Петропавловская Ольга. Мой адрес не дом и не улица

Мой адрес не дом и не улица...

Моя мама космополит. Это она сама так себя называет, и меня заодно. Звучит красиво, и даже весьма современно, но на этом лично для меня все положительные аспекты данного статуса заканчиваются. Ведь по сути, если отбросить все околофилософские теории, мы всего лишь те, кому не нашлось места в родной стране. У нас нет дома, есть лишь временное пристанище. Нет близких друзей, есть лишь случайные знакомые или в лучшем случае приятели и единомышленники. Иногда мне кажется, что у меня нет даже имени, ведь все эти люди неустанно коверкают его на свой лад. Так из Олеси путем многоступенчатой трансформации я вдруг превратилась в Лесли. И никому нет дела, как меня на самом деле зовут, кто я и что у меня на душе. Зато, как говорит мама, перед нами открыт весь мир.

В детстве я не понимала, зачем мне мир, если я хочу котенка. А мама отшучивалась и мягко убеждала, что котенок, да и вообще животные в доме, это пережиток мещанства, а мы ведь космополиты. Тогда я не знала значения ни того, ни другого слова, но четко уяснила, что "мещанство" - плохо, а "космополитизм" - хорошо. А еще, что человек не имеет права ограничивать свободу другого живого существа, будь то кошка, собака или волнистый попугайчик.

Но со временем мое восприятие космополитизма дополнилось конкретикой и заметно трансформировалось. Может быть, древние греки действительно вкладывали в это понятие нечто возвышенное, и ставили общечеловеческие интересы превыше местечковых, хотя и они вряд ли включали в сферу своих космополитических воззрений другие, совершенно чуждые им цивилизации. Но многовековая история человечества внесла свои коррективы, от которых уже никуда не деться. И сегодня в отличии от греческих философов, считавших каждый город своей страной, современные космополиты не ощущают родства ни с одним местом на земле. Мы бродяги. Или проще говоря изгнанники. Только мама не согласна с этим определением и в угоду ей я готова называть нас космополитами. Какая разница...

Гораздо важнее другое - в моей собственной голове царит уродливое месиво языков. Почти забытый русский, обрывочные фразы и слова из турецкого, итальянского, испанского, французского и более-менее связный английский. В отличие от мамы, я вовсе не полиглот - иностранные языки проникают в мой мозг с мучительным скрежетом и почти мгновенно забываются при очередной смене страны проживания, оставляя после себя бессвязные, исковерканные слова, безобразными заплатками накладывающиеся на мою речь.

Мама искренне пыталась мне помочь, убеждала, что все со временем придет в норму. Я обязательно привыкну, и моя речь станет гораздо более связной. Нужно только очень стараться и ни в коем случае не отчаиваться. Я верила. Училась, и порой это даже давало какие-то ощутимые результаты... И вдруг жизнь совершала очередной кульбит, забрасывая нас куда-нибудь, где все начиналось сначала. Другая страна, другие люди, другой язык... И я, невнятно лопочущая что-то на гремучей смеси языков.

Кто-то, вероятно, усомнится в правдивости моих слов. Более того, я сама отлично понимаю абсурдность ситуации: не каждый день встретишь пятнадцатилетнюю девушку, не владеющую ни одним языком мира в совершенстве. Как же я общаюсь с мамой, например? Но все не так просто, как кажется...

По словам мамы, заговорила я на удивление рано... на очаровательной смеси турецкого и английского. Первый - родной язык моего отца, а второй - тот, на котором общались между собой мои родители. Мама была уверена, что я унаследовала ее способности, но - жаль - ошиблась.

А потом произошло то, что раз и навсегда изменило мою жизнь. В трехлетнем возрасте я осталась без мамы. То есть где-то она, конечно, была - даже не где-то, а в далекой Риге - но вовсе не со мной.

Мои многочисленные тетушки с бабушкой во главе, а вместе с ними и все соседи в один голос твердили, что меня родила непокорная русская потаскуха - тварь, недостойная называться женщиной, а тем более женой уважаемого человека. А еще то, что именно греховный отказ моей мамы носить хиджаб вызвал гнев Аллаха и стал главной причиной безвременной кончины дедушки, а вслед за ним и двух старших братьев моего отца.

Мама появилась неожиданно, примерно через год. Тихая, почти незаметная, с ног до головы закутанная в длинное черное одеяние, открывающее только ее светлые, ярко подведенные сурьмой, глаза. Приложив палец к губам, она взяла меня за руку и повела на окраину деревни. Там нас ждала сильно запыленная машина с улыбчивым светловолосым мужчиной за рулем. Мы уехали на мамину родину - в Ригу...

Там все говорили на совершенно непонятном мне языке - русском. Ругали маму, и еще кого-то, яростно сотрясали воздух маленькими фиолетовыми книжечками - как я потом узнала от бабушки, паспортами неграждан Латвийской Республики - и постоянно косились на меня. А еще там было очень холодно, особенно зимой.

Мы прожили в Риге недолго. Через год - или, может быть, больше - мама прибежала домой с работы, испуганно озираясь по сторонам, что-то прошептала на ухо бабушке и начала, лихорадочно бегая по квартире, собирать чемодан. Потом опустилась передо мной на колени, прижала к себе и, почему-то плача, сказала по-английски, что она меня никому не отдаст.

Комментарии: 7, последний от 09/07/2012. © Copyright Петропавловская Ольга (petrika_petrika@mail.ru) Размещен: 18/04/2012, изменен: 25/02/2013. 6k. Статистика. Статья: Проза Анонсы Иллюстрации/приложения: 8 шт. Скачать FB2		Ваша оценка:
Аннотация: Это не произведение, это анонс... Но мне, как автору, очень важно знать ваше мнение... Стоит ли? Аннотация: Она - Лесли. Капризная, взбалмошная, затаившая обиду на весь мир, ученица привилегированной английской школы-интерната для девочек. Русская по матери, итальянка по паспорту, космополитка по принуждению. Он - Мартин. Обыкновенный немецкий подросток, в меру покладистый, в меру испорченный, много думающий о сексе и собственной музыкальной группе. У них нет ничего общего. Их разделяют тысячи километров, языковой барьер и полу-иллюзорные границы Евросоюза. Они живут в параллельных мирах, которые по всем законам логики просто не могут пересечься. Но судьба упорно пытается свести их вместе. Сталкивает в толпе и тут же, будто испугавшись собственной шутки, разводит в разные концы Европы, чтобы вскоре вновь связать их незримой нитью...

Петропавловская Ольга Мой адрес не дом и не улица

Петропавловская Ольга
Мой адрес не дом и не улица