# of queens, knigth and pawns

Аноним chancecraz

Принцеса Лея просыпается после убийства Хана в шатле со штурмовиками летящем на первую звезду смерти. Взгляд как со стороны Леи так и её окружения. В фанфике описаны события как каноной трилогии так и комиксов по ЗВ. Только в них смещен акцент с погони Вейдера за Люком, на попытки наладить контакт с Леей. В произведение добавлены омаки от лиц других разумных.

О королевах, рыцарях и пешках

chancecraz

Краткое содержание:

Я легла спать в худший день моей жизни и проснулась, чтобы обнаружить себя в прошлом во второй худший день моей жизни. Не рекомендую.


Примечания:

Основано на сообщении amarielah's tumbler promt "I need a Peggy Sue fic where TFA!Leia's consciousness is sent back into ANH!Leia's body and she decide that the only way to save her future son is to save her biodad from being an evil prick before he commits suicide-by-Sheev. Что нелегко, когда она ненавидит его до глубины души и с радостью убила бы его сама".

И тут мой мозг сказал: "Да, это то, что нам нужно написать". Я указал, что не пишу фики, мозг сказал, что мне все равно, и продолжил одержимо работать над этим. Потом, конечно, я поставила Лею в самую, возможно, худшую ситуацию, в которой это могло бы произойти, потому что вы знаете, что "Звездные войны" - это боль. Это мой первый фик, пожалуйста, будьте добры.


(Другие произведения, вдохновленные этим, смотрите в конце работы).

## Глава 1


Лея проснулась от бодрого

- Вставайте, Ваше Высочество - и толчка в плечо.

Она пробормотала в инстинктивном протесте:

- Генерал.

Резкий смех наполнил ее уши:

- Повстанцы настолько отчаялись, что поставили тебя во главе?

Ее глаза распахнулись. Она находилась в грузовом отсеке. Вокруг нее были штурмовики. Странность происходящего за несколько мгновений уложилась в ее сознании, прежде чем сработали сигналы тревоги. Она находилась на имперском шаттле. Перед ней была длинная скамья, вытянутая вдоль борта. Она сидела, зажатая между двумя штурмовиками. Тот, что сидел справа от нее, тот, что разговаривал, поднял ее на ноги.

Она посмотрела вниз. Ее руки были скованы наручниками. Они также были намного мягче, чем прошлой ночью. Когда она лежала на собственной кровати, на Д'Каре. На ней было то нелепое церемониальное белое платье из ее юности. Она подняла голову и заметила роту штурмовиков в задней части салона челнока. Их было не менее пятнадцати, все они были одеты в старую имперскую броню. Они тихо переговаривались между собой, и Лея чувствовала в воздухе слабый аромат масла, которым они смазывали свое оружие.

- Что? - спросила она вслух, так как невозможность того, что она видела, лишала ее рассудка.

Штурмовик слева от нее решил ответить ей.

- Неплохо вздремнули, ваше высочество? - Она наклонила лицо в его сторону. Он не исчез в клубах дыма. Он оставался тревожно реальным и самодовольным: - Вы не будете так расслаблены, когда он с вами покончит.

Она открылась Силе. Это должно было быть видение или какой-то кошмар. Смерть Хана и разрушение системы Хапан явно что-то сделали, чтобы вызвать у нее галлюцинации. Ей нужен был якорь, который выведет ее из этого состояния.

Сначала она почувствовала, что здесь есть еще одно присутствие. Оно было близко к ней, пугающе близко, с его темной и внушительной аурой. Темнота, которая поглощала все вокруг. Но тихое опустошение, беспомощность, апатия, скрывающаяся под всем этим гневом, озадачили ее. Кто был с ней на этом корабле? Это был никто из тех, кого она знала, а значит, никто, кому она могла доверять.

- Люк, - прошептала она, потянувшись к Силе. Ответа не последовало. Он не отвечал на ее зов уже много лет. Но вместо впечатления, что дверь не открыли, вокруг него возникло ощущение неясности. Яркое пламя было там, он не умер. Но оно было каким-то рассеянным. Лея задалась вопросом, в какой ад она попала на этот раз.

Дверь в кабину открылась, и Лея повернула голову, с любопытством разглядывая другого пользователя Силы, который находился здесь. Из входа появилась высокая фигура, и Лея почувствовала, как мир уходит из-под ног.

- Лорд Вейдер, - заявил штурмовик, державший ее за руку. - Пленница готова. - Дыхание Леи вырвалось из ее тела, когда ее разум начал кричать ей бежать, бежать, бежать. Она забыла о жутком дыхании, не связанном с его голосом. Она забыла, как броня блестела под светом, словно темное отражение. Она могла только в ужасе смотреть на свой худший кошмар, ставший плотью.

- Отведите ее в блок камер на пятом уровне для обработки, а я пока отчитаюсь. - Он мгновение смотрел на нее, а затем зашагал прочь по трапу.

- Десантник потянул ее за собой в сторону склада, направляясь к лифту с правой стороны. Лея не была уверена, как двигаются ее ноги, но все, что она могла сделать, это не упасть на землю и не закричать о своем отказе.

***

Проход в лифт и коридоры прошли мимо нее как в тумане. Она не оказала никакого сопротивления и, что еще более показательно, не сделала ни одного ехидного замечания в ответ на все более усиливающиеся насмешки солдат. Только когда ее проводили в камеру, Лея смогла избавиться от шока.

В стенах своей тюрьмы Лея начала расхаживать по небольшому помещению. Все это казалось реальным. Это было совершенно невозможно, и она никогда даже не слышала о подобном. Но это не было видением. Она прикоснулась к стенам, к их гладкой холодной неприступности. Фоновая болтовня, которую она слышала по дороге сюда. И запахи вокруг нее. Мужчины в доспехах и замкнутое пространство с рециркулирующим воздухом. Как правило, силовые видения не имели запахов, связанных с ними. Она ударила кулаком в дюрастиловую стену. Ее рука тут же начала болеть и пульсировать от боли. Это не сон.

Она осмотрелась, все было точно так же, как она видела в своих кошмарах. Черные стены с вкраплениями слюды. Верхние три фута потолка спереди и сзади, наклоненные так, что пространство казалось еще меньше, чем было. На потолке были решетки со слабым красным свечением, параллельно с решетками на полу с мягким белым светом. Вдоль дальней стены стояла скамья. Никаких одеял или подушек для сна. Туалетные принадлежности находились в углу. Она дрожала, воздух был холодным. Каждая деталь, каждый клочок здесь был тщательно выверен.

- Думай, - прошептала она себе. Паника не поможет ей выбраться из этой ситуации. Создание и осуществление планов поможет ей выбраться из этой ситуации. Воспринимайте это как реальность. Поверить, что это реально, потому что все вокруг говорит, что это так. Разложить это на составные части. Она понятия не имела, зачем она здесь. Значит, это было неважно. Следующая проблема. Если она не знала, как попала сюда, то не знала, как вернуться обратно. Здесь, на этой станции, она ничему не научится, поэтому ей нужно было бежать. Каков следующий шаг для этого? Скоро появится Вейдер и допросит вас о местонахождении базы повстанцев. Вы не дадите его. Таркин будет угрожать Альдераану и.....

Спасти Альдераан! У Леи перехватило дыхание, и она почувствовала, что падает обратно на сиденье под действием этого осознания. Ее дом все еще был здесь. Он все еще был там, в галактике, и она могла спасти его. Если это было реальностью, она могла спасти их всех. Если это было реальностью, то она изменила бы временную линию, как она ее знала, в довольно значительной степени. Она размышляла об этом не более двух секунд. Она поняла, что ущерб уже нанесен. Временная шкала уже изменена одним ее присутствием. Она никак не могла пассивно стоять в стороне и позволить произошедшему снова разворачиваться перед ней. Все, что ей было нужно, - это время. Люк, Оби-Ван и Хан... Ее мысли ускользнули от этого имени, боль была настолько свежей, что дыхание перехватило. Двигаться дальше, если все это реально, он жив, они все еще живы, и они идут за ней. Ее присутствие здесь никак не повлияет на последовательность событий. Ей просто нужно было переждать.

Она могла отдать Вейдеру Дантуин, как когда-то давно отдала Таркину. После небольшого зондирования его сознания он "случайно" увидел эту информацию. Нет, с затаенным ужасом поняла она, это не сработает. Щиты в ее сознании. Те, которые она неохотно позволила Люку научить ее создавать. В то время она видела в этом смысл. Возможность отгородиться от неизвестных пользователей Темной стороны, конечно, имела свои преимущества. Но сейчас они могли обречь ее на гибель. Ее щиты были слишком хороши для любителя, и она не была достаточно искусна, чтобы скрыть их. Вейдер узнает, что она прошла обучение. И его следующий вопрос - у кого.

Отказаться от них тоже было нельзя. Ей нужно было многое от него скрыть. Судьбы обеих Звезд Смерти, все планы будущего Альянса, генерала Кеноби, Йоды, Хана, Бена, Люка и ее саму. Да, она и раньше скрывала от него, но тогда она пыталась скрыть от него только одно. Это было все равно, что пытаться удержать каплю воды на месте, пока кто-то ее толкает. Теперь же она пыталась удержать в руках лужу воды, не расплескав ни капли. Итак, никаких пыток, избегать пыток любыми средствами.

Так что просто скажу ему название базы, когда он войдет сюда. И что тогда произойдет? Вейдер был основателен, он не стал бы просто верить ей на слово. Как только его разум коснется ее, чтобы подтвердить то, что она ему сказала, Вейдер узнает о тренировках, которые она прошла у Люка. Она вернулась бы к тому, с чего начала. Как избежать этого? Ответ заключался в том, что избежать этого невозможно. Она нахмурилась: а что если пойти другим путем? Что, если она расскажет ему о них?

- Да, - сказал голос в ее голове, который звучал из уст Хана. - Блестящий план. Скажи ему, что ты в тридцати четырех годах от будущего, и за это время какой-нибудь джедай обучит тебя. Уверен, он в это поверит. - Она рассмеялась над нелепостью реакции Вейдера на это заявление. Затем она обдумала сценарий до конца. Почему бы ему не поверить ей? Она не лгала, он бы это почувствовал. Он определенно не ожидал ничего подобного. Шок и любопытство могут заинтриговать его настолько, что он согласится подыграть ей. Ей придется быть очень осторожной и очень умной, чтобы удержать его от тем, которые было бы опасно обсуждать, но это было возможно. Так можно выиграть время, пока Люк и Оби-Ван не придут за ней. Не попасть под пытки, не раскрыть ничего важного, не потерять концентрацию.

Так что, придерживаться того, чтобы говорить правду. С определенной точки зрения.

***

Когда он появился, Лея была предупреждена темным облаком силы, окружавшим его. Она чувствовала, как волосы на ее затылке поднимаются, по мере того как он приближался. Она встала со скамьи, на которой медитировала, чтобы успокоить свой разум, и выбрала позицию в центре. На этот раз она не будет забиваться в угол.

Дверь открылась, и на мгновение Лея забыла обо всех своих возвышенных идеях и планах, когда его присутствие захлестнуло ее. Ранее, на летной палубе, она не была так близко к нему. И она была в таком шоке, что не обращала внимания на его детали. Теперь они вернулись к ней. Когда он спускался по лестнице и шел ей навстречу, она удивлялась, как могла забыть, что он действительно такой высокий. И дело было не только в ее страхе, который усиливал его возвышение над всеми. Его маска, по форме напоминающая голову смерти, с острыми углами и черными глазами, была достаточно близка к лицу, с жутким безжизненным взглядом, чтобы вызвать у кого угодно кошмар. Затем было дыхание, этот ровный и внушительный звук, который в маленькой комнате звучал еще громче, чем обычно. От его шума у нее по позвоночнику пробежали мурашки. Она забыла о его ровном ритме. Этого было достаточно, чтобы заглушить все более высокий звук дроида-дознавателя.

- А теперь, Ваше Высочество, мы обсудим местоположение вашей скрытой базы повстанцев. - Дверь с грохотом закрылась за ним, точно в такт его словам. Театральность жеста заставила Лею сосредоточиться. Она должна была быть здесь, а не тогда. Затем она заметила двух охранников, одетых в черное, стоявших по обе стороны двери. Она забыла о них, торопясь подготовиться к более серьезной угрозе, которой был Вейдер.

- Это все еще Имперская практика, что эти "сеансы", - она с усмешкой произнесла это слово, - не записываются?

Возникла пауза:

- Что? - Недоумение, она начала с отличного начала.

- Ведется ли запись? - спросила она снова.

- Нет, - сообщил он ей, говоря медленно, - это не записывается.

- Хорошо, - твердо заявила она. Теперь появилось чувство озадаченности. Как будто он пытался угадать, в какую игру она играет.

- Да, с этим ему повезет, - прошептал голос Хана в ее сознании.

- Ты захочешь отослать их прочь, - произнесла она своим лучшим властным голосом, которому ее научила политика, и помахала рукой охранникам.

- Я отошлю? - казалось, он стал увереннее.

- Да, мне нужно сказать несколько вещей, которые вы не захотите, чтобы услышал Таркин.

- Шантаж? - теперь он казался забавным. - Я думал, что стандарты члена Имперского Сената исключают подобные действия. - Был ли сарказм действительно необходим, подумала она про себя.

- Вы захотите, чтобы они ушли, - снова заявила она. Ей не нужны были свидетели этого маленького спектакля, и чем меньше людей в Империи будут знать о том, что она собирается сказать, тем лучше.

- Очень хорошо, - отмахнулся он от них взмахом руки. Второй достал небольшой пульт, и дверь с грохотом открылась. Вейдер наблюдал за ней, явно пытаясь понять, не собирается ли она броситься на дверь, но она просто стояла и ждала, пока дверь закроется, прежде чем заговорить снова.

Она указала на дроида, который своим высоким писком уже начал причинять боль ее ушам.

- Это не сработает, - категорично заявила она.

- Уверяю вас, принцесса, сработает, - раздался глубокий голос.

Она сделала глубокий вдох, центрируя свой разум и позволяя своему инстинктивному раздражению по поводу титула принцессы улетучиться.

- Когда я говорю, что это не сработает, я говорю на основании опыта, а не убеждения. Это не сработает. Твой дроид накачает меня наркотиками - ничего не выйдет. Вы бьетесь о мои ментальные стены, и это не сработает. Таркин угрожает Альдераану этой механической мерзостью. Это тоже не удастся. Я не скажу вам, где находится база.

Возникла пауза:

- Опыт?

Она фыркнула.

- Да, я легла спать в худший день своей жизни и проснулась, чтобы обнаружить себя в прошлом во второй худший день своей жизни. Как опыт, не рекомендую. - Она начала кричать, чтобы компенсировать все более громкий звук пыточного дроида.

Теперь вокруг него царила неуверенность. Он наклонил голову, мгновение изучая ее. Затем он сделал жест, и дроид прекратил свой настойчивый высокочастотный вой. Лея внутренне вздохнула с облегчением. Он решил, что хочет подыграть ей.

- Это интересный подход к избеганию допроса, - сказал он.

- Вы думаете, я лгу?

- Нет, - ответил он, - Вы верите, что говорите правду. Но слабый ум может найти убежище в разных вариантах.

Она подняла бровь:

- Вы думаете, я рехнулась?

Он сделал три шага перед ней, прежде чем размеры камеры заставили его остановиться. Сцепив руки за спиной, он уставился на нее:

- Нет, - признался он, - не считаю.

Она пожала плечами.

- Тогда это безвыходная ситуация.

- То, что вы утверждаете, невозможно, - сообщил он ей.

Она сдержала свой первый ответ, сделала успокаивающий вдох и ответила:

- И все же я здесь. - Она жестом указала на камеру вокруг себя.

- Зачем признаваться мне в таком? Если это правда, то в вашем распоряжении события будущего. Это сделает вас более ценным источником разведданных, а не менее.

Ну да, но альтернатива была еще хуже.

- Вы бы поняли, что что-то не так, как только прикоснулись к моему разуму.

Он хмыкнул, и она почувствовала, как рассеянно ощущает прикосновение этой силы к своим щитам. Затем ярость, горькая, острая и режущая, заполнила Силу. Он выпрямился во весь рост и зашагал к ней, его сапоги поглотили небольшое пространство. Лея заставила себя не отступить, когда он остановился в нескольких дюймах от нее.

- Ты - джедай! - шипел он. В этом слове было столько ненависти.

- Нет.

- Ваша ложь не спасет вас, ваше высочество. Не здесь.

- Я не джедай, - она издала короткий горький смешок, - Но Сила сильна в моей семье. - Она посмотрела через его плечо на притихшего дроида. Она подняла палец, и он закружился по кругу, попискивая в знак протеста. Она вернула взгляд к его маске. - Я не останусь беззащитной ни на одном поле боя, лорд Вейдер. Меня научили защищаться и перемещать небольшие предметы, не больше. Только несколько маленьких трюков.

Она почувствовала, как его ярость немного остыла, и он отступил назад, давая ей немного больше пространства.

- И кто же тебя научил?

Теперь на ее лице появилась настоящая улыбка:

- Очень мудрый любимый человек.

- Имя этого джедая? - потребовал он.

Она покачала головой.

- Нет. Есть много вещей, которые я расскажу вам, но не это.

Он снова совершил эту бесполезную прогулку, явно пытаясь думать. Она сделала несколько вдохов, чтобы успокоиться, пока он отвлекался. Держать его в равновесии, держать его в гневе, но не провоцировать эту ярость в полный рост. Он бросится вперед, и она потеряет то немногое, что у нее было в этой ситуации.

- Я явно мертв в этом вашем будущем, - наконец решил он.

Она выдохнула через нос:

- Да, - стараясь не выдать своего триумфа.

- Как? - казалось, что он больше всего на свете смирился.

Она задумалась на мгновение, прикидывая, какой вред это может принести. Затем она мысленно пожала плечами. Пусть ублюдок знает.

- Палпатин убил вас.

- Понятно. - Он не выглядел шокированным ее ответом. Он продолжал вышагивать.

Она вскинула бровь.

- Вы не выглядите удивленным. - Мысленно Лея ругала себя. Глупо. Не задавай вопросов, просто отвечай.

Теперь он пожал плечами:

- Это путь ситхов. Есть мастер и ученик. Чтобы достичь мастерства, ученик убивает мастера. Неспособность сделать это приводит к смерти ученика.

Она уставилась на него:

- Это ужасный способ жить. - Почему она все еще говорила? Ей было наплевать на все это.

- Тебе не понять пути Темной стороны, - серьезно произнес он, - Ее истинная сила подвластна только сильным. - Она наклонила голову, что-то было не так в этом заявлении. Он не лгал, не прямо. Он верил в это. Нет, он сказал это так, как будто должен был верить. Это было интересно. Давайте потянем за эту нить немного дальше.

- Мне сказали, что только слабые падают на Темную сторону.

Он пренебрежительно махнул рукой:

- Это ложь, которую джедаи говорят сами себе. Только сильные выживают на пути ситхов. - Он говорил, как Бен, в том последнем бешеном разговоре, который она вела с ним перед тем, как он сбежал. На мгновение Лея почувствовала, что камера, в которой она находилась, закрывается от нее, когда ее мысли переключились на сына. Он звучал так потерянно и решительно. Она не могла разобрать бессвязный монолог, который он ей произнес, а потом передача прервалась. Позднее она узнала, что он это сделал. Потом, конечно, она узнала, что он сделал перед тем, как позвонить ей.

Она мысленно встряхнулась. Она не ожидала, что во всем, что ее окружало, будет именно такое эхо. Не здесь и не сейчас. В разговоре с Вейдером, из всех людей. Но, возможно, в этом и был смысл. Может быть, она могла спасти не только Альдераан.

Он вернулся к своим шагам, все еще явно пытаясь понять, что делать дальше.

- Почему вы упали? - спросила она, надеясь, что ее голос был ровным. Она не предполагала, что разговор пойдет именно так, но это было необходимо.

Он остановился, и его голова наклонилась в сторону:

- Что? - От него исходило замешательство.

- Почему вы пали? О чем вы думали?

- Вы не можете быть заинтересованы в том, чтобы присоединиться ко мне.

Итак, он явно понимал, что она, по крайней мере, так думает. Но у него могли быть ответы на некоторые вопросы, которые она задавала Бену. Больше ей некого было спросить, даже в свое время. Однако здесь ей нужно было быть осторожной. Люк рассказал ей, как плохо он реагировал на то, что его называли старым именем.

- У вас было другое имя, другая жизнь, - пояснила она. - Зачем уходить от этого?

Паника, настоящая клокочущая паника.

- Вы знаете, кем я был? - Он вдруг попятился от нее, как будто она неожиданно оказалась гораздо более опасным противником, чем он ожидал, и ему нужно было расстояние.

Она нахмурилась. Этого она не ожидала. Она ожидала гнева или, возможно, отрицания, но не этого всепоглощающего чувства беспомощности.

- Да? - неуверенно ответила она, не понимая причины перемены его настроения.

Чувство только усилилось. Она оказалась в странном положении, предложив себе успокоить его. То, что он паниковал по этому поводу, ей не помогло бы.

- Я не собираюсь никому рассказывать. Кто мне поверит?

Его поза немного расслабилась. Однако он продолжал шагать, так что он явно верил ей, но был обеспокоен тем, что она знала.

- Я спрашиваю вас снова, кто ваш наставник? - Это была одна из наименее тонких смен тем, которые она слышала. Но пока она не поймет причину его паники, она будет ему подыгрывать.

- Никто из тех, с кем вы успели познакомиться, - ответила она.

- Но я их встречу, - надавил он.

- Будь моя воля, нет. Их первая встреча с вами прошла не очень хорошо.

- Если я не убил их при первой встрече, значит, все прошло для них очень хорошо, - сообщил он ей. - Лишь один джедай ускользнул от меня.

Она удивленно моргнула и изо всех сил постаралась не показать этого ни на лице, ни в Силе. Он лгал ей. Это было неважно. Более интересным был вопрос о предмете этой лжи. На данный момент генерал Кеноби был единственным джедаем, которого она знала и который сбежал от него. Были ли другие?

- Вторая встреча прошла для них лучше? - продолжил он.

Она подумала о затравленном взгляде Люка и кошмарах, последовавших за Эндором. Он достиг одной формы мира, но заплатил за это тяжелую цену в других областях.

- Нет

- Потому что они потерпят неудачу, пытаясь убить меня?

Она фыркнула.

- Кто сказал, что они пытались?

- Ты не лгала раньше. Император убьет меня. Так что очевидно, что этот "мудрый любимый" потерпел неудачу.

Опять сарказм.

Она издала небольшой смешок.

- О, нет. Они преуспели именно в том, к чему стремились. Большие цели, большое сердце и ясное видение помогут кому-то далеко продвинуться в этой жизни.

- Вы любите их. Безмерно. - Он выглядел удивленным. Неужели по какой-то странной метрике ситхов она считалась неспособной любить?

Она слабо улыбнулась.

- Мою вторую половину. И я снова заявляю, вы не узнаете от меня их личности, сколько бы вопросов вы ни задавали.

- Кто же тогда их обучал? Или эта фанатичная преданность распространяется на всех?

- Я считаю, что жизнь часто является лучшим учителем, - невозмутимо сообщила она ему.

Послышался шум раздражения.

- Не играйте со мной в словесные игры. - Наступила пауза, поскольку он явно обдумывал возможные варианты. - Это был Джаррус?

Проклятье, теперь он стал конкретным.

- Нет, это было много людей.

- Джедаи практически вымерли. Их осталось не так уж много, чтобы не быть учтенными. - Он сделал паузу на мгновение, казалось, собираясь с мыслями. - Асока Тано?

- Нет, - сказала она, удивленная тем, что дала прямой ответ. Она не знала, что Фулкрум была джедаем.

Наступило долгое молчание.

- Это был Оби-Ван Кеноби? - Это имя было произнесено с чувством предвкушения. И было чувство тоски? Да, это была тоска, клубящаяся в Силе. Тоска по чему? Предвкушение при мысли об убийстве Кеноби Лея понимала, но тоска?

Хотя эта мысль была интересной, она не имела отношения к делу. Она не видела никакого способа выкрутиться из этой ситуации. Она не хотела нарушать этот тонкий диалог между ними, солгав ему напрямую, а о том, чтобы назвать имя Йоды, не могло быть и речи. Это не имело значения, в конце концов, Кеноби придет, и разница в несколько часов не будет иметь большого значения. Она знала, что он, скорее всего, придет.

- Да, - согласилась она.

В его голосе прозвучала уродливая усмешка.

- Он жив?

- Вы считаете, что я лгу? - усмехнулась она в ответ.

- Нет. - Он отошел от нее, к двери, как будто хотел выйти сейчас и начать охоту. Лея моргнула, вот так просто, и база Повстанцев перестала быть важной? Если бы она знала, что это так важно для него, она бы первым делом сказала ему об этом и отправила его на Татуин. Это дало бы ей те часы, которые ей были нужны, и не пришлось бы терпеть его присутствие. К тому времени, когда Вейдер доберется до этого пыльного шара, Кеноби и Люк уже будут далеко.

Он дошел до двери и остановился.

- Вы знаете, где сейчас Кеноби? - Он был не настолько рассеян, чтобы не спросить дорогу.

- Нет. - Она смутно представляла, где он находится, но не в деталях.

- Вы знаете, где он прятался последние двадцать лет?

Лея колебалась. Вейдер был родом с Татуина. Он мог бы поинтересоваться, почему генерал выбрал для изгнания именно "какую-то планету внешнего кольца".

- Вроде того, над которым мы застали ваш корабль? - поинтересовался он.

Проклятье, он собрал это воедино.

- Да.

- Оби-Ван Кеноби провел последние двадцать лет на Татуине? - недоверчиво спросил он. - Если бы я проектировал тюрьму для его содержания, она не могла бы быть хуже этой. Теперь в его голосе слышалось злобное веселье. Очевидно, он не питал никакой любви к своей родной планете. Побывав там, Лея оказалась в странном положении, когда согласилась с ним. Хатты, песок и враждебные аборигены - это была не та планета, на которой добровольно проводят время.

- Что он вам сделал? - спросила она, несмотря на любопытство.

- Это из-за него я в этом костюме. - Значит, Люку сказали правду об этом. Им было интересно. Ну, она задалась этим вопросом вслух, и Люк не укорял ее за то, что она сомневается в его правдивости.

- Тогда это его ошибка. Он должен был дать вам сгореть, а потом убить, - она чуть не прикусила язык. Откуда это взялось? Ну, она знала, откуда. Просто это было намного сложнее, чем она ожидала, находясь с ним в этой комнате. Она вздохнула, ей нужно было сосредоточиться. Она не могла позволить этому перейти на личности.

- Такая ненависть, ваше высочество. Интересно, почему? - Он задумался на мгновение. - Сила сильна в вашей семье. Ваши родители? - пробормотал он, глядя на нее в поисках подтверждения. - Один из них был джедаем? - Теперь он решился на это.

Глубокий вдох. Это правда, пусть он услышит ее, как бы больно она ни была для него лично.

- Мой отец.

- Ах, это объясняет, почему Бэйл знал, что нужно подделать результаты ваших тестов. -Она пожала плечами. По правде говоря, она понятия не имела, как ее отец провел ее через это. Анализ крови был обязательным для всех граждан Империи. Так было безопаснее. Ей нечего было сказать.

- И я убил этого человека, принцесса? - Она покачала головой, удивляясь, почему он сделал такой вывод? - Так вот откуда эта ярость по отношению ко мне? Ваш давно потерянный отец-джедай?

Это было слишком близко к правде. Она приняла ярость, которую вызвал этот вопрос, и пустила лед по венам:

- Вы пытали меня, дважды. Разрушили мою семью, выследил почти всех, кого я люблю, и оставил после себя ядовитое наследие. Разве этого не достаточно?

Раздалось насмешливое фырканье, несмотря на то, что оно было искажено его вокодером.

- Не для этого, нет. Это глубоко личное для вас, эта ненависть. Я чувствую ее вокруг вас.

Она шипела:

- Да, в каком-то смысле я полагаю, что вы его уничтожили. - Пусть задумается.

- Могу сказать, что, вероятно, я не получил никакого удовольствия от этого поступка.

- И могу ли я сказать, что это меня очень утешает, - ехидно ответила она.

- Это было необходимое зло, джедаи сбились с пути. Ты бы нашла своего биологического отца плохой заменой Органе.

Она горько рассмеялась:

- В целом, вы, наверное, правы насчет его пригодности в качестве родителя. Но это не значит, что ваш поступок был оправдан. Моя семья - не единственная, которую вы разорвали на части. Вся галактика заплатила за ваши решения, и я хочу знать, почему!

- Я ничего вам не должен. Но почему это так вас волнует? - его снисходительный тон действовал ей на нервы. Ничего ей не должен? Он был должен ей все.

- Мой сын пал, - выпалила она в ответ, теряя контроль над своим самообладанием и выдавая ему правду, прежде чем она успела подумать об этом. Он сделал паузу, заметно удивившись.

Его голова наклонилась.

- Значит, он потерян. - В его голосе не было ликования или триумфа, просто констатация факта.

Она покачала головой в знак отрицания.

- Нет, - твердо сказала она, - нет.

- Невозможно вернуться.

- Это возможно. - настаивала она.

- Ваше высочество, это не тот случай, когда вы можете применить свою волю и сделать так, чтобы это произошло. Это невозможно, - читал он лекцию.

Но это возможно. Вы сделали это. Она прикусила язык, это было не то откровение, которое она могла раскрыть без катастрофических последствий.

- Вы боитесь тех сил, которые он принял?

Был ли он намеренно медлителен? Задумывался ли он когда-нибудь о них? Планы и надежды на будущее ее и Люка.

- Нет, - сказала она медленно, словно разговаривая с особо тупым политиком. - Он мой сын. Я хочу, чтобы он был счастлив. Чтобы он влюбился. Чтобы смеялся. Чтобы у него была радость. Ничего из этого Темная сторона не дает.

Его внезапное молчание при этом заявлении было тревожным:

- Тогда ему очень повезло с такой матерью. - В его словах прозвучала какая-то нотка, словно она задела что-то глубоко внутри него. Лея обдумала основные сведения, которые Люк знал об их бабушке по отцовской линии. Шми Скайуокер была рабыней. Она была освобождена и вышла замуж за своего бывшего хозяина. Она была убита песчаными людьми. Тетя Люка относилась к ней с большим уважением. Но Лея никогда не говорила с Люком о чем-то большем. Теперь она жалела об этом решении. Не зная больше, она не хотела продолжать разговор на эту тему.

- Как он пал? - спросил Вейдер. Он выглядел искренне любопытным.

- Почему, по-вашему, я продолжаю спрашивать вас? - надулась она.

- У меня нет для вас ответов. Я пал, когда джедаи предали Республику.

О, это было роскошно.

- Вы предали Республику.

- Вы говорите о том, чего не понимаете, - укорил он ее.

- Потому что вы не хотите отвечать на мои вопросы. Я спрашиваю не для развлечения. Чтобы выиграть время - да, но не для развлечения.

- Вам следует спросить своего сына, - раздраженно ответил он.

Она бросила на него неверящий взгляд.

- Я бы спросила, но его еще не существует, так что это будет сложно.

- Не будьте тупицей. Вы должны были спросить его тогда. - Его гнев снова нарастал, и она почувствовала, что ее гнев поднимается, чтобы ответить на его намеренное уклонение от ее вопросов.

- Я пыталась, - прошипела она сквозь стиснутые зубы, - но он сказал только, что принимает свою судьбу и убежал.

- Куда сбежал?

Она открыла рот, чтобы ответить, и закрыла его, когда поняла, что чуть не рассказала ему о Первом Ордене. Она была так сосредоточена на том, чтобы следовать за этой нитью, что почти забыла об этом.

- А, - пробормотал он, - он нашел Императора, не так ли?

- Развратный старик влил яд в его мозг, да, - ответила она.

- Он принял истину. Вы тоже должны. - Дарт Вейдер читал ей лекцию о личных истинах? Хэн упал бы со стула от смеха, если бы знал.

- Да, как благородно, правительство бандитов и тиранов. Мы все должны стремиться к таким высоким вершинам, - усмехнулась она.

- Империя приносит порядок. Она приносит мир, - настаивал он.

- По мнению ситхов, мир - это ложь. Что все дело во власти, - ответила она, используя то немногое знание философии ситхов, которым обладала.

- Без силы нет порядка, - произнес он, аккуратно обойдя острые вопросы идеологии ситхов. - Без силы есть только хаос.

Кого именно он пытался убедить этой фразой?

- А люди, которые не хотят и не могут подчиниться? Они просто сопутствующий ущерб в вашем стремлении к порядку?

- Если они не хотят подчиняться, тогда да, они сами на себя это накликали. - Неужели он действительно верил в эту чушь? Что даже малейшее неповиновение влечет за собой массовые разрушения? Что это цена, которую нужно заплатить за галактический порядок?

Она шипела:

- Как удобно для вас. Все, кто выступает против вас, - враги мира, а не просто хотят жить своей жизнью и чтобы их оставили в покое. И кто вы такой, чтобы решать, что лучше для всей галактики?

- Не я. - сказал он слегка насмешливо - Кто-то мудрый.

Ее рот открылся:

- Палпатин! Палпатин! Вы думали, что он будет хорошим выбором для диктатора? Тот, кто не заботится ни о чем, кроме себя? Вы оглядели галактику разумных существ и решили, что он - то, что лучше для галактики?

- Он был всем, что у меня осталось. - Ее глаза сузились, там что-то было. Какая-то нить отчаяния и горя, которая дразнила край ее чувств. Она мысленно встряхнулась. Нет, это был не тот вопрос, на который она хотела или должна была получить ответ прямо сейчас. Пора было вернуть разговор к его первоначальному вопросу.

- Меня не интересуют философские дебаты о тирании и демократии. Я хочу знать, почему вы пали.

- Вы проявляете чрезвычайный интерес к событиям, которые произошли давным-давно. Почему вас это волнует? - теперь к гневу присоединилось отчаяние.

- Вы видите вокруг множество падших людей? Неужели в этой галактике так много пользователей Силы, что я как-то пропустила? Как бы мне ни было неприятно, но я могу спросить только у вас. Я должна понять, что случилось с моим сыном.

Его руки опустились на пояс, пока он размышлял над этим.

- Это не вся правда.

- У вас нет детей, - он вздрогнул? - Так что, возможно, вы не можете понять, почему я хочу вернуть его. Если я пойму, почему вы ушли от всего, что у вас было, может быть, я смогу понять, почему он тоже это сделал. Почему он причинил мне такую боль?

- Вы сказали, что не разговаривали с ним после того, как он пал. Что он сделал после этого, чтобы причинить вам такую боль? - Конечно, теперь он решает обратить внимание на то, что она ему рассказала. А затем задать самый болезненный из всех вопросов. Ее боль, боль, с которой она жила с тех пор, как Люк рассказал ей о нем, с тех пор, как она поняла, что у нее украли, с тех пор, как Бен поддался тому же безумию, с тех пор, как это безумие стоило ей всего, ради чего она работала, перелилась через свою плотину в ее сознании. И вместе с ним пришла ее эмоция-близнец, ее гнев. Она уставилась на человека, который все это начал. Он отбросил их ради какого-то помешанного на власти ситха и какой-то искаженной философии о порядке, власти и допустимых потерях. Выбор, за который все, кого она любила, все еще расплачивались тридцать лет спустя.

- Он убил своего отца!!! - завыла она, ее разочарование в нем развязало ей язык. - Он убил его, и за полгалактики от него я чувствовала, как вырывают мое сердце, и не могла дышать от боли. И я хочу знать, почему он отвернулся от всех, кто его любил. Предал всех, кто любил его, ради ложных обещаний ненормального старика, который только и делал, что лгал ему!

Его ответная ярость в Силе была шокирующей в своей резкости. Она зашла слишком далеко. Что-то, что она сказала, лишило его контроля, и затаившийся гнев теперь был в полной силе. Голос, звучащий через вокодер, излучал презрение и ненависть:

- Ваша ненависть ко мне пробивается сквозь эти столь заботливые джедайские щиты, миледи. Для вас я, несомненно, неисправимый монстр, а он всего лишь "потерянный". Но что я сделал такого, чего не сделал он? Вы спрашиваете и спрашиваете, почему я пал, но я скажу вам так, ваше высочество, ответ не спасет вашего сына. Не сейчас и уж точно не тогда. - Он наклонился, его маска почти касалась ее лица. Лея почувствовала, как по позвоночнику пробежала ниточка страха, впервые забеспокоившись, что он может убить ее прежде, чем узнает от нее что-то полезное. Она не была уверена, что он осознает что-то, кроме своего желания причинить ей боль. - Он мертв. Тот, кто идет на его месте, не тот, кому вы бы дали хоть каплю сострадания при любых других обстоятельствах. Вы готовы оказать "милость" прощения только потому, что он - ваша кровь? Как лицемерно.

Потому что он был ее крови? Именно из-за ее крови началась вся эта проклятая неразбериха. Из-за этого возвышающегося темного механического полудроида-получеловека. Который убил ее отца, ее мать, ее планету. Сколько боли он причинил галактике, какое наследие боли и предательства он оставил ей, Люку и особенно Бену. На мгновение Лея потеряла дар речи от ярости. И он посмел сравнивать себя с Беном? Это он виноват в том, что ее сын стал мишенью. Она выплеснула ему в лицо слова, отбросив осторожность, чтобы нанести максимальный ущерб.

- Ревнуете, что некому простить вас за убийство жены?

Сила так резко сжалась вокруг Вейдера, что было больно ощущать ее удар. Затем она вырвалась и обхватила ее горло. Лея в панике инстинктивно схватилась за руки, которых там не было. "Нет", - подумала она и заставила свои руки опуститься. Левая сформировалась в кулак, и на мгновение она сосредоточила в нем все свои силы. С определенным жестом она изо всех сил ударила кулаком в воздух перед собой. Вейдер вскрикнул, когда Сила ударила его в солнечное сплетение, отбросив через всю комнату. Невидимые руки внезапно прекратились. Задыхаясь, Лея опустилась на колени, вдыхая воздух и стараясь не обращать внимания на мелкую дрожь, вызванную ее яростью.

- Почему вы пали? - прохрипела она, ее горло болело. Позже на ее шее останется кольцо глубоких синяков.

Он не ответил ей. Просто прислонился к стене, сориентировавшись.

- Почему? - повторила она, медленно поднимаясь на ноги.

Он покачал головой в молчаливом отрицании.

Будь он проклят. Будь он проклят. Будь он проклят. Хоть раз в своем жалком существовании он мог дать ей что-то, кроме потери и предательства?

- Почему? - причитала она.

- Ради нее!!! - закричал он, потеря и боль пробивались даже сквозь монотон, почти сбиваясь на бессвязность. "Я везде видел только ее смерть. Неважно, какой выбор я сделал! Джедаи сказали мне только смириться с потерей и отпустить. Но Палпатин, он обещал, что сможет спасти ее!!! Я потерял свою мать, я не потеряю ее! - Затем ярость просто испарилась, когда его голова упала, обессиленная, от ее пробуждения. - И все было напрасно.

Лея знала этот страх. Знала его до мозга костей, как старую нежелательную боль. Она пронесла его через долгие годы борьбы с Империей. Через годы "мира" Новой Республики. Через горькую борьбу с Первым Орденом. Когда у тебя отбирают весь мир, остается страх. Этот постоянный голос говорит вам держаться как можно крепче за тех, кого вы любите, потому что их заберут. Или, что еще хуже, их используют против тебя. Как Бен был использован против нее. Как ее использовали против Люка. О да, она знала это слишком хорошо. Это было жить, ведомая потерей и болью, такой острой, что ты готова на все, лишь бы она ушла.

- Я потерпел неудачу, - продолжал он. - Остались только я, Палпатин и галактика в хаосе. Джедаи сделали меня оружием, и я стал им в полной мере. Я должен был навести порядок в галактике. И я не позволил ничему встать на моем пути.

- Ты вернулся к тому, что умел, - глухо сказала Лея.

- Да, - уныло согласился он, не реагируя на ее ужас перед этой гранью своей личности. Возможно, это было не так уж удивительно. Боль и горе, которые окружали его, обжигали ее разум. Оплакивал ли он когда-нибудь эту потерю по-настоящему? Сталкивался ли он с ней вообще за последние девятнадцать лет? Или он поступил так же, как и она, зарывшись так глубоко, что ей оставалось только обходить ее стороной?

На мгновение Лея почувствовала жалость к нему. Вейдеру, как никому другому в галактике. Потом слово "ее" засело в ее сознании, и ярость и боль нахлынули снова. Он не думал о них, не видел их.

- Ты договорился за нее, но не за ребенка! - выплюнула она, праведное негодование переполняло ее.

Вейдер повернул голову:

- Ребенок?

- Да, ребенок, - повторила она, раздраженная его тупостью.

- Нет, - сказал он медленным размеренным тоном, - Я не делал этого, потому что Палпатин не знал.

Это не был ожидаемый ответ. Лея не знала, как к этому отнестись. Вейдер не сказал Палпатину? Почему?

Он продолжал в той же странной задумчивой манере.

- Я никому не говорил, и моя жена тоже. - Лея моргнула. Почему это был секрет? Почему они никому не сказали? Возможный шантаж? Протокол безопасности? Шла война. Он был высокопоставленным генералом, и Падме была столь же высокопоставлена в политической сфере. Лея, как никто другой, знала, насколько уязвим юный ребенок, чувствительный к Силе. - Мне остается только удивляться, откуда вы знаете о моем ребенке. Или о том, что у меня была жена. Это было запрещено среди джедаев, и никто из нас никому не говорил. - О, нет. Она оступилась. Сильно. Люк не рассказал ей об этой части доктрины джедаев.

Сердце Леи подпрыгнуло:

- Мой отец сказал мне. - она импровизировала. - Он сказал, что она умерла с ребенком.

Он резко поднялся во весь рост:

- Это ложь.

Слишком близко, слишком близко, слишком близко, пела Сила.

- Это был Оби-Ван? - прозвучало с такой уверенностью. Он подумал, что она защищает его бывшего учителя. Возможно, в своем стремлении выследить старого джедая он поверил бы.

- Да.

Он сделал паузу, явно удивленный:

- Это тоже ложь. - Он снова пересек комнату, плащ развевался на его каблуках. - Ты хранишь информацию обо мне, которую почти никто не знает. Даже после моей смерти я не могу придумать, почему вы стали бы искать это, и зачем. А когда я прошу у вас источник, полуправда, которой вы обладаете, иссякает, и вы выплескиваете ложь за ложью. - Он схватил ее за голову сильными металлическими руками, заставляя смотреть на него. Под кожаными перчатками она не чувствовала никакой отдачи.

- После вашей смерти я не хотела иметь ничего общего с вами или с тем, что связано с вами.

Он наклонил голову:

- Это правда. - Она выдохнула с облегчением, но он продолжал неумолимо: - Кто-то посчитал, что вам нужно знать. Кто был этот человек и почему он рассказал вам?

Лея чувствовала, как кибернетические пальцы сжимают ее голову в разочаровании. Ее мысли закружились, и она перевела взгляд через его плечо в отчаянной попытке избежать его взгляда. Правду сказать было нельзя. Йода был именем, которое она могла назвать. В шоке от этого откровения, возможно, он купится на это. Она отбросила эту мысль. Это даже не было достаточно близко к правде, чтобы он поверил ей. Она задела какие-то глубоко личные для него места, и он явно хотел устранить человека, который так уязвим для него. Может быть, Мон Мотма сработает. Она рассказала им о Падме. Пока она избегала того, почему Мон чувствовала необходимость рассказать ей об этом, Лея не подвергала ее большей опасности, чем та, в которой она уже была. Она открыла рот, и пальцы, обхватившие ее голову, резко прекратили свое карающее давление.

Ее взгляд вернулся к его маске. Он не отпустил ее, его руки все еще обнимали ее голову, но он был так неподвижен, за исключением дыхания. Сила, бурлившая вокруг них от его эмоций, просто остановилась. Лея почувствовала себя так, словно ее вырвали из жаркого летнего дня и поместили в самый тихий бассейн, который только можно себе представить. Он осторожно поворачивал ее голову из стороны в сторону, осматривая ее. Она чувствовала его пристальный, лазерно-острый взгляд, и на секунду, всего на секунду, ей показалось, что она видит тень его глаз.

Нет. Голос, не ее и не Люка, прозвучал в ее сознании, наполненный ужасом.

Его руки отпустили ее голову. Они нежно, так нежно, потянулись вниз и провели по ее шее. Именно там, где он всего несколько мгновений назад душил ее.

Нет. Сказала она снова, теперь уже с отрицанием.

Он отступил назад, спотыкаясь от спешки. Сила, за пределами этого спокойного бассейна, была водоворотом слишком многих эмоций, чтобы Лея могла их определить.

НетНетНетНетНетНетНетНетНетНетНетНетНетНет. Вопль отчаяния эхом отдавался в ее сознании.

Лея вздрогнула от громкого звука треска, раздавшегося в комнате. Она оглядела стены: по ним расползалась паутина трещин.

- Он знал? - выдохнул он в странном заикающемся ритме.

О, Сила, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Слишком поздно...

- Кто знал?

- Мой альтернатор, знал ли он, что ты его дочь?

Лея замолчала. Она глухо села на скамейку позади нее и свернулась калачиком, одновременно делая себя настолько маленькой, насколько могла в Силе. Она ждала удара.

- Я понял, - вот и все, что он сказал. Затем он повернулся, показал, чтобы дверь открылась, и вышел.


Часть 2

Примечания:

Вау, я был потрясен всеми этими похвалами, вдумчивыми размышлениями и добрыми словами. Серьезное спасибо всем вам. Надеюсь, вам понравится!


Текст главы

Лея сидела на скамейке и дрожала. Она пыталась сосредоточиться на дыхании, так как ей казалось, что она не может вдохнуть достаточно воздуха. Она посмотрела вниз и увидела, что ее руки неконтролируемо дрожат, а нога подпрыгивает вверх-вниз. Адреналиновый всплеск, отстраненно подумала она, вызванный рефлексом борьбы или бегства. Проблема была в том, что здесь не было никого, с кем можно было бы бороться, а она точно не могла улететь.

По всему телу выступил холодный пот, отчего в холодной комнате стало казаться, что она замерзла, так как температура ее кожи еще больше понизилась. Что она натворила? Где она ошиблась? Он расскажет Императору, ее отвезут на Корусант. И тогда все рухнет. Люк как-то сказал ей, что Император гораздо искуснее Вейдера в прощупывании разума. Палпатин узнал бы все, что она знала. Все! Люк, Оби-Ван, Йода, все планы будущего Альянса. Да блядь, возможно, были детали, о которых она забыла, и он мог бы извлечь их, которые оказались бы жизненно важными.

Ей нужно было выбраться. Она была здесь в ловушке. Идти было некуда, а Вейдер знал о ней. Второй по значимости секрет галактики, и Вейдер знал! Как он догадался? Она была так осторожна! Не так ли? Это не имело значения. Ей нужен был план. Затем она вспомнила о своем последнем плане, и ее мысли вернулись к вопросу о том, что же она натворила? И весь этот порочный круг повторился в ее голове.

- Сосредоточься, - шептала она себе. - Проклятье, сосредоточься. - Она встала и начала расхаживать по камере, пытаясь использовать энергию, которую ей дал всплеск адреналина. Ей нужно было приберечь остатки этого срыва на потом. Вейдер знал, скоро узнает и Император, а она все поставила на карту, - напомнили ей панические мысли. Как она могла сосредоточиться на чем-то, кроме этого?

Проблема заключалась не в этом. Об этом она побеспокоится позже, потому что сосредоточиться на этом сейчас не принесет ей ничего хорошего. Позже, когда она освободится отсюда, она разберется с последствиями этого. Сейчас же ее лучший вариант, возможно, единственный, заключался в побеге. Изменить план, который у нее был. У нее не было плана. Тогда ей нужно было его придумать. Что у нее есть в этой камере? Лея села обратно на скамью и начала делать глубокие вдохи, пытаясь заставить свое дыхание вернуться в более естественный ритм, пытаясь взять себя в руки. Оцените ситуацию, это ничем не отличается от любой битвы, где все полетело в пропасть, и вам нужно вносить серьезные коррективы на ходу. Отнеситесь к этому как к сценарию, который вы знаете и с которым знакомы.

Она была в камере на Звезде Смерти. Недостаток. Вейдер не пытал ее в данный момент. Преимущество. Он также не стал бы говорить Таркину, что это занимает слишком много времени. Преимущество. Таркин не отправился бы на Альдераан. Преимущество. Эта часть прошла по плану, Альдераану не угрожала непосредственная опасность. Даже несмотря на катастрофу, в которую превратился разговор, одна цель была достигнута. Однако неожиданный уход Вейдера создал еще одну проблему. Допрос был слишком коротким, а значит, Люк и Оби-Ван должны были прийти только через несколько часов. Возможно, весь ее мир был потрясен до основания, но она сомневалась, что прошло больше тридцати минут с тех пор, как Вейдер вошел в ее камеру.

У нее не было часов, и эта оценка была основана на том, что она все правильно запомнила. Что-то кольнуло ее в глубине сознания при этой мысли. Она прислонилась спиной к решетке и попыталась сосредоточиться. Закрыв глаза, она начала сосредотачиваться на окружающей обстановке. Жесткая скамья под ней, пронизывающий холодный воздух, заставлявший ее дрожать, неровности решетки под ногами. Через несколько мгновений она почувствовала, что техника работает, и ее разум начал выходить из спирали осуждения. Что она неправильно запомнила? Что она упустила из виду, когда собирала все вместе? Тогда надо воссоздать события с другой точки зрения. Семья Люка купила дроидов. R2 сбежал, Люк и C3PO последовали за ним, все они столкнулись с Оби-Ваном. Семья Люка была убита, они наняли Хана, чтобы тот доставил их на Альдераан. Вместо этого они нашли Звезду Смерти.

Глаза Леи распахнулись, и она села прямо. Они направлялись на Альдераан. Именно так они оказались у Звезды Смерти. На планете, над которой Звезда Смерти сейчас не вращалась и даже не направлялась к ней, благодаря ее изменению. Лея понятия не имела, где она находится, но это не имело значения. Они не собирались сюда лететь. В своем страхе и панике от того, что она оказалась здесь, она упустила из виду самый главный элемент своего первоначального побега со Звезды Смерти.

Именно здесь она совершила свою роковую ошибку с Вейдером? Думала, что знает больше, чем знала? Или, что еще хуже, не учла лишние тридцать лет, которые подточили края ее памяти? Она знала эту комнату досконально, она являлась ей в кошмарах на протяжении многих лет. Она не забыла ни одной ужасной вещи, связанной с ней. Но что касается остального? Если так, то сейчас она расплачивалась за свою гордыню. Это был ее худший кошмар, воплотившийся в жизнь: Вейдер был жив, он знал, а она застряла здесь. Она почувствовала, как ее дыхание снова стало укорачиваться, когда эта мысль снова громким эхом отозвалась в ее голове.

Если она не может доверять собственным воспоминаниям о том, что произошло, может ли она доверять чему-либо? Если она способна забыть такую важную деталь, то что еще она упустила? Страх снова начал разъедать ее разум, и она отчаянно боролась за самообладание. У нее не было на это времени.

Когда дверь открылась, ее голова закружилась так быстро, что она чуть не увидела звезды. Затем она прокляла себя за то, что не обратила внимания. Но этого действия было достаточно, чтобы ее инстинкты вышли на передний план. Этого было достаточно, чтобы ее сознание снова вырвалось из спирали. Вместо Вейдера у входа стояли три имперских офицера. Она издала небольшой вздох облегчения, а затем обругала себя за то, что снова позволила своему страху съесть ее здравый смысл. Она бы почувствовала приближение Вейдера. Его присутствие было едва уловимым.

Они быстро вошли в комнату, и дверь снова опустилась со зловещим стуком. Тот, кто стоял впереди, был лейтенантом, ИСБ, если она правильно поняла его приметы. Он был одет в мрачную оливково-серую форму офицера. По бокам от него стояли два унтер-офицера, одетые в черное, их лица слегка скрывали удлиненные круглые шлемы.

- Что вы ему сказали? - спросил старший офицер без всяких предисловий.

- Простите? - Она села прямее, напряженная и настороженная. Она не ожидала, что разговор пойдет именно так.

- Что вы ему сказали? Лорд Вейдер едва вошел сюда, затем вышел, убив двух охранников на двери, и покинул место заключения. - Он пристально следил за ее лицом, за ее реакцией. Затем его глаза расширились в шоке и переместились с ее лица на стену позади нее. Она недоумевала, что такого интересного он нашел в стенах, пока ее взгляд не упал на стены по обе стороны от двери напротив нее. Эти крепкие стены, которые, вероятно, были построены, чтобы выдержать лазерные инструменты, выглядели странно красивыми с трещинами. То, сколько энергии потребовалось, чтобы сделать нечто подобное, не могло быть пропущено. Лея вздрогнула, осознав, как легко он мог бы обратить эту ярость на нее. Лейтенант явно пришел к тому же выводу. Его лицо стало пепельным, он медленно повернулся кругом, осматривая комнату и отмечая, насколько широко распространились повреждения. Его голос дрогнул, когда он продолжил: - Даже для него это экстремальное поведение.

Какого хрена их волнует это? Это не могло быть связано с солдатами. У Вейдера была репутация убийцы своих подчиненных, которые его подвели, такое поведение не может быть настолько редким? Нет, охранники в коридоре ни в чем его не подвели. Она все еще была здесь, не так ли? Подумайте об этом как имперец. Зачем Лорду Вейдеру убивать их? Они были потенциальными свидетелями? Удобные мишени для его ярости? Практика? У этого импульсивного поступка должна была быть причина. И кто-то, где-то, решил, что хочет узнать эту причину. Особенно если они уже были в поиске слабого места или рычага давления на Вейдера.

Только не этот, подумала она, наблюдая за его нервным телодвижением. Он слишком далеко в командном звене, чтобы так рисковать. Оставался только один вариант, который был здесь, на этой станции.

- Вас послал Таркин, - сказала она категорично.

- Да, - неуверенно ответил он, которому явно не нравилось положение, в которое его поставила эта ловчая экспедиция. Он оказался между двумя самыми безжалостными командирами в имперской иерархии. Вейдер убьет его, если узнает, что он копал. Таркин убьет его, если не получит ответа.

- Великому Моффу весьма любопытно, что за тему вы подняли, что так разозлило лорда Вейдера. - Он указал на прибор, все еще висящий в воздухе без звука, раствор наркотика все еще четко виден в его игле. - И поскольку ясно, что Вейдер не использовал дроида, есть целый ряд тем, которые мы с вами будем обсуждать, кроме этой. - Цвет вернулся к его лицу, а тон к концу разговора перешел в ликование. Очевидно, это был человек, которому нравились более грязные аспекты его работы.

Замечательно, пытки снова были на повестке дня. Что ж, она не собиралась ничего рассказывать этому самоуверенному болвану. Только этого ей и не хватало, чтобы Таркин узнал о ее происхождении и высказал свое мнение по поводу этого фиаско. Только судьба знала, что он сделает. Хотя было бы интересно посмотреть, что Вейдер сделает с ним в ответ, шепнула ей холодная аналитическая часть ее разума. Если бы вся эта ситуация не касалась ее жизни, она была бы в восторге от того, что посеяла такой раздор в высших имперских чинах.

Затем Лея сосредоточила внимание на двух охранниках, стоящих по бокам от допрашиваемого. Поза их тела была свободной и расслабленной. Они явно находились здесь по протоколу, а не потому, что считали, что она представляет для них какую-то опасность. Она нахмурилась: уже много лет никто не воспринимал ее как реальную физическую угрозу. Да и с чего бы? Она была шпионом, да, но также и политиком, причем очень молодым. Она не показалась бы им человеком, обладающим достаточной подготовкой или знаниями, чтобы представлять для них реальную опасность. Они даже не подозревали, что Лея провела годы в рядах Повстанцев, а затем Сопротивления. Она была обучена, опытна и больше всего отчаянно хотела выбраться с этой проклятой базы.

Лея посмотрела на двух солдат, обдумала свои варианты и выбрала того, что стоял справа от нее, как лучший выбор. Она медленно встала со скамьи, намеренно сохраняя позу свободной и расслабленной. Она вошла в личное пространство лейтенанта и наклонила голову, чтобы посмотреть ему прямо в глаза.

- Вы действительно хотите знать, что я ему сказала?

- Да, изменница, хочу.

Она одарила офицера разведки своей лучшей солнечной улыбкой и решила, что правды будет достаточно, чтобы добиться нужной ей реакции.

- Лорд Вейдер выяснил, что я его биологическая дочь.

Офицер в шоке сделал шаг назад. Что еще более важно, по крайней мере для нее, два охранника повернули головы в ее сторону и, казалось, на мгновение остолбенели.

- И что теперь? - спросил лейтенант высоким голосом.

Лея воспользовалась этим драгоценным моментом замешательства и ударила кулаком в лицо офицера. Он вскрикнул и отступил от нее, а его руки инстинктивно схватились за нос, из которого уже начала сочиться кровь. Лея быстро выхватила пистолет у охранника справа от себя и подняла его, чтобы выстрелить в его товарища на другом конце комнаты. Охранник упал на пол, когда бластерный заряд попал ему прямо в сердце.

Охранник, чье оружие она украла, сумел опомниться и схватить руку, державшую бластер. Она тут же выронила его и вывернулась из его хватки, подавшись вперед, так что они оказались лицом к лицу. Она придвинулась ближе, чтобы ударить его коленом в пах. Он издал крик, и его рука инстинктивно ослабила хватку на ее руке. Он присел перед ней, и Лея быстро схватила его за подбородок и заднюю часть шлема. Быстрым рывком она свернула ему шею. Позволив ему упасть на землю, она с помощью Силы подняла похищенный бластер. Офицер пришел в себя настолько, что начал тянуться к своему оружию. Не раздумывая, она выстрелила ему в грудь, и он тоже рухнул на землю.

Задыхаясь - тело было не в лучшей физической форме, - она подождала, чтобы проверить, выдержит ли звукоизоляция. Когда не было слышно ни сигналов тревоги, ни гулких шагов, она положила бластер на скамью и принялась за работу, раздевая более низкого охранника. Она расстегнула ее боковые булочки и быстро заплела волосы в пучок, низко сидящий на голове. Закончив с этим, она сняла с себя церемониальное белое платье.

Она оторвала полоску ткани от нижней части платья, чтобы сделать импровизированный бандаж для груди. Хотя женщины не были редкостью в рядах имперцев, они были редкими и почти никогда не служили в войсках. Оставалось надеяться, что шлем нелепой формы скроет ее лицо от слишком пристального взгляда. И создаст иллюзию, что она на несколько дюймов выше, чем была.

Форма была не очень подходящей, слишком длинной в ногах и руках. Сапоги были немного больше, чем ей хотелось бы, но для образования мозолей потребуется некоторое время, и она надеялась получить замену, прежде чем это произойдет. Дополнительное пространство по бокам ноги помогло, когда она запихнула туда штанины. Она надеялась, что плохо сидящая форма даст ей необходимую прокладку, чтобы скрыть ее стройное телосложение.

Рукава были немного длинноваты, но она просто ходила с ними, застегнутыми сзади. Для человека, который носил только черные мантии с голыми костями, Император любил заставлять окружающих его людей щеголять в нелепых нарядах. У Леи не осталось приятных воспоминаний о приемах Имперского сената и двора. Наряды были сверх меры, и обычно в них было достаточно перьев, чтобы убить небольшую стаю птиц. Или столько ткани, что человек в них едва ли мог выйти из комнаты без личной свиты, чтобы помочь ему. А эта униформа была верхом непрактичности. Выглядели они устрашающе, как кошмар, и были настоящей помехой на поле боя. Этот шлем снижал видимость как минимум на треть. Даже если бы форма сидела на ней правильно, гладкие линии и очень плотное прилегание урезали бы диапазон ее движений. Даже если бы они выглядели очень профессионально, Лея предпочитала солдат, которые могли двигаться.

Она обыскала карманы офицера в поисках ключа удаленного доступа. В имперских тюрьмах не было внутренних панелей для доступа к двери. Дистанционный ключ всегда был у самого высокопоставленного чиновника, на случай, если понадобится быстрый выход. Она нашла его в его правом кармане. Она выпрямилась и направилась к двери чуть левее, придав себе как можно меньший профиль, чем снаружи. Она сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и подняла бластер. Приготовившись, она подала сигнал, чтобы дверь открылась.

Охранников не было. Она и не ожидала, что они будут. Таркин ограничивал количество людей, которых Вейдер будет допрашивать на этом "допросе". Учитывая, сколько времени люди на самом верху тратили на саботаж усилий друг друга, было удивительно, что хоть что-то удалось сделать. Новой Республике, возможно, мешали бюрократические разборки, но Империя была не лучше. И, по крайней мере, в новом правительстве шансы на то, что ты выйдешь живым из провала, были высоки. Так оно и было. Она выбросила из головы мысли о судьбе Хоснианской системы. Все было хорошо, Альдераан был в порядке, Хан был жив. Если хочешь, чтобы так было и дальше, двигайся.

Она вошла в пятиугольный проход, на ходу убирая бластер в кобуру, и направилась к станции наблюдения. Она шла целеустремленно, но медленно. С вероятностью пятьдесят на пятьдесят там все еще находились охранники. Но в комнате определенно были камеры, и любые быстрые движения и бег могли привлечь чье-то внимание. Когда она дошла до него, то облегченно вздохнула. Впервые с тех пор, как она проснулась, удача была на ее стороне, здесь никого не было. Она подошла к средней консоли и быстро просмотрела записи со своей камеры. Ей нужно было стереть последние пять минут записи... и, очевидно, троица агентов уже позаботилась об этом. Она смотрела на себя, сидящую на скамейке, бледную и осунувшуюся. Она мысленно отметила, насколько Таркин был заинтересован в этом. Он явно приложил немало усилий, чтобы скрыть от бюрократических глаз, что послал тех людей в ее камеру. Она задалась вопросом, убил бы он всех троих, даже если бы они заставили ее говорить. Она пожала плечами, это ее не волновало. Часы в ее голове предупреждали ее о необходимости идти, и она пошла к лифтам, покидая тот уровень, на котором находилась.

***

Лея слишком практиковалась в прохождении мест, где ей не место, чтобы позволить факту, что ей здесь не место, сбить ее с толку. Она шла вперед, как будто это были коридоры базы Сопротивления на Д'Каре. Нет, ее проблема была в этой проклятой архитектуре. Она хотела поглазеть на убранство: блестящие черные полы, серые стены трех интересных оттенков, круглые красные аварийные светильники вдоль коридора. Ощущение ретро во всем накладывало отпечаток нереальности. Она понимала, что находится в прошлом, но сейчас ей казалось, что она идет в него, и это жутко нервировало. Когда она наткнулась на группу офицеров, ей сознательно пришлось отвести глаза, так как она поняла, что засмотрелась. Имперская форма серо-зеленого цвета была такой же, как и у ее теперь уже мертвого лейтенанта, но прошло много лет с тех пор, как она видела столько офицеров в одном месте. Штурмовики в своих блестящих белых доспехах тоже казались ей ненастоящими. Только когда она поняла, что ожидает увидеть версию Первого Ордена, с ее едва заметными отличиями в дизайне, она поняла, почему они тоже вносят свой вклад в нереальность всего этого.

Она шла по коридорам, стремясь двигаться наружу. Ей нужен был отсек для одежды, а рядом с ним - терминал. Возможно, это было мелочью, но вскоре после его смерти Альянс взломал несколько имперских программ. Последний код авторизации Таркина был в числе информационных сбросов. Лея запомнила его как напоминание о том, что даже самых могущественных можно свалить. Она была несколько самодовольна тем, что если ей и удастся выбраться с этой базы, то только с помощью Таркина. Мелочность иногда может спасти жизнь.

Примерно через пять минут она обнаружила окно порта, выходящее в отсек для ангаров. В отсеке стояли три шаттла класса "Лямбда". Это были транспортные средства, способные совершать прыжки со скоростью света. Они не были быстрыми, но Лея не могла позволить себе быть разборчивой на данном этапе. Усмехнувшись про себя, она двинулась вдоль прохода, пока не нашла небольшой альков с небольшим банком терминалов для общего пользования. Сев перед ближайшим к двери терминалом, она быстро вошла в систему и поискала план этажа, где она находилась. Недалеко от нее находился шкаф с запасами униформы. Запомнив местоположение, она переключилась на журналы полетов и выбрала в ангаре корабль, который недавно заправлялся. Создав приказ, с кодом Таркина в качестве авторизованной отмены, она установила его на вылет через двадцать минут. Затем она, как могла, стерла журналы. Она встала и пошла по коридорам, пока не нашла шкаф с припасами.

Когда она вошла в кладовку, то, к своему облегчению, обнаружила, что она не занята. Она взяла оливково-серую офицерскую форму, быстро переоделась и положила сложенную черную форму в стопку с остальными. Положив шлем на полку, где они стояли, она пожалела, что нет блестящей поверхности, где она могла бы проверить аккуратность своего пучка. Она задрала воротник до самого верха, надеясь, что он скроет синяки, которые начинали давать о себе знать. Оставалось надеяться, что кожа была просто красной, а не сине-черной, но времени на решение этой проблемы у нее было в обрез. Лея фыркнула, у нее не хватало времени на многие проблемы. Она натянула на голову стандартную фуражку и направилась к вешалке.

Прибыв на место, она назвала номер рейса дежурному механику. Проверив свои распоряжения, он махнул ей рукой и она прошла на корабль. Позволив себе немного больше скорости, чем нужно, она поспешила к открытой рампе.

- Подождите минутку, - раздался сзади властный голос. Лея проглотила стон. Отлично, палубный офицер хочет поболтать.

- Да, сэр, - ответила она так почтительно, как только могла, и повернулась к нему лицом.

Насколько Лея могла судить, ему было около сорока лет. Среднего роста для человека, с русыми каштановыми волосами, несколькими шрамами от ожогов на левой щеке и поведением, которое говорило о том, что он не любит, когда кто-то лезет в его маленькую вотчину.

- Куда это ты собралась в такой спешке? - спросил он.

Лея внутренне застонала. Честный ответ был: "Ну, вы же видите офицера, мне нужно выбраться отсюда, пока никто не понял, что я сбежала из камеры". Она ответила:

- Мне приказано лететь на этом шаттле в сектор Каамас.

- Да, я получил приказ. Тем не менее, это не объясняет, почему вы так быстро ушли отсюда, - проворчал он, явно недовольный тем, что его день был нарушен.

- Послушайте, сэр, в любой другой день я бы с радостью позволила вам устроить мне разнос, переодеть меня и сделать все, что вы хотите, но вы случайно не видели, кто отдал приказ на этот рейс? - спросила она, играя роль измученной прислужницы.

Он возмущенно хмыкнул, глядя на свой полетный лист.

- Меня не волнует, что этот самодовольный адмирал думает, что он может просто щелкнуть пальцами и..., - его голос прервался, когда он зарегистрировал разрешение Таркина на приказ.

- Именно, сэр, - сказала она, добавив в свой тон немного мольбы. - Послушайте, это мой первый пост. Мне приказали сделать это и выдернули из перерыва на еду. Мне сказали, что нужно суетиться, двигаться быстро и не задавать вопросов. Я просто пытаюсь избежать удара сапогом по голове, если смогу помочь.

Он сглотнул, а раздражение сменилось сочувствием.

- Да, я не виню тебя. Идите, я скажу башне, чтобы она освободила вам дорогу.

- Спасибо, - сказала она, позволяя благодарности пропитать ее голос. - Я должна вам выпивку, когда вернусь.

- Да-да, - сказал он и побежал прочь, пока Лея продолжала подниматься по трапу.

Она выполнила предполётную процедуру и включила связь.

- Диспетчерская вышка, это рейс альфа-дельта-восемнадцать, запрашиваю разрешение на вылет.

- Вылет разрешен, рейс альфа-дельта-восемнадцать. Ваш путь свободен до точки меридиана, где вы можете войти в гиперпространство.

- Принято. - Лея запустила двигатели и оставила Звезду Смерти позади себя, не испытывая ничего, кроме облегчения.

***

В гиперпространстве Лея несколько минут сидела, дрожа, когда всплеск адреналина, с которым она боролась несколько часов, наконец, прошел через ее организм. У нее было немного времени до прибытия на Каамас, и она могла использовать каждую драгоценную минуту, чтобы успокоиться. Она сняла фуражку с волос и бросила ее на консоль. Она чувствовала, как нарастают беспокойство и страх, и сделала несколько успокаивающих вдохов. Сейчас было не время, ей еще предстояло пройти немало времени, прежде чем она сможет поддаться своему шоку, но, с другой стороны, она больше не находилась на Звезде Смерти. Это была хорошая новость, за которую можно было ухватиться.

Она не могла отправиться на Явин, не сейчас. Вейдер собирался скоро преодолеть свой шок от ее происхождения, если уже не преодолел. Поскольку ее больше нельзя было допросить, он обратился бы к следующему лучшему варианту - Бейлу. Не говоря уже о том, что без ее уничтожения Оби-Ван, Люк и Хан...

И при этом имени ее горе вырвалось на поверхность. Он жив, проклятье, сосредоточься на этом.

Они все были бы там. Это была катастрофа, которая только и ждала, чтобы случиться. Она выбрала систему Каамас из-за ее близости к Альдераану, это добавит всего час к общему времени путешествия, так что, будем надеяться, она опередит его. Поскольку она использовала личный код Таркина, шаттл не будет зарегистрирован как украденный. Они могли потратить несколько часов в тщетных попытках найти ее на станции.

Так что у нее оставался план, который, надеюсь, не заставит ни Вейдера, ни Таркина подумать, что дом - это то место, куда она сбежала. Высадиться в запланированном месте, запрограммировать навигационный компьютер на Альдераан, уничтожить следящий передатчик и выпрыгнуть. Если никто не посмотрит на ее траекторию, им будет трудно определить, куда убежал корабль.

Она нырнула под полетную консоль, чтобы проверить, и да, стандартный передатчик был на месте. Она подождет до прибытия в точку прыжка, чтобы выдернуть его. Некоторые из новых моделей имели сигнализацию, которая срабатывала в случае вмешательства, и она не могла хорошо рассмотреть его под этим углом, чтобы определить, с каким из них она имеет дело. Неважно, это может подождать. Поднявшись на ноги, она задумалась, есть ли на корабле еда. В животе у нее бурчало, и ей нужно было чем-то заняться, чтобы не думать о последних двух днях.

Она удивилась, когда у нее вырвался всхлип. "Еще нет", - уговаривала она себя, когда ее грудь сжималась от ощущения огромного давления. "Никаких срывов, пока мы не отправимся на Явин". Пунктов в списке срывов становилось все больше, но она отбросила их в сторону. Ей нужно было сосредоточиться, добраться до Альдераана, забрать с него всех, кого она любила, и отправиться на Явин. Это было самое безопасное место в Галактике, которое она могла придумать, место, где Вейдер не мог ее найти. Она слишком долго была солдатом, чтобы не воспользоваться возможностью поесть и отдохнуть, и она переместилась в заднюю часть шаттла в поисках именно этого.

***

Когда консоль подала сигнал тревоги о приближении, она проснулась в смятении и растерянности. Она смотрела на тускло-серый потолок в помещении, которое, как клялся ее затуманенный мозг, было имперским шаттлом. Это не был знакомый ей кошмар. Озадаченная, она начала выпрямляться, но не обнаружила ни одной из ожидаемых болей и жалоб в спине в качестве платы за сон на твердом полу. Лея резко выпрямилась, когда в памяти всплыли подробности. Этот писк был сигналом приближения к Каамасу, пора было приступать к работе.

Это было несколько противоречиво. Лея опустилась в систему, и ее окликнули. Она назвала свой код полета, получила время ожидания и вектор для приближения к планете. Она увидела, как замигал зеленый огонек навигационного компьютера, подлезла под консоль, вырвала из нее ретранслятор и уничтожила его с удовлетворенным хрустом. Она даже не услышала вызова из управления, когда выводила ее оттуда. Осталось всего двадцать минут, и она будет дома.

Лея почувствовала, что ерзает на месте и с трудом удерживается в кресле. Ее мысли вихрились в путаной смеси надежды и неверия. Что, если Таркин явился сюда сразу же после того, как обнаружил ее пропажу, и потребовал, чтобы она показалась, иначе он уничтожит планету? Что, если Вейдер решил прийти сюда, чтобы схватить Бейла, прежде чем продолжить разговор с ней? Что если это была не ее временная линия, а очень похожая на нее, и все уже были мертвы? Что если, несмотря на все доказательства, это был сон, и она проснется именно тогда, когда окажется здесь? Когда консоль снова подала звуковой сигнал, предупреждая о приближении, Лея, не испытывая особого страха, вышла из гиперпространства.

Альдераан заполнил ее обзорный экран. Он висел там, сияющий шар голубого и белого цвета. Горные хребты, столь знаменитые на всю галактику своей красотой, увенчанные снегом. Широкие океаны глубокого синего цвета обрамляли континенты. Дождевой лес Исатабит со светло-зеленым пологом, который она могла видеть из космоса целиком. Лея даже не пыталась подавить рыдание, вырвавшееся у нее изо рта. Она неуверенно протянула руку к стеклу, поглаживая изображение, которое она могла видеть во всей его чудесной полноразмерной красе. Это не было голо-реконструкцией. Это было реальностью, это было здесь, и она была дома. После тридцати четырех лет изгнания она возвращалась домой. Это не было полем астероидов, которые даже сейчас начинают формировать кольцо вокруг солнца. Или начнет формировать кольцо. Или, и на этом у нее перехватило дыхание, или никогда не станет таким пустынным зрелищем, если ей это удастся.

Она вынырнула из эйфории: это был только первый шаг. Она сможет насладиться всем этим позже. А пока у нее была миссия, которую нужно было выполнить, иначе все это было напрасно. Ее окликнула местная диспетчерская башня.

- Неопознанный шаттл, пожалуйста, назовите свое имя и цель.

- Это Феникс восемь два девять. Я здесь, чтобы увидеть принца-консорта и королеву. Это сюрприз, который они ожидали.

На другом конце возникла долгая пауза, пока ее фраза, идентифицирующая ее как дружественную на враждебном корабле, и идентификационный код принцессы были поглощены. Затем голос снова зазвучал.

- Путь свободен. Я сообщу им.

Она повернула управление к главному континенту и горному хребту, где находился королевский дворец. По мере приближения напряжение нарастало. Они были здесь. Папа и мама были здесь. Она не знала, что делать с нахлынувшими на нее эмоциями. Когда она подошла к посадочной площадке, расположенной к югу от дворца, она заметила другой знакомый транспорт, припаркованный там. Это был "Сокол тысячелетия". Лея с удивлением почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Они все были здесь. За исключением Бена, вся ее семья была здесь и была так великолепно жива.

Она приземлилась и быстро закрыла шаттл. Она побежала в отсек, опустив выходной трап, ругаясь себе под нос на его медлительность. Еще до того, как он завершил свой путь вниз, она уже двигалась, и как только она опустилась на землю, она побежала ко входу в главное здание на дальней стороне.

На середине пути из двери вышли две фигуры. Папа был первым, и как только он увидел ее, он начал бежать своими длинными ногами, пожирая землю. Мама собрала переднюю часть юбки в одну руку и последовала за ним. Лея продолжала бежать, пока руки отца не обхватили ее. "Папа", - прошептала она прерывисто, возвращаясь в объятия так крепко, как только могла. Руки матери обхватили ее сзади, и она заплакала. Ощущение того, что они прижались так близко, что она могла прикоснуться к ним, прикасалась к ним, было почти больше, чем Лея могла вынести.

"Пожалуйста, пусть это не будет сном". Прижимая их к себе еще крепче, она молилась тому, что невероятным образом привело ее сюда: "Пожалуйста, пожалуйста, позвольте мне сохранить это".


## Глава 1: Вейдер


Кабинет Таркина был таким же стерильным, как и он сам. Вейдер вошел в кабинет, и он был похож на все остальные, которые когда-либо были у этого человека. Никакой помпезной демонстрации богатства и привилегий, стены, лишенные предметов искусства. Единственной вещью в комнате был слишком большой письменный стол, стоявший посередине. Возможно, в этом и заключался смысл отсутствия чего-либо еще. Вам некуда было смотреть, кроме как на сидящего за ним человека.

- Лорд Вейдер, - сказал Таркин, не потрудившись подняться, но, по крайней мере, оторвав взгляд от отчета, который он читал. - Доклад?

- Мы подняли на борт принцессу Лею с Альдераана.

- Только ее? - брови Таркина удивленно приподнялись.

Когда их добыча остановилась над этой планетой, Вейдер был уверен, что Сила нашла новый извращенный способ мучить его. Она нарушила его контроль во время допроса пленников, захваченных на борту "Тантива IV". Оставив ему для допроса только эту изнеженную сенаторшу.

- Она единственная выжившая.

Таркин нахмурил брови:

- Понятно. - Он положил считыватель данных и откинулся в кресле, сцепив пальцы.

- У вас есть схемы?

- Я оставил контингент штурмовиков на Татуине. Скоро они вернутся в наши руки.

Глаза Таркина сузились:

- Вы не пошли сами? - Очевидно, поскольку Вейдер стоял прямо перед ним. - Непривычно, что вы лично не позаботились о деталях.

Только сам Император мог приказать ему ступить на эту адскую планету.

- Я счел более важным доставить принцессу сюда. Сенат и так был на взводе из-за событий на Джедхе.

Было важно, чтобы большая часть этого органа поверила в придуманную историю о пиратах, совершивших налет на корабль. Пребывание на орбите вместе с ней может заставить больше людей, чем нужно, усомниться в этой лжи. Это причинило бы неудобства его Мастеру. Вейдер старался не причинять неудобств своему Мастеру. Это быстро превращалось в боль и неудобства для него.

- Хммм... Возможно. - сказал Таркин. Полуулыбка снисходительности пересекла его лицо: - Я рад сообщить вам, что труп больше не является нашей заботой. Я только что получил сообщение от самого Императора, что Сенат был распущен.

Он радовался тому, что получил информацию раньше Вейдера, что ставило под сомнение решение покинуть Татуин до того, как были получены планы. Неважно. Политические махинации были тем, чего он избегал любой ценой. Он предпочитал действовать. Необходимо было сыграть в эту игру с Таркином. Но ни с кем другим. Ранг самого моффа в Империи был слишком высок, чтобы просто убить его. Его Учитель находил в этом недостаток. Как ситх, он должен наслаждаться этими играми за власть. Вейдер же находил это утомительным и скучным. В их отношениях не было ничего нового, такое положение вещей существовало с самого начала.

- Адмиралы и моффы на борту уже знают? - спросил он нейтральным тоном. Они были здесь, чтобы стать свидетелями демонстрации этого оружия. Этого бесполезного куска технологии. Он не разделял веры своего Учителя в этот проект. Он был слишком большим, слишком громоздким, и в него было вложено слишком много ресурсов. Глупо было вкладывать столько сил в одну цель. И все ради устранения Сената.

- Нет, - сказал Таркин, его рот дернулся от недовольства отсутствием реакции Вейдера. Он не привык играть с ним в эту игру, как бы сильно она ему ни наскучила. - Я подумал, что, возможно, мы расскажем им вместе.

Конечно, так оно и было. Таркин наслаждался своим нынешним положением фаворита Императора, но мофф был слишком хитер, чтобы вывести эту игру в более публичную плоскость. Его хозяин был бы недоволен тем, кто подрывает авторитет Вейдера и его репутацию человека, которого следует опасаться в низших эшелонах Империи.

Таркин побарабанил пальцем по столу.

- Принцесса Лея. Вы знакомы с ней?

Да. Он впервые встретил ее, когда она была политическим атташе своего отца. Он завернул за угол, и на него снова уставилось лицо его жены. Это был не первый раз, когда с ним такое случалось. Несколько раз за последние два десятилетия он сталкивался с женщинами, похожими на его жену. Галактика была большой, и такое случалось.

Но это было совсем другое. Он впервые увидел лицо Падме, но не как своей жены, а как девушки, которую он встретил впервые. Он ничего не сказал, поглощенный своим молчаливым горем, просто смотрел на нее. Принцесса извинялась, но не раболепствовала. Она вежливо кивнула головой, и ему потребовалась большая дисциплина, чтобы не последовать за ней.

В течение следующего года он продолжал видеть это лицо и заново, на одно мгновение, переживал всепоглощающее горе. Это тоже было по-другому. Со всеми остальными двойниками иллюзия длилась только до тех пор, пока он не разглядел их как следует. Принцесса же при этих взглядах не делала ничего, что могло бы разрушить иллюзию. Когда он видел ее в куполе Сената, она всегда куда-то спешила, и на ее лице было такое же решительное выражение, как у Падме. Он никогда не разговаривал с ней во время этих встреч. Он даже не был уверен, что мог бы. Только когда он был на официальном мероприятии, посвященном празднованию Дня Империи, его внимание переключилось на нее по другой причине.

Он стоял в стороне, наблюдая за бесполезной толпой перед ним. Они шествовали перед его господином, как джавы перед неохраняемой кучей металлолома. Он почувствовал, как в Силе мелькнула небольшая вспышка раздражения. Недостаточно, чтобы он принял хозяина за обученного джедая или даже падавана, но на этой вечеринке был кто-то, кто обладал способностью чувствовать Силу.

Он осмотрел толпу, а когда снова почувствовал Силу, оказалось, что ее источник - она. Она разговаривала с родианским дипломатом, на ее лице была маска только приятности, а одета она была в простое платье, которое предпочитали альдераанцы. Очарованный, он изучал ее весь вечер, пока она порхала по залу, беседуя с различными высокопоставленными лицами. Сила была с ней. Приглушенная, но была. Она не обладала достаточной силой, чтобы быть принятой в ряды джедаев, но это не означало, что ее нельзя было использовать для других целей.

Его Мастер, конечно, должен был заметить, но когда позже вечером его спросили об этом, он отмахнулся от нее как от кандидата на программу инквизиторов.

- У Бейла слишком хорошие связи, а Альдераан слишком любим и богат, чтобы наносить такой удар сейчас. У нее есть некоторый потенциал, я согласен, но его явно недостаточно, чтобы оправдать возмущение, которое вызовет ее задержание.

- Под видом залога можно было бы обвинить ее в фальсификации результатов тестирования, - заметил он. Все новорожденные граждане в обязательном порядке должны были пройти тестирование. - Это уязвимое место у человека, у которого их не так много.

Его Мастер только усмехнулся.

- Терпение, старый друг. Терпение. Скоро мы не будем нуждаться ни в Бейле, ни в Сенате. И Альдераан будет слишком напуган, чтобы открыто бросить нам вызов.

Он не хотел оставлять этот вопрос. Что-то в ней притягивало его в Силе, помимо того, что она была маленькой брюнеткой-политиком. Но после той ночи Джаррус и его ложный ученик стали мешать друг другу на Внешнем кольце. Вслед за ними вновь появилась Асока. Принцесса отошла на второй план.

После Малахора Вейдер подумывал о том, чтобы использовать ее в качестве первого из новых инквизиторов. Его Учитель сказал "нет". Тогда Вейдер начал активно пытаться поймать ее на помощи Повстанцам в "миссиях милосердия", но до сих пор она оставалась недосягаемой. Когда Сената не стало, он мог заново обратиться к своему Учителю с просьбой сделать из нее более полезный для Империи объект.

- У нас было несколько встреч в прошлом.

Таркин побарабанил пальцами по столу.

- Вам не кажется странным, что она приказала своему кораблю остановиться здесь? Вы уверены, что она не пыталась связаться с кем-то на этой планете?

С членом Восстания? На Татуине? Зачем кому-то беспокоиться об этом? Если только вы не были хаттом.

- Маловероятно, - сказал он. - Планета удалена и находится под контролем хаттов. Они гораздо менее осмотрительны в обращении с повстанцами, чем мы. Более чем вероятно, что она просто искала удаленный форпост, чтобы совершить еще один прыжок в надежде ускользнуть от нас.

Глаза Таркина сузились.

- Возможно. В любом случае, она в наших руках. И она знает расположение базы Повстанцев. Выясните это! - На его лице появилась искренняя улыбка: - Возможно, Альянс все-таки может быть полезен Империи. Мы можем использовать их базу в качестве первой демонстрации силы этой станции.

- Как пожелаете, - беззвучно предложил он.

***

Когда дверь открылась, Вейдер увидел принцессу, стоящую перед встроенной скамьей, сцепив руки перед собой. Ее белое платье было ярким маяком света в темной камере. Ее глаза расширились, когда она взглянула на него, страх овладел ею. Даже с расстояния в пару мметров он мог видеть, как она дрожит. Он спустился по лестнице, ему уже надоело. Все прошло бы так, как проходили многие допросы повстанцев. Они будут бросать вызов, но быстро сдадутся. Они все так делали, одного его присутствия было достаточно, чтобы убедиться в этом.

Было время, когда это было не так. Была женщина, которая приветствовала его широкой открытой улыбкой. Он вернул свои мысли в настоящее. Это было давно, и сейчас ему не нужны были такие улыбки. Ему нужно было быть здесь, в этой камере. К этой молодой девушке, паника которой наполняла Силу вокруг нее.

- А теперь, ваше высочество, мы обсудим местонахождение вашей скрытой базы повстанцев. - Дверь опустилась, издав небольшой стук. Она вздрогнула от этого звука, но затем ее лицо затвердело, и оно разгладилось до спокойного выражения. Это было... впечатляюще. Обычно он не видел такого самообладания в столь юном возрасте.

Затем она заговорила.

- Это все еще Имперская процедура, что эти "сеансы" не записываются? - Она спросила так, словно они обсуждали незначительный пункт законодательства в Сенате.

Это было неожиданно. Вейдер почувствовал, как его ресницы опустились в долгом медленном моргании.

- Что? - переспросил он, уверенный, что не расслышал правильно.

- Это записывается? - повторила она.

- Нет, - проинформировал он ее, говоря медленно, пытаясь понять, в какую игру она играет. - Это не записывается.

- Хорошо, - кивнула она головой. Ее взгляд метнулся к охранникам, стоящим по бокам от него, и он готов был поклясться, что на мгновение на ее лице появилось выражение самообвинения.

Затем голосом, так напоминающим его Мастера и его бесполезных подручных, она ехидно сообщила ему.

- Вы захотите отослать их прочь. - Она махнула рукой на охранников, как будто они были насекомыми, которых можно прихлопнуть.

Любопытствуя, он подошел к ней ближе. Она не вздрогнула, но напряглась.

- Я это сделаю? - спросил он.

От его насмешливого тона ее губы истончились, но она продолжала тем же властным тоном.

- Да, мне нужно сказать несколько вещей, которые вы не захотите, чтобы Таркин услышал.

Ахх, это была ее игра.

- Шантаж? - спросил он. И что это хитроумное дитя думает о нем? Он поддался порыву укорить ее. Прошло так много времени с тех пор, как у него был порыв сделать что-то, что ему не приказывали. - Я думал, что стандарты члена Имперского Сената исключают подобные действия.

Она просто смотрела на него, изо всех сил пытаясь угадать, где находятся его глаза, сохраняя устойчивый контакт.

- Вы захотите, чтобы они ушли. - Она оставила все как есть. Не было ни мольбы, ни просьб, ни хитрых намеков. Вейдер, к своему удивлению, обнаружил, что в ее глазах мелькнуло удивление. Все шло совсем не так, как обычно. И уж тем более от этого изнеженного ребенка. Посмотрим, что скажет сама маленькая принцесса.

- Очень хорошо. - Он махнул рукой, и охранники, как всегда послушные, молча вышли из комнаты. Он внимательно наблюдал за ней, ожидая, не будет ли она настолько глупа, что бросится мимо него в коридор. Он так не думал, но весь этот разговор уже принял несколько неожиданный оборот.

Дроид-дознаватель, которого он еще не отключил, продолжал увеличивать громкость. Вейдер считал это полезным для того, чтобы его жертвы пугались еще до того, как он начинал разговор. Он вводил их в состояние повышенного страха перед введением содержащихся в нем наркотиков. Учитель обвинял его в том, что он стал мягкотелым и принял давно утраченные моральные принципы. Вейдер просто нашел этот способ более эффективным и сказал об этом своему мастеру. Причинять или не причинять боль было неважно, главное - получить информацию как можно быстрее. Учитель ничего не сказал на это, но Вейдер чувствовал, как он недоволен.

Одна маленькая рука поднялась и указала на дроида. Она четко произнесла:

- Это не сработает, - словно заверяла его в фундаментальном законе Вселенной.

Такая юная и такая наивная.

- Уверяю вас, принцесса, это сработает.

Она глубоко вздохнула, и Вейдер почувствовал, как она пытается успокоиться.

- Когда я говорю, что это не сработает, я исхожу из опыта, а не из убеждений. Это не сработает. Ваш дроид накачивает меня наркотиками, и это не помогает. Вы бьете по моим ментальным стенам, и это не помогает. Таркин угрожает Альдераану этой механической мерзостью. Это тоже не удается. Я не скажу вам, где находится база.

Вейдер просто стоял, впитывая ее слова. Они были сказаны на базовом языке. Он понимал их структуру. Но все это было так нелепо. Он почувствовал щекотку в горле. Он был потрясен, когда понял, что это был смех.

Это требовало разъяснения.

- Опыт?

Она фыркнула.

- Да, я заснула в самый худший день моей жизни и проснулась, чтобы обнаружить себя в прошлом во второй худший день моей жизни. - Она начала говорить громче, чтобы компенсировать все более громкий голос пыточного дроида. - Как опыт, я не рекомендую это делать. - В ее тоне отчетливо слышалась горечь, несмотря на то, что в конце она практически кричала.

Она говорила правду. Нет, она верила, что говорит правду. Вейдер взмахнул рукой, заглушая высокий шум дроида. Игра в эту ее маленькую игру не займет много времени, а ощущение настоящей новизны впервые за целую вечность стоило того, чтобы потратить лишнее время.

- Интересный подход к избеганию допроса, - заметил он.

На ее лице промелькнуло удивление.

- Вы думаете, я лгу? - Значит, она знала, что он может заметить разницу.

Вейдер моргнул. Прошло много времени с тех пор, как кто-то бросал ему вызов так открыто, но без злобы. В основном это были двойные намеки и угрозы смерти.

- Нет, - ответил он. - Вы верите, что говорите правду. Но слабый ум может найти убежище в разных вещах.

Она подняла бровь.

- Вы считаете меня слабовольным человеком?

Нет, он так не думал. Даже в тех немногих встречах с ней, которые у него были, она никогда не производила на него впечатление человека, которого легко убедить. Это был еще один фактор в его первоначальном избегании ее. Она напоминала ему другого волевого политика.

По давней привычке он начал шагать, нуждаясь в движении, пока он обдумывал свой следующий шаг. Он мог пройти только три шага. Структура камеры мешала ему двигаться. Он повернулся, сцепил руки за спиной, изучая ее. Разница между ней и его призраком заключалась в нраве принцессы. Довольно жестокий, если судить по его словам. Он видел, как она слишком часто срывалась на официальных мероприятиях, чтобы думать, что в этой схватке она будет пассивным бойцом. Здесь у нее не было причин сдерживаться. Она была напугана, что обычно и происходило, когда он входил в любую комнату. Но он был сдержанным, и она даже не намекнула, что может сорваться.

Она просто ждала, пока он оценивал свои возможности. Это было необычно для нее. Все, что он знал о ней, было связано с огнем и быстрыми движениями. Сейчас она стояла так, словно у нее было все время в галактике для ответа.

- Нет, - признался он. - Не знаю.

Она пожала плечами.

- Тогда мы в безвыходном положении.

Это было смешно. Он прожил жизнь, полную нелепых вещей, но это было просто невероятно.

- То, что вы утверждаете, невозможно, - сказал он ей.

Ее лицо исказилось, и какие бы слова она вначале ни подумала, она их не произнесла. А вот и ее огонь. Она взмахнула руками, охватывая камеру.

- И все же я здесь. - Сила по-прежнему не звучала фальшиво. При всей своей страстности, она не была глупой. Иначе она не стала бы так часто ускользать от него.

- Зачем признаваться мне в таком? - возразил он, скорее чтобы увидеть ее реакцию, чем действительно веря, что она лжет. - Если это правда, то в вашем распоряжении события будущего. Это делает вас более ценным источником разведданных, а не менее.

На ее лице появилось выражение растерянности, и он почувствовал ее неохоту, когда она сказала:

- Вы бы поняли, что что-то не так, как только коснулись моего разума.

Вейдер почувствовал легкое раздражение. Пока что ее логика была здравой. Но ее можно было предупредить о его способностях. В любом случае, она сделала приглашение. Он протянул руку, не ожидая многого, кроме базовой подготовки любого высокопоставленного повстанца.

Его полусерьезное усилие было встречено мощной стеной, подпитываемой Силой.

За ту секунду, что потребовалась его сознанию, чтобы понять, что именно он чувствует, Темная сторона завыла. Это была техника, используемая джедаями. Она научилась этому у джедая. Они выжили, несмотря на все, что он сделал, на все, чем пожертвовал ради того, чтобы их род больше никогда не появился в Галактике. Он усилил прикосновение, пытаясь по-настоящему ощутить эту силу в Силе, и это оказалось больше, чем он ожидал, а ее щиты напряглись в ответ. Это была не простая статическая стена, она могла манипулировать ею. Он подошел к ней, лишь едва уловимая нить рассудка напоминала ему, что он не получит ответов от трупа.

- Ты - джедай! - шипел он.

Она подняла на него глаза, насторожилась, но не вздрогнула.

- Нет.

Высокомерный ребенок.

- Ваша ложь не спасет вас, Ваше Высочество. Не здесь.

- Я не джедай. - На это прозвучал горький смех и чувство сожаления? Сожаления? Гордости? Вейдер не был уверен. - Но Сила сильна в моей семье. - Ее взгляд скользнул по его плечу. Уголком глаза он заметил движение ее пальца. Он почувствовал ее прикосновение в Силе, уверенное и легкое. Дроид издал визг, когда он почувствовал, что она вертит его, как ребенок вертит верхушку.

Ее взгляд вернулся к его взгляду:

- Я не останусь беззащитной ни на одном поле боя, Лорд Вейдер. - В этом заявлении было много чувств. Когда-то эта девушка - не женщина, неважно, насколько юным было лицо, это была женщина, стоящая перед ним. Когда-то ее заставили почувствовать себя беспомощной. Дурастель в ее тоне не терпел возражений. - Меня научили защищаться и перемещать небольшие предметы, не более. Только несколько маленьких трюков.

Вейдер сделал шаг назад, ее слова прорвались сквозь дымку его ярости. Маленькие хитрости? Она считала оба этих действия маленьким трюком? Нет, чтобы сдвинуть дроида с места, не требовалось большой силы. Но то, что она смогла с такой легкостью дотянуться до дроида и закрутить его, вместо того чтобы отправить в полет через всю комнату, говорило о высоком уровне контроля. Ее манипуляции со щитами в ответ на его действия тоже нельзя было назвать легким делом.

Хотя она этого не знала. Интересно. Кем бы ни был ее наставник, он был идиотом. У нее явно был потенциал для большего.

Кстати говоря.

- И кто же вас научил?

Ее лицо расслабилось, и небольшая искренняя улыбка пересекла его.

- Очень мудрый близкий человек.

Это правда, но она не помогла.

- Имя этого джедая? - потребовал он.

Она покачала головой.

- Нет. Есть много вещей, которые я вам расскажу, но не это.

В этом была доля правды. Она умрет прежде, чем откроет это имя. Разочарованный Вейдер снова начал вышагивать. Она была могущественна. Намного сильнее, чем он считал раньше, судя по толщине стены в ее сознании. Наркотики в дроиде, несомненно, помогли бы ему, но это было то, за что она держалась всеми силами. Он мог сломать этот щит, конечно, мог. Независимо от того, насколько сильной она себя чувствовала, он был сильнее в Силе, всегда был. Но это могло вызвать обратную реакцию, которая разрушила бы ее разум. Она стала бы почти такой же бесполезной, как труп, и бесконечно более опасной.

Он отошел на небольшое расстояние между стенами, пытаясь придумать стратегию, как с этим справиться. Он никогда не был искусен в словах. Не то что его Учитель.

Не то что твоя жена.

Он отогнал эту мысль. Он знал, входя в эту камеру, что она будет преследовать его сегодня. Он мог только двигаться вперед. Грубая сила, как правило, помогала ему, но в данном случае это был не вариант. Так что подумай, что ты знаешь об этой принцессе, сколько бы лет ей ни было. Возьми с собой оружие, которое у тебя есть.

Само его присутствие нервировало ее так, как никогда раньше. Она всегда опасалась его, она не была дурой. Но принцесса, которую он знал, могла проглотить его, если не в Силе, то на лице. Но эта не могла.

Он вспомнил ту абсолютную панику, которую она проявила, когда он вошел в эту камеру. На мгновение он задумался, что должен был сделать его альтернатор, чтобы она так испугалась. Ее контроль был впечатляющим, она скрывала его. Но было похоже, что она не ожидала увидеть его снова.

Он перестал двигаться и посмотрел на нее. Она дышала, вынужденно спокойно, как будто самого его присутствия было достаточно, чтобы наполнить ее всепоглощающим ужасом. Нет, она не привыкла видеть его или, что еще важнее, думать, что увидит. Это оставляло ему мало вариантов, почему.

Он выбрал тот, который был наиболее очевидным.

- Я явно мертв в этом вашем будущем.

Она посмотрела на него и разжала кулаки на боку.

- Да.

В ее голосе звучал намек на триумф, но он не думал, что это ее рук дело. Вейдер не удивился приливу облегчения, который пронесся через него. Выход был найден. Он каким-то образом нашел способ освободиться от своего долга и своего Учителя.

- Как?

Она наклонила голову, и миллион мыслей пронеслись за этими выразительными глазами.

- Палпатин убил тебя.

- Понятно. - Настоящий вопрос заключался в том, почему? Он сомневался, что у нее есть для него ответы. Он снова начал шагать. Думал ли его альтернатор, что он наконец-то нашел способ свергнуть своего Мастера раз и навсегда? Или его Учитель нашел другого, чтобы заменить его? Как он сделал это с Дуку так давно?

Ее шок был живым существом.

- Ты не выглядишь удивленным?

Он остановился и оглянулся на нее. Она выглядела возмущенной тем, что вообще спросила, но он был слишком занят своими мыслями, чтобы следить за языком. Он пожал плечами.

- Это путь ситхов. Есть мастер и ученик. Чтобы достичь мастерства, ученик убивает мастера. Неспособность сделать это приводит к смерти ученика.

На ее лице не было ничего, кроме ужаса.

- Это ужасный способ жить.

- Тебе не понять пути Темной стороны, - серьезно произнес он. - Ее истинная сила подвластна только сильным. - Особенно не для джедаев с их стерильными устоями. Живут отдельно от галактики и ничего не делают, чтобы ее исправить.

Ее глаза сузились.

- Мне говорили, что лишь слабые падают.

Конечно, это сказал ей ее наставник. Он пренебрежительно махнул рукой:

- Джедаи сами себе лгут. Только сильные выживают на пути ситхов. - Ей нечего было сказать на это, но вокруг нее вспыхнула боль и осознание. Она покачнулась на ногах. Это было не сильно, но это было. Он не был уверен, что правильно ее понял. Прошло много времени с тех пор, как ему приходилось обращать внимание на чьи-либо тонкие эмоции в Силе, кроме своего Мастера. Если он правильно ее понял, то что же он такого сказал, что так ее напугало?

Это было неважно. Весь этот разговор был неуместен. Вейдер чувствовал, как нарастает его нетерпение. Ему нужна была база Повстанцев, и ему нужно было имя ее наставника. Он снова начал шагать, пытаясь собраться с мыслями. Она лучше него умела играть словами, но это никогда не было его сильной стороной. Манипулирование было тем, в чем он не был хорош, и это был единственный способ получить то, что ему нужно было знать.

Он мог силой проникнуть в ее разум. Она не могла скрывать от него все. Он мог видеть кусочки и фрагменты ее будущего. Но сами ее действия в этой камере сделали весь этот разум бесполезным, она изменила то, что произошло. Принцесса была еще одним пунктом в длинном списке раздражающих факторов во всем этом проекте, независимо от того, была ли она из настоящего или будущего.

Он почти пропустил ее вопрос, настолько был погружен в свои мысли.

- Почему вы упали?

Вейдер остановился и уставился на нее, гадая, не галлюцинация ли то, что она спросила.

- Что?

Ее плечи напряглись, но она повторила вопрос.

- Почему вы пали? О чем вы думали?

Это становилось все более и более странным. Почему ее это волнует?

- Вы не можете быть заинтересованы в том, чтобы присоединиться ко мне. - Хотя мысль о том, что она будет его ученицей, была довольно привлекательной. Она была бы ценным активом.

- У вас было другое имя, другая жизнь, - пояснила она. - Зачем уходить от этого?

- Уходи со мной. Помоги мне вырастить нашего ребенка. Оставь все остальное, пока мы еще можем.

Сердце Вейдера заколотилось, несмотря на многочисленные приспособления для предотвращения подобного. Он оказался у двери в камеру, удивляясь, когда успел отойти от нее.

- Вы знаете, кем я был?

Она нахмурилась на него, от нее исходило замешательство.

- Да? - прозвучало неуверенно. Однако он чувствовал имя, имя, витавшее под внушительными щитами. Темная сторона прошептала ему на ухо.

Скайуокер.

Это....но. Она никак не могла этого знать. Все было сделано и похоронено. Вместе с его сердцем в могиле на Набу.

Она вопросительно посмотрела на него, затем мягким голосом сказала:

- Я никому не скажу. - Вейдер ничего не ответил. Она пожала плечами и добавила: - Кто мне поверит?

Он почувствовал, как расслабился, не сильно, но достаточно, чтобы обуздать свои кружащиеся мысли. Она была права, но кто ей поверит? Взбешенный этой демонстрацией слабости перед ней, он снова начал шагать.

- Я снова спрашиваю вас, кто ваш наставник?

Он почувствовал ее невероятное недоверие, но, в отличие от нее, она оставила предыдущую тему без внимания. Она вздохнула.

- Никто из тех, кого ты уже встречал.

Это никоим образом не сузило круг поиска. Существовала огромная галактика людей, которых он еще не встречал.

- Но я их встречу.

- Будь моя воля, нет. Их первая встреча с вами прошла не очень хорошо, - шипела она, гнев ясно читался на ее лице.

Первая встреча? Вейдер был откровенно удивлен, что возникла необходимость во второй. Кто был этот наставник, о котором она говорила? Неужели он был тем, кого его учитель выбрал на его место?

- Если я не убил их при первой встрече, значит, все прошло для них очень хорошо, - сообщил он ей. - Лишь один джедай ускользнул от меня.

Мысли об ученике-джедае заплясали в его голове. В ее голосе прозвучал вызов, когда она заявила, что не покинет его. Было слишком поздно для такого заявления. Слишком поздно для них обоих. Он отбросил эти воспоминания прочь, вместе с воспоминаниями об огне, лижущем его кожу, и голосе, кричащем, что он любит его. Все это давно прошло.

Отвлекаясь от тех давних дней, он продолжил:

- Вторая встреча прошла для них лучше?

Ее лицо исказилось от горя и печали.

- Нет.

Она не вела себя так, будто ее наставник умер. Так в чем же причина этой боли?

- Потому что они потерпят неудачу в попытке убить меня?

В ее глазах промелькнуло веселье. Она фыркнула:

- Кто сказал, что они пытались? - Очевидно, в своем будущем принцесса слишком много времени проводила с негодяями и подстрекателями. Она переняла некоторые действительно некрасивые вокальные привычки.

- Вы не лгали раньше. Император убьет меня. - Наконец-то, наконец-то, он будет освобожден от своего долга. Но это было не сегодня, поэтому он продолжил. - Итак, очевидно, что этот "мудрый любимый" потерпел неудачу.

Она действительно рассмеялась над этим. Это был небольшой смешок, но он был.

- О, нет, - возразила она. - Он преуспел именно в том, к чему стремился. Большие цели, большое сердце и ясное видение помогут кому-то далеко продвинуться в этой жизни.

- Вы любите их. Безмерно. - Принцесса показалась ему слишком умной, чтобы подвергать себя таким отношениям. Она бы сделала лучше, чем отдала свое сердце и преданность джедаю. Привязанность и истинная привязанность были выше их.

"Ты был моим братом Энакином! Я любил тебя!"

Раздраженный, он снова сосредоточился на принцессе. Она одарила его жалостливой улыбкой.

- Моя вторая половина. И я снова заявляю, вы не узнаете от меня их личности, сколько бы вопросов вы ни задавали.

Она слишком доверяла ему, это не входило в его намерения. Но, возможно, был и другой, имя которого она бы назвала.

- Кто же их обучал? Или эта фанатичная преданность распространяется на всех?

Ее лицо приняло надменное выражение. Вот оно, ее королевское воспитание.

- Я считаю, что жизнь часто является лучшим учителем, - невозмутимо сообщила она ему.

Он шипел.

- Не играйте со мной в словесные игры. - Он подумал о списке джедаев, в отношении которых не было подтвержденных убийств. Затем ему пришла в голову предательская мысль о том, кого, по словам его Учителя, он убил в куполе Сената. Если Вейдер что-то и понимал сейчас, так это то, как лгал его Учитель.

Йода. Йода мог быть мастером ее наставника. Возможно ли это? На мгновение он прокрутил эту мысль в голове, затем отбросил ее. Нет, если бы этот тролль был жив, он бы уже всплыл.

- Это был Джаррус?

Ее лицо стало пустым.

- Нет, это было много людей.

- Джедаи практически вымерли. Их осталось не так уж много, и они не учтены. - Но был один, который был джедаем только по имени. Один, который, несмотря на ложь, которую он говорил своему хозяину, умер не от его руки. Существовала возможность, пусть и отдаленная, что она была свободна в галактике. - Асока Тано?

По телу прошла волна удивления.

- Нет, - ответила она. Отец не говорил ей, что Асока была джедаем. Почему? Принцесса явно узнала это имя, зачем было это упускать?

В списке самых разыскиваемых было имя человека, которого никто не видел и не слышал о нем все это время. Тот, кого он искал. От отчаяния, ненависти, страха, триумфа - даже он сам уже не мог сказать. Вейдер ухватился за края своего контроля.

- Это был Оби-Ван Кеноби? - спросил он как можно спокойнее.

В широко раскрытых выразительных глазах мелькнул огонек неповиновения, но она ответила:

- Да.

Темная Сторона издевательски зашипела, когда он потянулся к ней, чтобы не отвлекаться. Это был ответ, которого он ждал, но услышать подтверждение заставило его разум остановиться.

- Он жив?

Она обнажила зубы и усмехнулась.

- Вы чувствуете, что я лгу?

- Нет. - Она не лгала. Он повернулся, желая оказаться подальше от этой женщины и проблем, которые она создавала. Пусть Таркин пришлет кого-нибудь другого, чтобы выполнить его приказ. Оби-Ван был жив. Оби-Ван мог покончить со всем этим сейчас.

Он уже дошел до двери, когда понял, что в своей спешке не знал, где находится джедай. Повернувшись к ней лицом, он спросил: "Ты знаешь, где сейчас Кеноби?".

- Нет. - В этом ответе чувствовалась какая-то неуверенность. Она не лгала, не прямо, но было что-то, чего она не сказала.

Возможно, если бы он знал, где был Кеноби.

- Вы знаете, где он скрывался последние двадцать лет?

Она заколебалась, затем бесстрастным голосом ответила:

- В каком-нибудь мире Внешнего кольца.

Его глаза сузились. Дать старику прикрытие?

- Вроде того, над которым мы застали ваш корабль?

Ее зубы щелкнули вместе.

- Да.

Он был так близок. Если бы только он не бежал от своей слабости и боли, которую причиняла мысль об этой планете. Если бы только он был настоящим ситхом и принял эти эмоции, он смог бы найти Кеноби самостоятельно. Затем до него дошел смысл сказанного.

- Оби-Ван Кеноби провел последние двадцать лет на Татуине?- Она не ответила ему, а лишь недоуменно уставилась на него. - Если бы я проектировал тюрьму для его содержания, она не могла бы быть хуже, чем эта.

Она наклонила голову.

- Что он сделал с вами? - спросила она.

Да, миф и ложь о человекоподобном Оби-Ване Кеноби. Что бы она подумала, если бы узнала правду?

- Это из-за него я в этом костюме.

Что-то похожее на удовлетворение промелькнуло на ее лице.

- Тогда это его ошибка. Он должен был дать вам сгореть, а потом убить.

Вейдер почувствовал, как его охватило веселье. Она была права, Оби-Ван должен был это сделать. Но ненависть и личная ярость в этом заявлении привлекли его внимание.

- Такая ненависть, Ваше Высочество. Интересно, почему? - Ее челюсть яростно заработала, но она ничего не сказала. - Сила сильна в вашей семье. - Откуда ей это знать? Она была единственным ребенком, удочеренным Королевским Домом Альдераана вскоре после окончания Войны Клонов. - Ваши родители? Один из них был джедаем?

Она сделала глубокий вдох и выпустила его через нос.

- Мой отец. - Вихрь гнева и ненависти, нахлынувший на него, был поистине впечатляющим.

Несколько загадок, окружавших ее, встали на свои места. Бейл и Бреха отчаянно нуждались в ребенке, он знал это. Бейл симпатизировал джедаям и дружил с несколькими из них. Если бы в дни, последовавшие за Приказом 66, один из отступников принес ему чувствительного к Силе младенца, отчаянно нуждающегося в защите, Бейл без колебаний приютил бы его. Не сам джедай - слишком велик был риск, особенно в начале становления Империи. Но Бейл не раздумывая назвал бы такого ребенка своим.

- Ааа, это объясняет, почему Бейл знал, что нужно подделать результаты ваших тестов.

Она пожала плечами, ей было скучно. Она ничего не знала об обстоятельствах, связанных с этим. Он задался вопросом, кто из всех джедаев, погибших после чистки, был ее отцом. Их имена и лица остались в глубине его сознания, чтобы быть забытыми.

- И это я убил этого человека, принцесса? - Она удивленно посмотрела на него. Очевидно, такая мысль не приходила ей в голову. - Так вот откуда эта ярость ко мне? Твой давно потерянный отец-джедай? - На короткую секунду он задумался о рыцарях-джедаях, которых Бейл знал лично. Возможно, перед ним сидит ребенок Оби-Вана, привезенный на Органу после Мустафара.

В ее глазах плясала боль.

- Ты пытал меня, дважды. Разрушил мою семью, выследил почти всех, кого я люблю, и оставил после себя ядовитое наследие. Разве этого не достаточно?

Он хмыкнул: возможно, она и была обученным пользователем Силы, но она явно не имела ни малейшего представления о том, что проецирует на него. Или, возможно, у нее не было большого опыта общения с другими пользователями Силы. Они могли бы рассказать ей, как легко читаются ее эмоции.

- Не для этого, нет. Это глубоко личное для тебя, эта ненависть. Я чувствую ее вокруг тебя.

Она зашипела:

- Да, в каком-то смысле я полагаю, что вы его уничтожили. - Она не лгала. В любом случае, это была надуманная идея. Его старый учитель никогда бы не позволил себе так далеко отойти от своего драгоценного кодекса.

Вейдер вспомнил те бешеные годы. Он не мог припомнить, чтобы во время Войн клонов кого-то исключили из Ордена за брак. Конечно, можно было стать отцом ребенка и не быть женатым, но это не нарушало кодекса джедаев. По личному опыту он знал, что гораздо легче скрыть неожиданную беременность, когда не ты вынашиваешь ребенка.

- Могу сказать, что я, вероятно, не получал никакого удовольствия от этого акта.

- И могу ли я сказать вам, что это для меня большое утешение. - Язвительный сарказм в этом голосе мог бы сразить и более слабого человека. Он мог оценить, как она завоевала такую репутацию в Сенате за столь короткое время.

С ее точки зрения, он мог понять, почему она так считает.

- Это было необходимое зло, - объяснял он себе, - джедаи сбились с пути. Вы бы сочли своего отца плохой заменой Органе.

Ее голова откинулась назад, и она горько рассмеялась.

- В целом, вы, наверное, правы насчет его пригодности в качестве родителя. - Как странно, здесь явно не было любви к умершему родителю. Затем ее лицо ожесточилось. - Это не значит, что ваш поступок был оправдан. Моя семья - не единственная, которую вы разорвали на части. Вся галактика заплатила за ваши решения, и я хочу знать, почему!

Ее чувство собственного достоинства вытеснило всякое мало-мальски затянувшееся чувство ответственности за то, что он сделал ее сиротой.

- Я ничего тебе не должен. Но почему это так вас волнует? - Прошлое было сделано, и изменить его было невозможно. В отличие от нее, которой был дан этот дар. Он был Избранным, не так ли? Все вокруг, казалось, так думали. Почему же тогда его не выбрали для этого? Он определенно мог бы сделать с этим больше, чем умереть в камере.

- Мой сын пал. - Слова вырвались из нее, а затем ее лицо перекосилось, когда она осознала, что сказала. Ее сын? Она была достаточно взрослой, чтобы иметь взрослого ребенка? Это было довольно удивительно.

Затем он понял, что она сказала.

- Значит, он потерян, - сказал он ей.

- Нет, не потерян. - В этом коротком заявлении было столько веры.

Ее учитель не оказал ей никакой услуги, не объяснив этого.

- Вернуться невозможно.

Ее челюсть сжалась.

- Это возможно.

Хотя он восхищался ее упорством, это было не то, что он мог оставить без внимания.

- Ваше Высочество, это не тот случай, когда вы можете применить свою волю и заставить это случиться. Это невозможно. - Она прикусила губу, явно желая возразить ему, но, возможно, до нее дошло, что в этом вопросе он разбирается гораздо лучше, чем она.

- Вы боитесь тех сил, которые он принял? - Как Оби-Ван. Как и Падме.

Ее недоверчивый взгляд был почти комичным.

- Нет, - сказала она, разговаривая с ним так, как будто он не отличался особым умом. - Он мой сын. Я хочу, чтобы он был счастлив. Чтобы он влюбился. Чтобы смеялся. Чтобы у него была радость. Ничего из этого Темная сторона не дает.

Это был не тот аргумент, который он ожидал услышать. Даже через всю боль, которую он чувствовал, исходящую от нее, она была обернута вокруг колодца любви. Она имела в виду каждое слово.

- Тогда ему очень повезло с такой матерью.

Похвала, казалось, вывела ее из равновесия, и на ее лице появилось подозрительное выражение.

- Как он пал? - поинтересовался он.

Она раздраженно передернула плечами.

- Как вы думаете, почему я все время спрашиваю вас об этом? - Да, она считала его последним человеком, которого она хотела бы спросить.

Он был не в том положении, чтобы помочь ей. Он бы не бросил свою мать, если бы у него был выбор.

- У меня нет для вас ответов. Я пал, когда джедаи предали Республику.

- Вы предали Республику. - В этих словах было столько презрения.

Он почувствовал, как вспыхнул его характер, и попытался вернуть его под контроль. Как будто она могла что-то понять о состоянии Республики. Ее кормили сказками о ее сияющем свете и справедливости, в то время как она прогнила до основания задолго до его рождения.

- Вы говорите о том, чего не понимаете.

Раздражение пересекло ее лицо.

- Потому что вы не хотите отвечать на мои вопросы. Я спрашиваю не для собственного развлечения, - прочитала она ему лекцию.

- Вам следует спросить своего сына. - Разговор зашел невероятно близко к тем темам, о которых он больше не думал.

Она посмотрела на него с сухим недоверием.

- Я бы спросила, но его еще не существует, так что это будет сложно.

Она была слишком умна, чтобы подумать, что он имел в виду именно это.

- Не будь тупицей. Вам следовало бы спросить его тогда.

- Я пыталась, - шипела она, и впервые с тех пор, как он вошел в эту камеру, она выглядела так, словно была близка к тому, чтобы заплакать, - но все, что он сказал, это то, что он принимает свою судьбу, и он сбежал.

- Куда сбежал?

Она открыла рот, чтобы ответить ему, но потом он захлопнулся. Значит, она собиралась рассказать, что его мастер все еще жив. Глупая женщина, неужели она думала, что у ее восстания есть реальный шанс? В своем будущем она годами ускользала от Империи, но галактика была огромной. Она была умна и изобретательна, это не было невозможным.

- Ах, он нашел Императора, не так ли?

На ее лице появилось выражение презрения.

- Развратный старик влил яд в его мозг, да.

- Он принял истину. Вы тоже должны. - На секунду ему представилось, что он схватил ее, когда впервые увидел в куполе Сената. Четыре года под его руководством. Она была бы великолепна на темной стороне, с таким умом и хитростью.

Его фантазии были прерваны ее громкой усмешкой:

- Да, как благородно, правительство головорезов и тиранов. Мы все должны стремиться к таким высоким вершинам.

Она была запутана в мелочах. Как и он когда-то давно.

- Империя приносит порядок. Она приносит мир.

Она послала ему взгляд недоверия.

- По мнению ситхов, мир - это ложь. Что все дело в силе.

Он недооценил то оружие, которое ее наставник дал ей в руки для борьбы с ним.

- Без власти нет порядка, - сказал он, игнорируя ее слова об идеологии ситхов. Ее еще не научили истинным сложностям этой идеологии. - Без силы есть только хаос.

- А люди, которые не хотят и не могут подчиниться? Они просто сопутствующий ущерб в вашем стремлении к порядку?

Учитывая суровую реальность того, что случилось в прошлый раз, когда целые системы решили не подчиняться?

- Если они не хотят подчиняться, то да, они сами на себя это накликали.

- Как удобно для вас, - сказала она. - Все, кто выступает против вас, - враги мира, вместо того чтобы просто хотеть жить своей жизнью и чтобы их оставили в покое. - И кто вы такой, чтобы решать, что лучше для всей галактики?

Она думала, что он хочет принимать такие решения?

- Не я. Кто-то мудрый.

Ее шок ударил его, как пощечина.

- Палпатин! Палпатин! Вы думали, что он будет хорошим выбором для диктатора? Тот, кто не заботится ни о чем, кроме себя? Вы оглядели галактику разумных существ и решили, что он - то, что лучше для галактики? - Нет, это не так. Была другая. Другая, которой он доверял, пока не доверился и не совершил худшую ошибку в своей жизни.

Снова застигнутый врасплох воспоминаниями о том дне, он сказал:

- Он был всем, что у меня осталось.

Удивительно, но она не стала давить на него по этому поводу. Похоже, она считала, что имеет право на многое другое от него. Почему не это? Она покачала головой.

- Меня не интересуют философские дебаты о тирании и демократии. Я хочу знать, почему вы пали.

- Вы проявляете чрезвычайный интерес к событиям, которые произошли давным-давно. Почему вас это волнует?

- Вы видите вокруг множество падших людей? Может быть, в этой галактике изобилие пользователей Силы, которое я как-то упустила? Как бы мне ни было неприятно, но только у вас я могу спросить. Я должна понять, что случилось с моим сыном. - Теперь она почти умоляла его, неистово и тревожно. Но в ней был намек на что-то еще.

Его руки опустились на пояс, пока он размышлял над этим.

- Это не вся правда.

- У вас нет детей, - Вейдер вздрогнул от этой правды. Удивит ли ее, если она узнает, что у него почти были? Пока все, к чему он прикасался, не стало превращаться в пепел. - Так что, возможно, вы не можете понять, почему я хочу вернуть его. Если я пойму, почему ты ушел от всего, что у тебя было, может быть, я смогу понять, почему он тоже так поступил. Почему он причинил мне такую боль?

Интересно. Она сказала, что мальчик убежал к мастеру Вейдера. Что он сделал с ней после этого, чтобы причинить ей столько страданий?

- Вы сказали, что не разговаривали с ним после того, как он пал. Что он сделал после этого, чтобы причинить вам такую боль?

Она уставилась на него, теряясь в словах. Вейдер не ожидал такой экстремальной реакции на свой простой вопрос. Затем эти внушительные щиты начали колебаться. Он уловил под ними едва заметный намек на горе и боль. Осознав происходящее, он напряг свои щиты и приготовился. Эта бурлящая буря эмоций вырвалась наружу, когда ее контроль был разрушен.

- Он убил своего отца!!! - закричала она на него, ее гнев бился в его сознании, даже несмотря на его собственные щиты. - Он убил его, а через полгалактики от него я почувствовала, как мое сердце вырвали, и не могла дышать от боли.

Вейдер мог это понять. Это, конечно, объясняет, почему его вопросы вывели ее из себя. Она продолжила, теряясь в потоке слов:

- И я хочу знать, почему он отвернулся от всех, кто его любил. Предал всех, кто его любил, ради ложных обещаний ненормального старика, который только и делал, что лгал ему!

Как и он. Он услышал эти слова, даже если она их не произнесла. Они висели там, невысказанные, и насмехались над ним. Его собственный гнев и боль нахлынули на него, яснее, чем это было много лет назад. Эта дерзкая бунтарка посмела поднять эту тему перед его лицом? Она не понимала, сколько лжи и предательства он пережил за всю свою жизнь от тех, кто утверждал, что это делается для его же блага.

Он подошел к ней и наклонился, так близко, что почти касался ее лица своей маской.

- Твоя ненависть ко мне пробивается сквозь эти столь заботливые джедайские щиты, миледи. Для вас я, безусловно, неисправимый монстр, а он всего лишь "потерянный". Но что я сделал такого, чего не сделал он? Вы спрашиваете и спрашиваете, почему я пал, но я скажу вам так, Ваше Высочество, ответ не спасет вашего сына. Не сейчас и уж точно не тогда".

Он наклонился, чтобы заглянуть в эти карие глаза. Они были полны страха. Хорошо, она должна бояться его и правды, которую он собирался принести. Все, что угодно, лишь бы ей было так же больно, как ему.

- Он мертв. Тот, кто идет на его месте, не тот, кому вы бы дали хоть каплю сострадания при любых других обстоятельствах. Вы готовы оказать "милость" прощения только потому, что он - ваша кровь? Как лицемерно.

На ее лице отразились шок и боль. Затем и то, и другое исчезло, и на ее лице расплылась неприятная улыбка.

- Ревнуешь, что некому было простить тебя за убийство жены?

На мгновение Вейдеру показалось, что он не может дышать, несмотря на респиратор, который заставлял его это делать. Как она посмела? Не думая, он обрушил на нее всю эту боль и ярость. Он выжмет из нее эти слова.

Она слегка приподнялась, и вся эта самодовольность исчезла через секунду, когда она подняла руки, чтобы сжать шею. Затем ее лицо сменилось другим, и на мгновение он готов был поклясться, что почувствовал жар костров Мустафара, лижущий его кожу.

Вейдер сильно прикусил губу, и внезапная вспышка боли вернула его в настоящее, в эту стерильную темную камеру. Любимое лицо растаяло, и он увидел только женщину, ответственную за его нынешнюю боль.

Ее руки упали на бок, так как она осознала бесполезность этого жеста. Вместо этого она сжала правую в кулак. Вейдер ухмыльнулся и поднял свою собственную концентрацию. Он знал, что ей не уйти от него. Она должна заплатить за свои дерзкие слова, и он будет выжимать из нее жизнь одну мучительную секунду за другой.

Не было ни нарастания, ни струйки предупреждения от Силы, ничего, что могло бы подготовить его к абсолютной волне силы, обрушившейся на него. В одну секунду он крепко держал принцессу, а в следующую Сила поднялась, как водоворот, и швырнула его через всю камеру.

Вейдер с грохотом ударился о стену. В его шлеме тут же зазвучали сигналы тревоги. Секунду он хрипел, а затем на его визоре вспыхнуло предупреждение о том, что его основной респиратор был смертельно поврежден. Он оцепенело смотрел, как автоматические системы немедленно перешли на вторичную систему. Затем промелькнуло еще одно предупреждение, что эта система тоже повреждена и работает только на семьдесят процентов мощности. Она едва не убила его этим ударом. Откуда взялась эта сила? Вейдер никогда в жизни не чувствовал ничего подобного.

Пока сигналы тревоги и предупреждения продолжали свой бесконечный парад в его ушах, он посмотрел на нее. Она стояла на коленях и дрожала. Она сделала глубокий вдох, а затем подняла голову, посмотрела прямо на него и спросила хриплым голосом:

- Почему вы пали?

Он просто уставился на нее, ошарашенный. Ее наставник явно не имел ни малейшего представления о ее потенциале. Он не мог вспомнить, когда в последний раз кому-то удавалось разрушить его власть над Силой. Возможно, когда он был моложе и не был уверен в своих техниках, но это было несколько десятилетий назад.

Он не вкладывал всю свою силу в этот захват, просто потому, что хотел продлить ее страдания. Но он приложил более чем достаточно сил, чтобы отбить у нее все попытки освободиться. У него, конечно, было достаточно практики в убийстве джедаев и неудавшихся инквизиторов подобным образом, чтобы быть уверенным, что он знает, что делает. Кто была эта женщина?

Она начала медленно подниматься на ноги.

- Почему?

Он должен был встать, должен был вернуть контроль, должен был сделать миллион других вещей, но не смотреть на эту неожиданную загадку, которую Сила поставила перед ним. Он потряс головой, пытаясь сосредоточиться.

- Почему? - причитала она. В этом простом слове было столько боли, потери и горя. Как будто в нем была заключена судьба всей галактики. Когда его собственные щиты были разрушены ее действиями, он обнаружил, что его захлестывают ее эмоции, а его собственные обретают гармонию с ее.

- Ради нее!!! - закричал он, его боль и горе вторили ее эмоциям. И как только это было сказано, не было никакой возможности остановить остальные слова, которые последовали за этим. Они хранились в бутылках годами и годами никогда не говорили об этом. Но каждый день Вейдер ходил по миру с преследующим его призраком.

- Везде я видел только ее смерть. Неважно, какой выбор я сделал! Джедаи говорили мне только смириться с потерей и отпустить. Но Палпатин, он обещал, что сможет спасти ее!!! Я потерял свою мать, я не хотел потерять ее! - Эмоции, бурлящие вокруг, были слишком сильны, и Вейдер чувствовал себя так, словно рухнул на самого себя.

Почти шепотом он продолжил:

- И все было напрасно. Я потерпел неудачу. Остались только я, Палпатин и галактика в хаосе. Джедаи сделали меня оружием, и я стал им в полной мере. Я должен был навести порядок в галактике. И я не позволил ничему встать на моем пути.

Она покачнулась на ногах, на ее лице был написан ужас.

- Ты вернулся к тому, что умел.

Его глаза закрылись.

- Да, - согласился он. Что еще оставалось? Он не позволит, чтобы все, чем он пожертвовал, было напрасным. Пусть у него ничего не останется для себя, но он принесет мир в галактику.

Затем Силу пронизала волна ярости. Его глаза удивленно распахнулись.

- Ты выторговал ее, но не ребенка? - прорычала она.

Вейдер повернул голову и посмотрел на нее.

- Ребенок? - медленно произнес он. Он чувствовал себя полым, пустым и очищенным, но какая-то его часть кричала, чтобы он обратил внимание. Это было важно.

Она оскалила на него зубы.

- Да, ребенок, - повторила она, как мстительный ангел.

Он медленно моргнул.

- Нет, не делал, потому что Палпатин не знал. - Его Учитель уже знал достаточно. Он так беспокоился о Падме, что их ребенок стал для него второстепенной заботой. Затем Палпатин раскрыл, кем он был на самом деле.

- Я никому не говорил, и моя жена тоже. - Это означало бы исключение из Ордена, и ее карьера пошла бы прахом. Все это было так давно. Сейчас этот голос кричал, приказывая ему думать, вспоминать.

Он боролся с этим. Он так долго пытался забыть эти страхи и тревоги. Это было целую жизнь назад, десять жизней назад. Тогда ему было не все равно. У него были люди, о которых он заботился. Но он никому не рассказал о ребенке. Падме была беременна, но никто не знал, что он отец. Откуда эта альдераанская принцесса из будущего знала?

Отдаленным голосом, который, казалось, доносился издалека, он размышлял:

- Мне остается только удивляться, откуда ты знаешь о моем ребенке. Или о том, что у меня была жена. Это было запрещено среди джедаев, и никто из нас никому не говорил. - Он посмотрел на нее, рассеянно гадая, к чему это приведет.

- Мой отец рассказал мне, - поспешно сказала она. - Он сказал, что она умерла с ребенком.

Его собственный голос рычал и был настолько искажен, что он не узнал его.

- Лгунья!!!

Ужас и отрицание в глазах Падме, когда она поняла, кто еще находится на ее корабле.

- Нет!!! - запротестовала она.

Почему из всех дней именно этот раздался эхом в этой маленькой комнате?

Он встал так быстро, как только мог, гнев нахлынул на него и на воспоминания, и на нее.

- Это ложь. - Зачем кому-то рассказывать ей о нем? Она была совершенно не связана с ним, так зачем беспокоиться? Внутренние сигналы тревоги завыли на полную громкость, и он раздраженным движением Силы заставил их замолчать.

В тот день там был кто-то еще. Кто-то, кто мог бы рассказать ей. Он подошел к ней.

- Это был Оби-Ван?

Она даже не колебалась.

- Да.

Он остановился.

- Это тоже ложь. - Почему? Зачем ей лгать об этом? Что она пыталась защитить?

Он пересек комнату и подошел к ней, и она сжалась в комок. Схватив ее голову руками, он заставил ее посмотреть на него.

- В вас содержится такая информация обо мне, которую почти никто не знает. Даже после моей смерти я не могу придумать, зачем и почему вы будете искать это. - Ее презрение и ненависть к нему были совершенно очевидны. - А когда я спрашиваю у вас источник информации, полуправда, которой вы обладаете, иссякает, и вы выплевываете ложь за ложью.

- Я не искала, - запротестовала она. - После вашей смерти я не хотела иметь ничего общего с вами или с чем-то, связанным с вами.

- Это правда. - Наконец-то. Он усилил давление своих рук. - Кто-то посчитал, что тебе необходимо знать. Кто был этот человек и почему он сказал тебе? - Кто бегал вокруг, зная о его величайшей ошибке?

Он чувствовал, как ее мысли перескакивают с одной возможности на другую, ее лицо было бледным даже сквозь красные искажения его визора. Ее рот несколько раз открывался и закрывался, когда он видел, как она отбрасывает ложь за ложью.

Перед его мысленным взором снова промелькнуло лицо Падме. Лицо Падме, когда он душил ее, пытаясь образумить. И снова этот образ. Почему? Принцесса выглядела как его жена, всегда выглядела. Он избегал ее именно по этой причине. Но здесь, в этой камере, он должен был уметь различать их двоих.

Здесь и сейчас она показала, что в ней есть огонь и неугомонность, которых никогда не было у Падме. В ней проявился инстинкт "вцепиться в горло", подкрепленный переменчивым нравом, при всем том, что она впечатляюще его контролировала. Падме была верной и страстной, но она была спокойна и тверда в своем стремлении добиться желаемого. Он находил такой покой, купаясь в этих холодных эмоциях, которые она так свободно дарила ему. Ее Высочество была совсем не такой. Если она и была похожа на кого-то, то скорее на него.

Вейдер почувствовал, как его руки ослабли, когда эта странная мысль поразила его. Он осторожно поводил ее лицом из стороны в сторону, действительно глядя на нее. Карие глаза расширились, и он отстраненно заметил, что они не были такой же формы, как у Падме. Но они были похожи на глаза его матери. Глаза его матери на лице Падме.

Нет, это было невозможно. Ребенок был мертв. Ребенка больше нет! Он убил ее так же точно, как и свою жену.

Нет.

Он убил ее отца. Она так сказала, и она не лгала. Но Бейл не рассказывал ей никаких лестных историй об этом мертвом родителе. Очень необычно, что он не похвалил джедая. Она также согласилась с ним, что сочла бы этого загадочного человека не совсем адекватным родителем. Она так презирала этого безымянного джедая. За что? За то, что он умер от нее? За то, что он убил ее и оставил с двумя родителями, которые обожали ее? Нет. Он перечитал ее слова. Она не сказала, что он убил этого родителя. Нет, она сказала, что он уничтожил его.

Нет.

Он отпустил ее лицо и нежно провел по шее, где он только что душил ее. Там, где она ударила его Силой с достаточной силой, чтобы сломать его довольно крепкую хватку. Он никогда в жизни не чувствовал такого могущественного пользователя Силы. Даже Йода не был таким ярким, как стоящая перед ним женщина.

Сила, в который раз, дала ему прямой ответ на вопрос, который он так отчаянно пытался похоронить.

Да.

Но это означало бы, что НЕТ!

В ужасе он опустил руки с ее шеи. Он задушил ее, он причинил ей боль, он угрожал ей. Нет, только не это. Он не должен был делать этого снова!

Он отступил от нее, а она только смотрела на него, на ее губах не было ни одного умного слова. Только взгляд человека, который отчаянно хочет убежать. Этот взгляд был ему хорошо знаком.

Она была... - его разум отмахнулся от этого слова и сосредоточился на чем-то другом.

Она знала. Она знала, кто он такой, как только он вошел в эту камеру. И вместо того, чтобы что-то сказать, она играла с ним в эту игру. Она знала, на что он способен, и сочла это предпочтительным вариантом. Он почти...

Вейдер выпустил в Силу весь беспорядок эмоций, которые он испытывал, отчаянно пытаясь избавиться от этого смятения и боли.

Она вздрогнула, и на секунду он забеспокоился, не причинил ли он ей какую-то боль в ответной реакции, которую вызвал своим импульсивным действием. Но затем она обвела взглядом комнату, не сводя с него глаз.

По его позвоночнику поползло облегчение. Она была в порядке, напугана, но в порядке. Он не зашел слишком далеко. Он сможет оправиться от этого, сможет объяснить. Это было то, что он мог исправить.

"Ты пытаешь меня, дважды!" - прозвучало эхом в его голове. Нет, он не причинил ей вреда, но кто-то, кто был им, причинил.

- Он знал? - слова были вырваны из горла, которое начало закрываться в панике.

Ее взгляд вернулся к нему:

- Кто знал? - спросила она, все еще пытаясь отрицать его.

- Мой альтернатор, знал ли он, что ты его дочь?

Принцесса, нет, не принцесса, а его дочь, сложила руки. Она обрушила на себя Силу и тяжело села на скамью, притягивая к себе все уязвимые части себя. Она ждала, что он набросится на нее. Чтобы ударить ее или убить. Вейдер не был уверен, хочет ли он просить прощения или найти способ проскользнуть между реальностями, чтобы убить своего альтернатора за его слепоту. Не было такой версии, которая убила бы этого человека, стоящего перед ним. Нет, если бы он знал. Но если бы он не знал. Если бы она когда-то была в этой комнате, девятнадцать лет назад, и знала, где находится база повстанцев. Его мысли снова закружились, пока он пытался загнать их в угол.

- Понятно. - Ему нужно было покинуть эту комнату. Ему нужно было восстановить контроль. Ему нужно было... чтобы его дочь не разбилась вот так прямо у него на глазах. То, что это было то, чего он хотел, когда впервые вошел в комнату, вызывало у него тошноту.

Он вышел из комнаты.

Охранники все еще стояли на своих постах за дверью.

- Она уже сломалась, лорд Вейдер? - спросил один из них.

Перед глазами возник образ Леи, трусящей у его ног, ее неукротимый дух был сломлен. Как когда-то перед ним пала ее мать.

Его спутник рассмеялся.

- Эти повстанцы ведут хорошую игру, но им нечем ее подкрепить.

Вейдер моргнул, и вот они уже лежат в коридоре, как безвольные куклы. Неважно, они были не важны.

Он вошел в комнату управления. Трое охранников бросили на него панический взгляд, средний из них поднялся с кресла.

- Л-лорд Вейдер? - заикался он.

- Проследите, чтобы принцесса не покидала свою камеру, - сказал он им, входя в лифт. Следующие несколько часов были потеряны в красном пламени.

***

Вейдер пришел в себя в собственной каюте, почти все вокруг него было разбито и разнесено в щепки. За исключением его жизненной капсулы, которая, казалось, пережила бурю его нрава в целости и сохранности. Что было удачей. Предупреждение, мигающее на его визоре, сообщило ему, что вторичный респиратор сейчас работает только на сорок процентов.

Он нахмурился: ярость все еще была там, Темная сторона щебетала, побуждая его добиваться все большего и большего. Почему его вытащили?

Он потянулся к Силе, чтобы найти опасность. Но натолкнулся не на угрозу, а на отсутствие. Лея. Леи больше не было на Звезде Смерти. Паника охватила его, и он судорожно потянулся, насколько мог. Нет, она не умерла, он не мог снова потерпеть неудачу. Когда на пределе досягаемости он обнаружил яркое присутствие в Силе, он издал внутренний вздох облегчения. Не умерла. Но и не здесь.

- Таркин, - шипел он. Таркин был единственным на этой станции, кто мог отменить его приказы. Мофф по какой-то причине решил перевести Лею в другое место. Сначала он должен был пойти в ее камеру и убить тех глупцов, которые его ослушались. Затем он узнает, куда увезли его дочь. Он вышел из своей каюты, даже не потрудившись взглянуть на беспорядок, который оставил после себя. Сигнал тревоги на его респираторе замигал еще одним предупреждением. Он проигнорировал его, ведь были более неотложные дела.

***

Гнев Вейдера только усилился, когда он добрался до тюремного блока и обнаружил, что комната управления пуста. Шипя сквозь зубы, он подошел к дисплею камеры Леи. Она сидела там, бледная и исхудавшая. Зацикленный канал. Это тоже могло бы сработать, если бы не тот факт, что он знал, что ее вывезли с базы.

Он посмотрел в коридор. Возможно, это пустая трата времени, но он должен проверить ее камеру. Возможно, в Силе остались следы ее состояния, когда ее вытащили из той комнаты. Его потребность узнать ее душевное состояние была более насущной, чем те несколько минут, которые он потратит на проверку.

Он помчался по коридору, стуча сапогами на бегу. Прошли годы с тех пор, как он чувствовал необходимость бежать куда-либо. Он медленно и методично двигался к своей цели. Уверенный в своей способности справиться с любой защитой, которая была воздвигнута за это время, чтобы остановить его. Однако сейчас ему нужна была каждая свободная секунда, которую он мог украсть.

Он распахнул дверь, шагнул внутрь и обнаружил не пустое помещение, как он ожидал, а три трупа на полу.

В замешательстве он остановился на нижней ступеньке. И присмотрелся повнимательнее. Двое охранников лежали на спине, раны от бластеров указывали на способ их смерти. С третьего, самого маленького, была снята форма. Он оглядел камеру и заметил ее белое платье, небрежно расстеленное на скамье.

Обойдя трупы, он подошел и поднял платье, потирая мягкую ткань руками в перчатках.

Его инстинкты были верны. Таркин был замешан в этом, но не для того, чтобы убрать ее. Пустой центр управления и зацикленный канал наблюдения показали, что он послал этих людей допросить ее. Зачем? Чтобы узнать, почему он остановился? Чтобы узнать, что заставило его нестись по коридорам Звезды Смерти в убийственном настроении?

Он должен был сообщить Таркину, что она сбежала. Скрыть это было невозможно. При мысли об этом человеке его рука сжалась в кулак, а ткань платья чуть не порвалась. Этот проклятый дурак послал сюда этих трех некомпетентных идиотов. И из-за того, что они недооценили ее, его ребенок пропал. Опять. Скорее всего, на ее секретную базу повстанцев. Ту самую, местоположение которой он до сих пор не знал.

Но, сосредоточившись на мертвых охранниках, Вейдер с удивлением ощутил прилив гордости при виде этого зрелища. Если у него и были какие-то сомнения в том, что Лея - его ребенок, то она только что окончательно развеяла их. Каким-то образом ей удалось сбежать с этой станции, не подняв ни единого сигнала тревоги.

***

Таркин лично пришел в камеру, чтобы осмотреть место происшествия. Он оставил охранников снаружи и закрыл дверь. Это будет один из тех разговоров. Так тому и быть.

- Как вы могли допустить, чтобы это произошло? - потребовал Таркин.

- Я ничего не допустил, - возразил Вейдер. - Меня здесь не было. Это вы послали сюда этих людей.

Таркин шипел:

- Чтобы выяснить, что заставило вас бродить по коридорам этой станции, убивая всех, кого вы видели.

Вейдер не помнил ничего из этого, но это не было сюрпризом.

- Вы узнали местоположение базы? - спросил Таркин.

- Нет. Я этого не делал.

Таркин усмехнулся.

- Возможно, Император хотел бы знать, как она сбежала, когда вас не было в этой камере?

- Возможно, Император хотел бы знать, насколько плохо вы готовите своих солдат, если безоружная девятнадцатилетняя девушка смогла сбежать от них? - без выражения спросил Вейдер.

Губы Таркина сжались, но он не стал опровергать обвинение. Он просто огляделся вокруг, осматривая разрушенные стены камеры. Вейдер подавил дрожь. Он сделал это в комнате, в которой находилась она. Он мог причинить ей вред, так легко и без раздумий. Ему нужно было быть более осторожным по отношению к ней. Он давно разучился быть нежным с кем бы то ни было.

- И что же привело это в действие? - спросил Таркин, взмахнув правой рукой, чтобы охватить все повреждения. - На вас не похоже, чтобы вы так сильно теряли контроль. Или потерпеть неудачу при допросе пленника.

Вейдер уже придумал идеальный ответ на этот вопрос. Тот, который дала ему Лея.

- Вы были правы. На Татуине был кто-то, с кем она пыталась связаться. Она послала схемы Оби-Вану Кеноби.

Таркин выглядел удивленным. Это был не тот ответ, которого он ожидал.

- Оби-Ван Кеноби? - насмехался он, - Он, должно быть, уже мертв.

- Тем не менее, именно ему она отправила чертежи. - Вейдер махнул рукой в сторону поврежденных стен. - Когда я услышал это имя, я был... не готов. - Он сглотнул, но ему нужно было что-то передать Таркину. Ради Леи он потерпел бы унижение, признавшись сопернику в слабости. - Я счел за лучшее уйти, пока не убил ее.

- Такая забота, разве это не трогательно, - сухо заметил Таркин.

- Трупы не дают ответов.

- Верно. - Он посмотрел вниз, осматривая обнаженное тело. - Она не могла уйти далеко. -О, но она ушла. Намного дальше, чем Таркин мог бы поверить. Не то чтобы он собирался говорить ему об этом. Это привело бы к вопросам, на которые Вейдер не хотел отвечать.

- Проведите ее поиск по всей станции. Если ее не удастся найти, то через несколько часов, я думаю, мы сможем создать достаточную мотивацию, чтобы она вышла из своего укрытия.

Глаза Вейдера сузились.

- Что вы имеете в виду?

- Ну, лорд Вейдер, если мы пригрозим ее родной планете, как вы думаете, это убедит ее быть разумной?

Вейдер почувствовал, как страх пробежал по его позвоночнику. Нет, не убедит, и не только потому, что ее здесь нет. Лея никогда бы сознательно не предала Альянс. Но он лишь ответил:

- Возможно.

- Мы увидим, кто прав, в ближайшие несколько часов. - Затем Таркин вышел из комнаты. Вейдер смотрел ему вслед, благодарный за маску, которая скрывала его лицо от этого человека. Ему хотелось протянуть руку и убить его. Но он не мог. Не напрямую. Это привлекло бы внимание его Учителя, а это было последнее, в чем он или Лея нуждались в данный момент.

Таркин хотел уничтожить Альдераан. Даже если бы Лея чудом появилась, он все равно собирался это сделать. Вейдер слишком долго работал с ним, чтобы не уметь предугадать его следующий шаг. А если Альдераан будет уничтожен, не стоило думать о том, как отреагирует Лея.

Он выпрямился. Стояние в этой камере ни к чему не привело бы. Впервые за последние десятилетия его путь был ясен. Сначала починить респиратор. Потом изучить схемы и заняться работой.


## Глава 3


Примечания:


Ну, это заняло гораздо больше времени, чем я ожидал. Реальная жизнь навалилась и сильно укусила меня за задницу. Я все еще работаю над ним, но, как всегда, не могу гарантировать, когда выйдет следующая глава. На гораздо более приятной ноте isaakfvkampfer сделала перевод моего фика на китайский, что было очень мило с ее стороны. Я не знаю, как сделать так, чтобы ссылка появлялась внизу, как связанная работа, так что если я упускаю что-то очень очевидное, пожалуйста, дайте мне знать. ETA Ссылка находится в примечаниях внизу. Незначительные, и я действительно имею в виду незначительные, спойлеры "Rogue One".


(Дополнительные примечания см. в конце главы).

Текст главы


Лея не хотела ничего на свете, кроме как остаться здесь. Это место, о котором она так мечтала, о котором так тосковала, что оно вдруг стало доступным для нее, было почти слишком. Если это невозможное может случиться, то, возможно, ей больше не нужно ни о чем беспокоиться. Только ради этого момента. Именно эта мысль прорвалась сквозь ее радость. Она знала, что лучше, долгая жизнь научила ее этому. Если она хотела сохранить это, ей нужно было собраться с духом и бороться за это. Она отпрянула от родителей, и они оба посмотрели на нее, на их лицах было написано беспокойство.

Папа, его голос дрожал, спросил:

- Лея, что случилось? Последнее официальное сообщение, которое мы слышали, было о том, что на ваш корабль совершено нападение, и все находившиеся на борту погибли. Затем прибыл генерал Кеноби, не прошло и двадцати минут, и сказал нам, что вы захвачены Империей. Как вам удалось сбежать?

Она покачала головой.

- Это не имеет значения. Нам нужно уходить. - Она повернулась от них, намереваясь начать путь во дворец за Кеноби и братом.

- Лея, - успокаивающе сказал папа, поймав ее за руку. - Я понимаю, что у тебя, вероятно, был очень тяжелый опыт. Но мне нужно знать, что произошло. Ты раскрыла что-нибудь Империи? - И вот так обеспокоенный родитель перешел на место лидера Повстанцев. Она слишком часто делала то же самое в своей жизни, чтобы обижаться.

- Вейдер поймал меня, отвез на Звезду Смерти, и я сбежала. - Она уклонилась от ответа на вопрос о том, как ей удалось сбежать, сейчас у нее не было времени на это. Она дернула рукой, пытаясь вырваться из его хватки. - Все, что тебе нужно знать, это то, что нам нужно уходить, и уходить нужно сейчас.

- Нет, Лея, - покачал головой папа, - Ты должна улететь. Желательно с генералом Кеноби в качестве эскорта. Мы с твоей мамой должны остаться здесь и уменьшить ущерб, нанесенный нашему народу. - Теперь его голос перешел на лекторский тон: - Я ценю, как твой отец, что, когда ты бежала, ты сначала думала прийти сюда. Но я думал, что ты знаешь лучше, тебе следовало прыгнуть в более нейтральное место, а затем направиться на Явин. Ты подвергла всех нас опасности.

На мгновение Лея была ошеломлена. Хотя она понимала, что с его точки зрения это выглядело как ошибка новичка, ее раздражало, что отец мог подумать, что она когда-нибудь совершит такую ошибку. Да, большинство людей, спасаясь от опасности, первым делом бегут в известное им место. Но она никогда бы не допустила такой ошибки, даже когда ей было девятнадцать лет. Он обучил ее лучше.

- Ты не понимаешь, - страх настигал ее, делая голос более резким, - все мы должны покинуть эту планету. Ты должен отдать приказ всем слугам разбежаться и все сжечь. Это не мое предположение, Вейдер придет. И он придет за тобой и мамой.

Мама заговорила успокаивающим голосом.

- Ты не можешь знать этого, Лея.

- Я могу, и я знаю. У меня нет времени объяснять. Просто, пожалуйста, доверься мне. - Она не могла рассказать им все, они бы подумали, что она сошла с ума. Проклятье, она жила этим и не была на сто процентов уверена, что может доверять своему рассудку. И у них не было времени спорить обо всем этом.

На лице папы отразился скептицизм:

- Ты позволяешь своему страху перед ним взять верх над здравым смыслом. Зачем Вейдеру приходить сюда и искать нас? Тем более что, похоже, у него не было времени допросить тебя?

Она стиснула зубы, они не слушали ее. Все, что они видели, это их девятнадцатилетнюю дочь, которая пережила травматический опыт и что-то лепетала им. Она понятия не имела, будет ли небольшая часть правды действовать быстрее, но это может быть достаточным шоком, чтобы заставить их уйти.

- Вейдер знает, папа.

Папа нахмурился.

- Что знает?

- Он знает, что я его биологическая дочь, - сказала она прямо.

Папа побледнел.

- Что? - Мама резко выдохнула.

- Я пришла сюда за тобой, - она указала на отца, чтобы подчеркнуть. - Я не могла доверять этим сведениям по связи. Я пришла сюда, чтобы сказать тебе бежать. Как только он поймет, что меня больше нет на Звезде Смерти, ты станешь для него лучшим вариантом информации.

Папа покачнулся, на его лице было написано потрясение. Мама шагнула к Лее и неуверенно спросила:

- Он сказал тебе, что ты его дочь. И ты ему поверила?

Лея почувствовала, как ее охватывает неверие. Она только что сказала им, что их худший кошмар сбылся, и первой реакцией ее матери было солгать ей? Для чего, чтобы защитить ее? Для этого было уже слишком поздно, тридцать четыре года назад.

- Дело не в том, верить ему или не верить, - категорично заявила она маме. - Я знаю, что это правда.

Папа издал страдальческий звук.

- Когда ты узнала?

- Разве это имеет значение сейчас? - спросила она с досадой.

Папа покачал головой.

- Нет, Лея, - сказал он дрожащим голосом. - Это важно. Это имеет большее значение, чем ты можешь себе представить. Это самый охраняемый секрет в галактике. Как ты узнала его?

Она посмотрела на него, это было даже не близко к правде.

- Я думала, это Люк. Хотя, если это так, то, позволив ему оставить фамилию Скайуокер, он поставил гигантскую мишень у себя на спине. Зная, как Вейдер относится к Татуину, вы, возможно, поступили умно, оставив его там, но в целом я не уверена, насколько хорошо вы с Кеноби продумали весь этот план.

Мама пригрозила

- Лея! - своим самым язвительным тоном, но лицо ее отца само по себе вытянулось.

- Ты знаешь о Люке? - спросил он.

- Я знаю много вещей. Самое главное, что у нас нет времени на споры об этом. Мы должны идти.

Папа кивнул.

- Ты права, Вейдер придет. Остальное мы обсудим позже. - Он повернулся и быстро направился обратно к входу во дворец. Она последовала за ним, ее мать шла рядом с ней.

Когда она шла по коридорам дома своего детства, ее охватило чувство головокружения, и она не могла понять, где находится. Она поборола панику. Это был дом, это то место, где она хотела быть. Она была здесь, целая и невредимая. Это была давно забытая мечта. Но если она наконец-то живет в этом мире, почему она чувствует себя чужой, словно призрак, прогуливаясь по знакомым коридорам?

Они вошли в большую каюту дворца. Она остановилась на краю величественной арки, ведущей в зал, и в изумлении уставилась на него. Она забыла, как забыла, о масштабах комнаты с ее сводчатым потолком высотой в два этажа. Прозрачные окна, выстроившиеся вдоль четырех стен, достигали почти такой же высоты, купая комнату в естественном свете заходящего солнца. На полу лежал теплый прозрачный мрамор - работа мастеров, выложенный контрастными узорами различных оттенков синего. Он был широким и гостеприимным, работа многих поколений альдераанских правителей. Это была история ее народа, яркая, открытая, гостеприимная, с врожденной грацией и силой, написанная крупными буквами.

Мама бросила быстрый взгляд на папу и поспешно сказала:

- Я займусь приказом об эвакуации и приведу наши дела в порядок. - Она проплыла мимо них и направилась в коридор, ведущий дальше во дворец.

Когда Лея в изумлении смотрела на зрелище, которое она никогда не думала увидеть снова, ее блуждающий взгляд остановился на обитателях, стоявших в центре комнаты. Там, в стенах ее дома, находились генерал Кеноби, C3PO, R2 и Люк. Она скользнула в тень комнаты, не уверенная, что может доверять себе в этот момент в своих реакциях. Только этого сейчас и не хватало, чтобы она рыдала над всеми.

Люка она изучила первым. Ее брат был ярким маяком в медленно угасающем свете, в своей белой тунике и таких же брюках. Его светлые волосы блестели на свету, и он что-то обсуждал с Оби-Ваном, пока папа не оттащил старшего. Люк стоял там, выглядя немного потерянным, поскольку он стоял один в огромной внушительной комнате. Люк был здесь. Люк своим присутствием в Силе успокаивал ее так, что трудно было объяснить. Она часто задавалась вопросом, как бы выглядела их связь, если бы их не разлучили - еще одна цена, которую Вейдер наложил на ее жизнь.

Потом в комнату вошел Хан, а за ним Чуи, и у нее перехватило дыхание. Наглая ухмылка, обтягивающие брюки и черный жилет были для нее как видение. Знакомое, любимое, хотя и гораздо более молодое видение, знакомое ей, как собственное отражение. Он был здесь, и ее сердце забилось от радости, что он в безопасности. Затем он повернулся лицом к Люку, и на мгновение она уловила выражение его лица, когда он признал, что она находится в комнате, и пошел дальше, как будто она не имела никакого значения. Реальность того, где она находилась, обрушилась на нее, как холодная вода.

Это был другой Хан. Лея почувствовала, как ее сердце упало, когда она поняла, что была для него всего лишь незнакомкой. Это был Хан, а не двойник или какая-то странная вариация, которую выплюнула на нее временная линия. Но это был не ее Хан. Он был молод, моложе Бена, и в его глазах все еще горел циничный огонек, говоривший о том, что он хочет облапошить галактику так же, как она облапошила его. Это был взгляд, который ослабевал, чем дольше он был с ней. С Люком. Даже Ландо помог в этом. И Бен, особенно Бен. Когда акушерка впервые положила Бена на руки Хэна, она впервые за много лет заплакала от радости.

У этого Хэна такого не было. У него был Чуи, но это было все. Одна душа из миллиардов в галактике, которая любила его таким, какой он есть, и не хотела от него ничего, кроме него самого. Это был тот Хан, который был циничным контрабандистом, который откусил бы вашу руку дружбы, будучи уверенным, что вы собираетесь нанести ему удар. Даже позже, после всего, что произошло, ее Хан не терял надежды. Он никогда бы не стал противостоять Бену, если бы это было так.

Хан был мертв. Потому что их сын убил его. Лея проглотила вопль, который хотел вырваться при этой мысли. За хаосом последних двух дней она забыла на такие драгоценные мгновения об этой ужасающей реальности.

Папа закончил разговор с Оби-Ваном, затем повернулся к Хану.

- Мы благодарны вам за помощь, капитан Соло, но мы больше не нуждаемся в ваших услугах.

Ее разум погрузился в какое-то оцепенение. Должна ли она отпустить его? Будет ли это лучше в долгосрочной перспективе для него? И для нее? Она не задумывалась о всех последствиях этого. Она была так сосредоточена на том, чтобы Хан был жив, что упустила тот факт, что и это могло измениться. Она была уже не молода, она знала, как именно они могут развалиться. Была ли она вообще способна рискнуть своим сердцем ради этого Хана? Может, для них обоих будет лучше, если они с Ханом вообще никогда не встретятся? У ее Хана была надежда, да, и он снова научился доверять, но Бен разбил все их сердца. Будет ли справедливо снова подвергать его такому испытанию? Лея отбросила эту мысль в сторону, это был вопрос на потом.

Мысленно она встряхнула себя, сейчас было не время для этого. Здесь и сейчас, эти бессмысленные дебаты были бессмысленны. Им действительно был нужен Хан. Неизвестно, сколько времени им понадобится, чтобы найти другой корабль, который Империя сразу же не сочтет за возможное их содержание, если это будет альдераанская модель. Хану можно было доверять, он был здесь, и любая минута, которую они могли сэкономить, была драгоценна.

Лея заговорила твердым голосом из своего тенистого угла.

- Да, это так. - Все мужчины повернулись и удивленно посмотрели на нее. Ее отец - за ее публичное противоречие, Хан - за ее заявление, а Оби-Ван - за... было ли это развлечение в Силе? Что ж, она была рада, что кто-то нашел во всем этом смех.

Потом был Люк. Он излучал удивление и смущение, потому что она его напугала. Он не знал, что она там была. Лея даже не могла вспомнить, когда в последний раз ее брат не был в курсе того, где она находится и что чувствует. Это был Люк, который явно был рад ее видеть, тянулся к ней, как она к нему, но это был не ее Люк. Он не ходил с ней, он не знал тех горестей, которые знала она. Она была одна. Она находилась в комнате в окружении своей семьи, и Лея никогда не чувствовала такой сокрушительной изоляции. Она протиснулась мимо него: бежать сейчас, разбиться позже, напомнила она себе.

Папа посмотрел на нее и нахмурился.

- Лея..., - предостерегающе сказал он, бросив обеспокоенный взгляд на Хана. Он не доверял ему. Эта мысль была настолько абсурдной, что Лея чуть не рассмеялась. Что ж, она знала, насколько Хан Соло надежен и насколько ему можно доверять, даже этой молодой хрупкой версии самого себя. Она изложила свои доводы. - Они не будут искать его корабль, он здесь и не друг Империи. Я уверена, что мы сможем заплатить любую смехотворную цену, которую он назначит.

Ее отец открыл рот, чтобы возразить.

- У нас нет времени, и мы не можем взять похищенный мной. Это определенно будет на контроле у всех имперцев. Его нужно уничтожить.

В комнату бодрым шагом вошла мама.

- Я отдала приказ всем отбыть. Капитан Салано согласился отвести имперский корабль на базу. - Все уставились на нее. - Не надо, не надо, - объяснила она. - Имперский шаттл - это имперский шаттл. Я уверена, что кто-нибудь найдет ему применение, и он готов рискнуть, чтобы улететь отсюда.

Лицо Хана стало гладким и спокойным, он погрузился в свой образ торговца, когда до него дошло, в какой жесткой ситуации они оказались.

- Это будет дополнительные десять тысяч.

- Договорились, - согласилась Лея. Она могла бы уговорить его на восемь, но у нее не было времени торговаться. Или сердца.

Его глаза загорелись от ее легкого согласия.

- Ну, вы все очень торопитесь, - язвительно заметил он.

- Более чем вероятно, что меньше чем через час здесь будет целый имперский гарнизон, разрывающий это место на части в поисках меня. Мы заплатим вашу завышенную цену.

Он одарил ее недоверчивой ухмылкой.

- Ты ужасно маленькая для такой суеты, - он медленно оглядел ее с головы до ног.

Рядом с ним Люк издал возмущенный вопль:

- У тебя что, нет никаких манер? Она же принцесса!

Она посмотрела на Хана в ответ, думая, что он играет с изнеженным избалованным ребенком, не так ли?

- А у тебя в руках хренова куча металлолома, чтобы быть таким самоуверенным.

- Эй! - возмущенно сказал он, вставая на защиту своего корабля. - У нее все в порядке.

- Так говорят все мужчины, - деликатно фыркнула она.

- Лея! - рявкнул папа, укоряя ее за манеры.

Чуи разразился смехом.

- <Она поймала тебя, детеныш>, - серьезно сообщил он Хану. Лея почувствовала, что ее лицо покраснело, когда до нее дошли последствия того, что она флиртовала в присутствии отца, ее отца. В прошлый раз это не было проблемой.

- Я верю в то, что надо показывать, а не рассказывать, - пробормотал Хан. - Переведите средства сейчас же. У меня такое чувство, что большинство ваших законных счетов вот-вот арестуют. - Лея не смогла сдержать дрожь, которую вызвало в ней его недоверие. Это было глупо, она знала, что это было глупо, у него не было причин доверять ей. Но это не избавило ее от боли, которую вызвали его слова. Папа, заметив ее неловкость, открыл рот, чтобы упрекнуть Хана, но она опередила его.

- Мы уважаем наши долги, капитан, - сказала она ему, внутренне содрогаясь от того, как холодно это прозвучало. Однако она не была уверена, что сможет сделать что-то еще. - Это путь Альдераана.

- Это также наш путь - оказывать уважение тем, кто его оказывает. - В голосе папы прозвучало ледяное неодобрение. Замечательно, теперь ее отец не одобрял Хана.

Мама тихим твердым голосом, не терпящим возражений, сказала Хану:

- Я позабочусь о вашей оплате. - Очевидно, решив, что вопрос решен, она повернулась к дочери. - Пока у нас есть возможность, ты, наверное, захочешь переодеться в это, - махнула она рукой на имперскую форму. Лея кивнула в знак согласия и вышла из комнаты, намеренно не представившись Люку. Сейчас она могла справиться только с одним любимым незнакомцем за раз.

Лея подошла к своему шкафу и выбрала самый практичный наряд для влажной атмосферы Явина. Пара простых коричневых брюк и белая туника из легкой ткани. Прочная ткань и четкие линии позволяли ей двигаться. Натянув сапоги, она подошла к комоду, чтобы осмотреть безделушки, разбросанные на нем. Лея слишком часто бывала в бегах, чтобы скучать по вещам, но чувство грусти, когда ее окружали вещицы и сувениры ее детства, не покидало ее. Скорее всего, через несколько часов, а если повезет, то и через день, он будет захвачен имперскими войсками.

Она схватила свою сумку для еды, а затем быстро взяла фотоголограмму в комоде. В молодости она никогда не задумывалась о том, что в ее сумке для выживания должно быть только практичное. Запасная одежда, несколько бластеров, кредиты - все стандартные вещи. Но теперь, оглядываясь назад, она понимала, что эти голограммы должны были стать ее величайшим сокровищем. Здесь было так много близких, чьи лица размылись в ее памяти. Так много мест на Альдераане, которые потеряли свою четкость в ее воспоминаниях. Даже если все пройдет хорошо, пройдут годы, прежде чем она сможет вернуться сюда. Она повесила сумку на плечо и снова вышла из дома.

***

Она встретила отца в коридоре, и они вместе вышли из дворца.

Подойдя к "Соколу", она с ужасом увидела, что Хан прислонился к трапу, засунув руки в карманы. Она не была готова к этому. Папа, уловив ее нерешительность, тихо прошептал:

- Мы можем найти другой корабль, если он тебя так беспокоит. - Она покачала головой в знак отрицания.

- Нам нужно идти, он здесь. Все будет хорошо, папа, - заверила она его. Он ободряюще улыбнулся и продолжил путь, а Лея сделала небольшую паузу, чтобы набраться храбрости. Она никогда не сталкивалась с этой проблемой в настоящих боях, почему же она подкрадывалась к ней, когда речь шла о ее сердце? Когда ее отец поднялся по знакомому трапу, она встряхнулась. Сейчас не время предаваться унынию. Она вскинула подбородок и подошла к "Соколу".

- Ну, я уверен, что интерьер не соответствует вашим взыскательным стандартам, ваша светлость, но он доставит вас туда, куда вам нужно. - Хан поприветствовал ее, выпрямившись во весь рост.

- Вы ничего не знаете о моих стандартах, капитан, - она старалась, чтобы ее голос звучал ровно, как горькая правда. Она продолжала идти твердым и бодрым шагом. Просто продолжай идти, шаг за шагом.

- Меня зовут Хан Соло. За всей этой суматохой, когда ты пришла и командовала всеми вокруг, я не уловил твоего имени? - спросил он у нее из-за спины.

Лея замерла от этого вполне логичного вопроса. Сколько раз ее сердце могло разбиться сегодня? Лея чувствовала, что вот-вот узнает.

- Это Лея Органа, - смогла она, повернувшись к нему лицом.

- Не принцесса Лея Органа? Мне бы не хотелось оскорблять ваше чувство приличия, - с насмешливой вежливостью предложил он.

- Нет. - Он пытается вывести тебя из себя. Не ловитесь на приманку.

Не получив объяснений, он пожал плечами.

- Ну, все остальные на борту, так что если мы можем двигаться дальше, я бы хотел избежать еще одной имперской блокады сегодня.

Ей даже не пришлось думать, прежде чем ее гордость ответила за нее.

- Это должно было произвести на меня впечатление? - Старые шаблоны оказалось сложнее сломать, чем думала Лея. Проблема была в том, что это игровое поле знала только ее сторона.

- Да. Такое случается не каждый день, мне ли не знать. Скажи мне, что ты сделал сегодня такого, что произвело бы большее впечатление? - Он прислонился к переборке, ухмыляясь. Такой до смерти уверенный в себе. К хую. Давайте спустим его на ступеньку ниже. Ему не помешает немного смирения.

- Ну, - сказала она, постукивая указательным пальцем по подбородку в насмешливом раздумье. - Меня допрашивал Дарт Вейдер, я сбежала с имперской боевой станции, угнала шаттл и сумела найти дорогу домой без единого хвоста. - Она одарила его широкой насмешливой улыбкой. - Но, конечно, если хотите, мы можем сравнить это с тем, как вы управляете небольшой блокадой какого-то безымянного мира Внешнего кольца. Это особенно заслуживает похвалы, поскольку вы контрабандист, и я бы подумала, что вы занимаетесь этим постоянно. - Она оставила его ошарашенным.

Страхи Хана оказались беспочвенными, потому что только когда он был уверен, что ничего не может пойти не так, все пошло наперекосяк. Они покинули орбиту Альдераана, не заметив ни одного имперца.

Как только они вошли в гиперпространство, ее отец повернулся к Люку и сказал тихим голосом:

- Мои извинения, но мне нужно на минутку увести генерала Кеноби. Есть вещи, которые мы должны обсудить с ним наедине. - Люк озадаченно кивнул и пошел в кабину пилота.

Лея шла по коридору, направляясь во вспомогательный трюм. Ее родители и Кеноби следовали за ней. Эта комната была подходящей, здесь было место для сидения, если не возражать против ящиков, и была дверь. Она устроилась у дальней правой стены, прислонившись к ней для опоры. Это был не тот разговор, который она хотела вести сидя. Родители последовали за ней в помещение и устроились на длинном высоком ящике, мать с недоумением смотрела на окружающий ее беспорядок. Кеноби решил встать у стены напротив нее, с вопросительным выражением лица рассматривая ее.

- Что вы хотели обсудить, что так срочно и наедине? - обратился джедай к присутствующим. Значит, ее отец решил оставить рассказ на ее усмотрение.

- Вейдер знает, что я его ребенок, - категорично заявила Лея, скрестив руки на груди.

Лицо Оби-Вана было более строгим, чем у ее отца, но удивление все равно было заметно.

- Что?

- Вейдер знает обо мне. Но он не знает о Люке, я в этом убедилась. Вам придется ускорить обучение моего брата.

Оби-Ван потряс головой, как бы проясняя ее.

- Простите, Ваше Высочество, но откуда вы все это знаете?

В комнате рядом с Кеноби внезапно появился мужчина. Он был высокого роста, с длинным лицом, волосами и большим носом. Он был одет очень похоже на Кеноби. Он также был слегка синего цвета.

- Осторожно, Оби-Ван, что-то странное в Силе вокруг нее.

Лея поднялась со своего места, прислонившись к стене, ее рука инстинктивно потянулась к бластеру на боку, вовремя вспомнив, что выстрел в призрака не принесет ей ничего хорошего.

- Кто вы, мать вашу, такой? - потребовала она.

И призрак, и Оби-Ван сосредоточились на ней.

- Ты видишь его? - спросил Оби-Ван.

- Он стоит вон там. - Она жестом указала на мужчину.

Папа, с выражением беспокойства на лице, мягко сказал.

- Лея, там никого нет.

- Это не совсем верно, - мягко возразил призрак. Папа и мама оба вскочили на ноги, так как, предположительно, их незваный гость дал о себе знать. - Когда я прилагаю усилия, я могу быть видимым для тех, кто не обучен, - объяснил он Лее и ее родителям, а затем эти острые глаза снова обратились к ней. - Что наводит меня на очень интересные вопросы о том, где вы проходили обучение джедаев, Ваше Высочество?

Папа нахмурился:

- У нее ее не было. Мы не хотели привлекать к ней внимание.

Оби-Ван покачал головой:

- Она может видеть его, Бейл, это говорит об обратном. - Она почувствовала легкое прикосновение к своим щитам, и Оби-Ван нахмурился еще сильнее. - Ты также знаешь о своей связи с Вейдером и Люком. У вас есть объяснение, Ваше Высочество?

- Лея, - сказала она, прикусив язык от автоматической поправки на генерала.

Он мягко улыбнулся:

- Тогда, Лея, - признал он. - Когда и как ты научилась всему этому?

Лея вздохнула и потерла лоб. Это должно было быть забавно.

- Я из тридцать четвертого года в будущем. - Выражение недоверия на их лицах не было шоком. Но после дня, который она провела, она не была уверена, что сможет выдержать сомнение в своем здравомыслии. Отвернувшись к двери, чтобы не видеть их выражений, она начала излагать факты так, как она их понимала.

- Я заснула на своей кровати, и все было совершенно нормально. Я проснулась на имперском челноке без каких-либо объяснений. Когда я узнала - через четыре года, или тридцать лет назад с моей точки зрения. Откуда я знаю - мне рассказал Люк. О том, что Вейдер был нашим отцом, и о том, что мы братья и сестры, он узнал от Йоды. Который, насколько я знаю, сейчас живет в изгнании на Дагобе. Люк также тот, кто дал мне мое ограниченное, и я не могу это подчеркнуть, ограниченное обучение Силе.

Голос Оби-Вана был полон недоумения и неверия:

- Простите. Я слышал, вы сказали, что вы из будущего?

Лея перевела взгляд на него и спокойно ответила:

- Да.

Мама издала небольшой звук. Когда Лея пытливо оглянулась, мама печально посмотрела на нее.

- Ты ведь говоришь правду? - спросила она, надежда и страх боролись на ее лице. - Вот откуда ты все это знаешь.

Лея кивнула головой:

- Да, это так. Я знаю, как безумно это звучит. Я живу этим и не могу поверить в это, но это правда.

Ее мать всхлипнула. Обеспокоенная Лея начала подходить к ней, но ее отмахнулись:

- Тридцать четыре года я пропустила, - объяснила она, - Это очень много для восприятия. - Лея почувствовала, как у нее защемило сердце. Ее мать думала, что она смотрит на молодые версии своих родителей, а не на застывшие версии, которыми они навсегда останутся. Нет, не навсегда, она изменила это, они были здесь, а не умерли вместе со своим миром.

Оби-Ван сделал жест в ее сторону, в его голосе ясно слышалось недоверие.

- Это невозможно. - Его призрачный компаньон просто выглядел задумчивым.

Она могла бы рассмеяться над иронией.

- Вейдер сказал почти то же самое, когда я рассказала ему об этом.

Тут в разговор вступил папа:

- Если все это правда, а это большое "если", зачем ты сказала ему об этом Лея? Ты только что сделала себя более ценной для него, а не менее.

Лея пожала плечами:

- У меня было не так много карт для игры, и многое нужно было скрывать. Я подумала, что если скажу ему правду, он будет достаточно заинтригован, чтобы не задавать вопросов о будущем.

Папа зашипел:

- Значит, первое, что ты ему сказала, это то, что ты его дочь?

- Я не его дочь, - зарычала Лея, этот отказ ранил ее до глубины души. - Я твоя дочь.

Мама подошла к ней и обняла ее:

- Конечно, это так, - прошептала она. - Ты наша Лея. В этом никогда не было сомнений.

Она закрыла глаза, чувствуя боль матери.

- Мне жаль, - сказала она, ее голос был приглушен маминым плечом. Затем, отстранившись, она повернулась к отцу и повторила: - Мне жаль. Ты не заслужил этого. Просто это были, - и тут она потерла лоб, - очень долгие два дня для меня.

Папа встал и заключил ее в свои объятия:

- Лея, - прошептал он, - конечно, конечно.

Она покачала головой и отодвинулась от родительских объятий. Если бы она осталась, то в конце концов разрыдалась бы без остановки. А этот разговор нужно было провести здесь, в относительном уединении "Сокола". Кроме того, в предстоящем разговоре было столько подводных камней, что если она будет плакать над каждым из них, они никогда не справятся со всем. Начиная с их мертвого гостя.

- Но я должна сказать, что за все это время вы ни разу не появлялись.

Его рот дернулся, как будто он не был уверен, быть ли ему недовольным или забавным.

- Мастер-джедай Квай-Гон Джинн к вашим услугам, миледи, - он отвесил плавный поклон.

- Генерал Лея Органа, - сказала она в знак знакомства, наклонив голову в ответ на его учтивый жест.

- Генерал, - спросила мама, - а не принцесса или королева?

- Нет, - сказала она как можно более отрывисто, сейчас было не время вдаваться в подробности. - Итак, у меня есть ваше имя - Джедай Мастер Джинн. Но это все еще не объясняет, кто вы и почему вы здесь?

- Я - заинтересованная сторона, - загадочно ответил он. Чудесно, либо говорить загадками было свойственно джедаям, либо это было свойственно призракам силы.

- Он был моим учителем, - объяснил Оби-Ван, - и пока я был на Татуине, он продолжал выполнять эту роль - Значит, загадочность была свойственна призракам силы.

- Подожди, - нахмурилась Лея. "Я думала, что Йода был твоим учителем.

- Йода обучал большинство молодых людей, прежде чем их принимал индивидуальный мастер.

Она издала разочарованный вздох:

- Ты сказал Люку что-нибудь правдивое? - потребовала она.

Он бросил на нее изумленный взгляд:

- Если верить тебе, то я понятия не имею. Я не знаю, что сказал ему мой альтернатор.

- Все, что вы сказали до этого момента, подпадает под эту категорию, мастер джедай, - заметила она.

- Оби-Ван. - настаивал он.

- Оби-Ван. - согласилась она из вежливости.

Он выглядел задумчивым, обдумывая ее вопрос.

- Все, что я рассказал ему о Силе, правда. Я обучал Энакина, он был рыцарем-джедаем. Световой меч, который я дал ему, действительно принадлежал твоему отцу. Энакин никогда не говорил, что он предназначен для его детей, и я решил, что он должен быть у одного из вас. - Этот проклятый световой меч. Тот самый, которым, по словам Рей, был одержим Бен. Она отогнала мысли о сыне в сторону. Это была проблема для другого дня. Даже другого десятилетия.

- Все остальное верно с определенной точки зрения? - спросила она с сарказмом.

Его улыбка была кривой:

- На самом деле это очень умно. Кто это сказал?

- Вы.

Квай-Гон фыркнул от удовольствия. Она посмотрела на него, но он больше ничего не сказал. Тогда ей пришла в голову мысль, что он может знать больше о том, что с ней произошло, чем говорит.

- Вы едины с Силой, верно? - Что бы это, мать его, ни значило. Люк стал ужасающе туманным в этом понятии.

- Да, генерал, - ответил он. - Я умер давным-давно на Набу.

- Вы знаете, что со мной случилось? Вы когда-нибудь слышали о чем-то подобном?

Его мрачные глаза смотрели на нее.

- Я мертв, а не всемогущ. И то, что я чувствую вокруг вас, - он помахал руками в воздухе, смутно обрисовывая ее контур жестом. - Сила закручивается вокруг вас под странными углами, словно заманивая вас в ловушку. - Он сделал паузу, явно обдумывая, как ей это объяснить. - Время для меня не движется так, как для вас. Как и сама Сила, время есть везде и нигде. Они связаны друг с другом таким образом, что их очень трудно выразить в конкретных понятиях, понятных живым. И поскольку я - часть Силы, а она - часть времени, я могу двигаться по этой линии назад и вперед в ограниченной степени.

- Насколько ограничен? - спросила она.

- Слишком ограничен, чтобы путешествовать так далеко вперед, как вы, похоже, пришли. Я сохраняю сущность себя в Силе, и это тот поводок, который связывает меня. В этой галактике нет силы, которая досталась бы без цены, Ваше Высочество, и эту цену я плачу. Если бы я позволил себе полностью уйти в Силу, я, конечно, мог бы видеть так далеко вперед, но меня уже не хватило бы, чтобы заботиться об этом. И я вообще никогда не видел живого существа, способного так перемещаться вперед-назад. Мой учитель считался одним из лучших историков по самым странным легендам, связанным с Силой во всех ее применениях. Но он никогда не рассказывал мне ничего подобного.

Сердце Леи упало.

- Вы думаете, я не смогу вернуться?

Он покачал головой.

- Нет, не думаю. Я не знаю, почему это произошло и как, но я не думаю, что у тебя есть способ вернуться, пока ты среди живых.

Она сглотнула. Она не могла сейчас сосредоточиться на этом. У нее не было особой надежды на то, что кто-то сможет ей помочь, но услышать это в столь краткой форме было удручающе. Она смотрела только на положительные стороны того, с чем ей пришлось столкнуться, и ей не приходило в голову, что цена была столь же высока.

- Замечательно, - пробормотала она. Папа посмотрел на нее с зарождающимся пониманием. Она видела, как мысли пронеслись по его лицу. Если перед ним стоял давно умерший мастер-джедай, объяснявший ему метафизику, то, конечно, было вполне вероятно, что ее слова - правда.

Оби-Ван прочистил горло.

- Хотя я не хочу принижать вашу ситуацию, Лея, у меня есть еще вопросы о вашем разговоре с Вейдером, - мягко сказал он.

Лея снова сосредоточилась на нем. Он был прав, она знала, что он прав. Если она действительно застряла здесь, им нужно знать, с каким ущербом они имеют дело. Она кивнула ему, чтобы он продолжал.

- Сомневаюсь, что вы были бы настолько глупы, чтобы рассказать Вейдеру о своем происхождении. Полагаю, он выпытывал у вас эту информацию?

Ее родители в ужасе посмотрели на нее.

- Нет, - решительно сказала она, пытаясь успокоить их. - Никаких пыток не было. Он сам догадался. Я думала, что была осторожна, но, видимо, недостаточно.

- Простите меня, генерал, - сказал Квай-Гон, - но эти отметины на вашей шее говорят об обратном.

Лея забыла о них. Повернувшись, она заметила отражающую поверхность и поморщилась, увидев, насколько темными стали синяки. Она горько улыбнулась.

- Нет, это он не пытался меня пытать. Меня пытал Вейдер, я знаю, что это такое.

Папа выглядел в ужасе.

- Он действительно пытал тебя? - спросил он с недоверием.

Лея нахмурилась, поняв, что сболтнула лишнего.

- Не этот. Другой. Тот, который был в моем прошлом. - На нее смотрели с недоумением, даже призрак выглядел растерянным. Будь проклята Сила, но время сейчас было очень запутанным. - Вейдер, когда мне было девятнадцать, он пытал меня". Вейдер здесь и сейчас, он пытался убить меня в тот момент.

- Что ты ему сказала? - спросил Оби-Ван. - Что привело к этому?

- Оби-Ван! - огрызнулся папа, явно защищаясь от мысли, что джедай считает, что она заслужила то, что с ней сделали.

Оби-Ван замахал руками в воздухе, на его лице появилось выражение тревоги.

- Я сожалею. Слишком много времени провел один в пустыне, не разговаривая с другими людьми. Я явно потерял в этом практику. Я не пытался подразумевать вину. Я имел в виду, как ты его на это спровоцировала? Вейдер не дурак, ты явно представляешь ценность, которую стоит сохранить.

Лея помрачнела, в глазах родителей это будет выглядеть не очень хорошо.

- Я вышла из себя и сказала ему, что он завидует, что там нет никого, кто мог бы простить ему убийство его жены.

- Лея, - вздохнул папа в ужасе, - как ты могла быть такой глупой?

- И жестокой? - разочарованно спросила мама. - Если мы должны быть такими же жестокими, как наши враги, неужели мы ничем не лучше их?

Учитывая все, что она пережила от рук этого существа, Лея не была настроена на прощение. Никогда. Мама хотела как лучше, она это знала, но это не избавляло ее от неприятных ощущений, которые доставляло мягкое укорение. Ее мать даже не представляла, что Лея пережила из-за Вейдера. Она имела право на свой гнев, и даже мать не могла заставить ее избавиться от него. Просить его о сострадании Лея не стала бы. С другой стороны, ее отец был совершенно прав, критикуя ее за крайнюю глупость ее заявления.

- Этого бы хватило, - пробормотал Оби-Ван. - Как тебе удалось вырваться из его хватки?

Лея нахмурилась.

- Я ударила его кулаком, - объяснила она, думая, что это было довольно просто.

- Кулаком? - озадаченно спросил папа.

Она покачала головой.

- Нет, Силой.

Оби-Ван уставился на нее, прежде чем спросить.

- И он отпустил тебя, потому что был напуган?

Она нахмурилась.

- Нет, потому что это отбросило его через всю комнату, - старший мужчина продолжал смотреть на нее.

- Что? Это не сложно сделать. Люк показал мне много лет назад, как подкрепить удар Силой. Я понимаю, почему удушающий трюк срабатывает на нечувствительных к Силе, но его легко сломать, если знать, что делаешь, и не паниковать.

- Легко, - с язвительной усмешкой сказал Оби-Ван, качая головой в недоумении. - Легко сделать, как она говорит. Лея, мне кажется, у тебя очень искаженное представление о том, что такое легко.

- Я не понимаю.

Папа вмешался.

- Лея, он убил полных рыцарей-джедаев этим маленьким "трюком", как ты его называешь.

- Что? Как? - Джедаи древности были высококвалифицированными воинами. Почему никто из них не пробовал этого?

Голос Оби-Вана был наполнен весельем.

- Ну, обучение Люка, конечно, будет еще большим приключением, чем я предполагал. - Затем смех угас, когда он снова посмотрел на нее. - Ты сказала, что он догадался?

- Да. - Она собиралась оставить все как есть, нет необходимости вдаваться в подробности этого разговора.

- Мне жаль говорить, что по тому удару, который ты нанесла, он, скорее всего, догадался о твоем происхождении. Лея, даже во времена расцвета джедаев в Силе было очень мало существ, достаточно могущественных, чтобы сделать то, что сделала ты. - Она смотрела на него, не понимая. Это было не так уж сложно, не так ли?

- Встретить его в Силе лицом к лицу и оттолкнуть, - уточнил он. - Мне это удалось только один раз, и он был наполовину вне себя во время этого боя. Даже магистр Йода не смог, и, вероятно, Палпатину это тоже не под силу. С помощью хитрости и отвлечения внимания - да, это можно сделать. Но чистая сила против силы, в этом отношении он превосходит большинство.

Если бы это было так, почему он служил Императору? Почему бы просто не одолеть его и не взять власть в свои руки. Это не имело значения, идем дальше.

- О, - прикусила она губу, - я не знала, что так бывает. - Вот где все пошло не так с новым орденом джедаев. Люк не понимал истинного масштаба этой силы? Она и Люк знали, что они сильны в Силе. Это достаточно часто вдалбливалось в голову Люка с помощью посоха Йоды. Но разве проблема начиналась с того, что он был настолько силен и имел нереалистичные ожидания того, что все должны быть в состоянии идти в ногу со всеми? Может быть, именно это породило обиду и горечь в ее сыне?

Папа покачал головой:

- Тогда нам нужен план, как с ним справиться.

Она покачала головой:

- Нет, Вейдер сейчас не главная проблема. Звезда Смерти - наша более насущная проблема.

Оби-Ван приподнял бровь:

- Что такое Звезда Смерти?

- Это боевая станция, - объяснил Папа, вклинившись в разговор прежде, чем Лея успела ответить. - Теоретически, способная уничтожать планеты.

Квай-Гон заметно вздрогнул при этих словах.

- Целые планеты?

Папа помрачнел.

- Мы знаем, что он способен уничтожать города. Вопрос о том, может ли он сделать то же самое с планетами, остается открытым.

- Может, - ответила Лея.

Отец повернулся к ней.

- Ты уверена?

Она мысленно увидела, как Альдераан разлетается в пыль, и сглотнула гнев.

- Да.

Мама выглядела в ужасе.

- Империя использовала его?

Лея, не доверяя своему голосу, утвердительно кивнула.

Оби-Ван застонал и опустил лицо на руки.

- Я действительно слишком стар для этого. Это чертежи, которые находятся в R2.

- Да. - ответил папа. - Мы можем только надеяться, что инженер, Гален Эрсо, действительно заложил слабое место для использования.

- Да. - Лея заверила его: - Есть выхлопной порт, который ведет к главному реактору. Одно прямое попадание, и станция взорвется.

Они все уставились на нее:

- Я уже делала это однажды, - сказала она защищаясь, ей не нравились взгляды, которые она получала.

- Да, - медленно сказал Оби-Ван, - и мне пришло в голову, что если ты расскажешь нам, что произошло, это значительно облегчит дело.

Лея открыла рот, чтобы рассказать ему, как прошла битва на Явине, но тут же захлопнула его. Было бы легко, так легко рассказать им все, что она знала, и позволить им взять все на себя. Но разве тот катастрофический разговор с Вейдером не показал ей опасность такого мышления? У нее не было всех точек зрения. Это были события, произошедшие для нее тридцать лет назад. И она уже внесла существенные изменения, которые, как она знала, могли никогда не произойти. Могла ли она доверять им, чтобы они приняли правильные решения в этом вопросе?

- Нет, - сказала она.

- Простите? - спросил Кеноби.

- Нет, я не скажу.

- Лея, - предупредил папа. - Я думаю, у нас больше опыта в этих вопросах, чем у тебя.

- Нет, - ответила она на более прочном основании, - вы этого не знаете. В том-то и дело. У меня за плечами десятилетия опыта, как боевого, так и политического. Я заслужила это звание генерала, оно было дано мне не просто так или потому, что не было никого другого. Это слишком опасно, чтобы вы знали. Это слишком опасно для всех, даже для меня. Но я застряла с этим, и пока что я буду хранить молчание.

Со всех концов комнаты на нее смотрели шокированные лица. Квай-Гон вмешался:

- Если бы ты могла объяснить свою логику в отказе? Я бы подумал, что вы бросились бы за шансом обеспечить победу?

Она на мгновение задумалась, пытаясь сформулировать это так, чтобы они поняли.

- Чем больше мы отклоняемся от известной мне временной линии, тем менее ценным становится мой опыт. Но сможет ли кто-нибудь удержаться от того, чтобы положиться на нее в любом случае? Я уже попала в эту ловушку, думая, что смогу быть в курсе всего, и посмотрите, чем это обернулось. Я скажу что-нибудь, если буду знать, что мы движемся к очевидным проблемам, но я не собираюсь давать никому полный инструктаж. Это слишком заманчиво.

- Я понимаю ваши опасения, но, конечно, не все, что вы помните, было плохо? - спросил Оби-Ван.

- Нет, - уступила она. - Не все.

Лицо папы просветлело.

- Мы победили, не так ли? - спросил он.

Лея подумала об окончательном подписании Галактического Соглашения, ведь тогда у всех была такая надежда. Затем она посмотрела на человека, который так много сделал для этого. Он так и не дожил до этой победы. Теперь она могла отдать ему эту надежду. - Да, мы сделали это, - сказала она с нежной улыбкой. Не было необходимости говорить им о том, что тень зла, с которым они боролись, снова подняла голову, и уже при ее жизни. Кроме того, были шаги, которые она могла предпринять здесь и сейчас, чтобы предотвратить это.

Мама спросила:

- Так что, если мы постараемся как можно ближе подойти к событиям, как ты их помнишь? Чтобы обеспечить эту победу?

Она покачала головой.

- Это невозможно. Вейдер знает обо мне. Я могу предположить, основываясь на действиях его Альтернатора, что он собирается делать, но я не могу знать этого наверняка. Один этот факт изменит то, что произойдет. Я сбежала со Звезды Смерти гораздо раньше, чем раньше. У этого поступка будут серьезные последствия. - Ее отец открыл рот, чтобы расспросить ее о них, но она покачала головой. - Нет, я не скажу тебе сейчас, что произошло, пока опасность не минует. Но поверь мне, когда я говорю тебе, что их, скорее всего, не удастся воссоздать. Уже слишком поздно переносить время назад.

Оби-Ван заявил.

- Значит, вы собираетесь решать, что лучше для всей галактики?

- С этим знанием - да.

- Даже если существует большая вероятность того, что вы можете ухудшить будущее, - надавил он.

Лея расправила плечи.

- Да.

- Вы так похожи на своего отца, - заметил Квай-Гон и исчез. Она нахмурилась: да, папа был скрытным, но как лидер повстанческой группы против тиранической империи, он должен быть таким. Что именно он имел в виду?

Папа вздохнул, потирая лоб.

- Хорошо, мы пока отложим эту дискуссию. - Это был вежливый способ ее отца заявить, что он не согласен с ней и что позже, когда он соберет свои аргументы, они вернутся к этой теме. - Но чтобы вернуться к неприятной теме Вейдера, ты рассказала ему что-нибудь еще о будущем?

Я рассказала ему о своем сыне. Я рассказала ему о Хане. Вот почему ее родители были правы, когда говорили, что нужно держать себя в руках. Не то чтобы это был тот сценарий, который они себе представляли, о последствиях потери контроля над ней.

- Что Палпатин убьет его, - на лице Оби-Вана промелькнуло выражение боли. - Но не о падении Империи. Не о том, что Палпатин умер. Он даже не спросил, - она наморщила лоб, размышляя об этом вслух, - Я даже не думаю, что ему пришло в голову спрашивать. - Как это печально - быть настолько преданным чему-то, полагать, что это будет длиться вечно, а оно так быстро рушится вокруг тебя.

- Это был бы короткий разговор, - предложил Оби-Ван.

Теперь Лея почувствовала, как в ее душу закрадывается сожаление. Он заслужил предупреждение, она знала это. Но она не была уверена, что он сможет понять необходимость ее решения о том, что знание о его выживании - это карта, которую она разыграла по собственной воле.

- Я также рассказала ему о вас, - сказала она.

Он приподнял бровь.

- Могу я спросить, почему?

- Я рассчитывала на то, что вы все равно появитесь на Звезде Смерти через несколько часов, - объяснила она. - Я не думала, что это будет иметь такое большое значение, и мне нужно было что-то ему сказать.

- Ну, очевидно, что этого события не произошло. - Он одарил ее язвительной улыбкой. - Не волнуйся, Лея. Это спорный вопрос. Люк сейчас серьезно тренируется, и это привлекло бы его внимание в любом случае. - Затем ему пришла в голову мысль о том, почему он был для нее таким ненужным. - Я умер вскоре после прибытия на станцию, не так ли?

- Да, это так. Вейдер разрубил тебя, и твое тело исчезло.

Папа спросил с недоверием:

- Исчезло?

- Да, все было очень драматично. - Она поморщилась, вспомнив боль Люка в тот день, а затем продолжила свой рассказ. - После того, как Вейдер выяснил нашу... связь, он покинул комнату для допросов. Мне повезло, Таркин заинтересовался его реакцией и послал нескольких своих людей допросить меня об этом. Я убила их и выбралась наружу.

- Будущее всегда в движении. Хотя в твоем случае это прошлое. - Оби-Ван не выглядел рассерженным ее разоблачением, просто задумчивым.

Она заметила бледное лицо отца:

- Папа? - спросила она обеспокоенно.

- Я никогда не хотел, чтобы ты была солдатом, - объяснил он, - а то, что ты случайно заговорила об убийстве имперцев, доказывает, что именно этим ты и стала.

- Не для всех, - заверила она его. Он одарил ее небольшой грустной улыбкой, но не стал комментировать дальше.

- Я полагаю, у вас нет желания тренироваться с Люком? - спросил Оби-Ван.

- Нет.

- Ааа, ну тогда я полагаю, что продолжу, как и планировал.

Это предложение заставило Лею замереть. В первоначальном плане они не знали, что являются родственниками. Нет. О нет, в этот раз они собирались избежать этого проклятого неловкого дела.

- Я собираюсь сказать ему, что я его сестра, - объявила она.

Оби-Ван нахмурился:

- Почему?

Лея скривилась. Они с Люком никогда не обсуждали это, кроме того случая, когда Хэн усадил их за стол и напоил допьяна.

- Скажем так, это позволит избежать любых сложных ситуаций в будущем.

Хмурый взгляд Оби-Вана только углубился.

- Я понимаю, что вы скучаете по своему брату, Ваше Высочество, но я не вижу, как рассказ Люка сейчас может что-то сделать, кроме как отвлечь его.

Она посмотрела на него, устав от того, что ее не послушали с первого раза. Из-за этого детского личика они забывали, что она почти их ровесница.

- У вас есть два молодых человека, которые встречаются в высоконапряженной атмосфере, где они могут погибнуть в любой момент. Эти два человека чувствуют невероятную близость друг к другу, как будто им суждено быть рядом. Что судьба предназначила им быть вместе. Как вы думаете, что тогда произойдет?

Его глаза расширились от ужаса, когда он понял ее смысл.

- Вы не сделали этого.

Она покачала головой:

- Нет. - Затем, чувствуя, что по крайней мере в этом она должна сказать им полную правду, она сказала: - Но это было близко. Слишком близко для моего комфорта, и мне нужно быть очень пьяной, если я собираюсь говорить об этом дальше.

Теперь он выглядел смущенным.

- Да, конечно. - Он оглядел комнату. - Есть ли еще что-нибудь, что мне нужно знать до того, как мы прибудем на Явин? - Все трое покачали головами. - Тогда, если вы не возражаете, я чувствую необходимость помедитировать. Мне нужно многое переварить.

Папа подождал, пока Оби-Ван выйдет из комнаты.

- Мы тебе не сказали? Не могу поверить, я бы ничего не сказал.

Она беспомощно посмотрела на него. Но первой все поняла ее мать.

- Мы умерли, не так ли?

Лея кивнула, ее горе было старой раной, но все равно было больно. Что было нелепо. Они говорили с ней прямо сейчас.

Папино лицо поникло.

- О, Лея. - Затем он собрался с силами. - Ты можешь сказать нам, как?

- Нет. - Это был автоматический отказ. Она подумала о его реакции, когда он узнал о гибели их планеты, их образа жизни. Затем она посмотрела ему прямо в глаза, видя, как всегда, спокойного человека, который методично делал то, что было необходимо для восстановления справедливости. Ей не нужно было защищать его. Не от этого. Она просто не была уверена, сколько жизненно важных разговоров у нее осталось на сегодня. - Пока нет, - поправила она.

Мама заговорила.

- Что ж, я предлагаю всем нам отдохнуть. Полагаю, на Явине будет много работы.

Папа кивнул и направился к двери.

- Ты уверена, что мы можем доверять этому контрабандисту?

- Да. - Ни колебания, ни сомнения не окрасили ее голос.

Он бросил на нее недоверчивый взгляд.

- Его присутствие явно беспокоит вас.

- Это не его вина, папа. - Он не выглядел успокоенным.

- Почему ты ему так доверяешь?

- Я вышла за него замуж. - Ответ проскользнул прежде, чем она успела подумать об этом.

Папа выглядел потрясенным.

- Ты вышла замуж за того наемника? - Она открыла рот, чтобы защитить Хана, но он покачал головой, прерывая ее. - Мне жаль. Мне нужно время, - и он вышел из комнаты.

Мама вышла вперед.

- Он не сердится на тебя, Лея, он просто расстроен. Дай ему время, это очень много информации, которую нам дали.

- Я знаю, - грустно прошептала она. Все эти годы она гадала, что бы подумали ее родители о ее выборе мужа. Что ж, теперь она знала.

Мать взяла ее руку и нежно сжала ее.

- Я уверена, что капитан - очень хороший человек, когда ты узнаешь его получше.

Лея тихонько засмеялась, хотя на глаза навернулись слезы.

- Нет, это не так. Он действительно, действительно не такой. - Она полу-всхлипнула: - Он негодяй. Но он был моим негодяем.

- О. - Она почувствовала нерешительность матери, а затем мягко спросила: - Могу я спросить, что он сделал такого, что ты так взволновалась, глядя на него?

Слезы полились по ее щекам.

- Он умер.

Мама слегка вздохнула.

- О, любовь моя. Мне так жаль. Когда?

Лея почувствовала, как она рассыпается.

- С моей точки зрения? - Ее мать кивнула. - Вчера.

Мама утешающе улыбнулась, и Лея сломалась. Здесь никого не было. Никого, ради кого она должна была быть сильной. Была только мама, и с ней она могла рыдать в ее объятиях и не чувствовать себя слабой. И она плакала и выплескивала все обиды последних двух дней в единственном месте в мире, где она чувствовала себя в безопасности.


## Глава 4


Лея плакала так, как не позволяла себе уже много лет. Она плакала о своих родителях, хотя они были здесь. Она плакала о своем Люке и его потерянных мечтах. О Бене, ее сыне, который был настолько потерян, что убил Хана. О Бене, который до вчерашнего дня, она была уверена, что его можно спасти. Она ошибалась в этом, очень ошибалась, и Хан заплатил за это. Здесь и сейчас, плача на руках у матери, она поняла, что Хан мертв. Ее Хан, а не тот молодой человек в кабине, такой злой и горький. Хан, с которым она прожила всю жизнь, и хорошую, и плохую. Она рассказала Вейдеру, но правда ее слов не была усвоена. События последних двух дней несколько притупили ее, но теперь от этого было не убежать. Сможет ли она когда-нибудь простить своего сына? Хуже того, из-за того, где и когда она находилась, могла ли она вообще думать о том, что он может быть у нее? Эти мысли проносились у нее в голове, и она ужасалась самой себе за то, что даже подумала о них.

Было бы лучше для всей галактики, если бы ее сына не было в живых и он не смог бы посеять в ней такой хаос? Конечно, она хотела вернуть его, она хотела вернуть Бена. Но это была не та ситуация, которая была поставлена перед ней. Это не было ее преследованием сына, чтобы заставить его прекратить то, что он делает. Это был вопрос: может ли она вообще рисковать его существованием? Было ли безответственно с ее стороны игнорировать вред, который он может причинить, только потому, что все, о чем она могла думать, это ее маленький мальчик, смотрящий на нее широко раскрытыми карими глазами и говорящий своим мягким детским голосом: "Мама". Или смышленый ребенок, который был таким серьезным и неловким во всем? Затем она подумала о том, каким потерянным стал ее сын. Может быть, Вейдер был прав, будь проклята его душа, может быть, не было способа достучаться до него.

И, наконец, она плакала о себе. Она не знала, что делать с каждым из них - Люком, Хэном, Чуи, своими родителями. Да, она спасла Альдераан, но она была так ослеплена открывшейся перед ней возможностью, что не понимала, что за все обещания, которые давала эта временная шкала, придется заплатить. Она была одинока, ее покинули столько людей, которых она любила, и она думала, что поняла, насколько это может быть болезненно. Она сильно ошибалась в этом. Когда вся история, хорошая и плохая, была стерта со всеми, она стала для всех чужой.

Мать продолжала держать ее на руках, нежно покачивая взад-вперед и напевая тихую колыбельную. Лея почувствовала осторожное движение в Силе, нерешительное и неуверенное, пытаясь определить ее настроение. Вероятно, это был Люк, тренирующийся в Силе с Кеноби. Нежное прикосновение было наполнено заботой, но очень нерешительной. Он быстро отстранился, когда она переключила свое внимание на него. Люк, вероятно, был просто озадачен бурей эмоций, рассудила она. На этом корабле больше не было никого, кто мог бы так к ней обратиться или проявить заботу. Лея начала чувствовать, как рыдания стихают от этого сочувственного знака поддержки, черпая в нем силы. Да, она была одна, но ей не обязательно было оставаться такой. Она подняла голову, чтобы посмотреть на обеспокоенное лицо матери. Она не чувствовала себя лучше, просто очистилась.

- О, Лея, - прошептала она. - Это первый раз, когда ты плакала по нему?

Она кивнула головой.

- Я просто легла спать, думая, что утром хорошенько поплачу об этом, когда шок пройдет, и я проснусь на этом проклятом шаттле.

Мамино лицо было полно сочувствия и общего горя. Она взяла лицо Леи в свои руки. Лея закрыла глаза и стала наслаждаться этой единственной победой из того беспорядка, в который превратилась ее жизнь.

- Лея, я не могу знать, как далеко ты продвинулась, когда я думаю о том, как все было для меня тридцать четыре года назад и сейчас, ну, - она мягко улыбнулась. - Сомневаюсь, что я была бы так же спокойна, как ты. Но знай, я очень горжусь женщиной, которую вижу перед собой.

Лея почувствовала, как поднимается паника.

- Ты не можешь этого знать, - настаивала она.

- Разве я не могу?

- Ты не знаешь, как часто я терпела неудачи в будущем. Посмотри, как сильно я провалилась сейчас. Если бы я только придержала язык...

- Лея, Лея, - прервала ее мать, мягко покачав головой. - Послушай меня. Хотя я не знаю всех подробностей того, что произошло в твоей жизни, я вижу женщину, которая столкнулась с неизмеримым злом и вышла победительницей. Я вижу женщину, которая была поставлена в невозможную ситуацию, которая наверняка сломила бы меньших существ. У кого хватило смелости и мужества найти решение, чтобы выйти из нее? Да, Вейдер знает, и ты считаешь это большой неудачей со своей стороны. Но, любовь моя, подумай обо всем, что ты от него скрывала. База Повстанцев в безопасности. Твой брат в безопасности. Это не мелочи.

Лея открыла рот, чтобы возразить, но мать прервала ее.

- Ты всегда так непомерно строга к себе. Подталкиваешь себя все дальше и дальше, всегда ради какой-то постоянно расширяющейся цели. Я беспокоилась, ох как я беспокоилась, что без нас с отцом здесь, чтобы привязать тебя, ты превратишь себя в ничто. Но это не так. Ты здесь, все еще заботишься, все еще сражаешься, и тебя не снедает горечь от того, что судьба оставила у твоих ног. Ты все еще любишь Лея. - И тут пальцы ее матери начали прослеживать следы слез на лице Леи. - Вот доказательство. Ты все еще ценишь это, и я могу только восхищаться силой, которая, должно быть, потребовалась тебе.

Лея почувствовала, как на ее лице появляется улыбка, когда мать заверила ее. Она положила свои руки на руки матери.

- Как же я скучала по тебе, мама.

Мать широко улыбнулась ей в знак любви.

- Что ж, я сделаю все возможное, чтобы в будущем ты этого не делала.

Улыбка Леи дрогнула, но она сдержала это глупое обещание. Она была слишком убита горем, чтобы так скоро снова потерять свою мать. Она снова сжала руки матери и уронила их. Ее мать сделала то же самое. Лея не хотела нарушать это настроение, но теперь, когда она успокоилась, ее мучил один вопрос.

- Почему ты солгала мне? О нем?

Лицо ее матери наполнилось удивлением.

- О Вейдере? Лея, ты была слишком мала, чтобы знать. Мы с отцом всегда собирались рассказать тебе.

Она уже знала это. Эта проклятая музыкальная шкатулка, которая разрушила все вокруг. Она знала, что послание должно было прийти после смерти Вейдера, от руки Люка или от ее руки. Лея отогнала эту мысль. Это было некрасиво и недоброжелательно, у них были веские причины не раскрывать правду. Она покачала головой.

- Нет, я имела в виду сегодня. Когда я сказала тебе, что Вейдер знал, ты солгала мне.

Лицо матери омрачилось пониманием.

- О. Тогда... - Она горестно покачала головой. - Привычка, я полагаю. Это давний рефлекс - защищать тебя от этого знания. И это был довольно большой секрет, который мы хранили так долго, что нам пришлось быть очень осторожными. - Она сцепила пальцы перед собой и расправила плечи. - Сейчас, когда я все знаю, я думаю, что это выглядит как глупость с моей стороны, но я пыталась защитить тебя. Дочь, с которой я, помнится, разговаривала две недели назад, не справилась бы с этой информацией.

Упреки матери всегда были хуже, чем упреки отца. Они всегда звучали ласково, но это лишь делало упреки для нее еще острее. Лея попыталась вспомнить себя в девятнадцать лет, а затем представить, как она узнает о своем происхождении. Она помрачнела: это была бы катастрофа. Даже в двадцать три года, с учетом всего того, что она узнала о потерях и предательстве, это было тяжелым ударом. И это при том, что рядом с ней был брат, который поддерживал ее, ведь он был единственным человеком в галактике, который знал, что это за бремя. В одиночку она бы впала в саморазрушительную ярость.

- Хватит об этом, Лея, - мягко укорила ее мать, читая ее лицо. - Все кончено. Ты прошла через это и выжила. Нет смысла разбираться с тем, что могло бы быть.

Лея почувствовала, как ее передернуло, и заставила себя успокоиться. Ее мать не намеренно пыталась быть снисходительной.

- Мама, сейчас я имею дело только с тем, что могло бы быть, - напомнила она ей.

На мамином лице отразилось смущение.

- Ну, да. Наверное, я никогда не думала об этом так.

Лея оставила все как есть. Она ничего не могла поделать, кроме как быть терпеливой с родителями. Они восприняли открытие обстоятельств довольно хорошо, но им потребуется время, чтобы привыкнуть к тому, что она теперь намного старше, чем кажется.

- У меня к тебе вопрос, если ты не возражаешь.

Лея кивнула в знак согласия. Она была уверена, что ее мама не станет затрагивать темы, на которые Лея не сможет ответить.

Мамина улыбка была теплой и приветливой:

- Я много лет гадала об этом. - Она наклонилась и заговорщически прошептала: - Какой у тебя брат?

Лея рассмеялась чисто и свободно, впервые за то время, что казалось вечностью.

- Я позволю тебе сделать это открытие самостоятельно. Но, думаю, он тебе понравится.

***

Она сидела за столом дежарика в главном трюме, рассеянно водя пальцами по доске. Ее мать ушла в каюту экипажа, желая отдохнуть. У них еще было время до прибытия на Явин, и ей хотелось побыть наедине со своими мыслями. Это место было для нее домом, и все, что она чувствовала, сидя здесь, - это отголоски разговоров, ужинов и драк, которые здесь происходили. Смех Бена, когда Хан гнался за ним по этим самым коридорам. Чуи, упрекающий Хана за какое-то "усовершенствование" "Сокола", которое пошло не так. Люк беззвучно смеялся, когда R2 и Трипио предавались одному из своих многочисленных препирательств. А теперь все эти события существовали только в ее воображении. Призраки того, что могло бы быть, вместо того, что было.

Альдераан был домом, который она еще могла вернуть себе. Могла ли она сказать то же самое о "Соколе"? Должна ли она его восстанавливать? Она почувствовала раздражение от собственной нерешительности в этом вопросе. Может, хоть раз она оставит все как есть и позволит событиям происходить так, как они будут происходить?

Затем она почувствовала присутствие Люка на краю коридора и подошла ближе. Она подумала о том, чтобы уйти и отложить этот разговор. Нет, он воспримет это неправильно. Он явно искал ее, и она не хотела, чтобы их отношения начались не с той ноги. Впрочем, откровение об их кровных узах могло подождать. Она стала спокойнее, это точно, но она еще не до конца доверяла себе, чтобы снова заводить разговор о ситуации, в которой она оказалась. Пока она не придет в равновесие после потрясений последних двух дней, она будет держать язык за зубами. Возможно, это было трусостью, но Лея чувствовала, что заслужила передышку.

Он вошел через дверь и увидел, что она сидит за столом. Он подошел к ней. Она уставилась на него, любопытствуя, как все это будет происходить. Он излучал нервозность, а она явно не искала компанию.

- Здравствуйте, я Люк Скайуокер. - Он широко и нервно улыбнулся. Не так драматично, как его первое представление, но этот стандарт было довольно трудно превзойти.

Еще час назад она и представить себе не могла, что сможет вести этот разговор без эмоций. Но после срыва в объятия матери она чувствовала себя гораздо спокойнее. Не то чтобы ей не было больно, просто она могла лучше справиться с этим. Он протянул руку для пожатия, и на мгновение Лея смутилась от ее естественного вида. Улыбка Люка слегка дрогнула, когда она уставилась на его протянутую руку. Затем ее усталый мозг уловил обстоятельства, и она быстро подняла свою, чтобы сжать его еще не отрубленную руку.

- Здравствуй, Люк, - сказала она, одарив его самой дружелюбной улыбкой, на которую только была способна. - Я Лея Органа.

Он воспринял это как приглашение и сел рядом с ней в круглую кабину.

- Да, я знаю. Это я нашел ваше сообщение на дроидах и принес их Бену.

- Это было мило с твоей стороны и смело.

Он слегка покраснел от комплимента.

- Я не знаю насчет храбрости, но это было правильно.

- Это не тот выбор, который сделал бы каждый. - Его лицо потемнело, и у нее возникло мимолетное впечатление, что в его голове промелькнули лица. Возможно, Оуэн и Беру? Она продолжила успокаивать его. - Ну, ты здесь, с беглецом из Империи и изгнанным джедаем. Это, конечно, был трудный выбор.

Его застенчивая манера поведения исчезла, сменившись печалью.

- На самом деле выбор был невелик. Моя тетя и дядя были теми, кто купил дроидов. Они были убиты штурмовиками, пока я был с Беном. У меня нет дома, куда я могла бы пойти.

- Я сожалею о твоей потере, - утешительно сказала она. - И что ты, и они, оказались втянуты в это". И она сожалела. Конечно, она ничего не могла сделать. Ни в этот раз, ни в прошлый, но это была косвенная ее вина, что дроиды нашли путь к семье Люка. Или, может быть, Сила. Ее брату не суждено было стать фермером-влагодобытчиком, так же как ей - пастухом-нерфоводом. Однако она сожалела, что его семья поплатилась за это.

- Это не твоя вина, - сказал он. - Это ужасно, что их больше нет, но не ты их убила. Империя решила сделать это. Блин, мой дядя продал бы им дроидов, если бы они попросили. Но вместо этого они пошли по самому жестокому пути, и это не твоя заслуга. Я хочу помочь. - Его лицо опустилось, но потом он взял себя в руки и поправил: - Я всегда хотел помочь. Но до сих пор не я расплачивался за действия Империи. Все это было так далеко от меня. - Горе, обнаженное и ужасное, заполнило его слишком молодое лицо. - Я скучаю по ним, и после того, как все это закончится, я, наверное, хорошенько поплачу об этом, но если бы это были не они, это был бы кто-то другой.

Она не помнила, чтобы Люк был таким мудрым, когда был молод. Храбрым - да. Преданным - да. Безумная удача тоже приходила на ум. Но не это. Когда она думала о нем в этом возрасте, все, что она могла вспомнить, это его широко раскрытые глаза на все новое, с чем он сталкивался. Хотя его воспитание в мире внешнего кольца не дало ему возможности познакомиться с большой галактикой, он никогда не был наивным. Тот, кто рос в мире, контролируемом хаттами, быстро терял это чувство.

- Что ж, это моя печальная история о том, как я оказался здесь. Как вы оказались в рядах повстанцев? Это не то, чего я ожидал от принцессы из мира Ядра?

Она одарила его дразнящей улыбкой:

- Ты знаешь много принцесс, не так ли? Я разочарована, я думала, что буду твоей первой. Ты должен сказать мне, как я выгляжу.

- Нет, ты моя первая. Ну, не в смысле девушек, я знаю много девушек. Ну, несколько. Не очень хорошо, или что-то в этом роде. Я имел в виду..., - он запнулся, когда смущение залило его лицо. О, это было восхитительно, ее брат спотыкался на своем языке и говорил все, что приходило в голову. Люк не делал этого уже много лет. Честно говоря, она уже и забыла, насколько он был скован на язык в присутствии людей, когда только поступил на службу. Пройдут годы, прежде чем она позволит этому Люку забыть об этом. Если вообще когда-нибудь. - Прости, это было глупо, не так ли?

Она рассмеялась и мягко прижалась плечом к его плечу:

- Все в порядке. Многие люди так думают, поэтому мне сходит с рук половина вещей, которые я делаю. И чтобы ответить на твой вопрос, я думаю, я родилась в этом. Мой отец был одним из основателей Альянса. - И ее родная мать тоже, раз уж она об этом подумала. Какая удивительная ирония, что она и Люк были детьми основателей двух столпов галактики.

- О. - Он выглядел очень впечатленным. - Как давно ты в этом участвуешь?

- Ааа... - она судорожно пыталась посчитать в уме и сдалась - С шестнадцати лет. - она остановилась на этом.

- Когда мне было шестнадцать, мой дядя едва отпустил меня одну на местную заставу. Не могу себе представить, чтобы мне настолько доверяли родители". Более чем вероятно, недоверие к миру. Она не могла представить, после всего, что слышала об Оуэне и Беру Ларс, что они не полностью доверяли своему племяннику. Впрочем, задним числом Люк сам поймет это откровение. Поняв, какой опасности он подвергался всю свою жизнь, Люк многое в своем детстве понял по-другому.

- Я никогда не встречал никого, кто доверял бы дроидам так, как ты доверяешь своим. Откуда ты знал, что они выполнят задание? - Он выглядел в целом озадаченным этим вопросом.

- Всегда доверяй дроиду, - сказала она ему. На его пустой взгляд она внутренне вздохнула. Точно, никакого опыта общения с R2 и его бесконечной способностью попадать в неприятности и выпутываться из них. - Я использовала их раньше, - заверила она его, - Много раз в моей шпионской работе против Империи.

- Ты шпионка?

- Ну, я была. Я была членом Имперского Сената. Но Империя распустила этот орган, так что я осталась без работы". Он рассмеялся над слабой шуткой, как она и предполагала. Проклятье, знал ли он, что она никак не могла этого узнать? Очевидно, нет, он не выглядел слишком озадаченным ее знаниями. "С другой стороны, похоже, что есть новые и захватывающие возможности быть открытым бунтарем.

- Ну, похоже, что мы оба начнем с одной и той же точки. - Он застенчиво улыбнулся этой мысли.

- Думаю, мне бы это понравилось, - мягко сказала она, протягивая руку и сжимая его ладонь.

Конечно, именно в этот момент в помещение вошел Хан, с его невероятным временем для самого неудачного входа.

- Ну разве не уютно? - промурлыкал он, глядя на их тесные позы.

Она нахмурилась от его сарказма, на что он обиделся? Это был его усталый голос.

Рядом с ней Люк застыл в явном возмущении от ее имени.

- Да, это называется болтовня. Это то, что люди делают, чтобы узнать друг друга. Тебе стоит попробовать это, вместо того чтобы отпускать ехидные замечания по любому поводу. - Она определенно чувствовала ревность со стороны своего брата. Возможно, ей следовало затронуть тему родства. Она все еще устала и не могла держать себя в руках, но, возможно, этот разговор был бы не так страшен, как этот.

- Не нагнетайте обстановку. Я услышал голоса и просто зашел сюда посмотреть, как дела у моих пассажиров. - Хан широко нахально ухмыльнулся, подходя к столу, явно желая позлить Люка. Или пофлиртовать с ней. Возможно, и то, и другое, честно говоря. - Мне нравится думать, что я здесь работаю по полной программе. - Он соблазнительно подмигнул Лее.

- Мы в порядке, - пробурчал Люк. Она действительно жалела, что отложила рассказ о случившемся даже на день. Она забыла об этом... о том, что у них двоих было с ней в самом начале. Нет, она заставила себя забыть.

Она собиралась покончить с этим сейчас, пока ее лицо не выдало то, что она не хотела объяснять.

- Ну, как бы ни было весело, когда ты сражаешься, как ранкор сражается за кость, мне нужно отдохнуть. - Люк поднял голову, слегка пораженный ее ледяным тоном, и она успокаивающе похлопала его по руке: - Приятно было познакомиться, Люк Скайуокер.

- Мне тоже было приятно с вами познакомиться, - ответил он, улыбка вернулась. Она оставила их вдвоем позировать.

***

Она бродила по знакомым коридорам, направляясь к каютам экипажа, но не имея в голове никакой цели. Она заметила своего отца во второй каюте экипажа, сидящего в кресле. Он одарил ее страдальческой улыбкой, когда заметил, что она стоит в дверях.

- Входи, Лея. - Затем он прочистил горло, его рука беспокойно двигалась на коленях.

- Лея, твоя мать говорила со мной, прежде чем легла отдохнуть. Она рассказала мне, что случилось с твоим мужем. - Его голос дрогнул на слове "муж". - Прости, что я так плохо отреагировал. Я видел только то, что он расстроил тебя. Я не понимал, что это произошло не по его вине.

- Ты мог бы поверить мне на слово, - с горечью подумала она. Нет, это было несправедливо, он тоже оказался в трудной ситуации.

- Все в порядке, - сказала она. Папа посмотрел на нее с укором:

- Значит, не все в порядке.

- Но поверь мне, если я знаю что-нибудь о Хане Соло, он производит самое плохое первое впечатление. Я постараюсь не принимать это на свой счет.

Он рассмеялся:

- Ну, я не могу сказать, что ты его не знаешь, - а потом погрустнел: - Ты можешь рассказать мне, как он умер?

Она покачала головой.

- Это был не несчастный случай и не болезнь, если тебе интересно. Но я действительно не хочу говорить об этом папа. Это слишком рано.

- Хорошо. Я могу это понять. - Он заколебался, а затем продолжил: - Могу я спросить, что именно ты в нем нашла?

Ее раздражало, что он опять не поверил ей на слово. Она бы не вышла замуж за Хана, если бы у нее не было на то веских причин. Она укорила себя за нелюбезность этой мысли. А как бы она повела себя с Беном? Папа смотрел на своего единственного ребенка, который, очевидно, женился на незнакомке. За кого-то, кто, по правде говоря, на данный момент был не лучше "наемника", как он так красноречиво выразился. Он лишь хотел понять.

Она перебрала в уме все случаи верности Хана, его умение рассмешить ее, его готовность встретить ее лоб в лоб и накричать в ответ. Но был один случай, значение которого ее отец понял бы сразу.

- Через несколько лет после этого мы попали в ловушку, которую устроила для нас Империя. Мы искали убежища у нейтральной стороны. Мы думали, что его предложение помочь нам было искренним, он не питал любви к Империи. Однако Вейдер опередил нас и ждал нас в столовой. Мы вошли туда совершенно неподготовленными, а он стоял там и ждал нас, - проглотила она воспоминание о холодном шоке, который оставило в ней это зрелище. - Первое, что делает Хан, - достает бластер и стреляет в него. Конечно, это было бесполезно, Вейдер отклонил выстрелы. Но я видела, как имперские офицеры ломались от страха при виде знаменитого Темного Лорда Ситхов, но первой реакцией Хана было нападение. Для этого нужен стальной позвоночник. Этот Хан просто еще не знает этого.

Ее отец хмыкнул. Он не выглядел убежденным, но и не выглядел обеспокоенным. Она немного постояла в тишине, гадая, есть ли у него еще вопросы к ней о ее муже. Или о внуках. Сила, как она должна была объяснить отцу про Бена?

- Нам нужна история, - сказал он ей вместо этого.

Лея подняла бровь.

- Для чего?

- О том, как ты сбежала. Я не думаю, что ты хочешь рассказать всем правду об этом, Лея.

Они бы знали. Все бы снова узнали, и эти взгляды последовали бы за ними. Лее, в общем-то, было наплевать на то, что люди думают о ней. Но страх, наполнявший лица людей, когда они узнавали в ней "дочь лорда Вейдера", каждый раз вызывал у нее инстинктивную тошноту и отвращение.

- Да, - согласилась она, - наверное, да. - Она задумалась на мгновение, размышляя, что проще всего было бы сказать. - Думаю, лучше всего будет придерживаться правды, насколько это возможно. Меня захватили на борту "Тантива V" и привезли на Звезду Смерти. Лорд Вейдер начал меня допрашивать, - она провела пальцем по синякам на шее. - Он решил, что меня нужно перевезти на Корусант по причинам, в которые я не посвящена. Я убила охранников в шаттле и изменила план полета.

- Это не самая правдоподобная история, но сойдет, - предупредил папа. - Но я не могу придумать ничего лучше, как оказаться владельцем имперского шаттла класса "Лямбда". - Затем он нахмурился: - Как тебе удалось это сделать?

- Я использовала код авторизации Таркина.

Он быстро сел в свое кресло.

- Что ты сделала? - спросил он удивленно.

Она ухмыльнулась.

- Я использовала его код. Я знаю его текущий код.

- Почему ты его знаешь?

Лицо Леи скривилось от отвращения.

- Причина не важна, - преуменьшила она.

- Еще что-то из будущего, о чем ты мне не хочешь рассказывать? - Она посмотрела на него ровным взглядом, и он вздохнул. Он вернулся к своему первоначальному вопросу: - У тебя будут люди, которые будут интересоваться, не растение ли ты.

Она пожала плечами.

- Пусть гадают, я не растение.

- Среди повстанцев будет много людей, которые не поверят, что девятнадцатилетняя девушка, не имеющая формального боевого опыта, смогла выдержать пытки Вейдера и одолеть свою охрану. И у них будут веские причины не верить. - Таков был ее отец, всегда указывавший на практические проблемы ее причудливым капризам. Только это была не прихоть.

- Но я обучена. Ты и мои тети позаботились об этом. - Он нахмурился, но кивнул, соглашаясь. - Ты сам сказал, что нет лучшей истории, чтобы рассказать им.

- Скажи им правду. - На ее отрицательный ответ он добавил: - По крайней мере, высшему командованию. С твоими разведданными, подкрепляющими твои слова, они поддержат тебя против любого обвинения.

Снова это.

- Нет. Этого не произойдет. Я сказала тебе почему.

- И я понимаю, чего ты боишься. Но Лея уверена, что если несколько человек будут в курсе проблемы, мы сможем ее обойти.

- Нет, папа, не могу.

- Я не понимаю, почему ты так уверена, что сможешь все исправить сама.

Она покачала головой:

- Я не настолько самонадеянна. Я не уверена, что смогу сделать это лучше. Я знаю только, что если рассказать большему количеству людей о том, что может произойти, все станет еще хуже. - Это все, что ей было нужно, решение комитета на основе возможных альтернативных временных линий.

Ее отец сменил тактику:

- Лея, я не думаю, что ты понимаешь, как это повлияет на твою репутацию. Недоверие будет преследовать тебя повсюду. Возможно, оно никогда не исчезнет.

Она горько рассмеялась:

- Ты думаешь, это первый раз, когда люди сомневаются в моих мотивах. Все эти годы я предупреждала..., - она запнулась, поняв, что попала на опасную территорию. - Нет, мы не будем об этом говорить. Достаточно сказать, что я знаю, каково это, когда люди сомневаются в каждом твоем шаге и мотиве.

- Ты действительно не собираешься говорить со мной о большей части своей жизни?

Она покачала головой.

- Я не могу. Для меня слишком легко выдать что-то.

Печаль папы усилилась:

- Лея, так жить нельзя. Ты не можешь провести остаток жизни, вечно сдерживая свой язык. Тебе нужно с кем-то поговорить. С кем угодно.

Она почувствовала, как напрягся ее позвоночник:

- Значит, это путь, по которому я должна идти. Это не первый раз, когда мне приходится стоять на своем, и не последний.

Папа только покачал головой, но больше ничего не сказал. Удрученная Лея вышла из дверного проема.

***

Она снова оказалась в главном трюме. Она не чувствовала потребности в отдыхе, разговор с отцом заставил ее нервничать. Он высказал хорошую мысль. Может ли она провести следующие тридцать четыре года своей жизни, вечно прикусывая язык? Тщательно взвешивая все свои слова, опасаясь, что она скажет что-то, чего не должна знать. Или боялась, что изменит все к худшему? Если это не было для нее определением ада, то она не знала, что было бы. Все это должно было закончиться катастрофой. Она прислонилась к шкафам и начала тихонько биться о них затылком в молчаливом разочаровании.

- Ты поранишь себя, если будешь продолжать в том же духе, - заметил Хан из коридора.

Она фыркнула.

- Это меньшее из того, что меня беспокоит, капитан. - Но она все же остановила движение.

- Хан. Меня зовут Хан. - Он вошел в комнату, приближаясь к ней. Когда он не остановился, а наклонился к ней, она вздрогнула, похоронив инстинкт повернуть голову к нему на грудь в поисках успокоения.

- Расслабься, - проговорил он, и тут она услышала, как позади нее открывается шкаф. Он отдернул руку, чтобы она могла увидеть, что в нем лежит. Это был бакта-пластырь. - Я как раз за этим, - протянул он ей.

Она молча взяла его и вскрыла упаковку. Он отступил на несколько шагов назад на более вежливое расстояние.

- Извините, это бренд "вне рынка". - Он жестом указал на ее шею. - Должно быть достаточно, чтобы справиться с этим.

Она издала небольшой смешок.

- У контрабандиста незаконно изготовленный товар. Я в шоке, говорю вам. В шоке. - Она осторожно начала прикладывать длинную тонкую ткань к шее. Это не закроет все синяки, но для начала будет неплохо.

- Ну, не все из нас выросли во дворце. - Его дразнящая ухмылка померкла, когда он осмотрел все еще видимую часть ее синяков. - Вейдер, да?

- Да.

- Никогда не имел удовольствия встретиться с ним. Хотя слышал истории. Тебе повезло, что он хотел оставить тебя в живых.

- Это я, счастливица. - Да, ей очень повезло, что она его дочь. Возможно, ей следовало бы останавливаться у каждого встречного храма и зажигать свечу в молитве за этот факт. По крайней мере, это был не Палпатин. Сосредоточься на позитиве, Лея, это мог быть Палпатин. Давайте просто держать эту счастливую мысль в голове.

- Спасибо, - сказала она, жестом погладив себя по шее, отступая от своих манер.

- Нет проблем. - Он стоял, уставившись на нее.

- Что? - спросила она, удивленная его молчанием и пристальным взглядом.

- Просто пытаюсь понять тебя. Большинство людей, которых я знаю, после встречи с ним рыдали бы в коридорах и были бы на полпути к безумию. Вы же, напротив, проплываете мимо, командуете всеми вокруг и вообще ведете себя так, будто вам на все наплевать. Это не то, чего я ожидал от королевской особы, родившейся в Основном мире. - Хотя она и не ожидала. Они с Люком так и не смогли выяснить, где они родились. Возможно, теперь она сможет это выяснить.

- Я думаю, тебе нужно расширить свои горизонты.

- О, поверьте мне, принцесса, они достаточно широкие. - Он задумчиво смотрит на нее.

- Может быть, вам просто нужно встречать больше людей.

- Почему-то я не думаю, что это докажет мою неправоту. - Он кокетливо улыбнулся ей. - Но знаешь, чего я действительно не понимаю?

- Я нахожусь на грани предвкушения.

- Столкновение с главным императорским силовиком не пугает тебя, а бегство от Империи даже не заставляет попотеть. Но я, - и тут довольная ухмылка заиграла на его губах. - маленький старый я. Я заставляю вас нервничать.

- Не льстите себе, капитан, - ответила она. - Мне нравятся хорошие мужчины.

"Лгунья", - пробурчал ее внутренний Хан.

- Заткнись, ты не помогаешь.

- Это факт? - хмыкнул он себе под нос. - Я буду иметь это в виду. - И он зашагал прочь, обратно в кабину. Лея наблюдала за ним всю дорогу, любуясь видом. В конце концов, она была всего лишь человеком.

***

Когда Хан криком объявил, что они приближаются к месту назначения, Лея и ее отец втиснулись в кабину. Хан открыл канал связи, как только они вышли из гиперпространства. Папа наклонился вперед и назвал свой код.

Хан начал.

- Подожди, подожди, подожди. Я думал, что везу вас на место встречи. На самом деле я должен был привезти тебя на базу повстанцев. Настоящую базу Повстанцев. За которую Империя предлагает огромную награду? Вы что, с ума сошли? - Его голубые глаза широко раскрылись, а лицо было потрясенным.

Папа напрягся и посмотрел на него.

- Лея считает, что тебе можно доверять, и я верю в ее мнение - Что ж, Хан не сильно поднялся в его оценке.

Недоверчивое лицо Хана повернулось к ней, и она вопросительно изогнула бровь.

- Ты собираешься доказать, что я ошибаюсь? - спросила она.

- Ну...., - пролепетал он.

Чуи хмыкнул.

- <Она не ошибается насчет тебя, Хан. Ты бы все равно не рассказал Империи. Прими комплимент и, что более важно, оплату и двигайся дальше>.

***

Когда они сошли с борта "Сокола", Лейя не была шокирована, увидев большой приветственный комитет. Мон Мотма, Ян Додонна, Давитс Дрейвен и генерал Уиллард стояли впереди, а Лейя и остальные направились к ним в просторную летную палубу.

Мон широко улыбнулась, когда заметила их.

- Бейл, Бреха, когда мы услышали объявление о вашем аресте, мы так волновались.

Папа улыбнулся в ответ.

- Мы в безопасности. - Он сцепил руки за спиной и добавил: - Если мы прибыли в менее чем идеальных условиях. Но я рад сообщить, что чертежи находятся в безопасности в банках памяти этого астромеха. - Он сделал жест, и R2 выступил вперед. Генерал Уиллард сделал движение, и группа техников отделилась от него и устремилась вперед, чтобы окружить маленького дроида.

Трипио издал небольшой звук бедствия, и Лея повернулась к нему:

- С ним все будет в порядке, - заверила она золотого дроида. - Они будут с ним особенно осторожны.

- Но принцесса Лея..., - возразил он, его тон стал тревожным.

Она вздохнула.

- Тогда иди с ним. Ты не нужен немедленно, и я уверена, что ему станет легче.

Трипио поблагодарил и последовал за небольшой толпой, пока они вели дроида дальше вглубь базы к центрам данных, куда они могли сбрасывать информацию.

Мон Мотма смотрела, как они уходят, потом повернулась лицом ко всем и, казалось, заметила других пассажиров, кроме Леи, папы и мамы. На ее лице появилось выражение глубокого облегчения, когда она увидела старика в потрепанных одеждах. Улыбаясь, она подошла к нему, пока не оказалась в нескольких футах перед беловолосым мужчиной.

- Генерал Оби-Ван Кеноби, - произнесла она своим твердым ясным голосом, с удивлением глядя на старого джедая. Ее голос отчетливо прозвучал в пещере, и Додонна, Дрейвен и Уиллард потрясенно посмотрели на джедая.

На толпу в ангарном отсеке опустилась тишина. Вокруг затихли голоса, а лица, полные благоговения, обратились к ним. Это, казалось, ничуть не смутило старика, он слабо улыбнулся и отвесил глубокий официальный поклон:

- Сенатор Мон Мотма. Давно не виделись.

Ее рот дернулся от удовольствия.

- Я больше не сенатор, - сообщила она ему, - просто Мон. - Бейл упомянул, что пошлет кого-нибудь за вами. Я не могу подчеркнуть всю серьезность наших обстоятельств.

Оби-Ван нахмурился:

- Я не уверен, что могу сделать, но я более чем готов предложить помощь. - Он повернулся к Люку: - Могу я представить вам своего спутника? Это Люк Скайуокер.

Люк, выглядевший немного взволнованным от такого внимания к нему, сделал неуклюжую попытку поклониться.

- Мэм, - сказал он соответственно.

- Скайуокер? Как Энакин Скайуокер? - спросила она.

Люк кивнул.

- Он был моим отцом. - В его голосе прозвучала нотка гордости. О, это должно было вернуться и преследовать их всех позже.

Она окинула папу и Оби-Вана глубокомысленным взглядом.

- Не понимаю, почему я так удивлена, - сказала она ровным тоном. Затем обратилась непосредственно к Оби-Вану: - У тебя всегда было чутье на драматический выход.

Его рот дернулся:

- Полагаю, это справедливая жалоба.

- Ну, разве это не день, полный неожиданных сюрпризов? - сказала она. - Пойдемте, нам нужно многое обсудить, - она посмотрела на папу, маму и Лею. - Все вы, я не могу дождаться, чтобы узнать, как это произошло.

***

Последующее совещание было таким же, как и все другие, на которых присутствовала Лея. Несколько важных фактов перемежались с большим количеством разговоров, так как каждый чувствовал необходимость прокомментировать сказанное. Она ненавидела собрания. Они были важны, она знала, что они важны. Она не понимала, почему они всегда занимают в два раза больше времени, чем нужно.

Как и ожидалось, ее рассказ о том, как она спаслась со Звезды Смерти, был встречен со здоровой долей скептицизма, но присутствие Кеноби, казалось, привлекло большую часть их внимания. Справедливости ради, знаменитый генерал-джедай времен Войн клонов с сыном своего не менее знаменитого партнера на буксире должен был быть интереснее, чем ее обстоятельства. Она знала, что лучше не думать, что этот вопрос был полностью закрыт. Оби-Ван был новой блестящей игрушкой, но рано или поздно подробности ее побега снова всплывут, возможно, в самый неподходящий момент. Капитан Салано появился через десять минут после начала брифинга, посадив ее на летную палубу. После того, как его проверили на наличие устройств слежения, ее поблагодарили за приобретение шаттла. Но Дрейвен все еще смотрел на нее с подозрением в глазах. Ей придется следить за ним.

После того как ее с благодарностью удалили с совещания, она бродила по базе, не зная, куда ей идти. Планы все еще анализировались, и высшее командование Альянса вместе с Кеноби обсуждало, что делать с ними дальше. Выследить Звезду Смерти было первоочередной задачей, но вопрос заключался в том, как это сделать? Она была способна к гиперпространственному полету, и нужно было добраться до нее, пока ни одна из планет не поплатилась за это так же, как почти поплатился Альдераан.

Первой мыслью Леи было подражать Императору. Сообщить кому-нибудь местоположение Явина и увидеть их приближение, но она сомневалась, что кто-то там прислушается к ее совету. План был слишком рискованным для Альянса, а они не были уверены, что способны захватить боевую станцию. Возможно, именно здесь ей следовало намекнуть отцу, что это можно сделать. Если Таркин сразу же прилетит на Явин, это будет меньшее количество невинных планет, которые нужно будет уничтожить. Отследить станцию было бы практически невозможно, почему бы не доставить ее к ним? Они могли заранее эвакуировать большую часть персонала и припасов за пределы станции. Это был большой риск, но просчитанный. Хотя после всех потерь, которые они понесли, добывая эти проклятые штуки, она искренне сомневалась, что кто-то из Совета готов пойти на такую авантюру. Она не видела, чтобы Мон, Додонна или Уиллард подписались под этим планом.

Когда она сосредоточилась на окружающей обстановке, то с удивлением увидела себя в ангарном отсеке, всего в тридцати футах от "Сокола". Хэн загружал в корабль припасы, а Чуи помогал ему. Это прощание вышло для нее неожиданным. Она не хотела, чтобы он уходил. Она не была уверена, чего хочет от него, но знала, что не хочет, чтобы он уходил. Что ж, она никогда не получала от жизни того, чего хотела, не так ли? Она могла хотя бы попрощаться.

Она подошла к кораблю и широко улыбнулась Чуи, когда он заметил ее первым.

- <Хан, принцесса здесь. Будь вежлив>, - рявкнул он на Хана.

Лея рассмеялась:

- Не слишком ли многого ты от него требуешь? - поддразнила она.

Чубакка напрягся, а Хан поднял глаза от груза, который он загружал, и на его лице появилось удивление.

- Ты говоришь на языке Ширивук?

- Понимаю - да. Говорить - нет. Мой акцент был бичом, - она быстро заменила имя Чуи, - существования моего наставника. У меня хороший слух на язык, но я так и не овладела необходимыми движениями языка.

- <Примите к сердцу, ваше высочество,> - предложил Чуи, - <если не тренироваться с раннего возраста, человеку почти невозможно овладеть им>.

- Ты когда-нибудь поймешь смысл? - потребовал Хэн.

Она улыбнулась ему:

- Зачем мне это, гораздо веселее выводить тебя из себя.

- Так ты здесь, чтобы мучить честных работяг-капитанов галактики? - ныл он.

Ее бровь приподнялась в насмешке:

- Честно? - Его взгляд насмешливой невинности был таким же сильным.

Он бросил на нее обиженный взгляд.

- Конечно.

Ее улыбка померкла:

- Нет, я была поблизости и увидела, что вы собираетесь уезжать. Я пришла попрощаться и поблагодарить вас.

- Мне не нужна благодарность за работу.

- Тем не менее, она у вас есть. - Обдумывая его более чем вероятный следующий шаг, она почувствовала необходимость дать совет. Он не примет его, она знала, что не примет, но она должна была попытаться. - Тебе следует расплатиться с долгами, - заметила она. - Джабба не тот человек, которому стоит перечить в этом отношении.

Он подозрительно посмотрел на нее:

- И откуда ты знаешь, что это ваше поклонение?

Проклятье, ей придется научиться думать, прежде чем говорить с ним.

- Ты наемник, работающий на Татуине, единственный человек, которому ты можешь быть должен деньги и не иметь возможности сбежать - это Хатты. Это не так уж сложно понять.

Он все еще выглядел подозрительно, и она вздохнула: "В любом случае, капитан позаботься о себе там". Она собиралась сделать это, она собиралась отпустить его. Она не могла заставить его, и очевидно, что без опыта Звезды Смерти, который заставил бы его вспомнить о зле Империи, не было никакого способа заставить его отказаться от этого. Возможно, так было лучше. Без Хана не было бы Бена. У нее разболелась голова при этой мысли. Но это был не ее выбор, а его.

В этот момент на базе раздался сигнал тревоги.

Хан нахмурился:

- Нас атакуют? - спросил он, - Не может быть, чтобы они следили за нами.

Лея почувствовала, как тревога закралась в ее сердце. Что-то приближалось, что-то большое, если Сила была права.

- Это кажется маловероятным, - пробормотала она.

Сигналы тревоги оборвались, и голос, раздавшийся из динамиков, не принадлежал никому из Повстанческого Альянса.

- Внимание всем гражданам Галактики. Говорит Великий Мофф Таркин из Имперского Флота. Это сообщение передается по всем известным подпространственным и коммуникационным ретрансляторам в попытке связаться с террористами-повстанцами, известными как Повстанческий Альянс. В настоящее время я нахожусь на борту новейшего оружия Империи, Звезды Смерти. Если вся группа не сдастся и не предстанет перед судом, я уничтожу планету Альдераан. У них есть один стандартный галактический день, чтобы подчиниться. - Сообщение остановилось на два такта, а затем снова начало повторяться.

Лицо Хана потеряло всякий цвет.

- Они не могут этого сделать, не так ли? Для этого потребуется больше огневой мощи, чем у всего флота.

У Леи заложило уши, она потерпела неудачу. Все ее уловки и планы провалились. Альдераан все еще был в опасности.

- Я должна найти своего отца, - пробормотала она, оставляя за спиной озадаченного Хана. Она побежала с летной палубы в недра базы.

Повсюду царила паника: пилоты, солдаты и механики переговаривались друг с другом, на их лицах был написан страх. Она догнала папу, когда он уже собирался идти в центр управления.

- Мы не можем сдаться, - сказала она ему.

- Лея, ты слышала его, - сказал папа, его лицо было напряжено от смирения. - Если мы не сдадимся, наш дом будет потерян. Миллиарды невинных жизней будут потеряны.

Она покачала головой:

- Мы не можем, - подчеркнула она, - это не имеет значения. Даже если мы это сделаем, он все равно уничтожит Альдераан. И все Восстание будет потеряно, просто так.

- Лея, ты не можешь знать, что..., - начал говорить он, но остановился. Его глаза расширились, когда осознание поразило его. - Это то, что случилось с тобой, не так ли? Изначально?

Она кивнула.

- Да, методы Вейдера занимали слишком много времени, поэтому Таркин решил ускорить процесс. Я отдала ему Дантуин, но прежде чем он проверил, правду ли я говорю, он приказал уничтожить Альдераан. Сказал, что это будет примером, - она выплюнула это слово с отвращением.

Он покачнулся, когда до него дошел смысл сказанного.

- Лея, пойдем со мной. - Он потянул ее в комнату управления, где Мон, ее мать, Оби-Ван и остальные члены руководства Альянса стояли вокруг пульта управления и спорили резкими голосами.

- Мы не можем сдаться, - твердо сказал он им всем, прекращая разговор.

Мама нахмурилась:

- Бейл, при всем уважении, мы не можем позволить Таркину уничтожить планету. Мы сражаемся, чтобы сохранить жизни, а не помочь их уничтожить.

Лея выступила вперед:

- Я согласна с отцом. Если эта станция не будет уничтожена, Альдераан будет потерян. У него есть новое оружие, и он хочет его использовать. - Совет лидеров безучастно смотрел на нее, но лица Оби-Вана и мамы наполнились ужасом. Сообщение получено.

Мама облокотилась на край демонстрационного стола и глубоко вздохнула.

- Генерал Уиллард, планы уже проанализированы?

- Да, Ваше Величество, так и есть. В выхлопной системе есть изъян, который мы можем использовать, но, если говорить откровенно, это крайне маловероятно.

Ее мать на мгновение замолчала, и Лея затаила дыхание, гадая, что она решит. Затем пожилая женщина выпрямилась во весь рост и встретилась взглядом с Уиллардом.

- Это лучше, чем вообще никакого шанса.

Несколько командиров подняли голос в знак протеста против ее слов. Так продолжалось несколько мгновений, пока мама не заговорила над ними чистым звонким голосом.

- Я - Бреха Органа с Альдераана. Моя семья мирно правила моей планетой на протяжении многих поколений. Мы не поддадимся террору, особенно если этот террор проводится правительством, находящимся у власти. Мой муж и дочь правы, вероятность того, что Таркин использует это оружие, что бы мы ни делали, слишком велика. Я алдераанка. Мы отвечаем на ярость мудростью. Мы отвечаем на страх воображением. Мы отвечаем на войну надеждой. Я бы предпочла, чтобы мы сражались за одну маленькую надежду, а не сдались тьме. И я верю, что мой народ сделал бы такой же выбор. - Сердце Леи разрывалось от гордости и восхищения ясной и точной речью матери.

Додонна заговорил:

- Если мы скажем им прилететь на Явин, - предложил он.

Паника Леи при этой мысли, должно быть, просочилась в Силу, потому что Оби-Ван заговорил:

- Я служил с Таркином во время Войн клонов, сомневаюсь, что он так уж сильно изменился. Их Величества правы. Таркин уничтожит Альдераан, что бы мы ни делали.

Глаза Дрейвена сузились. Он заметил, что и ее мать, и Оби-Ван взяли ее пример. Это был еще один счет, который он вел против нее. Если она переживет это, то в будущем за ней нужно будет тщательно следить. Нет, когда она переживет это.

Мон нахмурилась:

- Двое против, четверо за. Уиллард, твои мысли?

- Боюсь, мне придется согласиться с оценкой характера Таркина. Я голосую за то, чтобы мы сражались.

Лицо Мон стерло все краски, но она заговорила решительно:

- Хотя я не согласна с твоей оценкой, я уступаю Брехе, как правитель Альдераана ты имеешь право принять это решение. Тогда мы сражаемся. Генерал Додонна, через двадцать минут ваши пилоты должны быть готовы к совещанию. Я объявлю общим войскам, что мы решили сражаться. - Она закрыла глаза и произнесла молитву: - И да пребудет Сила со всеми нами.


## Глава 5


Приняв решение, необходимо было позаботиться о логистике.

Изучая схемы, генерал Додонна обратился к присутствующим.

- Сколько времени потребуется, чтобы полностью запитать станцию?

Один из техников ответил.

- Зависит от того, что они хотят поразить. Для крейсера - около минуты. Для разрушений на Джедхе и Скарифе - около пяти. Пятнадцать минут для планеты.

Пожилой генерал нахмурился.

- Это большое время задержки, я не могу поверить, что его не ускорили.

Техник пожал плечами.

- Он был в первую очередь предназначен для уничтожения планет, а не для сражения с крейсерами. Высшие чины в Империи, вероятно, решили, что время задержки не является насущной проблемой. Не похоже, что кто-то может быстро переместить планету. - Лея ненадолго задумалась, не было ли это еще одним тонким саботажем со стороны Эрсо. Но это могло быть и просто действие законов термодинамики. Поскольку человек давно мертв, спросить было невозможно.

Оби-Ван заговорил с места, где он стоял немного в углу.

- Таркин может приказать, чтобы она оставалась включенной, и Альдераан будет уничтожен в ту минуту, когда эти истребители выйдут из гиперпространства.

Техник инстинктивно нахмурился и покачал головой.

- Нет, сэр. Он ни за что не оставит эту штуку нагреваться так долго. - Он наклонился к консоли и коснулся участка схемы. Лея смотрела с интересом. - Конденсаторы не рассчитаны на удержание заряда в течение значительных промежутков времени. Медленно накапливается энергия, но как только она достигает цели, у него есть, возможно, и я подчеркиваю, это максимальное количество времени, десять минут, чтобы разрядить эту энергию. - Лея этого не знала. Неужели Таркин уничтожил Альдераан просто потому, что так было нужно? Тот давний допрос приобрел в ее сознании новый зловещий смысл. У нее не было выбора, который мог бы изменить результат. Как только он решил угрожать ее планете уничтожением, она была обречена. Она хотела убить его снова и снова. Она хотела убить его снова.

- Что произойдет, если он продолжит работать без стрельбы? - спросил генерал Уиллард. - Он может решить, что ущерб стоит риска, чтобы помешать нам сделать то, что мы планируем сделать.

Техник пожал плечами.

- Если превысить эту отметку, то некоторые довольно важные системы начнут страдать от перегрева, так как конденсаторы начнут утечку энергии. Самая важная из этих систем - тепловые поглотители, которые они встроили для регулирования реактора. Они могли бы временно обойти это, экспортируя тепло во внешнюю оболочку станции и стравливая его в космос. Но каналы вдоль этого маршрута не имеют высокой прочности, и более чем вероятно, что в процессе сгорит до смерти половина экипажа. По мере накопления энергии теплоотводы на реакторе выйдут из строя, и станция взорвется. Я не занимался подсчетами, поэтому не могу дать точную оценку, но не более нескольких часов.

Оби-Ван задумчиво посмотрел на схему.

- Не то, чем он готов рискнуть.

- Нет.

Генерал Дрейвен фыркнул.

- Да ему и не нужно, даже если мы прилетим с тем, что осталось от нашего флота, этого времени не хватит, чтобы смертельно искалечить эту штуку. Наверное, поэтому они и построили ее такой большой.

Додонна парировал.

- Но истребители-одиночки могут пройти через эти щиты, верно?

Аналитик снова кивнул.

- Это будет немного затруднительно, но да. Я внимательно изучил планы, и поддержание щитов, способных не пропускать малые корабли, не представляется возможным, учитывая предполагаемую ценность их пропуска. Это потребует огромного количества энергии. Между потребностями в энергии для функционирования станции, гипердвигателя и самого оружия, для щита размером с луну просто не осталось ничего.

- Спасибо за ваш анализ, - сказал папа. - Это было очень полезно.

Аналитик кивнул и ушел. Мама медленно выдохнула, взвешивая лежащий перед ними план.

- Итак, у истребителей есть пятнадцать минут до уничтожения Альдераана. Это не оставляет им много времени.

Лея нахмурилась. В битве на Явине у них было тридцать минут, прежде чем Звезда Смерти смогла открыть огонь. Это сокращало время их атаки вдвое.

Уиллард заговорил.

- Мы можем сократить это время, выведя их из гиперпространства как можно ближе к станции. Учитывая, что Таркин все еще активно транслирует сигнал, не должно быть слишком сложно триангулировать его точное положение возле Альдераана.

Мон покачала головой.

- Это все еще не так много времени. Бреха, ты уверена, что хочешь продолжать?

Взгляд мамы упал на лицо дочери. Лея слабо кивнула. Часть той давней битвы была поглощена необходимостью доставки истребителей на станцию. Она не могла с уверенностью вспомнить, сколько времени потребовалось истребителям, чтобы достичь станции на Явине, но это не могло быть больше десяти минут. Атаковать сейчас было бы неудобно, но даже такой маленький шанс был лучше, чем ничего.

- Да, - твердо сказала ее мать.

Мон вздохнула.

- Очень хорошо. Я дам общий сигнал, и мы сообщим всей базе о нашем решении. Генерал Додонна, брифинг пилотов состоится через двадцать минут. Время - не тот ресурс, которым мы сейчас располагаем.

Когда разные люди разошлись выполнять свои задачи, Лея подошла к отцу и осторожно повела его в безлюдный угол комнаты.

- Я собираюсь туда подняться, - сказала она ему, понизив голос, чтобы избежать возможности быть подслушанной.

Его глаза расширились в панике.

- Лея, у тебя нет ни подготовки, ни опыта..., - замялся он, вглядываясь в выражение ее лица. - А у тебя есть, не так ли? Сила Лея, ты поднялась туда в первый раз?

Она покачала головой.

- Нет. В то время, как ты правильно заметил, у меня не было опыта. Теперь есть. Это не первый мой бой с имперскими псами.

- Лея, - вздохнул он, разочарованный. Лея сглотнула обиду, вызванную его реакцией. Она была той, кем была. Она пыталась пойти политическим путем, чтобы обеспечить безопасность галактики. Она долгие годы билась головой об эту стену, и в конце концов именно ее навыки планирования и нахождения на поле боя принесли ей наибольшую пользу. И за это она не станет извиняться ни перед кем, даже перед своим отцом.

Она одарила его язвительной улыбкой.

- Я довольно компетентный пилот, не самый лучший, но хороший. Со мной все будет в порядке.

- Ты не можешь этого знать. - В уголках его глаз появились тревожные морщинки.

- Нет. Но что я точно знаю, так это то, что я не уверен, что компьютер наведения может сделать такой выстрел.

Его лицо стало озабоченным.

- Тогда почему вы настаивали на этом безумии?

- А вот сильная чувствительность к силе может, - заверила она его. - Люк захочет пойти, и я должна пойти с ним на всякий случай. Мы справимся, я обещаю.

На его лице отразился конфликт, но он лишь сказал:

- Хорошо. Я сообщу генералу Додонне.

***

Брифинг пилотов не улучшил ничьего настроения. Когда вошел Додонна, за которым следовали ее родители, он поднял голову и нахмурился, оценивая их количество. Негромкий ропот собравшихся пилотов стих, и все отметили, что комната уже не так полна, как три дня назад. Лея внутренне вздохнула. Это был не первый раз, когда Альянс платил высокую цену за победу над Империей. И не в последний. Единственное, что они могли сделать, это идти вперед и надеяться, что цена, которую они заплатили, стоила того. Она сделает это достойно, мать его. Она не была брошена в прошлое без возможности вернуться домой, если не могла каким-то образом сделать так, чтобы все обернулось лучше, чем в прошлый раз.

Настроение не улучшалось, пока Додонна объяснял план; лица пилотов вокруг нее мрачнели. Когда он назвал размеры и габариты станции, раздался ропот несогласия.

Один из пилотов задал вопрос, над которым они все думали.

- Простите за вопрос, сэр, но какой толк от истребителей против этого?

- Ну, Империя не считает маленький одноместный истребитель какой-либо угрозой, иначе они бы нашли способ создать более жесткую защиту. Анализ чертежей, которые были украдены с базы на Скарифе и доставлены Их Величествами, показал слабое место в боевой станции. - По этому поводу раздался ропот, но Додонна проигнорировал его и продолжил предупреждающим голосом: - Подход будет непростым. От вас требуется маневрировать прямо по этой траншее и проскочить поверхность до этой точки. - На экране появилась голограмма. - Это небольшой тепловой выхлопной порт прямо под главным портом. Шахта ведет прямо к реактору. Точное попадание, и только точное попадание, запустит цепную реакцию, которая должна уничтожить станцию. Шахта экранирована лучами, поэтому вам придется использовать протонные торпеды.

Среди пилотов раздался ропот недовольства, и Ведж озвучил то, о чем они все думают: \

-Это невозможно даже для компьютера.

- Но это не невозможно, - вмешался Люк. - На родине я сбивал крыс с вомпов на своем Т-16. Они не намного больше двух метров.

Ее брат не заметил довольно недоверчивых взглядов, которые бросили на него несколько других пилотов. Они подумали, что он отвечает с бравадой новичка. Ну, она никогда не видела, как он убивает вомп-крысу, но Лея знала ценность навыков, которые он приобрел, выросши на Татуине. Это была планета не для слабых и глупых. Пустыни сами по себе были суровыми, неумолимыми местами, а если добавить к этому коррупцию и жестокость хаттов, то получалось весьма своеобразное обучение выживанию. Ее брат не сразу понял, насколько необычными были его таланты и умения.

Мама шагнула вперед.

- Я знаю, что мы многого от вас требуем. Но наша планета в опасности, и нам нужна ваша помощь. Это будет трудно, но я не считаю, что это невозможно. Таркин ясно дал понять, что так или иначе Альдераан поплатится за это. Я бы предпочла, чтобы мы попытались сражаться, но на кону не моя жизнь. Это сугубо добровольная миссия. Но для каждого, кто решит пойти, я верю, что вы преуспеете.

Толпа уселась, и снова наступила тишина, пока они впитывали то, что было на кону. Додонна провозгласил:

- Тогда да пребудет с вами Сила.

Лея повернулась, чтобы уйти, и с удивлением увидела Хана, стоящего сзади, недалеко от входа. Она думала, что он уже давно ушел. Он покачал головой, и они с Чуи исчезли в коридоре. Она не была уверена, где в этот момент находится его голова. Она слабо улыбнулась Люку, а затем велела ему следовать за Веджем, чтобы переодеться в летный костюм. Она поспешила в раздевалку и нашла для себя ярко-оранжевый костюм. Она поморщилась, когда натянула его. Она не помнила, чтобы эта униформа была такой вызывающей. Лея знала, что Альянсу всегда не хватало денег, и только недавно у них появилась стандартная форма, но все же. Это было похоже на хождение вокруг, умоляя, чтобы в него выстрелили все, у кого есть цветовое зрение.

Одевшись, она быстро прошла на летную палубу, чтобы найти главного офицера по заявкам. Когда она объяснила, что ей нужно, он бросил на нее веселый взгляд, но согласился с ее просьбой. Улыбаясь про себя, она прошла через ангар и направилась к "Соколу". Она заметила Хана, когда он начал загружать корабль припасами.

Он поднял голову, глядя на ее приближение; затем его лицо наполнилось ужасом, когда он рассмотрел ее летную форму.

- Вы с ума сошли? Идти против этой боевой станции - самоубийство, - его голос был снисходительным, но она видела беспокойство, которое он пытался скрыть.

Она вздохнула.

- Это мой дом, Хан. Я не могу уйти. - Она одарила его наглой ухмылкой. - Я не такой уж плохой пилот.

Его взгляд смягчился.

- Это все еще безумие, вы же знаете, да?

- Я в это верю.

- У меня тоже. - Люк подошел к ней сзади и обнял за плечи.

Глаза Хана расширились, когда он увидел их одинаковые мундиры, и он спросил с недоверием:

- Она и тебя втянула в это?

- Она меня ни во что не втягивала. Я сам вызвался, - заявил Люк.

- Конечно, да. Хан выглядел страдающим.

Люк оглядел окружающие его запасы.

- Ты уходишь? - прозвучал удивленный голос. - Зачем тогда приходить на брифинг? - Это была хорошая мысль. Она подняла бровь на Хана, молча поддерживая вопрос Люка.

Хан покачал головой.

- Хотел посмотреть, из-за чего вся эта суета. А после того брифинга..., - он запнулся. - Выиграть это невозможно. Вам следует бежать, пока есть шанс.

Лицо Люка исказилось от отвращения.

- Как ты и делаешь?

- Что толку в плате, если тебя нет рядом, чтобы ею воспользоваться? - Хэн выстрелил в ответ.

- Ну, я думал... - Люк беспомощно огляделся вокруг. - Ты знаешь, с чем мы столкнулись. Что стоит на кону? Нам бы пригодился такой хороший пилот, как ты.

Хан вскинул руки в разочаровании.

- Да что с вами двумя? Я контрабандист, и я забочусь только об одном человеке. О себе. Так устроена галактика, Малыш, и чем раньше ты это примешь, тем дольше проживешь. Как я уже говорил ей, когда она была здесь, это самоубийство.

Люк выглядел так, словно ему дали пощечину.

- Позаботься о себе, Хан. Полагаю, это то, что у тебя хорошо получается, - пробурчал он.

Лицо Хана при этом осунулось, и он окликнул удаляющегося Люка:

- Эй, Люк.

Люк просто проигнорировал его и продолжал идти прочь.

- Да пребудет с тобой Сила, - продолжал Хан. Люк на мгновение остановился, потом пожал плечами и продолжил идти.

Хан вздохнул.

- Проклятье.

Она мягко улыбнулась.

- Это было очень мило с твоей стороны.

Он выглядел так, словно хотел возразить, но она лишь ласково улыбнулась ему.

- Прими комплимент.

Он оценивающе посмотрел на Лею.

- Ты уверена, что я не смогу убедить тебя пойти со мной? Ты определенно спокойна под давлением. Можешь даже взять с собой малыша, если хочешь. Мне бы пригодились такие люди, как вы, в моей команде.

- Заманчиво, - призналась она. Более заманчиво, чем он мог предположить. На мгновение она предалась фантазиям о том, как они втроем будут носиться по галактике, ни перед кем не отчитываясь, кроме самих себя. Разве она не сделала достаточно? Может быть, у них с Ханом получится построить совместную жизнь, в которой она не будет обременена столькими ожиданиями и обязанностями. Она боролась всю свою жизнь, а теперь ей предстояло снова и снова бороться. На мгновение она задумалась об этом, а затем позволила фантазии улетучиться.

Она была не такой, какой была, и никогда не была такой. Она устала и боялась. Боялась, что Альдераан снова будет потерян. Боялась, что не приняла правильного решения, храня свои секреты. Боялась, что она или Люк, или они оба погибнут в этой битве. Но Лея никогда не убегала от долга, который был поставлен прямо перед ней. И сейчас она не собиралась этого делать. Она с сожалением улыбнулась Хэну.

- Боюсь, мне придется отказаться от вашего предложения.

Его взгляд был отчасти ласковым, отчасти недовольным.

- Я так и знал, что вы это скажете. - На его лице появилось выражение смущения, и он промолвил. - Я имею это в виду и для вас тоже, вы знаете.

- Что ты хочешь сказать?

- Да пребудет с тобой Сила. - Он произнес это так быстро, что Лее потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что он сказал. Затем ее сердце оборвалось от смысла и беспокойства, скрытых за этой фразой.

Она увидела, как он стоит там, смущенный и вызывающий. Она сосредоточилась на том, чтобы запечатлеть его в своей памяти. Она не хотела, чтобы это лицо исчезло из ее памяти, как исчезли многие другие любимые люди. Она наклонилась вперед и, встав на носочки, поцеловала его в щеку. Она тихо сказала:

- И с вами тоже. - Когда она отстранилась, его глаза были широко раскрыты от потрясения. Но он лишь слегка кивнул ей в знак прощания.

Она повернулась, помня, что нельзя оглядываться, и направилась в ту сторону, куда шел ее брат. Найти его было нетрудно. Он проводил ненужные проверки вверенного ему X-Wing и что-то бормотал себе под нос.

- Эй, - сказала она, обеспокоенная. - Что случилось? - Не то чтобы у нее не было хорошей идеи.

- Я просто подумал, - вздохнул он и выпрямился, чтобы посмотреть ей в лицо. - Я действительно думал, что он может нам помочь.

- Он должен прожить свою жизнь так, как считает нужным. Никто другой не может выбирать ее за него. - Даже она.

- Да, я знаю. - В голосе Люка прозвучало разочарование.

Чтобы вывести его из этого мрачного настроения, она одарила его дерзкой улыбкой.

- У меня есть для тебя подарок.

Он нахмурился.

- Подарок? Посреди всего этого?

- О, тебе понравится, - успокоила она его. - Я хочу, чтобы ты использовал R2-D2, когда будешь подниматься туда. - И, как будто его звали, R2 покатился по хвостовой части корабля, насвистывая приветствие Люку.

Люк прикусил губу.

- Это очень щедро, но кого ты будешь использовать?

- Я уже заказала еще один астромех, - заверила она его.

Он с тоской посмотрел на дроида, знакомого спутника в этом незнакомом мире.

- Но это же твой дроид. Ты уверена?

Она громко рассмеялась. R2 уже давно не был ее дроидом. Ни за что на свете она не стала бы лишать Люка его лучшего второго пилота. Это была коррекция ее вмешательства, которую она с удовольствием приняла.

- Ты ему нравишься. Вы будете хорошо работать вместе. Возьми его, - убеждала она.

Он одарил ее широкой солнечной улыбкой и опустился на колени, обращаясь к R2.

- Что скажешь, хочешь присоединиться ко мне? - спросил он.

R2 издал длинный утвердительный свисток.

Люк поднял на нее глаза, стоя на коленях.

- Спасибо.

- Всегда пожалуйста.

На этаже становилось все теснее и теснее, вокруг них суетились техники, готовя корабли. Лея уже собиралась попрощаться с Люком, когда сзади раздался голос Оби-Вана:

- Это очень великодушно с твоей стороны, Лея.

Она повернулась к нему лицом.

- Это не совсем так, просто практично. R2 стар, но он умен. Люку понадобится любое преимущество, которое он сможет получить.

На лице Оби-Вана мелькнула короткая вспышка веселья.

- Да, это так, - согласился он. Прежде чем Лея успела спросить, с какой частью ее заявления он согласен, он позвал: - Люк. Я искал тебя.

Люк, который собирался подняться по трапу в кабину, вернулся рысью.

- Правда? Зачем?

Оби-Ван торжествующе посмотрел на него.

- Ты хороший пилот, Люк, но я сам участвовал в нескольких сражениях, и это твое первое. - Он положил руки на плечи блондина и посмотрел Люку прямо в лицо: - Слушай Силу, доверяй своим инстинктам. Они делают тебе честь.

- Обязательно. Лицо Люка было широким и вопросительным, но его голос был ровным.

Лея повернулась к генералу.

- Вы поднимаетесь?

Он повернулся к ней лицом, его руки опустились с плеч ее брата.

- Я, о нет. Я не люблю летать, люди всегда стреляют в меня, когда я летаю.

Люк издал приглушенный смешок, а Лея закатила глаза.

- Люк? - недоверчиво спросил мужской голос.

Ее брат повернулся, и его лицо расплылось в широкой ухмылке.

- Биггс! - закричал он в восторге. Он подбежал к мужчине, и они обнялись.

Биггс. Биггс Дарклайтер. Друг детства. Он погиб в битве на Явине. Больше Лея ничего не знала. Люк не часто говорил о Биггсе после первого года работы в Восстании. В тот ужасный день его смерть стала для Люка горем в дополнение ко многим другим горестям. Но, возможно, не в этот раз.

- Я же говорил! - воскликнул Люк. - Я же говорил, что у меня получится!

Биггс усмехнулся.

- Ну конечно же, ты появился сейчас, в самый неподходящий момент.

Люк рассмеялся.

- Просто моя природная удача.

Биггс с сожалением покачал головой.

- Как бы мне ни было неприятно видеть тебя здесь, на этом задании, ты по-прежнему лучший пилот-кустарь на внешнем кольце. Ты нам точно пригодишься. Как ты вообще здесь оказался?

Ее брат пожал плечами.

- Это долгая история. Но, - он потянул друга за руку, приближая их к ней, - есть один человек, с которым я хочу тебя познакомить. Биггс. Лея Органа. - Он жестом указал на нее, а затем повторил жест в сторону своего друга. - Лея Органа, это Биггс Дарклайтер.

Она одарила мужчину самой дружелюбной улыбкой, на которую только была способна.

- Очарована, - сказала она.

Потрясенный взгляд Биггса, брошенный на Люка, был довольно забавным.

- Органа. Принцесса Органа?

- Лея будет достаточно.

Он бросил взгляд на Люка.

- Скайуокер, во что ты вляпался на этот раз?

Настроение брата было дразнящим.

- Я же говорил, что это долгая история.

- Не верьте ни единому слову этого фермера, который рассказывает обо мне. Он все время врет, это очень трагично.

Лея постаралась не выдать своего веселья.

- Я буду иметь это в виду.

Наконец Биггс заметил стоящего рядом с ней Оби-Вана.

- Кеноби, - сказал он с веселой ухмылкой. - Удивлен видеть тебя здесь.

Значит, сплетни о личности джедая дошли не до всей базы.

- Дарклайтер, - спокойно ответил Оби-Ван. - Вижу, все еще преследуешь Люка, втягивая его в неприятности.

Биггс бросил на него широкий невинный взгляд.

- О нет, сэр. Он следил за мной.

Люк закатил глаза, и Лея почувствовала, что пропустила очень старую шутку между ними тремя.

Биггс схватил Люка и оттащил его в сторону.

- Теперь позволь мне дать тебе несколько указаний, Люк, это немного отличается от твоего старого побитого скайхоппера.

Оби-Ван стоял рядом с ней, когда двое мужчин направились прочь. Он замолчал на мгновение, а затем сказал тихим голосом:

- Ты знаешь, что он будет там.

Она фыркнула. Не было необходимости спрашивать, кого имел в виду Оби-Ван.

- Конечно, он будет. В моей жизни произошло событие, грозящее разорвать на части все, что я люблю. Где же ему еще быть?

Глаза Оби-Вана заострились на ее намеке на будущие события, но он оставил это без внимания.

- Держи свои щиты крепче, Лея. Так крепко, как только можешь.

Она кивнула, стараясь сохранить нейтральное выражение лица. Она не была Люком, отправляющимся на свой первый бой. Кричать на него, что она всего на несколько лет моложе его и не нуждается в нравоучениях, сейчас было бы непродуктивно. Как бы ей ни хотелось обратного.

- И ты тоже должна прислушиваться к своей интуиции.

- Я все еще не джедай, - настаивала она.

Он окинул ее оценивающим взглядом.

- Нет, но Сила сильна в тебе, и так будет всегда.

## Глава 6. Битва при Альдераане.


Когда корабли вышли из гиперпространства, Лея на мгновение потеряла ориентацию. Звезда Смерти висела над ее планетой. На Альдераане не было луны, так что это зрелище должно было быть видно всем на этой стороне планеты. С учетом того, что Таркин вел трансляцию на всю галактику, не могло быть и речи о том, чтобы ее люди не знали, что их смерть заполнила небо. Она укрепила свой барьер. Они могли это сделать. Однажды это уже было сделано.

В Силе возникла волна удивления, за которой очень быстро последовала паника. Обеспокоенная, она инстинктивно потянулась к Люку, чтобы успокоить его. Ее брат был встревожен, но он был сосредоточен и полон решимости довести дело до конца. Тогда кто...

- Лея? - незнакомый ментальный голос звучал неуверенно, словно он надеялся, что это какая-то другая дочь, несущаяся сейчас навстречу своей вероятной гибели. Она ожидала, что он будет здесь. Но она не ожидала, что на нее обрушатся его удивление, страх и беспокойство. Неужели он думал, что она не придет? Неужели он думал, что она будет просто ждать в тревоге, пока ее планета находится в опасности?

Она бросила все щиты, какие только могла, проклиная себя за то, что упустила хотя бы часть из них, потянувшись за братом. Сейчас было не время поддаваться его панике и беспокойству. Действительно, что это было? Боялся, что его планы использовать ее окажутся бесполезными?

Она почувствовала, как он снова протягивает руку, на этот раз уже не так неуверенно, но все, что она ощутила, - это ощущение, что кто-то стучит в стены, которые она тщательно возводила. Да, это раздражало, но не так отвлекало, как его голос. Ей пришла в голову шальная мысль, что этот голос, вероятно, звучал так же, как и его голос вне костюма. Голос был приятным, совсем не зловещим, и уж точно не подходил к образу холодных черных доспехов. Она отмахнулась от этой мысли - это было совершенно неважно, у нее были дела поважнее.

- Вы только посмотрите на размеры этой штуки! - спросил Ведж, потрясенный. Лея вернула внимание к обсуждаемому вопросу.

- Прекратите болтовню, Красный 2, - не терпящий возражений тон Красного Лидера заполнил все каналы связи. - Перекличка.

Пока пилоты красной эскадрильи докладывали обстановку, Лея позвала брата.

- Это Красный 8, жду вас, - объявила она по связи.

- Зафиксируйте свои S-образные крылья в атакующем положении, - гласила последующая инструкция.

Когда они попали в магнитное поле, R7 издал вопль тревоги и начал регулировать дефлекторный щит. X-Wing чувствовал себя так, словно его пытались разорвать на части. Когда она вернулась на Явин, они с тем аналитиком собирались побеседовать о подходящих системах оценок. К счастью, эта часть беседы длилась недолго, и они закончили.

Когда Звезда Смерти заполнила экран, по связи раздался голос Красного Лидера.

- Переключитесь на открытую частоту.

Лея подчинилась, и голос Таркина заполнил ее коммуникаторы.

- Граждане галактики, я с сожалением сообщаю вам, что повстанцы решили не сдаваться, а вместо этого запустили против этой станции небольшой набор истребителей, с пилотами из одного человека. Как следствие, они и система Алдераан будут уничтожены. Такова судьба всех, кто бросает вызов Империи. - Сообщение заиграло снова, и Лея снова переключилась на частоты Альянса.

Голос Красного Лидера был спокоен.

- Хорошо, дамы и господа, ничего такого мы не ожидали. Все установите свои хронографы на пятнадцать минут. Это все время, которое у нас есть для этого, и не забывайте следить за временем. Сосредоточьтесь на задании, и давайте начнем.

- Красный лидер, это Золотой лидер. Мы начинаем атаку. - Три Y-крыла отделились от основной группы, направляясь к траншее.

- Принято, Золотой Лидер. Мы срежем их ось и попытаемся отвлечь на себя их огонь - Остальные истребители начали разбиваться на группы по три человека. Они рассыпались по поверхности и начали обстреливать станцию.

Лея глубоко вздохнула и последовала за своим отрядом вниз и через траншею, чтобы привлечь на себя огонь пушек, установленных на станции. Обстрел начался быстро, но был не очень эффективным. Пушки, установленные на корпусе Звезды Смерти, были рассчитаны на крейсеры, а не на истребители. Лея начала методично выцеливать пушку за пушкой на бегу. Ее товарищи-пилоты также обрушивали на механический ландшафт дождь разрушений. Видя, как расцветают и сворачиваются огненные шары, Лея почувствовала, как в ней поднимается чувство удовлетворения. Это была лишь небольшая часть станции. Повреждения, которые они наносили, в конечном итоге были лишь досадной неприятностью. Но видеть это, видеть своими глазами, как они наносят ущерб этой мерзости, ставшей причиной одной из самых больших трагедий в ее жизни, было неоспоримо.

- Сильный огонь, босс, двадцать три градуса, - сообщил Ведж.

- Вижу, не высовывайся, - рявкнул Красный Лидер. Голоса ворвались в ее ухо, возвращая ее в настоящее. Она покачала головой: сейчас было неподходящее время для того, чтобы терять концентрацию, независимо от причины.

Лея отклонялась от курса и уклонялась от пушечного огня, концентрируясь на том, чтобы уничтожить как можно больше башен и не терять нюх, чтобы следить за братом.

Голос Люка заполнил все каналы связи.

- Это Красный-5, я вхожу.

Она не могла видеть, что он делает, точнее, была слишком занята, пытаясь стрелять по пушкам, но вскоре после его объявления последовал панический голос Биггса:

- Люк! Поднимайся! - Проклятье, у Люка не было достаточного опыта полетов в условиях низкой гравитации. Станция была достаточно большой, и полет над ней не был похож на полет в космосе, где можно быстро подтянуться. И уж точно это не была нормальная гравитация Татуина, где Люк по опыту знал, как сильно ему придется бороться с управлением.

Она опустила щиты и протянула руку, Люк был встревожен и чувствовал себя немного удрученным, но в остальном был невредим.

- Ты в порядке? - Спросил Биггс.

- Я немного зажарился, но со мной все в порядке, - успокоил он. Она закатила глаза. Типично для Люка. Я чуть не погиб, выполняя безумный трюк, но я понял, как это сделать, и в основном остался цел. Так что все в порядке.

Биггс, видимо, тоже понял ее брата, потому что не стал читать ему нотаций.

- Ты останешься здесь. Я иду внутрь. Прикрой меня, Поркинс.

- Я с тобой, Красный Три, - ответил Поркинс.

- Красный-5, я иду к вам, чтобы прикрыть ваш фланг, - объявила Лея. Она отклонилась от траектории полета и подняла корабль немного дальше от поверхности, чтобы посмотреть, где находится Люк. Заметив его, она пролетела над ним, заходя с левого фланга. Как только он увидел ее, они вдвоем начали свой следующий удар по поверхности.

- У меня тут проблема, - заявил Поркинс.

- Катапультируйтесь, - потребовал Биггс.

- Я могу выдержать, - настаивал он.

Лея включила связь.

- Проваливайте немедленно.

- Я в порядке, Красная Восьмерка, - настаивал Поркинс с раздражением в голосе.

Вклинился голос Красного Лидера:

- Судя по данным, которые мне сообщает ваш дроид, нет. Ваш правый стабилизатор взорван, и с этого момента вы бесполезны для меня. Это не самоубийственная миссия. Убирайтесь отсюда. Это приказ.

Поркинс поворчал, но сделал то, что ему сказали, отлетел от станции и направился в сторону.

Биггс продолжал атаковать, а Лея держала свой корабль рядом с Люком. По мере того, как на поверхности происходили взрыв за взрывом, количество огня, летящего в их сторону, замедлилось до незначительного. Затем они полностью прекратили обстрел.

Прорвался голос красного командира:

- К нам подлетают вражеские истребители.

Голос Люка звучал в ее ушах.

- Мой прицел ничего не фиксирует.

По связи прозвучал совет Красного Лидера:

- При таком количестве выстрелов ваши прицелы не смогут засечь их из-за рассеивания энергии вокруг. Придерживайтесь визуального подтверждения.

Лея судорожно огляделась по сторонам, затем почувствовала прикосновение Силы. Она посмотрела направо.

- Я их нашла, - объявила она. - Шестнадцать из них направляются внутрь. Девятнадцать градусов. - Три других пилота подтвердили оценку Леи визуально.

Голос Красного Лидера был властным, когда он приказал:

- Что бы вы ни делали, не пускайте этих TIES в траншею.

Она сделала крен и бросила свой истребитель влево, оставив Люка позади, и направилась к месту, где находились два TIES, направлявшихся в сторону Золотой эскадрильи.

- Если возьмешь в руки одну, смотри на нее, - заявил Люк.

- Я его не вижу, - в голосе Биггса звучал испуг.

- Биггс, я направляюсь к тебе. - В голосе Люка прозвучала озабоченность, и Лея приоткрыла глаза, чтобы следить за ним. Одна из связей в ее дуэте разорвалась, и она продолжила следовать за его спутником.

- Спасибо, красный 5, - пробормотал Биггс.

Облегчение Леи было недолгим, так как она почувствовала, как беспокойство Люка вспыхнуло в глазах Инга.

- Осторожно, Красная Восьмерка, осторожно!!! - прорвался голос Красного Лидера.

Лея выругалась, поняв, что слишком сосредоточилась на том, что делает Люк, и недостаточно - на своей ситуации. Разорвавшийся TIE теперь был на ее шестерке. Сигнализация приближения в кабине завыла, когда TIE попытался взять ее на прицел. Она начала дико раскачивать свой корабль из стороны в сторону, пытаясь уклониться от его выстрела.

- Я не могу его стряхнуть, - объявила она по связи.

- Красная шестерка, - ты видишь - Красную восьмерку?

- Это зона интенсивного обстрела. Я ее не вижу.

Что ж, помощь из этого квартала не могла прийти достаточно быстро. Прислушивайся к своим инстинктам, говорил Кеноби. Она глубоко вздохнула и прислушалась к тихому толчку, подсказывающему ей, что лучше выбрать, но тут же спохватилась, увидев переполняющий ее вихрь эмоций Вейдера. Ее руки дернулись к джойстику, и X-Wing завибрировал. Она быстро вывела его из пикирования, в которое нечаянно попала.

- Лея! - она вздрогнула от его мысленного голоса. В нем было все, что он чувствовал, и он звучал на полную громкость. Кроме того, он подавлял все остальные ощущения, которые она могла почувствовать в Силе. Голова Леи начинала болеть от его отголосков, а от навязчивого страха у нее участилось сердце и вспотели ладони. Неужели он не понимал, что такое сдержанность? Неужели? - Тебе нужно уйти. Я знаю, что ты пытаешься сделать, я позаботился о...

- Ты что, хочешь, чтобы меня убили? - закричала она, ее разочарование от сложившейся ситуации пересиливало ее отвращение к такому интимному общению с ним. Она боролась за свою жизнь, а он хотел поболтать? На лице девушки промелькнула вспышка шока, после чего волна переполнявших ее эмоций быстро схлынула. Очевидно, как и в случае с Люком, он хотел, чтобы она была жива. Что ж, подтверждать это было не так уж и полезно. Она стиснула зубы, радуясь наступившей относительной тишине, и прислушалась к внутренним сигналам, которые подсказывали ей, когда и куда двигаться.

- ЛЕЯ!!! - Голос Люка дрожал. - Мы уже в пути.

- Лучше бы поскорее! - крикнула она по связи.

Затем над ее головой пролетел X-Wing, и сигналы тревоги прекратили свой назойливый вой.

- Попался! - воскликнул Ведж.

- Спасибо, - пробормотала она, снова натягивая на себя щиты, прежде чем Вейдер снова начал кричать. Он становился все громче и сильнее. Опыт общения с Люком подсказывал ей, что это означает, что он все ближе. Как только он войдет в поле, их шансы еще больше уменьшатся. Проклятье, у них оставалось мало времени. И хотя она долго тренировалась в обращении со своими щитами, ей еще не доводилось сражаться с кем-то настолько сильным и решительным, чтобы заставить ее услышать его. Может быть, Оби-Ван не зря предупреждал ее и не был снисходителен.

- Красный лидер, это Золотой лидер. Мы находимся в зоне действия компьютера наведения.

Голос Люка:

- Вижу новую группу. Три из них заходят на вектор два девять.

Лея подняла свой X-Wing как раз вовремя, чтобы увидеть, как отряд исчезает в траншее. Сила вокруг нее стала холодной. Даже сквозь щиты она чувствовала ее острые зазубренные края. Вейдер возглавлял этот отряд. Она подавила в себе инстинкт последовать за ним. Она не получала никаких приказов, а здесь все еще находились вражеские истребители.

- Золотой лидер, к вам сейчас прибудут гости, - объявила она по связи.

Наступила зловещая тишина, когда все оставшиеся пилоты, не находящиеся в траншее, впитывали ее слова.

- Он почти там, - вздохнул Золотой Лидер.

- Сэр, на нас надвигаются вражеские истребители, - сообщил золотой пятый, - они... - Его передача была резко прервана. Еще одна жизнь от рук Вейдера. Она не думала, что ей придется столкнуться с этим еще раз. Ее глаза на мгновение закрылись от сожаления, но затем она заставила себя забыть обо всем. Она не могла позволить себе отвлечься. Ей нужно было сосредоточиться на том, что она делает. Именно это и привело ее к тому, что она попала в ловушку.

- Это далеко!!! - Голос Золотого Лидера был торжествующим.

- Получилось? - с надеждой спросил Красный Лидер.

Наступило молчание, и раздалось пораженное:

- Нет, просто отклонился в сторону.

Лея чувствовала, как сомнения охватывают ее. Если принять во внимание попытку Красного Лидера на Явине, то это уже две неудачные попытки с компьютером наведения. Она взглянула на хронограф и выругалась, прочитав семь минут. Они израсходовали половину отведенного им времени. Она не хотела посылать в эту траншею еще больше людей, пытавшихся добиться того, чего могли добиться только она или Люк, но у нее не было возможности убедиться, что они будут следующими.

- Золотой лидер - Красному лидеру, я вышел из траншеи, но я потерял Тайри и потерял Хатча.

- Слушаюсь, Золотой Лидер.

- Они напали на нас сзади.., - передача оборвалась всплеском помех. Красный лидер крикнул:

- Красный 3, Красный 5 и Красный 8, вы ближе к точке входа и поэтому мне нужно, чтобы вы начали свой забег. Мы подождем здесь и подготовимся к выходу. - Лея почувствовала, как на нее нахлынуло облегчение: удача или Сила - неважно, кто предоставил ей эту возможность. Теперь все зависело от нее и Люка, и, надеюсь, больше жизней будет спасено, так как они не окажутся в окопе, чтобы быть скошенными Вейдером.

Сгруппировавшись, они втроем ненадолго взлетели выше, а затем, как один, опустились и вошли в траншею.

- Идем на полной скорости. Это должно оторвать истребители от наших хвостов.

- Люк, на такой скорости ты успеешь подтянуться? - спросил Биггс.

- Это будет похоже на Каньон Нищих у себя дома, - заверил его Люк.

Когда они летели вниз мимо металлических стен каньона, пушки больше не включались.

- Следите за истребителями, - предупредил Люк, когда они все ближе и ближе подходили к точке запуска компьютера наведения.

- Давай. Давай, - бессмысленно шептала Лея, заставляя землю перед ними проноситься быстрее. Отсутствие огня с турелей означало, что ТИЭ уже близко. А потом появилось холодное присутствие, от которого все волоски на затылке встали дыбом. Снова начали срабатывать сигнализаторы приближения, и Лея почувствовала, как ее охватывает отчаяние.

Затем Вейдер снова начал бить по щитам. Предположительно, он начал это делать, потому что видел, где она находится, и решил, что она сможет отвлечься. Она стиснула зубы и проигнорировала его. Что бы он ни собирался предложить ей, чтобы уговорить ее уйти, ей было неинтересно слушать. Тогда он открыл огонь, сосредоточив свои усилия на кораблях Биггса.

Из динамика донесся панический голос Биггса:

- Я не могу их удержать.

По связи раздался голос Люка.

- Я активировал компьютер наведения. Мне нужно еще немного времени.

Решив рискнуть, Лея свернула влево, прямо за Люком, пытаясь одновременно прикрыть брата и привлечь внимание Вейдера, но тот был сосредоточен на Биггсе.

- Люк, поторопись. - Биггс был в искренней панике, и Лея ненадолго задумалась о том, чтобы снова закричать на Вейдера, чтобы он остановился. Она собралась с силами, чтобы крикнуть, и тут в уголке ее глаз мелькнул огненный шар. Биггса больше не было. Из-за щитов она не могла почувствовать реакцию брата, но знала, что не смогла защитить одну из последних живых связей с его прошлым. Он будет очень расстроен из-за этого. Опять.

- Проклятье, - пробормотала она.

Затем Вейдер начал обстреливать ее. Энергетические лучи прошли мимо ее обзорного экрана, окрасив его в насыщенный зеленый цвет. Лея испуганно вскрикнула и почти по привычке начала делать маневры уклонения. Так хотелось, чтобы она осталась жива. Но она остановилась. Если она начнет двигаться, Люк умрет, не успев выстрелить. Он погибнет, и погибнет Альдераан. И тогда она сделала глубокий, успокаивающий вдох и проанализировала, что здесь происходит.

Для тех, кто не был знаком с его способностями пилота, это выглядело бы так, будто он просто промазал. Лея провела четыре года в рядах Повстанцев и с горечью узнала об уровне его способностей. Список пилотов Повстанцев, погибших из-за него, был длинным. Она знала и свой собственный уровень. Она была компетентна, но не гениальна, а он - да. Она находилась почти прямо перед ним и не делала ничего, чтобы уклониться от его выстрелов. Он намеренно промахивался, надеясь спугнуть ее, чтобы она сдвинулась с места, и тогда у него появится возможность попасть в Люка.

- Хитро, - пробормотала она себе под нос. - Очень очень хитро. Но я не менее хитрая. И что еще важнее, я не двигаюсь.

Это быстро становилось спорным вопросом. Скоро они должны были достичь точки невозврата, а Люк все еще не обращался к Силе. Компьютер прицеливания все еще пытался вычислить цель, и, скорее всего, ничего не вышло бы. Она не могла выстрелить, пока он был на пути. Но она не могла и пошевелиться, иначе Вейдер уничтожит его. Этого она хотела избежать. Она не хотела, чтобы Вейдер узнал о Люке, а на таком близком расстоянии он почувствует все, что делает ее брат. Люк так же, как и она, владел Силой. Но если она ничего не предпримет, Альдераан будет потерян. Она прикусила губу, сопоставляя анонимность брата с выживанием своей планеты.

Люк был бы первым, кто надрал бы ей задницу за такое мышление. Его временная безопасность против миллиардов жизней - для него это даже не вопрос. Он хотел стать джедаем, и Вейдер так или иначе узнает о нем. Она предпочла бы, чтобы это произошло позже, но сейчас не было смысла сопротивляться.

Приготовившись, она протянула руку, зная, что это ослабит ее щиты. Она записала себе, что в будущем будет практиковаться в этом. Она знала, что можно и поддерживать их, и разговаривать мысленно, просто у нее не было достаточно практики, чтобы не подпустить Вейдера.

- Люк, - прошептала она в Силу, чувствуя его шок и замешательство от ее голоса. Она продолжала, отчаянно надеясь, что он поверит, что это реальность, а не плод его воображения. - Люк, компьютер наведения не работает. Пожалуйста, доверься своим инстинктам.

- ЛЕЯ!!! - раздалось в ее черепе. Она машинально вздрогнула от его крика и постаралась не обращать на него внимания.

- Все получится, - вложила она в эту фразу всю свою веру и любовь к нему. - Пожалуйста, Люк, у нас мало времени. Доверься мне. Доверься Силе. Сделай выстрел.

- ЛЕЯ, ПОЖАЛУЙСТА, ПОСЛУШАЙ МЕНЯ! - Проклятье, он когда-нибудь замолчит?

- Люк, ты выключил свой таргет-компьютер. Все в порядке? - спросил Красный Лидер.

- Да, я в порядке, - заверил он их. - Все в порядке.

Она почувствовала, как он протягивает руку, словно птичка, пробующая свой первый полет, шатающаяся и неуверенная. Это привлекло внимание Вейдера, и она почувствовала, как он отвлекся от нее, сосредоточившись на новом событии. Она затаила дыхание, пока Люк пытался разобраться в своих ощущениях. Затем яркая вспышка растерянности и страха пронеслась по Силе, как рябь по пруду. Она почувствовала, как холодное темное присутствие Вейдера стремительно удаляется от нее.

Затем раздался самый любимый голос, повторивший то, что она слышала в один из самых мрачных моментов своей жизни.

- Все чисто, Малыш, - проговорил Хэн по связи. - Теперь давай взорвем эту штуку и отправимся домой.

Лея почувствовала спокойную сосредоточенность брата, а затем торпеды ушли в сторону. Она закричала, когда они вошли в порт и быстро исчезли. Они с Люком вылезли из траншеи. Выбравшись на поверхность, они продолжали двигаться на полной скорости, стараясь преодолеть как можно большее расстояние между собой и Звездой Смерти.

- Отличный выстрел, парень, это был один из миллиона!!!

- Хорошая работа Красный пять, - сказала она, вторя Хану.

Оставшиеся в живых пилоты поняли, что свершилось.

Голос Красного Лидера прорезал все это. - Ладно, мальчики и девочки, давайте убираться отсюда. - И все они ушли в гиперпространство.

***

Когда они прибыли на Явин, Лея быстро спустилась из кабины и побежала к Люку.

- Ты сделал это! - воскликнула она. Он усмехнулся и с таким же энтузиазмом обнял ее в ответ.

- Благодаря тебе, - прошептал он ей на ухо. Слегка отстранившись, он бросил на нее озадаченный взгляд. - Это ведь была ты, да?

Она кивнула.

- Позже, - пообещала она. - Я все объясню позже.

Затем Хан обнял их обоих.

- Это был, несомненно, лучший полет, который я когда-либо видел!!! - ликующе воскликнул он.

- Я знала, что ты вернешься! - поддразнила Лея, наслаждаясь ощущением его объятий. - Хотя бы ради награды.

Его ухмылка на мгновение померкла, но, увидев ее усмешку, он понял, что она говорит несерьезно.

- Ну конечно, - сказал он, - я же только для себя! - Затем он покачал головой. - Вам двоим очень нужен хранитель.

- Вы добровольцы? - спросила она, обрадованная проблеском надежды в его глазах.

Он открыл было рот, чтобы ответить, но Чуи издал победный рев и заключил их всех в свои объятия, практически оторвав от пола. Лея все еще смеялась, когда показалось, что к ним спустились остальные члены Восстания.


## Глава 7. Бейл часть 1 Альдераан.


Бейл почувствовал, как заколотилось его сердце, а рука начала дрожать, когда он снова перечитал сообщение, надеясь, что оно изменится. Рядом с ним стояла Бреха. Прочитав сообщение первой, она явно старалась сохранить для капитана Салано невозмутимый вид.

- И это все? - спросила она.

Капитан покачал головой:

- Нет, Император хотел выразить мне свои личные соболезнования и заверить вас, что эти рейдеры будут привлечены к ответственности.

Рейдеры, как будто Бэйл хоть на секунду поверит в такую выдумку. Единственным настоящим сожалением Палпатина в этой ситуации было, пожалуй, то, что он не смог передать это сообщение лично и насладиться их болью. Он встретился взглядом с бледным лицом Брехи.

- Спасибо, капитан, - сказала она, ее голос был ровным. - Вы свободны.

Она дождалась, пока за ними захлопнется дверь приемной, и только после этого спокойный фасад смялся.

- Бейл? - прошептала она, глядя на него в поисках ответа.

Он покачал головой:

- Я не знаю, что произошло, но я очень сомневаюсь, что "Тантив IV" был захвачен рейдерами. - Особенно учитывая миссию, на которую он отправил Лею.

- Что нам делать? - спросила Бреха, заламывая руки в редком проявлении беспокойства.

Он подошел к ней и взял эти беспокойные руки в свои, не слишком надежные. Он и его жена не были солдатами, они всегда предпочитали использовать слова в качестве средства борьбы. На всех известных ему языках не хватало слов, чтобы уничтожить этот конкретный страх. Самое меньшее, что он мог сделать, это попытаться выяснить глубину того, с чем они столкнулись.

- Я позвоню в Мон. Может быть, Дрейвен знает, что случилось.

Она тяжело сглотнула и сжала его руки в ответ. Затем она убрала их, и королева Алдераана стояла там, мысли ее были скрыты.

- Ты сказал, что нам, возможно, придется сражаться.

Бэйл кивнул.

- Так и есть.

Она посмотрела на него, затем спросила отстраненным голосом:

- Стоит ли уничтожение созданного ими оружия таких затрат? - Это управление дрогнуло, и на мгновение его жена посмотрела на него, умоляя его сказать ей, что они все приняли правильное решение. - Стоит ли это жизни нашей дочери?

Когда он вернулся со встречи на высшем уровне на Явине, он не стал вдаваться в подробности того, с каким оружием они имели дело. Не по той причине, что Звезда Смерти все еще оставалась засекреченным проектом, а она уже давно дала понять, что кому-то из них необходимо иметь правдоподобное опровержение, если Империя придет за ними. Кто-то должен быть в состоянии защитить свой народ, и, учитывая его большую роль в качестве закулисного архитектора Восстания, это не мог быть он.

После того как Лея также стала активным участником восстания, Бреха еще больше замкнулась в себе и не знала ничего конкретного. После возвращения с Явина он решил лишь сообщить ей, что Лея перевозит важные схемы и делает остановку на Татуине. Бреха достаточно хорошо знала, кто находится на этой планете, чтобы понять, зачем Лея там, и ее острый ум быстро дополнил то, о чем он умолчал. Как, должно быть, все отчаянно, если он зовет на помощь из этого квартала.

- Это убийца планет, моя королева, - мягко сказал он, решив принять во внимание, что она хочет поговорить со своим супругом, а не с мужем. - Я, конечно, не знаю, будет ли это стоить того, но я знаю, что не смогу жить с собой, если не попытаюсь.

Она побледнела и закрыла глаза, осознав всю глубину порочности того, что создала Империя. На мгновение в комнате воцарилась тишина, а затем глаза ее открылись, и она снова стала Брехой, его женой.

- Позвоните Мон, - сказала она. - Я буду в своих покоях до конца дня.

Она повернулась, чтобы уйти, и Бэйл быстро поймал ее руки в свои. Он поднял их и нежно поцеловал в тыльную сторону. Он поднял голову и встретился с ней взглядом, говоря как ее муж, пытаясь дать ей надежду, в отличие от принца-консорта, который знал, насколько все это отчаянно. Его голос был ровным:

- Мы можем делать только то, что делали всегда. Положиться на нашу дочь и надеяться, что она увидит дорогу к нам.

***

До конца жизни Бэйл не мог вспомнить подробности того дня. Он знал, что разговаривал с Мон. Может быть, он и не помнил деталей разговора, но отчетливо помнил ее бледное лицо, когда она рассказывала о потерях, понесенных на Скарифе. О том, что "Тантив IV" послал один сигнал бедствия, а затем исчез. Она сообщила ему, что Дрейвен задействовал всех своих шпионов и информаторов и ничего не смог найти. Руководство Альянса было в слепой панике. Мало того, что у Империи теперь есть оружие, способное уничтожить их одним ударом, так еще и ресурсы и летный состав сократились вдвое. Они поставили на карту почти все ради этого единственного шанса, и теперь то, что они искали, исчезло.

Как будто Совет вообще был за это, мрачно подумал Бэйл. Большинство из них хотели вернуться домой и свернуться калачиком, надеясь, что Империя каким-то образом выберет другую планету для своего гнева.

Бреха ничего не сказала, когда он сообщил ей эту новость, просто ушла в роль королевы и вежливо отстранила его.

Эта ночь принесла с собой множество ужасов. Лежа в постели, которую он делил с женой все эти долгие годы, Бейл понимал, что должен думать о том, как оправиться от этой катастрофы. Повстанческое движение, на которое он потратил столько времени своей взрослой жизни, кропотливо заботясь о нем, и которое только сейчас обретало опору, стояло на грани уничтожения. Со Звездой Смерти спрятаться было негде. Альянс не мог встретить такое оружие в лоб, и любая планета, на которую они бежали, стала бы побочным ущербом.

Но каждый раз, когда он пытался применить свои мысли к практическим проблемам, с которыми они сталкивались, он думал только о Лее. Его прекрасная, замечательная, упрямая, огненная Лея.

Он то погружался в сон, то проваливался в него, наполовину просыпаясь от мысли, что исчезновение Леи было ужасным кошмаром, но потом вспоминал, что сон был о ее безопасности. Где-то в середине ночи он отказался от притворства и перевернулся на бок. Бреха лежала, освещенная светом из других частей дворца, и смотрела на него расширенными, обеспокоенными глазами.

- Ты спала? - спросил он сиплым шепотом.

- Нет, - ответила она. Шальная челка упала ей на глаза, и Бэйл, не задумываясь, смахнул ее пальцами с лица. Он не переставал удивляться тому, что имеет право прикасаться к волосам этой блестящей храброй женщины, которую он каким-то образом убедил полюбить его. Он был выходцем из одного из менее знатных домов Алдераана, и хотя их брак не был скандальным как таковой, он определенно вызвал немало вопросов, когда Бреха выбрала сына из такого низкопоставленного дома. По ее словам, она искала партнера и друга. Но самое главное - человека, который любил бы Альдераан так же, как и она. Он не стал упоминать, что был ослеплен ею с самого детства и что ей не нужен брак, чтобы заручиться его преданностью. Просто ему повезло, что где-то на этом пути она вернула ему эту глубокую любовь.

- Извините, если я не давал вам спать, - сказал он. Это не было истинной причиной, по которой она не могла уснуть, но он мог предложить ей достойное оправдание, если это то, что ей сейчас было нужно.

Ее рот печально дернулся, но она лишь отрицательно покачала головой. Он широко распахнул руки, и она, не раздумывая, скользнула к нему, аккуратно пристроившись под его подбородком, как делала это всегда.

- Как ты думаешь, она жива? - прошептала Бреха в ночь.

- Да. - На самом деле, он был почти уверен в этом. Но был ли этот вариант предпочтительнее, он не сказал. Империя не отличалась милосердием или изощренными методами допроса.

Они прижались друг к другу, ничего не говоря, просто пытаясь успокоить друг друга.

Когда солнце начало медленно подниматься, Бэйл наконец заговорил:

- Я подвел ее, - прошептал он. - Я позволил ее восстанию умереть и позволил ее дочери вступить в этот бой.

Бреха крепче прижалась к нему. Падме была темой, которую они почти никогда не обсуждали. Даже когда яркий смех Леи эхом разносился по залам Королевского дворца, а Бэйл видел лишь призрак своей подруги. Он надеялся, что где бы ни была Падме, она гордится тем, какой женщиной стала ее дочь. И что она простит его за ошибки.

- Лея - наша дочь, - прошептала Бреха в ответ после долгой паузы, - Всех четверых. - Бэйл удивленно моргнул. Имя Падме так же редко звучало в этих залах в связи с Леей, как и имя Вейдера - он никогда не мог припомнить, чтобы его жена упоминала его в связи с их дочерью. Но она была права: Лея, несомненно, унаследовала его яростную волю и упрямство. - И учитывая все это, Бэйл, как ты думаешь, она могла бы быть где-нибудь еще?

Нет, больше Лея нигде не хотела бы оказаться, но эта мысль мало кого утешала.

***

Завтрак в то утро прошел в мрачной обстановке. С тех пор как Лея была избрана в Имперский Сенат, не было ничего необычного в том, что ее место за их маленьким столиком пустовало. Но сегодня для Бейла это было более личным, как открытая рана. Он играл с едой на своей тарелке, не очень голодный, но понимая, что ему нужно поесть, когда в их дверь быстро постучали.

Не дожидаясь ответа, в комнату ворвалась Корел, одна из помощниц его жены. Бреха нахмурилась, собираясь высказать упрек, но женщина не успела, так как приняла их менее чем официальное одеяние.

- Ваши Величества, - воскликнула она, раскрасневшись бледным лицом, - простите меня, я не подумала!

Бреха требовала от своего окружения максимального терпения и дисциплины. При мысли о том, что могло привести эту женщину в слепую панику, Бейл побледнел.

- Есть ли новости о Лее? - спросил он поспешно.

- Ее Высочества? - Корел посмотрел на него в замешательстве. - Нет, принц-консорт, речь идет не о ней.

Прежде чем Бэйл успел спросить, в чем дело, она протянула руку и включила персональный голопроектор в их комнате. На экране появилось изображение Палпатина с его фирменным черным капюшоном на голове, скрывающим "уродство", оставленное ему джедаями.

- Это воспроизводится по всем голоканалам, - задыхаясь, прошептала Корел.

Изображение замерцало, и Палпатин начал говорить. Записанное сообщение проигрывалось по кругу, чтобы никто в галактике не мог от него оторваться.

На морщинистом лице появилась теневая улыбка, и мягкий голос, не настоящий, а публичный, произнес:

- Граждане галактики, я пришел к вам, чтобы сообщить самую печальную новость. Мои имперские агенты обнаружили заговор среди большинства членов Имперского Сената с целью моего убийства и приведения к власти избранной кучки людей.

У Бейла свело живот. Разумеется, ничего подобного не было. Не так уж много было сенаторов, которые действительно принадлежали к Восстанию. Он подумал обо всех своих коллегах, с которыми работал, которые искренне пытались поступать правильно, работая в системе как можно лучше для своего народа. Он молился богам, чтобы честные люди успели покинуть Корусант и не попали в какие-нибудь рейды.

Улыбка Палпатина по-прежнему была благосклонной и доброй:

- Учитывая представленные мне доказательства, сегодня рано утром я подписал исполнительный приказ ╧ 718, упраздняющий этот законодательный орган. Последние остатки коррумпированной системы, известной как Республика, были сметены. Наша Империя вступила в новую фазу - фазу порядка, справедливости и быстрого решения проблем.

Маска Палпатина чуть-чуть сползла, улыбка превратилась в оскал нечестивого триумфа. Затем сообщение замерцало и начало воспроизводиться с самого начала. С отвращением Бреха встала и выключила его.

Это было почти антиклимаксом, когда по всей галактике прозвучало заявление о роспуске Сената. Бэйл оцепенело сидел в своем кресле, наблюдая, как на его глазах погибает последний вздох Республики. Правда, это был законодательный орган только по названию, но это было последнее, на что он надеялся, что удастся избежать новой войны. Теперь и этого не было.

Бреха подошла к нему и ободряюще положила руку на плечо. Но ее чутье на политические маневры было как всегда острым. Она тихо прошептала:

- Им нужно найти цель для этого оружия. - Корел не отреагировала, женщина все еще смотрела на голограмму, на ее лице был написан очарованный ужас.

Бэйл кивнул и так же тихо прошептал в ответ:

- Это не сработает, если не будет ясно, что они используют для того, чтобы держать всех в узде. - И какую именно систему Империя сочтет приемлемой потерей? База повстанцев - неплохая простая военная цель, но Бейл знал, что она слишком удалена, чтобы служить эффективным предупреждением. Нет, для этого они выбрали бы Срединный или Основной мир.

Бреха издала звук отвращения. Она повернулась к Корел и мягко сказала:

- Спасибо, что обратили на это мое внимание. - Корел кивнула, опасения исчезли с ее лица, и Бреха продолжила: - Сегодня никаких дел не будет.

Девушка нервно сглотнула:

- По какой причине мы должны предоставить это общественности?

- Траур, - категорично заявил Бэйл.

Глаза адъютанта расширились, но она обращалась к Брехе, а не к нему.

- Миледи, вы уверены, что это разумно?

В своем близком окружении Бреха не нанимала людей, симпатизирующих Империи. Корел могла не знать, что Император планирует использовать для удержания мятежных систем в узде, но она знала, что что-то должно быть.

- И вот страх начинает разъедать убеждения, - с грустью подумал Бэйл.

Губы Брехи искривились в горькой улыбке:

- Для нашей дочери, - успокоила она женщину.

На лице женщины отразилось понимание, и она поспешила прочь. Бэйл отодвинул свою тарелку, аппетит действительно пропал.

***

Они остались одни в своих комнатах. Ни один из них даже не удосужился одеться в свою повседневную одежду. Разговора не было, да и о чем говорить? Тихий перерыв в печали был прерван в середине дня, когда в их дверь снова постучали. В отличие от Корел, этот человек не ворвался сразу.

Бэйл раздраженно вздохнул. Хоть раз он хотел бы, чтобы галактика оставила его и его разбитое сердце в покое.

- Я думал, нас не будут беспокоить, - пожаловался он жене, в который раз позволяя себе открыто выразить свою горечь по поводу того, что их общественная жизнь вторгается в личную.

Бреха покачала головой:

- Наверное, это важно, - сказала она, - Входите! - позвала она.

Вошел Якен, один из связистов, выглядевший очень взволнованным.

- Прошу прощения, Ваши Величества, но я только что получил сообщение о незапланированном рейсе. - Бэйл нахмурился. Альдераан был часто посещаемым миром, и, конечно, это не могло быть чем-то необычным? - Он передал коды, указывающие на то, что вы должны быть непосредственно проинформированы, но я не узнаю имени, которое к нему прилагается.

Якен получил эту должность пять лет назад благодаря своим антиимперским взглядам, осмотрительности и феноменальной памяти на имена. Бэйл медленно сказал:

- Но они дали правильные коды?

Он кивнул:

- Да, сэр, они немного староваты, но это не те, которые Империя взломала.

Бэйл видел только два варианта развития событий. Либо это был оперативник, которого не было очень долгое время, либо Империя устроила им ловушку.

- Как зовут?

- Бен Ларс?

Это имя было ему незнакомо. Но лицо Брехи менее чем за мгновение превратилось из безучастного в оживленное. У нее всегда была лучшая память на имена, чем у него.

- Скажи им, чтобы приземлились на частном посадочном поле у королевского дворца. Освободите дорогу.

- Частное посадочное поле, Ваше Величество? - Якен выглядел озадаченным.

- Сейчас! - сказала Бреха. Якен чуть не выбежал из комнаты от ее резкого тона.

- Бреха? - спросил Бейл, удивляясь этой нехарактерной потере ее обычного спокойного тона.

- Это наш друг из пустыни, - сказала она, поднимаясь на ноги и направляясь к гардеробному шкафу.

Бэйл моргнул. Оби-Ван. Как Оби-Ван оказался здесь? Ответ заставил его броситься вслед за женой, чтобы одеться. Если Оби-Ван был здесь, значит, Лея должна была связаться с ним.

***

Он и Бреха быстро, но с большим достоинством прошли в парадный зал, сопровождаемые несколькими ее помощниками. Даже в подобных ситуациях было трудно забыть уроки, полученные за всю жизнь о надлежащем королевском этикете. Также не было необходимости сеять панику или, что еще хуже, любопытство по поводу этого неожиданного гостя.

Прежде чем они вошли в большой парадный зал, помощники Брехи расступились перед ними. Бейл настолько привык к этому, что не обращал особого внимания на то, где они решили расположиться. Эти женщины были умными, способными и, что более важно, очень хорошо обученными телохранителями. В целом, Альдераан был пацифистским обществом, но это не означало, что он или Бреха не знали об угрозах, исходящих от них. Извлекая урок у Падме, он позаботился о том, чтобы каждый личный помощник, который был у него и Брехи, был обучен таким вещам.

Когда они вошли в комнату, Бейл был встречен видом трех человеческих мужчин, Вуки, C3PO и R2. И никакой Леи. Конечно, там не было никакой Леи, если бы он думал, то знал бы, что она использовала бы свой собственный пароль, чтобы получить разрешение на посадку здесь. Бейл проглотил свое беспокойство и разочарование. По крайней мере, у Оби-Вана могли быть какие-то ответы о том, где находится его дочь.

Они с Брехой были на полпути через зал, чтобы поприветствовать своих гостей, когда Бейл наконец разглядел их как следует и остановился в шоке. Оби-Ван выглядел старым, намного старше, чем следовало. У самого Бейла теперь в темных прядях пробивалась серебристая седина, но ярко-рыжие волосы джедая исчезли, сменившись чисто белыми. У него все еще была борода, но на этом некогда вечно молодом лице глубоко прорезались морщины. Пока Бейл изучал его, Оби-Ван подошел к нему и Брехе. Генерал двигался медленно, без прежней грации, но так, словно его сковывали ноющие суставы.

- Бейл - сказал он, и глаза его радостно заблестели, когда он принял его. Они все еще были такими же яркими сине-зелеными, какими были всегда.

- Генерал, - ответил Бейл, неуверенный в товарищах Оби-Вана и в том, что им сказали. Он бросил на них быстрый взгляд, мужчина постарше был кореллианином, если судить по багряной полоске на его штанах, а Вуки, безусловно, был сюрпризом. Вы больше нечасто видели их в галактике. Но именно юноша привлек внимание Бейла.

Он был худощавым и, вероятно, на несколько дюймов ниже самого Бейла, но лицом был точной копией своего отца, вплоть до этих ярко-голубых глаз. Они с любопытством встретили его взгляд, а затем опустились на пол.

Оби-Ван, заметив восхищенные взгляды его и Брехи, отвел руку назад и сказал:

- Бейл, Бреха, это мой спутник, Люк Скайуокер.

Скайуокер? О чем думал Оби-Ван, позволяя Люку сохранить эту фамилию? Заметив выражение сожаления на лице своего старого друга, Бейл изменил этот вопрос на "о чем думала семья Люка?" Бейл снова посмотрел на кореллианина, на этот раз гораздо более критичным взглядом. Нет, это был не сводный брат, он был слишком молод. Где тогда была семья Люка?

- Люк, - сказал Оби-Ван. - Это королева Бреха Органа с Альдераана и ее муж, принц-консорт Бейл Органа.

Кореллианец фыркнул, вероятно, из-за того, что имени Брехи было придано большее значение, чем имени Бейла. Бейлу всегда казалось, что патриархальные общества так странно относятся к подобным вещам. Этот человек, вероятно, считал, что Бейл должен быть правителем просто потому, что Бреха была женщиной. С таким мышлением Бейл сталкивался во многих мирах, но даже сейчас все еще не совсем понимал его.

Бреха даже глазом не моргнула на манеры этого мужлана. Она шагнула вперед и одарила Люка своей лучшей улыбкой. Мальчик оторвал взгляд от пола, чтобы окинуть взглядом их обоих.

- Мэм. - сказал он явно взволнованным голосом. - Сэр. - Затем он нахмурился. - Или все-таки ваши величества?

- А это имеет значение? - кореллианец зашипел.

Люк нахмурился, глядя на него.

- Манеры важны.

- Нет, соблюдение контрактов важно, - парировал мужчина. - И я здесь не по доброте душевной.

Оби-Ван лишь слегка улыбнулся ему.

- Не волнуйтесь, вам обещали семнадцать тысяч, и вы их получите.

- Семнадцать тысяч! - Бейл зашипел. - Для перевозки с Татуина?

Мужчина только выглядел недовольным:

- Спрос и предложение, - сказал он. - Послушайте, я участвую в этом не ради вашей революции. Мне пообещали солидную плату, если я смогу избежать имперской блокады, и поверьте мне, когда я говорю вам, что это не то, на что способен каждый пилот.

Сердце Бейла подпрыгнуло при этой новости. У Империи не было причин устраивать блокаду Татуина. Не тогда, когда он был так явно в руках хаттов. Дроиды были здесь, возможно, Лею по какой-то причине нужно было оставить? Бейл посмотрел на Оби-Вана, но лицо мужчины было безмятежным, как всегда. Пора отправить этого незваного гостя восвояси, чтобы он мог более свободно расспрашивать джедаев.

Глаза Бейла сузились, когда он посмотрел на мужчину:

- Будьте уверены, капитан...?

- Соло. Хан Соло.

- Капитан Соло, сейчас мы выясняем детали.

- Пока у нас все чисто. - Мужчина фыркнул.

Где Оби-Ван откопал это существо? Бейл предполагал, что на Татуине его возможности были ограничены, но разве не мог быть кто-нибудь другой? Вероятно, нет. Как сказал капитан, найти пилота, который мог бы и попытался бы прорвать имперскую блокаду, было в дефиците повсюду в галактике. Вероятно, окольным путем ему повезло, что Оби-Ван оказался на этом пыльном шаре планеты. Джабба не был известен тем, что нанимал мягкосердечных благородных людей, но он действительно требовал результатов, и очевидно, что капитан Соло мог их достичь. Это означало, что мужчина был контрабандистом и, вероятно, наемником, но нищие не могли быть такими разборчивыми.

- Корел, - сказала Бреха твердым ясным голосом.

Только благодаря долгой практике Бейл сдержал удивленный возглас, когда голос Корел донесся из затененного угла, который, Бейл мог бы поклясться, был пуст.

- Миледи? - ответила она.

Бейл не дрогнул, в отличие от Люка. Глаза юноши расширились, и он повернулся, чтобы посмотреть, как Корел выходит из тени. Бейл бросил на Оби-Вана еще один вопросительный взгляд, который, как и прежде, джедай проигнорировал. Бейл никогда не видел джедая, который мог бы так испугаться. Даже младшие падаваны были почти сверхъестественно осведомлены о том, что происходило вокруг них, или имели достаточно контроля, чтобы скрыть это, когда они были удивлены. У Люка не было ни того, ни другого.

- Не могли бы вы проследить, чтобы капитан получил свою плату, пожалуйста, - попросила Бреха.

- Конечно, - подошла Корэл и указала на одну из арок, ведущих к выходу из комнаты. -Капитан, не последуете ли вы за мной?

Соло бросил на нее недоверчивый взгляд, и Вуки, стоявший позади него, переместил свой арбалет со спины вперед. Но они оба последовали за Корел из комнаты.

Бреха подождала, пока группа не окажется вне пределов слышимости, и это спокойствие исчезло, и она спросила Оби-Вана:

- Где Лея?

На лице Оби-Вана отразилась смесь печали и огорчения.

- Мне жаль, Бреха, она так и не добралась до Татуина. - Он махнул рукой себе за спину. - Она отправила этих дроидов вместо себя с сообщением, чтобы я пришел сюда.

Голос Бейла на мгновение пропал, затем он, заикаясь, произнес:

- Она у Империи?

Оби-Ван кивнул.

- Боюсь, что так.

R2 издал долгий скорбный вопль. Трипио успокаивающе положил руку на купол. Маленький астродроид что-то пропищал. C3-PO повернулся к Бейлу и сказал:

- R2 с сожалением сообщает вам, что он потерпел неудачу в своей основной миссии по защите принцессы. Она приказала ему покинуть корабль. Она чувствовала, что планы были слишком важны и что слишком многим пришлось пожертвовать, чтобы получить их просто для того, чтобы они снова попали в руки Империи.

Конечно, она это сделала. Лея никогда не была из тех, кто уклоняется от своих обязанностей. В этот момент Бейл ощутил тяжесть всех прожитых лет. Планы были в безопасности, и им нужно было немедленно доставить Оби-Вана на Явин, чтобы убедиться, что они останутся такими, но какой ценой это было достигнуто?

- Мне жаль, - заговорил тогда Люк. - Мне жаль, что с ней это случилось.

Бреха посмотрела на него:

- Спасибо тебе, Люк. Это было очень любезно с вашей стороны сказать. - Последовала короткая пауза, затем она быстро спросила: - Ты знаешь Лею?

- Нет, мэм. Хотя я видел сообщение, которое она оставила на R2.

И как это произошло? Лея зашифровала бы любое подобное сообщение, которое она разместила на дроиде. Бейл открыл рот, чтобы задать дополнительные вопросы, когда Дженкен, спотыкаясь, вошел в комнату.

Они все повернулись, чтобы посмотреть на него, и Бейл уже собирался сделать мужчине выговор, когда тот выпалил:

- Принцесса Лея только что запросила разрешение приземлиться на посадочной площадке Королевского дворца.

***

Бейл и Бреха бросились к частному входу на посадочную площадку. Конечно, там была загрузочная дверь, огромная, и она изящно вписывалась в здание для погрузки припасов, но семья пользовалась именно этой дверью. Она вела в коридоры, которые вели прямо в частное крыло дворца. Если бы это была Лея, то она вошла бы именно через этот вход.

Бейл приоткрыл дверь ладонью и увидел, как из шаттла класса "Лямбда" выпрыгнула фигура, одетая в имперскую униформу. На мгновение Бейл застыл в дверном проеме, неуверенный. Может быть, это была какая-то ловушка? Возможно, имперский агент, который был здесь, чтобы подтвердить то, что он участвовал в Восстании?

Возможно, покушение на него и Бреху с целью замены руководства Альдераана кем-то гораздо более дружественным Империи. Потом шляпа слетела, и он увидел ее каштановые волосы. Это была Лея в возрасте пяти, десяти, пятнадцати лет, которая бежала к нему, чтобы обнять. Только что он не мог пошевелиться, а в следующее мгновение уже бежал вперед, и она дрожала в его объятиях.

Он почувствовал, как Бреха подошла с другой стороны от Леи, ее тонкие руки уперлись ему в грудь, когда она заключила их дочь в объятия. Бейл просто стоял там, наслаждаясь тем фактом, что вся его семья была здесь и в безопасности. Несмотря на все другие потери сегодняшнего дня, у него все еще было это.

Лея отстранилась первой, ее глаза расширились, когда она увидела его, лицо побледнело. Бейл осмотрел ее, он не думал, что она была ранена слишком сильно, иначе она ни за что не побежала бы к нему в таком виде. Но вокруг ее шеи виднелось неприятное кольцо синяков.

Его голос дрожал, выброс адреналина заставил его потерять над собой контроль.

- Лея, что случилось? Последнее официальное сообщение, которое мы услышали, было о том, что на ваш корабль был совершен налет и все находившиеся на борту погибли. Затем прибыл генерал Кеноби, менее двадцати минут назад, и сказал нам, что ты захвачена Империей. Как тебе удалось сбежать?

Ее лицо побледнело еще больше, взгляд на секунду стал отстраненным. Затем она решительно покачала головой:

- Это не имеет значения. Нам нужно уходить.

Она отвернулась от них, направляясь к двери, из которой они только что вышли.

Это не имело значения? Ее побег не имел значения? Имперские силы, которые, без сомнения, следовали за ней, не имели значения? Он посмотрел на Бреху, потрясенный до глубины души беспечным отношением своей дочери. Лицо его жены было пепельно-серым, и он мог видеть каждую морщинку усталости на ее лице. Он вопросительно приподнял бровь, и она послала ему мрачный взгляд. Благополучие их народа входило в круг их обязанностей, но Восстание было почти исключительно его заслугой. Он кивнул, ему предстояло сыграть здесь роль следователя, а ей - участливого слушателя. Лее понадобится и то, и другое.

- Лея, - твердо сказал Бейл, понимая, что ему нужно больше ответов, чем то короткое заявление, которое она им дала, но осознавая, в каком шоке она, вероятно, все еще пребывала, потянулся и поймал ее за руку. - Я понимаю, что у тебя, вероятно, был очень тяжелый опыт. Но мне нужно знать, что произошло. - Независимо от психического состояния его дочери. Его убивало то, что он не мог отложить в сторону эти обязанности и просто позаботиться о своей дочери, но ему нужно было знать, в какой опасности находятся и Восстание, и их народ. - Ты что-нибудь раскрыла Империи?

Лея бросила на него пренебрежительный взгляд и почти скучающим голосом продекламировала:

- Вейдер поймал меня, отвез на Звезду Смерти, и я сбежала.

Она потянула его за руку, не настолько, чтобы ослабить хватку, но достаточно, чтобы показать, что хочет, чтобы он отпустил ее. Этот спокойный фасад дал трещину, и в ее голосе появилась легкая дрожь.

- Все, что вам нужно знать, это то, что нам нужно уходить, и нам нужно уходить сейчас.

Она не думала, ею двигали страх и невежество. Никто не мог сказать, что Вейдер сделал с ней. К сожалению, у них не было времени нянчиться с ней.

- Нет, Лея. Тебе нужно уйти. Предпочтительно с генералом Кеноби в качестве сопровождающего. Нам с твоей матерью нужно остаться здесь и смягчить ущерб, нанесенный нашему народу.

При мысли о том, какой опасности она подвергла их всех, придя сюда, он почувствовал, как разочарование окрасило его тон.

- Я ценю, как твой отец, что, когда ты бежала, тебе в первую очередь пришло в голову прилететь сюда.

И он это сделал. О, как он это сделал. Он никогда в жизни больше не будет так благодарен ей за то, что она пришла прямо к ним. Что им не пришлось ни на мгновение дольше жить в напряжении. Но он был не просто отцом, он также был принцем-консортом и лидером Восстания.

- Но я думал, тебе виднее, тебе следовало перебраться в более нейтральное место, а затем отправиться на Явин. Вы подвергли всех нас опасности.

Лея посмотрела на него так, словно он только что объявил, что теперь он император. Затем в ее глазах появился стальной взгляд, сменившийся разочарованием.

- Ты не понимаешь. - Ее губы сжались, когда она еще раз повторила: - Всем нам нужно покинуть эту планету.

Бреха бросила на него испуганный взгляд. Лея никогда раньше так открыто не противоречила его приказам. Она не слушалась его и Бреху все время, пока росла, ее подростковые годы были особым развлечением на этом фронте. Но когда дело доходило до Восстания, она ни разу открыто не задавала ему подобных вопросов.

Она продолжала торопливым тоном, казалось, не обращая внимания на удивленные взгляды, которые они бросали на нее.

- Вам нужно отдать приказ всем слугам разбежаться и все сжечь. Это не предположение с моей стороны, Вейдер приближается. И он придет за тобой и за мамой. - В этом заявлении была такая убежденность.

Тогда Бреха наконец заговорила, стремясь успокоить нервы их дочери и преодолеть ее совершенно очевидный ужас.

- Ты не можешь этого знать, Лея.

- Я могу, и я это делаю. У меня нет времени объяснять. Просто, пожалуйста, доверься мне. - Бейл действительно доверял ей, вот в чем была суть дела. Но он также не мог оставить их народ беззащитным, когда пришла Империя. Лея, возможно, думала, что статус Альдераана защитит его от худших последствий этого. После событий сегодняшнего утра Бейл был менее уверен.

- Ты позволяешь своему страху перед ним возобладать над твоими чувствами, - сказал он ей, пытаясь привести это в логическое соответствие. Не то чтобы было что-то неправильное в том, чтобы бояться Вейдера. По большему количеству причин, чем она знала. - Зачем Вейдеру приходить сюда в поисках меня? Тем более, что это звучит так, будто у него не было времени допросить вас?

Лея посмотрела на него, в ее глазах читалось предательство, Бейл внутренне поморщился от этого, но ничего не показал на своем лице. Это было для их общего блага, ей нужно было прийти в себя и подумать.

- Вейдер знает папа.

Он поймал себя на том, что хмурится:

- Знает что? - Местоположение базы повстанцев? Нет, этого не могло быть, она бы отправилась туда, чтобы отдать приказ об эвакуации. Его участие в Альянсе? Опять же, это было то, что подозревалось в нем в течение многих лет. Что такого мог знать Вейдер, что могло так сильно напугать ее?

Ее следующая фраза показала ему, насколько хуже все может стать.

- Он знает, что я его биологическая дочь, - решительно заявила она.

Бейл почувствовал, как кровь шумит у него в ушах.

- Что? - выдавил он из себя. Рот Брехи приоткрылся, когда она издала громкий вздох.

Нетерпение отразилось на лице Леи, и она указала на него, гнев заставил слова прозвучать почти как плевок в его сторону:

- Я пришла сюда за тобой. Я не могла доверить эту информацию по связи.

Бейл обнаружил, что в глубине души аплодирует этому решению. Это было совершенно правильно. Возможно, в этот момент она мыслила более ясно, чем он был прав.

- Я пришла сюда, чтобы сказать тебе бежать. Как только он поймет, что меня больше нет на "Звезде смерти", ты станешь для него лучшим источником информации.

Невозможно было отрицать логику всего, что она говорила. Но как? Как Вейдер догадался об этом? Так долго он игнорировал Лею, или, по крайней мере, казалось, что игнорировал, и Бейл должен был знать. Несмотря даже на то, что Альянс следил за ним, Бейл заплатил, и заплатил хорошо, за то, чтобы его информировали о любом упоминании Леи с его стороны или о любом движении в ее сторону.

За все годы, прошедшие с тех пор, как Лея начала добиваться выхода под Бейла в Сенате, ничего не произошло. Даже после того, как она сама присоединилась к этому телу и стала чаще попадаться ему на пути. Все улики указывали на тот факт, что Вейдер лишь номинально знал о существовании дочери Бейла.

Бреха, видя его молчание и вероятные причины этого, шагнула к Лее, спрашивая:

- Он сказал тебе, что ты его дочь. И вы ему поверили?

Бейл вздрогнул, увидев выражение потрясенного негодования на лице Леи. Бреха работала без сна, в любое другое время она никогда не была бы настолько глупа, чтобы солгать, что их дочь могла бы так легко распознать.

Вопрос не в том, верить ему или не верить, - сказала Лея. - Я знаю, что это правда.

Бейл почувствовал, как из его горла вырывается протестующий звук. Пожалуйста, клянусь всеми богами, пожалуйста, не допусти, чтобы она научилась этому у Вейдера. Это было откровение, которое требовало осторожного обращения и мягких слов. У нее было время осознать, что все это значило для нее, и ее судьбу в более масштабной борьбе, в которую они были вовлечены. Это было нечто такое, что обладало силой разбить его дочь на миллион осколков. Сердце Бейла не могло смириться с мыслью о том, что его дочь узнает о своем происхождении таким образом. Не из того темного кошмара, который когда-то был человеком. Отчаянно нуждаясь в каком-либо ответе, кроме этого, он спросил:

- Когда ты узнала?

Она посмотрела на него, а затем ее взгляд метнулся к двери у него за спиной. Раздраженная, она спросила:

- Разве это имеет значение прямо сейчас?

Она была права насчет того факта, что у них оставалось мало времени, но это было то, что Бейлу нужно было знать. Сейчас.

- Нет, Лея, - сказал он, - это важно. Это имеет большее значение, чем вы можете себе представить. Это самый тщательно охраняемый секрет в галактике. Как ты узнала об этом?

Свирепо посмотрев на него, она надменно сказала:

- Я думала, это Люк.

Удары просто продолжали поступать. Люк, она знала о Люке? На ее лице был такой возмущенный гнев, когда она сказала:

- Хотя, если это так, то позволить ему сохранить фамилию Скайуокер означало поставить гигантскую мишень ему на спину. Зная, как Вейдер относится к Татуину, вы, возможно, поступили умно, оставив его там, но в целом я не уверена, сколько размышлений вы с Кеноби вложили во весь этот план.

Откуда она узнала об опасности, связанной с этой фамилией? Знал ли Вейдер также о Люке? Неужели все, за что они так упорно боролись последние девятнадцать лет, рухнуло менее чем за два дня?

Бейл едва расслышал укоризненное

- Лея! -, вырвавшееся у его жены. Дрожащим голосом он спросил:

- Ты знаешь о Люке?

- Я много чего знаю, - пренебрежительно сказала она, и Бейл сдержал истерический смех. - Самое главное, что у нас нет времени тратить его на споры по этому поводу. Мы должны идти.

Она была права. Что бы ни происходило, на какие бы секреты она ни наткнулась, и когда она их узнала, или, что более важно, как, это могло подождать. Бейл слишком хорошо знал темперамент Вейдера, чтобы не думать, что он сам не прилетел бы сюда в поисках уничтожения Леи.

- Ты права, Вейдер придет. Мы обсудим остальную часть этого после. - Он развернулся и быстро направился обратно ко входу во дворец. Лея последовала за ним, а ее мать - сразу за ней.

Они быстро передвигались по дворцу, петляя по коридорам почти бегом. Когда они подошли к арке, ведущей в большой парадный зал, Бреха бросила на него быстрый взгляд и поспешно сказала:

- Я распоряжусь об эвакуации и приведу в порядок наши дела.

Она промчалась мимо них, ее длинные юбки волочились за ней по пятам.

Бейл, не колеблясь, почти бегом вошел в комнату. Смутно он осознавал, что Лея осталась у входа, через который они вошли, не входя в комнату, но его глаза были прикованы к Оби-Вану.

Лицо мужчины просветлело, когда он увидел женщину позади себя.

- Бейл - это то, что... - начал он говорить.

- Да, - сказал Бейл, перебивая его. - И у нас не так много времени.

- Время для чего? - спросил Люк.

- Вейдер уже в пути, нам нужно уходить.

- Вейдер? - Лицо Люка напряглось. - Человек, который убил моего отца?

Убил его отца? Что Оби-Ван делал с ним последние девятнадцать лет? Бейл бросил на своего старого друга вопросительный взгляд, но тот проигнорировал его.

- Да, - сказал Оби-Ван, - Тогда, вероятно, будет лучше, если мы уйдем сейчас.

Затем этот капитан снова вошел в комнату. Что он все еще здесь делал? Он получил свою плату, не так ли? Бейл надеялся, что к этому времени он уже уйдет. Он неторопливо подошел к ним, но Бейл заметил, как его взгляд скользнул по каждому уголку комнаты. Он заметил Лею, бросил на нее быстрый оценивающий взгляд и вернул свое внимание Люку.

- Эй, малыш, уверен, что я не смогу убедить тебя пойти со мной? - спросил он тихим голосом, стараясь, чтобы его не услышали.

- Ты предлагаешь мне работу? - потрясенно произнес Люк.

Бейл раздраженно повысил голос.

- Мы ценим вашу помощь, капитан Соло, но мы больше не нуждаемся в вашем обслуживании.

Голос Леи из-за его плеча.

- Да, мы хотим. - Бейл повернулся, почти, но не совсем оцепенев от шока. Это было уже дважды за один день, когда она противоречила ему. И на публике не меньше. Она вошла в комнату, и солнечный свет ударил ей прямо в лицо.

- Лея... - предостерегающе произнес он. Он бросил взгляд на капитана, беспокоясь о том, какую конфиденциальную информацию она может разгласить. Его взгляд вернулся к дочери, чтобы посмотреть, поняла ли она его невысказанное послание. Она так и сделала, но просто выглядела удивленной его предложением.

Затем на ее лицо опустилась намеренно бесстрастная маска. Бейлу казалось, что он знает свою дочь, но такого выражения он никогда раньше не видел на ее лице.

- Они не будут искать его корабль, он здесь и не друг Империи. Я уверена, что мы сможем заплатить любую смехотворную цену, которую он наверняка назначит.

Все это были хорошие моменты, но больше нигде нельзя было останавливаться, чтобы получить другой корабль. Им нужно было быть на Явине прямо сейчас. Услуги этого человека были доступны тому, кто предложит самую высокую цену. Он мог и не сообщать Империи напрямую, но это не означало, что он не проинформирует Джаббу.

Увидев выражение его лица, она заупрямилась.

- У нас нет времени, и мы не можем забрать то, что я украла. Это определенно будет во всех имперских списках наблюдения. Его желательно уничтожить.

Его жена вошла в комнату:

- Я отдала приказ всем разойтись. - она сообщила присутствующим: - Капитан Салано согласился доставить имперский корабль на базу. Они все уставились на нее: - Не трать даром, не желай. - объяснила она, несколько оправдываясь. - Имперский шаттл есть имперский шаттл. Я уверена, что кто-нибудь найдет ему применение, и он готов рискнуть, чтобы вывезти его отсюда.

Даже сейчас, посреди руин почти каждой мечты и желания, которые у них были, Бреха думала о практичности.

- Это будет дополнительные десять тысяч, - сказал капитан с самодовольством в голосе.

- Согласна. - Лея согласилась. Бейл открыл рот, чтобы возразить, они могли бы найти другой транспорт, но выражение печали, которое он увидел на лице Леи, заставило его замолчать.

Капитан Соло покачался на каблуках:

- Что ж, вы все очень торопитесь. - сухо прокомментировал он.

- Более чем вероятно, что менее чем через час здесь будет весь имперский гарнизон, который разнесет это место на части в поисках меня. Мы заплатим вашу завышенную цену. -Даже в эти отчаянные времена его дочь не смогла придержать язык. Из-за ее вспыльчивости у нее было больше неприятностей, чем она предполагала.

Капитан лишь презрительно фыркнул в ответ. Он оглядел Лею с головы до ног похотливым взглядом.

- Ты ужасно маленькая, раз поднимаешь такой шум.

Бейлу не очень понравился его тон.

Люк заговорил прежде, чем он успел что-либо сказать:

- У тебя что, совсем нет манер? Она принцесса!

Однако Лея не выглядела оскорбленной. Она смотрела на капитана с нежностью и удивлением, но не со злостью. Легкая улыбка промелькнула на ее лице.

- И у тебя жуткая куча металлолома, раз ты такой самоуверенный.

- Эй! У нее все в порядке там, где это важно. - запротестовал он.

Ее глаза загорелись вызовом, и на лице появилась самодовольная ухмылка.

- Так говорят все мужчины.

Она что, флиртовала? С этим оборванцем? Сейчас?

- Лея! - рявкнул он, потрясенный ее грубостью.

Вуки издал вопль смеха и сказал что-то такое, от чего лицо капитана вспыхнуло. Выражение лица Леи было таким же, как у него, и она бросила на Бейла пристыженный взгляд. Так что же здесь происходило?

Не в силах держать рот на замке, Соло пробормотал:

- Я верю в то, что нужно показывать, а не рассказывать. - Затем на его лице появилось серьезное выражение: - Переведите средства сейчас. У меня такое чувство, что большинство ваших законных счетов вот-вот будут арестованы.

Теперь Лея была ранена. На ее лице промелькнула боль, но она быстро сменилась маской безразличия. Бейл был почти уверен, что больше никто в комнате этого даже не заметил. Ему не нравилось, что она расстроена, но он не мог понять, почему Бейл наблюдал, как она замыкается в себе.

- Мы чтим наши долги, капитан, таков альдераанский обычай, - сообщила она ему голосом Брехи в самый холодный момент.

Бейл не был уверен, что делать с реакцией его дочери на кореллианина, но он не хотел, чтобы он оскорблял ее.

- Это также наш способ проявить уважение к тем, кто его проявляет. - В голосе Бейла звучало неодобрение.

Уловив всю напряженность в комнате, Бреха твердо заявила Соло:

- Я позабочусь о твоей оплате. - Она повернулась к Лее: - Пока у нас есть время, ты захочешь переодеться, - ее отвращение к имперской форме было очевидным.

Лея кивнула и вышла из комнаты.

Последовала короткая пауза, а затем Соло добавил:

- У вас там довольно вспыльчивая дочь. - На его лице появилась улыбка. - Я думаю, она мне нравится.

Бейл ни в коем случае не был жестоким человеком, но в тот момент ему действительно хотелось, чтобы он был таким, чтобы он мог ударить этого человека.

Вместо того, чтобы удостоить ответом свое язвительное замечание, он повернулся к Оби-Вану и Люку.

- Мы будем готовы к вылету примерно через десять минут, - сказал он.

Оба мужчины кивнули, и он вышел из большого зала, чтобы собрать все необходимое.

## Глава 8 Бейл часть 2. Разговор на Соколе.


После этого события развивались быстро. Бреха закончила раньше него и поцеловала его в щеку, прежде чем отправиться на посадочную площадку. Вместо того чтобы сразу последовать за ней, когда он закончил собирать свои вещи, Бейл отправился в комнату Леи, чтобы встретиться с ней. Она вышла, одетая в простую, но эффектную одежду. Они быстро зашагали к нанятому ими кораблю.

Бейл шагал к разбитому кораблю, когда почувствовал, что Лея остановилась рядом с ним. Он повернулся и встретился взглядом с ее лицом, обеспокоенный паникой, которую увидел в нем. Он оглянулся на капитана, который ждал их у посадочного трапа. Был ли это он причиной такой реакции у своей дочери?

- Мы можем найти другой корабль, если он так сильно тебя беспокоит. - Последовала короткая пауза, затем Лея покачала головой.

- Нам нужно бежать, он здесь. Все будет хорошо, папа, - попыталась она успокоить его. У нее это очень плохо получалось. Нахмурившись, Бейл продолжил путь, направляясь вверх по трапу.

Капитан Соло пробормотал насмешливое

- Ваше величество, - проходя мимо, но Бейл проигнорировал его. Он пошел найти свою жену и спрятать свою сумку в надежном месте. Затем, когда у них выдастся свободная минутка, он, Бреха, Оби-Ван и Лея собирались серьезно поговорить. За последние два дня Бейла слишком сильно потрепали. Ему нужны были ответы, и они были нужны ему сейчас.

***

Как только они вошли в гиперпространство, Бейл подошел к Люку и Оби-Вану. Бросив полный сожаления взгляд на Люка, он тихо сказал:

- Мои извинения, но мне нужно украсть генерала Кеноби на минутку. Есть вещи, которые нам нужно обсудить с ним наедине. - Мальчик выглядел озадаченным, но кивнул в знак согласия. Может, он и похож на Энакина, но он явно унаследовал гораздо более спокойное отношение Падме к сюрпризам.

Он поймал взгляд Леи, и она повернулась, пошла по коридору и вошла в какой-то трюм, если весь груз, сложенный в нем, был чем-то, что можно было бы взять и сесть, он не обращал на него особого внимания, когда поднимался на борт, но он был готов признать, что это было лучшее место для хранения беседы, несмотря на отсутствие официальных мест для сидения.

Там была дверь, так что шансов быть подслушанным было меньше. Лея стояла у двери, Бреха обеспокоенно нахмурилась, проходя мимо нее, но Лея, казалось, ничего не заметила. Они с женой направились к длинному ящику и осторожно присели на него. Оби-Ван также предпочел остаться стоять напротив Леи.

Когда дверь закрылась, Оби-Ван выпрямился, и снова перед ним был генерал-джедай из "Войн клонов", сменивший усталого человека, которым он был несколько мгновений назад. Он перевел взгляд на Бейла.

- Что вы хотели обсудить такого срочного и конфиденциального?

- Вейдер знает, что я его ребенок, - бесцветно сказала Лея, но ее поза выдавала ее дискомфорт.

Лицо Оби-Вана побледнело, и он перевел взгляд с Бейла на нее.

- Что?

- Вейдер знает обо мне, - сказала она, ее тело слегка покачивалось из стороны в сторону, что было единственным признаком того, насколько сильно этот факт беспокоил ее. - Но он не знает о Люке, я позаботилась об этом. Тебе нужно ускорить обучение моего брата.

Оби-Ван бросил на него испуганный взгляд. Когда они задумывали этот план много лет назад, они оба согласились, что, возможно, им придется раскрыть происхождение близнеца, но любой ценой они не должны были узнать, что у них есть брат или сестра-близнец. По крайней мере, до тех пор, пока они не встретились. Так было безопаснее для них обоих. Если бы был обнаружен один близнец, они не смогли бы раскрыть существование другого.

Бейл покачал головой, показывая, что не он был тем, кто сказал это Лее. Джедай в замешательстве покачал головой.

- Простите, ваше высочество, но откуда вы все это знаете?

Лея резко выпрямилась, и ее рука опустилась вдоль тела. Вздрогнув, Бейл понял, что она тянется за бластером. Он видел слишком много ветеранов Войны клонов, делавших то же самое, чтобы перепутать это движение с чем-то другим.

- Кто ты, мать твою, такой? - спросила она в пустоту.

Рука Брехи сжалась в его руке, и дыхание Бейла стало прерывистым. Последовала долгая пауза, затем тишину прорезал голос Оби-Вана:

- Ты можешь его видеть?

Лея указала направо от Оби-Вана:

- Он стоит прямо там.

Бейл моргнул, это выходило из-под контроля.

- Лея, там никого нет.

- Это не совсем верно, - сухо заметил новый голос. Медленно, словно включалась старая голограмма, рядом с Оби-Ваном появилась фигура. Он был человеком, высоким, даже выше Бейла, с длинными волосами, завязанными сзади, и одетым в традиционную одежду джедая. Он тоже был слегка голубоватым и прозрачным... Бейл явно почувствовал, как его передернуло от этого зрелища. Клянусь всеми богами, что это было? Рядом с ним Бреха застыла совершенно неподвижно.

Призрак одарил его и Бреху нежной улыбкой:

- Когда я прилагаю усилия, я могу быть видимым для тех, кто не обучен, - сказал он низким ровным голосом. Его пристальный взгляд вернулся к Лее, и он озадаченно склонил голову набок. - Что подводит меня к нескольким очень интересным вопросам о том, где вы проходили обучение джедаям, ваше высочество?

Видя невозможное, Бейл сосредоточился на практическом.

- У нее их не было. Мы не хотели привлекать к ней внимание. - Не то чтобы вариантов было слишком много. К тому времени, когда Лея стала достаточно взрослой, чтобы понять, что такое обучение необходимо скрывать, Асока был убита. Она была единственной, помимо Оби-Вана, кому Бейл мог бы даже подумать о том, чтобы доверить свою дочь.

Оби-Ван покачал головой. - Она может видеть, как он уходит, это говорит об обратном. - Он повернулся лицом к Лее. - Ты также знаешь о своей связи с Вейдером и Люком. У вас есть объяснение, ваше высочество?

Что-то похожее на боль промелькнуло на лице Леи при упоминании этого титула, но единственное, что она произнесла, было

- Лея.

Тело Оби-Вана слегка расслабилось,

- Тогда Лея. - На его лице промелькнуло удовольствие, но оно исчезло так быстро, что Бейл сомневался, что кто-нибудь, кто не знал этого человека, заметил бы его. - Когда ты успела всему этому научиться?

Она вздохнула и потерла голову - верный признак ее разочарования и беспокойства. Опустив руки, она посмотрела на них всех, желая убедиться, что завладела их вниманием.

- Я из будущего через тридцать четыре года, - просто сказала она.

Бейл моргнул, пытаясь осмыслить то, что она только что сказала. Он уставился на нее, и что-то похожее на разочарование промелькнуло на ее лице. Ее взгляд скользнул в сторону, и она продолжила.

- Я легла спать на своей собственной кровати, и все было совершенно нормально. Я очнулась на имперском шаттле без каких-либо объяснений.

Она вернулась к вопросу Оби-Вана:

- Когда "я узнала", это произойдет через четыре года, - в ее тоне послышалась легкая насмешка, - или тридцать лет назад с моей точки зрения. Откуда я знаю, так это то, что Люк рассказал мне. От Йоды он узнал, что Вейдер был нашим отцом, и тот факт, что мы брат и сестра. Который, насколько я знаю, в настоящее время живет в изгнании на Дагобе. Люк также тот, кто дал мне мое ограниченное, и я не могу не подчеркнуть это в достаточной степени, ограниченное обучение в Силе.

Все оказалось намного хуже, чем он думал. Вейдер не только пытал ее, раскрыл происхождение ее и Люка, предположительно, с помощью Силы, он также разорвал этот блестящий разум на куски.

Голос Оби-Вана был полон только замешательства, а не беспокойства:

- Мне жаль. Я не ослышался, ты сказала, что ты из будущего?

- Да, - просто ответила Лея. Если бы он только что не услышал слова, которые слетели с ее губ, Бейл никогда бы не подумал, что она не в своем уме.

Рядом с ним Бреха вскрикнула от боли.

- Ты говоришь правду, не так ли? - спросила она со всхлипами в голосе. - Вот откуда ты все это знаешь.

Лицо Леи смягчилось, и она кивнула:

- Да, это так. Я знаю, как безумно это звучит. Я живу этим и не могу уложить это в голове, но это правда.

Что ж, очевидно, ее заблуждение не заставило ее думать, что они ей поверят. Он посмотрел на свою жену, пытаясь понять, что она думает по этому поводу, и замер. Она смотрела на Лею со смесью горя и боли. Но не беспокойства. Бейл знал свою жену, она верила Лее.

Бреха тихонько всхлипнула. Лея начала приближаться к ним, но Бреха отмахнулась от нее.

- Тридцать четыре года, которые я пропустила, - объяснила она, - это многое значит.

Голос Оби-Вана был полон недоверия.

- Это невозможно.

Бейл от всего сердца согласился с этим заявлением. Но он чувствовал бы себя лучше, зная, кто на его стороне, если бы Оби-Ван не вел себя так, словно прозрачный мертвый джедай, стоящий рядом с ним, не был чем-то из ряда вон выходящим.

Горькое выражение веселья появилось на лице Леи.

- Вейдер сказал почти то же самое, когда я сказала ему то же самое.

Вот тут-то у него все действительно пошло наперекосяк.

- Если все это правда, а это большое "если", - предупредил Бейл, - зачем ты сказала ему, кто ты Лея? Ты просто сделала себя более ценной для него, а не менее.

Лея беспомощно пожала плечами:

- У меня было не так уж много карт, которые можно было разыграть, и многое нужно было скрывать. Я подумала, что если расскажу ему правду, он будет достаточно заинтригован, чтобы не задавать вопросов о будущем.

- Значит, первое, что ты ему скажешь, это то, что ты его дочь? - Они с Брехой потратили годы, скрывая это от Вейдера и, в меньшей степени, от Императора. Бейл научился стольким приемам посредничества и защиты, чтобы одна случайная мысль ненароком не выдала его дочь. Он не был уверен, насколько хорошо Сила воздействует на тех, кто не использует Силу для чтения мыслей, и, поскольку спросить было некого, он решил, что быть чрезмерно осторожным лучше, чем недостаточно подготовленным.

У него было так много планов на случай непредвиденных обстоятельств, для него самого, для Брехи, на случай, если кто-то из них попадет под стражу Империи, чтобы убедиться, что они никогда ни словом не обмолвятся о происхождении Леи. Он значительно сократил свое участие в Альянсе, который помог основать, чтобы свести к минимуму угрозу для Леи. Он делал все это, и с удовольствием. Но то, что она так небрежно выдала эту информацию, ранило его до глубины души.

Лицо Леи сморщилось, и эта отстраненная женщина исчезла, а на ее месте появился ребенок, чьи порезы и синяки он утешал.

- Я не его дочь! Я твоя дочь.

Прежде чем Бейл успел даже осознать, как этот разговор настолько сбился с пути, Бреха вскочила и заключила Лею в объятия.

- Конечно, это так, - прошептала она. - Ты наша Лея. В этом никогда не было сомнений.

Бейл сидел там, оцепенев. Он никогда этого не хотел... Лея приняла его объятия, пробормотала что-то, чего он не совсем расслышал, а затем отстранилась.

- Мне жаль, - сказала она со слезами на глазах, когда повернулась к нему лицом, - ты этого не заслужил. Просто это были, - и она потерла лоб, - действительно долгие два дня для меня.

Бейл мог только догадываться. Даже если это было заблуждение, вызванное пытками и стрессом, она, должно быть, полностью дезориентирована. Он встал и обнял ее.

- Лея, - прошептал он. - Конечно, конечно.

Точно так же, как она поступила с Брехой, она приняла объятие, но быстро оттолкнула его. Сердце Бейла разбилось. Что, по ее мнению, произошло такого, что она отказалась бы от утешения, предложенного ей ими?

Лея расправила плечи и повернулась к светло-голубой фигуре.

- Но я должна сказать, что за все это время ты ни разу не появлялся, - подозрительно сказала она.

Их призрачный посетитель выглядел только удивленным. Он отвесил Лее точный поклон, подобающий ее рангу.

- Мастер-джедай Куай-Гон Джинн к вашим услугам, миледи.

- Генерал Лея Органа. - Рядом с ним Бреха резко втянула воздух.

- Генерал, - сказала она, глядя на Лею с недоверием, написанным на ее лице - Не принцесса и не королева? - Отказ Леи от титула был шокирующим.

И снова по лицу Леи промелькнуло что-то, чего Бейл не смог определить.

- Нет, - сказала она, давая понять, что эта тема закрыта.

Лея обернулась:

- Итак, у меня есть имя Мастер-джедай Джинн. Но это все еще не объясняет, кто вы такой и почему вы здесь?

- Я заинтересованная сторона, - ответил он. Джинн, Джинн, Джинн. Бейлу было знакомо это имя, но он не мог вспомнить почему.

Оби-Ван говорил так, словно все это было совершенно разумно:

- Он был моим учителем, и пока я был на Татуине, он продолжал исполнять эту роль.

Это было последнее, в чем нуждался Бейл. Куай-Гон Джинн, мастер-джедай, погибший на Набу. Падме часто упоминала его в своих речах, защищая джедаев в Сенате во время Войн клонов.

Лея только выглядела смущенной:

- Подожди, я думала, Йода был твоим учителем.

- Йода обучал большинство юнлингов до того, как они были приняты отдельным мастером.

Она выглядела расстроенной.

- Ты сказал Люку что-нибудь, что было правдой? - спросила она.

Оби-Ван выглядел пораженным обвинением:

- Если я должен тебе верить, то я понятия не имею. Я не знаю, что сказал ему мой заместитель.

На ее лице отразилось недоверие.

- Все, что вы сказали до этого момента, подпадает под эту категорию, мастер джедай. Бейл защитил бы своего друга, но он слышал из собственных уст Люка о том, как Вейдер "убил" его отца, поэтому его самого скорее заинтересовал этот ответ.

- Оби-Ван, - настаивал джедай.

На ее лице появилось кислое выражение, но она вежливо повторила

- Оби-Ван.

- Все, что я рассказал ему о Силе, - правда. Я действительно тренировал Энакина, он был рыцарем-джедаем. Световой меч, который я ему подарил, действительно принадлежал твоему отцу. Энакин никогда не упоминал, что это для его детей, я подумал, что это должно быть у одного из вас. - Оби-Ван дал Люку световой меч, который Вейдер использовал при осаде храма? Где был разум этого человека?

Лея тоже не выглядела особо впечатленной:

- Все остальное верно с определенной точки зрения?

Он одарил ее своей самой очаровательной улыбкой. Бейл мог бы сказать ему, чтобы он не беспокоился. Лея не доверяла очаровательным людям.

- На самом деле это довольно умно. Кто это сказал?

- Ты сделал это, - решительно сказала она.

Куай-Гон издал какой-то приглушенный звук в ответ на это заявление. Бейл с любопытством посмотрел на него, затем вынужден был быстро отвести глаза. Все, чем он был, говорило ему, что присутствие этого человека было неправильным. Бейл не был настолько самонадеян, чтобы полагать, что его убеждений должны придерживаться все в галактике. Но в его вере призраки были душами тех, кто был изгнан из рая, чтобы бродить по земле живых, неспособных ни с кем взаимодействовать или на что-либо повлиять, никогда. Он больше не очень верил в этот конкретный аспект, очень сильно, но это все равно не означало, что не было ни одной его части, которая не была бы напугана этим зрелищем. Это слишком глубоко укоренилось в его душе.

Лея, однако, не казалась столь обеспокоенной.

- Ты един с Силой, верно?

- Да, генерал, - Бейл почувствовал, как Бреха слегка поморщилась при упоминании этого титула вместо "Ваше высочество". - Я давным-давно умер на Набу.

Лея обратила умоляющий взгляд на Джинна.

- Ты знаешь, что со мной случилось? Вы когда-нибудь слышали о чем-нибудь подобном?

Бейл наклонился вперед, ему самому был любопытен этот ответ. Мастер Джинн несколько мгновений молчал, а затем печально ответил:

- Я мертв, но не всемогущ. И то, что я чувствую вокруг тебя. - Бейл все еще обнаружил, что не может смотреть на мужчину прямо, но он уловил движение, когда призрак указал на его дочь: - Сила изгибается вокруг тебя под странными углами, как будто она удерживает тебя здесь.

Последовала долгая пауза, затем лекторским тоном он сказал:

- Для меня время течет не так, как для тебя. Как и сама Сила, время находится везде и нигде. Они связаны друг с другом таким образом, что их очень трудно облечь в конкретные концепции, понятные живым. И поскольку я являюсь частью Силы, а это часть времени, я могу двигаться вдоль этой линии взад и вперед в ограниченной степени. Это несколько успокоило Бейла. Это совсем не походило на то, каким должно было быть существование призраков, согласно сказкам, которые рассказывала ему бабушка.

На лице Леи промелькнула надежда:

- Насколько ограниченная?

- Слишком ограничен, чтобы продвинуться так далеко вперед, как вы, кажется, продвинулись. Я сохраняю свою сущность в Силе, и это поводок, который связывает меня. В этой галактике нет власти, которая не имела бы цены, генерал, и это та, за которую я плачу. Если бы я позволил себе полностью отдаться Силе, я, конечно, смог бы заглянуть так далеко вперед, но меня уже было бы недостаточно, чтобы заботиться об этом. И я вообще никогда не видел живого существа, способного вот так ходить взад и вперед. Мой наставник считался одним из лучших историков странных легенд, окружающих Силу во всех ее проявлениях. Он никогда не упоминал при мне ни о чем подобном.

Лея выглядела разбитой:

- Ты же не думаешь, что я смогу вернуться.

Вернуться? Вернуться куда? И кто остался бы на ее месте?

Джинн отрицательно покачал головой.

- Нет, не знаю. Я не знаю, почему это произошло и как, но я не думаю, что у тебя есть какой-либо способ вернуться, пока ты среди живых.

Его голос звучал так грустно, заунывно. Лея отвела взгляд, скрывая от них то, о чем она думала. Когда она научилась это делать? Когда она перестала доверять им свои мысли? Он посмотрел на свою жену, на лице которой было такое печальное выражение. Бейл слишком долго следовал ее примеру, чтобы сбрасывать со счетов вывод, к которому она пришла.

Он оглянулся на свою дочь, которая встретила его пристальный взгляд в упор. На этом лице было слишком много теней, слишком много печали. Он разговаривал с Леей всего три дня назад, и ничего этого там не было. Он мог видеть свою маленькую девочку, все еще там, встроенную в свой фундамент, но у этой женщины были слои, надстроенные над ней, которых он не знал и не понимал. Ужасная мысль о том, что, возможно, все это было правдой, промелькнула у него в голове.

Оби-Ван нарушил молчание, прочистив горло.

- Хотя я не хочу упрощать твою ситуацию, Лея, у меня есть еще вопросы о твоем разговоре с Вейдером.

Снова эта пустая маска небытия опустилась на ее лицо. Она повернулась лицом к Оби-Вану, стараясь выглядеть настолько нейтральной, насколько могла.

Оби-Ван обеспокоенно посмотрел на ее шею:

- Я сомневаюсь, что ты была бы настолько глупа, чтобы рассказать Вейдеру о своем происхождении. Я полагаю, он пытками выбил из тебя эту информацию?

Бейл вздрогнул. Он по глупости не связал воедино вид этих синяков и Вейдера. Лея повернулась к ним, в ее голосе звучала уверенность:

- Нет. Не было никаких пыток. Он догадался об этом. Я думала, что была осторожна, но, по-видимому, недостаточно.

- Простите меня, генерал, - тихо сказал Куай-Гон, как будто старался не напугать ее, - но эти отметины у вас на шее говорят об обратном.

Лея нахмурилась и повернулась так, чтобы видеть свое отражение на блестящей металлической поверхности одного из ящиков. То, что Бейл мог видеть на другом лице, выглядело удивленным. Неужели она забыла, что они были там? Она медленно покачала головой и повернулась к ним с горькой улыбкой на лице.

- Нет, это не следы от его пыток. Вейдер пытал меня, я знаю, что это влечет за собой.

Бейл почувствовал, как у него упало сердце, и Бреха схватила его за руки так сильно, что он почувствовал, как из-под ее ногтей потекла кровь.

- Он действительно пытал тебя? - спросил он.

Лея только выглядела озадаченной.

- Только не этот. Тот, другой. Тот, что был в моем прошлом. - Какой еще? Там было больше одного Вейдера?

Увидев их растерянные взгляды, она пояснила:

- Вейдер из тех времен, когда мне было на самом деле девятнадцать, он действительно пытал меня. - Ее руки поднялись к шее и нежно коснулись синяков. - Вейдер здесь и сейчас, он пытался убить меня в этот момент.

Бейл не был уверен, что так было лучше.

Оби-Ван нахмурился:

- Что ты ему сказала? Что привело к этому?

Этого было достаточно. Бейл, возможно, растерян, сбит с толку и беспокоится за рассудок своей дочери. Но он действительно знал это. Предполагать, что она заслужила такое обращение, что в любой здравомыслящей вселенной это был рациональный ответ на все, что Лея могла предположительно сделать с Вейдером, было нелепо. Бейл повернулся к нему и предупреждающе рявкнул:

- Оби-Ван!

Оби-Ван только выглядел озадаченным, затем ужас отразился на его лице.

- мне жаль. - он сказал: - Сожалею, что провел слишком много времени в одиночестве в пустыне, не разговаривая с другими людьми. У меня явно нет в этом практики. Я не пытался намекнуть на вину. Я имел в виду, как тебе удалось спровоцировать его на это? - Бейл немного расслабился, когда джедай продолжил: - Вейдер не дурак, ты явно ценный человек, которого стоит оставить в живых.

Лея бросила на них виноватый взгляд. И тем же голосом, которым она призналась, что однажды улизнула, чтобы пойти на вечеринку одноклассников, она кротко сказала.

- Я вышла из себя и сказала ему, что он ревнует из-за того, что рядом нет никого, кто мог бы простить его за убийство жены.

Клянусь всеми богами, Бейл знал, что ее вспыльчивость доведет ее до беды, но он ни на мгновение не думал, что она будет такой безрассудной.

- Лея, как ты могла быть такой глупой? - Ей повезло, что все, с чем она отделалась, - это ряд неприятных синяков.

- И жестокий? - разочарованно сказала Бреха. - Если мы должны быть такими же подлыми, как наши враги, разве мы лучше их?

Лея не попыталась защитится перед ними, только этот виноватый взгляд.

- Этого бы хватило. - сказал Оби-Ван, - Как тебе удалось вырваться из его хватки?

Она посмотрела на него так, словно он был тугодумом:

- Я ударила его.

Бейлу казалось, что он понимает только половину из того, что ему говорят.

- Своим кулаком? - Мысль была нелепой. Лея знала, как наносить удары, но даже если бы она прыгнула, то вряд ли смогла бы попасть в какую-либо уязвимую цель на нем.

Она покачала головой:

- Нет, с помощью силы. - Как будто это было очевидно.

Оби-Ван задал следующий вопрос:

- И он отпустил тебя, потому что был поражен?

Лея выглядела еще более озадаченной:

- Нет, потому что это отбросило его через всю комнату.

Все четверо, включая призрака, просто уставились на нее. Бейлу на мгновение показалось, что он не может дышать.

Она стала защищаться.

- Что? Это нетрудно сделать. Люк много лет назад показал мне, как подкреплять удар силой. Я могу понять, почему трюк с удушением работает на тех, кто не чувствителен к силе, но его легко сломать, если вы знаете, что делаете, и не паникуете.

Бейл слышал рассказы о том, на что Вейдер был способен с помощью Силы. Сам он никогда не был свидетелем этого, но то, что он слышал, было достаточно плохо. О тоннах оборудования, которое выбрасывали, как будто это было ничто. О том, как бластеры отклоняются в сторону. О его способности проникать в ваш разум и извлекать каждую крупицу информации, которую вы пытались скрыть. И Лея сказала, что швырнула его через всю комнату, как будто это было то, что каждый должен уметь делать.

Теперь Лея выглядела настороженной.

- Я не понимаю.

Бейл заговорил:

- Лея, он убил настоящих рыцарей-джедаев с помощью этого маленького "трюка", как ты это называешь.

Ее глаза расширились, а лицо побледнело:

- Что? Как?

Оби-Ван скрыл свое беспокойство, и его голос был искусственно легким и веселым:

- Что ж, обучение Люка, безусловно, будет еще большим приключением, чем я ожидал. Затем он протрезвел, когда позвал Лею: - Ты сказала, он догадался об этом?

- Да, - смущенно призналась она. Как будто утаивание чего-то от методов допроса Вейдера было чем-то, что она ожидала, что сможет сделать.

В тоне Оби-Вана не было ничего, кроме сожаления:

- Мне жаль говорить, что тот удар, который ты нанесла, был, более чем вероятно, тем, как он определил твое происхождение. Лея, даже во времена расцвета джедаев в Силе было очень мало существ, которые были достаточно могущественны, чтобы сделать то, что сделала ты.

Лея ничего не сказала, просто посмотрела на него так, словно он говорил на языке, которого она не понимала.

- Встреться с ним лицом к лицу и нанеси ответный удар. - Оби-Ван слегка ссутулился, единственное, что у него было, показывало, чего ему стоило признать эту следующую часть. - Мне удалось это только один раз, и во время того боя он был наполовину не в себе. Даже мастер Йода не смог бы, и, вероятно, Палпатину это тоже не под силу. С помощью обмана и отвлечения внимания - да, с этим можно было бы справиться. Но чистая сила против силы, в этом отношении он превосходит большинство.

- О, - она выглядела такой обеспокоенной, - я и не подозревала, что это так. - И почему это было так? Она сказала, что Люк обучал ее, но где был Оби-Ван в этом ее будущем? Где был Йода?

Это не было непосредственной проблемой. Им нужен был план, чтобы защитить Лею от Вейдера. Она представляла для него угрозу, и он выследит ее и убьет, как поступал со всеми угрозами в свой адрес за последние девятнадцать лет.

- Тогда нам нужен план, как с ним справиться, - объявил Бейл.

Она покачала головой и снова возразила ему. Бейл не думал, что она хотела проявить такое вопиющее неуважение. Скорее, она вела себя как человек, которому уже очень давно не приходилось выполнять чьи-то приказы. Бейл не знал, хорошо это или плохо.

- Нет, Вейдер сейчас не главная проблема. Звезда смерти - наша более насущная забота.

Оби-Ван просто выглядел озадаченным:

- Что такое Звезда смерти?

- Это боевая станция, - объяснил Бейл, чувствуя, как его одолевает усталость. В откровениях этого разговора он совсем забыл об этом. - Которая способна уничтожать планеты.

- Целые планеты? - потрясенно спросил мастер Джинн.

Бейл поморщился, вспомнив сообщения о Джедхе.

- Мы знаем, что он способен уничтожать целые города. Теоретически, это может уничтожать планеты.

- На самом деле, - сказала Лея.

Он поднял глаза, чтобы встретиться с ней взглядом.

- Ты уверена?

На секунду в ее глазах заплясала волна чистой ярости, а затем все исчезло.

- Да.

В голосе Брехи слышалась легкая дрожь.

- Империя использовала это?

Лея кивнула, но не сообщила, на какой планете или планетах это было использовано. Бейл боролся с тошнотой, поднимающейся в желудке.

Оби-Ван закрыл лицо руками:

- Я действительно слишком стар для этого. - В уме, конечно, если не в теле. Этому мужчине было всего пятьдесят семь. Бейл мог ему посочувствовать, ему казалось, что за последние два дня он постарел на десятилетия. - Это те планы, которые есть в R2.

- Да. - сказал Бейл, благодарный за то, что, по крайней мере, это была единственная область в его жизни, где все не пошло катастрофически наперекосяк. - Мы можем только надеяться, что инженер Гален Эрсо действительно нашел слабое место, которым можно воспользоваться.

- Он это сделал. - Лея небрежно сказала: - Здесь есть выпускной патрубок, который ведет к главному реактору. Одно прямое попадание, и станция взорвется.

Бейл уставился на нее. Она говорила так, словно это было что-то, что они должны были знать. Потому что это был факт, с которым она жила, понял он. На самом деле, тридцать четыре года.

- Я уже делала это однажды, - сказала Лея, защищаясь.

- Да, и мне пришло в голову, что если бы вы вкратце рассказали нам о том, что произошло, это значительно упростило бы ситуацию, - сказал Оби-Ван.

Лея открыла рот, затем захлопнула его.

- Нет, - сказала она.

- Извините? - спросил Оби-Ван.

- Нет, я тебе не скажу, - сказала она более твердо.

Бейл подавил желание накричать на нее. Это не сработало с ней, когда она была подростком, и он искренне сомневался, что это сработает с этой более взрослой версией ее самой.

- Лея, я думаю, у нас больше опыта в этих вопросах, чем у тебя.

Она посмотрела на него, и снова он уставился на кого-то, кого не узнавал. Все это чувствовалось в позе ее тела, голосе и словах.

- Нет, ты этого не знаешь. В этом-то все и дело. У меня многолетний опыт, как в бою, так и в политике. Я заслужила это звание генерала, оно было присвоено мне не в качестве подачки и не потому, что больше никого не было. Это слишком опасно, чтобы ты знал. Это слишком опасно, чтобы кто-то знал, даже я. Но я застряла с этим, и пока я храню молчание.

"Я из будущего на тридцать четыре года вперед", - эхом отозвалось в его голове. Если это было правдой, то Лее, стоявшей перед ним, было пятьдесят три года. С практической точки зрения, она была всего на четыре года моложе Оби-Вана.

Бейл был слишком потрясен этим внезапным откровением, чтобы настаивать дальше, но Мастер Джинн вежливо сказал:

- Не могли бы вы объяснить свою логику отказа? Я бы подумал, что вы ухватились за шанс обеспечить себе победу?

Она расслабилась от прямого вопроса. Гораздо более спокойным голосом она сказала:

- Чем больше мы отклоняемся от известной мне временной шкалы, тем менее ценными становятся мои разведданные. Но сможет ли кто-нибудь в любом случае удержаться от того, чтобы не положиться на это? Я уже попалась в эту ловушку, думая, что смогу оставаться в курсе всего и посмотрите, чем это обернулось. Я скажу что-нибудь, если буду знать, что мы сталкиваемся с очевидными проблемами, но я не собираюсь никого подробно информировать по этому поводу. Это слишком заманчиво для использования.

- Я понимаю твои опасения, но, конечно, не все, что ты помнила, было плохим? - спросил Оби-Ван

Она выглядела загнанной в ловушку.

- Нет. Не все это.

В будущем, где использовалась "Звезда смерти", был только один исход, вероятно, на нескольких планетах, которые Лея сочла бы "хорошими".

- Мы победили, не так ли? - спросил он.

Она посмотрела на него, на ее лице боролись осторожность и страх. Он не мог даже предположить, куда делись ее мысли, но она пришла к достаточно скоропалительному выводу. Легкая нежная улыбка появилась на ее лице:

- Да, мы это сделали.

Его жена, всегда обдумывавшая все возможные варианты действий, мягко спросила:

- Так что, если мы постараемся как можно ближе подойти к событиям, какими ты их изначально помнишь? Чтобы обеспечить эту победу?

Это счастье исчезло. Лея покачала головой:

- Это невозможно. Вейдер знает обо мне. - И перестанет ли кровь Бэйла когда-нибудь стынуть в жилах от этого факта? - Я могу догадаться, основываясь на действиях его заместителя, что он собирается делать, но я не могу знать этого наверняка. Один этот факт изменит то, что грядет. Я сбежала со Звезды Смерти гораздо раньше, чем раньше. Это действие повлечет за собой серьезные последствия.

Бейл открыл рот, что она имела в виду, что могла догадаться, основываясь на том, что сделал тот, другой Вейдер? Какие действия она привела в действие, сбежав? Но она прервала его прежде, чем он успел заговорить.

- Нет, я не скажу тебе сейчас, что произошло, пока опасность не минует. Но поверьте мне, когда я говорю вам, что они, вероятно, не будут воссозданы заново. Уже слишком поздно сдвигать временную шкалу назад.

Глаза Оби-Вана сузились.

- Итак, ты собираешься решить, что лучше для всей галактики?

В голосе Леи не было ни капли неуверенности:

- С этим знанием - да.

- Даже несмотря на то, что существует большая вероятность того, что вы можете ухудшить будущее. - Там был знаменитый переговорщик, возможно, немного зарвавшийся, но пытавшийся использовать чувство вины, чтобы заставить кого-то пересмотреть свои действия.

Лея ничего этого не принимала. Она встретилась с ним взглядом и сказала.

- Да. - Когда его дочь успела стать кем-то, кто мог сразиться с Оби-Ваном лицом к лицу и выйти победителем?

- Ты так похожа на своего отца, - заметил Куай-Гон и затем исчез. Бейл не смог сдержать дрожь. Это было глубоко тревожно. Однако Лея только нахмурилась, озадаченная этим замечанием. Бейл надеялся, что она никогда не сообразит, что Джинн говорил об Энакине, а не о нем.

Он бы снова вернулся к этой теме будущих знаний, но она была права насчет того, что Звезда Смерти была их самой насущной заботой. Поскольку она призналась, что изменила обстоятельства того, что произошло в прошлый раз, ее знания об этом были бы практически бесполезны. Он потер лоб, скорее надеясь, чем веря, что через несколько дней она успокоится настолько, чтобы понять его точку зрения и рассказать ему, по крайней мере, что с ней случилось.

- Хорошо, мы пока отложим это обсуждение.

По ее виду было не похоже, что она ему поверила, но оставила это без внимания. Он тоже хотел бы избежать следующего вопроса, но ему нужно было знать масштаб проблемы, с которой они столкнулись.

- Но, возвращаясь к неприятной теме о Вейдере, вы рассказывали ему что-нибудь еще о будущем?

Она с трудом сглотнула,

- Что Палпатин убьет его, - Палпатин? Не она или Люк? Что ж, это был интересный поворот событий. Не совсем неожиданно, но интересно. - Но не о падении Империи. Не то чтобы Палпатин умер. Он даже не спрашивал, - поправилась она. - Я даже не думаю, что ему пришло в голову спросить.

Оби-Ван сказал:

- Это был бы короткий разговор.

Чувство вины залило ее лицо, и она повернулась к пожилому мужчине:

- Я также рассказала ему о тебе. - сказала она.

Бейл извлек урок из последнего дикого обвинения, которое он бросил ей в лицо во время этого разговора. Позволь Оби-Вану разобраться с этим.

- Могу я спросить, почему? - в его голосе было только любопытство.

- Я рассчитывала на то, что ты все равно появишься на "Звезде смерти" через несколько часов. Что же случилось с ней в той, другой временной шкале? - Я не думала, что это будет иметь такое большое значение, и я должна была ему кое-что сказать.

- Ну, очевидно, что этого события не произошло. - Увидев ее все еще виноватое выражение лица, он успокоил ее: - Не волнуйся, Лея. Это спорный вопрос. Люк сейчас серьезно тренируется, и это в любом случае привлекло бы его внимание. - Последовала пауза, затем он тихо сказал: - Я умер вскоре после прибытия на эту станцию, не так ли?

Лея печально посмотрела на него:

- Да, ты это сделал. Вейдер сразил тебя, и твое тело исчезло. - Что ж, это объясняло, где был Оби-Ван и почему Лее было так трудно понять его. Он был для нее незнакомцем.

Разум Бейла остановился на одном слове в этом заявлении.

- Исчез?

Она закатила глаза:

- Да, все это было очень драматично. - Она помолчала мгновение, затем: - После того, как Вейдер выяснил нашу... связь, он покинул комнату для допросов. Мне повезло, Таркин заинтересовался его реакцией и послал нескольких своих людей расспросить меня об этом. Я убила их и выбралась наружу.

- Будущее всегда в движении. Хотя в твоем случае это прошлое. - Бейл едва мог обращать внимание на то, что говорил Оби-Ван. На ее лице ничего не изменилось, когда она говорила об убийстве тех людей.

Она заметила его бледное лицо.

- Папа? - обеспокоенно спросила она.

- Я никогда не хотел, чтобы ты был солдатом, - сказал он, - и то, что ты небрежно говоришь об убийстве тех имперцев, доказывает, что это именно то, кем ты в итоге стала.

- Не за все это, - сказала она. У Бейла было ощущение, что это правда. Но она очень осторожно умолчала о том, как долго была солдатом.

- Я полагаю, у тебя нет желания тренироваться с Люком? - спросил Оби-Ван.

Отвращение отразилось на ее лице:

- Нет.

- Ах, ну что ж, тогда, полагаю, я продолжу, как и планировал.

Лея выглядела слегка запаниковавшей при этой мысли.

- Я собираюсь сказать ему, что я его сестра, - объявила она.

Бейл кивнул сам себе. Было логично, что она захотела бы протянуть руку помощи своей семье, всем своим близким.

Оби-Ван нахмурился:

- Почему?

Она выглядела встревоженной:

- Давайте просто скажем, что это позволит избежать любых трудных ситуаций, возникающих в будущем.

- Я понимаю, вы скучаете по своему брату, ваше высочество, но я не понимаю, как, рассказав Люку сейчас, вы сможете что-то сделать, кроме как отвлечь его. - Бейл был озадачен. Он понимал философию джедаев в отношении привязанностей настолько хорошо, насколько это мог сделать любой посторонний. Но он думал, что весь смысл того, что Лею и Люка воспитывали другие люди, кроме Оби-Вана и Йоды, состоял в том, чтобы научить их ценности таких отношений.

- У вас есть два молодых человека, которые встречаются в очень напряженной атмосфере, где они могут умереть в любой момент. Эти два человека чувствуют себя невероятно близкими друг к другу, как будто им суждено было быть бок о бок. Что судьба предназначила им быть вместе. Как ты думаешь, что тогда произойдет? - Стоявшая рядом с ним Бреха склонила голову набок. О чем говорила Лея? Бейл с Брехой рассказал бы ей о Люке в ту же минуту, как они встретились друг с другом.

Оби-Ван выглядел испуганным.

- Ты этого не делала.

Она покачала головой:

- Нет. Но все же это было близко. Слишком близко для моего комфорта, и мне нужно быть очень пьяной, если я собираюсь говорить об этом дальше.

Оби-Ван выглядел так, словно хотел быть где угодно, только не здесь, ведя этот разговор.

- Да, конечно. - Он сделал небольшую паузу, затем спросил: - Есть ли что-нибудь еще, что мне нужно знать, прежде чем мы прибудем на Явин? - Никто из них не заговорил, поэтому он сказал: - Тогда, если вы не возражаете, я чувствую необходимость помедитировать. Это очень много для осмысления.

Оби-Ван действительно выглядел ошеломленным, поэтому Бейл подождал, пока он выйдет из комнаты, прежде чем продолжить их с Леей разговор. Он повернулся к ней:

- Мы тебе не говорили? Не могу поверить, что я бы ничего не сказал.

Она посмотрела на него с неприкрытым горем на лице. Но первой все поняла Бреха.

- Мы умерли, не так ли? - спросила она.

Лея только кивнула.

- О, Лея. - Бейл чувствовал себя так, словно кто-то прошел по его могиле, и это было то, на чем ему действительно не следовало сейчас сосредотачиваться. Он обдумает это позже. Стремясь избежать этой участи, он спросил: - Можете ли вы сказать нам, как это случилось?

- Нет. - Бейл был немного озадачен таким ответом. Потом она посмотрела на них, и ее лицо смягчилось. - Пока нет. - Дело было не в сокрытии информации, это была Лея на пределе своих возможностей. Бейл мог понять, что, вероятно, было бы очень больно рассказывать подробности их смертей для всех них. Это могло подождать.

Бреха согласилась:

- Что ж, я предлагаю нам всем отдохнуть в это время. Я полагаю, на Явине будет довольно оживленно.

Это звучало как отличная идея сбежать. Он направился к двери, а потом подумал о другой возникшей у них проблеме. Мелочь в общем-то, но Бейл хорошо разбирался в деталях.

- Вы уверены, что мы можем доверять этому контрабандисту?

Она даже не подумала об этом

- Да.

Он не видел в ее поведении по отношению к этому мужчине ничего, что подтверждало бы это.

- Его присутствие явно беспокоит вас.

Она вздохнула:

- Это не его вина, папа.

Он доверял Лее, но у него были другие люди, перед которыми он должен был отчитываться за присутствие Капитана. Ему нужно было еще немного, чтобы двигаться дальше.

- Почему ты ему так сильно доверяешь?

- Я вышла за него замуж.

Бейл застыл, уверенный, что не расслышал ее правильно. Она просто смотрела на него.

- Ты вышла замуж за этого наемника? - он поймал себя на том, что говорит.

На ее лице появилось обиженное выражение, и она начала что-то говорить, но Бейл покачал головой, не желая этого слышать.

- Мне жаль. Это слишком много для осмысления, мне нужно минутка, - и он вышел из комнаты.

***

Бейл Органа в целом недолюбливал космические путешествия. Просто неприятным фактом его жизни было то, что его долг требовал, чтобы он тратил на это много времени. За Республику, за Альдераан, за Восстание. Он бывал на кораблях, которые были верхом роскоши, и на самых ветхих транспортных средствах, какие только были возможны, для оказания помощи во время Войн клонов. Но какими бы роскошными они ни казались, во всех них постоянно ощущался запах слишком большого количества людей, слишком долго запертых в слишком маленьком пространстве. Этот корабль казался ему худшим из всех, на которых он когда-либо путешествовал. Он был тесным, протекал и содержался в таком плохом состоянии, что было удивительно, что эта штука вообще могла летать.

"Я вышла за него замуж", - эхом прозвучал в его голове голос Леи.

Капитан "Тысячелетнего сокола" Хан Соло был, безусловно, последним человеком в галактике, с которым Бейл мог видеть свою дочь. Он был дерзким, неотесанным и явно общался с толпой, которую Бейл счел бы опасной. Не то чтобы командный уровень в Империи не был опасным, и у Леи, безусловно, было достаточно контактов с ними. Но она не вышла замуж ни за кого из них, а Джабба и ему подобные были совсем другого рода порочными.

Дверь в каюту скользнула в сторону, и на нее упал луч света. Бейл поднял глаза и увидел свою жену, стоящую в дверном проеме.

Она оценила его за одну короткую секунду.

- Ты задумчив, - сообщила она ему.

Бейл просто развернул кресло, чтобы посмотреть на нее.

- Я думаю, что заслужил это право.

- Ты ей веришь? - спросила Бреха.

Бейл, пока не готовый к тонкому допросу своей жены на эту тему, перевел вопрос обратно на нее:

- Ты это сделала. Немедленно. Почему?

Бреха вздохнула и вошла в комнату. Она села к нему на колени и положила голову ему на плечо.

- Язык ее тела другой, - сказала она.

Бейл нахмурился, когда его руки автоматически обхватили ее, и он мысленно прокрутил события последних нескольких часов. Лея была напряжена и насторожена, но встреча с Вейдером могла объяснить это.

- Что вы имеете в виду?

- Она двигается как солдат, - сказала его жена. - Она проверяет все выходы и входные группы. Даже когда она разговаривает с вами, вы можете видеть, что она обращает внимание на все, что ее окружает. И когда мы разговаривали в трюме, она встала у двери, чтобы видеть всех, кто там находится, и того, кто может войти.

- Это может быть совпадением. - Он допустил это.

- Она была первой в той комнате и намеренно выбрала это место. - Бейл кивнул головой, соглашаясь с этим утверждением.

- Да, я ей верю. - Бейл сказал: - Или, точнее, я верю вам с Оби-Ваном, когда вы говорите, что верите ей. - Он вздохнул и потерся подбородком о ее макушку: - Это только что стало последней кульминацией очень плохих дней. Единственный другой раз, который он мог припомнить, который был хуже, - это падение Республики, уничтожение джедаев и смерть Падме.

Воцарилось долгое молчание, пока они сидели там, просто держась друг за друга.

- Она узнала о Вейдере, а нас там не было. - Голос Брехи был полон боли.

- Люк был там, - заметил Бейл. Хотя это была еще одна переменная, в которой он не был слишком уверен. Если бы вчера его спросили, каким, по его мнению, был бы брат Леи, Бейл сказал бы, что у мальчика, вероятно, были бы дерзость и эгоизм Энакина. Но это было не так. Люк, безусловно, был достаточно похож на этого человека, несмотря на то, что был ниже ростом. Он был вежливым, тихим и на удивление покладистым, ни одно из этих слов не было первым, которое использовалось для описания Энакина. Но было ли это естественным состоянием мальчика, или он был ошеломлен всеми переменами вокруг него, Бейл не мог сказать.

- Но нас там не было. - Голос Брехи дрогнул.

И в этом была своя особая мука. Бейл знал, что существует вероятность того, что и он, и Бреха будут убиты. Хотя это не было его самым большим страхом. Нет, это было смертью, потому что Вейдер узнал о Лее и убил его и Бреху, чтобы добраться до нее. Или что его подвергнут пыткам и он непреднамеренно раскроет ее существование.

- Я не думаю, что у нас был большой выбор, - сказал он.

Она только тяжело вздохнула.

- Мы подвели ее, - тихо сказал Бейл, чувствуя, как его захлестывает чувство вины.

Бреха покачала головой:

- У нас этого нет.

- Лея - солдат.

- Она все еще любит и ценит это.

Лицо Бейла нахмурилось:

- Да, муж.

На лице его жены отразилось разочарование:

- Бейл, это несправедливо. Мы не знаем, что между ними произошло.

- Он наемник! - воскликнул он. - О чем она думала, выходя за него замуж? И то, как она защищается рядом с ним...

Нежный тон его жены оборвал его тираду

- Он умер.

Бейл остановился и опустил голову, чтобы посмотреть на нее.

- Извините?

Она вздохнула и протянула руку, чтобы погладить его по щеке.

- Он умер Бейл. Вот почему ей так трудно находиться рядом с ним.

Бейл сглотнул.

- Это ничего не значит, - запротестовал он. - Мы тоже умерли, и ты не видишь, что она избегает нас.

- Он умер вчера.

Дыхание Бейла превратилось в резкий выдох. Вчера? Вчера умер ее муж, а потом она снова оказалась в плену у Империи?

- Как она еще держится на ногах? - прошептал он, крепче прижимая к себе жену.

- Я не знаю, но я точно знаю, что ты можешь облегчить ей задачу и держать свое мнение при себе.

- Если ты думаешь...

- Не вечная любовь, - она потянулась и поцеловала его в щеку, - но до тех пор, пока она снова не встанет на ноги.

Она одарила его дразнящей улыбкой:

- Кроме того, там должно быть нечто большее, чем то, что мы видели до сих пор. Лея не стала бы вмешиваться, а тем более выходить за него замуж, если бы он был тем человеком, за которого себя выдает. - Она задумчиво постучала пальцем по подбородку. - Возможно, он тебе понравится.

- Возможно, - сказал он. Бейл думал, что гораздо более вероятно, что Вейдер убьет императора и объявит, что демократия восстановлена. Но галактика была непредсказуемым местом, случались и более странные вещи. Просто такова была его судьба - пережить их и сделать все, что в его силах.

## Глава 9 ПБА (После битвы при Альдераане) - День 1


Лея спала. По крайней мере, она была вполне уверена, что спит, в том состоянии, когда она ни здесь, ни там. Где она всем сердцем верила, что ей это снится, и в то же время, что все происходящее было реальным.

Мон Мотма сидела за своим столом в своем кабинете канцлера Новой Республики. Это было широкое открытое пространство, стены выкрашены в жизнерадостный желтый цвет, в задней части преобладали три круглых окна. Сама комната была скудно обставлена, только кресла и два стола по обе стороны от дверей. На стенах не висело никаких украшений. Лея часто думала, что это было почти слишком стерильно, но она понимала политическое заявление Мон об отказе от излишеств Палпатина в оформлении. Стол Мон стоял в центре комнаты, свет падал на нее и подчеркивал ее огненно-рыжие волосы. Она была спокойна и хладнокровна, как всегда, когда говорила:

- Для выживания Новой Республики жизненно важно, чтобы мы открыли ресторан на этаже Сената, Лея.

Услышав это, Лея нахмурилась. Было так много аргументов против этого безумного плана действий, что она даже не была уверена, с чего начать. Она как раз открывала рот, чтобы озвучить некоторые из них, когда почувствовала сильный толчок в свои щиты. Нахмурившись, она повернулась к двери, гадая, кто пытается войти.

Мон продолжила разговор, и она снова повернула голову к женщине.

- Когда сенаторы голодны, они становятся сварливыми. - Она бросила на Лею умоляющий взгляд. - А когда они сердятся, ни один из законопроектов, которые нам нужно принять, ни к чему не приводит. Лея, ты один из моих самых проницательных и надежных политических советников, мне нужна твоя поддержка в этом вопросе.

Толчок повторился, и Лея отвернулась от женщины постарше, озадаченно уставившись на дверь. Кто мог быть настолько груб, чтобы прервать их сейчас? Она нахмурилась, распознав присутствие, скрывающееся за раздражением. Это был он. Что ж, она не хотела с ним разговаривать, она была слишком занята, пытаясь разрушить все, что он построил.

- Канцлер, не могли бы вы предоставить мне минутку, - объяснила она Мон и решительно встала. Направившись к одному из столиков сбоку от двери, она загородила им вход в качестве барьера. Удовлетворенная, она кивнула, что удержит его на расстоянии.

Когда она снова повернулась, Мон вопросительно подняла бровь.

- Ты совсем закончила, Лея? Я сказал охранникам никого не впускать, но вряд ли в этом была необходимость.

- В наши дни нельзя быть слишком осторожной, - пробормотала Лея. Она вернулась на свое место и начала приводить контраргументы. - Мон, у нас нет разрешений, необходимых для открытия ресторана на этаже Сената. На их приобретение уйдут месяцы, и, учитывая, что здесь представлено так много видов, я не думаю, что это было бы очень практично в любом случае. Еда, которую едят ботаны, свела бы с ума контингент вуки одним только запахом. И нам нужно принять билль о правах для пастухов нерфов прямо сейчас, иначе они откажутся от своей поддержки.

Мон вздохнула:

- Я понимаю все это, Лея, но я... - остальная часть ее предложения была прервана громким воплем боли, донесшимся из-за двери. Лея раздраженно повернулась, чтобы накричать на него, у нее действительно сейчас не было на это времени. Неужели он не почувствовал, что она занята? Затем вопль раздался снова, и Лея вздрогнула, узнав звук этого голоса. Это был Люк, а не он, и ее брату было больно. Та часть ее, которая верила, что это реально, исчезла, когда, не задумываясь, она вошла в сознание своего брата, и этот офис из столь давнего прошлого исчез.

Она стояла в пустыне, наблюдая, как перед ней горят несколько небольших зданий. Вокруг царили разрушения, но фигура, стоявшая перед всем этим, была сосредоточена на одном конкретном месте больше всех остальных. Пара скелетов, лишенных огнем всех узнаваемых черт, были небрежно разбросаны перед ближайшим к ним зданием. Она вздохнула, это был старый кошмар, такой же знакомый ей, как один из ее собственных. Она подошла к фигуре, наблюдавшей за всем этим с недоверием и горем, клубящимися вокруг него.

- Это не твоя вина, Люк, - сказала она так мягко, как только могла, беря его за руку, успокаивая. Он повернул голову, чтобы посмотреть на нее сверху вниз, его глаза расширились от удивления, когда он увидел ее.

- Лея? - спросил он высоким голосом. - Что ты здесь делаешь?

Лея почувствовала, как ее глаза резко распахнулись, когда она отреагировала на удивление брата, и была поражена, увидев грубые, обшарпанные стены незнакомого комплекса, встретившиеся ее взгляду. Нет, не незнакомый. Старая база, о которой она не вспоминала много лет. Явин, она была на Явине.

Последние несколько дней промелькнули у нее в голове, и она села в постели, выругавшись. Она была в прошлом, Альдераан был спасен, и она только что вошла в сознание девятнадцатилетнего своего брата, даже не спросив его разрешения. Что ж, мать твою, это был огромный просчет с ее стороны.

***

Она оделась и направилась в коридор. Теперь она уже не собиралась снова засыпать. Она смутно знала, где дислоцировался ее брат, и последовала за своим чувством, которое подсказало ей, где он находится. Он был настолько неосторожен, что распространял свое замешательство и панику повсюду, и Лея подавила желание вникнуть в это поглубже. Так и было бы... нехорошо вот так использовать его в своих интересах. Он не понимал, что происходит вокруг него, и не давал ей разрешения копаться в его мыслях. Она была немного удивлена, что до сих пор не столкнулась с Оби-Ваном, требующим ответов о том, что происходит. Она пришла в его покои, по крайней мере, туда, где он ночевал, и постучала в дверь. Он немедленно открыл ее, по-видимому, ничуть не удивившись, увидев ее там. Он был одет в ночную рубашку, которая была ему слишком велика. Вероятно, позаимствовал у Хана.

- Что это было? - требовательно спросил он. - Я схожу с ума или...

Она покачала головой, обрывая его. В коридорах военной базы не существовало такого понятия, как уединение.

- Не здесь, одевайся, и мы пойдем в более уединенное место. - Он кивнул в знак согласия и закрыл дверь. Она подождала несколько минут, пока он не появился, выглядя обеспокоенным и немного вызывающим. Лея не могла винить его, она сделала что-то действительно глупое и агрессивное, он имел право на свой гнев. Она жестом пригласила его следовать за ней, когда они пробирались по лабиринту коридоров, наконец направляясь к летной палубе и выходя через вход во влажный ночной воздух. Она подождала, пока они не отошли примерно на сорок пять метров, достаточно далеко, чтобы, если кто-то будет кричать, их никто не услышал, но недостаточно близко к границе действия датчика, чтобы сработала какая-либо сигнализация.

Она повернулась и встретилась с Люком лицом к лицу.

- Хорошо, я не думаю, что нас кто-нибудь подслушает, продолжайте.

- Ты говорила со мной в моем сознании. На "Звезде смерти". - Она утвердительно кивнула, и он продолжил. - А потом, только что, ты был в моем сне.

Она поморщилась.

- Да, мне жаль, я не должен был делать этого без разрешения. Это привычка.

- Привычка? - его лицо выражало только недоумение. О, она сильно все испортила.

- Да. Я... - она замолчала, подыскивая нужные слова. Можно было бы подумать, что у нее лучше получается рассказывать об этом людям. - Я все равно собиралась сказать тебе завтра. Оби-Ван знает, как и мои родители.

- Ты джедай. - На его лице отразилось удивление.

- Нет! - она очень устала от того, что ей это говорили. - Я не такая. Сильна в Силе, да. Джедай - нет.

- Тогда как? - он скрестил руки на груди, свирепо глядя на нее.

Тогда лучше всего просто прыгнуть в него.

- Я из будущего.

Он склонил голову набок.

- Извините?

- Я из будущего. Около тридцати лет, - уточнила она.

На его лице промелькнуло недоверие.

- Забавно, ты не выглядишь такой уж старой.

Она уставилась на него, разинув рот. Доверьтесь ему в том, что он сосредоточится на практических аспектах.

- Нет, я имею в виду "да". Этому телу девятнадцать, - она указала на себя сверху вниз. Затем она постучала себя по голове: - Но здесь, в макушке, мне пятьдесят три года. Я заснула, а потом без объяснений проснулась в это время.

- Просто так?

- Да, именно так.

- Хорошо, - он выглядел задумчивым, теряя часть своей оборонительной позы. - Тогда почему у тебя привычка являться в мои сны, пятидесятитрехлетняя Лея?

- Не все твои мечты, - заверила она его. - Только ночные кошмары. Как способ предложить комфорт. Раньше ты делал то же самое.

- Это то, что делают джедаи?

- Ты же знаешь, я понятия не имею, - задумчиво ответила она. - Мы всегда думали, что нам это легко дается, потому что мы..." - она замолчала, не зная, как это сформулировать. Что ж, она не собиралась поступать так, как поступил он. Лучше всего просто выйти и сказать это.

- Потому что мы - кто? - Нетерпение окрашивало его голос.

- Потому что мы близнецы, - ответила она. - Ты мой брат Люк. Нас разлучили при рождении, чтобы защитить от императора.

Он с минуту тупо смотрел на нее.

- Значит, ты научилась этому в будущем?

- Да, спроси Оби-Вана. Он может это подтвердить.

- Что ты из будущего?

Она поморщилась.

- Ну, на этот счет у него больше нет доказательств, чем у вас. Но брат и сестра расставались, это он может подтвердить.

На мгновение его лицо стало ужасающе пустым, затем по нему пробежало что-то похожее на принятие.

- Я собираюсь согласиться с этим. За последние несколько дней я узнал, что мой отец был джедаем, сумасшедший старина Бен - что-то вроде знаменитого героя войны, а я взорвал боевую станцию размером с Луну. То, что ты моя сестра-близнец из будущего, - это просто еще одна эскалация безумия и невозможного.

- Действительно? - она вздохнула.

Он пожал плечами.

- Действительно.

- Ты мне веришь?

- Ты та, кто сказал мне доверять своим инстинктам. Они говорят, что ты не лжешь, так что да. Я тебе верю.

Она рассмеялась и заключила его в объятия. Вздрогнув, он поймал ее в ответ, а затем так же яростно обнял в ответ. Она даже не могла выразить, как счастлива была, что ей поверили. Просто верил. Она боялась, что он будет задавать вопросы и подталкивать ее, и одна мысль об этом изматывала ее. Но Люк, у Люка была вера. У него всегда была вера.

Некоторое время они обнимались, потом она отстранилась и одарила его своей самой солнечной улыбкой. Он возвратил одну из них и спросил:

- Для чего это?

- За то, что ты такой, какой есть. За то, что ты мой брат. За то, что поверил мне.

- Хорошо, но тебе нужны более высокие стандарты для следующего неожиданного члена семьи, которого ты найдешь.

На мгновение ее мысли переключились на Вейдера. Это он был раньше, пытаясь привлечь ее внимание. Она отогнала мысли о нем прочь. Ее щиты выдержали, она могла не подпускать его, это была не та проблема, о которой ей нужно было беспокоиться прямо сейчас. Это было из-за Люка, и она не позволила бы Вейдеру украсть ее радость от того, что они снова нашли друг друга.

"А позже?" - прошептала ее совесть. "Вам придется как-нибудь обсудить это, генерал".

Но не сегодня.

Он оглядел ее с головы до ног, а затем спросил:

- У меня так много вопросов, что я не уверен, с чего начать?

- Тогда какой же первый? - Пожалуйста, не о будущем, я не хочу об этом говорить.

Его лицо задумчиво сморщилось, когда он попытался остановиться на одной из миллионов мыслей, вертевшихся у него в голове.

- Кто из нас старше?

Она рассмеялась.

- Я не знаю. На самом деле мы так и не выяснили этого.

Он кивнул, а затем лукаво улыбнулся ей.

- Я чувствую себя старшим братом. К тому же я выше, так что ты можешь быть младшей сестрой во всех отношениях.

Она ухмыльнулась на это. Он этого не знал, но это был действительно старый разговор между ними двумя.

- Ну, я мудрее, так что ясно, что я родилась первой, - и она игриво толкнула его в плечо. -К тому же, это действительно невежливо - поднимать вопрос о росте. Это не значит, что ты не слишком мал ростом, чтобы быть штурмовиком.

- Хм? - Верно, она следовала сценарию, который здесь не писали.

- Это не имеет значения, - заверила она его. - Излишне говорить, что мы так и не разрешили этот конкретный спор.

При этих словах его глаза потемнели.

- Неужели не осталось никого, кто мог бы нам сказать? Разве твои родители не знали?

При этих словах ее радужное настроение померкло.

- Нет, - ответила она, - у них никогда не было такой возможности.

На его лице отразилось сочувствие, но затем он схватил ее за руку и успокаивающе сжал.

- Ты могла бы спросить их сейчас, - мягко заметил он, напоминая ей, что ее родители все еще здесь.

- Да, - согласилась она. - Но нет, потому что сейчас середина ночи, и я не думаю, что им понравилось бы, если бы их разбудили. Моей матери нельзя перечить, пока она не выпьет свой утренний чай.

- Мой дядя Оуэн такой же... - Он замолчал, осознав, что только что сказал.

- Мне жаль, - поспешно сказала она. - Я прибыла слишком поздно, чтобы что-то изменить. Я бы сделала это, если бы могла, я знаю, как сильно ты их любил, и я... - он покачал головой, обрывая ее бессвязную речь.

- Я же говорил тебе, что это не твоя вина, - напомнил он ей. - И все равно это не твоя вина. Даже если ты таинственным образом появился в своем собственном прошлом, чтобы все изменить. - Он нахмурился. -Ты все меняешь, верно?

- Да, - медленно произнесла она, гадая, к чему клонит его разум.

- Значит, ты знаешь, что должно произойти?

- Нет, у меня есть идея, но изменения, которые я уже внесла, оказали огромное влияние на график. Мой специфический интеллект бесполезен. - Он задумался об этом на минуту. Она задавалась вопросом, собирался ли он спросить о Восстании, о своем собственном обучении или о каких-либо других бесчисленных возможностях в будущем. Но таков был Люк, для него личные детали всегда были важнее любой общей картины.

- Ты знала, что Биггс умрет? - тихо спросил он.

Лея прикусила губу.

- Он делал это раньше, да. Я надеялась, что мое присутствие спасет больше жизней. И это произошло, только не с ним. Мне очень жаль. - Казалось, она часто говорила ему это.

Он покачал головой. - Он сделал свой выбор. Да блядь, он принял решение присоединиться к Восстанию еще до того, как это сделал я. Ты не заставляла его идти, и ты не стреляла в него, Лея. - Нет, но их биологический отец это сделал. Вейдер, вероятно, тоже делал это раньше. Лея задавалась вопросом, знал ли об этом Люк.

Возможно, она не смогла спасти Биггса, но ее действия привели к тому, что Оби-Ван выжил, поэтому он не ушел от этого в полном одиночестве от всех, кто знал его ребенком. И у него была она. Она всегда будет с ним.

Сколько людей знают об этом? - внезапно спросил он, прерывая ее упреки. - Что ты из будущего? - Затем его лоб наморщился, когда ему в голову пришла другая мысль. - Или что мы родственники?

- Мои родители и Оби-Ван. На самом деле, по обоим пунктам.

Он выглядел немного обиженным.

Оби-Ван знал? Что ты моя сестра? Но почему он не сказал мне, когда я показал ему твою голограмму?

Лея пожала плечами. "Я понятия не имею". Если бы он знал, это спасло бы ее и Люка от некоторых очень неловких ситуаций. Возможно, узнать сейчас, что у старика интересное понимание правды, было бы не такой уж плохой идеей. - Но я бы хотела пока сохранить обе вещи в секрете.

- Почему ты не хочешь, чтобы люди знали, что мы брат и сестра? Уже стыдишься меня? - вопрос был задан полушутя.

- Нет, - твердо заявила она, хватая его за руку. - Нет, никогда. - Он определенно не был членом семьи, которого она стыдилась, он не был тем, у кого были огромные проблемы. Но как объяснить это, чтобы не выглядело так, будто она отвергает его. - Но имя Скайуокер, оно рисует мишень у тебя на спине, Люк. У меня уже есть достаточно большая, мне не нужно ничего добавлять.

Его лицо потемнело.

- Вейдер, - сказал он ровным голосом.

"Скажи ему. Скажи ему. Скажи ему". Ее кольнула совесть. Она посмотрела в это лицо и не смогла заставить себя сделать это. За последние несколько дней она пережила достаточно взлетов и падений. Это могло подождать. Но и лгать ему напрямую она тоже не хотела. Поэтому она назвала ему другую причину.

- И император тоже.

Он выглядел шокированным.

- Какое он имеет к этому отношение?

- Ну, он лорд ситхов, - объяснила она. - Я сильна в Силе, я такая же мишень, как и ты.

- Что такое Повелитель ситхов?

Она забегала вперед.

- Вероятно, на этот вопрос Оби-Ван может ответить более подробно, чем я. Но, вообще говоря, джедаи используют Светлую сторону Силы, а ситхи - Темную.

Он кивнул головой и прикусил губу, размышляя.

- Хорошо, пока я ничего не скажу. - Лея вздохнула с облегчением. - И о твоих путешествиях во времени тоже. - На его лице появилось озадаченное выражение. - Есть фраза, которую я никогда не думал, что произнесу. Наверное, к лучшему, что ты держишь это при себе. Я не могу представить, чем бы это обернулось, если бы все думали, что знают, что должно произойти.

- Плохо.

Он выглядел удивленным.

- Сколько вы здесь пробыли? Самое большее три дня? Слишком быстро пришли к такому выводу.

- Допустим, я лично испытала мысль о том, что могу контролировать события, потому что знаю будущее, и это взорвалось у меня перед носом.

Он забеспокоился.

- Лея, когда именно ты прибыла сюда?

Она немного поерзала, зная, что этот ответ зайдет на территорию, которую она не хотела исследовать, но она не собиралась лгать ему.

- Когда мой шаттл прибыл к Звезде Смерти.

Он поморщился.

- Это было нехорошо.

Она горько усмехнулась.

- Нет, это не так. - Она вздрогнула, вспомнив ту всеобъемлющую панику при виде Вейдера. - Но я прошла через это, и станция уничтожена. Нет смысла зацикливаться на этом.

У него возникли подозрения.

- Это твой милый способ сказать мне, чтобы я отвалил?

Она вздохнула.

- Я редко бываю милой, Люк. Это ты хороший. - Он выглядел слегка обиженным на это, и она поправилась: - Или тот, у кого злое лицо лучше подходит для того, чтобы прикидываться дурачком. Но нет, я не хочу говорить об этом прямо сейчас. Есть много вещей, о которых я не могу говорить прямо сейчас.

- Ты не будешь возражать, если я все же задам тебе несколько вопросов? Ты не обязана отвечать на них, если не хочешь.

- хорошо.

- Сколько тренировок вы прошли? Я не могу представить, что каждый человек, обладающий талантом к Силе, может проникать в сознание других людей.

- Нет, в этом вы правы. - Она быстро огляделась и убедилась, что никто не обращает на них внимания. Затем она поднесла к ней камень, медленно и методично. Глаза Люка расширились. - Кто тебя этому научил?

Она рассмеялась.

- Ты сделал. Или хотел бы. Я не так часто практикуюсь. Это не то, с чем мне комфортно.

- почему? - Он выглядел искренне сбитым с толку. - Даже то немногое, что я сделал на "Соколе" и на "Звезде смерти", было похоже... - он замолчал, пытаясь подобрать слова, - на возвращение домой.

- Из-за того, откуда это взялось. Потому что мной движет мой гнев, и я не обязательно считаю, что это плохо. Потому что я знаю свои ограничения и не хочу быть Вейдером.

- Это сложно.

- Часть знаний, о которых мы не будем говорить? - Он выглядел таким печальным из-за того, что ему было отказано в знании о ней. Совсем как ее отец.

- Да, - затем она уклончиво призналась, не вынося мысли о его разочаровании. - Я расскажу тебе. Только не сейчас.

- Хорошо, - промурлыкал он себе под нос. Затем переключился на совершенно другое направление мыслей. - Итак, ты знаешь обо мне почти все.

- Я бы не сказала всего, - уклонилась Лея.

"Например, почему ты бросил меня, когда я нуждалась в тебе больше всего". Она отогнала эту мысль. У каждого из них были свои способы справиться с травмой. Она знала это, она не завидовала Люку. Ну, может быть, совсем немного.

- Но я многое знаю, да.

- Ну, очевидно, я отстаю. Так что мне нужно наверстать упущенное. Какое твое любимое блюдо?

Лея прижалась к брату, взяла его за руку, и они проговорили всю ночь.

***

Церемония награждения состоялась в середине дня по солнечному ритму Явина. На самом деле она была намного грандиознее, чем первая. Также, вероятно, помогло отсутствие невероятной занятости в попытках эвакуировать как можно больше оборудования до того, как Империя объявит о вызове. Она снова была частью этого, но получила медаль вместе с Люком, Ханом и Чуи, вместо того, чтобы вручать их. Она вообще не была уверена, что чувствовала по поводу получения этой чести. Она была лишь косвенно вовлечена в то, что стало последним звеном в длинной цепочке людей, которые помогли в уничтожении "Звезды смерти". Она понимала важность церемонии для членов Восстания, она просто не могла отделаться от того факта, что чувствовала себя так, словно обманом ввязалась в это дело.

Ее мать была той, кто раздавал медали, ее отец стоял немного позади нее справа. Когда Лея шла бок о бок с Люком, Ханом и Чуи прямо за ними, все, что она могла видеть, была широкая улыбка ее матери, когда они приблизились. Когда мама наклонилась, чтобы надеть медаль ей на шею, она прошептала ей на ухо.

- Я так горжусь тобой, моя дочь.

Глаза Леи наполнились слезами. На данный момент Альдераан был в безопасности, и ее родители, пожалуй, были единственными здесь, кто по-настоящему понимал, каким важным моментом это было для Леи.

Последующая вечеринка также была новым изменением. После битвы при Явине было много вечеринок, но из-за эвакуации они были гораздо менее масштабными, чем эта, и распределялись между различными спасательными кораблями. Теперь толпа читала и была полна самозабвения, поскольку спиртное лилось рекой. По мере того, как продвигалась ночь, разговоры становились все громче и громче, поскольку пилоты рассказывали о битве наземным войскам и техникам. Люк, казалось, балансировал на грани, следя за историями, но отдавая должное всем пилотам. Хан составлял ему компанию, так что она не слишком беспокоилась о том, в какие неприятности он может вляпаться.

Сама Лея тоже держалась на грани. Она неохотно пила, опасаясь того, что скажет развязавшимся языком. И как бы много ни значила для нее эта победа, она слишком остро осознавала, что впереди у них еще долгая борьба. Она ускользнула и вышла на поляну, которая была сразу за главным храмом, на противоположной стороне летного поля. Она долго смотрела на это, прежде чем почувствовала, что к ней подошла ее мать.

- Что такого очаровательного в траве Лея? - поддразнила она.

Лея широко улыбнулась, это было то, чем она была не прочь поделиться о будущем.

- Что здесь пусто. Что здесь ничего нет.

Ее мать фыркнула.

- Я думаю, ты провела слишком много времени среди джедаев, даже если утверждаешь, что не являешься таковой.

Лея рассмеялась.

- Это был не метафорический ответ, а реальный. Раньше, в старой версии этих событий, здесь была установлена статуя в честь вас с отцом как мучеников за правое дело. - Она удовлетворенно вздохнула: - И этого здесь нет.

ABA - Day 2

Когда Лея проснулась на следующее утро, она была сонной и уставшей. Не от чего-то веселого, вроде выпивки, а от того, что Вейдер становился все громче и громче в течение ночи. Это привело к множеству странных и бессвязных снов о том, как она запирала двери и возводила баррикады везде, куда бы ни пошла. В конце концов, она сдалась около рассвета, встала и оделась. Ее позабавило, что в кафетерии почти никого не было. Что ж, это была долгая неделя с таким количеством потерь, что она действительно не могла никому отказать во времени, чтобы расслабиться, отпраздновать и оплакать. После побед в битвах всегда была неразбериха эмоций и выпивки. Обычно сильно выпивают.

За завтраком она просмотрела свои воспоминания о том времени. Да, ее выдвинули на руководящую должность в совете Альянса, главным образом из-за важности этого для связей с общественностью и того факта, что ей удалось передать Высшему командованию планы, за которые они заплатили такую цену. Она проявила себя, но в те первые несколько месяцев после разрушения Альдераана было много разговоров, в которых ее исключали на основании того, что большинство руководства не воспринимало ее всерьез. Додонна особенно был склонен списывать свою более воинственную позицию на "горе". Некоторые из них, вероятно, были такими, но она высказала несколько очень хороших замечаний. И вот она снова столкнулась с той же проблемой, только в гораздо более широком масштабе, потому что у нее не было даже символической руководящей роли, данной ей смертью ее родителей.

- Ты выглядишь раздраженной. - Люк сел рядом с ней за стол.

- Обдумываю свой следующий шаг, - сказала она ему тихим голосом. В этот момент в зале практически никого не было, но стоило быть осторожным.

- Связано ли это с убийством кого-либо? Потому что я должен сказать, что сомневаюсь, что этот стол сделал что-либо, чтобы заслужить тот хмурый взгляд, который вы ему посылаете.

Она тихо рассмеялась.

- Просто моя собственная внешность, - объяснила она. - Никто не воспримет мои идеи всерьез, когда на них смотрит это очень молодое лицо. Прямо сейчас существует огромный вакуум в руководстве из-за потерь персонала, которые мы понесли, восстанавливая эти планы, и борьбы за уничтожение "Звезды Смерти". Но для того, чтобы получить необходимую мне поддержку, потребуется время, которого у нас нет.

Он пожал плечами.

- Так убеди своих родителей.

Она нахмурилась.

- что?

Люк поднял манжету и сделал большой глоток.

- Убеди своих родителей. Твой отец входит в Совет Альянса, не так ли? Убеди их в достоинствах своих идей и аргументов. Они могут выдавать их за свои собственные, пока ты не проявишь себя. - он нахмурился. - Хотя я бы подумал, что доставка планов "Звезды смерти" в безопасное место чего-то стоит.

Она вздохнула.

- Так и есть. Но это всего лишь мой первый шаг в этом направлении. Любой может совершить один удивительный подвиг. Важно повторять его и иметь послужной список, когда твои слова начинают иметь реальный вес.

- Пережить твой единственный удивительный подвиг тоже имеет значение. - Его лицо исказилось от горя, он явно думал обо всех тех пилотах, особенно о Биггсе, которые не вернулись с обороны Альдераана.

- В этом ты прав. - Она чувствовала себя очень медлительной из-за того, что Люку пришлось воспитывать ее родителей. Это было похоже на обратную сторону процесса скорби. Но вместо того, чтобы забыть, что они умерли, она продолжала забывать, что они живы.

- Что ж, здесь уютно, - ухмыльнулся Хан, садясь напротив них, на его лице не было и следа вчерашнего веселья. У него всегда был хороший вкус к спиртному. - Какой-то секретный план, который вы двое вынашиваете?

Люк дружелюбно улыбнулся ему.

- Не, жалуюсь на еду.

- Малыш, не важно, за какую армию ты сражаешься, еда всегда будет отстойной.

Глаза Люка расширились.

- Ты хочешь сказать, что все эти истории о солдатах, питающихся лучшей едой, были пропагандой, которую использует Империя? - Он бросил на Хана такой искренний разочарованный взгляд, что старший мужчина на мгновение растерялся. Затем глаза Хана подозрительно сузились, а лицо Люка расплылось в широкой дразнящей улыбке.

- Напомни мне никогда не играть с тобой в сабакк. - Хан повернулся к Лее: - Что ж, я ухожу.

- Третий раз - это очарование?

- Мне нужно расплатиться с некоторыми долгами. Но Мотма предложила мне работу, пробный запуск, если хотите, и я вернусь.

- Я не могу передать вам, какое я испытываю облегчение, - ответила она сухим, как пустыня, тоном, чтобы скрыть тот факт, что на самом деле она испытала огромное облегчение.

Подошел Чубакка.

<Пойдем, щенок.> он залаял.

- Убедись, что он действительно заплатит эту гребаную сумму, - сказала она Чуи. - Альянс действительно не может позволить себе контрабандиста, за которым охотятся хатты и Империя.

Чуи расхохотался.

<Я прослежу за этим.>

Люк рядом с ней напрягся.

- Хатты? - спросил он тихим голосом.

Хан пожал плечами.

- Я оказался в долгу перед Джаббой. У меня был кое-какой груз, который мне пришлось выбросить, и я должен ему за это деньги. Это не так уж и важно, малыш.

- Ничего особенного, - эхом отозвался Люк, и Лея напряглась в тревоге. Люк был зол. Нет, Люк был уже не зол, а быстро впадал в гнев. Прошло много времени с тех пор, как Лея в последний раз видела вспыльчивость своего брата в полной мере. Она забыла, что это чувство было таким же глубоким, как и ее собственное.

Хан, к счастью, тоже это заметил. Что еще лучше, он, казалось, понимал источник гнева Люка.

- Нет, - твердо сказал он. - Я имел дело только со спайсом и сбором разведданных. Случайный пассажир, вроде вас, который не хотел никаких имперских проблем. Никакого экспорта воды и определенно никаких рабов. - Люк все еще сидел там, дрожа от ярости. - Люк, я разрушил очень многообещающую карьеру в Импах, чтобы освободить этого, - и здесь он указал на Чубакку. - Какого хрена я должен возвращаться к этому сейчас? Я занимался некоторыми сомнительными вещами, и я был бы первым, кто признал бы это, но я бы никогда этого не сделал.

Люк немного расслабился.

- А груз, который ты сбросил? - он нажал.

- Только спайс.

Люк, казалось, мгновение взвешивал это, затем решительно покачал головой.

- Хорошо, тогда Лея права. Погаси эту гребаную штуку. - Затем он вернулся к своему завтраку, тема, насколько он понимал, была закрыта.

Хан кивнул им обоим и направился на летную палубу, Чуи рядом с ним. Лея подождала, пока они не окажутся вне пределов слышимости, прежде чем повернуться к Люку.

- Он говорил правду о том, что он сделал, - заверила она его.

Люк пожал плечами.

- Я подумал. Это просто.. - вздохнул он. Ты из Центрального мира, тебе не понять, какую власть хатты имеют над внешним кольцом. Республика, Империя, для нас это не имело большого значения. Ни один из них не был готов взять их на себя. Это была не их проблема.

- Я знаю. - И это была проблема, от которой Новая Республика тоже продолжала уклоняться. Большинство призывников Первого ордена были детьми, украденными с территорий Внешнего кольца. Оби-Ван появился рядом с ними прежде, чем Лея успела даже начать размышлять о том, как решить проблему, которая назревала столетиями.

- Доброе утро, - он сел напротив них. - Вы двое не выглядите измотанными после вчерашнего веселья.

Лея пожала плечами.

- На самом деле не так уж много участвовала.

Люк кивнул.

- Мне то же самое.

Оби-Ван ухмыльнулся:

- Ну, если бы я мог украсть Лею на минутку, Люк. Мы с ее родителями хотели бы кое-что обсудить с ней, а затем мы могли бы начать твои уроки позже этим утром.

- конечно. Но не могли бы вы ответить мне на один вопрос?

- Если смогу.

Ухмылка Люка стала шире.

- Кто старше, я или Лея?

Оби-Ван слегка напрягся, а затем посмотрел на Лею.

- Ты сказала ему.

Она пожала плечами.

- Я сказала, что сделаю. - В чем была его проблема? Не то чтобы она его не предупреждала.

Он вздохнул.

- Ну, Люк, ты старше примерно на пять минут, если я правильно помню.

- Ха! - Люк торжествующе хлопнул ладонью по столу. - Я же тебе говорил!

Нет, она не собиралась проигрывать этот спор, не после последних тридцати с лишним лет ссор с Люком.

- Меня отбросило назад во времени, так что технически я все еще старше, - спокойно ответила она.

При этих словах у него отвисла челюсть, и он пробормотал что-то в ответ.

Оби-Ван наблюдал за этим обменом репликами, его лицо превратилось во все еще непроницаемую маску.

- Ты, конечно, ничего не делаешь полумерами, не так ли, Лея? - в его голосе слышался осторожный нейтралитет. Значит, он не одобрил, что она рассказала об этом Люку? Жесткий.

- Я не собираюсь лгать ему, Оби-Ван. Есть вещи, которые я не скажу, но я не буду лгать ему напрямую. - Ей было интересно, понял ли он ее завуалированное упоминание о Вейдере. Она не могла как следует разглядеть его, его щиты были плотно сомкнуты вокруг него. Люк нахмурился из-за растущего напряжения между ними, и Оби-Ван вздохнул.

Затем он спросил:

- Есть ли что-нибудь еще, что ты хотел бы узнать о своем рождении?

Люк открыл рот, чтобы ответить, но Лея подняла руку.

- Не сейчас для меня, спасибо, - ответила она. Она не хотела контролировать свои эмоции во время его объяснения. Она была уверена, что он в основном будет придерживаться правды, но она также была уверена, что Вейдер был где-то в этой истории, и она не хотела скрывать свою реакцию от Люка. Она так многого ему не рассказывала, и пока он был готов подыгрывать. Но вскоре, когда правда выплыла наружу, она захотела как можно меньше объяснять своему близнецу.

Люк выглядел разочарованным, но Оби-Ван повернулся к нему и предложил.

- Я могу рассказать тебе позже, Люк, если хочешь. - Он повернулся обратно к Лее. - И если мы можем идти?

- Это встреча, на которой Люку действительно не нужно присутствовать, или его исключили из-за того, что я сказал вам на "Соколе"? - Люди начали заходить, немного, но достаточно, чтобы Лея почувствовала себя неловко, произнося фразу "путешествие во времени".

- Его исключили из-за "Сокола". Но теперь, когда он знает, я полагаю, нет ничего плохого в том, чтобы позволить ему пойти с нами.

- Зачем я тебе нужен? Я всего лишь деревенский парень, который умеет летать и метко стрелять? - озадаченно спросил он.

- Потому что, если ты собираешься стать радикальным террористом, стремящимся свергнуть тираническое правительство, ты должен, по крайней мере, иметь некоторое представление о масштабах проблемы, с которой мы сталкиваемся, - весело сказала ему Лея. - Что означает встречи. Множество совещаний, на которых каждый чувствует необходимость высказать свое мнение, вместо того чтобы что-то делать. Затем, когда они все-таки принимают решение о плане действий, в половине случаев они предлагают наихудшее из возможных решений. Все это время вы должны сидеть и делать вид, что внимательно слушаете.

- Ну, разве это не звучит забавно, - мрачно пробормотал он.

Оби-Ван выглядел слегка встревоженным ее циничным подходом.

- Они не все так плохи, - запротестовал он.

Она вздохнула.

- Да, это так. Он открыл рот, чтобы возразить, и она подняла руку, предупреждая его. - Они необходимы, я знаю это. Но так же необходимы физические тренировки и сбалансированное питание. Я презираю их обоих. Я все еще делаю это.

Теперь она переняла от него что-то в Силе, настороженность и беспокойство. Потому что ей не нравились собрания и регулярные физические упражнения? Это казалось немного экстремальным. Возможно, солнце пустыни напекло ему мозг.

- Что ж, это, безусловно, интересный подход к ответственности, - дипломатично заметил он.

Люк взял свой поднос и жестом подозвал Лею. Она подвинула его к нему и поставила обратно на сервировочную линию. Когда он вернулся, они втроем вошли на базу, направляясь в комнату папы и мамы.

***

Когда они прибыли, ее отец выглядел удивленным, увидев Люка, но ее мать, похоже, не разделяла этого чувства. Она подошла к Люку и мгновение смотрела на него.

- Я полагаю, ваше присутствие здесь означает, что Лея рассказала вам о своих уникальных обстоятельствах?

Люк нервно наклонил голову:

- Да, мэм, - сказал он.

Она ошеломленно покачала головой.

- Бреха, пожалуйста. Не нужно формальностей. - Затем она широко улыбнулась ему. - Я долго ждал встречи с тобой, Люк Скайуокер. Как ты со всем справляешься?

- Просто пытаюсь переждать бурю, мэм-Бреха, - слишком быстро поправился он, увидев выражение ее лица.

Папа подошел к маме.

- Мы оба долго ждали, - сказал он. - Приятно наконец-то с вами познакомиться.

- Да, сэр, - ее брат выглядел таким взволнованным, но все, что Лея могла сделать, это восхититься тем, что она видела перед собой. Это был момент, который до сих пор существовал только в ее мечтах, и она хотела насладиться тем, что это произошло.

Оби-Ван прочистил горло.

- Мне неприятно прерывать, но у нас не так много времени до того, как будет созвано верховное командование Альянса. - Встреча, о которой Лея даже не подозревала до этой минуты. Итак, ее пока не собирались приглашать на них. Она укрепила свою решимость, что так и будет, а до тех пор будет играть теми картами, которые у нее есть.

- Конечно, - пробормотал папа и ободряюще сжал руку Люка. Он выглядел озадаченным, но прошел в центр комнаты, где стоял квадратный стол с двумя скамейками по обе стороны. Статус папы и мамы в Сопротивлении позволял им иметь комнату больше, чем у большинства, у них даже была отдельная спальня от жилой площади. Но в целом это было небольшое пространство, и стол больше предназначался для приема пищи, чем для проведения собраний. Люк сел на скамейку, ближайшую к двери, Лея села рядом с ним, а ее родители предпочли сесть на скамейку напротив них. Оби-Ван, увидев, что все они едва умещаются на скамьях, пододвинул единственный свободный стул в комнате к главе стола.

- Что ж, Лея, - начал он. - Нам было интересно, не могли бы вы дать нам некоторое представление о том, как, по вашему мнению, нам лучше всего действовать.

Спина Леи напряглась.

- Я же говорила тебе, - предупредила она его, и в ее голосе послышалось раздражение. - Что я бы ничего не сказала, если бы у нас не было неприятностей.

- Нет, Лея, - вмешалась мама; она бросила на Оби-Вана осуждающий взгляд. - Нам нужно твое мнение, основанное на твоих знаниях, а не на твоем опыте. - Когда Лея в замешательстве посмотрела на нее, ее мать уточнила: - Ты же говорила, что заслужила это звание генерала. С нашей стороны было бы глупо пренебрегать твоим советом. Нам просто нужно было уединенное место, чтобы получить его.

О, это она могла сделать. Теперь она почувствовала себя глупо и почувствовала, как ее щеки вспыхнули от смущения. Она бросила на Оби-Вана извиняющийся взгляд.

- Прости, что пришла к неправильному выводу, - сказала она с раскаянием.

- Все в порядке, - пробормотал он. Морщинка между его бровями говорила об обратном, но Лея оставила это при себе.

Она подумала о том, что произошло за последние два дня, и к чему привело разрушение "Звезды смерти" в ее собственной временной шкале, и о тех немногих вещах, которые все еще были применимы здесь.

- Смерть Таркина - огромный удар по Империи, - начала она, и ее отец немедленно перебил ее.

- Он был всего лишь одним человеком. Блестящий и смертоносный, но всего лишь один человек, Лея. Я не знаю, не преувеличиваешь ли ты.

Она нахмурилась, спрашивая, хочет он знать ее мнение или нет? Он остановился, затем скорчил гримасу, осознав, что натворил. Он выглядел слегка смущенным и кивнул, чтобы она продолжала.

- Таркин был одним человеком, да, но настоящая проблема для Империи заключается в том, что ее высшая структура, которая была сосредоточена на Палпатине, Таркине и Вейдере, только что стала опасно несбалансированной.

Видя замешательство на лицах всех присутствующих, она уточнила.

- Император доверял Таркину настолько, насколько он мог доверять кому бы то ни было. В результате в руках Таркина сосредоточилась большая власть. Отчасти то, что делало его таким эффективным с бюрократической точки зрения, заключалось в том, что он мог выиграть множество споров о том, что делать, просто открыв рот. Его слово было словом императора.

На лице папы появилось понимание.

- И без него, который принимал бы эти решения, мы вот-вот увидим, как военные офицеры высшего уровня сражаются между собой из-за того, как дать отпор.

Она кивнула:

- Да. Без него многие из тех обязанностей и полномочий, которые у него были, будут переданы множеству других людей. Мы враги, но император верит в то, что намеренно настраивает своих подчиненных друг против друга. За исключением Вейдера, нет никого другого, у кого была бы такая способность так быстро принимать четкие, лаконичные решения.

- Ходят слухи, что Вейдер был убит, - предположила мама.

- Это не так, - одновременно возразили Оби-Ван и Лея. Он удивленно посмотрел на нее, но она пожала плечами.

- Я думаю, что каждый чувствительный к силе человек в галактике почувствовал бы это, если бы он умер, - объяснила она Оби-Вану. - Он не совсем тихий и невозмутимый человек.

- Нет, - сказал он с горько-сладкой улыбкой на лице. - Он никогда им не был.

Увидев гнев и скорбь на лице Люка, Лея быстро оставила эту болезненную тему.

- Это не имеет значения. Палпатин не собирается передавать Вейдеру какую-либо из этих сил. Во-первых, это слишком много для него, чтобы даже разумно с этим справиться. Во-вторых, это укрепило бы его положение в армии больше, чем оно уже есть. Лорды ситхов пытаются убить друг друга, да? - Оби-Ван кивнул. - Тогда Палпатин ни за что не даст Вейдеру ни на йоту больше власти, чем ему нужно. - Она покачала головой. - Вместо того, чтобы иметь дело с одним целеустремленным человеком, у которого были полномочия преследовать нас в нескольких юрисдикциях, за нами будет гоняться множество людей. Это не учитывает политическую сторону дела, поскольку губернаторы и моффы также пытаются поймать нас. А среди наиболее амбициозных мы можем ожидать внутреннего саботажа, поскольку они пытаются помешать усилиям своего соотечественника в этой области.

- За исключением Вейдера, - сердито пробормотал Люк. - У него все еще есть сила и влияние, которые были у Таркина.

Она прикусила губу, обеспокоенная его сосредоточенностью на этой теме. Но он участвовал и учился, поэтому она честно ответила ему.

- Да, он любит. И я не вижу, чтобы это менялось. - призналась она. - Если только кто-то не станет по-настоящему амбициозным и не попытается использовать уничтожение "Звезды смерти", чтобы попытаться свергнуть его.

- Дурацкая затея, - заявил папа. - Возможно, он не очень хорошо играет в политику по сравнению с некоторыми другими офицерами, но он также намного смертоноснее, чем они.

Оби-Ван с трудом сглотнул и отвел взгляд. Лея не хотела знать, хотела ли она утешить его в его очевидной боли из-за этого или накричать на него за то, что он не закончил работу, когда у него был шанс, и избавил их от всех этих неприятностей.

- Что ж, - вмешался папа, - по крайней мере, у нас есть возможность уничтожения Альдераана. Это то, что может привести к восстаниям по всей планете.

Это был опасный ход мыслей. Лея покачала головой.

- Нет, этого не будет.

Оби-Ван нахмурился.

- Ты уверена?

Она вздохнула, взвесила в уме все "за" и "против" того, чтобы рассказать им об этом, и выложила ему жестокую правду.

- Да, потому что фактическое уничтожение Альдераана к этому не привело.

Люк рядом с ней ахнул, и его рука немедленно нашла ее руку под столом. Она приняла утешение, но сохраняла нейтральное выражение лица, когда смотрела на мать и отца.

- Первоначально Альянс думал так некоторое время. Из этого ничего не вышло. Альдераан исчез; этого нельзя было скрыть, но Империя замяла это.

- Замяли это? - Спросила мама, ее голос дрожал от гнева. - Как Империи удалось замять тот факт, что они уничтожили целый мир?

Лея поморщилась.

- Когда Альянс взорвал Звезду Смерти меньше чем через день, Империя оказалась в затруднительном положении. С одной стороны, они уничтожили планету, чтобы держать галактику в узде. С другой стороны, это оружие исчезло, уничтоженное теми самыми повстанцами, с которыми они пытались покончить. - Она вздохнула: - Они солгали, мама. Было заявлено, что это было "стихийное бедствие", которое привело к уничтожению планеты.

Папа пробормотал:

- Галактика приняла это?

Лея фыркнула.

- Я бы сказала, что около пятнадцати процентов населения действительно верили, что это так. - Люк выглядел разочарованным, но Лея продолжила: - Остальная часть галактики разделилась на три другие группы. Больше всего было тех, кто верил в правду, но был слишком напуган, чтобы что-либо предпринять, или они были готовы проглотить эту ложь ради чувства порядка. Затем были те, кто знал, что это правда, но хотел, чтобы империя осталась у власти по своим собственным различным причинам. - Увидев гримасу Оби-Вана, она цинично улыбнулась. - Власть притягивает власть, и всегда найдутся те, кто считает, что они могут продать всех остальных, если это даст им преимущество.

Люк выглядел грустным.

- Значит, это было бессмысленно?

Она покачала головой.

- Нет, никогда. Ни одну планету не постигла та же участь, что и Альдераан. Это победа, стоящая жертв. И все было не так уж плохо. Мы действительно наблюдали приток наличных денег и расходных материалов, в которых после Явина и Скарифа остро нуждались.

Она размышляла о политике того первого года, пытаясь рассмотреть ее с точки зрения того, что могло бы быть полезным здесь, не выдавая слишком многого.

- Империя также стала намного более хрупкой. Альдераан был центральным миром с долгой историей и, несмотря на всех политических агитаторов, прибывших с нашей планеты, не участвовал в открытом восстании. Тот факт, что Таркин все равно уничтожил его, заставил многие миры думать, что, что бы они ни делали, они не выживут. И определенно наблюдался всплеск активности независимых ячеек. Но, как я уже сказал, император все отрицал. Мы действительно видели приток новых рекрутов, но не оттуда, откуда вы могли бы подумать.

Заговорил Оби-Ван.

- Имперские войска. - догадался он.

Она кивнула.

- Да, довольно много из них. Много офицеров тоже. Они присоединились, потому что хотели навести порядок и стабильность в галактике. Взрывать гражданские планеты - это не то, что они имели в виду. - Она вздохнула. - Многие имперцы, которые пришли к нам, были теми, кто в глубине души был порядочным и пытался быть справедливым. Когда они дезертировали, Империя расправилась с ними еще жестче, и без их голоса и противодействия режим стал еще более жестоким. В конечном счете, это было благом для нас, но многие люди в галактике заплатили за это высокую цену.

- Однако, это не наша проблема, - вставил папа. - Таркин объявил о своих намерениях на всю галактику. Империя никак не может отказаться от этого.

- Нет, но мы сражались, и тем самым подвергли Альдераан опасности, - резонно заметил Оби-Ван.

Лея ощетинилась.

- Таркин все равно взорвал бы планету.

- Да, но галактика этого не знает. Мы утверждаем, что защищаем их, и мы нанесли серьезный удар по Империи, - отметила ее мать, - но риск все равно был принят. Империя может отрицать то, что сделал бы Таркин, и теперь, когда он мертв, нет никакого способа опровергнуть это.

- Нам нужна пропаганда. Какая-нибудь. - Лея обдумала это в своей голове, в прошлый раз она была лицом Восстания. Она и Люк, последние джедаи и последний лидер Альдераана. Но она ненавидела это, и Люку тоже было не по себе. Все пошло прахом, когда выяснилось их происхождение. Так что давайте на этот раз избежим этой проблемы. Ее взгляд упал на мать. Она всегда лучше справлялась с более публичными аспектами роли правительницы Альдераана. И если происхождение Леи снова станет достоянием общественности, последствия будут гораздо более сдержанными. Взять к себе ребенка злого, кровожадного ублюдка было куда более сочувственно, чем быть упомянутым ребенком.

- Мы должны сделать голограммы и распространять их, - сказала она, глядя матери прямо в глаза. - Но о тебе.

- Почему я? - спросила она, сбитая с толку.

- Речь, которую вы произнесли вчера на военном совете, была хорошей. И объясняет причины, по которым Альянс пошел на такой риск. Нам пришлось бы подправить некоторые ее части, но это могло бы сработать. - Лея обдумала возможности. - Мы все еще могли бы вызвать такое же негодование. Таркин был готов уничтожить целый мир только для того, чтобы подчинить себе нескольких диссидентов. Этим диссидентам удалось защитить мир, которому он угрожал. Возможно, мы не получим такой же реакции, но с исчезновением "Звезды смерти" мы, возможно, сможем убедить людей, что способны защитить их. И Мон права, у вас действительно есть суверенитет над нашим народом. Это было ваше решение. Вы также придерживались строгой политики нейтралитета в вопросе Восстания.

Люк выглядел озадаченным.

- По крайней мере, публично, - объяснила она. - Таркин, угрожающий нашему миру, - вот что побудило вас сделать это заявление.

- А что насчет наших людей? - Настаивал папа. - Если она это сделает, Империя в отместку сожмет Альдераан. По крайней мере, несколько гарнизонов и временный губернатор. Можно причинить много вреда, если она открыто бросит вызов Палпатину в этом вопросе.

Лея прикусила губу.

- я знаю. Но мы также должны учитывать возможность того, что даже если мы ничего не скажем, Империя все равно это сделает. Сам Альдераан не имеет к этому никакого отношения, но это символ неповиновения, и они не могут оставить это без внимания. По крайней мере, таким образом, наши люди знают почему.

Папа вздохнул, а Оби-Ван выглядел задумчивым. Мама кивнула.

- Она права, Бейл. Мы ничего не можем сделать с теми ресурсами, которые у нас есть сейчас, чтобы помочь. Лучший способ защитить наш народ - это свергнуть Империю целиком.

- Распределение будет проблемой, - отметил ее отец.

- Да, так всегда, - возразила Лея. - Но если мы ничего не скажем, Империя заполнит это молчание.

Он вздохнул, но кивнул.

- Тогда это то, что мы скажем совету. Спасибо тебе, Лея, за твой вклад. Это было очень полезно. - Оба ее родителя поднялись, как будто собираясь уйти, но Лея прочистила горло, чтобы привлечь их внимание

- У меня есть еще один вопрос, который я хотела бы, чтобы вы затронули на собрании, - сказала она. Папа и мама недоуменно переглянулись, но вернулись на свои места.

- Что тебя беспокоит, Лея? - спросила ее мать.

- Люк. - Ее брат бросил на нее испуганный взгляд, и она ободряюще улыбнулась ему. - О его личности, более конкретно. Я бы хотела, чтобы вы надавили на Альянс, чтобы он сохранил в тайне имя пилота, уничтожившего "Звезду смерти". Или, по крайней мере, настолько секретно, насколько это вообще возможно.

Папа нахмурился.

- почему? Это хорошая история. Фермерский мальчик из Внешнего кольца, чья единственная семья была убита Империей, сумел нанести Империи тяжелый удар. Нам нужен весь хороший пиар, который мы можем получить, Лея. Ты это знаешь.

Она кивнула.

- Мы делаем. И я не оспариваю эффективность этой кампании. Но чем дольше мы сможем продержаться без того, чтобы Вейдер или император узнали о личности Люка, тем лучше будет для всех нас. - Папа выглядел задумчивым, а затем медленно оглядел Оби-Вана.

- Что ты думаешь? - спросил он Мастера-джедая.

Пожилой мужчина вздохнул.

- Она не ошибается.

Вмешался Люк.

- Я не боюсь последствий того, что я сделал, - настаивал он. - Это нужно было сделать, и если это подвергнет меня опасности, так тому и быть. Если это поможет Восстанию, я хочу это сделать.

Мама покачала головой.

- К сожалению, все не так просто, Люк. В галактике, как нам известно, есть ровно два человека, которые обладают потенциалом уничтожить Вейдера и Императора. И оба они находятся здесь, в этой комнате. Лея несколько раз повторила, что у нее нет желания обучаться на джедая, и мы уважаем это решение. Вы действительно хотите пройти обучение, но пока не готовы. Речь идет не о том, чтобы прятаться, речь идет о защите ценного союзника, пока он не будет готов.

Люк выглядел упрямым, но он не был не согласен с общей точкой зрения.

- Кроме того, - сказал папа. - У нас есть еще один человек, которого мы можем использовать в аналогичном качестве.

Бровь Оби-Вана приподнялась.

- Правда?

Улыбка папы стала еще шире.

- У нас есть ты.

- извините?

- У нас есть ты, - повторил ее отец. - У нас есть знаменитый генерал-джедай времен Войн клонов. Тот, кто имел репутацию блестящего тактика и, что более важно, не был вычеркнут из официального повествования о войнах клонов.

Оби-Ван выглядел озадаченным этим.

- Почему бы и нет?

- Ты командовал почти пятой частью армии Великой Республики, Оби-Ван. Это трудно обойти. Плюс за тобой никогда не было подтвержденного убийства. Император хотел, чтобы о тебе помнили на случай, если кто-то наткнется на тебя. Если бы тебя стерли, найти тебя было бы намного сложнее, - объяснил папа. Лея предположила, что на Татуин просачивалось не так уж много пропаганды. На территории, контролируемой хаттами, в таких шагах действительно не было необходимости. Империя предоставляла хаттам свободу действий, и до тех пор, пока эти огромные слизняки платили свои "налоги", Империя была склонна позволять им править этой областью космоса так, как они считали нужным. Хотя, судя по тому, что рассказал ей Люк, правление хаттов было таким же плохим, как и правление Империи, если не совсем таким же образом.

Лее понравилась эта идея.

- Само ваше существование является символом неповиновения, - сказала она. - К тому же мы не стали бы выдавать ничего, о чем Империя еще не знает.

На лице Оби-Вана появилась самоуничижительная ухмылка, когда он посмотрел на них.

- Едва ли не в первый раз в моей жизни я оказался в центре внимания общественности, чтобы успокоить волков. Я надеялся, что мое изгнание положит конец подобным вещам, но, увы, этому не суждено было случиться. - Он махнул рукой, когда Люк открыл рот, чтобы возразить. - Нет, это надежный план, Люк. Я не возражаю, я просто поражался интересной иронии судьбы.

Люк определенно не выглядел довольным всем этим, но кивнул. Повернувшись к ее родителям, он спросил:

- Мы собираемся кому-нибудь сказать, что Лея - моя сестра? - Ее мать выглядела пораженной, но покачала головой

- Нет, мы этого не планировали.

Люк кивнул головой.

- хорошо. Как вы сказали, Лея не хочет быть джедаем, но если бы всем было известно, что она родственница мне и Энакину Скайуокеру, на нее было бы оказано большое давление, чтобы она сделала это.

Несмотря на то, что она была в восторге от его инициативы принять участие в разговоре о его собственных проблемах, Лея почувствовала укол раздражения. Это она должна была защищать его, а не наоборот.

- Я способна сказать "нет" Люк.

Он обратил к ней свои широко раскрытые глаза.

- Я не думаю, что кто-либо, кто когда-либо встречал тебя, думал иначе. Но ты и не должна этого делать. Если люди не знают, что мы родственники, тебя это не беспокоит". Она не могла спорить с его логикой, и он уважал ее пожелания относительно их отношений, но это все равно немного раздражало ее. Тем не менее, она кивнула.

Папа огляделся.

- Есть что-нибудь еще? - Все покачали головами. - Отлично, нам пора идти. - После того, как ее мама встала, она наклонилась и поцеловала Лею на прощание в щеку. Затем с озорной улыбкой она приложила одну из них к испуганному лицу Люка, и они с папой взбудоражили всю комнату.

Люк задумчиво посмотрел на нее.

- Что ж, эта встреча не была скучной или даже такой долгой.

Она рассмеялась, и даже Оби-Ван выглядел удивленным.

- Я бы не рассчитывала, что следующая пройдет так же хорошо, - криво заметила она. - Редко встретишь группу людей, в которых так много здравого смысла. - Джедай встал, направляясь вслед за её родителями.

- Оби-Ван, - крикнула она ему вслед. - Могу я перекинуться с тобой парой слов наедине?

Он остановился и задумчиво посмотрел на нее.

- конечно.

Люк ухмыльнулся и в последний раз сжал руки Леи.

- Мне нужно заполнить кое-какие бумаги с моим командиром, так что я свяжусь с вами позже. - Он встал и повернулся к Оби-Вану. - Я буду в кабине пилота, когда вы закончите свою встречу с Верховным командованием.

Оби-Ван кивнул в знак признательности и повернулся обратно к столу. Он опустился на скамью, которую только что освободили ее родители.

- Что я могу для тебя сделать, Лея? - любезно спросил он.

- Где ты собираешься тренировать Люка? - она спросила.

Он выглядел озадаченным резкой сменой темы, но ответил спокойно.

- Я думал отвезти его в изолированный мир и провести его обучение там. - объяснил он. - В этом месте слишком много отвлекающих факторов. Ему нужно сосредоточиться на этом. Путь джедая нелегок

Она покачала головой.

- Нет, Восстанию нужен Люк.

- Восстанию нужен обученный джедай.

Она закатила глаза.

- Восстанию нужен командир Люк Скайуокер. Он умен, быстро учится и прирожденный лидер. Предстоит слишком много миссий, в которых он играет важную роль.

Бровь Оби-Вана приподнялась.

- И это не о том, что ты скучаешь по своему брату и хочешь восстановить эти отношения? - Вокруг него витала легкая атмосфера неодобрения.

Лея подавила свое раздражение. Он не знал ее. Он не знал истории ее и Люка. Конечно, она скучала по Люку, но она жила без своего брата раньше, и она могла бы сделать это снова.

- Дело не в желании удержать его рядом, Оби-Ван. Речь о том, что необходимо. Он нужен нам.

- Я думал, ты хотел, чтобы я ускорил его обучение?

Что ж, она должна, по крайней мере, объяснить это в контексте, если хочет, чтобы он ее выслушал.

- Он начал только через три года после этого, пока ты выдерживаешь этот срок, я думаю, у нас все в порядке.

Оби-Ван выглядел задумчивым.

- Ну, так как многое из старого способа ведения дел стало непрактичным, мы пока попробуем по-твоему.

Она улыбнулась ему.

- Кроме того, ты нужен мне здесь, есть миссия, в которой, я думаю, ты захочешь принять участие. И чем скорее мы начнем, тем лучше.

Он выглядел заинтригованным.

- Действительно, и что это такое?

Она усмехнулась.

- Мы собираемся ограбить хатта. Граккус Хатт, если быть точным.

- И почему мы собираемся совершить акт воровства против криминального авторитета?

- Потому что у него самая большая коллекция джедайских голокронов и световых мечей, о которых я знаю в галактике.

При этих словах Оби-Ван замер, а затем на его лице появилась резкая, свирепая усмешка.

- Моя дорогая, - сказал он приятным голосом, - никогда не говори, что ты не знаешь цены хорошей взятке.

Она улыбнулась в ответ так же свирепо.

- У меня были одни из лучших учителей в галактике".