Патман Анатолий Н.: другие произведения.

Длинный шаг с крыши 1 Дивный сон в дивное утро

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Читай и публикуй на Author.Today
Оценка: 4.97*27  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Романтическая, розовая мечта о нашем славном Советском Союзе... Прошу извинить, только ознакомительный фрагмент. Книга размещена по адресу: https://zelluloza.ru/books/3091/#book

  Анатолий Патман
  Длинный шаг с крыши
  Повесть
  Часть 1
  Дивный сон в дивное утро
  
  Аннотация
  Романтическая, розовая мечта о нашем славном Советском Союзе...
  Человек просто упал с крыши. Ну что тут такого? С кем не бывает. Но...
  Одному ворона накаркала приключения в разных эпохах, а другому, как ни странно, вдруг приснился необычный сон...
  Раньше, во времена дорогого Леонида Ильича Брежнева, и трава была зеленее, и сочнее, особенно за городом (из студенческого анекдота).
   Абсолютно без капли юмора. Когда-нибудь, а, может быть, и сейчас, простые русские люди, и не только они, назовут это время самым лучшим, тем временем, когда им на Руси жилось лучше, чем когда-либо.
  Черновик, и текст по мере сил и желания будет чиститься и изменяться. Всё же, так сказать, проба пера и всё такое.
  Всем читателям, пожелавшим высказать конструктивные замечания и пожелания, автор заранее выражает самую искреннюю благодарность.
  Все события вымышленные, персонажи выдуманные, но есть и исключения. Заранее прошу извинить за случайные совпадения. Текст книги, думается, вполне соответствует соглашению "Красный конвент" (http://samlib.ru/k/krysolow/redkonvent.shtml).
  
  Оглавление
  Пролог.
  Глава 1. Шаг с крыши.
  Глава 2. Странный сон.
  Глава 3. Пробуждение.
  Глава 4. Новое состояние.
  Глава 5. В школе.
  Глава 6. Первый поцелуй.
  Глава 7. Почти первое свидание.
  Глава 8. Снова странный сон.
  Глава 9. Работа есть работа.
  Глава 10. Поход.
  Глава 11. Опять странные знания.
  Глава 12. Утро всегда доброе.
  Глава 13. Долгожданная поездка.
  Глава 14. Чебоксары - город красивый.
  Глава 15. Митька держит своё слово.
  Глава 16. Есть время и для развлечений.
  Глава 17. Снова удивительный сон.
  Глава 18. Не очень приятные знания.
  Глава 19. Митька предпринимает кое-какие шаги.
  Глава 20. Делу время, а потехе - час...
  Глава 21. Почти что и первый шаг.
  Глава 22. Дальняя дорога.
  Глава 23. Очень важное дело.
  Глава 24. Необычное письмо школьника.
  Глава 25. Почти что на самом верху?
  Глава 26. Странное совещание.
  Глава 27. Начинается серьёзный разговор...
  Глава 28. Совсем не торговые дела...
  Глава 29. О некоторых товарищах, которые совсем не товарищи...
  Глава 30. Письма бывают и полезные...
  Глава 31. Ещё не конец истории...
  Эпилог.
  
  * * *
  Пролог
  (Начало истории, странное, но вполне вероятное...)
  
  Человек, уже в возрасте, заболел. Такое бывает часто, и с любым. И, как положено, постельный режим, горячий чай с малиной, а то и с мёдом, и, само собой, таблетки.
  Но, похоже, всё это помогало слабо. Мужчина, несмотря на довольно неплохой вид, всё слабел и слабел. Что-то такое, непонятное и странное, грызло ого изнутри.
  Крепкое, жилистое, длинное тело никак не могло, как раньше, просто так взять и легко, свободно подняться с постели. Мужчине, чтобы встать, даже для обычных естественных нужд, приходилось сильно напрягаться.
  Сначала больной своими длинными руками хоть как-то подтягивался к спинке полутораспальной кровати. Потом ему удавалось вставать на ноги и, опираясь руками за стены, ковылять на кухню или в другие места.
   А на улице всё зеленело и цвело. Солнце щедро раскидывало свои яркие лучи по истосковавшейся по теплу земле. А вот жилец обычной городской квартиры был лишен этой радости - любоваться уходящей весной и почти наступившим летом.
  Как ни жаль, но мужчина жил один. К сожалению, не сложилась у него на старости лет жизнь. Жена разочаровалась в своём муже, развелась и вынудила его, уже бывшего, съехать с новой квартиры, где она осталась, правда, не одна, а с дочкой и её семьёй. Зятёк, не чаявший души в своей жене, распрекрасной дочери и больного, и в парочке своих малолетних детей, старался полностью ужиться с тёщей. Естественно, с уже одиноким тестем он отношения вынужден был прекратить.
  Остальные два взрослых сына мужчины жили далеко, в разных местах необъятной России, и редко бывали в родном краю. Во-первых, времена были тяжёлые, и на далёкие путешествия тратилось слишком много средств. Во-вторых, у них и так хватало своих забот, да и интересы жён были на первом месте. А в-третьих, средства коммуникации вполне позволяли заменить живое общение виртуальным, чем люди в подавляющем большинстве и пользовались, отдавая предпочтение именно им.
  Конечно, и родственные связи уже являлись не такими крепкими, как в более ранние времена. Братья больного тоже жили далеко, и с ними имело место точно такая же картина.
  Так что, жил мужчина один, и не в республиканском центре, а в прежней старой квартире в одном из райцентров. Хотя, до поры, до времени он был доволен и этим. Всё же, собственное жилье, а не угол где-нибудь в съёмной квартире или дом в деревне, и без всяких удобств и городских преимуществ.
  В принципе, и в деревне можно было жить прекрасно, вполне создав почти городские условия. Но на это требовалось много денег, так как даже деревенское жильё вблизи крупных городов стоило, может, и подороже городских квартир. А у вынужденного переселенца к моменту в какой-то степени нежданного развода денег на это уже не оставалось. Всё было вложено в новую квартиру, отдано жене и детям, особенно, дочке.
  Да и старая квартира была что надо. Окраина небольшого, тысяч под пятнадцать, городка, тишина, спокойствие...
  Да и рядом, всего-то в километре, в низине, протекала речка, куда можно было наведываться время от времени. Приличной рыбы, возможно, там уже почти и не осталось, так как всё вывели браконьеры с сетями и, особенно, с электроудочками. Прогресс, однако. Зато природа полноценно стоила того, чтобы ею восхищаться.
  Красоты были неописуемые. Кряжистые дубы поднимались по склону холма наверх, чтобы полностью закрыть горизонт. Берега речки, заросшие кустами ивы и черёмухой, были крутыми, и оттого имелось много глубоких омутов, где можно было посидеть с удочкой и всё же что-то поймать.
  Жаль, но мужчине уже было не до рыбалки. В очередной раз, попив горячего чая с малиной и мёдом, он всё же кое-как доковылял до кровати. Обессиленное тело радостно почувствовало мягкое, тёплое ложе для себя. Но, едва оно опустилось, как голова у больного закружилась пуще прежнего. Какая-то слабость железной хваткой охватила мужчину. У него уже не осталось сил даже для того, чтобы пошевелиться.
  Но больной и не сопротивлялся этому. Вдруг на его лице нарисовалось откровенное блаженство. Человек уже не видел и не ощущал ничего вокруг себя. А что там видеть унылую обстановку городской квартиры со старой мебелью и стены, пусть и с красочными, но уже давно надоевшими обоями?
  Зато у мужчины в воспоминаниях, как и на улице, были солнце и лето - самое настоящее знойное и ласковое лето. Хотя, оно виднелось только на здоровом экране где-то внизу, где вдобавок плескалось бескрайнее море. Видать, воспоминания были очень приятными - мужчина, хоть и дышал еле-еле, но счастливо улыбался. Может, так улыбаются люди в самые счастливые моменты своей жизни? А, может, и перед нежданной смертью?
  Но главным являлось не это - мужчина всё-таки жил, пусть и одними воспоминаниями, но жил. И, вообще, что может быть прекраснее жизни? Возможно, ещё и вера, надежда и любовь?
  Действительно, надежда? Только она и способна поддержать человека в трудную минуту. Вера? Без веры в кого-то и во что-то просто невозможно жить. И, возможно, любовь? Конечно, она прекрасна.
  Наверное, в его воспоминаниях всё это как раз и имелось, раз мужчина счастливо улыбался и пока даже и не думал умирать. Но никто не знал, что где-то на белом свете, может, и в неведомых мирах, имелся другой человек, которому эти воспоминания, вдруг как-то странно явившиеся к нему, стали никак не безразличными. Ведь именно ему, возможно, предстояло заново прожить эту жизнь? А может, и немного по-иному?
  
  * * *
  Глава 1.
  Шаг с крыши.
  (Чуть-чуть ранее, и как раз и начало истории.)
  
  Ласково светило висевшее где-то там, слева, такое круглое, красивое и тёплое солнышко. Под ним потихонечку просыпался огромный тёмно-зелёный лес со странным названием Патман, притом, вместе со всеми своими обитателями. Да и в чистом небе одинокое и слегка беспокойное, белое и пушистое облако неторопливо плыло куда-то на юг. Свежий утренний воздух бодрил, и в то же время заставлял Митьку немного поёживаться. Но нагретые солнцем, шершавые и заросшие мхом доски южного косого ската крыши сеновала приятно грели его спину. Хорошо-то как! Всегда бы так!
  С высоты нескольких метров отсюда отчётливо просматривались многие дома в деревне и, прежде всего, вся соседняя Нижняя улица. Она упиравшаяся одним концом в извилистую речку Кубинку, точнее, в небольшой овражек с ручейком, который, между прочим, как раз и протекал через Митькин огород, являлась окраинной. Дальше уже простирался длинный и не очень широкий приречный луг.
  Правда, сейчас в овражке, впрочем, как всегда, воды практически и не наблюдалось, так, неторопливо протекала по дну небольшая струйка. Беря своё начало в глубоком пруду в обширном колхозном саде, разбитом на склонах нескольких широких оврагов чуть севернее деревни, этот ручеёк, к сожалению, летом, в сухое время, полностью высыхал.
  Сверху пареньку хорошо виднелось многое. Вон, тётя Зина, соседка, вполне ещё крепкая женщина лет уже за пятьдесят, у сараев напротив их огорода старательно возилась меж грядок. Свежий ветерок ласково трепал верхушки ив и вётел, что росли вдоль овражка. Меж домами дяди Гриши по прозвищу Кунёк и дяди Миши Арбатова, по Нижней же улице, также и далее вплоть до Приречного переулка, на три сотни шагов, а то и более, и не очень далеко от огородов, виднелись обрывистые берега Кубинки. Где-то там имелись несколько омутов, где можно было вполне прилично порыбачить. Правда, лучшие места для рыбалки находились немного подальше от деревни, выше и ниже по течению реки, где и берега её были заросшие кустарником, и омутов имелось побольше, притом, намного широких и глубоких.
  За Кубинкой, куда ни кинь взгляд, от небольшого Призаводского посёлка далеко на юго-западе, и до невысокой деревянно-земляной плотины на реке, уже на юго-востоке, простиралось обширное, наверное, даже на пару километров в длину и до километра в ширину, поле ещё низкорослого табака. Далее вдоль извилистой канавки с заводскими сточными водами уже виднелась неширокая, в метров двести-триста, полоска луга, где паслось немалое коровье стадо Анаткаса, восточной части деревни. И всё завершала высокая стена густого смешанного леса, протянувшаяся извилистой линией строго с запада на восток, как раз вдоль правого берега Кубинки.
  Действительно, красота! Только свободных земель было маловато, даже для выпаса скота. Ведь только у деревни лес немного отступил от реки, освободив чуточку места для домов и участка под табачную плантацию.
  Неплохо виднелись Митьке старая пекарня и дома Призаводского посёлка вместе с крохотными огородами вдоль реки. Когда-то их семья жила там, в одном из домов, и его всегда тянуло туда, на грязную, разбитую улочку, где прошли незабываемые первые десять лет его жизни, такие весёлые и трогательные. Далее же высился четырёхэтажный кирпичный корпус самого крахмало-паточного завода. Над ним как раз и торчали трубы заводской котельной.
  Родители паренька - отец Фёдор и мама Рая, как раз трудились на заводе. Работа у них заканчивалась только в пять часов вечера, и поэтому до их возвращения домой у ученика местной восьмилетней школы, кстати, выпускника, имелось ещё уйма времени.
  Слева же, на юго-востоке, виднелись дома Приречного переулка, где среди прочих жили и два одноклассника Митьки - крупная, улыбчивая Аля Сергеева и низкорослый, шустрый Никитка по прозвищу Шайкин. Вообще-то, последний был Петровым, но кличка дяди по матери почему-то передалась именно ему. Другой его брат Генка уже имел совсем другое прозвище - Шестьпять, и именно из-за своего длинного роста. Как-то, кто-то из взрослых обозвал парня так, мол, все мелкота, а этот - шестьпять, и с тех пор кличка намертво приклеилась к нему.
  Чуть поодаль от переулка, вдоль северного берега Кубинки, метров на пятьсот, в длинном ряду, росли чуть наклонённые к воде вётлы. Они, посаженные комбайнером дядей Гришей для защиты своего дома, располагавшегося всего в десятке шагов от воды, кстати, единственного на всём протяжении этого участка речного берега, немножко закрывали вид на восток, загораживая земляную дамбу от старой плотины. Конечно, не были видны и заросли ивы вдоль старого русла реки. Чуть подальше торчали десяток свай плотины, и в метрах пятьсот к югу от них уже начинался лес.
  Митька отчётливо видел огромные сосны у самой опушки, где начиналась просека, ведущая на другую сторону леса, к Старым Мышкам. Кстати, его родная деревня почему-то называлась Новыми Мышками. Вроде считалось, что люди со старой когда-то, ещё в царские времена, переселились в новую, только что основанную, деревню. Но, по всем слухам и преданиям, это было лет двести назад, а то и более. Хотя, старшие говорили, что всего лишь лет пятьдесят назад деревня доходила только до Приречного переулка, а дальше уже начинался такой любимый пареньком большой участок леса с собственным названием Патман.
  Действительно, сильно выросли Новые Мышки за советское время! Вроде, сейчас в деревне уже насчитывалось более двухсот пятидесяти домов. Это Митька узнал совсем недавно, пару лет назад, когда записался в тимуровцы. Тогда они со своей тимуровской командой помогали одиноким пожилым людям и ветеранам Великой Отечественной войны. Кому как - то воды в дом принесут, то дрова, починят что-то, сходят в магазин, вскопают картошку и помогут с уборкой прочих овощей, или зимой уберут снег с дорожек и крыш, и так по возможности, на сколько хватит сил и времени у мальчишек и девчонок. И пришлось ему тогда немного поинтересоваться историей Новых Мышек.
  Красивая местность у них вокруг деревни. Вон, какой большой смешанный лес на юге за рекой, который неровными уступами поднимался на возвышенность и сливался с горизонтом. Другая просека, не видная отсюда, начиналась около завода и терялась где-то там в глубине. Как знал Митька, этот лес простирался далеко на юг, на десятки километров. Он доходил аж до самой Суры и занимал немало места и в соседних Ульяновской области и Мордовии. По крайней мере, так было нарисовано на всех картах.
  Чуть попозже Митьке надо было идти в школу, хотя как раз этого ему особо-то и не хотелось. Младшие братья, Алёшка и Валерка уже, наверное, тихо сидели на уроках и внимательно слушали учителей. Они учились в пятом и втором классах их деревенской восьмилетней школы. Сам паренёк уже заканчивал восьмой, и достаточно успешно. Скоро ему предстояло выбирать, куда пойти учиться осенью, в девятый класс, в школу в соседнем селе Караман, или взять да поступить куда-нибудь в профтехучилище. Можно было, как некоторые деревенские ребята, взять да попроситься аж в физико-математическую школу в самом республиканском центре, в Чебоксарах? Вон, Мишка Васильев и Васька Семёнов, обучающиеся там, да и учителя из их школы уже не один раз намекали ему насчёт этого. Пока почти выпускник не знал, как ему поступить. Такой трудный выбор был отложен им на более позднее время. Ведь ему ещё надо сдать экзамены за восьмой класс. И времени до осени у него имелось ещё предостаточно.
  А пока Митька просто забрался на южный скат крыши сарая, где у него на доски был прибит небольшой брусочек, и где ему нравилось лежать в свободное время, наблюдая за небом, деревней и лесом. Там, не привлекая ни чьего внимания, можно было помечтать о чём-нибудь, не беспокоясь о том, что кто-нибудь может помешать ему и отвлечь от своих сокровенных мыслей.
  Ласковое утреннее солнце приятно прогревало левый бок. Несильный ветерок заботливо нёс свежий запах только что выпеченного хлеба откуда-то со стороны пекарни, расположенной на северо-восточной окраине деревни. Митьке стало так хорошо, что он расслабился, и сам не заметил, как невольно задремал. То есть, сначала у него просто непроизвольно, помимо его воли, стали закрываться глаза, и через ресницы смутно показалось такое интересное полосатое солнышко.
  И уж только потом перед ним один за другим замелькали разноцветные пятна, которые постепенно сливались в одно целое. Наконец, они все сменились настоящими картинками, словно в настоящем кино.
  
  * * *
  Глава 2.
  Странный сон.
  (Что же, и такое может быть...)
  
  И видел Митька действительно сон, а может, и кино, но уже во сне. А что, бывает, и в жизни всё возможно. И сон-то не простой, а немного необычный и странный, какого до сих пор ему ещё не приходилось видеть. Нет, ничего уж такого во сне не было. Просто Митька ранее никогда не видел того, что ему снилось. Чудно, конечно, но во сне чего только не бывает, и что только не видится!
  Так вот, как ни странно, но Митьке просто снилось, что он смотрит кино...
  И сидел паренёк не в деревенском клубе с деревянными скамейками, а в большом зале с мягкими креслами и громадным экраном на всю сцену. Ну и пусть, что он сидел почти на самом верхнем ряду. Было, конечно, немного так далековато, но всё равно на широком экране ясно наблюдалось всё.
  И далеко внизу виднелись синее волнующееся море и большой корабль с советскими людьми, который неспешно плыл по синему морю-океану домой после долгого пути. Чуть погодя на пути первого появилось и другое неизвестное судно, вроде и пустое, и брошенное экипажем, но на самом деле вдруг оказавшееся пиратским...
  Хотя, ведь фильм так и назывался - 'Пираты двадцатого века'. Как же не быть там пиратам, вот только почему двадцатого века?
  Но странным являлось не это, а совершенно другое. Митька неожиданно осознал, что он не один. Рядом с ним в соседнем кресле сидела невысокая красивая девушка с длинными волосами, и её маленькая ладошка отчего-то доверчиво покоилась в его руке. Было так хорошо и приятно.
  Откуда-то паренёк знал, что эту девушку зовут Аней. И она почему-то в ответ звала его Митей. Ладно, не это важно, Митя так Митя, хотя пока его никто так не звал. Вроде, ещё не дорос до взрослого имени. Только почему-то он сам был уже более взрослым, что ли, явно выше ростом и отчего-то с длинными волосами, хотя, мода, вроде, такая, и одет в красивый костюм. Странно? И девушка оказалась примерно его же возраста, так, тоже лет семнадцати-восемнадцати, одетая в коротковатое платье, едва прикрывающее ещё угловатые коленки, и лёгкую курточку. Митька откуда-то уже знал, что Аня, как и он, после окончания школы приехала в город, в республиканский центр Чебоксары, и устроилась на работу в хлопчатобумажный комбинат, и теперь жила вместе с подружками в чисто женском общежитии, где-то в районе агрегатного завода. Хотя, самого Митю военкомат-то просто взял и послал учиться в радиотехническую школу на радиста. И обитал он пока у тётки Марии, двоюродный сестры отца.
  А фильм-то интересный и жутко захватывающий! Митька и не знал, что сейчас могут существовать пираты. Он-то по недомыслию думал, что эти разбойники существовали только в средних веках где-то в Карибском море, где они грабили испанские галеоны, везущие золото в Европу. А вот и нет, оказывается, в фильме самые настоящие пираты захватили советский корабль, а людей связали и кинули в трюм. Но смелые советские моряки сумели освободиться и уплыли в бушующее море на маленькой шлюпке. Как страшно!
  Паренёк в своей короткой жизни пока видел только Чёрное море, когда отдыхал в Крыму, в пионерском лагере Артек, и, правда, только зимой. Оно, море, тогда было такое синее и голубое, особенно по утрам, и капризное, и в то же время и ласковое. Когда он вместе с другими мальчишками и девчонками шёл по песчаному берегу и смотрел на волны, которые подкатывали прямо к ногам, словно хотели ласки, как кошка Мурка, ему становилось так приятно. А здесь море было такое большое и безжалостное. И солнце, тёплое и ласковое, когда его слишком много и от него некуда спрятаться, тоже, оказывается, бывает опасным и вполне жестоким.
  Аню, похоже, фильм тоже тронул. Её ладошка зашевелилась и постаралась удобнее и надёжнее устроиться в ладони у Мити.
  Всё было как в любимой им песне Людмилы Сенчиной - в твоей руке моя рука, нет никого для нас вокруг... Конечно, пока без прощального вальса...
  Они познакомились так нежданно в городском Лакреевском парке культуры и отдыха, случайно столкнувшись друг с другом недалеко от громадного колеса обозрения и городка аттракционов, куда забрёл и Митя после занятий в радиотехнической школе. Аня же ждала своих подруг, но те почему-то не пришли на встречу или просто опоздали. Но это было уже не так важно. Главным же являлось именно то, что Митька или уже Митя, повзрослевший на несколько лет, осмелился пригласить понравившуюся ему девушку покататься на карусели, и она, чуть подумав, согласилась. Потом парень с девушкой долго гуляли в парке по осенним, засыпанным разноцветной листвой аллеям, посреди вековой дубравы, и договорились сходить на следующий день в расположенный неподалеку от того же агрегатного завода кинотеатр 'Октябрь'.
  Какой же прекрасный остров высился посреди моря, и какие невиданные там деревья! Хотя, что-то некоторые из них подозрительно похожи на те, что Митька уже видел в том же Крыму.
  Как же хотел бы Митька жить на этом острове и постоянно купаться и загорать на белоснежном пляже. Тепло, постоянно зелёная трава и ласковое море. Хотя, ведь и на речке Кубинке тоже имеется одно такое прекрасное местечко недалеко от деревни, расположенное всего в километре на запад, и даже на опушке большого леса. Какой же там белый песок и глубокий омут, у Белого обрыва! На другой стороне речки на высоком холме растут сосны, а чуть далее в низине расположились заросли черёмухи. Весной здесь ослепительно красиво и стоит дурманящий запах цветов, а летом созревает много земляники, и чуть дальше в лесу - черника, не говоря уже о чёрной и сочной черёмухе и такой же чёрной и сладкой смородине на опушке.
  Какая красивая островитянка, стройная и привлекательная! И какая смелая! Только необычная она, наверное, китаянка, такая же смуглая и с такими же глазами?
  Только странно, откуда у него такие воспоминания и такой необычный сон? И, притом, всё вместе? Не ходил ещё Митька с девочками в кино. Куда приглашать, и кого? В деревенский клуб, что ли? Не смешно. Он бы с удовольствием пригласил одну девочку. Ведь сейчас Митьке сильно нравилась Алёнка Ирисова, одноклассница из соседней деревни Хома, тоже невысокая девочка с такими длинными волосами. Не то что, любовь у него, но, наверное, близкое к этому? Но как-то трудно решиться ему даже на простое приглашение в кино. Не город тут, не принято так, да и засмеют деревенские. Неизвестно, согласится ли и сама Алёнка? Да и их деревенский, маленький деревянный клуб с небольшой круглой печкой справа от входа, с невысокой сценой и с небольшим белым полотном, совсем не этот шикарный кинотеатр 'Октябрь' с очень большим залом и громадным экраном. И самое главное, Митька ещё не взрослый парень, который вот так запросто может пригласить девушек в кино.
  А чудесный фильм во сне продолжался. Ура, советские моряки смогли захватить корабль пиратов! Но враги, оказывается, заминировали фарватер. Пришлось отдать им корабль обратно, предварительно напичкав его взрывчаткой. Но всё равно победа осталась за советскими моряками. Они опять ушли в беспокойное море, оставив позади взорванный пиратский корабль. Знай наших!
  Митя с Аней вышли на улицу. Но это уже совсем не кино, а словно наяву! Было ещё достаточно светло. Недалеко находилось общежитие комбината, где в одной из комнат в компании нескольких подружек девушка и жила. Широкая и короткая прямая улица, названная в честь пятидесятилетия великого Октября, начинавшаяся прямо у агрегатного завода, полого спускалась к другой, находящейся гораздо ниже, и немного кривой. Где-то там, за улицей Юрия Гагарина, и находился пятиэтажный дом тётки Марии.
  Парень пошёл провожать девушку. Им надо было пройти немного вверх по улице, перейти её и зайти во дворы множества многоэтажных домов. Вот в одном углу он в первый раз и поцеловал девушку. Прямо в губы. И она ему ответила, подставив такие тёплые и мягкие губы. Словно молния пронзила их обоих.
  Вот это да! Он первый раз поцеловал девушку. Даже во сне Митька ощутил тепло таких ласковых и нежных, и в то же время неумелых губ девушки. Да и он сам, даже немного повзрослевший, был таким же неумелым.
  Дальнейшее во сне Митьке запомнилось не полностью и не так ярко. Разноцветные картинки непрерывным калейдоскопом, одна за другой, словно быстрая ракета или яркая комета в ночном небе, пронеслись, пролетели перед ним. Кажется, потом они вместе с Аней, уже приблизительно через месяц, ещё смотрели фильм про группу 'Абба'. К сожалению Мити, фильм ему не очень понравился, так как там имелось мало песен. У тётки Марии дома имелось много катушек с записями этой группы, и её племянник Юрка, сын её рано умершей сестры, и, получается, троюродный брат Мити, притом даже его ровесник, постоянно крутил их на катушечном магнитофоне 'Сатурн'. Сплошные путешествия и интервью, показанные в фильме, не утолили жажду парня послушать хотя бы несколько песен любимой группы, да ещё на большом экране. Если бы в фильм включили больше музыки, то это было бы здорово! Ну, ничего, жизнь-то продолжается.
  Жаль, что дальнейшее в его памяти отложилось маловато. Просто показалось, что какие-то мысли каким-то образом перенеслись в память Митьки, с грехом пополам там разместились и успокоились. Было очень странно и непривычно, но не страшно. В конце концов, он, вроде, живой и здоровый, Было такое чувство, что это ему ещё пригодится.
  И под самый конец паренёк отметил, что когда Митю чуть позже, где-то через недели две после окончания радиошколы, призвали в армию, отчего-то уже в армию, он про Аню так и не вспомнил. Кажется, что они там, ещё в городе, всё-таки немножко поругались, а помириться с девушкой у него уже не имелось времени, так как надо было возвращаться домой. А потом почти сразу же парня вызвали в военкомат, и всё прежнее у него вылетело из головы. Да и ему, как ни хотелось, так и не удалось выбраться в Чебоксары, и ушла девушка в небытие, словно её никогда и не было. Но она была. Сидела в кинотеатре рядом, и её рука покоилась в руке парня. Даже Митька в своем сне чувствовал тепло её ладошки у себя в ладони и такие вкусные губы. Ему стало грустно, и, наверное, даже против его воли, с глаз выкатились несколько слезинок.
  
  * * *
  Глава 3.
  Пробуждение.
  (Мысли у каждого человека могут быть самыми неожиданными...)
  
  - Митька, проснись! Митька, очнись! - вдруг какие-то слова проникли в сознание Митьки и встряхнули его, словно удар молнии. Кто-то сильно тормошил и тряс его тело.
  - Митька! Что с тобой случилось? Не умирай, ладно. Митька, проснись!
  Послышался плач. Митька медленно открыл глаза. Сначала показалось такое родное лицо младшего брата Алёшки, а потом нарисовался и он сам весь, стоявший на коленях у тела старшего брата. Рядом виднелся всхлипывающий и размазывающий по лицу слёзы Валерка, самый младший из братьев.
  - Митька! Очнулся! Мы уж думали, что ты умер.
  - Нет, я живой. Как видишь, ничего страшного, Алёшка. Видимо, просто немного устал и заснул.
  - Устал и заснул? Митька, осмотрись, ты же с крыши упал.
  Митька немного, насколько хватило у него сил, приподнял голову и по возможности мотнул ею направо и налево, и тихонько так огляделся. Действительно, он лежал меж грядок картофеля среди зелёной, только взошедшей ботвы. Сверху виднелся край крыши сарая. Это что же получается, что Митька на самом деле упал с крыши? Значит, он просто заснул, во сне убрал ноги с бруска и однозначно соскользнул вниз? А сон? Такой удивительный сон? Как могло присниться ему такое?
  Солнце уже слепило глаза. Оно висело высоко над горизонтом справа от дома тёти Зины из соседней улицы. Надо же, уже полдень, и даже больше. День явно клонился к концу. Похоже, что было примерно часа три-четыре после полудня. Похоже, что Митька провалялся на земле без сознания чуть ли не полдня! И тут же до него откуда-то с глубин дошла мысль, что это был такой удивительный сон про часть его будущей жизни длиной даже в пару лет. Странно, очень странно?
  - Митька, мы пришли из школы, а дома-то никого нет. Ведь тебя-то в школе, мы точно узнавали, не было. И куда же ты мог подеваться? Ну, мы и начали искать по всему дому. Вышли в огород, а тут ты лежишь. И, впрямь, как мёртвый был. Нисколько не шевелился и почти не дышал. И почему-то плакал. Мы так испугались! Митька, что с тобою было?
  - Митька, а ты больше не будешь умирать? А то мне так страшно! - и младший Валерка снова заплакал.
  - Ладно, ладно, успокойтесь. Ничего со мною не случилось. Упал и заснул. Хорошо, больше умирать не буду!
  Митька посмотрел на своих братьев, и вдруг ему почудилось, что, как ни странно, он немного знает про их будущее. Тьфу ты! Лезут же какие-то дурные мысли в голову. Вот же надо такому предвидеться!
  И вдруг на него нахлынуло такое, словно шквал чего-то такого тяжёлого и мощного резко ударил его по голове. Казалось, что она распухла от знаний, вдруг неизвестно как очутившихся там. Эти знания безостановочно лезли и лезли в голову, и постепенно укладывались там. Было больно и одновременно страшно, и самое главное, даже немного интересно, хотя ему совсем не хотелось верить тому, что хаотически всплывало в его несчастной и считай, почти раскалывающейся на части голове...
  Митьке вдруг почудилось, что дальше он как бы пойдёт учиться в девятый класс, и будет ходить в школу уже в соседнее село Караман, как и большинство мальчишек и девчонок из его класса. Это что же, знания из его недавнего странного сна? Но вот Алёнки Ирисовой, девочки с длинной косой, далее в классе, как ни жаль, уже не будет. И почему же именно про неё вспомнил он? Непонятно. А как же сама Алёнка? Оказывается, она просто уедет из деревни и поступит учиться в профтехучилище в Канаше, и после экзаменов за восьмой класс паренёк её больше так и не увидит, по крайней мере, до самого призыва в армию. Стало грустно. А она так нравилась ему, и так хотелось дружить с ней и защищать её ото всех, хотя, честно говоря, ещё в прошлом году он сам дергал девочку за косички. И ведь не со зла и желания обидеть, а просто мальчику неосознанно хотелось обратить её внимание на себя. Конечно, глупо, и совсем не правильно, но что поделаешь, что было, то и было.
  В школе и в жизни у него, как и прежде, будет всё нормально, как обычно, без всяких особых изменений. Митька всегда учился хорошо, и в девятом он так же станет одним из лучших учеников Караманской средней школы. Ещё паренёк станет посещать драмкружок, где близко познакомится с Алей Довкиной из параллельного класса, невысокой, чуть смугловатой девушкой из Карамана, и даже сыграет в нескольких школьных спектаклях вместе с ней. И она, очень даже привлекательная, живая, бойкая и неплохо успевающая, сильно понравится ему. Вот только самым обидным и больным явится для Мити, что у девушки уже тогда как бы и имелся парень, и она совсем не будет обращать внимания на мальчика из параллельного класса. И начинающая зарождаться любовь тихо и в муках, и за достаточно долгий срок, аж до окончания школы, угаснет.
  И, как ни жаль, Алёнка Ирисова тоже потихонечку будет уходить из его памяти...
  Так, скоро, уже под новый год, начнётся и война в Афганистане...
  Эта мысль вдруг так резко ударила по нервам, наверное, где-то в голове, что аж стало резко больно. Сразу же вспомнилось, что в этот самый Афганистан войдут советские войска, как объявлялось по радио и телевизору и писалось в газетах, для выполнения интернационального долга.
  Опять война! Митьке отчего-то стало так неприятно знать про это. Чуть позже, уже в следующем году, в Караман привезут первого погибшего на этой не совсем понятной войне, в такой далёкой стране. И как бы из Новых Мышек некоторые ребята, сейчас всего лишь чуть постарше Митьки, тоже попадут служить именно в Афганистан.
  Было уже известно, что в Москве следующим летом должна пройти Олимпиада. Теперь же паренёк, как на заказ, узнал, что Америка и многие капиталистические страны будут бойкотировать её и не пришлют в Москву своих спортсменов. Митя изредка, так как у них самих телевизора ещё нет, и в деревне их не так уж и много, будет смотреть Олимпиаду по телевизору у своих родственников...
  Ладно, понятно. Вон, зимой 1981 года в Москве пройдёт ещё съезд КПСС. Об этом напишут во всех газетах и покажут по программе 'Время', но что там обсуждали, Митя будет помнить не очень хорошо. Весной он окончит школу, успешно сдаст экзамены, а потом поступит работать на крахмало-паточный завод. Но не пройдёт и месяца, как его и ещё троих одноклассников военкомат отправит учиться на радистов в радиошколу. Вася, один из лучших друзей Мити, две Никиты, из Новых Мышек и Карамана, и он целых четыре месяца в республиканской столице будут изучать радиодело. Вот здесь, в Чебоксарах, парень и познакомится с девушкой Аней из одного северного района республики. И как раз с нею Митя и смотрел тот удивительный фильм 'Пираты двадцатого века', а потом и другой, уже про очень популярную нынче группу 'Абба'.
  Вот какой сон видел Митька! Это что же получается, перед ним чуточку открылось его собственное ближайшее будущее! Вот это да! Рассказать другим, не поверят. Да и опасно, сочтут за психа. В Шихазаны, где неподалеку находилась психбольница, ему ещё не очень хочется. Так что, лучше об этом молчать, да и не верится ему самому, что всё это происходит с ним на самом деле. Мало что он надумал в этом странном сне, и, наверное, действительно сильно ударился головой и тронулся умом.
  У него снова заболела голова, да так сильно, что Митька не выдержал, и похоже, снова на краткое мгновение потерял сознание. И опять разные знания лезли в его голову, и опять они укладывались там основательно и, может быть, навсегда.
  Конечно, многие события произойдут за эти два года. Все они пролетят где-то там в его голове, как метеоры тёмной ночью, и что-то Митя запомнит очень даже хорошо, а что-то вообще просто забудется. Но всё равно останется одно - ощущение очень спокойного и счастливого детства, приятного и весёлого.
  И вот это чувство так теребило Митьку, что он невольно открыл глаза, чтобы увидеть что-то интересное и приятное. Но вместо этого он опять лицезрел заплаканные глаза своих братьев и синее-синее небо над покатой крышей сарая. По-прежнему светило солнышко, вот только оно уже отпустилось гораздо ниже.
  - Митька, что с тобой? Тебе опять плохо? Отчего-то ты заснул и так лежал долго-долго. Но хоть нормально дышал. Мы побоялись оставить тебя одного и всё ждали, когда же ты проснёшься. Вот, попей водички, Валерка принёс.
  - Нормально, Алёшка, нормально. Сейчас я встану, и мы пойдём домой.
  Болело всё тело. А вот голова, удивительно, вдруг очистилась, освободилась от боли и как никогда стала свежей. Но, к сожалению, это сохранилось только на время. Митька попил водички, и, опираясь на Алёшку, всё же встал. Его всё же немного шатало.
  Они прошли во двор. И тут навстречу им выскочила кошка Мурка. Лохматая и пушистая, она ласково потерлась об ноги Митьки. Признала, значит. Когда-то она сбежала от прежней хозяйки из райцентра, и, пройдя двадцать с лишним километров, вернулась в свой родной дом. Так, вроде с кошкой в ближайшее время ничего не случится. Тьфу, снова? И у него опять закружилась голова.
  Так, надо отдохнуть! Митька, оставив младших братьев во дворе, прошёл в дом. Там он немного поел и отправился на веранду. Паренёк весной и летом обычно спал там, в небольшой комнатушке, где ему никто не мешал. И часть его вещей находилась здесь же.
  Но сейчас сон не шёл. Стало легче. Можно ли рассказать кому-нибудь об этом удивительном сне? Наверное, не стоит, и даже родителям. Не поверят, и подумают, что он тронулся головой. Значит, придется всё скрывать до того момента, когда сон забудется.
  Хотя, нет, не даст Митька забыться этим знаниям. Где-то тут же лежали письменные принадлежности. Паренёк достал ручку и начал торопливо строчить в общую тетрадь строчку за строчкой, записывая всё то, что приходило ему в голову. Сначала он делал это неряшливо, потом успокоился и стал заполнять страницу за страницей уже своим самым аккуратным почерком. Так за этим занятием и застали паренька вернувшиеся с работы родители.
  Хотя, нет, нежданный провидец всё же быстренько спрятал под подушку общую тетрадку, слегка накрылся и притворился полусонным. Едва увидев отца и мать, он уже понял, что и про них ему известно кое-что. Они оба скоро перейдут в заводскую охрану, так как по состоянию здоровья им далее просто трудно будет выполнять тяжёлые работы в кочегарке и тёрочном цехе. О том, что работа на заводе не очень-то лёгкая, он и сам узнает скоро, так как на каникулах, что после восьмого, что после девятого, и даже десятого класса поступит работать на завод.
  - Митька, а как ты себя чувствуешь? Алёшка сказал, что ты сегодня с крыши упал. Ничего не болит? Мить, ну отчего ты такой неосторожный! Может, не надо больше лезть туда? А то ещё раз упадёшь, и будет совсем плохо.
  - Мама, не беспокойтесь, со мною всё хорошо. Немного, конечно, побаливает, а так ничего. Только вот слабость в ногах, и голова чуть кружится. Начались охи да вздохи, но потом родители успокоились и оставили сына в покое. Солнце спешило на покой, а у них было полно работы по дому. Младшие сыновья, за отсутствием старшего, стали им помогать. Митька же и сам не заметил, как заснул. Но, как ни жаль, хоть и какие-то мысли бродили в его голове, но, похоже, всё же ничего ему не снилось. Может, только пока, до следующего раза?
Оценка: 4.97*27  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Успенская "Хроники Перекрестка.Невеста в бегах" А.Ардова "Мое проклятие" В.Коротин "Флоту-побеждать!" В.Медная "Принцесса в академии.Суженый" И.Шенгальц "Охотник" В.Коулл "Черный код" М.Лазарева "Фрейлина немедленного реагирования" М.Эльденберт "Заклятые любовники" С.Вайнштейн "Недостаточно хороша" Е.Ершова "Царство медное" И.Масленков "Проклятие иеремитов" М.Андреева "Факультет менталистики" М.Боталова "Огонь Изначальный" К.Измайлова, А.Орлова "Оборотень по особым поручениям" Г.Гончарова "Полудемон.Счастье короля" А.Ирмата "Лорды гор.Да здравствует король!"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"