Логические (точнее, мыслимые) исследования Пата представляют из себя эклектичный вброс-выброс достаточно разнобойного материала. Вычурность, а порой и занудство отличают данное произведение, тем более что автор, похоже, до конца так и не разобрался, кому оно адресовано. То ли это продукт исключительно для внутреннего себяпользования, то ли оно предназначено ещё и для некоторого круга сторонних читателей. Если верно последнее предположение, то им предстоит столкнуться со словоточащими знаками, имеющими отношение к поэзии и прозе, шахматам и футболу, астрологии, кино, статистике, физике, психологии и т.д., причём весь этот скоординированный в постраничном пространстве шарлатанский набор отдаёт зримой незрелостью. Тем не менее, в этих мифах и склочках удалось изъязвить собственное желание, облечь в рукописную ткань тягу к познанию, с которой по остроте ощущений может сравниться только скользящее по нутру каждого жало самовыражения. Любая эклектика жива кричащей жаждой целостности, но на данный момент об этом даже думать рано. Не стал бы я вести речь и о поисках гармонии и, тем более, просветления; данный труд скорее можно рассматривать как своеобразную пародию на занятия касталийских мудрецов, хотя определённые параллели с игрой в бисер напрашиваются самоочевидно. Человек, который, по сути - ангел, а по натуре - стервятник, вынужден в силу своей двойственности держать ответ. Но не столько за поступки, и, тем более, не за мысли-помыслы, а, в первую очередь, за понимание и осознание своих делишек и деяний. Жизнь – акт невидимый, а раскаяние есть попытка обрести зрячесть. Творческий труд, сновидение и молитва – вот наиболее очевидные и естественные формы покаяния, наиболее близкие к тому, что можно считать реальностью существования. Ибо в них человек, существо значительно более мягкое, чем реальность, испытывает склонность к исчезновению; исчезает также и мнимая объективность, которая гораздо жёстче и скучнее реальности, но которую многие подчас готовы за неё выдать. Поэтому любой словесный (в том числе) труд, если он не служит корыстным целям, всегда в той или иной степени оправдывает себя. Хочется думать, что данный – не исключение. Даже если он не получился достаточно интересным, вреда от него немного, ведь не бывает же вредным дурной сон.