
  Лишь во время Великой Отечественной войны старший лейтенант Александр Константинович Горовец на истребителе Ла-5 в одном бою сбил девять фашистских самолётов-штурмовиков, превысив показатель Кулишенка.
  
  Интересы СССР и Великобритании на японско-китайском театре военных действий полностью совпадали, хотя причины их были разные. Япония угрожала захватом английских колоний Гонконг и Сингапур, поэтому усилия СССР и Великобритании по оказанию помощи Китаю находили понимание, как у Сталина, так и у Черчилля, хотя он в то время ещё не был премьер-министром. У Виктора Суворова есть глава "Отчего Сталин не верил Черчиллю". Да неправда это, оба государственные деятели хотя и не полностью доверяли друг другу, но стремились к сотрудничеству, когда интересы двух стран совпадали. Сталин и Черчилль были убеждёнными противниками Гитлера и фашизма, это главное, что их объединяло. И не вина Сталина и Черчилля, что правительство Чемберлена и Даладье не захотели заключения военного союза с СССР, чтобы предотвратить мировую войну, отчего пришлось заключить договор о ненападении с Германией. Просто советская дипломатия оказалась умнее, так что нам нечего извиняться по этому поводу.
  Первое письмо Сталину Черчилль написал 25 июня 1940 г., когда 4 дня назад капитулировала Франция. Черчилль опасался высадки немецких войск в Англии, но прямо об этом не говорит, Сталин и так поймёт, что он нуждается в помощи и ищет в его лице союзника. Просто это письмо положило начало дружественной переписки со стратегической целью - втянуть СССР войну с Германией. Вот что ответил Сталин на письмо Черчилля: "...политика Советского Союза - избежать войны с Германией, но Германия может напасть на Советский Союз весной 1941 года, в случае если к этому времени Британия проиграет войну". Не нужно было Виктору Суворову изобретать небылицы, комментируя тайный смысл этого письма. Сталин открытым текстом сообщает Черчиллю, что Англии нужно воевать и продержаться против Гитлера до весны 1941 г., тогда СССР закончит подготовку страны к войне и сможет прийти к ней на помощь, расторгнув договор с Германией о ненападении. Черчилль письмо Сталина понял правильно и сосредоточил усилия своих ВВС на отражении атак немецких истребителей и бомбардировщиков в налётах на территорию Англии. Даже запретил своим истребителям залетать на оккупированную немцами территорию. Расчёт прост - свои лётчики с подбитых самолётов могут спастись на парашютах и через несколько дней снова вступить в бой на новых самолётах, а подбитые немцы неизбежно попадали в плен. План удался.
  Командующий воздушным флотом вторжения в Англию фельдмаршал Кессельринг пишет: "Потери английских ВВС составили около 500 машин из приблизительно 700 "харрикейнов" и "спитфайров", с которыми Британия вступила в конфронтацию с люфтваффе. За тот же период мы потеряли около 800 истребителей, бомбардировщиков и разведывательных самолётов".
  Черчилль пишет: "...Безраздельное господство в воздухе над проливом, являвшееся необходимым оперативным условием вторжения, не было достигнуто". Немцы ещё пытались разрушить бомбардировками Лондон, но против них успешно действовали истребители. Особенно удачно воевала польская эскадрилья, добившаяся наилучших показателей по числу сбитых самолётов противника среди других эскадрилий. Когда премьер-министр Сикорский попытался вернуть эскадрилью в состав польской армии, англичане её не отдали, заявив, что для поляков она "слишком хороша". Командующий ВМС Германии адмирал Редер убедил Гитлера, что без завоевания полного господства люфтваффе в воздухе операция "Морской лев" обречена на провал. Гитлер подготовку к высадке в Англию прекратил и больше никогда эту операцию не планировал.
  
  Многие историки считают послание Черчилля Сталину от 18 апреля 1941 г. предупреждением о германском вторжении. Черчилль пишет: " Я получил от заслуживающего доверия агента достоверную информацию о том, что немцы, после того, как они решили, что Югославия находится в их сетях, то есть 20 марта, начали переброску в южную часть Польши трёх бронетанковых дивизий из пяти, находившихся в Румынии. В тот момент, когда они узнали о сербской революции, это передвижение было отменено. Ваше превосходительство легко оценит значение этих фактов".
   Сталин это уже знал, и 5 апреля 1941 г. подписал с новым антигитлеровским правительством Югославии договор о дружбе и ненападении. 6 апреля фашистские войска Италии и Германии вторглись в Югославию и оккупировали страну. Началась партизанская война с фашистскими оккупантами, которую возглавила Коммунистическая партия Югославии. В апреле немецкие и итальянские войска оккупировали Грецию, поставив в тяжёлое положение находившиеся там английские войска численностью 57 тыс. человек. Остро встал перед Черчиллем вопрос, смогут ли англичане оттуда вовремя эвакуироваться? Помогли англичанам партизаны Югославии и Греции, задержав на некоторое время продвижение фашистских войск.
  
   Виктор Суворов неправильно трактует послание Черчилля Сталину, как приглашение к нападению на Германию, хотя это было в интересах Англии. У Черчилля менее грандиозная просьба - помоги мне отразить продвижение немцев на Балканах! И Сталин помог, действуя дипломатическим путём против Германии, а также организовав партизанское движение на Балканах. Необходимость "зачистки" Балкан от партизан задержало почти на два месяца срок нападения Германии на СССР. Этот период Сталин использовал для моральной подготовки населения страны в духе воспитания ненависти к фашизму. Ещё до нападения появляются военные песни и художественные произведения, призывающие народ к борьбе с фашизмом.
  Неправильно оценивает Виктор Суворов и десантную операцию немцев по захвату острова Крит. Он пишет: "Блестящую десантную операцию на Крите Сталин, да и не только он, расценивал как генеральную репетицию для высадки в Англию. Одновременно Сталин предпринимал все меры к тому, чтобы убедить Гитлера в своём миролюбии".
  Не лгите, господин Суворов, Черчилль и Сталин давно уже убедились, что никакая высадка немцев для Англии не грозит, а огромные потери, которые понесли десантники при захвате Крита при полном их преимуществе в воздухе, только подтвердили это мнение. Недавнее же заключение договора о дружбе с революционным югославским правительством доказывает, что Сталин никак не старался "убедить Гитлера в своём миролюбии", действовал против его намерений, но договора, торговый и о ненападении соблюдал строго.
  Виктор Суворов любое перемещение войск считает коварной подготовкой Сталина к нападению на Германию. Он пишет: "...в начале июня 1941 года из Закавказья в Крым был тайно переброшен 9-й особый стрелковый корпус генерал-лейтенанта П.И. Батова. Корпус был совсем необычным по своему составу, вооружению и направленности боевой подготовки...Это подготовка агрессии гигантских масштабов. Это подготовка в самой последней стадии".
  А теперь заслушаем генерала Батова из его мемуаров "В походах и боях". "Нарком наименовал мою должность громко, а войск у "командующего сухопутными войсками Крыма", как говорят, кот наплакал. Две дивизии неполного состава с их четырьмя артполками тоже неполного состава. У самого корпуса всё дело упиралось в организацию и укомплектование. Своей штатной артиллерии не имеет, не говоря уже о танках; войска связи и сапёрные части в зародыше. Думалось: всё зависит от того, сколько времени нам отпустит судьба на то, чтобы привести оборону Крыма в должный порядок.
  С началом войны Ставка Верховного Главнокомандования поставила перед сухопутными войсками Крыма задачу вести оборону побережья и не допустить высадки как морского, так и воздушного десанта, а перед Черноморским флотом - обеспечить господство наших военно-морских сил на Чёрном море. Это было единственно возможное и правильное решение. Не учитывать опасности вторжения с моря было нельзя. В нашей памяти ещё слишком свежи были десантные операции гитлеровцев на Крите и в Норвегии. И зря некоторые историки упрекают Генштаб в том, что он будто бы сразу дал Крыму неправильную установку. Ошибку совершили позже, когда неудачи наших войск на Южном фронте создали для Крыма новую ситуацию, а инерция противодесантной обороны продолжала действовать, крайне мешая сосредоточению всех сил на севере полуострова".
  "Вспомнился удар через Сиваш в двадцатом... Генерал Слащев был военным комендантом Крыма у Врангеля, и именно он создавал тогда оборону на Перекопе.... После окончания гражданской войны он пошёл служить рабоче-крестьянской России и как военный специалист преподавал на курсах "Выстрел". Преподавал он блестяще, на лекциях народу было полно, и напряжение в аудитории порой было, как в бою. Многие командиры-слушатели сами сражались с врангелевцами, в том числе и на подступах к Крыму, а бывший белогвардейский генерал, не жалея язвительности, разбирал недочёты в действиях наших революционных войск. Скрипели зубами от гнева, но учились...".
  Заняв пост премьер-министра, Черчилль стремится найти надёжного военного союзника в войне с Германией, сначала, чтобы предотвратить высадку на Британские острова, а теперь, чтобы не допустить продвижение немцев к Суэцкому каналу. В случае его захвата будет перерезана важнейшая артерия, питающая нефтью Британию. Таким союзником может быть только Советский Союз, он автоматически становился союзником Британии в случае нападения Гитлера на СССР. Но воевать на два фронта Гитлер сначала не стремился, он и его генералы хорошо понимали, что это грозит Германии поражением. Только убедившись в трудностях форсировать засоренный минами пролив Ла Манш под обстрелом артиллерийских батарей, кораблей и авиации англичан, Гитлер переубедил своих генералов.
   18 декабря 1940 г. гитлеровская ставка утвердила план "молниеносной войны" против СССР - план "Барбаросса". Прямой же приказ о начале её разработки Гитлер отдал 20 июля 1940 года. Разработка плана заняла полгода. Перед этим специальная служба генштаба по разведке на русском направлении представила подробный доклад об укреплённых районах СССР на западных границах, боевом расписании советских войск, мобилизационных мерах СССР, промышленных резервах Советского Союза и возможных стратегических планах Москвы. Вопрос к Виктору Суворову: "Сколько времени заняла разработка в советском Генштабе плана нападения СССР на Германию?" Ответа нет, и не будет, потому что такого плана не существовало. Но ведь без плана даже сарая нельзя построить! А Суворов ведь уже и придумал этому мифическому плану громкое название - " Гроза". Если ему верить, то Сталин дал указание на разработку этого плана в день публикации "коварного" сообщения ТАСС 14 июня, а нападение на Германию назначил на 6 июля. Пусть Виктор Суворов сам подумает и сообразит, можно ли за 3 недели подготовить и даже осуществить план войны? Можно только поговорить на эту тему, а такие разговоры в нашем Генштабе наверняка велись. Такова обязанность работников штаба любой страны - разгадать направление удара и предпринять своевременные меры к отражению.
  Историкам хорошо известно из воспоминаний самого Жукова о разговоре со Сталиным 15 мая 1941 года. В этот день он, совместно с наркомом обороны Тимошенко, предложил Сталину нанести превентивный удар по сконцентрированной по ту сторону границы группировке войск вермахта. Сталин отверг эту идею, как авантюрную, указав на геополитическую нецелесообразность и историческую ответственность в будущем за развязывание войны. Перед всем миром наша страна выставляла бы себя, как агрессора. Через четверть века Жуков признал, что Сталин был прав.
  Тут необходимо сделать небольшое объяснение. Сталин подробностей плана войны против СССР, известного, как план "Барбаросса" в то время не знал. Советская разведка этот план добыть не сумела. Но он был известен Черчиллю от британского агента А-54 майора абвера Пауля Тюммеля, в то время главы дрезденского отдела абвера, агента чехословацкой военной разведки и личного агента адмирала Канариса. Черчилль о плане "Барбаросса" Сталину не сообщил. Если бы Сталин об этом плане знал, события начального периода войны могли развернуться по другому сценарию. Имея на руках документальное подтверждение плана нападения на СССР, Сталин имел полное право разорвать с Германией договор о ненападении и только тогда первым нанести упреждающий удар. В этом случае мировая общественность агрессором Сталина бы не назвала. Вопрос к Виктору Суворову: "Почему Черчилль не сообщил Сталину сведения о плане "Барбаросса?" Молчание...
  
  8. План войны против СССР - план "Барбаросса".
  
  Так ли уж безумен был план "Барбаросса", как нас пытается убедить Виктор Суворов? По нему выходит, что его готовили генералы-дураки, не знакомые с мощной индустрией СССР и не знающие численности Красной Армии. В своём "Ледоколе" автор пишет: "Но Гитлер, которого Сталин пактом Молотова - Риббентропа загнал в стратегический тупик, вдруг понял, что терять ему нечего, всё равно у Германии не один фронт, а два, и начал воевать на двух фронтах. Этого не ожидал ни Голиков, ни Сталин. Сталин просто не мог себе представить, что попав в стратегический тупик, Гитлер пойдёт на самоубийственный шаг. Начальник ГРУ генерал Голиков этого тоже не предполагал. А Зорге (и некоторые другие) своими ложными телеграммами только утверждали их в этом мнении".
  В "Ледоколе" даже есть глава "Почему Сталин не верил Рихарду Зорге". Приступая к созданию "Ледокола", Виктор Суворов уже знал о конференции журналистов в редакции газеты "Красная Звезда", на которой полковник ГРУ Владимир Карпов озвучил полученные радиограммы советского разведчика. Среди них не было радиограммы с точной датой вторжения. Карпов заявил: "К сожалению, это фальшивка, появившаяся в хрущёвские времена". Но Виктор Суворов об этом прямо не говорит, используя материал о деятельности Зорге в подтверждение своей версии, что Сталин хотел вызвать разведчика из Японии и уничтожить.
  Арестованный японской контрразведкой Рихард Зорге скоро начал давать показания после предъявления ему улик. Японский прокурор Сикава утверждал: "Для получения признания насилия к Зорге не применяли. Ему были предъявлены вещественные доказательства и потребовали их объяснения. Таким образом, в конце первой недели он признался...".
  Существует ещё версия, что Зорге работал не только на советскую разведку. Последователи этого мнения ссылаются на японское законодательство того времени: к смертной казни приговаривали только разоблачённых разведчиков стран, которые находились с Японией в состоянии войны, остальных приговаривали к различным срокам тюремного заключения. СССР в то время с Японией не воевал, тем не менее, Зорге казнили. После 7 декабря 1941 г. Япония вела войну против США.
  
  У Сталина была хорошая память, во время войны он помнил фамилии даже всех своих командиров дивизий, потому, что следил за их удачами и ошибками, отыскивая среди них талантливых. Смело доверял им командование крупными соединениями, несмотря на молодость. В качестве примера можно назвать Ивана Черняховского, который начал войну полковником и командиром дивизии, а стал командующим фронтом.
  Вполне вероятно, что Сталин помнил и ценил многих своих зарубежных разведчиков, поставлявших ему неоценимые сведения из ближайшего окружения Гитлера. Рихард Зорге в их число не входил. Сталин мог знать Зорге, как талантливого германского журналиста - сотрудника ряда европейских газет. Наверняка читал частично опубликованные в "Правде", а потом в "Известиях" выдержки из статьи Рихарда Зорге "Армейский мятеж в Токио", подписанные инициалами "R. S.". Но эти статьи были опубликованы ещё в апреле 1936 г. с подачи активного оппозиционера Карла Радека и главного редактора "Известий" Н.И. Бухарина. Как руководящие в прошлом деятели Коминтерна, оба прекрасно знали Р. Зорге, в том числе и о факте перехода Зорге на работу в военную разведку. Возможно, они не знали, что и сам Зорге выполнял роль двойного агента, т.к. с разрешения ГРУ сотрудничал также и с германской разведкой (абвером). Двойным агентам Сталин не доверял.
   Предписываемая Сталину попытка вызвать Зорге из Японии и уничтожить - очередная выдумка Виктора Суворова. В случае, если бы он по вызову прибыл в СССР и признался, что работает "двойником" ещё и на разведку США - его жизнь была бы спасена и он бы заслужил награду. Лучше самого Зорге никто тогда этого не знал. Он же остался работать в Японии из чувства патриотизма перед двумя странами - СССР и США, которые были союзниками. О планах Японии Сталин был прекрасно осведомлён с "первых рук". Спецотдел Глеба Бокии к этому времени наловчился взламывать японские коды.
  А как обстояло дело с подготовкой Германии к нападению на СССР? Готовя план "Барбаросса", германские генералы тщательно изучили обстановку и учли свои возможности и военный потенциал СССР. К этому времени Германия стала могучей военной страной, которая имела в своём распоряжении военные и экономические ресурсы почти всей Западной Европы с населением 290 млн. человек, ежегодной добычей угля - 400 млн. тонн, производством стали - 43 млн. т., намного опережая по этим показателям СССР.
  Постараюсь убедить Виктора Суворова о военно-экономическом могуществе Германии перед нападением на СССР словами самого Гитлера. 23 апреля 1939 года, после оккупации Чехословакии, фюрер произнёс речь:
  " Хочу, чтобы вы имели хотя бы некоторое представление о почти астрономических цифрах, который даёт нам этот международный арсенал, расположенный в Центральной Европе (Чехословакии). Со времени оккупации мы получили 1582 самолёта, 581 противотанковую пушку, 2175 орудий всех калибров, 735 миномётов, 486 тяжёлых танков, 42876 пулемётов, 114 тысяч пистолетов, 1020 тысяч винтовок, 3 миллиона гранат, миллиарды единиц огнестрельных боеприпасов". С момента захвата Чехословакии, т. е. с 1 октября 1938 г. и до 1 сентября 1939 г., только заводы концерна "Шкода" произвели оружия больше, чем весь ВПК Великобритании за этот же период.
  К этому времени Япония, по соглашению с правительством Петена, захватила Индокитай. 27 сентября 1940 г. в Берлине был подписан военно-политический пакт между Германией, Италией и Японией. К нему присоединились фашистские правительства Венгрии, Румынии, Словакии и Болгарии. Осенью 1940 г. финны пропустили через свою территорию германские войска, следующие в Северную Норвегию, а 22 мая 1941 г. Германия и Финляндия договорились о совместных военных действиях против СССР, приняв план "Голубой песец".
   Вот мнение маршала Маннергейма : "Уже в январе я видел, что советское руководство рассматривает возможность разрыва с Германией, что оно ожидает военного столкновения и просто старается оттянуть момент, когда это произойдёт".
   Несмотря на советско-японский договор о нейтралитете, подписанный 13 апреля 1941 г., готовилась вступить в войну и Япония после первых крупных успехов германской армии (план "Кантокуен"). А Сталин, после подписания мирного договора, лично проводил японского посла на вокзал, оказав тому уважение, которого до этого никому не оказывал!
  У Виктора Суворова в "Ледоколе" есть глава, озаглавленная "Ещё раз о сообщении ТАСС". Речь идёт об опровержении слухов подготовки Германии к войне против Советского Союза. Сообщение ТАСС эти слухи опровергало, утверждая, что "Германия так же неуклонно соблюдает условия советско-германского пакта о ненападении, как и Советский Союз...". На этом основании Виктор Суворов обвиняет Сталина в коварстве и скрытой подготовке к нападению на Германию 6 июля 1941 г.
   О том, что подготовка войск Красной Армии к отражению нападения с последующим переходом в наступление на территории противника велась - согласны все военачальники СССР, высказывания которых он цитирует в этой главе. А вот вывод о подготовке к нападению в указанный срок - вымысел. Сообщение ТАСС, опубликованное с согласия Сталина 14 июня 1941 г., за неделю до нападения Германии на СССР, преследовало лишь одну цель - оттянуть срок начала войны, закончить перегруппировку войск для занятия ими удобных для обороны позиций вдоль западной границы. А войска были предупреждены о возможных провокациях, могущих вызвать войну. Поэтому последовал приказ: - на огонь противника не отвечать, самолёты-нарушители границы не сбивать. Командующий Западным особым военным округом генерал-полковник Павлов в развитие этого приказа даже отправил дальнобойную артиллерию крепости Брест в лагеря, подальше от границы, оставив крепость без защиты. Крепко помнил Сталин неудачное начало войны с Финляндией, когда пришлось объявить войну, поддавшись на вражескую провокацию!
  Не успели подготовиться, Гитлер напал внезапно. Вот что пишет в мемуарах "Накануне" Н. Г. Кузнецов, Адмирал Флота Советского Союза, Герой Советского Союза: "Внезапность принято делить на стратегическую, оперативную и тактическую. О стратегической внезапности нападения 22 июня 1941 года не может быть и речи. Ибо повадки немецкого командования нам были хорошо известны. Немецкие генералы издавна считали непременным условием успеха не только внезапность нападения, но и силу первых ударов. Они давно делали ставку на блицкриг".
  Перед нападением на СССР суммарные вооружённые силы Германии насчитывали 214 дивизий и 7 бригад, в которых числилось 7,2 млн. человек. Из них против СССР Гитлер выставил 190 дивизий, в том числе 153 немецких и 37 дивизий стеллитов при поддержке 4 тыс. самолётов. В нападении против СССР было задействовано 4,2 млн. человек на фронте от Барецового моря до устья Дуная. Численность войск Красной Армии, выставленных для отражения нападения агрессора, составляла около 3,9 млн. человек, часть из них, около миллиона солдат, ещё находилась на марше и в эшелонах, растянувшихся от Забайкалья до Шепетовки.
  Численность германских войск, сконцентрированных вдоль границ СССР, значительно превышала численность Красной Армии в приграничной полосе шириной около 400 км. Уровень моторизации войск вермахта превышал советские войска в десятки раз, что позволяло немецким генералам, используя подвижность, добиваться ещё более численного перевеса на отдельных участках и создавать "котлы", окружая целые армии. Но полностью уничтожить попавшие в окружение советские воинские части немцы не смогли. Теряя тяжёлую технику и людей, красноармейцы с боями прорывались на восток и вновь становились в строй.
  Предоставим слово фельдмаршалу Кессельрингу, назначенному командовать 2-ым воздушным флотом Германии, наносившим удар на центральном участке фронта: "Итак, если на повестке дня стояла война, каковы же были наши перспективы в 1941 году? В минус можно записать то, что предложенная дата наступательной операции предполагала, что мы приступим к боевым действиям слишком поздно, хотя этот недостаток можно было компенсировать за счёт сужения фронта наступления. К плюсам можно отнести тот факт, что в ходе двух крупных и двух небольших военных кампаний мы смогли приобрести опыт, которому русским нечего было противопоставить. Мы уже были ветеранами боевых действий, знающими своё дело от "А" до "Я". Разумеется, в двадцатых годах мы развивали свои танковые войска и авиацию примерно теми же темпами, что и русские, но затем у нас в этой сфере имел место период быстрого прогресса и успешных военных экспериментов, в то время как война с Финляндией показала слабости русских. Что касается люфтваффе, то я безгранично верил в наших лётчиков и знал, что группе армий фон Бока, с которыми предстояло взаимодействовать 2-му воздушному командованию, в этом плане не о чём беспокоиться".
  Виктор Суворов пытается доказать, что Гитлер всегда сознавал губительный исход войны на два фронта, что это Сталин вынудил его к нападению на СССР. Так ли это? Вот мнение Кессельринга: "Гитлер в "Майн кампф" называет войну на два фронта опасной ошибкой. Трудно предположить - по крайней мере лично мне, - что он предал забвению собственные взгляды по этому вопросу и ввязался в войну на два фронта, не сознавая опасности, с которой это было связано. Возможно, он где-то в глубине души верил в то, что, своевременно расправившись с Россией, он сможет сразу же после этого развернуться и мощным ударом покончить с угрозой с запада".
  А как вели себя немецкие фельдмаршалы накануне нападения? Снова цитирую строки из мемуаров Кессельринга: "Мои беседы с фельдмаршалом фон Боком (группа армий "Центр") не занимали много времени - мы хорошо понимали друг друга. Вечером 21 июня, отправившись к нему, чтобы обсудить идеи или опасения, которые могли появиться за время, минувшее с момента нашей предыдущей встречи, я застал фельдмаршала в состоянии уныния, погружённым в размышления. Накануне начала судьбоносной военной кампании состояние задумчивости вполне приличествовало командиру, осознающему лежащую на нём ответственность. Однако настроение фон Бока резко отличалось от того, в котором он пребывал перед началом предыдущих военных кампаний".
  
  А как встретил Сталин и советские военачальники сообщение о вероятном нападении Германии на СССР? Источников много, ограничусь лишь мемуарами Адмирала Флота Советского Союза Н. Г. Кузнецова "Накануне". "...мне довелось слышать от генерала армии И. В. Тюленева - он в то время командовал Московским военным округом, - что 21 июня около двух часов дня ему позвонил И. В. Сталин и потребовал повысить боевую готовность ПВО. Это ещё раз подтверждает: во второй половине дня И. В. Сталин признал столкновение с Германией если не неизбежным, то весьма и весьма вероятным".
   Далее опять выдержки из мемуаров Н. Г. Кузнецова: "В 20.00 пришёл М. А. Воронцов, только что прибывший из Берлина. В тот вечер Михаил Александрович минут пятьдесят рассказывал мне о том, что делается в Германии. Повторил: нападения надо ждать с часу на час.
   - Так что же всё это означает? - спросил я его в упор.
   - Это война! - ответил он без колебания".
  И далее снова выдержки из мемуаров, описывающие события того дня: "Около 11 часов вечера зазвонил телефон. Я услышал голос маршала С. К. Тимошенко: - Есть очень важные сведения. Зайдите ко мне.
  Быстро сложил в папку последние данные о положении на флотах и, позвав Алафузова, пошёл вместе с ним.
  Наши наркоматы были расположены по соседству. Мы вышли на улицу. Дождь кончился, по тротуару снова прогуливались парочки, где-то совсем близко танцевали, и звуки патефона вырывались из открытого окна. Через несколько минут мы уже поднимались на второй этаж небольшого особняка, где временно находился кабинет С. К. Тимошенко.
  Маршал, шагая по комнате, диктовал. Генерал армии Г. К. Жуков сидел за столом и что-то писал. Перед ним лежало несколько заполненных листов большого блокнота для радиограмм. Видно, Нарком обороны и начальник Генерального штаба работали довольно долго.
  Семён Константинович заметил нас, остановился. Коротко, не называя источников, сказал, что считается возможным нападение Германии на нашу страну.
  Жуков встал и показал нам телеграмму, которую он заготовил для пограничных округов. Помнится, она была пространной - на трёх листах. В ней подробно излагалось, что следует предпринять войскам в случае нападения гитлеровской Германии. Непосредственно флотов эта телеграмма не касалась. Пробежав текст телеграммы, я спросил:
  - Разрешено ли в случае нападения применять оружие?
  - Разрешено.
  Поворачиваюсь к контр-адмиралу Алафузову:
  - Бегите в штаб и дайте немедленно указание флотам о полной фактической готовности, то есть о готовности номер один. Бегите!
  Тут уж некогда было рассуждать, удобно ли было адмиралу бегать по улице. Владимир Антонович побежал, сам я задержался ещё на минуту, уточнил, правильно ли понял, что нападения можно ждать в эту ночь. Да, правильно, в ночь на 22 июня. А она уже наступила!..
  Позднее я узнал, что Нарком обороны и начальник Генштаба были вызваны 21 июня около 17 часов к И. В. Сталину. Следовательно, уже в то время под тяжестью неопровержимых доказательств было принято решение: привести войска в полную боевую готовность и в случае нападения отражать его. Значит, всё это произошло примерно за одиннадцать часов до фактического вторжения врага на нашу землю".
  
  Виктор Суворов пишет: " 21 июня 1941 г. состоялось таинственное заседание Политбюро. ... Известны только решения по четырём обсуждаемым вопросам, но неизвестно, сколько всего вопросов обсуждалось в тот день и каковы были другие решения. Вот то, что известно.
  21 июня решено принять на вооружение Красной Армии подвижную установку залпового огня БМ-13, развернуть серийное производство установок БМ-13 и реактивных снарядов М-13, а также начать формирование частей реактивной артиллерии. В ближайшие недели БМ-13 получит своё неофициальное имя "Катюша".
  Следующее решение: "21 июня Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение о создании на базе западных приграничных военных округов фронтовых объединений". В это решение Виктор Суворов почему-то не верит, ему удобнее считать, что "пять фронтов созданы и юридически тайно оформлены не после германского вторжения, а до него". Причина неверия ясна: этот факт разрушает его версию, что войну начал Сталин, а не Гитлер.
  Даже приказы войскам не поддаваться на возможные провокации и не открывать ответного огня Виктор Суворов трактует по-своему: Сталин и Генштаб в гитлеровскую агрессию не очень верили, значит, её не было.
  Частично признаёт Виктор Суворов принятое на Политбюро решение о создании группы армий Резерва Главного Командования. Командующим Резерва назначили первого заместителя Наркома обороны Маршала Советского Союза С. М. Будённого. Резерв ещё предстояло сформировать, то есть произвести мобилизацию призывников, одеть, вооружить и обучить. Виктор Суворов даже не признаёт названия - Резерв. Он эти формирующиеся войсковые соединения называет "стратегическими эшелонами вторжения" - первый, второй, третий. Интересно, к какому "эшелону вторжения" он относит дальневосточные, сибирские и средне-азиатские дивизии, пришедшие на помощь войскам для обороны Москвы в декабре 41 года? Например, дивизию генерала Панфилова, сформированную в окрестностях Алма-Аты? Молчание - знак согласия во лжи.
  
  Оставим в стороне наивные рассуждения автора "Ледокола" о бараньих тулупах, ценах в Европе на баранье мясо и охоту советской разведки за промасленными тряпками, которые немецкие солдаты оставляют после чистки оружия. Не надо оглуплять начальника ГРУ генерал-лейтенанта Голикова и товарища Сталина до уровня шпиона низкой квалификации, который только и ждёт сообщения, что немцы начали шить бараньи тулупы для армии и чистить оружие маслом для зимней смазки. По Суворову выходит, что Гитлер к войне со Сталиным не готовился, потому, что не снабдил армию тулупами и не перешёл на зимнюю смазку, "забывая" сообщить читателям о принятой в Германии стратегии "блицкрига" - молниеносной войны. Автор "Ледокола" начисто забыл, что Гитлер рассчитывал разбить основную массу войск Красной Армии ещё в наступлении от границы до Днепра. Затем - лёгкая прогулка с захватом Ленинграда, Киева, Москвы, Мурманска и выход на линию Архангельск - Астрахань. Оборонную промышленность Урала с этой линии можно будет разрушить самолётами. А там и Япония нанесёт удар по Дальнему Востоку силами Квантунской армии. Все расчёты подтверждали, что Советский Союз, потеряв такую большую территорию, войну проиграет. При "блицкриге" тёплая одежда на первой стадии войны не очень и нужна, но на всякий случай её запасли и разместили склады в районе Варшавы. Только доставить её на фронт к морозам не успели. Перед Гитлером немецкие генералы-снабженцы оправдались - не хватало паровозов и возникла необходимость "перешивать" широкую колею железных дорог на узкую, европейскую. Как будто этого раньше не знали. Но промолчали, что успели доставить из Франции на ближайшие подступы к Москве эшелоны изысканных лёгких вин и коньяка. Для доблестных солдат вермахта, в честь предполагаемого захвата Москвы. Вот как описывает это событие Пауль Карель. "...В Россию из Парижа прибыло два товарных состава с превосходным красным вином. Целые поезда с вином вместо боеприпасов! Одному богу известно, кто благословил эту затею. Так или иначе, когда ценный груз прибыл в Юхнов, термометр показывал 25 градусов мороза. В вагонах грузчики обнаружили глыбы красного льда с прилипшими к ним осколками стекла".
  Сведения, что немцев победил в сражении под Москвой "генерал Мороз", а не Красная Армия, несколько преувеличены. Ко времени второго наступления на Москву пехотинцы получили зимнее бельё и шерстяные носки, а танкисты меховые ботинки. В равной степени страдали от мороза обе воюющие стороны, но красноармейцы защищали родную землю более упорно. Действовал лозунг: "Велика Россия, а отступать некуда. Позади - Москва"!
  Не получили тёплых полушубков и войска генерал-полковника Дитла, наступавшие на Мурманск. Транспорт, на котором везли двадцать тысяч полушубков, был потоплен подводной лодкой "К-22" под командованием капитана 2 ранга В. Н. Котельникова. "Узнав, что вёз в трюмах торпедированный "катюшей" транспорт, Котельников сказал:
   - Пусть егеря попляшут на морозе. Никто их к нам не приглашал...".
  Эти строки я привёл из мемуаров командующего Северным флотом адмирала Головко А. Г. "Вместе с флотом". В своих мемуарах он также подтверждает, что до нападения Германии морской пехоты на флотах не было. Лишь Виктор Суворов обнаружил её где-то в болотах Белоруссии, а потом на Балтийском флоте при защите Лиепаи. Только сформированы эти отряды уже после начала войны.
  Ещё одна неточность. Он пишет: "... в состав 9-й армии планируется включить ещё один механизированный корпус - 27-й, генерал-майора И.Е. Петрова. Корпус создан в Туркестанском округе и, не завершив формирования, тайно перебрасывается на запад". Вынужден огорчить любителя преувеличений Суворова: мехкорпусом, тогда никому неизвестный Иван Ефимович Петров не командовал. После должности начальника Ташкентского военного училища, был направлен в Одесский округ. Формировал возле Котовска кавалерийскую дивизию. Потом стал командиром 25-й Чапаевской дивизии. Прославился, как мужественный защитник Одессы, потом Севастополя.
  
  21 июня 1941 г. начальник ГРУ доложил на заседании Политбюро, что Гитлер закончил концентрацию войск на советских границах по сведениям нашей разведки. Эти сведения подтвердили германские перебежчики. Генерал Голиков назвал номера почти всех немецких дивизий, имена их командиров и места дислокаций. Ответил на многие вопросы членов Политбюро, заявив, что за достоверность сведений ручается своей головой. Сталин и члены Политбюро ему поверили. Осталось лишь небольшое сомнение: - вдруг Гитлер потребует завтра пропустить его войска через территорию СССР для захвата Ирана и удара в спину Британии? Решили ответить ему отказом, а время переговоров использовать для лучшей подготовки к отражению нападения, объявив мобилизацию в армию призывных возрастов от 22-х до 35 лет.
  Вопрос к Виктору Суворову: - почему сразу не объявили мобилизацию молодёжи до 23-х лет? В своём "Ледоколе" он этот вопрос обходит стороной, сообщая читателям об огромных складах обмундирования, захваченных немецкими войсками после нападения. Но решение об ограничении призывных возрастов было принято ещё до нападения, то есть 21 июня, этот запас обмундирования был учтён, как имеющийся в наличии.
   Вместо Суворова отвечаю я: - по двум причинам. Первая - чтобы привлечь на добровольных началах наиболее грамотную и патриотически настроенную часть молодёжи от 17-ти до 23-х лет в военные училища, так как ощущалась острая нехватка молодых лейтенантов на должности командиров взводов. Вторая - не было достаточного количества обмундирования и вооружения для большой массы призывников. Как обычно, наша страна к войне оказалась не готова, промышленность и экономика страны на "военные рельсы" ещё не перешла. Пришлось вместо солдатских шинелей одевать часть резервистов в чёрные флотские, железнодорожные и учащихся школ ФЗО, арестантские ватники и ботинки с обмотками - не хватало сапог. Оружие для обучения резервистов - одна винтовка на троих. Неужели Виктор Суворов этого не знал?
  
  Теперь надо послушать воспоминания немецких солдат 39-го танкового полка, входившего в состав 17-й танковой дивизии. Воспоминания цитирую по книге "Гитлер идёт на Восток" немецкого историка и писателя Пауля Кареля, бывшего участником событий начала войны:
  "Стоявший в лесу полк находился в полной боевой готовности. К башне каждого танка крепилось по десять канистр с горючим, а сзади имелись прицепы, на которых находилось по три бочки с бензином. По всему казалось, командование готовило часть не к сражению, а к продолжительному маршу. "В бой с канистрами на башне не ходят", - уверенно говорили опытные танкисты.
  Подобные заключения служили вескими доводами в спорах с теми, кто упорно твердил о предстоящей войне с Россией. "Россия? Что за чушь?! Разве нам мало того, что мы уже захватили? К чему опять воевать? Иваны ничего плохого нам не сделали. Они наши союзники, они шлют нам зерно, к тому же британцы тоже их враги". Так считали многие и полагали, что войска стягивают не для войны с русскими, а для похода в Персию - этакого гигантского отвлекающего маневра".
  В 22.00. по ротам зачитали приказ Гитлера. Он начинался словами: " - Солдаты Восточного фронта! Мои солдаты. Отягощённый грузом величайшей заботы, вынужденный многие месяцы хранить наши планы в тайне, наконец-то я могу сказать открыто всю правду...".
  Солдатам выдали доппайки. Шоколад и тридцать сигарет в одни руки. Бутылка коньяка на четверых.
  
  Ещё Виктор Суворов задаёт вопрос: "Историки до сих пор не ответили нам на вопрос: кто же начал советско-германскую войну 1941 года? При решении этой проблемы историки-коммунисты предлагают следующий критерий: кто первым выстрелил, тот и виновник. А почему бы не использовать другой критерий? Почему бы не обратить внимания на то, кто первым начал мобилизацию, сосредоточение и оперативное развёртывание, т. е. всё-таки первым потянулся к пистолету?". Очень правильный вопрос и правдивый ответ на него историки дали давно: - первым мобилизацию и выстрел произвёл Гитлер. Этим вопросом и ответом на него Виктор Суворов сам поставил себя к стенке позора.
  Правильный вывод сделал немецкий историк Пауль Карель: " К какому бы мнению, кто-бы не склонялся, Сталин, совершенно очевидно, не собирался нападать на Германию в 1941 г. Процесс полного перевооружения Красной Армии, особенно в том, что касается танковых частей, находился на середине. В войска поступали новые танки и самолёты. Очень возможно, что именно по этой причине Сталин старался не провоцировать Гитлера на нежелательные действия".
  Но приближение войны чувствовали все советские люди. "18 июня 1941 года начальник пограничных войск НКВД Белоруссии генерал-лейтенант Богданов принял решение об эвакуации семей военнослужащих". Спас жизни многих женщин и детей, приняв это самостоятельное решение.
  
  
  9. Горькое начало Великой Отечественной войны. Первым делом - самолёты.
  
  Ночью 22 июня 1941 года посол Германии граф Шуленбург зачитал Наркому иностранных дел Молотову ноту об объявлении Германией войны СССР. Посол чувствовал себя неуверенно, голос дрожал. Видимо, опасался за свою жизнь. Напрасно, его с посольством отправили в Германию, а из Берлина вернули советское посольство через Болгарию. В 12 часов дня по радио выступил Молотов с вестью о войне и обращением ко всем гражданам СССР направить все усилия на отпор врага. Речь закончил словами: "Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами"!
  Радио и газеты сообщают о международной поддержке СССР, даже премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль выступил с дружеской речью, хотя за его словами угадывается огромное облегчение: угроза вторжения на островную Англию миновала.
  Встала на защиту СССР и маленькая Тувинская Народная Республика, которая тогда ещё не входила в состав Советского Союза. Услышав по радио речь Молотова, делегаты хурала дружно проголосовали за объявление войны Германии. В нарушение международных норм, Германия на объявление ей войны не ответила. Возможно, Гитлер не нашёл на карте страны, расположенной у истоков реки Енисей.
  24 июня в газете "Красная Звезда" был опубликован текст песни "Священная война". Впервые эту песню исполнил ансамбль Красной Армии на перроне Белорусского вокзала в Москве 27 июня, провожая эшелон с мобилизованными красноармейцами на фронт. Все провожающие и бойцы пели:
   - Вставай, страна огромная,
   Вставай на смертный бой
   С фашистской силой тёмною,
   С проклятою ордой!
   Пусть ярость благородная
   Вскипает, как волна,
   Идёт война народная,
   Священная война!
   Не смеют крылья чёрные
   Над Родиной летать,
   Поля её просторные
   Не смеет враг топтать.
  Но одними песнями, даже самыми патриотическими, победить врага невозможно. Преодолевая сопротивление приграничных частей, противник рвался на восток и скоро захватил Минск. Сталин и члены Политбюро узнали об этом раньше, чем начальник Генштаба Жуков, возможно, из сообщения немецкого радио. Прибыли в Генштаб и потребовали объяснений, обвинив Жукова в отсутствии сведений о передвижении немецких войск и слабом руководстве. Под градом обвинений Жуков оправдывался, как мог. Потом у него произошёл нервный срыв, лицо исказила судорога, чтобы скрыть рыдания, вышел в соседнюю комнату. Вернувшись, заявил, что желает воевать на фронте. Может командовать фронтом, армией, дивизией.
  Сталин понял, что Жуков не может руководить Генштабом потому, что штабами никогда не руководил, особенности штабной работы не знает. С должности начальника Генштаба Жуков был снят, на его место был назначен Борис Михайлович Шапошников.
  Сталин всегда с уважением относился к Борису Михайловичу, зная его не только, как военного теоретика, но и человека высокой культуры. Очевидно, по его просьбе, отстранили от работы в Генштабе и заместителя Жукова генерала Соколовского. Позже Жуков был назначен в Ставку заместителем Верховного Главнокомандующего товарища Сталина, но сам от планирования крупных войсковых операций был отстранён. Принёс много пользы, организуя удары на различных фронтах при полном преимуществе наших войск над противником. Стал трижды Героем Советского Союза, но добиваться побед при равенстве сил маршал Жуков не умел.
  Интересную характеристику дал Жукову ещё в 1930 году Рокоссовский. В общем положительную, но в ней есть и такие слова: "По характеру немного суховат и недостаточно чуток. Обладает значительной долей упрямства. Болезненно самолюбив... На штабную и преподавательскую работу назначен быть не может - органически её ненавидит".
  Маршал Жуков штабной работы не знал, должность начальника штаба, даже в дивизии, никогда не занимал, но от должности начальника Генштаба при его назначении в 1940 не отказался. Надеялся, в случае войны, одержать победу командными методами, посылая на смерть целые армии. Как на Халкин-Голе, бросив на хорошо организованную противотанковую оборону японской 6-й армии танковую бригаду комбрига Яковлева. Тогда добился быстрой победы, а победителей не судят. Но летом 41-го года наши армии терпели поражения. Значительная доля вины за неудачное начало войны лежит и на Жукове.
  
   Решающую роль в наступательной войне определяли боевые самолёты, танки, артиллерия; их качество, количество, стратегия и тактика применения в боевых операциях. Предоставим слово Маршалу Авиации С. А. Красовскому из его мемуаров "Жизнь в авиации": "Коварное, вероломное нападение" - бьётся беспокойная, тревожная мысль. Правда, мы давно знали, что схватки с фашизмом не миновать, что договор с Германией о ненападении потому и был заключён, чтобы выиграть время, создать мощный военно-экономический потенциал, оснастить армию современным оружием и боевой техникой, подготовить командные кадры.
  Полтора года - срок немалый. И страна успела сделать многое. Многое, но не всё, что намечалось. Перевооружение авиации, в частности, затянулось, и вот теперь встречаем войну на СБ, "ишачках" и "чайках". У нас на самолётах пулемёты, у противника пушки. Ю-88 по скорости превосходит нашу "чайку", а об И-15 и говорить не приходится. СБ явно устарел, хотя и был для своего времени хорошим фронтовым бомбардировщиком".
  В стране было недостаточно алюминия для производства лёгких и прочных фюзеляжей самолётов, поэтому самолёты ЛаГГ-3 пришлось изготавливать из прессованной, пропитанной лаком фанеры. Фронтовые лётчики с трудом осваивали этот истребитель. Фигуры высшего пилотажа могли делать на этом перетяжелённом самолёте только опытные лётчики-испытатели. А горел подбитый в бою ЛаГГ-3 очень даже хорошо. "Не будем летать на этой "деревяшке", лучше дайте нам И-16", - заявляли лётчики. Но лучших самолётов было мало, приходилось воевать и нести большие потери.
  "Впоследствии авиационные инженеры во главе с Лавочкиным создали истребитель Ла-5, превосходивший короля воздуха - "фокке-вульф". Он отлично держался в глубоком вираже, обладал хорошей поперечной устойчивостью....
  А кадры авиаторов? Боевого опыта у лётчиков, штурманов и стрелков-радистов, конечно, маловато, и воевать им будет трудно на самолётах, отживающих свой век. Но это преданные Родине люди, стойкие, идейно убеждённые воздушные бойцы. Лютой ненавистью к врагу горят их сердца".
  И дальше из мемуаров: "Вскоре мы узнали, что в первый день войны свыше тысячи немецких бомбардировщиков подвергли неоднократным налётам шестьдесят шесть приграничных аэродромов, в первую очередь те, на которых базировались полки, вооружённые новыми типами самолётов.... . Тяжелее всех пришлось лётчикам Западного Особого военного округа, где командующим ВВС был И. И. Копец. Когда стали поступать вести, что противник непрерывно бомбит и штурмует аэродромы. Иван Иванович, как позже рассказывали очевидцы, растерялся...". Закончим этот абзац за Красовского - его друг и сослуживец И. И. Копец застрелился. По крайней мере, поступил, как честный человек, взяв на себя часть ответственности за отсутствие боевого дежурства на аэродромах.
  Историк Пауль Карель сообщает о предварительной подготовке к воздушному нападению на приграничные аэродромы после обнаружения им секретных материалов, которые захватили в конце войны американцы. Вот что он пишет:
  "В октябре 1940 г. подполковник Ровель получил совершенно секретное задание лично от самого Гитлера: "Вы создадите части дальней разведки, способные вести аэрофотосъёмку территории на западе России. Вы будете действовать на очень большой высоте, чтобы Советы ничего не заметили. Вы должны быть готовы к 15 июня 1941 г."
  "На первой стадии кампании данные аэрофотосъёмки эскадры Ровеля являлись едва ли не единственным надёжным источником получения разведывательных сведений. Удалось сфотографировать все аэродромы на западе Советского Союза, включая и тщательно замаскированные приграничные базы истребителей. То, что оставалось недоступным человеческому глазу, явственно проявлялось на специальной фотоплёнке. На передовых лётных полях немцы, к своему удивлению, обнаружили большие скопления самолётов; огромное количество бронетехники скрывалось в лесах на севере. Полученная информация позволила немцам нанести сокрушительный удар по советской оборонительной системе".
  Пострадали значительно меньше ВВС на Южном фронте, что позволило наносить авиаудары по немецким и румынским войскам в Румынии. Вот что пишет об этом Александр Покрышкин, тогда заместитель командира эскадрильи, успевшей получить перед войной новые истребители МиГ-3. Основной недостаток вооружения - пулемёты без пушки и отсутствие радиосвязи в бою. А у "мессера" вооружение - две пушки и пулемёты. Имеется в кабине лётчика радиоприёмник и передатчик - всё вместе. Наш лётчик после взлёта становится глухой и немой. Единственное средство связи между экипажами в полёте - покачивание крыльями.
  " Горькая участь выпала в первые дни войны на долю румынского города Яссы. Гитлеровцы сосредоточили здесь огромное количество войск, предназначенных для наступления на Кишинёв и Одессу. Наше командование своевременно разгадало их замыслы и нацелило на этот город крупные силы авиации. Мне самому не раз доводилось бомбить и штурмовать его улицы, забитые войсками и техникой противника.
  Вот и сегодня летим на Яссы. О том, что мы должны сопровождать СБ, нам сообщили с запозданием, и теперь приходится догонять свои бомбардировщики.
  В заданный район мы пришли, когда СБ уже начали обрабатывать цели. Большой, ещё недавно отливавший белизной город походил на огромную дымящую печь. Насыщенный немецкими зенитными батареями, он сам накликал на себя удары с воздуха.
  Кружим над бомбардировщиками, маневрируя между разрывами зенитных снарядов. Вражеских истребителей пока не видно. Возможно, они где-то за облаками подстерегают нас. Вдруг вижу, как один СБ вспыхивает и, перевернувшись, факелом летит к земле. Конечно же, его сбила зенитка.
  Терпение лопнуло. Довольно "утюжить" воздух в ожидании "мессершмиттов". Покачав крыльями, увлекаю за собой Дьяченко и Довбню. Снижаемся до шестисот метров и отходим чуть в сторону, туда, где чуть реже облака дыма. По вспышкам выстрелов находим вражескую зенитную батарею и пикируем на неё. Расчёты не выдерживают нашего пулемётного огня, бросают орудия, бегут в укрытия.
  Делаем второй заход, третий... До боли в пальцах жму на гашетки. Хочется машиной ломать стволы зениток.
  Заметив, что зенитный огонь утих, наши бомбардировщики делают заход для очередной атаки. Немецкие истребители, видимо следившие за нами, моментально спускаются со своих высотных "площадок" и устремляются к СБ. Рассчитывают на то, что мы их не увидим, но первый же "мессер", выскочивший из-за дымовой завесы, буквально напарывается на пулемётную очередь, выпущенную Дьяченко. Огненная трасса прошивает ему "живот", и он, объятый пламенем, сваливается вниз. Остальные вражеские истребители сразу же уходят в сторону. Мы набираем высоту и берём курс на аэродром, охраняя бомбардировщики".
  Слушая трагические фронтовые сообщения, лётчики часто вступали в споры:"Я помню приезд Риббентропа в Москву и его сволочную улыбку на снимках! - зло отвечал Дьяченко. - Договор с нами им был нужен как ширма. Прикрываясь им, они подтягивали свои войска к нашим границам, нахально летали над нами. А мы... строго соблюдали все пункты договора!.."
  Барышев с ходу включился в разговор:
  "Наше правительство действовало правильно, и не тебе обсуждать такие вопросы."
  "Именно мне - не отступал Дьяченко. - Мне, тебе и миллионам таких, как мы. Немцы уже под Минском и в Прибалтике. Да и над нами нависают с севера. Вот тебе и улыбка Риббентропа! Мы своей девяткой хотим прикрыть всё наше небо. " На земле, в небесах и на море!.."
  Комиссар шагнул к Дьяченко, пристально посмотрел на него и строго спросил:
   - Ты почему такие настроения распространяешь? Кто тебе дал право?
  Я встал между лётчиком и молодым комиссаром, чтобы успокоить их.
   - Ты паникёр! кричал Барышев.
   - А ты слепой! - наседал Дьяченко.
   - Это я?
   - Да, ты. Разве не видишь, куда они уже забрались? Делаешь вид, что на фронтах всё в порядке?
   - Хватит спорить! - вмешался я. - Зачем называть Дьяченко паникёром? Он хороший боевой лётчик. А что так говорит, так это от боли на душе. По-моему, нам всем надо знать истинное положение на фронтах. Только взглянув правде в глаза, можно сделать правильные выводы. Недооценивать врага нельзя, но и неверие в свои силы тоже опасно. Понятно?..
  И через несколько минут после спора о больших государственных проблемах мы вылетели на боевое задание. Теперь надо было решать эти проблемы с помощью пулемётов и бомб".
  " Однажды утром лётчики вдруг обнаружили, что все крыльевые крупнокалиберные пулемёты БС с самолётов сняты. Мы хорошо знали высокую эффективность этого оружия и, естественно, потребовали от техников подвесить прежние пулемёты. Нам ответили, что их уже нет.
   - Как нет? - удивились мы.
   - Они уже запакованы и отправлены.
   - Куда? Зачем? Что это значит? - посыпались вопросы.
  Техники послали нас к инженеру эскадрильи.
   - Не волнуйтесь, - сказал Копылов. - Без тяжёлых пулемётов самолёты легче, драться лучше.
   - А стрелять чем будем? - наступали лётчики.
   - "Шкасами", - полушутя ответил Копылов. - В общем, товарищи, мы выполнили приказ высшего командования. На авиационных заводах нечем вооружать новые самолёты. Пришлось снять крыльевые БС со всех машин и отправить в тыл. Ясно?
  Вот оно что. Не хватает пулемётов... Да, армия сейчас стала огромной.
  Однако раздумывать было некогда. Вскоре приказали лететь на разведку. Прошло время, когда на выполнение таких заданий ходили звеньями и группам! Теперь меня послали одного. Сам наблюдай и сам отбивайся, если на тебя нападут...
  Возвращаюсь домой и невольно думаю о нелепом распоряжении насчёт крупнокалиберных пулемётов. Одни самолёты разоружить, другие вооружить... Какая польза от этого?".
  А теперь предлагаю заслушать воспоминания лётчика-штурмовика Героя Советского Союза Василия Емельяненка из его книги "Ил-2 атакует".
  "В полк я попал 1942 году. Однако, когда задумал написать эту книгу, ещё были живы несколько лётчиков, начавших воевать в 1941 году. Думаю, что будет уместно привести их рассказ о том периоде войны и боевой работе, выпавшей на их долю...
  В мае 1941 года базирующийся на полевой аэродром Богодухово в районе Харькова 4-й штурмовой авиаполк получал новую технику... Теперь полк первым в Военно-воздушных силах должен был перевооружиться на новейший образец самолёта, известного пока под индексом "Н", дать ему тактическую и эксплуатационную оценку...
   Но сколько не рассказывай о повадках самолёта, сколько не просиживай в кабине, а лётчикам надо давать провозные полёты. Для этого нужен учебно-тренировочный самолёт той же марки со второй кабиной для инструктора и с двойным управлением - спарка. Но такого самолёта ещё не построили. Как быть? Выход из положения всё-таки нашли: раздобыли спарку ближнего бомбардировщика Су-2, у которого скорости отрыва от земли и приземления были примерно такими же, как у штурмовика. Потом лётчики начали и самостоятельные полёты, и в начале июня 17 новых самолётов перелетели в Богодуховский лагерь. Но по штату в полку должно быть 65 штурмовиков, а пригнали только 17. Недостающие прилетели только во второй половине июня.
  Младшему лейтенанту Григорию Чухно шасси выпустить не удалось даже с помощью аварийной лебёдки, но парашютом он всё же не воспользовался, а посадил самолёт на фюзеляж. Ко всеобщему удивлению, самолёт не перевернулся и повреждения при этом получил самые незначительные.
  На пятый день войны пришёл приказ: "Сегодня вылетаем на фронт!". Что так быстро могут послать на фронт, многим и в голову не приходило: ведь ни строем ещё не летали, да и из пушек и пулемётов на полигоне никому и очереди выпустить не пришлось! Самих "эрэсов", которые должны подвешиваться под крылья, тоже не видели, и как прицельно сбрасывать бомбы - никто представления не имел.
  Четвёртый штурмовой полк вылететь на фронт из Богодухова в тот же день не смог. Задерживали непредвиденные "мелочи".
  В этот день на аэродроме появился командир дивизии полковник Пуцыкин: метался по аэродрому, торопил с отлётом, учинял разносы. К вечеру он сорвал голос и мог только сипеть и метать свирепые взгляды. А работа шла своим чередом до поздней ночи. Спать повалились на сеновале, не разбирая постелей. Перед этим из громоздких чемоданов, сваленных в кучу, извлекли и рассовали по карманам регланов самое необходимое: мыло, полотенце, бритву с помазком, зубную щётку.. Смурыгин хотел было взять ещё свитер, но передумал: "Война до холодов кончится".
  ... 26 июня самолёты пяти эскадрилий, прогрев моторы, ровными рядами, выстроились на границе лётного поля.
  Завращались винты, загудела степь, и эскадрильи, взлетая с пятнадцатиминутным интервалом, одна за другой ложились курсом на северо-запад. ... Многие лётчики не успели как следует освоиться с оборудованием кабины, искали приборы по надписям. Чуть замешкался, поднял голову - уже наползаешь на соседний самолёт, тот шарахается в сторону, следующий - от него... Тут уж не до ориентировки - взгляда от соседа не отвести. Вся надежда была на ведущих, и они оказались молодцами: вывели точно к Карачеву. Не досчитались и нескольких самолётов, что имели меньший запас горючего, - они сели где-то на вынужденную, не долетев до Карачева.
  Лётчики сами заправляли самолёты (техники на транспортных Ли-2 ещё не прибыли), потом прокладывали маршрут на Минск.
  Промежуточная посадка была намечена в районе Старого Быхова. На сей раз долетели все до единого, кто стартовал в Карачеве.
  Над Старо-Быховским аэродромом низко пролетел У-2. Он с ходу приземлился около стоянок штурмовиков. "Уж не Науменко ли прилетел?"
  Николай Фёдорович Науменко был до войны заместителем у генерала Копца. Когда сосредоточение крупных сил противника непосредственно у наших границ стало фактом, а немецкие разведчики открыто совершали облёт районов базирования нашей авиации, Копец вместе с Науменко снова пришли к командующему.
   - Разрешите рассредоточить авиацию на запасные аэродромы.
   - Недальновидные вы люди, - ответил тот. - Нельзя давать никаких поводов для провокаций! Выполняйте-ка лучше мои указания по подготовке к учению. Займитесь настоящим делом!
  Как раз 22 июня на Брестском полигоне намечалось крупное опытное учение...
  После первого массированного налёта фашистской авиации генерал Копец сел в самолёт. Он облетел все аэродромы, связь с которыми была сразу же нарушена. Куда он ни прилетал, везде видел догоравшие машины - потери оказались колоссальными. Возвратившись в штаб, командующий ВВС округа застрелился в своём кабинете. Об этой трагедии знали тогда немногие.
  ... Многотрудный день был уже на исходе, когда командира первой эскадрильи капитана Спицына и его заместителей старшего политрука Филиппова и капитана Холобаева срочно вызвали к командиру полка. Прибыв, они представились полковнику Науменко, суровому на вид, с двумя орденами Красного Знамени на шевиотовой гимнастёрке и с огромным маузером в деревянной кобуре. Прибывшим лётчикам Науменко сказал:
   - Втроём полетите на разведу боем в район Бобруйска. Что увидите восточнее реки Березины, не трогать, а западнее - бить. Ясно?
  ... Не закрывая колпаков кабин, лётчики поочерёдно подняли вверх руки - знак "К взлёту готов". Сигнализировали руками по старинке, как на прежних самолётах, хотя на штурмовиках были установлены рации. Пробовали их настраивать ещё в Богодухове, но в наушниках стоял такой треск, будто сало на сковородке жарилось. Из-за этого шума работу мотора не прослушаешь, поэтому тогда на радиосвязь махнули рукой.
  Взлетели, построились клином, легли на расчётный курс, засекли время. То, что по самолёту могут ударить зенитки, как-то никому и в голову не приходило. Холобаев, например, в броневую защиту штурмовика крепко поверил ещё перед вылетом на фронт. К нему на аэродром тогда прибежал сынишка: узнав, что отец улетает на войну, и заплакал.
   - Тебя там не убьют, папка?..
   - Меня-то? - прищурил глаза отец. - На таком самолёте?! Вот смотри! - он выхватил из кобуры пистолет, подошёл к своему штурмовику и, не раздумывая, выстрелил в борт кабины. Потом нашёл и показал сыну маленькое пятнышко - след от пули на свежей краске. Даже вмятинки не осталось!
  ... Ещё не закончив маневр, выскочили на Слуцкое шоссе, а там - колонна... Впрочем, то, что увидели лётчики, нельзя было назвать колонной. Это сплошный поток техники: танки, тупоносые, крытые брезентом грузовики, тягачи с пушками и бронеавтомобили - в несколько рядов движутся в сторону Бобруйска. По обочинам дороги прыгают на кочках мотоциклы с колясками. И не видно ни начала, ни конца этой лавины.
  Вывод из разворота закончили как раз над самой колонной. Лётчики по нескольку раз нажали на кнопки, штурмовики облегчённо вздрогнули. Бомбы сбросили на глазок, не целясь: по такому скопищу техники с малой высоты промазать просто невозможно - там яблоку негде упасть! Разрывов своих бомб со взрывателями замедленного действия лётчики наблюдать не могли, но в колонне началась паника. И тут же с земли к самолёту потянулись светящиеся пунктиры. Их становилось всё больше, и вскоре уже целые снопы стремительных искр пронизывали небо вокруг. Вздрогнул от короткого, но сильного щелчка, которого не услышал сквозь гул двигателя, а скорее ощутил всем телом. Тут же заметил на лобовом бронестекле белое пятнышко и расходившуюся от него лучистую изморозь. "Чем-то влепило! - и только теперь будто очнулся: - Надо же бить, бить!..". Пальцы зашарили по ручке управления, но не сразу нашли кнопку пуска "эрэсов". На что-то нажал. Из-под крыла рванулся огненный хвост. Нажал ещё и ещё раз - опять срываются хвостатые кометы и мгновенно исчезают впереди. Где же взрываются "эрэсы"? Со злостью опять ткнул пальцем кнопку пуска, да так, что даже ручка управления подалась вперёд, и самолёт клюнул носом. На этот раз "эрэс" взорвался совсем недалеко, в самой гуще колонны. Да как взорвался! Лётчик глазам своим не поверил: обломки большого грузовика, клочья брезента и ещё чего-то поднялись в воэдух. Вот это влепил! Но войск впереди тьма, самолёт обстреливают со всех сторон. Надо и ему бить, а чем? Вспомнил: "Пушками!" Нажал на гашетку - пушки молчат. "А на ту ли гашетку жму? - усомнился Холобаев. - На ту. Может, задержка?".
  Пока возился с перезарядкой, впереди уже показалась окраина Бобруйска. Холобаев круто развернулся. Вырвался из тёмной пелены на северную окраину города, а там тоже невиданное скопище войск. Взмыл вверх, потом с уклоном пошёл к земле, нажал на гашетку - затрещали скорострельные пулемёты. Эх, до чего же они хорошо стригут фрицев разноцветными трассами! Вспыхнула автомашина. Ещё одна загорелась... И вдруг что-то блеснуло рядом, послышался звенящий удар, и штурмовик так тряхнуло, что тяжёлая бронекрышка над горловиной бензинового бака встала перед глазами вертикально. Только выровнял самолёт - ещё удар. Самолёт провалился, лётчик отделился от сиденья, привязные ремни врезались в плечи, а крышка бензобака вновь встала вертикально: зенитки били метко. "Ну, видать, и тебе тоже "крышка", Костя Холобаев!" Бросил самолёт в одну сторону, в другую, продолжал стрелять длинными очередями, не щадя пулемётных стволов: " К чему их теперь беречь? Всё равно в этом пекле добьют. Умирать - так с музыкой!"
  Пулемёты уже смолкли - полторы тысячи патронов израсходованы, а Холобаев всё ещё продолжал швырять штурмовик то вверх, то вниз, направляя его на вражеские машины. Глядь - он уже над Березиной, горящий Бобруйск остался позади...
  По лобовому стеклу ползла масляная плёнка, искрились капельки воды. Глянул на приборы: стрелка давления масла - у нуля, а температура воды и масла - на пределе, у красной черты. Чувствовался едкий запах гари: " Сейчас заклинит мотор, и я плюхнусь на лес".
  Он сообразил, что всё ещё летит на максимальных оборотах, а бронезаслонку маслорадиатора после атаки открыть забыл, от этого и перегрелся двигатель. Двинул рукоятку заслонки от себя, сбавил обороты. Температура воды начала постепенно снижаться.
  ...Холобаев зарулил на стоянку к опушке леса, выключил мотор и сразу как-то обмяк.
  Лётчик сдернул с головы шлём, освободился от парашютных лямок. Привстал на сиденье, упёрся руками в переплёты фонаря, легко перенёс сразу обе ноги за борт кабины и... с грохотом провалился! Подбежал Комаха, помог лётчику выбраться из огромной дыры с рваными краями дюраля, зиявшей в центроплане. Холобаев отошёл от самолёта, посмотрел на него со стороны и вначале не поверил своим глазам. Штурмовик был буквально изрешечен пробоинами разных размеров. Новенького красавца невозможно было узнать. Бронекорпус, на котором после выстрела в Богодухове оставалось еле заметное пятнышко, превратился в рванину, фюзеляж до самого хвоста был залит маслом. " Вот так расковыряли! - изумился лётчик. Как же я долетел на таком "решете?"
   - А Спицын и Филлипов прилетели?
   - Прилетели, уже докладывают.
  Подошёл командир полка, молча пожал Холобаеву руку... В сторону Бобруйска медленно пролетела в чётком строю девятка тихоходных гигантов ТБ-3. Истребители не прикрывали бомбардировщиков. Возвращались через Березину уже шесть машин, а позади носился "мессершмитт". Он заходил в хвост то одному, то другому. Через несколько минут над лесом поднялось шесть чёрных столбов дыма...
  Таким был первый фронтовой день".
  
  Снова послушаем Красовского: "После трёх недель боёв в составе авиационных частей Западного фронта вместо ранее имевшихся тысячи девятисот девяти машин осталось всего триста шестьдесят девять.
  Однако ни в коем случае нельзя считать, что в первые же дни войны вся наша приграничная авиация была выведена из строя. Советские лётчики отважно дрались с воздушным противником и сбили немало вражеских самолётов. Вот что писал о первых днях войны подполковник гитлеровских ВВС Греффрат: "...Потери немецкой авиации не были такими незначительными, как думали некоторые. За первые четырнадцать дней боёв было потеряно самолётов даже больше, чем в любой из последующих аналогичных промежутков времени. За период с 22 июня по 5 июля 1941 года немецкие ВВС потеряли восемьсот семь самолётов всех типов, а за период с 6 по 14 июля - четыреста семьдесят семь. Эти потери говорят о том, что, несмотря на достигнутую немцами внезапность, русские сумели найти время и силы для оказания решительного противодействия".
  "С самого начала войны большая часть авиации входила в состав общевойсковых армий. При такой организации управления возможности решительного сосредоточения авиационных сил в масштабе фронта были очень ограниченны. Положение не улучшилось, после того как в январе 1942 года авиадивизии были упразднены, а полки непосредственно подчинены командующим ВВС наземных армий".
  Виктор Суворов не упоминает, что Гитлер начал войну, имея в составе ВВС несколько воздушных армий и более совершенную организационную структуру. В Красной Армии ВВС подчинялись непосредственно командующим сухопутными армиями и действовали только в их интересах. Так было до мая 1942 года, когда командующим авиацией фронтов стал генерал-лейтенант авиации А. А. Новиков. На совещании в Москве он сказал:
  " - Авиационная промышленность непрерывно наращивает темпы производства. Среднемесячный выпуск самолётов возрос до двух тысяч и уже превысил довоенный уровень. В самое ближайшее время в боевые части начнут поступать новые типы истребителей Як-7б и Ла-5, не уступающие по своим тактико-техническим данным "Мессершмиттам - 109" последней модификации. Расширяется производство бомбардировщиков Пе-2 и штурмовиков Ил-2. Таким образом, благодаря увеличению выпуска новой техники самолётный парк к середине лета должен возрасти по сравнению с январём вдвое. Однако, если мы по-прежнему будем наносить удары "растопыренными пальцами", успеха нам не добиться. Вот почему принято решение о создании воздушных армий, состоящих из однородных дивизий. Это позволит применять авиацию массированно, централизовать управление, оперативнее решать боевые задачи. Будем бить врага крепким кулаком, товарищи!".
  Завершим на этой победной ноте наше короткое обозрение о соотношении сил между ВВС Германии и СССР. Количественное и качественное равенство было достигнуто лишь в феврале 1943 года и закреплено разгромом 300-тысячной группировки армии Паулюса в районе Сталинграда. По всей Германии был объявлен трёхдневный траур. Но до победы было ещё далеко, война на Восточном фронте продолжалась.
  Преимущество советских лётчиков в боевом мастерстве и технике было закреплено победой в сражении на Курской дуге. В одном из воздушных боёв 6-го июня 1943 года старший лейтенант Александр Горовец сбил девять немецких штурмовиков, из них один тараном. Был атакован четырьмя "мессерами" и погиб в этом бою.
  
  10. Броня крепка и танки наши быстры.
  
  Теперь рассмотрим соотношение сил другого вида наступательного оружия - танков. Виктор Суворов все танки давно уже подсчитал и приводит по состоянию на 22 июня 1941 г. такие цифры: Германия имела 3352 танка, а СССР - 24010 танков. Приводит даже количественное соотношение между лёгкими, средними и тяжёлыми танками с обеих сторон. Он уверяет нас, что танковые войска Красной армии имели на вооружении 21359 лёгких танка против 1698 в Германии. Вполне возможно, что он отнёс к танкам и бронеавтомобили БА-10, вооружённые 45-ти миллиметровым орудием. Действительно, их иногда удачно применяли в боевых действиях, но только из засад. Конструкция автомобильного двигателя не имела бензонасоса, поэтому бак с топливом был расположен высоко, на уровне водителя. При малейшем попадании в бак бензин проливался на двигатель и возникал пожар. По этой причине бронеавтомобили БА-10 с передовой убрали. Противник поступил наоборот, задействовав всю лёгкую бронетехнику типа танков Т-1 и Т-2, ранее изъятую из состава вермахта.
  Количество немецких средних танков типа Т-3 и Т-4 Виктор Суворов сосчитал на уровне 1654 шт., а наших Т-34 было 1681 шт. Почему-то совсем "забыл" указать численность немецких штурмовых орудий.
  Допускает в своей последней книге хамство, рисуя фигу вместо изображения немецкого тяжёлого танка. Впрочем, вначале войны немцы тяжёлых танков действительно не имели, их первые "Тигры" появились на фронте лишь в 1942 году. Приводит Виктор Суворов и количество наших тяжёлых танков, пользуясь открытым изданием "Боевой и численный состав Вооружённых сил СССР в период Великой Отечественной войны: Статистический сборник Љ 1 (22 июня 1941 года)".
  
  Вы верите, что начальник Генштаба генерал армии Жуков мог допустить к печати издание, где сообщались секретные сведения о Вооружённых Силах СССР? Я в это не верю. Если бы эти сведения были правдивыми, его немедленно бы расстреляли. Сборник - дезинформация для западной печати, авось, Гитлер поверит в эту, завышенную численность и отложит нападение. Сомневаюсь, что Виктор Суворов сам верит в то, что пишет, но добросовестно выполняет поставленную перед ним задачу - оболгать Сталина и Советский Союз. Иначе его книги никто не будет печатать, гонорар за свою заведомую ложь он не получит. Правда, его ложь хорошо замаскирована, привлечь его к ответственности практически невозможно - он ссылается на открытые публикации. Но факты - вещь упрямая, говорят о другом.
  У меня вопрос к Суворову - почему он не подсчитал количество штурмовых орудий в танковых войсках вермахта? Эти гусеничные бронированные машины действовали против наших танков очень даже эффективно. В качестве примера могу назвать самоходные противотанковые орудия РАК(t) чехословацкого производства, а также немецкие штурмовые орудия "Носорог". Любили немцы называть свою бронированную технику названиями страшных зверей! Этими "Носорогами" был укомплектованы известные мне бригады штурмовых орудий, которые созданы в 1940 году. Могу даже назвать номера бригад штурмовых орудий, которые формировались в Германии: 184-я, 189-я, 190-я, 197-я, 666-я и бригада штурмовых орудий "Великая Германия". Это только известные мне сведения. Во время войны число штурмовых бригад значительно увеличилось. Подобные немецким штурмовым орудиям самоходные артиллерийские установки САУ-76 были приняты на вооружение танковых частей Красной Армии значительно позже.
  Не говорит Суворов и об огромном количестве бронетранспортёров в танковых войсках вермахта. Разве эти бронированные и вооружённые крупнокалиберными пулемётами машины не относятся к бронетехнике? Но наши плавающие "амфибии" Т-37 и Т-38, вооружённые одним пулемётом посчитал за танки. Формально он прав, но... Впрочем, он бывший советский танкист-предатель, ему виднее.
  Автор "Ледокола" явно старается ввести читателей в заблуждение, занижая количество средних танков Гитлера, "забыв" даже упомянуть о штурмовых орудиях. Просто он решил отнести их к артиллерии. Война расставила всё по местам, когда позже немцы создали ещё более мощное бронированное самоходное орудие "Фердинанд".
  А каково мнение иностранцев о соотношении сил противников в танковых войсках? Советую почитать изданную в Париже в 1953 году книгу Буше Ж. "Бронетанковое оружие в войне". Книга для серьёзных читателей, но глава "Танки на Восточном фронте" читается с интересом. Привожу некоторые выдержки из этой главы.
  "Чтобы иметь высокоманевренное средство борьбы, соответствующее протяжённости театра военных действий, немцы создали с июля 1940 г. по июнь 1941 г. 14 танковых и 4 моторизованные дивизии, так что к началу кампании Германия имела 24 танковые и 10 моторизованных дивизий, включая эсэсовские соединения. Однако увеличение числа танковых дивизий было уравновешено уменьшением их наступательной мощи: танковые дивизии включали всего три батальона танков вместо четырёх. Таким образом, число танков в дивизии составляло в среднем 180 вместо 268 в 1940 г. Бригада мотопехоты включала два полка, состоявший каждый из двух батальонов. Наконец, батальоны мотоциклистов были ликвидированы и преобразованы в разведывательные подразделения.
  Кроме того, танки Т-1 и Т-2 были сняты с вооружения, а танк Т-3 оснащён вместо короткоствольной длинноствольной пушкой. Танковые дивизии объединялись в танковые армии или танковые группы, состоявшие из 2 - 3 танковых корпусов и насчитывавшие в общей сложности 5 - 6 танковых дивизий и 2 - 3 моторизованные дивизии; в них входили также полки тяжёлой артиллерии, зенитные части, сапёры, связисты и транспортные колонны".
  Француз Ж. Буше не совсем прав, сообщая, что лёгкие танки были сняты с вооружения вермахта. С началом войны они были вновь задействованы на Восточном фронте, а также чехословацкая, французская, бельгийская и английская бронетехника, захваченная немцами после нападения на Францию.
  В качестве подтверждения приведу строки из мемуаров танкиста Отто Кариуса "Тигры" в грязи": "Я был заряжающим. Всех нас переполняла гордость, когда мы получили свой чехословацкий танк 38(t). Мы чувствовали себя практически непобедимыми с 37-мм. орудием и двумя пулемётами чехословацкого производства. Мы восхищались бронёй, не понимая ещё, что она для нас лишь моральная защита. При необходимости она могла оградить лишь от пуль, выпущенных из стрелкового оружия".
  И далее, из воспоминаний немецкого танкиста: "8 июля в нас попали. ...Удар по нашему танку, металлический скрежет, пронзительный крик товарища - и всё! Большой кусок брони вклинился рядом с местом радиста. Наш радист потерял левую руку. Мы проклинали хрупкую и негибкую чешскую сталь, которая не стала препятствием для русской противотанковой 45-мм. пушки. Обломки наших собственных броневых листов и крепёжные болты нанесли больше повреждений, чем осколки и сам снаряд. Мои выбитые зубы скоро оказались в мусорном ведре медпункта".
   И далее, когда после сражения за Смоленск Отто Кариус пересел на новый танк: "После одного знойного дня, проведенного в сражениях, когда наши пересохшие глотки напрасно ожидали воды, мы ругались, на чём свет стоит, узнав о том, что наш батальонный командир распорядился устроить ему купание, используя воду, подготовленную для нашего кофе. Это вопиющее поведение командира было выше нашего понимания".
  Не пропускали случая немецкие танкисты и "сходить за мясом", а проще говоря, занимались мародёрством. В качестве примера Отто Кариус публикует в своей книге фото с надписью: "Обер-ефрейтор Шиммель весной 1942 года позирует с поросёнком, который пойдёт на обед роте".
  Теперь о соотношении сил воюющих сторон, как считает Ж. Буше:"... Силы немцев (без армий стран-саттелитов), исчислялись в общем в 150 пехотных, 19 танковых и 10 моторизованных дивизий плюс кавалерийская дивизия; силы русских - в 170 пехотных, 33 кавалерийские дивизии и 46 танковых бригад".
  Существует разумное правило: "Доверяй, но проверяй". Поэтому я проверил количество немецких танковых дивизий по книге Пауля Кареля "Восточный фронт". Он приводит номера дивизий, округ формирования и даже эмблемы 27-и дивизий вермахта, плюс 7 танковых дивизий СС, плюс 7 мотопехотных дивизий СС. Виктор Суворов почему-то поленился считать танковые дивизии Германии, находившиеся на Восточном фронте. Решил запутать читателей, указывая число танков, хотя эта задача более трудная, практически неразрешимая в условиях динамики, когда число танков постоянно меняется не только по месяцам, а даже по дням.
  Справедливости ради, следует признать, что вначале войны мы имели и несколько танковых дивизий, даже танковые корпуса, не только танковые бригады по 60 танков. В качестве примера можно сослаться на 28-ю танковую дивизию, которой командовал полковник Иван Черняховский. Но, при полном преимуществе авиации противника в воздухе, массированного удара по танковым клиньям немцев, защищённых приданной им артиллерией, не получалось. Советские танкисты несли тяжёлые потери, танковые дивизии были расформированы, вместо них создали танковые бригады. Первые пять месяцев войны прошли при полном преимуществе немецких танков, вооружённых 75-мм. длинноствольным орудием над нашим танком Т-34. Снаряды противника пробивали лобовую броню наших танков и экипажи погибали.
  Причина была проста. Танк Т-34 принимался на вооружение Красной Армии, когда начальником Автобронетанкового Управления был генерал Дмитрий Павлов. Он настоял на уменьшении толщины брони, чтобы увеличить скорость танка. В августе 41 г. генерал-полковника Павлова, бывшего командующего Западным Особым военным округом, расстреляли за невыполнение приказа Наркома обороны от 21 июня 1941 г. о срочном приведении войск округа к отражению нападения Германии. В момент поступления приказа он был в театре. Его нашли, сообщили о приказе. В возможность нападения Германии Павлов не поверил, войска округа в готовность не привёл, они понесли тяжёлые потери. В качестве оправдания Павлов сослался на сообщение ТАСС. Ему объяснили, что военнослужащие обязаны руководствоваться в своей деятельности исключительно приказами, а не сведениями из средств массовой информации. И расстреляли. Поступили сурово, но справедливо. По законам военного времени.
  К счастью, первый образец танка Т-34 на заводе в Харькове сохранился. Конструктора, на свой страх и риск, пригнали его в Москву, явились в Автобронетанковое Управление к генералу Федоренко, тот доложил Сталину. После вторичных испытаний была дана команда танковым заводам делать танки Т-34 с утолщённой бронёй.
  
  Послушаем Буше Ж., как он описывает появление на фронте танков Т-34. "Хотя в боях за Вязьму и Брянск Центральная группа армий добилась блестящих успехов, тем не менее, эти бои произвели удручающее впечатление на немецкие войска. Немцы были поражены растущим сопротивлением русских армий. В частности, бои, которая 4-я танковая дивизия вела с 6 по 14 октября у Мценска (50 км. северо-восточнее Орла) против танковых соединений, оснащённых новым образцом танка Т-34, показали явное превосходство этого танка над немецкими танками, так как 75-мм. пушка немецкого танка Т-4 могла пробить только кормовую броню советского танка, а остальное противотанковое оружие оказывалось эффективным только при самых благоприятных обстоятельствах. В результате рапорта, поданного генералом Гудерианом германскому верховному командованию, 20 октября в его армию прибыла комиссия, которой было поручено собрать материалы в целях изучения русских танков и конструирования на основе этого новых немецких танков и более мощного противотанкового оружия".
  Виктор Суворов тоже восхищается советским танком Т-34, но допускает в изложении неточности. Случайно, или умышленно, он вводит читателей в заблуждение, сообщая, что на первых танках стояла пушка с длиной ствола 30,5 калибра. Вынужден его подправить - длина ствола была короче, всего 16 калибров. Это было сделано для того, чтобы длинный ствол при движении не задевал концом дула препятствия в виде рвов. Но короткий ствол - меньшая прицельная дальность и меньшая мощность орудия. В первый период войны орудия Т-34 и КВ-1 проигрывали средним немецким танкам в мощности выстрела. Длинные стволы танковых орудий противника калибром 75 мм. и длиной ствола 24 калибра превышали огневую мощность Т-34. Во второй период войны отечественные танки оснащались более длинноствольным орудием и, при равных условиях, побеждали немецкие средние танки в орудийной дуэли.
   Послушаем теперь мнение генерала Батова о количестве танков, участвовавших в обороне Крыма против 11-й армии Манштейна. " Славный 5-й танковый полк!.. Наименование этой воинской части и фамилию её командира майора С.П. Баранова надо бы золотыми буквами вписать в историю обороны Крыма.
  Настало время познакомить читателя с теми "крупными танковыми силами русских", с которыми с завидным мастерством сражается в своих мемуарах Эрих Манштейн.
  Они насчитывали вначале десять тридцатьчетвёрок. Затем нежданно-негаданно появилось у нас некоторое количество лёгких танков, за что участники обороны Крыма должны поблагодарить Владимира Александровича Судеца. Командуя 4-м авиакорпусом в трудных боях на подступах к Днепру, В.А. Судец по своей инициативе отправил в Крым с днепропетровских ремонтных баз до семидесяти машин из ремонтного танкового фонда... Рабочие Крыма отремонтировали их. Заводские партийные организации Симферополя выделили добровольцев, составивших экипажи лёгких танков Т-37, Т-38 ("амфибии"), имевших лишь пулемёты и тонкую броню от пуль.
  Десять Т-34 и лёгкие танки в количестве 56 единиц - такова была материальная часть 5-го танкового полка 172-й дивизии".
  Теперь о наличии в Красной Армии тяжёлых танков. Хорошо зарекомендовал себя в обороне танк КВ-1 массой 47,5 тонн и толщиной брони 75 мм. Виктор Суворов сначала считал, что таких танков было выпущено к началу войны 576 шт., потом повысил эту цифру до 770 шт. Поверим ему на слово, так как других данных я не имею. Сомневаюсь, что нашлось необходимое число дизелей для танков Т-34 и КВ. Недостатком КВ-1 была пушка калибром всего 76 мм., как у среднего танка Т-34 массой 25,6 тонн и меньшая скорость передвижения. Поэтому в танковых бригадах танки КВ-1 предназначались для командиров батальонов и начальствующего состава рангом повыше. Большим недостатком было отсутствие радиосвязи между танками в бою. Радиостанции были только в танках Т-34 командиров рот, остальными танками своей роты, состоящей из лёгких танков Т-26, ему приходилось командовать с помощью флажков. А как в бою? Флажками там не покомандуешь.
  Тяжёлый танк КВ-2 имел орудие калибром 152 мм. и предназначался для разрушения укреплений противника типа "Линии Маннергейма". К финской войне производство этих танков наладить опоздали, имеются сведения, что эти танки неплохо проявили себя в обороне Ленинграда. Виктор Суворов считает, Что таких танков было произведено 135 шт. Его право, если он верит дезинформации.
  Самой большой загадкой является пяти-башенный танк Т-35 массой 50 тонн и толщиной брони всего 20 мм. Экипаж насчитывал 11 танкистов, которые управляли огнём 122 мм. короткоствольной гаубицы, двух 45 мм. орудий и 7 пулемётов. Уничтожить эту махину можно было из орудия самого малого калибра, даже из противотанкового ружья. Я долго пытался найти автора идеи танка Т-35, но не нашёл. Но понятно, что техническое задание конструкторам на разработку проекта исходило из Автобронетанкового Управления, значит, автором мог быть генерал Павлов, а может и маршал Тухачевский, когда занимал должность замнаркома обороны по вооружению. В крайнем случае, авторство можно узнать по "почерку". Известно, что Тухачевский увлекался сумасбродными техническими идеями. Например, настойчиво пытался перевооружить ствольную артиллерию Красной Армии на безоткатные "орудия Курчевского", потом был сторонником создания "универсальных орудий", могущих вести огонь и по воздушным целям. Сложные в изготовлении зенитные орудия вполне могут поражать наземные цели, но простые орудия этой возможности лишены из-за малого угла возвышения.
  Долго мучил военных конструкторов маршал Тухачевский и своей абсурдной идеей создания конструкции сельскохозяйственного трактора, которого, в случае войны, можно было бы легко переоборудовать в танк. Подозреваю, что автором идеи создания пяти-башенного танка Т-35 мог быть только Тухачевский, который мечтал создать сверхтяжёлый танк ещё в 30-е годы. Тогда проектные работы уже велись, но на стадии завершения прекратились - не было мощного двигателя.
  Виктор Суворов утверждает, что первый советский тяжёлый танк Т-35 был создан в 1933 году и имел броню толщиной 30 мм. Вынужден его подправить: дизель В-2 для тяжёлых танков начали выпускать только после начала Второй мировой войны.
  Снова ложь: Суворов "вешает лапшу" на уши читателей, сообщая, что после окончания войны с Финляндией все Т-35 возвратили на заводы и увеличили толщину брони до 80 мм., уверяя нас, что вес танка стал равен 50 тоннам, то есть увеличился всего на 5 тонн. Пусть сам сосчитает, сколько будет весить этот гигант длиной более 10 м. при столь значительной толщине брони. У меня вопрос к Виктору Суворову: "Зачем нужна эта явная ложь?"
  Уже после расстрела маршала Тухачевского танк Т-35 был создан и принят на вооружение Красной Армии, но с толщиной брони 20 мм. Дорого обходились государству реализации идей маршала Тухачевского!
  Мощный дизель для танка разработали талантливые советские конструкторы из Центра Авиамоторостроения, выполняя задание по созданию мотора для тяжёлого бомбардировщика. Построили несколько дизелей, установили на опытный образец самолёта. По ряду показателей авиаторы моторы забраковали и с радостью избавились от новинки, передав дизеля из Москвы на Харьковский тракторный завод: - может там установят их на трактора и наладят серийное производство. Дизеля увидели конструкторы Харьковского паровозостроительного завода, по совместительству с паровозами, выпускавшим ещё и танки. Ознакомились с дизелем и забрали к себе на завод, решив после небольшой доработки установить мощный и лёгкий дизель на танк Т-34. Дизель отлично "вписался" в габариты моторного отделения танка, да ещё и осталось место для коробки передач, что позволило избавиться от кардана, расположенного под днищем танка. А это - выигрыш в высоте, а значит, и в массе танка за счёт уменьшения площади бронирования.
  Танк Т-34 был принят на вооружение Красной Армии в начале зимы 1940 года, а первый дизель В-2 Харьковский тракторный завод выпустил в день начала Второй мировой войны - 1 сентября 1939 года. После Т-34 дизелями стали оснащать танки КВ-1 и КВ-2, которые в небольшом количестве выпускал завод в Колпино возле Ленинграда. Впоследствии производство дизелей для танков освоили тракторные заводы Сталинграда, Челябинска и Уралмаша.
  Немцы же свой дизель для танка за всю войну так и не создали, хотя неоднократно пытались скопировать из захваченных в боях танков Т-34. Ума не хватило.
  
  В воспоминаниях дважды Героя Советского Союза генерал-лейтенанта артиллерии В. С. Петрова "Прошлое с нами" описана и встреча при отступлении от Ковеля с колонной танков Т-35 из 41-й танковой дивизии.
  "Дорога на Луцк занята танками, кажется Т-35. Габариты весьма внушительны. Высота не менее трёх метров, длина - около десяти. Несколько башен цилиндрической формы. В главной - установлен ствол 122 - мм. гаубицы, в других - пушки меньшего калибра. Извергают огонь пулемёты. Танковые экипажи отражали очередной налёт "юнкерсов".
  Батарея остановилась. Танкисты начали выгружать из недр своих машин пулемёты.
  Бери, сколько хочешь, никаких ограничений. Я не видел ещё пулемёт такого образца. Вместо приклада - рукоятка, цилиндрический магазин, ствол короткий. Танковый пулемёт весил меньше, чем РПД. Складская смазка толстым слоем покрывала поверхность.
   - Уж, не из ваших ли складов старшина получал продукты?
   - Нет, наши склады остались во Владимире-Волынском, - ответил танкист.
   - Сорок первая танковая дивизия?
   - Да, - подтвердил танкист.
   - Так, значит, мы в некотором роде земляки?
   - Вы разве из Владимира-Волынского?
   - Да, из укреплённого района.
   - Быстро же откатились вы, артиллеристы.
   - В одном эшелоне с танками".
  "...Налёты пикирующих бомбардировщиков происходили, как по графику, через полчаса. Подразделения дивизиона, весь личный состав до последнего человека обязан участвовать в отражении их атак". Добавлю - из винтовок.
  "...Марш продолжался. ...Было около полуночи. 3-я батарея спускалась в лощину. Справа от дороги внезапно взметнулся высоко в небо ослепительно яркий столб пламени. Через некоторое время донеслись раскаты грома. Мощная ударная волна смела всё, что было на шоссе. Раскиданы на десятки метров повозки и автомобили, многие люди получили серьёзные травмы. Раздавались крики о помощи, ржали лошади, сброшенные с высоты дамбы вместе с повозками. В страхе люди ожидали повторного взрыва.
  По всей вероятности, взорвался склад боеприпасов. Кто это сделал? Свои, чужие? Подобной силы взрыва я больше не слышал всю войну". Отступление войск от Ковеля на Луцк продолжалось.
  
  Приведу ещё воспоминания о начале войны дважды Героя Советского Союза маршала К. К. Рокоссовского из его книги "Солдатский долг". Война его застала в должности командира 9-го механизированного корпуса.
  "Около четырёх часов утра 22 июня дежурный офицер принёс мне телефонограмму из штаба 5-й армии: вскрыть особый секретный оперативный пакет.
  Сделать это мы имели право только по распоряжению Председателя Совнаркома СССР или Народного комиссара обороны. А в телефонограмме стояла подпись заместителя начальника оперативного отдела штарма... Пришлось взять на себя ответственность и вскрыть пакет.
  Директива указывала: немедленно привести корпус в боевую готовность и выступить в направлении Ровно, Луцк, Ковель. В четыре часа приказал объявить боевую тревогу, командирам дивизий Н. А. Новикову, Н. В. Калинину и В. М. Черняеву прибыть на мой КП. ... Затруднения были только с материальным обеспечением. Ничтожное число автомашин. Недостаток горючего. Ограниченное число боеприпасов. Ждать, пока сверху укажут, что и где получить, было некогда. Неподалеку находились центральные склады с боеприпасами и гарнизонный парк автомобилей. Приказал склады вскрыть. Сопротивление интендантов пришлось преодолевать соответствующим внушением и расписками. Кажется, никогда не писал столько расписок, как в тот день.
  ... В четырнадцать часов 22 июня корпус выступил в общем направлении Новоград-Волынский, Ровно, Луцк. ... Несчастье заключалось в том, что корпус только назывался механизированным. С горечью смотрел я на походе на наши старенькие Т-26, БТ-5 и немногочисленные БТ-7, понимая, что длительных боевых действий они не выдержат. Не говорю уже о том, что и этих танков у нас было не больше трети положенного по штату. Пехота обеих танковых дивизий машин не имела, а поскольку она значилась моторизованной, не было у неё ни повозок, ни коней".
  Обращаю внимание читателей на фразу: "...и этих танков у нас было не больше трети положенного по штату". Напоминаю, что 9-й мехкорпус Рокоссовского находился ещё в лучшем положении, чем остальные корпуса, так как напрямую подчинялся штабу Киевского военного округа.
  "... 24 июня 9-й мехкорпус вышел в район сосредоточения и вступил в бой.
   ... Был опять получен приказ о контрударе. Однако противник настолько превосходил нас, что я взял на себя ответственность не наносить контрудара, а встретить врага в обороне. ... Прикрыв дивизией Новикова избранный нами рубеж на шоссе Луцк - Ровно, мы сюда перебросили с левого фланга 20-ю танковую с её артполком, вооружённым новыми 85-миллиметровыми орудиями. ... Орудия поставили в кюветах, у шоссе, а часть - прямо на дороге.
  Мы видели с НП, как шли на 20-ю танковую внушительные силы врага. И увидели, что с ними стало. Артиллеристы подпустили фашистов поближе и открыли огонь. На шоссе образовалась чудовищная пробка из обломков мотоциклов и бронемашин, трупов гитлеровцев. Но наступавшие вражеские войска продолжали по инерции двигаться вперёд, и наши орудия получали всё новые цели.
  Враг понёс тут большие потери и был отброшен. Генерал Новиков, используя удачу Черняева, двинулся вперёд и занял нужные нам высотки.
  ... Главный удар противника пришёлся южнее нас. Описывая военные события в районе Луцка, и гордясь мужеством и умелыми действиями вверенных мне войск, я всё же откровенно скажу: трудно представить, как бы мы выглядели, окажись под воздействием вражеских сил на направлении главного удара. ... Немецкие танковые и моторизованные соединения были оснащены техникой, которая превосходила наши устаревшие машины Т-26 и БТ".
  А Виктор Суворов всё ещё пытается утверждать, что Сталин планировал начать войну против Гитлера 6-го июля, но Гитлер его упредил. Закусывать надо хорошо, прежде, чем пытаться убедить в этой дате читателей! Извини, но другого выражения подобрать не хочу. Любой здравомыслящий читатель понимает, что наша страна к войне в 1941 году была не готова.
  Танковые армии появились в Красной армии лишь на второй год войны, когда уральский Танкоград начал выпускать достаточное количество танков Т-34, превосходящих по боевым качествам средние танки вермахта. Но до победы было ещё далеко.
  Вот что пишет генерал Рокоссовский о качестве советских танков, участвовавших в боях за Смоленск в июле 1941 года. " Танки КВ произвели на врага ошеломляющее впечатление. Они выдержали огонь орудий, которыми были вооружены в то время немецкие танки. Но машины, вернувшиеся из боя, выглядели тоже не лучшим образом: в броне появились вмятины, у некоторых орудий были пробиты стволы. Хорошо показали себя танки БТ-7: пользуясь своей быстроходностью, они рассеивали и обращали в бегство неприятельскую пехоту. Однако много этих машин мы потеряли - они горели как факелы.
  Если немцы увидели такую новую технику, как КВ, то и мы кое-что у них обнаружили, а именно - новые образцы противотанковых ружей, пули которых прошивали наши танки старых типов. Провели испытание, убедились, что специальными пулями из этих ружей пробивается и бортовая броня Т-34. Захваченную новинку срочно отправили в Москву".
  Так впервые упоминает о танках Т-34 Рокоссовский. Их броня в начальный период войны была слаба. Похоже, что в его группировке, созданной, чтобы отбить у противника захваченный Смоленск, их уже просто не было. Зато был храбрый и инициативный танкист полковник Лизюков, умело руководивший обороной ярцевской переправы.
  Упоминает Рокоссовский и о визите англичан в район Смоленска. "Как-то позвонили из Генерального штаба - встречайте английскую военную делегацию (её возглавлял генерал, представлявший вооружённые силы Великобритании при нашем Генштабе). Я находился на левом фланге, в районе соловьёвской переправы, и, честно говоря, мне тогда было не до визитёров. Принять гостей поручили Михаилу Сергеевичу Малинину, он организовал встречу на КП полковника Кириллова, в 38-й стрелковой дивизии. Прошла она в вежливом дипломатическом духе и, как рассказывали Малинин и Лобачёв, довольно тепло. Англичане выпили по нескольку наших фронтовых норм "хорошей русской водки" и не скупились на хвалебные тосты в честь Красной Армии".
  Лучше бы союзники своевременно открыли второй фронт на Западе, даже отвлечение с Восточного фронта десяти немецких дивизий значительно бы помогло Красной Армии отстоять свою территорию и организовать наступление. Такие предложения были, планы разработаны и получили одобрение военных. Но..., встретили возражение со стороны политиков. Сенатор США Гарри Трумэн высказался по этому поводу: "Пусть они воюют и убивают как можно больше".
  У меня предложение к Виктору Суворову - написать книгу о втором периоде войны после разгрома немцев под Москвой, когда они были отброшены на 300 км. западнее. Вот бы в это время открыть второй фронт! Война с Германией завершилась бы на два года раньше, унесла бы меньше жертв, не пришлось бы подвергать варварской атомной бомбардировке японские города Хиросима и Нагасаки. Но такой фантастической книги Виктор Суворов никогда не напишет, он зациклился на своей идее - Сталин хотел завоевать весь мир, но потерпел поражение, так как завоевал всего лишь половину Европы! Да и союзников Сталина, в лице англичан и американцев, затянувших с открытием Второго фронта, упрекнуть с задержкой он никогда не осмелится.
  Отвлечёмся от фантазий, вернёмся в май 1942 года, когда вместо танковых бригад в Красной Армии начали формировать более крупные соединения. Снова обратимся к мемуарам Рокоссовского, тогда командующего 16-й армии Западного фронта.
  " На усиление к нам прибыл танковый корпус. Мы в себя создали стрелковый корпус из трёх дивизий, располагавшийся на правом фланге, что значительно облегчило управление войсками. Его командиром был назначен генерал Н. А. Орлов. (Корпусная система существовала в Красной Армии давно. Тяжёлые оборонительные сражения сорок первого года вынудили временно её ликвидировать. При малейшей возможности корпуса опять восстанавливались)".
  Интересно описывает Рокоссовский и встречу со Сталиным после назначения его командующим Брянским фронтом. " Кончив дела, я хотел подняться, но Сталин сказал: - Подождите, посидите.
  Он позвонил Поскрёбышеву и попросил пригласить к нему генерала, только что отстранённого от командования фронтом. И далее произошёл такой диалог:
   - Вы жалуетесь, что мы несправедливо вас наказали?
   - Да. Дело в том, что мне мешал командовать представитель центра.
   - Чем же он вам мешал?
   - Он вмешивался в мои распоряжения, устраивал совещания, когда нужно было действовать, а не совещаться, давал противоречивые указания... Вообще подменял командующего.
   - Так. Значит, он вам мешал. Но командовали фронтом вы?
   - Да, я...
   - Это вам партия и правительство доверили фронт... ВЧ у вас было?
   - Было.
   - Почему же не доложили хотя бы раз, что вам мешают командовать?
   - Не осмелился жаловаться на вашего представителя.
   - Вот за то, что не осмелились снять трубку и позвонить, а в результате провалили операцию, мы вас и наказали...
  Я вышел из кабинета Верховного Главнокомандующего с мыслью, что мне, человеку,
  недавно принявшему фронт, был дан предметный урок. Поверьте, я постарался его усвоить".
  Враг рвался к Дону, пытался захватить Воронеж. Разгорелись жестокие бои.
  " В этих боях погиб командующий 5-й танковой армией генерал Лизюков. Он двигался в боевых порядках одного из своих соединений. Чтобы воодушевить танкистов, генерал бросился на своём танке КВ вперёд, ворвался в расположение противника и там сложил голову.
  Мне было искренне жаль его. Мы познакомились с ним ещё на ярцевском рубеже. Боевой, храбрый танкист. Он был хорошим командиром танковой бригады, мог бы быть неплохим командиром корпуса. Но опыта командования столь крупными силами, как танковая армия, он пока не имел. Объединение же было новое, наспех сформированное, к тому же у нас ещё не было опыта применения такой массы танков. Армия впервые участвовала в бою, да ещё в столь сложной обстановке. Конечно, всё это не могло не отразиться на её действиях...
  Вскоре после этого боя управление и штаб 5-й танковой вывели в резерв Ставки, а корпуса непосредственно подчинили фронту. В то время, пожалуй, это было правильное решение. Ни обстановка, ни возможности наши ещё не позволяли тогда создавать такие крупные танковые объединения".
  Есть в "Ледоколе" Виктора Суворова любопытная глава "Про чёрные дивизии", где правда соседствует с ложью. Он отчасти прав, утверждая, что часть солдат 69-го стрелкового корпуса 20-й армии, которой вначале войны командовал генерал Ф. Н. Ремезов, была одета летом в чёрную форму. Забывает только сообщить, что эти солдаты - мобилизованные призывники, которые пришли в военкомат в гражданской одежде. Летнего обмундирования защитного цвета военкоматы не запасли, призывников отправляли на фронт не переодетыми в красноармейскую форму. Выгрузившись с эшелонов и получив кое-какое оружие, вчерашние призывники участвовали в боях, устилая поле трупами в чёрной одежде. И комплектовалась 20-я армия не в Сибири из заключённых, а в Орловском военном округе. Первым её командующим, до своего ранения, стал бывший командующий округом генерал Ремезов. После излечения командовал Северо-Кавказским военным округом. В декабре ему пришлось одевать часть призывников в чёрные железнодорожные шинели. Известен случай, когда немцы приняли переодетых в чёрные шинели красноармейцев за морских пехотинцев и в панике отступили.
  Во время войны командующий тылом Красной Армии генерал Хрулёв ввёл в практику снабжение войск не из стратегических складов, расположенных в Поволжье и на Урале, а из армейских, которые перемещались вслед за фронтами. Поэтому призывники из освобождённых от оккупантов районов получали армейское обмундирование по прибытию в воинскую часть. Фронтовая жизнь изменчива, иногда их переодеть не успевали, они погибали в той одежде, в которой ушли из дома. В наше время практику снабжения предприятий без промежуточных складов, назвали модным словом "логистика".
  
  Пытается Виктор Суворов оболгать и командующего 16-й армией Рокоссовского, обвиняя его, что: "Он забыл в своих мемуарах сообщить, из кого она состояла. Эта забывчивость ему свойственна".
  Более справедливо будет упрекнуть в "забывчивости" Суворова. Он не мог не знать, что Рокоссовский начал командовать 16-й армией в составе Западного фронта, защищая Москву на самом опасном, центральном направлении. В то время заключённых в составе его армии не было! Бывшие заключённые появились в составе его войск лишь в августе 42-го года, когда он уже командовал Брянским фронтом. Это событие он вспоминает в своих мемуарах.
  "В августе к нам на пополнение прибыла стрелковая бригада, сформированная из людей, осуждённых за различные уголовные преступления. Вчерашние заключённые добровольно вызвались идти на фронт, чтобы ратными делами искупить свою вину. Правительство поверило чистосердечности их порыва. Так и появилась эта бригада у нас на фронте. Бойцы её быстро освоились с боевой обстановкой: мы убедились, что им можно доверять серьёзные задания. Чаще всего бригаду использовали для разведки боем. Дралась она напористо и заставляла противника раскрывать всю его огневую систему. В бригаде появились отличные снайперы. Как заправские охотники, они часами подкарауливали гитлеровцев и редко выпускали их живыми.
  "Беспокойная" бригада воевала неплохо. За доблесть в боях с большинства её бойцов судимость была снята, а у многих появились на груди ордена и медали.
  Жизнь убедила меня, что можно верить даже тем, кто в своё время по каким-то причинам допустил нарушение закона. Дайте такому человеку возможность искупить свою вину - и увидите, что хорошее возьмёт в нём верх. Любовь к Родине, к своему народу, стремление, во что бы то не стало вернуть их доверие сделают его отважным бойцом".
  Напомним читателям, что освобождённые из тюрем уголовники в тот период - добровольцы, не сведенные ещё в штрафные батальоны. Настоящие штрафные батальоны появятся в армии лишь после приказа Љ 227 в августе 1942 года.
  
  11. Про комбригов и комдивов.
  
  Идейно-политический уровень своих комбригов, комдивов и комкоров Сталин отлично знал, так как со многими из них открыто переписывался. Эта переписка потом публиковалась в военных газетах и журналах. Вот письмо комкора Кутякова 1933 года с предложениями по ликвидации белой эмиграции:
  " Дорогой товарищ Сталин!
  Не моего ума дело, но эта мысль беспокоит меня много времени. Я считаю, что белогвардейцев, живущих заграницей, нужно всех амнистировать.
  Мы теперь настолько сильны, что нам их бояться нечего.
  Разрешите им жить в Дальне Восточном крае.
  Этим мероприятием, мне кажется, мы достигнем:
  1) Дезорганизуем всё белое движение, которое стремится с оружием в руках завоевать себе отечество, т.е. возвратиться в Россию.
  2) Оставим всех генералов и вождей без солдат.
  3) Заселим Дальне Восточный край.
  4) Заставим - да они сами с охотой, чтобы искупить прошлые преступления, будут зверски драться с японцами.
  5) Нам легче и дешевле обойдётся их перевоспитать в советском и колхозном духе - в Сибири, чем во время войны драться с ними.
  В общем, если бы нам удалось молодых здоровых 100 тысяч перетянуть в Сибирь, этим самым мы окончательно убили бы всякое желание остальных мечтать с оружием в руках завоёвывать себе Родину, т.к. без оружия мы даём им право честно трудиться и жить в Сов. России.
  Кроме того, японцам это было бы неприятно.
  Конечно, тогда нужно организовать в Сибири сильное Г.П.У.
  Хорошо бы это провести XY!! съездом партии.
  Тов. Сталин, вы любимый и мудрый вождь нашей партии. Может быть, я написал глупость. Прости, что беспокою".
  Ответ Сталина:
  " И всё же я не согласен с Вами, что "белогвардейцев, живущих за границей, нужно всё же амнистировать". Единой и сплошной белогвардейско-эмигрантской массы нет в природе, Милюков, Струве, Керенский, Дан, Гучков, Рябушинский и тому подобное - тоже белогвардейцы. Вы, конечно, согласны, что их не стоит амнистировать. Генералов, вождей всяких и руководящих людей из офицеров, как правильно говорите, тоже, конечно, не следует амнистировать. Не стоит также амнистировать белогвардейцев, несущих службу в полиции, охранке, контрразведке, диверсии и шпионажа у японцев в Маньчжурии, у поляков и финнов на нашей западной границе. Это - люди отпетые. Есть ещё одна группа эмигрантов - русские специалисты, инженеры, техники (по промышленности), уже устроившиеся на службе в Германии, во Франции, в Америке, в Балканских государствах. Мы их приглашали в СССР. Но они не хотят возвращаться к нам и не интересуются вопросом об амнистии. Эти люди, видимо, потеряли чувство Родины. Вот Вам картина.
  Остаётся рядовая и средняя масса эмигрантов, боровшаяся в своё время против нас в армиях Деникина, Врангеля, Краснова, а ныне работой добывающая себе кусок хлеба во Франции - в городах, в Балканских странах и Бразилии - на полях. Часть этих людей (не все!) не прочь бы, пожалуй, вернуться в СССР. Но они уже не вояки, они воевать не хотят, и если вернутся в СССР, то не для того, чтобы проливать кровь на Дальнем Востоке. Конечно, всё бывает на свете, и вполне возможно, что часть из этой группы охотно поедет на Дальвост. Я знаю, например, что в Синьцзяне имеется 2000 белогвардейцев, которые ведут себя неплохо и которых мы, вполне возможно, амнистируем не в далёком будущем - всё равно - согласятся они пойти на Дальвост или нет. Но такие вещи надо делать не через трибуну съезда партии, в порядке манифестации, а без шума, в порядке тщательного отбора и кропотливой работы по проверке людей. Предлагаемая Вами манифестация нецелесообразна и опасна. Во первых, овчинка не стоит выделки (соберём 5 - 10 тысяч людей, а это мелочь). Во вторых, такая манифестация может быть понята, как призыв Сов. Власти к белым придти на помощь, т.е. проявление слабости, что нежелательно для нас. В третьих, могут подумать, что мы твёрдо решили воевать с японцами, и открыто собираем для этого армию, несмотря ни на что, несмотря на то, что не исчерпаны ещё все средства мирного разрешения конфликта, несмотря на то, что японцы, может быть, пошли бы под конец на уступки. Выходит, что мы выглядели бы, как зачинщики войны - не японцы, а мы! Понятно, что нельзя нам лезть в эту штуку, которая, как видите, очень похожа на ловушку..."
  Скромно назвал Виктор Суворов главу 25 в "Ледоколе" - "Про комдивов и комбригов". Поскромничал. А мог бы назвать: "Про репрессированных маршалов, командармов, комкорах, комдивах и комбригах". Ведь у каждого комбрига и комдива имелся начальник с более высоким званием, который отдавал приказы и которому они по Уставу должны подчиняться. И не только подчинялись, но и дружили между собой, иногда собираясь в тесном кругу. За "рюмкой чая" языки развязывались. Лениво поругивали "диктатора" Сталина и его Конституцию, наркома обороны "тупого" Ворошилова и "лошадника" Будённого. Восхищались генералами германского рейхсвера, но ругали Гитлера и президента Германии Гинденбурга, незаконно назначившего рейхсканцлером бывшего ефрейтора. Заняв кресло канцлера, Гитлер провёл выборы и "демократическим" путём, пользуясь поддержкой штурмовиков, был избран главой государства.
  Восхищались маршалом Михаилом Тухачевским, признав его своим лидером. Некоторые горячие головы готовы были поддержать его в случае военного переворота, ожидая лишь приказа. Приказа не было, но стало известно заявление Тухачевского немецким генералам весной 1936 года. "...Если Германия изменит свою позицию (уберут Гитлера?), ничто не помешает дальнейшему советско-германскому сотрудничеству, как это было тогда, когда в прошлом обе страны ощущали преимущества своей дружбы, ведь тогда они могут диктовать условия всему миру".
  Стал известен Сталину и тост военного атташе в Берлине комдива Орлова А.Г., сказанный на приёме в октябре 1936 г. командующему сухопутными войсками генерал-полковнику барону Вернеру фон Фричу:
  "... армия СССР готова завтра сотрудничать с Гитлером, пусть лишь Гитлер, партия и германская внешняя политика совершит поворот на 180 градусов, а союз с Францией отпадёт. Это могло бы случиться, если бы, например, Сталин умер, а ... Тухачевский и армия установили военную диктатуру".
  Заявление Тухачевского и комдива Орлова стало известно британской разведке, которая опасалась союза Германии с Кремлём. Началась многоходовая комбинация службы Интеллидженс Сервис по обоснованному и документально подтверждённому заговору красных маршалов против Кремля. Сталин о настроениях в среде своих высших военачальников был отлично осведомлен. Среди них уже были дважды и даже трижды предатели. Первый раз монархисты нарушили присягу и предали царя, правда, после его отречения от престола. Среди них были истинные патриоты, решившие служить России, как бы она не называлась. Второй раз белогвардейцы-монархисты изменили царю, поддержав его арест генералом Корниловым в феврале 1917 года. Могли спасти царскую семью, освободив её из плена сторонников Керенского и отправить в Мурманск, надеясь, что за ней придёт британский крейсер. Такие планы были. Английская королевская семья помочь своим родственникам в России отказалась, не предоставив для её эвакуации и спасения даже ржавого парохода.
  Третий раз многие офицеры предали Корнилова и белогвардейское движение, поступив на службу в Красную Армию. Некоторые предали и Льва Троцкого, не поддержав его призыва к Мировой революции. Замаскировались, решили остаться в Красной Армии, оставаясь в тайной оппозиции.
  Сталин верил только фактам. Известны его слова: "Гипотеза в разведке может превратиться в вашего конька, на котором вы приедете прямо в устроенную вами же самими ловушку. Не рассказывайте мне, что вы думаете, дайте мне факты и источник".
  Факты об антисталинских настроениях не только Тухачевского, но и некоторых видных государственных и партийных работников СССР Сталин имел в избытке. В период 1925 - 1927 гг. Тухачевский был начальником Генштаба РККА. В 1927 г. выступил с требованием изготовить для войны с Великобританией 100 тыс. танков и призвать в армию дополнительно 500 тыс. человек для формирования экипажей и технического обслуживания. В то время танковых войск не было ещё ни в одной армии мира, как не было и надёжной конструкции танка. В лучшем случае танк того времени представлял "консервную банку" с пулемётом. Промышленность в стране не могла даже снабжать товарами крестьян в обмен на зерно. На повестке дня остро стоял вопрос о принятии пятилетнего плана индустриализации, о производстве тракторов и организации МТС. Тухачевский всё это прекрасно знал, но настаивал на строительстве танков. В результате постановлением Политбюро был смещён с должности начальника Генштаба и отправлен командовать Ленинградским военным округом.
   На диктаторские замашки и тщеславие Тухачевского с авантюрным уклоном первый обратил внимание его сокамерник по кайзеровскому плену француз Реми Рур. В 1928 году он опубликовал книгу под псевдонимом Пьер Ферварк о совместном с Тухачевским пребывании в плену. Концлагерь располагался в городе Ингольштадте, вблизи Мюнхена. Для офицеров существовал свободный режим выхода из лагеря. Это позволило Тухачевскому общаться с немцами, среди которых обязательно должны были быть представители кайзеровской разведки. Потом сравнительно легко устроить побег и перебраться в Швейцарию.
  Существует версия, что на Тухачевского обратили внимание не рядовые разведчики, а сам Зеботтендорф - знаменитый барон ИНО, работавший ещё и на британскую разведку. Выразив антибританскую, антигитлеровскую и антисталинскую позицию маршал Тухачевский сам подписал себе смертный приговор. С молчаливого согласия шефа германской разведки адмирала Канариса, информацию о "заговоре маршалов" во главе с Тухачевским, "слили" Сталину через чехословацкую военную разведку и президента Эдуарда Бенеша.
  Сталин президента Чехословакии уважал, особенно после нападок на него и его страну британских дипломатов. Во время правления премьер-министра Невилла Чемберлена некоторые английские дипломаты допускали такие выражения: "чехословаки - самая свиноголовая раса" а Бенеш - "самый свиноголовый в своём стаде". Откровенно хамили президенту и трудолюбивому культурному народу, чтобы услужить Гитлеру и направить его агрессию на восток.
  Много забот доставляла президенту Бенешу и Организация Украинских Националистов (ОУН), которая разработала план осуществления ряда политических убийств с целью отделения от Чехословакии Закарпатья. Ранее ОУН пользовалась поддержкой Бенеша, но 15 июня 1934 года боевики ОУН по приказу абвера убили польского министра внутренних дел Бронислава Перацкого. Он был сторонником изгнания украинского населения с польских земель и заселения их польскими посадниками. Но главное - он был против гитлеровских притязаний на Данциг и данцигский "коридор". Убийца министра - Мацейко - при помощи чехословацкой полиции укрылся в Чехословакии. Поляки требовали наказать убийцу. Под их давлением Бенеш вынужден был отдать приказ о разгроме структур ОУН в стране.
  После расчленения Чехословакии экс-президент Бенеш не пожелал воспользоваться приглашением Чемберлена и эмигрировал в США. Вернулся в Англию, когда премьер-министром стал Уинстон Черчилль.
  Сталин помогал Бенешу и в изгнании. Советская разведка помогла вывезти архивы чехословацкого правительства, выдала под расписку 10 тысяч долларов США и спасала людей из ближайшего окружения экс-президента от заключения в немецкие концлагеря. В Америке Бенеш имел частые разговоры с послом СССР Уманским. Всё это знал и Черчилль, и поэтому по приезде Бенеша в 1940 году из США в Лондон задал ему сразу колючий вопрос: " Что, Сталину удобнее разговаривать со мной не напрямую, а через Бенеша?"
  Из книги Пьера Ферварка о Тухачевском и его высказываниях в плену можно составить политический портрет будущего маршала:
  "Чувство меры, являющееся для Запада обязательным качеством, у нас в России - крупнейший недостаток. Нам нужны отчаянная богатырская сила, восточная хитрость и варварское дыхание Петра Великого. Поэтому к нам больше всего подходит одеяние диктатуры. Латинская и греческая культура - это не для нас! Я считаю Ренессанс наравне с христианством одним из несчастий человечества... Гармонию и меру - вот что нужно уничтожить прежде всего".
  В разговоре с сокамерниками о Бетховене, он выразился так:
  "Россия похожа на этого великого и несчастного музыканта. Она ещё не знает, какую симфонию подарит миру, поскольку не знает самое себя. Она пока глуха, но увидите - в один прекрасный день все будут поражены ею..."
  А вот его высказывание накануне февральской революции 1917 года:
  "Наш император - недалёкий человек... И многим офицерам надоел нынешний режим... однако и конституционный режим на западный манер был бы концом России. России нужна твёрдая, сильная власть..."
  Когда в камере зашла речь о будущем славянского мира, Тухачевский выразился так:
  "Разве важно, осуществим ли наш идеал пропагандой или оружием? Его надо осуществить - и это главное. Задача России сейчас должна заключаться в том, чтобы ликвидировать всё: отжившее искусство, устаревшие идеи, всю эту старую культуру... При помощи марксистских формул ведь можно поднять весь мир! Вот магический ключ, который отворяет России двери на Восток и запирает их для Англии. Революционная Россия, проповедница борьбы классов, распространяет свои пределы далеко за пограничные линии, очерченные договорами... С красным знаменем, а не с крестом мы войдём в Византию! Мы выметем прах европейской цивилизации, запорошившей Россию, мы встряхнём её, как пыльный коврик, а потом мы встряхнём весь мир!"
  И ещё одно высказывание Тухачевского после свержения царя:
  " Если Ленин окажется способным избавить Россию от хлама старых предрассудков, я пойду за ним".
  Он это высказывание выполнил. После побега из Германии через Швейцарию и Францию подпоручик Тухачевский прибыл в Москву, стал работать в одном из военных районных комиссариатов по вопросам формирования Красной Армии. Познакомился с членом партии РКП(б), бывшим подполковником Отдельного корпуса жандармов, бывшим начальником Киевского охранного отделения Николаем Кулябко. Да, тем самым, который в 1912 г. позволил террористу Мордко Богрову убить премьер-министра России Столыпина. Из Охранного отделения Кулябко изгнали, до революции он работал агентом в германской компании по продаже швейных машинок "Зингер". Втёрся в доверие к большевикам, распространяя нелегальную литературу, стал членом партии. В феврале 17 г. был членом ВЦИК по работе с военными комиссарами и одновременно являлся военным комиссаром обороны Москвы. Он же дал рекомендацию Тухачевскому для вступления в партию. Через полгода Тухачевский был назначен командующим одной из армий Восточного фронта против адмирала Колчака.
  Теперь о происхождении древнего рода Тухачевских. Мать его была простой крестьянкой. Согласно энциклопедическому словарю Брокгауза и Эфрона, дворянский род Тухачевских ведёт своё начало от некоего графа Идриса, немца, переселившегося в Россию в 1352 году. Ответвлением этого старинного рода являются и семьи графов Толстых, но никто из оставшихся в России потомков, после раскрытия предательства Тухачевского, от "репрессий" в 37 году не пострадал.
  Сталин знал о политических взглядах Тухачевского не только по книге Ферварка. Ранней весной 1935 года Тухачевский был командирован в Англию для участия в похоронах британского короля Георга Y. Возвращаясь в Москву, завернул по пути ещё и в Берлин, где встречался с германскими единомышленниками - рейхсверовскими генералами, а также с представителями белоэмигрантских кругов. Там был и бывший белогвардейский генерал Николай Скоблин. Запомним это имя, мы к его трагической судьбе ещё вернёмся.
   Добытую информацию об этих встречах и содержании бесед Тухачевского Скоблин передал через одного из членов подпольной Коммунистической партии Германии в советское посольство. Совершил ошибку, доверив информацию непроверенному агенту. Поспешил Скоблин, не дождавшись встречи с советским связником. Слишком "горячей" и срочной показалась ему информация о предательстве Тухачевского. Через этого агента сведения о сговоре маршала с генералами рейхсвера стали известны не только нацисткой, но и британской разведкам.
  Сталин решил проверить политические взгляды Тухачевского простым способом. В марте 1935 года он предложил ему написать статью о гонке вооружений и агрессивных планах Германии. Тухачевский статью написал, она была опубликована в конце марта с многочисленными правками Сталина. Правки касались неверных утверждений Тухачевского, что агрессия Гитлера направлена только на Восток, без оценки угрозы Франции и Великобритании. Также автор статьи считал, что агрессором является только Гитлер, а не его генералы. Сталин опроверг это утверждение, указав на полную власть Гитлера над своим генералитетом. Да, между ними существуют разногласия, но только в отношении темпов развития агрессии. По Тухачевскому выходило, что виноват во всём только Гитлер, а его "умницы-генералы" тут ни при чём. Сталин указал, что военные планы Гитлера были не лично гитлеровскими, но всего нацистского руководства Германии, что они разделялись и германскими генералами. Не согласился Сталин и с мнением Тухачевского о способах борьбы с агрессией, указав, что самый верный - создание системы коллективной безопасности в Европе в составе СССР, Франции и Великобритании.
  Коснулась переделка и названия статьи. Она была опубликована в центральной партийной газете "Правда" под названием "Военные планы современной Германии". Автором был назван Тухачевский, но многочисленные правки Сталина сохранены.
  Тухачевский задним числом понял, что тест на доверие он не прошёл и после 1936 года начал торопить своих единомышленников с подготовкой к военному перевороту. Сталин тоже не дремал, узнав о сговоре Н. Чемберлена с Гитлером в Мюнхене. Улетая, премьер-министр Великобритании прямо так и заявил Гитлеру: "Для нападения на СССР у вас достаточно самолётов, тем более, что уже нет опасности базирования советских самолётов на чехословацких аэродромах". Это выражение Н. Чемберлена немедленно стало известно Сталину из разведывательного донесения. А внутри страны ещё не решена проблема с военной оппозицией во главе с Тухачевским...
  Летом 1936 г. умер известный пролетарский писатель Максим Горький. Пошли слухи, что ему "помогли" уйти в иной мир люди из его ближайшего окружения, в том числе и "друг семьи" - начальник НКВД Генрих Ягода. Сталин Горького уважал, как основателя литературы социалистического реализма, поэтому назначил следствие. По результатам расследования Генрих Ягода был уличён во лжи и в тесных связях с троцкистами. Его расстреляли, а начальником НКВД назначили Николая Ежова, который до этого работал в аппарате Центрисполкома. Отличительной чертой Ежова была высокая исполнительность. Любое дело, которое ему поручали, он исполнял с величайшей тщательностью, контролировать его было не нужно.
  После смерти Горького Сталин принял меры к возврату в СССР архива писателя, который находился у бывшей его любовницы - Марии Будберг-Бенкендорф. По некоторым сведениям, она имела связи с британской и советской разведками. Переписка Горького с известными зарубежными литераторами и общественными деятелями оказалась очень интересной. Подтвердились связи с троцкистами не только Путны, но и лиц из ближайшего окружения Тухачевского - Шмидта, Примакова и других. Но Сталин потребовал подтверждения, и нелегальным резидентурам за границей последовал приказ о негласном изъятии секретных архивов Троцкого. Первая партия их прибыла в Москву уже в самом конце 1936 г.
  
  Знал о заговоре советских военных и Даладье, тогда ещё военный министр Франции из сведений, полученных через "вторые руки" от Бенеша.
  В начале 1937 г. умер основатель новых вооружённых сил Германии - рейхсвера, генерал Ганс фон Сект. Оставил после себя завещание в духе самого Бисмарка - " на Востоке врага нет", и, следовательно, Германия должна держаться за Россию, хотя бы и Советскую. По условиям, один экземпляр завещания был предназначен командующему сухопутными войсками Германии генерал-полковнику Вернеру фон Фричу. Так Гитлер узнал, кто является главой и единомышленником заговора с российской военной оппозицией. В случае победы заговорщиков планы Гитлера рушились. Он немедленно затеял через свою разведку "игру" со Сталиным, подсунув тому в начале мая информацию о вербовке Тухачевского ещё во время пребывания в плену. Таким образом, планы заговорщиков шли в разрез с желаниями правительств Великобритании, Франции, Гитлера и Сталина. Участь маршала Тухачевского, генерал-полковника Фрича и остальных заговорщиков была предрешена задолго до их выступления.
  
  Первоначально военный переворот маршал Тухачевский запланировал на 1 мая 1937 года. Очень удобный момент для незаметной переброски в Москву войск под командованием верных комдивов и комбригов. Но, перед первомайским парадом Тухачевскому сообщили, что он решением правительства назначен главой советской делегации для поездки в Лондон, чтобы принять участие в церемонии коронации нового английского короля Георга Y!. Коронация должна состояться в первых числах мая. Тухачевский переворот отложил, когда узнал, что делегацию Германии будет возглавлять министр обороны Бломберг. Надеялся при личной встрече обсудить вопросы взаимодействия после переворота.
  Запрос в МИД Великобритании о выдаче Тухачевскому въездной визы был представлен 3 мая 1937 года, уже после парада. На трибуне мавзолея участников парада приветствовали Сталин, Ворошилов и члены Политбюро. Сталин сохранял свой обычный невозмутимый вид. Маршал Ворошилов пришёл на парад в обычной военной форме, но с пистолетом в кобуре, чего ранее за ним не наблюдалось. Члены Политбюро заметно нервничали. Парад и демонстрация прошли как обычно.
  4 мая в срочном порядке и внезапно запрос о выдаче Тухачевскому въездной визы в Англию был аннулирован советской стороной. В качестве причины была указана болезнь маршала Тухачевского.
  Узнав об этом, маршал собрал некоторых своих сторонников на квартире наркома внешней торговли А. Розенгольца, активного участника заговора. Тухачевский понял, что его обставили. Стучал кулаком по столу и орал: " Вы что, ждёте, когда нас к стенке поставят, как Зиновьева, я пятого начинаю переворот!" Запись этого разговора немедленно легла на стол Сталину.
  8 мая 1937 года Сталин получил от Бенеша документы, подтверждающие связи Тухачевского с генералами рейхсвера. Не будем гадать об их происхождении, то ли их добыла чехословацкая разведка, то ли эти сведения о давней вербовке подсунули гитлеровцы. Версии существуют разные, но сути дела это не меняет.
  Гуляет до сих пор по миру сказка, что агент Сталина заплатил за "досье Тухачевского" 3 миллиона рублей золотом - это 300 тысяч золотых червонцев. Историк Мартиросян Арсен Беникович убедительно опроверг эту чушь простым переводом массы золотых монет в килограммы. По весу эта сумма должна быть равна 2,5 тыс. килограмм. В мире ни тогда, ни теперь нет тяжеловесов и кошельков для переноса такой тяжести.
  Стоит ещё уведомить наших читателей, что когда весной в советской печати появились прозрачные намёки о существовании "дела военных", якобы полученных от некоего военного атташе в звании генерала, то генерал Кёстринг из посольства Германии незамедлительно выступил с официальным протестом. Что Сталину и требовалось. Он понял, что Германия ещё слаба и не планирует в ближайшее время нападение на СССР.
  У Сталина уже имелись все основания для ареста Тухачевского, но он не торопился. Слова предателя ещё не факты. А кто из военной и партийной верхушки состоит в сговоре с Тухачевским? Ошибиться - значит подвергнуть напрасным репрессиям тысячи людей, обезглавить военное руководство Красной Армии. И это накануне приближения Второй мировой войны!
  Ещё до ареста Тухачевского началась негласная проверка командного состава армии. Выясняли степень их отношения к заговору и связи между заговорщиками. Сталин до последнего дня тянул с арестом, и только когда узнал, что Тухачевский в срочном порядке назначил военные маневры на 12 мая 1937 года, предпринял меры безопасности. 11 мая Тухачевский был снят с поста замнаркома обороны и назначен командующим Приволжским военным округом с приказом немедленно отбыть к месту новой службы. Перед этим Сталин 13 мая дал обычную аудиенцию Тухачевскому в связи с новым назначением. Сталин шёл на известный риск, ведь маршалов при посещении кабинета в Кремле не обыскивали, а опальный Тухачевский мог пронести с собой пистолет.
  Негласная проверка связей Тухачевского с заговорщиками длилась до 24 мая. В этот день состоялось заседание Политбюро. Тогда уже был выяснен список лиц, подозреваемых в участии заговора. Тухачевский 25 мая был арестован.
  На допросе Тухачевский предъявленные ему обвинения отрицал только сутки. Следователи за это время сообщали ему всё новые и новые факты предательства. Его не били, даже пальцем не тронули, но под градом обвинений он признал существование заговора и назвал активных участников. Не только признал, но и собственноручно написал свои признания на 143 страницах рукописного текста своим ровным почерком, с использованием всех правил грамматики. Допрашивали Тухачевского начальник 5-го отдела Главного управления государственной безопасности НКВД СССР комиссар госбезопасности 2-го ранга Израиль Моисеевич Леплевский и его помощник Ушаков, он же Зиновий Маркович Ушимирский. Именно их подписи стоят под протоколами допросов военных, в т.ч. и Тухачевского. Вопрос к читателям: смог бы человек, которого избивали, сохранить свой ровный почерк?
  
  Показания Тухачевского давно опубликованы в открытой печати, я их читал. С моей точки зрения, это стратегические рассуждения грамотного военного специалиста о путях развития военных событий в будущей войне против СССР Германии и её союзницы Польши. Поражает большое сходство рассуждений Тухачевского с содержанием главы 18 "Ледокола", которую Виктор Суворов озаглавил: "Для чего предназначался Первый стратегический эшелон", а также с главой 26 "Зачем был создан Второй стратегический эшелон". Но этот сценарий Тухачевский описал в 37 году. Зачем Виктору Суворову понадобилось повторять эти измышления с изменениями фамилий командиров через десятки лет, обвиняя Сталина о подготовке армии для вторжения в Западную Европу? Почему не указал, что похожий вариант вторжения проигрывал со своими соратниками Тухачевский на командно-штабных учениях РККА в 1936 году?
  
  Ознакомимся с выдержками из показаний Тухачевского:
  " Я уже показывал, что, изучив условия возможного развёртывания операций немцев и поляков против БВО и КВО во время апрельской военно-стратегической игры 1936 г. и получив незадолго до этого установку от германского генерального штаба через генерала Рундштедта на подготовку поражения на Украинском театре военных действий, я обсудил все эти вопросы сейчас же после игры с Якиром и Уборевичем, а в общих чертах и с прочими членами центра. Было решено оставить в силе действующий оперативный план, который заведомо не был обеспечен необходимыми силами. Наступление Белорусского фронта с приближением, а тем более с переходом этнографической границы Польши должно было стать критическим и с большой долей вероятности опрокидывалось ударом немцев или из Восточной Пруссии в направлении Гродно или через Слоним на Минск.
  Украинский фронт в первую очередь или после нанесения удара немцами на севере, также потерпит неудачу в столкновении со значительно превосходными силами польских и германских армий.
  В связи с такой обстановкой на Уборевича была возложена задача так разрабатывать оперативные планы Белорусского фронта, чтобы расстройством железнодорожных перевозок, перегрузкой тыла и группировкой войск ещё более перенапрячь уязвимые места действующего оперативного плана.
  На Якира были возложены те же задачи, что и на Уборевича, но, кроме того, через Саблина он должен был организовать диверсионно вредительскую сдачу Летичевского укреплённого района".
  "Каменев С.С. должен быть разработать по своей линии мероприятия, направленные к тому, чтобы дезорганизовать противовоздушную оборону железных дорог в БВО и КВО и тем внести расстройство как в стратегическое сосредоточение армий, так и в работу последующих снабженченских и оперативных перевозок".
  "Что касается Дальнего Востока, то оперативный план последнего центром военноо заговора не обсуждался в целом. Дальним Востоком специально занимался Гамарник. Он почти ежегодно ездил в ОКДВА и непосредственно на месте давал указания и решал многие вопросы".
  В процессе следствия подтвердилось участие в заговоре и командующего военным округом командарма 1-го ранга Иеронима Петровича Уборевича. В 1936 году он получил приглашение от главнокомандующего сухопутными войсками вермахта генерал-полковника барона Вернера фон Фрича посетить осенние маневры. Инициатива встречи исходила от Уборевича. Он обосновал свою просьбу желанием обсудить с германскими генералами ряд важных политических и военных вопросов. При встрече действовал как эмиссар Тухачевского.
  Вернёмся к генералу Скоблину - агенту советской внешней разведки под псевдонимом "Фермер". Проверка поступивших от него сведений показала, что его донесения были правдивыми. В отношениях с нацисткой разведкой никогда не состоял, агентом-двойником никогда не был. Это был честный и искренний патриот России, который внёс громадный вклад в обеспечение государственной безопасности СССР. Сам высокопрофессиональный разведчик, он возглавлял за границей всю разведку и контрразведку в белогвардейском Российском Общевоинском Союзе. По долгу службы имел контакты со всеми кружками русских эмигрантов.
  Николай Скоблин также сообщил советской разведке о причастности к заговору советского военного атташе в Великобритании Н. Путны. Путна в то время по указанию Тухачевского налаживал контакты с наиболее влиятельными кругами белой эмиграции. Это подтвердила и британская разведка, зафиксировав факт конфиденциальной встречи 12 июля 1936 г. в доме одного из членов палаты общин британского парламента. На этой встрече присутствовал и Скоблин. В августе 1936 г. Путна был вызван в Москву и арестован.
  Не дремала и британская разведка. Она "вычислила" Скоблина и он исчез бесследно. Сразу же вся британская и белоэмигрантская пресса заявила, что это дело рук разведки нацистов. Он, якобы, был её осведомителем и, одновременно работал на Москву, поэтому его "убрали".
  Поддержал эту версию и начальник НКВД СССР Николай Ежов. С его санкции некие "светлые головы" на Лубянке опубликовали в газете "Правда" статейку, в которой утверждали, что Скоблин - гитлеровский шпион. На этом ложном утверждении глава НКВД и попался. Сталину уже доподлинно было известно, что Скоблин - честный разведчик. Прочитав статейку, приказал проверить самого Ежова. Ему доложили, что за Ежовым числится столько преступлений в нарушении статей Конституции СССР, что хватит на несколько расстрелов. Не согласен был глава НКВД Ежов и его сотрудники со статьями Конституции СССР, принятой 5 декабря 1936 года. Считал её уступкой "правым" и мировой буржуазии. Не признавал законов, действовал как раньше: хочу - казню, захочу - помилую. Не выполнял решение Политбюро "О порядке производства арестов". С лета 1936 г. по всем без исключения делам сотрудники НКВД могли производить аресты исключительно с согласия прокурора. И выявили причастность Ежова к "заговору маршалов". Как исполнитель, Ежов был на месте, но заимев высокую должность, его "занесло".
  Убрать зарвавшегося наркома оказалось непросто. За его спиной стояли крупные силы. На одном из банкетов пьяный Ежов даёт инструктаж своим собутыльникам: начальник областного НКВД должен царём и богом встать над местными партийцами и советскими работниками, потому что нет в стране другой власти, кроме НКВД!
  Два начальника областных управлений НКВД, из Ярославля и Казахстана обратились к Сталину с письмами, в которых сообщают, что Ежов откровенно намекал в баседах с ними на предстоящие аресты высшего руководства страны в канун Великого Октября.
  
  Сталин назначает заместителем наркома Ежова бывшего первого секретаря ЦК компартии Грузии Лаврентия Павловича Берию, человека дела. Тот забирает в свои руки управление наркоматом государственной безопасности, не спеша расставляет на ключевых постах верных людей: Мильштейна, Меркулова, Павла Мешика, братьев Кобуловых, Влодзимирского. Они все молоды, редко кому за сорок, но они крушат прежних красных вельмож из окружения Ежова. Две трети руководящих работников НКВД убраны, нарком Ежов арестован. При вскрытии личного сейфа Ежова там было обнаружено немалое количество досье с компроматом на многих членов ЦК, Политбюро и даже самого Сталина.
  Ещё раньше Политбюро приняло постановление о снятии судимости с колхозников, репрессированных по печально известному закону "о трёх колосках". В течение семи месяцев почти восемьсот тысяч человек лишились судимости и восстановлены в правах. Вывели из разряда "лишенцев" и казачество.
  Состоявшийся в феврале 1937г. Пленум ЦК ВКП(б) прямо нацеливал партийную верхушку на демократические перемены. В докладе Жданова во всеуслышание были озвучены термины "внутрипартийный демократизм", "демократический централизм", "демократические выборы". Думаете, что собравшиеся на Пленуме партийные вельможи это поддержали? Бывший глава советской юстиции товарищ Крыленко буквально в истерике бьётся, услышав о каких-то там писаных законах. Его арестовали за непризнание законов Конституции СССР, потом расстреляли.
  
  Попал под подозрение и бывший ранее заместителем наркома обороны Ян Гамарник, сподвижник Тухачевского. Он был женат на родной сестре Хаима-Нахмана Бялика - знаменитого еврейского поэта, основоположника современной израильской поэзии. Имел тесные связи с Троцким и мощнейшей на Западе еврейской масонской ложей "Сыны Завета". В мае 1937 г. Ян Гамарник был расстрелян.
  Сталин прекрасно знал силу и влияние в геополитических кругах этой могущественной ложи, поэтому специально пригласил в Москву одного из видных её деятелей - знаменитого писателя Лиона Фейхтвангера, чтобы он присутствовал на судебном процессе. Книга Л. Фейхтвангера о 37 г. получилась объективная.
  Тухачевский был расстрелян в ночь с 11 на 12 июня 1937 года.
  Многолетний покровитель Тухачевского - Троцкий, признал: "Ему не хватало способности оценить военную обстановку со всех сторон. В его стратегии всегда был явственный элемент авантюризма".
  Казнь Тухачевского и Ежова от народа скрыть было невозможно, так как в их честь ранее были переименованы города. После их казни городу Тухачевску на Урале вернули название Миас, а крупной железнодорожной станции Ежово на Украине вернули прежнее название - Бобринская.
  Провал заговора Тухачевского повлиял и на внешнюю политику Японии. Ранее она надеялась на получение крупных концессий в Сибири и на Дальнем Востоке, так как своих сырьевых ресурсов практически не имела. Переговоры об этом уже велись с маршалом Блюхером - "богдыханом" Дальнего Востока. Разумеется, втайне от Сталина. Маршал Блюхер благоустройством края не занимался, даже дорогу вдоль границы не построил. Красноармейцы жили в землянках и "лисьих норах". Надеялся маршал, что в обмен на концессии придут японцы и всё построят, как на противоположной стороне границы, в Маньчжурии. Зато выступал с трескучими речами, заверяя Сталина и правительство, что "граница на замке". Нападение японцев в районе озера Хасан показало несостоятельность речей маршала. Японцы легко заняли сопки Заозёрную и Безымянную, стали готовить войска для нападения на Владивосток. Исправил положение новый командующий ОКДВА генерал Апанасенко, нанеся поражение японцам и восстановив прежнюю границу. А маршал Блюхер был расстрелян.
  
  Японское правительство Коноэ в ночь на 8 июля 1937 г. развязало войну в Китае, убедившись в полной необратимости свершившегося в СССР разгрома заговора военных. Решили сырьевую базу для развития военной промышленности захватить у Китая.
  В мае 1940 года для высшего командного состава Красной Армии были введены новые командные звания: генерал-майор, генерал-лейтенант, генерал-полковник, никак не связанные с прежними званиями по должностям. Виктор Суворов считает: "Введение генеральских званий - это сталинский пряник после большой порки 1937 - 1938 годов. С чего это товарищ Сталин так добр? Да для того, что он планирует всех своих командиров в обозримой перспективе пустить в дело. В противном случае с пряником можно было бы и не спешить".
  Приходится напомнить автору "Ледокола", что к этому времени в Европе уже полыхала Вторая мировая война, стратегическая возможность нападения Гитлера была очень высокой, реформа званий была необходима. После войны с Финляндией Сталин убедился, что командиры с низшим званием иногда добиваются побед в условиях, когда вышестоящие начальники терпят поражения. А что касается неодновременного присвоения генеральских званий бывшим зэкам - это уже вопрос к Управлению кадров Красной Армии. У них тоже существовали свои кадровые секреты, о которых посторонним знать не положено. Виктор Суворов бездоказательно продолжает считать введение генеральских званий "сталинским пряником". С помощь таких "фактов" он пытается убедить читателей, что Сталин - агрессор, а Гитлер - жерта.
  
  Американский посол в Москве Дж. Дэвис, сообщая президенту Рузвельту о разгроме заговора Тухачевского, открыто заявил, что предъявленные заговорщикам обвинения соответствуют действительности, а шумиха, поднятая в западной печати о волне неоправданных репрессий в СССР - ложь. Это подтвердил своими словами и президент США Рузвельт:
  " В то время, как внешний мир благодаря печати верит, что процесс - это фабрикация, - мы знаем, что это не так, и, может быть, хорошо, что внешний мир думает так".
  
  12. Информаторы Сталина. Его соратники против необоснованных репрессий.
  
  Виктор Суворов утверждает: " В Советском Союзе давно и тщательно почищены архивы, а то, что и осталось - исследователям почти недоступно". Так ли это? Придётся теперь доказывать ошибочность этого утверждения фактами с множеством имён и фамилий советских разведчиков, большинство которых было известно Сталину, так как некоторые их донесения предназначались только ему. Все эти сведения потеряли степень секретности по давности времени и давно опубликованы историками в доступной любому читателю литературе. Сведений очень много, всех информаторов Сталина разных времён перечислить невозможно, большинство из них согласились работать в разведке не за деньги, а по убеждениям. Назову только некоторых из книги Мартиросяна А.Б. "Заговор маршалов":
  " Это и австрийская графиня и коммунистка Рут фон Майенбург из военной разведки, которая в период с 1934 по 1938 г. выполнила серию ответственных заданий ГРУ в Европе и к 1938 г. была уже полковником РККА (всего за четыре года!). Рут фон Майенбург сумела внедриться в оппозиционно настроенные круги вермахта, прежде всего благодаря близкой дружбе с генералом фон Гаммерштейн-Эквордом. Ценность добывавшей "красной графиней" информации была настолько велика, что она удостоилась личной благодарности наркома обороны Ворошилова. Да и сам факт того, что за четыре года она "доросла" до звания полковника, тоже о многом говорит: запросто так в разведке звания не присваивают!
  Это и дочери самого генерала фон Гаммерштейн-Экворда: Хельга и Мария Луиза, которые вначале были информаторами разведывательного отдела Компартии Германии, а затем стали сотрудничать и с разведкой.
  Это и другой информатор разведаппарата КПГ - саксонский аристократ, бывший офицер, сохранивший связи в военных кругах Арнольд Фит фон Гольсенау ( впоследствии стал известен как писатель Людвиг Ренн).
  Это же и дочь американского посла в Берлине - Марта Додд, ценность которой с точки зрения разоблачения заговора заключалась в том, что её отец - Уильям Додд, посол США в нацистской Германии, - поддерживал неплохие личные отношения с ближайшим соратником Гитлера Эрнстом Ханфштенглем по кличке "Путци", впоследствии эмигрировавшим в США и ставшим советником президента Рузвельта. Кстати говоря, эмигрировал он именно после начала провала заговора военных. Как выясняется из зарубежных материалов, обвинение, которое бросил Сталин в адрес Тухачевского в связи с тем, что тот передал немцам мобилизационный план, было связано именно с Ханфштенглем. Надо обратить внимание на следующее обстоятельство: Сталин заявил об этом 2 июня 1937 г. на расширенном заседании Военного совета при наркоме обороны, а о том, что именно Ханфштенглю Тухачевский передал советский моилизационный план, за рубежом широко стало известно из статьи " Что же происходит в России?", опубликованной в газете "Эко де Пари" 30 августа 1937 г. С фактом наличия этого плана у германских военных связаны те самые "удивительные" командно-штабные учения вермахта, на которых Минск был "взят" на пятый день после начала агрессии! Кстати говоря, с августа 1937 г. новый начальник Генштаба Б.М. Шапошников немедленно занялся разработкой нового мобилизационного плана.
  Это и широко известный ныне "наш человек в гестапо" - агент "Брайтенбах", он же Вилли Леман и выдающийся ас советской нелегальной разведки, впоследствии генерал-майор Василий Михайлович Зарубин, у которого "Брайтенбах" был на связи. ... Я уж не говорю о том, что сам "Брайтенбах" был великолепным асом контрразведки, чтобы самостоятельно понимать, что интересует Москву. Более того, В.М. Зарубин выехал из Германии в конце марта 1937 г., а уже в мае того же года был награждён орденом Красного Знамени, не так уж часто в те годы выдававшимся, тем более разведчикам".
  "Это и А-270 - австрийский барон Курт Позаннер, профессиональный разведчик, одним из первых сообщивший о заговоре. Это и его агент "Сюрприз" - австрийский военный разведчик Адольф Хойровский.
  Это и Винцент Антонович Илинич, также одним из первых сообщивший о заговоре.
  Это и генерал П.П. Дьяконов, имевший прямые выходы на высшее руководство вооружённых сил и спецслужб Франции, особенно Второго бюро Генштаба, а также располагавший широкими связями в русской эмиграции в Европе, особенно среди бывших военнослужащих царской армии.
  Это и агенты советской разведки в непосредственном ближайшем окружении самого президента Чехословакии Бенеша - Людмила Каспарикова и Яромир Смутный.
  Это же и доблестный представитель "кэмбриджской пятёрки" - Дональд Маклин, имевший прямой допуск ко многим материалам британского МИДа, в том числе и по германской тематике.
  Это и многие, многие другие агенты и сотрудники советской разведки, своевременно добывавшие и передававшие в Москву сведения о заговоре. И, конечно же, агентура контрразведывательных органов госбезопасности СССР, о которой достаточно известно из ряда публикаций.
  Конечно, как бы ни хотелось всё рассказать, но в рамках одной книги это сделать нереально. Однако на фигуре одного из тех, чьё имя вообще никогда не увязывалось с разоблачением заговора военных, хотелось бы задержать внимание.
  Речь идёт о выдающемся патриоте России, знаменитом военном разведчике ещё с царских времён, Генерального штаба генерал-майоре (с 15.07.1916), а потом генерал-лейтенанте Советской армии - графе Алексее Алексеевиче Игнатьеве, до октября 1917 г. являвшемся военным агентом России во Франции.
  Дело в том, что Алексей Алексеевич и его младший брат - Павел Алексеевич - также профессиональный разведчик, по личному приказу Николая ii занимались с 1915 г. тщательным расследованием обстоятельств активно инспирировавшихся за рубежом слухов о сепаратных переговорах между Германией и Россией, о готовящемся "дворцовом перевороте" прогерманского толка, о грядущей революции под германским патронажем и т.п.
  Братья Игнатьевы, как истинные патриоты России, проделали тогда огромную работу и очень многое смогли установить достоверно. И не их вина, что добытая ими информация не пошла на пользу России.
  Но что интересно: после октябрьского переворота Алексей Алексеевич перешёл на сторону большевиков и в 1924 г. - обратите внимание, после смерти Ленина - передал в распоряжение СССР все банковские счета и лежавшие на них немалые валютные средства, а сам остался работать в советском торгпредстве в Париже. Павел Алексеевич и вовсе остался жить в эмиграции (умер в 1930 г.).
  Однако в руках у братьев остались все нити агентурных и иных оперативных контактов и связей для негласного наблюдения за действиями германской разведки и тайных обществ, а также их агентуры против России. В 1937 г. Алексей Алексеевич возвратился в СССР и из сотрудников торгпредства, несмотря на 60-летний возраст, был зачислен на действительную военную службу инспектором по иностранным языкам Управления военно-учебных заведений РККА".
  Тут кстати вспомнить вздорное утверждение Виктора Суворова, что командиры РККА начали изучать иностранные языки, готовясь к вторжению в Европу. Да знание языков и культуры других народов приветствовалось в военных ВУЗах всегда! Рекомендую ему ещё раз внимательно прочесть мемуары адмирала Кузнецова в бытность его курсантом. Он пишет, что за успешное овладение иностранным языком курсантам даже доплачивали! Малограмотный крестьянский парень с архангельской лесной глуши освоил сначала английский язык, потом французский. И даже "баловался" переводами с английского серьёзных книг по военно-морской тематике.
  Примером восполнения недостатков образования в молодости и желания знаний может служить маршал Советского Союза Будённый. В возрасте 49 лет закончил Военную академию имени Фрунзе, знал турецкий язык, совершенствовал игру на баяне. В свободное время любил заниматься крестьянским трудом на своей даче в Подмосковье. Семью обеспечивал картошкой только собственного урожая!
  В качестве отрицательного примера можно противопоставить маршала Тухачевского. Военное образование - двухгодичное юнкерское училище. Больше никогда и ничему не учился. Правда, в 1925 г. был послан на учёбу в Германию. Чему его обучал основатель рейхсвера фон Сект и его офицеры - доподлинно неизвестно.
  
  Возвратимся к графу Алексею Алексеевичу. "Почему именно в 1937 г. он возвратился в СССР? Не боясь, хотя за рубежом уже в массовом порядке гуляли всевозможные слухи и сплетни об арестах в Москве? Почему его, уже достигшего 60-летнего возраста, зачислили на действительную военную службу, в то время, когда из РККА увольняли куда более молодых? Из одной радиопередачи от 9 мая 2002 г. по случаю Дня Победы случайно выяснилось, что Игнатьев был очень близок к Сталину и мог обращаться к нему напрямую. Кстати говоря, из бывших царских высших офицеров, к тому же разведчиков, он был второй, первый - маршал Б.М. Шапошников. И оба, живыми и невредимыми, пережили 1937 г., причём один впоследствии получил звание маршала, другой - в 66-летнем возрасте - генерал-лейтенанта!
  Так что же столько лет после революции делали высокопрофессиональные русские разведчики Алексей и Павел Игнатьевы, особенно Алексей? Судя по всему, они занимались активной разведывательной деятельностью, причём явно минуя все разведслужбы СССР, выходя прямиком на Сталина. Об обоих братьях длительное время был своеобразный заговор молчания. В лучшем случае о них, в основном об Алексее Алексеевиче, вспоминали только в связи с передачей ими всех банковских счетов. Но именно факт умолчания - один из самых верных признаков, что они сыграли значительную роль в разоблачении заговора военных. Потому как подобный приём - негласное использование бывших сотрудников бывших спецслужб бывшего государства - вообще очень характерен для мира разведок, а для личной разведки Сталина - особенно. И вот ещё что. Архив А.А. Игнатьева до сих пор ещё находится в Париже на хранении французского государства. Почему? Почему его хотя бы сейчас не заберут в Россию? Ведь Россия в порядке реституции отдала Франции десятки тонн архивных материалов масонских лож и 2-го бюро Генштаба. Неужели нельзя поставить вопрос о возврате архива выдающегося патриота России? А может, всё дело в том, что эти архивы крайне нежелательны для т.н. демократии? Похоже на то, потому что если посмотреть, как "оригинально" в России переиздаётся знаменитая книга А.А. Игнатьева "50 лет в строю", то поневоле придёшь к такому выводу. А почему Сталин не репатриировал эти архивы - понятно: во избежание расшифровки агентуры и доверенных лиц Игнатьевых, которые продолжали работать, в т.ч. и на Сталина".
  Об информаторах Сталина сказано достаточно. Они помогли выявить внешних и внутренних врагов социализма. Их много. На стол Сталина ложатся точные статистические данные о количестве репрессированных военных за 1937 год. При численности офицерского корпуса 144 300 человек, были репрессированы и числились исключёнными из состава армии 11 034 человека - около 8%. В 1938 году из 179 000 командиров и генералов репрессированы и не восстановлены в правах 6742 человека - три с небольшим процента. Большинство репрессированных, кроме расстрелянных, осуждены на различные сроки и сидят в лагерях. Многие находятся ещё под следствием и своей вины не признают. Уставшие до отупения следователи применяют к ним "меры воздействия", так, легонько бьют по зубам. Калечить людей строго запрещено законом, на лесоповале нужны здоровые мужики. А за выбитый зуб разве кто-нибудь жаловался?
  До Сталина жалобы за выбитые зубы от бывших комбригов и комдивов не поступают. Под следствием и на лесоповале находятся только крепкие мужики, которые не привыкли жаловаться кому-то на свою судьбу. Сохранили себе жизнь, отказываясь клеветать на своих товарищей, посылая к чёрту и ещё дальше следователей, подсовывавшим им на подпись лживые бумажки. Поняли, что следователи "гонят план" по признаниям. Подпишешь с виду безобидное признание, из лап следователя уже не выкрутишься.
  Сталину жалобы за выбитые зубы были не нужны. Сам прошёл через следствия царской охранки за революционную деятельность. Знал методы вербовки предателей-осведомителей из числа революционеров. Поэтому поинтересовался количеством осуждённых военных, не признавших вину за участие в заговоре и не оклеветавших товарищей. Ему сообщили - несколько тысяч. Довольно усмехнулся в усы, приказал Берии сменить следователей и назначить новое следствие.
  
  Сталин Берии верил, так как судил о людях не по словам, а по их делам и результатам. В молодости Берия получил строительную специальность, успел закончить два курса технического ВУЗа, потом был направлен на работу в органы ЧК. Члены партии от подобных назначений отказываться не имели права, партии виднее, как использовать свои кадры. Работая в ЧК, запросто мог бы "оформить" себе диплом инженера, тем более, что тогда инженерам платили больше, чем сотрудникам ЧК. Но так и остался с незаконченным высшим образованием.
  Был избран секретарём ЦК Грузии и сразу же развил в республике активную хозяйственную деятельность, открывая санатории и дома отдыха. Без преувеличения, превратил Грузию во всесоюзную народную здравницу. Настоял на строительстве в Батуми машиностроительного завода для выпуска оборудования для переработки продукции чайных плантаций. Скоро Грузия обеспечивала чаем разных сортов весь СССР, вплоть до Чукотки. Туда поставляли любимый местными жителями плиточный чай, отказавшись закупать контрабандный с Аляски. Качество грузинского чая было самое высокое, по сравнению с ним завозимые сейчас в Украину импортные сорта - ароматизированная солома.
  Обратил внимание Берия на единоличников, проживавших в горных районах, где земель для создания чайных плантаций мало, население коллективизацией не охвачено, но на своих приусадебных участках выращивают много винограда, мандарин, лимонов. Но единоличники - тоже советские люди, об их благополучии государство тоже обязано заботиться. Берия разрешил торговать грузинам по всей территории СССР при наличии справки, что их продукция - колхозная. Председатели колхозов с радостью писали справки и передавали излишки не нашедшей сбыта продукции своим землякам, зачислив их торговыми агентами. При слабо развитой в то время торговой и транспортной сети это было правильное решение. Деньги в Грузию потекли рекой. Таким путём Берия спас крепких единоличников и от раскулачивания, заявив, что кулаков в Грузии нет! И развил в горных районах овцеводство, обеспечив дешёвыми шашлыками все здравницы и дома отдыха Черноморского побережья.
  Начал развивать Берия горнорудную и угольную промышленность, опираясь на месторождения марганца и угля. Проявил себя на посту первого секретаря ЦК как рачительный хозяин и вывел Грузию на первое место по уровню жизни среди других республик.
  Успехи Берии были замечены Сталиным, он рекомендовал его на должность первого секретаря Закавказской социалистической федеративной советской республики. Была такая республика, до 1936 г. объединяющая территории Грузии, Армении и Азербайджана. Из наиболее известных хозяйственных достижений Берии следует отметить резкое возрастание добычи нефти в условиях, когда старые скважины были выработаны. Продаваемая за рубеж нефть - главный источник поступления валюты! Смело поддержал предлагаемые нефтяниками решения о бурении новых скважин на новых площадях, хотя шёл на известный риск. В случае неудачи мог лишиться должности и стать "врагом народа". Первые пробуренные скважины показали, что прогнозы нефтяников на богатые залежи нефти оправдались. Но Берии этого было мало, требовал поиска новых нефтеносных площадей. Ему указали на район моря вблизи Баку, известный сейчас, как Нефтяные Камни. Опыта бурения морских скважин не было, зато было много сомневающихся. Ответственность за успех морского бурения Берия взял на себя. Постоянно следил за строительством эстакады в море и ходом бурения, помогая решать множество хозяйственных вопросов. Новый богатый нефтеносный морской район начали при нём осваивать, продвигая транспортную эстакаду дальше в море, к следующей скважине. Инициатива в бурении первых, в СССР, морских нефтяных скважин принадлежит Лаврентию Павловичу Берии.
  
  Заняв после Ежова кресло наркома НКВД, Берия сначала уделил внимание пересмотру дел осуждённых военных. Предупредил следователей, что за ложно выбитые показания им грозит заключение в лагеря, чем их изрядно напугал. Они знали, что в лагерях их ждёт неизбежная смерть. Информация у зэков была поставлена хорошо, они знали о действиях бывших следователей всё. Поэтому те жили недолго. Одного "случайно" деревом задавит, другой в яму упадёт и там замёрзнет, третий в бане кипятком сам себя ошпарит...
  Перед реабилитированными заключёнными новые следователи сначала извинялись. Потом разрешали свидание с семьёй или родственниками, спрашивали, в чём они нуждаются, какая помощь нужна. В качестве компенсации за ранее выбитые зубы и для восстановления здоровья многих отправляли в военные санатории на Черноморское побережье.
  Фамилии этих бывших в заключении комбригов и комдивов читателям не сообщаю, чтобы избежать повтора. Известные всей стране фамилии будущих полководцев и Героев Советского Союза Виктор Суворов правдиво назвал в своём "Ледоколе". А безвестных военнослужащих званием пониже, сначала осуждённых, а потом полностью реабилитированных, история уже не помнит, их было гораздо больше.
  
  Обратил внимание Берия и на известных авиаконструкторов, сидевших в лагерях по бездоказательным доносам. Из лагерей их перевезли в Москву, поселили в просторных и светлых помещениях на верхних этажах домов, внизу жил конвой. Объявил условия: назначает их главными конструкторами конструкторских бюро. Освобождение - после разработки чертежей новых конструкций самолётов и результатов их испытаний. Разрешил освобождать из лагерей простых конструкторов для формирования КБ. Так появились известные теперь всей стране КБ из заключённых, названные "шарагами". Возглавили их Туполев, Петляков, Королёв. Кто не верит, рекомендую почитать книги Л.Л. Кербера, доставленного из лагеря в "шарагу" по требованию А.Н. Туполева, когда ему понадобился грамотный конструктор по электрооборудованию самолётов.
   Производительность труда в "шарагах" была очень высокой. Никакие домашние заботы не отвлекали конструкторов от творческой работы, а опытные вольнонаёмные копировщицы быстро оформляли эскизы в грамотные чертежи на кальке.
  Первым добился успеха Петляков, создавший конструкцию бомбардировщика Пе-2. Испытания опытного образца прошли успешно. Во всех "шарагах" затаили дыхание: выполнит ли Берия своё обещание отпустить на свободу Петлякова и его конструкторов? Обещание нарком НКВД выполнил после беседы со Сталиным. Пытался убедить того в преимуществах новой высокопроизводительной организации труда конструкторов с помощью "шараг". Сталин только посмеялся.
  Следующей добилась успеха "шарага" Туполева, создавшая бомбардировщик Ту-2.
  Добившиеся успеха конструктора получали свободу и зачислялись в штат авиазавода с целью организации серийного производства.
  Занялся Берия и доносчиками. Приказал судьям проверить несколько судебных дел осуждённых по доносам. Результаты оказались впечатляющими. Проверили дело осуждённой москвички Матрёны Кульковой. Следствие быстро установило, что дело возбуждено по доносу. Таким путём доносчик присвоил себе Матрёнину комнатушку, обвинив женщину в контрреволюционной агитации. Матрёну оправдали.
  Потом суд оправдывает неких Синёва и Молоткова, которых обвинили за то, что не подписались на заём.
  Инженер Стрельцов повздорил с руководителями своего ведомства и накатал заяву в Прокуратуру СССР, требуя осудить аж тринадцать своих начальников, обвинив их во вредительстве. Но шёл уже 39 год, кадры НКВД сменились, воронок примчался за доносчиком. И вкатали ему два года за ложный донос.
  Мой родственник, Паришкура Мусий был осуждён в 30-м году за то, что отказался добровольно передать колхозу построенную во дворе из дубовых колод небольшую "комору" для хранения зерна. По настоянию "уполномоченного по коллективизации" был исключён из партии, осуждён и отправлен строить шлюзы на Беломорканале. Заступничество родственников на колхозном собрании не помогло, хорошо, что не посчитали кулаком середняка и не забрали корову, кормилицу семьи. Не приняли во внимание даже героическое участие Мусия на фронтах Гражданской войны в должности командира эскадрона. А таких "уполномоченных" на Украине было тогда много, не только дураков, но и затаившихся врагов.
  У доносчиков хорошая натренированная память. Через шесть лет, уже в более высокой должности, он инспектировал железную дорогу, выявляя среди работников "вредителей". На станции Корсунь попала ему на глаза "Доска почёта" с фотографией и фамилией машиниста паровоза - Паришкура. Это был сын репрессированного Мусия. К этому времени сын в совершенстве овладел профессией машиниста и водил тяжеловесные поезда в обоих направлениях от станции Корсунь, преодолевая подъёмы, которые именовали "тягунами". Ох, не простое это дело, без сбоя графика движения вытащить на подъём длинный состав. У молодого машиниста получалось.
  Приказал "уполномоченный" начальнику станции Корсунь немедленно уволить сына "врага народа", тот отказался. Не испугался и угрозы передать "дело" в железнодорожную прокуратуру. Началось предварительное следствие.
  В это время мой отец работал на Донбассе начальником подстанции крупной шахты, второй его брат преподавал в Новочеркасском индустриальном институте, а третий брат - Даниил, заканчивал последний курс железнодорожного факультета Военно-транспортной академии в Москве. Братья списались между собой, решили защитить начальника станции и своего родственника - машиниста паровоза.
  В приёмную Генерального прокурора СССР А.Я. Вышинского явился слушатель военной академии с заявлением от имени трёх братьев и просьбой восстановить законность. Принял его помощник Прокурора, ознакомился с заявлением, расспросил о деталях, пообещал расследовать "дело" в соответствии с законом и Конституцией.
   В результате, был досрочно освобождён из заключения Мусий Паришкура, сняты необоснованные обвинения с начальника станции Корсунь и машиниста. А профессионального доносчика судили и отправили в лагерь. Жил он там недолго. Вам его жаль? Мне - нет.
  Во время войны с Германией Берия был членом Политбюро и членом Государственного Совета Обороны. Отвечал за производство танков. Вот уж где его хозяйственная натура нашла применение! При его руководстве нарком танковой промышленности Малышев, директора заводов и ведущие конструктора были надёжно защищены от бессмысленных финансовых проверок. Взамен требовал только результат! Защитил от фининспекторов академика Патона, внедрившего производительный метод сварки танковых башен. Сварной шов не разрушался даже при попадании в него снаряда!
  Добился Берия и повышения надёжности танковых узлов. Рядом с заводским кабинетом наркома Малышева была специальная комната, где лежали детали и узлы, надёжность которых не соответствовала пробегу 10 тыс. км. К концу войны там остался только трак гусеницы!
  Теперь о финансовых затратах на производство среднего танка Т-34. В начале производства стоимость танка была равна 200 тыс. рублей. В конце войны стоимость соответствовала 140 тыс. рублей.
  Без сомнения, Берия - уникальное в своём роде явление в хозяйственной деятельности. Других сторон деятельности Лаврентия Павловича я не касаюсь. Сатрап, палач, развратник, убийца - такое мнение сложилось у большинства читателей об этом незаурядном государственном деятеле под воздействием средств массовой информации ещё во времена Хрущёва. Переубеждать их в заблуждении я не буду - бесполезно.
  Конец.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"