# I [....] U

Евгений Паук

Это могло быть хорошим рассказом, если бы писал не я. Теги: неоригинальность, отсутствие вдохновения

"I. [....] U"


Пролог


Лондон. С извечным, упирающимся в макушку небом, туманами с розовой кирпичной пылью, дождь, правостороннее движение и "фиш энд чипс". Эти загадочные британцы, абсолютно космический юмор, Биг Бен и, не знаю, например, "Манчестер Юнайтед". Лондон...ага, хрена с два! Занюханный городишко с труднозапоминаемым названием, средняя полоса России и задрипаная придорожная кафешка с гордой и совершенно незаслуженной вывеской "Бар 24 часа". Хотя нет, про 24 часа правда. Передо мной стакан якобы виски и тарелка с "отбивной". На душе более чем погано, ноги промокли, а на улице октябрь. В гостиницу (если это можно так назвать) я отправлюсь часа через два, а пока мы и палёный "Джонни Уокер" к вашим услугам.

Посетителей чего-то не очень много. Странно, суббота же, вечер, на три халупы всего один круглосуточный бар и пара магазинов. Куда все девались? Основная публика в основном пузатые мужики с пропитыми грубыми лицами дальнобойщиков, окончательно деградировавшая молодёжь и (о ужас!) я. Да уж, приехали. А нет, наврал, вон за стойкой сидит, мышка. Короткая стрижка, джинсы, пальтишко, полусапожки без каблуков. Молча так втыкает в 0,33 пива, пальчики этикетку отдирают. Молоденькая, на вид лет двадцать-двадцать пять. И вроде тут ещё человек семь таких же, только вот её сгорбленная фигурка не отдаёт этой дикой аурой агрессии и абсолютной, пьяной провинциальной тупости. Эх, чудо, какая же нелёгкая занесла тебя в эту дыру? Несчастная любовь, проблемы в семье? Работа? Да ну, не производит впечатления карьеристки. Да и с семьёй, бьюсь об заклад, всё хорошо. Значит, ля мур. Эх ты, не могла более подходящее для печали место найти? Ну там какую-нибудь кофейню с привкусом меланхолии и псевдоромантизма. На худой конец приличное место с дорогим вином и неуместной живой музыкой. Нет же, в самый клоповник залезла. А может подойти? Купить тебе нормальной выпивки, поговорить по душам. Хотя вид здорового небритого мужика преклонного возраста вряд ли располагает к тёплой беседе и всё же. Увести тебя из гадюшника. Нет, никакого секса, что ты. Вернее, это совсем не та цель да и я мягко скажем не в настроении, просто...

Двери хлопнули, одарив меня прелестнейшей смесью капель, ветра и холодного воздуха. Твою мать! Кто там ещё припёрся?! Высокий, подтянутый, судя по гладкой роже ещё не перевалил за сороковник. Волосы зачёсаны назад, щегольской осенний плащ и заляпанные грязью дорогущие туфли, тускло поблескивает золотом оправа очков. Что-то среднее между альфонсом и мафиози. Мерзкий типаж. Давай, понтонись бокалом какого-нибудь коньяка и проваливай, здесь тебе ловить нечего. Пришелец осмотрелся, постоял с момент в нерешительности, направился к стойке. Она обернулась на какие-то его слова, что-то нехотя ответила. Секунда, другая - подвинулась. Он скинул плащ, оправил пиджак. Ууууу нет, детки, я в такие игры не играю. Теперь разбирайтесь, пожалуй, как-нибудь сами. От души надеюсь, что оказался неправ. Залпом добив виски, я подхватил куртку, намотал шарф и пошёл бодаться с дождём....


....От него пахло семечками. Не дорогим парфюмом или табаком, не элитным алкоголем. Семечками. Несколько скорлупок прилипло к манжете. Он заметил, смущенно щелкнул по черным лоханкам пальцами.

- Да тут днём бабки на дороге торговали, лет десять уже не ел, не удержался... - Голос глубокий, низкий, мужской. Таким бравые офицеры выкрикивали команды на поле боя лет двести назад.

Она никак не отреагировала, с бутылочной этикеткой было уже покончено, выдохшийся "Хайникен" так и остался нетронутым. Грустный, пустой взгляд в столешницу. Мужчина с минутку изучал девушку, покусывая губу, словно прикидывая - а стоит ли пытаться дальше? Или проще не тратить силы и поискать спутницу посговорчивее. Минута, две, три

- Хотите выпить?

Вот сейчас она, конечно же, ответит отказом и он со спокойной душой уйдёт. Секундная пауза, мимолётный взгляд (ему показалось, что в провалах зрачков мелькнуло что-то...что-то)

- А вот хочу - Девушка отодвинула пиво, пробежалась взглядом по меню - Виски, наверное.

- Два "Дюарс", пожалуйста - Обратился мужчина к полусонной девице за стойкой. Барменша лениво выставила стаканы, разлила. Он взял свою порцию, чуть слышно звякнул краем стакана о второй - За знакомство! Кстати, я Александр.

- Поздравляю - С вялой улыбкой ответила она, делая изрядный глоток. Поморщилась, виски подожгло пищевод - Оксана.

- По работе здесь?

Мимо прошла официантка в несвежем, темно-вишнёвом фартуке поверх салатового бадлона, на подносе аппетитно посверкивают пара пивных кружек и вазочка с солёным арахисом. Девушка задумчиво проводила взглядом покачивающий бёдрами силуэт. Глаза вернулись к собеседнику, ах да, вопрос же задал...

- Так вы здесь...

- Нет - Ответила Оксана, махом добивая виски. Весёлые алкогольные черти заложили в голове заряд динамита и принялись раскручивать фитиль.

- Эм...что "нет"?

- Всё нет. Не по работе. И не в отпуске.

- Тогда...

- Какая разница? Или вы так, из вежливости? Не стоит.

- Простите - Мужчина сконфуженно почесал затылок - А...я вот хирург. Здесь проездом, завтра на конференцию. Сам не знаю чего занесло сюда.

Она посмотрела на него: сероглазый, не старый, но старше. Очки стильно смотрятся. Волевой подбородок, упрямая складка между бровей, высокий лоб. Настоящий мужчина, и всё это так не вяжется с мальчишеским смущением во взгляде, неуверенностью позы. Оксана отставила стакан, улыбка тронула губы. Ладно, пусть ритуал продолжается.

- Здорово, людей режете? Ой, я хотела сказать спасаете. Очень благородно кстати.

- Думаете? - Александр улыбнулся

- Конечно.

- Спасибо. - Кивок на стакан - Хотите ещё?

Звяк! Взгляды встретились, серое с карим. Звяк! Как клинки дуэлянтов. По коже миллионы иголок, мурашки вдоль позвоночника. Что за..? И всё же, упрямо закусив губу, ответила:

- Хочу. И давайте уже на "ты",а?

- Давай. - Улыбнулся - Знаешь, пожалуй, я закажу двойной...


....- Ну и в общем уже здесь у меня кончились деньги, остался только билет обратно. Всё.

- Мда уж - Александр задумчиво покатал неприкуренную сигарету по столешнице - Но вообще, если честно, идиотский выход.

Она беззлобно пихнула его в плечо, щелчком запустила сигарету куда-то в сторону неизвестности

- Пиу!! Понимал бы что! У меня любовь была, а ты?! "Идиотский выход" - Пародируя голос мужчины передразнила Оксана - Ишь умный, а что делать прикажешь?

- Ну точно вот не бежать! Ты ведь достаточно далеко забралась, и всё из-за какой-то ерунды.

- Он меня обманул, кинул! Я ему верила! - Девушка стиснула стакан, на дне еще плескалось виски - По-твоему это мелочь?!

- Конечно нет. Просто бежать куда глаза глядят из-за какого-то, прости, мудака тоже не шибко разумно. Ты б ещё с моста прыгнула! Ребячество блин какое-то.

Она не ответила, упёршись взглядом в барную стойку, пальцы сцеплены в замок, губа упрямо закушена. Повисла неловкая пауза. Молчание, молчание, молчание.

- Извини - Произнёс он негромко - Чего-то хватил лиху. Резковато вышло.

Молчание.

- Да и вообще. - Александр придвинулся, положил ладонь ей на плечо. Ноль реакции - По-хорошему ему стоило сорваться и нестись за тобой хоть на край света

- Прекрати, чушь всё это. Ре-бя-че-ство. - Сколько горечи в голосе

- Нет. Я бы побежал - Он заглянул ей в глаза: уголки поблескивали от влаги - Знаешь как радовался про себя, когда не отшила и разрешила присесть? О, нереально.

- Врун. - Улыбнулась девушка, ткнувшись ему в предплечье головой. Мужчина потрепал её по волосам, чмокнул в макушку. Всё получилось как-то просто и естественно, будто происходило каждый вечер, ну или хотя бы раз в неделю. Она подняла голову, такая маленькая и беззащитная, глаза трогательно-просящие. Сказала еле слышно - Значит, побежишь?

Близко. Совсем-совсем близко. Прерывистое, горячее дыхание.

- Да...

Секунда скатилась по рукавам, шмякнулась на стойку, к краю, рухнула. Следующие, как лемминги, последовали той же дорогой. Оксана прикрыла глаза и сама потянулась губами навстречу.

Дождь по лицам, распахнутая одежда, бешеные, до боли, поцелуи на ветру. И где-то глубоко бьётся предостерегающая, кричащая мысль, что всё ошибка, что надо остановиться, пока не поздно. Но алкоголь и отчаяние, боль, еле живая надежда "А вдруг он хороший?" и рвущий сосуды адреналин толкают вперед. Пальцы сами впиваются в пиджак под плащом, ноги подгибаются, а губы ищут его в плюющейся моросью темноте. Они задыхаются, выдавливают воздух из лёгких, прижимаясь друг к другу. Мокрые, горячие ладони под свитером, скользят по животу, по спине вверх. И надо бы оттолкнуть, но она льнёт ещё сильнее. Сердце отдаётся в голове, пульсирует в кончиках пальцев. Путь в никуда, смазанный, перемежающийся объятиями, жаром тел, скрытых под вымокшей одеждой. Растёкшиеся, невнятные фонари над головой, выныривающие из продрогшей ночи стены и сбивающееся дыхание мурашками по шее, следами от поцелуев на лице.

Номер гостиницы. Тесные тёмные стены и настойчивые руки. Жарко, тесно в мокрой одежде. Она упёрлась ему в грудь, пальцы рванули рубашку - несколько пуговиц отлетело в темноту. Кофту прочь, несколько неловких шагов вглубь номера. Сцепившиеся, сплетённые тела. Матрас прогнулся, спружинил под спиной. И как последний предохранитель что-то щёлкнуло в голове.

- Нет.. - Сквозь жалящие поцелуи, останавливая ставшие такими смелыми прикосновения. Тяжело - Не надо.

Не ответил, поддались ремень и пуговица на джинсах.

- Стой - вывернулась, села в стороне. - Это неправильно.

Он не услышал или сделал вид, что не услышал, схватив за лодыжки притянул к себе. Разгоряченный, без рубашки, подмял под себя. Джинсы сползли до колен, запутали ноги. Она хотела вскрикнуть, но рот запечатало поцелуем. Ладони бесполезно уперлись в грудь, оттолкнуть не хватает сил. Ощущая его горячее дыхание на лице, Оксана попыталась вывернуться, выкрутиться змейкой, но крепкие руки властно вернули на место. Зацепки лифчика не выдержали рывка, оборвались. Девушка заверещала в панике, кулачки застучали ему по спине. Нет, так не должно быть, это неправильно, неправильно!! Ощущение ошибки обожгло мозг как кислотой. Остановиться. Прекратить. Но поцелуи такие горячие, руки настойчивые и нежные...дыхание обжигающее...

- Мы же пожалеем - Кое-как оторвавшись от него прошептала - Мы же..

Александр приложил палец к губам

- Ты слишком много беспокоишься...

- Я...

Он с улыбкой покачал головой, закрывая ей рот ладонью. Через пару мгновений Оксана судорожно вдохнула, стискивая его поясницу бёдрами....


Эпилог


Что бывает мрачнее пасмурного осеннего утра? Только похмельное осеннее утро. Переполненный ненавистью ко всему живому, я неуклюже ввалился в вагон и тяжело плюхнулся у окна. За стеклом кирпичные стены, здания похожие на тюремные бараки и серый фон. Цвет дурацкий, как обои рабочего стола на компьютере. Хм, с пейзажиком облом видать. Кривясь от боли, передвинул голову и опустил глаза, бессмысленно разглядывая грязь, сползающую с ботинок. Скоро скоро поезд тронется и отвезёт меня из этого захолустья в захолустье побольше. Но там, говорят, хоть аэропорт есть. До большой земли доберусь. Пошёл дождь, превратив улицу в размочаленные, расхлябанные страницы бульварного журнала. В голове скрежет и гул, будто метро строят, разламывая черепную коробку. Чудное утро.

Она вошла тихо, как мышка. Неслышно села напротив. Я тяжело поднял взгляд, жизнерадостный как у каторжника, посмотрел на спутницу. В груди что-то ёкнуло, шкатулка памяти развалилась в поисках совсем свежих воспоминаний. Это же она! Вчерашняя бедовая душа из бара. Я хотел было уже улыбнуться, но губы замерли, когда в голове наконец отпечатались потерянные пустые глаза, бледность и дрожащие руки. Казалось, еще секунда и она разрыдается в голос. Закушенные губы, обломанные о свои же руки ногти, царапины и тишина. А, ну всё ясно. Бедняжка ты бедняжка. Вот как знал...

Стало как-то грустно и паршиво на душе, в пересохшем рту появилось что-то горькое. Будто вместо того, чтобы достать ребёнку мяч из фонтана, подманил хулигана и сам указал в её сторону. Не надо было тогда уходить, не надо было оставлять, не надо....а, пустое. С досады голова разболелась еще сильнее, захотелось спать. Я посмотрел на запотевшее стекло. Пальцы сами собой вывели идиотское "Мне очень жаль". Дурак. Ей сейчас только больше соли не хватало, ранку приправить. С раздражением стёр надпись, поднялся и вышел из вагона.