Penhaus: другие произведения.

История советской номенклатуры и платоновской модели социализма.Часть 5.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    A.M. Некрич Золотой век номенклатуры Неоазиатский способ производства Foma Zamorski и другие

   История советской номенклатуры и платоновской модели социализма.часть5
  
  A.M. Некрич
  Золотой век номенклатуры
  
  Неоазиатский способ производства Foma Zamorski http://proza.ru/2009/11/16/1289 http://proza.ru/avtor/chugunoff
  
  В. Ф. Потуданская, С. Л. Жаркова.
  Экономика переходного периода
  Часть 1 Учебное пособие
  
  
  Егор Гайдар
  Государство и эволюция
  http://webreading.ru/sf_/sf_history/egor-gaydar-gosudarstvo-i-evolyuciya.html
  
  
  Что такое "первоначальное накопление" Линдон Ларуш. О предупреждении академика Львова 12 июля 2001 г.
  Выдержки из вебкаста Комитета политических действий Ларуша "Экономика тихоокеанского региона на основе технологий термоядерного синтеза", 7 декабря 2013 года.
  "Европейская политика отталкивается от взгляда на человека как животное" Линдон Ларуш
  
  В хаосе нет морали. Смута основана на лжи. И рождает ложь.http://www.rg.ru/2012/12/10/zorkin-site.html
   Этим она отличается от позитивных революций
  
  Валерий Зорькин: Население РФ все чаще ведет себя не как единое общество
  
  
  Бердяев Николай Новое средневековье http://royallib.ru/book/berdyaev_nikolay/novoe_srednevekove.html
  
  
  К ВОПРОСУ О СОВРЕМЕННОЙ ОБЩЕСТВЕННО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ФОРМАЦИИ
  Сергей Глазьев Геноцид
  http://lib.rus.ec/b/74314/read
  
  Белая книга. Экономические реформы в России, 1991-2001 Сергей Кара-Мурза Сергей Батчиков
  Сергей Глазьев http://lib.rus.ec/b/103718/read
  
  Сергей Глазьев
  Экономический смысл американской агрессии http://lib.rus.ec/b/74313/read
  
  "Мыльный пузырь" дефолта и его герои 15 августа 2007, 00:00 ["Аргументы Недели", Надежда ПОПОВА ]//Расследования
  
  
  "Голодный экспорт" в истории Российской Империи
  
  Последний шанс на "экономическое чудо" http://lib.rus.ec/b/348160/read
  Комплексный сравнительный анализ динамики социально-экономического развития Российской Федерации в рамках СНГ на основе показателей, определенных Концепцией долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года и Стратегией экономического развития Содружества Независимых Государств на период до 2020 года. Экспертно-аналитический доклад. - М.: Счетная палата РФ, 2010.
  
  Через 5-10 лет Россия будет отброшена в каменный век?http://www.newsland.ru/News/Detail/id/298075/
  18 сентября 2008 в 11:19 Источник zavtra Опубликовал vizir
  
  
  "Парусник без руля"
  13 февраля 2013г.
  Источник: Лента.ру http://lenta.ru/articles/2013/02/11/glaziev/ В конце января 2013 стало известно, что ученые РАН подготовят президенту России Владимиру Путину доклад, в котором изложат список мер, необходимых для развития страны
  
  Сергей Глазьев Кто в стране хозяин? Сборник статей http://lib.rus.ec/b/103672/read
  
  ***************A.M. Некрич
  Золотой век номенклатуры **********************
  
  В последние годы сталинской диктатуры необычайно обострились все ее характерные черты, подобно тому, как у стареющих людей становятся более выпуклыми, заметными, ощутимыми заложенные в них хорошие или дурные качества. В позднесталинском обществе проявлялись все основные черты раннего одряхления, как-то: распад идеологии, произвол власти, господство органов государственной безопасности над всеми областями жизни страны, массовое доносительство, грубое вторжение партии-государства в семейные отношения граждан, обострение межнациональных отношений, усиление экспансионистских тенденций вовне, ксенофобия, разжигание шовинизма и антисемитизма внутри страны. И все это на фоне быстрого роста военного потенциала государства и стремительного ухудшения экономического положения в стране, особенно условий жизни крестьянского населения.
  
  Все слои общества испытывали комплекс неполноценности. Партийная бюрократия ощущала этот комплекс больше других, ибо даже власть и привилегии, которыми она обладала, могли исчезнуть неожиданно, внезапно, так же, как и она сама. Бюрократия устала от единовластной диктатуры. Она мечтала о новой форме диктатуры - без диктатора, но в то же время страшилась, что без Сталина будет еще хуже.
  
  В конце февраля 1953 г. в самый разгар подготовки процесса врачей Сталина внезапно настиг удар, и 5 марта он умер. Начался новый период в жизни общества, который оказался как бы мостом во времени: между сталинской эпохой неограниченного террора и диктатурой советского конформизма. Своеобразным символом того периода стал Н.С. Хрущев, с сентября 1953 г. до октября 1964 г. возглавлявший партию.
  
  Было бы ошибочно называть Хрущева либералом или консерватором, прогрессивным деятелем или реакционером. В нем были заложены все эти начала. Они то боролись между собой, то мирно сосуществовали - Хрущев был человеком противоречивым. Впрочем, таковым было и время, отпущенное ему для власти. Возможно, Хрущев искренно хотел порвать со сталинистским прошлым, и своим собственным, и советского режима. В нем каким-то чудом уцелели человеческие чувства и оценки, начисто выметенные или стертые временем у подавляющего большинства соратников Сталина. Не исключено, что немалую роль в сохранении новым лидером человеческого облика сыграли трагические события террора 30-х годов и голода на Украине в 40-е годы, за которые он нес прямую ответственность. (Во время Отечественной войны Хрущев, вероятно, не раз размышлял о судьбах человеческих.)
  
  Как бы то ни было, но именно на долю Хрущева выпала великая миссия раскрытия преступлений сталинского (т. е. советского) режима, освобождения миллионов заключенных из лагерей и посмертная реабилитация невинно осужденных. В заслугу ему можно поставить и возвращение сосланных во время войны в Сибирь и Среднюю Азию народов Северного Кавказа. Одновременно были отменены антирабочие законы, хотя и не полностью (сохранились трудовые книжки), облегчено налогообложение и улучшена система социального обеспечения, развернуто широкое жилищное строительство, отменены займы.
  
  Будет справедливым сказать, что "работали" только те реформы, которые, по мнению властей, не подрывали основ режима, оставляя их неизменными. К ним можно отнести удержание в руках партийной бюрократии всей полноты власти, сохранение аппарата государственной безопасности, пусть с урезанными полномочиями, и цензуры с теми же задачами охранительства, какими она была наделена во времена Ленина и Сталина. Несмотря на проведенные после 1953 г. реформы в области судебного законодательства, по-прежнему сохранялась возможность преследования по политическим мотивам и за инакомыслие; более широко применялись меры психиатрического воздействия к несогласным.
  
  Преобразования, которые имели своей целью улучшить продовольственное положение государства, а заодно и положение наиболее обездоленного слоя советского общества - крестьянства, были конвульсивными и непоследовательными. Они и не могли быть иными, ибо колхозная система была и оставалась непреодолимым препятствием к экономическому оздоровлению, но она же являлась и одной из основ режима. Попытки децентрализации управления, которые стремился провести Хрущев, столкнулись с практикой сверхцентрализованного государства и, естественно, потерпели поражение.
  
  Каждый раз, когда первый секретарь ЦК КПСС пытался провести подлинно прогрессивную реформу, она оказывалась в непримиримом противоречии с существующим общественным строем и была прямым вызовом интересам элиты, почувствовавшей себя в безопасности после смерти Сталина. Советским высшим слоям была необходима преемственность власти. Все, что ей угрожало, воспринималось как опасный вызов.
  
  Решение о совнархозах, принятое правительством СССР в 1957 г., затронуло существенные интересы московской бюрократии, стремившейся максимально сохранить централизованное руководство работой отраслевых министерств. Вопрос о характере власти подтолкнул партийную верхушку в июне 1957 г. к организованному выступлению против Хрущева. Инициаторами противостояния были члены Президиума ЦК Молотов, Маленков, Каганович, Первухин, Сабуров. При голосовании на заседании Президиума за отставку первого секретаря к ним присоединились Булганин и Ворошилов. Семью голосами против четырех ЦК КПСС это решение Президиума принял.
  
  Однако Хрущев решил бороться. Его активно поддержали партаппаратчики, а также министр обороны маршал Г.К. Жуков и председатель КГБ генерал И.А. Серов. На военных самолетах в Москву срочно прибыли члены ЦК КПСС. Они потребовали открыть пленум ЦК. Недельная дискуссия (22 - 29 июня 1957 г.) принесла победу Хрущеву. Основные противники лишились всех постов.
  
  Как это не раз было в истории, победитель торопился избавиться от своих наиболее могущественных союзников. В 1957 г., когда министр обороны находился с визитом за границей, октябрьский пленум ЦК КПСС освободил его от всех занимаемых постов. Вскоре председателем КГБ вместо Серова стал А.Н. Шелепин, ранее возглавлявший комсомол.
  
  Итог борьбы за кресло вождя был вскоре подведен: в марте 1958 г. Булганина освободили от обязанностей Председателя Совета Министров СССР. Хрущев объединил в своих руках, как до него это сделал Сталин, а затем на короткий период Маленков, два ключевых поста в государстве: первого секретаря ЦК КПСС и Председателя Совета Министров СССР.
  
  Впервые в истории СССР удаление бывших членов Президиума ЦК КПСС с их постов не повлекло за собой их ареста. Это было нечто новое в советской жизни, признак стабилизации положения высшей бюрократии, ее решимости не допустить возобновления сталинских репрессий и сохранить таким образом преемственность власти.
  
  Хрущев, впрочем, как и большинство советских лидеров, переоценивал значение персонального воздействия на развитие исторических событий. На словах признавая наличие объективных процессов, существовавших в обществе, советские лидеры постоянно грубо вторгались в естественный ход дел ради того, чтобы достигнуть однодневного успеха. В результате то в одной, то в другой сфере общества возникало напряжение, которое было нельзя разрешить лишь перестановками или созданием новой бюрократической структуры. Однако Хрущев просто не знал и не понимал других методов. Когда после некоторого подъема в 1958- 1959 гг. вновь начали снижаться показатели экономического развития, он решил разделить партийные органы на две части: для руководства сельским хозяйством и для руководства промышленностью. В конце 1962 г. по этому принципу были разделены все областные и районные партийные организации. Такая же участь постигла областные органы власти, а на республиканском и на союзном уровнях появились бюро ЦК по промышленности и по сельскому хозяйству. Фактически Хрущев разделил партию на две части.
  
  Разделение партийных организаций встревожило партийный аппарат на всех уровнях. Возникшее между руководителями областных партийных и советских органов соперничество в будущем могло привести к дезинтеграции власти. Секретари обкомов выступили против этой реформы; они вообще не желали никаких существенных перемен. Хрущев же с его неугомонным характером и жаждой перестроек не давал им жить спокойно. Номенклатура мечтала о равновесии и стабильности.
  
  Высшие партийные чиновники с трудом примирились с отменой системы "пакетов", т.е. не облагаемых налогом денежных надбавок к жалованию, но после смерти Сталина они не могли и не собирались жить в состоянии неопределенности.
  
  Хрущев своей реформаторской деятельностью не только раздражал партийную бюрократию, но и пугал ее. Он и сам нередко пугался того, что происходило под его руководством. В 1954 г. ему показалось, что волны "оттепели" могут уничтожить режим; следствием стало подавление революции в Венгрии, кровавые расправы в Темиртау, Караганде, Новочеркасске.
  
  Хрущев прошел значительную эволюцию, прежде чем занять высшую ступень власти. Вынос останков Сталина из Мавзолея в 1961 г. был (в отличие от его секретной речи на XX съезде КПСС в 1956 г.) не столько актом высшей справедливости, сколько средством борьбы с растущей оппозицией.
  
  Хрущев прорубил "железный занавес", но выстроил Берлинскую стену. Он провозгласил мирное сосуществование, но установка советских ракет на Кубе чуть было не спровоцировала мировую термоядерную войну.
  
  Как всякий советский лидер, наделенный властью, Хрущев считал своей обязанностью высказывать мнение и давать оценки, касавшиеся развития всех без исключения сфер жизни народов СССР. Многие его суждения, особенно в области литературы и искусства, были крайне поверхностными, что отражало невысокий уровень культуры как самого Хрущева, так и других соратников Сталина, оказавшихся в составе высшего руководства после 1953 г.
  
  Хрущев принимал лишь то, что, на его взгляд, могло быть полезно народу. Здесь он был верховным судьей. Его социальное чутье подсказывало ему опасность распространения идей, выходивших за привычные нормы партийной идеологии. Все, что не укладывалось в ее узкие рамки и в границы его собственного миропонимания, вызывало в нем эмоциональный взрыв. Только однажды интуиция серьезно подвела его, когда он разрешил напечатать "Один день Ивана Денисовича" А.И. Солженицына.
  
  И хотя Хрущев был единственным советским лидером, пытавшимся поладить со временем, он то чрезмерно торопился и торопил других, то отступал назад. О нем говорили: Хрущев пытается перепрыгнуть через пропасть двумя последовательными прыжками. Все его промахи, ошибки, эскапады сталинисты замечали и искажали. Было похоже, что его заслуги, особенно проявившиеся во время войны с Германией, специально раздуваются, чтобы сделать его смешным в глазах народа.
  
  К осени 1964 г. психологическая почва для удаления Хрущева была тщательно подготовлена. Партийная иерархия в своем подавляющем большинстве пришла к соглашению о необходимости его отставки.
  
  Как и при смещении маршала Жукова, Президиум ЦК собрался отстранить лидера в его отсутствие (он отдыхал на Черном море). Была заранее обеспечена поддержка со стороны руководителей армии и государственной безопасности. 13 октября Хрущев был вызван на расширенное заседение Президиума ЦК в Москву, где все было готово для его смещения. На заседании с докладом выступил секретарь ЦК М.А. Суслов, предъявивший Хрущеву длинный список обвинений. Сначала Хрущев сопротивлялся, но в конце концов, обнаружив, что находится в одиночестве, согласился уйти "по состоянию здоровья". На следующий день Пленум ЦК принял решение не только о смещении Хрущева с постов первого секретаря ЦК КПСС и Председателя Совета Министров СССР, но и о выводе его из состава ЦК КПСС. Пленум признал неприемлемым совмещение постов первого секретаря ЦК и Председателя Совета Министров, и на пост первого секретаря был избран Л.И. Брежнев, человек, по мнению членов президиума ЦК, спокойный и уравновешенный, а главное как будто не претендовавший на роль вождя. Председателем Совета Министров стал А.Н. Косыгин[1].
  
  Смещением Хрущева завершилось приспособление советской системы к существованию без Сталина и его тирании. Борьба за "сталинский мундир" стала испытанием на прочность основы советской системы - борьбой партийного аппарата со всеми, кто претендовали на увеличение своей роли в структуре управления. К тому времени стало ясно: уникальная особенность советской системы состоит в том, что партия руководит всем, контролирует все, но ни за что не отвечает, ибо осуществляет общее руководство. Она принимает все решения, дает указания, в том числе нигде не зафиксированные устные и телефонные, но за неудачи отвечают государственные органы и руководители предприятий и учреждений. Партия всегда права. Она исправляет ошибки других, наказывает и милует. Партию - хранительницу идеологии, т.е. Истины - Хрущев хотел сделать ответственной за практическое руководство страной. Тем самым он посягнул на ее существование.
  
  Разделение партии напугало партийный аппарат, хотя, быть может, не все понимали революционный характер реформы. Страшнее для аппарата было другое: первый секретарь ЦК добился введения в Устав партии принципа обязательной ротации - при каждых выборах полагалось менять одну треть числа членов партийных комитетов от Президиума ЦК до районных комитетов. Исключение делалось только для первого секретаря и небольшого круга наиболее "опытных и заслуженных работников". Положение партийного работника в какой-то мере потеряло былую устойчивость, с чем партийный аппарат не мог и не хотел согласиться. Высшая номенклатура покорно перенесла сталинский принцип ротации путем террора, который был лотереей и создавал иллюзию возможности выиграть счастливый номер, но не хотела принять неизбежность ротации "по закону". После свержения Хрущева принцип ротации был немедленно отменен.
  
  Бунт партийного аппарата против первого секретаря, олицетворявшего власть партийной машины, был актом самозащиты - защиты своей власти и своих привилегий.
  
  Существует версия, что, готовя свержение Хрущева, заговорщики хотели видеть первым секретарем ЦК А.Н. Шелепина, в прошлом секретаря ЦК комсомола, а затем председателя КГБ и члена Президиума ЦК. Однако Шелепин своей сталинистской радикальностью отпугнул высших партийных иерархов и аппарат. Утверждают, будто он собирался помириться с Китаем, снова "зажать" экономику и управление, повести решительную борьбу со всеми отклонениями от ортодоксальной идеологии[2]. Номенклатура предпочитала человека более спокойного, достаточно консервативного и неподверженного крайностям. В аскетизме и пуризме Шелепина было что-то пугающее. Московские интеллигенты в насмешку и по аналогии с "Железным Феликсом", т. е. Дзержинским, прозвали Шелепина "Железный Шурик" (оба руководили аппаратом террора - ВЧК и КГБ).
  
  Но теперь аппарат жаждал спокойствия, поэтому без каких-либо открытых споров первым секретарем ЦК КПСС был избран Л.И. Брежнев. Он родился в 1906 г. в заводском поселке Каменское (впоследствии Днепродзержинск). Дальнейшие вехи его биографии известны. Но сколько-нибудь полное жизнеописание Брежнева отсутствует. Едва ли не больше других рассказал о будущем генсеке американский журналист Д. Дорнберг, в 60 - 70-е годы старательно собиравший материалы о новом лидере партийно-государственной номенклатуры СССР. Он даже встречался с его одноклассниками, но многое так и осталось невыясненным. Тем не менее удалось установить, что сын рабочего был принят в классическую гимназию, которую окончил уже в советское время, когда она превратилась в "трудовую школу". После школы - землемерный техникум в Курске, работа в земельных отделах исполкомов в Белоруссии, Курске, Свердловске. Затем Брежнев внезапно вернулся на родину и сменил профессию, поступив в металлургический институт[3]. В двадцатипятилетнем возрасте вступил в партию. Начало его карьеры совпало с поворотом в истории страны, с годами "большого террора". В 1937 г. он был избран заместителем председателя городского совета Днепродзержинска, в 1938 г. переведен в Днепропетровск в областной комитет партии на должность заведующего отделом агитации и пропаганды.
  
  Восхождение Брежнева к верхним эшелонам власти началось при покровительстве нового первого секретаря ЦК украинской компартии Н.С. Хрущева. Присланный для наведения порядка, Хрущев проводил беспощадную чистку в республике, начиная с ее партийного аппарата. Сталин требовал от партийных руководителей подготовить "по два-три заместителя". Брежнев принадлежал к разряду руководителей, шедших на смену ликвидированным во время чисток. У, него обнаружился идеальный набор качеств, необходимых для неторопливого и неуклонного восхождения. Весьма заурядный, но надежный работник, он получил поддержку Хрущева сначала в обкоме, а потом в армии, где занимал должность начальника политотдела армии, заместителя, а в конце войны - начальника политуправления фронта, продвинувшись в званиях от подполковника до генерал-майора в 1945 г.
  
  Брежнев проявил единственный талант, необходимый партийному руководителю, - умение руководить: давать общие указания по всем вопросам, не будучи специалистом ни по одному из них. Взятый в 1950 г. в Москву Хрущевым, которого Сталин назначил секретарем ЦК, Брежнев в июле был направлен в Кишинев первым секретарем ЦК компартии Молдавии. Так он стал руководителем одной из пятнадцати советских республик.
  
  Из Днепропетровска в Кишинев Брежнев забрал с собой группу друзей, которые составили ядро его ближайших сотрудников, будущей "днепропетровской мафии". К этому ядру в Кишиневе примкнули "верные люди", в их числе заведующий отделом пропаганды и агитации ЦК молдавской компартии К.У. Черненко, который затем стал начальником канцелярии генерального секретаря, его ближайшим советником, был введен в Политбюро.
  
  В 1952 г. на XIX съезде партии Брежнева избрали кандидатом в члены вновь созданного Президиума ЦК. После смерти Сталина его переводят на политработу в вооруженные силы на пост хоть и второстепенный, но открывавший возможность приобрести покровителей среди маршалов и адмиралов.
  
  Усиление позиции Хрущева, ведшего непрекращающуюся борьбу за лидерство, одновременно служило продвижению Брежнева по лестнице власти: секретарь ЦК Казахстана, Председатель Верховного Совета СССР, секретарь ЦК КПСС. В октябре 1964 г. он предал своего патрона и поднялся на высшую ступень. Пройдет более десяти лет, прежде чем станет очевидно, что "коллективное" руководство при Брежневе превращается в единоличное точно так же, как при Сталине и Хрущеве. В конце 70-х годов ключевые посты в партии были заняты "брежневцами".
  
  Свержение Хрущева было бунтом служителей культа против верховного жреца, осмелившегося посягнуть на их касту. Вопрос о том, кому принадлежит власть в советском государстве, первым поставил Ленин. Развивая замечание Ленина о "бюрократическом извращении", потерявший власть Троцкий говорил о бюрократии, которая захватила власть в СССР. М. Джилас обновил точку зрения Троцкого, популяризировав выражение "новый класс". Значение знаменитой книги Джиласа "Новый класс" заключалось не только в том, что ее написал один из ближайших соратников Тито, герой партизанского движения, многие годы искренно поклонявшийся Сталину. Джилас познал сталинскую систему изнутри. Став исследователем, он убедительно показал - на примере Югославии - идентичность процессов, происходивших во всех странах, в которых власть взяла в свои руки коммунистическая партия.
  
  Обращение в этой связи к истории возникновения советской номенклатуры и механизма ее функционирования дает возможность понять характер властно-собственнических отношений, существовавших в СССР, закономерность становления бюрократической деспотии Сталина и ее исторический финал не только в Советском Союзе.
  
  Даже после 25 октября 1917 г. лидеры большевиков не сразу отказались от идеи государства-коммуны, где не будет постоянной армии, полиции, чиновничества и других атрибутов свергнутого ими эксплуататорского строя. Поначалу жила мечта о том, что все станут управленцами и потому не будет бюрократов. Разрушая прежний госаппарат, победители провозгласили Советы организационной формой диктатуры пролетариата. Принципы полновластия Советов, призванных принимать законы, организовывать и контролировать их исполнение, импонировали Ленину еще и потому, что исполнительный аппарат вышестоящих Советов имел право отменять решения, принятые подчиненными исполнительными органами. Это расценивалось как эффективная возможность ликвидации чиновничества и оперативного руководства страной.
  
  Жизнь, однако, быстро показала утопический характер планов, построенных без должного учета специфики России, где большинство составляли не рабочие, а кустари и крестьяне; при этом 82 % населения проживали в деревне, приблизительно 72 % были неграмотными. Политическая культура масс была невысока, что сказывалось на активности избирателей (даже в мирном 1922 г. на выборы в низовые Советы явилась лишь пятая часть имевших право голоса)[4]. Несколько месяцев Советы оставались органами народной власти и самоуправления на местах. К лету 1918 г. выяснилось, что съезды Советов всех уровней в значительной мере являются школой политического просвещения и воспитания масс, а не механизмом выработки и принятия решений. Несостоятельность съездов Советов как законодательной власти заключалась в слабой компетентности большинства делегатов. Съезды превращались либо в митинг, либо в инструмент одобрения политики партийных верхов. Поэтому властно-управленческие функции постепенно сосредоточились в исполкомах всех уровней, а позднее - в руках узкого круга руководителей.
  
  Это, в свою очередь, порождало и закладывало во всю систему два порока, которые в тот период были еще не так заметны, но в последующем проявились со всей очевидностью. Во-первых, исполнительная власть отрывалась от трудящихся, ослабевал контроль за ее деятельностью со стороны самого Совета. Во-вторых, обнаружилась тенденция сращивания исполнительной власти с партийными органами.
  
  Гражданская война привела к свертыванию деятельности Советов. На первый план выдвинулись чрезвычайные органы власти (ревкомы, комбеды, чрезвычайные комиссии, комиссары, уполномоченные и т.п.). "Чрезвычайщина" стала принципом, методом, приемом управления, основанным на принуждении и массовых репрессиях. Советы постепенно "затухали", ограничивались самоуправленческие начала их деятельности, усиливалась роль исполнительных органов, большинство из которых не избиралось, а назначалось. Их реальные права превосходили формальные полномочия выборных органов. Отсюда и ленинский вывод в марте 1919 г. о том, что Советы - органы власти не через трудящихся, а для трудящихся. Складывалась новая концепция государственности: Ленин был убежден, что в России нет другой такой политической силы, кроме партии большевиков, способной возглавить и повести народ от раскола к единству и затем к социализму, а Советы лишь рычаг (и при этом один из рычагов) в руках партии для управления государством.
  
  Следовательно, если говорить о характере политической власти, о государственном строе, то это была не диктатура пролетариата, а диктатура небольшого руководящего партийного меньшинства, выступавшего от имени класса. Позднее на XII съезде партии это открыто подтвердил член Политбюро ЦК РКП(б) Г.Е. Зиновьев: "Мы должны сейчас добиться того, чтобы и на нынешнем новом этапе революции руководящая роль партии или диктатура партии была закреплена. У нас есть товарищи, которые говорят: "диктатура партии - это делают, но об этом не говорят". Почему не говорят? Это стыдливое отношение неправильно... Почему мы должны стыдиться сказать то, что есть, и чего нельзя спрятать? Диктатура рабочего класса имеет своей предпосылкой руководящую роль его авангарда, т. е. диктатуру лучшей его части, его партии. Это нужно иметь мужество смело сказать и защитить..."[5].
  
  Ленин был убежден, что после революции возникнет "...новый тип государства без бюрократии... с заменой буржуазного демократизма новой демократией"[6]. Но приложимо ли это определение к тому государственному механизму, который был создан после революции? По многим параметрам аппарат управления страной не был ни новым, ни демократическим.
  
  Преемственность между старым и новым госаппаратом оказалась значительно большей, чем это представлялось теоретикам социализма из дореволюционного далека. Даже наркоматы были почти такими же, как при Временном правительстве. Из списка министерств Временного правительства исчезли только два - министерство исповеданий и министерство по делам Финляндии, а добавился лишь наркомат по делам национальностей. Это по форме, а по существу советские наркоматы с самого начала характеризовались еще большей, чем старые министерства, всеохватностью функций и стремлением огосударствить все отрасли, все области жизни - от экономики до нравственности. При этом ставилась задача управлять непосредственно не только всеми подведомственными учреждениями, количество которых с каждым днем росло, но и вникать во все вопросы их деятельности.
  
  Ни одно учреждение, ни в центре, ни на местах, шагу ступить не могло без разрешения наркомата. Ненасытное желание власти подчинить государственному регулированию все и вся вызвало к жизни две тенденции:
  
  1) высокий темп количественного роста госаппарата, взятый сразу после Октября - за полгода центральный аппарат управления (без местных органов) вырос почти до 30 тыс человек, а к 1922 г. перешагнул за миллион; содержание такого аппарата тяжелым бременем ложилось на и без того дефицитный бюджет;
  
  2) становление номенклатурного принципа подбора и расстановки кадров (хотя номенклатура официально введена постановлением Оргбюро ЦК РКП (б) только в 1923 г., ее ростки давали себя знать буквально в первые дни после революции).
  
  Эти два явления позднее легли в основание того, что впоследствии условно будет названо административно-командной системой управления.
  
  В ходе формирования советского госаппарата, задуманного как принципиально новый инструмент власти, оказалось, что преемственность в использовании старых традиций и элементов прежнего государственного механизма была гораздо более широкой и глубокой, чем это представлялось Ленину и его соратникам. Выяснилось, что в советских наркоматах значительную часть составляли служащие бывших правительственных учреждений, а по социальному составу наибольшая группа новых чиновников происходила из бывших служащих (до 50 %). Кроме того, на долю военнослужащих приходилось до 20 %. Лишь не более 10 % служащих вышли из рабочей среды. Иначе говоря, советский госаппарат заполнили "старослужащие", т.е. кадры буржуазного социально-государственного механизма[7]. Этот факт демонстрировал более значительную живучесть бюрократии и ее приспособляемость, чем это предвидели лидеры большевиков.
  
  Характерной чертой нового госаппарата являлось нарастание бюрократизации управления. Зарождение и прогрессирующее нарастание бюрократизма, присущее старой государственной системе, было свойственно и новой. Возможность искоренения его в условиях советской власти была еще одной иллюзией. Среди причин, обусловивших этот процесс в масштабах всей страны, можно назвать самые разные: огосударствление всего и вся, сверхцентрализация управления и, как ее следствие, разбухание управленческих кадров, использование старых чиновников и специалистов и др.
  
  Однако главной причиной, по мнению большинства исследователей, была общая культурная отсталость крестьянской страны, широких народных масс, политическая и общая неграмотность взявших власть трудящихся, в силу которой они не могли исполнять сложнейшие функции государственного управления. Не могли они и выдвинуть из своей среды достаточное количество опытных организаторов и руководителей. И то, что было менее заметно в верхнем звене управления - на уровне наркомов, среди которых порой встречались талантливые администраторы и управленцы, в среднем и низовом звеньях управления ощущалось почти как катастрофа.
  
  Вопль от отсутствия кадров, которых не было и которые подготовить быстро было невозможно, стал всеобщим, причем не только в "нацокраинах", но и в самих наркоматах. Периодические мобилизации на фронт, в Советы и из Советов на укрепление партийных органов вымывали из госаппарата даже те силы, которые имелись. Это, кстати, тоже способствовало сращиванию партийного аппарата с советским.
  
  В целом же в 1917- 1922 гг. государственный строй, режим политической власти еще не определился, не устоялся. Тем не менее уже тогда, объединяя в себе весьма разнородные черты, это был режим всевластия одной партии, постепенно устранявшей с политической арены все другие партии. Одновременно рождалась сильная министерская (нар-коматская) власть, подминавшая под себя рычаги прямого оперативного управления всеми областями государственной жизни. Вместе эти две силы постепенно отодвигали на задний план конституционную власть в лице Советов. Наряду с этим вследствие экстремальных обстоятельств существовала еще одна "власть" - чрезвычайные органы и "чрезвычайщина" как метод управления государством.
  
  В итоге не получилось "государство-коммуна", не получилась и "диктатура пролетариата". Это признал и Ленин в статье "Кризис партии" (январь 1921 г.). "Я должен исправить еще одну ошибку, - писал он. - Мне надо было сказать: "Рабочее государство есть абстракция. А на деле мы имеем рабочее государство, во-1-х, с той особенностью, что в стране преобладает не рабочее, а крестьянское население; и во-2-х, рабочее государство с бюрократическим извращением". А передачу управления народным хозяйством в руки беспартийных рабочих он назвал опасным синдикализмом, "демократией до бесчувствия", которая уничтожает "тем самым необходимость в партии"[8].
  
  Не было ясности и в том, в какую политическую систему трансформируется новая российская государственность. Здесь уместно напомнить, что двумя столетиями раньше, 22 января 1722 г., Петр I из самых лучших побуждений наладить работу государственного механизма даровал отечеству Табель о рангах. Результатом было появление в обществе особой прослойки людей - чиновничества, обособление бюрократии от общества, еще более глубокое, чем прежде, расслоение общества на сословия, законодательное оформление появления людей "второго сорта" - служащих, не включенных в Табель о рангах. Всегда ненавистная для россиян бюрократия, блистательный портрет которой оставил Салтыков-Щедрин, за 195 лет переродилась до полной неузнаваемости.
  
  Как бы то ни было, Табель о рангах стал своеобразной предтечей и советской номенклатуры. Уже в 1923 г. на XII съезде РКП(б) было решено наряду с партийными кадрами подбирать "...руководителей советских, в частности хозяйственных и других органов, что должно осуществиться при помощи правильной и всесторонне поставленной системы учета и подбора... работников советских, хозяйственных, кооперативных и профессиональных организаций". Съезд рекомендовал расширить и укрепить учраспредотделы партии в центре и на местах "с целью охвата всей массы" работников "во всех без исключения областях управления и хозяйствования"[9].
  
  Эти решения открывали новый период в истории советской кадровой политики. Для того чтобы "назначенство" стало одним из методов управления, оно должно было получить какое-то нормативное оформление. Со второй половины 1923 г. под руководством Молотова и Кагановича начала работать комиссия, которая готовила решение и инструкцию о назначениях. Заметим, что решения XII съезда партии были подтверждены на XIII и на всех последующих съездах партии, а в обиходе между партийцами это получило название "овладеть госаппаратом".
  
  12 июня 1923 г. Оргбюро ЦК приняло постановление "О назначениях", в октябре 1923 г. ЦК партии вынес решение об основных задачах учетно-распределительной работы[10], 16 ноября 1925 г. оргбюро приняло новое развернутое положение о порядке подбора и назначения работников номенклатуры[11]. Эти и подобные документы в открытой печати никогда не публиковались.
  
  Сущностной с точки зрения властно-собственнических отношений особенностью номенклатуры являлось то, что в пору установления ее господства списки номенклатурных должностей становились предельно секретными. Это стало одной из главных основ моновласти Сталина, ибо он сам контролировал эти списки и понимал, что действовать будут не конституция, не другие законы, а выпестованные им номенклатурные принципы власти. Идеальные признаки номенклатурного работника им были определены, сформулированы и обнародованы на XII съезде партии. Это - "...люди, умеющие осуществлять директивы, могущие понять директивы, могущие принять эти директивы, как свои родные, и умеющие проводить их в жизнь. В противном случае политика теряет смысл, превращается в махание руками. Вот почему уч-распред... приобретает громадное значение". И, чтобы ни у кого не возникало вопросов, добавил: "Необходимо каждого работника изучать по косточкам"[12].
  
  Таким образом, номенклатура была всеохватывающей: она действовала как жесткая закрытая система, включавшая и партийных и беспартийных. Номенклатурный работник в каком-то смысле стоял выше, чем просто коммунист. Это было "гениальное" изобретение Молотова - Кагановича, сила которого заключалась в изначальной незаконности, а значит, в бесконтрольности и безответственности. Ведь ни в одном законодательном или нормативном акте, ни в положении о наркомате, ни в положении о Советах ни слова не говорилось о том, что нарком или председатель исполкома назначаются на должность и получают власть только по решению ЦК правящей партии. Не трудно понять, что такой принцип "кастового", внутрикорпоративного присвоения государственных должностей всецело противоречил конституционным нормам СССР о выборности народной власти.
  
  Однако если сравнивать положение "номенклатурщика" в 30-е и 70-е годы, то приходится констатировать, что в 70-е оно было несравнимо более комфортным. В 30-е годы "кадры" пребывали в постоянном страхе: путь наверх был сопряжен с риском, а достижение искомой вершины вовсе не гарантировало спокойной жизни и продолжительной карьеры. Дело в том, что в 20 -30-е годы периодически проводились чистки не только партийных рядов, но и госаппарата.
  
  Чистки вошли в жизнь советского общества как перманентное состояние партии большевиков, действенное средство борьбы с инакомыслящими, универсальное средство расправы с потенциальной оппозицией в партии и в госаппарате. При этом два обстоятельства обращают на себя особое внимание. Первое из них заключалось в том, что вся деятельность по организации чистки протекала под знаком обязательного привлечения широких трудящихся масс к активному участию в собраниях и разного рода обсуждениях. Тем самым для значительной части населения это была своеобразная школа постижения правил поведения и законов существования в условиях авторитарного режима, для начальников - уроки строгости подбора и отбора кадров, проверки их политических качеств. Система отторгала специалистов, которые не внушали доверия по социальным и политическим признакам. Она вбирала лишь тех, кто соответствовали требованиям анкеты, проводили генеральную линию партии, были преданы режиму и "не водились" с чуждыми элементами.
  
  Второе обстоятельство состояло в следующем. Чистка вызывала к жизни такое довольно массовое явление, как выдвиженчество, т.е. направление на работу в госаппарат на административные и хозяйственные должности рабочих от станка и крестьян от сохи.
  
  Чистки исчерпали свои возможности к началу 30-х годов, и тогда нормой стало другое, еще более страшное "мероприятие" - массовые репрессии. В годы массовых репрессий решающее слово в определении судьбы назначенцев и всей партийно-государственной номенклатуры имели уже не партийные, а карательные органы. Как позднее писал Н.С. Хрущев, "...руководящие органы, которые выбирались, зависели уже не от тех, кто их выбирал, а от чекистских органов: какую оттуда дадут характеристику". Репрессии коснулись всех слоев общества, всех государственных, кооперативных, общественных организаций, создавая катастрофическую нехватку кадров во всех наркоматах и ведомствах.
  
  Становление национал-большевизма в крестьянской стране сопровождалось сменой идеологических ориентиров, насаждением великодержавных взглядов. Одних такой поворот устраивал, ибо возрождались имперские традиции, других по той же причине настораживал. Чистки и репрессии окончательно уравняли все слои населения, превратив советских людей, по выражению Сталина, в винтики единого механизма. Как ни значительна была дистанция между рабочим и руководителем любой отрасли промышленности, между колхозником и главой наркомзема, между бойцом Красной Армии и прославленными маршалами, наконец, между рядовым членом партии и секретарем ЦК ВКП(б), никто не был застрахован ни от суровых административных наказаний, ни от отправки в ГУЛАГ.
  
  Россияне исстари возлагают ответственность за все происходящее на "начальство", будь то сельский староста, урядник, помещик, предводитель уездного дворянства, губернатор и т.д. На вершине власти находился царь. Но недаром вековая мудрость учила: до царя далеко, а помещик рядом. Нечто похожее происходило при Сталине. Миллионы людей не просто ощущали его всесилие - они были приучены видеть в нем справедливого вождя, отца народов, труженика, в кремлевском кабинете которого всю ночь горел свет.
  
  К местному руководству чаще всего относились иначе: оно было на виду, с него и спрос был другой. Вековая привычка сохранялась. И когда из партии исключали директора завода, председателя колхоза, секретаря партийной организации, а потом их объявляли врагами народа, общественность готова была поверить, что они виноваты.
  
  Иначе говоря, номенклатура всех уровней несла наибольший урон. Наиболее пострадали промышленные наркоматы, Красная Армия, директорский корпус. Особо следует сказать о гибели руководителей, возглавлявших как местные организации ВКП(б), так и районные, городские, областные и республиканские комитеты правящей партии. В 1937-1939 гг. партноменклатура почти повсеместно обновлялась не менее двух-трех раз. Разве это не парадокс? Ведь речь идет о преданных советской власти людях, которые после смерти Сталина (за редким исключением) были реабилитированы.
  
  Номенклатурный принцип руководства советским обществом окончательно утвердился именно к исходу 30-х годов. Ряд историков склонны трактовать это как своего рода отрезвление после вакханалии арестов, достигшей пика в 1937- 1938 гг. Версия представляется правдоподобной, но без серьезных конкретно-исторических исследований спешить с обобщениями не следует. И все же главное ясно: к этому времени в трудовую жизнь вступала весьма многочисленная новая советская интеллигенция, среди которой наиболее представительную группу составляли выпускники технических вузов, недавние комсомольцы, молодые коммунисты; многие выросли в рабочих семьях, имели определенный опыт хозяйственной и общественной работы. Они были полны энергии и задора первооткрывателей, обычно присущего их возрасту.
  
  Речь идет о питомцах культурной революции, которая, согласно утверждению Сталина, произошла между XVII и XVIII съездами ВКП(б), т.е. в 1934- 1939 гг. Если под культурной революцией понимать идеологический переворот, обеспечивший господство догм, взглядов и настроений, санкционированных вождем, то спорить не приходится. Впрочем, дело не в дефинициях. Новое поколение знакомилось с историей не по учебникам (напомним, история как учебная дисциплина вошла в школьную программу в конце 30-х годов). Оно штудировало работы и выступления генсека. Молодых почти не беспокоили внутрипартийные разногласия времен. Они на всю жизнь усвоили, что Сталин - это Ленин сегодня, Троцкий - враг Љ 1, Зиновьев, Каменев, Бухарин и иже с ними - двурушники, предатели, шпионы, классовая борьба обостряется...
  
  Впоследствии, сравнивая номенклатуру 20-х годов с тем слоем, который "вступал во власть" в предвоенные годы, исследователи отмечали много общих черт, характеризовавших партийно-государственные кадры СССР обоих периодов. Увидели и отличия: выдвиженцы, поднявшиеся на волне массовых репрессий, были в целом образованнее и, по выражению одного из писателей, бесхребетнее.
  
  Уместно подчеркнуть, что именно в предвоенные годы начиналась карьера Брежнева, Косыгина, Устинова, Громыко, Суслова и ряда других будущих деятелей ЦК КПСС и политбюро времен так называемого застоя. Никто из них не смели при жизни Сталина перечить начальству или задавать ему "лишние" вопросы. Такая линия поведения вошла в привычку руководителей всех рангов, подведомственных высшей власти. Мотивировка поведения каждого аппаратчика была предельно проста: "Я солдат партии".
  
  Разумеется, они лукавили. И дело было не столько в их личных качествах (хотя и это имело значение), сколько в устоявшихся правилах поведения, в природе политического режима. Сверхсекретный, он одновременно был гибким и эффективным. Устраняя "ненадежных", он открывал дорогу кадрам из низов, из глубинки, из народа. Тем, кого советская власть приняла в свои ряды, помогали учиться, давали жилье, обеспечивали спецпитанием, спецзаказами, путевками в санатории...
  
  Интересное свидетельство приводит Светлана Аллилуева. Когда в начале войны она приехала из Куйбышева в Москву, Сталин спросил у нее: "Ну, как ты там, подружилась с кем-нибудь из куйбышевцев?..." - "Нет", - ответила я, - "там организовали специальную школу из эвакуированных детей, их много очень", - сказала я, не предполагая, какова будет реакция на это.
  
  Отец вдруг поднял на меня быстрые глаза, как он делал всегда, когда что-либо его задевало: "Как? Специальную школу?" - Я видела, что он приходит постепенно в ярость. "Ах вы! - он искал слова поприличнее, - "ах вы, каста проклятая! Ишь, правительство, москвичи приехали, школу им отдельную подавай! Власик подлец, это его рук дело!..." Он уже был в гневе, и только неотложные дела и присутствие других отвлекли его от этой темы.
  
  Он был прав, - приехала каста, приехала столичная верхушка в город, наполовину выселенный, чтобы разместить все эти семьи, привыкшие к комфортабельной жизни и "теснившиеся" здесь в скромных провинциальных квартирах... Но поздно было говорить о касте, она уже успела возникнуть и теперь, конечно, жила по своим кастовым законам"[13].
  
  Война списала все "издержки" советской табели о рангах, все потери, вызванные изменениями в численности и составе советской номенклатуры. Насильственные чистки и кровавые репрессии как бы нашли оправдание в условиях смертельной схватки с фашизмом, когда, по уверению Сталина, советское общество не знало "пятой колонны", было свободно от троцкистов, сторонников правого уклона и им подобных врагов народа.
  
  В 1946 г. была создана Академия общественных наук при ЦК ВКП(б), в которой готовились кадры для районных, городских, областных и республиканских комитетов партии. Часть слушателей защищали кандидатские диссертации, т.е. особое внимание было уделено расширенному воспроизводству "теоретически подкованных специалистов по основам марксизма-ленинизма". В этом заключалась одна из главных задач академии. Одновременно была расширена и реорганизована сеть высших партшкол, в которых (на дневных и заочных отделениях) проходили переподготовку местные партийные и советские работники.
  
  Аналогичные изменения претерпевала подготовка кадров в ВЛКСМ и в профсоюзах. Соответствующим образом менялись порядок и программы переподготовки специалистов в институтах повышения квалификации работников, подведомственных наркоматом всех отраслей народного хозяйства.
  
  В том же году были разработаны новые списки номенклатурных должностей; приоритет отдавался систематическому, повседневному изучению и проверке политических качеств назначенцев; создавался резерв для выдвижения. Видимо, тогда же были введены "конвертные", или "пакетные" добавки к зарплате партийных и государственных чиновников, причисленных к номенклатуре.
  
  Но, как ни серьезны были указанные перемены, по-прежнему господствовал хорошо отлаженный механизм идеологических чисток и массовых репрессий, в жернова которых могли попасть (и попадали!) не только низшие чины, но и руководители, окружавшие Сталина. Иначе говоря, работники госаппарата никакой "страховки" не имели. Судя по всему, боялся за свою жизнь и сам глава советской империи.
  
  Можно по-разному оценивать роль Хрущева, ставшего в 1953 г. следующим лидером советского общества. Одно несомненно: с его приходом эпоха массовых чисток и репрессий закончилась. Новый партийный вождь был человеком импульсивным, порой даже сверх меры, ловко владел административными рычагами. На них и уповал. Тем более поразительно: именно он - ученик, выдвиженец, соратник Сталина - напрочь отказался от традиционных форм и методов массового насилия, без которых невозможно представить сталинскую номенклатуру и проводимую ею политику.
  
  Произошло это не в одночасье. К тому же Хрущев, увлекавшийся реорганизациями, держал кадры в нервном напряжении. Устранение Берии повлекло за собой многочисленные перемещения работников силовых ведомств, чистку аппарата госбезопасности, перевод значительной части комсомольских руководителей в КГБ. Нелегко проходила в 1957 - 1958 гг. замена министерств совнархозами, сокращение вооруженных сил в конце 50-х годов. Не осталась бесследной и борьба с так называемой антипартийной группой в 1957 г.
  
  Все это задевало интересы широкого круга руководителей, не желавших менять место работы (а сплошь и рядом - места жительства). Однако поначалу срабатывал давний рефлекс: "Партия велела..." Ослушание могло кончиться плохо. Отказ Хрущева от террора освобождал людей от страха. Едва ли не первой ласточкой стали анекдоты о "Никите". Лучше всех ситуацию поняли консервативно мыслившие аппаратчики. Настроенные против каких-либо существенных перемен, они тосковали по административно-командным методам руководства. Им претила идея экономической состязательности, а тем более введения гласности.
  
  Номенклатура не мыслила развития общества без жесткого планирования и руководящей роли партийных организаций во всех сферах жизни, включая личные судьбы людей. Даже незначительная демократизация, сопровождавшаяся гласностью, высвечивала некомпетентность чиновников, сросшихся со своими креслами и усвоивших за годы сталинщины только одно: чтобы выжить и успешно продвигаться наверх, необходимо усердно подхватывать лозунги, не бояться брать любые (даже самые фантастические) обязательства и уметь отчитываться. Хрущевские инициативы, которые сплошь и рядом сопровождались единоличной перетасовкой кадровой "колоды", вызывали тревогу и раздражение партийно-государственной бюрократии. В то же время она понимала, что, сломав сталинскую машину террора и репрессий, не обладая статусом вождя народов, Хрущев обезоружил себя перед номенклатурой. Последняя получила реальную возможность захватить государство в свою собственность, что и не преминула сделать. В итоге на смену режиму личной диктатуры Сталина пришло авторитарное всевластие номенклатуры. Формально даже в 80-е годы ничего принципиально нового в однажды созданный механизм отбора кадров не было внесено.
  
  Новизна сводилась к количественному расширению номенклатурных должностей и к увеличению продолжительности сроков пребывания в занимаемой должности. Если характерной особенностью "сталинской" номенклатуры были частые перемещения (в среднем каждые 2 - 3 года), то для "брежневской" номенклатуры показательна большая длительность пребывания в одной должности. Были среди номенклатурщиков чемпионы, состоявшие, например, в должности министров около 20 и более лет. Так, К.Н. Руднев в ранге министра возглавлял приборостроение и оборонную технику 22 года, Б.Е. Бутома - судостроительную промышленность 28 лет, Е.Е. Алексеевский - мелиорацию 16 лет. Но все рекорды побили А.А. Ишков, который был наркомом (министром) рыбной промышленности в течение 39 лет, и Н.К. Байбаков, который 40 лет являлся членом правительства (сначала наркомом нефтяной промышленности, а на заключительном этапе - председателем Госплана СССР).
  
  Номенклатура, в которую входили работники учреждений, промышленного производства, строительства, транспорта, сельского хозяйства, торговли, по численности превосходила партаппарат. В целом, по мнению ряда специалистов, советская элита (если иметь в виду и членов семей) насчитывала в 80-е годы примерно 3,5 - 4 млн человек. И хотя эта прослойка была не так уж мала, сила ее была намного значительнее удельного веса в составе населения, ибо она определялась причастностью к власти.
  
  Нормой было разделение труда. Если госаппарат (министерства, Советы и т.п.) действовал в отраслевом или территориальном масштабе, то "партийная власть", будучи всеобъемлющей и универсальной, подчиняла себе все сферы жизни общества, всю страну. Генерируя руководящую волю, КПСС через номенклатуру всех уровней доносила ее до каждой клеточки государственного и общественного механизма. Именно этим в решающей мере объяснялась единонаправленность, слаженность действий и устойчивость всей советской системы.
  
  Уникальность номенклатуры состояла в том, что это была пирамида абсолютной политической, экономической и идеологической власти, в рамках которой законодательные, исполнительные, контрольно-судебные функции были сосредоточены в центральном аппарате партии. В то же время органы управления и распределения были дуалистичны: руководящие органы находились в иерархии партаппарата, а исполнительные органы - в сфере действия госаппарата. И для тех и для других конституция СССР была пустой формальностью, а воля аппарата - абсолютной силой. В результате существовал режим, при котором управлял не народ и даже не государство, а партия. Именно она монопольно планировала, контролировала, распределяла, одним словом, управляла.
  
  Соло, разумеется, принадлежало Политбюро, возглавлявшему пирамиду власти, которой неукоснительно подчинялись номенклатура ЦК КПСС, номенклатуры ЦК республиканских компартий, номенклатуры областных и районных комитетов.
  
  Чем отличалось чиновничество 60 -80-х годов от бюрократов 20 -30-х?
  
  Во-первых, изменилось социальное происхождение высшей номенклатуры. Номенклатуру 60-80-х годов в подавляющем большинстве представляли люди, родившиеся в семьях бедного крестьянства и неквалифицированных рабочих и служащих, из деревень и сел или городов, не являвшихся областными центрами. Как государственные деятели они формировались во время массовых репрессий, в период бурных социальных изменений. Миграция из села в город создала промежуточный тип личности - полусельский, полугородской. Номенклатура поглощала тех из них, кто были восприимчивы к ней, к ее методам, к давлению, к приказу, к единомыслию.
  
  Во-вторых, изменился образовательный уровень кадров. В номенклатуре 60 - 80-х годов доминировали люди с техническим, военным и сельскохозяйственным образованием. Многие из них получали также партийное (комсомольское) образование. Высшее образование было престижным. В условиях коррумпированности оно нередко подменялось властным присвоением "квалификации".
  
  Отметим важную особенность: среди высшей номенклатуры почти полностью отсутствовали юристы. Между тем в современной практике высокоразвитых стран их число в законодательных органах достигает 20 - 30 % состава.
  
  В-третьих, существовала определенная последовательность продвижения по номенклатурной лестнице. Членом ЦК чиновник становился только пройдя через депутатство в Верховном Совете СССР, как правило, нескольких созывов. Верховный Совет был фильтрующим "предбанником" для всех, стремившихся попасть в члены ЦК партии. Здесь партия проверяла свои кадры на их умение и навыки обращения с властью, на их преданность режиму.
  
  Со временем номенклатура стала воспроизводить саму себя, отбирая в число олигархов людей с необходимыми качествами и щедро их вознаграждая. В итоге она состояла из взаимоподдерживаемых групп, объединявшихся или конфликтовавших. Номенклатурную иерархию можно сравнить с вассально-сюзеренной системой, типичной для феодального общества. Каждый номенклатурный работник имел своих подданных, в то же время являясь вассалом вышестоящего руководителя. Больше всего подданных было у генерального секретаря - у него не было сюзерена, однако он не мог не учитывать желаний своих вассалов.
  
  Неписаная программа номенклатуры сводилась к трем пунктам: расширение власти, расширение привилегий, возможность спокойно пользоваться властью и привилегиями. Хрущев посягнул на эту программу.
  
  Вспомним героя сатирической комедии Маяковского "Баня", бюрократа и номенклатурного работника Победоносикова, который кричал: "Попрошу меня не будоражить!". После 1953 г. кое-что изменилось. Но только "коллективное руководство", избранное октябрьским пленумом ЦК в 1964 г., полностью ублажило "номенклатуру". Первые действия нового руководства состояли в отмене хрущевских реформ: отменялись деление партии и ротация, ликвидировались совнархозы и восстанавливались традиционные министерства. Одновременно для успокоения населения разрешались приусадебные участки, прекращалось активное преследование церкви и религии.
  
  В мае 1965 г. состоялся пленум ЦК, посвященный сельскому хозяйству. Брежнев после свержения "Никиты", как и Хрущев после смерти Сталина, возлагал вину за сельскохозяйственные неудачи на своего предшественника. Новый первый секретарь предлагал меры, которые должны были, наконец, решить сельскохозяйственные проблемы СССР.
  
  С первых послереволюционных дней коммунистическая партия упорно искала философский камень, который позволил бы совершить чудо - обеспечить страну сельскохозяйственными продуктами. Был ленинский план кооперации, затем сталинская коллективизация. После коллективизации испытывались самые различные "волшебные" средства: шарлатанские рецепты Лысенко, фантастические проекты посадки лесов и орошения пустынь, глубокая вспашка и торфяные горшочки, освоение целины. Все планы основывались на принципе экстенсивного развития сельского хозяйства.
  
  Брежнев обещал колхозникам освобождение от "кукурузной" обязанности и перенос внимания с целинных земель на земли в центре страны. До конца 1970 г. устанавливалась сравнительно низкая норма обязательных поставок, что должно было способствовать увеличению закупок сельскохозяйственных продуктов государством по повышенным ценам. Упор делался на значительное расширение мелиоративных работ, строительство каналов, увеличение производства удобрений, сельскохозяйственных машин. В связи с этим предусматривалось выделение огромных средств на капиталовложения в сельское хозяйство. В план 8-й пятилетки (1966-1970) были включены давно ожидаемые социальные меры: право колхозников на пенсию и введение минимальной месячной заработной платы для колхозников, которая была значительно ниже не только заработной платы на заводских предприятиях, но и в совхозах.
  
  На самом деле все эти обещания имели своим истоком политику, начатую Хрущевым в 1958 г. [14]; но их очистили от рекламных эффектов, хвастовства и представили как "научный план".
  
  Инициатором реформ, направленных на исправление "волюнтаристских ошибок Хрущева в промышленности", выступил Председатель Совета Министров Косыгин. Но они тоже были начаты Хрущевым. Главная идея была изложена в статье "План, прибыль, премия", опубликованной в "Правде" 9 сентября 1962 г. Автор статьи профессор Харьковского инженерно-экономического института Е. Либерман предложил сделать критерием оценки деятельности предприятия его рентабельность, т. е. прибыльность. Это значило учитывать спрос и предложение, используя материальное стимулирование рабочих. Необходимым условием осуществления этой реформы было предоставление предприятиям широкой автономии, освобождение их от мелочной опеки со стороны плановых органов и госконтроля.
  
  Хрущев решил использовать предложения Либермана, поддержанные крупнейшими советскими экономистами Л.В. Канторовичем, B.C. Немчиновым, В.В. Новожиловым. В августе 1964 г. началась проверка этих идей на двух текстильных фабриках: "Большевичка" - в Москве и "Маяк" - в Горьком. После падения Хрущева новое руководство распространило эксперимент на ряд других предприятий и объявило о подготовке программы реформ, охватывавших всю промышленность страны. Но и эти замыслы были обречены на провал, ибо в них пытались сочетать несовместимое: расширить права предприятий и восстановить центральные министерства, ликвидированные в 1957 г. О подобной попытке решить квадратуру круга писал В.О. Ключевский, характеризуя реформы Петра I: "Он надеялся грозою власти вызвать самодеятельность в порабощенном обществе... хотел, чтобы раб, оставаясь рабом, действовал сознательно и свободно"[15].
  
  70-е годы оказались золотым веком номенклатуры. Такого счастливого времени, какое было при Брежневе, правящий класс еще никогда не знал. Вместе со спокойствием и уверенностью, которых он был лишен и во времена Сталина и, правда, в меньшей степени, в хрущевское "славное десятилетие", он обрел устойчивость, а следовательно, и самоуважение.
  
  Всевозможными привилегиями создавался необычайно высокий уровень жизни. Это касалось всего: условий работы и отдыха, снабжения, приобретения жилищ, получения образования, возможности воздействовать на судьбы людей.
  
  Все вместе взятое это усиливало характерные для бюрократии черты: зависть, жадность, вседозволенность и пренебрежение к закону, одновременно росла ненависть к тем, кто могли бы нарушить устойчивый благополучный строй жизни: к диссидентам, к враждебным "голосам" из зарубежья, к фрондирующим писателям и артистам, просто к жалобщикам, "качающим" какие бы то ни было права, и, уж конечно, к евреям.
  
  В те годы для советской элиты были выстроены новые дома по самым современным западным образцам: с плавательными бассейнами, саунами, подземными гаражами, закрытыми магазинами. Установленная в городах общесоюзная санитарная норма - 9 кв. м на человека не учитывалась, когда речь шла о высокопоставленном чиновнике - важна была занимаемая должность. Жилье обрело социальную значимость и престижность. В крупных городах, и прежде всего в столичных, для высшей бюрократии выстраивались дома в изолированных от остальных граждан районах. Центры перепланировались, теперь здесь жило классово-однородное население. Правда, допускались сюда иностранцы. Примером служит, конечно, Москва, где многие улицы и переулки были перестроены, многие дома снесены, а на их месте воздвигнуты другие, именуемые домами "высшей категории".
  
  На реконструированном Новом Арбате был открыт ночной клуб для иностранцев. На Краснопресненской набережной для них же, представителей враждебного капиталистического мира, выстроили целый комплекс - настоящий сеттлемент лишь с одной поправкой: его жители не пользовались правом экстерриториальности, к тому же постоянно находились под бдительным оком КГБ. В одном блоке были размещены офисы представительств иностранных банков и кампаний. В соседнем - квартиры и гостиница для иностранцев. Внутри комплекса - бары, рестораны, ночной клуб. Пускали туда только иностранцев или гостей, приглашаемых ими, правда, позволялось посещать комплекс и дорогим проституткам. Проституция в СССР была запрещена законом. Здесь же власти шли на уступки не только для того, чтобы повеселить дорогих иностранных гостей, но и, если удастся, выудить у них полезную информацию. Советская элита ограниченно допускала иностранцев в свою среду.
  
  Социальные барьеры укреплялись в образовании. Еще в конце 50-х годов в ряде столичных городов были созданы спецшколы, в которых обучение со второго класса велось на иностранных языках. Постепенно их сеть расширялась соответственно росту правящего класса и его потребностям. Процент детей рабочих в этих школах был крайне незначителен. Дети, общаясь между собой, постоянно чувствовали свою избранность, которая "по праву рождения" проникала в их плоть и кровь. Часто избранность закреплялась браком. Создавались своего рода династии. Оказалось, что КПСС не против династий. На страницах советских газет то и дело помещали рассказы о рабочих династиях сталеваров, шахтеров, машинистов, иногда даже о династиях ученых. Государство призывало детей рабочих и колхозников "перенимать эстафету" у их дедов и отцов. Но не было случая, чтобы упоминали о династиях политических, тех, кто находились у кормила власти. Тем не менее общественность все знала о семействе Брежневых: сын был заместителем министра внешней торговли, дочь - замужем за заместителем министра внутренних дел, сестра жены Брежнева была женой министра внутренних дел.
  
  Обнаружилась и особая форма ностальгии, присущая советскому правящему классу - ностальгия по прошлому; начался поиск знатных предков. Рабоче-крестьянское происхождение сохранялось лишь для анкеты. Борясь на службе за идеологическую чистоту, немало высших партийных чиновников втихомолку скупали картины официально непризнанных или заклейменных художников: абстракционистов, ташистов, примитивистов и других.
  
  Стремление к всякого рода наслаждениям стало как бы образом советской жизни на ее высшем уровне: охота и рыбная ловля в специально отведенных угодьях; путешествия за границу, оплачиваемые, как правило, либо государством, либо иностранными фирмами, торгующими с СССР и приглашавшими нужных им для заключения контрактов людей; снабжение через сеть закрытых магазинов; возможность смотреть заграничные кинофильмы, недоступные широкой аудитории; привилегии в приобретении билетов в театры, в концертные залы...
  
  У номенклатуры было остро развито социальное чутье. Те, кто принадлежали к ней, редко общались с рабочими или колхозниками даже у себя дома, а о загранице и говорить не приходится. "Пролетарский интернационализм" имел своеобразную окраску. Находясь за пределами СССР по служебным делам или с различными визитами, советские представители встречались, как правило, с людьми высокопоставленными; они-то и были их братьями и сестрами по классу. Побывавшая в США в декабре 1983 г. делегация Комитета советских женщин во главе с заместителем председателя комитета Елисеевой была принята дамами из нью-йоркского и бостонского "высшего света"; жизнь американского рабочего класса гостей не занимала.
  
  "Сладкую жизнь" вели номенклатурные работники и в союзных республиках, где чинопочитание ценилось еще больше, цепь зависимости от начальства была прочнее, а коррупция являлась обыденным фактом.
  
  В определенном смысле стабильность действительно стала нормой. Бессменно находились на своих постах Алиев в Азербайджане, Кунаев в Казахстане, Ниязов в Туркмении, Рашидов в Узбекистане, Усубалиев в Киргизии, Шеварднадзе в Грузии, Щербицкий на Украине... Столь же постоянными и всесильными были руководители автономных республик, секретари обкомов, горкомов. То же самое можно сказать о многих министрах общесоюзного ранга и об их окружении, в котором нередко преобладали люди пенсионного возраста. Что уж говорить о партийном ареопаге, о возрасте и состоянии здоровья членов Политбюро 70 -80-х годов...
  
  К концу восемнадцатилетнего правления Брежнева стагнация становилась очевидной. Партийные верхи все чаще стали думать о необходимости "подкрутить гайки", укрепить дисциплину и навести "порядок". Но сначала нужно было найти преемника сходившему со сцены впадавшему в маразм Брежневу.
  
  В 1979 г. был уволен в отставку, а спустя год умер Председатель Совета Министров СССР А.Н. Косыгин, с именем которого нередко связывали неоправдавшиеся ожидания экономической реформы. Фактическое отстранение от дел в начале 80-х годов второго секретаря ЦК А.П. Кириленко, смерть главного идеолога партии М.А. Суслова усилили борьбу среди возможных претендентов на пост генерального секретаря. Ведущей фигурой в этом соревновании стал шестидесятивосьмилетний Ю.В. Андропов, возвратившийся в 1982 г. в аппарат ЦК КПСС из КГБ.
  
  Брежнев умер в ноябре 1982 г. Механизм перехода власти от умершего генерального секретаря сработал, по-видимому, без особых сбоев. Впервые в истории КПСС и советского государства не было ни разногласий в выборе пути, как то было после смерти Ленина, ни драматической борьбы внутри правящей верхушки с арестами, казнями, использованием вооруженной силы, как это случилось вскоре после смерти Сталина, ни заговора, устранившего еще живого вождя - Хрущева (бескровный переворот в октябре 1964 г.). Подковерная борьба закончилась победой Ю.В. Андропова, избранного Генеральным секретарем ЦК КПСС на следующий же день после смерти Брежнева.
  
  Кандидатуру Андропова предложил его ближайший соперник К.У. Черненко, которому в то время исполнился 71 год.
  
  Политическую карьеру Андропов (1914- 1984) начал в конце 30-х годов, когда на смену уничтожаемым старым партийным кадрам спешно выдвигались активисты районного и областного масштаба, с энтузиазмом помогавшие находить и разоблачать "врагов народа". Секретарь Ярославского обкома комсомола в конце 30-х годов, руководитель комсомола Карело-Финской ССР после советско-финляндской войны 1939-1940 гг., в конце 40-х годов он стал вторым секретарем компартии в той же республике.
  
  В пору позднего сталинизма единственным залогом безопасности, а при удаче - успешной карьеры была постоянная демонстрация преданности вождю. Повседневная лояльность режиму считалась недостаточной. Андропову повезло: в ходе послевоенной чистки арестовали не его, а первого секретаря. Будущий же генсек в 1951 г. был взят на работу в аппарат ЦК ВКП(б).
  
  В 1954- 1957 гг. Андропов находился в Будапеште в качестве посла СССР. После подавления венгерской революции был назначен заведующим отделом социалистических стран ЦК КПСС. В 1962 г. был избран секретарем ЦК, достигнув необходимой ступеньки на лестнице, ведущей к высшей власти. В 1967 г. ему была поручена традиционно опасная должность председателя КГБ. Он стал 13-м по счету руководителем советской тайной полиции. Пятеро его предшественников были казнены (в том числе Ягода, Ежов и Берия) как враги народа, а трое впали в немилость. Судьба Андропова сложилась иначе. В 1973 г. он уже член Политбюро, еще через 5 лет КГБ получил статус самостоятельного ведомства.
  
  Пятнадцать лет пребывания Андропова в КГБ отмечены "успехом" в разложении и подавлении диссидентского движения внутри страны и усилением советского шпионажа за границей. Пост, который в прежние времена являлся как бы моральным препятствием для достижения высшей власти, теперь послужил трамплином для решающего прыжка. Работа системы по созданию синтетического типа руководителя, который бы вполне соответствовал ленинскому принципу - хороший коммунист есть в то же время и хороший чекист - завершилась, чего не удалось достигнуть Берии и Шелепину, добился Андропов,
  
  К этому времени (за 18 лет правления Брежнева) ежегодный прирост национального дохода страны снизился с 9 % до 2,6 %, а промышленного производства - с 7,3 % до 2,8 %, резко сократилась и производительность труда в промышленности. В сельском хозяйстве она выражалась минусовой цифрой. Несмотря на огромные суммы, достигшие, начиная с 1975 г. гигантской цифры - 27 % от всех капиталовложений, деревня продолжала деградировать. Земля не плодоносила из-за истощения почв, колхозники не желали работать из-за низкой компенсации труда[16].
  
  Чтобы поддерживать цены на продовольствие в государственных магазинах на невысоком уровне, государство постоянно прибегало к субсидиям. Население страны было вынуждено приспосабливаться к специфическим условиям системы, когда голод предотвращался производством продуктов на карликовых приусадебных участках колхозников, рабочих и служащих, подсобных аграрных цехов на крупных промышленных предприятиях и ввозом продуктов из-за рубежа.
  
  Через семь десятилетий после революции, после одиннадцати пятилеток, создания индустриальной базы, достижений в космосе, успехов в создании термоядерного оружия, строительства могучего военного океанского флота, советская сверхдержава была отсталой страной, в которой добывающая и топливная промышленность преобладали над обрабатывающей и машиностроительной. В сферу добычи и производства сырья и топлива уходило 40 % всех фондов и рабочей силы страны. Производство конечного продукта снизилось между 1950 и 1980 гг. на 8 %. В век стремительного технического прогресса, который пришел даже в недавние колониальные страны, доля ручного, немеханизированного труда в советской промышленности достигала 40 %[17]. Сократился грузооборот транспорта, не хватало погрузочно-разгрузочных механизмов; транспорт страны находился в состоянии технического и организационного упадка[18].
  
  За несколько месяцев до смерти Брежнева плачевное состояние экономики и причин стагнации были подвергнуты критике в "Правде", опубликовавшей статью академика В.А. Трапезникова, руководителя Института автоматики и процессов управления АН СССР. Ученый убедительно отверг приводимые в официальных документах причины падения национального дохода, такие, как плохие климатические условия, исчерпание некоторых источников сырья и высокие затраты на освоение новых территорий. Он дал, хотя и недостаточное, но более правдоподобное объяснение несостоятельности жесткой системы централизованного планирования. Академик особо подчеркивал слабость материальных стимулов, подавление инициативы работников, что делало труд малоэффективным[19].
  
  В документе, который в 1983 г., во времена Андропова, негласно распространялся среди интеллигенции, в виде рукописи, подготовленной экономистами, резко критиковалось состояние социальных отношений в СССР и подчеркивалось "исчерпание возможностей централизованно-административного управления хозяйством". Утверждалось, что действующая система производственных отношений "все более превращается в тормоз их поступательного движения", перестройка хозяйства наталкивается на "скрытое сопротивление", "социальный механизм развития экономики... не обеспечивает удовлетворительных результатов...", механизм ""настроен"... на зажим полезной экономической деятельности населения"[20]. Мысль экономистов, завуалированная социологической терминологией, была все же достаточно ясна: система экономических отношений, существующая в государстве, ничего, кроме вреда, не приносит.
  
  Однако система оставалась прежней и при Андропове, и при Черненко. Это и понятно: ни один руководитель не мог провести структурные изменения, не подвергая смертельной опасности саму советскую систему и то условное равновесие между социальными группами, которое исторически существовало и искусственно поддерживалось ради сохранения в руках верхушки всех без исключения рычагов управления.
  
  Поэтому выбор у любого из преемников Сталина и последующих руководителей был невелик: либо ограничить власть партийной олигархии "наверху" (т.е. свою собственную) и партийного аппарата "внизу" и предпринять необратимые меры для оздоровления государства и его экономической системы (в советском государстве, как показывает история, все проблемы являлись политическими), либо не делать ничего, пошуметь немного о необходимости изменений, пригрозить кое-кому "большой дубинкой", чуть-чуть подремонтировать фасад и в основном продолжать держаться прежнего курса, уповая на проверенное десятилетиями долготерпение советского народа. Меры, предпринимаемые Андроповым для упорядочения экономики страны, не затрагивали ее основ. Они были направлены на выжимание резервов из системы: на укрепление дисциплины, усиление агропромышленных комплексов, расширение прав руководителей промышленных предприятий, обещание больше учитывать региональные интересы в экономике страны, новые поощрительные меры для реализации продовольственной программы, принятой при Брежневе. Все это провозглашалось предшественниками Андропова, а затем постепенно тонуло в стоячих водах советской бюрократической системы. Андропов не провел ни одной реформы. Он и не собирался этого делать, но попытался освободиться от руководителей, чья неспособность к работе перешла всякий допустимый предел; предпринимались попытки избавиться и от замешанных в коррупции.
  
  Андропов, еще будучи председателем КГБ, собрал огромный материал о расхитителях, взяточниках и вымогателях. Укрепляя свою власть, он нанес первый удар по соперничавшему с КГБ министерству внутренних дел СССР, которое возглавлял Н.А. Щелоков, покрывавший расхитителей и спекулянтов. Предлогом послужило раскрытие аферы со скупкой антикварных вещей и спекуляцией драгоценностями, в которой якобы оказалась замешанной дочь Брежнева. В это время покончил жизнь самоубийством первый заместитель председателя КГБ С.К. Цвигун, ставленник Брежнева, который, по слухам, пытался прикрыть расследование[21]. Как бы то ни было, по "днепропетровской мафии" был нанесен серьезный удар.
  
  Тогда же громкую огласку получило дело о злоупотреблении властью и взяточничестве в Краснодарском крае. Местные советские городничие и тамошняя милиция занимались лихоимством в таких масштабах, по сравнению с которыми гоголевские времена кажутся веселым водезилем. Вымогательство происходило на глазах и под покровительством обкома партии. На июньском пленуме ЦК КПСС 1983 г. Щелоков и секретарь Краснодарского крайкома Медунов были выведены из состава ЦК. Было заменено руководство ряда областей, городов, а также некоторых министерств. В органах МВД и милиции прошла жесткая чистка состава и были созданы политотделы, в значительной мере заполненные работниками партийного аппарата и КГБ.
  
  В назидание всем были проведены процессы над взяточниками из разных министерств, в том числе из министерства внешней торговли, осуждены несколько начальников главных управлений, пострадали даже несколько заместителей министров. Но одновременно шли аресты инакомыслящих, баптистов, православных, "сионистов", сторонников свободных профсоюзов.
  
  В короткий период андроповского правления, который как бы аккумулировал все особенности советской системы, был подведен итог всему, что произошло в стране за 66 лет существования советского режима. Новый лидер пытался ослабить отрицательные стороны системы. Но ключ к успеху он усмотрел все в той же старой формуле "наведение порядка". Соблюдение трудовой, общественной и военной дисциплины стало девизом генсека и главы государства. Заметим: Брежнев нарушил постановление, принятое при смещении Хрущева, согласно которому руководитель партии не должен возглавлять государство. Объявив повсеместный поход за укрепление дисциплины, Андропов сразу же использовал привычные методы насилия и принуждения: на улицах, в магазинах, ресторанах советские граждане отчитывались перед проверяющими, почему разгуливают или делают покупки в рабочее время. Неунывающий народ немедленно пополнил словарь советско-русского языка новым глаголом "заандро-пить", равнозначным старинному "заарканить".
  
  Меры, применявшиеся к рядовым нарушителям трудовой дисциплины, были не новыми: понижение заработной платы, лишение премий, перестановка в конец очереди при распределении жилья и другие, т.е. приводившие к ухудшению материального положения нарушителя и его семьи. Нередко разрешение на увольнение или изменение места работы предварялось обсуждением вопроса "коллективом". Все это напоминало антирабочее законодательство 1940 г. с его шкалой наказаний за прогулы и опоздания. 17 июня 1983 г. был издан закон "О трудовых коллективах и повышении их роли в управлении предприятиями, учреждениями, организациями". Снова (в который раз!) брошен клич - усилить контроль и ответственность за нарушение дисциплины на предприятиях.
  
  Постепенно выяснилось, что падение производства меньше всего связано с прогулами. Исследования, проведенные ЦСУ в металлообрабатывающей и машиностроительной промышленности, показали, что прогулами были вызваны менее 2 % потерь рабочего времени. Снова подтвердилась давно установленная истина: экономика СССР нуждается в самых серьезных коренных изменениях, ловлей лодырей дела не поправишь.
  
  Путем огромных усилий удалось чуть-чуть сдвинуть экономику с точки замерзания. Однако сравнительный анализ темпов роста промышленного производства за три года (1976-1978) десятой пятилетки и одиннадцатой (1981 - 1983) свидетельствует о продолжавшемся скольжении экономики по наклонной. Так, среднегодовые темпы роста производства электроэнергии (квт/час) составляли в 1976-1978 гг. - 5 %, в 1981-1983 - 3 %; нефти, соответственно 5 и 0,8; стали - 2,4 и 1,1; автомобилей - 3,1 и 0,0; цемента - 1,4 и 0,8 % и т. д.
  
  "Закон о трудовых коллективах" был второй крупной инициативой Андропова. Первой стал закон, изданный 24 ноября 1982 г. "О государственной границе СССР". Он должен был поднять общественную дисциплину, усилить бдительность и нетерпимость по отношению к врагам советского народа. Пограничным войскам предписывалось предотвращать проникновение в СССР всякого рода печатных работ, фотографий, рукописей, микрофильмов, магнитофонных записей и прочей продукции, содержание которой могло нанести ущерб экономическим и политическим интересам СССР, его безопасности, общественному порядку, а также духовному здоровью и моральному состоянию населения страны. Закон служил напоминанием, что Советскому Союзу постоянно угрожают враги извне.
  
  Важно, чтобы всегда было кого и что опасаться (таков был один из краеугольных камней системы), - смутьянов ли поляков, коварных китайцев или американских шпионов.
  
  Укреплению "дисциплины и самодисциплины" отвечали дополнения и поправки к уже существовавшему законодательству. В частности, статья 209 Уголовного кодекса предусматривала "лишение свободы на срок до 2 лет или исправительные работы на срок от 6 месяцев до 1 года" за "систематическое занятие бродяжничеством или попрошайничеством". Постановление ЦК КПСС "Об улучшении работы по охране правопорядка и усилении борьбы с правонарушителями" (ноябрь 1979 г.) дало сигнал к очередной усиленной волне репрессий: тунеядцем объявлялся каждый, кто "на протяжении длительного времени (а именно 4-х месяцев плюс месяц предупреждения) не работает". Статья 209 применялась после постановления даже к тем, кто не попадал в разряд бездомных, попрошаек и им подобных лиц. Новая армия "тунеядцев" была отправлена на "стройки коммунизма"[22].
  
  Характер каждого государства определяется различными критериями. Число заключенных - один из них. Даже по официальным данным, на 8 февраля 1977 г. в стране насчитывалось 1,7 млн заключенных. При 262 млн населения в 1979 г. - это несомненный прогресс по сравнению с тем, что было в сталинские годы. Но, если вспомнить, что в 1979 г. в США было всего около 400 тыс. заключенных, что в 1912 г. число заключенных в России составляло 183 тыс. при 140 млн населения, результаты "развитого социализма" покажутся чрезвычайно красноречивыми.
  
  Еще более серьезной проблемой для номенклатуры становился национальный вопрос. Пробуждение национального сознания народов СССР принимало различные формы. В Армении в 1968 г. была создана подпольная Национальная объединенная партия, "цель которой - создание независимого Армянского государства". 14 мая 1972 г. молодой рабочий Ромас Каланта сжег себя в центре Каунаса, заявив, что умирает за свободу Литвы. Похороны Каланты послужили поводом для многотысячных демонстраций, разогнанных милицией. В Грузии, на Украине, в Прибалтийских республиках нарастало сопротивление усиленному внедрению русского языка, русификации обучения.
  
  Особую форму носил русский национализм[23]. Редактор самиздатовского журнала "Вече", "первого органа русского национального направления, выходящего в СССР", В. Осипов, предупреждал в 1972 г., что "русская нация может исчезнуть". Осипов называл проповедуемый им национализм "охранительным", реализацией "инстинкта самосохранения исчезающей нации". Призыв к охране русской нации, господствующей нации в величайшей империи XX в., страх исчезновения русской нации он объяснял угрозой со стороны советской идеологии, относившейся равно безжалостно и к русским национальным ценностям, и к национальным ценностям других народов.
  
  Советское государство использовало разнообразные формы борьбы с национальными движениями, не только не желавшими отмирать, но неудержимо растущими. Одна из форм борьбы - старая и испытанная - репрессии. Аресты, лагеря, психиатрические больницы... Чем мощнее национальное движение, тем суровее репрессии. Особенно жестоко преследовались националисты на Украине, в Литве, в Армении. Напомним о расстреле Затикяна, Степаняна и Багдасаряна по обвинению в организации взрыва в московском метро 8 января 1977 г. Дело армянских националистов рассматривалось в закрытом суде, несмотря на то что алиби обвиняемых подтверждали многие свидетели. Первая казнь в политическом процессе в после-сталинское время была недвусмысленным предупреждением националистам.
  
  Важнейшее значение в арсенале методов борьбы с национализмом играло понятие "советский патриотизм", которое представляло собой развитие старой идеи национал-большевизма. В конце 60-х годов в советских журналах начали появляться статьи, советские издательства выпускали книги, в которых "национал-большевистские идеи" активно проповедовались под видом неославянофильства. Пропагандировалась идея особой миссии России, которая, дескать, реализована в социалистической революции. Разрешенный национализм пронизывал литературу, изобразительное искусство, другие области культуры. В тех случаях, когда он принимал исторические формы черносотенного русского шовинизма, блюстители советской идеологии включали тормоза, ибо излишне подчеркнутый русский национализм мог вызвать реакцию в виде местных национализмов.
  
  Те, кто выражали национальные взгляды, выходившие за рамки дозволенного советской идеологией, подвергались репрессиям. В. Осипов выпустил с января 1971 г. до марта 1974 г. девять номеров самиздатовского журнала, а затем был арестован и осужден на семь лет лагерей и пять лет ссылки. Не поощрялись и откровенные последователи нацизма, призывавшие к антисемитским погромам и упрекавшие партию в излишней мягкости.
  
  Наказывалось проявление национализма в коммунистических партиях союзных республик. Как правило, это был национализм сатрапов, желавших урвать для себя чуть больше власти, стать более независимыми от центра. В 1972 г., например, был снят с должности первый секретарь ЦК Украины П.Е. Шелест. Один из вдохновителей интервенции в Чехословакии, сторонник жесточайших мер и репрессий по отношению ко всем проявлениям инакомыслия на Украине, в Советском Союзе и во всех странах Варшавского блока, Шелест показался Политбюро излишне самостоятельным, и карьера его закончилась.
  
  Система номенклатурного управления советскими республиками из Москвы действовала четко и безотказно; в ее основу были положены административные гарантии: второй секретарь ЦК каждой республики - русский. Как правило, русскими были председатель КГБ и командующий военным округом. И все же надежнейшей гарантией верности Москве являлось то, что первый секретарь ЦК и другие партийные и государственные руководители республик ощущали себя составной частью единой советской номенклатуры. За отдельными исключениями, которые быстро обнаруживались и ликвидировались, правящая прослойка национальных республик и областей была предана Кремлю, ибо там находился центр их власти. Русские, жившие в Грузии, Латвии, Узбекистане, в других республиках СССР, не чувствовали себя представителями расы господ-колонизаторов, как чувствовали себя англичане в Индии. В то же время в Москве, в Политбюро, в конце 70-х годов ключевые позиции находились в руках советских украинцев. Русские, проживавшие в национальных республиках, приносили туда не русскую, а советскую культуру. Украинцы в Политбюро вели не украинскую, а советскую политику.
  
  В "Одесских рассказах" Бабеля кавалерист Лева Крик на упреки раввина, говорившего, что еврей не должен ездить на лошади, отвечал: "Еврей, севший на лошадь, перестает быть евреем".
  
  Украинец, грузин, армянин, казах, ставший секретарем ЦК или обкома КПСС, добравшийся до вершин власти, терял свою национальность. Он становился частью Власти Партии. Каждый удар по номенклатуре означал удар по нему лично. Эта система действовала и в партиях социалистических стран.
  
  Важнейшую роль в борьбе с национализмом играл официальный антисемитизм. Шестидневная война 1967 г. открыла новую главу в советском антисемитизме. Его перестали стесняться, он приобретал полные права гражданства. "Сионизм" становился очередным объектом ненависти, каким были "бывшие", нэпманы, вредители, кулаки и т.д. "Антисионизм" представлялся (приводились цитаты из Маркса и Ленина) как форма классовой борьбы. К теории Ленина об империализме как последней стадии капитализма советские идеологии добавили новую главу: сионизм как последняя стадия империализма. В свою очередь, антисионизм стал пролетарским интернационализмом эпохи "реального социализма".
  
  Национальный вопрос в СССР приобретал особенно важное значение в связи с демографическими изменениями, происходившими в стране. Рост населения в 1959-1970 гг. (между двумя переписями) примерно равнялся росту в 1926-1939 гг. Но 30-е годы были эпохой коллективизации, голода и террора, а 60-е - периодом мира и относительного повышения уровня жизни. Демографы ожидали, что к 1970 г. население составит 250 млн. Его было на 10 млн меньше. Самой большой неожиданностью оказалось падение рождаемости среди русского населения. Одновременно происходил демографический взрыв в среднеазиатских республиках, среди народов, которых по традиции называют мусульманскими[24].
  
  В 1970 г. население РСФСР составляло 53,7 % от всех проживавших в СССР; население Средней Азии - 13,7 %; Кавказа - 5,1 %. К 1980 г. эти цифры изменились в пользу так называемого мусульманского населения. Жизнь опрокинула все расчеты демографов. Вместо предсказанных к 1980 г. 10 % роста населения Средней Азии оно выросло к 1979 г. на 27 %; в Казахстане вместо 6 % - на 13 %; в Азербайджане вместо 5,5 % - на 18 %. Численность узбеков и таджиков увеличилась в период между переписями населения на 36 %, туркменов - на 33, киргизов - на 31, казахов - на 24, азербайджанцев - на 25 %.
  
  Демография ставила перед советским режимом две трудно разрешимые проблемы. Первая - проблема рабочих рук. Она была официально признана на XXVI съезде КПСС. Сокращение рождаемости ведет к иссяканию источников рабочей силы. Согласно прогнозам, население СССР должно было вырасти с 243 млн (перепись 1970 г.) до 267 млн в 1980 г. В 1979 г. население СССР составляло чуть больше 262 млн. Сократилась рождаемость среди русского и украинского населения. Русских в 1979 г. было 52,4 % от всего населения СССР, т. е. меньше, чем в 1970 г.[25]
  
  Дефицит рабочей силы начали испытывать все советские республики, кроме среднеазиатских. Но главные промышленные регионы находились в западных частях страны и в Сибири. Проблема рабочей силы явно обострилась, хотя и до этого была исключительно сложна. Ведь и в начале 80-х в Среднюю Азию завозили рабочих из Европейской части СССР. Именно они составляли большинство рабочего населения в новых промышленных центрах Узбекистана. Удастся ли использовать Среднюю Азию как резервуар рабочей силы и каким образом? Этот вопрос оставался открытым, не давая покоя политикам.
  
  Другая проблема, возникшая в связи с сокращением рождаемости славянских народов, - проблема вооруженных сил, их национального состава, особенно офицерских кадров. Перед страной стояли и другие острые проблемы.
  
  Иначе говоря, официально возглавив номенклатуру СССР в ноябре 1982 г., Андропов получил в наследство систему, которая показала себя непригодной для решения важнейших экономических, социальных, национальных проблем.
  
  Вторая индустриальная держава мира, как нередко называли СССР, не могла прокормить свое население и сохраняла внешнеторговую структуру дореволюционной России: Советский Союз вывозил, главным образом, сырье и ввозил промышленное оборудование. Государство, объявившее своей целью построение бесклассового общества, создало предельно иерархическое, кастовое общество. Многонациональная империя, управлявшаяся из центра, не решила национального вопроса ни в СССР, ни в странах "соцлагеря": менявшийся демографический баланс еще более усиливал сложность и напряженность конфликтов.
  
  "Спокойное" брежневское восемнадцатилетие продемонстрировало невозможность выхода из внутриполитического кризиса. Любое движение в сторону - реформы или усиленные репрессии - нарушало равновесие и начинало грозить фундаменту системы. Обнаружилась ее очевидная полная автоблокировка; особенно наглядно проявилось это в области экономики.
  
  Любая реформа оказывалась неосуществимой, ибо децентрализация грозила развалом, излишняя централизация - полной остановкой. КГБ нанесло тяжкий удар по возродившейся после смерти Сталина общественной мысли. Но тотальный террор сталинской эпохи был сменен выборочным ползучим террором брежневской эры. В дополнение к тюрьмам и лагерям стали использоваться психиатрические больницы и депортация - мера менее жесткая.
  
  Новый кремлевский лидер рекламировался на Западе прежде всего на основе информации, загодя ловко пущенной в оборот службами, окружавшими председателя КГБ СССР. Не остались в стороне и некоторые диссиденты, рассказывавшие легенды о либерализме Андропова. В конце концов возник облик серьезного, энергичного государственного мужа, достаточно твердого, но способного управлять, не впадая в воинственную риторику и в крайности консервативного экстремизма, умело разбирающегося в хитросплетениях международной политики и мирового коммунистического движения, эксперта по психологии Запада и даже ценителя его культуры.
  
  Душителя диссидентского движения, главу великой державы, направлявшего в Афганистан пыточные команды КГБ, западная пресса и признанные эксперты по советским делам представляли как радушного хозяина, часами беседующего с диссидентами в своем кабинете и затем отправлявшего их по домам на собственной машине. Об этом писала, например, "Вашингтон пост". Ей вторила "Нью-Йорк Тайме", распространявшая небылицы о высокообразованном вельможе, великолепно владевшем английским языком и проводившем досуг за французским коньяком, чтением американских романов и слушанием "Голоса Америки".
  
  Авторитетные американские советологи предсказывали, что Андропов выведет войска из Афганистана, вернет из ссылки А.Д. Сахарова и вообще сотворит благо. Правда, не все видели в Андропове либерала. Невозможно было забыть, как из России насильственно выпроводили Солженицына, Бродского, обвиненного в тунеядстве, генерала Григоренко, объявленного ненормальным, виолончелиста и дирижера Ростроповича... Список "лишних" легко можно продолжить.
  
  Когда же эйфория понемногу спала, выяснилось, что "образованный вельможа" окончил всего лишь Рыбинский техникум водного транспорта, два курса Петрозаводского университета, но зато полный курс Высшей партийной школы при ЦК КПСС, по-английски не говорил и пластинки Глена Миллера не слушал... Интервенция в Афганистане усиливалась. Сахаров не только не был возвращен из ссылки, но еще более изолирован от внешнего мира. Миф о "тайно-либеральном аппаратчике в джинсах" быстро рухнул, не выдержав соприкосновения с действительностью.
  
  Обстановка в стране и мире усложнилась. Андропов, вступив в должность Генерального секретаря 10 ноября 1982 г., стал в июне 1983 г. и Председателем Президиума Верховного Совета СССР. Он умер 9 февраля 1984 г., пробыв у власти пятнадцать месяцев.
  
  Нетрудно догадаться, почему кремлевские старцы выбрали семидесятитрехлетнего тяжелобольного Черненко, известного своей близостью к Брежневу. Номенклатура еще раз доказала свою неприязнь к решению давно назревших задач. Думая только о себе, она толкала страну к энтропии. Но, как известно, энтропия - это смерть.
  
  Некрич А.М., доктор исторических наук, профессор (США)
  ПРИМЕЧАНИЯ
  
  1 Наше отечество. Опыт политической истории. М., 1991. Т. 2. С. 469, 472, 480, 481.
  
  2 Солженицын А. Бодался теленок с дубом. Париж, 1975. С. 127.
  
  3 Dornberg J. Breschnew. Profil des Herrschers in Kreml. Miinchen, 1973.
  
  4 РЦХИДНИ. Ф. 17. On. 60. Д. 441. Л. 26.
  
  5 Двенадцатый съезд Российской коммунистической партии (большевиков) 17-25 апреля 1923 г.: Стеногр. отчет. М., 1923. С. 41.
  
  6 Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т. 36. С. 51.
  
  7 См.: Ирошников М.П. Председатель СНК Вл. Ульянов (Ленин). Л., 1974. С. 346-370.
  
  8 Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т. 42. С. 239, 241, 243.
  
  9 КПСС в резолюциях. 9-е изд. М., 1984. Т. 3. С. 99.
  
  10 РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 68. Д. 462. Л. 32.
  
  11 Там же. Оп. 69. Д. 136. Л. 167-169.
  
  12 Сталин И.В. Соч. Т. 5. С. 210, 211.
  
  13 Алилуева С. Двадцать писем к другу. М., 1990. С. 157.
  
  14 Хрущев Н.С. Строительство коммунизма в СССР и развитие сельского хозяйства: В 8 т. М., 1964. Т. 8. С. 91 -107.
  
  15 Ключевский В.О. Курс русской истории. М., 1910. Т. IV. С. 293.
  
  16 Народное хозяйство СССР в 1982 г.: Статистический ежегодник. М., 1983. С. 342.
  
  17 Андропов Ю.В. Учение Карла Маркса и некоторые вопросы социалистического строительства в СССР // Коммунист, 1983. Љ3. С. 17.
  
  18 Там же. 1983. Љ 4. С. 63.
  
  19 Правда. 1982. 7 мая.
  
  20 Материалы самиздата. Предполагается, что автором документа была Т.И. Заславская, работавшая в то время в новосибирском Институте экономики и развития промышленного производства.
  
  21 Советская Россия. 1983. 22 марта.
  
  22 Правда. 1983. 30 янв.; 1984. 15 марта.
  
  23 Известия. 1980. 5 июля. Беседа со священником Д. Дудко.
  
  24 Бондарская Г.А. Рождаемость в СССР (этнографический аспект). М., 1977. С. 92-93.
  
  25 Население СССР: По данным Всесоюзной переписи 1979 г. М., 1980. С. 3, 23.
  
  Некрич А.М. Золотой век номенклатуры // Советское общество: возникновение, развитие, исторический финал: В 2 т. Т. 2. Апогей и крах сталинизма / Под общ. ред. Ю.Н. Афанасьева. - М.: Российск. гос. ун-т. 1997. - С. 400-445.
  
  
  ***********************
  Сергей Глазьев
  Геноцид http://lib.rus.ec/b/74314/read
  Оглавление
  •Сергей Глазьев Геноцид
  • От автора
  • Часть I. Геноцид
  • 1. Определения
  • 2. Факты
  • 3. Причины
  • 4. Идеология
  • 5. Механизмы
  • 6. Заложники
  • Часть II. Россия и новый мировой порядок
  • 1. Интернационализация экономики и национальные экономические системы
  • 2. Новый мировой порядок
  • 3. Колонизация России
  • 4. Перспективы
  • 5. Выбор сделан?
  • Часть III. Стратегия экономического роста на пороге XXI века
  • 1. Глобальные тенденции экономического развития
  • 2. Экономическая ситуация в России
  • 3. Стратегия экономического роста
  • Литература
  
  От автора
  
  Предлагаемая вниманию читателя работа состоит из трех частей. Первая содержит анализ итогов шести лет "великих потрясений", во второй рассматриваются тенденции формирования нового мирового порядка и места России в нем. И та, и другая характеризуют современное состояние России и направления ее социально-экономической эволюции. Третья часть посвящена перспективам развития страны и содержит характеристику основных направлений политики экономического роста, ориентированной на активизацию конкурентных преимуществ российской экономики, ее внутренних резервов и возможностей, оптимальную интеграцию в мирохозяйственные связи. В ней рассмотрены все еще сохраняющиеся возможности восстановления могущества и благополучия России на фоне мрачных тенденций последних лет. При обосновании политики экономического роста показана альтернативность вариантов развития экономики и общества в целом, обусловленность катастрофических результатов последних шести лет сознательной политикой властвовавшей в стране олигархии. Использование ею власти для личного обогащения обернулось фактическим геноцидом в отношении русского народа.
  
  Банкротство проводившейся политики саморазрушения производительных сил страны 17 августа 1998 г. открыло возможности для смены экономического курса в направлении подъема производства и народного благосостояния, создания условий для экономического роста и повышения конкурентоспособности российской экономики. Отстранение от власти ведущих организаторов политики геноцида и ослабление влияния паразитировавшей на финансовых спекуляциях олигархии вследствие саморазрушения созданного ими режима присвоения национального богатства страны наряду с крахом системы государственных финансов создают возможность для возрождения российской государственности и перехода от политики разрушения и геноцида к политике созидания в национальных интересах.
  
  Каждая из частей работы имеет самостоятельное значение. Их объединение в одной книге призвано показать выбор, перед которым стоит страна: либо мы будем пассивно подчиняться навязанной извне обманом и подкупом самоубийственной политике саморазрушения и колонизации России, либо сосредоточим политическую волю здоровых сил общества на переломе катастрофических для страны и русского народа тенденций и перейдем к научно обоснованной стратегии экономического роста, подъема народного благосостояния, восстановления духовной мощи и научно-технического потенциала государства Российского.
  
  Часть I.
  Геноцид
  
  Произошедший 17 августа 1998 г. крах проводившейся с 1992 г. политики радикальных реформ требует подведения итогов новой российской революции. После саморазрушения производительных сил, экономической и финансовой системы страны мы вновь стоим перед историческим выбором. На этот раз, возможно, окончательным. Смена правительства в сентябре 1998 г. и ослабление позиций проводников политики колонизации России создает возможности для осуществления этого выбора исходя из национальных интересов нашей страны. Важно, чтобы принимаемые при этом решения были осознанными. Для этого эпоха революционных преобразований (которую мы определяем с момента распада СССР в 1991 г. до финансового краха 17 августа 1998 г.) должна получить объективную оценку. Политика саморазрушения экономической системы государства, проводившаяся в России под видом либеральных экономических реформ с 1992 г., вышла за рамки законности и приобрела характер экономического геноцида широких слоев населения в результате государственного переворота в сентябре - октябре 1993 г.
  
  После расстрела российского парламента в начале октября 1993 г. победившие революционеры почувствовали полную безнаказанность за любые совершаемые ими действия и развернули реформы в направлении личного обогащения: беззаконие и коррупция стали синонимами приватизации государственного имущества и бюджетно-финансовой политики. Поэтому в политико-правовом отношении отсчет политики геноцида следует вести с октября 1993 г., когда узурпировавшие власть революционеры взяли на себя всю полноту ответственности за формирование и проведение социально-экономической политики. Получив все возможности для реализации своих намерений, они последовательно осуществляли под прикрытием рыночных реформ политику присвоения национального богатства страны и ее колонизации в интересах международного капитала, обернувшуюся катастрофическими последствиями для русского народа.
  
  В обществе до сих пор не сформировано целостное мнение о результатах и эффективности проводившихся революционных преобразований. Сторонники проводившейся политики ставят ей в заслугу внешние эффекты - отсутствие очередей, насыщение спроса, свободу каждого делать все что угодно. Оппоненты говорят о чудовищном экономическом спаде, социальной катастрофе, охватившей большую часть населения, росте преступности и фактической утрате независимости страны. Одни определяют смысл переживаемых лишений как "трансформационный спад", списывая их на некие объективные причины, другие - как "системный кризис", отводя решающее значение в его возникновении проводившемуся курсу экономических преобразований.
  
  Между тем, точное определение содержания осуществлявшейся с момента распада Союза и начала радикальных реформ в 1992 г. вплоть до 17 августа 1998 г. политики важно не только для осмысления произошедшего, но и для правильного планирования будущего. Это определение должно отражать не только объективно-фактографическую, но и ценностно-смысловую интерпретацию проводившейся в стране политики, давая в то же время ее правовую оценку. Оно должно быть сделано в точных юридических терминах, определяющих ответственность власти перед обществом, чтобы каждый гражданин имел четкое представление о том, что происходит в стране. Адекватная оценка произошедших изменений и сложившегося положения необходима также для выработки конструктивной программы действий, нацеленной на устранение угроз национальной безопасности и преодоление кризиса. Таким точным определением, как показано ниже, является используемое в международном праве понятие "геноцид".
  
  1. Определения
  
  Напомним, что наша страна присоединилась в 1954 г. к международной конвенции ООН "О предупреждении преступления геноцида и наказании за него". Согласно конвенции, геноцидом признается преступление, совершаемое "с намерением уничтожить, полностью или частично, какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую". В конвенции специально подчеркивается, что геноцид совсем не обязательно подразумевает применение физического насилия и ведение войны. В качестве инструментов преступления конвенция, в частности, выделяет "предумышленное создание для какой-либо группы таких жизненных условий, которые рассчитаны на полное или частичное физическое уничтожение ее", и "меры, рассчитанные на предотвращение деторождения в среде такой группы" [1].
  
  Хотя определение геноцида включает элемент намерения, т.е. сознательного совершения преступления против больших групп населения, на практике не всегда политика геноцида осознается ее проводниками и уж тем более открыто не декларируется. Она может прикрываться вполне респектабельными лозунгами реформ на благо общества в целях свободы и социальной справедливости. Многие фактические соучастники преступлений могут "не замечать" реальных последствий своих действий, искренне считая себя героями и благодетелями человечества. Не случайно наиболее чудовищные в мировой истории акты геноцида проводились "во имя" самых благородных и привлекательных для общества целей. Геноцид французской революции против влиятельных слоев общества и последовавших после нее наполеоновских войн осуществлялся во имя идей "свободы, равенства, братства". Геноцид коренного населения Северной Америки проводился во имя прогресса. Геноцид духовенства, дворянства, купечества и крестьянства в 1917 - 1937 гг. был организован в России во имя всеобщей справедливости и счастья. И даже осуществленный гитлеровцами этнический геноцид против всех народов Европы был обоснован утопическими идеями формирования породы "сверхчеловека".
  
  Парадоксальным идеологическим "прикрытием" последней волны геноцида в отношении населения России в 1992-1998 гг. стала доктрина "общечеловеческих ценностей", центральное место в которой занимает концепция приоритета прав человека в государственном устройстве и политике. Ее проводников не смущало то, что реализация доктрины осуществлялась путем последовательного нарушения прав подавляющего большинства граждан России на труд, образование, благополучие, на саму жизнь. А вместо общечеловеческих ценностей добра, мира и справедливости вследствие реально проводившейся в России политики насаждались человеконенавистнические ценности вражды, стяжательства, разврата, насилия, зла и произвола. В этом смысле духовные и отчасти генетические предшественники организаторов современной российской революции - вожди двух революций 1917 года и гражданской войны - имеют "достойных" последователей. Восемь десятилетий назад геноцид населения России, стоивший в конечном счете русскому народу, как и предупреждал Ф.М. Достоевский, 100 млн. голов (уничтоженных и неродившихся людей), был развязан под идеологическим прикрытием "преодоления вековой отсталости России", построения "цивилизованного", а затем и "самого передового" общества, всеобщего братства, равенства, счастья.
  
  Геноцид населения России 1992-1998 гг. велся под прикрытием идей и видимости демократии, с использованием тех же лозунгов свободы и равенства, приближения к "цивилизованным" странам. Искаженное и зачастую прямо противоположное по смыслу осуществление провозглашаемых позитивных ценностей не должно дискредитировать их истинной сущности. Нет никаких сомнений в том, что заговорщики, свергнувшие царя, руководители "красного террора", а также их современные последователи, рядящиеся в тогу демократов и либералов, действовали не в соответствии, а вопреки провозглашаемым ими ценностям. Реальной движущей ими идеей была ненависть к России и русской культуре, стремление сокрушить нашу цивилизацию, превратив русских, по выражению Троцкого, в "белых рабов".
  
  Нынешние преемники этого ведущего организатора гражданской войны в России отличаются от него только по форме провозглашаемых ценностей, смысл революции остается тем же - разрушение России. По своему разрушительному эффекту для производительных сил страны избранная для осуществления революционных преобразований форма приватизации не уступает национализации и реквизиции имущества в эпоху военного коммунизма. Да и по реальному содержанию производственных отношений осуществленная нынешними революционерами массовая приватизация госсобственности столь же далека от характерного для реальных рыночных отношений института частной собственности, как развернутая их духовными предшественниками сеть лагерей отличается от принципов социалистического соревнования трудовых коллективов.
  
  Как видим, идеологическое прикрытие для революционного разрушения страны выбирается по ситуации - в зависимости от состояния общественного сознания формируется адекватная массовому настроению социальная утопия. Затем во имя ее внедрения общество раскалывается на враждующие группы, ослепленные идейным антагонизмом, уничтожающие себя и страну в изнурительном противоборстве и расчищающие пространство для заказчиков революционного процесса. Поэтому отделение существа актов геноцида от прикрывающей их идеологии, разоблачение лживости вождей, исполнителей и апологетов политики геноцида, организующих раскол общества и гражданскую войну на самоуничтожение есть важнейшая задача каждого честного исследователя и публициста. Ведь геноцид - это преступление, совершаемое против больших масс людей целой армией исполнителей. Организовать этих исполнителей можно только имея соответствующую анестезирующую человеческую совесть идеологию, которая оправдывает совершаемые ими преступления "благородными" целями и представляет жертв геноцида как нелюдей или по меньшей мере неполноценных людей. Чтобы осуществить геноцид, армия исполнителей должна усвоить идеи, разрешающие массовые преступления и принуждающие к ним, в свете которых идеологи геноцида воспринимаются исполнителями как пророки. Сами же исполнители чувствуют себя миссионерами великой идеи переустройства общества и перестают воспринимать своих жертв в качестве подобных себе людей. Содержание этих идей может быть разным, но их общей особенностью является деление людей на две категории - избранных миссионеров и прочих, подлежащих "перевоспитанию", уничтожению или обращению в рабов.
  
  Так, многие религиозные войны в прошлом оправдывались пониманием "избранности" носителей соответствующей веры, идеологи которой выдавали себя за пророков, а приверженцев традиционных взглядов рассматривали как неполноценных людей. Гражданская война в России оправдывалась пониманием "классовых врагов", как "мироедов" и "живорезов", достойных только уничтожения, а всего общества как подлежащего тотальному перевоспитанию. Вторая мировая война оправдывалась фашистскими идеологами своим расовым превосходством, неполноценностью других народов, несоответствием их представителей понятию "нового" человека. Современные революционеры - радикальные реформаторы в России и в большинстве других республик разрушенного Союза оправдывают совершенные в ходе реформы преступления против населения и государственные перевороты неполноценностью бывшего социалистического общества и большинства составлявших его людей. Последние приносятся в жертву ради якобы ожидаемого в будущем повышения экономической эффективности и благосостояния. Общественные обязательства государства и социальные гарантии отменяются во имя фантомов макроэкономической стабилизации и создания кажущихся условий для процветания в будущем.
  
  В действительности же, как будет показано ниже, субъективный смысл проводившейся с 1992 по 1998 г. политики для режиссеров новой российской революции заключался в самоуничтожении России, а для большинства ее проводников сводился к банальному самообогащению, формированию привилегированной прослойки "новых русских", как правило, не относящих себя к русскому народу и ощущающих себя новым господствующим классом. Субъективное мироощущение идеологов современной революции в России по своей ненависти и презрению к народу собственной страны сильно напоминает гитлеровскую пропаганду или троцкистскую агитацию своего времени. Достаточно вспомнить комментарии многих из них во время расстрела российского парламента или разгона демонстраций протеста - насилие власти оправдывалось представлением жертв как неполноценных, агрессивных, враждебных всему прогрессивному "недочеловеков". Навсегда запятнали себя некоторые "деятели культуры" и журналисты, поддержавшие расстрел Верховного Совета. Не случайно политическую риторику ведущих российских средств массовой информации специалисты сравнивают с геббельсовской пропагандой.
  
  По отношению к людям, отстаивающим национальные интересы России и требующим выполнения от правительства социальных гарантий, идеологи властвующей олигархии демонстрируют такое же зоологическое неприятие, как гитлеровские нацисты к иноплеменникам, а к народу в целом - отношение как к "быдлу", которое можно обманывать и обворовывать, по отношению к которому "все дозволено". Соответственно, акты насилия против политических противников режима преподносятся как героические подвиги, присвоение государственного имущества властвующей олигархией - как прогрессивная реформа, а обнищание населения в результате проводившейся макроэкономической политики объясняется его неполноценностью, неспособностью своевременно приспосабливаться к "прогрессивной реформе".
  
  В связи с этим примечательны некоторые советы, которые дававшиеся российским руководителям их "либерально и демократично" мыслящими консультантами: один известный польский экономист-либерал рекомендовал сопровождать радикальную реформу демонстрацией порнографических фильмов по телевидению и продажей дешевого алкоголя на улицах для расслабления молодежи и отвлечения ее внимания, а также для деморализации населения и смягчения настроений социального протеста в отношении политики "шоковой терапии". Его российский коллега пытался внушить кандидату в президенты от демократической оппозиции, что люди старше 40 лет принципиально неспособны "правильно" воспринять реформу и объективно являются неполноценными, обреченными на жалкое существование и поэтому недостойными какого-либо сочувствия. В свете нашего духовного склада, основанного на гуманистической русской культуре, кажется невероятной человеконенавистническая мотивация идеологов и организаторов радикальной ломки российского общества. Их обвиняют в некомпетентности, бездарности, коррумпированности, списывая наши беды на персональные недостатки отдельных представителей правящей олигархии. Это так лишь отчасти, и не это главное. Совершению массовых преступлений всегда сопутствует расцвет всех человеческих пороков, прорывающихся в состоянии социального хаоса. Но не они направляют движение исторического процесса. Нам пора понять, что дело не в случайных проявлениях человеческой мерзости в высших слоях господствующей олигархии.
  
  Мы второй раз в течение этого столетия столкнулись с врагами русской культуры и цивилизации, относящимися к нам в лучшем случае так, как плохой охотник относится к стаду животных. Для идеологов современной революции, как и для их духовных предшественников, организовавших переворот 1917 г., развязавших мировую и гражданскую войны во втором десятилетии нынешнего века, наш народ и наша страна есть не более чем объект наживы, а запланированное порабощение их требует уничтожения русского культурного генотипа. Поэтому в отношении нас "все дозволено". Поэтому действия, квалифицируемые в гражданском обществе как преступления, в отношении России восхваляются как подвиги реформаторов. Поэтому вместо конкурентной рыночной среды мы получили господство криминала, вместо правового государства - олигархию и прислуживающую ей коррумпированную бюрократию, вместо свободы слова - тотальную дезинформацию, вместо расцвета творчества - деморализацию населения, вместо экономического роста - колонизацию.
  
  Следует заметить, что идеология, устанавливающая принципиальные различия в правах (в реальном, а не юридическом смысле) разных групп людей, весьма распространена не только в прошлых, но и в современных социальных системах. Возрождение института рабства в Чечне, претензии на мировое господство американской финансовой олигархии, дискриминация арабского населения в Израиле, русских в Эстонии и Латвии, колонизация России компрадорскими кланами по идеологии разделения общества на полноценных и второсортных людей (согласно которой первым в отношении вторых "все дозволено") сродни практике расизма, этнической или религиозной дискриминации прошлых веков. Во многих идеологических системах разделение общества на избранных и всех остальных с присвоением первыми всех прав вторых является неоспоримой нормой. Спектр этих систем очень широк - от примитивного тюремно-лагерного деления общества на "паханов" и "шестерок" до наукообразной школы классовой борьбы в "научном коммунизме" и прошедшей через века и страны идеологии "избранного народа".
  
  Идеологические системы, обосновывающие разделение общества на привилегированную (полноценную) и бесправную (неполноценную, ущербную) части с предоставлением первым морального права на любые формы эксплуатации и насилия в отношении вторых, играли и продолжают играть большую роль в реальной практике общественных отношений. Такие идеологические системы могут исповедоваться как открыто (что происходит обычно в периоды войн, требующих массовой мобилизации людей на организованное убийство граждан враждебных государств и, следовательно, обоснования ущербности последних), так и скрыто (среди считающих себя избранными групп, руководствующихся "двойной" моралью). В последнем случае за ширмой официальной идеологии равенства для широких масс властвующие или претендующие на привилегированное положение группы на практике исповедуют свою особую идеологию избранности, снимающую моральные ограничения и разрешающую преступления против остальной части общества. В социальной психологии мобилизующее значение, которое для любой социальной группы имеет противопоставление "мы - они", хорошо известно. На этом основано формирование и самосохранение каждой нации, каждого клана, каждой борющейся за власть группы. Разумеется, это противопоставление вовсе необязательно принимает антагонистический характер и еще реже переходит в фазу войны с целью взаимного истребления.
  
  Вместе с тем, в большинстве известных общественных систем противопоставление властвующей элиты и остального общества имело фундаментальное значение в структурировании социальных связей и поддержании механизма господства привилегированного меньшинства над неорганизованным большинством. В течение почти всей истории человечества это было нормой, обосновывавшей рабовладение, крепостничество, открытое социальное неравенство. Не является это редкостью и сейчас, встречаясь в самых разных социальных системах - от тоталитарных до демократических. В частности, многократно заклейменная позором практика разделения социалистического общества на привилегированную номенклатуру и всех остальных схожа в этом смысле с доминирующей в странах так называемой развитой демократии реальной практикой кланового формирования правящей элиты, структурируемой семейными связями, престижными клубами, масонскими ложами, религиозно-этническими общинами.
  
  В нашей истории вопреки народно-религиозной философии соборности практическая организация общества в разное время характеризовалась весьма жесткими формами противостояния правящей элиты и народных масс. При этом в периоды социальных революций идеология, обосновывающая привилегированное положение обновленной правящей элиты, носила русофобствующий, антинародный характер. Так, в частности, было в эпоху Петра I, в период свержения Самодержавия и последовавшей за этим гражданской войны. В эпоху коллективизации и ГУЛАГа, вплоть до победы СССР в Великой Отечественной войне, русофобия составляла важнейший элемент самоопределения правящей элиты. Аналогичная ситуация наблюдается и в современной структуризации нового правящего класса, возникающего на почве разложения Советской империи. Антинародное самоопределение правящей элиты в смысле противопоставления себя большинству населения и обоснования на этой основе своего морального (а иногда и юридического) права на господство и привилегии является в мировой истории скорее нормой, чем исключением.
  
  Первоначально претензия на господство строилась, как правило, на этнической основе (так, в частности, создавались первые империи - Древнегреческая, Римская, Могольская, Инкская, в которых власть закреплялась за привилегированным этническим меньшинством). Впоследствии при формировании великих империй, требовавших широкой социальной базы для поддержания власти элиты, доминирующим стал религиозный принцип, во многом снимающий остроту социальных противопоставлений (Византийская, Арабская, Священная Римская, Российская империи).
  
  Новое время продемонстрировало большое разнообразие идеологических оснований в механизмах воспроизводства правящих элит как на страновом, так и на международном уровнях. Правилом при этом стало формирование и поддержание двойной идеологии общественного устройства: одна идеология (всеобщего равенства, свободы и справедливости) - для широких масс, другая (обосновывающая право элиты на господство, привилегии и вседозволенность) - для элитарных групп. Последние при этом могут исповедовать разную идеологию в зависимости от своего положения в механизме власти - от народных представителей (в органах государственной власти) до этнических землячеств и семейных кланов (со своей скрытой формой самоорганизации и собственной системой моральных норм) и, наконец, масонских лож и сект (с тайной формой самоорганизации, особыми обязательствами перед членами и вседозволенностью в отношении непосвященных).
  
  К сожалению, у нас короткая историческая память и крайне слабое понимание реальных механизмов власти в современных демократических обществах. В силу свойственных русской культуре идеалов социальной справедливости, гуманизма, правды и добра, реальная картина управления обществом остается скрытой от общественного сознания, которое легко мифологизируется и направляется современными приемами массовой пропаганды и внушения. Идеология фашизма не укладывается в голове у русского человека, трижды спасавшего Европу и мир от порабощения и истребления монгольской ордой, наполеоновской армией и гитлеровскими войсками. Но именно подобная идеология антирусской направленности характерна для революционеров-реформаторов, захвативших и удерживавших власть в 1992-1998 гг. При всей ее противоестественности для нашего мировоззрения необходимо признать, что теоретики и практики такой идеологии, присвоившие наше национальное богатство и изгадившие нашу страну, не рассматривают нас как полноценных людей и в соответствии со своими убеждениями считают себя вправе творить в отношении населения России что угодно - от присвоения общественного имущества до организации гражданских войн и переворотов, развращения детей и деморализации общества. Пока мы не усвоим этот урок, мы обречены на вырождение, а страна - на колонизацию. Надо знать, с кем имеешь дело, и действовать соответственно. Если бы наши отцы и деды пытались хлебом-солью задобрить гитлеровских или наполеоновских захватчиков с тем, чтобы те не грабили наши города и села, то едва ли мы сегодня имели бы возможность даже говорить на родном языке. Мы же на протяжении почти семи лет разрушительной революции своей пассивностью и покорностью потворствовали политике геноцида собственного народа.
  
  Оставим, однако, изучение субъективных мотивов идеологов и проводников осуществлявшейся в России политики геноцида специалистам в области философии и зоопсихологии [2] и обратимся к рассмотрению ее фактического содержания (ведь для понимания сути фашизма важнее содержание проводимой фашистами политики, чем речи их фюрера). Главным в упомянутом выше определении геноцида является его объективная сторона, отражающая качественную характеристику проводившейся в России социально-экономической политики. В цели настоящей работы не входит обоснование обвинения против лиц, осуществлявших планирование и проведение политики геноцида, - это дело юристов.
  
  Наша задача заключается в объективной характеристике проводившейся в России политики. Очевидно, что для прекращения любой болезни важнее всего выявить и устранить причины заболевания, нежели поймать и наказать конкретного переносчика заразы. Важной задачей настоящего исследования является также обоснование предложений по переходу к конструктивной экономической политике преодоления кризисных тенденций и возрождения нации, ориентированной на благополучие людей и успешное экономическое и научно-техническое развитие страны. Основные составляющие такой политики характеризуются в заключительной части книги. Вместе с тем, устранить причины кризиса российского общества можно только основываясь на понимании объективного смысла и механизмов проводившейся до сих пор политики и ее долгосрочных последствий. Поэтому книга начинается с анализа и обобщения фактов и выявления причинно-следственных связей, определяющих сложившиеся тенденции социально-экономической эволюции России.
  
  2. Факты
  
  В результате проводившейся с конца 1991 г. по август 1998 г. социально-экономической политики сформировались условия, серьезно затрудняющие нормальное воспроизводство социальных общностей, которые составляют подавляющую часть населения России. Об этом наглядно свидетельствуют данные демографической статистики и статистики уровня жизни.
  
  С 1992 г. в России наблюдается устойчивая тенденция депопуляции, характеризующаяся превышением числа умерших над числом родившихся в 1,5-1,7 раза. Сложившийся в настоящее время в России уровень рождаемости является одним из самых низких в Европе и почти вдвое меньше необходимого для простого численного замещения поколений родителей их детьми (около 123 рождений в среднем на 100 женщин). Весьма неблагополучной остается ситуация со смертностью в стране, показатели которой самые высокие в Европе [3]. Убыль населения имеет место в подавляющем большинстве субъектов Российской Федерации. При этом самый высокий показатель естественной убыли отмечается в Центральной России [3]. Общее превышение числа умерших над числом родившихся за 1992-1997 гг. оценивается в 3,89 млн. человек [4]. В то же время общие демографические потери России за эти годы вследствие ухудшения социально-экономического положения, разрушения привычной культурной и бытовой среды оцениваются в 8 млн. человек, из которых около 3 млн. - преждевременно умершие и около 5 млн. - неродившиеся в результате резкого падения детородной активности. Интенсивность ежегодных потерь населения в последние 5 - 6 лет более чем вдвое превысила потери периода сталинских репрессий и массового голода первой половины 30-х годов [5]. Согласно имеющимся демографическим прогнозам, "за 1998-2015 гг. численность населения России уменьшится еще на 8,6 млн. человек, или на 6%. Темпы ее снижения будут практически постоянными в течение всего прогнозного периода - 0,3% в среднем за год. Снижение численности населения будет отмечаться в 68 субъектах Российской Федерации и в 5 автономных образованиях. Из-за отрицательного естественного прироста и миграционного оттока в Таймырском, Чукотском и Ненецком автономных округах снижение численности за прогнозный период составит от 40% до 34%. Достаточно существенно, на 18-15%, она сократится в Мурманской, Амурской, Тамбовской областях" [3, с. 4].
  
  Долгосрочный прогноз охвативших Россию тенденций вырождения говорит о "периоде полураспада" нации (т.е. двукратного сокращения численности населения страны) в 60-80 лет [5]. В России сложился резко суженный характер воспроизводства населения, когда каждое поколение родившихся количественно меньше поколения своих родителей и не может восполнить убыль населения. Такой тип воспроизводства населения характерен только для России и обладает большой устойчивостью. В 1996 г. "чистый" коэффициент воспроизводства населения снизился до катастрофической по демографическим последствиям цифры - 0,603, причем у городского населения он еще ниже - 0,544 [76]. Такого беспрецедентно низкого уровня воспроизводства ранее не отмечалось ни в нашей стране, ни в других странах мира даже во время войн. Депопуляция и вырождение нации особенно ярко проявляются в сокращении продолжительности жизни, которая в первые годы радикальных преобразований опустилась ниже 58 лет для мужчин и 70,5 лет для женщин. При этом в ряде регионов страны ситуация еще хуже - в некоторых республиках и областях Уральского, Западно-Сибирского, Восточно-Сибирского районов продолжительность жизни составляет 49-57 лет для мужчин, 62-71 год для женщин и 55-64 года в целом по населению.
  
  По продолжительности жизни Россия отстает от развитых экономических стран на 13-15 лет и находится в одном ряду с Монголией, Марокко и Гватемалой [3, 76]. Для анализа процесса вырождения России вследствие политики геноцида немаловажное значение имеет его качественная характеристика. В общем числе умерших около трети составляют лица трудоспособного возраста. Наряду с резким сокращением рождаемости ежегодно увеличивается число детей-инвалидов, наркоманов, лиц, тяжело болеющих или перенесших заболевания, ведущие к инвалидности. Со стремительным старением населения происходит быстрая деградация молодых поколений, утрачивается способность нации к созидательному труду.
  
  О быстром разрушении человеческого потенциала страны свидетельствуют данные о резкой алкоголизации общества, росте социально обусловленных болезней - наркомании, психических расстройств и самоубийств. По имеющимся оценкам, потребление абсолютного алкоголя составляет 15 литров на человека в год, что почти вдвое превышает установленный Всемирной организацией здравоохранения критический уровень, достижение которого означает необратимое изменение генофонда нации. Алкоголизмом затронуто около 20 млн. человек; 6 млн. человек страдают наркоманией, причем подавляющая часть наркоманов - молодые люди в возрасте до 25 лет, так и не приступившие к какой-либо созидательной деятельности [5]. Смертность населения от отравления некачественным, в том числе импортным, алкоголем за последние 5 лет возросла почти в три раза. Ежегодно госпитализируются до 90 тыс. человек, отравившихся суррогатным алкоголем, из них умирают от 40 до 50 тыс. человек в год [26].
  
  Оборот наркотиков стал бурно развивающимся видом деятельности. За последние четыре года число наркоманов среди школьников, а также в студенческой среде (прежде всего в крупных городах) возросло в 6-8 раз. По данным МВД, за десять лет число смертельных исходов в результате употребления наркотиков увеличилось в 12 раз, а среди детей - более чем в 40 раз. С учетом основной возрастной категории наркоманов (13-25 лет) под угрозой оказывается фактически все подрастающее поколение страны [8]. Особую тревогу вызывает социально обусловленный рост по сравнению с 1990 г. заболеваний туберкулезом - в 1,7 раза, сифилисом - в 40 раз, наркоманией - в 5 раз, алкогольным психозом в - 5 раз, отравлений - в 2 раза. Началось быстрое распространение эпидемии СПИДа, число жертв которого только за 1996 год увеличилось в 8 раз и продолжает расти теми же темпами [5]. В 1997 г. число вновь выявленных случаев ВИЧ-инфекции выросло в 3 раза по сравнению с 1996 г. и в 1,6 раз превысило число случаев ВИЧ-инфекции, выявленных за весь предыдущий десятилетний период [7,8].
  
  Не вызывает сомнений, что тенденции депопуляции и вырождения связаны с резким снижением доходов населения, а также со свертыванием системы социальных гарантий населению в результате проводившейся экономической политики. По данным Госкомстата, реальные денежные доходы населения за 1992-1996 гг. снизились примерно на 43% (в частности, реальная зарплата - на 52%, пенсии - на 45%). Более 30 млн. человек (каждый пятый гражданин России) устойчиво имеют денежные доходы ниже прожиточного минимума [9, 10]. После искусственно организованного финансового кризиса и последовавшего за ним всплеска инфляции доля таких людей в населении России достигла 40%. По этому показателю бедность в России увеличилась по сравнению с 1990 г. в 15 раз. Сегодня около половины занятых имеют оплату труда не выше прожиточного минимума. В бюджетной сфере основная часть занятых имеет зарплату ниже прожиточного минимума. Таким образом, сложившийся уровень оплаты труда не обеспечивает приемлемого уровня жизни. Официальная статистика оперирует с формально начисленными доходами населения. Между тем в условиях хронического платежного кризиса повсеместным явлением стали многомесячные задержки заработной платы, пенсий, пособий на детей, с учетом которых сокращение реальных доходов населения увеличивается еще на 5-10%.
  
  С учетом этого обстоятельства необходимо скорректировать данные официальной статистики о будто бы начавшемся росте реальных доходов населения. Если принять во внимание уровень и рост цен, особенно на оплату жилья и коммунальных услуг, транспорта и связи, то не менее 70 млн. человек, т.е. почти половина населения России, находятся на грани или за гранью нищеты [4]. Вслед за снижением реальных доходов сокращается потребление населения. Душевое потребление мяса и мясопродуктов снизилось за эти годы более чем на треть, молока и молочных продуктов - более чем на четверть, рыбы и рыбопродуктов - на две трети. Возникает угроза массового недоедания и даже голода в стране. Уже сегодня дефицит белка в питании россиян составляет 35-40%. Калорийность питания, определяющая состояние здоровья и работоспособность человека, уже снизилась до 2200 ккал/сутки, что значительно ниже необходимой нормы (3500-2500 ккал/сутки). Обеспеченность витаминами, определяющая иммунитет к болезням, сократилась до 50% от нормы.
  
  Структура питания населения меняется в сторону неуклонного оскудения рациона. Потребление основных продуктов питания на душу населения составило, соответственно, в 1990 г. и в 1997 г. (кг. в год): мясо и мясопродукты - 70 и 48; молоко и молочные продукты (в пересчете на молоко) - 378 и 235; рыба и рыбопродукты -15 и 9; картофель - 94 и 108, яйца - 231 и 173 шт. [11]. Сокращение реальных доходов населения усугубляется демонтажем ранее существовавшей системы социальных гарантий: по всем отраслям социально-культурной сферы реальное финансирование снижено за последнее пятилетие в 2-3 раза. Причем сокращение расходов на эти цели опережает общие темпы экономического спада и сжатия государственного бюджета. Так, доля расходов на здравоохранение снизилась до 2,5% валового внутреннего продукта (ВВП) по сравнению с 8% в других европейских странах. В этих социально-экономических условиях естественной реакцией населения стало снижение рождаемости. Ведь свыше 40% семей с двумя и более детьми живут в бедности, а вероятность для многодетной семьи оказаться в нищете составляет 50% [10]. Неудивительно, что за последние 10 лет (с 1987 г. по 1997 г.) родилось почти на 6 млн. детей меньше, чем за предшествующее десятилетие.
  
  Снижение рождаемости по экономическим причинам усугублялось агрессивной пропагандой разврата и разрушением семьи через средства массовой информации, а также внедрением сомнительных методик сексуального "просвещения" школьников, разработанных за рубежом в целях уменьшения рождаемости в развивающихся странах и внедрявшихся в России поддерживавшейся правительством Российской ассоциацией "Планирование семьи" [12,13]. Организаторы этой политики, щедро финансируемой из зарубежных источников, не скрывают, что целью их деятельности является дальнейшее сокращение рождаемости и, следовательно, численности населения в России. Главным средством достижения этих целей становится развращение молодежи, воспитание подростков в духе сексуальной распущенности, культивирование отношения к сексу как игре и забаве, разрушение в общественном сознании традиционной связи половых отношений с функцией деторождения, дискредитация и ослабление семьи, осуществлявшиеся в соответствии с учебными пособиями, наводнившими российские школы упомянутой Российской асоциацией "Планирование семьи" при попустительстве министерств образования и здравоохранения. Неудивительно, что в России на 1000 заключаемых браков приходится 600-700 распавшихся.
  
  Сегодня в России на каждого родившегося ребенка приходится два прерывания беременности, а более полумиллиона детей и подростков растут без попечения родителей. Каждый четвертый ребенок рождается сегодня вне брака [14]. Сокращение производства и резкое ухудшение финансового положения предприятий практически всех отраслей материального производства и бюджетной сферы вследствие проводившейся макроэкономической политики наряду с резким падением реальной зарплаты влечет рост безработицы и, как следствие, деградацию многих вполне работоспособных и здоровых людей, неспособность их семей содержать и воспитывать детей. "Ежегодно без одного родителя остаются около 500 тысяч детей и подростков. Около 40 % несовершеннолетних преступников воспитывались именно в таких семьях. Спасаясь от жестокого обращения, физического и психического насилия, около 2 тысяч детей и подростков ежегодно кончают жизнь самоубийством, около 30 тысяч уходят из семьи, 6 тысяч - из детдомов и интернатов. Ребенок, оказавшийся на улице, как правило, становится объектом внимания криминальной среды и ее специфического контроля" [26, с. 37]. За первые четыре года радикальных преобразований число ежегодно выявляемых детей-сирот и детей, лишившихся родительского попечения, увеличилось почти на 70% (с 67 тыс. в 1992 г. до 113 тыс. в 1996 г. В 4 раза возросло число родителей, лишенных родительских прав [14]. В результате сложился слой беспризорных детей (количественные оценки социологов и журналистов колеблются от четырех до двух млн. человек).
  
  Власти не только не предпринимали каких-либо мер по преодолению демографического кризиса, но фактически усугубляли его, проводив соответствующую "культурную" политику на государственных телеканалах, подкрепляли бюджетными ассигнованиями внедрение методик, направленных на развращение подростков в начальной и средней школе. Практически поощряя деморализацию населения и дискредитацию базовых ценностей семьи, замещение брака отношениями "свободной" любви, властвовавшая олигархия разрушала не только сложившуюся в России традиционную организацию жизни, но и основу современного общежития людей - семью как базовую структуру общества, обеспечивающую его воспроизводство и поступательное развитие. С распадом семьи общество теряет преемственность в развитии, устойчивость, разрушается вследствие духовной деградации и физического вырождения.
  
  Деградация семьи и деморализация подрастающего поколения создают благоприятную почву для втягивания молодежи в асоциальные псевдорелигиозные школы. По некоторым данным, в настоящее время под влиянием религиозных деструктивных культов находится 500 тыс. несовершеннолетних и 1 млн. молодых россиян в возрасте 18-25 лет [26]. Организаторы современной социальной инженерии являются (может быть, сами того не подозревая) последователями Гитлера, который заявлял по поводу своих планов сокращения численности населения Восточной Европы: "Большие семьи местного населения могут удовлетворить нас только в том случае, если девушки и женщины будут делать настолько много абортов, насколько это возможно. Активная торговля контрацептивами должна поощряться в восточных территориях, поскольку мы не можем иметь ни малейшего интереса в росте численности негерманского населения"[12]. Сегодня техника депопуляции, разработанная фашистами, применяется для расчистки экономического пространства России в угоду новому правящему классу. Главной жертвой такой политики становятся, в полном соответствии с определением геноцида, дети и, следовательно, будущие поколения. В этой связи напомним, что согласно определению геноцида, под ним понимается не только создание для какой-либо группы невыносимых жизненных условий, но и "меры, рассчитанные на предотвращение деторождения в среде такой группы" [1].
  
  Сегодня в России в наиболее тяжелом положении оказалась молодежь, лишенная социальных гарантий, уверенности в будущем, устойчивых жизненных ориентиров. Более половины школьников имеют ослабленное здоровье, как правило, из-за бедности или низкого уровня материальной обеспеченности родителей, до 30% детей к окончанию школы ограничены в выборе профессии по состоянию здоровья, лишь 15 % выпускников школ могут считаться полностью здоровыми. Печальные результаты медицинского освидетельствования призывников состоят в том, что до 40% молодого пополнения последних призывов в армию не могли выполнить низшие нормативы по физической подготовке солдат и сержантов, 11,5% имели дефицит веса. Каждый четвертый из новобранцев требовал медицинского контроля по причине ослабленного здоровья и хронических заболеваний, а у 28% обнаружились признаки отставания в умственном развитии [5]. Заболеваемость социально обусловленными болезнями среди детей приняла характер пандемии: заболеваемость сифилисом за 1993-1996 гг. у детей выросла в 10 раз, у подростков - в 6,8 раза; в возрастной группе 15-17 лет заболеваемость сифилисом за 1990-1994 гг. возросла в 24,6 раза [49]. Именно дети стали самой бедной и уязвленной частью общества. Вероятность вырасти в нищете для только что родившегося российского гражданина составляет порядка 70%. В новой системе культивируемых в России социальных отношений это означает вероятность более 50% не получить необходимого для полноценной жизни образования, вероятность более 30% стать алкоголиком, наркоманом или преступником.
  
  На фоне этих катастрофических для народа России тенденций государственная поддержка детей сократилась в 2,3 раза [18]. Подобное положение детей, наряду с устойчивым превышением смертности над рождаемостью, полностью соответствует признакам геноцида. Как видно из официальной статистики, тенденции депопуляции и обнищания охватывают подавляющее большинство российского населения, практически все регионы и почти все социальные и профессиональные группы.
  
  Исключение составляет численно небольшая группа преуспевающих бизнесменов, так называемых новых русских, высокопоставленных чиновников, служащих финансовых институтов власти, обслуживающих интересы иностранного капитала коммерсантов, а также членов организованных преступных групп. На долю относительно "благополучных" 20% населения приходится почти половина совокупного объема доходов, самые богатые 10% получают 31,6% совокупных доходов, которые в 13 раз выше, чем доходы самых бедных 10% населения, составляющие 2,4% совокупных доходов [15]. По оценкам, сделанным с учетом величины сокрытых доходов, показатель дифференциации доходов должен быть увеличен не менее чем до 20-25 раз, а в Москве - до 45 раз [4]. При этом львиная доля национального дохода присваивается сформировавшейся за последние годы малочисленной (до 200 семей) группой господствующей олигархии, узурпировавшей право распоряжаться значительной частью накопленного национального богатства и монополизировавшей государственную власть.
  
  Основная же часть вполне работоспособного населения лишилась не только накопленных ранее сбережений и устойчивых доходов, но и утратила свой статус в обществе, жизненные перспективы, стала чужой и ненужной в собственной стране. Подтверждением характеристики проводившейся в России экономической политики как геноцида является и то, что большинство "новых нищих" - вполне работоспособные и квалифицированные специалисты, выполняющие за мизерную плату общественно-необходимые работы. Они составляют более 2/3 бедного населения [4]. Сокращение их зарплаты до крайне низкого уровня, который в расчете на единицу производимой продукции втрое меньше достигнутого в развитых странах [16], как и рост безработицы среди высококвалифицированных специалистов, вызваны отнюдь не снижением производительности их труда или обесценением его результатов, а обусловлено проводившейся экономической политикой. Вследствие тех же макроэкономических процессов не только снижается реальная заработная плата, но и быстро растет безработица.
  
  Численность безработных в России достигла 6,5 млн. человек, или 9,1% экономически активного населения [9]. А с учетом работающих в режиме неполной рабочей недели либо находящихся в отпусках без сохранения или с частичным сохранением заработной платы, общее количество безработных оценивается в 15 млн. человек, или 20% экономически активного населения. Оценивая долгосрочные социальные последствия массовой безработицы, следует иметь в виду, что для российской культуры созидательный труд представляет одну из величайших ценностей, а российское общество всегда было обществом почти полной занятости, в котором иждивенчество трудоспособных и отсутствие определенных занятий рассматривались как порок. Вследствие этого высокий уровень безработицы становится настоящим социальным бедствием, провоцируя массовый характер алкоголизации, преступности и психических расстройств.
  
  
  Анализ причин быстрого роста безработицы показывает ее непосредственную связь с последствиями проводившейся экономической политики, выразившимися в разорении и деградации наиболее трудоемких отраслей экономики - сельского хозяйства, строительства, обрабатывающей и наукоемкой промышленности - машиностроения, легкой промышленности, деревообработки и т.п. За пятилетку радикальных "реформ" объем промышленного производства и строительства сократился более чем вдвое, в том числе объем машиностроительного производства - более чем втрое, а инвестиционного машиностроения и товаров народного потребления - в 5-10 раз. В ряде ключевых отраслей нового технологического уклада, определяющих современный технологический прогресс и экономический рост, например, микроэлектронной промышленности, средств автоматизации и связи, спад производства составил десятки раз, многие перспективные производства практически перестали существовать, освободив рынок для импортной продукции. В упадке находятся как раз те отрасли, которые составляют основу социально ориентированной экономики и потенциала ее подъема, обеспечивая связь роста внутреннего производства и спроса.Правильно организованный переход к рыночной экономике должен был обеспечить подъем их эффективности и расширение производства, что позволило бы не только избежать чрезмерного уровня безработицы в регионах с высокой концентрацией наукоемкой и обрабатывающей промышленности, но и превратить их в локомотивы экономического роста и центры роста занятости.
  
  Быстрый рост безработицы, резкое падение уровня жизни, деморализация населения провоцируют быстрый рост преступности и криминализацию общества. В 1991-1995 гг. в три раза выросла преступность [26] (не случайно совершенная российская революция получила название Великой криминальной [48]), при этом особенно быстро росло количество тяжких преступлений. Проводившаяся под видом прогрессивных реформ политика присвоения национального богатства властвующей олигархией повлекла за собой деградацию значительной части человеческого потенциала страны, обесценение образования и квалификации миллионов специалистов и рабочих, десятки миллионов личных катастроф людей, поставленных в невыносимые жизненные условия. Уже сегодня количество социальных изгоев, фактически лишенных каких-либо социальных гарантий и гражданских прав, составляет, по экспертным оценкам, не менее 10% городского населения страны, или 14 млн. человек [10]. Характерным признаком разложения общества является резкий рост самоубийств отчаявшихся людей, а также смертности от несчастных случаев, отравлений и травм. Наблюдаемая быстрая деградация населения, особенно молодежи, не может быть объяснена какими-либо демографическими причинами - ничего подобного в тысячелетней истории России еще не было. Даже в период гражданской войны и коллективизации, когда геноциду подверглись основные социальные группы русского населения, не было столь беспредельной деморализации общества. Анализ факторов сокращения рождаемости и роста смертности населения, проведенный ведущими исследовательскими институтами страны [5], убедительно доказывает неестественный характер переживаемой Россией демографической катастрофы, ее обусловленность резким ухудшением уровня и качества жизни.
  
  Эта катастрофа не может быть объяснена какими-либо объективными бедствиями (природными катаклизмами, эпидемиями, войнами и пр.), приводящими к уничтожению значительной части национального богатства. Главные причины вырождения народа России - резкое ухудшение жизненных условий в результате присвоения национального богатства правящей олигархией, его вывоза за рубеж и разрушения производительных сил общества, а также искусственная деморализация населения, утрата значительной частью людей четких жизненных ориентиров, уверенности в будущем, понимания смысла жизни. Как обычно, революция повлекла за собой хаос и разрушения, дезинтеграцию и распад общества, поставив народ на грань выживания [17]. Это говорит о причинно-следственной связи между проводившейся в стране политикой и вырождением населения, что и позволяет квалифицировать ее как геноцид.
  
  3. Причины
  
  Причинно-следственная связь между вырождением народа России, ухудшением уровня и качества жизни вследствие изменения экономической ситуации столь очевидна, что даже самые ангажированные апологеты проводимых в стране преобразований этого не отрицают. Споры идут вокруг объяснения причин такого ухудшения. Апологеты пытаются доказать объективный характер наблюдаемых в стране спада производства и обнищания населения, их обусловленность сложившимися в прошлом диспропорциями экономики, ее неконкурентоспособностью, неизбежными трудностями реформы. Объективные же исследования показывают связь изменения уровня жизни населения с соответствующими направлениями проводившейся в последние годы экономической политики.
  
  Анализ содержания и мотивов проводившихся под видом "реформы" реальных мероприятий убедительно доказывает, что происходящие в России депопуляция и вырождение вполне здоровых социальных групп являются прямым результатом экономической политики и ни в коей мере не могут быть объяснены разного рода объективистской и наукообразной терминологической чехардой (как то: "трансформационный спад", "демилитаризация экономики", "сокращение невостребованных рынком избыточных производств" и других, сочиняемых апологетами проводимой политики псевдопонятий). По расчетам Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, в отсутствие каких-либо изменений в 1991-1993 годах нас ожидала бы депрессия с сокращением производства не более 2% [19]. В случае же научно обоснованного осуществления перехода к рынку можно было бы добиться экономического роста с устойчивым темпом не менее 3% в год. Опыт Китая, добившегося в результате рыночного реформирования экономики устойчивых темпов роста ВВП на 7-10% в год, опровергает псевдонаучные рассуждения о закономерности "трансформационного спада". Экономическая политика всегда многовариантна, ее результаты в решающей степени определяются целями и интересами, которые она преследует. Последние выявляются в изменениях в распределении доходов и собственности, в политике присвоения национального богатства.
  
  Анализируя эти изменения, нетрудно вскрыть движущие мотивы тех или иных направлений в экономической политике. Ниже они рассматриваются именно с этих позиций - основные элементы проводившейся в течение последних шести лет экономической политики анализируются с точки зрения последствий их реализации для изменения структуры присвоения доходов и национального богатства, а также уровня благосостояния населения. Эти изменения могут быть представлены в виде нескольких последовательных циклов обнищания населения.
  
  
  Цикл 1 - 1992 г. Либерализация цен, обесценение доходов и сбережений граждан.
  
  Несмотря на длительное обсуждение технологии либерализации цен, она была осуществлена самым примитивным образом - путем предоставления предприятиям права произвольного назначения цен без каких-либо ограничений в части обеспечения добросовестности конкуренции, защиты прав потребителей и других сдерживающих механизмов. При этом были не только не отменены, но и реально подтверждены правительственным решением о либерализации цен прежние методики ценообразования, основанные на простой калькуляции издержек.
  
  Это закрепило рутинные механизмы затратного ценообразования, которые в новых условиях стали естественным руслом раскручивания инфляции издержек. В отсутствие конкуренции и опыта борьбы за рынки сбыта хозяйствующие субъекты рассчитывали цены своей продукции исходя из фактического и ожидаемого роста цен на потребляемые средства производства, перенося увеличивающиеся издержки на потребителей. При этом первоначальный толчок инфляции издержек дали сами правительственные прогнозы, сообщив импульс трехкратного роста ценам на энергоносители и другие основные ценообразующие товары. Либерализация цен не сопровождалась формированием соответствующих институтов обеспечения добросовестной конкуренции и прозрачности рынка. Бездействие правительства в регулировании рынка попустительствовало его криминализации и установлению контроля организованных преступных групп над важнейшими элементами товаропроводящей сети, розничной и оптовой торговли.
  
  В результате демонтаж государственного контроля за ценообразованием и либерализация торговли привели не к созданию механизмов рыночной конкуренции, а к установлению контроля над рынком организованных преступных групп, извлекающих сверхдоходы путем взвинчивания цен. Даже спустя шесть лет после либерализации цен, торговые наценки по основным товарам массового спроса составляют 50-90% цены, а доля товаропроизводителя в цене реализуемого товара отечественного производства редко превышает половину - все остальное уходит в доходы посредников, контролирующих рынок [20]. Это означает, что до половины стоимости производимых в стране товаров народного потребления изымается криминальными организационными монополиями в торговле.
  
  Многочисленные ошибки, допущенные при либерализации цен, спровоцировали гиперинфляцию издержек, которая не только дезорганизовала производство, но и привела к обесценению доходов и сбережений граждан. Хозяйствующие субъекты, пытаясь переложить рост цен на потребителя и максимально использовать свои возможности по увеличению доходов, не были заинтересованы в адекватном повышении заработной платы, рост которой существенно отставал от роста потребительских цен. "Забыло" про интересы граждан и государство, отказавшись от своевременной индексации не только нормативов заработной платы, но и сбережений граждан, хранившихся в государственном Сбербанке. Несмотря на протесты населения, требования общественных организаций, предупреждения специалистов о необходимости индексации заработной платы и сбережений граждан, сосредоточенных в Сбербанке, покупательная способность которых по закону обеспечивалась всеми активами государства, она не была проведена, что привело к фактической ликвидации сбережений подавляющего большинства населения.
  
  В мировой экономической теории и практике защита доходов и сбережений граждан от инфляции является само собой разумеющейся функцией государства. Тем более обязательной, чем больше инфляция провоцируется самой государственной политикой [21]. В нашем случае эта связь очевидна: вползание российской экономики в гиперинфляцию стало прямым следствием принятой технологии либерализации цен. Очевидна также юридическая обязанность государства по обеспечению защиты доходов и сбережений населения от обесценения. Такая обязанность была закреплена в отношении хранившихся в государственном Сбербанке сбережений граждан решением Конституционного суда, обязавшего государственную власть принять меры по восстановлению покупательной способности обесценившихся в Сбербанке вкладов населения. До сих пор, однако, эта обязанность правительством игнорируется, несмотря на ее законодательное оформление (Федеральный закон "О восстановлении и защите сбережений граждан Российской Федерации").
  
  Между тем при правильной организации денежно-кредитной политики возможности защитить сбережения граждан от инфляционного обесценения были. Объем денежной эмиссии за 1992-1996 гг. составил 282 трлн. руб., т.е. значительную часть объема индексации сбережений населения, необходимого для поддержания их покупательной способности неизменной. Но денежная эмиссия была направлена на обогащение финансовых посредников, вставших между "денежными властями" - Центральным банком, Министерством финансов и Госкомимуществом - и остальным обществом. В 1992-1993 гг. они сказочно обогатились на распределении дешевых кредитов, в дальнейшем - поднаторели на "прокручивании" средств государственных предприятий и бюджета. По имеющимся оценкам, только в 1994 г. (когда уже был остановлен основной поток прямого присвоения эмиссии денег при посредничестве в распределении дешевых кредитов) переток денежных средств из производственной сферы в сферу обращения через систему коммерческих банков составлял около 14% ВВП [22]. Сверхприбыльность финансовых спекуляций сочеталась с криминализацией банковской сферы, в которой годовые темпы роста выявленных преступлений составили соответственно 78% в 1993 г., 170% в 1994 г., 264% в 1995 г. и более 250% в 1996 г. [50]. Таким образом, обесценение доходов и сбережений граждан вследствие реализованной технологии либерализации цен стало прямым результатом сознательных решений правительства и Центрального банка. То же касается обесценения текущих доходов граждан, прежде всего заработной платы и социальных выплат. Реальная начисленная заработная плата неуклонно сокращалась вплоть до 1996 г., когда она составила 46% к уровню 1990 г., и лишь в 1997 г. увеличилась на 4% по отношению к предыдущему году [9]. Как видим, из всех возможных способов проведения реформы ценообразования был выбран и реализован вариант, имевший наиболее тяжелые последствия для благосостояния населения. Спровоцировав гиперинфляцию, такой вариант не предусматривал введения хорошо известных в экономической теории и практике методов контроля над ценообразованием, защиты доходов и сбережений населения от обесценения.
  
  Другой особенностью этого варианта было крупномасштабное и исключительно быстрое перераспределение доходов в обществе, их концентрация в немногочисленной социальной группе "новых русских" при резком сокращении у большинства населения. Методы такого перераспределения не имели ничего общего с созданием новых ценностей и касались исключительно перераспределения ранее созданного общественного богатства. Причем "эффективность" этих методов была обратно пропорциональна действенности государственного регулирования: взвинчивание цен предприятиями-монополистами и криминальными организационными монополиями в торговле, дискриминация потребителей из-за дифференциации цен и фальсификации качества товаров (что стало возможным вследствие фактического отсутствия антимонопольного регулирования и контроля за ценообразованием); "прокручивание льготных кредитов", изъятие оборотных средств предприятий банками, удерживавшими процентные ставки по депозитам и расчетным счетам предприятий намного ниже темпа инфляции (это стало возможным вследствие отказа государства от регулирования ставок процента и контроля за целевым использованием кредитов, также как и денежных потоков).
  
  Правительство легко могло бы ограничить действие возникшего с либерализацией цен разрушительного перераспределительного механизма хорошо известными методами контроля над ценообразованием, ставкой процента и индексацией доходов, но, вопреки многочисленным рекомендациям, не сделало этого. Упоминавшееся выше двукратное сокращение реальной заработной платы в течение первых лет "реформы" отражает интенсивность процесса перераспределения доходов в пользу привилегированных социальных групп, установивших контроль над бывшей государственной собственностью и финансовыми потоками. Доля заработной платы, вместе с выплатами социального характера, в доходах населения сократилась с 74% в 1990 г. до 43,4% к концу 1996 г., а доходы от предпринимательской деятельности достигли 38,7%.
  
  Другой стороной этого процесса стал резкий рост дифференциации населения по уровню денежных доходов, увеличившейся по меньшей мере втрое. Расслоение общества, в ходе которого возник немногочисленный привилегированный класс "новых русских", а подавляющее большинство остального населения столкнулось с обесценением доверенных государству сбережений и резким сокращением реальных доходов, наглядно свидетельствует о характере интересов и мотивов, определявших экономическую политику правительства.
  
  В арсенале экономических методов регулирования рыночной экономики при желании можно найти много способов избежать столь резкого обнищания основной массы населения и, вместе с этим, направить предпринимательскую энергию в созидательное русло создания нового, а не в перераспределение уже созданного богатства. Для этого достаточно было принять необходимые ограничения и нормы ценообразования при либерализации цен и обеспечить соответствующие пропорции распределения эмиссионного дохода, индексируя доверенные государству сбережения, заработную плату и социальные выплаты населению. Вместо этого основная часть огромного эмиссионного дохода, генерируемого Центральным банком в ходе гиперинфляции, была произвольным образом распределена между привилегированными банками и получателями льготных кредитов, прокручивавшими их в различных спекулятивных операциях, а криминализированные организационные монополии в торговле перераспределили в свою пользу большую часть добавленной стоимости, созданной в производстве товаров народного потребления. В конечном счете, основным источником сверхдоходов формирующейся правящей олигархии на первом этапе "реформы" стали сбережения и заработная плата остальной части общества. Произошло это перераспределение путем обесценения денежных доходов и сбережений большинства населения вследствие отказа от их индексации при гиперинфляции и присвоения эмиссионного дохода и перераспределения в свою пользу добавленной стоимости новым привилегированным классом. В условиях сокращения объемов и эффективности производства единственным источником увеличения доходов у одной части общества было их сокращение у всех остальных.
  
  Именно эта составляющая политики либерализации цен является ключевой в понимании воздействия избранной технологии реформы ценообразования на изменение благосостояния населения. Из всех возможных вариантов ее осуществления был избран вариант, наименее защищенный с точки зрения доходов и сбережений населения, спровоцировавший интенсивное перераспределение текущих доходов и быстрое социальное расслоение общества. Выбранная технология либерализации цен была самой простой в управлении - правительству можно было не обременять себя заботами о создании сложных механизмов индексации доходов и сбережений граждан, организацией контроля за денежными потоками. Главная забота правительства и Центрального банка сводилась к распределению эмиссионного дохода в форме льготных кредитов и "прокручиванию" денежных ресурсов государства и предприятий в спекулятивных операциях приближенных к "денежным властям" коммерческих структур.
  
  Цикл 2 - 1992-1993 гг. Утрата подавляющим большинством населения прав на ранее созданное общенародное имущество, приватизированное узкой прослойкой властвующей олигархии.
  
  Масштабная приватизация государственного имущества привела к перераспределению накопленной за десятилетия общенациональной собственности в пользу непосредственных организаторов этой акции, их "консультантов" и партнеров, подвизавшихся вокруг Госкомимущества и активно участвовавших в разнообразных приватизационных мероприятиях.
  
  Неподготовленное к этой акции и плохо информированное население было лишено возможности принимать эффективные решения и в условиях резкого сокращения доходов вынуждено было "сбросить" свои приватизационные чеки сомнительным посредникам. Большинство из последних, в свою очередь не имея достаточной информации для эффективных прямых инвестиций, ограничились перепродажей ваучеров и спекуляцией акциями приватизируемых предприятий с последующим присвоением полученных доходов и обманом доверчивых вкладчиков. В конечном счете, от хаотического перераспределения собственности и возникшего на его основе спекулятивного бума выиграли наиболее информированные - те, кто лично участвовал в организации этого процесса. Характерным примером являются удивительные коммерческие успехи многих иностранных советников и партнеров руководителей российской приватизации, которые, пользуясь служебной информацией, организовали массовую скупку акций приватизируемых предприятий в пользу иностранных банков [23].
  
  Вокруг этих афер иностранных консультантов российского приватизационного ведомства весной 1997 г. разгорелся громкий скандал. Правда, не в России, экономике которой они нанесли огромный ущерб, а в США, где в действиях этих американских граждан усматривают уголовные преступления и дискредитацию ценностей демократии, угрозу для успешного проведения рыночной реформы. На спекуляциях по перепродаже акций приватизированных предприятий хорошо информированными людьми были сколочены огромные капиталы - суммы, вложенные в покупку ваучеров у населения, увеличивались в десятки раз в результате перепродажи акций соответствующих предприятий заинтересованным иностранным компаниям. Только один иностранный банк, активно сотрудничавший с российским правительством и содержавший одного из таких "советников", в течение лишь 1994 г. перепродал акций российских предприятий почти на миллиард долларов. Учрежденные такими "советниками" ваучерные и инвестиционные фонды доминируют ныне на российском фондовом рынке, продолжая "зарабатывать" на спекуляциях многократно недооцененными акциями российских предприятий.
  
  За многими из тех, кто преуспел на почве спекуляций с ваучерами и акциями приватизированных за бесценок российских предприятий, стоят "натурализованные" при организаторах массовой приватизации международные аферисты, пристроившиеся при российских органах власти в качестве советников, консультантов, экспертов. Они были необходимы организаторам приватизационной кампании для прокладывания дороги в международные финансовые структуры, извлечения сверхприбылей на перекачивании прав на приватизируемое национальное богатство за рубеж, придания проводимой в России беспрецедентной кампании присвоения и разграбления огромной собственности респектабельной видимости прогрессивной "реформы" и получения признания международного истэблишмента.
  
  Многие российские предприятия в результате манипуляций с их акциями оказались в руках иностранных конкурентов, которые стали распоряжаться ими, исходя из краткосрочных интересов. Как правило, эти интересы концентрируются либо в сфере выжимания из предприятий максимальной прибыли (как это случилось со многими предприятиями цветной металлургии, химической, целлюлозно-бумажной промышленности), либо в их перепрофилировании в соответствии с потребностями иностранных компаний организовать производство наиболее трудоемких или экологически грязных комплектующих (как это происходит с рядом предприятий электронной промышленности), либо в их ликвидации как конкурентов (как это часто происходит в наукоемком машиностроении), либо в их использовании для захвата внутреннего рынка (пищевая промышленность и стройматериалы). Впоследствии, в 1996-1997 гг., огромные прибыли были извлечены финансовыми спекулянтами за счет роста в среднем 3,5-4 раза цен на акции приватизированных за бесценок предприятий [24]. Каждый рубль, вложенный приближенными к приватизационному ведомству спекулянтами в приобретение приватизационных чеков, в дальнейшем принес им десятки рублей прибыли на перепродажах растущих в цене акций изначально многократно недооцененных предприятий, что означало соответствующий ущерб или упущенную выгоду для государства.
  
  Как и в случае с обесценением сбережений граждан, организаторы приватизационной кампании имели все возможности для пресечения незаконных махинаций своих "советников" и прочих приближенных лиц, предотвращения спекулятивных афер с приватизационными чеками населения, недопущения их обесценения в результате мошеннических операций по перераспределению собственности. Этого не только не было сделано, но, наоборот, судя по расследованиям Генеральной прокуратуры [25], многие из руководителей приватизационной кампании стали их реальными соучастниками, грубо нарушавшими законы при проведении процедур приватизации государственного имущества в своих интересах. Однако явно криминальный характер кампании массовой приватизации (органами прокуратуры ежегодно выявлялось от 3 до 5 тысяч нарушений законов о приватизации) никак не повлиял на политику руководивших этим процессом лиц и структур. Из 140 крупнейших отечественных предпринимателей 40 занимались ранее незаконным бизнесом, около 20% привлекались к уголовной ответственности [26].
  
  Ныне хорошо известно, что наиболее значительные акции в сфере приватизации государственного имущества носили характер сговора должностных лиц и заинтересованных коммерческих структур и имели явно криминальный характер. Наиболее скандальные в этом роде аферы - приватизация ряда крупных предприятий нефтяной промышленности на так называемых залоговых аукционах, ведущих банков, акций крупнейших российских естественных монополий узкими группами влиятельных лиц, захват криминальными структурами многих портов и других локальных монополий, бесплатная передача организаторами "инвестиционных конкурсов" крупнейших промышленных предприятий своим подельникам, по которым затем "победителями" не выполнялись обязательства. И это лишь верхушка айсберга колоссальной аферы века, организованной в России под видом "реформы", а на самом деле - незаконное присвоение (разграбление) самой крупной собственности, когда-либо в мировой истории попадавшей в руки преступного сообщества.
  
  Кампания по присвоению общенационального имущества в пользу узкой группы хорошо информированных лиц, проводившаяся под лозунгом "народной приватизации", спровоцировала также дезорганизацию производства, нарушение хозяйственных связей, рост трансакционных издержек, что привело в итоге к резкому снижению эффективности производства и обесценению приватизированных предприятий. Вызванный приватизационной кампанией хаос в отношениях собственности и утрата какой-либо ответственности развратили многих хозяйственных руководителей, породили хищническое отношение к самой приватизируемой собственности, повлекли за собой настоящее разграбление многих ранее эффективных предприятий и распад некогда высокопроизводительных трудовых коллективов, передачу значительного числа перспективных предприятий под контроль иностранных конкурентов. В результате эффективность производства, измеряемая показателями производительности труда, энергоемкости и другими, общепринятыми показателями, снизилась более чем на треть, вдвое сократился объем производства.
  
  Но, пожалуй, самый разрушительный эффект приватизационная кампания имела в отношении формирования стереотипов предпринимательского поведения. Создав возможности для легкого обогащения путем присвоения государственного имущества и последующих спекуляций с акциями приватизированных предприятий, примененная технология массовой приватизации сориентировала наиболее активных и энергичных предпринимателей не на создание нового богатства или удовлетворение общественных потребностей, а на раздел незаработанного богатства и присвоение ранее созданных всем обществом источников дохода. Производственная деятельность потеряла таким образом для большинства предпринимателей привлекательность - на фоне сотен процентов годовых прибыли от присвоения и последующей перепродажи госсобственности рентабельность производственной сферы в несколько процентов делала какую-либо производственную активность лишенной экономического смысла.
  
  В результате приватизационной кампании в России сформировался аномальный тип предпринимателя, ориентирующегося не на зарабатывание прибыли путем создания новых потребительских благ, как в нормальной рыночной экономике, а на присвоение ранее созданного богатства. Соответственно вместо экономического роста за счет активизации созидательной предпринимательской энергии мы получили колоссальный спад в результате взрыва криминальной активности, спровоцированного легализацией разграбления государственной собственности.
  
  Неудивительно, что по данным Генпрокуратуры, все эти годы количество правонарушений, допускавшихся при приватизации госимущества, устойчиво превышало количество самих случаев приватизации - организованная методом бесплатного раздела собственности приватизация стала мощнейшим фактором криминализации экономики и общества. Только в 1997 г. органами прокуратуры было направлено в суды 203 заявления о признании недействительными результатов аукционов по продаже государственного имущества, принесено 267 протестов на незаконные правовые акты фондов имущества, администраций по вопросам приватизации; внесено 643 представления об устранении выявленных нарушений законности в этой сфере [25]. За 1995-1996 гг. органами внутренних дел совместно с сотрудниками прокуратуры выявлено и пресечено свыше 10 тыс. грубейших правонарушений, опротестовано в судах 2 тыс. незаконных актов приватизации государственной собственности [50]. Как указывается в докладе Совета по внешней и оборонной политике о криминализации российского общества, "с момента начала реформирования отношений собственности в стране в этой сфере выявлено более 30 тысяч преступлений (несмотря на колоссальную латентность правонарушений в хозяйственной сфере). Вскрыты многочисленные факты хищения поступивших от приватизации денежных средств, взяточничества со стороны лиц, уполномоченных государством на деятельность по реформированию отношений собственности.
  
  Криминальный характер российской приватизации и ее значение для развития коррупции в России лучше всего иллюстрируют тот факт, что практически в каждом втором регионе страны руководители местных администраций, территориальных комитетов по управлению имуществом и фондов имущества были привлечены к уголовной ответственности. Сегодня уже очевидно, что процессы приватизации изначально были "оседланы" преступными капиталами и стали важнейшим инструментом не только "отмывания" денег, но и повышения степени криминализации всей России. Сам характер приватизации способствует развитию коррупции в сфере государственного управления, в первую очередь, затронувшему ведомства, непосредственно осуществляющие приватизацию. Так, зарплата начальника отдела территориального управления Мингосимущества по Вологодской области составляла 16,5 тыс. долл. в месяц, что почти в два раза превышает должностной оклад Президента США... Анализ криминогенной обстановки в крупных городах (Москва, Санкт-Петербург, Екатеринбург и др.) свидетельствует о росте преступных проявлений, связанных с незаконным завладением недвижимостью граждан, в том числе при купле-продаже.
  
  Только в Москве численность людей, потерявших в результате подобных преступлений свои квартиры и ставших лицами без определенного места жительства, превышает, по имеющимся оценкам, 30 тысяч (следует подчеркнуть, что в это число не входят люди, ухудшившие свои жилищные условия, переехавшие к родственникам, вынужденные снимать жилье и покинувшие пределы Москвы)" [50, с. 7,8,9]. В докладе НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре делается вывод о том, что "процесс массовой приватизации государственных, муниципальных предприятий и жилого фонда осуществлялся крайне неорганизованно и поспешно, без должного государственного контроля и повсеместно сопровождался многочисленными серьезными правонарушениями, такими как: противозаконное присвоение федерального имущества; перемещение огромного национального капитала в руки узкого круга избранных лиц; потеря контрольного пакета акций многих предприятий важнейших отраслей промышленности; занижение стоимости приватизированных объектов; неправомерная передача госимущества в залог; незаконная распродажа объектов социальной сферы; приватизация жилья в ущерб законных прав несовершеннолетних и т.д. [26, с. 19]. Эти последствия легко прогнозировались, о них предупреждали ученые, их вполне можно было предотвратить.
  
  Хищническая мотивация, сформировавшаяся в предпринимательской среде, в полной мере проявляется и в отношении людей, занятых на приватизируемых предприятиях. Если в мировой практике менеджмента уже давно закрепилась "школа человеческих отношений", предусматривающая бережное отношение к "человеческому фактору", как ключевому в обеспечении конкурентоспособности предприятий, то, по данным того же доклада, наши "новые собственники предприятий и работодатели в погоне за прибылью и по иным причинам не создают на рабочих местах надлежащие здоровые и безопасные условия труда. Вследствие этого уровень производственного травматизма возрастает. Ежегодно на производстве получают травмы до 300 тыс. человек, из них более 6 тыс. погибают. Количество выявленных органами прокуратуры нарушений законов об охране труда увеличилось с 4951 в 1995 г. до 8062 в 1996 г. (прирост на 42%), а в 1997 г. их количество возросло до 11571, т.е. на 35%. Удельный вес работающих на производстве с вредными и опасными условиями труда в общей численности работников, занятых в промышленности, за 5 лет возрос с 18% до 42,3%"[26, с. 20]. Было написано множество статей, предупреждавших власти о вероятных разрушительных последствиях для экономики страны массовой ваучерной приватизации.
  
  Тем не менее, из всех возможных вариантов приватизации государственного имущества был выбран наиболее примитивный и в то же время весьма деструктивный и социально конфликтный вариант, приведший к криминализации экономики, разрушению производственно-технологических кооперационных связей, хаосу в отношениях собственности, резкому спаду объемов и эффективности производства, рост социальной напряженности. Этот вариант противоречил научным рекомендациям, здравому смыслу и международному опыту, провоцировал хаотическое разрушение хозяйственных связей и массовые нарушения законности. Он был незаконен и по самой технологии реализации. При этом его несомненным преимуществом для организаторов была быстрота и исключительные возможности для присвоения огромных государственных активов, перераспределения в свою пользу накопленного национального богатства. Привлекательность этого варианта приватизации была для формирующейся "олигархии" настолько велика, что ради его осуществления был совершен государственный переворот и расстрелян противодействовавший нарушениям законности парламент. Как и в случае с перераспределением денежных потоков и сбережений, накопление правящей олигархией собственности происходило не за счет создания новой стоимости и благ, а путем перераспределения ею в свою пользу ранее созданного трудом всего народа национального богатства, фактической экспроприации его у остального населения. Идеологи приватизации в интересах ее организаторов трактовали государственную собственность как ничейную и бесхозную, которую можно произвольно делить, не нарушая ничьих прав. В действительности присвоение государственной собственности каким-либо лицом или группой лиц есть отчуждение прав на нее со стороны всех остальных граждан, затрагивающее их интересы.
  
  Сопоставительный анализ решений, принимавшихся заинтересованными организаторами приватизационной кампании, и ее последствий в распределении собственности и богатства сегодня убедительно вскрывает несомненную связь первого со вторым, а всей практики приватизации - с интересами захватившей политическую власть группы, доказывает субъективную обусловленность этими интересами проводившейся экономической политики.
  
  Цикл 3 - 1993-1994 гг. Обесценение сбережений и утрата имущества населения в финансовых "пирамидах".
  
  Финансовые "пирамиды", вторично унесшие 20 трлн. руб. сбережений около 40 миллионов человек, возникли на приватизационной волне спекуляций ваучерами и акциями приватизируемых предприятий. Международный опыт позволял легко предсказать их появление, своевременно выработать эффективные механизмы предотвращения крупномасштабных мошеннических афер против населения. Однако ничего подобного не было сделано. Напротив, политика правительства потворствовала обману населения при помощи рекламы по государственному телевидению привлекательности вкладов в явно мошеннические финансовые пирамиды, ничего не делалось для пресечения открыто проводившихся финансовых афер против неискушенного и надеявшегося на государственный контроль населения. Меры по пресечению финансовых махинаций принимались запоздало и явно неохотно. Даже созданный после крушения основных финансовых "пирамид" Фонд помощи пострадавшим вкладчикам за счет части доходов государства от приватизации, по данным Счетной палаты, оказался растрачен впустую. Фактически строительство финансовых "пирамид" велось как дополнение приватизационной кампании, способствуя концентрации собственности в руках у организованной преступности и расширяя для преступных сообществ возможности приобретения государственной собственности. Сам процесс надувательства доверчивых вкладчиков посулами сверхвысоких доходов создавал специфическую атмосферу завышенных ожиданий скорого легкого обогащения, создавая благоприятные политические условия для массовой приватизации в пользу узкой группы организаторов этого процесса.
  
  Попустительство властей крупномасштабным финансовым махинациям наглядно свидетельствует о криминализации властвующей элиты, ее трансформации в преступную олигархию, интересы которой ограничены обеспечением собственных сверхдоходов и сохранением привилегированного положения любой ценой. Как показывает анализ последствий главных направлений проводившейся экономической политики, эти интересы противоречат интересам подавляющего большинства населения, вступают в конфликт с национальными интересами и интересами государства, которые воспринимаются правящей олигархией как угроза своему положению. Соответственно и политика, проводимая олигархией в части управления государственной собственностью и доходами, направленная на ее обогащение и удержание власти, вступает в антагонистическое противоречие с интересами остального населения и национальными интересами страны.
  
  Цикл 4 - 1995 г. Резкое снижение реальных доходов населения и разрушение производительных сил общества в результате проводившейся макроэкономической политики.
  
  Отказавшись от политики регулирования доходов и защиты сбережений населения, правительство в то же время в своей антиинфляционной политике вело последовательную линию на сокращение совокупного спроса путем сжатия денежной массы и уменьшения государственных расходов. Этот метод, выбранный в качестве главного средства подавления инфляции, подобно другим ключевым направлениям проводившейся экономической политики характеризуется крайней примитивностью и низкой эффективностью.
  
  О неадекватности такого метода подавления доминировавшей в России инфляции издержек, его разрушительных последствиях для производственной сферы и депрессивном влиянии на экономическое развитие было хорошо известно и не было недостатка в предостережениях со стороны ученых и известных политиков. Отчетливо прогнозировавшимися и ожидавшимися последствиями этой политики стали: кризис неплатежей, глубокое расстройство всей системы денежного обращения, демонетизация и криминализация экономики, резкое сокращение заработной платы и денежных выплат населению, объемов производства и инвестиций. Как и в других направлениях экономической политики, технология подавления инфляции и макроэкономической стабилизации была многовариантной. Ученые предлагали различные методы снижения инфляции, включавшие ужесточение контроля над ценообразованием в высокомонополизированных отраслях экономики, целенаправленное регулирование денежных потоков в целях предотвращения их концентрации в спекулятивной сфере, декриминализацию товаропроводящей сети, использование экспортных пошлин на сырьевые товары, стимулирование производства товаров народного потребления, развитие конкуренции и т.п. Однако все эти предложения не были приняты во внимание.
  
  Выбор был сделан в пользу наиболее простых, малоэффективных и в то же время самых разрушительных для благосостояния населения и производственной деятельности методов подавления совокупного спроса при сохранении сверхдоходов и неограниченного спроса самой правящей олигархии. Снижение инфляции достигалось путем сжатия денежной массы, которое автоматически влекло обезденеживание реального сектора экономики, сокращение доходов и платежеспособного спроса населения, производственных предприятий и государства.
  
  Другим средством антиинфляционной политики стало втягивание свободных денежных ресурсов в финансовую "пирамиду" государственного внутреннего долга путем поддержания сверхвысокой доходности государственных облигаций. Таким образом достигался двойной эффект оттока капитала из производственной сферы: за счет общего сокращения денежной массы возрастала ценность денег, провоцировавшая отток капитала из относительно низкодоходной производственной сферы; в то же время сверхдоходность государственных долговых обязательств гарантировала связывание уходящих из реальной экономики денег в финансовой пирамиде государственных облигаций. Иначе говоря, главным направлением достижения макроэкономической стабилизации становилось сжатие совокупного спроса на товары, которое влекло за собой сокращение производства и доходов государственного бюджета, сопровождавшееся быстрым снижением доходов большинства населения.
  
  Таким образом, основная тяжесть борьбы с инфляцией была возложена на население, которое, в отсутствие должной индексации заработной платы, пенсий, социальных пособий, при самоустранении правительства от регулирования оплаты труда и обеспечения социальных гарантий, столкнулось с резким падением реальных доходов и вынуждено было сократить спрос. Однако сокращение потребительского спроса основной части населения оказывало весьма слабое влияние на подавление инфляции, генерировавшейся в основном монополистическим поведением предприятий и структурными диспропорциями в экономике. Кроме того, антиинфляционный эффект сжатия спроса основной части населения в условиях сохранения и увеличения сверхдоходов правящей олигархии обесценивался непропорционально растущим спросом "новых русских".
  
  Так же малоэффективным, с точки зрения подавления инфляции издержек, но крайне разрушительным для производства было сокращение оборотных средств и спроса со стороны предприятий, вылившееся в кризис платежей, демонетизацию производственной сферы, резкое сокращение производства и инвестиций. Антиинфляционный эффект сжатия текущего спроса со стороны предприятий обесценивался сокращением предложения товаров. Наряду со стабилизацией обменного курса рубля в условиях сохраняющейся высокой инфляции, это приводило к резкому ухудшению конкурентоспособности отечественных товаров и еще большему сокращению их производства, углублению экономической депрессии, росту безработицы, дальнейшему снижению доходов и уровня жизни населения.
  
  Разрушительные последствия избранных методов подавления инфляции и достижения макроэкономической стабилизации сочетались со сверхдоходами формирующейся финансовой олигархии. Резкое сокращение денежной массы и кризис вели к увеличению цены денег и повышению доходности денежных активов. Провоцируя спад производства, снижение доходов населения, резкое сокращение производственных инвестиций, избранная политика подавления инфляции одновременно генерировала сверхдоходы в финансовом секторе, концентрировавшем дефицитные денежные ресурсы и поддерживавшем высокую прибыльность спекулятивных операций.С точки зрения создания условий для экономического роста, жертвы антиинфляционной политики оказались напрасными - снижение инфляции было достигнуто путем приведения экономики в состояние неустойчивого равновесия, характеризующееся ее долларизацией, втягиванием денежной массы в "пирамиду" государственного долга, замещением большей части рынка импортными товарами, разорением половины производственных предприятий, а также прекращением производства в большинстве отраслей обрабатывающей промышленности. Ниже будет показано, что в сложившемся состоянии неустойчивого равновесия экономический рост невозможен; для сохранения этого равновесия необходимо быстрое наращивание государственного долга и поддержание нормы прибыли на финансовом рынке на уровне, в несколько раз превышающем среднюю рентабельность производственной сферы.
  
  Содержательные цели макроэкономической стабилизации - подъем инвестиций, повышение благосостояния и экономический рост - не могли быть достигнуты антиинфляционной политикой такого рода. Опыт депрессивной стабилизации 1997-1998 годов полностью подтвердил известные правительству прогнозы ученых в отношении последствий борьбы с инфляцией издержек методами сокращения спроса. Продолжающееся падение инвестиций и производства лишний раз иллюстрирует хорошо известный в теории факт недостаточности подавления инфляции для экономического роста. В то же время при всех социальных издержках проводившейся стабилизационной политики интересы сохранения и приумножения сверхдоходов правящей олигархии были реализованы.
  
  Наглядным примером антисоциального эффекта проводившейся антиинфляционной политики может, в частности, служить опыт планирования бюджета на 1995 г. Осенью 1994 г., в ходе рассмотрения проекта бюджета на 1995 г., правительством было принято административное решение составлять бюджет и прогнозировать параметры доходов, исходя из двухпроцентного уровня среднемесячной инфляции. Сделано это было вопреки достоверным прогнозам ведущих академических институтов, заключениям экспертов Государственной Думы и даже Министерства экономики, которые сходились на прогнозной оценке среднемесячной инфляции в 5-8%. Последовавшее, тем не менее, утверждение бюджета, исходя из среднемесячной инфляции в 2,5% при фактических 7,5%, означало ежемесячное сокращение реальных доходов всех занятых в бюджетной сфере на 5%. Неудивительно, что реальные доходы населения в 1995 г. снизились на 13%, в том числе зарплата - на 28%, а пенсии - на 19%. Зато правительство обеспечило себе легкую выполнимость формальных бюджетных обязательств, обратив к своей выгоде их инфляционное обеспечение. Это был вполне осознанный выбор правящей олигархии при полном понимании социальных последствий трехкратного занижения темпа инфляции в расчете параметров государственного бюджета.
  
  В дальнейшем перекладывание основной тяжести подавления инфляции на население за счет сокращения бюджетных расходов стало еще более явным. В 1997 г. правительство, грубо нарушив Закон о федеральном бюджете, просто сократило государственные расходы на четверть за счет социальной сферы и инвестиционных программ, поддержки производства и науки, чтобы увеличить расходы на оплату процентов финансовым спекулянтам по гособязательствам, не выходя за пределы установленного дефицита бюджета. Аналогичная ситуация сложилась в начале 1998 г., когда вместо исполнения Закона о бюджете правительство установило себе производные лимиты бюджетных обязательств ради изыскания возможностей для своевременной уплаты астрономических процентов по своим облигациям.
  
  Цикл 5 - 1995-1998 гг. Втягивание государственного бюджета, сбережений населения и денежных ресурсов производственной сферы в "пирамиду" государственного долга, банкротчтво государственной финансовой системы.
  
  Перераспределение расходов федерального бюджета в пользу оплаты процентов по обязательствам госдолга стало ярким проявлением истинных целей проводившейся экономической политики. В этом наиболее наглядно видна связь антиинфляционной политики правительства со сверхдоходами финансовой олигархии. Высокая прибыльность спекулятивных операций, сложившаяся в период строительства финансовых "пирамид", с крахом последних была искусственно восстановлена правительством путем строительства собственной финансовой "пирамиды" государственных краткосрочных обязательств, размещаемых под сверхвысокий процент для покрытия бюджетного дефицита.
  
  Строительство новой финансовой "пирамиды" решало задачи обеспечения надежного источника сверхдоходов правящей олигархии и одновременно связывания свободных денежных ресурсов, нейтрализуя их давление на рост цен. Из всех разнообразных способов подавления инфляции правящей олигархией был выбран способ, обеспечивший ей извлечение гарантированных государством сверхдоходов. Сверхприбыли, получаемые от спекуляций государственными ценными бумагами, доходившие до 100% годовых и выше, выглядели особенно контрастно на фоне многомесячных задержек заработной платы и социальных платежей вследствие политики ограничения совокупного спроса. Следует заметить, что доходность эмитируемых российским правительством гособязательств многократно превосходила общепринятую в мировой практике доходность такого рода ценных бумаг.
  
  Последующий опыт резкого снижения доходности ГКО в 1997 г. показал, что объективных причин к многократному завышению их доходности не было - спрос на них был бы достаточен и при норме реальной доходности в 3-4 раза меньше установившейся в 1995-1996 гг. Но зачем-то, вопреки мнению специалистов и в ущерб интересам казны, доходность по государственным обязательствам устанавливалась на невиданно высоком в мировой практике уровне, что поддержало и без того мощный переток капитала из производственной сферы в спекулятивную, а также полностью блокировало инвестиции, вызвав почти полную трансформацию сбережений в ГКО. На фоне катастрофического сокращения производства и обнищания большинства населения спекулятивный сектор российской экономики стал настоящей "страной Эльдорадо" с самой высокой доходностью финансовых спекуляций в мире, где ничем не рискуя можно было в год получать сотни, а если повезет то и тысячи процентов прибыли. "Поле чудес" материализовалось в нашей стране, которая в кругах мировой финансовой элиты закономерно стала восприниматься как "страна дураков", раздаривающая свои богатства и свое будущее всем желающим. Несмотря на астрономическую доходность ГКО, притока частных денег для ее поддержания не хватало; Центробанку пришлось выступить главным покупателем ГКО (как самостоятельно, так и через Сбербанк и другие аффилированные с ним коммерческие банки), поддерживая их сверхдоходность и ликвидность. Доля Центробанка и Сбербанка в размещении государственных долговых обязательств в банковском секторе достигла в 1997 г. 2/3, что свидетельствует об экономической абсурдности реализованной технологии обслуживания дефицита бюджета: как и ранее ее главным источником наряду со сбережениями населения стала денежная эмиссия Центробанка.
  
  Видимость макроэкономической стабилизации достигалась самым примитивным способом - путем связывания свободных денег в спекулятивных операциях со сверхвысокой доходностью за счет государства, невзирая на пагубные последствия для производственной сферы и инвестиций. Пользуясь медицинской терминологией, экономику страны "посадили на иглу" с такими же последствиями, которые наступают в человеческом организме при лечении болезненных ощущений инъекциями морфия. Назначая сверхвысокие по мировым меркам ставки доходности государственных краткосрочных обязательств и ставки по ломбардным кредитам под их обеспечение, правительство и ЦБ временно привлекали и удерживали от опрокидывания на рынок огромный капитал, сбежавший вследствие проводившейся экономической политики из производственной сферы, и поддерживали таким образом видимость стабилизации обменного курса и цен на товарных рынках. Последняя достигалась путем фиксации обменного курса рубля на фоне доминирования импортных товаров в розничном товарообороте на рынках крупных городов, определявших ценовую динамику, а также фактического замораживания совокупного спроса за счет сокращения реально выплачивавшейся зарплаты через секвестирование бюджетных расходов, ухудшение финансового положения в производственной сфере и подавления инвестиций.Естественными результатами такой политики стали: поддержание оттока капитала из производственной сферы, дальнейшее снижение инвестиций и производства, углубление платежного кризиса в реальном секторе, дальнейшее ухудшение финансового положения производственных предприятий, еще большее сокращение реально выплаченной зарплаты при продолжающемся быстром росте предпринимательских доходов.
  
  Новым результатом стало втягивание государства в долговой кризис и переход бюджетного кризиса в хронический. К середине 1997 г. экономика оказалась в ловушке долгового кризиса, когда обслуживание госдолга намного и устойчиво превышало возможности налоговой базы бюджета. Сам по себе избранный способ балансирования бюджета путем быстрого наращивания и без того одного из самых больших в мире государственного долга на фоне почти бесплатной приватизации большей части государственных активов, отказа государства от многих доходных источников (таможенные пошлины на вывоз необработанного сырья, другие формы изъятия природной ренты в доход государства, госмонополия на оборот алкоголя, прибыль госсектора) свидетельствует о реальных мотивах проводившейся стабилизационной политики. Размещая облигации государственного долга под сверхвысокий процент и сокращая для обеспечения процентных платежей социальные расходы бюджета, правящая олигархия продемонстрировала классическое поведение временщиков, решающих краткосрочные задачи личного обогащения и сохранения у власти за счет разорения страны и будущих поколений.
  
  Однако такая политика не могла продолжаться долго. В ее рамках невозможен был не только экономический рост, но и выход из долгового кризиса, как бы ни сокращали бюджетные расходы. Построенная "денежными властями" финансовая "пирамида" государственных краткосрочных обязательств с 1997 г. качественно превышала возможности бюджета по ее поддержанию. Помесячные расходы на погашение и обслуживание внутреннего долга устойчиво (в 1,5-2 раза) превышали все налоговые поступления в федеральный бюджет. В этой ситуации проводившаяся уже второй год политика секвестирования расходов бюджета ради их перераспределения на обслуживание государственного долга потеряла смысл. Рост расходов федерального бюджета на эти цели до 1/3 его величины не остановил рост пирамиды государственного долга, которая, перед тем как рухнуть, увеличилась в 1998 г. более чем на 100 млрд. руб. Перефразируя известный афоризм, это не только преступление, это - бессмыслица. Бессмысленно оплачивать финансовым спекулянтам невиданные в мировой практике сверхприбыли за счет экономии на детских пособиях и зарплате бюджетникам, так как возможности этой экономии намного меньше лавинообразно нарастающих долговых обязательств. Таким образом, если причины и последствия макроэкономической политики были изрядно затуманены наукообразной демагогией, то действия правительства в условиях бюджетного кризиса не оставляли сомнений в реальных (а не декларировавшихся публично) приоритетах проводившейся политики.
  
  В проведенном в 1997 году незаконном секвестре расходов федерального бюджета четко обнажились реальные приоритеты бюджетной политики правительства. Согласно принятым решениям сокращение составило 30% по северному завозу, угольной отрасли, оборонному заказу, 55% - по остальным незащищенным статьям. Законодательно утвержденные бюджетные ассигнования на национальную оборону были обеспечены финансированием в 1997 г. всего лишь на 66,9%, в том числе такая защищенная статья, как продовольственное обеспечение Вооруженных сил - на 64,2%; на фундаментальные исследования и содействие научно-техническому прогрессу - на 61,5%; на промышленность, энергетику и строительство - на 57,9, в том числе на конверсию оборонной промышленности - на 15,5%; на сельское хозяйство и рыболовство - на 44,5%; на образование - на 76,3%, в том числе на дошкольное воспитание - на 60,1%; на культуру и искусство - на 38,1% [70]. Но секвестру не подлежали расходы по обслуживанию госдолга, которые, таким образом, оказывались самыми приоритетными. Они не только не секвестрировались, но постоянно перевыполнялись относительно бюджетных лимитов. В результате расходы на обеспечение сверхприбылей финансовых спекулянтов от инвестиций в пирамиду государственного долга составили свыше четверти всех расходов бюджета в 1997 г., став самой крупной статьей бюджетных расходов.
  
  Эта тенденция получила закрепление в бюджете 1998 г. При сокращении по сравнению с предыдущим годом запланированных социальных расходов на 8 млрд. руб. рост расходов на обслуживание государственного долга составил 33 млрд. руб. В нем не только зафиксирован тот же уровень расходов на обслуживание государственного долга (в полтора раза превышающий расходы на национальную оборону), но и предоставлено правительству право секвестра значительной части расходов по другим статьям в целях перераспределения бюджетных средств на оплату сверхприбылей финансовых спекулянтов. Запланированные в бюджете расходы на образование, здравоохранение, культуру, национальную оборону, науку и технический прогресс оказываются необязательными, если денег не хватает на поддержание сверхприбылей финансовых спекулянтов. При фактическом исполнении за девять месяцев 1998 г. расходной части федерального бюджета в среднем на 48,3% от годовых назначений, расходы на обслуживание государственного долга были выполнены на 70,5%, в то время как расходы на промышленность, энергетику и строительство - на 23%, на сельскохозяйственное производство - на 22,5%, финансирование государственных инвестиций - 8,9%, на конверсию - 4%. Практически не проводилось погашения задолженности перед предприятиями оборонного комплекса, а текущие платежи составляют 10-15% от утвержденных лимитов. Приспособление к бюджетному кризису путем произвольного сокращения всех расходов, за исключением постоянно растущих расходов на обслуживание государственного долга привело к стабилизации непроцентных расходов федерального бюджета на крайне низком уровне около 10 % ВВП при доходах бюджета в 11,9% ВВП, в том числе налоговых доходах - 9,1% ВВП. Острый бюджетный кризис фактически стал хроническим - величина расходов федерального бюджета сократилась за истекшее шестилетие впятеро, а по сравнению с союзным бюджетом - на порядок.
  
  Уже несколько лет подряд уровень бюджетных расходов оказывается на треть ниже минимума, необходимого для поддержания самых первоочередных социальных расходов и национальной безопасности. При этом из года в год нарастала дополнительная нагрузка на бюджет по обслуживанию государственного долга. При таком уровне бюджетного финансирования неизбежным становится разрушение обороноспособности страны и национальной безопасности, свертывание системы социальных гарантий, деградация государства и населения. Явный перекос расходов бюджета в пользу выплаты сверхвысоких процентов по государственным обязательствам объяснялся не столько объективной необходимостью, сколько прямыми коммерческими интересами влиятельных финансовых структур, привыкших использовать госбюджет в качестве главного источника сверхдоходов. В конечном счете, как указывалось выше, покупателем эмитируемых правительством обязательств становился Центральный банк, который на эти цели расходовал значительную часть денежной эмиссии. Только в отличие от прошлой практики, когда эмиссионный доход направлялся в казну (на финансирование дефицита бюджета), революционеры сочли более целесообразным его перераспределение в частных интересах в форме процентов по государственным обязательствам. В том числе в пользу доходов самого Центрального банка, который в 1995-1997 гг. фактически был коммерциализирован своим руководством, перераспределявшим доходы этой важнейшей государственной монополии в свою пользу. Проведение этой линии было безнравственно, не говоря уже о правовой и политической стороне разного отношения правительства к своим обязательствам перед финансовыми спекулянтами (которые выполняются полностью и в срок) и перед населением и производственной сферой (которые всякий раз срываются или не выполняются вовсе). Эта открытая дискриминация занятых в бюджетных отраслях, науке, Вооруженных силах, а также всего общества должна быть прекращена.
  
  Произошедший 17 августа 1998 г. крах финансовой пирамиды государственных краткосрочных обязательств вместе с решением Центрального банка о замораживании валютных операций капитального характера и девальвации рубля фактически означал финансовое банкротство государства, ставшее закономерным результатом проводившейся последние годы макроэкономической и финансовой политики. Удивительным было упорство, с которым руководители правительства и Центрального банка 1994 - первой половины 1998 гг. и ответственные за обслуживание госдолга специалисты этих органов отрицали не только угрозу краха финансовой пирамиды ГКО-ОФЗ, но и отказывались признать очевидный для всех "пирамидальный" принцип обслуживания госдолга (в соответствии с ним долговые обязательства погашались за счет новых займов). Даже за несколько дней до краха руководители Правительства и Центробанка отвергали все предложения о реструктуризации госдолга как неприемлемые и настаивали на правильности проводившейся политики дальнейшего наращивания долговых обязательств.
  
  По состоянию на 1 июля 1998 г. объем внутреннего госдолга по облигационным краткосрочным займам составил 436 млрд. руб. Согласно имеющимся данным, чистая выручка государственного бюджета от размещения этих облигаций (доходы от размещения минус расходы на выплату процентов и погашение долга) не превысили 30 млрд. руб. Следовательно, чистые потери государства от сооружения финансовой пирамиды ГКО-ОФЗ составили свыше 400 млрд. руб. Своевременная реализация предложений ученых и специалистов о реструктуризации финансовой пирамиды ГКО-ОФЗ в 1996 г. позволила бы снизить этот ущерб до 150 млрд. руб. и не прибегать к секвестру непроцентных расходов федерального бюджета в 1997 г. в объеме 109 млрд. деноминированных рублей. Принятие в первом чтении Государственной Думой в феврале 1998 г. законопроекта "О чрезвычайных фискальных, институциональных и законодательных мерах по преодолению бюджетного кризиса", продвижение которого на второе чтение было заблокировано категорическими возражениями Правительства и Центрального банка, позволило бы сократить ущерб до 300 млрд. руб., не прибегая к секвестру непроцентных расходов федерального бюджета в текущем году на 63 млрд. руб. Кроме того, своевременно принятое решение о реструктуризации финансовой пирамиды ГКО-ОФЗ минимизировало бы отрицательные внешние последствия банкротства внутреннего долга, менее пострадал бы кредитный рейтинг и престиж страны. Запоздалый и сумбурный отказ от дальнейшего обслуживания пирамиды ГКО-ОФЗ означал признание бессмысленности двух секвестров бюджета в 1997-1998 гг. и связанных с этим тяжелых потерь в сфере социальной политики и национальной безопасности, которые были принесены в жертву ради перекачки денег на оплату процентов спекулянтам в целях поддержания этой пирамиды и видимости стабилизации.
  
  Также бессмысленно были потрачены миллиарды долларов валютного резерва страны, включая последний 4,8-миллиардный займ МВФ, на поддержание завышенного обменного курса рубля ради сохранения видимости финансовой стабилизации. До последнего момента правительство и Центральный банк тратили тающие бюджетные средства и валютные резервы на обслуживание финансовых спекулянтов, обеспечивая им максимально благоприятный режим для перевода капитала и прибыли за рубеж. Пока финансовая пирамида поддерживалась в состоянии устойчивого роста, втянутые в ее обслуживание сбережения населения приносили неплохой доход. Однако, как и предсказывали специалисты, при ее крахе эти сбережения мгновенно оказались замороженными и частично обесценились.
  
  Имевшийся опыт фактического отказа правительства от выполнения своих обязательств по восстановлению уже однажды обесценившихся вкладов граждан в Сбербанке оставлял немного надежд, что после краха финансовой пирамиды государственных обязательств правящая олигархия предпримет необходимые меры по сохранению втянутых в эту пирамиду сбережений населения, а не по сохранению собственных капиталов, вложенных в обслуживание государственного долга за счет очередного обесценения сбережений граждан. Так оно и произошло. Оказавшись в состоянии банкротства, наши денежные власти забыли о кредитной репутации страны, обесценив десятки миллиардов долларов, затраченных на ее завоевание, и бросились спасать "олигархов". Центральный банк принял решения о прекращении на 90 дней операций российских коммерческих банков по возврату кредитов за рубеж и девальвации рубля, нарушив свои клятвенные официальные обещания, непрерывно объявлявшиеся в течение последних месяцев. Призывая за месяц до краха плевать в лицо каждому, кто говорит о девальвации рубля, главный банкир страны враз намного "переплюнул" всех своих предшественников по сверхкрупным финансовым махинациям: вслед за отказом Правительства платить по долгам он не только девальвировал рубль, автоматически сократив эти долги уже на 20%, но и приказал не возвращать долги зарубежным партнерам всем российским коммерческим банкам.
  
  Своими решениями Центральный банк и правительство надолго обрушили кредитный рейтинг России и каждого из российских банков. Большинство из них пострадали за тех, кто не мог или не хотел платить, пролоббировав соответствующее решение в руководстве Центрального банка в обмен на его политическую поддержку. Иного объяснения эта мера не имела: сама по себе она не решала проблему оттока капитала, который легко находит другие пути. В силу своей кратковременности она не спасла бы и платежный баланс, дефицит которого в связи с этой мерой лишь увеличился вследствие потери доверия к российской банковской системе. Эти решения спровоцировали резкий рост требований иностранных банков по возврату выданных ими кредитов своим российским партнерам или существенному увеличению их залогового обеспечения, что может разорить многие вполне платежеспособные банки, не думавшие отказываться от выполнения своих обязательств.
  
  На первых порах после коллапса финансовой системы 17 августа 1998 г. вместо давно назревших мер по изменению денежно-кредитной политики в направлении подъема инвестиционной активности и финансового оздоровления производственной сферы, Центробанк по требованию финансовой олигархии сосредоточил денежную эмиссию на спасении привилегированных банков. Следующим шагом в этом направлении было предложение Центробанка гарантировать вклады населения, фактически переписав их на Сбербанк. Эти подарки хозяевам привилегированных банков за счет бюджета не меняли ситуацию по существу. Указанные "олигархами" структуры спасались за счет остальных. Еще одним шагом в этом направлении стало изменение требований Центрального банка по залоговому обеспечению кредитов на рефинансирование крупных коммерческих банков, которым предлагалось передавать в залог контрольные пакеты своих акций. Аналогичные недостатки были характерны и для принятых решений в сфере валютного регулирования.
  
  В ситуации кризиса можно было бы принять сильные решения, использовав его для исправления ряда серьезных диспропорций экономики, блокирующих экономический рост, и обеспечив одновременно прочность макроэкономической стабилизации на новом уровне цен, создать стимулы для оживления производства. Например, провести централизацию валютных резервов, одновременно осуществив дедолларизацию банковской системы и увеличив денежное предложение в рублях, что способствовало бы ремонетизации экономики и снижению ставок процента. Одномоментная девальвация рубля до уровня его реальной покупательной способности (примерно на треть) с временным замораживанием цен создала бы серьезный запас прочности финансовой системы, открыв также возможности для оживления производства при новом соотношении цен. Отказ от обслуживания финансовой пирамиды ГКО-ОФЗ должен был быть дополнен альтернативными каналами увеличения денежного предложения в производственной сфере, например, связывающими погашение задолженности по гособязательствам с приростом производственных инвестиций.
  
  Вместо этого Центральный банк немножко девальвировал рубль и немножко заморозил платежи за рубеж, спровоцировав резкое усиление давления на рубль и неизбежную (через три месяца) мощную волну вывоза капитала, уничтожив с трудом завоеванное доверие иностранных инвесторов и сделав неизбежными скорую дальнейшую девальвацию рубля, усиление инфляции и углубление кризиса. Впоследствии это повлечет за собой новые нарушения обязательств, дальнейшее ухудшение положения России на мировом финансовом рынке, закрытие или необратимую колонизацию страны. Подобно временному правительству свергателей Царя, балансировавшего между интересами Запада и собственного крупного капитала, временное правительство "молодых реформаторов", продолжив политику своих предшественников, искало баланс между требованиями МВФ и запросами "олигархов". По требованию первого секвестировался бюджет, сжималась денежная масса, завышался обменный курс рубля, демонтировались защитные механизмы во внешней торговле. По запросам вторых приватизировалось государственное имущество, строилась финансовая "пирамида" государственных обязательств, вводился мораторий на возврат долгов иностранным кредиторам, внедрялись схемы льготного кредитования своих банков. Как и в 1917 г., интересы народа и страны оказались за бортом компромиссов между внешними и внутренними кредиторами и покровителями облеченных государственной властью лиц. Как и тогда, это оборачивается ускоряющимся соскальзыванием России к хаосу, оставляя из всех возможных вариантов спасения страны наиболее радикальные и наименее эффективные.
  
  Если за год до августовских событий имелась возможность избежать долгового кризиса при соответствующем изменении макроэкономической политики, за полгода до них - выйти из него с минимальными потерями, за два месяца - ограничиться "мягкой" системой антикризисных мер, предлагавшихся Советом Федерации [47] и не предусматривавших какого-либо принуждения хозяйствующих субъектов, то теперь вряд ли удастся обойтись без перехода к мобилизационной политике. Для сохранения общественной и национальной безопасности необходимо преодоление бюджетного кризиса, прежде всего за счет восстановления надежных источников бюджетных доходов. Однако вместо этого правительство просто сокращало социальные расходы, что вело к еще большему обнищанию населения. При этом всем неангажированным специалистам было ясно, что бюджетный кризис вызван отнюдь не избыточностью расходов. Основная и непосредственная причина бюджетного кризиса - резкое ухудшение финансового положения предприятий производственной сферы (доля убыточных предприятий в отраслях производственной сферы в 1997 г. достигла 60,4% против 30% в 1995 г.) и сокращение налогооблагаемой базы в результате резкого сжатия массы прибыли - являтся прямым следствием проводившейся правительством макроэкономической политики.
  
  Еще одной важной причиной бюджетного кризиса стало присвоение правящей олигархией важнейших источников рентных доходов, которые по праву и по сути должны находиться в собственности государства: от экспорта природного газа, сырой нефти, других природных ресурсов, от импорта и оборота алкоголя, от денежной эмиссии и др. Немаловажное значение имеет и прямое казнокрадство в форме налоговых льгот, предоставлявшихся руководителями правительства "своим" коммерческим структурам: по данным НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре, потери доходов бюджета в 1996-1997 гг. из-за предоставления налоговых преференций (льгот), по разным оценкам, составляли от 100 до 180 млрд. деноминированных руб. в год, что превышало размер бюджетного дефицита [26]. Не отрицая возможности увеличения бюджетных доходов, правительство в то же время не предпринимало очевидных мер по возвращению под контроль государства принадлежащих ему по праву источников дохода: природной ренты, прибыли Центрального банка, дохода от реализации алкогольных напитков и др.
  
  Не желало правительство и сокращения невероятно раздутых непроизводительных расходов на обслуживание государственного долга. Хотя значительная часть государственных обязательств находилась во владении государственного учреждения - Центрального банка - и могла быть легко реструктурирована, правительство предпочитало выплачивать ему сверхприбыли, которые затем трансформировались в астрономическую зарплату и приобретение недвижимости для государственных служащих этого ведомства. В изменениях структуры расходов федерального бюджета последних лет отчетливо видны интересы, которые фактически обслуживало правительство, камуфлируя их разговорами о наведении порядка и необходимости "жить по средствам". Из всех разнообразных мер приспособления к бюджетному кризису правительство выбирало самые простые и одновременно наиболее разорительные для населения, защищая прежде всего источники сверхдоходов правящей олигархии. Сохранение сверхприбылей олигархических кланов, контролировавших значительную часть банков и сырьевых монополий, доходов алкогольной мафии, спекулянтов государственными обязательствами представлялось для правительства делом более важным, чем обеспечение минимальных социальных гарантий, спасение от голода и деградации детей, защита здоровья населения и образование молодежи. Проводившаяся в 1993-1998 гг. бюджетная и макроэкономическая политика, принесшая правящей олигархии огромные прибыли, обернулась для большинства населения резким сокращением текущих доходов и обесценением сбережений, а для производственных предприятий - свертыванием производства, кризисом платежей и огромными убытками.
  
  4. Идеология
  
  Выше мы рассматривали проводившуюся экономическую политику с точки зрения ее последствий для благосостояния населения, доказывая непосредственную связь резкого ухудшения уровня жизни с выбиравшимися вариантами реформирования экономики. Разумеется, этим содержание проводившейся экономической политики не исчерпывается. Для лучшего понимания причин выбора из множества способов экономической реформы наиболее обременительного для населения и разрушительного для производительных сил страны варианта необходимо кратко остановиться на анализе его основных идеологических предпосылок. Выбор стратегии перехода к рынку был сделан в конце 1991 г. в пользу навязанной определенными западными кругами концепции "шоковой терапии", представляющей собой радикальный вариант крайне либерального подхода к вопросам экономической политики, известного в специальной литературе как "вашингтонский консенсус". Этот выбор был сделан вопреки мнению научной общественности страны и несмотря на сопротивление парламента и государственного аппарата. Необходимостью осуществления этого выбора новая российская власть мотивировала преступления против государства и общества. Все это заставляет внимательно отнестись к анализу идеологии проводившихся преобразований.
  
  Последовательно реализованная в России и других бывших странах СЭВ стратегия "шоковой терапии" представляет собой разновидность разработанной Международным валютным фондом для слаборазвитых стран третьего мира концепции так называемого "вашингтонского консенсуса". Она отличается крайней примитивизацией экономической политики и сведением ее к трем постулатам: либерализации, приватизации и стабилизации через жесткое формальное планирование денежной базы. Эта концепция предусматривает максимальное ограничение роли государства как активного субъекта экономического влияния и ограничение его функций контролем за динамикой показателей денежной массы. И хотя последние обычно задаются "с потолка", систематически занижаются в целях борьбы с инфляцией, для их выполнения в жертву приносится все: урезаются социальные расходы, прекращается финансирование науки, сворачиваются государственные инвестиционные программы, не финансируются государственные закупки, не выплачивается вовремя зарплата и т. д. Изначально принципы "вашингтонского консенсуса" разрабатывались для установления контроля за формированием экономической политики слаборазвитых государств с целью предотвращения разбазаривания предоставляемых им из-за рубежа кредитов и обеспечения гарантий для беспрепятственной деятельности на их территории международного капитала. Этим объясняется и удивительная примитивность этой концепции, сведение всех вопросов макроэкономической политики к минимизации государственного регулирования экономики, ограничении его вопросами поддержания правопорядка и защиты прав собственности, либерализации цен, внутренней и внешней торговли, устранению влияния государства на воспроизводственные и инвестиционные процессы путем привязки национальной валюты к доллару и сведения денежно-кредитной политики к формальному планированию прироста денежной массы в зависимости от прироста валютных резервов.
  
  С точки зрения интересов МВФ, смыслом этой политики было вовсе не обеспечение общественного благосостояния и экономический рост. Ее задача заключалась в демонтаже национального суверенитета стран-заемщиков в интересах международного капитала, осуществлении жесткого контроля за действиями их правительств, обеспечении соответствия проводимой ими политики потребностям иностранных "инвесторов". Содержание концепции "вашингтонского консенсуса" есть ни что иное как технология такого контроля. Этим объясняется и выбор примитивных, но весьма удобных для внешнего контроля методик планирования экономической политики. Задавая жесткий план прироста денежной массы, либерализации цен и внешней торговли, МВФ одновременно блокирует свободу действий во всех других вопросах экономической политики становящегося таким образом подконтрольным правительства. Такая политика, хотя и не обеспечивает экономический рост, но гарантирует управляемость, прозрачность и предсказуемость действий (точнее, бездействия) государства, что важно для международного финансового и торгового капитала, заинтересованного в установлении контроля над рынками соответствующих стран. Под давлением иностранных кредиторов российским руководством концепция "вашингтонского консенсуса" была принята в наиболее примитивной форме - стратегии "шоковой терапии". При этом Международному валютному фонду отводилась руководящая роль в формировании экономической политики государства. Фактически после расстрела Верховного Совета и осуществления государственного переворота с конца 1993 г. до осени 1998 г. в России действовало внешнее управление экономической политикой государства, основные параметры которой разрабатывались экспертами МВФ и затем формально утверждались марионеточным правительством и Центральным банком в форме соответствующих заявлений об экономической политике.
  
  Поскольку концепция "вашингтонского консенсуса" многократно подвергалась и подвергается критике авторитетными российскими учеными как научно несостоятельная и чрезвычайно разрушительная для производительных сил страны, ключевой вопрос ее проведения - подбор соответствующих руководящих кадров на ключевые должности в правительстве и Центральном банке, "не запятнанных" патриотическим мировоззрением и не слишком обремененных экономическим образованием, склонных к стяжательству и коррупции, не способных и не желающих проводить эффективную, ориентированную на национальные интересы политику. За этим внимательно следят соответствующие службы ведущих стран "семерки", вовремя подсказывая и поправляя российского президента, вся власть которого сводится к назначению подбираемых таким образом людей и подписанию подготавливаемых ими под руководством МВФ и зарубежных экспертов распорядительных документов. Выше говорилось о социальных последствиях политики "вашингтонского консенсуса". Ниже будут подробнее показаны ее разрушительные экономические последствия, а также подробно охарактеризованы основные элементы альтернативной экономической стратегии, ориентированной на экономический рост. Сейчас нам важно констатировать, что объективных оснований для проведения политики "вашингтонского консенсуса" под руководством МВФ в России не было - это вопрос политического выбора, технологии внешнего управления правительством страны и соответствующего подбора кадров.Как многократно предупреждали специалисты, основными результатами политики "вашингтонского консенсуса" в России стали: дезинтеграция экономики, резкое ухудшение благосостояния населения, снижение эффективности и конкурентоспособности производства, его структурная деградация, глубокое разрушение научно-производственного потенциала страны.
  
  Сегодня по размерам ВВП Россия оказалась во второй десятке государств. Впереди нее - не только США, Китай, Япония, Германия, Франция, Великобритания, Италия, Канада, но и Индия, Бразилия и Индонезия. Обладая квалифицированной рабочей силой и значительным научно-технологическим потенциалом, а также огромными природными ресурсами, в результате проводившейся экономической политики Россия тем не менее стала бедным государством, оказавшись между Ливаном и Филиппинами по величине ВВП на душу населения. Вопреки многочисленным декларациям и обещаниям проводников политики "вашингтонского консенсуса" в России, ее последовательное осуществление и достижение главных целей - подавление инфляции и безэмиссионный бюджет - не привели к экономическому подъему. И не могли привести вследствие глубокого разрушения основных воспроизводственных контуров и хозяйственных связей, составляющих каркас экономической системы, погружения последней в хаос. Игнорирование структурных особенностей российской экономики в надежде на автоматическое действие механизмов рыночной самоорганизации спровоцировало процессы дезинтеграции экономики и нарастания хаоса. Попытки применения традиционных для состояния рыночного равновесия методов макроэкономической стабилизации путем ограничения денежной массы не могли дать адекватный результат в сильно неравновесной ситуации.
  
  В условиях характерных для российской экономики диспропорций применение этих методов неизбежно повлекло за собой ее распад на автономно функционирующие секторы, каждый из которых стремится к своему состоянию равновесия. Каждое такое новое равновесное состояние (точнее, совокупность равновесных состояний) отличается от прежнего резким спадом экономической активности, обесценением значительной части производственного и интеллектуального потенциала, ставшего убыточным в новой системе экономических оценок и отношений. Подробнее механизм саморазрушения экономической системы страны вследствие проведения экономической реформы на основе концепции "шоковой терапии" анализируется в заключительной части книги. Но изложенных выше аргументов достаточно для установления причинно-следственной связи между происходящим вырождением народа России и проводившейся в стране социально-экономической политикой, как и направлявшей и оправдывавшей ее идеологией "вашингтонского консенсуса". Первое есть эмпирически и теоретически доказанное следствие второго. Проводимая государством социально-экономическая политика всегда характеризуется многовариантностью, а выбор того или иного варианта в решающей степени определяет последствия этой политики. Сложившаяся в стране социальная ситуация стала результатом сознательно сделанного выбора соответствующей экономической политики, результатом, вполне ожидавшимся и многократно прогнозировавшимся.
  
  С позиций здравого смысла и научных знаний невозможно объяснить, почему при принятии судьбоносных для страны и сотен миллионов человек решений предпочтение было отдано явно неадекватным методам, основанным на примитивных и нереалистичных моделях, при полном игнорировании и своего, и международного опыта, а также накопленных научных знаний. Нечто подобное объяснимо в отношении какой-нибудь слаборазвитой страны, где нет собственного научного сообщества и грамотных управленческих кадров, но не в России с ее развитым научным и кадровым потенциалом, собственным богатейшим историческим опытом и признанными в мире научными школами. Не поддается логическому объяснению почти полное игнорирование многочисленных предложений академической науки и делового сообщества страны по формированию экономической политики и проведению экономической реформы. Ни в одной из развитых стран так решения не принимаются. Для разработки государственной экономической политики используются не идеологические догмы, а точные знания и реальные закономерности. Основанием для выработки экономической политики в условиях современной рыночной экономики является, как правило, согласие деловых кругов, научного сообщества, представителей профсоюзов и правительства по основным параметрам социально-экономической политики государства, которые затем реализуются в системе соответствующих мероприятий. Теоретическую основу такого подхода составляют разнообразный инструментарий анализа и моделирования реальных взаимосвязей в экономической системе, поиск точек роста конкурентоспособности национальной экономики, стимулирование главных факторов современного экономического роста - научно-технического прогресса, вложений в "человеческий капитал", поддержки инвестиционной активности и др.
  
  Все необходимые составляющие для формирования разумной экономической политики в России были: развитое научное сообщество, обладавшее необходимыми знаниями, опытные специалисты в управленческом аппарате, знакомые как с отечественным, так и зарубежным опытом, грамотные предприниматели, развитые традиции общественного согласия. Была и информация о разрушительных последствиях применения концепции "вашингтонского консенсуса" в других странах, ставших колониально зависимыми резервуарами дешевого сырья и рабочей силы для транснационального капитала. Все это было открыто и цинично проигнорировано при принятии решений о стратегии реформирования российской экономики. Возможно, российского президента обманули, воспользовавшись его некомпетентностью в вопросах государственного управления и социально-экономической политики. Но едва ли его окружение состоит из совсем наивных людей, легкомысленно доверяющих западным экспертам как учителям "школы демократии и свободы". И мотивы их выбора заведомо саморазрушительной для страны экономической доктрины едва ли могут быть объяснены идейной преданностью принципам демократии и рыночной реформы. Расстрел парламента сторонниками демократии и формирование олигархического режима власти сторонниками рыночной реформы - это такой же идеологический абсурд как участие искренне верующего человека в отправлении сатанинского культа. Следовательно, не идеи демократических преобразований и рыночных реформ двигали поступками новых антироссийских революционеров.
  
  Анализ содержания концепции "шоковой терапии" и обстоятельств ее "принятия на вооружение" главой российского государства однозначно свидетельствует о ее навязывании извне в чужих интересах. Вместе с тем они совпали с интересами формировавшейся российской олигархии, рвавшейся к сверхдоходам и стремившейся закрепить свое привилегированное положение у власти обладанием богатства и международным признанием. Главной преградой на этом пути было государство как система институтов, реализующих общественные и национальные интересы. Доктрина "вашингтонского консенсуса" предоставила для его разрушения прекрасные идеологические основания. Замещая полноценные институты государственной власти суррогатами колониальной администрации, формирующаяся олигархия приватизировала государственные функции и контроль за национальным богатством страны, используя для этого протекторат ведущих иностранных держав в обмен на отказ от национального суверенитета.
  
  Еще одной привлекательной стороной политики "шоковой терапии" для нарождавшейся олигархии стало полное снятие ответственности власти за обеспечение благосостояния граждан и экономического развития. Все это должен был автоматически преподнести рынок. Для властвующей элиты, трансформировавшейся в олигархию, идеология демонтажа системы государственного контроля и регулирования создала возможность приватизации на этой основе основных функций государственного регулирования в целях извлечения сверхдоходов. С осени 1993 г., после расстрела парламента и захвата всей полноты государственной власти олигархическими кланами, в качестве главных приоритетов деятельности ими, под прикрытием доктрины "вашингтонского консенсуса", осуществлялись: массовая приватизация государственного имущества, выродившаяся к концу 1995 г. в келейный раздел наиболее ценных объектов государственной собственности между несколькими властвующими кланами; манипулирование государственными средствами в целях присвоения доходов от их использования; предоставление своим коммерческим структурам разнообразных льгот и привилегий; демонтаж наиболее действенных инструментов государственного регулирования экономики.
  
  Заинтересованность формирующейся в России олигархии в собственном обогащении и интересы международных организаций, формировавших экономическую политику российского правительства в соответствии с интересами международного капитала, совпали: первые охотно взяли на себя функции проводников разрушительной для страны, но удивительно выгодной лично им политики. Вторые в рекордно быстрые сроки добились расчистки российского экономического пространства для международного капитала, полностью реализовав для себя задачи "либеральных реформ". Само формирование российской финансовой олигархии шло путем захвата ею государственной собственности для последующей перепродажи транснациональным корпорациям и международным спекулянтам под идеологическим и политическим прикрытием международных финансовых организаций.
  
  
  Проводившаяся политика официально преподносилась как рыночная трансформация экономики, ее либерализация и стабилизация. Хотя она и не принесла экономического успеха всей стране, погрузившейся в беспрецедентный кризис, для правящей олигархии она оказалась удивительно успешной, обеспечив ей перераспределение в свою пользу огромного национального богатства. Превращение первого российского "демократического" правительства из "правительства завлабов" в правительство "миллиардеров" свидетельствуют о том, что политика "шоковой терапии" проводилась отнюдь не бескорыстно, обслуживая вполне конкретные экономические интересы. И в то же время эта политика имела вполне респектабельное идеологическое обоснование, позволявшее искусно камуфлировать откровенное разграбление национального богатства, незаконную узурпацию власти, подавление прав человека и геноцид основной части населения страны под прогрессивную экономическую реформу и демократические преобразования.
  
  Таким образом, причина выбора псевдонаучной доктрины "вашингтонского консенсуса" в качестве идеологической основы для проведения экономической реформы связана не с ее истинностью или приверженностью ее проводников демократическим ценностям, а с банальным удобством этой доктрины для обслуживания интересов сформировавшейся в России за годы "реформ" правящей олигархии, с одной стороны, и заинтересованностью международного капитала в ее проведении, с другой стороны. Симбиоз этих интересов был скреплен контролем иностранных спецслужб над российской властью в части проведения экономической политики и расстановки руководящих кадров на ключевых постах в марионеточном правительстве. Таким образом, декларируя необходимость самоустранения государства от регулирования экономики и социальной ответственности, сводя его функции к защите прав частной собственности и регулированию денежной массы, доктрина "вашингтонского консенсуса" стала подходящим идеологическим обоснованием для реальной практики использования рычагов государственной власти в целях присвоения в частных интересах влиятельных кланов не только государственной собственности, но и государственных функций регулирования денежного обращения и денежной эмиссии, недропользования, оборота недвижимости и даже контроля за соблюдением законодательства. Сами эти кланы стали интернациональными, в которых интересы российских влиятельных кругов тесно переплелись с интересами международных финансовых спекулянтов и транснациональных корпораций. Первые в этом симбиозе взаимных экономических интересов с выгодой для себя фактически выполняют роль моста для вторых, обеспечивающего передачу контроля над национальными богатствами страны международному капиталу. Неудивительно, что последний сразу же занял доминирующее положение на рынке акций российских приватизированных предприятий - естественным продолжением хищнической приватизации в пользу ее организаторов и мошенников становится перепродажа российских предприятий их зарубежным конкурентам.
  
  Нежная дружба российских олигархов с воротилами международного капитала была серьезно омрачена финансовым крахом 17 августа 1998 г. Став неизбежным результатом проводившейся политики присвоения государственного бюджета через "пирамиду" государственных обязательств, этот крах сделал партнеров конкурентами. Как в шайке грабителей после прекращения удачных налетов начинается грызня за раздел украденного имущества, так и с крахом политики саморазрушения государственных финансов между главными обладателями государственных обязательств началась серьезная схватка за раздел исчезающего богатства. Вначале под идейным руководством зарубежных хозяев российского правительства был организован почти пятимиллиардный кредит для организованного выхода своих инвесторов из падающей "пирамиды" ГКО, после чего было решено ее обрушить. Российские участники "аферы века" попытались защититься девяностодневным мораторием на возврат долгов своим зарубежным партнерам. Это, однако, вряд ли их спасет от разорения - мощь и влияние их иностранных партнеров, обернувшихся противниками, несравнимо выше. Последняя антикризисная программа революционеров, среди авторов которой оказалось сразу три бывших министра экономики последних лет, раскрыла тайный смысл всей операции и указала на заранее запланированную развязку. Хотя по своей идеологии эта программа не содержит ничего нового по сравнению с проводившейся до сих пор политикой "вашингтонского консенсуса", а ожидаемые результаты ее применения мало чем отличаются от последствий многократного наступания на одни и те же грабли, она заслуживает внимания своей откровенностью. В этой программе - впервые за годы "реформ" - раскрываются истинные конечные цели проводившейся экономической политики.
  
  Цели эти формулируются столь откровенно, что почти не нуждаются в комментариях, их достаточно просто перечислить.
  
  1. Передача контроля за российской банковской системой, а через нее и за всей экономикой, иностранному капиталу. Для этого, согласно программе, "необходимо либерализовать доступ на российский банковский рынок крупнейших международных финансовых институтов, сняв ограничения по видам банковских услуг (прежде всего работе с физическими лицами) и величине банковских активов, привлечь их к оздоровлению российских банков, имеющих обязательства перед населением. Возможно использование схемы "национализация - последующая приватизация", приводящей к продаже стратегическим иностранным инвесторам контрольных пакетов проблемных российских банков за символическую сумму (1 доллар) при условии принятия обязательств по гарантиям вкладов населения. Параллельно следовало бы открыть для нерезидентов рынок страховых услуг и услуг негосударственных пенсионных фондов" [69].
  
  2. Дальнейшее сжатие реальной денежной массы, закрепление подчиненного положения рубля по отношению к доллару: "...необходимо зафиксировать курс рубля по отношению к доллару на уровне, позволяющем в полном объеме покрыть денежную базу золотовалютными резервами Центрального банка..." [69]. На практике это будет означать потерю суверенитета России в осуществлении денежной политики, подконтрольность всей финансовой системы, включая формирование бюджета, Международному валютному фонду, отказ государства от эмиссионного дохода и от каких-либо форм финансирования экономического роста. Постулируемый в программе "отказ от эмиссии" означает, что объем реальной денежной массы в рублевом выражении должен снизиться еще как минимум вдвое по сравнению с прежним, добавим, крайне недостаточным, уровнем. Это вызовет дальнейший резкий рост взаимных неплатежей предприятий, задолженности по зарплате, расширение оборота иностранной валюты, замещающей недостающие в денежной системе рубли, дальнейшее ухудшение финансового положения производственных предприятий, снижение налоговых сборов, спад производства.
  
  3. Самоликвидация государства: "...поскольку эмиссионный доход и государственные заимствования как источник покрытия бюджетных потребностей будут закрыты, все бюджетные обязательства придтся сократить до такого уровня, который будет покрываться налоговыми доходами" [69]. При всей внешней разумности этого тезиса, реализация его на практике будет означать исполнение бюджета 1998 г. на уровне не более 50%, что не позволит обеспечить даже минимально необходимого финансирования бюджетной сферы: здравоохранения, культуры, образования. При таком подходе доходы занятых людей в ней окажутся недостаточными для их физического выживания.
  
  4. Ликвидация населения. Предлагаемый авторами программы отказ от индексации заработной платы и пенсий ("распространение индексации исключительно на фиксированные доходы малоимущих" [69]) при том, что денежная масса после двукратного сжатия в сентябре не увеличивается, означает сохранение номинальных доходов большинства населения на неизменном уровне при фактической ликвидации значительной части сбережений. В условиях повышения цен с сентября до конца 1998 г. в 2-4 раза, согласно официальным прогнозам, более чем для половины населения это создает реальную угрозу голода. К 37 миллионам человек, имевшим до 17 августа доходы ниже прожиточного минимума, прибавится еще не менее 30 миллионов.
  
  Новая радикальная программа "оздоровления" экономики наших шокотерапевтов насквозь пропитана ложными оценками и прогнозами. Как и ранее, в свою бытность министрами экономики (среди авторов - три бывших министра экономики последних лет), авторы программы не утруждают себя серьезными расчетами и глубоким анализом, произвольно манипулируют цифрами, подгоняя их под умозрительные и оторванные от реальности положения. Чего стоят, например, их рассуждения о двукратном увеличении доходов бюджета в четвертом квартале 1998 г. за счет инфляционного расширения налоговой базы? Это может иметь место только в случае ремонетизации экономики и преодоления на этой основе платежного кризиса. Но при "категорическом" отказе от денежной эмиссии этого не произойдет - всплеск инфляции выльется в соответствующее увеличение неплатежей и долгов. Вместо роста доходов бюджет получит дальнейшее наращивание недоимок, что уже отчетливо видно по падению налоговых поступлений в последние недели, несмотря на рост цен более чем в полтора раза. Без увеличения денежного предложения и развязки платежного кризиса налоговые поступления вырасти не могут, и заявляемые в программе компенсации инфляционных потерь населения "в пределах реальных возможностей бюджета" обернутся очередным обманом. Еще более беспомощными выглядят "маниловские" рассуждения авторов об автоматическом решении проблемы "расчетов и платежей без угрозы увеличения инфляции", росте предложения валюты и "золотовалютных резервов Центробанка без введения обязательной продажи выручки экспортеров", снижении ставки рефинансирования, одновременном увеличении денежной базы и денежной массы на фоне декларируемого ими "категорического отказа от эмиссии" [69].
  
  Очевидно, что после решений правительства от 17 августа 1998 г. и последовавшего коллапса банковской системы, замораживания значительной части сбережений населения и их обесценивания доверие к рублю основательно подорвано и не может быть, даже при отсутствии эмиссии, быстро восстановлено. На практике отказ от введения требований полной продажи валютной выручки экспортеров на внутреннем рынке при сохранении возможностей свободного приобретения иностранной валюты в целях тезаврации сбережений делает нереальной стабилизацию обменного курса рубля в силу сохранения дисбаланса между резко возросшим спросом на иностранную валюту и ее сжавшимся предложением. Реальные последствия осуществления этой программы, как и всех предыдущих программ этих авторов, будут прямо противоположными декларируемым целям. "Уникальный шанс выйти из кризиса с большим уровнем спроса на деньги и монетизации экономики и меньшим уровнем неплатежей и бартера, чем в докризисный период" [69], будет упущен.
  
  Нет особой нужды критиковать многочисленные старые пассажи "новой" псевдолиберальной программы в отношении налоговой реформы, резкого сокращения государственных расходов, введения свободного оборота земли и приватизации недвижимости - все это многократно провозглашалось и делалось прежними правительствами с одинаковыми провалами в части создания реальных рыночных механизмов и "успехами" в части пышного расцвета коррупции и казнокрадства. Любопытно, что "новая" программа фиксирует сохранение последних в наиболее рафинированной форме эмиссии сверхдоходных государственных обязательств, номинированных в валюте: "Следует предложить рынку и валютнономинированные "короткие" (с длительностью обращения 2-3 недели) бумаги. Затем целесообразно организовать выпуск долгосрочных валютнономинированных бумаг под гарантии международного финансового сообщества с исключительным направлением привлеченных средств на обслуживание государственного долга и пополнение золотовалютных резервов" [69]. Идеологи строительства финансовых "пирамид" на бюджетной основе хотят продолжить эту крайне эффективную для избранных спекулянтов и разрушительную для государства форму присвоения национального богатства. Крах их детища - четырехсотмиллиардной финансовой "пирамиды" ГКО-ОФЗ, унесшей сбережения миллионов человек и разрушившей финансовую систему страны - их ничему не научил. Точнее, научил легализованным формам крупномасштабного казнокрадства - они полны решимости построить еще одну финансовую пирамиду еще более краткосрочных обязательств, номинированных в валюте. Ясно, что это - самый короткий путь к внешнему банкротству государства. Рынок валютных обязательств России сегодня характеризуется 60 процентной доходностью. Размещать под такой процент новые обязательства в условиях продолжающегося экономического спада можно только по принципу финансовой "пирамиды" - расплачиваясь по долгам за счет новых займов. Это неминуемо ведет к скорому внешнему банкротству государства, угроза которого уже нависла над страной в результате политики бесконечных внешних займов и уступок кредиторам, проводившейся авторами программы в прежние годы.
  
  Крах 17 августа проводившейся макроэкономической политики стал ее закономерным результатом, о котором ученые и специалисты предупреждали непрерывно в течение последних трех лет. "Новая" программа революционеров толкает нас на повторение того же пути. Результатом станет вымирание трети населения и окончательная колонизация России, ее низведение до роли сырьевого придатка транснациональных корпораций и экономического пространства для международного капитала. Ничего нового, кроме открытого декларирования задач расчистки российской финансовой системы для иностранного капитала, в этой программе нет. Как нет реальной альтернативы тем позитивным предложениям, которые уже много лет выдвигаются российским академическим сообществом, Федеральным Собранием и патриотическими политическими силами.
  
  Обнародование "новой" революционной программы высветило мрачную перспективу продолжения прежнего макроэкономического курса, конечные цели которого - колонизация российской экономики транснациональным капиталом, превращение ее в сырьевую периферию нового мирового порядка. Доктрина "шоковой терапии" оправдывает захват олигархией рычагов государственной власти, ее подчинение интересам международного капитала, сращивание организованной преступности с государственными институтами как закономерные формы первоначального капиталистического накопления. При этом идеологами "вашингтонского консенсуса" внушается мысль об изначальной продажности любой государственной власти. Последняя дискредитируется самими государственными руководителями, которые уже не скрывают своей коррумпированности, оправдывая хищнический захват общенационального богатства модными "реформаторскими" терминами. Да и вырождение значительной части российского населения объясняется так же, как в свое время объяснялось истребление североамериканских индейцев, - их "неполноценностью" во имя насаждения "цивилизованных" порядков и экономической рациональности.
  
  Политика "вашингтонского консенсуса" не имеет человеческого измерения - она применяется для превращения подконтрольных государств в колониальные резервуары дешевых экономических ресурсов. Не предусматривает она и социальной ответственности - для теоретиков "вашингтонского консенсуса" люди есть не более чем прочие элементы окружающей среды, подлежащей экономическому освоению транснациональным капиталом. Разработанная в интересах доминирования международного капитала и демонтажа национальных режимов государственного регулирования экономики доктрина "вашингтонского консенсуса" оказалась весьма удобной и для оправдания узурпации государственной власти и экспроприации государственного имущества олигархическими кланами, установившими в России под прикрытием радикально-либеральной риторики режим криминально-олигархической диктатуры, результатом которого стал геноцид большей части населения страны.
  
  5. Механизмы
  
  Как видим, в выборе политики "шоковой терапии" каждая из сил, определявшая принятие решений, преследовала свои цели. Новая российская элита надеялась таким образом приватизировать институты и функции государственной власти в целях личного обогащения и укрепления своего влияния. Сепаратисты видели в ослаблении государства возможность установить режим личной власти в руководимых субъектах федерации. Мировая олигархия планировала расчистить таким образом экономическое пространство России для транснационального капитала. В политике "шоковой терапии" сошлись беспомощность и тщеславие руководителей государства, криминализация и коррумпированность их окружения, алчность формирующейся вокруг правительства новой олигархии, а также интересы иностранного капитала. Последние подкреплялись желанием ведущих стран Запада максимально ослабить и установить контроль над российским государством, не допустить возрождения России в качестве сверхдержавы. Практически все эти скрытые цели в результате политики "шоковой терапии" были реализованы. В то же время важнейшие официально провозглашенные цели трансформации российской экономики в рыночную и обеспечения на этой основе экономического роста провалились. Правительство так и не создало реальных предпосылок для перехода к устойчивому экономическому росту.
  
  В свете истинных мотивов самообогащения властвующей в России элиты неудивительно, что вместо открытого диалога с обществом и выработки общенационального согласия в отношении социально-экономической политики российское "демократическое" руководство пошло по пути обмана общественности, келейного принятия решений о распределении общественного богатства, постепенно превращаясь в олигархию, богатеющую на разорении собственной страны. Пренебрежительное отношение к российским законам, циничное - к своим обязанностям, презрительное - к своему народу сочеталось с подобострастным отношением к иностранным "советникам" и "консультантам", рабским преклонением перед иностранным капиталом и связанной с ним международной олигархией, к которой новое российское руководство страстно хотело примкнуть. За возможность использовать в этих целях общенародную собственность руководители России не задумываясь уступили международным финансовым институтам руководство экономической политикой. Высшие руководители при полной поддержке олигархических кланов своими руками лишили российское государство права самостоятельно определять эмиссионную и денежно-кредитную политику, отказались от активной внешнеторговой, промышленной и инвестиционной политики, фактически свернули научные исследования и прекратили стимулировать научно-технический прогресс, разрушили оборонную промышленность, сведя бюджетную политику к механическому сокращению расходов и наращиванию государственного долга, вялому приспособлению к экономическому спаду.
  
  Почему общество принимает правила игры, навязанные ничтожной по численности кучкой аферистов, ставших вдруг всевластными олигархами, поддерживаемыми международным капиталом? Как повинуются этим правилам государственный аппарат и властные государственные структуры страны? В среде правящей в России элиты созданы такие "правила игры", что для удержания хорошего положения влиятельным бизнесменам необходимо подкупать чиновников, уклоняться от налогов, вывозить капиталец за рубеж, искать покровительства у власть имущих, вступать с ними в сговор для захвата ценных объектов государственной собственности. В свою очередь, для высокопоставленных чиновников очень важно быть "своим" человеком у руководителей крупнейших финансовых структур, входить в состав одного из правящих олигархических кланов. Не последнее значение имеет и поддержка политического руководства ведущих западных стран. Осуществление политики саморазрушения государства, присвоения национального богатства и демонтажа национального суверенитета стало возможным благодаря созданию механизмов полного отчуждения населения от власти. Для высших руководителей российского правительства этой эпохи оценка их деятельности населением и представительными органами власти не имела никакого значения, оценка специалистами и коллегами - почти никакого и даже отношение президента их не очень заботило. Поскольку они назначались и снимались олигархическими кланами, контролировавшими окружение президента, от них же получали основное вознаграждение за свою работу, то и отчитывались они за выполненную работу тоже перед ними. Большое значение имела также оценка деятельности руководителей макроэкономических ведомств со стороны МВФ и соответствующих служб стран "семерки", которые оказывали солидное влияние на кадровые назначения в российском правительстве через политических лидеров своих стран. Парадоксальным образом после осуществления "демократических преобразований" народ в России оказался еще более отчужденным от власти, чем ранее.
  
  Циничное отношение правительства к своим конституционным обязанностям, игнорирование социальных гарантий, полная безответственность в проведении экономической политики, манипулирование результатами выборов породили неверие людей в действенность демократических институтов, недоверие и ненависть к власти, апатию и протест. Результаты социологических исследований Института социально-политических исследований РАН свидетельствуют о том, что большинство россиян критически относятся к новым политическим реалиям: свыше 40% граждан выступают за радикальное изменение существующего политического строя (что можно считать показателем делегитимизации власти); в обществе нет ни одного института власти, социального института (включая армию и церковь), которому доверяли бы большинство граждан. Доля россиян, доверяющих президенту, правительству, парламенту, не превышает 15%; постоянно растет доля тех, кто вообще никому не доверяет. От 25 до 45% россиян считают, что власть вообще не выражает и не защищает интересы народа. Массовым сознанием отторгается новая правовая система; большинство граждан считают, что законы принимаются в интересах корпоративных, криминальных кругов, а не общества, усиливается правовой нигилизм. По показателю отчуждения от власти, используемому в международных исследованиях, свыше 60% россиян уверены, что "власти нет никакого дела до простых людей"; что "богатые - богатеют, а бедные - беднеют". Альтернативные позиции (например, "власти заботятся о жизни простых людей") разделяют менее 5% россиян. Большинство граждан не видят изменений к лучшему в ходе реформ, отвергают курс реформ, результаты приватизации. В массовом сознании складывается стереотип "антинародного политического строя". За последние годы с 52 до 56% увеличилось число тех, кто считает, что российские власти уже не могут при проведении экономических реформ рассчитывать на терпение народа. Это означает, что социальная база проводившегося экономического курса не имеет тенденции к расширению [42, 72,73].
  
  Возникает вопрос, каким образом правящей олигархии удается удерживать власть при длительном осуществлении политики, противоречащей интересам страны и подавляющего большинства населения? Каковы механизмы политического обеспечения проведения антинародной политики при видимом функционировании демократических институтов? Как было показано в предыдущем разделе, главным субъектом нынешних революционных преобразований, обернувшихся геноцидом населения России, стал естественный симбиоз радикальных антироссийски настроенных экстремистов, мечтавших об уничтожении сколько-нибудь самостоятельной российской государственности, поддерживавших их внешних сил, традиционно стремившихся к ослаблению России, криминальных элементов, активно включившихся в борьбу за присвоение национального богатства в условиях дезорганизации правоохранительной системы, а также приближенных к власти коммерческих структур, использовавших своих людей в органах государственной власти для создания условий извлечения сверхприбылей путем фактической приватизации государственных функций. В результате этого слияния сформировалась олигархическая политическая система, в которой власть узурпирована крайне узкой космополитичной группой, враждебной национальным интересам России, обогатившейся на принудительном разделе общенационального богатства и посредничестве в перепродаже его частей за рубеж.
  
  Сегодня эта группа пытается защитить свое положение путем трансформации российского государства в колониальную администрацию, содержащуюся за счет зарубежных кредитов в обмен на передачу контроля над экономикой страны транснациональному капиталу. Для удержания своей власти эта группа не брезгует карательными полицейскими акциями против собственного населения, услугами зарубежных спецслужб, ведет политику развращения и запугивания населения через средства массовой информации. Сформировавшаяся за эти годы компрадорская олигархическая элита стала основным политическим субъектом страны. Эффективно контролируя ключевые центральные органы государственной власти и ведущие элементы оппозиционных политических структур, она практически безраздельно распоряжается государственным имуществом и финансами, стремясь к дальнейшему обогащению наиболее легким путем. Несущие опоры и механизмы ее властвующего положения состоят из следующих звеньев.
  
  Первое. Приватизация в обход всяких норм права и морали государственного имущества.
  
  Наиболее масштабные акции по приватизации общенациональной собственности совершались по принципу келейного сговора заинтересованных лиц, затем оформлявшегося "своими людьми" в правительственных постановлениях и президентских указах.Таким образом были присвоены наиболее ценные и важные для национальной безопасности объекты базовых отраслей промышленности, инфраструктуры, телевидения, финансовой системы. Практически за каждым решением по приватизации крупного объекта государственной собственности можно проследить сговор заинтересованных коммерческих структур, готовивших схему приватизации, и ответственных руководителей соответствующих правительственных ведомств, эту схему реализовывавших.
  
  Второе. Манипулирование государственными финансами, "всасывание" бюджетных средств в "свои" коммерческие банки, а также пропускание по своим каналам эмитируемых денежных средств и валютных ресурсов государства стало излюбленным бизнесом правящей олигархии.
  
  Даже бюджетный кризис, спровоцированный проводимой денежной политикой, стал источником сверхдоходов для имеющих "хорошие связи" околобюджетных коммерсантов. Законодательный запрет на привлечение прямых кредитов Центрального банка для финансирования дефицита бюджета был использован для приватизации денежной эмиссии, которая приобрела форму вексельных кредитов и взаимозачетов, осуществляемых коммерческими банками под поручительства Минфина на те же цели. В результате от 20 до 60% бюджетных ассигнований по многим статьям бюджета присваивалось "придворными" коммерческими посредниками. Сразу же после государственного переворота и расстрела парламентской оппозиции осенью 1993 г. формирующиеся тогда вокруг правительства олигархические кланы организовали открытое казнокрадство путем предоставления незаконных льгот по уплате налогов и таможенных платежей своим фирмам.
  
  Одной из первых акций победившей олигархии стало издание целой серии указов Президента о предоставлении незаконных льгот своим коммерческим структурам. Проверки Счетной палаты только одной такой структуры - Национального фонда спорта - показали, что таким образом из федерального бюджета страны было украдено более 20 трлн. руб. с конца 1993 до начала 1995 г. Но и после того, как в начале 1995 г. по инициативе Государственной Думы был принят закон, напрямую запрещающий такого рода льготы, заинтересованные правительственные чиновники не побоялись выплатить "компенсацию" пострадавшим от отмены незаконных льгот казнокрадам в размере более 40 трлн. руб.
  
  Третье. Манипулирование общественным мнением путем установления контроля над основными средствами массовой информации, фактическое введение частной цензуры в так называемых "концернах СМИ".
  
  Дезинформация, запугивание, оболванивание и деморализация населения стали основными приемами общенационального телевидения, оказавшегося под контролем олигархии и организованной преступности. Характерной чертой подконтрольных олигархии телевизионных каналов стала оголтелая россофобия, ориентированная на уничтожение традиционных ценностей и самосознания русского народа, раболепие перед Западом, нескрываемая симпатия к врагам России, открыто проявляющаяся во множестве информационных сюжетов - начиная от смакования авиакатастроф российских самолетов и заканчивая героизацией чеченских бандитов. Ежедневное многочасовое унижение российского самосознания на ведущих телеканалах дает свой результат - впавший в апатию народ безмолвно покоряется политике колонизации, тихо спиваясь и проклиная власть.
  
  Четвертое. Контроль за информационной средой Президента.
  
  Организована многоуровневая система фильтрации и препарирования информации, не позволяющая Президенту реально оценить происходящие процессы. Фактически контролируя ближайшее президентское окружение, правящая олигархия приватизировала саму государственную власть, используя ее против своих конкурентов и для захвата национального богатства страны. Не случайно люди, в чем-то не угодившие правящей олигархии, быстро "вылетают" из властных структур в результате подготовленных в ближайшем окружении "президентских" решений.
  
  Пятое. Создание частных вооруженных формирований в форме разнообразных охранных структур, разбухание численности внутренних войск для целей усиления карательного полицейского аппарата, систематическое запугивание и шантаж руководства Вооруженных сил, провоцирование коррупции среди генералитета и морального разложения военнослужащих, их дискредитация в общественном мнении.
  
  Патриотически настроенная, высокопрофессиональная Армия, стоящая на страже национальных интересов, представляет угрозу правящей компрадорской олигархии. Поэтому для ее разложения используются все средства - от недофинансирования и многочисленных бессмысленных реорганизаций до прямого уничтожения в военных авантюрах и дискредитации в антиармейских кампаниях в СМИ. Нередкость когда сбитые с толку офицеры, униженные нищетой и бессмысленностью тяжелой службы, кончают жизнь самоубийством, утратив веру в защищаемое ими Отечество и не понимая причин происходящего самоуничтожения государства. Параллельно разложению Армии наращиваются частные вооруженные силы, создаваемые правящей олигархией для своей защиты и продолжения своей политики "другими средствами". Ежедневные сводки об убийствах предпринимателей, государственных служащих, политических деятелей, террористических актах свидетельствуют о том, что идет настоящая война, развязанная олигархией и сомкнувшейся с ней организованной преступностью за присвоение национального богатства страны.
  
  Шестое. Последовательная политическая, моральная и техническая поддержка из-за рубежа проводимой в стране политики.
  
  Выше уже говорилось о значении внешнего фактора в формировании проводимой в России экономической политики. Этим "роль заграницы" не исчерпывается. Наиболее преуспевшие кланы правящей олигархии тесно переплетены с влиятельными структурами международного капитала. Фактически правящая в России олигархия по своим интересам является больше иностранной, чем национально ориентированной. Это определяется и ее ролью в качестве "моста" в передаче российского национального богатства под контроль международного капитала, и способом сбережений в форме вывоза капитала, и системой ценностей, предопределяющей безоговорочную поддержку политики саморазрушения российского государства, и самим образом жизни - обустройством "семейных гнезд" за границей, воспитанием и обучением там же детей, стремлением войти в престижные зарубежные клубы. Это объясняет легкость, с которой правящая олигархия осуществляет практическую передачу функций определения экономической политики международным финансовым организациям, отказ от суверенитета России по формированию ключевых направлений внутренней и внешней политики.
  
  Седьмое. Манипулирование оппозицией, осуществляемое правящей олигархией через контролируемых ею политических лидеров.
  
  Исследуя проводимую в России политику, приходится признать, что определенную роль в стабилизации нынешнего олигархического режима играет и оппозиция всех цветов политического спектра. Не имея серьезной социальной опоры, ненавидимая подавляющим большинством населения, правящая олигархия может столь долго оставаться у власти только благодаря фактическому инкорпорированию в свой состав ряда лидеров ведущих оппозиционных партий и общественных организаций. Последним при этом отводится важная роль своеобразных "политических волнорезов", которые должны контролировать движения социального протеста, направляя их в безопасное для правящей олигархии русло парламентских дебатов, митингов общественности, ни на что не влияющих акций публичного протеста. Они успешно справляются с этой ролью, разыгрывая многочисленные политические спектакли, организовывая бесконечные мероприятия, после которых ничего не происходит, дурача обедневшее население и пугая состоятельную часть общества радикальными лозунгами, остающимися при этом совершенно безопасными для правящего режима. Бурная антиправительственная риторика многих лидеров оппозиционно настроенного электората на площадях и трибунах удивительным образом сочетается с неспособностью и нежеланием влиять на действительно значимые политические решения, бороться за реальное влияние на проводимую политику. А тем временем компрадорски ориентированная олигархия, стоящая за спиной правительства, продолжает проводить политику присвоения национального богатства и вывоза его за рубеж, посмеиваясь над пустыми скандалами и обвинительными речами в парламенте.
  
  В результате такой "оппозиционной" политики правящей олигархии удается уверенно контролировать ситуацию в стране, удерживать политическую инициативу, своевременно и в своих интересах обновляя кадровый руководящий состав в органах государственной власти, проводить выгодную ей политику присвоения национального богатства, несмотря на периодические всплески социальной напряженности и протесты населения. Именно благодаря демпированию (смягчению) некоторыми влиятельными лидерами оппозиции общественного протеста правящей олигархии удается удерживать власть канализируя массовое недовольство и протест со стороны подавляющего большинства населения антинациональной политикой в безопасные формы "сотрясания воздуха". Без этого едва ли удалось бы поддерживать стабильность правящего режима в ситуации, когда почти 3/4 населения не доверяют руководителям страны, половина населения настроена на изменение политической системы общества, а треть готова к непосредственному участию в движениях социального протеста. Этим же во многом объясняется фантастическая победа правящей олигархии на президентских выборах 1996 г., сумевшей обеспечить победу утратившему доверие и симпатии большинства населения кандидату. Вожди оппозиции не пожелали объединяться, не стали заниматься сложной и опасной работой по контролю за подсчетом голосов и предпочли сыграть отведенные им правящей олигархией роли в избирательном политическом спектакле, так и не решившись на серьезную борьбу за власть.
  
  Восьмое. Политический террор, как показало убийство генерала Рохлина, продолжает оставаться средством обеспечения власти правящей олигархией.
  
  Примененный в широком масштабе при совершении государственного переворота в октябре 1993 г. политический террор остается эффективным средством устрашения оппозиции. Постоянные угрозы насильственного роспуска Государственной Думы, слухи о готовящихся репрессиях, "накачивание" охранных президентских структур деньгами и рост их численности создают специфический фон политической ситуации, постоянно напоминающий о готовности режима пойти на любые меры для сдерживания оппозиции в пределах театрализованных политических спектаклей. Для поддержания всех перечисленных элементов в "рабочем состоянии" нужны немалые деньги, которые, кажется, немыслимо найти в обнищавшей стране. Тем не менее по издержкам проведения президентских и парламентских кампаний, губернаторских выборов Россия не уступает крупнейшим демократическим странам. Миллиарды долларов ежегодно расходуются только на избирательные кампании, составляющие видимую верхушку механизмов воспроизводства власти. Публичная политика в целом и формирование общественного мнения средствами массовой информации требуют уже десятки миллиардов долларов ежегодных расходов. Не меньшую сумму составляют расходы на содержание служб безопасности, ведение оперативной и аналитической работы, подкуп влиятельных людей из "ближнего окружения" и другие составляющие скрытой политической деятельности. Все эти средства расходуются теневым образом, не показываются в официальной отчетности. Возникает вопрос об источниках и механизмах их происхождения.
  
  Основным механизмом воспроизводства доминирующего положения правящей олигархии является система присвоения государственной собственности и средств через легально организуемые каналы. Первым таким каналом была "ваучерная" приватизация, позволившая хорошо информированным организаторам этого процесса и их компаньонам присвоить наиболее ценные объекты общественной собственности. Вторым, еще более масштабным, каналом стало присвоение денег государственных предприятий и организаций через банковскую систему, организованное благодаря искусственно созданному их дефициту. Как уже отмечалось, за счет разницы в процентах, начисляемых на денежные средства предприятий на их расчетных счетах, и прибыльностью спекулятивных операций на финансовом рынке коммерческие банки перераспределяли в свою пользу до 14% ВВП. Третьим традиционным каналом была и остается "прокрутка" бюджетных денег привилегированными банками. И, наконец, четвертым и самым масштабным каналом легализованного казнокрадства стала пирамида ГКО-ОФЗ, через которую в пользу коммерческих структур было изъято из федерального бюджета свыше 300 млрд. руб. и еще на 420 млрд. руб. взяты обязательства.
  
  На фоне ужасающего разрушения научно-производственного потенциала российский рынок государственных обязательств стал самым прибыльным в мире, не говоря уже о других возможностях сверхдоходных операций, создаваемых денежными властями в ходе либерализации российской экономики. Золотая лихорадка финансовых спекуляций буквально инфицировала российский истэблишмент, заставляя закрывать глаза на явное разорение государственных финансов и призрачность достигнутой стабилизации. Как было показано выше, организация потока сверхдоходов в пользу финансовых спекулянтов из федерального бюджета была главным приоритетом бюджетной политики правительства. Доведя долю обслуживания государственного долга до трети расходной части бюджета, правящая олигархия фактически свела функции государства к выколачиванию налогов из производственной сферы и с населения для извлечения сверхприбылей через "пирамиду" гособязательств.
  
  Поражает масштаб перераспределения настоящих и будущих средств российских налогоплательщиков в карманы финансовых спекулянтов. Саморазрушительный характер проводившейся финансовой политики в интересах правящей олигархии в ущерб интересам отечественных товаропроизводителей и подавляющего большинства населения становится очевидным при анализе действий Центробанка по поддержанию "пирамиды" государственного долга в увязке с политикой использования валютных резервов.
  
  Созданный механизм состоит всего из трех операций. 1. Минфин продает государственные обязательства под 30-100% годовых в зависимости от конъюнктуры рынка. 2. Иностранные спекулянты покупают рубли для приобретения ГКО, продавая доллары Центробанку. 3. Центробанк, эмитируя рубли на приобретение долларов, затем размещает купленную валюту в ценные бумаги иностранных государств, а также в краткосрочные депозиты в иностранных банках, доходность которых составляет 5-7% годовых. При этом гарантируется стабильный обменный курс рубля, свобода обмена рублей на иностранную валюту и вывоза капитала за рубеж.
  
  Подведем баланс такого кругооборота огромных денежных сумм. Чистый ущерб для российского государства в разное время строительства финансовой пирамиды составлял 10-95% годовых на каждый купленный доллар.Принимая во внимание, что объем ГКО, находившийся у нерезидентов, составлял около 20 млрд. долларов в 1997 г., нетрудно посчитать, что при средней доходности государственных обязательств в 25% чистые потери российской финансовой системы только по операциям с иностранцами составили в 1997 г. около 4 млрд. долл. Почти все они были вывезены за рубеж в ходе осеннего финансового кризиса.
  
  Неудивительно, что мировое сообщество финансовых спекулянтов с восторгом поддерживало этот безумный маховик добровольного самоуничтожения российского национального богатства. В то время как МВФ выдавал для поддержки российского бюджета ежегодно пару миллиардов долларов, нищающая на глазах Россия стала настоящим источником сверхприбыли для финансовых спекулянтов всего мира. Здесь, ничем не рискуя, можно было "заработать" 50% прибыли на операциях с ГКО, затем вложить эти деньги в закрытый аукцион по продаже крупного предприятия от 1/10 до 1/100 его реальной ценности, израсходовать затем немного денег на рекламный аудит для его "капитализации", а затем перепродать по цене в 5-10 раз выше.
  
  Но так же, как физики точно знают, что вечных двигателей не существует, экономисты твердо понимают, что невозможно сделать богатство из ничего. За спекулятивные сверхприбыли с российскими ценными бумагами, гарантированными государственным бюджетом или собственностью, платит, в конечном счете, российский народ. Не только уходящим за бесценок государственным имуществом, но и подрывом бюджетной системы, наращиванием государственного долга и перекладыванием платежей на будущие поколения. Проводившаяся в России финансовая политика стала важнейшим инструментом перераспределения национального дохода страны в пользу властвующей олигархии и связанных с ней иностранных финансовых спекулянтов. Сверхдоходы финансовых спекулянтов имели своим источником финансовые ресурсы производственной сферы, доходы и сбережения населения, а проводившаяся финансовая политика по своим последствиям означает геноцид большинства населения, занятого в производственном секторе и бюджетной сфере. Таким образом, издержки проведения политики геноцида покрываются, как обычно, его жертвами.
  
  6. Заложники
  
  Как было показано, жертвой проводившейся в России экономической политики стало подавляющее большинство населения, лишенного сбережений, прав на участие в общенародной собственности, устойчивого социального положения и достойного уровня жизни. Но и среди влиятельных кругов есть если не жертвы, то по меньшей мере заложники политики геноцида. Это прежде всего руководители субъектов Федерации, директоры производственных предприятий, офицеры Вооруженных сил, творческая интеллигенция, духовенство. Эти категории национальной элиты объединяет одно - ответственность перед большими коллективами людей при бессилии облегчить их положение и изменить ситуацию в стране. Пожалуй, в наиболее трудном положении находятся руководители субъектов Федерации. Непосредственно сталкиваясь с нарастающим недовольством брошенного на произвол судьбы населения и воочию видя последствия проводимой экономической политики, они в то же время в рамках созданной сегодня структуры государственной власти почти не могут повлиять на ее содержание. Периодический голод в районах Севера, Сибири, Дальнего Востока и даже европейского Нечерноземья, постоянный холод зимой в жилых домах в большинстве городов этих регионов, повсеместные невыплаты заработной платы, массовая безработица, рост заболеваемости и обнищание населения, деградация образования и культуры - прямой результат экономической политики федеральных властей. Изменить эту политику или смягчить ее последствия на местах невозможно в силу чрезмерной концентрации денежных, политических, информационных и других управленческих рычагов в Центре.В этих условиях глав субъектов Федерации вынуждают играть по навязанным олигархией правилам. Главные из них сводятся к следующим.
  
  Правило 1. Хочешь получить положенные из федерального бюджета трансферты и субвенции - делись.Формы дележки могут быть разными - от навязывания конкретных посредников по проведению межбюджетных взаимозачетов и перечислению средств до урезания положенных ассигнований. Этот принцип был легализован в замещении бюджетных ассигнований вексельными кредитами назначенных коммерческих посредников, под которые Минфин выдает поручительства, а субъекты Федерации "отстегивают" из причитающихся бюджетных трансфертов немалый процент за кредит и учет векселей указанным минфиновскими чиновниками банкам. Вместо обеспечения своевременности перечисления положенных бюджетных ассигнований при помощи кредитов Центрального банка на покрытие кассовых разрывов в доходах и расходах бюджета "денежные власти" искусственно поддерживали кризис ликвидности, перераставший в бюджетный и долговой кризисы, принуждая тем самым субъектов Федерации соглашаться на вексельные кредиты указываемых сверху посредников.
  
  Таким образом, лица, контролировавшие государственные средства, обеспечивали "заработок" своим коммерческим партнерам, присваивая себе значительную часть бюджетного долга. По ряду статей расходов федерального бюджета таким "посредникам" уходит до половины бюджетных ассигнований. При этом, чем напряженнее потребность в своевременном выделении бюджетных ассигнований, тем тяжелее их получить нормальным путем. Не случайно наибольший вес банковских кредитов в финансировании бюджетных расходов традиционно имели ассигнования на Северный завоз - субъекты Федерации вынуждены соглашаться на грабительские условия минфиновских посредников перед угрозой полного обесценения бюджетной поддержки с окончанием северной навигации.
  
  Правило 2. Не перечь федеральным начальникам. Те, кто критикует проводимую политику, быстро наказываются федеральными властями. Те кто хвалит - вознаграждаются.
  
  Примеров сколько угодно: от прямого прекращения перечисления трансфертов до попыток снятия с работы. Грубо нарушая законодательство о бюджете, правительство произвольно осуществляет перечисление трансфертов нуждающимся регионам в зависимости от политической лояльности их руководителей и выполнения ими требований олигархической верхушки. Характерным примером этой политики является попытка расправы московской олигархии с неугодным губернатором Приморья, которая, используя Минфин для обострения в крае социальной напряженности, прекратила перечисление в край положенных по закону трансфертов. Характерно, что московский высокопоставленный посланник простодушно объяснил во Владивостоке, что в вину губернатору вменяется отсутствие в Приморье хороших условий для деятельности иностранных инвесторов.
  
  Методами кнута и пряника правящая олигархия манипулирует государственной собственностью и другими объектами национального богатства на территории России. Обрекая миллионы людей на холод и голод, федеральные начальники демонстрируют беспредельный цинизм в методах принуждения руководителей регионов. Противостоять произволу федеральных властей могут только самые большие и мощные субъекты Федерации, которых весьма немного. Сегодня, из-за разорения экономики большинства регионов в результате проводившейся экономической политики, пожалуй, только 3-4 субъекта Федерации имеют достаточную доходную базу своих бюджетов, при этом у трети субъектов Федерации доля федеральных трансфертов в доходной части бюджета превышает 30%.
  
  Правило 3. Спасение утопающих - дело рук самих утопающих.
  
  Безразличие, с которым федеральные органы взирают на массовые забастовки, голодовки и самоубийства доведенных до отчаяния людей, заставляет руководителей на местах всерьез задуматься о смысле существования федеральных властей. Такая позиция Центра, компенсирующего свою беспомощность предоставлением субъектам широкой автономии и самостоятельности в решении проблем выживания, чревата серьезной угрозой дальнейшей дезинтеграции страны. Формируя почти наполовину свои бюджетные доходы за счет местных денежных суррогатов, региональные власти фактически создают собственные квазиденежные системы, что влечет дезинтеграцию экономического пространства страны.
  
  Этот процесс усугубляется нарастающей дифференциацией субъектов федерации по уровню доходов и экономической активности, которая достигает в расчете на душу населения пятикратных величин. При этом бедные регионы становятся все беднее, замыкаясь в натуральном хозяйстве. Вслед за быстро нарастающей дифференциацией социально-экономического положения регионов начинается дифференциация их правовых и политических систем. Субъектов Федерации приучают обходиться без федерального бюджета, национальной валюты, общенационального рынка, регулярного транспортного сообщения с Центром - разрушается общее экономическое, правовое, политическое пространство страны. Безнадежно положение работников производственных предприятий.
  
  Выше было показано, как по не зависящим от них причинам кардинально ухудшились условия их деятельности, многократно снизилась конкурентоспособность производимой ими продукции. Только из-за политики обменного курса рубля и изменения структуры цен конкурентоспособность отечественных товаропроизводителей за последние пять лет снизилась более чем в 8 раз. Едва ли какая-либо национальная экономическая система может выжить при таком резком ухудшении внешних условий своей деятельности. На мировом рынке даже пяти-десятипроцентные колебания курсов валют вызывают острые споры и "торговые войны" в результате своих серьезных последствий для относительной конкурентоспособности соответствующих экономических систем. У нас ухудшение внешних условий функционирования предприятий было многократным, а возможности адаптации предприятий к этому ухудшению - крайне ограниченными.
  
  Одновременно с резким снижением конкурентоспособности российских товаров вследствие проводимой денежно-кредитной политики существенно ухудшились условия привлечения кредитных ресурсов и осуществления инвестиций в развитие производства. В результате не более 1/3 производственных предприятий могут рассчитывать на сколько-нибудь благоприятную перспективу. О жалкой участи офицеров Вооруженных сил, которые не знают, как кормить и вооружать солдат, учителей, которые делятся с голодными учениками последним куском хлеба, падая в голодные обмороки, работников культуры, которых из средств массовой информации, клубов и домов культуры полностью вытеснила похабщина и пошлость, и говорить не приходится. Духовенство, более других понимающее глубину постигшей Россию катастрофы и вынужденное заботиться о духовном спасении людей, практически не имеет эффективных средств воздействия на общество. Космополитизм и россофобия правящей олигархии, пожалуй, более всего проявляются в антиправославной направленности навязываемой в средствах массовой информации культурной и религиозной политики. Православной церкви, как и другим традиционным российским конфессиям, правящая олигархия пытается отвести роль своего рода культурной экзотики, оказывая содействие распространению в России иноземных сект, развращая и деморализуя население.
  
  В конечном счете, в заложниках проводимой в России политики правящей олигархии оказалось практически все население страны, рассматриваемое новыми хозяевами России как не более чем досадное неудобство, затрудняющее им открытое использование захваченной государственной власти для обогащения. Приведенные выше факты и объясняющие их причины убедительно доказывают, что под видом радикальных реформ в 1992-1998 гг. на территории России развернут геноцид подавляющего большинства населения, осуществляемый с опорой на определенные институты государственной власти, используемые в интересах господствующей олигархии.
  
  Вполне возможно, что властвующая в стране олигархия проводит эту политику, не осознавая ее последствий для большинства населения. Очень даже может быть, что они таких последствий не желали; как говорил ответственный за эту политику российский премьер, "хотели как лучше, а получилось как всегда". Вероятно, они просто не думали о последствиях своих действий для народа и для страны, заботясь главным образом об обеспечении личного благополучия и о своем вхождении в "мировую элиту".
  
  Это, однако, не меняет, с точки зрения национальных интересов России, объективной сути проводившейся политики как политики геноцида против русского народа, вне зависимости от ее субъективных мотивов. Для нас не так важно, какие мотивы были у этой группы, возглавляемой хорошо известными каждому телезрителю "героями", - тщеславие, жажда наживы или закамуфлированная под антикоммунизм россофобия. Мечтавший сделать из русских нацию "белых рабов" идеолог и руководитель репрессий "военного коммунизма" Троцкий тоже по-своему мнил себя спасителем человечества, используя русский народ как строительный материал для реализации своих политико-экономических утопий, как и Гитлер с Наполеоном пытались его "осчастливить" по-своему. Результаты этих радикальных попыток социальной инженерии оказались примерно схожими. Нашествие Наполеона, фашистская агрессия гитлеровцев, братоубийственная гражданская война, "шоковая терапия" привели к примерно одинаковым последствиям: уничтожению до 1/3 национального богатства и огромным потерям населения страны. Дорвавшиеся до управления страной нынешние враги России превзошли своих предшественников, преуспев также в расчленении страны и в более чем двукратном сокращении ее производственного потенциала.
  
  По имеющимся оценкам, число человеческих жертв политики, проводившейся в России в последние годы, втрое превышает число жертв предыдущего социального эксперимента - революции и гражданской войны 1917-1920 гг. Материальный ущерб от этой политики более чем вдвое превышает ущерб, нанесенный СССР гитлеровским нашествием 1941-1945 гг. [4]. Как видим, по основным социально-экономическим параметрам последствия псевдореформ последних лет мало чем отличаются от упомянутых выше катаклизмов. Даже по количеству беспризорных детей и масштабам обнищания населения нынешний эксперимент схож с последствиями гражданской и Великой Отечественной войн. С той только разницей, что последняя закончилась победой, а первая, как и нынешняя смута, представляют собой тяжелейшие внутренние болезни, сопровождающиеся смертельной интоксикацией общественного организма, после которой ему в лучшем случае гарантирована длительная инвалидность.
  
  Общий итог или цена последней российской революции выглядит таким образом. Огромный капитал - около 2 триллионов деноминированных рублей (или, по обменному курсу рубля на 17 августа 1998 г., более 300 млрд. долл. США), приближающийся по совокупной величине к годовому объему ВВП, за эти годы перетек из производственной сферы и сбережений граждан в спекулятивную и, в значительной части, за рубеж. Из этих средств до 400 млрд. руб. осредоточены в обрушившейся "пирамиде" государственных ценных бумаг, до 80 млрд. руб. - в акциях приватизированных предприятий, до 210 млрд. руб. - в капиталах коммерческих банков, около триллиона вывезено за рубеж, огромные средства вложены в недвижимость удачливых коммерсантов. Для производственной сферы итогом этой денежно-кредитной политики стало разорение половины предприятий, которые убыточны, ликвидация оборотного капитала, пятикратное сокращение инвестиций и двукратное сокращение производства. Для граждан итогом этой политики стало обесценение сбережений в Сбербанке России в объеме, сопоставимом с годовым федеральным бюджетом страны в 1992 г., затем потеря еще свыше 20 трлн. руб. в разнообразных частных финансовых "пирамидах". И, наконец, еще одна масштабная утрата сбережений в банках, обанкротившихся в результате финансового краха 17 августа 1998 г. Большинство граждан также столкнулось с резким (в среднем двукратным) снижением реально выплаченной зарплаты, а каждый десятый - с потерей возможности работать.
  
  Невольно вспоминаются слова одного из идеологов "холодной войны" и основателей ЦРУ А. Даллеса: "Посеяв в Советском Союзе хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти ценности поверить. Мы найдем своих единомышленников и союзников в самой России. Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного народа на Земле, окончательного, необратимого угасания его самосознания. Из литературы и искусства мы, например, постепенно вытравим их социальную сущность, отучим художников, отобьем у них охоту заниматься изображением, исследованием тех процессов, которые происходят в глубинах народных масс. Литература, кино, театры - все будет изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства. Мы будем всячески поддерживать и поднимать так называемых художников, которые станут насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма, предательства - словом, всякой безнравственности. В управлении государством мы создадим хаос и неразбериху. Мы будем незаметно, но активно и постоянно способствовать самодурству чиновников, взяточничеству, беспринципности. Честность и порядочность будут осмеиваться и никому не станут нужны, превратятся в пережиток прошлого. Хамство и наглость, ложь и обман, пьянство и наркомания, животный страх друг перед другом, предательство, национализм, вражду народов, и прежде всего ненависть к русскому народу, - все это мы будем ловко и незаметно культивировать, все это расцветет махровым цветом. И лишь немногие будут догадываться или даже понимать, что происходит. Но таких людей мы поставим в беспомощное положение, превратим в посмешище, найдем способ их оболгать и объявить отбросами общества. Будем опошлять и уничтожать основы нравственности. Будем всегда главную ставку делать на молодежь. Станем разлагать, развращать, растлевать ее" (Цит. по: [28, с. 205-206]).
  
  Эти слова могли бы стать эпиграфом к жизнеописанию вождей российской революции 1992-1998 гг. - организаторов и проводников политики геноцида народов России. Как мрачно констатирует А.Зиновьев, "вряд ли можно найти в истории человечества другой такой пример, когда часть населения страны с таким бы усердием, мастерством и успехом уничтожала свой же народ ради корыстных и зачастую иллюзорных интересов" [28, с. 126]. С учетом определяющей роли зарубежного влияния на выбор стратегии проводившихся в России экономических преобразований для раскрытия их реального смысла требуется анализ глобальных тенденций, обусловливающих позицию ведущих западных стран и международных организаций в отношении России. Об этом - следующая часть книги.
  
  Часть II.
  Россия и новый мировой порядок
  
  1. Интернационализация экономики и национальные экономические системы
  
  Современное глобальное экономическое развитие определяется сочетанием двух противоречивых тенденций: подчинения мировой экономики интересам международной финансовой олигархии и транснационального капитала, с одной стороны, и конкуренции национальных экономических систем - с другой. Эти тенденции переплетаются, создавая в каждой стране уникальное сочетание внешних и внутренних факторов. Разнообразие комбинаций простирается от полной колониальной зависимости большинства африканских стран, в экономике которых безраздельно доминирует транснациональный капитал, до мощных национальных экономик Японии, Китая, США, Германии, в которых экономическая политика государства в основном определяется интересами национального капитала и отечественных товаропроизводителей.
  
  Между этими полюсами современного мира расположились страны Латинской Америки, пытающиеся создать хоть какие-то ниши для развития собственного капитала в условиях доминирования транснациональных корпораций, страны Европейского сообщества, отказавшиеся от национального суверенитета в экономической политике в пользу европейского транснационального капитала, арабские, в том числе мусульманские страны, сочетающие политику привлечения иностранного капитала в освоение природных ресурсов с твердым отстаиванием ценностей своей культуры и национальных интересов, быстро развивающиеся страны Юго-Восточной Азии с доминированием национальных интересов в самой стратегии развития и привлечения иностранного капитала.
  
  Формирование экономической модели каждой страны сопровождается сложной и весьма острой борьбой за контроль над институтами государственной власти между представителями транснационального и национального капитала, между мировой олигархией и национальной элитой. У них разные, часто противоположные, интересы, разные ценности, разные инструменты воздействия на экономику. Страны, доминирующие в мировой торговле и международных финансах, прежде всего США, Великобритания, Япония, Швейцария, являются одновременно странами базирования транснационального капитала. Именно этим обусловлена относительно высокая согласованность интересов их национальной элиты и мировой олигархии. Слаборазвитые страны практически лишены внутренних источников инвестиций и целиком зависят от транснационального капитала, что предопределяет компрадорский характер их национальной элиты. Противоречия между интересами транснационального и национального капитала разрешаются в них путем втягивания последнего в обслуживание транснациональных корпораций и включения национальной элиты в периферийные слои мировой олигархии.
  
  Между этими крайними типами расположились остальные страны, пытающиеся отстоять свои национальные интересы в глобальной международной конкуренции, использовать свои конкурентные преимущества для упрочения положения в мировой экономической системе. Национальные интересы каждой страны определяются прежде всего принципами сохранения своей независимости, обеспечения благосостояния и высокого качества жизни своего народа, сохранения его национальной культуры и возможностей реализации присущих ему духовных ценностей. Эти интересы диктуют соответствующие приоритеты международного сотрудничества.
  
  В экономической сфере открытие независимым государством своих национальных рынков, привлечение иностранного капитала, международная кооперация находятся под национальным контролем и при необходимости сочетаются с защитой внутреннего рынка, ограничениями иностранных инвестиций в жизненно важных для реализации национальных интересов сферах, поддержкой отечественных товаропроизводителей и стимулированием роста конкурентоспособности национальной экономики.В культурной сфере государством обеспечивается приоритет национальной культуры в информационной, образовательной и воспитательной политике; национальные духовные ценности целенаправленно поощряются и защищаются от подавления со стороны оглупляющей и деморализующей население транснациональной попкультуры.
  
  В свою очередь, мировая финансовая олигархия и крупный транснациональный капитал стремятся к тотальному контролю над мировым рынком и каждой его страновой составляющей, стирая экономические, культурные и политические границы между нациями, подчиняя своим интересам конкурентные преимущества каждой из них, формируя свою информационную, правовую и даже силовую инфраструктуру. Сегодня они составляют внушительную, если не самую мощную, экономическую силу, контролируя более половины оборота мировой торговли и финансов, наиболее прибыльные производственные отрасли в разных странах, включая нефтяную, добывающую, электронную, электротехническую, автомобилестроительную и многие другие виды промышленности.
  
  Многие транснациональные корпорации превосходят по экономическому обороту крупные страны, подчиняют своему влиянию правительства, решающим образом влияют на формирование международного права и работу международных институтов. Пятьсот транснациональных корпораций охватывают свыше 1/3 экспорта обрабатывающей промышленности, 3/4 мировой торговли сырьевыми товарами, 4/5 торговли новыми технологиями, обеспечивают работу десяткам миллионов человек и осуществляют свою деятельность практически во всех странах мира. По происхождению и месту базирования транснациональные корпорации, примерно, поровну распределены между США, Европейским сообществом и Японией. Они определяющим образом влияют на внешнеэкономическую политику этих стран и находящихся под их контролем международных организаций и используют это влияние для реализации своих интересов на мировом рынке.
  
  Не следует, однако, преувеличивать степень консолидации того, что для удобства весьма условно называется мировой олигархией. Это явление не укладывается в расхожие схемы мирового империализма или масонского заговора. Речь идет больше о тенденции, чем о сложившейся организационной структуре. Эта тенденция, правда, включает образование определенных институтов и организационных структур на национальном и международном уровнях, создающихся для формирования и проведения в жизнь интересов крупного международного капитала. Как и любое самоорганизующееся в условиях рыночной экономики сообщество заинтересованных лиц и предприятий, мировая олигархия действует прежде всего под влиянием совпадения объективных интересов работающих на мировом рынке крупных финансовых структур в установлении и поддержании приемлемых для них правил игры и только потом в силу каких-то субъективных мотивов к консолидации. Поэтому под термином "мировая олигархия" в контексте данной книги понимается сложная и достаточно разнородная совокупность крупных транснациональных и контролируемых ими компрадорских национальных банков и корпораций, обслуживающих их юридических и консультативных организаций, международных финансовых организаций, идеологов и теоретиков нового мирового порядка, разнообразных формальных и неформальных институтов политического влияния и формирования общественного мнения, обосновывающих и оправдывающих его становление.
  
  Несмотря на кажущуюся аморфность и неопределенность того, что здесь названо мировой олигархией, на практике все ее звенья действуют удивительно согласованно в силу объективного совпадения интересов, а также сложившихся в течение длительного времени родственных, семейных, национальных, земляческих, клановых связей. Они составляют самовоспроизводящуюся целостность, самостоятельно формирующую свои правила игры, свой язык, технологии влияния, организационные структуры и коммуникации. Было бы глубокой ошибкой сводить эту тенденцию к заговору злодеев или сатанинских сил. Определяющими здесь являются объективные экономические интересы, организующие крупный международный капитал в целях осуществления выгодной ему политики. Поскольку капитал этот действует в масштабах мирового рынка, то и политика, к проведению которой он объективно стремится, носит глобальный характер, причудливо переплетаясь с национальной политикой различных стран и их союзов. Это объективная тенденция, которая должна обязательно учитываться при проведении национальной экономической политики любой страны.
  
  Взаимоотношения между транснациональным и национальным капиталом, между мировой олигархией и национальной элитой в разное время и в разных странах складываются по-разному. Изначально транснациональный капитал вырастает из посредничества в международной торговле и финансовых операциях. Особенно мощным стимулом к его развитию становятся международные, а впоследствии и мировые войны, которые резко повышают спрос на государственные займы и создают множество возможностей для извлечения сверхдоходов. Предоставляя займы всем враждующим сторонам, финансовая олигархия всегда остается в выигрыше, участвуя в очередном переделе мира, получая одновременно контрибуции с проигравших и проценты с победителей. Финансируя и в значительной степени провоцируя военные конфликты, мировая олигархия постепенно приходит к доминированию в финансовых системах Великобритании и Франции, а впоследствии - США, других стран Запада и связанных с ними колониально зависимых государств.
  
  Мощнейшими толчками к росту ее могущества стали во многом ею же спровоцированные мировые войны нынешнего столетия. В настоящее время, продолжая активно участвовать в локальных конфликтах, о чем свидетельствуют источники финансирования и механизмы разжигания современных войн в Африке, Азии и на Балканах, транснациональный капитал не рискует более провоцировать глобальные войны. С одной стороны, инициированная мировой олигархией гонка вооружений достигла запредельно разрушительного уровня. С другой стороны, установление мировой олигархией непосредственного контроля над финансовыми системами ведущих стран и важнейшими секторами мирового рынка делает ненужными такие рискованные формы извлечения сверхдоходов, как стимулирование государственных займов путем разжигания военных конфликтов. Контролируя значительную часть мировых и национальных рынков, мировая олигархия сегодня более заинтересована в поддержании глобальной стабильности, во многом определяя новый мировой порядок, доминируя в большинстве международных институтов и направляя внутреннюю и внешнюю политику ведущих стран (стран "большой семерки").
  
  Основной технологией ее политического влияния и проведения интересов является установление контроля над институтами государственной власти различных стран и их демонтаж, замена международным правом и международными институтами. Ключевой инструмент - втягивание соответствующих стран в долговую зависимость, подкуп и деморализация их национальных элит, дезинформация общества. Делается это с помощью самых разнообразных неформальных структур и контактов, через которые осуществляется подбор необходимых кадров в институтах власти и готовятся официальные решения, формируется реальная политика. Идеологическим обеспечением этой политики в течение уже многих десятилетий неизменно служат теории формальной демократии и радикального либерализма. Ослабляя и ликвидируя национальные институты государственной власти, политического, морального и культурного контроля, используя для этого самые разнообразные методы - от подкупа облеченных властью лиц до организации революций и гражданских войн, - мировая олигархия устраняет препятствия для свободного движения транснационального капитала, подчиняет своим интересам экономику целых стран и континентов. За послевоенные десятилетия под сенью "холодной войны", также во многом спровоцированной и искусственно поддерживавшейся мировой олигархией, последняя выстроила высокоорганизованную систему обеспечения своего влияния. Мощные финансовые организации дополнились оффшорными зонами, свободными от какого-либо государственного контроля и налогообложения; тайные общества и ложи дополнились силовыми и карательными структурами. Активная работа по расстановке своих людей во властных структурах ведущих государств позволяет мировой олигархии направлять их политику в интересах транснационального капитала, доминировать как в международных делах, так и во внутренней политике многих стран.
  
  Сокрушительная эффективность этой системы нового мирового порядка была убедительно продемонстрирована в разрушении СССР и последующей колонизации его территории. Самая мощная система государственной безопасности была парализована инфильтрованными агентами влияния и полностью дезориентирована профессионально подготовленными группами провокаторов [29]. Иногда приходится слышать, что США и Запад заинтересованы в сильной и стабильной России. Что они будто бы понимают опасность глобальной дестабилизации и ядерного конфликта вследствие неконтролируемого распада огромной страны. Мы с легкостью верим в этот лозунг, который, очевидно, соответствует интересам американского народа, европейских и других наций Старого и Нового Света. Сталкиваясь же с явными противоречиями между дружеской риторикой и враждебными действиями по отношению к России со стороны ведущих стран "семерки" и по своей наивности и неосведомленности простодушно полагая, что каждая страна проводит политику исключительно своих национальных интересов, мы ищем корни антироссийских составляющих западной политики в каких-то конъюнктурных комбинациях их геополитических, экономических и прочих интересов. И в недоумении спрашиваем своих иностранных коллег: зачем вам расширение НАТО, почему вы навязываете нам самоубийственную политику "шоковой терапии", чем объясняется ваша любовь к антирусским диктаторским режимам на территории бывшего Союза? Пытаемся им объяснить очевидную невыгодность и опасность для них самих этих внешне абсурдных действий. Наши иностранные партнеры пожимают плечами, смущенно отвечают, что им все это тоже непонятно, но продолжают гнуть ту же линию, ссылаясь на директивы руководства, или сухо замечают, что в конечном счете - это политический выбор российских властей. А если самые объективные из них начинают публично критиковать политику нынешнего российского руководства как экономически абсурдную и разрушительную для производительных сил страны, тут же следует окрик высокого начальства. Как это случилось в отношении нобелевских лауреатов по экономике, которым высокопоставленные чины из американских спецслужб не рекомендовали участие в совместном с российскими учеными исследовательском проекте по проблемам экономической реформы в России [30].
  
  Как было показано выше, интересы мировой олигархии и национальные интересы любой страны не совпадают. Очевидная политика "двойного стандарта" США и других ведущих стран Запада объясняется противоречивостью этих интересов. Так, в противоположность интересам народов и стран мировая олигархия не боится войн и глобальной дестабилизации. Если для народов война - это прежде всего человеческие жертвы, а для государств - колоссальные материальные потери и угрозы национальной безопасности, то для транснационального капитала война всегда была источником сверхдоходов и легкой добычи. Войны, которые велись в интересах соперничающих наций, ушли в прошлое после поражения Наполеона в России. В нынешнем столетии и первая, и вторая мировые войны, и локальные войны в современной Азии противоречили национальным интересам как проигравших, так и победителей. Последние, как и первые, своей кровью оплачивали сверхприбыли мировой олигархии, наживавшейся на финансировании военных расходов, а затем скупавшей по бросовым ценам разоренные войной и непомерными налогами предприятия.
  
  Поэтому, в отличие от интересов наций, которым всегда соответствует стабильность и дружеский характер международных отношений, интересы мировой олигархии лежат исключительно в сфере создания условий для извлечения сверхприбылей и упрочения своего глобального господства. Наилучшие условия для этого создают войны, революции и экономические кризисы, в результате которых ослабевают национальные системы безопасности и институты государственной власти, возникает хаос, рушатся экономические структуры и открываются дополнительные возможности для их подчинения интересам транснационального капитала. Поэтому мировая олигархия не боится распада России; риск возможной глобальной катастрофы для нее перекрывается огромными сверхдоходами, которые уже сейчас дает разложение самого богатого в мире государства. И когда, например, американские политики говорят, что США заинтересованы в сильной и процветающей России, то они исходят из национальных интересов американского народа; а когда проводят по отношению к России реальную политику ее разорения, расчленения и разрушения, то они действуют в интересах направляющей их решения мировой олигархии. Поэтому так часто они говорят одно, а делают нечто прямо противоположное.
  
  "Загадочность" сохраняющейся агрессивности Запада в отношении России объясняется отнюдь не только извечным страхом перед нашей великой державой, подозрительностью или россофобией, но и внутренней противоречивостью интересов правящей элиты этих стран, сочетанием в ее политике национальных интересов и интересов мировой олигархии. Во внутренней политике этих стран в большей или меньшей степени доминируют национальные интересы, во внешней - интересы транснационального капитала, который частично является и их национальным капиталом. В отношении не только России, но и других суверенных государств мировая олигархия неизменно демонстрирует агрессивность и стремление к разрушению институтов государственной власти и национального суверенитета, затрудняющих ее доминирование в соответствующих сегментах глобального экономического пространства.
  
  Пронесшаяся в течение прошлого - начале нынешнего века волна крушений европейских монархий, свержение царя в России в ходе первой мировой войны, осуществление плана Маршалла в Европе после второй мировой войны, разрушение СССР и установление внешнего контроля над правительствами его бывших республик, оккупация части Югославии, блокада Ливии и Ирака, изоляция Ирана, попытки внешней изоляции Индии и Китая, финансовая катастрофа в Юго-Восточной Азии - все это последовательная цепь событий одной направленности. Ее цель - демонтаж институтов национальной государственности и их замещение международными механизмами экономической и политической координации, обеспечивающими свободу действий и привилегированные условия транснациональному капиталу, а также глобальное доминирование мировой олигархии. Этим же объясняется традиционная русофобия многих выразителей интересов мировой олигархии, как правило, занимающих высокие государственные посты в ведущих западных странах. Исконная мощь и независимость России, которая была ведущей сверхдержавой и проводила самостоятельную политику, успешно реализовывая свои национальные интересы, всегда являлись предметом особого беспокойства мировой олигархии.
  
  2. Новый мировой порядок
  
  Современные идеологи нового мирового порядка не оставляют России и большинству других стран надежд на формирование и проведение самостоятельной политики в национальных интересах. После организации искусственного противостояния двух политических систем в "холодной войне" для демонтажа основных институтов государственной власти ведущих западных стран и замещения их международными институтами в интересах доминирования мировой олигархии создается система глобального контроля под сенью военного и дипломатического лидерства США. Реализуя свое доминирующее положение в институтах государственной власти США, мировая олигархия пытается использовать национальные ресурсы этой страны для обеспечения своего глобального господства. Именно поэтому идеологи мировой олигархии заинтересованы в сохранении мирового лидерства США. Для превращения США в гигантского жандарма, обеспечивающего интересы транснационального капитала, американскому народу внушается комплекс имперского превосходства, подогреваемый предоставлением ему исключительного права на лидерство и насилие в мировой политике. Контролируя институты государственной власти в США, мировая олигархия использует их как инструменты обеспечения своих интересов во всех других странах.
  
  Об этом, в частности, свидетельствует опыт "холодной войны", принесшей мировой олигархии огромные прибыли и возможности для организационного укрепления, но стоившей американскому народу и союзникам США по НАТО огромных материальных потерь, а также человеческих жертв в локальных вооруженных конфликтах в Азии и Африке. На это же нацелена и принятая администрацией США Стратегия национальной безопасности США в следующем столетии, согласно которой американский народ должен стать опорой и средством обеспечения господства мировой олигархии.
  
  В тексте документа, в частности, говорится о необходимости использовать лидирующую роль США для придания нужного направления интеграционным тенденциям в мире, внесения корректив в существующие политические и экономические институты и структуры безопасности, а также для формирования новых организаций, которые помогут создать условия, необходимые для продвижения американских интересов и ценностей [31]. Что же это за интересы и ценности?В том же докладе достаточно откровенно говорится о том, что распространение демократии укрепляет американские ценности и повышает безопасность и благосостояние. Демократические правительства в большей степени склонны сотрудничать с другими государствами против общих угроз и содействовать свободной торговле и экономическому развитию и одновременно менее предрасположены к ведению войн или ущемлению прав человека. Следовательно, тенденция к демократизации и распространению свободных рынков по всему миру способствует продвижению американских интересов. Соединенные Штаты должны поддерживать эту тенденцию путем проведения активного внешнеполитического курса [31]. Из различных целей стратегии национальной безопасности США, указанных в данном документе, мы выделяем главным образом те, которые характеризуют использование военной и дипломатической мощи США для обеспечения интересов мировой олигархии и транснационального капитала. В частности, в документе подчеркивается, что особое внимание в стратегии США обращено на влияние на нынешний и долгосрочный внешнеполитический курс США таких ранее считавшихся далекими от них транснациональных проблем, как истощение ресурсов, быстрый рост народонаселения, загрязнение окружающей среды и массовые миграции людей.
  
  С учетом этих обстоятельств США не ставили своей целью проведение четкой грани между внутренней и внешней политикой, а стремились определить политику в таких областях, как экономика и безопасность, которые продвигают их интересы и идеалы в мире, где разделительная линия между внутри- и внешнеполитическим курсом все более "размывается" [31]. Сказано достаточно откровенно.
  
  Сферой ответственности органов национальной безопасности США фактически объявляется обеспечение глобального контроля мировой олигархии в важнейших вопросах обслуживания интересов транснационального капитала: беспрепятственный доступ к ресурсам других стран, включая их природные и людские ресурсы, к их рынкам, устранение каких-либо национальных барьеров для движения и воспроизводства национального капитала. Одновременно сферой национальной безопасности США объявляется контроль за народонаселением, загрязнением окружающей среды и политическими системами в других странах. За этот глобальный контроль, американский народ должен быть готов платить. В тексте документа подчеркивается что, вовлеченность США в мировые дела зависит от готовности народа и Конгресса платить за защиту американских интересов долларами, энергией и, когда нет другой альтернативы, жизнями своих граждан [31].
  
  Хотя в стратегии национальной безопасности США постоянно подчеркивается, что глобальная гегемония США призвана обеспечить их безопасность и процветание, создать оптимальные условия для решения внутренних экономических проблем, в действительности плохо понятно, почему для обеспечения своей национальной безопасности американский налогоплательщик должен финансировать сомнительные военные операции в разных частях света, поддержание американского военного присутствия на всех стратегических точках планеты, расширение НАТО, войну в Югославии.
  
  Как связаны с интересами американского народа антироссийская политика США в Европе и странах Содружества, активные усилия американской военно-дипломатической машины по предотвращению воссоединения русского народа, провоцированию дальнейшего расчленения России, срыву интеграционных процессов на территории СНГ? Это не ясно с точки зрения национальных интересов американского народа, но понятно с точки зрения интересов мировой олигархии, которая использует американскую военно-дипломатическую машину для навязывания своих интересов. При этом в данной стратегии закрепляется монополия этой машины в качестве арбитра, имеющего право на насилие во всех глобальных вопросах. Утверждается, что Соединенные Штаты являются единственной страной в мире, которая во многих случаях способна взять на себя эту роль для организации коллективных действий по преодолению общих вызовов [31]. Для обоснования необходимости американскому налогоплательщику платить за сомнительные карательные операции за рубежом в стратегии вводится категория "важные национальные интересы", которые не связаны с выживанием страны, но оказывают влияние на благосостояние США и характер международных отношений. В таких случаях рекомендуется использовать имеющиеся ресурсы для продвижения своих целей, соизмеряя цену и риск с американскими интересами. Затем в качестве примера подобных акций приводятся американская интервенция на Гаити и участие в операции НАТО в Боснии и Герцеговине [31]. Характерным примером воплощения новой стратегии национальной безопасности США стали незаконные американские бомбардировки Ирака в декабре 1998 г., которые были осуществлены по решению президента США в целях предотвращения процедуры импичмента путем втягивания страны в военный конфликт. Так, вооруженная агрессия наряду с функцией обеспечения роли мирового жандарма становится для СЩА средством решения внутренних проблем.
  
  Новая стратегия национальной безопасности США отчетливо формулирует основные черты нового мирового порядка. Расширяя "зоны жизненных интересов США" до масштабов всей планеты, а содержание этих интересов - до контроля над природными, демографическими и экономическими ресурсами других стран, а также закрепляя исключительную монополию на применение силы в международных делах за американской военно-дипломатической машиной, мировая олигархия планирует обеспечивать свое господствующее положение [31]. В обмен американскому народу обещают процветание и стабильность, поскольку состояние международной экономической системы напрямую сказывается на безопасности США, а стабильность повышает возможности для процветания. В свою очередь, процветание страны создает возможности для содержания вооруженных сил США, реализации инициатив в области внешней политики и оказания влияния на ситуацию в глобальном масштабе. Подчеркивается, что именно участие США в международных делах и степень их влияния позволяют сохранять стабильность и обеспечивать условия для процветания международной экономической системы [31]. Последняя формула напоминает идеологию существовавшего тысячу лет назад Хазарского каганата, в котором внутреннее процветание и стабильность обеспечивались эксплуатацией соседних государства при помощи хорошо организованной военно-политической машины, за счет чего правящая в нем наднациональная олигархия имела сверхприбыли и стремилась к глобальному расширению сферы своего контроля [32].
  
  Это сходство особенно очевидно на фоне обоснования в той же "стратегии" претензии на военно-политический контроль США над глобальным загрязнением окружающей среды и потреблением природных ресурсов в условиях, когда именно эта страна делает и то, и другое наиболее интенсивно: объемы потребления энергоносителей, других важнейших видов природного сырья на душу населения в США в десятки раз превышают среднемировой уровень, как и показатели загрязнения окружающей среды.
  
  Так интересы мировой олигархии переплетаются с национальными интересами США. За счет налогоплательщиков мировая олигархия выстраивает военно-дипломатическую машину для обеспечения глобального доминирования и контроля, позволяя в то же время населению этих стран создать себе более комфортные и безопасные условия жизни, стимулируя его претензии на привилегированную жизнь за счет эксплуатации природных и человеческих ресурсов всей планеты.
  
  Стратегия доминирования мировой олигархии пока не носит тотального характера. Ее не интересуют все виды деятельности и она не стремится к контролю над всеми ресурсами планеты. Эта стратегия носит избирательный характер, ориентируясь на захват "командных высот" в мировой экономике и национальных экономических системах, позволяющих диктовать свои правила игры остальному миру. Усилия мировой олигархии сосредоточены в основном в сфере установления контроля над наиболее прибыльными сферами деятельности, где источником сверхдоходов является обладание политической, природной или интеллектуальной монополией - управление государственными долгами, эмиссия денег, финансовые услуги, банковские операции, аудиторские и юридические услуги, международная торговля, наркобизнес, естественные монополии, энергетика, использование новых технологий. Остальные сферы деятельности, в которых механизмы рыночной конкуренции устраняют возможности получения монопольной сверхприбыли, меньше привлекают транснациональный капитал и осваиваются в основном национальными деловыми кругами. При этом чем больше экономическая мощь последних, тем выше степень согласованности и взаимовыгодного партнерства мировой олигархии и национального капитала, который оказывает свое влияние на формирование правил игры в любой стране.
  
  В целях согласования интересов мировой олигархии и национальных интересов наиболее развитых стран была разработана расистская теория "золотого миллиарда", согласно которой обеспеченное существование на планете может быть гарантировано только миллиарду человек из наиболее преуспевающих стран, в то время как остальным странам уготована жалкая участь сырьевого придатка и поставщика дешевого человеческого материала для обслуживания интересов транснационального капитала. Эта доктрина носит отнюдь не умозрительный характер - она уже применяется на практике в регулировании международных отношений. Причислившим себя к клубу избранных странам разрешается защищать внутренний рынок, вести агрессивную экспортную политику, поддерживать своих товаропроизводителей, сохранять национальную культуру и общественную нравственность, навязывать свои интересы другим, вплоть до применения вооруженной силы. А остальные должны слепо следовать рекомендациям международных организаций, выражающих интересы мировой олигархии, и не препятствовать доступу на свои рынки транснационального капитала, а в свое культурное пространство - оглупляющих и растлевающих население технологий разрушения национальной культуры и общественной нравственности.
  
  Эти "остальные" втягиваются в разнообразные режимы неэквивалентного внешнеэкономического обмена, через которые происходит отток их внутренних ресурсов за рубеж и закрепляется их зависимое и подчиненное положение "доноров" транснационального капитала. Наиболее отработанные режимы неэквивалентного внешнеэкономического обмена, навязываемые мировой олигархией зависимым странам, включают втягивание последних в ловушки: внешней задолженности, сырьевой специализации в мировом разделении труда, отказа от суверенитета в проведении торговой и финансовой политики. Рассмотрим действие этих ловушек подробнее. Через стимулирование внешних займов достигается наиболее легкая эксплуатация экономического потенциала соответствующих стран, осуществляемая при помощи их же институтов государственной власти. Предоставляя займы государствам или приобретая их ценные бумаги, транснациональный капитал без особого риска получает немалый процент, а страна-заемщик втягивается в долговую пирамиду, занимая вновь все больше для оплаты ранее сделанных долгов.
  
  Учитывая, что темпы экономического роста подавляющего большинства стран (0-4%) намного меньше ставки процента на мировом рынке ссудного капитала (8-20%), "долговая ловушка" срабатывает автоматически. Как только расходы на обслуживание государственного долга становятся сопоставимыми с потоком доходов государственного бюджета, национальный доход соответствующей страны распределяется под контролем иностранных кредиторов. Национальные производительные силы посредством налогово-бюджетных механизмов стран-должников начинают работать на обогащение международного спекулятивного капитала. Так, развивающиеся страны Латинской Америки выплатили в форме процентов намного больше денег, чем взяли взаймы, при этом сумма их долга еще более возросла. Сырьевая специализация экономики страны сопровождается неэквивалентным внешнеторговым обменом вследствие "ножниц цен", которые существуют между ценами на сырьевые товары, формируемыми на основе глобальной рыночной конкуренции, и ценами на готовые изделия, которые удерживаются завышенными на величину интеллектуальной ренты в силу монопольного обладания соответствующими технологиями их производства.
  
  Втягиваясь в сырьевую специализацию, та или иная страна попадает в ловушку воспроизводящегося обмена принадлежащей ей природной ренты с невосполняемых месторождений природных ресурсов на интеллектуальную ренту в цене импортируемых готовых изделий, финансируя научно-технический прогресс за рубежом и содействуя тем самым расширению "ножниц цен", подрывая одновременно свой ограниченный ресурсно-производственный потенциал. Отказ от суверенитета в торговой политике, достигаемый путем включения соответствующей страны в международные режимы регулирования внешней торговли на подчиненном и зависимом положении, лишает ее возможностей использования политической ренты, получаемой путем применения инструментов государственного регулирования экономики в пользу отечественных предприятий. Напротив, в определенных случаях предусматриваемый в международных торговых режимах отказ от суверенитета в торговой политике может повлечь за собой использование институтов государственной власти соответствующей страны для обеспечения интересов транснационального капитала вне зависимости и даже вопреки интересам отечественных деловых кругов и товаропроизводителей. Отказ от суверенитета в проведении самостоятельной денежно-финансовой политики, достигаемый путем принятия обязательств перед международными финансовыми организациями по поддержанию определенных параметров денежной массы и обменного курса национальной валюты, привязки его к одной из свободно-конвертируемых валют лишает экономику соответствующей страны возможностей использования инструментов государственной власти для стимулирования инвестиционной активности и повышения конкурентоспособности. В худшем случае такая страна лишается и своего суверенного права на проведение самостоятельной эмиссионной политики, а ее национальная валюта фактически замещается иностранной с соответствующими последствиями в присвоении эмиссионного дохода.
  
  Вследствие уже образовавшегося и продолжающегося быстро нарастать огромного разрыва, в конкурентоспособности предприятий развитых стран и транснациональных корпораций, с одной стороны, и остального мира, с другой, повышение конкурентоспособности предприятий большинства отраслей экономики развивающихся стран без соответствующих стимулов и защиты со стороны государственного регулирования невозможно. Отказываясь от инструментов самостоятельной торговой, промышленной и финансовой политики, они лишают себя важнейшего средства повышения конкурентоспособности национальной экономики, закрепляя тем самым свое подчиненное и зависимое положение.
  
  Последние два года дали и примеры репрессий, применяемых мировой финансовой олигархией в отношении стран, осмелившихся проводить самостоятельную политику развития. Финансовый кризис в Юго-Восточной Азии разрушил результаты десятилетий упорного труда народов Малайзии, Индонезии, Таиланда, Кореи, претендовавших на самостоятельный путь развития. Целенаправленно спланированная акция по дестабилизации их финансовых систем надолго перекрыла возможности экономического роста в регионе. В новом мировом порядке нет места для выскочек - международная олигархия предпочитает всех стричь под одну гребенку.
  
  Существует, разумеется, немало примеров благоприятного действия либерализации внешней торговли, привязки национальных валют развивающихся стран к свободно конвертируемым иностранным валютам, правил согласования торговой политики в рамках Всемирной торговой организации, членами которой являются почти все страны. Однако это не отрицает, а лишь доказывает, что для обеспечения успешного и устойчивого развития любая страна должна поддерживать необходимый баланс национальных интересов и интересов транснационального капитала, формируя выгодные для своих товаропроизводителей и национальных деловых кругов правила функционирования внутреннего рынка.
  
  Включение любой самостоятельной страны в какой-либо международный режим сопровождается построением сложного баланса взаимных уступок, в результате которых выгоды международной интеграции для национальных интересов страны должны превысить ожидаемые потери. Для развитых стран участие в процессах международной интеграции определяется критериями экономической целесообразности, в отличие от слаборазвитых стран, компрадорскую элиту которых просто принуждают к отказу от национального суверенитета. Механизм обеспечения интересов мировой олигархии через разнообразные международные режимы, предусматривающие отказ государств-участников от элементов национального суверенитета, основан на доминировании в таких организациях США и других стран "семерки", представители которых проводят необходимые решения, становящиеся обязательными для всех стран-участниц. Часто это сопровождается сложными процедурами согласования позиций этих стран, политики которых руководствуются также национальными интересами, далеко не всегда сводимыми к общему знаменателю. Но так или иначе, различные структуры мировой олигархии приходят к согласованию своих интересов, переплетенных с национальными интересами ведущих западных стран, и затем навязывают свои решения международным организациям. Достигается это, как правило, за счет ущемления интересов всех остальных стран, которым отводится роль статистов и исполнителей. Чтобы эта роль примерно исполнялась, в США ведется огромная работа по втягиванию в орбиту своего влияния политической элиты других стран, особенно лиц, определяющих внешнюю, оборонную, экономическую и информационную политику.
  
  Принятие этими лицами международных обязательств от имени представляемых ими государств обеспечивает подчинение внутренней политики этих стран интересам мировой олигархии. Для этого через разнообразные организации технической помощи, экспертные институты, фонды и пр., тратятся немалые средства и прилагаются большие усилия по втягиванию руководителей стран в международную элиту, привитию им космополитической идеологии и соответствующих ценностей, предусматривающих подмену национальных интересов абстрактными нормами международного права. Ради этого нередко не брезгуют и прямой вербовкой соответствующими спецслужбами влиятельных руководителей национальных правительств, их подкупом и шантажом. Весь арсенал методов обработки не вполне зрелых в политическом плане умов для формирования новой российской политической элиты был эффективно использован в процессе разрушения СССР и последующей колонизации распавшихся советских республик.
  
  Во всяком случае практически все лидеры "демократического движения" и правительства радикальных реформ в России в течение нескольких лет "эпохи перестройки" на многочисленных зарубежных семинарах, стажировках, конференциях проходили своебразную подготовку. В головы кандидатов в новые национальные лидеры вбивалась мифология радикально-либеральной доктрины, им делалась своеобразная прививка против совести и здравого смысла путем внушения уверенности в неполноценности постсоциалистического общества и чувства собственного превосходства носителей "передовых идей". Эффективность этой системы "промывки мозгов" оказалась поразительно высокой. Правда, во многом она объясняется качеством подбираемого в "прорабы" разрушения России человеческого материала. Как правило, выбор останавливался на относительно молодых, амбициозных, малообразованных кандидатах с ярко выраженным комплексом неполноценности, легко проникавшимися агрессивной россофобией или антикоммунизмом. Неудачники с неуемным гонором, не реализовавшие себя в качестве специалистов на основной работе, под влиянием опытных зарубежных наставников, легко перековывались в фюреров радикально-либеральной доктрины, готовых к истреблению собственного народа ради доказательства своего мнимого превосходства. Последующее приближение этих людей к власти, сдобренное поощрением коррупции, породило гремучую смесь некомпетентности, преступности и россофобии, доминировавшую все последние годы в кругах, определявших политику российского правительства. Мировая олигархия умеет вести работу по подготовке и подбору кадров. С этих кадров сегодня она организует и направляет колонизацию России.
  
  3. Колонизация России
  
  Практически весь арсенал политики разрушения институтов обеспечения национального суверенитета в целях достижения глобального доминирования мировой олигархии был использован в процессе разрушения СССР и продолжает применяться сегодня в отношении России и других стран СНГ.
  
  Ярким подтверждением такой политики стали международные обязательства, принятые как часть "революционных преобразований" российскими руководителями под давлением их зарубежных боссов с огромным ущербом для национальных интересов страны: беловежские соглашения о денонсации Союзного договора, меморандум о принятии Россией и другими странами СНГ солидарной ответственности за обслуживание долга бывшего СССР, отказ от компенсации России стоимости оставляемого после вывода войск имущества в восточной Германии и других странах Варшавского договора, подписание Энергетической хартии, предусматривающей отказ от национального суверенитета в использовании энергетических ресурсов страны; отказ от защиты внутреннего рынка и проведения самостоятельной финансовой политики, государственного стимулирования развития промышленности, науки и техники, фиксируемый в заявлениях российского правительства и Центрального банка в адрес Международного валютного фонда, и другие решения.
  
  Одним из последних ярких примеров политики национального предательства стало подписание соглашения о присоединении России к Парижскому клубу, в котором от имени России развивающимся странам, имеющим соглашения с Парижским клубом, было списано до 90% ранее предоставленных нашей страной кредитов. Огромные, в десятки миллиардов долларов, финансовые активы России, унаследованные от СССР, превратились в пыль.Странам "семерки" это решение нужно было для облегчения обслуживания бремени задолженности развивающимися странами в пользу остальных кредиторов; руководителям же российской делегации, возглавлявшейся Чубайсом, нужно было отличиться в качестве дисциплинированных исполнителей рекомендаций международных финансовых организаций, реализующих интересы транснационального капитала. Их исполнительность была оценена по достоинству - Чубайса объявили "лучшим министром финансов" 1997 года.
  
  Многочисленные высказывания идеологов нового мирового порядка и практические действия ведущих стран Запада и международных организаций в отношении России не оставляют сомнений, что в рамках нового мирового порядка ей отводится роль сырьевой колонии, назначение которой - смягчить последствия сырьевого и экологического кризисов, угрожающих благополучию и стабильности развитых стран.В рамках этой концепции России навязывается стратегия деиндустриализации, свертывания наукоемких технологий, сырьевой специализации, приведения правового и экономического пространства страны в соответствие с интересами транснационального капитала. Следствие подобной стратегии - "расчистка" российской территории не только от отечественных товаров, но и от "лишних" людей. В разных сценариях дальнейшего демонтажа российской государственности, разрабатываемых идеологами нового мирового порядка и специалистами соответствующих иностранных спецслужб, Россию рассматривают в качестве зависимой территории, используемой как источник промышленного сырья, слабозаселенный природный парк и место свалки вредных отходов; в любом случае - как источник сверхприбылей транснациональных корпораций.
  
  Показательной в этом контексте является книга влиятельного американского политолога З.Бжезинского "Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы"[33], которая вносит ясность во многие направления современной американской геополитики. Если официальная доктрина национальной безопасности США лишь констатирует претензии американской администрации на вмешательство во внутренние дела других стран и на диктат своих интересов в любой точке мира, то рассуждения Бжезинского не оставляют сомнений: главной разменной картой американской геополитики оказалась Россия. Из книги следует, что холодная война против СССР сегодня перешла в агрессию против России. Бжезинский, который постоянно подчеркивает тождественность России и СССР, недвусмысленно констатирует необходимость уничтожения России с точки зрения американских интересов, описывая ее будущее в американской геостратегии то как "политическую черную дыру", то как свободно конфедеративную Россию, состоящую из "Европейской части России, Сибирской республики и Дальневосточной республики"[33, с. 240].
  
  Конечно, г-н Бжезинский - не президент США и даже не госсекретарь. Официальный Вашингтон едва ли подтвердит наличие подобной геостратегии в отношении России. Тем не менее, многие факты свидетельствуют о несомненном влиянии идей, высказываемых этим политологом, на работу американских спецслужб и влиятельных кругов американского истэблишмента. Любопытно, что в своих геостратегических рассуждениях Бжезинский отдает должное интересам всех крупных евразийских держав, кроме России. По отношению к Китаю и Японии он декларирует необходимость глубокого стратегического взаимопонимания между Америкой и Китаем, а также четкого определения растущей роли Японии. Турцию Бжезинский также определяет как стратегического партнера США: "Регулярные консультации с Анкарой по вопросу о будущем Азии способствовали бы возникновению у этой страны ощущения стратегического партнерства с США" [33, с. 241]. Не забывает Бжезинский и об интересах традиционно притесняемых Америкой Индии и Ирана: "Постоянное участие Индии в дискуссиях по вопросу региональной стабильности, особенно по вопросу о судьбе Средней Азии, не говоря уже о стимулировании развития более прямых двусторонних связей между военными сообществами Америки и Индии" [33, с. 243].. Или: "США заинтересованы в сильном, даже аправляемом религией... Иране" [33, с. 242]. Сосредоточив в свое время все геополитические ресурсы на борьбе с СССР, США "прозевали" появление двух новых мощных геополитических конкурентов - Японии и Китая, вслед за которыми о своих претензиях заявляют другие крупные и быстро растущие державы региона. Теперь, предлагая евразийским сверхдержавам подчиниться мягкой американской гегемонии, Бжезинский словно заискивает перед ними, уговаривая взять в обмен контроль над частями российской территории. Огромные деньги, вложенные американскими налогоплательщиками в гонку вооружений, милитаризацию Европы и Ближнего Востока, обесцениваются в новой геополитической реальности, определяющейся не силой оружия, а динамизмом национальных и международных инновационных экономических систем. Американская гегемония, отягощенная сотнями миллиардов долларов ежегодных военных расходов, становится для Евразии ненужной обузой. Бжезинский, опасаясь обесценения триллионов долларов, вложенных в уничтожение СССР, фактически предлагает новым конкурентам США поделиться добычей "холодной войны", в качестве которой он рассматривает Россию и СНГ, в обмен на согласие на сохранение дорогостоящей гегемонии США.
  
  Баланс сил в новом мировом порядке, по замыслу ведущего американского политолога, предполагается достичь за счет России, вплоть до раздела ее территории. С его точки зрения, "потеря территории не является главной проблемой для России" [33, с. 239]. Расчленение России на три части, считает Бжезинский, станет основой для достижения баланса сил в американских интересах в Евразии: "Каждый из этих трех членов конфедерации имел бы более широкие возможности для использования местного творческого потенциала, на протяжении веков подавлявшегося тяжелой рукой московской бюрократии" [33, с. 240]. Развитие "творческого потенциала" кусков расчлененной России будет происходить, согласно этому замыслу, под руководящим влиянием США и их партнеров. То же касается других государств СНГ. Американскую колонизацию Украины предполагается осуществлять совместно с Германией и Францией, Азербайджана и Узбекистана - совместно с Турцией и частично Ираном, Сибири и Дальнего Востока - совместно с Японией и Китаем.
  
  Как видно, с точки зрения главного американского геостратега, российского наследства хватит на всех, что позволит США реализовывать стратегию своей "мягкой гегемонии" в мире, расплачиваясь российскими ресурсами. За счет России предполагается построить трогательную систему трехстороннего согласия, основанного на "мощи Америки на мировом уровне, преобладающем положении Китая в регионе и лидерстве Япония на международном уровне" [33, с. 246]. Очевидно, новый мировой порядок по-Бжезинскому будет строиться против России, за счет России и на обломках России. Если советские диссиденты, по словам Зиновьева, целились в коммунизм, а попали в Россию[28], то их заокеанские покровители с самого начала целились именно в Россию, до сих пор рассматривая ее как врага, которого следует обязательно добить насмерть.
  
  Писанину Бжезинского можно было бы рассматривать как бред выжившего на старости лет из ума антисоветчика с комплексом неполноценности, помешавшегося на россофобии, если бы не его авторитет ведущего американского геополитического стратега и роль публичного выразителя геополитических интересов и настроений весьма влиятельных и богатых кругов американской олигархии. Кроме того, слова Бжезинского обычно не сильно расходятся с делами американских спецслужб, которые со времени своего основания считают уничтожение России своей первостепенной задачей.
  
  Непосредственное участие и активная роль ЦРУ в разрушении СССР уже не является секретом после многочисленных публикаций американских авторов, описывающих целенаправленные и последовательные усилия в этом направлении президента Рейгана и директора ЦРУ Кейси, а также последующих руководителей США и ЦРУ (см. напр. [29]). Эта же линия наблюдается в работе американских спецслужб против России. На фоне громких разоблачительных скандалов вокруг провалов завербованных КГБ и выданных сегодня советских (а с точки зрения американских СМИ - русских) разведчиков, действовавших против США, практически реализованных требований к России прекратить всякую разведывательную деятельность резко активизируется шпионская деятельность американских спецслужб против России. Она ведется не только традиционными тайными средствами, но и вполне открыто, с участием легально работающих в высших эшелонах государственной власти "агентов влияния". Под предлогом участия в совместных учениях во имя мира на российские полигоны забрасываются из-за рубежа спецподразделения диверсионных частей для отработки приемов работы в России. Под покровительством руководителей приватизационного ведомства российский фондовый рынок оказывается под контролем странного сообщества иностранных "экспертов", шпионов и авантюристов. Антироссийские действия ряда влиятельных руководителей "новых независимых государств" направляются связанными с иностранными спецслужбами "советниками", непосредственно координирующими становление враждебного России "санитарного кордона".
  
  Одновременно с активизацией деятельности американских спецслужб против России все более россофобский характер приобретает и официальная внешнеполитическая линия Вашингтона. Слегка закамуфлированная поддержка чеченских сепаратистов, расширение НАТО на Восток, в том числе с намерениями включить под протекторат этой военной машины страны Балтии и Украину, объявление среднеазиатских республик и Кавказа зоной жизненных интересов США, демонстративный розыгрыш украинской карты с целью противопоставления Украины России, объявление ее стратегическим партнером США и активизация антироссийских выступлений украинских националистов, отказ отменить принятые против СССР и дискриминирующие Россию законодательные акты - все это далеко не полный перечень антироссийских признаков официальной американской внешнеполитической линии.
  
  Считается, что холодная война закончилась, и у демократической России нет врагов. Некоторые вершители американской внешней политики, такие, например, как З. Бжезинский, полагают иначе - Россия проиграла "холодную войну" и должна быть расчленена, ограблена и окончательно уничтожена как самостоятельное государство [33]. Также, видимо, считают и вершители американской культурно-информационной политики. Во всяком случае, те, кто "заказывает музыку" в Голивуде, делают это с сильным россофобским уклоном. Новая волна американского кинематографа пронизана антироссийской истерией, рисуя русских почти исключительно как террористов, бандитов, насильников и нелюдей, которых следует бояться и против которых "все дозволено" для защиты "цивилизованного мира". В общественном мнении Америки и всего мира активно создается новый образ врага в лице российского преступного сообщества и "криминально-синдикалистского" российского государства.
  
  Именно так характеризует новое общественное устройство в России широко разрекламированный российским телевидением доклад "Организованная преступность в России", подготовленный осенью 1997 г. Вашингтонским Центром стратегических и международных исследований для Конгресса США. Доклад представляет собой явно тенденциозное исследование, содержащее наукообразное обобщение всевозможных слухов и домыслов в отношении криминализации российского государства и общества. В нем нет реальных фактов, но в изобилии - всевозможные субъективные оценки и суждения, в том числе некоторых российских официальных лиц, вырванные из контекста и препарированные под социальный заказ.Последний, что очевидно из содержания доклада, заключается в доказательстве крайней криминализации России, которая, превращаясь в "криминально-синдикалистское", по определению авторов, государство, представляет собой угрозу национальной безопасности США и всего мира.
  
  Авторы доклада пугают читателей (которыми являются американские конгрессмены) колоссальным размахом российской организованной преступности, призраками ядерного террора, крупномасштабных компьютерных диверсий, передачи технологий производства и применения оружия массового поражения нестабильным режимам, никак не подтверждая свои домыслы реальными фактами, но явно рассчитывая на достижение эмоционального эффекта россофобии. Цель этой "аналитической халтуры" - обосновать возможность и необходимость новой международной изоляции России, вплоть до введения в отношении нее жестких экономических и политических санкций.
  
  Наиболее важный и наиболее тревожный вывод доклада состоит в том, что при существующем уровне взаимосвязей между государствами для Соединенных Штатов и других стран традиционные взаимовыгодные контакты с Россией, превращающейся в криминально-синдикалистское государство, находящееся под контролем коррумпированных правительственных чиновников, политиков, бизнесменов и преступников, становятся невозможными. Констатируется прямая угроза национальным интересам и безопасности США со стороны организованной преступности в России, которая усугубляет нестабильность в огромной ядерной державе.
  
  В том же направлении работают всевозможные опросные агентства, фабрикующие результаты опросов ведущих фирм, согласно которым Россия признается самым коррумпированным в мире государством. Как говорится, слишком много совпадений. И в геополитической теории, и в официальной доктрине национальной безопасности США, и в деятельности американских спецслужб, и во внешней политике Вашингтона, и в направленности американского кинематографа, и в формировании мнения американского истэблишмента прослеживается одна и та же тенденция быстро нарастающей россофобии.
  
  Учитывая наращиваемые США усилия по обеспечению своего лидерства в установлении нового мирового порядка, этим подтверждается вывод: новый мировой порядок с гегемонией США создается, как говорилось выше, против России, за счет России и на обломках России. В модели этого нового мирового порядка для России нет места - ее территория рассматривается как свободное пространство с богатыми природными ресурсами, которое должно быть разделено по сферам влияния США и их союзников для обеспечения баланса их интересов. Как видно, новый вызов американских геостратегов строится на примитивной логике "вора в законе": соглашайтесь быть под моим началом - добычи всем хватит. Есть огромная неподеленная территория (в терминологии Бжезинского - геополитическая черная дыра), которая может быть разделена и использована в качестве компенсации ведущим странам за некоторые моральные и материальные неудобства, обусловленные американской "мягкой гегемонией". Иначе мир погрузится в анархию и хаос, в котором российские бандиты и террористы устроят всемирную катастрофу.
  
  Разумеется, американские стратеги понимают, что Россия едва ли добровольно согласится на роль разменной карты в обслуживании американских геостратегических интересов (хотя заботливо выращиваемые американскими спецслужбами некоторые хорошо известные российские деятели, в том числе находящиеся при высоких должностях, на это вполне согласны). Поэтому мировой общественности внушается образ криминальной, агрессивной, неуправляемой страны, которая столь же похожа на реальную Россию, как США похожи на Конго. Но за большие деньги аналитики американских спецслужб, с одной стороны, и американский кинематограф - с другой, создают нужный им отвратительный образ. Он понадобится, когда в защиту интересов мировой олигархии под лозунгом обеспечения мировой стабильности, для установления контроля за российскими недрами, разрушения российской атомной промышленности или для обеспечения "независимости какой-либо российской территории" в Вашингтоне решат применить силу. Для подготовки этого возможного события осуществляется расширение НАТО, раздуваются конфликты внутри СНГ, работает разведка.
  
  Мы очень устали от холодной войны, гонки вооружений, изоляционизма, претензий на мировое господство. И легко отказались от всего этого, не думая о реакции "вероятного противника". Наивным романтикам перестройки хотелось верить в доброго дядю Сэма, который подарит России демократию и поможет "войти в цивилизованный мир", как когда-то Россия помогла США обрести независимость и войти полноправным членом в международное сообщество. Но, как говорил классик, "действительность куда печальней". Нашему порыву к миру и дружбе не поверили, нашу добрую волю восприняли как слабость, наше стремление к демилитаризации и прекращению гонки вооружений оценили как поражение в холодной войне.
  
  Некомпетентность наших руководителей вкупе с алчностью и предательством их окружения позволили мировой олигархии реализовывать политику подрыва национальной безопасности России, нацеленную на колонизацию нашей страны. Не хочется верить в то, что вырвавшись из-за "железного занавеса", мы оказались в окружении бандитов, которые тут же стали отбирать наше имущество, а друзья остались в роли безучастных свидетелей. Но лучше с запозданием признать допущенные ошибки, подвести итоги и сделать правильные выводы, чем покорно плестись на убой подобно стаду баранов, добровольно соглашаясь на самообман мнимого процветания после нынешней революции. В то время как зарубежной общественности произошедшее в результате политики "шоковой терапии" разложение российской экономики и государства представляется в виде прямой и явной угрозы традиционным западным ценностям и интересам, российской общественности деятельность поддерживаемых из-за рубежа революционеров преподносится как благо для населения России и всей планеты.
  
  На самом деле происходящие в России преобразования имеют мало общего с широко декларируемыми целями экономической реформы и по сути представляют собой современную разновидность неоколониальной политики. Об этом свидетельствуют как методы, так и последствия проводившейся в стране политики. Российская экономика быстро и успешно загонялась во все перечисленные ловушки, втягивалась в механизмы неэквивалентного внешнеэкономического обмена, правительство брало на себя внешние обязательства, которые неминуемо вели к быстрой утрате независимости и колонизации страны в интересах мировой олигархии и транснационального капитала. И с точки зрения специализации страны на мировом рынке, и с точки зрения структуры капитальных вложений, определяющей будущую структуру экономики, Россия все более приобретала типичные черты сырьевой колонии.
  
  Удельный вес основных видов топливно-энергетических ресурсов в общем объеме экспорта за последние годы составил более половины, всего сырьевых товаров - 3/4, а машин и оборудования - лишь 8-9%. В обмен на природную ренту Россия приобретала товары народного потребления, машины и оборудование, финансируя научно-технический прогресс и создание рабочих мест за рубежом. Еще более тревожная ситуация сложилась с наращиванием российского государственного долга.Как уже говорилось, наряду с двукратным увеличением внешнего долга, достигшего 130 млрд. долл. и ставшего самым большим в мире, за последние годы выросла колоссальная пирамида долга внутреннего, поглотившая уже свыше 400 млрд. деноминированных рублей, превысившая объем денежной массы и всосавшая в себя 70% всех кредитных ресурсов страны.
  
  Фактически финансовая система страны уже втянута в режим банкротства, которое и было констатировано 17 августа 1998 г. после решений правительства о принудительной реструктуризации внутреннего долга и Центрального банка о введении девяностодневного моратория на возврат российскими банками кредитов своим зарубежным партнерам. При этом в руководстве Минфина заговорили о необходимости перехода к эмиссии одно-двухнедельных ГКО. Строительство финансовых пирамид на обломках государственного бюджета стало излюбленным делом наших "финансовых властей". Постепенно основной функцией российского государства становилось выколачивание процентных платежей по привлеченным займам в пользу иностранных кредиторов и собственной олигархии. Как уже указывалось, обслуживание государственного долга стало самой крупной статьей федерального бюджета, в отдельные месяцы оттягивавшей до половины всей его расходной части. Вскоре для оплаты долгов потребуется заложить недра и передать в управление кредиторов природные ресурсы страны. Основные правовые условия для этого в форме законодательства о соглашениях о разделе продукции уже созданы.
  
  Безусловный приоритет своевременного обслуживания долговых обязательств фиксируется и в принятом недавно Бюджетном кодексе - соответствующие платежи объявляются не подлежащими сокращению ни при каких обстоятельствах, в отношении всех остальных декларируется принцип сокращения бюджетных расходов и минимизации бюджетного дефицита. Таким образом, платежи по государственному долгу стали самыми приоритетными, более значимыми, чем выполнение обязательств перед населением, обеспечение социальных гарантий, защита национальной безопасности и т.д. Втягивание России в перечисленные выше ловушки внешней зависимости осуществлялось самим же российским правительством и Центральным банком. Выше уже говорилось об их подконтрольности с октября 1993 г. властвующей в стране олигархии, интересы которой сочетаются с интересами международного капитала. Это предопределяло марионеточный характер российского правительства, направлявшегося и контролировавшегося Международным валютным фондом и соответствующими службами ведущих стран "семерки".
  
  Хотя после финансового краха 17 августа 1998 г. и прекращения паразитирования финансовой олигархии на государственном бюджете в России произошла смена правительства и реализуемых им приоритетов экономической политики, процесс втягивания страны в колониальную зависимость заслуживает краткого описания.
  
  Сохраняющееся влияние компрадорской олигархии на президентскую администрацию и другие властные структуры предопределяет актуальность угрозы восстановления механизмов саморазрушения производительных сил страны. Для предотвращения этой угрозы важно понять, как действуют тайные пружины колониальной политики. Стержневым элементом политики колониального закабаления России все последние годы была ложь: официально для народа декларировались одни цели, а на практике реализовывались совершенно иные, зачастую прямо противоположные. Первые провозглашались публично в официальных документах, вторые фиксировались тайно в соглашениях с зарубежными центрами влияния, закреплявшихся в заявлениях российского правительства и Центрального банка в адрес МВФ.
  
  Прямой контроль над правительством России с октября 1993 г. до сентября 1998 г. со стороны мировой олигархии был очевиден и даже не очень скрывался. Российское правительство вопреки воле парламента, позиции ученых, требованиям профсоюзов и общественному мнению, последовательно реализовывало программы Международного валютного фонда, ежегодно фиксировавшиеся в составлявшихся его экспертами и переводившихся на русский язык так называемых Заявлениях правительства и Центрального банка об экономической политике на очередной год. Этим Заявлениям старались не придавать огласку - ведь публично декларировалась совершенно иная политика, относительно отвечавшая интересам и ожиданиям граждан. Она, однако, оставалась на бумаге президентских посланий и официально объявлявшихся правительственных программ и имела мало общего с реально осуществлявшимися под контролем международных финансовых организаций мерами. В случаях прямого противоречия установок МВФ российским законам, российским руководством неукоснительно выполнялись первые.
  
  В этом была разгадка многочисленных противоречий в действиях и декларациях правительства, игнорирования им российского законодательства. С одной стороны, официально декларировалась необходимость защиты интересов отечественных товаропроизводителей, с другой - реальные действия правительства вели к отказу от какой-либо защиты внутреннего рынка и предоставлению многочисленных льгот импортерам, проводилась убийственная для отечественного производства политика завышенного реального обменного курса рубля. С одной стороны, многократно декларировалась необходимость подъема инвестиционной активности, с другой стороны, реальные действия правительства и Центрального банка по искусственному ограничению денежной массы и наращиванию государственного долга усугубляли кризис ликвидности и делали невозможным снижение ставки процента до уровня, приемлемого для привлечения инвестиций в производственную сферу, блокировали возможности преодоления инвестиционного кризиса. С одной стороны, велись нескончаемые разговоры об укреплении национальной валюты, с другой - правительство и Центральный банк не принимали никаких мер для дедолларизации экономики, расширения использования рублей в международных расчетах. С одной стороны, наблюдался острый бюджетный кризис и сверхбыстрый рост государственного долга, с другой стороны, правительство распродавало государственное имущество по ценам, заниженным в десятки раз, легализовало казнокрадство под видом бюджетных займов, сверхдоходных государственных обязательств, льгот по налогообложению привилегированным коммерческим структурам. С одной стороны, отмечалась необходимость поддержки структурной перестройки экономики и стимулирования научно-технического прогресса, с другой стороны, - десятикратное сокращение ассигнований на науку, очевидный отказ правительства от каких-либо мер по стимулированию инновационной активности и организации структурной перестройки экономики на основе ее модернизации. С одной стороны, официально декларировалась неприемлемость чрезмерной социальной цены реформ, недопустимость еще большего снижения жизненного уровня населения. С другой стороны, правительство отказывалось от соблюдения социальных гарантий, произвольно секвестрировало установленные законом социальные расходы, допускало резкое ухудшение качества образования и здравоохранения, бросало на произвол судьбы нетрудоспособное население, включая миллионы детей из необеспеченных семей. Эти противопоставления можно было бы продолжать бесконечно.
  
  Очевидно, что в документах "для народа" правительство говорило о тех действиях, которых от него ждали, исходя из примата национальных интересов, перехватывая лозунги у оппозиции. Следовательно, правительство знало, в чем они заключались. Но в реальной политике правительства эти интересы не просто игнорировались - принимавшиеся меры обычно прямо им противоречили. Фактически проводилась линия на устранение тех функций государственного регулирования, которые бы препятствовали интересам извлечения сверхприбылей мировой олигархией.
  
  Ликвидировались инструменты защиты государственных интересов, затруднявшие деятельность транснационального капитала, из правительственных ведомств изгонялись патриотически настроенные кадры, демонтировались механизмы социальной защиты населения, разрушались нравственные устои общества. Наглядной демонстрацией результативного контроля над российским руководством со стороны его зарубежных покровителей стали вето Президента, пролоббированные агентами иностранного влияния в президентской администрации и в правительстве, по двум законам, направленным на защиту национальных интересов России: "О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации" и "О свободе совести и о религиозных объединениях".
  
  Почти единогласное голосование и одобрение этих законов обеими палатами Федерального Собрания, их поддержка подавляющим большинством населения страны, Православной церковью и другими традиционными конфессиями оказались несущественными по сравнению с требованиями американского президента и немецкого канцлера. Потребовалось специальное решение Конституционного суда, чтобы первый из этих законов был подписан Президентом; по второму пришлось вести длительные переговоры, согласовывать его содержание с зарубежными конфессиями, в качестве агента влияния которых выступала Администрация российского Президента.
  
  Несколько раньше аналогичную ориентацию на заграницу проявил и российский премьер, отказавшийся в 1996 г. под давлением директора-распорядителя МВФ и американских сенаторов от выполнения принятого закона "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции", который предусматривал введение ограничений на ввоз импортного спирта, защищал интересы государства, общества, российских производителей. По требованию ряда американских сенаторов и директора-распорядителя МВФ, лоббировавших интересы иностранных производителей и поставщиков алкоголя в Россию, премьер пошел на грубое нарушение российского законодательства, нанеся огромный материальный ущерб российской казне, интересам отечественных предприятий. В результате импорт спирта за период 1993-1996 гг. возрос в 30 раз и превысил 30% от всего объема спирта, попадавшего на российский рынок [50].
  
  Кроме перечисленных, можно привести немало подобных примеров - от свертывания по требованию США российского сотрудничества по космической программе с Индией до предоставления гарантий российского правительства под навязываемый извне импорт оборудования в ущерб соответствующим отечественным товаропроизводителям. Действия российского правительства по предоставлению самых разнообразных гарантий государственным закупкам импортных товаров, всяческих привилегий иностранным компаниям, передаче им под контроль ценных объектов бывшей государственной собственности на фоне отсутствия защиты интересов отечественных товаропроизводителей сродни делишкам коррумпированных марионеточных правительств африканских колоний. Но российское правительство было, по-видимому, единственным в мире правительством, предоставлявшим гарантии не своим, а зарубежным инвесторам, не под экспорт, а под импорт товаров.
  
  Эти и многие другие примеры наглядно показывают, что российское правительство тех революционных лет действительно соответствовало определению марионеточного, реализовывшего чуждые национальным интересам направления государственной политики, пренебрегавшего своими конституционными обязанностями, продажного и враждебного России. Практически по всем вопросам, по которым оказывался нажим со стороны США и других стран "семерки", российское руководство шло на неоправданные уступки, наносившие очевидный ущерб национальным интересам России. За это "международное сообщество", от имени которого после распада СССР обычно выступает американский Госдеп, оказывало российскому руководству неизменную поддержку, несмотря на массовые нарушения прав человека, расстерел парламента, фактический геноцид народа России, откровенное разграбление национального богатства страны правящей олигархией.
  
  Концентрация власти в руках узкой группы лиц, сосредоточивших подготовку и принятие решений в теневых околоправительственных структурах и осуществлявших их реализацию путем келейного проталкивания нужных постановлений правительства и указов президента, сделало ненужной всю формальную иерархию исполнительной власти. Множество честных и ответственных специалистов министерств и ведомств, преданных национальным интересам, ни на что не влияли, так как реально все решало теневое правительство, которое, опираясь на высшее звено официального правительства, блокировало его работу и проводило в жизнь свои частные интересы. Политика колонизации России поддерживается заинтересованностью правящей олигархии в закреплении своего господствующего положения. Это достигается путем деморализации и сокращения населения, разложения государственной власти, отказа России от важных элементов государственного суверенитета, навязывания нашей стране международных обязательств в сфере собственных внутренних дел.
  
  Выше уже говорилось о том, что лучшая гарантия сохранения присвоенных богатств, достигнутого положения и безопасности для правящей в России олигархии - это колонизация России и уничтожение российского государства.Не случайно в новой Конституции закреплен примат международного права над национальным, который дублируется практически во всех сколько-нибудь существенных федеральных законах, что позволяет легко демонтировать национальное законодательство, подчинив его через сеть межправительственных соглашений интересам международного капитала.
  
  4. Перспективы
  
  Экономическая политика всегда допускает множественность альтернатив и, следовательно, сценариев социально-экономического развития. Вместе с тем по мере разрушения производительных сил страны и втягивания ее в ловушки внешней зависимости и неэквивалентного обмена выбор быстро сужается.Продолжение проводившейся до 17 августа 1998 г. социально-экономической политики еще некоторое время не оставит надежд на достойную жизнь для десятков миллионов граждан России и на самостоятельное развитие страны.
  
  В современном мире невозможно сохранить свою независимость и способность к самостоятельному развитию, не финансируя науку и образование, допуская колоссальное обесценивание человеческого капитала, живя в долг за счет будущего страны. В случае продолжения проводившейся политики колонизация России станет необратимой. Из этого приходится исходить при описании инерционного сценария, который не предполагает принципиальных изменений в содержании проводимой политики. Кроме инерционного сценария в следующей части книги будет обоснована возможность альтернативного сценария развития страны, реализация которого позволит преодолеть углубляющуюся деградацию производительных сил и выйти на траекторию устойчивого социально-экономического развития.
  
  Как уже говорилось, главным итогом проводившейся в России экономической политики стала расчистка экономического пространства для транснационального капитала. Эта расчистка в основном уже произошла, поэтому правящая олигархия будет стремиться к закреплению достигнутых результатов. Делаться это будет по нескольким уже сложившимся направлениям, ведущим к дальнейшему ослаблению российской государственности.
  
  Первое направлени е - дальнейшее наращивание государственного долга под еще большие обязательства России, включая передачу в залог недр, земельных участков, политические уступки вплоть до ядерного разоружения, удовлетворение надуманных территориальных претензий со стороны других стран и т.п. На этом пути одновременно решаются задачи временного поддержания относительной социальной стабильности (затыкаются дыры в государственном бюджете) и усиления зависимости России от международного капитала и стран-кредиторов. И то, и другое способствует упрочению положения правящей олигархии. По этому пути все это время шло быстрое продвижение. Выше было показано, как федеральное правительство было втянуто в ловушку государственного долга. Неспособность к погашению внешнего государственного долга, в основном навязанного России в наследство от СССР, вынуждала российское правительство идти на бесконечные уступки и допускать внешний контроль над проводившейся в стране экономической политикой ради бесконечных реструктуризаций долговых обязательств. Ситуация еще больше усугубилась после объявленной несостоятельности правительства России в обслуживании внутреннего долга. Российское правительство фактически утратило самостоятельность в распоряжении государственным бюджетом, основная часть которого с 1997 г. и вплоть до финансового краха уходила на обслуживание долгов.
  
  Более того, поддержание равновесия финансовой системы страны до ее краха определялось желаниями иностранных инвесторов вкладывать средства в приобретение новых долговых обязательств российского правительства. Это позволяло им диктовать многократно завышенный процент, превращая российское правительство в инструмент перераспределения в их пользу национального дохода страны.
  
  Второе направление - принуждение России к частичному отказу от суверенитета в форме международных обязательств, предусматривающих запрет односторонних действий в важных для транснационального капитала областях. Это касается прежде всего сфер внешней торговли, финансовых рынков, недропользования. Не случайно без какого-либо анализа приняты политические решения о присоединении России к Парижскому клубу, Энергетической хартии, Всемирной торговой организации. Каждый из этих режимов международного права означает частичный отказ от суверенитета в соответствующей области. Множество односторонних уступок и обязательств по отказу от защиты национальной экономики содержится в заявлениях российского Правительства в адрес МВФ.
  
  Третье направление - укрепление компрадорского политического режима путем подрыва социальной базы оппозиции и устранения ее наиболее ярких и самостоятельных лидеров. Этот путь включает продолжение политики свертывания социальных расходов государства, стимулирования алкоголизации и наркотизации общества, развращения молодежи и сохранения невыносимых условий для жизни старших поколений в ожидании их скорейшего вымирания, а также, при необходимости, применение прямых политических репрессий и террора.Первое стало уже магистральным направлением в работе российского правительства, последнее отработано на практике: расстрел оппозиционного парламента, гражданская война в Чечне, теракты против наиболее целеустремленных противников режима.
  
  Четвертое направление - передача под контроль иностранного капитала важнейших предприятий и отраслей экономики. Иностранный капитал уже доминирует на российском рынке корпоративных ценных бумаг. Заинтересованные транснациональные корпорации далеко продвинулись в скупке акций российских предприятий-конкурентов, установлении контроля над рядом стратегически важных отраслей российской экономики. Даже в естественных монополиях, критически важных для обеспечения национальной безопасности страны - электроэнергетике, газовой промышленности, телекоммуникациях, - была организована быстрая передача акций иностранным "инвесторам".
  
  Параллельно росту государственного долга расширялась передача под контроль иностранных компаний ключевых отраслей народного хозяйства страны: приборостроения, цветной металлургии, фондового рынка, рынка страховых и информационных услуг, добывающей промышленности. Наша товаропроводящая сеть уже переориентирована на импорт, доля которого в торговле устойчиво превышает 50%. С заключением договоров с иностранными компаниями о передаче им в эксплуатацию месторождений природных ресурсов на условиях раздела продукции, предусматривающих примат международного права и отказ российского государства от иммунитета, ценные участки российских недр, а вслед за ними и обширные российские территории окажутся под непосредственным контролем транснационального капитала.
  
  Пятое направление - дезинтеграция страны, ее распад на самоуправляющиеся территории, разрушение единого правового и экономического пространства, втягивание субъектов Федерации в отношения односторонней зависимости от иностранного капитала. Этот путь "автоматически" решает многие проблемы колонизации России, снимая значимость общефедеральной политики и самого понятия российского национального суверенитета.
  
  До осени 1998 г. правительство активно действовало по четырем первым направлениям, которые для камуфляжа были объявлены "вторым этапом реформы". Среди его важнейших целевых установок - скорейшее присоединение России к упомянутым международным договорам и организациям на любых условиях, безусловное выполнение обязательств по растущему государственному долгу как главная цель бюджетной политики государства, сокращение социальных расходов как ведущее направление социальной политики. В меморандуме об экономической политике российского правительства и Центрального 1998 г. был заложен приоритет международного права в соглашениях российского правительства с иностранными инвесторами.
  
  По шестому направлению - колонизации России - идут подготовительные работы: исподволь поощряется международное признание криминального режима в Чечне, усиливаются внешние контакты и претензии на независимость ряда российских автономий, разрушается общее экономическое и правое пространство страны.Для специалистов ясно, что после нескольких лет такой политики Россия обречена стать колониальной страной, расчлененной на сферы влияния между разными группами кредиторов и зарубежных корпораций. Закрепление колониальной зависимости России вовсе не обязательно предполагает лишение страны формальных признаков политического суверенитета. Современная практика неоколониализма этого, как правило, не предусматривает. Для экономической эксплуатации той или иной страны нет нужды ее оккупировать - гораздо выгоднее и дешевле установить контроль над ее руководством, втянуть в долговую зависимость, установить примат международного права в национальном законодательстве.
  
  Важным элементом пятого направления неоколониальной политики является регионализация России, которая часто ошибочно путается с федерализацией. В отличие от последней реальная практика приспособления субъектов Федерации к ухудшающейся макроэкономической ситуации и бюджетному кризису сопровождается их правовым и политическим "отгораживанием" от федерального центра, ползучей феодализацией социально-экономических и политических отношений во многих регионах. Это предопределяет доминирование центробежных тенденций над центростремительными, подмену самостоятельности регионов фактической дезинтеграцией единого правового и экономического пространства страны.
  
  Как правило, в странах с федеративным политическим устройством различия между субъектами федерации в уровне собственных бюджетных доходов, так же как и в уровне доходов населения, не превышают нескольких процентов. При этом отставание какого-либо региона по уровню доходов более чем на треть воспринимается как общефедеральная проблема, требующая специальных мер по выравниванию доходов, подтягиванию "отстающего" субъекта федерации до среднего уровня. У нас различия по сбору налогов на человека между субъектами Федерации достигают 16 раз, а разрыв в величине бюджетных расходов на человека - 12 раз. Без учета наиболее и наименее благополучных в этом отношении субъектов Федерации (соответственно - автономных округов Тюменской области и республик Северного Кавказа) различия в этих показателях достигают 6 раз. При этом более чем у трети субъектов Федерации величина всех собираемых налогов устойчиво меньше бюджетных расходов - они не могут "свести концы с концами", даже если Центр оставит в их распоряжении все собираемые на их территории федеральные налоги. Более чем на треть бюджетные доходы таких субъектов Федерации формируются за счет финансовой помощи федерального бюджета, при этом более чем у десяти субъектов Федерации эта доля превышает половину.
  
  Столь глубокая дифференциация субъектов Федерации по уровню налоговой базы и бюджетных расходов связана с различиями в уровне производства и структуре экономики. Учитывая, что основную часть налоговой нагрузки несет производственная сфера, первый фактор является решающим. В настоящее время по объему производства промышленной продукции на душу населения субъекты Российской Федерации различаются более чем в 100 раз. Даже если не принимать во внимание экстремальные наблюдения (некоторые автономные округа Сибири и некоторые республики Северного Кавказа, где среднедушевой уровень промышленного производства - менее 10% от среднероссийского), различия достигают пятикратной величины. Аналогичная ситуация и с уровнем сельскохозяйственного производства, и с уровнем капитальных вложений. Соответственно различаются регионы и по уровню жизни. Дифференциация субъектов Федерации по показателю отношения среднедушевых доходов к прожиточному минимуму достигает 5 раз. При этом у трети регионов данный показатель не превышает 150%, что означает практически поголовную нищету.
  
  Самое неприятное заключается в том, что сложилась устойчивая тенденция углубления дифференциации субъектов Федерации, главным образом, за счет ухудшения положения наиболее бедных. Хотя по итогам последних 7 лет спад производства наблюдается во всех без исключения субъектах Федерации, в четверти из них он превышает трехкратную величину. В большинстве субъектов Федерации с наихудшим отношением среднедушевых доходов к прожиточному минимуму показатель систематически снижается в течение последних четырех лет. Даже в 1997 году при стабилизации производства и относительно небольшом сокращении инвестиций в среднем по России, в большинстве депрессивных регионов ситуация ухудшилась.
  
  Увеличение дифференциации субъектов Федерации происходит за счет различий в темпах спада производства. Это означает, что углубляющаяся дифференциация регионов по уровню бюджетных доходов происходит на фоне сокращения общей налоговой базы и, следовательно, снижения возможностей федерального бюджета в оказании финансовой поддержки бюджетам субъектов Федерации. Различия между регионами по уровню бюджетной обеспеченности еще более усиливаются за счет опережающего ухудшения этого показателя в наиболее бедных субъектах Федерации. Углубление дифференциации субъектов Федерации по уровню социально-экономического развития и бюджетной обеспеченности усугубляется последствиями дезинтеграции экономики и оттока капитала из производственной сферы в спекулятивную.
  
  Происходящее в результате этого обезденеживание производственной сферы влечет, в свою очередь, территориальную дезинтеграцию денежной системы. В 1996-1997 гг. более 40% поступлений по бюджетам субъектов Федерации были обеспечены безденежными зачетами. У четверти субъектов Федерации доля безденежных зачетов в общем объеме налоговых поступлений составляет более 60%. Фактически во многих регионах страны произошло замещение полноценных денег денежными суррогатами, имитируемыми субъектами Федерации самостоятельно, без согласования с Центром. Вследствие проводившейся макроэкономической политики они уже "выпали" из единой денежной системы, цементирующей в условиях рынка общее экономическое пространство страны. Наряду с абсолютным сокращением расходов федерального бюджета спонтанное приспособление правительства к бюджетному кризису включает в себя перераспределение расходов бюджетной системы, в особенности социальных, на уровень субъектов федерации.
  
  При этом адекватного расширения их налоговой базы не происходит - величина трансфертов из федерального бюджета в региональные уменьшается. Центр компенсирует недостаток источников доходов бюджетов субъектов Федерации предоставлением им широкой самостоятельности. Регионы пользуются последней для латания дыр в своих бюджетах путем привлечения внешних кредитов. Фактически этот процесс идет полным ходом. Зарегистрировано свыше 300 эмиссий облигационных займов субъектов Федерации и муниципальных образований. Объем эмитированных долговых обязательств субъектов Федерации оценивался в 1997 г. в 24 трлн. руб. и 900 млн. долл. Темп роста этих займов составил в 1997 г. 2,7 раза. [37]. При этом до 20% этих обязательств размещается среди нерезидентов [38].
  
  Вместе с тем возможности привлечения займов субъектами Федерации без надежного залогового обеспечения весьма ограничены. Поэтому в условиях обостряющегося бюджетного кризиса власти субъектов Федерации вынуждены будут расширять практику внешних займов, предлагая в качестве их обеспечения права на использование месторождений природных ресурсов. Необходимая правовая база в виде законодательства о соглашениях о разделе продукции, позволяющая сделать запасы недр относительно ликвидным товаром, для этого уже создана. Нарабатывается опыт создания и использования в целях привлечения внешних займов региональных залогово-гарантийных фондов. В то же время наращивание государственного долга в условиях экономического спада оставляет мало шансов на его своевременное погашение. Для этого темпы экономического роста должны быть выше процента по привлекаемым займам или сами займы должны размещаться целевым образом в инвестиционные проекты, имеющие доходность выше процента по займам. Как правило, этого не наблюдается: размещая свои долговые обязательства на внешнем рынке под 12-16% годовых, субъекты Федерации тратят привлеченные средства на финансирование своих текущих расходов, латая дыры региональных бюджетов.
  
  В ситуации продолжающейся депрессии неизбежным станет наступление неплатежеспособности и введение процедур отчуждения заложенных в обеспечение внешних займов участков недр. Это, в свою очередь, поставит вопрос о внешнем контроле за использованием соответствующих территорий и методах принудительного обеспечения прав кредиторов на распоряжение российскими недрами.
  
  Предвидя такой сценарий развития событий, мировая олигархия готовит правовую и силовую инфраструктуру обеспечения своих интересов в спорных с Россией ситуациях. С правовой точки зрения, Россию заставляют взять на себя обязательства по распространению режима международного права на регулирование оборота российских участков недр, навязывая механизм соглашений о разделе продукции при их использовании, втягивают в договор об Энергетической хартии, предусматривающий отказ России от каких-либо ограничений на участие иностранных компаний в освоении российских энергоресурсов и их вывозе за рубеж.С силовой точки зрения, приближение НАТО вплотную к российским границам и расширяющаяся практика использования военной силы альянса для урегулирования спорных политических и экономических проблем составляет элементы отработки механизма будущего принуждения России и стран содружества к выполнению навязанных международных обязательств.
  
  В российских условиях кризисного сокращения производства копирование принятых за рубежом принципов бюджетного федерализма и следование навязываемым транснациональным капиталом тенденциям регионализации экономик крупных стран, приводит к ситуации, когда "бедные становятся все беднее", а возможности сближения уровня жизни в регионах ухудшаются. Различия между регионами в уровне жизни приобретают качественный характер, что усиливает тенденции дезинтеграции страны, порождая разный характер общественно-политических отношений в различных субъектах Федерации. Разрушается единое социальное пространство страны - реальные права граждан и социальные гарантии существенно различаются в зависимости от места жительства. Социально-территориальная структура страны приобретает типично феодально-колониальные черты: богатеющая столица все более отдаляется по уровню и стилю жизни от беднеющей провинции; при этом стремление региональной элиты "быть на столичном уровне" порождает в депрессивных регионах тенденции фактической феодализации социально-экономических отношений. Вслед за разрушением целостности социального пространства страны все отчетливее проявляются тенденции политической дезинтеграции и усиления сепаратизма.
  
  Результаты проводившейся компрадорской олигархией политики не сводятся к утрате национального суверенитета России над частями своей территории и ключевыми элементами экономической системы. Не менее страшным является закрепление на долгосрочную перспективу колониального пути эволюции России, утрата внутренних источников экономического роста. При таком сценарии развития событий нам еще долго не удастся восстановить прежний уровень экономической активности. Расширение экспорта сырья не сможет возместить потерь, обусловленных свертыванием обрабатывающей промышленности и производства товаров народного потребления. После более чем двукратного спада промышленного производства экспортно-сырьевая ориентация российской экономики не позволит выйти на устойчивый экономический рост с темпом более 2% в год, что будет означать закрепление тенденций дальнейшего отставания России огт промышленно-развитых стран по уровню социально-экономического развития [74].
  
  В условиях современного научно-технического прогресса специализация на вывозе природных ресурсов обрекает страну на хроническое отставание и вымывание национального богатства в неэквивалентном внешнеэкономическом обмене, когда невоспроизводимой природной рентой приходится оплачивать интеллектуальную ренту в цене импортируемой готовой продукции, финансируя экономический рост за рубежом. Происходящая структурная деградация российской экономики делает ее крайне зависимой от конъюнктуры мирового рынка, лишенной главного внутреннего источника современного экономического роста - научного и интеллектуального потенциала, воплощенного в наукоемкой промышленности. Среднесрочные экономические прогнозы свидетельствуют, что продолжение нынешней политики означает для более половины населения страны нищету, для каждого третьего россиянина - угрозу безработицы и попадания на социальное дно, для экономики - деградацию и утрату основных внутренних источников роста, для государства - потерю независимости.
  
  В рамках проводившейся макроэкономической политики до ее краха 17 августа 1998 г. оснований для перехода к устойчивому экономическому росту не было. Макроэкономическое равновесие, выражавшегося в подавлении инфляции, нулевом росте и стабилизации обменного курса рубля, было иллюзорным. Как уже говорилось, достигалось это равновесие путем искусственного связывания горячих денег в спекулятивном секторе за счет наращивания "пирамиды" государственного долга. Для его сохранения Центральный банк и правительство вынуждены были гарантировать высокую доходность вложений в "пирамиду" государственного долга, направлять на эти цели большую часть денежной эмиссии и треть всех расходов федерального бюджета. Поддерживая таким образом высокую доходность спекулятивных операций (не ниже 20% годовых в реальном выражении) на фоне снижающейся рентабельности (до 5-7% и ниже) и сохраняющейся высокой рискованности финансирования производственных предприятий, Центральный банк фактически блокировал приток капитала в производственную сферу и рост инвестиций, которые при таком соотношении экономических оценок оказывались бессмысленными. Само поддержание этого равновесия делало невозможным рост производственных инвестиций и, следовательно, устойчивый экономический рост.
  
  Как и прогнозировалось во многих исследованиях и статьях российских ученых, 17 августа 1998 г. произошло крушение этого "дурного" равновесия, сопровождавшееся одновременным банкротством государства по внутреннему долгу и неуправляемой девальвацией рубля. Фактически банкротство государства по внутренним обязательствам наступило намного раньше, но скрывалось лихорадочным привлечением новых внешних займов и перераспределением бюджета в пользу обслуживания госдолга. Его реальными проявлениями стали многомесячные невыплаты зарплаты, неоплата оборонного заказа и невыполнение других обязательств правительства перед населением и отечественными производителями.
  
  Дальнейшее выживание страны в условиях банкротства государства могло быть обеспечено в двух вариантах: через новые внешние займы или за счет мобилизации внутренних резервов. Правительство и Центральный банк, столкнувшись с угрозой явного банкротства еще весной 1998 г., вначале двинулись по первому варианту, чреватому утратой государственного суверенитета и демонтажем системы национальной безопасности. Однако объем средств, которые нужно было привлечь для удержания финансовой ситуации под контролем составляет в расчете до 2000г. не менее 40 млрд. долл. Поэтому те займы, которые решено было выделить России (12,8 млрд. долл. плюс обещания провести конверсию краткосрочных рублевых бумаг в долгосрочные долларовые на 4 млрд. долл.), рынок не успокоили - наоборот, спекулянты использовали трехнедельную стабилизационную паузу, чтобы вывезти капитал, на что, в сущности, и был потрачен весь предоставленный МВФ первый кредит в 4,8 млрд. долл.
  
  Второй вариант, предложенный Советом Федерации (Постановление СФ от 10.07.98 N 313), исходил из необходимости коренного изменения экономической политики с целью обеспечения подъема инвестиций и оживления производства. Этот вариант включает систему мер по мобилизации неналоговых доходов бюджета за счет прибыли Центрального банка, экспорта газа, импорта и оборота алкоголя, а также существенное ужесточение валютного контроля и реструктуризацию пирамиды ГКО-ОФЗ. Правительство и Центральный банк, не добившись успеха по первому варианту, после краха 17 августа 1998 г. использовали некоторые элементы второго: провели реструктуризацию ГКО, девальвацию рубля, ввели дополнительные ограничения на вывоз капитала. Однако это половинчатые и запоздалые меры, проведенные к тому же после крупномасштабной дезинформации общественности в весьма циничной форме, уже не могли дать желаемого эффекта. На Западе эти меры были восприняты как фактическое банкротство российской финансовой системы и начало неуправляемой девальвации рубля. В России они спровоцировали панику.
  
  В целом же, они повлекли резкое усиление оттока капитала через многочисленные остающиеся ниши; прежде всего - в наличный доллар, что подстегивает дальнейшее обесценение рубля. Кроме того, принятые меры кардинально ухудшили ликвидность всей финансовой системы, заморозив активы банков, страховых компаний, пенсионных фондов и других компаний, связанных в пирамиде ГКО. При отсутствии каких-либо компенсирующих мер это привело к обострению платежного кризиса, включая рост задолженности по зарплате, и ухудшению финансового положения производственной сферы, что означает дальнейшую демонетизацию экономики с сопутствующим ей снижением инвестиционной и производственной активности. В силу своей половинчатости и некомплектности принятые меры лишь усугубили кризисную ситуацию всплеском паники и недоверия, надолго подорвали кредитный рейтинг России.
  
  Они сделали продвижение по первому пути намного более дорогостоящим. Потеря времени и возникшая паника ухудшили эффективность и второго варианта. Повышается вероятность развития событий по "индонезийскому" сценарию с неуправляемым обвалом национальной валюты, резким всплеском цен, ухудшением уровня жизни, нарастанием хаоса. При оценке возможных методов предотвращения экономической катастрофы, следует иметь в виду, что идеальных решений уже нет. Выбирать приходится между плохим и очень плохим вариантами разрешения кризиса. Последний вариант, реализовывавшийся вплоть до формирования нового правительства в конце сентября 1998 г., влечет за собой массовый вывоз капитала, гиперинфляцию, крах Сбербанка и очередную волну обесценения сбережений населения, дальнейшее ухудшение инвестиционного климата в России. Или, при своевременном предоставлении крупных иностранных займов на поддержание пирамиды государственного долга, он приведет к новому витку внешнего долга, отказу от национального суверенитета в ключевых направлениях экономической политики, фактической колонизации страны. Надежда остается только на мобилизационный вариант в комплексе с мерами по подъему инвестиционной активности и созданию условий для оживления производства и экономического роста, который будет рассмотрен в третьей части книги.
  
  5. Выбор сделан?
  
  После финансового банкротства государства в августе 1998 г. наступил критический момент выбора сценария дальнейшего развития страны. Подобные сценарии последовательно предлагались быстро сменявшими друг друга правительствами Кириенко и Черномырдина, но были отвергнуты парламентом и обществом. Хотя программы Кириенко и Черномырдина не были реализованы, они представляют несомненный интерес как два варианта экономической капитуляции страны.
  
  
  Программа стабилизации экономики и финансов правительства Кириенко
  
  
  Прежде всего, следует отметить, что в соответствии с прежней генеральной линией экономической политики антикризисная программа правительства Кириенко страдала отсутствием системного подхода, в ней делался упор почти исключительно на решение проблем бюджетно-финансового сектора. Задачи оживления производства в правительственной программе находили отражение лишь косвенно, с точки зрения их влияния на финансовую систему. Но даже в области финансовой политики были пропущены целые крупные блоки проблем и мер, причем такие, в которых кроются огромные резервы для улучшения финансовой ситуации.
  
  Так, в программе отсутствовали конкретные меры по корректировке денежно-кредитной политики, говорилось лишь, что и впредь обеспечение стабильности национальной валюты, сохранения объявленой совместно с Центральным банком России валютной политики остается в числе его приоритетных задач. На фоне острейшего кризиса платежного баланса в программе практически ничего не было сказано о валютном регулировании и контроле. Меры по мобилизации бюджетных доходов в правительственной антикризисной программе были ориентированы в основном на решение технических проблем в рамках существующей системы формирования налоговых доходов. Масштаб их был явно недостаточен для преодоления бюджетного кризиса. Если антикризисный план мобилизации доходов должен был принести федеральному бюджету не более 10 млрд. руб., то сокращение расходов составило бы более 40 млрд. руб. в расчете на год. В действительности, судя по заявлению в адрес МВФ, истинные намерения правительства состояли в сокращении бюджетных расходов на 60 млрд. руб. При этом не предлагалось действенных мер по выходу из долгового кризиса, который наряду с ухудшающимся финансовым положением производственных предприятий является главной причиной закритического состояния федерального бюджета.
  
  В первой части книги показано, что дальнейшее сокращение государственных расходов чревато саморазрушением государства и его социальной сферы. Если в 1993 г. расходы консолидированного бюджета достигали 50,8% ВВП, то в 1997 г. они снизились до 30,1%, а в I квартале 1998 г. - до 25,4% при одновременном сокращении за это время валового внутреннего продукта на треть. Между тем в странах с развитой рыночной экономикой доля государственных расходов в среднем составляет 40-50% ВВП. Новые параметры бюджетной политики, утвержденные в рамках "антикризисной программы", устанавливали уровень непроцентных расходов федерального бюджета в 10% ВВП, что более чем вдвое ниже стандартов развитых стран и соответствует уровню слаборазвитых стран Африки. Делалось это ради мобилизации более 5% ВВП (или 1/3) бюджетных расходов на обслуживание государственного долга, что, впрочем не останавливало его дальнейшего роста.
  
  Даже если предположить, что правительству Кириенко удалось бы провести столь масштабное перераспределение федерального бюджета в пользу выплаты процентов финансовым спекулянтам за счет ликвидации системы социальных гарантий и национальной безопасности государства, то это дало бы не более чем временное решение проблемы нарастания долгового кризиса. Не содержала программа и мер по предотвращению нарастания дефицита платежного баланса страны. Неудивительно, что обнародование этой программы не переломило негативных тенденций даже на финансовых рынках и усилило панику спекулянтов, которые воспользовались трехнедельной стабилизационной паузой, образовавшейся благодаря предоставленным МВФ кредитам, для ухода с рынка и вывоза капитала.
  
  Разительное расхождение между куцым содержанием официальной антикризисной программы и ее шумной рекламой, сопровождавшейся драматическими внеочередными сессиями палат Федерального Собрания, и последующие события доказали, что главная составляющая планировавшихся антикризисных мер осталась за рамками официальной программы, а сама программа была рассчитана больше на внешний эффект в глазах международных финансовых организаций и иностранных инвесторов. Речь шла о дополнительных внешних займах в размере около 20 млрд. долл. на цели поддержания обменного курса рубля и обеспечения долговых обязательств государства. Именно масштабные новые внешние займы составили основной элемент правительственной программы cтабилизации экономики и финансов; все остальное, включая пакет антикризисных законопроектов, - не более чем политический спектакль, имевший целью "давление на психику" иностранных кредиторов и дезориентацию общественного мнения. Смысл новых займов заключался в поддержании пирамиды ГКО-ОФЗ за счет конвертации части внутренних краткосрочных обязательств в долгосрочные внешние и дополнительных гарантий по поддержанию фиксированного обменного курса рубля для удержания иностранных спекулянтов на рынке российских государственных облигаций.
  
  Таким образом, вместо устранения причин кризисного состояния госдолга и платежного баланса правительство планировало продолжение линии на поддержание пирамиды ГКО-ОФЗ любой ценой; в данном случае - ценой будущих доходов бюджета или, иными словами, за счет будущих поколений. К счастью, "пирамида" гособязательств рухнула до того, как эти кредиты были получены - на ветер оказался выброшен лишь первый транш в 4,8 млрд.долл. В этой связи следует отметить, что лихорадочные усилия правительства по замещению внутреннего долга внешним, реально предпринимавшиеся за рамками официальной программы и являвшиеся в то же время ее ключевым элементом, выглядели крайне сомнительно как с точки зрения законности, так и с точки зрения экономической целесообразности и национальной безопасности. Хотя внешний долг оказывается дешевле по доходности размещаемых обязательств, он несравнимо дороже по своей политической цене.Именно номинирование внутреннего долга в иностранной валюте обусловило неспособность Мексиканского правительства предотвратить крах финансовой системы в 1994 г. Если в ситуации неспособности государства обслуживать внутренний долг правительство и Центральный банк могут применить широкий арсенал мер, включающий его реструктуризацию, девальвацию национальной валюты, отсрочки и прочее (что и было частично сделано в ситуации банкротства), то при внешнем банкротстве государства выбор будут делать МВФ и другие внешние кредиторы. И меры здесь другие - от ареста счетов до принуждения России к демонтажу национального суверенитета в сфере торговли, землепользования, распоряжения природными ресурсами и так далее.
  
  Элементарные расчеты показывают, что экономия расходов бюджета при замещении внутренних займов внешними не решает принципиально проблему преодоления долгового кризиса. Занимая сегодня на внешнем рынке под 12% годовых при нынешнем состоянии федерального бюджета, Россия едва ли будет в состоянии обслуживать эти новые долги - начиная с 2000 г. предстоит погашение основной части долга СССР, превышающего весь обескровленный российский бюджет. Еще хуже возможности обслуживания новых займов с точки зрения ожидаемой динамики платежного баланса, который становится отрицательным уже в 1998 г., а в 1999 г. его ожидаемое отрицательное сальдо превысит имеющийся объем валютных резервов Центрального банка. Таким образом, основные меры, на которые делало ставку правительство в своей антикризисной политике (сокращение государственных расходов и перевод внутреннего долга во внешний), не только бесперспективны, но и опасны. Их реальный эффект подобен увеличению дозы наркотика, которое вызывает временное облегчение у наркомана, усугубляя разрушение его организма.
  
  Эти меры повлекут за собой лишь углубление разрушительных последствий кризиса, незначительно отодвигая его разрешение во времени ценой неприемлемых социальных и политических потерь. По сути, это не выход из кризиса, а лишь перекладывание его тяжести на плечи самых бедных и на будущие расходы. Тем не менее, именно в этом заключалось основное содержание правительственной программы стабилизации экономики и финансов. Из анализа принятых правительством "стабилизационных" мер следует, что политический выбор правительства Кириенко был сделан с ориентиром на первый сценарий развития долгового кризиса в надежде на масштабные внешние займы по его предотвращению. Точнее, затягиванию его разрешения - ведь новые кредиты Россия уже не в состоянии погасить: процентные платежи будут нарастать быстрее возможностей обслуживания долговых обязательств.Дамоклов меч внешнего банкротства государства в результате осуществления такой "стабилизационной" программы навсегда будет повешен над Россией.
  
  В силу своей односторонней ориентации на внешнюю финансовую стабилизацию меры, изложенные в правительственной программе, не могли являться основой для преодоления кризиса и перехода к экономическому росту, который невозможен без оживления производства и существенного увеличения инвестиций. Сохраняя даже после реструктуризации внутреннего долга высокую доходность спекулятивных операций на фоне снижающейся рентабельности промышленного производства и высокой рискованности финансирования производственных предприятий, государство, по существу, блокирует приток капитала в производственную сферу.
  
  Чтобы в поддерживавшемся проводившейся политикой равновесии экономических оценок отечественный товаропроизводитель был конкурентоспособным, он должен быть впятеро более эффективным по сравнению с иностранными фирмами (т.к. российское предприятие по сравнению со своим европейским или американским конкурентом платит в 5-7 раз более высокий процент за кредит, вдвое больше - за энергоносители и конструкционные материалы, в полтора раза больше налогов и сборов, сталкиваясь одновременно с крайне неблагоприятной экономической ситуацией и политической нестабильностью). Это для подавляющего большинства отечественных предприятий невозможно, следствием чего становится их постепенное разорение, которое гарантируется сохранением сложившегося состояния экономики благодаря новым займам на продолжение проводимой политики. Осуществление инвестиций оказывается невыгодными.В силу этого переход к экономическому росту в сложившейся макроэкономической ситуации и структуре экономических оценок без кардинального изменения экономической политики невозможен. Естественным результатом такой политики стало бы внешнее банкротство России, которое при достаточно крупных внешних займах могло лишь отодвигаться на некоторое время.
  
  Впрочем, правительство Кириенко и стоявшую за ним правящую в России олигархию это вполне устраивало. Об этом, в частности, свидетельствуют односторонние обязательства России, принятые правительством и Центральным банком в последних заявлениях в адрес МВФ об экономической и структурной политике на 1998 г. от 15 июня 1998 г. (далее - первое) и о политике экономической и финансовой стабилизации от 20 июля 1998 г. (далее - второе), которые существенно усилят внешнюю зависимость России при дальнейшем ослаблении ее экономики [40, 41]. Наиболее существенные из вызывающих тревогу и недоумение положений Заявлений правительства и Центрального банка касались вопросов внешней торговли, денежно-кредитной политики, исполнения бюджета и приватизации государственной собственности. По этим ключевым направлениям экономической политики в документах предусматривались меры, противоречившие не только заявлениям правительства, но и действующим в России законам, серьезно расходившиеся с национальными интересами страны и заявленной Президентом политикой экономического роста.
  
  Так, в части внешнеторговой политики в первом заявлении констатировалось: "В течение 1998 года Правительство Российской Федерации намерено развивать успехи, достигнутые в создании режима открытой торговли, и воздерживаться от принятия протекционистских мер. Правительство Российской Федерации не будет осуществлять общее повышение ввозных пошлин и в целом не будет вводить никакие ограничения на импорт или экспорт... До 31 декабря 1998 года будут снижены до 20 процентов ставки ввозных пошлин не менее чем на одну треть товаров, к которым в настоящее время применяется пошлина в размере 30 процентов..." [40, с. 14]. Обещание правительства не вводить количественных ограничений на импорт и экспорт означает, что положения принятого недавно Федеральным Собранием и подписанного Президентом Федерального закона "О мерах по защите экономических интересов Российской Федерации при осуществлении внешней торговли товарами" не будут применены на практике. Тем самым правительство уклоняется от исполнения законодательно установленных обязательств правительства по защите отраслей российской экономики и отдельных хозяйствующих субъектов Российской Федерации от неблагоприятного воздействия иностранной конкуренции, обеспечению условий для эффективной интеграции Российской Федерации в мировую экономику [43].
  
  В первом Заявлении в адрес МВФ правительство прямо пишет, что "в целом не намерено вводить количественные меры, предусмотренные указанным законом" [40, с.14]. Не собирается правительство выполнять и установленную другим законом норму о количественном ограничении импорта алкоголя. В заявлении сказано, что "...будет проведен тщательный анализ системы лицензирования импорта водки и этилового спирта с целью ее упорядочения таким образом, чтобы обеспечить автоматическое получение права на импорт после уплаты импортерами авансовых платежей по импортным пошлинам" [40, с. 14]. Заметим, что закон "О мерах по защите экономических интересов Российской Федерации при осуществлении внешней торговли товарами", полностью соответствует правилам Всемирной торговой организации (ВТО) и общемировой практике защиты национальных интересов во внешней торговле. Практически все развитые страны эти меры применяют в целях защиты своих товаропроизводителей от недобросовестной конкуренции. Российскому же марионеточному правительству защищать рынок запрещают, несмотря на его чудовищную загрязненность импортным фальсификатом.
  
  По данным Продовольственной комиссии ООН, некоторые западные фирмы расширяют производство и экспорт в Россию не только экологически опасных, но и прямо запрещенных к потреблению в развитых странах продовольственных продуктов. К этой категории товаров относится примерно 80% продуктов питания, сигарет, напитков, импортируемых нами из стран Северной Америки и Западной Европы. Так, в 1995 году из проверенных импортных товаров забраковано колбасных изделий и полуфабрикатов мясных - 58%, консервов разных видов - 57%, масла - 36%, алкогольной и безалкогольной продукции - 55%, что почти в два раза больше выбраковок импорта в 1994 году. По мнению специалистов, от употребления некачественной продукции за этот год в России погибло более 43 тысяч человек. Данная тенденция сохранилась и в 1996 г., когда выбраковка продукции, не отвечающей требованиям безопасности, почти в два раза превысила уровень 1995 г. [50, с. 21, 22].
  
  Любопытно, что регулирование международной торговли не входит в прерогативу МВФ, это сфера деятельности другой международной организации - ВТО, с которой ведутся переговоры об условиях присоединения к ней России. Получается, что МВФ явно выходит за пределы своих полномочий, связанных главным образом с финансово-бюджетной сферой, фактически выполняя роль колониальной администрации, предписывающей марионеточному правительству произвольные требования в интересах международного капитала. В свою очередь, российское правительство, как и положено наемному приказчику колониальной администрации, слепо ей подчинялось и отказывалось от защиты национальных интересов. Подписывая обязательства перед МВФ по уступкам в отношении таможенных пошлин, правительство автоматически резко ухудшило позицию России на ведущихся переговорах о присоединении России к ВТО.Фактически мы сделали уступки еще до переговоров, ничего не получив взамен и не имея возможности исправить ошибки в последующем.
  
  Денежно-кредитная политика, как и макроэкономическая политика, заявляло правительство, в целом останется неизменной: "макроэкономическая стабильность должна поддерживаться на основе жесткой налогово-бюджетной и денежно-кредитной политики..." [40, с.1]. Далее в первом Заявлении уточняется, что "денежно-кредитная программа на 1998 год нацелена на дальнейшее снижение уровня инфляции и накопление международных резервов органов денежно-кредитного регулирования"[40, с. 6].
  
  В Заявлении совершенно отчетливо фиксировался приоритет поддержания высокодоходных финансовых спекуляций в ущерб производственным инвестициям в качестве главной цели денежной политики: "органы денежно-кредитного регулирования будут нацеливать политику установления процентных ставок на поддержание стабильного валютного курса и повышение уровня международных резервов. С этой целью в случае возникновения давления на валютный рынок Банк России будет воздерживаться от компенсирующих мер при продаже валюты, к которой он может прибегнуть для поддержания валютного курса, а также обеспечит условия, при которых сокращение ликвидности будет отражаться в повышении процентных ставок. В то же время Банк России станет воздерживаться от интервенций на рынке государственных краткосрочных обязательств, направленных на ограничение роста ставок, и будет корректировать процентные ставки по своим кредитным операциям в соответствии с рыночными условиями" [40, с. 6-7].За этой туманной фразой кроется простая мысль: для снижения риска потери сверхприбылей нерезидентов на спекуляциях с долгами российского правительства в случае угрозы девальвации рубля Центробанк поднимет процентную ставку в ущерб производственным инвестициям.
  
  Обменный курс был превращен в новый фетиш макроэкономической политики, поддержание которого стабильным рассматривается как ее главная задача. По-видимому, чтобы не допустить изменения денежно-кредитной политики в направлении улучшения финансового положения производственной сферы и в первом, и во втором заявлении фиксируются исключительно административные методы борьбы с неплатежами, которые без соответствующего расширения денежного предложения в производственной сфере приведут лишь к еще большему обострению платежного кризиса и увеличению числа неплатежеспособных предприятий. Во втором Заявлении содержится подробный перечень таких методов: переход к уплате НДС по факту отгрузки товаров, упрощение "процедуры прекращения или ограничения подачи электроэнергии, тепловой энергии и природного газа организациям и потребителям в случае неоплаты ими поставленных топливно-энергетических ресурсов" [41, с. 10]; ликвидация "предусмотренного в законе о банкротстве положения о предпочтении реорганизации предприятий их банкротству" [41, с.10].
  
  Нет сомнений, что главный эффект применения этих методов заключался бы в стремительном росте числа предприятий-банкротов. По-видимому, для их ликвидации правительство во втором заявлении высказывает намерение предоставить "налоговым органам широкие полномочия по взысканию основной суммы задолженности по уплате налогов, а также начисленных на нее пеней и штрафов без необходимости обращаться в суд..., наделение налоговых органов правом взыскания средств с банковских счетов неплательщиков" [41, с. 6]. Так проводится расчистка экономического пространства России для долгожданных "иностранных инвесторов". Фактически главным приоритетом проводившейся денежной политики должно было оставаться поддержание стабильных условий извлечения сверхприбылей на финансовых спекуляциях, главным инструментом которых стала заботливо выращиваемая правительством и Центральным банком финансовая "пирамида" ГКО.
  
  Именно для ее поддержания так важно было любой ценой держать стабильным обменный курс рубля, чтобы гарантировать отсутствие риска для иностранных спекулянтов. Для этого же в первом Заявлении берутся следующие обязательства: "...ни Правительство Российской Федерации, ни Банк России не будут вводить или ужесточать ограничения, касающиеся платежей и трансфертов по текущим международным операциям, вводить или изменять практику в отношении множественности валютных курсов, заключать двусторонние платежные соглашения, противоречащие статье VIII "Статей Соглашения" МВФ, либо вводить или ужесточать меры по ограничению импорта в целях поддержания платежного баланса. При внесении изменений в механизм контроля за капиталом будут проводиться консультации с сотрудниками МВФ" [40, с.7].
  
  Цель бюджетной политики в обоих заявлениях правительства и Центрального банка сводится к трем основным направлениям: 1) секвестирование федерального бюджета, что находится в вопиющем противоречии с публичными обязательствами Правительства по исполнению текущих обязательств, действующих законов (включая социальные) и погашения долгов; 2) ужесточение налоговой дисциплины по отношению к крупным производственным предприятиям; 3) согласие на продолжение сложившейся практики частного присвоения принадлежащих государству доходов (от денежной эмиссии и регулирования денежного предложения - руководящим аппаратом Центрального банка, от экспорта природной ренты - соответствующими коммерческими организациями, специализирующимися на вывозе сырья, от оборота алкоголя - мафиозными структурами).
  
  При этом правительство считало себя свободным от всех бюджетных обязательств, кроме обязательств перед внешними кредиторами: "ни Правительство Российской Федерации, ни Банк России не будут накапливать задолженность ни по каким внешним платежам..." [40, с.7]. Фактически бюджетная политика оставалась неизменной, что предопределяло продолжение бюджетного кризиса с переносом его тяжести на секвестирование социальных расходов. Не планировалось правительством и реальных мер по преодолению долгового кризиса, практически единственным направлением работы указывалась конверсия внутренних краткосрочных обязательств во внешние долгосрочные, о недостатках и опасности которой уже говорилось выше.
  
  Приватизация рассматривалась в заявлениях как одна из важнейших целей политики правительства. Из основных мер, планировавшихся правительством в этой области, следует упомянуть: сокращение перечня ограничений по приватизации предприятий, стратегически важных для государства, из которого предлагается исключить предприятия 20 отраслей, включая энергетику, гражданскую науку, приборостроение, химическую и металлургическую промышленность; обеспечение свободного оборота земель; осуществление приватизации запланированных объектов даже в случае неутверждения программы приватизации Государственной Думой. Заметим, что связь этих мер с задачами экономического роста весьма сомнительна. Во всяком случае сегодня гораздо важнее задача обеспечения эффективного управления на уже приватизированных предприятиях, положение большинства из которых после приватизации не улучшилось. Зачем тогда брать на себя столь рискованные обязательства?
  
  Ответ, по-видимому, содержится в других положениях первого Заявления: "Для обеспечения равного доступа иностранных и отечественных инвесторов к приватизационным конкурсам Российский фонд федерального имущества и Министерство государственного имущества Российской Федерации обеспечат размещение в средствах массовой информации, пользующихся международным авторитетом, объявлений о приватизации не позднее чем за 40 дней до начала аукционов или конкурсов по продаже акций акционерных обществ, включенных в программу, а также объектов, стартовая цена которых будет установлена на уровне не более 50 млн. долл. США... Правительство РФ продолжит работу по созданию законодательного и институционального режима, направленного на привлечение прямых иностранных инвесторов за счет:
  
  а) применения национального режима в отношении иностранных инвесторов в соответствии с международной практикой;
  
  б) введения обязательности исполнения решений независимого международного арбитража при регулировании споров между инвесторами и государством;
  
  в) сокращения числа отраслей экономики, ограниченных для участия иностранных инвесторов, а также сокращения ограничений на прямые иностранные инвестиции в некоторых отраслях" [40, с. 10, 11].
  
  Вот где "собака зарыта". Внимательный анализ заявлений показывает, что содержащиеся в них главные задачи экономической политики правительства и Центрального банка, среди прочих, включают: - минимизацию риска извлечения сверхприбылей иностранными спекулянтами на быстро растущей финансовой "пирамиде" государственного долга; - перераспределение национального дохода на цели обеспечения сверхприбылей на рынке государственных обязательств; - реализацию интересов импортеров в предотвращении введения каких-либо защитных мер по доступу на внутрироссийский рынок, а также в снижении импортного тарифа; - обеспечение интересов иностранного капитала в доступе к приватизируемой собственности.
  
  Решение последней задачи для полноты гарантий последовательного осуществления политики колонизации России правительство обеспечит делегированием неким "финансовым советникам" (под которыми, по-видимому, имеются в виду влиятельные американские банки и финансовые компании) функций планирования и осуществления приватизации госпредприятий: "...Министерство государственного имущества Российской Федерации и Российский фонд федерального имущества проведут конкурсы и выберут 9-11 независимых финансовых советников из числа опытных, имеющих международную репутацию инвестиционных организаций. Эти советники будут принимать участие: а) в предпродажной подготовке крупнейших российских предприятий, в том числе предприятий, перечисленных в проекте государственной программы приватизации государственного имущества в Российской Федерации; б) в размещении акций этих предприятий на мировых рынках... Советники также будут проводить аудиторские проверки и оценку предприятий, указывать вероятную рыночную цену сделки, рекомендовать необходимые меры структурной перестройки (управления) организаций, которые необходимо осуществить до продажи, разрабатывать оптимальную схему приватизации, обеспечивать одобрение заявок всеми физическими и юридическими лицами и иностранными инвесторами, имеющими на это право по российскому законодательству" [41, с. 11 ]. Откровеннее не скажешь.
  
  Закономерен вопрос: зачем российским налогоплательщикам содержать правительство, которое не только работает по задаваемым извне программам, но даже отдает их осуществление иностранным исполнителям? Не дешевле ли, признав очевидный факт введения в России внешнего управления экономической политикой, отказаться вовсе от национального производства, передав его функции международным организациям? Таким образом, программа правительства Кириенко не могла рассматриваться как антикризисная.
  
  Фактически реальный смысл объявленных антикризисных мер свелся к тому, чтобы предоставить финансовым спекулянтам возможность вывезти капитал с запланированной сверхприбылью из страны без риска потерь на девальвации рубля. Возможно, затем они снова его ввезут после девальвации, скупая изрядно подешевевшие внутренние активы, как это уже неоднократно делалось в других странах. Для последующих спекуляций потребуются новые займы, для привлечения которых придется подтвердить взятые перед МВФ обязательства. После принятия антикризисной программы денежные власти ценой колоссальных потерь бюджета и инвестиций, роста внешних займов на месяц продлили видимость стабилизации. Этого времени, видимо, хватило для того, чтобы финансовые спекулянты успели выйти из пирамиды ГКО до ее краха, сбросив обесценившиеся ГКО на плечи Сбербанка, который традиционно расплачивается за эксперименты денежных властей сбережениями населения. В конце концов каждый вкладывает свой смысл в понимание антикризисных мер.
  
  Если для населения и регионов это меры по оживлению производства и подъему инвестиций, предотвращению обнищания населения и разрушения научно-производственного потенциала страны, то для финансовой олигархии антикризисными являются меры по предотвращению обесценения собственного капитала и сохранению привычных сверхвысоких доходов. Отсюда и разногласия по существу антикризисной программы, путях и цене предотвращения коллапса финансовой системы. Первые видят выход в прекращении политики перекачивания капитала из производственной и бюджетной сфер в доходы финансовых спекулянтов и за рубеж; вторые предлагают выходить из кризиса за счет населения и государства. Коллапс финансовой системы страны 17 августа 1998 г. означал и крах стабилизационной программы правительства Кириенко вместе с самим правительством. На смену ему на короткое время вернулся В.С.Черномырдин с еще более радикальным планом экономической капитуляции страны.
  
  
  Программа "экономической диктатуры" Черномырдина:
  
  капитуляция через самоликвидацию
  
  
  Смысл программы Черномырдина заключался в следующем. Первый этап. Погашение всех догов правительства за счет денежной эмиссиию В результате можно было ожидать обесценивания долгов и сбережений через гиперинфляцию, сопровождающуюся обвальным падением обменного курса рубля и резким снижением реальных доходов и сбережений населения. После этого на втором этапе производится фиксация обесценившейся денежной массы и обменного курса рубля и переход к системе "Валютного Совета" (Currency Board):
  
  - привязка денежной базы к объему валютных резервов Центрального банка;
  
  - полная либерализация внешней торговли;
  
  - отказ от государственного регулирования экономики;
  
  - ставка на привлечение иностранных инвестиций и кредитов;
  
  - резкое сокращение государственных расходов.
  
  В случае реализации этой системы Россия потеряла бы суверенитет в осуществлении денежной политики, поставила бы всю свою финансовую систему, включая формирование бюджета, под контроль МВФ и "Валютного Совета".
  
  В такой системе государство полностью отказывается от эмиссионного дохода и от каких-либо форм финансирования экономического роста. Грубо говоря, чтобы профинансировать какое-либо отечественное производство, необходимо было бы вначале экспортировать сырье для получения валюты, под прирост которой разрешалось эмитировать рубли, или взять за рубежом кредит на формирование валютных резервов. Другой допустимый путь - продать предприятия иностранцам, чтобы они ввезли валюту для эмиссии рублей под рефинансирование производства. И в том и в другом случае закреплялось бы положение России как глобального донора развитых стран, как сырьевого придатка и "дойной коровы", как колонии транснациональных корпораций.
  
  В случае реализации плана Черномырдина можно было бы ожидать:
  
  - резкого обесценивания сбережений и доходов граждан и предприятий в ходе первого этапа плановой гиперинфляции;
  
  - окончательного разрушения наукоемкой и сложной обрабатывающей промышленности, вытесненной с рынков сбыта за рубежом;
  
  - дальнейшего сжатия реальной денежной массы в 2-3 раза с резким ухудшением финансового положения производственных предприятий, с их массовым банкротством и перепродажей иностранцам;
  
  - деградации технологической структуры экономики, закрепления ее сырьевой ориентации, ликвидации научно-технического потенциала России;
  
  - резкого роста безработицы - до 30-35%;
  
  - доминирования иностранного капитала, без притока которого окажется невозможным развитие производства.
  
  План Черномырдина, подготовленный Б. Федоровым при помощи бывшего министра экономики Аргентины Кавалло и при поддержке Сороса - это путь полной и окончательной колонизации России, отказа от суверенитета в проведении денежно-кредитной политики, своего самостоятельного Центрального банка, сколько-нибудь эффективного государственного регулирования, с закреплением сырьевой специализации страны и неизбежным обнищанием 2/3 населения, 50 миллионов из которого окажется за гранью выживания.
  
  К счастью, правящим кругам хватило здравого смысла не настаивать на внедрении этой программы, чреватой резкой эскалацией социально-политической напряженности. Но удастся ли в будущем сломать колониальную технологию осуществления государственной власти, при которой официальные верховные власти России - Президент, Премьер и Федеральное Собрание - выполняли в основном функции ритуального целеполагания, живя в плену собственных иллюзий и виртуальной реальности своего законотворчества, в то время как реальное управление развитием страны осуществлялось извне через МВФ, всевозможные международные переговоры и консультации, техническое содействие и прямое манипулирование отдельными влиятельными фигурами в экономических ведомствах российского правительства?
  
  Секрет непотопляемости прежнего российского правительства заключался в том, что ритуальный премьер в части формирования экономической политики государства выполнял лишь марионеточные функции подписания документов, готовившихся под строгим надзором иностранных экспертов и "заносимых" на высочайшую подпись специально обученными за границей некоторыми вице-премьерами и министрами. Несмотря на характерное для прежнего российского правительства циничное игнорирование российских законов, срыв всех официально объявлявшихся программ, включая президентские послания, чудовищное разорение промышленности и сельского хозяйства, деградацию социальной сферы, прямое расхищение государственной собственности и бюджета в невиданных размерах, проводившаяся им политика пользовалась устойчивой поддержкой стран "семерки", всячески рекламировалась как прогрессивная реформа, а носители этой политики заботливо продвигались по службе вопреки катастрофическим результатам их деятельности.
  
  Объяснение этому только одно: на фоне официального правительства, выполнявшего в основном ритуальные функции, в России действовало теневое правительство, осуществлявшее реальное планирование макроэкономической политики. Поэтому не было ответственности за провал официально декларировавшихся целей социально-экономической политики, неисполнение законов, разорение страны. Деятельность руководителей российского правительства оценивалась "хозяином" по другим критериям, фиксировавшимся, в частности, в инструкциях МВФ, подписывавшихся российским правительством и Центробанком в форме ежегодных заявлений об экономической политике.
  
  Смена правительства в сентябре 1998 г. дает надежду на слом этой технологии колониальной зависимости - ведь она не имела под собой объективных оснований и была возможна исключительно вследствие субъективной зависимости известных лиц в российском руководстве от иностранных центров влияния. Хочется верить в то, что новое правительство не станет марионеточным и будет проводить политику национальных интересов. К моменту выхода книги это будет уже известно. Будет ясна и перспектива дальнейшего развития России.
  
  
  В октябре 1998 г., когда когда эта книга готовилась к печати, у страны был хороший шанс выбраться из ловушек колонизации и выйти, наконец, на траекторию экономического роста. Для этого в рамках антикризисной программы было бы необходимо обеспечить запуск отечественного производства с опорой на активизацию внутренних резервов. Среди последних наибольшее значение имеют:
  
  - простаивающие производственные мощности (около 60% мощностей в промышленности) и вынужденно безработные квалифицированные специалисты и рабочие (вместе с частично безработными - более 15 млн.чел.);
  
  - экспортные возможности государственных предприятий (прежде всего экспорт газа);
  
  - денежная эмиссия, которая до сих пор направлялась Центральным банком в основном на поддержку спекуляций с ГКО и валютой (после их реструктуризации и всплеска цен реальный объем денежной массы сократился не менее чем вдвое, что создает объективную необходимость соответствующего увеличения денежного предложения);
  
  - естественные монополии, находящиеся под государственным контролем;
  
  - недра, по праву принадлежащие государству.
  
  Кризис разрушил паразитическую и бесплодную экономику, полученную в результате шести лет анархических реформ, развеял лежащую в ее основе слепую веру в то, что рынок сам по себе решит все проблемы, а монетаризм является единственно возможным способом реформирования народного хозяйства. Пока действовали созданные бездарной экономической политикой механизмы саморазрушения экономической и финансовой систем экономический рост был невозможен.Крах финансовых пирамид, омертвивших значительную часть национального богатства, открывает возможности для кардинального изменения экономической политики.
  
  При всем колоссальном ущербе, нанесенном финансовым кризисом, он дал правительству уникальный шанс - сформировать основы цивилизованной рыночной экономики России XXI века, в которой творческая свобода и предпринимательская инициатива граждан должны быть подкреплены и защищены разумной и взвешенной политикой государственного регулирования экономических процессов. В процессе преодоления кризиса должны быть решены следующие конкретные задачи:
  
  - гарантированное жизнеобеспечение населения;
  
  - выправление ценовых пропорций с тем, чтобы обеспечить восстановление рентабельности промышленного и сельскохозяйственного производства;
  
  - повышение уровня и доли оплаты труда в ВВП;
  
  - восстановление оборотных средств производственных предприятий на основе целевого регулирования денежно-кредитной политики, привязки эмиссии к рефинансированию производства под приемлемый процент;
  
  - организация процесса модернизации промышленности на основе новых технологий путем многократного повышения инвестиционной активности при государственной поддержке;
  
  - существенное повышение (до 75-80%) загрузки производственных мощностей промышленных и сельскохозяйственных предприятий за счет сочетания государственных закупок, целевого кредитования оборотных средств предприятий, мер по защите рынка;
  
  - стабилизация обменного курса рубля на уровне, соответствующем требованию поддержания конкурентоспособности не менее 2/3 отечественных товаров;
  
  - переориентация банковской системы на трансформацию сбережений в инвестиции;
  
  - проведение дедолларизации банковской системы и торговли, осуществление централизации валютных резервов, восстановление и укрепление системы валютного контроля, создание механизма защиты внутренней экономики от разрушительных воздействий мирового финансового кризиса.
  
  Неотложные меры по выходу из финансово-экономического кризиса могут быть сгруппированы в два блока:
  
  - меры по стабилизации ситуации и
  
  - меры по оживлению производства и инвестиционной активности, преодолению платежного кризиса.
  
  Ниже приводится краткий перечень этих мер, своевременно предложенных правительству в рекомендациях Совета Федерации.
  
  I. Меры по стабилизации ситуации.
  
  1.1. Обеспечение устойчивости рубля:
  
  - централизация валютных резервов, введение ограничений на использование валютных счетов (возможно - немедленная разовая конвертация всех валютных счетов банков и предприятий в рубли; формирование на этой базе валютных резервов страны в размере 20-30 миллиардов долларов США; формирование государственного фонда критического импорта);
  
  - введение обязательной продажи валютной выручки экспортеров Центральному банку, в том числе в целях формирования государственного валютного резерва; ужесточение контроля и сокращение сроков репатриации валютной выручки от экспорта;
  
  - установление государственного контроля за экспортными операциями предприятий, вывозящих основные экспортные сырьевые товары, концентрация валютной выручки на счетах в нескольких государственных банках;
  
  - ужесточение валютного контроля за импортными операциями, решительное применение установленных санкций в отношении нарушений валютного законодательства, а также строгое соблюдение ограничений на приобретение иностранной валюты исключительно на цели оплаты импортных контрактов; - восстановление ограничений на вывоз капитала, принятие мер по ограничению ввоза спекулятивного капитала;
  
  - прекращение деятельности явных и скрытых оффшорных зон на территории России, применение санкций в отношении коммерческих структур, нелегально вывезших капитал или ведущих платежно-расчетное обслуживание проводимой в России деятельности в оффшорных зонах; запрет на открытие и ведение счетов оффшорных банков в российских коммерческих банках;
  
  - введение ограничений на ввоз иностранной наличной валюты по установленным нормативам для физических лиц, при запрете этих операций для юридических лиц, за исключением Центрального банка;
  
  - повышение устойчивости структуры валютных резервов страны, их диверсификация, отказ от привязки обменного курса рубля к доллару как в формировании валютных резервов, так и в политике регулирования и номинирования обменного курса;
  
  - временная фиксация обменного курса рубля на текущем рыночном уровне;
  
  - восстановление экспортного тарифа на вывоз природного газа или введение госмонополии на этот вид деятельности с перечислением всей валютной выручки в государственный валютный резерв для финансирования критического импорта.
  
  1.2. Регулирование цен:
  
  - "замораживание" цен на энергоносители, сырьевые товары и продукцию естественных монополий до выравнивания кумулятивных темпов их роста с ценами на готовую продукцию в течение последних лет;
  
  - введение процедуры предварительного декларирования повышения цен, жесткого контроля за ценами на товары первой необходимости;
  
  - резкое ужесточение антимонопольного регулирования торговли.
  
  1.3. Преодоление бюджетного кризиса и жизнеобеспечение:
  
  - перечисление всей прибыли Центрального банка в доход федерального бюджета, проверка порядка ее формирования, обоснованности образования им фондов, относимых на расходы и накопления средств, получаемых в результате коммерческой деятельности;
  
  - введение реальной государственной монополии на оборот этилового спирта, спиртосодержащих растворов и алкогольной продукции;
  
  - восстановление кредитов Центрального банка на финансирование кассовых разрывов в доходах и расходах федерального бюджета в пределах бюджетного года и установленных лимитов роста денежной базы (с пересмотром последних в соответствии с увеличившейся потребностью денежного предложения);
  
  - немедленное погашение задолженности федерального бюджета по зарплате работникам бюджетной сферы и оборонных предприятий; - нормирование бюджетных выплат исходя из дифференциации по регионам прожиточного минимума;
  
  - регулирование региональных валютных фондов (финансирование критического импорта);
  
  - натурализация не менее 1/2 пенсий и пособий, введение спецмагазинов (распределителей) для пенсионеров, детей и инвалидов по твердым ценам (за счет закупок из фонда критического импорта);
  
  - установление лимитов гарантированного тепло- и энергоснабжения производственных предприятий с их оплатой в порядке государственных нужд с соответствующим оформлением платежных требований и обязательств государства;
  
  - перевод в Федеральное казначейство всех государственных внебюджетных фондов;
  
  - усиление государственного контроля за деятельностью "Газпрома", РАО "ЕЭС России", других естественных монополий.
  
  1.4. Расширение системы государственных закупок в целях натурального обеспечения соответствующих направлений бюджетных расходов.
  
  1.5. Национализация неплатежеспособных предприятий и банков, имеющих стратегическое значение для экономики страны.
  
  1.6. В платежно-расчетных отношениях и денежной политике:
  
  - реструктуризация и списание накопленной задолженности перед государственным бюджетом;
  
  - введение государственных гарантий по банковским вкладам физических лиц, совершенных в валюте и конвертированных в рубли при условии использования их соответствующими банками для кредитования развития производственной сферы и инвестиций;
  
  - разовая эмиссия рублей, обеспеченная конвертированной валютой со счетов банков и предприятий, контроль над использованием этих средств на первоочередное погашение обязательств по заработной плате;
  
  - проведение взаимозачета и реструктуризации задолженности предприятий одновременно с созданием механизма взыскания просроченной задолженности с должников.
  
  1.7. Организация критического импорта за счет формирования государственного валютного резерва, в том числе за счет валютной прибыли от экспорта природного газа.
  
  II. Оживление производства и инвестиционной активности, преодоление платежного кризиса.
  
  2.1. В бюджетно-налоговой сфере: - обеспечение исполнения Бюджета развития, прежде всего, в части предоставления государственных гарантий под инвестиционные кредиты;
  
  - введение системы общественных работ на принадлежащих государству объектах инфраструктуры с натуральной формой оплаты;
  
  - выполнение государственной инвестиционной программы;
  
  - ликвидация задержек в выделении бюджетных ассигнований на оплату закупок военной техники и проведение научных исследований оборонного значения, предусмотренных Федеральным законом "О федеральном бюджете на 1998 год";
  
  - расширение и рационализация системы государственных закупок отечественной продукции;
  
  - отмена налоговых санкций за продажу товаров по ценам ниже себестоимости.
  
  2.2. В сфере управления государственными активами:
  
  - инвентаризация исполнения обязательств инвесторов, приобретших акции приватизированных предприятий на условиях инвестиционных конкурсов с отменой сделок, по которым обязательства не выполнены, и последующей реприватизацией предприятий;
  
  - инвентаризация отношений недропользования, отзыв лицензий на разработку месторождений природных ресурсов у организаций, не имеющих собственного или привлеченного капитала для их освоения с последующим предоставлением лицензий на конкурсной основе под обеспеченные обязательства инвесторов;
  
  - кардинальное повышение ответственности за управление государственными активами.
  
  2.3. В денежно-кредитной политике:
  
  - проведение секьюритизации (обращения долговых ценных бумаг) и организация оборота просроченной дебиторской задолженности;
  
  - введение централизованной системы учета и переучета векселей Центральным банком, прежде всего для наиболее крупных предприятий - держателей дебиторской задолженности;
  
  - переориентация политики денежного предложения на оживление производственной сферы, привязка денежной эмиссии к пополнению оборотных средств предприятий через соответствующее целевое рефинансирование коммерческих банков;
  
  - приведение технологии регулирования денежного обращения в соответствие с реальными проблемами оздоровления денежного обращения, ремонетизации производственной сферы, реанимации инвестиционной активности при помощи следующих инструментов: целевого регулирования денежных потоков, в том числе эмитируемых от имени государства Центральным банком;
  
  - дифференциации резервных требований в зависимости от активных операций банков; предоставления государственных гарантий;
  
  - использования инвестиционных счетов, целевых нормативов и других инструментов для привлечения и удержания денег в производственной сфере, стимулирование производственных инвестиций;
  
  - принятие мер по снижению процентных ставок до уровня, обеспечивающего возможности кредитования и инвестиций в развитие производственной сферы, при необходимости - создание механизмов льготного кредитования развития производства;
  
  - создание необходимых условий для оборота залоговых инструментов, включая товарные закладные;
  
  - принятие законодательства об ипотеке.
  
  2.4. Во внешней торговле:
  
  - стимулирование экспорта, в том числе за счет резкого расширения практики предоставления государственных гарантий под экспортные кредиты;
  
  - активное применение защитных мер в соответствии с Федеральным законом "О мерах по защите экономических интересов Российской Федерации при осуществлении внешней торговли товарами";
  
  - прекращение практики предоставления правительством льгот по уплате импортных пошлин, в том числе с ввозимых летательных аппаратов, других видов производимой в России техники, подакцизных товаров;
  
  - ужесточение контроля за качеством импортируемых товаров, устранение практики делегирования функций государственного контроля качества иностранным организациям, недопущение каких-либо льгот импортерам в данной области;
  
  - организация централизованного обеспечения критического импорта с распределением по регионам.
  
  2.5. Одновременно с краткосрочной программой мер по стабилизации экономической ситуации необходимо переходить к активной промышленной и научно-технической политике, используя произошедшее в результате кризиса благоприятное для оживления производства изменение соотношения цен и структуры экономических оценок.
  
  Система необходимых антикризисных мер была давно обоснована в работах российских и зарубежных ученых, многочисленных предложениях представителей отечественных деловых кругов [16, 44, 45, 46]. Они обобщены в официальных предложениях Совета Федерации к антикризисной программе [47]. Эти меры направлены на преодоление разрыва между производственной и финансовой сферами, благоприятное для обрабатывающей промышленности изменение ценовых пропорций, повышение спроса, подъем конкурентоспособности и эффективности отечественного производства, резкое оживление инвестиционной активности, восстановление трудовой мотивации, реконструкцию экономики на основе распространения нового технологического уклада и как результат - переход к устойчивому экономическому росту и повышению благосостояния населения.
  
  Сформированные при поддержке Федерального Собрания новое правительство и руководство Центрального банка получили все возможности для проведения такой политики и перехода к стратегии экономического роста. К моменту выхода этой книги в свет будет уже ясно, насколько удалось эти возможности использовать, преодолевая сопротивление финансовой олигархии и организованной преступности.
  
  Проблема выбора варианта дальнейшего развития России - это не вопрос научных дискуссий об альтернативных позитивных программах. Это сугубо политическая проблема выбора между колониальной зависимостью и самостоятельным развитием, между компрадорскими и национальными интересами. До финансового банкротства государства 17 августа 1998 г. власть контролировалась компрадорской олигархией, стремящейся к интеграции в мировую олигархию ценой подчинения экономической политики государства интересам транснационального капитала. Нация оказалась лишенной иммунитета; привыкшая к единению вокруг государства, с его разрушением и использованием институтов государственной власти как средства ее уничтожения и колонизации страны, она не сумела самоорганизоваться, пассивно подчинившись политике геноцида.
  
  Столь плачевного положения Россия, пожалуй, не знала со времен монгольского нашествия. Великая Смута революции 1917 г. и гражданская война сравнимы с сегодняшним состоянием по степени внутренних разрушений, но они проходили в условиях несравнимо более слабого и инертного внешнего окружения. Тогда не было ни научно-технического прогресса, ни высокоинтегрированного мирового рынка. В конце ХХ в. колонизация России осуществляется могущественной мировой олигархией путем установления непосредственного контроля за ключевыми центрами государственного организма. При этом каждый год такой колонизации оборачивается тремя - пятью годами отставания от развитых стран по уровню технико-экономического развития, быстрой утратой конкурентоспособности российской экономики.
  
  В сложившейся ситуации бессмысленно пенять на мировую олигархию или транснациональный капитал. Они действуют в интересах извлечения прибылей и стремления к мировому господству. Новый мировой порядок уже сформирован и не в наших силах его принципиально изменить. Отгородиться в условиях современной научно-технического революции от остального мира также не удастся - это уже и экономически невозможно, и бесперспективно с точки зрения целей национального развития. Экономическая, научно-техническая, образовательная и культурная деятельность ведутся сегодня в глобальном масштабе, и обеспечение национальной конкурентоспособности должно вестись на уровне мирового рынка. Чрезмерное отгораживание в современных условиях как никогда чревато отсталостью и утратой сравнительных преимуществ. Следовательно, приходится играть по чужим правилам. Но играть нужно научиться за себя, а не в свои ворота.
  
  Тогда и по этим правилам можно выиграть, как показывает опыт некогда отсталых, а ныне вполне процветающих стран. Для этого достаточно придерживаться простого принципа - во всех мерах государственной политики исходить исключительно из примата национальных интересов. Опыт такой "игры" преуспевающих сегодня стран, как и наш собственный тысячелетний опыт строительства величайшего в мире государства, показывает, как это можно делать.
  
  Во-первых, каждое государство владеет инструментами обеспечения собственного суверенитета, позволяющими существенно корректировать правила глобальной конкуренции на внутреннем рынке в интересах ее граждан и деловых кругов. Эти правила должны быть скорректированы так, чтобы привлечение транснационального капитала не противоречило национальным интересам и способствовало экономическому росту. Методы такой корректировки хорошо известны. Они включают: обеспечение национального контроля над природными ресурсами и ключевыми отраслями экономики, защиту внутреннего рынка и интересов отечественных товаропроизводителей на внешнем рынке, проведение активной политики стимулирования научно-технического прогресса и инвестиционной активности, обеспечение социальных гарантий, поддержание государственной монополии на контроль за денежной системой и управление эмиссионным доходом, осуществление валютного контроля, создание условий для повышения конкурентоспособности национальной экономики и экономического роста.
  
  Во-вторых, каждая страна обладает собственными конкурентными преимуществами, которые позволяют обернуть в свою пользу развивающееся мировое разделение труда и глобальную конкуренцию. Для России это прежде всего развитый научно-промышленный и интеллектуальный потенциал, богатые природные ресурсы, емкий внутренний рынок.
  
  В-третьих, на основе национальных конкурентных преимуществ необходимо развивать свои глобальные экономические структуры, способные соперничать с транснациональным капиталом на мировом рынке и использовать для себя возможности последнего. Для этого нужна государственная политика выращивания национальных лидеров, способных стать мировыми лидерами, локомотивами национального экономического роста в масштабах мировой экономики.
  
  В-четвертых, должна быть освоена технология проведения национальных интересов в институтах регулирования мировой экономики и властных институтах важных для России стран. Весь опыт российской дипломатии должен быть поставлен на службу национальным интересам во взаимоотношениях с внешним миром. Интересы эти сегодня во многом противоречат интересам мировой олигархии. Но это вовсе не означает необходимости жесткой конфронтации. Транснациональный капитал не только вывозит национальное богатство, но он и инвестирует. Его действия во многом зависят от условий и политики страны пребывания.
  
  Если правительство твердо и последовательно отстаивает национальные интересы, обеспечивает стабильность и защищает интересы отечественных деловых кругов, то транснациональный капитал легко адаптируется к этим требованиям, вступает во взаимовыгодную кооперацию с местными предприятиями. Расчеты ведущих экономических институтов страны показывают, что следование этим принципам и строгое соблюдение национальных интересов в экономической политике в сочетании с активной структурной и научно-технической политикой, принятием специальных мер по восстановлению разрушенных взаимосвязей между сбережениями и инвестициями, спросом и предложением, трудом и доходами позволяют рассчитывать на скорое возобновление экономического роста с темпом не менее 5-7% в год [16]. Для этого, конечно, должно быть сформировано правительство национального доверия, преследующее национальные интересы и устойчивое к давлению извне, способное противостоять алчности правящей олигархии и достаточно компетентное для проведения эффективной политики в сложившихся "почти безнадежных" условиях.
  
  В противном случае нам уготована судьба Африки, где тоже некогда была величайшая цивилизация. Именно африканская модель с характерным для нее отсутствием сколько-нибудь самостоятельных институтов суверенной государственной власти, полным подчинением способов регулирования национальной экономики интересам транснационального капитала, отсутствием независимой национальной элиты, а также собственного самостоятельного капитала и какой-либо активной социальной или структурной политики сегодня принудительно внедряется на территории бывшего Советского Союза.
  
  Этот процесс сопровождается мобилизацией всех сил и возможностей мировой олигархии в целях устранения основ для возрождения устойчивых государственных институтов, недопущения структуризации в обществе национальных интересов или самостоятельных источников роста, не контролируемых из-за рубежа. Для этого в России насаждался хаос, организовывались нескончаемые провокации политических конфликтов, угрозы репрессий, бесконечные перестановки кадров в правительстве, подмена последнего узкой группой ни за что не отвечающих лиц, присвоивших себе право принятия государственных решений путем использования возможности получить президентскую подпись и печать через коррумпированных лиц в его ближайшем окружении. Остервенелость, с которой внутренними и внешними врагами сегодня организуется разрушение российской государственности и выкорчевывание русской культуры, вполне понятна.
  
  Во-первых, императорская Россия, а впоследствии СССР, удерживая под своим государственным контролем не только огромную страну, но и определяющим образом влияя на весь мир, долгое время расценивались теоретиками мировой олигархии как главное препятствие на пути установления нового мирового порядка. И сейчас, когда это препятствие устранено, страх перед загадочной способностью России возрождаться из пепла столь силен, что идеологи россофобского направления западной политической мысли истерично требуют уничтожения России.
  
  Во-вторых, как было показано выше, политика разрушения России приносила огромные сверхприбыли. Последовавший вслед за внедрением "шоковой терапии" хаос оказался настоящей золотой жилой для международных авантюристов, понаехавших в Россию под видом разного рода консультантов российского правительства. Как и сто лет назад, инстинкт олигархического спекулятивного капитала остается неизменным: в погоне за сверхприбылью он не остановится ни перед чем, включая угрозу ядерной катастрофы.
  
  В-третьих, срабатывает хорошо известный в психологии преступников момент инерционного ускорения, когда груз совершенных преступлений заставляет мафиозную группу наращивать активность, играя на опережение контрработы правоохранительных органов. Антироссийская политика мировой олигархии сегодня во многом подогревается ее российскими проводниками, для которых дальнейшее ослабление и, по возможности, ликвидация российской государственности являются лучшей гарантией собственной безопасности и обладания огромными богатствами, присвоенными благодаря захвату контроля над институтами государственной власти. Для многих из них восстановление реальной независимости России будет означать не только угрозу их положению и перераспределенной в свою пользу собственности, но и, возможно, свободы; поэтому они изо всех сил стремятся этого недопустить.
  
  Рисуемые сегодня в некоторых зарубежных спецслужбах новые геополитические карты будущей глобальной энергосистемы, транспортных коммуникаций, зон иностранного влияния на территории России вполне устраивают не только транснациональный капитал, но и обслуживающие его интересы правящие кланы в России, которые уже видят себя составной частью мировой олигархии и больше всего боятся возрождения нормальной государственной власти, ориентированной на национальные интересы.
  
  В мировой политике, в отличие от джентльменской драки, где "лежачего не бьют", слабого и упавшего стараются обычно растерзать. Сегодняшняя российская слабость и огромная величина российского наследства разжигают аппетит и во многом провоцируют антироссийскую направленность действий мировой олигархии. Колонизация России оказалась очень выгодным геополитическим предприятием, исполняемым российскими же руководителями за счет собственной страны. Баланс доходов и расходов на осуществление этого геополитического мероприятия для России сводится с убытком в сотни миллиардов долларов.
  
  Этот убыток включает вывоз капитала на сумму около 100 млрд. долл., двукратное сокращение национального дохода, составляющее не менее 100 млрд. долл. в год утраченной экономической активности, передачу контроля над ценными объектами государственной собственности зарубежным компаниям по заниженным ценам, упущенная выгода от которой оценивается не менее чем в 80 млрд. долл., уступки политическому давлению извне в отношении государственных долгов, введение экономических санкций против традиционных торговых партнеров России и тому подобное, ущерб от которых составил не менее 30 млрд. долл. К этому можно добавить десятки миллиардов долларов ежегодных потерь от "утечки умов" за рубеж. Эти убытки России обернулись соответствующими прибылями для иностранных деловых кругов и мировой олигархии в целом, установивших контроль над значительной частью российского внутреннего рынка и финансовой системой, извлекающих сверхприбыли от спекуляций акциями российских предприятий, облигациями государственного долга, закупкок импортных товаров для российских государственных нужд.
  
  С планируемым вовлечением в мирохозяйственный оборот российских недр прибыли от колонизации России еще более увеличатся. В этом балансе прибылей и убытков первой постсоветской пятилетки отражена объективная закономерность происходящего. Бессмысленно винить волка за то, что он съедает заболевшую овцу. Нынешние теоретики радикальной реформы в России одобрительно называют это санированием национальной экономики.
  
  Суть проблемы заключается в том, что российское государство утратило иммунитет против тенденций внутреннего разложения, измены национальным интересам со стороны властвующей элиты. Если бы последняя видела смысл своей деятельности в отстаивании национальных интересов, обеспечении условий для экономического могущества и благосостояния населения страны, опиралась бы на национальные духовные традиции, мировая олигархия согласилась бы с отводимой транснациональному капиталу ролью одного из источников экономического роста, как это и происходит в странах с крепкой государственностью.
  
  Причины нынешнего упадка России и ее быстрой колонизации лежат не столько в сфере заговоров против России или "козней" иностранных спецслужб, сколько в специфической роли властвующей в России олигархии, которая в нетерпеливом желании присоединиться к мировой торопится демонтировать собственное государство как главную угрозу своему нынешнему положению временщиков. Ради сохранения сверхприбылей и удержания господствующего положения в российском обществе правящая олигархия, не задумываясь, соглашается не только на демонтаж российской государственности в обмен на защиту со стороны мировой олигархии, но легко идет и на преступления против народа России, совершая государственные перевороты, не считаясь ни с человеческими жертвами, ни с законом, ни с потерями национального богатства. Мировой опыт отчетливо доказывает пагубность для страны господства компрадорской олигархии, подавляющей внутреннюю конкуренцию и использующей национальные ресурсы для укрепления своего положения в мировой элите. Правление олигархии означает крах государственности, подчинение институтов государственной власти коммерческим интересам олигархических кланов. Как следствие, наступает экономическое и духовное ослабление страны, ликвидация ее суверенитета, утрата не только способности отстаивать свои национальные интересы, но и самого их содержания. Государства, испытавшие "прелести" олигархического правления, либо теряют суверенитет и исчезают с исторической сцены, либо в течение десятилетий после освобождения сталкиваются с огромными трудностями при преодолении его последствий.
  
  Исходя из проведенного анализа, можно сделать вывод о несоответствии интересов и действий правящей в России олигархии национальным интересам России. Преодоление этого несоответствия не может произойти само собой. Переход к политике осуществления национальных интересов, экономического роста страны и подъема народного благосостояния возможен лишь при условии освобождения государственной власти от господства компрадорских олигархических кланов.
  
  Сегодня это без преувеличения вопрос жизни и смерти российской государственности и русского народа. Либо правящая олигархия, опираясь на поддержку из-за рубежа, окончательно сломает российскую государственность и превратит страну в территорию, подконтрольную международному капиталу, а народ России - в используемый транснациональными корпорациями человеческий материал, либо нам удастся собрать политическую волю, перестать пугать себя мировым заговором против России, очнуться от гипноза ангажированных политических марионеток, поверить в свои силы и добиться передачи власти компетентному и ответственному правительству, способному отстоять национальные интересы России, обеспечить условия для ее экономического и духовного подъема. Хочется верить в то, что смена руководителей правительства и Центрального банка в сентябре 1998 г. станет первым шагом на пути восстановления национальной независимости России.
  
  Часть III.
  Стратегия экономического роста на пороге XXI века
  
  В этой заключительной части книги представлены результаты исследования нынешнего состояния, сложившихся и возможных направлений эволюции экономики страны в контексте глобальных тенденций долгосрочного развития с учетом закономерностей современного экономического роста. Анализируются ожидаемые долгосрочные последствия продолжения проводимой экономической политики и связанные с ней тенденции структурных изменений, обосновывается комплекс альтернативных предложений по формированию политики экономического роста.
  
  Эти предложения учитывают особенности сложившегося состояния российской экономики, необходимость преодоления характерных для переходного периода диспропорций и барьеров, а также активизации имеющихся конкурентных преимуществ для обеспечения условий устойчивого социально-экономического развития страны.
  
  1. Глобальные тенденции экономического развития
  
  Современный экономический рост характеризуется ведущим значением научно-технического прогресса и интеллектуализацией основных факторов производства. На долю новых знаний, воплощаемых в технологиях, оборудовании, квалификации кадров, организации производства в развитых странах, приходится 70-85% прироста ВВП [51]. Внедрение новых технологий стало ключевым фактором рыночной конкуренции, основным средством повышения эффективности производства и улучшения качества товаров и услуг. На этой онове достигается устойчивая тенденция удешевления единицы потребительских свойств продуктов, обеспечивающая повышение общественного благосостояния и улучшение качества жизни в развитых странах. Нововведения являются необходимым условием успеха в конкурентной борьбе, позволяя передовым фирмам добиваться сверхприбылей за счет монопольного присвоения интеллектуальной ренты, образующейся при освоении новых продуктов и технологий.
  
  Важной особенностью современного экономического роста стал переход к непрерывному инновационному процессу. Проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок (НИОКР) занимает все больший вес в инвестиционных расходах, превышая в наукоемких отраслях расходы на приобретение оборудования и строительство. Одновременно повышается значение государственной научно-технической, инновационной и образовательной политики, определяющей общие условия научно-технического прогресса. Постоянно растут расходы на науку, которые приближаются в развитых странах к 3% ВВП. При этом доля государства в этих расходах составляет в среднем 35-50% [52]. Интенсивность НИОКР во многом определяет сегодня уровень экономического развития. В глобальной экономической конкуренции выигрывают те страны, которые обеспечивают благоприятные условия для научных исследований и научно-технического прогресса.
  
  Огромное значение государственного стимулирования НТП в обеспечении современного экономического роста объясняется объективными свойствами инновационных процессов: высоким риском, зависимостью от степени развития общей научной среды и информационной инфраструктуры, значительной капиталоемкостью научных исследований, требованиями к научной и инженерной квалификации кадров, необходимостью правовой защиты интеллектуальной собственности. Поэтому успех в глобальной конкуренции тех или иных фирм напрямую связан с государственной научно-технической политикой стран их базирования. Среди 500 наиболее успешных фирм, действующих на мировом рынке, 203 являются американскими, 105 - европейскими, 109 - японскими, и всего 2 - российскими [53].
  
  Ключевое значение НТП в обеспечении современного экономического роста предопределяет необходимость учета закономерностей глобального технико-экономического развития в планировании национальной экономической политики. В частности, принципиально важной для разработки стратегии экономического развития страны закономерностью современного экономического роста является его неравномерность, обусловленная периодическим процессом последовательного замещения целостных комплексов технологически сопряженных производств - технологических укладов [54].
  
  В ходе каждого структурного кризиса мировой экономики, сопровождающего процесс замещения доминирующих технологических укладов, открываются новые возможности экономического успеха. Страны, лидировавшие в мировой экономике в предшествующий период, сталкиваются с обесценением капитала и снижением квалификации занятых в отраслях устаревающего технологического уклада, в то время как страны, успевшие создать заделы в формировании производственно-технологических систем нового технологического уклада. оказываются центрами притяжения капитала, высвобождающегося из устаревающих производств. Каждый раз смена доминирующих технологических укладов сопровождалась серьезными сдвигами в международном разделении труда, обновлением состава наиболее преуспевающих стран.
  
  Доминирующий сегодня технологический уклад начал складываться в целостную воспроизводственную систему в 50-60-е годы и стал технологической основой экономического роста после структурного кризиса 70-х годов. Ядро этого технологического уклада составляют микроэлектроника, программное обеспечение, вычислительная техника и технологии переработки информации, производство средств автоматизации, космической и оптико-волоконной связи. Развитие данного технологического уклада сопровождается соответствующими сдвигами в энергопотреблении (рост потребления природного газа), в транспортных системах (рост авиаперевозок), в производстве конструкционных материалов (рост производства комбинированных материалов с заранее заданными свойствами). Произошел переход к новым принципам организации производства: непрерывному инновационному процессу, гибкой автоматизации, индивидуализации спроса, организации материально-технического снабжения по принципу "точно вовремя", новым типам общественного потребления и образа жизни.
  
  Последние характеризуются изменением ценностей и потребительских предпочтений в пользу образования, информационных услуг, качественного питания, здоровой окружающей среды - стереотипы "общества потребления" замещаются ориентирами качества жизни. Из теории долгосрочного технико-экономического развития известно, что предел устойчивого роста доминирующего сегодня (современного) технологического уклада будет достигнут во втором десятилетии следующего века. К этому времени сформируется воспроизводственная система следующего (новейшего) технологического уклада, становление которой происходит в настоящее время.
  
  Наиболее вероятными ключевыми факторами нового технологического уклада станут: биотехнологии, системы искусственного интеллекта, глобальные информационные сети и интегрированные высокоскоростные транспортные системы. Дальнейшее развитие получат гибкая автоматизация производства, космические технологии, производство конструкционных материалов с заранее заданными свойствами, ядерная энергетика; рост потребления природного газа будет дополнен расширением сферы использования водорода в качестве экологически чистого энергоносителя. Произойдет еще большая интеллектуализация производства, переход к непрерывному инновационному процессу в большинстве отраслей и непрерывному образованию в большинстве профессий. Прогресс в технологиях переработки информации, системах телекоммуникаций, финансовых технологиях повлечет за собой дальнейшую глобализацию экономики, формирование единых мировых рынков товаров, капитала, труда.
  
  В ходе становления новейшего технологического уклада формируются сравнительные преимущества, которые будут определять геополитическую конкуренцию середины XXI в. К числу основных факторов, определяющих национальные конкурентные преимущества, будут относиться: образование и охрана здоровья населения, развитие науки, возможности информационной среды, обеспечение с помощью государственного управления условий для раскрытия созидательных творческих способностей каждой личности, чистота окружающей среды и высокое качество жизни, опережающее развитие ключевых производственно-технических систем нового технологического уклада.
  
  В геополитической конкуренции еще более усилится значение научно-технического прогресса, способности к освоению новых технологий. Возрастет роль человеческого фактора и организации творческого труда. Страны, не способные обеспечить необходимый уровень образования населения, развития науки и высокое качество информационной среды, будут обречены на неэквивалентный внешнеэкономический обмен и глубокую зависимость от внешних финансовых и информационных центров; они сохранят за собой, главным образом, функции источников природного сырья и "человеческого материала" для транснациональных корпораций и развитых стран, концентрирующих глобальный интеллектуальный потенциал.
  
  Глобальная конкуренция будет вестись не столько между странами, сколько между транснациональными воспроизводственными системами, каждая из которых объединяет национальные системы образования населения, накопления капитала, организации науки и производственно-предпринимательские структуры, работающие в масштабах мирового рынка. Мировую экономику будет формировать несколько таких систем, тесно связанных друг с другом и определяющих глобальное экономическое развитие. В настоящее время сложилось четыре подобных транснациональных системы: Североамериканская зона свободной торговли (НАФТА), Европейское сообщество, Япония, Китай. Еще недавно в их числе находился СССР. Сегодня перспективы образовавшихся после его распада стран СНГ, включая Россию, весьма неблагоприятны. Вероятными претендентами на роль самостоятельных систем глобального экономического развития в следующем столетии остаются: Корея, Бразилия, Индия, Индонезия. При этом конкуренция таких систем будет сопровождаться их сотрудничеством и кооперацией, концентрацией интеллектуальной и экономической активности.
  
  Главным фактором глобальной конкуренции станет интеллектуализация труда. Пятнадцатилетнее качественное образование и владение современными информационными технологиями будут необходимы для полноценной жизни и работы в XXI веке. Страны, неспособные гарантировать эти условия большинству граждан, будут отгорожены от глобального экономического роста расширяющимся разрывом в уровне и качестве жизни, образования населения, интеллектуального потенциала и рискуют навсегда исчезнуть из числа самостоятельных субъектов мирового экономического пространства.
  
  2. Экономическая ситуация в России
  
  2.1. Макроэкономическая ситуация
  
  
  Как уже указывалось ранее, нынешнее состояние российской экономики характеризуется беспрецедентным сокращением производства и экономической активности, пятикратным снижением производственных капитальных вложений, дезинтеграцией экономики и денежного обращения. В работах ведущих ученых-экономистов показано, что эти тенденции в решающей степени стали результатом проводившейся макроэкономической политики, обусловившей разрыв основных воспроизводственных контуров и хозяйственных связей.
  
  Игнорирование структурных особенностей российской экономики в надежде на автоматическое действие механизмов рыночной самоорганизации спровоцировало процессы дезинтеграции экономики и нарастания хаоса. Попытки применения традиционных для состояния рыночного равновесия методов макроэкономической стабилизации путем ограничения денежной массы не могли дать адекватный результат в сильно неравновесной ситуации. В условиях характерных для российской экономики диспропорций применение этих методов неизбежно влекло за собой ее распад на автономно функционирующие сектора, каждый из которых стремится к своему состоянию равновесия.
  
  Экономическое пространство страны распалось на две слабо связанных друг с другом сферы. Первая - сфера обращения капитала - характеризуется сверхвысокими прибылями и высокой скоростью обращения денег, относительно невысокими рисками. Вторая - производственная сфера - характеризуется низкой прибыльностью и низкой скоростью обращения денег, высокими рисками в связи с неопределенностью отношений собственности, сокращением спроса и общей неблагоприятной конъюнктурой рынка.
  
  В свою очередь, производственная сфера распалась на экспортно-ориентированный сырьевой сектор, в котором сохраняется относительная стабильность за счет переориентации на внешний рынок, и остальную экономику, ориентированную на внутренний рынок и характеризующуюся неплатежеспособностью и крайне низкой рентабельностью.Кроме того, нарастает территориальная дезинтеграция экономики, когда вследствие хаотического распада хозяйственных связей и опережающего роста тарифов на транспортные услуги происходит разрушение сложившейся кооперации и специализации производства, переориентация отдельных регионов страны на внешние рынки.
  
  Вплоть до финансового краха 17 августа 1998 г. экономическая политика в России носила характер виртуальной реальности, имевшей мало общего с настоящей экономической действительностью, определяющей жизнь миллионов россиян. Страсти, бушевавшие на рынке ценных бумаг, грозные заявления о стабилизации рубля любой ценой, острые переживания в отношении настроения капризных нерезидентов, от которого якобы зависела судьба Отечества, поразительным образом контрастировали с угасающим ритмом жизни реальной экономики, научившейся обходиться без денег, без инвестиций, без государства. Движение реального и отражающего его стоимость фиктивного капитала совершалось в противоположных направлениях.
  
  Бурный рост стоимости акций приватизированных предприятий в 1996-1997 гг. удивительным образом сочетался с не менее резким ухудшением их финансового положения (в 1997 г. при росте объема капитализации рынка ценных бумаг предприятий более чем в 3,5 раза, их рентабельность снизилась более чем в 2 раза, а доля убыточных предприятий выросла на 5%). И, наоборот, резкое обесценение ценных бумаг предприятий в 1998 г. практически никак не связано с их реальным состоянием (их финансовое положение не ухудшилось, а темпы роста объема производства стабилизировались на уровне 1,3% в первом квартале 1998 г.). Схожая ситуация наблюдалась и на макроуровне. Невиданная по мировым меркам доходность государственных обязательств сочеталась с плачевным состоянием государственного бюджета, быстрой эрозией его доходной базы. Достижение целей макроэкономической политики в 1997 г. (снижение инфляции до 11% при почти полной либерализации экономики и приватизации производственных предприятий) не только не привело к экономическому росту, но, напротив, сопровождалось снижением инвестиций на 5%.
  
  Наряду с экономикой раздвоилось и социальное пространство. Крупный бизнес и денежные власти, обслуживавшие его интересы, жили в мире котировок ценных бумаг, внешних займов, приватизации государственного имущества, где гуляли шальные деньги, которые не надо зарабатывать, а получаемые доходы были несоизмеримы с затраченными усилиями. Народ же и обеспечивающие его жизнедеятельность производственная и бюджетная сферы прозябали без зарплаты, без перспективы, не понимая смысла происходившего. Первая сфера притягивала невиданной в мире нормой прибыли на вложенный капитал, на порядок превышавшей сложившиеся в мировой экономике ориентиры, что позволяло говорить о России как о стране чудес (или, в зависимости от точки зрения, - стране дураков), где за пару лет можно увеличить состояние в десятки, а если повезет, и в сотни раз. Вторая сфера отталкивала мрачными видами российской провинции с голодными детьми, отчаявшимися матерями, опустившимися квалифицированными рабочими и инженерами. Первая картина сверкала парадными витринами, вторая свидетельствовала о том, что Россия - страна социального бедствия.
  
  Общеизвестно, что экономика - это замкнутая система. Если производство не растет и при этом где-то наблюдается концентрация доходов и богатства, это означает их уменьшение в остальной части экономики. В нашей ситуации сверхприбыли сектора финансовых спекуляций образовались и росли на перераспределении государственной собственности через спонтанную ваучерную приватизацию, государственного бюджета - через финансовую "пирамиду" ГКО, сбережений населения - через частные финансовые "пирамиды". Интенсивность этого перераспределения была чрезвычайно высокой, ежегодно составляя до половины всего фонда накопления страны, и сопровождалась образованием колоссальных финансовых "пузырей", выраставших не на создании нового богатства, а на всевозможных формах его присвоения при помощи разнообразных механизмов поддержания сверхдоходности гарантированных государством спекулятивных операций.
  
  Сложившийся в 1994-1997 гг. механизм экономического регулирования напоминает известную всем с детства игру по выдуванию мыльных пузырей. Посредством государственного бюджета и управления государственным имуществом из производственной сферы и сбережений населения "выдуваются" ресурсы, трансформирующиеся в финансовые "пирамиды", которые затем лопаются, оставляя тяжелые воспоминания об очередном годе, потерянном для роста, и впечатляющие картинки из жизни новой правящей элиты. При этом одурманенное общественное сознание радовалось красивым миражам макроэкономической стабилизации и бурного роста финансового рынка на фоне спазма инвестиционной активности, разорения производственных предприятий и обнищания населения. Этот, во-видимому, беспрецедентный в экономической истории механизм самоуничтожения финансовой системы страны разрушил воспроизводственные процессы, вызвал колоссальный отток капитала из производственной сферы и дезинтеграцию экономики.
  
  Дезинтеграция экономики стала результатом ряда контуров причинно-следственных связей, обусловленных проводившейся экономической политикой.
  
  Контур 1: демонетизация экономики, кризис неплатежей.
  
  Переток денежной массы в спекулятивную сферу вследствие ее сверхвысокой доходности (последовательно поддерживавшийся финансовыми пирамидами, спекуляциями с акциями приватизированных предприятий, валютными спекуляциями, государственными обязательствами) и подавление инфляции путем сжатия денежной массы привели к обезденеживанию реального сектора экономики и, как следствие, - к кризису платежей и бюджетному кризису.
  
  Контур 2: падение спроса и сокращение производства.
  
  Инфляция издержек, определявшая до последнего времени инфляционные процессы, достигла своего предела в установлении ценовых пропорций, крайне неблагоприятных для производственной сферы. Рост цен на сырьевые товары в десятки раз опередил рост цен на готовые изделия, соотношение цен для обрабатывающей промышленности и сельского хозяйства многократно ухудшилось. Произошел переход к совершенно новой структуре экономических оценок, в которой производство большей части изделий конечного потребления с высокой добавленной стоимостью стало убыточным. Цепочки причинно-следственных связей, характеризующие инфляцию издержек и обусловливающие спад производства, связаны с объективными диспропорциями российской экономики, которые проявились сразу же после либерализации цен. Это отразилось в давлении высокомонополизированных отраслей на рост цен.
  
  Сложилась ситуация, когда повышение цен на сырье вызвало рост издержек в обрабатывающей промышленности, а это, в свою очередь, привело к снижению конкурентоспособности отечественных товаропроизводителей, вытеснению их продукции импортными товарами. Следствием этого стало сокращение производства, рост издержек, ухудшение финансового положения предприятий реального сектора экономики, снижение зарплаты. В результате - сокращение спроса и спад производства и т. д. Негативные последствия инфляции издержек для конкурентоспособности обрабатывающей промышленности были многократно усилены проводившейся политикой искусственного сдерживания падения обменного курса рубля, в результате которой произошло более чем восьмикратное ухудшение конкурентоспособности российских товаров и их быстрое вытеснение с рынка импортными аналогами.
  
  Контур 3: снижение эффективности производства, сокращение инвестиций и инновационной активности.
  
  Спад производства влечет за собой увеличение условно-постоянных издержек и снижение его эффективности, что приводит к падению конкурентоспособности российских товаров, дальнейшему сокращению их производства и ухудшению финансового положения предприятий реального сектора, снижению их рентабельности. В сочетании с ростом ставки процента за кредит вследствие кризиса ликвидности это усиливает бегство капитала и вымывание денег из реального сектора, которое сопровождается резким сокращением инвестиционной активности. Вслед за сокращением производственных инвестиций происходит снижение инновационной активности. Огромный разрыв между доходностью операций в спекулятивном и производственном секторах блокирует инвестиционную и инновационную активность в производственной сфере.
  
  Этот разрыв образовался в результате сжатия реальной денежной массы и последовавшего вслед за этим многократного роста ставки процента на денежном рынке, с одной стороны, и падения рентабельности производственной сферы, - с другой. Директоры разоряющихся производственных предприятий предпочитали уводить высвобождающийся капитал в высокодоходную и одновременно низкорисковую спекулятивную сферу и не стремились поднять резко снизившуюся конкурентоспособность производства инвестициями в рискованные нововведения. Обычные мотивы рыночного поведения, ориентирующие предпринимателей на повышение эффективности производства, сохранение накопленного богатства путем новых инвестиций в повышение конкурентоспособности своих предприятий работают в относительно равновесных условиях. Если же по не зависящим от предприятий причинам вдруг происходит почти мгновенное многократное снижение конкурентоспособности производства и соответствующее обесценение вложенного в него капитала, естественным мотивом предпринимателя становится спасение хотя бы части контролируемого им богатства. Поэтому естественной реакцией российских предпринимателей и директоров предприятий на резкое ухудшение экономической конъюнктуры по не зависящим от них причинам стало не вложение инвестиций в освоение новых технологий, а изъятие капитала из производства и перевод его в многократно более доходный и надежный спекулятивный сектор.
  
  Контур 4: криминализация экономики, рост теневого сектора.
  
  Переориентация предпринимательской активности с производственной деятельности на спекулятивные операции, а также на борьбу за присвоение национального богатства и государственной собственности, произошедшая в результате избранных технологий осуществления либерализации цен и приватизации государственного имущества, сопровождалась криминализацией экономических отношений и коррумпированием государственного аппарата. В условиях колоссального разрыва в доходности спекулятивных и производственных операций, достигавшего сотни и тысячи раз, энергия предприимчивых людей переключилась на освоение источников сверхприбыли в спекулятивном секторе. Наиболее высокодоходными оказались виды деятельности, связанные с приватизацией государственного имущества, установлением организационных монополий в торговле, эмиссией денежных суррогатов.
  
  Все эти виды деятельности в рыночной экономике находятся под жестким государственным регулированием и контролем. Однако соответствующие функции государственного регулирования экономики оказались парализованными коррупцией и некомпетентностью, охватившей государственный аппарат после захвата в нем доминирующих позиций олигархическими кланами в результате государственного переворота и расстрела парламента осенью 1993 г. Подчинение олигархией функций государственного управления собственностью, регулирования торговли, контроля за эмиссионной деятельностью создало ей уникальные возможности для присвоения сверхдоходов. Одновременно это повлекло за собой криминализацию этих видов деятельности, блокировало важные элементы обеспечения рыночной конкуренции, спровоцировало сокращение инвестиций и острый бюджетный кризис. Так, вследствие криминализации торговли и установления в ней организационных монополий, товаропроводящая сеть оказалась труднопроходимой для российских товаропроизводителей. Через многоступенчатые посреднические монополии, поддерживавшиеся связанными с органами власти организованными преступными группами, происходило присвоение до 2/3 стоимости продукта, создаваемой в производственной сфере. Потребители вынуждены были переплачивать до 100% от реальной цены товаров, сверхдоходы от продажи которых шли на поддержание этих организационных монополий.
  
  Выше уже говорилось об обесценении сбережений граждан вследствие крупных финансовых махинаций строителей финансовых пирамид. В результате было утрачено доверие населения к ценным бумагам, резко усилилась долларизация экономики, оказался блокированным важный механизм экономического роста, обеспечивающий трансформацию сбережений населения в производственные инвестиции. В результате сильной криминализации процесса массовой приватизации госимущества и ориентации его участников на спекулятивные сверхдоходы оказалась подорванной мотивация собственника средств производства, играющая ключевую роль в обеспечении экономической активности в рыночной экономике. Организаторы приватизационной кампании и их коммерческие партнеры ориентировались не на эффективное использование приватизированных средств производства, а на спекулятивные сверхдоходы от перепродажи явно заниженных акций предприятий. Спустя несколько лет после завершения кампании массовой приватизации, в отношениях собственности сохраняется хаос, до 2/3 крупных и средних предприятий не имеют ответственного собственника [55].
  
  Резкий разрыв хозяйственных связей, произошедший в ходе приватизационной кампании, повлек за собой быстрый рост трансакционных издержек и разрушение сложных форм научно-производственной кооперации, свертывание производства высокотехнологических товаров в условиях неблагоприятной макроэкономической среды. Хаотическое и неопределенное состояние микроэкономической среды провоцирует коррупцию среди хозяйственных руководителей, разрушает базовые механизмы организации труда и производства. Вследствие этих процессов возникли серьезные нарушения в глубинных мотивационных механизмах производительной деятельности. Разорвана связь между добросовестным трудом, его квалификацией и общественной значимостью, с одной стороны, и величиной зарплаты, уровнем благосостояния и общественным статусом - с другой стороны.
  
  В то же время криминализация экономических отношений, коррупция, резкая дифференциация населения и переток общественного богатства в пользу организаторов финансовых "пирамид" и приватизации госсобственности закрепили деструктивные стереотипы предпринимательского поведения, ориентированного не на созидательную творческую деятельность, а на присвоение ранее созданного богатства. Разрушены базовые смысловые ценности, регулирующие созидательную деятельность человека. Быстрое обогащение жуликов, мошенников, членов организованных преступных групп, коррумпированной части чиновничества, а также спекулянтов на фоне повального обнищания подавляющего большинства занятых общественно-полезным производительным трудом, деморализовало общество. Люди потеряли ориентиры в резко изменившейся жизненной среде, перестали различать базовые понятия добра и зла, утратили стимулы к добросовестному труду, повышению уровня культуры и квалификации. Криминализация приватизационной кампании, рынка ценных бумаг, торговли предопределили высокую долю теневых операций в спекулятивном секторе. На фоне резкого перераспределения доходов и экономической активности в его пользу и сокращения производственной сферы, ее подчиненного положения это привело к быстрому росту теневого сектора в экономике в целом, доля которого достигла четверти всей экономической активности. Это в свою очередь повлекло за собой быстрое сокращение доходов государственного бюджета и еще большее ослабление государства в результате бюджетного кризиса.
  
  Эти контуры негативных причинно-следственных зависимостей обусловили сочетание процессов спада производства, сокращения доходов населения, снижения инвестиционной и инновационной активности, образуя самовоспроизводящийся механизм экономического кризиса. С прекращением роста инфляции и замедлением спада производства в 1997 г. "придворные" экономисты заговорили о макроэкономической стабилизации и переходе к экономическому росту.
  
  Между тем структура экономических оценок, которая определяет в условиях рыночной экономики направления ресурсных потоков, характеризовалась крайне неблагоприятным для отечественных товаропроизводителей соотношением цен на сырье и готовые изделия, а также обменным курсом рубля, многократный рост которого в реальном выражении основательно подорвал конкурентоспособность российской промышленности. При продолжавшейся депрессии производственной сферы и сокращении инвестиций видимость стабилизации в экономике поддерживалась путем искусственного связывания "горячих денег" в спекулятивном секторе за счет наращивания "пирамиды" государственного долга. Для сохранения такого равновесия приходилось гарантировать высокую доходность вложений в "пирамиду" государственного долга, Однако, поддерживая высокую доходность спекулятивных операций (около 30% годовых в реальном выражении) на фоне снижающейся рентабельности ( 7%) и сохраняющихся высоких рисков финансирования производственных предприятий, государство заблокировало приток капитала в производственную сферу. Осуществление инвестиций было невыгодным, поддерживалась глубокая дезинтеграция экономики.
  
  Неудивительно, что вопреки ожиданиям правительства, несмотря на снижение инфляции, снижение инвестиций продолжалось. После четырехкратного спада инвестиций в 1992-1996 гг. в 1997 г. они вновь снизились на 5%, в первом полугодии 1998 г. спад продолжился с темпом 7%. В 1997 г. была достигнута лишь видимость равновесия, которое не могло быть устойчивым и поддерживалось за счет наращивания внешних займов, т.е. за счет будущих доходов. Это наглядно видно по соотношению параметров, характеризующих равновесное состояние (данные приводятся в реальном выражении, очищенном от инфляции): - ставки доходности по государственным обязательствам - 30-40%; - ставка рефинансирования Центрального банка - 30-40%; - процент по коммерческим кредитам - 40-60%; - рентабельность в производственной сфере - 5-7%; - загрузка производственных мощностей в промышленности - около 40%; - уровень безработицы, с учетом скрытой - 10-15%; - инфляция - около 10%. Это равновесное состояние вплоть до краха финансовой пирамиды ГКО-ОФЗ поддерживалось следующими денежными потоками (в деноминированных рублях).
  
  Кругооборот капитала в спекуляциях с государственными краткосрочными обязательствами - ежемесячный приток средств на обслуживание пирамиды ГКО в объеме 30-40 млрд. руб. обеспечивался главным образом новыми займами, что предопределяло продолжение лавинообразного роста пирамиды ГКО с темпом 1,3 - 1,5 раза в год.
  
  Поддержание пирамиды ГКО за счет денежной эмиссии - прирост денежной массы в основном направлялся на приобретение иностранной валюты для обслуживания инвестиций иностранных спекулянтов в пирамиду госдолга, в приобретение государственных обязательств Центробанком напрямую или в рефинансирование коммерческих банков под залог государственных облигаций.
  
  Поддержание пирамиды ГКО за счет притока иностранного капитала - доля нерезидентов в портфеле государственных обязательств достигла примерно 30% или порядка 20 млрд. долл. Центробанк обеспечивал трансформацию иностранного капитала в пирамиду ГКО через эмиссию рублей на приобретение иностранной валюты.
  
  Прямой отток капитала из производственной сферы в финансовые спекуляции - за 4 года (1993-1996 гг.) реальный объем денежной массы М2 снизился почти вдвое, в то время как остатки средств на счетах предприятий упали в пять раз.
  
  Переток денег из производственной сферы и доходов граждан в пирамиду ГКО через федеральный бюджет - средние ежемесячные расходы бюджета на обслуживание внутреннего государственного долга составляли 3,5 млрд. руб. при средних налоговых поступлениях 16-18 млрд. руб.С достижением пределов роста пирамиды ГКО и оттоком спекулятивного капитала за рубеж расходы бюджета на ее поддержание достигли 3,5-4,0 млрд. руб. в неделю.
  
  Компенсация оттока денег из производственной сферы взаимозачетами и неплатежами - ежемесячный рост просроченной задолженности на 4,2 млрд. руб. (или 2% от ВВП), рост налоговых недоимок в федеральный бюджет.
  
  Отток сбережений населения в пирамиду ГКО через Сбербанк - доля государственных обязательств составляла основную часть активов Сбербанка, то есть большая часть рублевых сбережений граждан оказалась связанной в пирамиде ГКО.
  
  Очевидно, что чем дольше сохранялось такое состояние равновесия, тем хуже становилось состояние производственной сферы и инвестиционной активности. Падение инвестиций на 6% и рост просроченной кредиторской задолженности в 1,5 раза, рост убытков в производственной сфере на 30%, или на 103,7 млрд. руб. в 1997 г. по сравнению с предыдущим годом, и неплатежеспособность 60% производственных предприятий - очевидная расплата за поддержание этого состояния равновесия. Сохранение этого равновесия в 1998 г. требовало увеличения долговых обязательств на сумму более 110 млрд. руб., а также прямых расходов федерального бюджета на обслуживание государственного долга в объеме 124,1 млрд. руб., утвержденных законом о федеральном бюджете на 1998 год. Неудивительно, что оно оказалось взорвано внутренним перенапряжением экономической системы.
  
  Резкое несоответствие сложившегося соотношения экономических оценок и производственно-технологической структуры экономики делало нереальным переход к экономическому росту в рамках проводившейся макроэкономической политики, предопределяло дальнейший рост безработицы и падение уровня жизни. Продолжение такой политики влекло за собой углубление отмеченного несоответствия, сопровождавшись дальнейшим ухудшением финансового положения производственной сферы, углублением дезинтеграции экономики и утратой возможностей привлечения инвестиций в ее реструктуризацию на новой технологической основе. Крах финансовой пирамиды государственных обязательств разрушил сложившееся состояние равновесия на финансовом рынке и в экономической системе. В зависимости от принимаемых мер новое соотношение экономических оценок может быть более или менее благоприятным для оживления производства и экономического роста.
  
  Девальвация рубля и снижение доходности реструктурированных ГКО несколько улучшили положение отечественных производителей. В то же время снижение доходов населения, неплатежеспособность многих коммерческих банков, взлет процентных ставок ухудшили возможности расширения производства. В этих условиях баланс позитивных и негативных изменений, связанных с переходом к новому состоянию экономической системы после краха финансовой "пирамиды" государственных обязательств, зависит от экономической политики государства. С одной стороны, кризис дает шанс выйти на новое состояние экономического равновесия, благоприятное для экономического роста. С другой стороны, кризис может перейти в новую, более глубокую фазу разрушения производительных сил. В решающей степени выбор одной из этих двух траекторий дальнейшего развития страны зависит от способности правительства и Центрального банка организовать правильную антикризисную политику.
  
  
  2.2. Структурные изменения
  
  
  Ссылка на структурные диспропорции российской экономики является часто используемым аргументом в объяснении причин резкого сокращения производства при радикальной либерализации экономики. Даже в официальных экономических программах данный аргумент констатируется как очевидный факт [56], в них говорится и о "невостребованности рынком" значительной части производимых товаров, о несоответствии структуры спроса и структуры предложения товаров, их низкой конкурентоспособности и пр. Между тем расчеты, проведенные Институтом народнохозяйственного прогнозирования РАН, этого не подтверждают: даже без каких-либо принципиальных нововведений по реформированию экономики в 1991-1994 гг. спад производства не превысил бы 1-4% в год [57].
  
  Серьезные структурные диспропорции, образовавшиеся в годы директивного управления народным хозяйством и затрудняющие экономическое развитие страны, несомненно, существуют. Они не сводятся, однако, к дисбалансу спроса и предложения или к проблеме низкой конкурентоспособности отечественной продукции по сравнению с импортными аналогами, а коренятся в закономерностях воспроизводства технологической и институциональной структуры директивно управляемой экономики, в результате чего возникла ее технологическая многоукладность и нарастающее технологическое отставание. В отличие от рыночной экономики, где замещение технологических укладов сопровождается перераспределением ресурсов из воспроизводственных контуров старого технологического уклада в расширение нового, модернизацией производственного потенциала на новой технологической основе, в директивно управляемой экономике становление новых технологических укладов происходило при сохранявшемся воспроизводстве предыдущих, которое обеспечивалось соответствующими производственно-ведомственными системами.В результате сложилась специфическая ситуация воспроизводящейся технологической многоукладности народного хозяйства, которая влекла за собой нарастание технологических диспропорций, замедление прогрессивных технологических сдвигов и общих темпов роста экономики [54].
  
  Технологическая многоукладность была характерна еще для дореволюционной России, где она сложилась в ходе сверхбыстрой индустриализации страны в конце прошлого - начале нынешнего века [58]. Последовавшая в 30-е годы реиндустриализация страны была организована на основе главным образом технологий третьего технологического уклада, который к тому времени уже достиг пределов роста в развитых странах. Быстрое расширение производств четвертого технологического уклада началось лишь в начале 40-х годов в связи с необходимостью подъема оборонной промышленности. Однако восстановление народного хозяйства после войны вновь было ориентировано на воспроизводство прежней технологической структуры. Только с конца 50-х годов была продолжена линия на становление четвертого технологического уклада путем реализации ряда программ химизации народного хозяйства. Становление пятого (современного) технологического уклада началось в СССР практически одновременно с развитыми капиталистическими странами.
  
  Однако развитие составляющих его производств происходило при продолжающемся расширенном воспроизводстве четвертого и третьего технологических укладов и было ориентировано в основном на потребности военно-промышленного комплекса. Связанность большей части ресурсов в расширяющихся контурах третьего и четвертого технологических укладов сдерживала развитие пятого. Его расширение происходило в пределах централизованного распределения приростов экономических ресурсов крайне медленно по сравнению с развитыми странами, ограничиваясь, главным образом, военно-промышленным комплексом. Накопление структурных диспропорций, обусловленных воспроизводящейся технологической многоукладностью народного хозяйства, предопределило замедление экономического роста СССР и стагнацию уровня жизни в 80-е годы.
  
  Для преодоления этих тенденций было предпринято несколько попыток реформирования системы управления экономикой страны. Однако устойчивость производственно-ведомственных структур обеспечивала продолжение инерционного распределения ресурсов по воспроизводственным контурам сложившихся технологических укладов и блокировала попытки структурной перестройки экономики. Это во многом обусловило радикализацию экономической реформы в 1991-1992 гг. Сопровождавшая этот переход переориентация экономической реформы на политические цели затмила проблемы структурной перестройки экономики. При либерализации экономики, в отсутствие сложившихся точек экономического равновесия и каких-либо направляющих воздействий со стороны государства, произошло спонтанное разрушение воспроизводственных контуров всех существовавших технологических укладов, сопровождавшееся распадом составлявших их технологических цепочек и сложившихся кооперационных связей.
  
  Начиная с 1992 г. наблюдается резкий перелом тенденции постепенного роста четвертого технологического уклада и обвальный спад показателей его развития. С 1990 г. по 1994 г. по уровню развития четвертого технологического уклада российская экономика "скатилась" до уровня 1974 г. (т. е. на 20 лет). По другим оценкам [59], доля продукции четвертого технологического уклада уменьшилась в 1990-1995 гг. в производстве промышленных товаров для населения с 52 до 42%, в аграрном комплексе - с 38 до 27%, в строительстве - с 50 до 42%, на транспорте - с 62 до 58%. Резко увеличилось отставание в развитии пятого технологического уклада. Как видно по траектории его роста, если в 1990 г. уровень развития производств пятого технологического уклада в России был намного выше, чем в среднем в СССР, то в 1995 г. он опустился до уровня СССР в 1990 г. По другим оценкам [59], с 1990 г. по 1995 г. доля продукции пятого технологического уклада в валовом выпуске промышленной продукции упала в 3 раза (с 6 до 2%). К концу этого периода в машиностроении она составляла лишь 8% против 20% в начале, а в производстве промышленных товаров для населения - лишь 1 % против 4%. Снижение за это время относительного веса производств пятого технологического уклада в структуре экономики эквивалентно пятнадцатилетнему откату назад.
  
  Многократно возросло отставание от развитых стран, которые за последние пять лет совершили стремительный рывок в уровне развития пятого технологического уклада, провели на этой основе модернизацию экономики. О степени отставания России по уровню развития человеческого фактора от требований пятого технологического уклада свидетельствует огромный разрыв в удельных затратах на здравоохранение и образование между Россией и США. В здравоохранении такой разрыв достиг к 1995 г. 17 раз, в образовании - 7,7 раза. Государство не в состоянии обеспечить нормальный уровень воспроизводства человеческого потенциала, что делает невозможным устойчивое развитие в будущем. В этом же направлении действует продолжающаяся "утечка умов", которая выражается в отъезде нескольких десятков тысяч ученых и специалистов в год, нанося стране экономический ущерб, согласно оценкам по методике ООН, около 50 мрлд. долл.
  
  Наблюдаемые в России тенденции массового обесцененвания человеческого капитала и деградации человеческого потенциала подрывают главный источник научно-технического прогресса, а значит, и современного социально-экономического развития - интеллект и созидательную творческую активность людей. Эти тенденции противоположны глобальному процессу повышения уровня образования населения, роли творческого интеллектуального труда, формирования отношений социального партнерства и сотрудничества, который неразрывно связан с происходящими технологическими изменениями. Их закрепление повлечет за собой дальнейшее резкое снижение конкурентоспособности и утрату возможностей самостоятельного развития российской экономики, которая не сможет обеспечить необходимый для современного и новейшего технологических укладов уровень производительности труда, образования людей, качества жизни.
  
  Технологические сдвиги в экономике России в 1991-1998 гг. приобрели явно регрессивный характер, что за прошедшие шесть лет привело к быстрой деградации ее технологической структуры. При этом наиболее серьезный регресс охватил самые современные производства и выразился в "откате" страны по уровню их развития на 10-25 лет. Большинство производств готовой продукции, замыкающих воспроизводственный контур пятого технологического уклада, практически свернуто - их сокращение намного превышает спад производства других видов готовой продукции, произошло практически полное их вытеснение с внутреннего рынка импортными аналогами. Стремительное разрушение производств современного технологического уклада означает разрушение технологической основы устойчивого экономического роста и делает весьма затруднительным выход экономики из глубокой депрессии.
  
  Из теории известно, что экономический кризис и депрессия преодолеваются внедрением новых технологий, создающих новые производственные возможности, освоение которых обеспечивает переход к экономическому росту. Как правило, сокращение экономической активности в ходе структурного кризиса не приводит к свертыванию прогрессивных производств нового технологического уклада, имеющих высокий потенциал роста и способных стать локомотивами будущего экономического развития страны. В условиях общего экономического спада обычно наблюдается рост производства принципиально новых товаров, подъем инвестиционной и инновационной активности в перспективных направлениях. Происходит переток капитала из устаревших производств в новые, так как продолжение инвестиций в сложившихся направлениях оказывается более рискованным, чем инвестиции в нововведения [60]. При нормальном течении экономический кризис оживляющим образом влияет на технологическую и производственную структуру народного хозяйства, выбраковывая устаревшие и неэффективные производства, устраняя диспропорции и расчищая почву для экономического роста на современной технологической основе.Нынешнее состояние российской экономики отличается от классической депрессии, которая характеризуется повышенной инновационной активностью и "созидательным разрушением" [61] сложившейся технологической структуры, ее модернизацией на основе расширения нового технологического уклада и за счет этого - повышением эффективности и расширением разнообразия производства, что создает новые возможности для экономического роста.
  
  В России же, наоборот, спад производства в высокотехнологичных отраслях оказался намного больше среднего по промышленности. При этом наблюдается аномальная тенденция: темпы спада производства возрастают с повышением технического уровня отрасли. Более чем в 8 раз сократились расходы на научно-исследовательские и опытно-конструкторские разработки (НИОКР), составляя сегодня всего 0,7% ВВП. Резко снизилась инновационная активность предприятий. Если в конце 80-х годов доля промышленных предприятий, ведущих разработку и внедрение нововведений в СССР, составляла около 70%, то в 1992-1996 гг. она снизилась до 22,4 (в развитых странах эта доля обычно превышает 70%) [62]. Существенно упали показатели общей эффективности экономики: производительность труда снизилась на треть, на эту же величину увеличилась энергоемкость производства.
  
  Современная депрессия российской экономики - явная патология, характеризующаяся хаотическим распадом экономической системы, ее деградацией и упадком. Дезинтеграция российской экономики и распад некогда целостных воспроизводственных контуров на автономные элементы, частично встроившиеся во внешние воспроизводственные контуры, имеют негативные долгосрочные последствия. Утрата воспроизводственной целостности, разрушение основных элементов научно-промышленного потенциала, резкое сокращение масштабов научных исследований и разработок, доминирование в экономике внешних по отношению к ней воспроизводственных контуров означают не только потерю экономической самостоятельности, но и исчезновение внутренних источников устойчивого экономического роста, делают экономику уязвимой от состояния конъюнктуры мирового рынка и накладывают серьезные внешние ограничения на ее развитие.
  
  
  2.3. Вероятные тенденции долгосрочного развития российской экономики: инерционный сценарий
  
  
  Как показано выше, с реализуемой макроэкономической политикой связано формирование труднопреодолимых барьеров на пути подъема инвестиционной активности и экономического роста, обусловленных дезинтеграцией экономики, несоответствием структуры экономических оценок структуре производственно-технологической системы. Ее продолжение означает закрепление сложившихся тенденций ухудшения финансового положения производственной сферы, сокращения производства и инвестиций, закритического состояния экономической безопасности страны. Сохранение крайне низкого уровня производственных инвестиций приведет к неизбежному ускорению процессов деградации производственного потенциала страны, дальнейшего старения основных фондов, износ которых в промышленности уже составляет около 50%.
  
  Наиболее тяжелое положение складывается в основных отраслях, определяющих инвестиционный потенциал экономики: в машиностроении (износ более 50%), в химической промышленности (60%) и промышленности стройматериалов, где произошло 10-кратное снижение инвестиций к уровню 1991 г. [63]. Столь серьезное отставание в обновлении производственного потенциала в условиях структурных диспропорций делает невозможным формирование целостных воспроизводственных структур современного технологического уклада.
  
  Относительно устойчиво будут развиваться те производственно-технологические структуры, которые окажутся встроенными во внешние воспроизводственные контуры либо в качестве источников сырья, материало- и энергоемких полуфабрикатов, либо в качестве конечных элементов глобальных воспроизводственных контуров, обслуживающих потребление импортируемой готовой продукции. О вероятной структуре нового состояния равновесия российской экономики можо судить по нынешней структуре капитальных вложений, в которой почти 2/3 всех инвестиций в промышленность приходится на топливно-энергетический комплекс [64]. Существующие тенденции дезинтеграции экономики и поглощения ее остающихся элементов внешними воспроизводственными контурами позволяют предположить следующие структурные характеристики будущей российской экономики.
  
  Наибольший вес будут иметь экспортно-ориентированные отрасли топливно-энергетического и химико-металлургического комплексов (прежде всего, газовая промышленность и цветная металлургия), сфера услуг (прежде всего, торговля импортными товарами, обслуживание валютных операций, финансовых рынков). Из ориентированных на внутренний рынок отраслей обрабатывающей промышленности умеренно развитыми останутся отрасли пищевой, деревообрабатывающей и целлюлозно-бумажной промышленности, резко уменьшится машиностроение, которое в основном локализуется в оборонной промышленности и отдельных отраслях машиностроения, работающих с импортными комплектующими. Наукоемкая промышленность, за исключением отдельных конкурентоспособных сегодня отраслей (атомная промышленность, ракетостроение), в основном, лишится места на рынке и прекратит существование.
  
  Как было показано во второй части книги, такая структура экономики обрекает страну на глубокую внешнюю зависимость и неэквивалентный внешнеэкономический обмен, при котором в оплату интеллектуальной ренты, содержащейся в цене поступающих по импорту готовых изделий, идет экспорт невозобновляемых природных ресурсов. В результате образующаяся в российской экономике природная рента используется для финансирования научно-технического прогресса и экономического роста за рубежом.
  
  Моделирование тенденций эволюции экономики России показывает, что она стремится к состоянию, которое может быть определено как состояние необратимой экономической дезинтеграции, характеризуемое включением элементов сохранившихся производственно-технических систем во внешние воспроизводственные контуры, свертыванием от 1/2 до 2/3 имеющегося научно-производственного потенциала, высвобождением до 1/3 численности занятых, установлением внешнего контроля над наиболее ценными запасами природных ресурсов, утратой основных внутренних факторов современного экономического роста и способности к самостоятельному устойчивому развитию.
  
  Депрессивное состояние экономики создает серьезную угрозу геополитическому положению России. Как уже говорилось, в результате произошедшего спада российская экономика по объему валового продукта в 10 раз уступает США, в 5 раз - Японии и Китаю, почти в 3 раза - Германии, оказавшись отброшенной во вторую десятку государств современного мира [65]. Это касается абсолютных масштабов экономики. По объему производства на душу населения Россия оказалась в одном ряду с Таиландом, Колумбией, слаборазвитыми государствами Южной и Северной Африки. Едва ли при таком уровне экономической активности удастся поддерживать приемлемый уровень государственных расходов, необходимых для обеспечения социальной защиты, национальной безопасности, единого экономического пространства, научно-технического прогресса. Растущее несоответствие между сужающейся доходной базой бюджета и минимально необходимыми государственными расходами ведет к обострению бюджетного кризиса, возможности смягчения которого в рамках проводимой экономической политики исчерпаны.
  
  Выше было показано, что дальнейшее использование государственных займов на внутреннем рынке затруднено уже накопленной пирамидой государственного долга, втянувшей практически все свободные кредитные ресурсы. Дополнительные займы на внешнем рынке затруднены низким доверием инвесторов к платежеспособности российского правительства и рекордной величиной уже накопленного внешнего долга. Крах вышедшей за пределы устойчивости финансовой пирамиды государственных краткосрочных обязательств надолго опустил кредитный рейтинг России до "африканского" уровня. В этой ситуации для привлечения новых займов в целях смягчения бюджетного кризиса потребуются дополнительные гарантии. Пожалуй, единственной оставшейся в распоряжении государства формой их обеспечения являются права на использование месторождений природных ресурсов.
  
  И без того кризисное экономическое и финансовое состояние страны резко ухудшилось после неуклюжих и запоздалых решений правительства и Центрального банка о принудительной реструктуризации государственных обязательств, временном прекращении возврата полученных из-за рубежа ссуд. Недостатком последовавших после коллапса финансовой системы 17 августа 1998 г. антикризисных мероприятий была их бессистемность, что резко снижало действенность вынужденных мер по предотвращению оттока капитала и усилило вероятность дальнейшего углубления кризиса. В частности, остались не перекрытыми такие широко используемые каналы бегства капитала, как тезаврация сбережений в долларах, накопление денег на валютных счетах предприятий, неперечисление валютной выручки от экспорта. Фактически своими действиями по рекламе стабильности валютообменных операций на внутреннем рынке Центральный банк спровоцировал резкое усиление тенденций долларизации экономики, что еще более усиливает давление на рубль и ведет к его дальнейшей девальвации и росту цен. Вследствие роста цен, при отказе правительства и работодателей индексировать зарплату, а также быстрого роста задолженности по зарплате усиливается социальная напряженность, нарастают политические конфликты.
  
  Ситуация будет усугубляться неспособностью ставших неплатежеспособными банков вернуть вклады населению. Обычно в такой ситуации под давлением массовых выступлений протестующего населения власти вынуждены принимать одно из следующих решений: 1) включить печатный станок 2) перейти к репрессиям против доведенного до отчаяния населения, 3) осуществить быстрый поворот к мобилизационной экономике.
  
  Первое решение в условиях саморазрушения финансовой системы вслед за временным облегчением вскоре повлечет за собой быструю раскрутку самоусиливающихся механизмов гиперинфляции, дальнейшее нарастание хаоса и дезорганизации производства, углубление социально-экономического кризиса, переходящего в катастрофу.
  
  Второе решение вследствие низкого авторитета и слабой легитимности федерального правительства натолкнется на сопротивление региональных властей и вызовет резкое обострение сепаратистских тенденций, чреватых разрушением единого государства. И в первом, и во втором случае события будут разворачиваться по "индонезийскому сценарию", и очень скоро страна столкнется с резким обострением социально-экономического кризиса, чреватым очередной общенациональной катастрофой.
  
  Остается только одно приемлемое решение - третье - переход к мобилизационной экономической политике. Ее основные элементы:
  
  - мобилизация всех источников бюджетных доходов неналогового характера (декоммерциализация Центрального банка, перевод его на сметное финансирование и перечисление всей его прибыли в бюджет; введение госмонополии на экспорт природного газа, импорт алкоголя и сигарет; увеличение рентных платежей с использования месторождений природных ресурсов; повышение эффективности управления госсобственностью);
  
  - централизация валютных резервов страны, дедолларизация банковской системы, резкое ужесточение валютного регулирования и контроля;
  
  - ужесточение контроля за ценообразованием и поставками в отраслях естественных монополий вплоть до их ренационализации;
  
  - ориентация денежно-кредитной политики на поддержание производства с соответствующим регулированием ставок процента и денежных потоков;
  
  - решительное подавление организованной преступности, очищение госаппарата от казнокрадов и лихоимцев;
  
  - ренационализация предприятий-банкротов, необходимых для жизнеобеспечения страны;
  
  - твердая защита законноприобретенных прав частной и государственной собственности и развитие конкуренции, жесткое пресечение организационных монополий в торговле, очистка товаропроводящей сети от криминала;
  
  - принятие мер по защите внутреннего рынка и стимулированию конкурентоспособности отечественных товаропроизводителей;
  
  - проведение активной промышленной, структурной и научно-технической политики.
  
  Для осуществления мобилизационного варианта необходима политическая воля. Если же и на этот раз вместо необходимых антикризисных мер продолжится балансирование между интересами международного капитала и внутренней олигархии, то на следующем этапе углубления кризиса и нарастания хаоса правительству придется применять совсем радикальные меры: национализировать банки, естественные монополии и жизнеобеспечивающие предприятия, экономически "закрывать" страну, силой наводить порядок. При продолжении проводившейся экономической политики следует ожидать нарастания присущих ей тенденций сокращения производства, деградации его структуры, роста безработицы и обесценения человеческого капитала, обострения бюджетного и долгового кризиса.
  
  На фоне экономического роста в мире и в странах - внешнеэкономических партнерах России, многие из которых устойчиво развиваются с темпом свыше 5% в год, происходящей интернационализации экономики и роста роли транснациональных корпораций, это приведет к глубокой внешнеэкономической зависимости России, доминированию иностранного капитала в российской экономике. Произойдет необратимая утрата основных внутренних факторов устойчивого экономического роста - интеллектуального и научно-производственного потенциала, адекватного требованиям современного технологического уклада. Неизбежная при сохранении сложившихся тенденций неплатежеспособность российского государства в этой ситуации с высокой вероятностью будет означать фактическую утрату национального суверенитета России как целостного государства, ее дезинтеграцию, установление контроля транснационального капитала над ее экономическим пространством, включая недра, и протектората заинтересованных иностранных держав и их международных организаций над ее регионами. Альтернативой этой политике является ориентация на активизацию конкурентных преимуществ российской экономики, создание необходимых предпосылок ее роста на основе распространения производств современного технологического уклада, характеризуемая ниже как "стратегия экономического роста".
  
  3. Стратегия экономического роста
  
  Обеспечение экономического роста в условиях переходной экономики требует согласованного решения задач формирования технологической, институциональной и организационной структур, способных соединить все необходимые элементы в целостные воспроизводственные контуры роста современного технологического уклада, создать условия для модернизации и повышения эффективности экономики. Должна быть создана благоприятная для подъема инвестиционной и инновационной активности макроэкономическая среда и сформированы адекватные мотивы предпринимательского поведения на микроуровне.
  
  Экономическая политика должна стать комплексной и системной, включать в себя не только монетарную политику, но также инвестиционную, структурную, промышленную, внешнеторговую, научно-техническую и прочие составляющие, необходимые для создания предпосылок экономического роста в сложившихся условиях. Она должна обеспечить преодоление дезинтеграции экономической системы, трансформацию сбережений в инвестиции, восстановление нормального платежного оборота, стимулирование инновационной активности и структурной перестройки экономики, ее модернизации на современной технической основе и повышение конкурентоспособности российских производственных структур, социальную ориентацию экономики, создание системы социальных гарантий и социальной защиты.
  
  При формировании экономической политики необходимо также учитывать произошедшую дезинтеграцию экономики, что предопределяет необходимость дифференцированного подхода к каждому из ее секторов. Для нейтрализации негативных последствий этой дезинтеграции и восстановления нормального воспроизводственного процесса должны быть предприняты специальные меры по обеспечению основных потоков оборота капитала: сбережения - производственные инвестиции - рост продукции - рост заработной платы и прибыли - рост сбережений и накоплений; амортизационные отчисления - производственные инвестиции.
  
  Специальные меры должны быть предприняты и для восстановления взаимосвязи между спросом населения и предложением отечественных товаров: восстановление доходов и сбережений населения, их трансформация в спрос на отечественные товары, загрузка простаивающих мощностей, рост заработной платы и спроса населения. Экономическая политика государства должна ориентироваться на реализацию конкурентных преимуществ российской промышленности. Мировой опыт успешных структурных изменений в экономике доказывает, что ключевым аспектом структурной перестройки должна стать поддержка тех областей национальной экономики, которые могут быть носителями экономического роста в масштабах мирового рынка [66].
  
  Несмотря на колоссальные разрушения, российская экономика все еще обладает комплексом конкурентных преимуществ. Это, прежде всего:
  
  - высокий уровень образования населения и духовные традиции, ориентирующие людей на созидательный творческий труд, социальную справедливость и партнерство, самореализацию личности в интересах общества;
  
  - богатые природные ресурсы, обеспечивающие большую часть внутренних потребностей в сырье и энергоносителях;
  
  - огромная территория и емкий внутренний рынок, обеспечивающие широкое разнообразие жизнедеятельности и потребностей населения;
  
  - дешевизна рабочей силы в сочетании с достаточно высоким уровнем ее квалификации;
  
  - развитый научно-промышленный потенциал, наличие серьезных технологических разработок по ряду направлений современного и новейшего технологических укладов;
  
  - наличие собственных научных школ и уникальных передовых технологий, практическое приложение которых сможет обеспечить развитие конкурентоспособных производств в масштабах мирового рынка;
  
  - значительные масштабы свободных производственных мощностей, позволяющие наращивать производство продукции с относительно незначительными издержками;
  
  - имеющийся опыт экспорта продукции с высокой добавленной стоимостью и производственной кооперации на рынках многих стран (прежде всего СНГ, Азии, Восточной Европы).
  
  Активизируя данные преимущества, можно повернуть в свою пользу баланс национальных интересов и интересов транснационального капитала как на внутреннем рынке, так и на перспективных для России нишах мирового рынка. Это предполагает решение соответствующих задач экономической политики. В области развития технологий стоит задача формирования производственно-технологических систем современного и следующего за ним новейшего технологического уклада и стимулирования их роста вместе с модернизацией смежных производств. Для этого должны быть решены проблемы создания на основе уже накопленного научно-промышленного потенциала конкурентоспособных на мировом рынке предприятий, стимулирования быстрого распространения технологий современного технологического уклада, развертывания системы подготовки кадров необходимой квалификации, защиты внутреннего рынка и поощрения экспорта перспективной отечественной продукции.
  
  Одновременно должны быть созданы условия для опережающего становления новейшего технологического уклада, включающие государственную поддержку соответствующих фундаментальных и прикладных исследований, развертывание инфраструктуры подготовки кадров необходимой квалификации, создание необходимой информационной инфраструктуры, а также системы защиты интеллектуальной собственности.
  
  В институциональной области стоит задача формирования такого хозяйственного механизма, который обеспечил бы перераспределение ресурсов из устаревших и бесперспективных производств в производственно-технологические системы современного и новейшего технологических укладов, концентрацию ресурсов в точках его роста, модернизацию экономики, повышение ее эффективности и конкурентоспособности на основе распространения новых технологий. Решению этой задачи должны быть подчинены меры по приватизации госпредприятий, регулирование внешней торговли, финансовая, кредитная, промышленная, научно-техническая, образовательная и другие составляющие социально-экономической политики.
  
  Те же цели должны определять политику в области совершенствования организационно-производственной структуры экономики. Важно стимулировать такие формы интеграции финансовых, производственных, торговых, научно-исследовательских и образовательных организаций, которые могли бы устойчиво развиваться в условиях жесткой международной конкуренции, обеспечивать непрерывное повышение эффективности производства на основе своевременного освоения новых технологий.
  
  Макроэкономическая политика должна обеспечивать благоприятные условия для решения перечисленных задач, гарантируя выгодность производственной деятельности, хороший инвестиционный и инновационный климат, поддержку конкурентоспособности отечественных товаропроизводителей. Необходимо преодолеть дезинтеграцию экономики, нормализовать денежное обращение и оборот капитала в производственной сфере, поддерживать благоприятные для развития нового технологического уклада ценовые пропорции и другие параметры хозяйственного механизма.
  
  На микроуровне необходимо восстановить связь между созидательной общественно-полезной деятельностью и заработной платой, доходами и производством потребительских благ, сбережениями и инвестициями, создать условия, стимулирующие конструктивную мотивацию предпринимательской деятельности, направленной на повышение эффективности производства, внедрение прогрессивных нововведений и освоение современных технологий, изготовление качественных потребительских и общественных благ, трансформацию доходов в производственные капиталовложения.
  
  Наряду с созданием необходимых общих условий для экономического роста необходимы специальные меры по разрыву охарактеризованных выше зависимостей, обусловливавших дезинтеграцию экономики. Эти меры должны обеспечить преодоление разрыва между производственной и финансовой сферами, выравнивание ценовых пропорций, повышение спроса на товары отечественного производства, резкий подъем инвестиционной активности, реконструкцию экономики на основе современного технологического уклада. Исходя из перечисленных задач и принципов можно сформулировать предложения по переходу к политике устойчивого экономического роста в сложившихся условиях.
  
  Учитывая крах финансовой системы из-за кризиса государственного долга и платежного баланса, эти предложения состоят из двух частей: антикризисных мер и условий экономического роста. При этом в отличие от прежнего подхода, исходившего из утопической схемы первичности стабилизации финансового рынка, вслед за которой должно наступить оживление производства, этот подход исходит из системного видения кризиса, содержит комплекс мер, направленных одновременно на оживление производства, выживание населения, подъем инвестиций и стабилизацию финансов. Прежний подход исходит из неприемлемости нарушения долговых обязательств правительства (даже перед Центральным банком, как частной структурой), второй - из неприемлемости вымирания и деградации населения, отказа от национального суверенитета страны.
  
  Соответственно, для первого подхода главными направлениями антикризисной политики являются сокращение государственных расходов и внешние займы, для второго - реструктуризация долговых обязательств и мобилизация неналоговых доходов в бюджет за счет принадлежащих государству источников, подъем инвестиций и оживление производства. Адекватный подход к преодолению последствий коллапса финансовой системы требует соответствующих мер по устранению его причин - выходу из долгового кризиса, оживлению производственной деятельности и восстановлению необходимого уровня инвестиционной активности. Для этого крах финансовой пирамиды государственных обязательств должен быть использован для резкого изменения ценовых пропорций в направлении улучшения финансового положения и конкурентоспособности производственной сферы. В то же время антикризисные меры должны придать экономической системе устойчивость и высокий запас прочности в отношении каких-либо внутренних или внешних дестабилизирующих факторов.
  
  Требования, которые сегодня должны быть предъявлены к экономической политике, очень высоки. Расчеты показывают, что после обвального сокращения производства и инвестиций, для нейтрализации нарастающей волны выбытия основных фондов необходимы экстраординарные усилия по не менее, чем четырехкратному увеличению объема ежегодных инвестиций в обновление и развитие производственного потенциала страны [74]. При этом инвестиции должны быть качественными - они должны повышать конкурентоспособность отечественного производства и открывать новые возможности для экономического роста в масштабах мировой экономики.
  
  Для вывода страны на траекторию устойчивого развития, преодоления инерции спада производства и разрушения научно-промышленного потенциала, темпы роста валового внутреннего продукта должны составлять не менее 5% в год, инвестиционной активности - не менее 15% в год, включая инвестиции в наукоемкую промышленность и новые технологии - до 20% в год, заработной платы - 12% в год, эффективности производства - не менее, чем 10% в год при ограничении инфляции до 25% в год. Несмотря на кажущуюся амбициозность таких ориентиров (по сравнению с пессимизмом правительственной программы, обещавшей оживление производства с темпом роста 1% в расчете на год), они являются минимально необходимыми для преодоления тенденций деградации производственного и человеческого потенциала страны.
  
  Выше уже обсуждались потенциальные возможности достижения весьма высоких по сравнению с нынешней депрессией темпов экономического роста. Прежде всего это несвязанные сбережения, простаивающие производственные мощности, незанятые трудоспособные граждане, неиспользуемый научно-технический и интеллектуальный потенциал, вывезенный капитал, неосвоенные природные ресурсы, незадействованные инструменты государственного регулирования экономики. Норма сбережений в России остается одной из самых высоких в мире: более четверти ВВП. В то же время норма накопления - почти вдвое ниже. Инвестиционный потенциал страны используется на 1/3.
  
  Еще один резерв - улучшение использования имеющегося производственного потенциала. Загрузка производственных мощностей в промышленности сейчас не превышает 40% [67]. Мы забыли про интеллектуальный и творческий потенциал наших людей, который продуктивно используется едва ли более чем на несколько процентов. Если эти ресурсы использовать и обеспечить реализацию перечисленных выше конкурентных преимуществ нашей экономики, указанные параметры экономического роста могут быть достигнуты. Чтобы такой поворот совершить, нужны кардинальные изменения в экономической политике государства, ее переориентация на стимулирование роста производства и инвестиций, резкое повышение эффективности работы институтов государственного регулирования экономики.
  
  Состав антикризисных мер необходимо существенно расширить, отказавшись от "легких" решений сокращения государственных расходов и увеличения внешнего долга. Это означает необходимость существенного увеличения бюджетных доходов, реструктуризации государственных обязательств, повышения действенности валютного регулирования и контроля, а также применения комплекса мер, направленных на оживление производства, резкое повышение инвестиционной и инновационной активности, обеспечение выживания населения. Возможности для этого пока еще есть. Но чтобы их раскрыть, нужно решиться на действительно, как заявляет правительство, радикальные меры. Только не в отношении собственного населения и будущего страны, которые правящая олигархия пытается разменять на один - два года продления "статус-кво", а в переориентации экономической политики государства - с поддержания сверхдоходов финансовых спекуляций на стимулирование роста производства и инвестиций, реальных доходов населения. Для этого должна быть предпринята следующая система мер по преодолению кризиса и созданию необходимых условий для устойчивого социально-экономического развития страны.
  
  
  3.1. Антикризисные меры
  
  
  1. Прекращение саморазрушения финансовой системы, декоммерциализация Центрального банка, преодоление долгового и бюджетного кризисов.
  
  Как было показано выше, главная непосредственная причина углубляющегося долгового кризиса связана с тем, что денежные власти - Минфин и Центробанк - выстроили финансовую "пирамиду" гособязательств с невиданной в мировой практике нормой доходности, исключающей возможность их погашения: ведь если берут в займы с намерением вернуть, то процент за кредит не должен превышать темпа прироста доходов. В случае с ГКО все наоборот: размещение обязательств с доходностью в десятки процентов годовых в реальном выражении, проходило при отрицательных темпах роста экономики и сокращении доходной базы бюджета. При таком соотношении роста долговых обязательств и сокращения доходов заемщика неизбежно наступает его банкротство, что и произошло 17 августа 1998 г.
  
  Демонтаж механизма саморазрушения финансовой системы, созданного государственными органами регулирования, предполагает декоммерциализацию деятельности "денежных властей". Превалирование коммерческих интересов в органе, осуществляющем государственное регулирование денежного обращения, должно быть исключено. Необходимо, в частности, прекратить практику извлечения Центральным банком сверхприбыли за счет сооружения финансовых "пирамид" и других сверхприбыльных спекулятивных операций, подрывающих стабильность финансовой системы государства. В сложившихся условиях надо решить вопрос о перечислении всей прибыли Центрального банка в доход федерального бюджета. Ведь ее источник - государственная монополия регулирования денежного обращения и естественно требовать, чтобы доходы от осуществления этой монополии шли в казну, а не на обслуживание ведомственных интересов.
  
  Наряду с действиями правительства по повышению налоговой дисциплины, эффективности использования госимущества, расширению сферы действия вмененных налогов на малый бизнес, усилению государственного контроля за рынком алкогольной продукции, целесообразно восстановить экспортный тариф на вывоз природного газа, или, как это сделано во многих странах - ввести госмонополию на этот вид деятельности. Это позволило бы увеличить ежегодные доходы государственного бюджета на 30-50 млрд. руб.Строгое соблюдение Закона "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции" и реальное введение государственной монополии на импорт и оборот алкогольной продукции дали бы дополнительный доход - не менее 15 млрд. руб. в год. Кроме того, последовательное применение необходимых мер по защите внутреннего рынка, предусмотренных Законом "О государственном регулировании внешнеторговой деятельности", отмена необоснованных льгот в таможенном законодательстве позволили бы получить дополнительный доход до 30 млрд. руб. в год.
  
  Вместе с указанными выше мерами, это позволит на треть поднять доходы бюджета, существенно снизить издержки обслуживания госдолга, прекратить их рост. Это открывает возможность решить проблему преодоления бюджетного кризиса не прибегая к секвестру расходов, а также погасить имеющуюся задолженность государства перед предприятиями и населением.
  
  
  2. Повышение эффективности валютного регулирования и контроля.
  
  Наряду с очевидными мерами по ужесточению применения санкций в отношении нарушений валютного законодательства (в том числе, за несоблюдение ограничений на приобретение иностранной валюты исключительно на цели оплаты импортных контрактов и других разрешенных законом текущих операций) необходимо принять ряд серьезных решений по усилению защиты нашего финансового рынка от неблагоприятных колебаний мировой конъюнктуры: восстановить ограничения на вывоз капитала, ограничить сферу использования валютных счетов, провести централизацию валютных резервов. Последняя в зависимости от доверия общества к проводимой политике и его готовности ей содействовать может иметь разный масштаб. В случае ее ограниченности только банковской системой (конвертацией валютных банковских счетов в рублевые) объем валютных резервов Центрального банка может быть увеличен до 22-25 млрд.долл. Если дополнить эти меры дедолларизацией сбережений, находящихся "в чулках" у населения, объем валютных резервов превысит 50 млрд.долл., что позволит легко обеспечить устойчивую стабилизацию рубля на новом уровне обменного курса, который должен обеспечить поддержание конкурентоспособности не менее 2/3 отечественных товаропроизводителей, а также потребности поддержания платежного баланса.
  
  Централизация валютных резервов должна сопровождаться введением ограничений на использование валютных счетов предприятиями, восстановлением обязательной продажи валютной выручки экспортеров Центральному банку, введением ограничений на вывоз прибыли от операций на рынке ценных бумаг, установлением государственного контроля за экспортом основных сырьевых товаров, концентрацией валютной выручки на счетах в нескольких государственных банках, введением ограничений на импорт предметов роскоши, а также на вывоз иностранной валюты для оплаты услуг. В целях стимулирования дедолларизации сбережений населения целесообразно предусмотреть введение государственных гарантий по банковским вкладам физических лиц, совершенных в валюте и конвертированных в рубли при условии использования их соответствующими банками для кредитования развития производственной сферы и инвестиций. Комплекс этих мер позволит надежно зафиксировать обменный курс рубля на новом уровне на длительный срок, что крайне важно для прекращения ажиотажного спроса на валюту и бегства от рубля, предотвращения втягивания экономики в самоусиливающиеся механизмы "раскрутки" инфляции. При необходимости одновременно с девальвацией рубля до нового фиксированного уровня обменного курса можно пойти на временное "замораживание" внутренних цен, чтобы сдержать их резкое повышение и создать условия для наращивания внутренного производства, смягчив также снижение уровня жизни.
  
  Одновременно в целях предотвращения возникновения дефицита товаров первой необходимости, не производимых в нужном количестве внутри страны, придется временно (не более чем на год) восстановить механизм централизованного финансирования критического импорта. Для этого наряду с обязательной продажей экспортной выручки придется восстановить государственную монополию на экспорт газа. Необходимым условием организации эффективного валютного контроля является наведение порядка в главном органе валютного контроля - Центральном банке. Необходимо обеспечить прозрачность деятельности Центрального банка в отношении политики размещения валютных резервов, операций на открытом рынке в целях регулирования обменного курса рубля, усилить контроль за деятельностью дилеров Центрального банка, исключить возможность злоупотреблений в этой сфере.
  
  Учитывая нестабильную ситуацию на мировом финансовом рынке и необходимость дедолларизации российской экономики необходимо принять меры по повышению устойчивости структуры валютных резервов страны, их диверсификации, отказу от привязки рубля к доллару как в формировании валютных резервов, так и в политике регулирования и номинирования обменного курса. Целесообразно ввести ограничения на ввоз иностранной наличной валюты по установленным нормативам для физических лиц, при запрете на эти операции со стороны юридических лиц, за исключением Центрального банка. Одновременно желательно расширение практики использования рубля во внешнеторговых расчетах, а также в качестве резервной валюты в СНГ. Наряду с намерением правительства прекратить деятельность оффшорных зон на территории России, следует предусмотреть применение санкций в отношении коммерческих структур, нелегально вывезших капитал или ведущих платежно-расчетное обслуживание проводимой в России деятельности в зарубежных оффшорных зонах.
  
  
  3. Меры по созданию условий для оживления производства и инвестиционной активности, нормализации платежного оборота.
  
  Оздоровление финансовой системы и предотвращение угроз спонтанного углубления долгового и бюджетного кризисов, саморазрушения финансовой системы невозможно без дополнения антикризисной программы давно назревшими мерами в производственной и инвестиционной сфере. Необходимо добиться наконец:
  
  - исполнения Бюджета развития в части предоставления государственных гарантий под инвестиционные кредиты;
  
  - выполнения государственной инвестиционной программы;
  
  - прекращения импорта за счет государственного бюджета при наличии аналогичной продукции отечественного производства;
  
  - безусловного исполнения предусмотренных законом о федеральном бюджете обязательств по урегулированию проблемы просроченной задолженности по платежам в бюджет предприятий оборонной промышленности, образовавшейся из-за недофинансирования оборонного заказа. Необходимо поставить точку в процессе массовой приватизации госпредприятий с использованием инвестиционных конкурсов, так как неопределенность с правами собственности инвесторов, не выполнивших свои обязательства, блокирует развитие предприятий. Для этого следует провести инвентаризацию исполнения обязательств инвесторов, приобретших акции приватизированных предприятий на условиях инвестиционных конкурсов, и отменить сделки, по которым обязательства не выполнены.
  
  Наряду с характеризуемыми ниже мерами по изменению денежной политики должны быть проведены очевидные срочные меры по смягчению кризиса платежей, в том числе:
  
  - реструктуризация и списание накопленной задолженности по процентам за просроченные долги перед государственным бюджетом, снижение пеней и штрафов при условии своевременного выполнения текущих налоговых обязательств;
  
  - проведение взаимозачета и реструктуризации задолженности предприятий одновременно с созданием механизма взыскания просроченной задолженности с должников;
  
  - проведение секьюритизации и организация оборота просроченной дебиторской задолженности;
  
  - введение централизованной системы учета и переучета векселей Центральным банком, прежде всего, для наиболее крупных предприятий-держателей дебиторской задолженности;
  
  - создание необходимых условий для оборота залоговых инструментов, включая складские свидетельства.
  
  Преодоление платежного кризиса немыслимо без устранения накопившихся ценовых диспропорций, снижения цен на энергоресурсы, тарифов на электроэнергию, услуги транспорта и связи. Хотя это невозможно сделать за несколько месяцев, определенные меры по их смягчению могут быть приняты - как административные (замораживание или принудительное снижение соответствующих цен и тарифов), так и договорные (соглашения между энергетиками, транспортниками и потребителями их продукции).
  
  Предлагаемые радикал-либералами массовые банкротства неплатежеспособных предприятий нельзя рассматривать в качестве антикризисной меры - ее применение требует длительного времени, больших затрат и далеко не всегда дает положительный эффект с точки зрения последующего развития предприятия. Скорее как антикризисную следует рассматривать меру по национализации неплатежеспособных предприятий, имеющих стратегическое значение для экономики страны, с их последующей реструктуризацией, повышением эффективности работы.
  
  Несмотря на скудность нашего бюджета, можно было бы пойти на увеличение государственных закупок в целях обеспечения общественных нужд, модернизации жилищно-коммунального сектора, учреждений здравоохранения и образования, что стимулировало бы развитие производства. Положительный эффект дало бы введение системы общественных работ на принадлежащих государству объектах инфраструктуры с натуральной формой оплаты. Надо подумать о введении контроля правительства за закупками оборудования для государственных предприятий, прежде всего - естественных монополий, с целью их ориентации на закупки отечественного оборудования.Необходимо изжить, наконец, практику предоставления государственных гарантий под финансирование иностранных связанных кредитов при наличии аналогичной продукции отечественного производства, переориентировать политику предоставления государственных гарантий на поддержку отечественных инвесторов и закупку отечественного оборудования.
  
  Необходима активизация внешнеторговой политики:
  
  - применение мер по защите рынка в соответствии с Федеральным законом "О мерах по защите экономических интересов Российской Федерации при осуществлении внешней торговли товарами";
  
  - корректировка импортного тарифа с учетом возможностей импортозамещения в целях повышения загрузки простаивающих производственных мощностей отечественных товаров;
  
  - активное применение компенсационных пошлин, в том числе в отношении импорта продовольственных товаров, с целью выравнивания условий конкуренции на внутреннем рынке;
  
  - прекращение практики предоставления правительством льгот по уплате импортных пошлин, в том числе с ввозимых летательных аппаратов, других видов производимой в России техники, подакцизных товаров;
  
  - стимулирование экспорта, в том числе за счет резкого расширения практики предоставления государственных гарантий под экспортные кредиты;
  
  - ужесточение контроля за качеством импортируемых товаров, устранение практики делегирования функций государственного контроля качества иностранным организациям, недопущение каких-либо льгот импортерам в данной области. Перечисленные выше меры антикризисной политики направлены на преодоление долгового и бюджетного кризисов, повышение устойчивости рубля, овладение государством необходимыми функциями регулирования экономики, реанимацию производственного потенциала страны, недопущение массового голода и разрушения жизнеобеспечивающих систем страны. Вместе с тем они недостаточны для перехода к устойчивому экономическому росту. Для этого одновременно с осуществлением немедленных антикризисных мер должен быть реализован более обширный комплекс среднесрочных мер, характеризуемый ниже.
  
  
  3.2. Создание необходимых макроэкономических условий для устойчивого социально-экономического развития
  
  
  Исходя из перечисленных выше требований к экономической политике характеризуемые ниже меры по созданию необходимых условий устойчивого социально-экономического развития включают в себя: макроэкономические условия (создающие общие предпосылки для оживления производства и ориентированные на приведение системы экономических оценок в соответствие с задачами роста производства и инвестиций, формирование базовых механизмов экономического роста в условиях рыночной экономики) и специальные меры, нацеленные на преодоление дезинтеграции экономики и блокирование связанных с ней негативных взаимозависимостей и механизмов саморазрушения экономической системы, создание мощных инициирующих импульсов для вывода экономики из глубокой депрессии на траекторию экономического роста.
  
  Основные проблемы, которые сегодня блокируют экономический рост и которые должны быть решены в рамках макроэкономической политики, включают: несоответствие структуры экономических оценок требованиям безубыточности функционирования производственно-технологической структуры экономики, низкая конкурентоспособность предприятий производственной сферы, платежный кризис и расстройство системы денежного обращения, неблагоприятное для инвестиций состояние денежно-кредитной сферы, криминализация хозяйственной деятельности и неразвитость механизмов рыночной конкуренции. Стержнем макроэкономической политики должно стать создание благоприятных условий для производственной деятельности, подъема инвестиционной и инновационной активности, восстановления нормального оборота капитала. Ниже излагается система мер, направленных на решение этих задач.
  
  
  1. Денежная политика
  
  Необходима переориентация политики денежного предложения на поддержание приемлемой для производственных инвестиций и пополнения оборотных средств предприятий ставки процента, нормального для обеспечения платежей уровня предложения денег, вытеснение иностранной валюты и денежных суррогатов из внутреннего платежного оборота. Денежная политика должна соответствовать реально складывающемуся спросу на денежные ресурсы и в сфере обращения капитала, и в производственной сфере. Для этого необходимо осуществить переход от политики формального планирования денежной базы к политике целеполагания ставки процента с поддержанием ее на уровне не выше 3-7% годовых в реальном выражении.
  
  Наряду с этим в условиях сложившейся дезинтеграции экономики и распада системы денежного обращения на отдельные контуры, необходимо дифференцированное планирование денежно-кредитной политики с учетом потребностей производственной сферы в денежных ресурсах для восстановления нормального кругооборота капитала и обеспечения подъема инвестиционной активности. Управление денежной эмиссией должно вестись с учетом необходимости устранения "узких мест" системы денежного обращения, создающих барьеры на пути повышения инвестиционной активности и экономического роста.
  
  В целях упорядочения денежного оборота и платежно-расчетных отношений, декриминализации экономики назрели меры по совершенствованию структуры денежной массы и технологии денежного обращения: упорядочение вексельного обращения при помощи введения соответствующей учетной политики Центрального банка (это особенно важно с точки зрения приведения политики денежного предложения в соответствие со спросом в платежных средствах производственной сферы), развитие безналичного денежного обращения с использованием дебетовых платежных инструментов, широкая компьютеризация платежно-расчетных отношений, сведение к минимуму наличных денег в обращении. Важное значение для улучшения структуры денежной массы, повышения доли долгосрочных вкладов могут сыграть обязательства государства по страхованию сберегательных вкладов граждан.
  
  Эти меры позволят улучшить денежный оборот при сохранении контроля над инфляцией, дополнив количественный контроль над общим объемом денежной массы учетом ее отдельных составляющих с разной скоростью обращения, контролем за соответствием денежного предложения спросу на денежные ресурсы в разных секторах экономики и контурах денежного обращения.
  
  
  2. Валютная политика должна быть нацелена на приведение динамики обменного курса рубля в соответствие с требованиями повышения конкурентоспособности отечественных товаров, а также на осуществление дедолларизации экономики. Решение первой задачи предполагает переход от политики искусственного сдерживания падения курса рубля к его изменению пропорционально обесценению на внутреннем рынке, с ориентацией на обеспечение конкурентоспособности товаров отечественного производства. Решение второй задачи предусматривает меры, в основном, перечисленные выше как антикризисные: ужесточение валютного контроля; расширение использования рублей во внешнеторговых расчетах; введение жестких количественных ограничений на ввоз иностранной валюты и прекращение ее обращения и накопления на внутреннем рынке.
  
  Очень важно для успеха политики дедолларизации российской экономики уйти от привязки к доллару в ценовых и статистических показателях: отказаться от выражения в долларах цен на товары и услуги, на рынке недвижимости, в установлении заработной платы, в официальной статистике. Государство должно добиваться ведения всех оценочных операций, экономических измерений, установления ценовых показателей исключительно в национальной валюте. Дедолларизация внутреннего рынка и расширение использования рублей во внешнеторговых расчетах позволят вернуть в течение нескольких лет во внутренний денежный оборот свыше 100 млрд. руб., замещающих соответствующий объем вытесняемой иностранной валюты, частично восстановить тем самым монетизацию хозяйственного оборота, улучшить финансовое положение производственной сферы.
  
  
  3. Ценовая и антимонопольная политика должна быть направлена на устранение несоответствия структуры экономических оценок и производственно-технологической структуры экономики, создание условий для выгодности инвестиций в модернизацию и развитие производства. Для этого необходимо предусмотреть меры по установлению реального контроля за ценами в высокомонополизированных отраслях (особенно в естественных монополиях) для сдерживания их роста и выравнивания соотношения цен в пользу обрабатывающей промышленности.
  
  С учетом нынешней слабости госаппарата этот контроль должен осуществляться в максимально простых и надежных формах вплоть до введения государственной монополии на оборот электроэнергии, природного газа, услуг электросвязи в целях предотвращения завышения цен. Для запуска механизмов рыночной конкуренции необходимо предпринять серьезные усилия по упорядочению процедур ценообразования, введению их правового регулирования в целях предотвращения недобросовестной конкуренции, дискриминации потребителей, завышения цен. Потребуется жесткое пресечение попыток образования организационных монополий в целях завышения цен, применение санкций за незаконные картельные соглашения, а также другие формы сговора в целях контроля за рынком. Важная задача - декриминализация оптовой и розничной торговли, принятие мер по расчистке товаропроводящей сети от организованной преступности, устранение информационных и других барьеров во внутренней торговле, обеспечение условий для действия механизмов рыночной конкуренции.
  
  
  4. Налоговая политика.
  
  Несмотря на продвижение налогового кодекса, остается актуальной задача изменения системы налогообложения в целях стимулирования инвестиционной и инновационной активности, расширения производственной деятельности. Для этого должно быть обеспечено: снижение общего бремени налогообложения (включая все обязательные платежи) до уровня не более 35% дохода; освобождение от налогообложения части прибыли, направляемой на цели развития производства и освоения новой техники, научных исследований и разработок, пополнения оборотных средств предприятий; упрощение налоговой системы; перераспределение тяжести налогообложения граждан с малоимущих на лиц с высокими и сверхвысокими доходами.
  
  В целях стимулирования оживления производства необходимо предоставление налоговых кредитов предприятиям, расширяющим производство и наращивающим инвестиции. Заслуживают поддержки планы по распространению метода начисления вмененного налога на субъектов малого бизнеса, а также по переносу тяжести налогообложения с производства на потребление. Снижение бремени налогообложения текущих доходов может быть компенсировано расширением налоговой базы вследствие свертывания "теневой экономики" и общего оживления производства, усилением налогообложения социально и экологически вредных видов деятельности, спекулятивных операций и доходов от собственности, повышением акцизов на предметы роскоши, а также активизацией неналоговых источников дохода бюджета, перечисленных среди антикризисных мер. Среди последних особое значение имеет природная рента, основная часть которой должна изыматься в доходы государственного бюджета - через соответствующие ресурсные платежи и регулирование экспорта сырьевых ресурсов. В совокупности доходы неналогового характера, акцизы и налоги на социально и экологически вредные виды деятельности могут дать до половины доходной части бюджета.
  
  Реализация этих мер увеличения бюджетных доходов, не связанных с налогообложением общественно-полезной производственной деятельности, позволит провести желаемую налоговую реформу без снижения государственных доходов и расходов.
  
  
  5. В бюджетной политике главными направлениями являются упорядочение расходов и минимизация издержек в целях смягчения последствий и преодоления бюджетного кризиса. Необходимо прекратить практику извлечения сверхдоходов из обслуживания бюджетных денежных потоков ("прокручивание" бюджетных ассигнований в коммерческих банках, замена этих ассигнований вексельными кредитами коммерческих банков под поручительства Минфина, накопление резервов для обслуживания государственного долга в привилегированных банках и пр.), которые должны вестись через Казначейство и Центральный банк.
  
  В целях предотвращения дальнейшего углубления долгового кризиса после необходимой реструктуризации внутреннего долга следует отказаться от привлечения новых займов на финансирование текущих расходов бюджета. Для финансирования временных дефицитов бюджета по естественной причине сезонности российской экономики следует восстановить привлечение кредитов Центрального банка на финансирование кассовых разрывов между доходами и расходами бюджета в пределах года - это устранит важный источник бессмысленного наращивания государственного долга. Бюджетная политика должна быть приведена в соответствие с приоритетами государственной экономической, структурной, научно-технической и социальной политики.
  
  
  6. Реформа пенсионной системы должна обеспечить переход от существующей квазиналоговой фискальной технологии пенсионного обеспечения к смешанной системе с весомой накопительной составляющей пенсионных сбережений граждан, аккумулируемой в разнообразных пенсионных фондах при надежном механизме государственных гарантий и контроля. Это будет способствовать одновременно снижению издержек производства и формированию рынка капитала, расширению возможностей накопления и производственного инвестирования сбережений при одновременном повышении эффективности собственно пенсионной системы.
  
  
  7. Внешнеэкономическая политика должна быть подчинена защите интересов российского товаропроизводителя и предусматривать пресечение недобросовестной конкуренции со стороны иностранных компаний; восстановление жесткого контроля за качеством импортируемых товаров, приведение его в соответствие со стандартами, действующими для внутреннего товаропроизводителя; стимулирование экспорта товаров с высокой добавленной стоимостью.
  
  Внешнеторговая политика должна содействовать расширению рынков сбыта отечественной продукции, активизации конкурентных преимуществ российской экономики. Для этого она должна предусматривать меры по стимулированию экспорта отечественных товаров с высокой добавленной стоимостью, особенно наукоемких (государственные гарантии по экспортным кредитам; субсидии на работы по стандартизации, контролю и повышению качества продукции, проведение маркетинговой работы, активная дипломатическая поддержка этих мер и пр.), развертыванию инфраструктуры обслуживания российского экспорта за рубежом, завершению процесса создания таможенного союза и зоны свободной торговли со странами СНГ. Необходимо отказаться от фискального подхода к установлению таможенных тарифов, привести их в соответствие с приоритетами промышленной политики. Важно обеспечить использование таможенных тарифов для защиты перспективных и значимых для общества и государства производств и видов деятельности. Национальные интересы должны определять и политику привлечения иностранных инвестиций. Недопустима любая дискриминация отечественных предприятий на собственном рынке по отношению к иностранным инвесторам, какие бы суммы они ни предлагали. Необходимо введение ограничений на иностранные инвестиции в уязвимых для национальной безопасности отраслях и сферах деятельности.
  
  
  Реализация перечисленных мер создаст общие благоприятные условия для позитивного изменения экономической ситуации и преодоления кризиса. Но сами по себе они не обеспечат разрыв связанных с дезинтеграцией экономики взаимозависимостей, которые будут обесценивать их позитивный эффект и продолжать оказывать депрессивное влияние на экономику страны. Для этого необходимы сильные инициирующие импульсы, способные разорвать эту взаимозависимость, прекратить действие механизма саморазрушения производительных сил страны, преодолеть барьеры между финансовой и производственной сферами и переориентировать движение капитала и ресурсов на обеспечение подъема инвестиционной активности и экономического роста.
  
  Для распространения таких импульсов должны быть осуществлены меры по стимулированию инвестиционной активности, обеспечению микроэкономических условий роста. В том числе: программа восстановления сбережений граждан; структурная перестройка экономики на основе современного технологического уклада, создание условий и накопление научно-технического потенциала для опережающего развития новейшего технологического уклада.
  
  Реализация этих мер предполагает формирование соответствующих институтов и инструментов дифференцированной экономической политики, характеризуемых ниже.
  
  
  3.3. Государственное стимулирование экономического роста
  
  
  1. Меры по стимулированию инвестиционной активности должны предусматривать формирование специальных механизмов, препятствующих перетоку капитала из производственной сферы в спекулятивную в результате охарактеризованной выше дезинтеграции экономики. Для этого они должны, с одной стороны, удерживать кругооборот капитала в производственной сфере и, с другой стороны, выравнивать норму доходности и привлекательность операций в спекулятивной и производственной сферах. Реализация этих задач может быть обеспечена созданием специальных инструментов регулирования денежного обращения и применением необходимых мер экономической политики. Введение особой подсистемы денежного обращения через инвестиционные счета в целях удержания капитала в производственной сфере и организации притока капиталовложений в развитие производства предусматривает создание особого режима движения амортизационных средств предприятий и средств, освобождаемых от налогообложения в связи с их инвестиционной направленностью, через систему инвестиционных счетов с ограничением использования накапливаемых на них средств исключительно целями капитального строительства, закупок оборудования, оплатой НИОКР. Организация такого контура денежного обращения создает условия для осуществления следующих мер стимулирования инвестиционной активности в производственной сфере:
  
  - создание специальных институтов развития, обеспечивающих финансирование инвестиционных проектов развития производства на льготных условиях, и предоставление государственных гарантий под производственные инвестиции;
  
  - освобождение от налогообложения прибыли предприятий, используемой на инвестиционные цели и НИОКР и зачисляемой на инвестиционные счета, применение схем ускоренной амортизации;
  
  - ограничение эмиссии ценных бумаг только целями привлечения средств на производственные капиталовложения с их накоплением на инвестиционных счетах.
  
  Этот контур денежного обращения создает также необходимые условия для решения задач целенаправленного управления денежной эмиссией, которая может направляться через систему инвестиционных счетов в увеличение предложения денежных ресурсов в производственной сфере. Таким образом обеспечивается балансирование дополнительного денежного и товарного предложения, достигается регулируемое ограничение инфляционного эффекта денежной эмиссии. Вместо практиковавшегося до сих пор направления денежной эмиссии на оплату процентов по облигациям государственного долга через поддержание их оборота и приобретение ввозимой для приобретения ГКО валюты у иностранных спекулянтов Центральным банком, в предлагаемой схеме восстанавливается основная функция денежной эмиссии - авансирование экономического роста. Прежде чем прирост денежной массы материализуется в увеличении спроса на потребительском рынке, инвестиционные счета опосредуют процесс расширения производства и увеличения предложения товаров и услуг через производственные инвестиции. Введение подсистемы инвестиционных счетов позволит организовать удержание капитала в производственной сфере, предотвратить его бегство в спекулятивные операции и за рубеж. Это, в свою очередь, позволит наладить целенаправленное управление предложением денежных ресурсов, направляя их прежде всего на инвестиционные цели.Вместе с организацией компетентного централизованного контроля над денежной эмиссией и развертыванием системы институтов развития (бюджет развития, инвестиционные банки и фонды) данная система является в сложившихся условиях дезинтеграции экономики необходимым элементом восстановления инвестиционной активности и перехода к устойчивому экономическому росту.
  
  Разумеется, идея инвестиционных счетов не свободна от недостатков - она существенно усложняет общую систему управления денежным обращением, требует соответствующих механизмов контроля для предотвращения скрытого перетока денег с инвестиционных счетов на потребительский и спекулятивный рынки, высокой квалификации руководителей Центрального банка. Тем не менее, все эти трудности преодолимы. В частности, для снижения привлекательности мошеннических операций могут быть введены специальные легальные процедуры и механизмы обмена средств на инвестиционных счетах на наличные деньги по рыночно регулируемому курсу. При всех недостатках данного инструмента, его внедрение оправдано в условиях сложившейся структуры денежного обращения принципиальной невозможностью нейтрализации процессов дезинтеграции экономики и стихийного оттока капитала из производственной сферы в спекулятивные операции и за рубеж. Для вывода экономики из ловушек долгового кризиса, кризиса платежей и кризиса недопроизводства не обойтись без специальных инструментов регулирования денежных потоков и управления эмиссией. Политика регулирования финансовых рынков должна предусматривать меры по снижению доходности спекулятивных операций, не связанных с производственными инвестициями.
  
  Прежде всего необходимо отменить меры по повышению привлекательности операций в сфере обращения: предоставление услуг Центрального банка по хранению свободных средств коммерческих банков на его депозитных счетах, механизмы опосредования бюджетных расходов кредитами коммерческих банков, установление сверхвысоких ставок доходности государственных обязательств. Последние в ходе реструктуризации внутреннего долга должны быть снижены до уровня, не превышающего среднюю норму прибыли в производственной сфере с введением необходимых мер, препятствующих массовому перетоку капитала из пирамиды государственных обязательств в спекулятивные операции и за рубеж, и, напротив, стимулирующих его возвращение в производственную сферу.
  
  В целях предотвращения финансовых махинаций и ограничения спекулятивных операций, дестабилизирующих финансовый рынок, необходимо ограничить выпуск и размещение ценных бумаг исключительно целями привлечения инвестиций в развитие производства под конкретные инвестиционные проекты. Это ограничение должно действовать не только по отношению к эмиссии частных ценных бумаг, но и по отношению к выпуску государственных обязательств как федеральным правительством, так и субъектами Федерации. Активизация государственной поддержки инвестиций на основе расширения государственной инвестиционной программы и размещения госзаказов на закупки капиталоемкого оборудования коллективного пользования отечественного производства с последующей передачей его в лизинг эксплуатирующим компаниям (самолетов, судов, сельхозмашин и т.п.), а также предоставления государственных гарантий под частные производственные инвестиции, предусматривающие закупку отечественной техники. Государственная поддержка импорта иностранных товаров, включая предоставление государственных гарантий под связанные иностранные кредиты, а также импорт для государственных нужд, должна быть сведена к минимуму. В целом политика государственных инвестиций и закупок должна соответствовать приоритетам промышленной и структурной политики и быть ориентирована на стимулирование развития производств современного технологического уклада, инициирование и поддержку прогрессивных структурных сдвигов в экономике.
  
  
  2. Восстановление сбережений граждан при соответствующих методах организации решения этой проблемы может стать мощным механизмом оживления производства и экономического роста, связывающим в единый воспроизводственный контур решение задач восстановления доходов населения, активизации спроса, загрузки простаивающих производственных мощностей предприятий, восстановления их оборотных средств, роста производства, а также трансформации восстанавливаемых сбережений в инвестиции. Путем решения проблемы восстановления сбережений граждан можно возобновить разорванные ныне связи между доходами населения, с одной стороны, и производством потребительских благ и капитальными вложениями, с другой стороны, а также обеспечить оборотным капиталом реальный сектор экономики через расширение потребительского спроса. Для этого предлагается следующая технология решения данной проблемы.
  
  Сбережения граждан в Сбербанке России, которые должны быть восстановлены в соответствии с покупательной способностью вкладов на середину 1991 г., ограничиваются в своем использовании тремя направлениями: 1) приобретением товаров длительного пользования отечественного производства, 2) осуществлением инвестиций в жилищное строительство или в производство, 3) оплатой определенной части жилищно-коммунальных услуг. Первое направление решает задачу стимулирования спроса, второе - задачу подъема инвестиционной активности, третье позволяет смягчить социальные ограничения проведения жилищно-коммунальной реформы.По каждому из направлений вводится регистрация заявок и процедура их размещения среди товаропроизводителей на конкурсных условиях с распределением во времени в целях контроля за соответствием совокупного объема размещаемых в каждом году заявок запланированным ограничениям по увеличению потребительского спроса, исходя из имеющихся производственных мощностей и заданных темпов инфляции. Одновременно вводятся ограничения по размещению увеличившихся за счет восстановленных сбережений кредитных ресурсов Сбербанка.
  
  Направления их использования ограничиваются инвестициями в производственную сферу в соответствии с приоритетами структурной политики, подкрепленными государственными гарантиями. Для этого они фиксируются на инвестиционных счетах с запретом их продажи и ограничениями на межбанковское кредитование только предоставлением кредитов уполномоченным инвестиционным банкам и институтам развития под проекты, соответствующие приоритетам государственной структурной политики. Учитывая, что привлечение восстанавливаемых сбережений производилось Сбербанком СССР под 3% годовых, целесообразно ограничить процент по восстановленным вкладам этой же величиной в реальном выражении. Это позволит обеспечить приемлемую для производственных инвестиций цену предложения образуемых в результате осуществления данной программы кредитных ресурсов и восстановить кругооборот расширенного воспроизводства: "сбережения населения - инвестиции - расширение производства - рост заработной платы - прирост сбережений".
  
  Такой способ восстановления сбережений граждан решает ключевую для ремонетизации производственной сферы проблему распределения эмитируемых денежных средств самым эффективным способом - через предпочтения населения, исключая административный произвол и связанные с ним возможные злоупотребления. Он позволяет одновременно обеспечить увеличение конечного спроса, повышение загрузки производственных мощностей предприятий, рост производительности труда и занятости, и, следовательно, ведет к сокращению издержек производства и росту его эффективности; смягчению кризиса платежей и частичному восстановлению оборотных средств предприятий. Достигается также снижение процентных ставок по инвестиционным кредитам и оживление общей инвестиционной активности. Создаются возможности для структурной перестройки экономики: направление инвестиционных ресурсов в соответствии с установленными приоритетами научно-технической политики в развитие современного и новейшего технологических укладов.
  
  Предложенная программа восстановления сбережений граждан может стать важнейшим рычагом перехода к экономическому росту и подъему благосостояния населения, обеспечив одновременно консолидацию общества и поддержание социальной стабильности.
  
  
  3. Меры по обеспечению микроэкономических условий роста. Произошедшая в результате массовой приватизации формальная смена отношений собственности пока не подкреплена реальными механизмами экономической ответственности, которые обеспечивали бы стремление хозяйствующих субъектов к повышению экономической эффективности и долгосрочному развитию предприятий. Для решения этой проблемы необходима система мер по упорядочению отношений собственности:
  
  а) введение жесткой системы ответственности за эффективное управление и распоряжение государственным имуществом;
  
  б) твердая правовая и судебная защита законно приобретенной собственности;
  
  в) введение государственного контроля за оборотом земли через сеть земельных банков;
  
  г) политическое и юридическое оформление завершения этапа массовой приватизации государственных предприятий, предусматривающее инвентаризацию результатов приватизации с отменой в судебном порядке незаконных и ущербных для экономики страны актов, угрожающих интересам национальной безопасности, а также сделок по приобретению государственного имущества, обязательства по которым не выполняются, с окончательным закреплением прав собственности в отношении остальных предприятий;
  
  д) ужесточение норм ответственности за эффективное управление имуществом корпораций перед их акционерами, трудовыми коллективами, государством. Внедрение передовых технологий менеджмента, предусматривающих активизацию человеческого фактора, оптимизацию использования производственных ресурсов, повышение качества продукции, стимулирование инновационной активности, максимальное использование конкурентных преимуществ в стратегии развития предприятий;
  
  е) декриминализация хозяйственной деятельности, усиление государственной защиты прав собственности, ответственности за соблюдение договорной дисциплины и контрактных обязательств, повышение эффективности системы судебного разрешения хозяйственных споров;
  
  ж) создание условий для эффективной организации промышленного производства, интеграции финансового капитала и промышленных предприятий, в том числе путем устранения ограничений на взаимное участие в собственности финансовых и производственных структур, слияния и объединения производственных предприятий, научно-исследовательских и финансовых организаций; стимулирования создания финансово-промышленных групп, способных к самостоятельному выживанию в условиях внутренней нестабильности и жесткой международной конкуренции; приватизации остающихся в государственной собственности акций предприятий для формирования эффективной и конкурентоспособной структуры организации промышленности.Должен быть пересмотрен подход к экономической политике на микроуровне.
  
  Современный технологический уклад характеризуется сложной кооперацией производства в масштабах мирового рынка. Формирующие его научно-производственные циклы поддерживаются крупными корпорациями, существующими в симбиозе с малыми и средними инновационными предприятиями, научно-исследовательскими институтами, лабораториями и университетами, в совокупности обеспечивающими непрерывные процессы освоения новых технологий, подготовки кадров, изготовления сложных изделий, создания новых потребительских качеств. Воспроизводство современного технологического уклада характеризуется широким использованием инструментов стимулирования нововведений, развитой системой поддержки инвестиционной активности, гибкими формами организации технологического процесса с активным вовлечением сотрудников фирм в управление производством, сочетанием функций частного и общественного секторов в сфере образования и подготовки кадров, здравоохранении, развитии транспортной и информационной инфраструктуры, финансировании научных исследований. Без объединения разрозненных и нежизнеспособных сегодня предприятий отечественной наукоемкой промышленности в целостные воспроизводственные комплексы при одновременном развертывании адекватной государственной системы поддержки инновационной активности и стимулирования НТП они обречены либо на поглощение заинтересованными зарубежными корпорациями, либо на дальнейшую деградацию.
  
  Необходима целенаправленная государственная политика выращивания национальных лидеров - крупных вертикально интегрированных корпораций, связанных кооперацией с финансовыми, научными, образовательными, консультационными организациями, обладающих достаточной устойчивостью и разнообразием возможностей для успешной конкуренции на мировом рынке. Актуализация имеющихся конкурентных преимуществ требует формирования новой институциональной среды и разнообразных форм кооперации науки, образования, производства и финансов, освоение современных подходов к управлению персоналом, использование гибких структур организации управления производством, позволяющих обеспечить резкое повышение качества и производительности труда при удовлетворении потребностей работников в самореализации.
  
  
  4. Переход к активной политике развития, включающей научно-техническую, промышленную, внешнеторговую, инвестиционную, образовательную составляющие - необходимое условие устойчивого экономического роста в сложившихся макроэкономических условиях.
  
  Эта политика должна включать в себя определение приоритетов долгосрочного технико-экономического развития, обеспечение их реализации за счет использования государственных гарантий, осуществления инвестиционных и научно-технических программ, конверсии оборонной промышленности, активизации научно-промышленного и интеллектуального потенциала, подъема конкурентоспособности отечественных предприятий, целенаправленной внешнеторговой политики, реформирования предприятий и становления национальных лидеров, способных к самостоятельному развитию в условиях жесткой международной конкуренции. Специальные меры по обеспечению структурной перестройки экономики на основе распространения технологий современного технологического уклада и создания условий для опережающего его развития должны составить стержень государственной научно-технической, промышленной и структурной политики.
  
  Эффективность мер структурной перестройки экономики решающим образом зависит от правильности выбираемых приоритетов. С научно-технической точки зрения, выбираемые приоритеты должны соответствовать перспективным направлениям формирования современного технологического уклада и создания заделов становления следующего. С экономической точки зрения, государственная поддержка приоритетных направлений должна характеризоваться двумя важнейшими признаками: обладать значительным внешним эффектом, улучшая общую экономическую среду и условия развития деловой активности; инициировать рост деловой активности в широком комплексе отраслей, сопряженных с приоритетными отраслями производства. Иными словами, она должна создавать расширяющийся импульс роста спроса и деловой активности. С производственной точки зрения, государственное стимулирование должно приводить к такому росту конкурентоспособности соответствующих производств, при котором они, начиная с определенного момента, выходят на самостоятельную траекторию расширенного воспроизводства в масштабах мирового рынка, выполняя роль "локомотивов роста" для всей экономики. С социальной точки зрения, реализация приоритетных направлений структурной перестройки экономики должна сопровождаться расширением занятости, повышением реальной зарплаты и квалификации работающего населения, общим ростом народного благосостояния.
  
  В целом содержательные цели и приоритеты государственной структурной политики должны соответствовать как сравнительным преимуществам российской экономики, так и объективным направлениям глобального технико-экономического развития на основе распространения современного и новейшего технологических укладов. Необходимо предусмотреть концентрацию различных форм государственной поддержки в перспективных направлениях экономического роста. При их осуществлении могут использоваться разнообразные инструменты государственной экономической политики: целевые инвестиционные и инновационные программы, закупки передовой техники для непроизводственного потребления государственных ведомств или с передачей ее в лизинг на коммерческой основе, льготные кредиты, государственные гарантии, субсидии на проведение НИОКР и т. д.
  
  К приоритетным направлениям, осуществление которых удовлетворяет указанным критериям, можно отнести, в частности, следующие:
  
  - развитие биотехнологий, резко поднимающих эффективность АПК, медицинской промышленности и здравоохранения, составляющих одно из ключевых направлений формирования новейшего технологического уклада;
  
  - развитие новых микроэлектронных технологий, позволяющих резко поднять конкурентоспособность и эффективность отечественного машиностроения и информационной инфраструктуры;
  
  - конверсию наукоемкой промышленности с учетом перспективных направлений формирования современного и новейшего технологических укладов;
  
  - обновление парка гражданской авиации, износ которого достиг критической величины, и для замены которого имеются соответствующие производственные мощности самолетов нового поколения;
  
  - обновление оборудования электростанций, износ которых приближается к критическим пределам;
  
  - модернизацию систем управления движением железнодорожного транспорта, позволяющую существенно повысить пропускную способность железных дорог;
  
  - производство современных средств гибкой автоматизации, программного обеспечения, электронно-вычислительной техники;
  
  - развитие современных транспортных узлов: морских портов, аэропортов, железнодорожных станций, автодорожных развязок, позволяющее существенно повысить скорость и надежность комбинированных перевозок, обеспечить условия для внедрения современных систем управления снабжением по принципу "точно вовремя", критически важных для развития производств нового технологического уклада, расширения межрегиональной и международной кооперации производства; - развитие жилищного строительства и реконструкция инженерных сетей в городах с использованием современных технологий,
  
  - модернизация жилищно-коммунального хозяйства;
  
  - развитие информационной инфраструктуры на основе современных систем спутниковой и оптико-волоконной связи, сотовой связи в городах;
  
  - модернизацию здравоохранения и системы образования на основе современного отечественного оборудования (диагностические приборы для медицины, вычислительная техника для системы образования и т.д.);
  
  - оздоровление окружающей среды на основе современных средств диагностики и очистки ее от загрязнения, внедрения экологически чистых технологий.
  
  Наряду с концентрацией мер государственной поддержки и стимулирования приоритетных направлений структурной политики должна быть активизирована научно-техническая политика, предприняты специальные меры по сохранению и активизации научно-технического потенциала страны:
  
  - закрепление доли бюджетных расходов, направляемых в сферу НИОКР не ниже 2% ВВП; резкое увеличение государственных субсидий на научные исследования, освобождение от налогов затрат предприятий на НИОКР;
  
  - концентрация средств государственной поддержки в осуществлении федеральных программ развития и распространения ключевых технологий современного и новейшего технологических укладов;
  
  - стимулирование инновационной активности путем государственной поддержки рискованных проектов освоения перспективных нововведений, способных обеспечить российским предприятиям конкурентные преимущества на мировом рынке;
  
  - формирование механизма стимулирования передачи технологий из военного в гражданское производство;
  
  - создание с помощью государства инфраструктуры, обеспечивающей коммерциализацию результатов НИОКР;
  
  - поддержание информационной инфраструктуры научно-исследовательских работ, сети научно-технических библиотек, субсидирование затрат научно-исследовательских организаций на пользование информационными сетями и базами данных, закупок за рубежом научной литературы;
  
  - субсидирование затрат отечественных предприятий и организаций на импорт технологий, а также на защиту интеллектуальной собственности и поддержание прав на нее в России и за рубежом;
  
  - поддержание функционирования опытных стендов, экспериментальных установок и опытных производств;
  
  - разработка и реализация программ развития территорий с высокой концентрацией научно-технического потенциала.
  
  Осуществление сформулированных выше мер по обеспечению структурной перестройки экономики предполагает соответствующий подход к функциям государственного регулирования экономики. Необходимо отказаться от наивного представления о государстве как о "ночном стороже" или надстройке над экономикой самостоятельных субъектов. Государство в условиях современной рыночной экономики выполняет внутренне важные функции стимулирования развития производства и роста благосостояния граждан, повышения качества жизни. Для этого оно должно не только обеспечивать все необходимое для нормального функционирования рыночной конкуренции, защищать законные права граждан и предприятий, но и помогать предприятиям адаптироваться к изменениям и колебаниям рыночной конъюнктуры, создавать благоприятные условия для развития производственной деятельности, финансируя часть расходов на общезначимые мероприятия, прежде всего расходы на научные исследования, образование, здравоохранение, развитие информационной и транспортной инфраструктуры, стимулирование инновационной активности.
  
  Необходимым атрибутом государства развития, как свидетельствует и наш собственный, и зарубежный опыт, является система индикативного планирования и долгосрочных государственных программ модернизации экономики, ориентированных на создание благоприятных условий роста и подъема конкурентоспособности национальной экономики в перспективных направлениях глобального научно-технического прогресса. Государство формирует институты развития, поддерживающие инвестиции в новые технологии, стимулирующие инновационную активность, содействующие прогрессивным технологическим сдвигам, объединению финансовых, трудовых, информационных ресурсов в перспективных для экономического роста направлениях.
  
  Активная роль государственного регулирования не умаляет значения рыночной самоорганизации в обеспечении структурной перестройки экономики и перехода к устойчивому росту. Государственная структурная политика не подменяет предпринимательскую инициативу, а создает условия для последующего роста частной инвестиционной активности и экономического подъема на основе широкого освоения новых перспективных технологий на началах рыночной самоорганизации и конкуренции. Государство помогает формированию конкурентоспособных хозяйственных организаций, которые могут способных работать на внутреннем и мировом рынке в условиях жесткой конкурентной борьбы и концентрировать ресурсы на перспективных направлениях обновления производства. Инструменты прямого государственного воздействия должны ориентироваться на поддержку широкой частной инициативы по освоению производств современного и новейшего технологических укладов, стимулируя в соответствующих направлениях инвестиционную активность и предпринимательскую инициативу.
  
  Результаты расчетов по моделям охарактеризованных выше механизмов подъема инвестиционной активности и экономического роста показывают, что осуществление предложенных мер позволит выйти российской экономике из депрессии на новую траекторию устойчивого экономического роста, обеспечив в среднесрочной перспективе необходимые целевые ориентиры. Выше были охарактеризованы экономические элементы стратегии успешного развития России в будущем столетии. Между тем, современный экономический рост едва ли возможен без поддержания высоких стандартов общественной и личной нравственности, соответствующих качеств духовной культуры общества.
  
  Новый технологический уклад основывается на интеллектуализации всех факторов производства, сопровождается коренным изменением общественного труда, который становится по преимуществу творческим и коллективным, сочетающим созидательную творческую свободу личности с развитыми формами кооперации, большими и гибкими организационными структурами, интенсивным международным информационным обменом. Ценности массового потребления, индивидуального богатства, индивидуализма заменяются ценностями гармонии человеческих отношений, глобальной безопасности, защиты природы, интеллектуального творчества. В новом образе жизни происходит синтез технологии и культуры - культурные и нравственные особенности тех или иных народов становятся важными факторами международной конкуренции. Выиграют те социально-экономические системы, которые обеспечат сочетание рационализма и духа свободы с традиционными ценностями высокой культуры, духовности и социальной ответственности.
  
  В этой особенности нового технологического уклада кроются уникальные возможности для подъема конкурентоспособности российской экономики, эффективного раскрытия духовного потенциала России. Русский характер и российская духовность могут сыграть решающую роль в естественном вхождении России в будущую мировую цивилизацию в качестве одной из лидирующих стран. Традиционные для русских качества: коллективизм, бескорыстие, стремление помочь ближнему, "всемирная отзывчивость", жертвенность - составляют ключевые элементы новой организации общественного производства, лишенной "экономического эгоизма", основанной на принципах взаимопомощи, сотрудничества и доверия.
  
  Необходимым условием преодоления кризиса и перехода к экономическому росту является кардинальное изменение культурной, образовательной, информационной и воспитательной политики государства, приведение ее в соответствие с традиционными ценностями русской духовной культуры, освоение современной формы национальной идеи России, что способствовало бы гармонизации общественного развития и духовному обогащению людей. В сочетании с внедрением современных технологий образования подрастающего поколения это обеспечит России важнейшие конкурентные преимущества в экономике XXI в. - высокое качество человеческого фактора, интеллектуализацию общественного производства, гармонию общественных отношений. Актуализация традиционных для отечественной культуры духовных ценностей является необходимым условием преодоления экономического кризиса и выхода на траекторию устойчивого экономического роста. Требуемый для этого подъем инвестиционной активности делает невозможным сколько-нибудь существенное увеличение общего фонда потребления в ближайшее десятилетие. Это означает, что еще долго, даже при условии желаемого роста производства, реализации оптимальной политики доходов и социальных гарантий, мы не сможем обеспечить уровень оплаты высококвалифицированного труда по общепринятым в развитых странах стандартам [74]. Потребуется активизация обычного для России ресурса духовной энергии и патриотизма широких народных масс в целях наращивания экономической активности при относительно низкой оплате труда.
  
  С опорой на традиционные для русской духовной культуры ценности патриотизма и самопожертвования ради общего блага, творческого труда, первенства духовного над материальным необходимо решать проблему преодоления системного кризиса в России, ее скорейшего возрождения в качестве великой державы, объединяющей ценности экономического и духовного прогресса, поддерживающей высокие темпы и качество роста, сочетающей внутреннюю гармонию общественных отношений с ответственностью за поддержание глобальной стабильности и устойчивое развитие человеческой цивилизации.
  
  Литература
  
  1. Конвенция ООН о предупреждении преступления геноцида и наказании за него. Принята 09.12.48. // Ведомости Верховного Совета СССР. - 1954. - N 12.
  
  2. Диденко Б. Хищная власть. Зоопсихология сильных мира сего. - М.: ТОО "ПОМАТУР", 1997.
  
  3. Об основных тенденциях развития демографической ситуации в России до 2015 года (Доклад). - М.: Государственный комитет Российской Федерации по статистике, 1998.
  
  4. Россия у критической черты: возрождение или катастрофа / Общ. ред. Осипова Г.В., Левашова В.К., Локосова В.В. - М.: Республика, 1997.
  
  5. Здоровье населения как фактор обеспечения национальной безопасности России// Аналитический вестник Совета Федерации и Государственной Думы. Общ. ред. Н. Ф. Герасименко. - 1997. N 10.
  
  6. Демографический ежегодник России: Статистический сборник / Госкомстат России. - М., 1997.
  
  7. Наркомания в России: угроза нации. Аналитический доклад / Подготовлен рабочей группой под руководством С.А.Караганова, И.Е.Малашенко, А.В.Федорова. - М., Совет по внешней и оборонной политике, 1998.
  
  8. Новые глобальные угрозы здоровью граждан России: наркомания и ВИЧ-инфекция/СПИД. Аналитический доклад Информационно-аналитического управления Аппарата Совета Федерации. - М., 1998.
  
  9. Социально-экономическое положение России. Июль 1998 г. - М.: Государственный комитет Российской Федерации по статистике, 1998.
  
  10. Россия-96. Социально-демографическая ситуация в стране. VI ежегодный доклад Института социально-экономических проблем народонаселения РАН. - М.: Инфограф, 1997.
  
  11. Экономический мониторинг России: глобальные тенденции и конъюнктура в отраслях промышленности. - М.: Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН, 1997.
  
  12. Воробьев В.Н. Далеко ли до содома?// Православная беседа. - 1997. - N 4.
  
  13. Новая газета. -1997. - 8 сентября.
  
  14. Периодический доклад о реализации Российской Федераций конвенции о правах ребенка в 1993-1997 гг. (Проект) // Семья в России. Специальный выпуск. - 1997. N 4.
  
  15. Уровень жизни населения России. Статистический сборник. - М.: Государственный комитет Российской Федерации по статистике, 1996.
  
  16. Направления среднесрочной программы социально-экономического развития России. Концепция выхода из кризиса. - М.: Отделение экономики РАН, 1997.
  
  17. Локосов В.В. Стабильность общества и система предельно-критических показателей его развития // Социологические исследования. - 1998. N 4.
  
  18. Дети России: факты и проблемы. Аналитический вестник / Общ. ред. Г. И. Климантовой. - Аналитическое управление Государственной Думы: М, 1996. Выпуск 27.
  
  19. Яременко Ю.В. Правильно ли поставлен диагноз? - Экономические науки. - 1991. N 1.
  
  20. Маневич В.Е., Козлова Е.А. Альтернативная модель денежно-кредитной политики. - Российский экономический журнал. - 1997. N 5-6.
  
  21. Роль государства в становлении и регулировании рыночной экономики / Общ. ред. Л. И. Абалкина. - М.: Институт экономики РАН, 1997.
  
  22. Дмитриев М.Э. Российские банки накануне финансовой стабилизации. - М., 1996.
  
  23. Независимая газета. - 1997. 28 августа.
  
  24. Эксперт. - 1998, 12 января, N 1.
  
  25. О состоянии законности в сфере приватизации государственной собственности. - Генеральная прокуратура РФ. - 1997. - 24 апреля; О состоянии законности в процессе приватизации государственной собственности. - Генеральная прокуратура РФ. - 1996. - 26 декабря; О состоянии исполнения законодательства в сфере приватизации государственного имущества в РФФИ. - Генеральная прокуратура РФ. - 1998. - 26 января.
  
  26. Состояние законности в Российской Федерации (1996 - 1997 годы). - Доклад Научно-исследовательского института проблем укрепления законности и праворорядка при Генеральной прокуратуре Российской Федерации. - М., 1998.
  
  27. Глазьев С.Ю. За критической чертой. (О концепции макроэкономической политики в свете обеспечения экономической безопасности страны). - М.: Российский экономический журнал, 1996.
  
  28. Зиновьев А. Русский эксперимент. - М.: Наш дом - D'age d'Homme, 1995.
  
  29. Швейцер П. Победа: роль тайной стратегии администрации США в распаде Советского Союза и социалистического лагеря. - Минск: СП Авест, 1995.
  
  30. Труд. - 1996. 17 декабря, 24 декабря.
  
  31. Стратегия национальной безопасности США в следующем столетии. - М., 1997.
  
  32. Гумилев Л.Н. Древняя Русь и великая степь. -М.: Мысль, 1989.
  
  33. Бжезинский З. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы. - М. Международные отношения, 1998.
  
  34. Глазьев С.Ю. Основа обеспечения экономической безопасности страны: альтернативный реформационный курс. - Российский экономический журнал. - 1997. - N 1-2.
  
  35. Freeman C.D. (Ed.). Long Waves in the World Economy. - London, 1983.
  
  36. Long Waves, Depression and Innovations. Implications for National Regional Economic Policy// Proceedings of the SienaFlorence meeting. Collaborative Paper. - IIASA, 1985.
  
  37. Лексин В.Н., Швецов А.Н. Региональные и местные займы в контексте финансово-бюджетной реформы // Российский экономический журнал. - 1998. - N 6.
  
  38. Проекты федерального бюджета на 1998 год и Налогового кодекса: анализ и оценки // Аналитический вестник. Информационно-аналитическое управление Аппарата Совета Федерации. - 1997.-N 17(62).
  
  39. Экономический мониторинг России: глобальные тенденции и конъюнктура в отраслях промышленности. - М.: Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН, 1997.
  
  40. Заявление Правительства Российской Федерации и Центрального банка Российской Федерации об экономической и структурной политике на 1998 г. // Вестник Банка России. - 1998. - N 45 (300), 2 июля.
  
  41. Заявление Правительства Российской Федерации и Центрального банка Российской Федерации о политике экономической и финансовой стабилизации // Вестник Банка России. - 1998. - N 53-54(308-309), 6 августа.
  
  42. Бетанели Н. Народ, как всегда, умнее политиков // Известия. - 1998. 23 января.
  
  43. Федеральный закон "О мерах по защите экономических интересов Российской Федерации во внешней торговле товарами"// Собрание законодательства Российской Федерации. - 20 апреля 1998. N 16.
  
  44. Глазьев С.Ю. Как добиться экономического роста? (Макродинамика переходной экономики: упущенные возможности и потенциал улучшения) // Российский экономический журнал. - 1996. N 5-7.
  
  45. Экономика России: состояние и перспективы роста. Рекомендации III Всероссийского экономического форума // Российский экономический журнал. - 1998. N 5.
  
  46. Рекомендации Петербургского экономического форума 1998 г.
  
  47. Предложения Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации по выводу страны из экономического кризиса и переходу к устойчивому экономическому росту // Парламентская газета. - 1998. 29, 30 июля.
  
  48. Говорухин С.С. Великая криминальная революция. - М.: "Андреевский флаг", 1993.
  
  49. Доклад о развитии человеческого потенциала в Российской Федерации. Год 1997. / Общ. редакция Ю.Федорова - М.: Интурреклама Дизайн, 1997.
  
  50. Криминализация российского общества. Доклад Совета по внешней и оборонной политике. - М., 1998.
  
  51. Глазьев С.Ю. Экономическая теория технического развития. - М.: Наука, 1990.
  
  52. Main Science and Technology Indicators. - Paris: OECD, 1996. Nl.
  
  53. Финансовые известия. - 1997. 27 февраля.
  
  54. Глазьев С.Ю. Теория долгосрочного технико-экономического развития. - М.: ВлаДар, 1993.
  
  55. Earle J., Estrin S., Leshchenko L. Ownershipstructures, Patterns of Control and Enterprice Behaivior in Russia. - IIASA, 1995.
  
  56. Структурная перестройка и экономический рост в 1997-2000 годах. Программа Правительства Российской Федерации. - М., 1997.
  
  57. Прогноз макропоказателей экономического и социального развития России на 1996-1997 гг. (Варианты экономической политики.) Материалы к Парламентским слушаниям "О Концепции экономического и социального развития Российской Федерации на 1996-2005 годы". - М.: Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН, 1996. 9 апреля.
  
  58. Львов Д.С., Глазьев С.Ю., Фетисов Г.Г. Эволюция технико-экономических систем: возможности и границы централизованного регулирования. - М.: Наука, 1992.
  
  59.Яковец Ю.В. Экономика России: перемены и перспективы. - М., 1996.
  
  60. Кleinknekht A. Long Waves, Depression and Innovation // Economist. - 1986. N 1.
  
  61. Шумпетер И. Теория экономического развития. - М.: Прогресс, 1982.
  
  62. Glaziev S., Кarirnov I., Кuznetzova I. Innovation Activity of Industrial Enterprises in Russia. - IIASA, 1996.
  
  63. Инвестиции и состояние основных фондов в промышленности. - М.: Центр экономической конъюнктуры при Правительстве Российской Федерации, 1996.
  
  64. Об инвестициях в экономику Российской Федерации в 1995 году и I полугодии 1996 года. - М.: Государственный комитет Российской Федерации по статистике, 1996.
  
  65. Рогов С.М. Внешние угрозы и военный фактор. - М.: Институт США и Канады РАН, 1996.
  
  66. Экономические чудеса: уроки для России / Общ. ред. Д.В. Кузина. - М.: Институт экономики РАН-Олма-Пресс, 1994.
  
  67. Индексы интенсивности промышленного производства (январь 1990 г. - июль 1997 г.). - М.: Центр экономической конъюнктуры при Правительстве РФ, 1997. - Август.
  
  68. Среднесрочные сценарии государственной и корпоративной политики в условиях саморазрушения финансовой системы страны и возврата к мобилизационной модели развития. Аналитический проект Российского торгово-финансового союза. Руководитель - Д.А.Митяев. - М., 1998.
  
  69. Время. - 1998. 1 октября.
  
  70. Оперативный отчет об исполнении федерального бюджета за январь - декабрь 1997 года // Бюллетень Счетной палаты Российской Федерации, 1998, N 2.
  
  71. Оперативный отчет Счетной палаты Российской Федерации об исполнении федерального бюджета за январь - сентябрь 1998 года.
  
  72. Левашов В.К., Локосов В.В., Новоженина О.П., Давыдченков В.Т. Как живешь, Россия? Социологический мониторинг. Выпуск VII, январь 1997 г. - М.: РИЦ ИСПИ РАН, 1997.
  
  73. Кому россияне доверяют // Аргументы и факты. - 1997. - N 29.
  
  74. Вальтух К.К. Стратегия возрождения. - М., 1998.
  
  75. Социальное положение и уровень жизни населения России: Статистический сборник / Госкомстат России. - М., 1997.
  
  76. Россия в цифрах: Краткий статистический сборник / Госкомстат России. - М., 1998.
  
  77. Российский стаптистический ежегодник: Статистический сборник / Госкомстат России. - М., 1997.
  
  ***********************
  Белая книга. Экономические реформы в России, 1991-2001 Сергей Кара-Мурза Сергей Батчиков
  Сергей Глазьев http://lib.rus.ec/b/103718/read
  
  Оглавление
  • Введение
  • От составителей
  • Раздел 1 Население России Воздействие реформы на демографические процессы и здоровье населения
  • Здравоохранение
  • Семья, материнство, детство
  • Раздел 2 Производство и потребление продуктов питания в РФ
  • Раздел 3 Реформа и благосостояние населения
  • Раздел 4 Промышленность и строительство
  • Энергетика
  • Конструкционные материалы
  • Машиностроение
  • Химическая промышленность
  • Производство потребительских товаров
  • Строительство
  • Перспективы восстановления производства
  • Раздел 5 Сельское хозяйство России
  • Институциональные изменения в сельском хозяйстве в ходе реформы
  • Реформа и экономические условия для ведения сельского хозяйства
  • Материально-техническая база сельскохозяйственного производства в РСФСР и РФ
  • Растениеводство
  • Животноводство
  • Изменения в социальной сфере села в ходе реформы
  • Раздел 6 Транспорт
  
  Введение
  
  Эта книга - изложение фактов, говорящих о социально-экономическом состоянии России, в которое она приведена за десятилетие радикальных экономических реформ с 1991 г. по 2001 годы.
  
  Составители не дают толкования этих фактов, каких-либо политических оценок или выводов. Мы даем беспристрастную объективную картину итогов реформирования российской экономики, а выводы пусть делает сам читатель. Наш материал - официальные статистические данные о динамике показателей состояния хозяйства страны и отдельных его отраслей, благосостояния и качества жизни населения.
  
  Мы приводим почти исключительно количественные, однозначно измеримые показатели, объективно характеризующие реальные результаты экономической деятельности и уровень жизни. Это - производство и потребление важнейших товаров и услуг в физическом выражении, показатели состояния здоровья и воспроизводства населения, обладания конкретными материальными благами; а также показатели ресурсовооруженности хозяйственной деятельности, отражающие способность экономики к развитию.
  
  На наш взгляд, фактические данные об уровне производства, темпах обновления основных фондов, о благосостоянии населения свидетельствуют о том, что за период реформ Россию постигла катастрофа. Мы позволяем себе сделать такой вывод только во введении, написанном от имени коллектива, работавшего над материалом. Было бы глупо и нечестно скрывать свою позицию. С этим выводом можно не соглашаться, но полезно иметь в виду, что такая точка зрения существует. Она выведена нами не из какой-то доктрины или неприятия каких-то лозунгов реформы, она сложилась за то время, когда нам пришлось изучить всю социально-экономическую статистику РСФСР и РФ за тридцать лет.
  
  Факт, что за годы реформы страна по уровню социально-экономического развития оказалась отброшенной на десятилетия назад, а по некоторым показателям - в дореволюционный период. Никогда за обозримый период, даже после разрушений от гитлеровского нашествия, не наблюдалось столь продолжительного и глубокого снижения уровня производства почти во всех отраслях отечественной экономики.
  
  Не анализируя в этой книге конкретных экономических причин столь масштабных разрушений, мы, тем не менее, можем с уверенностью констатировать, что они обусловлены потрясшими общество преобразованиями. В отличие от реформ, которые проводятся ради улучшения социально-экономического устройства страны в целях повышения благосостояния граждан, цель преобразований 90-х годов была заявлена как слом старой и построение новой системы социально-экономических отношений. Очевидно, цель это политическая.
  
  Обоснование пути преобразований было крайне идеологизированным. В ход был пущен противоречащий науке и здравому смыслу миф о том, что любая приватизация, вне зависимости от способа ее проведения, ведет к повышению эффективности производства по простой причине преимущества частной собственности над государственной.
  
  Приведенные в настоящей книге данные, к сожалению, говорят о том, что надежды на быстрое восстановление уровня социально-экономического развития страны в рамках политики, рассчитанной на автоматизм рыночной самоорганизации, несостоятельны. Несостоятельны потому, что Россия столкнулась не с кризисом, а с катастрофой, требующей других средств ее преодоления, нежели обычный кризис.
  
  В отличие от кризиса катастрофа разрушает ранее действовавшие механизмы социально-экономического развития. И если выход из кризиса достигается при помощи модернизации уже сложившейся системы экономических отношений, то после катастрофы ее необходимо формировать заново. Поэтому возможности восстановления и развития хозяйства в решающей степени зависят от проводимой политики.
  
  Россия обладает замечательной способностью возрождаться из пепла, восстанавливаться в кратчайшие сроки после социальных катастроф и экономических разрушений. Но каждый раз для этого нужна была концентрация политической воли, мобилизация всех имеющихся ресурсов, единение народа вокруг понятных каждому целей, научно обоснованная программа возрождения страны.
  
  Пока что таких условий у нас не сложилось. Программа экономического роста, разработанная учеными Российской Академии наук в интересах отечественных товаропроизводителей, предполагающая вывод экономики на траекторию быстрого и устойчивого роста на основе структурной перестройки хозяйства, пока что встречает сильное противодействие влиятельных сил, заинтересованных в сохранении нынешнего порядка распределения собственности и национального богатства, сложившихся в результате реформы.
  
  При этом сохраняются и сопутствующие этому порядку негативные явления: массовый вывоз капитала, хронический недостаток инвестиций даже для простого воспроизводства основных фондов, крайне низкая оплата труда, недостаточный для устойчивого экономического роста конечный спрос, свертывание системы социальных гарантий, разрушение научно-производственного и интеллектуального потенциала на фоне обогащения тонкой привилегированной прослойки.
  
  Все это означает закрепление российской экономики на периферии мирового рынка в качестве его "сырьевого придатка" без шансов на быстрое и устойчивое развитие. Для подавляющей части населения это будет означать сохранение крайне низкого уровня жизни, который еще долгое время будет ниже дореформенного.
  
  Правда заключается в том, что эффективность любой социально-экономической модели определяется сложной системой факторов, несводимых к отношениям собственности. Примером служит Китай, который, сохраняя социалистическую идеологию, за исторически короткий срок прошел путь от тоталитаризма культурной революции до современных рыночных институтов. Начав переход к рыночной экономике почти одновременно с нами, Китай за два с половиной десятилетия сумел в 20 раз (!) увеличить объем производства и уровень благосостояния населения.
  
  Эффективность любой национальной модели развития определяется совместимостью институтов экономики с реальными природными и культурными условиями страны. Попытки механического копирования форм, развившихся в совершенно иной культурной среде, никогда не смогут дать хорошего результата.
  
  Слепо копируя чужой опыт и следуя чужим рецептам, мы в итоге оказались далеки от современной модели высокоразвитой социально ориентированной рыночной экономики. В России сформировалась хорошо известная в экономической литературе и широко распространенная в слаборазвитых странах Африки и Азии модель, для которой характерно резкое социальное неравенство, концентрация богатства в немногих руках и нищета большинства населения.
  
  Эта модель характеризуется монополизацией контроля за производством и распределением базовых для национальной экономики продуктов, она лишена конкуренции и, следовательно, стимулов к развитию.
  
  Подобные модели социально-экономического устройства характерны для стран, составляющих периферию формирующейся сегодня мировой экономической системы. Они вполне удовлетворяют интересам транснациональных корпораций и крупного международного капитала, обеспечивая им полную свободу действий по освоению природных и человеческих ресурсов периферии. Разумеется, освоение это носит неэквивалентный характер - в оплату процентов за привлекаемый иностранный капитал, оборудование и технологии периферийные страны вынуждены поставлять на экспорт свои невоспроизводимые природные ресурсы и трудоемкие товары, фактически обменивая свою природную ренту и дешевый труд на интеллектуальную и монопольную ренту, содержащуюся в импортируемых товарах и услугах, финансируя таким образом экономический рост за рубежом.
  
  Именно такая лишенная национально-культурной специфики модель рыночной экономики была навязана России. В течение первого десятилетия своего функционирования она дала мировой экономике более 200 млрд. долл. вывезенного из России капитала и более миллиона первоклассных умов, переехавших для постоянной работы в страны ядра глобальной экономической системы.
  
  Результатом становится закрепление России в качестве лишенного национального суверенитета объекта эксплуатации природных богатств и человеческих ресурсов. Возможности экономического роста в рамках этой модели не превышают 2-3 % в год при благоприятной конъюнктуре на мировых сырьевых рынках. Для подавляющей части населения в рамках такой политики нет перспективы заметно улучшить уровень жизни - нынешнее поколение до конца своих дней будет жить хуже, чем до реформ. С окончательным разрушением большей части отраслей машиностроения и обрабатывающей промышленности в стране установится высокий уровень хронической безработицы квалифицированных кадров и углубится деградация человеческих ресурсов. Следующие поколения будут существенно меньшими по численности, а по среднедушевому уровню доходов окажутся где-то в середине "третьего мира".
  
  Россия обладает большими ресурсами и конкурентными преимуществами, позволяющими нам прервать тенденции деградации и выйти на траекторию быстрого и устойчивого развития. Для этого должна проводиться государственная политика, отвечающая национальным интересам. Вокруг такого проекта вновь сможет консолидироваться российское общество, все населяющие нашу страну народы и национальности.
  
  Специфика текущего момента заключается в его переломном характере. Выбор стратегии сегодня предопределит будущее развитие страны на многие десятилетия. Это связано с особенностями нынешнего состояния научно-производственного потенциала. Если сейчас он позволяет при соответствующей экономической политике выйти на высокие темпы роста промышленного производства (до 10 % в год) за счет загрузки и модернизации простаивающих производственных мощностей, то через несколько лет лавинообразное выбытие устаревшего оборудования "посадит" экономику в объективно жесткие ресурсные ограничения.
  
  Поэтому продолжение деградации научно-промышленного потенциала неизбежно повлечет за собой утрату основных источников современного экономического роста и, соответственно, внутренних возможностей самостоятельного развития российской экономики, закрепляя тем самым ее долговую зависимость и сырьевую специализацию с характерным для них неэквивалентным внешнеэкономическим обменом. Через несколько лет продолжения этого курса выбирать будет не из чего - развитие российской экономики в решающей степени будет определяться извне в зависимости от предпочтений иностранных инвесторов.
  
  
  С. Ю. Глазьев, С. А. Батчиков
  
  От составителей
  
  Уважаемый читатель!
  
  В этой книге собраны данные о том, как реформа, начатая в СССР (и РСФСР) в 1989-1990 гг. и продолженная в РФ, повлияла на народное хозяйство России, на жизнь населения и страны.
  
  Книга эта белая. Так называют издания, в которых представлены фактические сведения, а не мнения и оценки действительности. Конечно, трудно комментировать цифры, отражающие драматические изменения нашей жизни, и никак не выразить своего отношения к ним, однако мы старались этого добиться. Просим прощения, если это не вполне удалось, но фактические данные достаточно наглядны, чтобы каждый мог судить о них сам, исходя из своих интересов и представлений о добре и зле.
  
  По какому принципу мы отбирали показатели? Различают два типа хозяйственной деятельности, то есть производства и распределения продуктов и услуг. Их отличие сформулировал уже Аристотель. Один тип - натуральное хозяйство или экономия, что означает "ведение дома", материальное обеспечение экоса (дома) или полиса (города). Это - производство и торговля в целях удовлетворения потребностей. Другой тип хозяйства Аристотель назвал хрематистика (сегодня говорят рыночная экономика). Это - хозяйственная деятельность, целью которой является прибыль, накопление богатства.
  
  Реформа в России представляет собой попытку сменить тип хозяйства всей страны - перейти от хозяйства ради удовлетворения потребностей к хозяйству ради получения прибыли. Это сопровождается сменой понятий, в которых нам объясняют экономические явления, а также показателей, в которых измеряются результаты хозяйственной деятельности. При этом возникают трудности в понимании. Люди, которые по привычке продолжают считать, что производство существует ради удовлетворения потребностей, ищут привычных натуральных показателей - сколько собрано зерна, сколько добыто нефти или построено жилья.
  
  Из этого принципа исходило и советское планирование: зная, сколько в будущем году родится младенцев, планировали производство детских колясок. Если же производство ориентировано на прибыль, а не на потребность, то предприятие оценивает платежеспособный спрос. Потребность населения, не обеспеченная покупательной способностью, производителя не интересует.
  
  Поэтому главными показателями становятся не степень удовлетворения потребности, не обеспечение колясками младенцев, а движение денег - рентабельность (прибыльность), накопления, цена денег (кредита), а для страны и государства - валовой внутренний продукт (ВВП), сбалансированность бюджета, размер долга. Все это показатели не натуральные, не абсолютные, а вытекающие из принятой в данный момент экономической теории и системы оценок.
  
  В этой книге мы исходим из того, что с точки зрения общества, отдельной семьи или личности главная цель народного хозяйства - жизнеобеспечение граждан и страны. Другими словами, производство материалов, энергии, изделий и услуг в таком ассортименте и в таком количестве, чтобы были удовлетворены как минимум все жизненно необходимые потребности и гарантировано воспроизводство жизни граждан России, их семей и будущих потомков, народов России и ее самой как независимого государства. В какой степени достигается эта главная цель, можно судить только по абсолютным, не зависящим от теоретических интерпретаций показателям, то есть по показателям натуральным.
  
  Тонна стали или удобрений, выпущенный заводом трактор или поданный в жилище киловатт-час электроэнергии - абсолютные, однозначно понимаемые количества вполне определенных жизненных благ. Они создают условия для существования людей и страны, не зависящие от господствующей идеологии или политического режима.
  
  Разумеется, наличием этих абсолютных благ ни счастье, ни даже благосостояние людей еще не обеспечивается - потребности людей широки и растут безгранично. Когда удобрений, стали и энергии в стране достаточно, мы в нормальном состоянии даже не замечаем этих благ. Иное дело, когда их производство сокращается, и все большее число предприятий или жилищ начинают терпеть их нехватку. Тогда именно эти, критически важные средства жизнеобеспечения становятся для нас главными, а потребности "более высокого уровня" отступают на второй план. Очень большая часть семей российских граждан находится сегодня именно в таком положении, а главное, в таком положении находится Россия как страна.
  
  Поэтому в данной книге представлены именно натуральные показатели производства базовых отраслей - своеобразного "скелета" нашего народного хозяйства. В небольшой книге невозможно представить весь набор даже важнейших производств, но все хозяйство настолько тесно связано в систему, что выбранный перечень критически важных продуктов дает грубую, но в целом верную картину общего состояния дел в хозяйстве России.
  
  В книге представлены почти исключительно данные официальной статистики. В малом числе случаев привлечены также данные из официальных государственных докладов (например, о состоянии здоровья населения РФ), докладов министерств или Центра экономической конъюнктуры при Правительстве РФ. Эти случаи оговорены.
  
  Приведенные данные достаточно надежны. В публичной политике нередки манипуляции со статистикой, но они всегда имеют "точечный" характер - замалчиваются или выпячиваются отдельные цифры, искажается их смысл, дается неверное толкование. Невозможно целенаправленно исказить длинный временной ряд натурных показателей, поскольку все они взаимосвязаны.
  
  Например, чтобы подтасовать за 30 лет сведения о жилищном строительстве, надо было бы все это время вести сложнейшие расчеты ложных показателей производства, экспорта и импорта цемента, оконного стекла, унитазов и т. д. Технически это невозможно - даже если бы правительство по какой-то причине решило вести двойную бухгалтерию в масштабах всего народного хозяйства.
  
  Из огромного количества показателей, отражающих состояние хозяйства и жизнь страны, мы смогли отобрать и привести в книге лишь очень малую часть. Эта часть, однако, вполне отражает главные результаты воздействия реформы на народное хозяйство. Прежде всего потому, что динамика отобранных нами показателей является совершенно типичной.
  
  Можно брать сотни и сотни других товаров, изделий, видов сырья или материалов - и динамика изменений их производства или добычи будет очень близка к той, которая характерна для нашей выборки. В каком-то производстве положение чуть лучше или чуть хуже, но по своему типу диаграмма изменений будет та же самая. Лучше всего дело обстоит в тех отраслях и производствах, которые работают на внешний рынок - в добыче нефти и газа, производстве металлов, удобрений, других энергоемких или грязных производствах.
  
  При отборе примеров мы исходили из двух критериев. Во-первых, брали ключевые, системообразующие производства, то есть такие, чья продукция необходима для работы большого числа других производств или даже всего хозяйства в целом. Это, например, добыча энергоносителей, производство цемента или тракторов, железнодорожный транспорт.
  
  Во-вторых, мы брали производства, которые самым очевидным образом составляют основу жизнеобеспечения людей, населения России. Производство хлеба и молока, электроэнергии и ситца, книг и лекарств, строительство жилья - вот примеры таких производств. В конце концов, первейшая цель хозяйства - обеспечить население страны совокупностью таких жизненно важных благ. По тому, как влияет реформа на их производство, можно судить о ее замысле.
  
  В статистических ежегодниках и сборниках данные, ради экономии места, приводятся в компактной форме в виде таблиц. Мы же, в целях наглядности, представили их в форме графиков, построенных из данных за много лет. Так получились достаточно длинные временные ряды, которые позволяют видеть состояние того или иного производства за 10-20 лет до реформы и в ходе ее проведения - вплоть до 2000 г., а в некоторых случаях и до 2001 г. включительно.
  
  Для части производств данные за некоторые годы отсутствуют (иногда они сообщались в справочниках только за последний год пятилетки или в среднем за пятилетку). В таких случаях приходилось прибегать к экстраполяции и заменять кривую, с ее неизбежными колебаниями от года к году, сглаженной прямой между двумя надежно установленными точками (например, между 1975 и 1980 гг.). Такие участки мы обозначали пунктирной линией. При этом, конечно, теряются нюансы, но на общей форме кривой это не сказывается и выявить общую тенденцию не мешает.
  
  В небольшом числе случаев произошли изменения в методике (например, в классификации категорий продукта), и данные последних лет отличаются от данных, приведенных в старых справочниках. Например, в категорию "электрические машины крупные" после 1991 г. включены виды машин, которые раньше в эту категорию не включались. В результате показатель выпуска машин возрос примерно на треть. В таких случаях мы приняли за правило исходить из классификации новых справочников, хотя при этом данные по годам за предыдущие периоды мы использовать не могли. Из-за этого у нас несколько увеличилось число графиков, имеющих участки с пунктирной линией.
  
  Представляя "жесткие", натурные показатели, мы сопровождали их самыми минимальными комментариями, в которые включили полезные добавочные сведения, чтобы не усложнять этими сведениями графики и не увеличивать число рисунков. Мы избегали построения зависимостей между разными показателями и обсуждения неочевидных процессов и ограничений. Такое обсуждение могло бы быть истолковано как попытка подтолкнуть читателя к определенным выводам.
  
  Составители с благодарностью примут все замечания и указания на ошибки и недочеты, которые могли быть допущены при подготовке материала книги.
  
  Раздел 1
  Население России
  Воздействие реформы на демографические процессы и здоровье населения
  
  
  Источники:
  
  Статистические ежегодники "Народное хозяйство РСФСР". ЦСУ РСФСР, Госкомстат РСФСР. Москва.
  
  "Российский статистический ежегодник. Официальное издание". Госкомстат России. Москва.
  
  Статистический сборник "Здравоохранение в Российской Федерации". Госкомстат России. Москва, 1993.
  
  Статистические сборники "Демографический ежегодник России". Госкомстат России. Москва.
  
  Государственный доклад "О состоянии здоровья населения Российской Федерации в 1992 г.". Министерство здравоохранения РФ, Российская Академия медицинских наук и Госкомитет по санэпиднадзору РФ. Москва, 1993.
  
  Государственный доклад "О состоянии здоровья населения Российской Федерации в 1999 г.". Министерство здравоохранения РФ и Российская Академия медицинских наук. Москва, 2000.
  
  Статистический сборник "Краткосрочные экономические показатели Российской Федерации", Госкомстат России. Москва, апрель 2002.
  
  Население РФ на 1 декабря 2001 г. составляло 144,0 млн. человек. Начиная с 1914 г. население на территории, которую занимала РСФСР, а затем РФ, изменялось так, как представлено на графике рис. 1-1.
  
  
  Рис. 1-1. Население в пределах РСФСР и РФ, млн. чел
  
  
  Хотя за ряд лет не имеется официальных данных о численности населения РСФСР, общая форма кривой вполне определяется имеющимися точками. Судя по главным параметрам кривой, в советский период не произошло, за исключением периода Великой Отечественной войны, таких демографических катастроф, которые бы заметно сказались на общей динамике численности населения.
  
  То сокращение населения России, которое началось в 1991 г. вместе с радикальной реформой, отражено на графике ниспадающей ветвью, она имеет такой же наклон, как и в период Великой Отечественной войны.
  
  При этом надо отметить, что на годы реформы пришелся значительный приток в РФ беженцев и переселенцев из других бывших республик Советского Союза. За их счет произошло пополнение населения РФ. За 1991-2000 гг. миграционный прирост населения РФ за счет обмена с другими странами составил 1,57 млн. человек. В основном этот прирост вызван большим притоком прибывших в РФ по сравнению с выбывшими при обмене со странами СНГ и Балтии. При обмене с "дальним зарубежьем" баланс обмена отрицательный - количество выехавших за 1991-2000 гг. из РФ превышает число прибывших на 263 тыс. человек.
  
  Обращение к данным о естественном приросте населения России позволяет сделать вывод, что в годы реформы происходит именно демографическая катастрофа. В 1999 г. снижение численности населения произошло в 82 из 89 субъектов РФ. В 1990 г. в РСФСР не было ни одной области, где родилось бы менее 10 детей на 1000 человек населения. В 2000 г. таких областей было 65. С 1 января по 1 декабря 2001 г. население РФ уменьшилось на 781,8 тыс. человек - это существенно (на 103,7 тыс. человек) больше, чем за тот же период 2000 г.
  
  В подавляющем большинстве российских регионов главная причина депопуляции - естественная убыль населения, то есть превышение смертности над рождаемостью. При этом конец 90-х годов был в демографическом отношении очень благоприятным периодом с точки зрения численности женщин возрастов наибольшего деторождения. Динамика естественного прироста, то есть превышения рождаемости над смертностью граждан РСФСР и РФ, представлена на рис. 1-2.
  
  
  Рис. 1-2. Естественный прирост населения РСФСР и РФ с 1950 г. (на 1000 человек)
  
  
  Из приведенных на графике данных можно сделать два вполне очевидных вывода. Во-первых, вопреки утверждениям некоторых специалистов по демографии, резкое падение прироста населения, совпавшее по времени с ликвидацией советского государства и сменой общественного строя, вовсе не является следствием перехода к городскому образу жизни и изменения типа семьи. Этот переход (урбанизация), произошел в СССР в 60-е годы, после чего соотношение городского и сельского населения стабилизировалось.
  
  Действительно, урбанизация, как и на Западе, вызвала в РСФСР резкий спад рождаемости в 1960-1970 гг., как это и видно на рис. 1-2. Однако этот спад вовсе не привел ни к повышению смертности, ни к сокращению продолжительности жизни, ни к вымиранию населения. Ставшая в основном городской страной, РСФСР сохраняла стабильную демографическую динамику с ежегодным естественным приростом на уровне около 5 человек на 1000 (то есть около 700 тыс. новых граждан РСФСР в год).
  
  Таким образом, происходящие в России с конца 80-х годов демографические процессы не имеют никакого сходства со снижением рождаемости в западных странах с "обществом потребления". Проведение таких успокаивающих аналогий несостоятельно. Там не наблюдается ни повышения смертности, ни сокращения продолжительности жизни.
  
  Второй вывод заключается в том, что являются ложными настойчиво повторяющиеся утверждения о том, что якобы "вымирание населения началось давно, еще в 70-е годы". В течение 20 лет - с 1968 по 1988 г. показатель естественного прироста населения РСФСР обнаруживает исключительную устойчивость и никакого демографического слома не предвещает.
  
  Показатель естественного прироста представляет собой результат сложения двух величин - числа смертей и числа рождений. Какова была динамика этих величин до перехода к радикальной фазе перестройки и реформы, можно видеть из рис. 1-3.
  
  
  Рис. 1-3. Рождаемость и смертность в РСФСР и РФ (на 1 тыс. населения)
  
  
  Этот график не требует комментариев. Надо только обратить внимание на тот всплеск смертности, который начался в РФ после 1998 г., на новом витке реформы.
  
  В Государственном докладе "О состоянии здоровья населения Российской Федерации в 1999 г.", представленном Минздравом РФ и Российской Академией медицинских наук, указаны главные причины повышенной смертности населения РФ:
  
  
  "Долговременное массовое накопление неблагоприятных изменений в общественном здоровье населения в сочетании с воздействием хронически высокого уровня стресса, снижения качества жизни в условиях неудовлетворительного состояния социальной сферы и базовой медицины, недоступности высокоэффективных средств лечения для подавляющей части населения, криминализация общества и рост преступности".
  
  Рост смертности в годы реформы означал значительное сокращение средней продолжительности жизни. Ее показателем является т. н. ожидаемая продолжительность жизни при рождении. В 1986-87 гг. она составляла в РСФСР 70,13 года (у мужчин 64,91, у женщин 74,55). Резкое падение этого показателя произошло в первый год радикальной фазы реформы - 1992. В 1994 г. этот показатель составлял для граждан РФ 63,98 года (57,59 у мужчин и 71,18 у женщин). В 2000 г. ожидаемая продолжительность жизни в РФ составляла 65,3 года.
  
  Одним из самых прямых и быстрых следствий реформы явилось резкое увеличение смертности людей трудового возраста. Согласно данным "Демографических ежегодников России" (1996 и 2001 гг.), в 1990 г. в трудоспособном возрасте в РФ на 100 000 человек населения умерло от всех причин 488,2 человек, а в 1994 г. - 840,8. Особенно сильно это ударило по мужчинам (759,2 и 1323,7 человек соответственно в 1990 и 1994 гг.)[1]
  
  1994 г. оказался самым тяжелым в демографическом отношении. К этому моменту защитные силы людей, находившихся несколько лет в состоянии тяжелого стресса, иссякли, и резко подскочила смертность именно от тех заболеваний или причин, которые связаны с нервным и эмоциональным состоянием человека. Например, за один только 1992 г. на 39,4 % повысилась смертность от язвенной болезни.
  
  После этого пика смертность стала снижаться - как говорят, "реформа подобрала слабых". Население стало приспосабливаться к новым условиям. Однако в последние годы, на новом витке рыночной реформы, рост смертности возобновился - в 2000 году число умерших достигло 1540 на 100 000 человек населения.
  
  Такой скачок смертности не может быть объяснен изменением в возрастной структуре населения, тем более что больше всего смертность повысилась среди людей трудового возраста. Причины смертности, в наибольшей степени влияющие на демографическую ситуацию в России, приведены в табл. 1-1.
  
  
  Таблица 1-1. Число умерших в РФ по главным причинам смерти, тыс. человек
  
  
  Из таблицы видно, что главной причиной смертей в РФ являются болезни системы кровообращения. Среди факторов, которые приводят к этим болезням, главенствует артериальная гипертония. Частота ее возникновения, особенно в детском, молодом и трудоспособном возрасте, резко возросла в ходе реформы. В Государственном докладе "О состоянии здоровья населения Российской Федерации в 1999 г." на этот счет сказано:
  
  
  "Причиной ухудшения эпидемиологической ситуации по артериальной гипертонии в России за последнее время является одновременное воздействие комплекса крайне неблагоприятных социальных факторов, являющихся источником стрессовых напряжений и факторами риска возникновения артериальной гипертонии: падение жизненного уровня большей части населения, психологическая неуверенность в завтрашнем дне, отсутствие механизмов, стимулирующих граждан к поддержанию достаточного уровня своего здоровья, снижение у большинства населения возможностей организации адекватного отдыха, занятий физической культурой и спортом, распространение курения, алкоголизма, наркомании.
  
  Неблагоприятная ситуация усугубляется недостаточной работой органов и учреждений здравоохранения по снижению распространенности артериальной гипертонии... В последние годы резко снизились объемы профилактической работы, ориентированной прежде всего на организованные коллективы, количество которых из-за экономического спада и проводимой реструктуризации промышленных предприятий значительно уменьшилось... Несвоевременная диагностика и неэффективное лечение приводят к развитию тяжелых форм артериальной гипертонии и обусловленных ею сердечно-сосудистых заболеваний".
  
  Важным показателем воздействия реформы на здоровье населения стала вспышка заболеваемости "социальной" болезнью - туберкулезом. В 1990 г. на 100 тыс. населения было 34,2 случая заболевания активным туберкулезом, а в 1999 г. таких случаев было 85,4, а в 2000 г. 90,4. В 2000 г. 45,9 % больных с диагнозом туберкулеза органов дыхания имели запущенную форму заболевания.
  
  В упомянутом выше Государственном докладе "О состоянии здоровья населения Российской Федерации в 1999 г." сказано:
  
  
  "В 1999 году в России эпидемиологическая обстановка по туберкулезу продолжала ухудшаться. Почти все показатели, характеризующие уровень противотуберкулезной помощи населению, снизились. В целом ситуацию с туберкулезом следует оценить как крайне напряженную... Максимальный уровень заболеваемости населения туберкулезом зарегистрирован в возрастной группе 25-34 года (155 на 100 000)".
  
  Численность больных туберкулезом, состоящих на учете в лечебно-профилактических учреждениях, была в 1990 г. 279,1 тыс. человек, а в 1999 г. - 379,9 тыс. человек. Резко ухудшилось, однако, положение с массовыми медицинскими обследованиями работников (диспансеризацией), которые были важным направлением советской профилактической медицины. Согласно новому законодательству, профилактические медицинские осмотры должны были финансироваться за счет средств ОМС (обязательного медицинского страхования). Однако в Программе РФ по ОМС такие осмотры не были предусмотрены, и средств на них реально не выделялось. Это сразу сказалось на здоровье населения, что красноречиво показывает заболеваемость туберкулезом. В Государственном докладе "О состоянии здоровья населения Российской Федерации в 1992 г." говорится:
  
  
  "Рост заболеваемости наблюдается при значительном и почти повсеместном сокращении охвата населения профилактическими обследованиями на туберкулез; последнее в значительной мере объясняется дороговизной и перебоями в снабжении рентгенофлюорографической пленкой, реактивами, бакпрепаратами, мединструментарием...
  
  В 1992 г. положение с выявлением туберкулеза усугубилось в связи с тем, что все виды профосмотров, в том числе и на туберкулез, стали осуществляться не из средств госбюджета, а за счет предприятий, учреждений и личных средств граждан. В условиях снижения уровня жизни населения... возникает реальная угроза эпидемических вспышек туберкулеза на различных территориях страны.
  
  Вместе с тем, из-за недостаточного финансирования четко отлаженная и эффективно проводимая ранее система централизованного управления и контроля за деятельностью туберкулезных учреждений в части профилактики, выявления, диагностики и лечения туберкулеза практически перестает функционировать".
  
  Охват населения осмотрами на выявление больных туберкулезом составлял в 1985 г. 75,4 %, а в 1999 г., когда потребность в нем резко возросла, он снизился до 56,9 %.
  
  Красноречивым социальным результатом реформы стала небывалая вспышка заболеваемости венерическими болезнями.
  
  Так, заболеваемость сифилисом выросла с 1990 по 1997 г. в 50 раз. Затем она пошла на убыль, но все равно остается на исключительно высоком уровне. В "Государственном докладе" за 1999 г. сказано:
  
  
  "Среди причин, приведших к увеличению заболеваемости инфекциями, передаваемыми половым путем, следует указать, прежде всего, на происшедшие изменения социально-экономических отношений, приведших к расслоению населения, повлиявших на поведенческие, в том числе сексуальные, реакции людей...
  
  Рост числа зарегистрированных больных также зависит от недостаточности первичной профилактики среди широких слоев населения, особенно среди подрастающего поколения, что зависит от слабого финансирования этой работы.
  
  Вместе с тем необходимо отметить, что регистрируемый уровень инфекций, передаваемых половым путем, не отражает истинной заболеваемости населения страны, так как коммерческие структуры и организации, а также частнопрактикующие врачи не заинтересованы (в основном по финансовым соображениям) в полной регистрации и сообщении сведений в органы здравоохранения о числе принятых ими больных".
  
  Динамика заболеваемости сифилисом представлена на рис 1-4. Можно предположить, что резкий излом кривой в 1996-1997 гг., необычный для динамики инерционных процессов, связан именно с каким-то изменением в механизме регистрации заболеваний.
  
  
  Рис. 1-4. Заболеваемость сифилисом в РСФСР и РФ[2]
  
  
  Тяжелый стресс, вызванный реформой, сказался и на психическом здоровье населения. В "Государственном докладе" за 1999 г. сказано:
  
  
  "Здоровье населения, в том числе и психическое, является одним из наиболее важных показателей благосостояния государства...
  
  В целом в состоянии психического здоровья и психиатрической службы сохраняются негативные тенденции... По данным эпидемиологических исследований, проведенных в последние годы НЦПЗ РАМН, а также в результате экспертной оценки установлено, что примерно у 1/3 населения России, то есть приблизительно у 52,5 млн. человек имеются психические расстройства различной степени".
  
  Таким образом, причины, по которым столь резко изменилась демографическая ситуация в РФ, являются социальными, то есть они вызваны изменениями в обществе. За рассматриваемый период времени биологическая природа человека не изменилась, а на территории РФ не произошло никаких крупных природных катастроф, которые могли бы повлиять на рождаемость и смертность. Социальные причины роста смертности и снижения рождаемости грубо можно разделить на две группы: первая включает в себя неблагоприятные изменения в условиях жизни людей (доходы, питание, жилищные условия, духовные страдания и др.), вторая - ухудшение системы здравоохранения.
  
  Рассмотрим обе группы причин по отдельности
  
  Здравоохранение
  
  Вследствие большой территории России и низкой плотности населения система здравоохранения базировалась на очень широкой сети лечебных и профилактических учреждений. Поэтому всегда была очень актуальной проблема строительства, реконструкции и оборудования больниц и поликлиник. Масштабы этого строительства поддерживались в РСФСР на довольно высоком уровне. В ходе радикальной реформы это строительство сократилось до чрезвычайно низкого уровня. Это видно на следующих рисунках.
  
  
  Рис. 1-5. Ввод в действие больниц в РСФСР и РФ, тыс. коек
  
  
  В результате сокращения строительства больниц в РФ началось ослабление созданной ранее системы. Если в 1989 г. на 10 тыс. населения РСФСР имелось 138,7 больничных коек, то в 1994 г. их осталось 127,4, а в 2000 г. всего 115,9.
  
  Это - очень существенное сокращение, особенно если учесть, что сильнее всего оно ударило по жителям удаленных от больших центров сел и малых городов.
  
  По динамике строительства и ввода в действие и больниц, и поликлиник (рис. 1-6) видно, что на первом этапе перестройки возникла явная тенденция к укреплению системы здравоохранения в стране, что сразу сказалось и на демографических показателях - заметно снизилась смертность и выросла рождаемость.
  
  
  Рис. 1-6. Ввод в действие амбулаторно-поликлинических учреждений в РСФСР и РФ, тыс. посещений в смену
  
  
  Резкое прекращение строительства лечебных учреждений при первых же шагах рыночной реформы в 1988 г., не может быть объяснено исключительно экономическими трудностями. Это - следствие кардинального изменения приоритетов государственной политики. С тех пор и до настоящего времени реального изменения в отношении к здоровью населения, судя по состоянию сети лечебных учреждений, не наблюдается.
  
  Практика показала, что сделанные в начале рыночной реформы прогнозы, согласно которым частные медицинские учреждения могут стать в РФ реальной альтернативой для государственной системы здравоохранения, оказались ошибочными.
  
  В негосударственных учреждениях в 1994 г. работало всего 0,63 % врачей, практикующих в РФ. К 1999 г. эта доля выросла до 1,42 %, то есть частный сектор в медицине реально не оказывает на здоровье населения почти никакого влияния.
  
  Особым элементом советской системы здравоохранения были санатории. За несколько десятилетий они зарекомендовали себя и в мнении специалистов, и в общественном сознании как эффективное средство профилактики многих заболеваний и реабилитации пациентов после лечения.
  
  В результате приватизации предприятий, разрушения профсоюзной системы и обеднения трудящихся использование санаториев сократилось. За 1990-1999 годы число пациентов, восстанавливающих здоровье в санаториях и профилакториях с лечением, снизилось в 2,27 раза.
  
  Реформа привела к резкому спаду в строительстве санаториев, которое в 80-е годы велось в очень широких масштабах. Динамика его представлена на рис. 1-7.
  
  
  Рис. 1-7. Ввод в действие санаториев в РСФСР и РФ, тыс. коек
  
  
  Практически прекращено строительство учреждений, которые обеспечивали массовые возможности для сочетания отдыха с оздоровлением - домов отдыха. Их ежегодный ввод в действие снизился с уровня около 7 тыс. мест в 80-е годы до 0,35 тыс. мест в 2001 г. Динамика этого процесса показана на рис. 1-8.
  
  
  Рис. 1-8. Ввод в действие домов отдыха в РСФСР и РФ, тыс. мест
  
  
  Реформа привела к резкому сокращению строительства домов-интернатов - для престарелых и инвалидов. В условиях значительного ухудшения общего медицинского обслуживания и резкого обеднения большой части престарелых людей это поставило инвалидов и одиноких престарелых в очень тяжелое положение. С конца 70-х годов ввод в действие домов-интернатов в РСФСР составлял 4-5 тыс. мест ежегодно (в 1990 г. 7,2 тыс. мест). С 1996 г. этот показатель колеблется около 0,9-1 тыс. мест, в 2000 г. и 2001 г. он остановился на уровне 1,34 тыс. мест.
  
  Исключительно сильный удар в годы реформ нанесен по отечественной медицинской и фармацевтической промышленности. Многие производства практически прекратили существование, выпуск даже самых необходимых лекарств сократился во много раз. Характерным примером может служить динамика производства сульфаниламидных и салициловых препаратов, уровень которого стабильно рос уже с 70-х годов и которое полностью обеспечивало потребности страны (рис. 1-9).
  
  
  Рис. 1-9. Производство отдельных видов лекарственных препаратов в РСФСР и РФ, тонн: 1 - салициловые препараты; 2 - сульфаниламидные препараты
  
  
  В РСФСР было создано большое и вполне современное производство почти всех витаминов и большинства антибиотиков. По своему качеству они соответствовали мировому уровню, а по стоимости были доступны всем слоям населения. В результате реформы производство витаминов упало в 8 раз, а антибиотиков в 4,5 раза (рис. 1-10). На отечественном рынке они заменены импортными препаратами.
  
  
  Рис. 1-10. Выпуск антибиотиков и витаминов в РСФСР и РФ, тонн: 1 - антибиотики; 2 - витамины
  
  
  В РСФСР было недостаточно развито производство медицинской техники, некоторые его виды закупались за рубежом. Однако основная масса аппаратуры, освоенной отечественным производством, исправно служила в системе здравоохранения и составляла главную часть ее материально-технической базы.
  
  Во время реформы не произошло модернизации этого производства, освоения новой продукции на базе новых технологий, пусть и импортных. Производство было в основном свернуто.
  
  Типичным примером является динамика производства одного из видов медицинской техники - наркозно - дыхательных аппаратов (рис. 1-11). Почти в 10 раз сократилось и производство электрокардиографов.
  
  
  Рис. 1-11. Производство наркозно-дыхательных аппаратов в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  Семья, материнство, детство
  
  Реформа нанесла тяжелый удар по семье. Резкое обеднение, безработица, вынужденная миграция и утрата жизненных ориентиров подорвали экономические и культурные основания семьи. Эта реакция на реформу была исключительно быстрой. На 1000 населения в 1987 г. было заключено 9,9 браков, в 1990 г. 8,9, а уже в 1992 г. всего 7,1. В 2000 г. число заключенных браков на 1000 населения составило 6,2.
  
  Но главный показатель - это превышение числа браков над числом разводов. На 1000 населения он составлял 5,9 в 1987 г., 5,1 в 1990 г., 4,6 в 1991 г. и только 2,8 в 1992 г. Еще более низкого уровня этот показатель достиг в 1998 г., когда число заключенных браков на 1000 населения всего на 2,4 превысило число разводов. В 2000 г. этот показатель упал до 1,9.
  
  Реформа привела к резкому увеличению числа внебрачных детей - при общем снижении рождаемости. В 2000 г. вне брака родилось 28 % детей (в 1990 г. 14,6 %). В РФ появился большой контингент детей, для которых семья не может служить надежным источником питания и заботы. В то же время были резко ослаблены государственные службы охраны детства.
  
  Исключительно важный в советское время общественный институт - детские ясли и сады - сначала стал объектом идеологической кампании по дискредитации общественной системы воспитания детей, а затем его работа была подорвана вследствие сокращения финансирования.
  
  Вплоть до 1988 г. велась работа по замене ветхих и неприспособленных зданий, строились современные специализированные помещения с оборудованием зеленых зон. По оценке состояния зданий детских дошкольных учреждений в РСФСР, проведенной в 1989 г., подлежало сносу 9 % зданий и капитальному ремонту (с временным переселением учреждения) 23 % зданий. С началом рыночной экономической реформы эта работа была практически полностью остановлена.[3] Характерна динамика ввода в действие детских дошкольных учреждений в РСФСР и РФ, показанная на рис. 1-12.
  
  
  Рис. 1-12. Ввод в действие детских дошкольных учреждений в РСФСР и РФ, тыс. мест
  
  
  На здоровье детей и подростков реформа сказалась самым страшным образом - от социального бедствия их организм и психика страдают сильнее, чем у взрослых.
  
  Вот крайнее выражение этого процесса. В "Государственном докладе" отмечено: "Ухудшающееся состояние здоровья детей обуславливает нарастание инвалидизации детского населения. В 1999 г. уровень детской инвалидности составил 205,6 на 10 тыс. детей в возрасте до 16 лет (1997 г. - 160,7; 1998 г. - 199,3)". Таким образом, произошло пятикратное увеличение уровня детской инвалидности: в 1990 г. в РСФСР на 10 тыс. детей было 43,1 инвалидов.
  
  Приведем еще некоторые выдержки из цитируемого доклада о состоянии здоровья:
  
  
  "Число здоровых дошкольников за последние годы уменьшилось в 5 раз, и при поступлении в школу их количество не превышает 10 %... Отмечено увеличение до 26,5 % детей с дисгармоническим и резко дисгармоническим развитием. Число неготовых к систематическому обучению детей увеличилось в 5 раз...
  
  В последние годы сохраняется неблагоприятная тенденция ухудшения состояния психической адаптации детей и подростков, увеличение у них дезадаптивных форм поведения, включая алкоголизацию, табакокурение, наркоманию и др. виды девиантного поведения...
  
  В 1999 г. заболеваемость гепатитом "В" (ГВ) на 21 % больше, чем в предыдущем году... Начиная с 1994 г. в РФ складывается принципиально новая эпидемическая ситуация по ГВ. Резко изменившиеся социальные условия, искажение представления о жизненных ценностях, снижение нравственного уровня среди молодежи привели к резкому росту заболеваемости ГВ.
  
  Эти негативные процессы резко превысили успех в борьбе с ГВ, достигнутый к началу 90-х годов. Рост заболеваемости обусловлен двумя возрастными категориями: 15-19 и 20-29 лет, вовлекаемыми в наркоманию и неупорядоченные сексуальные контакты...
  
  С начала регистрации в 1994 г. продолжает ежегодно увеличиваться заболеваемость гепатитом "С", по сравнению с 1998 г. она увеличилась на 65,7 %... Основное количество заболевших формируют подростки и лица 20-29 лет... С 1997 г. на некоторых территориях страны отмечается интенсивное вовлечение в эпидемический процесс школьников 11-14 лет".
  
  Добавим, что "неупорядоченные сексуальные контакты" у подростков вызвали рост не только заболеваемости гепатитом "В", но и венерическими болезнями, в том числе сифилисом.
  
  В 1997 г. было выявлено более 2 тыс. девочек до 14 лет, заболевших сифилисом, - в 144 раза больше, чем в 1990 г. Динамика заболеваемости подростков показана на рис. 1-13.
  
  
  Рис. 1-13. Заболеваемость подростков в возрасте 15-17 лет сифилисом в РСФСР и РФ (выявлено больных на 100 000 населения)
  
  
  Таблица 1-2. Общая заболеваемость детей и подростков в РФ (на 1000 населения соответствующего возраста)
  
  
  Ухудшение здоровья детей во многом предопределяется резким ухудшением условий жизни и особенно питания женщин во время беременности.
  
  В "Государственном докладе" говорится: "Продолжает ухудшаться качество здоровья беременных женщин... Резко сократилось число нормальных родов, удельный вес которых составил по России 31,1 %...
  
  В 1999 г. продолжался рост заболеваемости новорожденных детей. В сравнении с 1997 г. заболеваемость новорожденных увеличилась на 15,8 % (сепсисом - на 40,5 %)..."
  
  Динамика этих процессов дана на рис. 1-14.
  
  
  Рис. 1-14. Состояние здоровья беременных, рожениц, родильниц и новорожденных в РСФСР и РФ
  
  1 - Роды, осложненные анемией, в % от числа родившихся
  
  2 - Родилось детей больными, в % от числа родившихся
  
  3 - Из числа закончивших беременность страдали анемией, %
  
  
  Доклад фиксирует важный факт: "Складывающийся "бедный" тип питания приводит к возрастанию частоты белково-калорийной недостаточности, проявляющейся у детей и подростков снижением массы тела и низкими ростовыми показателями".
  
  Дело не только в массе тела и росте - нехватка белка наносит удар по всем физиологическим системам организма и по умственному развитию человека.
  
  Одной из важных причин ухудшения здоровья детей в РФ стал тот факт, что реформа подорвала и частично разрушила созданную в 70-80-е годы в РСФСР систему производства и распределения специальных продуктов питания для детей раннего возраста.
  
  В то же время резкое ухудшение социальных условий большинства матерей привело к тому, что значительно сократилось грудное вскармливание. В 1999 г. доля детей в возрасте до 3 месяцев, находящихся на грудном вскармливании, составила всего 41,9 %, а детей в возрасте до 6 месяцев - 27,6 %.
  
  В Государственном докладе "О состоянии здоровья населения России" сказано:
  
  
  "Питание детей раннего возраста является одним из ключевых факторов, определяющих адекватный рост и развитие детей, их устойчивость к действию неблагоприятных внешних факторов. Нарушения питания в раннем детском возрасте оказывают неблагоприятное влияние на состояние здоровья не только в первые годы жизни, но и в последующие возрастные периоды...
  
  В настоящее время в искусственном вскармливании полностью или частично нуждаются 60-70 % детей первого года жизни... В условиях снижающейся платежеспособности населения многие виды детского питания стали недоступными для большинства потребителей".
  
  Снижение потребления продуктов детского питания подтверждается статистикой как их производства, так и импорта. В Государственном докладе "О состоянии здоровья населения России" приведены такие данные. Импорт детского питания в 1999 г. сократился по сравнению с 1998 г. в два раза, при этом цены на импортные продукты резко выросли. В то же время отечественный выпуск продуктов для детского питания составил, по разным видам продуктов, только от 16 до 21 % от потребности. Таким образом, существенная часть детей раннего возраста была лишена необходимых им продуктов.
  
  Все, однако, помнят, что совсем недавно, в 1990 году, в торговле еще практически не было импортных продуктов детского питания, рождаемость была примерно вдвое выше, чем сегодня, однако дети в целом нормально питались. Заболеваний и дефектов развития, вызванных "бедным типом питания", у них не наблюдалось.
  
  Причина в том, что отечественные предприятия по производству детского питания были в ходе реформы приватизированы и эти продукты, как малорентабельные, сняты с производства.
  
  Вот что произошло, например, с производством сухого заменителя молока, выпуск которого сократился почти в 60 раз (рис. 1-15):
  
  
  Рис. 1-15. Производство сухого заменителя цельного молока в РСФСР и РФ, тыс. т
  
  
  Резкий спад имел место и в производстве молочных смесей для младенцев. Это видно на рис. 1-16.
  
  
  Рис. 1-16. Производство сухих молочных смесей для детей раннего возраста, тыс.т
  
  
  Лучше обстоит дело в производстве жидких и пастообразных молочных продуктов для детей раннего возраста. В соответствии с федеральной целевой программой "Развитие индустрии детского питания" были построены заводы, обеспечившие потребности ряда регионов. В 1990 г. таких продуктов выпускалось 53,1 тыс. т, а в 1997 г. 62,5 тыс. т. В 1999-2001 гг. их выпуск увеличивался.
  
  Производство сухих продуктов для детского питания на злаковой основе было в годы реформы почти остановлено, но, судя по сообщениям Минздрава РФ, с 1999 г. стало возрождаться на новых предприятиях. Динамика их производства вплоть до 1997 г. дана на рис. 1-17.
  
  
  Рис. 1-17. Производство сухих продуктов для детского и диетического питания в РСФСР и РФ на злаковой основе, тыс.т
  
  
  С производством другой обязательной составной части детского питания, мясных консервов, дело обстоит плохо. Старое производство сильно сократилось, а на новых предприятиях, судя по докладу Минздрава РФ, их выпуск до 2000 г. не был налажен. Динамика производства в ходе реформы приведена на рис. 1-18.
  
  
  Рис. 1-18. Производство консервов мясных детских в РСФСР и РФ, млн. условных банок
  
  
  Резкое снижение возможностей потребления в массовом масштабе продуктов детского питания усугубилось ухудшением общественного питания в школах. В Государственном докладе "О состоянии здоровья населения России" (2000 г.) говорится:
  
  
  "Не улучшается положение дел с организацией питания детей, посещающих дошкольные учреждения и школы. Охват школьников горячим питанием в большинстве субъектов Российской Федерации сократился на 20-30 %. Рационы питания обеспечивают потребность детского организма в энергии и белках только на 0-90 %, в витаминах - на 20-40 %. Сокращается вес и объем отпускаемых блюд. Прекращена витаминизация готовых блюд. Не решаются вопросы обеспечения детских и подростковых учреждений йодированной солью... Из-за отсутствия средств во многих школах организовано лишь чаепитие".
  
  Ниже рассмотрим воздействие реформы на главное условие жизнеобеспечения людей - их питание.
  
  Раздел 2
  Производство и потребление продуктов питания в РФ
  
  
  Источники:
  
  Статистические ежегодники "Народное хозяйство РСФСР". ЦСУ РСФСР, Госкомстат РСФСР. Москва.
  
  "Российский статистический ежегодник. Официальное издание". Госкомстат России. Москва.
  
  Статистический сборник "Агропромышленный комплекс Российской Федерации". Госкомстат России. Москва. 1993.
  
  Статистические сборники "Сельское хозяйство в России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1998; 2000.
  
  Статистические сборники "Торговля в России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1998, 1999.
  
  Статистические сборники "Цены в России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1998, 2000.
  
  Статистический сборник "Краткосрочные экономические показатели Российской Федерации", Госкомстат России. Москва, апрель 2002.
  
  Информационно-аналитический сборник "Некоторые проблемы сельского хозяйства зарубежных стран". ВНИИ информации и технико-экономических исследований агропромышленного комплекса. Москва. 1989.
  
  Государственный доклад "О состоянии здоровья населения Российской Федерации в 1992 году". Министерство здравоохранения РФ и Российская Академия медицинских наук. Москва, 1993.
  
  Государственный доклад "О состоянии здоровья населения Российской Федерации в 1999 г.". Министерство здравоохранения РФ и Российская Академия медицинских наук. Москва, 2000.
  
  Одним из главных аргументов в пользу перехода от плановой системы хозяйства к рыночной было якобы неудовлетворительное обеспечение населения СССР и РСФСР продуктами питания.
  
  В действительности СССР, по оценкам Организации ООН в области сельского хозяйства и продовольствия (ФАО), в середине 80-х годов входил в десятку стран мира с наилучшим типом питания.[4] В 1985 г., по данным ФАО, приведенным в последней сводке этой организации в Интернете, житель СССР в среднем получал в день 105,3 г белка (из них 51,5 г - белка животного происхождения: в мясе 22,2 г, в молоке 15,2 г, в рыбе 9,5 г, в яйцах 4,6 г).
  
  Основой для обеспечения питанием на таком уровне было отечественное сельскохозяйственное производство:
  
  
  Таблица 2-1. Производство основных продуктов питания на душу населения (в кг) в 1989 году
  
  
  Таблица 2-2. Потребление основных продуктов питания в США и России (в среднем на душу населения, кг)
  
  
  Граждане СССР имели основания быть недовольными системой распределения продуктов питания (перебои в снабжении, очереди, неравномерность в поставках некоторых продуктов по регионам и пр.). Кроме того, после достижения уровня питания, удовлетворяющего базовые потребности человека, в обществе возникли новые требования - к разнообразию продуктов, их расфасовке, упаковке и т. д.
  
  Однако восприятие этих недостатков во многом зависело от идеологического давления. Например, в 1989 г. молока и молочных продуктов в среднем по СССР потребляли 363 кг в год на человека, что является исключительно высоким показателем (в США - 263 кг), но при опросах 44 % опрошенных жителей СССР ответили, что потребляют молока недостаточно. Более того, в Армении, где велась особо сильная антисоветская пропаганда, 62 % населения было недовольно своим уровнем потребления молока и молочных продуктов. А между тем их потребление составляло там в 1989 г. 480 кг на человека. И самый красноречивый случай - сахар. Его потребление составляло в СССР 47,2 кг в год на человека (в США - 28 кг), но 52 % опрошенных считали, что потребляют слишком мало сахара (а в Грузии недовольных было даже 67 %).
  
  Как изменилось питание граждан России в результате реформы? Уже в 1992 г. произошло резкое и глубокое ухудшение питания большинства населения. Согласно данным Госкомстата РФ, калорийность продуктов питания, потребляемых в среднем за сутки, снизилась с 2590 (1990 г.) до 2438 в 1992 г. и до 2200 в 1996 г. Исследователи выражают сомнение в достоверности этих данных, поскольку они не согласуются с другими показателями (товарооборот продуктов питания), однако тенденция к понижению калорийности рациона несомненна.
  
  Существенно изменилась структура питания: в калорийности рациона снизилась доля продуктов, богатых белком (и особенно животным белком - мяса, рыбы, молока и яиц), возросла доля картофеля и круп. В 1990 г. продукты животного происхождения давали 35,9 % калорий среднего суточного рациона, а в 1997 г. только 28,3 %.
  
  В 1993 г. был опубликован официальный "Государственный доклад о состоянии здоровья населения Российской Федерации в 1992 году". В нем говорится: "Существенное ухудшение качества питания в 1992 г. произошло в основном за счет снижения потребления продуктов животного происхождения. В 1992 г. приобретение населением рыбы составило 30 % от уровня 1987 г., мяса и птицы, сыра, сахара - 50-53 %. Отмечается вынужденная ломка сложившегося в прежние годы рациона питания, уменьшается потребление белковых продуктов и ценных углеводов, что неизбежно сказывается на здоровье населения России и в первую очередь беременных, кормящих матерей и детей. В 1992 г. до 20 % детей обследованных групп 10 и 15 лет получали белка с пищей менее безопасного уровня, рекомендуемого ВОЗ. Более половины обследованных женщин потребляли белка менее 0,75 г на кг массы тела - ниже безопасного уровня потребления для взрослого населения, принятого ВОЗ". Это - официальное признание в том, что реформа сломала сложившийся при советском укладе благополучный рацион питания и что в стране возник, как сказано в Докладе, "всеобщий дефицит" питания, ранее немыслимый.
  
  На середине периода реформ уровень питания пересек критическую черту. В 1995 г. по сравнению с 1991 г. потребление (включая импорт) мясопродуктов в целом упало на 28 %, масла на 37 %, молока и сахара на 25 %. В 1996 г. городское население в среднем стало получать менее 55 г белка в день. Здесь надо обратить внимание на исключительно важную вещь: вследствие резкого расслоения по доходам, спад потребления ценных продуктов питания сосредоточился почти исключительно в той половине народа, которая испытывает крайнюю бедность. Значит, в этой половине населения потребление самых необходимых для здоровья продуктов упало до крайне низкого уровня, при котором начинаются физиологические изменения в организме и деградация здоровья!
  
  Насколько неумолима эта угроза для множества граждан, говорит такой небольшой, но красноречивый факт. Известно, что рождаемость в ходе реформы резко упала, женщины отказываются от материнства, во многом из-за того, что опасаются за судьбу ребенка. Понятно также, что те, кто все же решает завести ребенка, делают все возможное, чтобы он родился и рос здоровым. Прежде всего, для этого мобилизуют все возможные ресурсы, чтобы будущая мать во время беременности получше питалась. Несмотря на это, после 1990 г. стало быстро расти число рожениц, которые в момент родов страдали от анемии. Если в 80-е годы анемия к моменту родов наблюдалась у 4-5 % рожениц и это было вызвано в основном индивидуальными особенностями здоровья, в ходе реформы анемия рожениц стала социальной проблемой - в 1999 г. ею страдали 41,3 % рожениц, а в 2000 г. 43,9 %. Причиной ее было плохое питание во время беременности.
  
  Катастрофическое ухудшение питания населения стало следствием резкого снижения покупательной способности зарплаты, пенсий и социальных пособий, которые остаются для подавляющего большинства граждан основными источниками дохода. Изменение покупательной способности зарплаты рабочих и служащих России в сфере питания в разные периоды нашей истории можно оценить следующим образом. Известна средняя зарплата работника в Российской империи, в СССР и в РФ, а также стоимость набора из 9 главных продуктов питания (в этот набор входит по 1 кг каждого продукта - мясо, молоко, рыба, сахар, масло подсолнечное, овощи, мука, картофель - и десяток яиц). Из этого, соответственно, вычисляется число таких наборов, которые работник (рабочие и служащие) может купить на свою месячную зарплату.
  
  Данные по годам - с 1913 г. до сентября 1998 г. - опубликованы в журнале "Экономические стратегии".[5] В 1913 г. работник в среднем мог купить на месячную зарплату 13,25 наборов, в 1924 г. - 13,78. На этот уровень после Великой Отечественной войны вышли в 1952 г., потом он повысился до 28,59 наборов на месячную зарплату в 1985 г. С 1990 г. этот уровень начал быстро снижаться и в сентябре 1998 г. составил 7,20. Таким образом, в среднем работник в России в конце 1998 г. мог купить продуктов питания (в минимальном наборе) почти вдвое меньше, чем в 1913 г. и в четыре раза меньше, чем в 1985 г.
  
  В 2000 г. вышел Государственный доклад "О состоянии здоровья населения Российской федерации в 1999 г.". Питанию как важнейшему условию сохранения здоровья посвящен целый раздел Доклада. В нем говорится: "Структура питания населения характеризуется продолжающимся снижением потребления биологически ценных продуктов питания..."
  
  В разделе I уже обращалось внимание на те сведения о положении с питанием детей, приведенные в этом Докладе. Там вводится фундаментальное положение: в результате реформы в России сложился "бедный" тип питания, так что дети испытывают белково-калорийную недостаточность, в новом поколении наблюдается "снижением массы тела и низкие ростовые показатели".
  
  Надо подчеркнуть, что дело не только в нехватке средств - прекращены и некоторые копеечные программы, которые сохраняли людям здоровье и продлевали жизнь. Вот одно из изменений, которому в Докладе 2000 г. уделено значительное внимание: "Актуальной экологической проблемой является дефицит йода в биосфере, так как более 70 % густонаселенных территорий нашей страны имеют разную степень недостаточности этого микроэлемента. Прекращение йодной профилактики привело к росту в России эндемического зоба и ассоциированных с ним болезней среди больших групп населения, в первую очередь - детей и подростков. Наличие йодного дефицита на 30 % повышает риск развития хронических болезней..." Прекращение йодной профилактики означает, что владельцы приватизированных предприятий просто перестали добавлять капельку йода в поваренную соль - чтобы затем рекламировать и продавать по баснословно завышенной цене соль йодированную.
  
  Изменение питания как проблему здоровья обсуждает академик Российской Академии медицинских наук Б. Т. Величковский в книге "Реформы и здоровье населения страны" (М., 2001). Он пишет: "Ведущим фактором в детской возрастной группе является недостаточное питание. Отсутствие полноценного питания привело к тому, что в 1999 г. 10 % призывников отличались дефицитом веса; более 40 % беременных женщин страдали анемией, а большинство детей и молодежи не получало необходимого набора пищевых веществ и витаминов".
  
  Результатом реформы стал и тот факт, что значительная часть продуктов питания, поступающих в торговлю, фальсифицирована. Масштабы фальсификации, судя по сводкам МВД, огромны. Фальсифицированной водкой травятся миллионы людей - из них ежегодно около 30 тысяч (в 1994 г. 55,5 тыс. человек) кончают смертельным исходом. В советском хозяйстве, работающем для потребления, а не для прибыли, фальсификация не имела смысла.[6]
  
  В результате реформы произошла архаизация всей системы производства и распределения продуктов питания. Прежде всего, резко сократилась доля сырых продуктов, перерабатываемых в пищевой промышленности. В животноводстве идет снижение товарности и регресс в технологии и санитарии. Если производство мяса за годы реформы упало в целом в два раза, то переработка скота на мясокомбинатах - в четыре раза. В целом ряде городов и регионов РФ промышленная выработка мяса вообще прекращена.[7] Скот забивают на подворьях, и мясо продают на дорогах и в подворотнях.
  
  Ниже приведены официальные статистические данные о динамике потребления различных продуктов питания в РСФСР и РФ.
  
  В РСФСР молоко и молочные продукты были важнейшим источником питания и особенно источником ценного белка животного происхождения. В 1990 г. молоко и молокопродукты обеспечивали 17,1 % калорийности среднего суточного рациона.
  
  В результате реформы потребление молока стало быстро снижаться как в абсолютном измерении, так и относительно, в структуре потребляемых продуктов. В 1996 г. молокопродукты обеспечивали 12,5 % калорийности среднего суточного рациона.
  
  На рис. 2-1 представлен график изменения по годам среднего душевого потребления молока и молочных продуктов (в пересчете на цельное молоко). Уже в 60-е годы в РСФСР был достигнут высокий уровень молочного животноводства, так что потребление молока возросло с 255 кг в 1960 г. до 331 кг в 1970 г. Этот уже весьма высокий, по международным меркам, уровень поддерживался до начала 80-х годов, а затем поднялся почти до 400 кг в год.
  
  
  Рис. 2-1. Потребление молока и молочных продуктов в РСФСР и РФ (в пересчете на молоко) на душу населения в год, кг
  
  
  Перестройка экономической системы СССР уже в 1990 привела к снижению потребления молока, а радикальная реформа в России вызвала быстрое и резкое падение среднего уровня потребления - до 216 кг в 2000 г. Вплоть до настоящего времени не наблюдается признаков роста - потребление стабилизируется на уровне примерно вдвое ниже, чем в 80-е годы.
  
  На потребление молока повлиял рост розничных цен. При этом закупочные цены выросли гораздо меньше. Поскольку приватизация перерабатывающей промышленности отрезала село от рынка, производство молока стало убыточным и начало свертываться.
  
  Это еще подстегнуло розничные цены. Если брать за стандарт говядину, приняв ее цену за 100 %, то относительное подорожание молока выражается рис. 2-2.
  
  
  Рис. 2-2. Соотношение потребительских цен на молоко с ценой 100 г. говядины в РСФСР и РФ
  
  (на конец года в процентах): 1 - молоко цельное; 2 - говядина
  
  
  Развитие, начиная с 60-х годов, современной пищевой промышленности позволило перерабатывать значительную часть молока в ценные цельномолочные продукты питания. Набор этих продуктов в России был весьма широк, цены доступны, и это позволило разнообразить и улучшить структуру массового питания.
  
  Вследствие того, что спрос на молочные продукты был всегда высок, при ликвидации планового хозяйства и либерализации цен именно эти продукты подорожали более всего и стали недоступны для большой части населения. Для сравнения приведем динамику потребительских цен на говядину и кисломолочные продукты (кефир, ряженка и т. п.). Если говядина в результате инфляции подорожала за 1992-1995 гг. в 1338 раз, то кисломолочные продукты - в 21 229 раз. Иными словами, повышение цены на эти продукты было в 16 раз больше, нежели на говядину.
  
  
  Рис. 2-3. Производство цельномолочной продукции в РСФСР и РФ (в пересчете на молоко), млн. т
  
  
  В результате на первом же этапе рыночной реформы массовое производство цельномолочных продуктов было свернуто. Оно стало выходить на стабильный режим лишь в 1995-1996 гг. при уровне производства в 4 раза более низком, нежели в последние годы существования советской экономической системы. Современные цельномолочные продукты занимают теперь существенное место лишь в питании небольшой зажиточной части населения Российской Федерации.
  
  На рис. 2-4 видно, что в ходе реформы спад потребления молока и молочных продуктов происходил неравномерно, так что одни регионы оказались затронуты им гораздо сильнее, чем другие. Например, в Москве, где потребление было несколько выше среднего по России, в 1996 г. оно упало ниже среднего, но затем положение выправилось. Напротив, Приморский край испытал очень глубокий спад потребления - в 3,6 раза с 1990 по 1999 г., причем в последние годы этот спад продолжается.
  
  
  Рис. 2-4. Потребление в разных регионах молока и молочных продуктов (в пересчете на молоко) в РСФСР и РФ на душу населения в год, кг
  
  1 - Россия в среднем; 2 - Москва; 3 - Приморский край
  
  
  Из широкого набора потребляемых в РСФСР и Российской Федерации молочных продуктов особо выделим животное масло (сливочное и, в меньшей степени, топленое). В традиционной структуре питания в России масло всегда занимало важное место как ценный продукт, уровень потребления которого многое говорил о благосостоянии семьи. Уже в 70-е годы в РСФСР был достигнут высокий и устойчивый уровень потребления масла, и оно как столовый продукт практически вытеснило маргарин.
  
  Дальнейшее повышение уровня жизни в 80-е годы повлекло за собой значительный рост производства животного масла (рис. 2-5).
  
  
  Рис. 2-5. Производство животного масла в РСФСР и РФ, тыс. т
  
  
  В результате радикальной реформы уже начиная с 1990 г. наблюдается резкий спад производства.
  
  За годы реформы по сравнению с 1990 г. производство животного масла в России снизилось в три раза, восстановления производства даже в самые последние годы не наблюдается. В некоторой степени спад производства компенсируется импортом, который в настоящее время составляет более половины собственного производства.
  
  С 1990 г. началось быстрое сокращение и потребления сливочного масла - для большинства населения оно становится не по карману как продукт обыденного питания (рис. 2-6).
  
  
  Рис. 2-6. Розничная продажа масла животного в РСФСР и РФ, тыс. т.
  
  
  Динамика относительного подорожания сливочного масла в розничной торговле представлена на рис. 2-7 (за стандарт берется говядина, цена которой принята за 100 %).
  
  
  Рис. 2-7. Соотношение потребительских цен на продовольственные товары с ценой на говядину в РСФСР и РФ, на конец года, в процентах
  
  1 - масло сливочное; 2 - сыр; 3 - говядина (кроме бескостной)
  
  
  Снижение потребления масла обусловлено соединением двух разных процессов - для большинства масло стало слишком дорого, а состоятельное меньшинство стало переходить на "западный" тип питания. Этот тип питания, как часть культуры, находится под влиянием ряда фобий (преувеличенных страхов), в частности страха перед холестерином. Из-за этого сливочное масло заменяется маргарином. Богатые тоже плачут, но все же главное следствие реформ в том, что сохраняется низкий уровень потребления масла как признак "бедного" типа питания, который в России распространяется и становится господствующим.
  
  Следует отметить также ухудшение качества поступающего в розничную торговлю сливочного масла и большие масштабы его фальсификации (добавления маргарина). В результате выборочных инспекционных проверок, например, в 1997 г. забраковано или снижено в сортности 22,3 % сливочного и топленого масла отечественного производства и 55,7 % импортного масла.
  
  Надо отметить и такую небольшую, но красноречивую деталь. В новых экономических условиях оказалось подорванным даже производство специальных сортов сливочного масла, составлявших гордость российской пищевой промышленности и всегда имевших большой спрос на внутреннем и мировом рынке. На рис. 2-8 показана динамика производства масла в Вологодской области ("вологодского масла").
  
  
  Рис. 2-8. Производство животного масла в Вологодской области, тыс. т.
  
  
  В структуре питания в России мясо и мясные продукты занимают по своей важности примерно такое же место, как молоко. В 1990 г. они давали 15 % калорийности среднего суточного рациона, к 1996 г. их доля снизилась до 13,5 % (даже несколько превысив долю молока и молочных продуктов).
  
  Уровень потребления мяса, свойственный развитым промышленным странам, был достигнут в РСФСР в 60-е годы. В 1955 г. он составлял около 40 кг, в 1960 г. около 50 и в 1970 г. около 55 кг на душу. В 1989-1990 гг. этот уровень составлял около 70 кг.
  
  После 1990 г. потребление мяса в России стало быстро сокращаться, признаков стабилизации этого спада не наблюдается (рис. 2-9).
  
  
  Рис. 2-9. Потребление мяса и мясопродуктов в РСФСР и РФ (в пересчете на мясо, без субпродуктов II категории и жира-сырца) на душу населения в год, кг
  
  
  Из рисунка видно, что даже в 2000 г., при благоприятной, по сравнению с предыдущими годами, экономической конъюнктуре в РФ, розничная продажа мяса и птицы снизилась и была существенно меньше, чем в 1998 г.
  
  Обеспечение населения мясом в РФ все больше и больше базируется на импорте, и по сравнению с советским хозяйством зависимость питания от поставок из-за рубежа приобрела качественно новый характер. В 1990 г. в РСФСР было импортировано из-за рубежа СССР 787 тыс. т мяса и мясопродуктов (за вычетом экспорта), то есть 5,3 кг на душу населения или около 7,6 % потребления. В 1997 г. в Россию из стран вне СНГ было импортировано 1786 тыс. т мяса и мясопродуктов (за вычетом экспорта), то есть 12,2 кг на душу населения или около 26,5 % потребления. В январе-ноябре 2001 г. из стран вне СНГ было импортировано 1578 тыс. т мяса и мясопродуктов (за весь год около 1,6 млн. т), т. е. зависимость от импорта не снижается.
  
  В результате разрушения системы импортного контроля значительная часть поступающих в Россию по импорту мяса и мясной продукции не соответствует стандартам качества. В 1997 г. было забраковано и снижено в сортности (в процентах от общего количества проинспектированных товаров) 16,8 % импортного мяса и 52,6 % мясных консервов. В 1998 г. 41,7 % импортного мяса, в 1999 г. 70,1 % и в 2000 г. 53,5 %. Доля забракованного мяса отечественного производства в 1998-2000 гг. составляла 7-9 %.
  
  Рис. 2-10 показывает, что по потреблению мяса в Российской Федерации резко выделяется Москва. Здесь в 1990 г. на душу населения потреблялось мяса и мясных продуктов в полтора раза больше, чем в среднем по России. За годы реформы потребление мяса москвичами резко снизилось, но относительно общего уровня РФ оно остается высоким (в 1,6 раз выше среднего).
  
  
  Рис. 2-10. Потребление мяса и мясопродуктов в РСФСР и РФ (в пересчете на мясо, без субпродуктов II категории и жира-сырца) на душу населения (кг в год) в России и разных регионах: 1 - Российская Федерация в среднем; 2 - Москва; 3 - Нижегородская обл.
  
  
  Примечательно, что в Нижегородской области, которая при губернаторе Б. Е. Немцове выделялась особенно высокой активностью в проведении радикальной реформы, произошел исключительно глубокий спад в потреблении мяса. В 1985 г. уровень потребления мяса был здесь даже несколько выше среднего, в 1990 г. приближался к среднему, а в 1999 г. среднее потребление мяса в РФ было выше на 28 %.
  
  Отдельно надо сказать о производстве и потреблении свинины (рис. 2-11).
  
  
  Рис. 2-11. Производство свинины (в убойном весе) в РСФСР и РФ, млн. т
  
  
  Свиноводство - отрасль интенсивного животноводства, позволяющая с высокой экономической эффективностью производить ценный сорт мяса в промышленных условиях. Особенно интенсивное развитие современных форм производства свинины происходило в РСФСР в 80-е годы. Реформа привела к разрушению отрасли и быстрому откату в уровне производства далеко назад, даже ниже уровня 1960 г.
  
  Кроме того, произошла значительная деградация технологической базы свиноводства и снижение его эффективности. Если в 1986 г. на сельскохозяйственных предприятиях содержалось 85,6 % всего поголовья свиней, то в 2001 г. всего 54,2 % (и еще 1,8 % - в фермерских хозяйствах). 43,2 % свиней содержится теперь на личных подворьях сельских жителей.
  
  Помимо свинины другим продуктом, позволяющим быстро нарастить интенсивное промышленное производство источника ценного животного белка, является мясо птицы.
  
  В РСФСР в 70-е годы была предпринята широкая программа строительства птицефабрик мясного направления и сети заводов по производству комбикормов и их компонентов (антибиотиков, витаминов, белковых добавок и др.). Это позволило за 15 лет увеличить производство мяса птицы почти в три раза.
  
  В ходе реформы эта производственная система была подорвана и почти разрушена. Отечественное производство резко упало (рис. 2-12). Снизилось и качество продукции - в 1997 г. при проверке было забраковано или снижено в сортности 38,9 % проинспектированного мяса птицы отечественного производства (и 34,2 % импортного). Вплоть до 2000 г. органами инспекции при выборочных проверках бракуется или понижается в сортности около трети импортного мяса птицы.
  
  
  Рис. 2-12. Производство мяса птицы в РСФСР и РФ (в убойном весе), млн. т
  
  
  Разрушение отечественного производства привело к захвату российского рынка поставщиками извне СНГ. В 1997 г., например, импорт превысил отечественное производство в два раза - тогда в РФ было ввезено 1,14 млн. т мяса птицы, а в 2001 г. импорт мяса птицы составил 1,34 млн. т, что в 1,5 раза больше объемов его производства в РФ.
  
  В ходе урбанизации, которая проходила в СССР с 60-х годов, складывался современный "городской" тип питания большинства населения России. Одним из его важных признаков был рост масштабов промышленной переработки мяса и производства мясных изделий - полуфабрикатов и колбас.
  
  Потребление этих продуктов, облегчающих ведение домашнего хозяйства, стало рассматриваться как необходимое. Недостатки в снабжении ими приобрели даже символический смысл и вызывали острое недовольство населения.
  
  Ускоренный рост их производства начался за несколько лет до перестройки. Выпуск мясных полуфабрикатов был налажен не только на предприятиях пищевой промышленности, но и в системе общественного питания, так что непосредственно в жилых районах была создана сеть т. н. магазинов "кулинарии".
  
  Изменение экономической системы уже на самом первом этапе реформы вызвало удивительно быстрый, обвальный спад производства мясных изделий (это видно на рис. 2-13).
  
  
  Рис. 2-13. Производство мясных изделий в РСФСР и РФ, тыс. т.: 1 - колбасные изделия; 2 - мясные полуфабрикаты
  
  
  В результате произошел откат от современного типа питания большинства населения с отказом от потребления мясных изделий промышленной выработки и увеличением затрат времени в домашнем хозяйстве на приготовление пищи из сырых продуктов. Колбасы при рынке стало вдвое меньше!
  
  Следует отметить, что большой регресс в организации домашнего приготовления пищи выражается в резком сокращении не только производства мясных полуфабрикатов, но и вообще в сокращении промышленного производства продуктов, готовых к быстрому употреблению (пищевых концентратов, продуктов из картофеля и др.). На рис. 2-14 показана динамика производства в РСФСР и РФ пищевых концентратов и продуктов из картофеля.
  
  
  Рис. 2-14. Производство пищевых концентратов в РСФСР и РФ, тыс. т 1 - пищевые концентраты (левая шкала); 2 - продукты из картофеля (правая шкала)
  
  
  Начиная с 70-х годов в РСФСР наращивалось производство всех тех пищевых концентратов, которые считаются нынче атрибутами "цивилизованного" западного образа жизни - кукурузных и злаковых хлопьев, картофельных "чипсов", сухих супов и т. д. Оставляла желать лучшего упаковка, зато цена была очень умеренной. В ходе реформы отечественное производство было свернуто, и рынок отдан дорогим импортным продуктам.
  
  К числу важнейших продуктов питания, богатых белком, относятся яйца. За советский период после Великой Отечественной войны в стране было создано крупное промышленное птицеводство, и производство яиц в СССР возросло с 7,5 млрд. в 1946 г. до 84,8 млрд. в 1989 г. (в 1913 г. в России в границах СССР было произведено 9,5 млрд. яиц). В 80-е годы в СССР в виде яиц обеспечивалось потребление примерно 10 % белка животного происхождения.
  
  В РСФСР в 1988-1989 гг. производство яиц удерживалось на уровне 49 млрд. В результате реформы производство яиц быстро стало снижаться вплоть до 1996 г. Этот процесс представлен на рис. 2-15.
  
  
  Рис. 2-15. Производство яиц в РСФСР и РФ (в хозяйствах всех категорий), млрд. шт.
  
  
  После 1996 г. наметился рост, который продолжается и до настоящего времени (в 2000 г. вышли на уровень конца 70-х годов, а в пересчете на душу населения - на уровень начала 70-х годов). Поскольку импорт и экспорт яиц незначителен, эти данные отражают уровень потребления яиц населением РФ.
  
  В СССР был создан большой океанский рыболовецкий флот, и в 1980 г. улов рыбы на душу населения составлял у нас 36 кг (в США 16 кг, в Великобритании 15 кг). Более 70 % улова в СССР приходилось на РСФСР. За 80-е годы улов рыбы в СССР вырос почти на треть, а в РСФСР достиг к 1987-1988 гг. 56 кг на душу населения. С 1989 г., когда началась рыночная реформа, величина улова стала быстро и резко падать и стабилизировалась в 1995 г. на уровне, в два с лишним раза более низком, чем в конце 80-х годов (рис. 2-16).
  
  
  Рис. 2-16. Улов рыбы и добыча других морепродуктов в РСФСР и РФ, млн. т
  
  
  Рыба была и остается важным экспортным продуктом в России и дает значительную валютную выручку. Так, в 1990 г. было экспортировано 491 тыс. т. свежемороженой рыбы (12,2 % от улова). В 1996 г. было экспортировано 1,15 млн. т рыбы (37,6 % улова), на 1,14 млрд. долл. Правда, в тот же год было импортировано 351 тыс. т рыбы. В 2000 г. экспортировано 984 тыс. т рыбы (25,9 % улова).
  
  Качество импортной рыбы и рыбопродуктов в большинстве случаев ниже, чем у отечественной продукции: в 1995 г. было забраковано и снижено в сортности 54,9 % импортной рыбы и рыбопродуктов (24 % отечественных), в 1996 г. 51,8 % импортных продуктов (33 % отечественных), в 1997 г. 34,1 % импортных (47 % отечественных).
  
  В советское время поставляемая отечественными рыбаками свежемороженая рыба была дешевым продуктом массового употребления. При либерализации цен в 1992 г., когда ценообразование стало исходить из критерия максимальной прибыли, рыба подорожала относительно выше, чем мясо.
  
  Если за 1992-1995 гг. розничная цена говядины в РФ возросла в 1338 раз, то цена свежемороженой рыбы (без деликатесной) в 4188 раз - в три с лишним раза больше, чем цена говядины.
  
  Падение улова и повышение цены сопровождается в РФ сокращением потребления рыбы. По сравнению с 80-ми годами оно упало более чем в два раза.
  
  В 1999-2000 г. наметился некоторый рост, и потребление вышло на уровень 1994 г. Этот процесс представлен на рис. 2-17.
  
  
  Рис. 2-17. Потребление рыбы и рыбопродуктов на душу населения в РСФСР и РФ в год, кг
  
  
  Потребление кондитерских изделий и сладостей вместо чистого сахара - признак роста благосостояния и перехода к более современному типу питания. Вплоть до 1990 г. в РСФСР наблюдался довольно быстрый рост промышленного производства сладостей (по сравнению с уровнем 1970 г. объем их производства вырос на 45 %). После 1990 г. произошел исключительно резкий, обвальный спад производства сахаристых кондитерских изделий (на 40 % за два года), который продолжился, хотя и медленнее, до 1996 г.
  
  При этом за 1991-1992 гг. одновременно упало и потребление сахара - с 47 кг на душу населения в 1990 г. до 30 кг в 1992 г. (то есть на 36 %). Таким образом, реформа привела к резкому сокращению потребления сладостей и вообще сахаристых веществ в большинстве российских семей, в том числе у значительной части детей.
  
  
  Рис. 2-18. Производство сахаристых кондитерских изделий в РСФСР и РФ, тыс. т
  
  
  Надо заметить, что даже сахар-рафинад, который всегда использовался в качестве недорогой сладости и был лишь незначительно дороже белого сахара-песка, стал мало употребляться (и потому производиться) - из-за того, что население стремится сэкономить даже на этой небольшой разнице (см. рис. 2-19).
  
  
  Рис. 2-19. Производство сахара-рафинада в РСФСР и РФ, тыс. т
  
  
  Следует добавить, что собственное производство сахара-песка из сахарной свеклы в России снизилось с 1990 г. в два раза, и из стран вне СНГ в РФ сейчас импортируется около 5 млн. т сахара-сырца в год.
  
  Важнейшим продуктом питания в России был и остается хлеб. Всегда он был и наиболее доступным по цене продуктом. В ходе реформы произошло столь непропорциональное повышение цен на хлеб, что положение резко изменилось. Если принять цену килограмма пшеничного хлеба за единицу, то цены на другие продукты изменялись в ходе реформы следующим образом (см. табл. 2-3):
  
  
  Таблица 2-3. Цены на продукты питания относительно хлеба
  
  
  Процесс резкого подорожания хлеба относительно других продуктов (точнее, бескостной говядины, которая берется в статистике за стандарт для сравнения) хорошо виден на рис. 2-20. На нем показана цена 1 кг пшеничного хлеба в % от цены 100 г говядины. В последние годы говядина быстро растет в цене, так что прежний разрыв в цене хлеба сокращается.
  
  
  Рис. 2-20. Соотношение потребительских цен на хлеб пшеничный (1 кг) с ценой 100 г говядины в РСФСР и РФ (на конец года в процентах) 1 - говядина (кроме бескостной); 2 - хлеб пшеничный
  
  
  Рыночная реформа означала изменение самих принципов ценообразования. В советское время самый главный продукт - хлеб - продавался почти по себестоимости. Реальная (технически обусловленная) себестоимость буханки хлеба на прилавке равна примерно двукратной стоимости пшеницы, пошедшей на изготовление этой буханки (точнее, 2,1 от этой стоимости).
  
  В 1989 г. закупочная цена килограмма пшеницы в РСФСР была 22,7 коп., из нее получалось 1,5 кг хлеба, которые стоили 45 коп.
  
  Весной 2000 г. батон белого хлеба весом 380 г. стоил в Москве 6 руб. Он был выпечен из 250 г. пшеницы. Такое количество пшеницы стоило в декабре 1999 г. на российском рынке 43 коп. (1725 руб. за тонну).
  
  Технически обусловленная себестоимость превращения пшеницы в хлеб с доставкой его к прилавку равна 110 % от стоимости пшеницы, то есть для одного батона она составляла в конце 2000 г. 47,3 коп. Итого реальная себестоимость батона была равна 90,3 коп. А на прилавке его цена была 6 руб. Такой разрыв свидетельствует о монополизации или теневом контроле рынка хлеба, этого важнейшего для общества товара. В отсутствие эффективной системы государственного регулирования хлебный рынок стал источником обогащения за счет населения и товаропроизводителей.
  
  В результате произошло то, чего никак нельзя было ожидать в России, - производство муки и хлеба в большой мере "ушло в тень". По официальной статистике оно сильно сократилось (рис. 2-21), притом что, согласно бюджетным обследованиям, потребление хлебных продуктов снизилось мало.
  
  
  Рис. 2-21. Производство муки, хлеба и хлебобулочных изделий в РСФСР и РФ, млн. т. 1 - хлеб и хлебобулочные изделия; 2 - мука
  
  
  В этих условиях получить точные данные о потреблении именно хлеба трудно. Оно маскируется тем, что в статистической таблице "Потребление основных продуктов питания" понятие "хлебные продукты" дается как агрегированное.
  
  Под "хлебными продуктами" понимается широкий спектр: "хлеб и макаронные изделия в пересчете на муку, мука, крупа, бобовые".
  
  В целом, согласно официальной статистике, количество зерна, используемого на пищевые цели, в самой РФ значительно снизилось (см. рис. 2-22). Это также может говорить о крупных масштабах теневого оборота зерна и муки.
  
  
  Рис. 2-22. Использование зерна на пищевые цели в РСФСР и РФ, включая использованное на выработку муки и крупы (млн. тонн)
  
  
  Как следует из бюджетных исследований, в сумме потребление "хлебных продуктов" меняется несущественно - со 125 кг в год на душу населения в 1992 г. до 118 в 2000 г. Возможно, хлеб в ходе реформы в какой-то мере заменяется крупами и макаронными изделиями.
  
  При этом значительная часть круп и макаронных изделий для текущего потребления поступает по импорту, в значительной мере теневому. Это видно из того, что в самой РФ производство макаронных изделий и круп в последние годы резко сократилось (рис. 2-23).
  
  
  Рис. 2-23. Производство макаронных изделий (1, левая шкала) и крупы (2, правая шкала) в РСФСР и РФ, тыс. т
  
  
  Важное место в питании занимают алкогольные напитки. На рис. 2-24 показана динамика производства и продажи водки и ликеров.
  
  
  Рис. 2-24. Производство (1) и продажа (2) водки и ликеро-водочных изделий (в натуральном выражении) в РСФСР и РФ, млн. дкл.
  
  
  Здесь видно исключительно важное изменение, которое произошло в ходе реформ. До 1990 г. производство водки практически совпадало с уровнем продажи. Иными словами, вся продаваемая на рынке водка была произведена легально, с соответствующим контролем качества.
  
  Уже в 1991 г. эти два показателя стали расходиться. Начиная с 1993 г. произошел резкий разрыв - легальное производство упало более чем в два раза - а объем продаж резко возрос при незначительном легальном импорте. После 1996 г. лишь треть продаваемой на российском рынке водки была произведена легально. В 1999 г. этот разрыв сократился, но продолжает оставаться исключительно большим.
  
  Производство коньяка в РФ резко снизилось за годы реформы, но в последнее время уровень производства стал расти (рис. 2-25).
  
  
  Рис. 2-25. Производство коньяка в РСФСР и РФ (в натуральном выражении), тыс. дкл
  
  
  Соответственно, колеблется и потребление коньяка, оставаясь на уровне в 2-3 раза более низком, чем в 1990 г.
  
  Резко упало потребление вина, в 4-5 раз по сравнению с 1980 г. Динамика его продажи представлена на рис. 2-26.
  
  
  Рис. 2-26. Продажа вина в РСФСР и РФ, млн. дкл
  
  
  Между производством и продажей пива, как и в случае водки, также возникали разрывы, вызванные значительными объемами теневого производства и импорта (рис. 2-27).
  
  
  Рис. 2-27. Производство (1) и продажа (2) пива в РСФСР и РФ (в натуральном выражении), млн. дкл.
  
  
  Но главное, надо отметить резкий, в три раза за четыре года (после 1996 г.) рост производства пива в России, а также массовое, включая детей, приобщение к потреблению этого алкогольного напитка.
  
  На этом фоне красноречиво выглядит практически полная ликвидация производства в России кваса - любимого и распространенного ранее дешевого безалкогольного напитка. За один только 1992 г. его производство упало в 6 раз и продолжало падать и дальше (рис. 2-28).
  
  
  Рис. 2-28. Производство кваса в РСФСР и РФ, млн. дкл
  
  
  Остается сказать, что к продуктам питания причисляется, несколько искусственно, и табак. Не вдаваясь в эту проблему, приведем динамику производства табака в России (рис. 2-29). В ней интересно то, что в первый момент ликвидация плановой системы привела к взрывному росту производства коммерчески очень выгодного продукта. Но затем это производство было поглощено иностранными компаниями, и отечественный продукт был замещен импортом.
  
  
  Рис. 2-29. Производство в РСФСР и РФ табака курительного (включая трубочный), т
  
  Раздел 3
  Реформа и благосостояние населения
  
  
  Источники:
  
  Статистические ежегодники "Народное хозяйство РСФСР". ЦСУ РСФСР, Госкомстат РСФСР. Москва.
  
  "Российский статистический ежегодник. Официальное издание". Госкомстат России. Москва.
  
  Статистический сборник "Социальная сфера России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва.1996.
  
  Статистический сборник "Цены в России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1998.
  
  Сборник "Мнение населения о состоянии социальной сферы и приоритетах ее развития". М., Госкомстат СССР. 1990.
  
  Статистические сборники "Транспорт и связь в России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1998, 2001 гг.
  
  Статистический сборник "Цены в России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1998.
  
  Статистический сборник "Сфера услуг в России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 2000.
  
  Статистический сборник "Краткосрочные экономические показатели Российской Федерации", Госкомстат России. Москва, апрель 2002.
  
  Материальное благосостояние человека (семьи) зависит прежде всего от соотношения между доходами и ценами на главные жизненные блага. В плановой экономической системе на это воздействует также фактор "очереди" - ограничений, накладываемых административными методами на очередность получения дефицитных благ. После 1992 г. эти ограничения были устранены, и вместо них стали действовать ценовые ограничения.[8]
  
  Учитывая, что для подавляющего большинства населения основным источником дохода по-прежнему остается заработная плата, а для нетрудоспособных - пенсии и социальные пособия, "привязанные" к средней зарплате, мы для представления динамики изменения благосостояния используем показатель покупательной способности средней заработной платы (средней по стране или региону) в отношении какого-то конкретного блага - жилья, хлеба, молока, проезда на автобусе и т. д.
  
  Например, на среднюю номинальную начисленную заработную плату (в РСФСР и РФ) в 1990 можно было купить 95,9 кг говядины, или 1010 литров молока, или 776,9 кг хлеба пшеничного 1 сорта. В 2000 г. на среднюю месячную зарплату можно было купить 38,6 кг говядины, 302,2 литра молока или 220,4 кг такого же хлеба. Поскольку существенным источником доходов для некоторых категорий населения стали доход на капитал и предпринимательский доход, то покупательная способность среднедушевого дохода несколько выше, чем у средней зарплаты.
  
  В ходе реформы кардинальным образом изменился принцип ценообразования. В рыночной экономике материальные блага производятся и предоставляются для обслуживания лишь платежеспособного спроса, а не для потребления "всех слоев населения". Это наглядно отражается в структуре цен. Именно этим были вызваны резкие различия в структуре цен в СССР и на Западе - на Западе предметы первой необходимости были относительно очень дороги, но зато товары, которые человек начинает покупать только при более высоком уровне благосостояния, - дешевы. Хлеб, молоко и жилье очень дороги относительно автомобиля или видеомагнитофона. Этот принцип ценообразования создавал на Западе жесткий барьер, который запирал людей с низкими доходами в состоянии бедности - вынужденные покупать дорогие необходимые продукты, люди не могли накопить денег на дешевые "продукты для зажиточных". Таким образом создавался "средний класс", резко отделенный от примерно трети "бедных".
  
  В СССР, напротив, низкие цены на самые необходимые продукты резко облегчали положение людей с низкими доходами, почти уравнивая их по фундаментальным показателям образа жизни с людьми зажиточными. Таким образом, бедность ликвидировалась, человек ценами "вытягивался" из бедности, и СССР становился "обществом среднего класса". В ходе реформы структура цен кардинальным образом изменилась. Продукты первой необходимости население будет покупать по любым ценам, что побуждает монопольных или вступивших в сговор торговцев взвинчивать цены для извлечения сверхприбылей. В результате хлеб подорожал относительно среднего автомобиля (ВАЗ-2105) примерно в 5 раз, а проезд на метро в 8 раз.
  
  Совершенно по-разному изменились цены на непродовольственные товары. Например, огромный контингент курильщиков не может обойтись без сигарет, причем большинство из них курит относительно дешевые отечественные сигареты. На этот товар абсолютно первой необходимости (как бы мы ни относились к этой слабости), цены за 1991-1999 гг. выросли на 457,5 %, а на джемперы и жакеты - всего на 57,6 %. Еще более необходимый, нежели сигареты, товар - аспирин отечественного производства. К 1995 г. по сравнению с 1991 г. он подорожал относительно магнитофонной кассеты (без записи) в 300 раз. Динамика цен на некоторые товары относительно их же цены 1991 г. представлена на рис. 3-1.
  
  
  Рис. 3-1. Индексы потребительских цен на непродовольственные товары в РСФСР и РФ (% к 1991 году): 1 - ткани х/б бельевые; 2 - джемпера, свитера, жакет для взрослых; 3 - шампунь; 4 - сигареты без фильтра отечественные
  
  
  В целом реальная заработная плата работников в РФ составила по сравнению с 1990 г. в 1999 г. 35 % и в 2000 г. 42 %. Следует также отметить, что в 2000 г. по сравнению с 1990 г. зарплата в Белоруссии составила 95 %, а на Украине 27 %.
  
  Изменение типа ценообразования сочеталось в ходе реформы с изменением типа распределения доходов. Регулярный учет распределения рабочих и служащих по уровню доходов начал вестись с 1956 г.
  
  Из табл. 3-1 видно, как основная масса трудящихся передвигалась в зону средних доходов. С 1956 г. в СССР поддерживался стабильный и довольно низкий фондовый коэффициент дифференциации (отношение суммарных доходов 10 % высокооплачиваемых граждан к доходам 10 % низкооплачиваемых) - показатель расслоения общества по доходам.
  
  
  Таблица 3-1. Распределение рабочих и служащих в СССР по размеру заработной платы (в % к общей численности)
  
  Источник: В. С. Сычева. Измерение уровня бедности: история вопроса. - СОЦИС, 1996, Љ 3.
  
  
  В ходе реформы стали быстро нарастать нетрудовые доходы. В официальной статистике они объединены под рубрикой "доходы от собственности, предпринимательской деятельности и другие".
  
  Вот как увеличивалась их доля в денежных доходах населения, согласно данным Госкомстата РФ:[9]
  
  
  Таблица 3-2. Структура денежных доходов населения в РСФСР и РФ
  
  
  В результате резкого снижения доли трудовых доходов началось глубокое расслоение населения по доходам. Официальные данные Госкомстата РФ о динамике фондового коэффициента распределения доходов в ходе реформы приведены на рис. 3-2. В СССР в 1991 г., он стал равен 4,5 (в США был равен 5,6). Но уже к 1994 г. в РФ он, по данным Госкомстата, подскочил до 15,1. Официальные данные не учитывают теневых доходов, и в какой-то степени этот пробел восполняют исследования социологов. По данным бюллетеня ВЦИОМ "Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения", в январе 1994 г. он был равен 24,4 по суммарному заработку и 18,9 по фактическому доходу (с учетом теневых заработков).[10] В 1999 г. разница в доходах возросла еще больше.
  
  
  Рис. 3-2. Расслоение общества по доходам в РСФСР и РФ: фондовый коэффициент дифференциации
  
  
  Сама программа реформы не предполагала механизмов, предотвращающих обеднение населения. Исследователи ВЦИОМ пишут: "Процессы формирования рыночных механизмов в сфере труда протекают весьма противоречиво, приобретая подчас уродливые формы. При этом не только не была выдвинута такая стратегическая задача нового этапа развития российского общества, как предупреждение бедности, но и не было сделано никаких шагов в направлении решения текущей задачи - преодоления крайних проявлений бедности".[11]
  
  В результате реформ в РФ возникла структурная бедность - постоянное состояние значительной части населения. Это - социальная проблема, не связанная с личными качествами и трудовыми усилиями людей. ВЦИОМ фиксирует: "В обществе определились устойчивые группы бедных семей, у которых шансов вырваться из бедности практически нет. Это состояние можно обозначить как застойная бедность, углубление бедности". По данным ВЦИОМ, только 10 % бедняков могут, теоретически, повысить свой доход за счет повышения своей трудовой активности.[12]
  
  Исследователи подчеркивают важную особенность процесса обеднения в ходе реформы - происходит исчезновение "среднего класса" с образованием ничтожной прослойки богатых (к ним относят около 1 % населения) и беднеющее большинство. Академик Т. И. Заславская пишет: "Процесс ускоренного социального расслоения охватывает российское общество не равномерно, подобно растягиваемой гармонике, а односторонне, - все резче отделяя верхние страты от массовых слоев, концентрирующихся на полюсе бедности".[13]
  
  Согласно официальным данным, в 1992-1993 гг. треть населения имела денежные доходы ниже величины прожиточного минимума, затем эта доля несколько сократилась (до 21 % в 1997 г.), а в 1999-2000 гг. резко выросла опять - до 29,1 % в 2000 г. В III квартале 2001 г. численность населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума составила 39,4 млн. человек (27,2 % от общей численности населения).[14]
  
  Однако в число семей, испытывающих крайнюю бедность, перешли не все категории бедного населения пропорционально. Так, при общей численности населения с доходами ниже величины прожиточного минимума 21 %, в 1997 г. ниже этого порога находилось 38,3 % семей, имеющих детей в возрасте до 16 лет - и 57,4 % семей с 3 и более детьми.
  
  Из возрастных категорий сильнее всего обеднели дети в возрасте от 7 до 15 лет. В 1992 г. за чертой бедности оказалось 45,9 % этой части народа, а в 1997 г. эта доля сократилась до 31,2 %. В последнее время обеднение детей опять усилилось - до 40,3 % в 2000 г.
  
  Чтобы потребление части населения с доходами ниже прожиточного минимума поднять хотя бы до этого минимального порога, требовалось, согласно данным Госкомстата РФ, перераспределить в их пользу в разные годы всего 3,3-3,8 % общего объема денежных доходов. Этого не делалось. В настоящее время глубина обеднения, то есть степень удаления доходов от прожиточного минимума, резко возросла. Если в 1997 г. совокупный дефицит денежного дохода населения с доходами ниже прожиточного минимума составлял 46,3 млрд. руб., то в 1999 г. он вырос до 140,1 млрд., а в 2000 г. составил 194,6 млрд. (5,1 % объема всех денежных доходов).
  
  Здесь надо сделать оговорку. В РФ в ходе реформы обеднело подавляющее большинство граждан, так что у них еще сохранилась данная общим образованием единая культурная основа, один и тот же способ мышления и рассуждения. Подавляющее большинство наших бедных имеют еще жилье, а в квартире свет, водопровод, отопление, книги на полках. Все это "держит" человека. Совсем иное дело - бедность в трущобах типичного капиталистического города. Здесь бедность приобретает новое качество, для определения которого пока что нет подходящего слова в русском языке. Вернее, смысл слова, которым точно переводится на русский язык применяемый на Западе термин, у нас совсем иной. Бедность (poverty - англ.) в городской трущобе на Западе для большинства быстро превращается в нищету, ничтожество (misery - англ.).
  
  Нищета - это бедность неизбывная, когда безымянные общественные силы толкают тебя вниз, не дают перелезть порог. В такой ситуации очень быстро иссякают твои собственные силы, и ты теряешь все личные ресурсы, которые необходимы для того, чтобы подняться. Переход людей через барьер, отделяющий бедность от нищеты - важное и для нас малознакомое явление. Если оно приобретет характер массового социального процесса, то вся общественная система резко изменится.
  
  Опасность сдвига от структурной бедности к крайнему обеднению резко усиливается вследствие резкого расслоения регионов РФ по доходам населения. Одним из принципов советской социальной политики было постепенное выравнивание регионов по главным показателям благосостояния. На общем фоне существенно выделялись столицы - Москва и Ленинград. В ходе реформы региональная дифференциация резко усилилась. Резко нарушились устоявшиеся, стабильные соотношения в социальных индикаторах разных регионов страны.
  
  В 1990 г. максимальная разница в среднедушевом доходе между регионами РСФСР составляла 3,5 раза. В 1995 г. она выросла до 14,2 раза, в 1997 г. была равна 16,2 раза. Например, если в 1990 г. средний доход жителей Горьковской области составлял 72,4 % от среднего дохода жителей Москвы, то в 2000 г. средний доход жителей Нижегородской области составлял всего 18,7 % от среднего дохода москвичей. Этот процесс представлен на рис. 3-3.
  
  
  Рис. 3-3. Среднедушевые денежные доходы населения в РСФСР и РФ (в месяц, тыс. руб.; 1998 г. - руб): 1 - Российская Федерация; 2 - Москва; 3 - Томская обл.; 4 - Нижегородская обл.
  
  
  По-другому процесс региональной дифференциации доходов можно представить, взяв за стандарт сравнения средние доходы по РФ (приняв их за 100). В таком случае видно, что если в 80-е годы разные регионы, включая Москву, образовывали довольно компактную по доходам группу, то с началом реформы происходило их быстрое расслоение.
  
  Совершенно по-разному росли в разных регионах масштабы бедности. Еще в 1994 г. численность населения с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума, составлявшая в среднем по РФ 22,4 %, колебалась в разных регионах около этого уровня, хотя были уже и резкие отличия (например, в Республике Тыва 66,8 %). Но к 1997 г. регионы по этому показателю стали отличаться очень резко.
  
  Так, за 1994-1997 гг. в областях Северного, Северо-Западного и Центрального районов этот показатель был весьма стабильным, а в Республике Марий Эл он возрос с 22,1 % до 52,7 %, в Республике Алтай с 15,3 до 40,7 %, в Алтайском крае с 22,8 до 45,5 %.
  
  
  Рис. 3-4. Региональная дифференциация среднедушевых денежных доходов населения (РФ =100): 1 - Российская Федерация; 2 - Москва; 3 - Томская обл.; 4 - Нижегородская обл.
  
  
  Резко стали различаться регионы по доле нетрудовых доходов в общей сумме среднедушевых доходов. В 2000 г. в Москве среднедушевой доход составлял 9291,3 руб. в месяц, а средняя номинальная начисленная зарплата была 3229,3 руб. То есть отношение "доход/зарплата" было равно 2,88. Рядом, в Московской области, доход был 1908,3 руб., а зарплата 2269,3 руб. - на одну зарплату жило почти два человека. Здесь отношение "доход/зарплата" было равно 0,84. Таким образом, доля зарплаты в общих доходах среднего москвича была в 3,4 раза меньше, чем в Московской области. А в Усть-Ордынском Бурятском автономном округе средний душевой доход составлял в 2000 г. 595,8 руб., а зарплата - 1058,4 руб., отношение "доход/зарплата" было равно 0,56.
  
  Другим фактором расслоения населения РФ по доходам стала резкая дифференциация работников разных отраслей производства и услуг. В РСФСР отраслевые различия в уровне оплаты труда, в общем, соответствовали затратам физических и нервных усилий и корректировались с помощью различных "коэффициентов" и льгот - при всех недостатках такого подхода. В первый же год реформ (уже в 1990 г.) это равновесие было нарушено. За время с 1990 по 1995 г. межотраслевая дифференциация среднего уровня зарплаты возросла с 2,4 до 5,2 раз (а если учесть резко выделяющуюся газовую промышленность, то до 10 раз). В августе 2001 г. средняя начисленная зарплата составляла по РФ в целом 3376 руб., в газовой промышленности 17 397 руб. и в сфере образования 1519 руб.
  
  Динамика этого процесса представлена на рис. 3-5 и 3-6.
  
  
  Рис. 3-5. Отношение среднемесячной начисленной заработной платы работников образования, науки и финансовой сферы в РСФСР и РФ к среднероссийскому уровню (в %): 1 - образование; 2 - наука и научное обслуживание; 3 - кредитование, финансы, страхование
  
  
  Рис. 3-6. Отношение среднемесячной начисленной заработной платы работников сельского хозяйства, аппарата органов государственного и хозяйственного управления, сферы финансов, кредитования и страхования в РСФСР и РФ к среднероссийскому уровню (в %): 1 - сельское хозяйство; 2 - управление; 3 - кредитование, финансы, страхование
  
  
  Как же сказались изменения в структуре доходов и в ценах на доступ к главным жизненным благам? Первое условие благосостояния человека - жилье. Между человеком, имеющим крышу над головой, и бездомным - непроходимая пропасть.
  
  В 1989 г. в РСФСР было 39,2 млн. семей. Из них 63,7 % проживали в отдельных квартирах и 24 % - в индивидуальных домах. 6,1 % семей проживали в коммунальных квартирах, 2,7 % занимали части индивидуальных домов, 3,6 % проживали в общежитиях (97,1 % семей, проживавших в общежитиях, занимали 1 и более комнат). В среднем на одного городского жителя в 1990 г. имелось в РСФСР 15,7 м2 жилплощади.
  
  Жилища государственного, общественного и кооперативного фонда в городах и поселках городского типа были в 1990 г. оборудованы: водопроводом 94 %, канализацией 92 %, центральным отоплением 92 %, газом 72 %, ваннами 87 %, горячим водоснабжением 79 %.
  
  В разделе, посвященном строительству, будут приведены данные о жилищном строительстве в РСФСР и РФ. Во второй половине 80-х годов на учете для улучшения жилищных условий ежегодно стояло около 9 млн. (то есть 25 %) семей, включая одиночек. Нуждающимися в улучшении жилищных условий признавались граждане, имеющие жилой площади 5-7 м2 на одного человека. Ежегодно улучшали жилищные условия 12-17 % от числа стоявших на учете (в 1987 г. 17 %, в 1989 г. 12 %).
  
  Значительную часть жилья для предоставления своим работникам строили в РСФСР промышленные и сельскохозяйственные предприятия. В целом население высоко оценивало деятельность предприятий по обеспечению жильем. При опросе 1990 г. в РСФСР 50,4 % опрошенных считали, что услуги по предоставлению жилья следует развивать предприятиям, а 28,3 % - что их следует развивать местным органам власти. После приватизации предприятия практически прекратили эту деятельность.
  
  В РСФСР улучшить жилищные условия можно было не только через постановку на учет в райисполкоме или в профкоме предприятия, но и путем вступления в жилищно-строительный кооператив, которым государственные строительные организации продавали готовые дома почти по себестоимости, с небольшой наценкой. На этом "первичном рынке" жилплощади 1 м2 стоил в 1986-1987 гг. в Москве 192 руб., что составляло 89 % от средней месячной зарплаты по РСФСР. Таким образом, стандартная квартира из 2 комнат (18 и 12 м2) стоила среднюю зарплату за 3 года (при этом оплата жилья производилась в рассрочку на 15 лет без процента или под очень малый процент). В 1993 г. стандартная квартира из 2 комнат в среднем стоила на рынке в России 15,2 средней годовой зарплаты. В 1994 г. - 26,1 годовой зарплаты.
  
  В результате реформы предоставление государством бесплатной жилплощади резко сократилось, а в большинстве регионов практически прекратилось. В 1990 г. получило жилье 1296 тыс. семей, а в 2000 г. - 253 тыс.
  
  Взамен возник рынок жилья. Ввиду того, что жилье - фундаментальное условие жизни, цены на жилье сразу установились очень высокие, и они продолжают расти. В 1996 г. в среднем по РФ 1 м2 стоил 418 % от средней начисленной заработной платы (при этом квартиры стали предоставляться без полов, окраски и оборудования). В 1999 г. 1 м2 стоил 460 % от средней зарплаты, в 2000 г. 390 %. Если же взять Центральный район РФ (12 областей и г. Москва), то здесь цена 1 м2 была в 1996 г. эквивалентна 595 % от месячной зарплаты в этом районе, а в 1999 г. 617 % - более чем в 6 раз дороже, чем в 1987 г. (относительно зарплаты).
  
  Таким образом, даже однокомнатная квартира размером 40 м2 (с жилой комнатой размером 20 м2) здесь стоила в 1999 г. среднюю зарплату за 20,6 лет. Иными словами, для подавляющего большинства трудящихся доступ к получению жилья стал в результате реформы невозможен. Осознание этого факта приходит не сразу, поскольку процесс смены поколений идет незаметно. Однако в целом общество в РФ начинает неизбежно делиться на два резко различных класса - тех, кто имеет жилье, и тех, кто вынужден прибегать к его найму, ухудшать свои жилищные условия или становиться бездомным. По данным на конец 1993 г., в РФ насчитывалось около 4 млн. бездомных (Информационный бюллетень ВЦИОМ "Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения". М., 1995, Љ 4). По данным МВД, около 4 млн. бездомных насчитывалось в РФ и в 1996 г.
  
  Сразу скажем и о расходах на жилищно-коммунальные услуги - плату за содержание квартиры, водопровод, отопление, горячее водоснабжение и т. д. В РСФСР, как и во всем СССР, основную массу расходов по содержанию жилья несло государство. В 1989 г. на 1 рубль взимаемой с жильцов платы было 6 рублей государственных дотаций. В семейном бюджете рабочих и служащих расходы по оплате квартиры в среднем составляли около 1 %, а со всеми коммунальными услугами - 3 %. Таким образом, конституционное право на жилище включало в себя и его обслуживание по очень низким и доступным для всех ценам.
  
  В ходе реформы это положение резко изменилось, и стали быстро расти цены на указанные услуги. Пока что они далеко не достигли не только мирового уровня, но даже и реальной рыночной цены для России. Тем не менее уже и сейчас содержание квартиры стало для большинства граждан важной статьей семейного бюджета.
  
  Только за 2000 г. плата за жилищные услуги выросла в РФ на 38,6 %, а плата за коммунальные услуги - на 44,7 %.В декабре 2001 г. по сравнению с декабрем 2000 г. жилищно-коммунальные услуги подорожали на 56,8 %. А в планах правительства остается радикальная жилищно-коммунальная реформа с ликвидацией дотаций для большинства граждан.
  
  В среднем по РФ с 1993 по 1997 год цены на жилищно-коммунальные услуги выросли таким образом: квартплата в домах муниципального жилого фонда в 4506 раз, плата за электричество в 629 раз, за водоснабжение и канализацию в 982 раза, за отопление в 1940 раз, за горячее водоснабжение в 2700 раз, за газ сетевой в 3254 раза.
  
  Отсюда видно, что разные виды услуг дорожали в разном темпе - цена на газ поднялась в 5 раз больше, чем на электричество. Но главное, что эти жизненно важные услуги (на деле - неустранимые платы) выросли в цене гораздо больше, чем услуги, без которых в крайнем случае человек может обойтись. Так, косметические услуги выросли за то же время в цене в 450 раз - в 10 раз меньше, чем квартплата.
  
  Другим условием создания и поддержания благосостояния является покупка товаров.[15] Важным показателем уровня жизни является объем товарооборота в розничной торговле и сфере услуг. Согласно официальным оценкам, физический объем оборота розничной торговли в 2000 г. составил 89 % от уровня 1990 г. для продовольственных товаров и 95 % для непродовольственных.
  
  Самый глубокий спад в торговле пришелся на 1999 г. - от уровня 1990 г. в этот год было куплено 75 % продуктов питания и 87 % непродовольственных товаров. Оборот общественного питания снизился к 1998 г. до 33,6 % от уровня 1990 г.
  
  При этом, как и в отношении доходов, произошло глубокое расслоение между регионами по уровню товарооборота (рис. 3-7 и 3-8). Это - важное изменение. Достаточно близкий по структуре и по количественным показателям уровень потребления по территории страны усиливает её "связность", создает единство образа жизни.
  
  
  Рис. 3-7. Розничный товарооборот на душу населения в разных регионах РФ, тыс. руб.: 1 - Москва; 2 - Санкт-Петербург; 3 - Центрально-Черноземный район
  
  
  Рис. 3-8. Розничный товарооборот на душу населения в РФ, Москве и Волгоградской области, руб.: 1 - Российская Федерация; 2 - Москва; 3 - Волгоградская обл.
  
  
  За время с 1990 по 2000 г. разница между регионами в розничном товарообороте на душу населения выросла от 3,1 до 24,4 раз и в объеме платных услуг от 3 до 83,4 раз.
  
  Надо отметить, что в плане потребления в ходе реформы даже Санкт-Петербург лишился статуса "второй столицы" и резко, в 4 раза, отстал от Москвы по розничному товарообороту на душу населения.
  
  Москва так резко вырвалась по уровню покупок, что между нею и остальной частью страны возник недопустимый разрыв в одном из важнейших социальных показателей. Положение столицы как "островка благополучия" дестабилизирует государство.
  
  Чтобы устранить воздействие инфляции на вид графиков, дадим динамику изменения объема покупок населением разных регионов, приводя их к единому стандарту - среднему уровню по РФ (рис. 3-9).
  
  
  Рис. 3-9. Розничный товарооборот на душу населения в РСФСР и РФ (РФ=100): 1 - Российская Федерация; 2 - Москва; 3 - Ямало-Ненецкий АО; 4 - Волгоградская обл.
  
  
  Покупки населением потребительских товаров длительного пользования по инерции возрастали до 1994 г. - категориями населения со средними и высокими доходами. Во многом это было связано с резким расширением импорта бытовой техники. Затем они стали быстро сокращаться и упали намного ниже уровня конца 80-х годов.
  
  По сравнению с 1990 г. в 2000 г. уменьшились покупки телевизоров на 50 % (в 2 раза), магнитофонов на 75,3 % (в 4 раза), мотоциклов и мотороллеров на 82,1 % (в 5 с лишним раз). Динамика покупок товаров длительного пользования приведена на рис. 3-10 и 3-11.
  
  
  Рис. 3-10. Покупка телевизоров РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Рис. 3-11. Покупка стиральных машин в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Надо отметить, что начиная с 1990 г. имел место значительный теневой импорт бытовой техники и ее продажа на неформальном (черном) рынке. Поэтому в последние годы Госкомстату РФ пришлось пересчитать данные по продаже ряда товаров и в частности телевизоров. Так, в официальном издании Госкомстата РФ "Российский статистический ежегодник. 1994" указан объем продаж телевизоров, равный 2102 тыс. штук, а с учетом теневого оборота он составил 5527 тыс. штук, как это и показано в ежегоднике 1998 г.
  
  Если сравнить динамику покупок различных товаров длительного пользования, то видна тенденция к росту покупок дорогих товаров зажиточной частью населения и сокращению объема покупок товаров массового спроса основными социальными группами. Например, за годы реформы значительно выросли (хотя и с большими колебаниями по годам) покупки автомобилей, но резко снизились покупки велосипедов и мопедов (рис. 3-12).
  
  
  Рис. 3-12. Продажа основных потребительских товаров длительного использования в РСФСР и РФ, тыс. штук: 1 - легковые автомобили; 2 - велосипеды и мопеды
  
  
  Повышение благосостояния зажиточной части населения выразилось в годы реформы в довольно резком изменении динамики увеличения числа личных легковых автомобилей. 90 % автомобилей было куплено десятой долей населения, имеющей самые высокие доходы, и еще 9 % - следующей за ней по доходам десятой долей.
  
  Этот процесс шел неравномерно также и по территории РФ. Например, в Брянской области динамика роста числа автомобилей в 1991-1995 гг. даже замедлилась по сравнению с советским временем, и на прежнюю траекторию, начавшуюся в 1970 г., она вышла лишь в 1997-1998 гг. (так что за 1990-2000 гг. число автомобилей в Брянской обл. выросло в 1,8 раза). А в Москве годы реформы стали качественно новым этапом - число автомобилей на 1000 человек выросло в 3,2 раза (рис. 3-13).
  
  
  Рис. 3-13. Наличие собственных легковых автомобилей на 1000 населения в РСФСР и РФ (на конец года; шт.): 1 - Российская Федерация; 2 - Москва; 3 - Брянская обл.
  
  
  В 2000 г. впервые за годы реформы началось снижение уровня не только покупок, но и обеспеченности населения товарами длительного пользования. Так, по сравнению с 1999 г. число автомобилей на 1000 домохозяйств сократилось с 28 штук до 27. Поскольку это происходит при очень высоком уровне покупок (1 миллион автомобилей в 2000 г.), это значит, что еще быстрее выбывают из строя старые автомобили, принадлежащие гражданам со средним достатком, - начался ускоренный процесс "деавтомобилизации" бывшего советского "среднего класса". Еще раньше, в 1994 г., началось снижение уровня обеспеченности такими товарами массового пользования, как телевизоры - с 137 штук на 1000 домохозяйств до 124 в 1998-2000 гг.
  
  Важнейшим показателем уровня благосостояния при современном быте является количество потребляемых населением услуг. Присущее городской жизни разделение производства и быта сделало для людей невозможным самостоятельное выполнение очень многих работ по их жизнеобеспечению - эти работы выполняются теперь за плату специализированным производством. В послевоенное время в РСФСР сфера услуг быстро расширялась, однако и эти темпы признавались неудовлетворительными и вызывали нарекания населения.
  
  В ходе реформы произошло резкое, поразительное для таких больших инерционных систем, сокращение объема предоставляемых населению платных услуг. Спад уже на первом этапе реформы составил 4 раза, и сегодня население РФ потребляет в 2 раза меньше платных услуг, нежели в 1980 г. В быте большинства населения произошел огромный регресс (рис. 3-14).
  
  
  Рис. 3-14. Объем платных услуг населению в РСФСР и РФ (в %, 1980=100)
  
  
  Такое сокращение официального рынка услуг привело к снижению качества или даже разрушению производственной системы и деградации ее материально-технической базы. Сократилась сеть специализированных организаций, предоставляющих услуги, что сделало их приобретение более трудоемким и еще больше сузило рынок. Это видно из табл. 3-3 и 3-4.
  
  
  Таблица 3-3. Бытовое обслуживание населения в РСФСР и РФ
  
  
  Таблица 3-4. Мощность сети организаций бытового обслуживания в РСФСР и РФ
  
  
  Важнейшим, жизненно важным для современного общества фактором благосостояния людей является возможность перемещаться в пространстве. Пассажирский транспорт является не только важным производством услуг, обеспечивающих жизнедеятельность людей, но и системой, которая связывает страну в единое целое.
  
  В целом пассажирооборот транспорта основного для России вида - междугородного железнодорожного сообщения - сократился в результате реформы с 1990 по 1998 г. с 375,4 до 124 млрд. пассажиро-км, то есть ровно в три раза. Снизился и масштаб перевозки пассажиров (рис. 3-15).
  
  
  Рис. 3-15. Перевозки пассажиров железнодорожным транспортом междугородного сообщения в РСФСР и РФ, млн. человек
  
  
  Огромное значение для жителей в основном городской страны, какой стала РФ, имеет пригородное сообщение. До начала 90-х годов объем перевозок пассажиров железнодорожным транспортом пригородного сообщения равномерно повышался, с 1970 по 1990 год этот показатель вырос на четверть. Сокращение перевозок здесь началось с 1991 года и продолжилось вплоть до 1999 (рис. 3-16). Пассажиров пригородных поездов стало в 2000 г. в 2,25 раза меньше, чем было в 1990 году и почти в 2 раза меньше, чем в 1970 г. Удорожание этой услуги привело к тому, что те, кто мог, "пересели на автомобиль", со всеми сопутствующими социальными издержками (большой расход горючего, перегрузка дорог, очень высокий уровень травматизма и др.).
  
  
  Рис. 3-16. Перевозки пассажиров железнодорожным транспортом пригородного сообщения в РСФСР и РФ, млн. человек
  
  
  Учитывая размеры территории России (СССР), особое значение в развитии пассажирского транспорта придавалось авиации. В РСФСР быстро возрастало и число авиапассажиров, и средняя дальность поездок. Уже в 70-е годы использование воздушного транспорта стало обыденной частью жизни граждан, особенно тех, кто проживал в отдаленных областях Сибири и Дальнего Востока - цены билетов были доступны средней семье. Объем перевозок пассажиров с 1970 по 1990 год вырос в 2 раза. В годы реформы одной из первых транспортных систем, подвергнутых приватизации, стал Аэрофлот. Объем пассажирских перевозок обрушился поразительно быстро. Число пассажиров, перевезенных воздушным транспортом, сократилось в 4 раза.
  
  Для большинства граждан РФ этот вид транспорта стал недоступен. Многим пришлось отказаться от ежегодных поездок в отпуск на юг и в центр России из-за резкого повышения цен на билеты. Многократно сократились "северные" пассажиропотоки. Так, количество авиапассажиров в Братске и Чите сократилось, соответственно, в 5 и 7 раз.
  
  В условиях реформы аэропорты местного значения сворачивали свою работу. Например, в аэропорту города Вологды за 6 лет количество авиапассажиров упало в 13 раз, а в Йошкар-Оле - в 21 раз.
  
  Следует отметить, что в настоящее время очень большую часть пассажирских перевозок воздушным транспортом составляют зарубежные перевозки, за счет чего сильно выросла и средняя дальность полетов. Единственный аэропорт в стране, в котором рос поток пассажиров, - это международный аэропорт Шереметьево-2 в Москве. К концу 90-х годов он увеличил обороты в 1,4 раза.
  
  Динамика перевозок пассажиров воздушным транспортом представлена на рис. 3-17.
  
  
  Рис. 3-17. Перевозки пассажиров воздушным транспортом в РСФСР и РФ 1 - перевозки, млн. чел. (левая шкала); 2 - среднее расстояние, км (правая шкала)
  
  
  В 30 раз сократились за годы реформы перевозки пассажиров морским транспортом. Этот исключительно важный для многих районов России транспорт стал недоступен для основной массы населения, он используется теперь в основном для туристических круизов богатой публики. Динамика объема услуг морского пассажирского транспорта дана на рис. 3-18.
  
  
  Рис. 3-18. Пассажирооборот морского транспорта общего пользования в РСФСР и РФ, млрд пассажиро-км
  
  
  Ненамного лучше обстоит дело с использованием массового в прошлом пассажирского транспорта на внутренних водоемах страны - реках, озерах. Сокращение перевозок здесь составило примерно 5 раз (рис. 3-19).
  
  
  Рис. 3-19. Пассажирооборот внутреннего водного транспорта общего пользования, млрд. пассажиро-км
  
  
  Надо подчеркнуть, что для многих регионов России, например, Сибири, сообщение по водным путям является жизненно необходимой транспортной системой. Здесь резкое сокращение пассажиропотоков означает не просто снижение уровня благосостояния, а деградацию условий жизни.
  
  Значительно ухудшилось за годы реформы обслуживание населения городским транспортом. Сократилось производство автобусов, резко упало производство вагонов метрополитена. Почти в 20 раз снизился выпуск такого экологически чистого транспортного средства, как троллейбусы (рис. 3-20).
  
  
  Рис. 3-20. Производство троллейбусов в РСФСР и РФ, шт.
  
  
  Показательна динамика использования такой характерной для современной городской цивилизации транспортной услуги, как такси. Уже к концу 70-х годов такси стало привычной и обыденной услугой в городах РСФСР, доступной всем социальным группам населения. В результате реформы это производство в сфере услуг было практически ликвидировано (в какой-то, очень небольшой мере оно было заменено примитивным извозом на личных автомобилях). К 2000 г. объем услуг таксомоторного транспорта сократился по сравнению с серединой 80-х годов в 50 раз (рис. 3-21).
  
  
  Рис. 3-21. Пассажирооборот таксомоторного транспорта в РСФСР и РФ, млрд. пассажиро-км
  
  
  Важнейшим видом услуг в современном обществе является связь. Самые массовые виды услуг в этой сфере предоставляет почта. Обмен письмами, телеграммами, посылками не просто является важным элементом благосостояния человека и семьи - этот поток "создает общество" и связывает страну в единую систему.
  
  За 70-е годы почтовая и телеграфная связь в РСФСР превратилась в большое производство с очень интенсивным потоком отправлений (5,5 млрд. писем в год). В результате реформы это производство было почти парализовано. Если можно было бы вычесть из числа отправляемых сегодня писем и телеграмм деловые, то мы увидели бы, что личная переписка между гражданами РФ почти прекратилась. Это видно из табл. 3-5 и рис. 3-22...3-25.
  
  
  Рис. 3-22. Отправление писем и число почтовых ящиков в РСФСР и РФ 1 - отправление писем, млрд. (левая шкала); 2 - число почтовых ящиков, тыс. (правая шкала)
  
  
  Рис. 3-23. Отправление телеграмм в РСФСР и РФ, млн. шт.
  
  
  Рис. 3-24. Отправление газет и журналов в РСФСР и РФ, млрд
  
  
  Рис. 3-25. Отправление почты авиационным транспортом в РСФСР и РФ, тыс. тонн
  
  
  Таблица 3-5. Объем основных услуг связи в РСФСР и РФ
  
  
  Следует заметить, что почта сама стала свертывать свою сеть, делая свои услуги еще менее доступными. Сокращение потока писем сопровождается уменьшением числа открытых для клиентов почтовых ящиков (рис. 3-22).
  
  В семь раз сократилось в РФ отправление телеграмм (рис. 3-23). При этом недоступность этого в прошлом очень важного средства связи для подавляющего большинства населения вовсе не компенсируется появлением факса, электронной почты или передачей сообщений через Интернет.
  
  Посылок за годы реформы стало отправляться гражданами РФ в 17 раз меньше. Обмен посылками как особым видом сообщений между близкими людьми, конечно, не может в полной мере быть компенсирован тем, что теперь во всех частях РФ возникло изобилие товаров на витринах магазинов и ларьков.
  
  Резко возросли почтовые расходы при рассылке газет и журналов, в результате чего большое число граждан утратило возможность выписывать привычные в прошлом издания. Ликвидирован очень важный канал распространения продуктов культуры, сократилось благосостояние существенной части населения.
  
  Динамика отправления почты воздушным транспортом представлена на рис. 3-25
  
  Пожалуй, единственным исключением во всей системе массовых коммуникаций является телефонная связь. В годы реформы продолжилось, хотя и с некоторой заминкой в 1992-1995 гг., расширение сети телефонной связи - в том же темпе, как и в 70-80-е годы. Относительно быстрее стало расти число междугородных и международных телефонных разговоров.
  
  Эта динамика представлена на рис. 3-26. При этом междугородная телефонная сеть в 90-е годы быстро модернизируется - почти 80 % ее использует сегодня цифровые системы передачи, 50 % каналов используют оптический кабель.
  
  
  Рис. 3-26. Показатели развития телефонной сети в РСФСР и РФ 1 - число телефонных аппаратов телефонной сети общего пользования, млн (левая шкала); 2 - предоставлено междугородных и международных телефонных разговоров, млн. (правая шкала)
  
  
  Важным производством в сфере услуг было общественное питание. В 1990 г. услугами общественного питания пользовались ежедневно 84 млн. человек (более половины населения РСФСР). На предприятиях промышленности, строительства, транспорта и в совхозах, а также в рабочих общежитиях (то есть в тех организациях, которые подверглись приватизации) в 1985 г. было сосредоточено около 40 % мест. В 1990 г. в сфере производства обеспеченность услугами столовых достигла 91 % от норматива (от числа работников, которым по условиям работы требовались такие услуги). Заводская столовая как особый социальный институт была важной частью советского предприятия.
  
  В мнении работников ценность общественного питания, организованного непосредственно на производстве, была весьма высока. В 1990 г. в ходе опроса, проведенного в республиках СССР Бюро социологических обследований Госкомстата СССР, 52,5 % опрошенных в РСФСР отметили, что обеспеченность этими услугами недостаточна и ее следует развивать. 41,3 % опрошенных считали, что эти услуги следует развивать самим предприятиям и ведомствам, а 37,4 % считали, что это могут лучше сделать местные органы власти.
  
  Практически все предприятия давали дотации столовым, работающим на их территории. Оценить размер дотаций сложно (часть их шла через профсоюз, часть скрывалась в самых разных статьях расходов, часть представляла собой прямые поставки продуктов из подсобных хозяйств минуя торговлю). Согласно опросам 1996 г., до сих пор четверть предприятий сохранила у себя подсобные хозяйства, причем 86 % из них продают продукцию своим работникам (по льготным ценам), а 3 % распределяют ее среди работников предприятия бесплатно.
  
  В ходе реформы открылось большое число частных предприятий общественного питания (ресторанов, кафе и т. д.), сохранилось большинство столовых в школах и вузах. Тем не менее в целом число мест в общественном питании сократилось на 2/3. Это произошло за счет свертывания услуг заводских столовых. Парализована или ликвидирована исключительно важная социальная служба.
  
  Населению РФ стали практически недоступны многие виду услуг в сфере отдыха. Резко подорожали и путевки в дома отдыха и на турбазы, и транспорт. В результате, например, число отдыхавших на туристических базах сократилось с 1990 по 1999 г. в 38,7 раз - с 21 млн. человек до 0,54 млн. (в 2000 г. 0,58 млн.).
  
  Система детских оздоровительных учреждений в РСФСР для детей в возрасте 7-15 лет была основана на сети так называемых "пионерских лагерей". Ее аналога в странах Запада не существует. Почти с самого начала перестройки пионерлагеря стали объектом сильной идеологической кампании как институт "тоталитарного общества". Это сразу же резко усложнило выполнение лагерями их оздоровительной функции. Когда началась экономическая реформа, пионерлагеря стали свертывать. Их стало трудно содержать как предприятиям и учреждениям, так и профсоюзам. Самое большое сокращение числа пионерских лагерей произошло на первом этапе реформы, в 1992 г.
  
  В 1990 г. их было 5,3 тыс., в 1991 г. 4,8 тыс., в 1992 г. 3,8 тыс. В 1994 и 1995 гг. сохранялось 3,2 тысячи загородных лагерей. Значительная часть детей начиная с 1991 г. просто остается без загородного отдыха и лишена даже одного-двух месяцев оздоровительного полноценного питания. В 1990 г. в загородных лагерях отдохнуло 3,4 млн. детей, а в 1994 г. 1,6 млн. В дальнейшем положение стало немного выправляться - в 1997 г. отдохнуло 1,77 млн. детей, в 2000 г. 2,18 млн.
  
  Качество жизни современного человека и современной семьи во многом определяется возможностью потреблять продукты культуры, причем в основном своей национальной культуры - покупать и читать книги и журналы, видеть отечественные фильмы, ходить в театры. Все эти блага стали в РСФСР привычной и обязательной частью быта большинства населения.
  
  Реформа нанесла по сфере культуры тяжелый удар. Главное, конечно, в том, что принципиально изменилось качество культурной продукции, ценностная шкала выпускаемой массовой печатной продукции, фильмов, театральных постановок. Однако оценить качественные изменения в данной книге нельзя, поэтому здесь приведены лишь беспристрастные количественные показатели.
  
  Примерно в 4 раза сократился за годы реформы общий тираж издаваемых в РФ книг и брошюр (см. рис. 3-27). Число же издаваемых названий снизилось гораздо меньше - с 51 тыс. в 1985 г. до 30 в 1994 и 48 в 1999 г. Затем число названий выросло в 2000 г. до 60 тыс. Это означает, что у части населения сократился доступ к книгам. Россия, которая в недавнем прошлом относилась к категории "самых читающих" стран, скатывается в число периферийных обществ массовой космополитической культуры.
  
  
  Рис. 3-27. Тираж изданных книг и брошюр в РСФСР и РФ, млн. экз.
  
  
  Еще более резким было сокращение тиража издаваемых журналов - к 1994 г. более чем в 15 раз. Впрочем, резкий всплеск тиража издаваемых журналов в конце 80-х годов был временным явлением, порожденным "гласностью" во время перестройки.
  
  Однако и до этого, уже с 70-х годов, в РСФСР поддерживался очень высокий уровень издания этого массового продукта культуры. Динамика тиража журналов представлена на рис. 3-28.
  
  
  Рис. 3-28. Тираж журналов в РСФСР и РФ, млн. экз.
  
  
  Вопреки утверждениям о том, что ликвидация советского общественного строя способствовала росту национального самосознания и развитию национальных культур, реальный выпуск культурной продукции на языках народов России сильно сократился. Например, в 1990 г. на лезгинском языке было выпущено газет тиражом 5,2 млн. экз., в 1996 г. этот тираж сократился до 0,44 млн., или в 12 раз, а с 1997 г. данных о выпуске газет на этом языке нет. В 19,6 раза сократился к 1999 г. тираж газет, выпускаемых на тувинском языке и т. д. Тираж книг, выпускаемых на татарском языке, сократился с 1990 г. к 1998 г. в 2,7 раза, а тираж журналов к 2000 г. упал в 17,5 раз. Для примера приведем данные о тираже журналов, выпускаемых на татарском языке (рис. 3-29).
  
  
  Рис. 3-29. Выпуск журналов на татарском языке в РСФСР и РФ, млн. экз.
  
  
  В три с лишним раза сократился за годы реформы по сравнению со стабильным уровнем конца 80-х годов выпуск художественных фильмов. Население практически перестало посещать кинотеатры, но и через телевидение публика почти не получает новых отечественных фильмов. Динамика их выпуска показана на рис. 3-30.
  
  
  Рис. 3-30. Выпуск художественных фильмов в РСФСР и РФ, шт.
  
  
  Особую точку на этом графике составляет выпуск почти 400 фильмов в 1991 г. Видимо, это связано с единовременным выпуском фильмов "с полки" - тех, которые в советское время не были допущены к прокату по идеологическим соображениям или из-за низкого художественного уровня.
  
  Уже с начала 70-х годов в РСФСР поддерживался очень высокий уровень посещения театров - более 70 млн. в год. Эта сфера культурной деятельности сократилась в результате реформы более чем в два раза. На рис. 3-31 представлена динамика посещения театров.
  
  
  Рис. 3-31. Посещение театров в РСФСР и РФ, млн. человек
  
  
  Мы не затрагиваем здесь большую проблему с реформированием всей системы образования в России. Она не сводится к сокращению возможностей для обедневшей части населения получить высококачественное образование, эта проблема имеет фундаментальное и не выражаемое в количественных показателях культурное измерение. Однако и в чисто социально-экономическом плане тенденции неблагоприятны. В докладе Госкомстата РФ сказано: "В 2001 г. наблюдался дальнейший рост приема в государственные высшие и средние профессиональные учебные заведения в основном за счет платного обучения... На условиях полного возмещения затрат на обучение было принято 675,6 тыс. человек, или 53,5 % (в 2000 г. соответственно 553,5 тыс., или 48,5 %)".
  
  Мы оставляем также в стороне важный фактор, определяющий благосостояние граждан, - качество окружающей среды. Несмотря на глубокий спад производства, экологическая обстановка в РФ ухудшается. Так, динамика образования токсичных отходов производства выражается такими числами (млн. т): в 1994 г. 75,1, в 1995 г. 83,3, в 1999 г. 108,1 и в 2000 г. 131,1.
  
  При этом капиталовложения в природоохранные мероприятия снижаются. Ввод в действие станций для очистки сточных вод составил в 1985 г. мощности 2,5 млн. куб. м в сутки, в 1998 г. 0,6, в 1999 г. 0,4 и в 2000 г. 0,2. Системы оборотного водоснабжения, введенные в действие в 1985 г., имели мощность 20,8, а в 2000 г. 0,1 млн. куб. м в сутки. Почти в 7 раз сократился к 2000 г. и ввод в действие установок для улавливания и обезвреживания вредных веществ из отходящих газов (с 19,6 млн. куб. м в час в 1985 г. до 3,1 в 2000 г.).
  
  Раздел 4
  Промышленность и строительство
  
  
  Источники:
  
  Статистические ежегодники "Народное хозяйство РСФСР". ЦСУ РСФСР, Госкомстат РСФСР. Москва.
  
  "Российский статистический ежегодник. Официальное издание". Госкомстат России. Москва.
  
  Статистический сборник "Промышленность России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1998.
  
  Статистический сборник "Строительство в России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1998.
  
  Статистический сборник "Социальная сфера России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1996.
  
  Статистический сборник "Индексы интенсивности промышленного производства (январь 1993 г. - март 2002 г.)". Центр экономической конъюнктуры при правительстве Российской Федерации. Москва. 2002.
  
  Аналитическая справка "Состояние денежно-кредитной системы и расчетов в экономике в 2000 году". Центр экономической конъюнктуры при правительстве Российской Федерации. Москва. 2001.
  
  Статистический сборник "Краткосрочные экономические показатели Российской Федерации", Госкомстат России. Москва, апрель 2002.
  
  В 1930-е годы, в ходе нового этапа индустриализации, Россия (РСФСР) превратилась в промышленно-аграрную страну. Промышленное развитие продолжалось до конца 80-х годов. Этот процесс на последней стадии представлен на рис. 4-1.
  
  
  Рис. 4-1. Объем производства промышленной продукции в РСФСР и РФ (в сопоставимых ценах, 1980 = 100)
  
  
  Надо напомнить, что процесс индустриализации начиная с 30-х годов был исключительно интенсивным. Объем продукции промышленности в РСФСР к 1940 г. вырос по сравнению с 1913 г. в 8,7 раз. После войны страна вступила в новый этап индустриального развития, и к 1980 г. объем промышленного производства был в 161 раз больше, чем в 1913 г. Этот рост продолжался в стабильном темпе вплоть до 1990 г., когда вступили в действие законы, отменяющие принципы плановой экономики.
  
  Реформа означала, прежде всего, приватизацию промышленных предприятий - к 1997 г. негосударственные предприятия составляли 95,6 % общего числа предприятий и давали 89,6 % продукции. В наименьшей степени была приватизирована электроэнергетика (61,5 % ее предприятий в 1997 г. были негосударственными).
  
  Вторым важным изменением было расчленение крупных государственных фабрик, заводов и комбинатов. В 1990 г. в РСФСР имелось 26,9 тыс. промышленных предприятий с 23,1 млн. человек промышленно-производственного персонала, в 1997 г. 159 тыс. предприятий с 14,0 млн. человек персонала.
  
  Рассмотрим динамику изменения объемов производства в главных отраслях промышленности.
  
  Энергетика
  
  Производство энергии является фундаментом индустриальной цивилизации и условием существования современной материальной культуры. Возможность извлечения солнечной энергии, накопленной в виде угля и нефти, и превращения ее в механическую работу стала одним из главных факторов промышленной революции. Новым скачком в развитии индустриального типа производства и жизнеустройства стала технология превращения разных видов энергии в электрическую, удобную в распределении и использовании с высокой интенсивностью. Состояние электроэнергетики в большой степени предопределяет уровень и эффективность народного хозяйства любой страны.
  
  В 1917 г. производство электроэнергии в Российской империи составляло 2,2 млрд. квт-часов, и именно создание сети электростанций стало ядром первой большой комплексной программы модернизации народного хозяйства страны - ГОЭЛРО. Первый цикл индустриализации был проведен на энергетической базе с производством в РСФСР 30,8 млрд. квт-часов (1940 г.). В 1960 г. уровень производства был поднят до 197 млрд. квт-часов, после чего происходил быстрый и непрерывный рост.
  
  В 1960-1970 гг. была проведена централизация производства электроэнергии (в 1970 г. до 95,1 %), что резко повысило экономичность и эффективность отрасли. Удельный расход условного топлива на один отпущенный квт-час электроэнергии снизился с 468 г в 1960 г. до 355 г в 1970 г., а с 1980 г. стабилизировался на уровне 312-314 г. Это хороший показатель, не хуже, чем в других развитых странах. В 1985 г. он был равен в РСФСР 312 г, в США 357, Великобритании 340, Франции 357, ФРГ 327 и Японии 324 г. Наилучший результат в РФ был достигнут в 1993 г. - расход 308 г. условного топлива на один отпущенный квт-час электроэнергии (в 1996 г. была изменена методология определения этого показателя, и ряд прервался).
  
  Советский тип хозяйства позволил соединить электростанции и распределительные сети в Единую энергетическую систему - уникальное сооружение, связавшее страну надежными линиями энергообеспечения и давшее большой экономический эффект за счет переброски энергии по долготе во время пиковых нагрузок в разных часовых поясах.
  
  Для обеспечения электроэнергией нового цикла индустриализации и формирования структур постиндустриального хозяйства была начата Энергетическая программа, которая должна была на целый исторический период создать энергетическую базу страны с гарантированным уровнем снабжения, как у самых развитых стран. К началу реформ в конце 80-х годов эта программа была выполнена наполовину.
  
  Прекращение Энергетической программы было одним из первых актов реформы в СССР. Однако Единая энергетическая система оказалась трудно поддающейся расчленению и приватизации в ходе реформы. До сих пор реформа РАО ЕЭС наталкивается на большие политические трудности. Тем не менее электроэнергетика понесла в ходе реформы тяжелый урон.
  
  Прежде всего, произошел резкий спад производства, который лишь в малой степени компенсирован в 2000-2001 гг.
  
  Динамика этого процесса представлена на рис. 4-2.
  
  
  Рис. 4-2. Электроэнергетика в РСФСР и РФ: 1 - производство электроэнергии, млрд. квт-час (левая шкала); 2 - среднегодовая численность промышленно-производственного персонала, тыс. человек (правая шкала)
  
  
  В то же время, в результате социальных изменений в этой большой производственной системе и ухудшения технологической ситуации произошел значительный откат в производительности труда. Траектория непрерывного роста производительности труда в электроэнергетике была прервана исключительно быстро, скачкообразно - в первый же год реформы. К настоящему времени она упала значительно ниже уровня 1970 г. и вдвое ниже уровня 1990 г. Этот процесс показан на рис. 4-3 (считая, что численность персонала за 1970-1990 гг. в отдельные годы резко не менялась).
  
  
  Рис. 4-3. Производительность труда в электроэнергетике РСФСР и РФ (выработка электроэнергии в млн. квт-час. на 1 работника промышленно-производственного персонала)
  
  
  Однако главное отрицательное воздействие реформы на электроэнергетику заключается в том, что сразу же после 1990 г. резко снизился темп обновления основных фондов отрасли. Если в 1975-1985 гг. ежегодно вводились в действие основные фонды в размере 5-6 % от существующих, то с началом реформ этот показатель стал быстро снижаться и в 2001 г. опустился до уровня 0,8 %.
  
  Машины и оборудование стали стареть, степень износа основных фондов составила в 2000 г. 51,6 % (в 1990 г. 40,6 %). Большая и сложная технологическая система работает на износ и в недалекой перспективе станет давать все более тяжелые сбои и отказы. Предполагаемое расчленение Единой энергетической системы неминуемо еще более снизит ее надежность.
  
  Следует также принять во внимание тот факт, что в ходе реформы произошел общий технологический регресс, в результате которого сильно возросла энергоемкость производства. Так, затраты электроэнергии на производство единицы продукции промышленности к 1996 г. увеличились по сравнению с 1990 г. на 40,8 %. В последние годы положение стало выправляться, но восстановить прежний уровень пока не удалось. В 2000 г. энергоемкость единицы продукции промышленности была на 26,7 % выше, чем в 1990 г.
  
  
  Рис. 4-4. Коэффициенты обновления (ввод в действие) основных фондов в электроэнергетике РСФСР и РФ (в сопоставимых ценах)
  
  
  Другим важным условием стабильного развития народного хозяйства и благосостояния граждан является обеспеченность минеральными энергоносителями - нефтью и газом.
  
  Исключительно важное место занимает поэтому нефтедобывающая промышленность. За 70-е годы в РСФСР был создан мощный нефтедобывающий комплекс, так что в 80-е годы добыча поддерживалась на уровне 550-570 млн. т. В годы реформы объем добычи быстро упал до 303-305 млн. т, т. е. в 1,8-1,9 раза.
  
  При этом одновременно происходило падение производительности труда в отрасли. В 1988 г. на одного работника, занятого в нефтедобывающий промышленности, приходилось 4,3 тыс. тонн добытой нефти, а в 1998 г. - 1,05 тыс. т. Динамика показателей добычи и численности работников приведена на рис. 4-5.
  
  
  Рис. 4-5. Нефтедобывающая промышленность в РСФСР и РФ
  
  1 - объем добычи нефти, млн. т. (левая шкала); 2 - число занятых в отрасли, тыс. чел. (правая шкала)
  
  
  Таким образом, несмотря на существенный технический прогресс, который имел место в отрасли за десять лет, расчленение большого государственного концерна и передача этой самой рентабельной в российской промышленности отрасли в частные руки привели к падению главного показателя эффективности производства примерно в 4 раза![16] Лишь в 2000-2001 гг., в условиях исключительно высоких цен на нефть на мировом рынке, положение несколько улучшилось (в расчете на одного работника добыто 1,2 тыс. т нефти).
  
  В России сокращается добыча энергоносителей и увеличивается их экспорт. Говорится и о планах постройки новых больших трубопроводов для экспорта - и на Запад, и в Азию. В 2001 г. добыто 337 млн. т нефти, а экспортировано 158,6 млн. т. сырой нефти и 69,2 млн. т нефтепродуктов. То есть экспорт нефти в сыром виде и в виде нефтепродуктов составил 227,8 млн. т, или 67,6 % ее добычи в РФ (при этом в страны СНГ ушло лишь 11 % экспортной нефти).
  
  Для справки: в СССР в 1990 г. было добыто 571 млн. т нефти, экспорт сырой нефти составил 109 млн. т, а экспорт нефтепродуктов 50 млн. т. Таким образом, на экспорт ушло около 27,8 % добытой нефти.
  
  Сравним с 1985 г. Тогда в РСФСР было добыто 542 млн. т нефти, а вывезено (за вычетом ввоза) 185,3 млн. т сырой нефти и нефтепродуктов. Таким образом, в РСФСР для внутреннего потребления в 1985 г. осталось 356,7 млн. т нефти или по 2,51 т на душу населения. В 2001 г. на душу населения в РФ осталось для собственного потребления 109,2 млн. т нефти или 0,76 т на душу населения - лишь 30 % от того, чем располагал житель РСФСР в 1985 г.
  
  Энергоносители, минеральные удобрения и металлы (их тоже можно считать материализованной энергией) являются главными статьями российского экспорта, необходимого для обслуживания внешнего долга. Поэтому возможности снижения экспорта энергоносителей не предвидится.
  
  Таким образом, для внутреннего потребления России остается небольшое количество нефти. В 1999 г. США потребили 1 млрд. тонн нефти, а РФ - около 100 млн. тонн. Положение пока что кажется относительно стабильным потому, что наполовину сокращенное производство не оказывает давления на рынок. Кроме того, в советское время разведано и обустроено большое число месторождений, и пока что многие из них законсервированы, а эксплуатируются самые рентабельные. Это создает иллюзию наличия больших разведанных запасов.
  
  Но в перспективе возможности значительного роста добычи малы, т. к. с конца 80-х годов глубокое разведочное бурение на нефть и газ сократилось к 1998 г. более чем в 5 раз (на нефть - в 4 раза), а эксплуатационное бурение на нефть - в 4,5 раза.
  
  Однако проблема не только в ограниченности резервов нефтедобычи. Перевод энергетики на более дешевый уголь также наталкивается на большие трудности. Добыча угля снизилась за годы реформы резко, примерно в 2 раза к 1998 г. (см. рис. 4-6).
  
  
  Рис. 4-6. Добыча угля в РСФСР и РФ, млн.т.
  
  
  В 1999 г. начался прирост добычи, и в 2001 г. она составила 269 млн. т., что, однако, ниже уровня 1960 г. (290 млн. т.).
  
  Экспорт угля из РФ колеблется в районе 14-17 % от производства, а импорт составляет 10-12 % от потребления. При этом в отрасли происходит быстрое выбытие основных фондов (8,8 % в 1996 г. и 7,3 % в 1997 г.) при резком снижении темпов обновления - ввода в действие новых основных фондов.
  
  Коэффициент обновления основных фондов в угольной промышленности, с 1970 по 1985 г. поддерживавшийся на уровне 11-11,5 %, упал к 1994 г. до 2 %, а затем колебался на уровне 2,3-2,4 %.
  
  
  Рис. 4-7. Добыча угля в Дальневосточном районе в РСФСР и РФ, млн.т.
  
  1 - в Приморском крае; 2 - в Амурской области
  
  
  Надо отметить, что закрытие шахт и резкое сокращение добычи угля наблюдалось даже в таких регионах, где уголь является основным топливом для теплоэлектростанций и важнейшим ресурсом жизнеобеспечения населения, как, например, в Приморском крае или Амурской области.
  
  Результатом стал тяжелый топливный кризис в Приморье, ликвидированный с большим перерасходом средств.
  
  Конструкционные материалы
  
  Для крупных индустриальных держав производство стали традиционно рассматривается как важный показатель развития экономики. "Железо - фундамент цивилизации".
  
  Сталь является основным конструкционным материалом для машиностроения, и по динамике ее потребления можно судить о развитии машиностроения и строительства, которые в свою очередь определяют инвестиционные возможности экономики. Динамика производства стали в РСФСР и РФ представлена на рис. 4-8.
  
  
  Рис. 4-8. Производство стали в РСФСР и РФ, млн.т
  
  
  За 70-е годы производство стали выросло на треть, а затем достигло максимума (94 млн. т) в 1988 г. Начавшаяся в том же году перестройка экономической системы вызвала сокращение производства стали, которое приняло обвальный характер в 1991 г. К 1998 г. уровень производства снизился более чем в два раза (до 43,6 млн. т). В 1999-2000 гг. наблюдалось некоторое оживление производства, хотя об устойчивой тенденции к росту говорить пока рано - в 2001 г. прироста производства стали не было.
  
  Таким образом, производство стали в РФ за годы реформы резко сократилось и, по-видимому, стабилизируется на уровне, значительно более низком, нежели в 70-е годы. Кроме того, черная металлургия в большой мере стала работать на экспорт, так что для внутреннего потребления в народном хозяйстве России остается совсем немного стали. В 1996 и 1997 гг. ежегодный экспорт в страны вне СНГ железа и стали в слитках, полуфабрикатах и прокате составлял 20,5 млн. т. - почти половину отечественного производства. В 1999-2000 гг. экспорт составлял около 23 млн. тонн в год. Со странами СНГ экспорт и импорт были небольшими и примерно уравновешивались.
  
  Столь малое количество стали, идущей на внутреннее потребление в отечественном хозяйстве, является очевидным и неоспоримым признаком того, что одним из главных результатов проводимой реформы стала деиндустриализация России.
  
  На рис. 4-9 представлена динамика производства проката черных металлов. И здесь в результате реформы после 1989 г. объем производства упал к 1998 г. почти в два раза. Хотя положение несколько выправилось в 1999-2000 гг., стабилизация производства происходит на уровне, соответствующем началу 70-х годов.
  
  
  Рис. 4-9. Производство готового проката черных металлов в РСФСР и РФ, млн. т
  
  
  На такой металлургической базе существенного роста промышленности, транспорта и строительства ожидать не приходится. В 2001 г. прироста производства проката не наблюдалось.
  
  Снижение вдвое производства рядовой стали и рядового проката уже отражает катастрофические изменения в промышленности большой страны. Однако еще более тяжелый удар нанесла реформа по производству специальных видов продукции черной металлургии - тех, которые обладают особенно высокими техническими качествами и во многом определяют технологический прогресс в отраслях-потребителях.
  
  Науко- и техноемкие металлургические производства пострадали гораздо сильнее, чем традиционное массовое производство. Как пример на рис. 4-10 приведена динамика производства сортовой холоднотянутой стали. Это - необходимый для машиностроения высококачественный материал. Из него, например, производятся подшипники. Хотя в РСФСР к 80-м годам было создано крупномасштабное производство такой стали (в год свыше 2 млн. т), потребности отечественного машиностроения еще удовлетворялись не полностью, и часть необходимой специальной стали импортировалась.
  
  
  Рис. 4-10. Производство сортовой холоднотянутой стали, включая подшипниковую в РСФСР и РФ, тыс. т
  
  
  В результате реформы к 1998 г. производство сортовой холоднотянутой стали сократилось в РФ в 8,4 раза.
  
  Особо надо выделить производство чрезвычайно важного для современной промышленности материала - проката из нержавеющей стали. Это важное производство в ходе реформы парализовано почти полностью - его уровень упал с 1990 по 1998 г. примерно в 20 раз. Некоторый подъем производства в 1999-2000 гг. пока что не превратился в устойчивую тенденцию. Ход падения и стабилизации производства можно видеть в табл. 4-1.
  
  
  Таблица 4-1. Производство проката из нержавеющей стали
  
  
  Резко, почти в 5 раз, снизилось с середины 80-х годов к 1998 году производство проката с упрочняющей термической обработкой (см. рис. 4-11). В 2000 г. производство слегка возросло и стабилизируется на очень низком уровне - в 2001 г. был даже спад производства на 4 %.
  
  
  Рис. 4-11. Производство проката с упрочняющей термической обработкой в РСФСР и РФ, тыс. т
  
  
  Необходимым для строительства высококачественным материалом является упрочненный сортовой арматурный прокат. Его производство на новых прокатных станах быстро наращивалось в РСФСР в 80-е годы. Этот процесс был резко прерван реформой, и производство этого материала стало безостановочно снижаться вплоть до 1998 г., после которого сохраняется на очень низком уровне. Динамика роста и падения производства представлена на рис. 4-12.
  
  
  Рис. 4-12. Производство упрочненной сортовой арматурной стали в РСФСР и РФ, тыс. т
  
  
  В принципе сходное положение сложилось и с производством других специальных металлических материалов, в том числе и таких, производство которых как раз предполагалось расширять в ходе модернизации промышленности. Например, увеличение выпуска современных автомобильных покрышек требовало повышения уровня производства металлокорда.
  
  Оно быстро наращивалось и было увеличено за 80-е годы в два раза. Реформа вызвала обвальное падение производства, которое стало расти лишь начиная с 1999 г. (см. рис. 4-13).
  
  
  Рис. 4-13. Производство металлокорда в РСФСР и РФ, тыс. т.
  
  
  В условиях кризиса хрупкое социальное равновесие в России и поддержание, хотя бы на минимальном уровне, государственных расходов, в большой степени обеспечивается экспортом нефти и газа. А значит, обеспечивается работой нефте- и газодобывающей промышленности и больших трубопроводов - производственно-транспортной системы, созданной в советское время.
  
  Для поддержания этой системы в рабочем состоянии, не говоря уж о ее развитии, требуются регулярные поставки большого количества труб. За 80-е годы в РСФСР было создано современное трубопрокатное производство. За годы реформы выпуск продукции резко упал. На рис. 4-14 показана динамика производства стальных труб. Несмотря на оживление производства после 1998 г., его объем в 2001 г. существенно ниже уровня 1970 г.
  
  
  Рис. 4-14. Производство стальных труб в РСФСР и РФ, млн. т
  
  
  Важным шагом вперед было создание производства труб с улучшенными техническими характеристиками - высокопрочных, а также труб больших диаметров с полимерными покрытиями. Масштабы выпуска таких труб резко возросли во второй половине 80-х годов. Это производство было резко свернуто или почти прекращено в ходе реформы. Динамика его показана на рис. 4-15 и 4-16.
  
  
  Рис. 4-15. Производство труб нефтяного сортамента высокопрочных в РСФСР и РФ, тыс. т
  
  
  Рис. 4-16. Производство труб сварных, больших диаметров с полимерными покрытиями в РСФСР и РФ, тыс. т
  
  
  Надо подчеркнуть, что резкое сокращение производства стали в 90-е годы вовсе не сопровождалось расширением производства альтернативных конструкционных материалов. Одним из направлений технического прогресса в машиностроении и строительстве в последние десятилетия было снижение металлоемкости конструкций за счет замены стали пластмассами и особенно стеклопластиками. Развитие промышленности этих современных материалов и изделий из них было одной из приоритетных задач в научно-технической и промышленной политике СССР. Производство синтетических смол и пластмасс в РСФСР с 1970 по 1989 г. выросло в 2,7 раза. Затем, в результате реформы, произошел обвальный спад. Динамика его представлена на рис. 4-17.
  
  
  Рис. 4-17. Производство синтетических смол и пластических масс в РСФСР и РФ, тыс. т.
  
  
  Положение начало выправляться после 1996 г., так что до настоящего времени наблюдается быстрый рост.
  
  В производстве стеклопластиков спад оказался гораздо более глубоким - в 1997 г. его уровень упал по сравнению с достигнутым в 80-е годы в 7 раз. Оживление, наблюдаемое начиная с 1998 г., не столь значительно, как в производстве смол и пластмасс.
  
  
  Рис. 4-18. Производство стеклопластиков и изделий их них в РСФСР и РФ, тыс. т.
  
  
  Таким образом, в ходе реформы в России произошло не только небывалое в истории падение производства конструкционных материалов, но и значительное ухудшение структуры их набора. Производство технически более совершенных и эффективных материалов и изделий из них пострадало гораздо сильнее, чем производство традиционной и рядовой продукции. Сокращение производства сопровождается техническим регрессом.
  
  Машиностроение
  
  Во время перестройки один из главных тезисов в новой хозяйственной политике заключался в том, что в советской экономике были недостаточны темпы развития машиностроения. Из-за этого в хозяйстве имел место перерасход ручного труда, людям приходилось работать в относительно тяжелых условиях, а отдача была меньше, чем в странах с более развитым машиностроением. Все это было верно - за истекший до 80-х годов период советское машиностроение не успело насытить хозяйство достаточным количеством машин необходимого технического уровня и ассортимента. Вопрос в том, куда повели дело реформаторы. Улучшила ли реформа обеспечение российского хозяйства машинами или ухудшила?
  
  В ходе реформы происходила деградация гражданского машиностроения, производство в котором сократилось к 1999 г. по сравнению с 1991 г. в шесть раз (без учета производства легковых автомобилей).
  
  В ходе развития отечественного машиностроения происходило, прежде всего, обеспечение хозяйства страны теми ключевыми видами машин и механизмов, которые брали на себя выполнение самых массовых трудоемких работ. Даже и на этих направлениях машиностроение не могло еще удовлетворить самые острые потребности хозяйства за очень короткий, по сравнению с промышленным Западом, срок советской индустриализации. Например, максимум, которого удалось достичь в РСФСР в насыщении сельского хозяйства тракторами, составил всего 12 машин на 1000 га пашни (1988) - при среднеевропейской норме 100-120 машин на 1000 га.
  
  Начатая в 1990 г. реформа парализовала машиностроение России и за десять лет простоя производственных мощностей привела к его глубокой деградации. Крупные машиностроительные предприятия были расчленены, так что число предприятий за годы реформы выросло в 10 раз и колеблется на уровне 54-55 тысяч. Количество рабочих, занятых в отрасли, сократилось в 2,4 раза.
  
  Рассмотрим динамику этого процесса на ряде примеров, выбирая для них именно ключевые (системообразующие) типы машин - те, от производства которых зависят целые отрасли хозяйства.
  
  Первым таким типом машин можно считать те, которые создают энергетическую базу любого производства - обеспечивают его теплом, электричеством, механической силой. Одним из таких ключевых устройств, которыми машиностроение регулярно снабжало народное хозяйство, являются современные паровые котлы. Динамика их производства в РСФСР и РФ представлена на рис. 4-19.
  
  
  Рис. 4-19. Производство паровых котлов производительностью свыше 10 т пара/час в РСФСР и РФ, тыс. т пара/час
  
  
  В течение 80-х годов ежегодно в среднем в России выпускалось паровых котлов (с производительностью свыше 10 тонн пара в час) суммарной мощности 45,6 тыс. тонн пара. К 1999 г. объем производства упал до 3,2 тыс. тонн - более чем в 14 раз. В 2000 г. он слегка вырос - до 3,8 тыс. т., что в 13 раз меньше, чем в 1980 году.
  
  Второй важнейший тип энергетических машин - турбины. Динамика их выпуска показана на рис. 4-20.
  
  
  Рис. 4-20. Производство турбин в РСФСР и РФ, млн. кВт
  
  
  Соответственно сокращению производства турбин снизился и выпуск генераторов к турбинам. После 1970 г. их ежегодный выпуск, вплоть до реформы, обеспечивал суммарную мощность около 13 млн. квт. Он начал слегка снижаться в годы перестройки, а в 2000 г. составил суммарную мощность 200 тыс. квт, то есть в 65 раз меньше, чем в 70-80-е годы. В 2001 г. он слегка вырос - до 317 тыс. квт.
  
  Резко сократился в годы реформы выпуск машин, которые статистика объединяет в категорию "электрические машины крупные". Этот процесс представлен на рис. 4-21.
  
  
  Рис. 4-21. Производство электрических машин крупных в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  В 6-7 раз уменьшилась по сравнению с 70-80-ми годами суммарная мощность выпускаемых ежегодно после 1996 г. двигателей переменного тока - с 20-21 млн. квт до 3 млн. квт. В 2000 г. производство частично восстановилось - до 5,7 млн. квт.
  
  Дизели и дизель-генераторы предназначены для автономного энергоснабжения в сельской местности и удаленных местах (геологоразведка, бурение и т. п.). Их выпуск отечественным машиностроением достиг максимума в середине 70-х годов, а затем, по мере все более полной электрификации хозяйства с питанием от стационарной сети стал снижаться, оставаясь, однако, на уровне производства 20-25 тыс. машин в год. В результате реформы он упал примерно в 10 раз по сравнению с 80-ми годами (см. 4-22).
  
  
  Рис. 4-22. Производство дизелей и дизель-генераторов в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  При этом надо подчеркнуть, что именно сейчас Россия втягивается в такое состояние, когда насущно необходимыми станут именно автономные источники энергоснабжения. Это связано не только с острой потребностью в возобновлении массированных работ по разведочному бурению (хотя бы на нефть и газ), но и с деградацией и разрушением стационарных сетей электроснабжения в сельской местности.
  
  Важной системой больших машин являются машины, выполняющие наиболее трудоемкие работы в строительстве (дорожном, жилищном, капитальном и др.) - при выемке, перемещении и планировке грунта, подъеме тяжестей и т. д. Можно сказать в целом, что в этой подотрасли реформа нанесла отечественному машиностроению тяжелейший удар. Вместо той модернизации и обновления моделей, которые планировались начиная с середины 80-х годов, произошло свертывание и производства, и конструкторских разработок.
  
  На рис. 4-23 показана динамика производства одной из главных массовых машин - экскаваторов. Уже к 1975 г. их производство в России вышло на стабильный уровень, позволяющий поддерживать хозяйственную деятельность страны с ее небольшим ежегодным приростом (около 3,5 % ВВП). Этот уровень составлял выпуск 25-27 тыс. экскаваторов в год. Что же произошло в результате реформы? Производство экскаваторов рухнуло обвально, опустившись до 2,6 тыс. в 1999 г. (3,4 тыс. в 2000 г.). При этом существенно уменьшилась средняя емкость ковша производимых экскаваторов - с 0,7 куб. м в 1990 г. до 0,55 во второй половине 90-х годов.
  
  
  Рис. 4-23. Производство экскаваторов в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Отечественное производство экскаваторов стабилизируется на уровне, абсолютно не соответствующем масштабам страны и ее потребностей, а заместить свое производство импортом нереально из-за скудных валютных возможностей РФ. За 1996 и 1997 гг. импорт экскаваторов за вычетом экспорта составил 802 машины (около 2 % от дореформенного уровня отечественного производства), за 1999 и 2000 гг. импорт экскаваторов за вычетом экспорта составил 1083 машины.
  
  Таким образом, когда будет израсходован ресурс парка экскаваторов, поставленных хозяйству в советское время, будут поневоле резко свернуты и так уже незначительные объемы земляных работ.
  
  Главной большой машиной на строительстве зданий и сооружений являются башенные краны. Динамика их производства в России представлена на рис. 4-24. После того, как в середине 80-х годов было освоено производство кранов нового поколения и объем выпуска был вновь доведен до 2,5 тыс. кранов в год, началась реформа и произошел катастрофический спад производства, которое в 1996-1999 гг. было практически прекращено - в 2000 г. было выпущено 36 штук.
  
  
  Рис. 4-24. Производство башенных кранов грузоподъемностью 5 т и выше в РСФСР и РФ, шт.
  
  
  Ненамного лучше обстоит дело и с производством кранов на автомобильномходу - незаменимой массовой машины в строительстве и на транспорте. Начиная с середины 70-х годов в России поддерживался стабильный уровень их производства около 15 тыс. машин в год. В результате реформы это производство было практически свернуто, упав в 1998 г. до 1,1 тыс. Оно стало постепенно восстанавливаться начиная с 1999 г. Динамика процесса представлена на рис. 4-25.
  
  
  Рис. 4-25. Производство кранов на автомобильном ходу в РСФСР и РФ, шт.
  
  
  Необходимыми для строительства машинами являются бульдозеры и грейдеры. Их производство понесло примерно такой же урон в результате реформы, как и производство кранов и экскаваторов. Динамика выпуска этих машин показана на рис. 4-26 и 4-27.
  
  
  Рис. 4-26. Производство бульдозеров в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Рис. 4-27. Производство автогрейдеров в РСФСР и РФ, шт.
  
  
  При этом надо сказать, что импорт всех этих машин лишь в очень малой степени компенсирует спад производства. В 1996-2000 гг. было продано на экспорт 1461 из произведенных в РФ бульдозеров, а закуплено по импорту 1472. То есть превышение импорта над экспортом за пять лет составило всего 11 машин.
  
  Вообще производство машин для строительства дорог понесло в годы реформы исключительно тяжелый урон.
  
  Если в 1990 г. было выпущено 15,4 тыс. больших машин для дорожного строительства, то к 1996-1997 гг. их выпуск снизился до 1,2-1,3 тыс. Это производство перестало отражаться в публикуемой статистике.
  
  Наконец, самой важной и самой массовой машиной, главным элементом всей технологической системы сельского хозяйства, базой для многих специализированных машин (экскаваторов, бульдозеров и др.) является трактор. Развитие, начиная с 30-х годов, мощного отечественного тракторостроения стало одним из важных условий выхода всего народного хозяйства СССР и РСФСР на уровень, соответствующий жизненным потребностям страны, - как в сфере производства, так и в обороноспособности.
  
  Одним из важнейших результатов реформы 90-х годов, который будет иметь долговременный характер и окажет большое влияние на судьбы России и ее народов, является, несомненно, почти полная ликвидация отечественного тракторостроения. Смотрите рис. 4-28!
  
  
  Рис. 4-28. Производство тракторов в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Свернуто производство даже тех машин, которые были любимым объектом пропаганды реформаторов, в пику "гигантомании плановой экономики" - производство минитракторов. В 1998 г. их было выпущено в 78 раз меньше, чем в 1993 г. - всего 100 штук на всю Россию (в 2000 г. 500 штук - в 16 раз меньше, чем в 1993 году).
  
  Остановка отечественного производства тракторов лишь в малой степени компенсируется импортом из стран СНГ. Так, за 1996-1997 гг. в РФ было импортировано 18 468 тракторов, экспортировано в СНГ 2956 - в РФ осталось, как превышение импорта над экспортом, 15,5 тыс. тракторов. В 2000 г. превышение импорта над экспортом еще меньше - около 13 тыс. тракторов.
  
  Следует напомнить, что идеологи реформы в СССР и РСФСР загодя начали готовить общественное мнение к ликвидации отечественного тракторостроения. В СМИ и даже в научную литературу был запущен миф о том, что якобы колхозы и совхозы перенасыщены ненужными им тракторами, а их продолжают производить - вот он, дескать, абсурд плановой экономики. Реальность, однако, была такова: в 1988 г. на 1000 га пашни в РСФСР было 10,54 тракторов, в Польше 77, в Италии 144 и в Японии 476.
  
  Заметим, что хотя обычно сельское хозяйство СССР сравнивали с США, в отношении тракторов большим подобием обладает Западная Европа. В СССР основное производство зерновых было сосредоточено в Европейской части, а большие равнинные пространства, подобные американским, имелись лишь в Казахстане. Тем не менее, в целом США имели в 1988 г. 34,4 трактора на 1000 га пашни - в три раза больше, чем СССР. Это огромная разница.
  
  Перед началом сева 2001 г. Минсельхоз РФ доложил, что на 1 марта 2001 г. в сельском хозяйстве России имелось 514,4 тыс. исправных тракторов. В 1986 г. их было 1424 тыс. Сегодня оставшаяся техника работает на износ, который при столь высокой нагрузке ускорился.
  
  Сходное положение возникло в результате реформы и в производстве зерноуборочных комбайнов. Оно было практически парализовано, оживление производства наметилось только в 2000-2001 гг. Динамика выпуска в России приведена на рис. 4-29.
  
  
  Рис. 4-29. Выпуск зерноуборочных комбайнов в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Важнейшей машиной для всего народного хозяйства страны (как и для обороноспособности) является грузовой автомобиль. Особое значение он имеет в условиях России для сельского хозяйства. С конца 60-х годов производство грузовиков в РСФСР быстро росло и в середине 80-х годов вышло на уровень 700 тыс. машин в год. В ходе реформы произошло резкое падение производства - в 5 раз. В 1999-2000 гг. наблюдалось некоторое оживление производства, но в 2001 г. оно опять сократилось. Динамика его представлена на рис. 4-30.
  
  
  Рис. 4-30. Производство грузовиков в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Примерно так же обстоит дело и с производством грузовых автомобилей с дизельными двигателями - их выпуск сократился примерно в 4 раза и составил в 2001 г. 43,5 тыс. штук.
  
  Импорт грузовых автомобилей в очень малой степени компенсирует спад производства. Из стран вне СНГ импортируется 5-8 тыс. машин в год, из стран СНГ 8-12 тыс. при сравнимом по масштабам экспорте - в СНГ 8-9 тыс., в страны вне СНГ 4-5 тыс. машин в год.
  
  В целом состояние производства сельскохозяйственной техники примерно такое же, как тракторов и комбайнов. Вот выводы доклада Министерства сельского хозяйства РФ "Научно-техническое развитие агропромышленного комплекса России" (Москва, 2000 г.) о положении в сельскохозяйственном машиностроении: "Объем товарной продукции на предприятиях отрасли сократился почти в 13 раз, в том числе по тракторостроению - в 10, по сельскохозяйственным машинам для растениеводства более чем в 14, по машинам и оборудованию для животноводства и кормопроизводства - в 38, по двигателестроению - в 8, по компонентам машин и запасным частям - в 17, а по использованию производственного потенциала - в 13-25 раз".
  
  Надо подчеркнуть, что на фоне сокращения отечественного производства в РФ идет лоббирование иностранной техники. В 2000 г. импортные комбайны захватили 25 % российского рынка. Это несмотря на то, что, по данным "Ростсельмаша", средняя цена импортного комбайна на нашем рынке составляет 220 000 долл., а российского - 50 000 ("Ведомости", 9 июля 2001).
  
  Захват российского рынка зарубежными производителями техники сопровождается сильным идеологическим давлением, формированием отрицательного отношения к отечественным машинам, преувеличением их качественных недостатков при замалчивании важных для российской действительности достоинств.
  
  Так, много говорится, например, что российские комбайны допускают повышенные, по сравнению с американскими аналогами, потери зерна при уборке. Это действительно так, но технические преимущества американских машин оплачены столь непропорционально большим завышением цены (более чем в 4 раза дороже отечественных аналогов), что массовые закупки этих машин становятся нереальными. Российское село может быть обеспечено только отечественными машинами. Их можно и нужно улучшать, но лишь на основе развития собственного машиностроения.
  
  Что же касается потерь зерна, то следует учесть известные данные: на уборке урожая 2000 и 2001 гг. в Северо-Кавказском регионе были использованы арендованные у Турции американские комбайны (с их комбайнерами). В оплату за аренду и работу была отдана треть собранного этими комбайнами зерна. Таким образом, можно считать, что на российских полях американские комбайны допускают потери трети зерна - помимо того, что оставляют безработными российских комбайнеров. У отечественных комбайнов даже второго поколения, которые выпускались в 1972-1985 гг., потери зерна достигали 10-12 %.[17]
  
  Приведем данные еще о некоторых подотраслях машиностроения.
  
  Уже говорилось, какое значение для смягчения нынешнего тяжелого положения России, а также для накопления средств для выхода из кризиса и будущего развития имеют добыча газа и нефти.
  
  Однако в этих отраслях приближается критический период истощения тех месторождений, которые были разведаны и обустроены в советское время (в нефтедобывающей промышленности этот момент наступит позже, но столь же неминуемо, как и в газовой промышленности).
  
  В обозримом будущем равноценной замены выводимым из эксплуатации или малопродуктивным скважинам не предвидится, так как с начала реформы происходило быстрое свертывание разведочного бурения на минеральные ресурсы.
  
  Вести такую разведку мог только мощный государственный научно-производственный комплекс. Приватизация промышленных предприятий и демонтаж отраслевой научно-технической системы парализовали геологоразведку.
  
  
  Рис. 4-31. Глубокое разведочное бурение на нефть и газ в РСФСР и РФ, тыс. м.
  
  
  На рис. 4-31 представлена динамика глубокого разведочного бурения на нефть и газ, а на рис. 4-32 - на другие минеральные ископаемые. Хотя масштабы последнего на порядок меньше, чем разведочное бурение на нефть и газ, значение его столь же велико. Здесь объем бурения сократился в 30 раз.
  
  
  Рис. 4-32. Глубокое разведочное бурение на химическое сырье, минеральные и термальные воды в РСФСР и РФ, тыс. м.
  
  
  Многократно большие объемы бурения требуются при освоении разведанных месторождений.
  
  До 1991 г. проведение этих работ было обеспечено тем, что Россия располагала высокоразвитым производством турбобуров.
  
  Это производство было в полном смысле слова ликвидировано в первые же два года реформы, и к 1999 г. оно сократилось по сравнению со стабильным уровнем 80-х годов в 130 раз. Динамика этого процесса показана на рис. 4-33.
  
  
  Рис. 4-33. Производство турбобуров в РСФСР и РФ, тыс. секций
  
  
  Скажем вкратце о транспортном машиностроении.
  
  Одним из узких мест на транспорте всегда была нехватка товарных вагонов. После расчленения единого планового хозяйства СССР эффективность использования подвижного состава на железных дорогах значительно снизилась.
  
  Если бы в целом не упал так резко объем производства, сегодня экономика испытывала бы исключительно резкий "голод", нехватку вагонов.
  
  Нехватка вагонов остается скрытым ограничением возможностей развития хозяйства, поскольку их производство сильно упало и с 1998 г. остается на очень низком уровне. Если в конце 70-х годов в РСФСР за год производилось около 33 тыс. вагонов в год, то сейчас выпуск держится на уровне около 4 тыс. в год.
  
  Лишь в 2001 г. он поднялся до 6,5 тыс. Экспорт и импорт вагонов носят нерегулярный характер и на положение дел не влияют. Так, в 2000 г. был экспортирован 2471 вагон, а закуплено за рубежом 1843. Динамика производства представлена на рис. 4-34.
  
  
  Рис. 4-34. Производство грузовых магистральных вагонов, шт.
  
  
  Производство пассажирских вагонов в ходе реформы также испытало резкий спад (в 3,5 раза), однако после 1998 г. наблюдается его заметный рост (см. рис. 4-35).
  
  
  Рис. 4-35. Производство пассажирских вагонов в РСФСР и РФ, шт.
  
  
  Экспорт и импорт пассажирских вагонов невелики. В 2000 году было экспортировано 110 вагонов, а импортировано - 25, т. е. превышение экспорта над импортом составило 85 штук при объеме выпуска 797.
  
  Отдельно стоит сказать о вагонах метрополитена. За годы реформы их производство упало более чем в 10 раз (см. рис. 4-36). Поскольку поступления этих машин по импорту нет, их недостаток ведет к перегрузке и быстрому износу имеющегося в метрополитенах Российской Федерации вагонного парка.
  
  
  Рис. 4-36. Производство вагонов метрополитена в РСФСР и РФ, шт.
  
  
  В больших городах метрополитен является главным средством общественного транспорта и осуществляет массовые перевозки пассажиров, поэтому старение его материально-технической базы в скором времени создаст острые социальные проблемы.
  
  В среднесрочной перспективе значительные трудности на железнодорожном транспорте могут возникнуть и из-за резкого сокращения производства тепловозов.
  
  
  Рис. 4-37. Производство магистральных тепловозов в РСФСР и РФ, секций
  
  
  В 70-80-е годы ежегодный выпуск этих машин поддерживался на стабильном уровне около 70 секций. Уже в 1991 г. выпуск тепловозов упал до 39 секций, а затем стал очень нерегулярным, в среднем с производством 10-12 секций в год. В 2000 г. он поднялся до 21 секции, а в 2001 г. до 22 секций, но говорить об устойчивой тенденции к росту пока рано. Важно, что за десять лет реформ транспорт уже недополучил очень большое число тепловозов.
  
  Важнейшей ("системообразующей") для всего народного хозяйства отраслью машиностроения является станкостроение. Основу его составляет производство металлорежущих станков. Здесь в годы реформы произошел обвальный спад производства - более чем в 10 раз с конца 80-х годов. Динамика этого процесса представлена на рис. 4-38.
  
  
  Рис. 4-38. Производство металлорежущих станков (включая станки для ремонтных мастерских сельского хозяйства) в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Нередко приходится слышать, что в СССР требовались крупные технологические сдвиги в металлообработке, переход от резания к более прогрессивным способам изготовления металлических изделий. А значит, не было нужды наращивать парк металлорежущих станков. Действительно, назревала технологическая модернизация металлообрабатывающего производства, но деградация станкостроения никак к модернизации привести не может. Столь крупные технологические сдвиги - длительный и сложный социальный процесс, связанный как с постепенной сменой типов оборудования, так и переучиванием работников.
  
  Импорт металлорежущих станков из стран СНГ составил в 1997 г. 5 тыс. штук, а экспорт в страны СНГ - 2 тыс. штук. Импорт из стран вне СНГ в том же 1997 г. был равен 12,4 тыс. штук, а экспорт за рубеж СНГ - 2,6 тыс. штук. При том, что отечественное производство металлорежущих станков составляло тогда 9,4 тыс. штук, это означает, что на рынке РФ наряду с 4,8 тыс. станков отечественного производства находилось уже 17,4 тыс. импортных станков. В 2000 г. на российском рынке было 20,3 тыс. импортных станков против 3,8 тыс. станков отечественного производства.
  
  То есть в ходе реформы отечественные производители оказались в большой степени вытеснены с рынка станков в РФ.
  
  Особо надо сказать о производстве станков высокой и особо высокой точности, а также станков с числовым программным управлением (ЧПУ). Это - технологически наиболее передовая область станкостроения. В 80-е годы она быстро развивалась, так что к концу десятилетия в РСФСР 23 % выпускаемых металлорежущих станков были снабжены ЧПУ, а 11 % относились к категории станков высокой и особо высокой точности. Это производство понесло самый большой ущерб, как видно из рис. 4-39.
  
  
  Рис. 4-39. Производство металлорежущих станков с ЧПУ в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Если в 1990 г. в РСФСР было выпущено 16,7 тыс. станков с ЧПУ, то в 1996-1999 гг. их выпуск составлял по 100 штук в год - в 167 раз меньше.[18] В 2000 г. производство таких станков выросло в два раза - на сотню штук - и составило 200 станков. В 2001 г. тенденция к росту сохранилась - было выпущено 257 станков с ЧПУ.
  
  Следует подчеркнуть, что речь идет не просто об уменьшении числа выпускаемых станков с ЧПУ, но и о том, что более наукоемкое производство оказалось подорванным в наибольшей степени - при сокращении общего выпуска металлорежущих станков произошла не модернизация ассортимента, не снятие с производства устаревших типов, а, наоборот, технологический регресс - резко уменьшилась доля прогрессивной продукции в общем объеме производства.
  
  
  Рис. 4-40. Удельный вес станков с числовым программным управлением в общем объеме производства металлорежущих станков в РСФСР и РФ, %
  
  
  Аналогично, доля станков высокой и особо высокой точности в общем объеме производства металлорежущих станков упала с 22,8 % (1989 г.) до 1,3 % в 1999 году.
  
  Важным направлением модернизации металлообработки в 70-80-е годы была замена резания другими способами обработки - ковкой и прессованием.
  
  С этой целью быстро развивалось производство в РСФСР кузнечно-прессовых машин. С середины 80-х годов выпуск этих машин стал снижаться, а в годы реформы это направление было практически свернуто, и производство машин резко упало - почти в 40 раз. Оживления его не наблюдается до настоящего времени. Динамика этого процесса показана на рис. 4-41. Надо подчеркнуть, что за время реформы был практически прекращен выпуск кузнечно-прессовых машин самого высокого технологического уровня - с числовым программным управлением. В 1990 г. в РСФСР было произведено 370 таких машин, а в 1997 г. в РФ - 3 штуки, в 1998 - 4 шт., а в 1999 г. - 1 штука. В 2000 г. производство несколько выросло - до 5 штук.
  
  
  Рис. 4-41. Производство кузнечно-прессовых машин в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  В результате реформы была разрушена важная наукоемкая отрасль машиностроения, предназначенная для разработки и производства автоматических и полуавтоматических линий для металлообработки и машиностроения. К 1985 г. отечественная промышленность вышла на уровень производства 754 комплекта линий, максимума их выпуск достиг в 1987 г. (802 комплекта), а с 1991 г. началось обвальное снижение выпуска. В 1996 и 1997 гг. он составил 29 и 30 комплектов.
  
  Рассмотрим пару примеров из области машиностроения для легкой промышленности. Самое массовое производство в ней - текстильное. В нем две главные операции - прядение и ткачество.
  
  В 70-е годы в РСФСР производилось около 3,5 тыс. прядильных машин в год. Машин улучшенного типа выпускалось в 80-е годы около 2,2 тыс. в год.
  
  С середины 80-х годов ожидалась очередная модернизация этих машин. Однако начавшаяся реформа привела просто к свертыванию производства - выпуск прядильных машин упал к 1998 г. до 3 штук в год!
  
  Спад производства в тысячу раз означает, по сути дела, его ликвидацию.
  
  Заметных изменений не происходит и в самые последние годы (рис. 4-42). Машиностроительное производство, практически остановленное 15 лет назад, потребует для своего возрождения огромных средств. Но отказ от отечественного производства столь массовых машин и переход на их импорт обойдется еще дороже.
  
  
  Рис. 4-42. Производство прядильных машин в РСФСР и РФ, шт.
  
  
  Судьба производства ткацких станков аналогична. Наивысшего уровня их выпуск достиг в середине 70-х годов, в ходе модернизации текстильной промышленности. В 80-е годы сохранялся почти стабильный уровень производства - 20-22 тыс. штук в год.
  
  Выпуск ткацких (рис. 4-43) станков за годы реформы упал в 180 раз, и восстановления этого производства не наблюдается.
  
  
  Рис. 4-43. Производство ткацких станков в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Особенно резко сократилось в ходе реформы производство наукоемких изделий и приборов. Поскольку состояние этих производств во многом предопределяет безопасность страны, ссылки на то, что отечественные изделия не выдерживают конкуренции импортных образцов, несостоятельны - поддерживать производственный потенциал таких отраслей приходится независимо от рентабельности. Так, по сравнению с 1990 г. в 2000 г. сократилось производство персональных ЭВМ в 12 раз, радиоприемных устройств в 15 раз, магнитофонов в 897 раз, телевизоров в 4 раза.
  
  
  Рис. 4-44. Производство телевизоров в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Отечественная промышленность обеспечивала массовый спрос на телевизоры вполне приемлемого качества при низкой цене и отправляла значительную часть продукции на экспорт.
  
  Решение демонтировать ее вместо того, чтобы улучшить качество (в том числе за счет кооперации с зарубежными фирмами, импорта некоторых компонентов, например, кинескопов), не может быть объяснено разумными экономическими соображениями.
  
  С середины 90-х годов наблюдалась тенденция к сокращению как экспорта, так и импорта телевизоров. Но если экспорт по сравнению с 1997 г. в 2000 г. уменьшился в 40 раз, то импорт - в 2 раза. При этом превышение импорта над экспортом растет непрерывно - в 1997 году оно равнялось 397 тыс. телевизионных приемников, а в 2000 г. уже 609 тыс.
  
  Химическая промышленность
  
  Реформа в разной степени повлияла на различные подотрасли химической промышленности. В целом отрасль испытывает тяжелый кризис. Произошло дробление крупных, связанных единой технологической цепочкой химических комбинатов. С 1980 по 1990 г. число химических предприятий в РФ увеличилось с 579 до 591 - за счет строительства новых заводов. В 1997 г. в РФ действовало 7187 отдельных предприятий. В РСФСР химическая промышленность имела высокий уровень фондовооруженности, фондоотдачи и рентабельности. Еще в 1992 г. уровень рентабельности продукции в этой отрасли составлял 59,6 %, а к 1997 г. он упал до 2,8 %.
  
  
  Рис. 4-45. Производство серной кислоты в моногидрате в РСФСР и РФ, млн. т.
  
  
  Рис. 4-46. Производство кальцинированной соды (без поташа) в РСФСР и РФ, тыс. т.
  
  
  Однако для энергоемкой химической продукции был открыт зарубежный рынок (экспорт ее может рассматриваться как скрытый экспорт энергоносителей). Такими продуктами являются металлы (особенно алюминий), а в химии - удобрения. Возможности экспорта позволили избежать катастрофического спада и в производстве самых массовых продуктов тяжелой химии - серной кислоты и кальцинированной соды. Сокращение их выпуска составило два-два с половиной раза. Начиная с 1999 г. наблюдается рост производства. Динамика приведена на рис. 4-45 и 4-46.
  
  Рассмотрим положение дел, которое сложилось в ходе реформы в производстве и использовании минеральных удобрений. Динамика производства представлена на рис. 4-47.
  
  
  Рис. 4-47. Производство минеральных удобрений (в пересчете на 100 % питательных веществ) в РСФСР и РФ, млн. т
  
  
  Сколько же удобрений из произведенного количества остается для внутреннего потребления в РФ? В 1996 г. на экспорт вне стран СНГ было отправлено минеральных удобрений брутто-весом 11,8 млн. т.
  
  Среднее содержание питательных веществ в минеральных удобрениях в 1996 г. составляло 42 %. Таким образом, в страны вне СНГ было продано 5 млн. т удобрений (в пересчете на 100 % питательных веществ) или 51 % от производства. В страны СНГ было продано всего 280 тыс. т. удобрений.
  
  За 2001 г. в страны вне СНГ было экспортировано 21,0 млн. т. удобрений со средним содержанием питательных веществ 47 %. Это эквивалентно 69 % годового производства. Таким образом, большая часть действующего химического производства работает на внешний рынок - хотя, даже работая на полную мощность в конце 80-х годов, промышленность минеральных удобрений далеко не полностью удовлетворяла еще потребности отечественного сельского хозяйства.
  
  В производстве синтетических волокон и нитей, динамика которого показана на рис. 4-48, спад гораздо больше.
  
  
  Рис. 4-48. Производство синтетических волокон и нитей в РСФСР и РФ, тыс. т.
  
  
  Это - пример тех секторов, продукция которых интересует иностранных покупателей в меньшей степени, чем энергоемкая и экологически неблагоприятная продукция типа минеральных удобрений.
  
  
  Рис. 4-49. Производство магнитной ленты в 6,25-мм исчислении в РСФСР и РФ, млн. м.
  
  
  Выше, на рис. 4-17, была приведена динамика производства синтетических смол и пластмасс. Еще хуже положение с производством магнитной ленты. Потребность в ней велика, и в 80-е годы в РСФСР было налажено крупное производство. Его можно было совершенствовать, приобрести улучшенную технологию и т. д. Вместо этого в годы реформы это производство было просто ликвидировано, и отечественный рынок целиком отдан зарубежным производителям. Динамика этого процесса представлена на рис. 4-49.
  
  Производство потребительских товаров
  
  Хотя идеологическим обоснованием рыночной реформы в большой мере служила концепция структурной перестройки экономики со сменой приоритетов в сторону повышения доли отраслей, производящих потребительские товары, на деле именно они понесли во время реформы самый тяжелый урон. Они в меньшей степени, нежели энергоемкое и экологически более грязное производство тяжелой промышленности, могли рассчитывать на получение своей ниши на мировом рынке.
  
  Конкурировать с массовым производством дешевого ширпотреба в Китае и странах Юго-Восточной Азии для российской легкой промышленности было нереально. Либерализация внешней торговли неизбежно вела к свертыванию отечественного производства.
  
  Наиболее массовым производством в легкой промышленности является текстильное. Производство тканей было довольно хорошо развито уже в дореволюционной России, и целые области (например, Ивановская) специализировались в текстильной промышленности.
  
  После 1970 г. в РСФСР наблюдался небольшой устойчивый прирост выпуска тканей при уже весьма высоком уровне производства. Реформа вызвала тяжелый кризис всей отрасли, производство к 1996 г. упало в 6 раз. Оживление началось после 1998 г., но пока трудно сказать, на каком уровне стабилизируется производство. Динамика процесса приведена на рис. 4-50.
  
  
  Рис. 4-50. Производство тканей всех видов в РСФСР и РФ, млн. кв.м.
  
  
  Самым крупномасштабным в текстильной промышленности является производство хлопчатобумажных тканей. В конце 80-х годов оно вышло в РСФСР на уровень выпуска 5,8 млрд. кв. м ткани в год.
  
  
  Рис. 4-51. Производство хлопчатобумажных тканей в РСФСР и РФ, млн. кв. м.
  
  
  Реформа вызвала резкое падение производства - к 1996 г. почти в 6 раз. Его заметный рост произошел в 1999-2001 г. - однако всего лишь до уровня, составляющего 40 % от уровня производства 1970 г. Это совершенно не соответствует ни масштабам потребности страны, ни масштабам созданной в РФ производственной базы.
  
  Можно было ожидать, что ввиду трудностей с получением хлопка после развала СССР будет оказана поддержка производству льняных тканей, работающему на сырье, получаемом в нечерноземных областях Центральной России. Этого, однако, не произошло, и выпуск льняных тканей упал в ходе реформы более чем в 6 раз. В самые последние годы здесь не наблюдается даже такого прироста производства, как для хлопчатобумажных тканей.
  
  
  Рис. 4-52. Производство льняных тканей в РСФСР и РФ, млн. кв.м.
  
  
  Примерно такой же эффект оказала реформа и на другие подотрасли текстильной промышленности, резко упало производство и шерстяных, и шелковых тканей. В отличие от хлопчатобумажных тканей, здесь и в 2001 г. не наблюдалось устойчивого роста.
  
  
  Рис. 4-53. Производство тканей в РСФСР и РФ, млн. кв. м
  
  1 - шерстяные ткани; 2 - шелковые ткани
  
  
  Катастрофа произошла с производством ковров и ковровых изделий. По сравнению с концом 80-х годов здесь производство к 1997 г. упало в 17 с лишним раз. После краткого оживления в 1998-2000 г. оно в 2001 г. вновь сократилось. Взамен отечественного производства в РФ ежегодно импортируется ковровых изделий на 20-30 млн. долларов. Динамика производства представлена на рис. 4-54.
  
  
  Рис. 4-54. Производство ковров и ковровых изделий в РСФСР и РФ, млн. кв. м.
  
  
  Столь же резко свернуто отечественное производство кожаных товаров. Кожа в основном стала экспортироваться в виде кожевенного сырья, а взамен стало импортироваться значительное количество одежды из кожи. Фактически речь идет о ликвидации целых отраслей легкой промышленности, которые в 80-е годы удовлетворяли основные потребности населения.
  
  Мы не можем привести здесь динамику производства даже главных потребительских товаров - номенклатура их слишком велика. В общем, судьба всех этих производств схожа - исключением является производство дорогих товаров, предназначенных для удовлетворения платежеспособного спроса сравнительно узкого слоя "благополучного" населения.
  
  Однако и это производство по масштабам невелико ввиду того, что в этой среде покупателей более престижным является приобретение импортных товаров. Приведем примеры производства товаров массового спроса.
  
  
  Рис. 4-55. Производство кожтоваров в РСФСР и РФ, млн. кв. дм.
  
  1 - хромовые кожтовары; 2 - юфтевые кожтовары
  
  
  Отечественная обувная промышленность парализована, и никаких признаков ее оживления нет. С 1970 по 1990 гг. в РСФСР поддерживался стабильный уровень производства 350-380 млн. пар в год. Конкретно в 1990 г. выпуск составил 385 млн. пар, к 1997 г. он упал до 33 млн. и держится на этом уровне (2001 г. - 32,2 млн. пар).
  
  К другой части спектра потребностей относится спортивная обувь. И здесь положение не лучше - за годы реформы отечественное производство спортивной обуви сократилось в 20 раз. Какая-то часть состоятельной молодежи покупает импортные товары, какая-то донашивает советские остатки, но все большая и большая часть населения просто исключает из своих потребностей спортивные туфли и лыжные ботинки. Доступных отечественных нет, импортные не по карману. Так наш народ по образу жизни разделяется на два резко различных класса.
  
  Совершенно исключительной по своим социальным последствиям является практическая ликвидация отечественного производства детской обуви. Этот товар массового спроса производился в конце 80-х годов в масштабе более 170 млн. пар в год. К 1998 г. произошел спад до уровня 5,8 млн. пар - в 30 с лишним раз. В 2001 г. выпуск детской обуви подрос несущественно - до 7,8 млн. пар.
  
  Импорт не способен компенсировать этот спад - в 1997 г. всего было импортировано 20 млн. пар кожаной обуви, в 1998 г. - 6 млн., в 1999 году - 4 млн., в 2000 году - 7,2 млн. пар. Из них детская обувь составляет очень небольшую часть. Динамика производства детской обуви дана на рис. 4-56.
  
  
  Рис. 4-56. Производство детской обуви в РСФСР и РФ, млн. пар
  
  1 - обувь до 24 размера включительно (левая шкала); 2 - обувь спортивная (правая шкала)
  
  
  Однако кроме того надо отметить и тот факт, что в России были существенно иные традиции изготовления детской обуви, чем на Западе (например, в отличие от западных производителей, отдавалось предпочтение кожаной подошве).
  
  Производство многих важнейших товаров для детей почти полностью прекращено в результате реформы. Пример - производство детских платьев и сорочек, где произошел спад выпуска продукции в 50-60 раз, и это при наличии хорошо налаженного производства и неудовлетворенного общественного спроса (динамика производства приведена на рис. 4-57).
  
  
  Рис. 4-57. Производство детских платьев и сорочек в РСФСР и РФ, млн. шт.
  
  1 - платья; 2 - Сорочки верхние
  
  
  Меньшим был спад производства детских трикотажных изделий, в 22,7 раза к 1998 г. (рис. 4-58).
  
  Обращает на себя внимание крутизна спада в 1991-1992 гг. и тот факт, что и в самые последние годы существенного роста выпуска этой продукции не происходит.
  
  
  Рис. 4-58. Производство детских трикотажных изделий в РСФСР и РФ, млн. шт.
  
  
  Примерно так же повлияла реформа на производство детских пальто - как меховых, так и из текстильных материалов (рис. 4-59).
  
  
  Рис. 4-59. Производство детских пальто в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  1 - пальто, полупальто (левая шкала); 2 - пальто из натурального меха (правая шкала)
  
  
  По сравнению с концом 80-х годов выпуск пальто и полупальто сократился в 140 раз и продолжает снижаться даже в 2001 г., производство шубок и пальто из натурального меха - в 7-8 раз.
  
  Можно утверждать, что в настоящее время основная масса детей в РФ, как особый контингент потребителей, "вытеснена с рынка".
  
  Приведем данные о производстве других потребительских товаров и влиянии на него рыночной реформы. Вот производство стиральных машин (рис. 4-60).
  
  
  Рис. 4-60. Производство стиральных машин в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  В 70-е годы наблюдался спад их производства вследствие перехода к изготовлению машин нового поколения - автоматических. Затем к концу 80-х годов производство вышло на уровень 5,5 млн. штук в год. В ходе реформы к 1996 г. произошло сокращение более чем в 7 раз. Вместо повышения качества под влиянием рыночной конкуренции произошла ликвидация отечественного производства. Существенного роста производства не происходит и в последнее время.
  
  В 80-е годы в РСФСР было создано крупное производство вполне современных синтетических моющих средств. Оно еще не вполне удовлетворяло потребность, так что его продукцию приходилось дополнять импортом, однако отечественная промышленность уже в основном обеспечивала надежный минимум.
  
  
  Рис. 4-61. Производство синтетических моющих средств в РСФСР и РФ, тыс. т
  
  
  В первые же годы реформы произошел спад этого производства в два с лишним раза - на уровень ниже 1970 г. В последние годы производство восстанавливается, в основном, уже под торговыми марками иностранных компаний.
  
  Очень важным в условиях России предметом является велосипед. При малой плотности шоссейных дорог для десятков миллионов человек, проживающих в сельской местности, велосипед служит важным средством передвижения. Здесь он стал необходимым техническим устройством, элементом современного образа жизни.
  
  Для молодежи и подростков велосипед - и средство общения, и спортивный инвентарь, и первое сложное изделие, вводящее в мир техники.
  
  В 80-е годы производство велосипедов (без детских) вышло на уровень более 3 млн. штук в год и продолжало расти до 1990 г. включительно.
  
  С началом реформы начался спад, который достиг нижней точки в 1996 г., когда выпуск велосипедов упал по сравнению с 1990 г. более чем в 10 раз.
  
  Динамика производства велосипедов представлена на рис. 4-62.
  
  
  Рис. 4-62. Производство велосипедов в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  С 1970 по 1985 г. приведены данные производства велосипедов и мопедов, что несущественно, т. к. мопедов в этот период изготавливалось порядка 5 % от числа велосипедов
  
  
  Примечание: с 1970 по 1985 г. приведены данные производства вместе велосипедов и мопедов. Это несущественно, т. к. мопедов в этот период изготавливалось порядка 5 % от числа велосипедов.
  
  Еще глубже был спад в производстве детских велосипедов. Это видно на рис. 4-63.
  
  
  Рис. 4-63. Производство детских велосипедов в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Примерно то же самое можно сказать о мотоцикле. Отличие его от велосипеда в том, что это уже серьезное транспортное средство, требующее от человека весьма сложных знаний и умений и высокой ответственности. Будучи предметом массового использования, мотоцикл сыграл в России важную роль в формировании современного молодого человека и современного образа жизни.
  
  В РСФСР было создано производство мотоциклов с годовым выпуском более 800 тыс. машин в год. В результате реформы это производство практически ликвидировано. Импорт мотоциклов незначителен.
  
  Как предмет широкого пользования мотоцикл исчезает из обихода, что скажется на образе жизни менее обеспеченного большинства населения.
  
  
  Рис. 4-64. Производство мотоциклов и мотороллеров в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Одной из важных потребностей человека в современном обществе, особенно подростков и молодежи, является занятие спортом. Этот вид занятий даже является обязательным в системе среднего и высшего образования. Для большинства видов спорта необходимым условием таких занятий служит обладание определенными техническими средствами - лыжами, коньками и клюшкой, ракеткой и т. д. Поэтому производство спортивных товаров давно уже стало важной отраслью промышленности.
  
  Реформа погрузила большинство предприятий этой отрасли в глубокий кризис, в результате которого производство многих видов товаров практически прекращено. В качестве примеров на рис. 4-65 и 4-66 приведена динамика производства некоторых из таких товаров.
  
  
  Рис. 4-65. Производство лыж и хоккейных клюшек в РСФСР и РФ
  
  1 - лыжи, тыс. пар; 2 - хоккейные клюшки, тыс. шт.
  
  
  Рис. 4-66. Производство детских лыж (1) и ракеток (2) для настольного тенниса в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Важной отраслью является также мебельная промышленность. В РСФСР было не только налажено массовое производство доступной по цене мебели приемлемого качества, но и происходило явное улучшение продукции. Это массовое производство в результате реформы было резко сокращено или свернуто.
  
  
  Рис. 4-67. Производство стульев и кресел в РСФСР и РФ, млн. шт.
  
  
  Для примера приведена динамика производства стульев и кресел, а также кроватей. Спад производства и тех, и других - примерно в 7 раз.
  
  
  Рис. 4-68. Производство кроватей деревянных в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  В число потребительских товаров следует, с некоторой натяжкой, включить и пиломатериалы. Они учитываются в статистике как строительные материалы, однако значительная их часть используется непосредственно гражданами не в производственной деятельности, а в потреблении - строительстве дач, садовых домиков и др.
  
  Хотя РСФСР являлась крупным производителем пиломатериалов, и эту прибыльную отрасль реформа привела в глубокий упадок - производство снизилось в 5 раз. Динамика его представлена на рис. 4-69.
  
  
  Рис. 4-69. Производство пиломатериалов в РСФСР и РФ, млн. м3
  
  
  Наконец, упомянем такие товары массового употребления, как электрические плитки и чайники.
  
  С их производством вполне справлялась отечественная промышленность, которая, к тому же, начала модернизироваться в процессе конверсии ВПК. Однако даже это незаметное и нужное производство, спокойно удовлетворявшее обыденные потребности всего населения, было подавлено реформой.
  
  На рис. 4-70 и 4-71 приведена динамика производства этих товаров.
  
  
  Рис. 4-70. Производство электроплиток в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Рис. 4-71. Производство электрочайников в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  Строительство
  
  Наряду с машиностроением строительство определяет возможности развития экономики. Эта сфера производства тесно связана с промышленностью, которая обеспечивает ее машинами, строительными материалами и энергией. Выше уже были приведены рис. 4-23...4-27, которые показывают, как в ходе реформы сократилось производство важнейших машин для строительства - экскаваторов, башенных кранов, бульдозеров, грейдеров и др.
  
  Здесь кратко осветим положение дел в производстве строительных материалов. Одним из важнейших является цемент. Динамика его производства представлена на рис. 4-72.
  
  
  Рис. 4-72. Производство цемента в РСФСР и РФ, млн. т.
  
  
  Производство цемента быстро увеличивалось в 70-е годы и вышло на стабильный уровень с регулярным приростом, достигнув в середине 80-х годов отметки 85 млн. тонн в год. Затем, с началом реформы, производство цемента стало падать (в 3 раза), и его оживление наблюдается лишь в последние годы.
  
  Резко, более чем в пять раз, сократилось в ходе реформы к 1998 г. производство сборных железобетонных конструкций (рис. 4-73).
  
  
  Рис. 4-73. Производство сборных железобетонных конструкций и изделий в РСФСР и РФ, млн. куб. м.
  
  
  Заметного роста этой продукции не наблюдается и в самые последние годы.
  
  Поразительно резко, в 6 раз всего за один год реформы (1992 г.), было обрушено производство асбоцементных труб - необходимого материала для строительства. Этот результат показан на рис. 4-74.
  
  
  Рис. 4-74. Производство асбестоцементных труб и муфт в РСФСР и РФ, тыс. км условных труб
  
  
  В 70-е годы вышло на стабильный уровень производство оконного стекла. Страна обладала хорошо налаженным экономичным отечественным производством необходимого материала вполне хорошего качества. Реформа его почти задушила - уровень производства упал в 4 раза (см. рис. 4-75).
  
  
  Рис. 4-75. Производство оконного стекла в РСФСР и РФ, млн. м2 в натуральном исчислении
  
  
  Производство керамических фасадных плиток сократилось в 7 раз. В 2,5 раза сократилось производство строительного кирпича. Более чем в три раза (с 300 млн. м3 в 1990 г. до 91 млн. м3 в 1997 г.) снизилось производство щебня и гравия, а в целом производство нерудных строительных материалов сократилось более чем в четыре раза (с 713 млн. м3 в 1990 г. до 168 млн. м3 в 1997 г.).
  
  Это состояние производства главных материалов для строительства наглядно показывает, что не только никакого "строительного бума", миф о котором создают некоторые СМИ, не могло произойти в РФ в ходе реформы, но удержать даже крайне низкий планируемый в федеральном бюджете уровень капитального строительства оказалось невозможным.
  
  Плохо обстоят дела и со строительством даже наиболее привлекательных с точки зрения экономической отдачи объектов, отобранных на конкурсах и создаваемых при государственной финансовой поддержке. Это видно из табл. 4-2.
  
  Положение принципиально не изменилось и в самые последние годы. В соответствии с Федеральной адресной инвестиционной программой, в 2001 г. должно было быть введено в строй 525 строек. Из них введено в эксплуатацию 72 стройки, в том числе 55 - на полную мощность и 17 - частично.
  
  Спад в строительстве есть результат сочетания двух процессов - общего экономического кризиса, вызванного реформой и обусловившего резкое сокращение инвестиций и заказов на строительство, и деградации самой отрасли и системы ее материально-технического обеспечения.
  
  В ходе реформы не происходило воспроизводства материально-технической базы строительства, обновления ее основных фондов. А значит, с каждым годом стоимость строительства возрастала, что еще больше снижало возможности инвестиций и создавало порочный круг.
  
  Как был парализован процесс обновления основных фондов в строительстве, видно из рис. 4-76.[19]
  
  
  Рис. 4-76. Ввод в действие основных фондов в строительстве в РСФСР и РФ, в % к 1969 г., в сопоставимых ценах.
  
  (Данные с 1990 по 1997 г. получены пересчетом из % к предыдущему году, в сопоставимых ценах)
  
  
  В 1997 г. объем введенных в действие основных фондов строительства был вдвое меньше, нежели в 1971 г., - притом что за последние тридцать лет материально-техническая база отрасли многократно расширилась. Следовательно, при таком малом количестве вводимых в действие новых основных фондов темпы модернизации во много раз ниже, нежели в начале 70-х годов.
  
  
  Таблица 4-2. Ввод в действие объектов по инвестиционным коммерческим высокоэффективным проектам-победителям конкурсов в 1995-1997 гг., по которым осуществляется государственная поддержка за счет средств федерального бюджета
  
  
  В результате в ходе реформы в структуре основных фондов строительства резко сократилась доля активной части - машин, оборудования и транспортных средств. В 1990 г. они составляли 60 % балансовой стоимости основных фондов, а в 1995 г. только 32 % - и удерживаются на этом уровне.
  
  В отрасли в ходе реформы резко снизилась степень использования основных фондов, большие производственные мощности строительства стали простаивать незагруженными и деградировать.
  
  Масштабы омертвления основных фондов видны из табл. 4-3.
  
  Результатом реформы в строительстве, с точки зрения удовлетворения общественных потребностей, был резкий спад жилищного строительства. Этот спад, представленный на графике рис. 4-77, является одним из самых наглядных и драматических следствий рыночной реформы.
  
  
  Рис. 4-77. Ввод в действие жилья в РСФСР и РФ (кв. м на 1000 человек населения)
  
  
  Уже в 70-е годы в РСФСР поддерживался очень высокий уровень строительства жилья, и он даже повысился в годы перестройки. За пятилетку 1986-1990 гг. было введено в действие 343,4 млн. м2 жилья, а за пятилетку 1996-2000 гг. - 159,7 млн. м2.
  
  
  Таблица 4-3. Процент использования производственных мощностей по выпуску отдельных видов строительных материалов
  
  
  Надо отметить, что в строительстве жилья произошла ориентация на удовлетворение потребности именно зажиточной части населения. Это выразилось в значительном увеличении среднего размера построенных квартир - с 54,4 м2 в 1985 г. до 61 м2 в 1992 г. и 76 м2 в 1997 г.
  
  За годы реформы количество построенных за год квартир снизилось почти в 3,5 раза - жилье получили в 3,5 раза меньше семей.
  
  
  Рис. 4-78. Строительство жилья в РСФСР и РФ предприятиями и организациями всех форм собственности, тыс. квартир
  
  
  Вторым существенным изменением стало резкое выделение Москвы (и, в меньшей мере, Московской области) как "островка благополучия" в жилищном строительстве на фоне общего для России кризиса, в том числе и во "второй столице", Санкт-Петербурге.
  
  Если с 1985 по 1991 г. жилищное строительство в среднем по РСФСР велось в стабильном темпе, а в Москве даже сокращалось после "бума" 70-х и начала 80-х годов, то в ходе реформы положение резко изменилось.
  
  
  Рис. 4-79. Ввод в действие жилых домов в Москве и Московской области в сравнении с Россией в целом, в % к 1985 году
  
  1 - ввод в действие жилых домов в Российской Федерации в целом; 2 - ввод в действие жилых домов в Москве и Московской области
  
  
  Рис. 4-80. Ввод в действие жилых домов в Центральном районе России, тыс. м2 общей площади
  
  1 - ввод в действие жилых домов в Центральном районе за исключением Москвы и Московской области; 2 - ввод в действие жилых домов в Москве и Московской области
  
  
  Это видно на рис. 4-79 и 4-80. По сравнению с 1990 г. число построенных квартир в расчете на 1000 человек по РФ в среднем сократилось в 2,7 раза, в Приморском крае в 5,7 раз, а в Москве выросло на 18 %.
  
  Особенно разительным становится контраст между Москвой и ее ближайшим окружением - Центральным районом России, в который входят 12 центральных областей и г. Москва.
  
  В целом гораздо более глубоким был спад в строительстве других, нежели жилье, объектов социально-культурного назначения. Как обстоит дело со строительством детских учреждений и объектов здравоохранения, говорилось выше (см. рис. 1-5 и 1-12). Здесь приведем данные о некоторых категориях учреждений культуры.
  
  Так, в ходе реформы резко сократилось строительство зданий для высших учебных заведений.
  
  
  Рис. 4-81. Ввод в действие высших учебных заведений в РСФСР и РФ, тыс. м2 общей площади учебно-лабораторных зданий
  
  
  Особенно широкое строительство зданий для вузов велось в 70-е годы (в 1975 г. было введено в строй 518 тыс. м2), но и в 80-е годы вплоть до реформы поддерживался довольно высокий темп ввода в действие новых помещений. Это строительство несколько оживилось в самые последние годы, но ведется в небольших масштабах.
  
  Резко сократилось строительство объектов системы образования. В частности, для модернизации производства необходимо обновление подготовки кадров рабочих специальностей, а значит, строительство сети ПТУ и других учреждений начального профессионального образования. Между тем строительство таких зданий в годы реформы практически прекращено (динамика этого процесса приведена на рис. 4-82).
  
  
  Рис. 4-82. Ввод в действие учреждений начального профессионального образования в РСФСР и РФ, тыс. мест
  
  
  Еще больше сократилось строительство зданий для средних специальных учебных заведений - в 6 раз только за три года реформы. Строительство учреждений начального профессионального образования сократилось по сравнению с серединой 80-х годов в 17 раз.
  
  Строительство домов культуры, которые в течение многих десятилетий были уже, казалось бы, неотъемлемой частью общественного жизнеустройства в России, практически прекратилось (рис. 4-83). Старые же здания приватизируются или ветшают.
  
  
  Рис. 4-83. Ввод в действие домов культуры клубного типа в РСФСР и РФ, тыс. мест
  
  
  Вопреки утверждениям некоторых политиков и СМИ, реформа привела не к росту, а к резкому сокращению дорожного строительства в РФ. В 1990 г. в РСФСР было введено в действие 42 060,2 км дорог с твердым покрытием, а в 1997 г. лишь 5539,3 км. Положение это не меняется - в 2001 г. было построено 4292,6 км, что в десять раз меньше, чем в 1990 г.
  
  
  Таблица 4-4. Ввод в действие дорог с твердым покрытием в разных регионах РФ, км
  
  
  Особый урон с потенциально тяжелыми последствиями нанесла реформа строительству и реконструкции тех объектов инфраструктуры, которые сравнительно быстро изнашиваются и требуют регулярного обновления и замены - водопроводных и канализационных сетей. Так, в целом по РФ строительство водопроводных сетей сократилось в 7 раз. В некоторых регионах этот спад еще более значителен. Это видно из таблицы 4-5.
  
  Ввод в действие тепловых сетей в Российской Федерации сократился в ходе реформы в девять раз - с 1456 км в 1990 г. до 388 км в 1997 г. и до 163,6 км в 2001 г.
  
  В некоторых регионах это строительство почти парализовано, несмотря на аварийное состояние сетей. Так, в Приморском крае в 1997 г. было введено всего 3,8 км, в Хабаровском крае 2,7 км, в Новосибирской области 4,4 км, в Кемеровской 3,3 км и т. д.
  
  
  Таблица 4-5. Ввод в действие водопроводных сетей в РФ, км
  
  
  В 80-е годы в РСФСР поддерживался довольно высокий темп ввода канализационных сетей - более 1 тыс. км ежегодно (в 1985 г. 1338,7 км). С началом реформы эти работы стали сокращаться, и в 1994 г. было введено 516 км, а в 1997 г. 274,4 км. В 2001 г. ввод канализационных сетей в РФ составил 170,9 км.
  
  
  Рис. 4-84. Ввод в действие газовых сетей в РСФСР и РФ, км
  
  
  На фоне этих областей строительства резко выделяется состояние работ по прокладке газовых сетей. Нарастив в 80-е годы большие мощности и сохраняя возможности привлечения инвестиций, строительные организации Газпрома поддерживали высокий темп роста вплоть до самого конца 90-х годов и стали сокращать объемы лишь в 2000-2001 г. Хотя за многие годы точные данные отсутствуют, все же в общем рис. 4-84 передает динамику этого строительства.
  
  Перспективы восстановления производства
  
  Длительный глубокий спад производства практически во всех отраслях промышленности РФ привел к тяжелой деградации материально-технической и кадровой базы хозяйства. Устарело, разукомплектовано или продано оборудование, расчленены технологические цепочки, ушли квалифицированные рабочие и инженеры. Производственный потенциал, накопленный к началу реформы, все эти годы сокращался, причем от простоя страдало более всего самое совершенное производство наиболее высокого технологического уровня.
  
  Поскольку при этом производственные мощности были загружены в малой степени (см. табл. 4-6), в рамках сохранившегося потенциала возможен некоторый прирост производства, подобный тому, что наблюдался в 2000-2001 гг. Однако возможности его невелики, и оценить их заранее трудно, поскольку после многих лет простоя реальные производственные мощности могут быть намного ниже номинальных, приведенных в табл. 4-6. Основой восстановления производства и обеспечения такого его роста, чтобы оно удовлетворяло жизненно важные потребности страны, могут быть только достаточно полное обновление основных фондов.
  
  Наличие пока что незагруженных мощностей и возможность некоторого наращивания производства скрывает важнейшее обстоятельство - с самого начала реформы резко снизились капиталовложения в промышленность (инвестиции в основной капитал).
  
  
  Рис. 4-85. Инвестиции в основной капитал отраслей, производящих товары в РСФСР и РФ, в сопоставимых ценах (1969 = 100)
  
  
  На рис. 4-85 представлена динамика изменения этого показателя. Поскольку после 1988 г. масштаб цен быстро менялся, инвестиции приведены к сопоставимым ценам и даны в относительных величинах, причем за 100 принят их уровень в 1969 г. Из рисунка видно, что в течение 70-80-х годов в РСФСР наблюдался быстрый и непрерывный рост инвестиций.
  
  
  Таблица 4-6. Использование производственных мощностей промышленных предприятий (%)
  
  
  Важно отметить, что даже во время наиболее крупномасштабных капиталовложений (1988 г.) их было достаточно только для того, чтобы поддерживать стабильное производство с темпом модернизации, который считался недостаточным. При том сокращении инвестиций, которое произошло после 1990 г., невозможна не только модернизация, но и просто поддержание промышленной инфраструктуры в рабочем состоянии.
  
  Тот прирост инвестиций, который произошел в 2000-2001 гг., совершенно несопоставим с масштабами потерь, понесенных основными фондами за десятилетие. Инвестиции 2001 г. гораздо меньше того, что вкладывалось в основные фонды промышленности в 1969 г.
  
  Соответственно сокращению инвестиций была свернута намеченная на вторую половину 80-х годов программа модернизации основных фондов промышленности. В результате до беспрецедентно низкого уровня упал показатель ввода в действие новых основных фондов и началось их быстрое старение.
  
  За 1991-1999 гг. производственные мощности промышленности сократились на треть. Степень износа производственного оборудования в промышленности достигла почти 70 %, а его средний возраст - 16 лет. Практически треть машин и оборудования в промышленности полностью изношены. К началу 2000 г. только 4 % производственного оборудования в промышленности имело возраст до 5 лет и около 20 % - от 6 до 10 лет, почти 40 % оборудования было старше 20 лет. Средний возраст его в 2000 году равнялся 18,7 лет.
  
  Таким образом, сокращение производства сопровождается регрессом его материально-технической базы. Во второй половине 60-х годов произошло обновление производственной базы, так что еще в 1970 г. ежегодно вводилось новых основных фондов в размере более 10 % от существующих. Новый цикл переоснащения промышленности должен был быть проведен в 80-е годы - и не состоялся. И все-таки в 1988 г. ввод в действие новых фондов составил около 7,5 %. В результате реформы он упал до 1 % и не растет до последнего времени.
  
  
  Рис. 4-86. Ввод в действие основных фондов промышленности в России (в % к основным фондам).
  
  Данные ЦСУ СССР 1970-1990, Госкомстат РФ - 1991-1999
  
  
  Так, коэффициент обновления основных фондов нефтедобывающей промышленности составлял в 1970-1985 гг. 11-12,5 %, в 1998 г. - 1,7 %, в 2000 г. 2,9 %; в химической и нефтехимической промышленности в 1970 г. он был 12,1 %, в 1998 г. - 0,5 % и в 2000 г. 0,8 %; в машиностроении и металлообработке в 1970 г. 12,7 %, а в 1998 г. 0,4 % и в 2000 г. 0,7 %. Сильнее всего пострадала легкая промышленность: в 1970 г. ее основные фонды были обновлены на 10,2 %, а в 1999 г. на 0,3 %.
  
  При темпе обновления 1 % в год основные фонды промышленности, включая машины и оборудование, должны работать до их замены 100 лет. Это равносильно полной ликвидации промышленности России.
  
  Примечание составителей. Здесь мы считаем возможным дать одно методологическое замечание, которое поможет читателю сделать из динамики последних двух десятилетий свои прогнозы на будущее.
  
  В последнее время много говорится об экономическом росте, который имел место в 2000-2001 гг. Динамика многих показателей, приведенных в книге, как будто подтверждает такую оценку. На наш взгляд, однако, применять слово "рост" пока что неправомерно. Прежде всего, два года - слишком короткий срок для проявления тенденции к росту.
  
  Но главное даже не в сроке, а в том факте, что отсутствует необходимая и "неумолимая" предпосылка для роста производства - предварительный, начавшийся за несколько лет до этого рост капиталовложений в хозяйство. Чтобы имел место рост производства, необходимо создание новых или модернизация (хотя бы восстановление) старых основных фондов промышленности, сельского хозяйства и транспорта.
  
  Надо при этом подчеркнуть, что даже очень большие инвестиции не могут вызвать немедленного устойчивого роста производства - на превращение инвестиций в дееспособные производственные мощности требуется время. Пока же и роста инвестиций не произошло, так что можно говорить лишь о колебаниях уровня производства в рамках имеющихся производственных мощностей.
  
  Поскольку неиспользуемые мощности устаревают и деградируют, сокращение капиталовложений в течение 90-х годов неминуемо означает и сокращение производственных возможностей. Этот процесс не является наглядным только потому, что даже сократившиеся мощности используются сейчас не полностью. Но невидимый "потолок" является непреодолимым ограничением для настоящего роста экономики, и этот потолок пока что снижается.
  
  Например, в 1990 г. в РСФСР имелись производственные мощности для выпуска 264 тыс. тракторов (в том году было выпущено 214 тыс. и, по данным ЦСУ, производственные мощности были загружены на 81 %). Может ли сегодня быть восстановлен уровень производства 1990 г. без создания новых мощностей? Нет, поскольку, даже по данным Госкомстата РФ, производственные мощности позволяют выпустить только 101 тыс. тракторов в год - в 2000 г. было произведено 19,3 тыс. тракторов при уровне загрузки мощностей 19 % (эти данные представлены на рис. 4-28 и в таблице 4-6).[20]
  
  Аналогично, в 1990 г. в РСФСР имелись мощности для производства 443 млн. пар обуви (было выпущено 385 млн. пар). В 2000 г. было выпущено 32 млн. пар обуви, и при этом производственные мощности были загружены на 29 %. Значит, даже при полной загрузке мощностей максимальный выпуск обуви в РФ мог бы достигнуть в 2000 г. лишь уровня 110 млн. пар - в 4 раза меньше, чем в 1990 г.
  
  
  Рис. 4-87. Схематическая взаимосвязь между инвестициями в основной капитал, производственными мощностями, созданными на эти инвестиции и уровнем производства в ходе реформы
  
  
  Эту взаимозависимость можно пояснить следующим условным рисунком (рис. 4-87). Допустим, в отрасль, производящую продукт Х, в 1970-2000 гг. делались капиталовложения в основные производственные фонды в соответствии с кривой 1, которой на рисунке соответствует левая шкала. В ходе реформы, начиная с 1990 г., инвестиции резко сократились. Эта кривая отражает реальную динамику капиталовложений в промышленность, приведенную на рис. 4-85.
  
  Для простоты примем, что капиталовложения в основные фонды для производства продукта Х заключаются в приобретении и установке станков Y. В 1970 г. было установлено 112 станков Y, в 1980 г. 250, в 1990 г. 337, в 2000 г. 80 и т. д. Все остальные материально-технические условия производства продукта Х примем постоянными. Примем также, что один станок Y производит в год 1 единицу продукта Х. Для простоты будем считать, что выбытие мощностей, исчерпавших свой ресурс, происходит путем списания станка Y, отслужившего 10 лет.
  
  Это - приемлемое упрощение, хотя, конечно, некоторые станки выходят из строя раньше, а некоторые служат дольше установленного срока. Реальную динамику изменения всего парка станков можно описать более сложными уравнениями, но сути дела это не изменило бы. Таким образом, станочный парк Y (т. е. производственные мощности для выпуска продукта Х) в каждый момент времени равны числу станков Y, имеющих возраст менее 10 лет.
  
  Предположим также, что в 2002-2010 гг. будет сохраняться уровень инвестиций, равный уровню 2001 г. Исходя из принятых допущений, мы получаем кривую 2 -динамику величины производственных мощностей. В 1980 г. в действии было 1935 станков Y, в 1990 г. 3091, в 2000 г. 1296. Кривой 2 на графике соответствует правая шкала. Эта кумулятивная кривая ограничивает то пространство, в котором и может изменяться уровень производства. В идеальном случае, при полной загрузке производственных мощностей, кривая уровня производства сольется с кривой 2.
  
  До начала реформы обычная степень загрузки имеющихся мощностей составляла 80-90 % мощностей. В нашем условном примере в 1985 г. на 2525 станках Y было произведено 2150 единиц продукта Х - загрузка мощностей составляла 85,1 %, в 1990 г. на 3091 станке Y произведено 2700 единиц продукта Х и т. д. В ходе реформы, в 1991-1992 гг. начался спад производства, гораздо более быстрый, чем выбытие производственных мощностей. Загрузка мощностей резко снизилась.
  
  Динамика производства отражена кривой 3 (ей соответствует правая шкала). Она выражает типичную динамику производства многих отраслей. Видно, что хотя в три последние года на этой кривой обозначился подъем, он может продолжаться лишь до тех пор, пока не упрется в "потолок" производственных мощностей.
  
  Кривая 3 не может пересечь кривую 2. Она может изменяться лишь внутри области, ограниченной кривой 2 (на рисунке эта область для наглядности затенена).
  
  Таким образом, нынешние колебания уровня производства принимать за рост * экономической системы нельзя. Разумеется, оживление производства и повышение степени загрузки имеющихся мощностей являются хорошими признаками, и этому надо всемерно способствовать. Но условием будущего роста станет осязаемый и устойчивый рост капиталовложений в основные производственные фонды и подготовку трудовых ресурсов.
  
  Центр экономической конъюнктуры при правительстве Российской Федерации рассчитывает т. н. Индексы интенсивности промышленного производства. Это сводные данные о среднесуточных объемах выпуска промышленного производства по 235 важнейшим видам продукции, включая изготовление продукции крупными, средними и малыми предприятиями, в том числе совместными. Из данных среднесуточных объемов производства исключена сезонная составляющая и несущественные колебания случайного характера.
  
  Индексы интенсивности промышленного производства рассчитаны в % относительно января 1993 г. На рис. 4-88 показана динамика изменения этого показателя вплоть до конца 2001 г. Из этого графика видно, что оживление экономики в 2000-2001 гг. на деле означало только-только компенсацию того спада после 1994 г., который привел к дефолту августа 1998 г. Оживление производства после сентября 1998 г. произошло за счет эффекта девальвации российского рубля и благоприятной конъюнктуры для импортозамещения.
  
  
  Рис. 4-88. Помесячная динамика интенсивности промышленного производства в РСФСР и РФ (с учетом сезонной корректировки) в % к январю 1993 года
  
  
  Эти факторы исчерпали свой эффект к сентябрю 2000 г. Затем, как сказано в докладе Центра экономической конъюнктуры при правительстве РФ, "общий спад промышленного производства был предотвращен благодаря высоким мировым ценам на топливные ресурсы и относительно высокому уровню интенсивности производства в нефтедобывающей, нефтеперерабатывающей и пищевой промышленности".
  
  Возможности для капиталовложений в 2001 г. сократились. В том же докладе сказано: "Сальдированный финансовый результат (прибыль минус убыток) в промышленности за январь-октябрь 2001 года составил лишь 84,6 % от уровня соответствующего периода 2000 года". Следовательно, была упущена возможность сделать крупные инвестиции в отечественную промышленность во время на редкость благоприятной конъюнктуры на мировом нефтяном рынке в 2000 г.
  
  В информационно-аналитической справке "Обозрения" о положении дел в экономике (выпускается "Центром развития", руководитель С. Алексашенко, бывший заместитель председателя Центробанка РФ) от 16 октября 2000 г. было сказано: "Благоприятная внешняя конъюнктура, казалось бы, дает России уникальный шанс - резко увеличить национальные сбережения и профинансировать технологическое обновление производства. Но этот шанс остается исключительно гипотетическим - российский капитал предпочитает искать себе применение за границами страны, интенсивность потоков капитала из России не только не снижается, но и, напротив, возрастает.
  
  По нашей оценке, за первое полугодие валовый отток капитала из России составил 10,9 млрд. долл., что почти на 70 % больше, чем годом ранее, и эквивалентно 10,4 % ВВП России... Во втором полугодии будет происходить увеличение валового оттока капитала из страны, который по итогам года может составить около 25 млрд. долл..."
  
  Таким образом, и в условиях благоприятной конъюнктуры 2000 г. экономика РФ не стала привлекательной даже для отечественных инвестиций и кредитов предприятиям, действующим в сфере производства. Банки предпочитают обращать деньги в иностранные активы. В аналитической справке Центра экономической конъюнктуры при правительстве Российской Федерации "Состояние денежно-кредитной системы и расчетов в экономике в 2000 году" (Москва. 2001) говорится (выделение авторов справки):
  
  
  "Чистые иностранные активы кредитных организаций за 2000 г. увеличились (на 2,6 млрд. долларов США)... Рост чистых иностранных активов кредитных организаций указывал на общую низкую оценку банковской системой перспективности вложений в российскую экономику и на высокую приоритетность активных операций с менее рискованными иностранными активами... Доля кредитов реальному сектору экономики в совокупных активах банковской системы не превысила 30 %, при этом удельный вес кредитов отечественных банков в общем объеме инвестиций в основной капитал оставался очень низким - 3 %... Высокие риски инвестирования в реальный сектор экономики, а также дефицит надежных финансовых инструментов ограничивали масштабы проводимых кредитными организациями активных операций, что определяло наличие у них значительных объемов свободных денежных средств".
  
  При этом нежелание банков инвестировать в отечественную экономику не было преодолено даже при самом высоком уровне прибыльности отдельных отраслей. Выше говорилось, что в 2001 г. сальдированный финансовый результат (прибыль минус убыток) в промышленности составил лишь 84,6 % от уровня 2000 г. Но вот как обстояло дело в 2000 г. В цитированной выше справке говорится:
  
  
  "Несмотря на увеличение сальдированного финансового результата в 2000 году (за 2000 год сальдированный финансовый результат по сопоставимому кругу предприятий и организаций составил 175,2 % от его значения за 1999 год), показатель доли убыточных предприятий и организаций в их общем числе в 2000 году существенно не улучшился и, колеблясь в течение года в диапазоне 37,2-41,9 % (в 1999 году - в диапазоне 39,3-44,4 %), оставался очень высоким. При этом сокращение доли убыточных предприятий в экспортноориентированных отраслях (в первую очередь в нефтедобывающей и газовой промышленности, черной металлургии) сопровождалось ростом доли убыточных предприятий в отраслях, ориентированных преимущественно на внутренний рынок".
  
  Но инвестиций не получают и самые прибыльные отрасли промышленности. Возьмем одну только отрасль - энергетику. Вот выпуск "Обозрений" ("Центр развития") от 13 ноября 2000 г.: "В этом году потребность в инвестициях в газовую промышленность (по экспертной оценке, около 3,5-4 млрд. долл.) может опередить их фактический объем более чем в 2,5-3 раза... Недавнее приобретение ЛУКойлом 1300 АЗС в США, его же более ранние покупки НПЗ в Румынии, Болгарии и на Украине, а также относительно успешная попытка Газпрома закрепиться на венгерском рынке говорят о том, что среди российских сырьевых экспортеров преобладает стратегия вложения во внешние активы".
  
  Выпуск "Обозрений" от 15 января 2001 г. гласит: "В ближайшие десять лет, по оценкам экспертов, выбытие мощностей в течение 2000-2010 гг. возрастет примерно до 10 млн. кВт в год, а существующие темпы ввода новых мощностей уже не будут покрывать их выбытия. В среднем за предшествующие 10 лет вводились мощности около 1,24 млн. кВт в год, в 1999 г. объем ввода новых мощностей составил, по словам зампреда правления РАО "ЕЭС России" Я. Уринсона, лишь 0,84 млн. кВт, в 2000 г. был введен 1 млн. кВт... По оценкам экспертов, потребность в инвестициях в электроэнергетику в 2001-05 гг. будет составлять от 3,8 до 4,4 млрд. долл. в год, а в 2006-10 гг. возрастет до 8,4-9 млрд. долл. в год, тогда как объем инвестиций в основной капитал снизился с 4,9 млрд. долл. в 1997 г. до 1,1 млрд. долл. в 1999 г., а в 2000 г. может составить лишь 1,3-1,5 млрд. долл.".
  
  Таким образом, к концу 2001 г. промышленность вышла на уровень 1994 г. - и при этом подъем закончился, а после октября 2000 г. даже произошло снижение показателя. Подъем производства в самые последние годы лишь вернул промышленность к "дну" того спада, который произошел в первые три года реформы. Надо помнить при этом, что уровень промышленного производства в 1993 г. составил всего лишь 64,9 % от уровня 1990 г.
  
  Примерно такова же динамика вычисляемого Центром экономической конъюнктуры при правительстве РФ индикатора "качества" структуры промышленного производства. Этот показатель дает представление о соотношении в общем объеме промышленного производства продукции отраслей добычи сырья и отраслей высокой степени переработки. В ходе реформы экономика РФ получила гипертрофированную экспортно-сырьевую ориентацию, и индикатор "качества" резко упал, достигнув своего минимума в августе 1998 г. После этого положение выправилось до уровня 1995 г., а в ноябре-декабре 2001 г. опять слегка сдвинулось к сырьевой ориентации.
  
  Развитие промышленности, особенно ее наукоемких отраслей, зависит не только от инвестиций и обновления основных фондов (прежде всего, машин и оборудования), но и от состояния отечественного научно-технического потенциала.
  
  Речь идет о потенциале как целостной системе, включающей в себя проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок (НИОКР), опытное производство, внедрение новых продуктов и технологических процессов в массовое производство, подготовку соответствующих новым технологиям кадров и т. д. Вся эта деятельность составляет особый "срез" общества, в котором взаимодействует политика, экономика, культура. Что произошло с научно-технической сферой России в результате реформы?
  
  Даже если не рассматривать такие важные для этой сферы, но неуловимые признаки ее состояния, как престиж научно-технической деятельности, настроение работников, их творческое вдохновение, а ограничиться только грубыми количественными показателями, то и в этом случае надо признать, что последствия реформы для нее являются катастрофическими.
  
  Доктрина реформы, исходящая из идеи "разгосударствления" и передачи главных сфер деятельности под стихийный контроль рынка, в отношении науки и техники оказалась несостоятельной. Ни отечественный, ни иностранный капитал в России не смогли заменить государство как главный источник средств и главного "заказчика" НИОКР. Огромная по масштабам и сложнейшая по структуре научно-техническая система России, созданная за 300 лет державным государством, была оставлена почти без средств и без социальной поддержки.
  
  К 1999 г. по сравнению с 1991 г. численность работников в этой сфере уменьшилась более чем вдвое. Ассигнования на гражданскую науку из средств федерального бюджета за это же время снизились в 4,6 раза. С учетом того, что безотлагательно требуется финансировать поддержание научной инфраструктуры (здания, энергия, коммунальные услуги), затраты на собственно продуктивную исследовательскую работу сократились примерно в 10 раз.
  
  Еще больше снизились расходы на обновление наиболее динамичной части основных средств - приборов и оборудования. Если в середине 80-х годов на покупку оборудования расходовалось 11-12 % ассигнований на науку, то в 1996 г. - 2,7 %. Коэффициент обновления основных фондов в отрасли "Наука и научное обслуживание" в 1998 г. составил лишь 1.7 % по сравнению с 10.5 % в 1991 г. План государственных инвестиций на строительство объектов науки не был выполнен ни разу. В проекте бюджета 2000 г. на эти цели выделено в 2 раза меньше средств, чем в 1999 г., и в 4 раза меньше, чем в 1997 г.
  
  СССР был второй научной державой мира, а сейчас в РФ расходы на НИОКР не только в 26 раз меньше, чем в США, но уступают расходам таких стран, как Италия (в 1,6 раза) и Канада (в 1,35 раза). Ни разу не была выполнена 4 %-ная "норма" выделения средств из государственного бюджета, заданная Федеральным законом "О науке и государственной научно-технической политике". В 2000 г., согласно оценкам, объем бюджетных расходов на науку составил 0,28 % валового внутреннего продукта и 1,8 % расходной части бюджета. В 2001 г. доля затрат на исследования и разработки составила 1,16 % валового внутреннего продукта, а бюджетные ассигнования на гражданскую науку - 1,67 % расходной части федерального бюджета.
  
  Начиная с 1989 г., за рубеж на постоянное место жительства выехали около 10 % научных работников. Особенно велика потеря физиков-теоретиков (согласно оценкам, около 40 %). Уезжающие математики составляют 25 % к их ежегодному выпуску лучшими вузами страны.
  
  В начале 1999 г. в РФ насчитывалось 4019 научных организаций. Их средние размеры уменьшились вдвое - вследствие разукрупнения организаций. При этом число научно-исследовательских организаций выросло, но зато резко (в 2.4 раза) сократилось количество конструкторских бюро. Число проектных и проектно-изыскательских организаций, выполняющих исследования и разработки, уменьшилось за годы реформы в 5.5 раза. В ходе приватизации отраслевых НИИ, КБ и НПО многие из них утратили свою опытную базу. Таким образом, в ходе реформы ликвидировались те звенья научно-технической системы, которые ответственны за процесс инноваций на стыке исследования - производство. С исчезновением организаций, занятых внедрением результата разработок в производство, завершился демонтаж существовавшей ранее инновационной системы страны (и в прошлом недостаточно сильной).
  
  Реформа подорвала силу российской науки как одного из важнейших факторов развития страны. Это стало одной из причин нарастающего спада технологического уровня промышленности и снижения доли наукоемкой и технологически прогрессивной продукции. Конкурентоспособность и экономические показатели промышленного производства в этих условиях неминуемо снижаются, и перспективы неблагоприятны, так как быстро восстановить уровень научной деятельности в стране трудно даже при очень щедром финансировании.
  
  Раздел 5
  Сельское хозяйство России
  
  
  Источники:
  
  Статистические ежегодники "Народное хозяйство РСФСР". ЦСУ РСФСР, Госкомстат РСФСР. Москва.
  
  "Российский статистический ежегодник. Официальное издание". Госкомстат России. Москва.
  
  Статистический сборник "Агропромышленный комплекс Российской Федерации". Госкомстат России. Москва. 1993.
  
  Статистические сборники "Сельское хозяйство в России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1998; 2000.
  
  Статистический сборник "Сельское хозяйство". Госкомстат СССР. Москва. 1991.
  
  Статистический сборник "Сельское хозяйство СССР". Госкомстат СССР. Москва. 1988.
  
  "Развитие животноводства в России (1970-1997 гг.)". Центр экономической конъюнктуры при Правительстве Российской Федерации. Москва. 1998.
  
  Статистический сборник "Регионы России. Официальное издание. 1999". Госкомстат России. Москва. 1999.
  
  Статистический сборник "Цены в России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1998.
  
  Информационно-аналитический сборник "Некоторые проблемы сельского хозяйства зарубежных стран". ВНИИ информации и технико-экономических исследований агропромышленного комплекса. Москва. 1989.
  
  "О финансовом состоянии коллективных сельскохозяйственных предприятий Российской Федерации за 1991-2000 гг.". Центр экономической конъюнктуры при Правительстве Российской Федерации. Москва. 2002.
  
  "Научно-техническое развитие агропромышленного комплекса России". Министерство сельского хозяйства Российской Федерации. Москва. 2000.
  
  "Краткосрочные экономические показатели Российской Федерации", Госкомстат Российской Федерации. Москва, апрель 2002.
  
  Сельское хозяйство - одна из системообразующих отраслей экономики любой страны. Вне зависимости от почвенно-климатических условий даже самые развитые промышленные страны вкладывают очень большие средства в развитие отечественного сельского хозяйства. Имеющиеся в стране земельные угодья представляют собой бесплатно данную Природой огромную производительную силу. "Труд - отец богатства, а земля - его мать" - этот постулат экономического учения физиократов был включен и в политическую экономию. В сельском хозяйстве земля и растения как огромная химико-биологическая машина работает, используя бесплатную энергию Солнца. Количество этой энергии, поглощенное культурными растениями и превращенное в пищевые продукты, намного превышает энергию добываемого минерального топлива.
  
  Кризис в сельском хозяйстве и спад его производства сразу наносит тяжелый удар по всей экономике, поскольку приводит к потере огромного количества бесплатных природных ресурсов, но эти потери приходится оплачивать при импорте продовольствия.
  
  Большая часть территории России лежит в зоне рискованного земледелия. На больших пространствах урожайность сильно колеблется в зависимости от погодных условий. Тем не менее вплоть до радикальной реформы, начатой в 1988 г., сельское хозяйство РСФСР развивалось с высоким и стабильным темпом. Об этом говорят объективные показатели, не зависящие от идеологических оценок. Реформа привела к тяжелейшему кризису всего сельского хозяйства - и растениеводства, и животноводства. По отношению к уровню 1990 г. в 1998 г. в РФ было произведено 56 % продукции сельского хозяйства, а в 1999 г. 58 %.
  
  Институциональные изменения в сельском хозяйстве в ходе реформы
  
  Реформа означала революционное изменение организации сельскохозяйственного производства и его отношений со смежниками, потребителями и государством. Реформа изменила общественный строй России в части сельского хозяйства и всего жизнеустройства российской деревни.
  
  До начала радикальных реформ, в 1989 г., в РСФСР действовало 12,9 тыс. государственных предприятий - совхозов - и 12,5 тыс. кооперативных предприятий - колхозов (без рыболовецких). В совхозах работало в тот момент 5,6 млн. человек и в колхозах 4 млн. человек. Всего в сельской местности жило 38,8 млн. человек.
  
  Сельскохозяйственные угодья совхозов составляли 119 млн. га, из них посевная площадь 61,5 млн. га, угодья колхозов составляли 85,4 млн. га, из них общественной посевной площади было 52,3 млн. га. Совхозы в 1989 г. произвели продукции сельского хозяйства (в ценах 1983 г.) на 48,8 млрд. руб., а колхозы (с межхозяйственными предприятиями) - на 33,4 млрд. руб. Соотношение продукции растениеводства и животноводства в стоимостном выражении составляло в целом по всем предприятиям 1:1,6 (в совхозах 1:2). В 1989 г. сельскохозяйственные предприятия произвели, в стоимостном выражении, 77,6 % продукции, а личные подсобные хозяйства населения (приусадебные участки, сады и огороды) - 22,4 %.
  
  После интенсивной идеологической кампании по дискредитации колхозов и совхозов как социально-производственных систем в 1992 г. была начата обязательная перерегистрация этих предприятий. К 1 октября 1992 г. прошло перерегистрацию 10,6 тыс. (42 %) предприятий, причем их них 4,5 тыс. (43 %) решили сохранить свой статус колхозов или совхозов. На 1 января 1994 г. перерегистрацию прошли 95 % хозяйств, из них 34 % сохранили свой статус.
  
  В справке Центра экономической конъюнктуры при Правительстве РФ (2002 г.) значение этого шага оценивается так: "На состояние сельского хозяйства существенно повлияла неготовность аграрного менеджмента управлять производством в новых условиях, а также ускоренная, практически не ориентированная на сохранение накопленного в сельском хозяйстве производственного потенциала, реорганизация колхозов и совхозов".
  
  Надо заметить, что "неготовность аграрного менеджмента" - столь же существенный объективный фактор, как и любой другой, и он должен был быть принят во внимание.
  
  Главное, однако, заключалось именно в этой реорганизации колхозов и совхозов, "не ориентированной на сохранение накопленного в сельском хозяйстве производственного потенциала".
  
  К концу 1999 г. в РФ насчитывалось 27 259 предприятий по производству сельскохозяйственной продукции. Из них 3869 колхозов и 1277 совхозов, 1270 государственных предприятий, 3579 товариществ с ограниченной ответственностью, 4542 обособленных подразделений юридических лиц, 1022 обществ с ограниченной ответственностью, 8249 производственных сельскохозяйственных кооперативов, 1466 предприятий иных видов коллективной и коллективно-долевой форм собственности.
  
  Таким образом, прежде всего произошло раздробление и изменение организационного типа более чем 2/3 бывших крупных предприятий - колхозов и совхозов. Значительная часть и ресурсов, и производственной деятельности переместилась из предприятий в мелкое производство - в хозяйства населения и фермерские (крестьянские) хозяйства.
  
  Реформа привела к резкому сокращению объемов производства в сельскохозяйственных предприятиях. В сопоставимых ценах физический объем продукции сельского хозяйства предприятий составил в 1999 г. 37 % от уровня 1990 г., в том числе 44,2 % в растениеводстве и 32,5 % в животноводстве. В 2000 г. физический объем продукции в сельскохозяйственных предприятиях возрос по сравнению с предыдущим годом на 6,5 %.
  
  Изменение характеристик сельскохозяйственных предприятий выглядит так:
  
  
  Таблица 5-1. Основные показатели деятельности сельскохозяйственных предприятий
  
  
  Расчленение сложившихся крупных предприятий и их технологической базы - акция, необъяснимая с точки зрения хозяйственной эффективности.[21] В 1999 г. все группы сельскохозяйственных предприятий с численностью занятых до 180 человек, были убыточными (в 2000 г. убыточными были 51 % хозяйств). Это видно на диаграмме рис. 5-1.
  
  
  Рис. 5-1. Уровень рентабельности или убыточности (-) хозяйственной деятельности сельскохозяйственных предприятий в РСФСР и РФ в зависимости от их размера. 1999 г.
  
  
  С этими данными тесно коррелирует уровень рентабельности или убыточности предприятий в зависимости от других показателей размера хозяйства. Например, от количества скота - в 1999 г. рентабельными в среднем были только предприятия с поголовьем крупного рогатого скота более 1500 голов, но таких предприятий в РФ осталось всего 3,4 %. В таких предприятиях годовые затраты на одну голову скота составляли 2415 руб., а на фермах с поголовьем до 100 голов - 4685 руб. На крупных предприятиях суточный привес на голову составлял 409 г, а в малых (до 100 голов) - 253 г. Еще более разительно различаются надои на одну корову: в предприятиях, имевших более 1000 коров, надой в 1999 г. составлял 3167 кг, а в тех, которые держали менее 100 коров, - 1601 кг.
  
  Таково положение предприятий. На другом конце спектра сельскохозяйственных производителей находятся хозяйства населения (в основном их представляют приусадебные хозяйства бывших колхозников и рабочих совхозов; кроме того, в эту категорию входят коллективные и индивидуальные сады и огороды).
  
  В единой колхозно-приусадебной системе ее части специализировались, и каждая часть производила то, что позволяло с наибольшей эффективностью использовать наличные ресурсы. Никто не сеял на приусадебном участке пшеницу - так как на больших полях колхоз производил зерно с затратами труда всего 1,2 человеко-часа на центнер. Приусадебное хозяйство специализировалось почти исключительно на картофеле - в 80-е годы почти половина картофеля выращивалась на "сотках". Это культура интенсивная, особых преимуществ ее возделывание на больших полях не имело, поскольку в СССР уборка приходилась на дождливое время и выполнялась в основном вручную.
  
  Когда началось расформирование колхозов и совхозов, "село отступило на подворья". С 1990 по 1999 г. площадь личного приусадебного землепользования выросла от 3,25 млн. га до 6,14 млн. га, а средний размер участка с 20 соток до 40. Резко повысилась доля хозяйств населения в производстве сельскохозяйственной продукции по сравнению с предприятиями. В 1990 г. предприятия производили 73,7 % продукции сельского хозяйства (в фактически действовавших ценах), а хозяйства населения 26,3 %. В 1998 г. предприятия производили 38,7 %, а хозяйства населения 59,2 % продукции. В 1999 г. соответственно 40,3 % и 57,2 %. В 1999 г. хозяйства населения производили 92 % картофеля, в 2000 г. 92,4 %.
  
  Усиление подворья с его низкой технической оснащенностью - признак разрухи. Парадоксально, но здесь рыночная реформа привела к снижению товарности. По сравнению с 1985 годом уже в 1992 году товарность производства картофеля снизилась с 22 до 8 %. На первом этапе перевода скота с ферм на подворья при потере 1 % поголовья коров товарность молока в России упала на 26 %.
  
  В животноводстве идет регресс в технологии и санитарии. Скот забивают на подворьях, и мясо продают на дорогах и в подворотнях. Вот маленькая и весьма типичная выдержка из "Государственного доклада о состоянии здоровья населения Российской Федерации в 1992 году" (М., 1993):
  
  
  "Настораживает расширение ареала синантропного трихинеллеза и увеличивающееся число заражающихся... Заболеваемость трихинеллезом, имеющая вспышечный характер, регистрировалась в 40 административных территориях Российской Федерации. Все вспышки трихинеллеза возникли в результате бесконтрольной торговли свининой подворного убоя без проведения санитарно-ветеринарной экспертизы... Прогноз по заболеваемости населения гельминтозами неблагоприятный. Отсутствие лечебных средств сводит на нет многолетние усилия учреждений здравоохранения и санитарно-эпидемиологической службы по оздоровлению очагов гельминтозов. Развитие и интенсификация индивидуальных хозяйств (частное свиноводство, выращивание овощей, зелени, ягодных культур с использованием необезвреженных нечистот для удобрения) приводит к загрязнению почвы, овощей, ягод, инвазии мяса и мясопродуктов" (с. 99).
  
  Объем производства в хозяйствах населения приведен в табл. 5-2.
  
  
  Таблица 5-2. Производство некоторых видов продукции в хозяйствах населения в РСФСР и РФ
  
  
  Наконец, особой категорией являются фермерские (крестьянские) хозяйства. На первом этапе реформы они были представлены как главный тип хозяйства на селе в будущей рыночной системе - тогда подчеркивалась именно их природа как фермерских хозяйств. Многих важных черт капиталистической фермы они, однако, за десять лет не приобрели, поэтому к их названию в последние годы добавилось определение "крестьянские".
  
  Основная масса хозяйств (83 %) возникла до 1995 г. (включительно), число вновь созданных хозяйств с каждым годом уменьшается - в 1999 г., например, возникло 2,6 % фермерских хозяйств. В 1996 г. в РФ было 280,1 тыс. таких хозяйств с общей площадью земельных участков 12,0 млн. га. К 2000 г. произошло некоторое укрупнение - число хозяйств сократилось до 261,7 тыс., а общая земельная площадь составила 15,3 млн. га (средний размер земельного участка вырос с 43 до 58 га).
  
  41,6 % всей площади занимают 13 тыс. сравнительно крупных фермерских хозяйств (5 % от общего числа), имеющих более 200 га на хозяйство. 64 % фермеров специализируются на производстве зерновых, 12,9 % - на мясном и молочном скотоводстве.
  
  Фермерские хозяйства завели, в основном, сельские специалисты, их образовательный уровень очень высок - 36,6 % руководителей хозяйств имеют среднее специальное образование и 20,1 % - высшее. 75,4 % из них имеют возраст до 50 лет. Хозяйства, в основном, являются семейными. Согласно изучению 187,6 тыс. хозяйств, в 1999 г. всего в них было занято 235,8 тыс. наемных работников (в среднем 1,3 на одно хозяйство), причем в среднем один работник за год отработал только 43,9 человеко-дня. Затраты на оплату труда с отчислениями на социальные нужды составляли в структуре расходов фермерских хозяйств всего 10 % (1999 г.).
  
  Фермерские хозяйства плохо оснащены техникой - на конец 1999 г. в расчете на 100 хозяйств приходилось только 76 тракторов и 36 грузовиков. Сравнительно невысока и товарность производства - в 1999 г. от общего объема производства в фермерских хозяйствах реализовано лишь 51,9 % зерна и 57,9 % скота и птицы на убой.
  
  Несмотря на значительное увеличение, начиная с 1993 г., площади предоставленных фермерам земельных угодий, соответствующего роста производства сельскохозяйственной продукции в этой системе в общем не происходит. В целом валовой уровень производства в ней очень неустойчив, как это видно из рис. 5-2.
  
  
  Рис. 5-2. Физический объем продукции сельского хозяйства в крестьянских (фермерских) хозяйствах (верхняя кривая) и объем продукции в расчете на 1 га пашни (нижняя кривая) - в % к 1992 году
  
  
  Что же касается продуктивности этой категории хозяйств, то в расчете на 1 га пашни она начиная с 1993 г. в основном снижалась и даже в самые урожайные годы еще не вышла на прежний уровень.
  
  Фермеры находятся в трудном финансовом положении. Согласно опросу 1999 г., в 1998 г. 65,8 % хозяйств были убыточными, в 1999 г. - 58,7 %. На грани банкротства постоянно находятся 11-12 % хозяйств.
  
  Причина такого положения в том, что становление нового типа хозяйств в условиях жесткой конкуренции иностранных товаропроизводителей, получающих огромные субсидии, почти невозможно без поддержки государства. По мнению большинства опрошенных фермеров эта поддержка в РФ неэффективна. В табл. 5-3 дана оценка этой поддержки по 8 главным ее составляющим.
  
  Из таблицы видно, что около 80 % фермеров на практике не могут получить той помощи государства, которая является совершенно обычной во всех странах, где фермерские хозяйства представляют собой важный тип сельскохозяйственного производства.
  
  Когда в начале 90-х годов проводилась кампания по "фермеризации" российского села, было сделано немало заявлений о том, что все эти виды государственной поддержки будут оказаны тем гражданам, которые решатся выйти из коллективных хозяйств и совхозов и заведут собственное хозяйство. Бросив фермеров на произвол судьбы, реформаторы подорвали инициативу большой важности.
  
  
  Таблица 5-3. Меры государственной поддержки крестьянских (фермерских) хозяйств в 1999 году (в % от числа респондентов)
  
  Реформа и экономические условия для ведения сельского хозяйства
  
  Известно, что продуктивное сельское хозяйство в современном мире не может существовать без участия государства. В разных странах оно организуется по-разному. В капиталистических странах основной механизм государственной поддержки - бюджетные субсидии. В СССР главным был государственный механизм планирования цен - как на оборудование и материалы, закупаемые колхозами и совхозами, так и закупочных цен на сельскохозяйственную продукцию. Дотации служили для "тонкой настройки". Так, в 1988 г. дотации на покупку сельским хозяйством удобрений и машин составляли 1,8 млрд. руб., дотации убыточным хозяйствам тоже 1,8 млрд. руб.
  
  Во время перестройки много говорилось, что советское сельское хозяйство дотируется и должно быть радикально реформировано. В какой же степени в то время дотировалось сельское хозяйство стран, которые ставились в пример нашему отечественному?
  
  
  Таблица 5-4. Бюджетные дотации сельскому хозяйству в зарубежных странах
  
  
  Надо заметить, что сведения о масштабах государственной поддержки сельского хозяйства в развитых капиталистических странах оставались малоизвестными для широкой публики в годы перестройки и реформы. В 1989 г. ВНИИ информации и технико-экономических исследований агропромышленного комплекса издал сборник "Некоторые проблемы сельского хозяйства зарубежных стран", в котором привел подробную сводку о величине и структуре государственных субсидий и дотаций на Западе. Мы приводим оттуда некоторые данные.
  
  В 1984-1986 гг. в РСФСР использовалось 218,4 млн. га сельскохозяйственных угодий. Если бы сельское хозяйство РСФСР дотировалось в той же степени, что и в Западной Европе, расходы на дотации из госбюджета составили бы 240 млрд. долларов. Даже если взять для сравнения США, где дотации на единицу площади угодий были в пять раз меньше, чем в ЕЭС, все равно для РСФСР они составили бы колоссальную сумму в 48 млрд. долларов в год.
  
  Очевидно, что советское сельское хозяйство получало от государства несравненно меньшую экономическую поддержку, нежели в капиталистических странах. Это надо принимать во внимание при оценке эффективности сельского хозяйства России.
  
  При этом бюджетные ассигнования возрастали во всех западных странах. Данные 1984-1986 гг. о бюджетных дотациях (в процентах к фермерской цене) в развитых капиталистических странах приведены в табл. 5-5.
  
  
  Таблица 5-5. Бюджетные дотации в производстве разных видов продукции (в % к фермерской цене) 1984-1986 гг.
  
  Источник: Информационно-аналитический сборник "Некоторые проблемы сельского хозяйства зарубежных стран". ВНИИ информации и технико-экономических исследований агропромышленного комплекса. Москва. 1989.
  
  
  По данным ООН, в 1991 г. общая сумма сельскохозяйственных субсидий ОЭСР составляла 180 миллиардов долларов. Производство разных видов продукции дотируется в капиталистических странах в разной степени - в этом есть элемент государственного планирования. Вот основные данные о бюджете Министерства сельского хозяйства США за 1999-2000 гг. (с его сайта в Интернете www.usda.gov/ agency/obpa/Budget- Summary/2001/text.htm).
  
  Превышение расходов над приходом консолидированного бюджета Министерства составило в 1999 г. 91,6 млрд. долл. и в 2000 г. 105 млрд. долл. Почти все эти суммы представляют собой прямые, косвенные и скрытые субсидии, льготные ссуды или расходы на реструктурирование ссуд сельскому хозяйству. Во всяком случае, в 2000 г. государственное финансирование сельского хозяйства составило никак не меньше 70 млрд. долларов. Расхождения в оценках связаны с тем, что дотации потребителям на покупку продуктов питания (34,5 млрд. долл.) частично расходуются на покупку импортных продуктов, и эту величину трудно учесть. Но и без того суммы ассигнований огромны.
  
  Для сравнения приведем данные по РФ. В 2000 году на поддержку сельского хозяйства (включая рыболовство) из консолидированного бюджета РФ было выделено 55 млрд. рублей (то есть менее 2 млрд. долларов), что составляло 2,8 % консолидированного бюджета. При этом федеральный бюджет по статье "сельское хозяйство и рыболовство" систематически не исполнялся (в 1995 году исполнение бюджета составило 60,1 % от бюджетного назначения, в 1998 году - 27,1 %, в 2000 году - 86,7 %).
  
  В США бюджетные ассигнования на сельское хозяйство составляют около 40 % валовой продукции отрасли. В РФ в 2000 г. выручка сельскохозяйственных предприятий от реализации продукции, работ и услуг (величина, аналогичная валовой продукции ферм США) составила 140,1 млрд. руб., а бюджетные ассигнования и иное целевое финансирование - 6,4 млрд. руб. или 4,6 %.
  
  Надо отметить, что государственная поддержка производства той или иной сельскохозяйственной продукции на Западе производится и через многие косвенные дотации, не отраженные в табл. 5-5. Например, производство говядины в США поддерживается через огромные (8,8 млрд. долларов в 1986 г.) дотации фермерам на закупку фуражного зерна для скота. В некоторые годы уровень бюджетной поддержки фермеров на Западе поднимается столь высоко, что о каких-то "рыночных механизмах" говорить вообще не приходится - государство содержит фермеров как важную часть национального потенциала, вроде науки или армии. Так, в сезон 1984/85 в ЕЭС дотации на производство сахарной свеклы составляли 142 % фермерской цены.
  
  Кроме того, Запад поддерживает свое сельское хозяйство и с помощью государственного протекционизма, таможенных барьеров, перекладывая таким образом финансирование этой поддержки и на всех потребителей. В документе ООН "Отчет по человеческому развитию. 1994" сказано: "В 1990 г. в Японии и ЕЭС средний дополнительный счет за продукты питания, вызванный протекционистскими мерами, составлял 3000 долларов на семью". То есть, помимо бюджетных дотаций фермеры еще и от каждой семьи получали нерыночную поддержку в размере 3 тыс. долларов!
  
  В РСФСР рентабельность сельскохозяйственных предприятий регулировалась не стихийными рыночными механизмами, а через ценообразование. В послевоенное время было произведено несколько коррекций закупочных цен, и во второй половине 80-х годов существовало равновесие, при котором средний уровень рентабельности (т. е. отношения прибыли к себестоимости реализованной продукции) составлял в 1987 г. у колхозов 19 %, а у совхозов 20 %. В 1989 г. уровень рентабельности у колхозов и совхозов вырос до 37 %. Прибыль производственных сельскохозяйственных организаций и предприятий РСФСР составила в 1989 г. 29 млрд. руб. (прибыль в промышленности - 87 млрд. руб.). Прибыль колхозов составила 10,4 млрд. руб., прибыль совхозов 16,4 млрд. руб.
  
  В 1989 г. 1,6 % (то есть 210) совхозов в РСФСР были убыточными, общая сумма их убытков составила 72,7 млн. руб. Из 12,5 тыс. колхозов убыточными в 1989 г. были 100 колхозов.
  
  Рентабельность производства разных видов продукции была различна, но в условиях планового хозяйства это не приводило к сокращению производства малодоходной или убыточной продукции, т. к. для хозяйства был важен общий результат. Данные по некоторым продуктам для 1989 г. приведены в табл. 5-6.
  
  
  Таблица 5-6. Себестоимость производства 1 тонны сельскохозяйственных продуктов и государственные закупочные цены в 1989 г., руб.
  
  
  Из этих данных видно, что наиболее выгодной для колхозов продукцией были зерно и молоко, а яйца были убыточными. Совхозы, наоборот, производили яйца с низкой себестоимостью. Видно также, что государственные дотации для поддержания низких розничных цен давались в основном на картофель, мясо и молоко. Но даже наиболее выгодная для сельского хозяйства продукция - зерно - продавалась по невысокой цене. Для сравнения отметим, что фермерская цена тонны пшеницы в 1987/88 г. была во Франции 207, в ФРГ 244, в Англии 210, в Финляндии 482 доллара.
  
  В первый же год либерализации цен установившееся равновесие было сломано и открыт рынок для импортных сельскохозяйственных продуктов, производство и экспорт которых на Западе субсидируются государством. В 1992 г. правительство России даже оказывало поддержку зарубежным производителям, дискриминируя отечественных! Оно закупило у российского села 26,1 млн. т. зерна по 11,7 тыс. руб. за тонну (что по курсу на 31.12 1992 г. составляло около 28 долларов), а у западных фермеров - 28,9 млн. т. зерна по 143,9 долларов за тонну.[22]
  
  Кроме того, приватизация торговли и перерабатывающих предприятий разорвала единую технологическую цепочку АПК и сделала сельскохозяйственные предприятия беззащитными перед диктатом перекупщиков и переработчиков. Например, овощные базы принимали осенью 1993 г. картофель по цене 30-40 руб. за килограмм при себестоимости 50-70 руб.
  
  В 1998 г., после девальвации рубля, несмотря на ослабление конкуренции со стороны импортных продуктов, средние цены реализации килограмма сельскохозяйственной продукции и розничные цены (они приведены в скобках) выглядели таким образом (в деноминированных рублях): пшеница 0,55 (мука 3,73); молоко 1,27 (5,82); яйца, 10 шт. 4, 45 (14,94). Все эти продукты сельские производители были вынуждены продавать себе в убыток.
  
  В 1997 г., который в целом для экономики считался относительно благополучным (тогда говорили о стабилизации), из 27 тыс. действовавших в РФ крупных и средних сельскохозяйственных предприятий убыточными были 22 тыс. или 82 %. Рентабельность всей хозяйственной деятельности совокупности этих предприятий составила -24 %. Иными словами, затратив каждый рубль на производство продукции, сельское хозяйство России понесло убыток в 24 копейки. А рентабельность животноводства была -35 %. Убыток, который понесло сельское хозяйство от реализации продукции животноводства, составил в тот год 27,3 млрд. деноминированных рублей (в 1996 г. 22,8 млрд. руб., в 1998 г. 25,7 млрд. руб.).
  
  Только в 1999 г. рентабельность хозяйственной деятельности совокупности предприятий стала в целом положительной (+9 %), а число убыточных предприятий сократилось до 54 %. Хотя и тогда реализация продуктов животноводства принесла убыток в 5,1 млрд. руб. который был почти полностью компенсирован бюджетными дотациями в размере 4,9 млрд. руб. Но даже с учетом дотаций поставки на убой, например, крупного рогатого скота имели рентабельность -24 %. В 1999 году оставались убыточными более 53 % сельскохозяйственных предприятий, а в 2000 году - более 54 %.
  
  В этих условиях долги, накопившиеся за сельскохозяйственными предприятиями, достигли в 1999 г. огромной суммы в 184,8 млрд. руб. Из 27,3 тыс. предприятий должниками в том году были 27 тыс. За 1993-2000 годы суммарная задолженность по всем обязательствам (включая задолженность по кредитам банков и другим заемным средствам) выросла в 50 раз и достигла к концу 2000 года 229 млрд. руб., в то время как вся прибыль от реализации сельскохозяйственной продукции составила в 2000 году 15 млрд. руб. Просроченная задолженность достигла 164 млрд. руб. Более 70 % сельскохозяйственных предприятий имели просроченную задолженность по оплате труда работников, величина которой росла на протяжении 1991-2000 годов и в 2000 году составила более 283 % от фонда их заработной платы.
  
  В целом экономическое положение сельскохозяйственных предприятий менялось в ходе реформы так, как представлено на диаграмме рис. 5-3.
  
  
  Рис. 5-3. Число прибыльных и убыточных сельскохозяйственных предприятий
  
  (Источник: справка "О финансовом состоянии коллективных сельскохозяйственных предприятий Российской Федерации за 1991-2000 гг.". Центр экономической конъюнктуры при Правительстве Российской Федерации. Москва. 2002)
  
  
  В указанной справке говорится: "Значительную часть балансовой прибыли сельскохозяйственных предприятий составляли бюджетные субсидии, причем их удельный вес увеличился с 43 % в 1992 году до 72 % в 2000 году. Пытаясь преодолеть кризисные явления за счет использования заемных средств, сельскохозяйственные предприятия накопили огромные долги, которые стали едва ли не основным препятствием на пути их дальнейшего реформирования".
  
  Однако в действительности бюджетные субсидии слишком малы, и ниже в справке отмечается: "В 1994 году и за 1996-1998 годы бюджетные субсидии не покрывали убытки сельскохозяйственных предприятий. В 1994 году убыток по абсолютной величине превышал дотации и компенсации из бюджета приблизительно на 10 %, в 1996 году - в 2,7 раза, в 1997 году - в 3,4 раза, в 1998 году - в 4,1 раза".
  
  В настоящее время, несмотря на урожайные годы, сельскохозяйственные предприятия находятся в очень тяжелом финансовом положении. В справке констатируется: "Доля сельскохозяйственных предприятий, имеющих просроченную кредиторскую задолженность, возросла с 42 % в 1993 году до 89 % в 2000 году. Подобная ситуация ограничила приток кредитно-финансового и инвестиционного капитала в отрасль. Просроченная кредиторская задолженность сельскохозяйственных предприятий в 2000 году в девять раз превышала балансовую прибыль, что свидетельствует об отсутствии у большинства сельскохозяйственных предприятий возможности самостоятельно рассчитаться с долгами. В настоящее время примерно у 60 % сельскохозяйственных производителей арестованы счета, и они на протяжении нескольких лет не имеют возможности установить нормальные финансовые отношения с государством, поставщиками ресурсов и покупателями продукции".
  
  Надо подчеркнуть, что государство в ходе реформы не только ушло от бюджетной поддержки сельскохозяйственных предприятий, но резко сузило для них возможность получения кредитов. В справке отмечается: "В настоящее время кредит носит крайне ограниченный характер, занимая в общем объеме заемных средств не более 30 %, что связано с тем, что сельское хозяйство является наиболее рискованной сферой для кредитования. Сельскохозяйственное производство отличается неустойчивостью, носит выраженный сезонный характер, существенно зависит от агрометеорологических условий. Высокие риски ограничивают приток внешних инвестиций".
  
  Оговорки экспертов Центра экономической конъюнктуры при Правительстве РФ несостоятельны. И в СССР, и на Западе сельское хозяйство носит сезонный характер и зависит от агрометеорологических условий, но никакому правительству и в голову не приходило на этом основании лишать кредита отечественных производителей продовольственных продуктов.
  
  В 2000 г. долгосрочное кредитование сельскохозяйственных предприятий банками составило в РФ 1,63 млрд. руб. По сравнению с 1990 г. цены на товары и услуги, покупаемые селом для производственной деятельности, выросли в 23,48 раз. Это значит, что реальная величина кредитов 2000 года в ценах 1990 г. составляет всего 69,4 млн. руб. А в норме долгосрочное кредитование колхозов и совхозов РСФСР Госбанком колебалось в 80-е годы на уровне 5 млрд. руб. (только колхозы в 1986 г. получили долгосрочных банковских кредитов 2,53 млрд. руб.). Таким образом, в 2000 г. масштабы долгосрочного кредитования сельского хозяйства РФ составляют около 1,3 % от уровня 80-х годов. Если учесть, что кредит - это именно рыночный инструмент финансирования, а плановая система ликвидирована, то можно сделать вывод, что в результате "рыночной" реформы отечественное сельское хозяйство просто лишено нормальных источников финансирования.
  
  Важнейшим фактором, сделавшим сельское хозяйство РФ убыточным или почти убыточным, было резкое повышение цен на машины и материалы, закупаемые сельскохозяйственными предприятиями, которые не могли в той же мере поднять на рынке цены на свою продукцию. В справке Центра экономической конъюнктуры при Правительстве РФ "О финансовом состоянии коллективных сельскохозяйственных предприятий Российской Федерации за 1991-2000 гг." (Москва. 2002) говорится: "Либерализация цен в январе 1992 года послужила причиной сокращения спроса населения на продовольственные товары, опережающего роста цен на промышленные ресурсы по сравнению с увеличением цен на сельскохозяйственную продукцию, частичного вытеснения российских продовольственных товаров на внутреннем рынке за счет расширения продовольственного импорта".
  
  Разрыв цен в ходе реформы быстро достиг огромных масштабов - уже в 1992 г. он стал двукратным - за 1992 год цены на сельхозпродукцию выросли в 8,6 раза, а на покупаемую селом продукцию и услуги - в 16,2 раза. В 1993 г. положение еще резко ухудшилось - разрыв стал трехкратным, в 1998 г. стал равен 4,5. В целом только за 1992-93 гг. закупочные цены на мясо возросли в 45 раз, на молоко в 63 раза, а на бензин в 324 раза, на трактор К-700 в 828 раз и на трактор Т-4 в 1344 раза!
  
  Динамика роста индекса цен, по отношению к 1990 г., на сельскохозяйственную продукцию и в целом на товары и услуги, приобретаемые сельскохозяйственными организациями, представлена на рис. 5-4.
  
  
  Рис. 5-4. Индексы цен реализации продукции и цен приобретения продукции и услуг сельскохозяйственными организациями в РСФСР и РФ (в разах к 1990 году): 1 - индексы цен реализации продукции с/х организациями; 2 - индексы цен приобретения промышленной продукции и услуг с/х организациями
  
  
  На двух других рисунках (5-5 и 5-6) показано изменение цен, по сравнению с ценами на сельскохозяйственную продукцию, некоторых из самых главных машин и материалов, которые приходится закупать сельским производителям.
  
  
  Рис. 5-5. Индексы цен реализации продукции и цен приобретения тракторов и горюче-смазочных материалов сельскохозяйственными организациями в РСФСР и РФ (в разах к 1990 году):
  
  1 - индексы цен реализации продукции с/х организациями;
  
  2 - индексы цен приобретения тракторов с/х организациями;
  
  3 - индексы цен приобретения горючего и смазочных материалов с/х организациями
  
  
  Рис. 5-6. Индексы цен реализации продукции и цен приобретения машин для растениеводства и минеральных удобрений сельскохозяйственными организациями в РСФСР и РФ (в разах к 1990 году): 1 - индексы цен реализации продукции с/х организациями; 2 - индексы цен приобретения машин и оборудования для растениеводства с/х организациями; 3 - индексы цен приобретения минеральных удобрений с/х организациями
  
  
  Разрыв в ценах продолжает расти. В упомянутой выше справке Центра экономической конъюнктуры сказано: "В декабре 2001 года по сравнению с декабрем 2000 года цены на природный газ выросли в 1,6 раза; электроэнергию для села и картофелеуборочные комбайны - в 1,5 раза; сложные удобрения, машины для внесения минеральных удобрений - в 1,4 раза; минитракторы, плуги, культиваторы, ремонт тракторных двигателей, запасные части для животноводческого оборудования - в 1,3 раза; уголь, тракторы - в 1,2 раза. За тот же период сельскохозяйственная продукция по оценке Центра экономической конъюнктуры подорожала приблизительно на 13-14 %".
  
  Материально-техническая база сельскохозяйственного производства в РСФСР и РФ
  
  Изменение в ходе реформы экономических условий деятельности сельскохозяйственных предприятий подорвало воспроизводство их материально-технической базы. До этого, особенно начиная с 70-х годов, эта база в РСФСР развивалась очень быстро - село насыщалось техникой и кадрами, энергетическими мощностями и другими основными фондами. Налаживалась система обеспечения и топливом, и удобрениями, развивались новые отрасли промышленности, производящие нужные для села материалы.
  
  Основные фонды колхозов, совхозов и межхозяйственных сельскохозяйственных предприятий РСФСР выросли с 1970 по 1990 г. в расчете на одного работника с 3,7 до 27,3 тыс. руб., а в расчете на 100 га сельхозугодий с 19,3 до 129,8 тыс. руб. При этом и в ходе пятилетки 1985-1990 гг. продолжался быстрый рост основных фондов. За эту пятилетку энергетические мощности в расчете на одного работника выросли с 40,3 л.с. до 50,5 л.с.
  
  По этим основным показателям советское сельское хозяйство вышло в число высокоразвитых. В 1989 г. в СССР на одного работающего приходилось 27 киловатт энергетических мощностей, а в Италии в 1988 г. 23 квт, в Нидерландах 30,5, в Дании 39, в Венгрии 9,5 квт ("Сельское хозяйство. Статистический сборник". М.: Госкомстат СССР, 1991. С. 169). Еще сильно различались энерговооруженность труда в сельском хозяйстве у СССР и США, в США на одного работника приходилось 105 квт. Но по этому показателю США выпадали из общего ряда - работники там снабжены избыточными энергетическими мощностями. В расчете на 100 га пашни разница была не так велика - 259 квт в СССР и 405 квт в США. При этом надо отметить, что энерговооруженность 1 работника в сельском хозяйстве РСФСР была примерно на 40 % выше, чем в среднем по СССР.
  
  За 1970-1990 гг. материально-техническая база сельского хозяйства в СССР перешла на качественно новый уровень развития. Она обновлялась даже быстрее, чем в промышленности: в 1990 г. ввод в действие новых основных фондов (без скота) составлял в сельском хозяйстве 7 %, а коэффициент выбытия 3,3 % от наличия основных фондов на конец 1989 г. В промышленности эти показатели были равны 6,0 % и 1,8 %, соответственно.
  
  С 1991 г. практически прекратилось обновление материально-технической базы сельскохозяйственных предприятий. Капиталовложения (инвестиции) в основной капитал в ходе реформы уменьшились по сравнению с 1990 г. в 35 раз и в последние годы остаются в 25 раз более низкими, чем в 1984 г. Динамика этого показателя приведена на рис. 5-7.
  
  
  Рис. 5-7. Инвестиции в основной капитал сельского хозяйства РСФСР и РФ (в сопоставимых ценах, 1984 = 100)
  
  
  Государство в ходе реформы практически перестало делать капиталовложения в сельское хозяйство. В 1990 г. государственные ассигнования составили 71 % инвестиций в производственные объекты сельского хозяйства РСФСР (остальные капиталовложения делали колхозы). В 1999 г. доля бюджетных средств в капиталовложениях (и так уже многократно уменьшившихся) составила всего 6,6 %. С 1994 по 2000 годы доля средств для инвестиций в агропромышленную сферу из федерального бюджета сократилась с 12 % до 4 %, из бюджетов субъектов федерации и местных бюджетов - с 16 % до 4 %. При этом доля собственно сельского хозяйства в общих инвестициях в аграрно-промышленный комплекс (АПК) сильно снизилась.
  
  Реформа привела к разрушению цикла воспроизводства материально-технической базы сельского хозяйства. В 1995 г. коэффициент обновления (ввод в действие) основных фондов упал до 0,6 % и в 1999 г. до 0,5 %, а выбытие продолжалось, хотя и с замедлением. Шел и пока что продолжается процесс деградации основных фондов. Выбытие основных производственных фондов в 1999 году в 2,6 раза превышало их поступление в сельское хозяйство. В 2000 г. степень износа основных фондов сельского хозяйства РФ составила 67,9 %. На рис. 5-8 показана динамика этого процесса.
  
  
  Рис. 5-8. Коэффициенты обновления основных фондов в сельском хозяйстве - ввод в действие основных фондов (без скота) в процентах от наличия основных фондов на конец года, в сопоставимых ценах
  
  
  Рассмотрим теперь воздействие реформы на состояние основных элементов материально-технической базы сельского хозяйства. Главный материальный ресурс сельского хозяйства - земля, почва.
  
  Для поддержания ее в плодородном состоянии требуются постоянные усилия, в противном случае почва "дичает". Уже выведение из оборота более 30 млн. га посевных площадей, зарастающих сорняками и кустарником, означает большой регресс. На возврат этих угодий в культурное состояние потребуются большие средства.
  
  До начала реформы большой и постоянной, хотя и незаметной работой было известкование (а также гипсование) почв - важная операция. О масштабах ее можно судить по тому, что только за три года (1985-1987) в РСФР было проведено известкование на площади 15 млн. га (всего в России в известковании нуждаются 45 млн. га).
  
  В 70-е годы для обеспечения этой операции было создано крупномасштабное производство известковой и доломитовой муки. В дополнение к этому примерно 10 млн. т этих материалов завозилось в РСФСР из других республик СССР. В ходе реформы это производство было свернуто, и известкование почвы почти прекращено. В 1998 г. известкованию было подвергнуто 0,3 млн. га, а в 1999 и 2000 г. по 0,4 млн. га кислых почв. В 1990 г. было произведено гипсование 159 тыс. га солонцовых почв, а в 1999 г. 2,9 и в 2000 г. 9,2 тыс. га. Динамика производства материалов известкования приведена на рис. 5-9.
  
  
  Рис. 5-9. Производство известняковой и доломитовой муки для известкования кислых почв в РСФСР и РФ, млн. т.
  
  
  Прекращены и главные мелиоративные работы - строительство систем для орошения земель и осушения угодий. В 70-е годы были построены крупные оросительные системы, но и в течение 80-х годов вводились крупные площади орошаемых земель, несмотря на активную идеологическую кампанию против мелиорации. В середине 80-х годов на орошенных и осушенных землях производилось 15-16 % всей валовой продукции растениеводства РСФСР. В ходе реформы эти работы прекратились, и лишь в самое последнее время наблюдается некоторое оживление (рис. 5-10).
  
  
  Рис. 5-10. Ввод в действие мелиорированных земель (орошение) в РСФСР и РФ, тыс. гектаров
  
  
  Во многих районах России важным направлением мелиорации является осушение почв. Реформа привела к практически полному прекращению этих работ. За пятилетку 1985-1989 гг. было введено в действие 1296 тыс. га осушенной почвы, а за пятилетку 1996-2000 гг. - 29 тыс. га, то есть в 45 раз меньше. Примерно такое же положение сложилось и в других видах мелиоративных работ - их объемы сократились за годы реформы в 20-25 раз, и небольшой подъем после 1998 г. никак не компенсирует возникшего за последние десять лет провала.
  
  Условием плодородия почвы при интенсивном земледелии является регулярное применение минеральных и органических удобрений - для компенсации выноса питательных веществ с урожаем и для поддержания благоприятной структуры почвы. Известно, что естественное плодородие обеспечивает урожайность не выше 7-8 ц зерна с гектара (в 1909-1913 гг. в среднем за год она составляла 6,9 ц). Именно начиная с середины 70-х годов, когда наконец была создана промышленность удобрений, сельское хозяйство РСФСР стало быстро улучшать и экстенсивные, и интенсивные показатели. Динамика производства минеральных удобрений в РСФСР и РФ приведена на рис. 4-47.
  
  В последние советские годы вынос питательных веществ с урожаем и сорняками достигал 124 кг с гектара, а вносилось с удобрениями 106 кг (в 1987 г.). Растениеводство только-только подошло к равновесию.[23] Оно было резко сломано в ходе реформы. Применение удобрений в сельскохозяйственных предприятиях РФ снизилось с 9,9 млн. т в 1990 г. до 1,5 млн. т в 1995 г., а в 1999 г. упало на уровень 1,1 млн. т (в 2000 г. вернулось на уровень 1,4 млн. т). Начиная с 1995 г. количество вносимых в почву удобрений колеблется в России на уровне 15-17 кг/га. Для сравнения заметим, что в Китае в 1995 г. на 1 гектар было внесено 386 кг удобрений.
  
  Россия начинает воспроизводить типичную "двойную структуру" сельского хозяйства "третьего мира" - есть небольшие оазисы относительного благополучия, а остальная земля дичает. В 1987 г. минеральные удобрения получали 74 % площади посева, в 1990 г. 66 %. В 1992 г. уже 60 % площади получили удобрения, а в 1993 г. эта доля упала до 25 %. И с тех пор площадь удобряемых земель почти не повысилась (в 2000 г. она составила 27 % посевных площадей). Динамика поставок минеральных удобрений сельскому хозяйству РСФСР и РФ приведена на рис. 5-11.
  
  
  Рис. 5-11. Поставка (продажа) минеральных удобрений сельскому хозяйству РСФСР и РФ (в пересчете на 100 % питательных веществ, млн.т.)
  
  
  В семь раз уменьшилось в ходе реформы и внесение в почву органических удобрений. Во второй половине 80-х годов в РСФСР в колхозах и совхозах ежегодно вносилось 457-465 млн. т органических удобрений, около 3,6 т на гектар пашни.
  
  Это было немного - для сравнения укажем, что в Белоруссии вносилось 15-16 т навоза на гектар. За годы реформы, к 2000 г., внесение органических удобрений в РФ упало до 66 млн. т или 0,9 т на гектар пашни. Динамика приведена на рис. 5-12.
  
  
  Рис. 5-12. Внесение органических удобрений в с/х предприятиях РСФСР и РФ, млн.т
  
  
  В докладе Министерства сельского хозяйства РФ "Научно-техническое развитие агропромышленного комплекса России" (Москва, 2000 г.) сказано: "В хозяйствах зачастую используются упрощенные технологии производства растениеводческой продукции, которые отличаются достаточно низким уровнем, что приводит к резкому падению урожайности и технологических качеств сырья. По этой причине резко сократилось производство сильного зерна, сахаристость отечественной свеклы в последние годы на 30-40 % уступает зарубежной, понизилось качество овощей, картофеля.
  
  Причинами нарушения технологий возделывания сельскохозяйственных культур стали: отсутствие необходимой в хозяйствах сельскохозяйственной техники, сокращение внесения необходимых минеральных удобрений в почву более чем в 10 раз, усиление процессов закисления, засоления и эрозии почв из-за сокращения мелиоративных работ, резкого уменьшения вложений в известкование и фосфоритование. В целом по стране 45 млн. га пашни характеризуются повышенной кислотностью, 37 млн. га - низким содержанием фосфора, 63 млн. га - низким содержанием гумуса".
  
  Другим массивным элементом материально-технической базы сельского хозяйства является инфраструктура. Это, прежде всего, дороги и линии электропередач. Известно, что именно в создании современной инфраструктуры отечественное сельское хозяйство сильно отставало от западного - в силу огромной стоимости работ. Это вызывало перерасход средств во время уборки и транспортировки продукции, значительные ее потери. Сеть дорог с твердым покрытием в России по своей плотности просто несопоставима с сетью в других развитых странах - в РСФСР в 1990 г. имелось 23 км дорог общего пользования с твердым покрытием на 1000 кв. км территории. А, например, во Франции 1364, в Англии 1499, даже в Польше 493 км.
  
  Понятно, что малонаселенные области Сибири следовало бы исключить из сравнения. Но и в Центральном районе (12 областей) РСФСР, вполне сравнимом с Францией, было всего 131 км дорог с твердым покрытием, а в исключительно важном сельскохозяйственном Поволжском районе - 82 км. Плохо обстояло дело и с внутрихозяйственными дорогами с твердым покрытием. В РСФСР на 10 тыс. га посевов имелось всего 6 км таких дорог. На Западе грузовики во время уборки приближаются непосредственно к полю, доставляя продукцию в торговую сеть, на переработку или в хранилища без перевалки; в России уборка чаще всего приходится на сезон распутицы, так что продукцию вывозят с поля на тракторных тележках.
  
  Решать проблему бездорожья можно только путем строительства дорог. В 80-е годы для этого были уже накоплены средства и создана система строительных организаций. Начался быстрый рост дорожного строительства. Трудно назвать другую программу, которая была бы прервана рыночной реформой столь резко, как строительство дорог.[24] При этом именно строительство внутрихозяйственных дорог, то есть относящихся именно к инфраструктуре сельского хозяйства, сократилось в наибольшей степени.
  
  В 1986-1988 гг. было построено 43,3 тыс. км таких дорог, в 1990 г. было построено 28,3 тыс. км таких дорог, в 1995 г. 1,9 тыс. км, а с 1998 г. строительство держится на уровне 0,3 тыс. км. Динамика дорожного строительства представлена на рис. 5-13.
  
  
  Рис. 5-13. Ввод в действие в РСФСР и РФ автодорог с твердым покрытием общего пользования и внутрихозяйственных, тыс. км
  
  
  Другой важной составляющей инфраструктуры сельского хозяйства являются производственные сооружения, здания, постройки. Их строительство на селе почти прекратилось. В частности, практически прекращено строительство животноводческих помещений (см. рис. 5-14).
  
  
  Рис. 5-14. Ввод в действие животноводческих помещений в РСФСР и РФ (включая механизированные фермы и комплексы), млн. ското-мест: 1 - помещения для крупного рогатого скота; 2 - помещения для свиней
  
  
  В 70-е годы велось ускоренное строительство крупных ферм: например, в 1970 г. было введено в действие помещений для содержания крупного рогатого скота на 2,5 млн. ското-мест и помещений для свиней на 2,9 млн. мест. В 1975 г. для 2,8 млн. ското-мест и для 1,7 млн. свиней, соответственно.
  
  К середине 80-х годов такое массовое строительство было завершено. Однако в ходе реформы оно должно было бы возобновиться, поскольку для новых форм хозяйствования требовались фермы другого типа.[25] Этого не произошло. Значительная часть уцелевшего скота переведена на подворья, старые крупные фермы просто заброшены, а новых ферм оптимального размера (на 70 коров для Европейской части России) не строится.
  
  Аналогичное положение имеет место в птицеводстве. В течение 70-х годов ежегодно вводились в строй птицефабрики яичного направления на 6,5 млн. кур-несушек. В 80-е годы велось строительство в масштабах, необходимых для поддержания всей системы с запланированным темпом расширения. Реформа, вопреки декларациям, на деле вовсе не привела к модернизации птицеводства и замене советских птицефабрик более совершенными фермами - строительство было просто прекращено. Его динамика видна на рис. 5-15.
  
  
  Рис. 5-15. Ввод в действие птицефабрик яичного направления в РСФСР и РФ, млн. кур-несушек
  
  
  Прекращение большой программы строительства птицефабрик мясного направления, для выращивания цыплят-бройлеров, носит еще более резкий характер - обвал начался с самых первых шагов реформы. В 1975-85 гг. ежегодно вводилось в действие таких птицефабрик на 51 млн. голов птицы. За десятилетие 1991-2000 гг. всего было построено птицефабрик на 20 млн. голов.
  
  Состояние сельского хозяйства в огромной степени зависит от уровня механизации, а значит, от работы других отраслей, обеспечивающих его техникой и материалами. О производстве тракторов, комбайнов и грузовиков сказано в разделе "Промышленность".
  
  Динамика этих производств отражена на рис. 4-28, 4-29 и 4-30. В соответствии со спадом производства, с началом реформы резко сократились поставки всех видов техники селу. Это можно без комментариев видеть на рисунках 5-16...5-18.
  
  
  Рис. 5-16. Производство тракторов в РСФСР и РФ, тыс. штук
  
  
  Рис. 5-17. Производство тракторных прицепов в РСФСР и РФ, тыс. шт
  
  
  Рис. 5-18. Производство доильных установок в РСФСР и РФ, тыс. шт.
  
  
  Необходимым устройством в сельском хозяйстве, особенно в реальной ситуации с дорогами в России, является тракторный прицеп - саморазгружающаяся тележка. Производство их было налажено в РСФСР уже в 60-е годы, эта техника совершенствовалась и вполне удовлетворяла потребности пользователей. В ходе реформы выпуск ее был практически прекращен.
  
  Другую часть спектра необходимых на селе машин представляют доильные аппараты. Без них не может быть и речи о современном высокопродуктивном молочном животноводстве. Динамика изменений объема производства этих машин представлена на рис. 5-18.
  
  В результате резкого сокращения поставок техники ускорился ее износ и стала быстро расти нагрузка на машины. Процесс приобрел самоускоряющийся характер. Из табл. 5-7 видно, что это ведет к ухудшению состояния растениеводства (из-за нехватки тракторов для пахоты) и заготовки грубых кормов (сена).
  
  
  Таблица 5-7. Обеспеченность сельскохозяйственных предприятий техникой
  
  
  В целом в докладе Минсельхоза РФ "Научно-техническое развитие агропромышленного комплекса России" (Москва, 2000) сделан такой вывод: "В дореформенный период в сельском хозяйстве был достигнут относительно высокий уровень механизации сельскохозяйственного производства. Глубокий экономический кризис в стране и АПК, потеря платежеспособного спроса сельскохозяйственных предприятий на технику, слабая протекционистская политика по сохранению рынков сельскохозяйственных машин и оборудования, отсутствие государственной поддержки предприятий тракторного и сельскохозяйственного машиностроения привели к развалу научно-технического и производственного потенциала отечественного машиностроения.
  
  Объем товарной продукции на предприятиях отрасли сократился почти в 13 раз, в том числе по тракторостроению - в 10, по сельскохозяйственным машинам для растениеводства более чем в 14, по машинам и оборудованию для животноводства и кормопроизводства - в 38, по двигателестроению - в 8, по компонентам машин и запасным частям - в 17, а использованию производственного потенциала - в 13-25 раз.
  
  Для ухода за существующим парком машин ежегодно требуется около 30 миллиардов рублей. Фактически расходуется в 4-5 раз меньше".
  
  Перед началом сева 2001 г. Минсельхоз РФ доложил, что на 1 марта в сельском хозяйстве России имелось 514,4 тыс. исправных тракторов. В 1986 г. их было 1424 тыс. В 2000 г. нагрузка на трактор в сельскохозяйственных предприятиях была уже 135 га пашни (в сравнимых, хотя и более благоприятных почвенно-климатических условиях Западной Европы нормальной является такая нагрузка пашни на трактор: в Великобритании - 13, Германии - 8, Италии - 6 га).
  
  В целом приобретение сельскохозяйственной техники в России уже за первые четыре года реформ сократилось более чем на 90 %. Состояние технической оснащенности и его изменение в ходе реформы представлены в табл. 5-8.
  
  
  Таблица 5-8. Парк основных видов техники в сельскохозяйственных предприятиях РФ (на конец года, тысяч штук)
  
  
  Динамика воспроизводства в годы реформы машинного парка отечественного сельского хозяйства представлена на рис. 5-19. На нем в качестве примера показана динамика поставок (в советское время) или продаж тракторов и грузовиков сельскому хозяйству - двух важнейших типов техники с наиболее крупными масштабами использования.
  
  
  Рис. 5-19. Поставки тракторов и грузовиков сельскому хозяйству в РСФСР и РФ, тыс. штук: 1 - поставки тракторов; 2 - поставки грузовиков
  
  
  На этом рисунке приведены данные о первом этапе реформы - до тех пор, пока по инерции велась и публиковалась статистика таких поставок. Однако влияние реформы обнаруживается вполне наглядно. Речь идет о снижении не на несколько процентов, а во много раз. Это - лишь самая наглядная часть деградации системы обеспечения сельского хозяйства. За ней - общая картина, которую можно дополнять и дополнять новыми штрихами.
  
  Так, за годы реформы было почти ликвидировано производство химических средств защиты растений. Динамика этого процесса представлена на рис. 5-20.
  
  
  Рис. 5-20. Производство химических средств защиты растений в РСФСР и РФ в 100 %-ном исчислении по действующему началу, тыс. т.
  
  
  Резкое сокращение использования удобрений и средств защиты растений - явный признак регресса в технологии сельского хозяйства. Регресс этот настолько глубок, что для значительной части отрасли речь идет об архаизации. Признаком этого является снижение потребления электроэнергии в производственных целях (рис. 5-21).
  
  
  Рис. 5-21. Потребление электроэнергии на производственные цели в сельскохозяйственных предприятиях РСФСР и РФ, млрд. кВт. ч.
  
  
  Динамика этого показателя говорит о том, что в 1970-1980-е годы сельское хозяйство РСФСР переживало этап быстрой модернизации, который с началом реформ сменился быстрым регрессом.
  
  Свертываются формы интенсивного производства. Возрождаются архаичные технологии - с большими издержками из-за того, что на селе уже практически отсутствует тягловый скот. Возникает никогда не существовавшая система, сочетающая остатки современной электротехники с технологией раннего, "безлошадного" земледелия.
  
  Еще более глубоким оказался спад в использовании необходимых для производства видов топлива - автомобильного бензина и дизельного топлива. Динамика поставок и продаж этих нефтепродуктов приведена на рис. 5-22.
  
  
  Рис. 5-22. Продажа нефтепродуктов сельскохозяйственным предприятиям РСФСР и РФ, млн.т.: 1 - автобензин; 2 - дизельное топливо
  
  
  Здесь надо предупредить, что, начиная с 1993 г., Госкомстат РФ сообщает данные о "реализации нефтепродуктов потребителям сельского хозяйства", то есть всем потребителям. А статистика РСФСР публиковала данные о "поставках нефтепродуктов предприятиям Министерства сельского хозяйства", то есть базам, снабжающим колхозы и совхозы.
  
  Однако объем поставок по другим каналам также был весьма велик. Например, в 1985 г. общий объем поставок бензина сельскому хозяйству составил 18,5 млн. т, а через предприятия Минсельхоза - только 7,1 млн. т.
  
  Таким образом, реальное сокращение поставок топлива в ходе реформы существенно больше, чем отражено на графике рис. 5-22.
  
  Резко сократилось и водоснабжение сельского хозяйства: использование свежей воды (не считая расхода на орошение) только за 1995-1999 гг. снизилось с 3,51 до 1,65 куб. км - более чем в 2 раза.
  
  Рассмотрим ниже воздействие реформы на результаты хозяйствования в натуральных показателях в обеих главных отраслях сельского хозяйства, растениеводстве и животноводстве.
  
  Растениеводство
  
  Главный показатель состояния земледелия - производство зерна. Оно является основой питания людей и важным условием для развития животноводства.
  
  За пятилетку 1986-1990 гг. в РСФСР было произведено 521,3 млн. т. зерна (в весе после доработки), что составляет около 720 кг зерна на душу населения. За пятилетку 1996-2000 гг. в РФ произведено 325,7 млн. т. - это около 434 кг зерна на душу населения.
  
  Традиционно считается, что производство 500 кг зерна на душу населения - порог продовольственной безопасности страны. Особенно это важно для таких крупных стран, как Россия, тем более не имеющих достаточно больших валютных ресурсов для массовой закупки продовольствия на мировом рынке.
  
  И сейчас бывают благодатные годы с благоприятными условиями и высокой урожайностью (как например, 2001 г.), но в целом уровень производства неуклонно падает под воздействием непреодолимых для села экономических, социальных и технологических причин.
  
  Это видно на рис. 5-23, где представлена динамика производства зерна в РСФСР и РФ за 1945-2001 гг. Поскольку производство зерна сильно колеблется от года к году в зависимости от природных условий, на график нанесена линия тренда, сглаживающая эти колебания. Она рассчитана как скользящая средняя из 6 точек.
  
  
  Рис. 5-23. Производство зерна в РСФСР и РФ в весе после доработки, млн. т.
  
  
  Объем производства зерна и других продуктов растениеводства определяется двумя величинами - посевными площадями и урожайностью. Вся посевная площадь сельскохозяйственных культур в РСФСР возрастала в послевоенное время вплоть до 1980 г., когда достигла почти 125 млн. га.
  
  В 80-е годы были вложены значительные средства в развитие интенсивных технологий, что позволило несколько сократить посевную площадь. Во второй половине 80-х годов посевы занимали 119 млн. га в год и начали сокращаться в 1990 г. с началом реформы - не в силу технологической целесообразности, а по экономическим причинам. Динамика посевных площадей приведена на рис. 5-24.
  
  
  Рис. 5-24. Посевные площади всех сельскохозяйственных культур в РСФСР и РФ, в хозяйствах всех категорий, млн. га
  
  
  В 2000 г. посевные площади составили 88,3 млн. га, сократившись по сравнению с 1988 г. на 31,3 млн. га. Таким образом, выведенные за годы реформы из оборота посевные площади составляют 35,4 % от того, что засевается в настоящее время.
  
  Почвенно-климатические условия оказывают огромное влияние и на трудоемкость производства продукции растениеводства, и на ее себестоимость. Это мы наглядно наблюдали и в СССР - для сравнения не надо было ехать в США или Канаду. Колхозы и совхозы на Украине и в Белоруссии были примерно одинаковы и по организации, и по трудолюбию. Но почвы разные, что отражается на издержках производства: в 1989 г. себестоимость тонны зерна была в РСФСР 102 руб., на Украине 69 руб., в Белоруссии 125, в Молдавии 77 руб., а в Латвии 173 руб. Прямые затраты труда на производство одной тонны зерна были в РСФСР на 20 % выше, чем на Украине, но зато в 8 раз ниже, чем в Таджикской ССР. Поэтому сами по себе объем производства и урожайность мало говорят о том, эффективно ли работает сельское хозяйство.
  
  Чтобы верно оценить уровень растениеводства страны, надо учесть т. н. "коэффициент биологической продуктивности" почв. Этот показатель для почв разных стран приведен в книге зам. председателя Госкомитета РФ по земельным ресурсам П. Ф. Лойко "Земельный потенциал мира и России: пути глобализации его использования в XXI веке" (М.: Федеральный кадастровый центр. 2000).
  
  Этот показатель приведен в табл. 5-9. Для России он принят равным 100, тогда в США он равен 187, в Западной Европе - около 150, в Индии - 363, а в Индонезии 523. То есть, при одних и тех же затратах труда и других ресурсов с одного гектара пашни в США получают в среднем в 1,87 раз больше растительной массы, чем в России. С помощью этого коэффициента пересчитана обеспеченность жителей разных стран пахотной землей с одинаковой биологической продуктивностью.
  
  
  Таблица 5-9. Обеспеченность пахотными землями на одного жителя с учетом биологической продуктивности (оценка на 1995 г.)
  
  
  С учетом этой поправки посмотрим теперь на качественные показатели растениеводства России (урожайность в ц с физического гектара). Данные об урожайности важнейших культур у стран - крупных производителей продукции растениеводства - приведены в табл. 5-10. Из этой таблицы видно, что урожайность в РСФСР была на уровне стран, обладающих гораздо лучшими почвенно-климатическими условиями для растениеводства - таких, как Аргентина и Бразилия. Да и представление об отставании от США было сильно преувеличено в массовом сознании.
  
  
  Таблица 5-10. Урожайность важнейших культур, ц/га (1990 г.)
  
  
  В результате реформы урожайность зерновых в РФ снизилась. Чтобы компенсировать колебания урожайности от года к году, возьмем среднюю урожайность по пятилеткам. Среднегодовая урожайность зерновых за пятилетку 1986-1990 гг. составляла 16,5 ц/га, а за пятилетку 1995-1999 гг. 14,6 ц/га. Это значительное снижение. Некоторые культуры пострадали сильнее других. Так, за пятилетку 1986-1990 гг. средняя урожайность важной в России зерновой культуры, озимой пшеницы, была 28,6 ц/га, а за пятилетку 1995-1999 гг. - 20,4 ц/га.
  
  Таким образом, реформа отрицательно повлияла как на экстенсивный (посевная площадь), так и на интенсивный (урожайность) факторы производства продукции растениеводства в РФ. Оба эти фактора обладают большой инерцией, и быстро выправить положение будет трудно. В 2001 г. посевные площади были увеличены на 4,9 %, благоприятным был год и по погодным условиям, но компенсировать общую тенденцию десятилетия это временное улучшение не может.
  
  
  Рис. 5-25. Валовой сбор картофеля в РСФСР и РФ, в хозяйствах всех категорий, млн. тонн.
  
  
  Очевидна тенденция и к снижению производства картофеля - второго по значимости продукта растениеводства в России.
  
  Эта тенденция не так выражена, как в случае зерновых, поскольку производство картофеля почти полностью переместилось "на сотки" - в т. н. "хозяйства населения", и здесь тяжелым ручным трудом обеспечивается стабильная урожайность. В 1985 г. в хозяйствах населения был произведен 61 % картофеля от общего объема по РСФСР, а в 1999 г. 92 %.
  
  Исключительно тяжелый удар нанесла реформа по производству сахарной свеклы. Ее сбор с уровня 37,4 млн. т. в 1989 г. упал до 10,8 млн. т. в 1999 г. - в три с половиной раза.
  
  
  Рис. 5-26. Валовой сбор сахарной свеклы в РСФСР и РФ, в хозяйствах всех категорий, млн. т.
  
  
  В последующие два года положение слегка выправилось - до очень низкого уровня 14 млн. т. в 2000 г.
  
  Драматически сложилась динамика производства льноволокна (рис. 5-27). Эта интенсивная отрасль растениеводства стала возрождаться в середине 80-х годов, но начавшаяся реформа обрушила производство - несмотря на то, что в это же время текстильная промышленность стала ощущать нехватку хлопка.
  
  
  Рис. 5-27. Валовой сбор льноволокна в РСФСР и РФ, в хозяйствах всех категорий, тыс. т.
  
  
  Одним из важных и долгосрочных факторов регресса растениеводства в РФ становится происходящее в результате реформы разрушение научного потенциала отрасли, а следовательно, деградация селекции и семеноводства, прикладного почвоведения и т. д.
  
  В докладе Минсельхоза РФ "Научно-техническое развитие агропромышленного комплекса России" (Москва, 2000) сделан такой вывод:
  
  
  "Сокращение бюджетного финансирования научных организаций наглядно видно на примере 22 институтов Российской Академии сельскохозяйственных наук (РАСХН) различного профиля. Расчеты показали, что в целом по всем указанным институтам бюджетное финансирование в 1996 году по сравнению с 1991 годом сократилось в 8,5 раз. В 1999 г. в среднем по системе РАСХН средняя заработная плата составила 629 рублей.
  
  Вызывает серьезную озабоченность обвальное сокращение количества исследователей научно-исследовательских подразделений вузов Министерства сельского хозяйства РФ. Их численность уменьшилась за период 1991-1997 гг. с 6989 до 605 человек, т. е. более чем в 11 раз. Из-за отсутствия финансирования научно-педагогический состав вузов не принимает участия в проведении научно-исследовательских работ.
  
  Большинство сортов и гибридов сельскохозяйственных растений рассчитано на значительный уровень ресурсного обеспечения, которого в настоящее время недостаточно. Нужны новые сорта, но из-за недостатка средств отключены теплицы, фитотроны и другие культивационные установки, а это значит, что срок выведения новых сортов увеличивается как минимум в 3-4 раза...
  
  Сложившееся положение в растениеводстве во многом объясняется еще и значительным ухудшением в последние годы состояния отечественного семеноводства, которое сейчас находится в глубоком кризисе.
  
  В связи с отсутствием у многих хозяйств средств на покупку дорогих семян элиты и I репродукции, ими используются собственные семена, а семена высших репродукций, в том числе и новых, только что районированных сортов, скапливаются на складах ОПХ-элитхозов, НИИСХ, учхозов вузов, селекцентров, а иногда идут на корм скоту или на мельницу. В результате в последние годы одна треть семян высшей репродукции не была реализована элитхозами по прямому назначению, а товаропроизводители потеряли миллионы тонн высококачественного зерна, картофеля, овощей, технических культур".
  
  Животноводство
  
  В ходе реформы животноводство понесло еще более тяжелый урон, чем растениеводство. Как и в промышленности, в ходе радикальной реформы сильнее пострадало производство более высокого уровня передела. В 1990 г. в хозяйствах всех категорий в продукции сельского хозяйства 36,6 % (в действующих ценах) приходилось на растениеводство и 63,4 % - на животноводство. Уже в 1995 г. пропорция стала такой: 53,1 % растениеводство и 46,9 % животноводство. Таким образом, сама структура сельского хозяйства страны сильно изменилась, и характер этих изменений регрессивный.
  
  Основной базой производства продуктов животноводства является поголовье скота и птицы. Это - основные фонды животноводства. Скот и птица - это "биологические машины" для превращения растительного сырья в мясо, молоко, яйца, шерсть. Отправляемый на мясокомбинаты скот является и конечным продуктом животноводства.
  
  Таким образом, количество скота и птицы - первый абсолютный показатель состояния отрасли. Другой фактор - продуктивность скота и птицы - не испытывает столь сильных колебаний, как урожайность, поскольку меньше подвержен влиянию погодных условий.
  
  Важнейшим показателем развития животноводства является поголовье крупного рогатого скота и, в частности, коров. Это база для производства главных продуктов - мяса и молока.
  
  Динамика изменения поголовья крупного рогатого скота в РСФСР и РФ дает красноречивую картину развития большой отрасли отечественного сельского хозяйства в длительном историческом диапазоне и наглядно отражает воздействие рыночной реформы. Эта динамика приведена на рис. 5-28.
  
  
  Рис. 5-28. Поголовье крупного рогатого скота в РСФСР и РФ в хозяйствах всех категорий (на 1 января, млн. голов)
  
  
  На этом графике отражены драматические периоды нашей истории в XX веке. Все крупные социальные изменения сразу сказывались на животноводстве. Мы видим спад поголовья в результате I Мировой и Гражданской войн, его восстановление, с существенным приростом, в годы нэпа, затем катастрофический спад в первые годы коллективизации - с 37,6 млн. голов в 1928 г. до 21,4 млн. в 1933 - и очень быстрое восстановление поголовья при изменении устава колхозов - с одновременным укреплением подворий.
  
  Затем наблюдается новый спад поголовья в результате Великой Отечественной войны и потом, с небольшой заминкой в 1953-1954 гг., неуклонный рост до уровня свыше 60 млн. голов в 80-е годы.
  
  То, что произошло с животноводством в ходе реформы после 1990 г., не имеет прецедентов в истории - мы в течение 12 лет наблюдаем безостановочное и быстрое сокращение поголовья - в том же темпе, как за 4 года коллективизации, с той лишь разницей, что нет спасительного изменения и признаков роста. Поголовье скота упало за годы реформы более чем в два раза - на 33 млн. голов, без войны и стихийных бедствий. Мы имеем сейчас крупного рогатого скота существенно меньше, чем в 1916 г. и даже чем в 1923 г., когда страна пережила 9 лет тяжелейших войн.[26]
  
  Надо подчеркнуть важное обстоятельство, которое обычно упускается из виду. Сегодня в РФ меньше скота, чем в 1923 г., а население (значит, и число потребителей продуктов животноводства) с тех пор увеличилось почти в полтора раза (см. рис. 1-1).
  
  Таким образом, в расчете на душу населения тот удар, который реформа нанесла по животноводству, гораздо тяжелее, чем можно судить по уровню поголовья скота.
  
  На рис. 5-29 представлена динамика числа голов крупного рогатого скота, приходящихся на 100 человек. В течение 80-х годов РСФСР вышла на стабильный уровень 40 голов на 100 душ населения. За годы реформы этот показатель упал до 15.
  
  
  Рис. 5-29. Число голов крупного рогатого скота на душу населения в РСФСР и РФ
  
  
  Отдельно следует выделить число коров на душу населения. В 1996 г. Россия перешла рубеж, какого даже в войну не переходила, - у нас стало меньше одной коровы на 10 человек.
  
  
  Рис. 5-30. Количество коров на душу населения в РСФСР и РФ
  
  
  Перед реформой, в 1988 г., в РСФСР было 1,43 коровы на 10 человек. В 2001 г. уже осталось 0,89 коровы на 10 душ населения, а на 1 января 2002 г. - 0,85 коровы на 10 душ населения. Как мы увидим ниже, это сокращение количественного (экстенсивного) фактора вовсе не компенсируется улучшением качества стада и повышением интенсивности молочного животноводства.
  
  Динамика поголовья свиней испытывает более резкие колебания - хозяйства легче сбрасывают поголовье свиней при изменении конъюнктуры и быстрее наращивают его, когда положение улучшается. После войны в РСФСР свиноводство быстро развивалось - с очень низкого (4,1 млн. голов) послевоенного уровня до стабильного уровня в 40 млн. голов в конце 80-х годов. В результате реформы к 1999 г. поголовье упало до 17,2 млн. Существенного роста пока не наблюдается.
  
  
  Рис. 5-31. Поголовье свиней в РСФСР и РФ в хозяйствах всех категорий (на 1 января; млн. голов)
  
  
  Больше всего от реформы пострадало овцеводство. Поголовье овец с 1958 по 1990 г. поддерживалось на уровне более 60 млн., поднимаясь иногда до уровня 67-68 млн. голов. С началом реформы оно стало снижаться, упав от максимальных значений почти в 5 раз - в 2000 г. в РФ оставалось всего 14,8 млн. овец.
  
  
  Рис. 5-32. Поголовье овец и коз в РСФСР и РФ в хозяйствах всех категорий (на 1 января, млн. голов)
  
  
  Крупной отраслью в сельском хозяйстве РСФСР стало птицеводство, которое в большой своей части приобрело промышленный, интенсивный характер и стало базироваться на довольно высоких технологиях.
  
  Поголовье птицы быстро росло в послевоенный период, что, наряду с молочным животноводством, позволило решить в стране проблему обеспечения животным белком (в виде яиц и мяса бройлеров). Динамика изменения поголовья приведена на рис. 5-33.
  
  
  Рис. 5-33. Поголовье птицы в РСФСР и РФ, в хозяйствах всех категорий, на конец года, млн. голов
  
  
  В результате самых первых шагов реформы поголовье птицы, особенно на современных птицефабриках, зависящих от бесперебойных поставок сложных комбикормов, пришлось резко сократить. На 1 января 1991 г. в РСФСР было 660 млн. голов птицы, а к 2000 г. ее осталось 346 млн. голов.
  
  При этом надо отметить, что больше всего пострадало поголовье в сельскохозяйственных предприятиях, то есть в наиболее продуктивной категории хозяйств. Здесь поголовье птицы сократилось в 2,2 раза. Однако сократилось в 1,4 раза и количество птицы на подворьях населения, а фермеры практически не стали заниматься птицеводством (в 2000 г. они содержали всего 0,5 % общего поголовья птицы в РФ). Примерно в 3 раза сократилось за время реформы и поголовье кроликов - с 3,35 млн. в 1991 г. до 1,12 млн. в 1999 г.
  
  Упомянем еще специфический вид животноводства, играющий, однако, жизненно важную роль для народов Севера России - оленеводство. В начале 90-х годов (на 1 января 1991 г.) в РСФСР имелось 2,26 млн. голов оленей. К 2000 г. их осталось 1,24 млн. Для некоторых регионов резкое сокращение поголовья оленей означало экономическую и социальную катастрофу. Например, в Чукотском автономном округе оленеводство было важнейшей отраслью хозяйства, и здесь в 1991 г. имелась 491 тыс. голов оленей. В результате реформы к 2000 г. насчитывалось лишь 103,5 тыс. голов - почти в пять раз меньше, и сокращение поголовья продолжается.
  
  Рассмотрим динамику производства конечных продуктов животноводства. Важнейший из них - молоко. Создание в РСФСР крупного современного молочного животноводства было одним из важнейших достижений экономической и социальной политики послевоенного периода. В 1945-1946 гг. производство молока в РСФСР составляло 16,6 млн. т. в год - как после Гражданской войны. В 70-е годы производство молока вышло на стабильный уровень 47-49 млн. т, а в 1989 и 1990 гг. его производилось по 55,7 млн. т.
  
  Динамика производства молока начиная с 1970 г. видна из рис. 5-34.
  
  
  Рис. 5-34. Производство молока всех видов в РСФСР и РФ, в хозяйствах всех категорий, млн. т.
  
  
  Реформа повлекла за собой быстрый и неуклонный спад производства - оно сократилось до валового уровня 1957 г. Такого низкого уровня производства на душу населения, как в 1999-2000 гг. (220 кг на душу населения), в России не было с середины 1950-х годов, когда РСФСР вышла на уровень производства 280 кг молока на душу населения.
  
  О состоянии мясного животноводства можно судить по рис. 5-35.
  
  
  Рис. 5-35. Производство скота и птицы на убой в РСФСР и РФ (в убойном весе) в хозяйствах всех категорий, млн. т.
  
  
  На графике приведена динамика производства скота и птицы на убой начиная с 1970 г. Длительная антиколхозная пропаганда создала в массовом сознании искаженное представление о якобы застойном характере или даже кризисе этой отрасли в РСФСР. Полная историческая панорама позволяет реалистично взглянуть на развитие мясного животноводства как в советский период, так и в ходе рыночной реформы, приведшей к ликвидации крупных сельскохозяйственных предприятий (колхозов и совхозов).
  
  В разделе 2 (Питание) на рис. 2-11 и 2-12 отдельно показана динамика производства свинины и птицы на убой. В 70-е годы была реализована программа становления современного промышленного мясного птицеводства - одной из самых высокотехнологичных отраслей сельского хозяйства. Продержавшись на пике всего три года (1988-1990 гг.), эта отрасль была буквально обрушена реформой. Пришли в запустение новые, недавно оборудованные птицефабрики.
  
  Этот график дает информацию и для потребителя. Реформа означала не просто спад отечественного производства, но и замещение его продукции на российском рынке импортом.
  
  Например, в 1997 г. в РФ было произведено на мясо 0,6 млн. т птицы в убойном весе и поставлено на рынок 0,33 млн. т в готовом виде, а закуплено по импорту 1,15 млн. т (в готовом виде). По ряду качественных параметров отечественная продукция всегда уступала импортной (много нареканий вызывала упаковка и способ складывать ножки у цыпленка).
  
  Однако были и некоторые достоинства: отечественные фабрики были построены, а кадры подготовлены в условиях плановой системы. Она была ориентирована на удовлетворение потребностей, а не на прибыль, и потому в корм птице не добавлялись гормоны и другие стимуляторы роста, вредные для здоровья человека. Сейчас спрос на отечественную продукцию возрос, и наблюдается некоторое оживление производства.
  
  Производство яиц потерпело в ходе реформы относительно меньший урон по сравнению с молоком и мясом. Со среднегодового уровня пятилетки 1986-1990 гг. 47,9 млрд. штук производство снизилось до минимума 31,9 млрд. в 1996 г., затем несколько поднялось.
  
  Динамика этого процесса показана в разделе 2 на рис. 2-15. За время реформы произошло некоторое увеличение доли в производстве яиц хозяйств населения - с 21 % в конце 80-х годов до 30-31 % в 1995-1999 гг. Фермеры этим видом производства практически не занимаются (их доля составляет 0,4 % общего производства яиц в хозяйствах всех категорий).
  
  Резко и безостановочно падает с самого начала реформы производство шерсти - важного сырья для текстильной промышленности. В РСФСР население стабильно обеспечивалось шерстяными тканями отечественного производства, изготовленными из отечественного сырья. В результате реформы обе части этой производственной системы - и животноводство, и промышленность - парализованы.
  
  Следует подчеркнуть, что в результате расчленения СССР отечественная текстильная промышленность лишилась надежного обеспечения сырьем для производства шелковых и шерстяных тканей - и при этом резко сократилось собственное производство шерсти.
  
  Динамика производства шерсти приведена на рис. 5-36.
  
  
  Рис. 5-36. Производство шерсти в РСФСР и РФ, в хозяйствах всех категорий (в физическом весе, тыс. т.)
  
  
  Рассмотрим вкратце воздействие реформы на показатели интенсивности производства в животноводстве - продуктивность скота и птицы.
  
  Примечание. К международным сравнениям продуктивности животноводства следует подходить столь же осторожно, как и в растениеводстве, где следует учитывать разницу почвенно-климатических условий. Продуктивность животных, находящихся в разных ландшафтных зонах, неизбежно будет сильно различаться.
  
  Например, исключительно важна скороспелость скота - "производство" крупного рогатого скота в США держится на уровне 105-110 кг убойного веса на голову стада, в Турции на уровне 23-25 кг, в России 65-70. Понятно, что привесы у животных столь разных пород резко различаются. В 1980 г. расход кормов на одну условную голову скота был в РСФСР 25,6 ц, а в США 43,2 ц. Скот в РСФСР в 1980 г. не голодал, и такая разница говорит о том, что породы, разводимые в России и США, существенно различны.
  
  Надой молока на одну корову, который в 80-е годы возрастал в РСФСР в хорошем темпе, уже в 1991 г. существенно снизился и падал вплоть до 1997 г. Снижение надоев составило 21,5 %.
  
  Особенно значительным было падение продуктивности в крупных хозяйствах - на 30 % (с 2781 кг в 1990 до 1950 кг в 1994). После этого положение несколько выправилось, но прежнего уровня надои пока не достигли.[27]
  
  Динамика изменения надоев молока приведена на рис. 5-37.
  
  
  Рис. 5-37. Надой молока на одну корову в РСФСР и РФ, в хозяйствах всех категорий, кг.
  
  
  Темпы снижения продуктивности молочного животноводства существенно различаются по регионам. Так, в среднем по РФ надой на одну корову с 1990 по 1998 г. снизился в сельскохозяйственных предприятиях с 2781 до 2282 л, или на 18 %. В Дальневосточном районе снижение надоев составило за это время 32,3 %, а в Магаданской области - 65,3 %! Область, в которой было создано высокопродуктивное молочное животноводство, особенно важное в силу ее удаленности и трудностей завоза молока, понесла тяжелый ущерб в обеспечении населения важным продуктом.
  
  Падение продуктивности молочного скота в пересчете на израсходованные корма является более значительным. Если до 1991 г. увеличение расхода кормов на одну условную единицу крупного рогатого скота приводило к соответствующему росту надоев, то в ходе реформы положение изменилось: расход кормов остался на весьма высоком уровне, а надои и привесы снизились. Так, в 1988 г. на одну голову скота расходовалось 27,2 ц кормовых единиц при среднем надое в РСФСР 2681 кг, то есть 98,6 кг молока на 1 ц кормовых единиц. В 1989 г. этот показатель составил 98,7 кг/ц, в 1995 г. - 74,5 кг/л, в 1996 г. - 75,5 кг/л.
  
  Этот показатель можно представить и в другой форме: расход кормов на производство 1 ц молока. Отдельно для молочного животноводства в сельскохозяйственных предприятиях (то есть без подворий населения и фермерских хозяйств) этот показатель был равен 1,44 в 1990 г. и 1,73 в 1996 г. В 1999 г., после значительного сокращения поголовья, он выправился до 1,48.
  
  На центнер привеса крупного рогатого скота уходило 13,5 ц кормов, а в 1994 г. - 18,9 ц. А на центнер привеса свиней произошел скачок расхода кормов от 8,3 до 12,5 ц.
  
  Учитывая, что корма - основная статья производственных расходов в животноводстве, составлявшая в 1990 г. 82 % всех материальных затрат, такое снижение эффективности их использования приводит к большому удорожанию продукции. Причина этого - снижение породности скота и ухудшение условий содержания.
  
  В два - два с половиной раза вырос падеж скота. В процентах к обороту стада он составлял в 1990 г. для крупного рогатого скота 3 % и для свиней 6,9 %, а в 1995 г. составлял 6 % и 15,5 % соответственно. Некоторое улучшение этого показателя в 1999 г. - до 4,2 % для крупного рогатого скота и 11,5 % для свиней - достигнуто при резком сокращении поголовья и перемещении большой части скота на подворья с огромным повышением затрат ручного труда.
  
  Сильно снизился "выход" мяса в расчете на голову скота в стаде. Он определяется средним весом головы скота или свиньи, реализуемых на убой, - эффективностью откорма. В 70-80-е годы сложилась даже система особых межхозяйственных предприятий - откормочных пунктов, доводящих вес скота до оптимальных кондиций. В ходе реформы эта система была ликвидирована, и хозяйства отправляют на убой скот, не доведенный до наиболее выгодного веса. Если в 70-80-е годы в среднем на реализацию поставлялся крупный рогатый скот весом 350-360 кг, то к 1997 г. этот показатель снизился до 276 кг. В свиноводстве положение примерно такое же.
  
  Сельскохозяйственным предприятиям удалось, после некоторого периода кризиса, восстановить и даже повысить яйценоскость кур-несушек, правда, при значительном сокращении поголовья и производства яиц. В 1990 г. средняя годовая яйценоскость несушек была в РСФСР 236 штук яиц, к 1995 г. она снизилась до 212, а с 1997 г. стала возрастать, достигнув в 1999 г. уровня 248 штук.
  
  Плохо обстоит дело с настригом шерсти, причем снижение ее производства вызвано не только сокращением поголовья овец, но и падением продуктивности. За годы реформы средний настриг снизился на 28 %. И в этом случае падение продуктивности было неравномерным по территории России. Например, в Западно-Сибирском районе, где в дореформенный период был достигнут высокий настриг шерсти, он в отдельные годы реформы падал на 43 %.
  
  Рассмотрим отдельно производство кормов как непосредственно примыкающее к животноводству. Нехватка пастбищ и очень короткий период пастбищного кормления, от которых страдала Россия в начале XX века, сильно сказывались и в течение всего советского периода. В 1991 г. на голову крупного рогатого скота в РСФСР приходилось всего 1,08 га пастбищ. Пастбищных кормов животноводство России получало в 4-4,5 раз меньше, чем в США. В 1990 г. пастбищные корма обеспечивали лишь 11,8 % рациона скота и птицы. По этой причине заготовка сена и производство сочных и комбинированных кормов и кормовых добавок имеет для животноводства России ключевое значение.
  
  Заготовка всех видов сена (включая сеяные травы) снизилась уже в середине 80-х годов, когда был сделан упор на сочные и комбинированные корма, затем несколько выросла и упала примерно в два раза в ходе реформы.
  
  Динамика сбора сена приведена на рис. 5-38.
  
  
  Рис. 5-38. Валовой сбор сена в РСФСР и РФ (в хозяйствах всех категорий), млн. тонн
  
  
  В то же время за годы реформы в два с половиной раза сократилось использование зерна в животноводстве (рис. 5-39).
  
  
  Рис. 5-39. Использование зерна на кормовые цели в РСФСР и РФ, млн. т.
  
  
  Уже в 1990 г. стало снижаться производство комбикормов при опережающем повышении их цены. Их доля в рационе кормления скота и птицы снизилась за годы реформ с 18 % до уровня 70-х годов (9 %).
  
  Возможности производства комбикормов были в значительной степени подорваны тем, что в ходе реформы резко сократились производство и поставки необходимых кормовых добавок.
  
  
  Рис. 5-40. Производство комбикорма в РСФСР и РФ, млн. т.
  
  
  Это касается рыбной муки, белково-витаминных концентратов и т. д., а также химических добавок - азотных и фосфорных (поставки азотных кормовых добавок сократились по сравнению с 1988 г. в 10 раз уже в 1992 г.).
  
  Уже в 1992 г. по сравнению в 1989 г. заготовки упали: сена и силоса на 35 %, кормовых корнеплодов на 69 %, травяной муки на 71 %, производство комбикормов на 35 %, и ценность их снижается. В 1992 г. по сравнению с 1989 г. было поставлено: рыбной муки в 3 раза, шрота и жмыхов в 4 раза, травяной муки в 6,5 раз и мелассы в 15 раз меньше.
  
  Динамика производства некоторых добавок приведена на рис. 5-41 и 5-42.
  
  
  Рис. 5-41. Производство муки кормовой из рыбы и других морепродуктов, тыс. т.
  
  
  Рис. 5-42. Производство кормового микробиологического белка в РСФСР и РФ, тыс. т товарного продукта. В 1970 - 169 тыс. т.
  
  
  Выпуск белково-витаминных добавок упал более чем в 4 раза, азотных кормовых добавок - в 11 раз. Производство добавок для комбикорма, которое стали создавать для ликвидации перекорма зерна, было к 1994 г. почти свернуто.
  
  Обращает на себя внимание спад в производстве кормового белка - важной добавки для кормов в современном животноводстве.
  
  Эта сравнительно новая наукоемкая отрасль была создана в России совсем недавно - в конце 70-х годов. Еще в 1970 г. объем производства составлял всего 169 тыс. т. В результате реформы производство было практически остановлено. Ликвидировано было и производство белково-витаминных добавок - только за 1993 г. объем их производства упал в 20 раз.
  
  Таким образом, в производстве самых важных видов продукции сельского хозяйства в результате реформы в РФ произошел глубокий и затяжной спад - как в количественном измерении, так и в показателях продуктивности.
  
  Реформа подорвала сельское хозяйство относительно сильнее, чем промышленность, что видно по резкому снижению доли села в структуре экономики страны. Если в 1990 г. сельское хозяйство дало 16,4 % ВВП, то в 1999 г. - только 6,8 % (прежде всего из-за резкого диспаритета цен на промышленную и сельскохозяйственную продукцию).
  
  В 1990 г. в сельское хозяйство направлялось 15,9 % всех инвестиций в основной капитал всего народного хозяйства РСФСР, а в 1999 г. в РФ - лишь 3 % (при этом цены на инвестиционные товары для сельского хозяйства резко возросли). В России сложилась небывалая ситуация: в стране происходит деиндустриализация, и в то же время она перестает быть аграрной страной.
  
  То, как шла переориентация экономики на экспортно-сырьевые отрасли, видно из динамики инвестиций, представленной на рис. 5-43.
  
  
  Рис. 5-43. Инвестиции в основной капитал сельского хозяйства (1) и топливной промышленности (2) в РСФСР и РФ в процентах от всех капиталовложений
  
  
  Из графика видно, что даже в 1970 г., в момент интенсивного развития топливной промышленности, инвестиции в сельское хозяйство были в 2,5 раза больше, чем в эту сырьевую отрасль. Значительный разрыв в пользу сельского хозяйства поддерживался вплоть до 1990 г. Затем произошел буквально обвальный спад капиталовложений в сельское хозяйство.
  
  Перейдем к рассмотрению того, как повлияла реформа на воспроизводство самих условий сельскохозяйственного производства - экономических, технологических, организационных и социальных.
  
  Изменения в социальной сфере села в ходе реформы
  
  Первым и самым прямым следствием этого изменения стало резкое падение заработной платы работников сельского хозяйства. Динамика ее представлена на рис. 5-44.
  
  
  Рис. 5-44. Средняя зарплата в сельском хозяйстве в % от средней зарплаты по всем отраслям народного хозяйства РСФСР и РФ
  
  (Источники данных: с 1980 по 1990 г. - статистический ежегодник "Народное Хозяйство РСФСР в 1990 г." Госкомстата РСФСР, с 1990 г. - Российские статистические ежегодники 98-2001 г. Госкомстата России)
  
  
  Примечание. На этом графике пришлось соединить два ряда данных: с 1970 по 1990 г. - из статистических ежегодников "Народное хозяйство РСФСР" (Госкомстат РСФСР), с 1990 г. - из Российских статистических ежегодников 1998-2001 гг. (Госкомстат России). Между ними есть небольшая нестыковка, которая, однако, не сказывается на форме кривой.
  
  Поскольку реальная стоимость денег в ходе реформы быстро менялась, зарплата сельских тружеников выражена относительно - в сравнении со средней зарплатой по всем отраслям народного хозяйства РСФСР и РФ.
  
  Надо подчеркнуть, что средняя зарплата трудящихся снизилась по всем отраслям экономики - но у работников сельского хозяйства она снизилась совершенно непропорционально другим отраслям. Это снижение никак не оправдано сокращением производства - по этому показателю сельское хозяйство мало отличается от промышленности. Ничуть не меньше стали в сельском хозяйстве затраты труда работников - напротив, тяжесть труда значительно возросла из-за деградации технологической базы и сокращения использования энергии. Следовательно, в результате реформы произошла глубокая дискриминация работников сельского хозяйства по сравнению с другими отраслями производства.
  
  В январе 2001 г. средняя зарплата в сельском хозяйстве России была 852 руб. в месяц, а у служащих банков и страховых компаний - 13 341 руб., в 16 раз больше (речь идет именно о зарплате, а не о доходах собственников капитала). В 1990 г. средний совокупный месячный доход на душу в семьях колхозников был в РСФСР 175 руб., что составляло 88 % от совокупного дохода рабочих и служащих. По среднедушевому доходу колхозники приблизились к горожанам. При этом доход от колхоза вместе с зарплатой членов семьи и с выплатами из общественных фондов составлял 72,4 % всех доходов семьи колхозника, а доход от личного подсобного хозяйства - 21,5 %.
  
  Сельское хозяйство - это не только производство, но и образ жизни. Здесь, как ни в какой иной сфере, производство и быт людей связаны неразрывно. В 2000 г. в сельской местности в РФ проживало 39,5 млн. человек или 27,1 % всего населения страны. 21,4 млн. человек (54,1 % сельского населения) находились в трудоспособном возрасте.
  
  В течение 70 лет центром жизнеустройства в российской деревне было крупное сельскохозяйственное предприятие - колхоз или совхоз. Реформа подорвала возможности этих предприятий или даже разрушила их. Это не могло не сказаться самым драматическим образом на социальной сфере села.
  
  Важнейшим жизненно важным благом и даже условием жизни является жилье. После войны в РСФСР выполнялась программа интенсивного жилищного строительства, в том числе на селе. Реформа повлекла за собой резкое - в три раза по сравнению с серединой 80-х годов - сокращение жилищного строительства в сельской местности.
  
  Спад продолжается, и в 2001 г. жилья на селе было построено примерно в 2 раза меньше, чем даже в 1970 г. Динамика строительства приведена на рис. 5-45.
  
  
  Рис. 5-45. Ввод в действие жилых домов в сельской местности, млн. м2 общей площади
  
  
  Надо к тому же отметить, что за годы реформы в сельской местности выстроено большое количество дач, загородных домов и коттеджей с очень большой, по сравнению с обычными жилищами, площадью. Данных статистика не приводит, однако если учесть эту компоненту, то объем строительства жилищ для сельских тружеников снизится еще больше.
  
  Это видно и из того, как резко возросло строительство домов в Московской области, где сосредоточилось большое количество коттеджей и дач, по сравнению с другими областями Центрального района России.
  
  В 1985 г. общая площадь построенного в сельской местности Московской области жилья составляла 30,3 % площади жилья, построенного в сельской местности всех остальных областей Центрального района. В 1990 г. эта доля сократилась до 22,1 %, а в 1995 г. подпрыгнула до 144 % - почти в семь раз. В 1997 г. эта величина достигла 234,1 % - в Подмосковье строилось в 2,3 раза больше жилья (по площади), чем во всех 11 областях Центрального района.
  
  Основную долю затрат на сельское жилищное строительство в РСФСР несло государство (в 1986-1990 гг. на средства государства было построено 59 % жилой площади). Следующим по важности источником средств были колхозы и совхозы. В 1981-1985 гг. за счет средств самого населения (и кредитов, взятых у государства) было построено на селе 11,8 млн. кв. м жилья, а колхозами и совхозами - 21,7 млн. кв. м. В годы перестройки роль населения несколько возросла: за 1986-1990 гг. за свой счет население построило 15,1 млн. кв. м, а колхозы и совхозы - 21,0 млн. кв. м.
  
  С разрушением сельскохозяйственных предприятий их доля в строительстве упала, как и доля государства. Строительство почти исключительно ведется за счет средств населения и взятых им кредитов. Ход этого изменения виден на рис. 5-46.
  
  
  Рис. 5-46. Доля жилых домов в сельской местности РСФСР и РФ, построенных населением за свой счет или с помощью кредитов, %
  
  
  В целом масштабы строительства и реконструкции инфраструктуры российского села в результате реформы резко снизились - за исключением работ по газификации. Это видно из табл. 5-11.
  
  
  Таблица 5-11. Развитие инфраструктуры села
  
  
  Строительство других элементов социальной инфраструктуры на селе сократилось в еще большей степени, нежели строительство дорог, линий электропередач и водопроводных сетей. Об этом свидетельствует сравнение данных по строительству объектов социально-культурной сферы в 1990 г. и, в скобках, в 1999 г.
  
  Построено дошкольных учреждений, тыс. мест - 83,7 (2,0); амбулаторно-поликлинических учреждений, тыс. посещений в смену - 17,6 (3,4); учреждений культуры клубного типа, тыс. мест - 90,2 (9,1).
  
  В целом уровень социально-культурного обслуживания в сельской местности значительно снизился. Если в городе в 1999 г. 64 % детей соответствующего возраста пользовались услугами дошкольных учреждений (по сравнению с 1990 г. это означало снижение на 8,5 %), то в сельской местности - только 35 % (это снижение на 37,5 %). Число посещений киносеансов в среднем на одного жителя села сократилось с 14 в 1990 г. до 0,3 в 1999 г. Сильно сократилась на селе сеть районных (по числу коек на 25,3 %) и участковых (на 26,1 %) больниц, более приближенных к деревне, нежели центральные районные больницы.
  
  Ухудшение жизни сельских жителей в результате кризиса сельскохозяйственного производства усугубляется тем, что на селе сворачиваются и многие государственные предприятия и социальные службы, так что сокращается возможность приложения рабочей силы вне собственно сельского хозяйства. В рамках сельского образа жизни произошел значительный переток рабочей силы, и к началу реформы примерно половина работников, живущих в селе, была занята уже не сельским хозяйством. В ходе реформы эти возможности сократились.
  
  На пороге XXI века российское село возвращается к устаревшим низкопроизводительным укладам хозяйства. Сельское хозяйство РФ становится все более натуральным, а образ жизни занятых в нем людей все более архаичным.
  
  Раздел 6
  Транспорт
  
  
  Источники:
  
  Статистические ежегодники "Народное хозяйство РСФСР". ЦСУ РСФСР, Госкомстат РСФСР. Москва.
  
  "Российский статистический ежегодник. Официальное издание". Госкомстат России. Москва.2001.
  
  Статистический сборник "Россия в цифрах 2001. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 2001.
  
  Статистический сборник "Промышленность России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1998.
  
  Статистические сборники "Транспорт и связь в России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1995, 1998, 2001 гг.
  
  Статистический сборник "Транспорт и связь СССР". Госкомстат СССР. Москва. 1990 г.
  
  Статистические сборники "Цены в России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 1998; 2000 гг.
  
  Статистический сборник "Сфера услуг в России. Официальное издание". Госкомстат России. Москва. 2000.
  
  Транспорт - "кровеносная система" страны. Современное индустриальное общество нуждается в перемещении больших масс грузов и пассажиров на большие расстояния по всей территории страны и за рубеж. Особенно велико значение транспорта для России с ее исключительно обширной территорией и удаленностью источников сырья, энергоносителей и промышленных центров.
  
  Транспортная система РСФСР в советский период развивалась как единое целое в масштабах всего СССР. В материально-техническую базу этой системы делались большие капиталовложения: увеличивалась протяженность путей сообщения; строились новые транспортные объекты - дороги, порты, трубопроводы, аэровокзалы и т. п. Грузооборот всех видов транспорта: автомобильного, авиационного, воздушного, водного, морского, трубопроводного - рос стабильными темпами.
  
  В годы реформы транспортная система РФ погрузилась в глубокий кризис. Динамика суммарного объема перевозок всеми видами транспорта представлена на рис. 6-1.[28]
  
  
  Рис. 6-1. Грузооборот транспорта общего пользования в РСФСР и РФ (млрд. тонно-км)
  
  
  Произошло резкое сжатие объема всех видов перевозок, изменение их структуры, переориентация с внутрироссийского на международное сообщение, причем в большой мере - на страны вне СНГ ("дальнее зарубежье").
  
  Главной причиной уменьшения грузопотоков стало сокращение промышленного и сельскохозяйственного производства в результате радикальной рыночной реформы и разрыва сложившихся за десятилетия хозяйственных связей между российскими регионами и республиками СССР, представлявшими собой единый народнохозяйственный комплекс.
  
  Тесная связь объемов производства и грузоперевозок видна из динамики обоих процессов, представленной на рис. 6-2.
  
  
  Рис. 6-2. Динамика грузовых перевозок железнодорожного транспорта и промышленного производства в РСФСР и РФ (1990=1): 1 - объем грузовых перевозок; 2 - промышленное производство
  
  
  На графике видно, что кривые движения обоих показателей почти в точности совпадают - транспортные потоки вполне соответствуют уровню производства.
  
  Другой причиной, которая связана с первой и образует вместе с нею порочный круг, послужило резкое повышение тарифов на грузоперевозки, которое сделало убыточным многие виды производства и способствовало его спаду.
  
  Кризис, вызванный реформой, проявился и в резком усилении сырьевой ориентации производства и экспорта. Кроме того, в результате разрушения сложившихся в советском хозяйстве производственных связей между регионами увеличилась доля перевозок в международном сообщении. Для транспорта особенно важным было ослабление хозяйственных связей между восточными и западными территориями России. Транспортные потоки, за исключением внешних сообщений, в основном замкнулись внутри регионов.
  
  С начала 90-х годов ежегодные объемы капиталовложений в развитие транспорта быстро снижались. Финансирование развития транспорта к 1999 году сократилось на 60 %. Финансовые ресурсы транспортных предприятий не только не обеспечивают необходимого технического переоснащения, но даже не позволяют поддерживать парк транспортных средств в надлежащем состоянии.
  
  Тяжелое финансовое положение и плохое использование технической базы вызвали ухудшение качественного состояния транспорта. В бедственном состоянии находятся все составляющие системы транспорта - дороги, водные пути, порты, подвижной состав. На железных дорогах десятая часть путей уложена выработавшими свой ресурс или даже дефектными рельсами.
  
  Протяженность путей сообщения железнодорожного и водного транспорта за последнее десятилетие уменьшилась. Длина железнодорожных путей, пригодных для эксплуатации, в 2000 году сократилась почти на 1000 км. по сравнению с 1990 годом, протяженность внутренних водных судоходных путей сократилась почти на 18 500 км, или на 20 %. Еще больше уменьшилась протяженность обустроенных водных путей, т. е. тех, на которых установлены устройства, обеспечивающие безопасность судоходства (бакены, створы и пр.). Так, длина путей, оснащенных знаками судоходности, сейчас меньше в 1,5 раза, чем была в 70-е годы. Кроме того, большинство гидросооружений на внутренних водных путях эксплуатируется более 40 лет, сроки службы основного оборудования и сооружений, работающих под напором, превысили предельный уровень или приближаются к нему.
  
  Портовое хозяйство технически устарело. Более четверти причального фронта и оградительных сооружений находятся в неудовлетворительном состоянии. Две трети российских портов не способны принимать современные крупнотоннажные суда.
  
  В годы реформы сокращается парк подвижного состава транспорта. В конце 90-х годов 18,5 % электровозов, 22 % тепловозов и почти 65 % секций дизель-поездов превысили установленный срок службы. На морском и водном транспорте около 60 % судов имеют возраст свыше 15 лет. В авиации 37 % воздушных судов находятся в эксплуатации 15-30 лет и больше.
  
  Рассмотрим динамику главного показателя работы транспорта - объем перевозок и грузооборот.
  
  Стабильный устойчивый рост грузооборота железнодорожного транспорта, который наблюдался в РСФСР в 80-е годы, с началом реформы сменился резким падением. За 1991-1994 гг. грузооборот упал в 2 раза и опустился на треть ниже уровня 1970 г. В последующие четыре года грузооборот сократился еще на 15 %. Динамика процесса представлена на рис. 6-3.
  
  
  Рис. 6-3. Перевозки грузов железнодорожным транспортом в РСФСР и РФ: 1 - объем перевозок, млн. тонн; 2 - среднее расстояние, км
  
  
  В 1999-2000 годы наметился некоторый рост, однако по своим масштабам он несоизмерим с провалом предыдущего десятилетия. Объем перевозок грузов железнодорожным транспортом с 1988 до 1998 г. упал в 2,5 раза.
  
  При этом среднее расстояние перевозок не только не сократилось, но даже выросло, несмотря на наметившуюся регионализацию экономики. Это означает, что объемы перевозок сократились за счет доли товаров конечного потребления, а грузовой транспорт переориентировался на обслуживание экспортных потоков сырья. Несмотря на то, что в 2000 г. объем грузовых перевозок несколько увеличился, он составил немногим более половины от уровня 1970 года.
  
  Структура перевозок железнодорожного транспорта в результате реформы претерпела важные изменения. Они отразили структурную перестройку народного хозяйства РФ. Существенно упала доля перевозок продукции конечных отраслей - машиностроения, легкой, пищевой промышленности, строительных материалов.
  
  Так, доля строительных грузов в общем объеме перевозок сократилась почти на треть, а доля сырья, соответственно, выросла. По сравнению с 1990 годом в 2000-м году сильно увеличились удельные веса перевозок каменного угля, нефтяных грузов, руды и металлов. В 1990 г. главные сырьевые и экспортные грузы (уголь, нефть и руды с черными металлами) в сумме составляли 42,9 % объема железнодорожных перевозок, а в 1999 г. - 58 %. Это означает, что если раньше грузовой транспорт больше обслуживал внутреннюю экономику, обеспечивая транспортировку конечной продукции, то теперь в значительной степени, а иногда и в основном, переключился на экспортные сырьевые потоки.
  
  Грузооборот морского транспорта с начала реформы (после 1988 г.) сократился в 5,4 раза. Динамика его представлена на рис. 6-4.
  
  
  Рис 6-4. Грузооборот морского транспорта в РСФСР и РФ, млрд. тонно-км.
  
  
  Российский морской транспорт обслуживает две основные группы грузопотоков - международные и внутренние евроазиатские перевозки, главным каналом которых является Северный морской путь. За годы реформы обе эти составляющие резко уменьшились. Во-первых, Россия отказалась от торговли со многими традиционными внешнеторговыми партнерами (например, Кубой и Вьетнамом), которым продавала и транспортировала конечную продукцию.
  
  Во-вторых, старение и плохое техническое состояние морского торгового флота резко сократили возможности его фрахтования и использования в заграничном плавании. Около 60 % российских морских судов находятся в эксплуатации более 15 лет, а суда такого возраста в большинство иностранных портов не допускаются. Новых морских судов в возрасте до 5 лет в России всего 4 %. Финансовые ресурсы предприятий морского транспорта, 36 % которых являются убыточными, не позволяют пополнять флот и поддерживать его в надлежащем состоянии.[29]
  
  В-третьих, сильно сократились объемы внутренних перевозок по Северному морскому пути.
  
  В результате этих изменений уменьшилось среднее расстояние перевозок (на 40 % по сравнению с 1970 годом). Поэтому объем перевозок грузов сократился меньше, чем грузооборот, - к 2000 году в 4 раза по сравнению с 1990 г.
  
  Объем перевозок грузов сокращался по всем направлениям: как в заграничном, так и в каботажном (внутрироссийском) плавании. Сейчас он в 2,5 раза меньше своего уровня 1970 года.
  
  Динамика объема перевозок представлена на рис. 6-5.
  
  
  Рис. 6-5. Перевозки грузов морским транспортом в РСФСР и РФ, млн. т.
  
  
  Причины те же: падение потребности в грузоперевозках в условиях кризиса экономики; нарушение традиционных хозяйственных связей между регионами; плохое техническое состояние флота.
  
  Важнейшая для России "северная составляющая" морских перевозок сократилась наиболее резко: в 1999 году морским транспортом в районы Крайнего Севера завезено в 8 раз меньше грузов, чем в 1991 году. Между тем, эта важнейшая артерия обеспечивает взаимосвязь между западными и восточными районами страны, и ее истощение говорит о деградации северных приграничных территорий России.
  
  Развитие внутреннего водного транспорта в советский период происходило устойчивыми темпами, его грузооборот стабильно рос. В 90-е годы началось резкое его падение, в 1999 году он был в 3,5 раза меньше, чем в 1990. Хотя в 2000 году грузооборот внутреннего водного транспорта несколько увеличился, его величина сейчас меньше уровня 1970 года в 2.5 раза.
  
  Сокращение грузооборота водного транспорта связано не только с падением промышленного и сельскохозяйственного производства, но и с обветшанием подвижного состава, плохим состоянием внутренних водных путей, требующих ежегодных затрат на поддержание их в надлежащем состоянии.
  
  В отличие от морского флота, на внутреннем водном транспорте увеличилось среднее расстояние перевозок (почти в 1,5 раза по сравнению с 1970 г.). Поэтому объем перевозок упал в результате реформы гораздо больше, чем грузооборот, - он сократился более чем в 6 раз. Падение объемов вызвано семикратным сокращением перевозок строительных и лесных грузов, доля которых в общей массе перевозок составляет 65 %. К тому же значительно, в 3,5 раза, уменьшились перевозки нефти и нефтепродуктов наливом, зерна, каменного угля, черных металлов.
  
  Динамика грузооборота видна на рис. 6-6.
  
  
  Рис. 6-6. Грузооборот внутреннего водного транспорта в РСФСР и РФ, млрд. тонно-км.
  
  
  Сильно обеднела в общем потоке грузов та их часть, которая направляется на Север. За навигацию 1998 г. в районы Крайнего Севера предприятиями водного транспорта отправлено в 3.5 раза меньше грузов, а за навигацию 2000 года в 3 раза меньше, чем в 1991 году.
  
  Парк грузового речного транспорта обветшал, около двух третей его составляют суда возраста 15 лет и более. Новых речных судов, в возрасте до 5 лет, в РФ всего 5 %.
  
  Динамика перевозок водным транспортом приведена на рис. 6-7.
  
  
  Рис. 6-7. Перевозки грузов внутренним водным транспортом в РСФСР и РФ: 1 - объем, млн. тонн (левая шкала); 2 - среднее расстояние, км (правая шкала)
  
  
  В 70-80-е годы в РСФСР быстро росли объемы перевозки грузов автомобильным транспортом. Еще быстрее рос грузооборот этого вида транспорта. Спад во время реформы был примерно таким же, как и в других подотраслях. Динамика его приведена на рис. 6-8.
  
  
  Рис. 6-8. Грузооборот автомобильного транспорта общего пользования и отраслей экономики в РСФСР и РФ (млрд. тонно-км)
  
  
  Примерно так же обстоит дело и с грузовыми перевозками воздушным транспортом. В результате скорость перевозки даже самых важных и срочных грузов в РФ резко снизилась. С народнохозяйственной точки зрения это является признаком регресса всей транспортной системы страны.
  
  Динамика перевозок воздушным транспортом представлена на рис. 6-9.
  
  
  Рис. 6-9. Перевозки грузов авиационным транспортом в РСФСР и РФ (млн. тонн)
  
  
  В результате реформы произошло резкое падение эффективности использования транспорта. Показателем ее служит интенсивность перевозок - количество грузов и пассажиров, провозимых через километр пути, а также коэффициент использования подвижного состава.
  
  Реформа привела к снижению интенсивности железнодорожного транспорта.
  
  В сфере перевозок пассажиров этот показатель упал почти в 2 раза. В 80-е годы интенсивность перевозок пассажиров стабильно повышалась (на 30 % к 1988 году). В это время использование транспорта сдерживалось, прежде всего, пропускной способностью железных дорог.
  
  Начиная с 1991 года интенсивность перевозок стремительно падала, пропускная способность перестала играть ограничивающую роль, и динамика пассажирского транспорта стала определяться сокращающимся спросом на его услуги. Падение спроса в основном обусловлено ростом цен на железнодорожные билеты и снижением транспортной подвижности пассажиров. В 1999 году интенсивность перевозок пассажиров железнодорожным транспортом была в 1.5 раза меньше уровня 1970 года. В 2000 году интенсивность перевозок пассажиров железнодорожным транспортом была в 1.3 раза меньше уровня 1970 года.
  
  
  Рис. 6-10. Интенсивность перевозок пассажиров железнодорожным транспортом общего пользования в РСФСР и РФ, тыс. пассажиро-км на один км длины пути
  
  
  Примерно то же самое произошло с интенсивностью грузовых перевозок. В 70-80-е годы этот показатель в РСФСР стабильно повышался (за 1970-1985 годы он вырос на 36 %). Начиная с 1991 года интенсивность перевозок стремительно падала и за годы реформы снизилась в 2,5 раза. Несмотря на проявившийся в 1999-2000 гг. рост, она все еще остается на четверть ниже уровня 1970 г. Динамика изменения этого показателя приведена на рис. 6-11.
  
  
  Рис. 6-11. Интенсивность перевозок грузов железнодорожным транспортом общего пользования в РСФСР и РФ, млн. тонно-км на 1 км длины путей
  
  
  Другим показателем эффективности на транспорте служит доля порожнего пробега. Во время перестройки порожний пробег вагонов часто поминался как свидетельство низкой эффективности плановой системы хозяйства. Однако в ходе рыночной реформы объем порожняка быстро увеличивался (его удельный вес в общем пробеге подвижного состава вагонов к середине 90-х годов достиг 43 %). Произошло значительное падение эффективности использования основных фондов транспорта.
  
  Конечно, сокращение грузоперевозок повлекло за собой ухудшение использования парка вагонов. Но кроме того, причиной было появление разрозненных частных собственников подвижного состава, которое ослабило управление всей системой железнодорожного транспорта. Отсутствие координации, которую раньше обеспечивали государственные транспортные органы, очевидная неспособность мелких транспортных компаний организовать полную загрузку своих вагонов на протяжении всего пути следования привели к росту порожняка. Динамика этого показателя представлена на рис. 6-12.
  
  
  Рис. 6-12. Удельный вес пробега без груза в общем пробеге подвижного состава вагонов в РСФСР и РФ, %
  
  
  Важным доводом в пользу реформы была необходимость ускоренной модернизации транспортной системы.
  
  Реформа, однако, привела не к модернизации транспорта, а к его регрессу, так что масштабы применения новых прогрессивных технологий снизились. Пример - перевозки грузов в контейнерах и пакетах.
  
  Это - самые эффективные виды перевозок. Они позволяют с наименьшими затратами связать между собой все виды грузового транспорта - морской, железнодорожный, водный, автомобильный, авиационный. Объемы перевозки грузов в контейнерах и пакетах за годы реформы сократились, соответственно, в 3 и в 5 раз. Динамика изменения этого показателя дана на рис. 6-13.
  
  
  Рис. 6-13. Перевозки грузов в контейнерах и пакетах железнодорожным транспортом в РСФСР и РФ, млн. тонн: 1 - в контейнерах (левая шкала); 2 - в пакетах (правая шкала)
  
  
  Как видно из рис. 6-14, почти в полтора раза возрос к 1995 г. удельный вес порожнего пробега подвижного состава автомобильного транспорта, достигнув уровня более 50 %. Этот показатель стал снижаться только в последние годы. В два раза снизилась за годы реформы и интенсивность перевозки пассажиров автомобильным транспортом по дорогам с твердым покрытием.
  
  
  Рис. 6-14. Удельный вес пробега без груза в общем пробеге подвижного состава автомобилей в РСФСР и РФ (без повременных), %
  
  
  Резко упал за годы реформы удельный вес использованной пассажировместимости речных и озерных судов - с 60 % в конце 80-х годов до 40 % в 1996 г. В последние годы он несколько вырос (до 48 % в 2000 г.).
  
  
  Рис. 6-15. Удельный вес использованной пассажировместимости речных и озерных судов в РСФСР и РФ, %
  
  
  Рис. 6-16. Удельный вес использованной пассажировместимости подвижного состава самолетов и вертолетов, %
  
  
  То же самое произошло в пассажирских перевозках воздушным транспортом.
  
  В результате реформы подвижной состав стал использоваться менее эффективно, самолеты стали летать менее заполненными, что значительно увеличило издержки транспортных предприятий и создало порочный круг повышения цен и снижения спроса.
  
  Ухудшение технического состояния транспорта, состояния дорожного полотна, резкое падение дисциплины участников дорожного движения вызвало, уже с конца 80-х годов, всплеск травматизма на транспорте. Особенно велико в РФ число погибших на дорогах.
  
  
  Рис. 6-17. Число погибших в дорожно-транспортных происшествиях на автомобильных дорогах и улицах в РСФСР и РФ, тыс.
  
  
  В последние годы положение улучшилось и число погибших стабилизируется, однако на очень высоком уровне - 27-28 тыс. погибших в год.
  
  
  Примечания
  
  
  1
  
  Стоит заметить, что скачок смертности людей трудового возраста был наибольшим там, где реформа была более быстрой и глубокой. С 1990 по 1994 г. этот показатель (для мужчин) вырос в Москве с 714 до 1508, а в Дагестане с 478,5 до 571,6 на 100 000 населения.
  (обратно)
  
  2
  
  Примечание: точка 2001 года дана без деления на муж и жен пол, т. е. общее кол-во больных поделено пополам
  (обратно)
  
  3
  
  Из всех объектов социальной сферы промышленных предприятий местные власти во время реформы охотнее всего брали на свой баланс именно детские сады, и значительная часть предприятий этим воспользовалась. Причина в том, что, вопреки Указу Президента о сохранении функционального назначения объектов социальной сферы при приватизации промышленных предприятий, детские сады продавались в частные руки, поскольку их удобное местоположение и структура зданий позволяли приспособить их под доходные рестораны, магазины и т. п.
  (обратно)
  
  4
  
  В некоторых официальных справках последних лет даже говорится, что "СССР занимал 7-е место" по качеству питания. Однако подобные оценки строгого смысла не имеют, поскольку точно оценить столь сложный многогранный показатель, как "качество питания", в принципе невозможно. Для нас здесь важно, что в СССР был достигнут тип питания, близкий к медицинским нормам, - тип питания наиболее развитых стран.
  (обратно)
  
  5
  
  Полеванов В. Россия: цена жизни. - Экономические стратегии, 1999, Љ 1, с. 102-103.
  (обратно)
  
  6
  
  В начале 80-х годов происходило снижение качества некоторых мясных продуктов - добавление в колбасу субпродуктов, соевого белка и др. Причиной была нехватка сырья и нежелание, из идеологических соображений, пойти на некоторое повышение цен (ввести ценовые ограничения спроса). Однако это было совсем иным явлением, нежели фальсификация - подмена водки низкокачественными и даже токсичными спиртовыми смесями или подмена животного масла маргарином низкого качества.
  (обратно)
  
  7
  
  В связи с недавним обсуждением в Интернете опасности проникновения в Россию с импортным мясом возбудителей болезни "коровье бешенство" (или болезнь Кройцфельда-Якоба у человека), участники дискуссии сообщили такие неофициальные сведения: "По данным, которые мы получили в АО "Росмясомолпром", в Москве, Санкт-Петербурге, Псковской, Тамбовской, Астраханской, Пензенской, Ростовской, Кемеровской, Читинской, Амурской и Магаданской областях, Калмыкии, Дагестане, Северной Осетии, Карачаево-Черкесии и Бурятии промышленная выработка мяса вообще практически прекращена".
  (обратно)
  
  8
  
  Утверждение, будто от либерализации цен исчез дефицит потребительских благ, носит чисто идеологический характер. Нехватка (дефицит) в потреблении того или иного блага создается экономическими средствами (ценами) еще более неотвратимо, чем административными. Это наглядно выражается в динамике доступа к таким фундаментальным благам, как жилье и продукты питания.
  (обратно)
  
  9
  
  В 1999 г. Госкомстат изменил методику исчисления структуры доходов населения (без объяснения), и доля оплаты труда наемных работников оценивается для 2000 г. как равная 78,2 %. По новой методике пересчитаны также данные за прошлые годы.
  (обратно)
  
  10
  
  "Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения". ВЦИОМ. 1995, Љ 3. Согласно данным ученых РАН, которые учли скрываемые богатыми доходы, реально коэффициент фондов в России в 1996 г. был равен 23. А группа экспертов Мирового банка, Института социологии РАН и Университета Северной Каролины (США), которая ведет длительное наблюдение за бюджетом 4 тысяч домашних хозяйств (большой исследовательский проект Russia longitudinal monitoring survey), приводит коэффициент фондов за 1996 г. - 36,3.
  (обратно)
  
  11
  
  Зубова Л. Г. Социальное расслоение в России - "Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения". ВЦИОМ. 1995, Љ 3.
  (обратно)
  
  12
  
  Заславская Т. И. Новые данные о доходах россиян - "Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения". ВЦИОМ. 1995, Љ 4. Зубова Л. Г. Представления о бедности и богатстве. Критерии и масштабы бедности - "Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения". ВЦИОМ. 1996, Љ 4.
  (обратно)
  
  13
  
  Заславская Т. И. Доходы работающего населения России. Часть вторая. Динамика и дифференциация доходов. - "Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения". ВЦИОМ. 1996, Љ 6.
  (обратно)
  
  14
  
  Исследователи доходов населения ставят официальные данные о численности лиц, имеющих доходы ниже величины прожиточного минимума, под сомнение и считают их сильно заниженными.
  (обратно)
  
  15
  
  В рамках "натурального хозяйства", для себя, население РФ в настоящее время производит 10 % потребляемых продуктов и услуг.
  (обратно)
  
  16
  
  В 2001 г. добычу нефти в РФ вели 12 нефтяных компаний, 110 самостоятельных акционерных обществ и 10 организаций газовой промышленности и геологической разведки недр.
  (обратно)
  
  17
  
  Васильев Д. И. Контроль качества обмолота и технологических режимов зерноуборочных комбайнов. - "Контроль и управление технологическим процессом комбайновой уборки зерновых культур". Новосибирск, 1988, вып. 4. При этом причиной потерь было не только качество техники. Потери, по словам автора, возникали в результате "плохой подготовки комбайна, нарушения режимов работы и небрежного отношения к своим обязанностям комбайнера". Это - факторы социокультурные, а не технические.
  (обратно)
  
  18
  
  Между приводимыми в статистических справочниках абсолютными и относительными показателями выпуска станков с ЧПУ для 1996-1999 гг. есть небольшие расхождения, но их величина незначительна.
  (обратно)
  
  19
  
  В связи с тем, что с начала 90-х годов масштаб цен резко менялся, данные с 1990 по 1997 г. получены путем пересчета в сопоставимых ценах показателя, данного в статистических справочниках как % к уровню предыдущего года.
  (обратно)
  
  20
  
  Скорее всего, оценка Госкомстатом имеющихся в наличии мощностей, сделанная в стоимостном выражении, слишком оптимистична - даже для "оживления" основных производственных фондов, которые простаивали в течение более 10 лет, требуются большие усилия и капиталовложения.
  (обратно)
  
  21
  
  В последнем отчете Министерства сельского хозяйства США, сказано, например: "По переписи 1997 года в США насчитывалось 1,9 млн. ферм. Они делятся на мелкие семейные с размером реализации до 250 тыс. и крупные, свыше 250 тыс. долларов. Мелкие семейные фермы к началу нового века практически выпали из числа эффективных товаропроизводителей. И хотя таких сегодня в стране абсолютное большинство - 1,6 млн., или 82 %, их вклад в общий доход не превышает 12 %. Если бы не государственная поддержка в размере 1200 долл. на одну ферму, они еще в 1997 году оказались бы в убытке. Эти хозяйства существуют исключительно за счет внефермерской деятельности".
  (обратно)
  
  22
  
  Из этого факта видно, что утверждения о неконкурентоспособности колхозов носят чисто идеологический характер и оторваны от реальности. Они не имеют смысла вне социального контекста. Если один товаропроизводитель продает зерно по 28 долларов за тонну, а другой по 143,9 долларов за тонну - то кого мы должны считать более конкурентоспособным?
  (обратно)
  
  23
  
  Следует вспомнить, что подготовка к переориентации производства удобрения в СССР на экспорт сопровождалась в конце 80-х годов большой и недобросовестной идеологической кампанией с целью настроить общественное мнение против применения удобрений в сельском хозяйстве ("нитратный психоз").
  (обратно)
  
  24
  
  Заметим, что СМИ утверждают совершенно противоположное тому, что происходит на деле.
  (обратно)
  
  25
  
  Одним из типичных аргументов в антиколхозной кампании было утверждение, будто колхозные и совхозные животноводческие фермы имеют неоптимальный размер ("гигантомания"), так что небольшие частные фермы будут более продуктивны. То есть в программе реформ речь шла о замене больших ферм новыми, "оптимального" размера. А это значит, что должно было начаться крупномасштабное строительство новых животноводческих помещений.
  (обратно)
  
  26
  
  Ссылки на то, что в 80-е годы в США тоже произошло сокращение поголовья крупного рогатого скота, несостоятельны, так как природа этого процесса в РФ и США различна. В США в ходе модернизации животноводства был сделан упор на интенсивность производства и резко повышена продуктивность скота. В РФ в ходе реформы сокращение поголовья происходило параллельно с технологическим регрессом и снижением продуктивности.
  (обратно)
  
  27
  
  В целом по СССР средний надой молока на корову в колхозах и совхозах составил в 1990 г. 2850 кг. В связи с утверждениями, будто дореволюционное сельское хозяйство было продуктивнее советского, надо уточнить, что средний надой на корову в 1913 г. составлял в России (в пределах СССР) 982 кг.
  (обратно)
  
  28
  
  Включая автомобильный транспорт отраслей экономики.
  (обратно)
  
  29
  
  Это несмотря н