# По лезвию ножа иду я в лучший мир

Артем Дмитриевич Петров

Повесть входит в цикл "Естественный отбор". События охватывают временной период от начала первой книги до ее середины, и преподнесены от лица Ольги. Завершена, признана самим автором неудачной

По лезвию ножа иду я в лучший мир.


## Глава 1


В 20 километрах от Перми. 13 ноября. 2008 год.

Обычно сходки на даче у Жеки мне никогда не нравились. В его халупе холодно даже летом, повсюду грязь, и ее становилось все больше с каждым годом. Лишь cредка кто-то сподобится выкинуть бутылки. Свиньи... у меня в комнате тоже не стерильная лаборатория, но вашу мать...

И все же это в разы лучше, чем быть дома. Тем более, сегодня был не самый плохой вечер. Хоть шампуры новые купили, и даже криворукий Миша пожарил норм такой шашлык, по крайней мере, хорошо пошел под дешевое пиво. Но главное совсем не это.

Было холодно, печка почти не грела, и я с удовольствием   прижималась к теплому боку Вити, почти забыв обо всем плохом. Мы встречались всего пару дней, но уже выглядели как пара. По крайней мере, мне хотелось в это верить.

Все-таки непросто было получить одного из самых привлекательных парней в ПТУ. Пришлось порвать с лучшей подругой, которая никак не хотела понимать русский язык и не собиралась уступать... что ж, пришлось оттаскать ее за волосы. Но я не хотела разбивать ей нос о стену, вышло случайно. Жаль, правда, тогда не оказалось камеры, зрелище было еще то!

Но стоило убрать Алю с пути, появилась эта тварь по имени Вика... не прям красавица, но почему-то половина нашей шараги за ней бегало. Только мой Витя внимания на нее не обращал, а тут она вдруг решила с ним замутить и почти добилась своего!

К счастью, долго это не продлилось. Стоило им поссориться, как вот он здесь... со мной... мой.

И больше никто не нужен. Может, хоть он родителям понравится? А то толстенький Миша и щуплый Жека, к тому же оба полумеры, им не нравились. Да и мне тоже...

Хотя, голос у Жеки ничего, петь умеет. Вот и сейчас перестал играть на гитаре тупую попсу и вернулся к классике:


И две тысячи лет война,

Война без особых причин.

Война - дело молодых.

Лекарство против морщин...


Не то что я была фанаткой Цоя, но было что-то в этой песне...

- Пойду, отвечу, - Витя вдруг зашевелился на диване и освободился из объятий, выкинув меня из приятных грез.

Проклятый телефон!

- Да ладно тебе, а...

- Мать звонит, не хочу сегодня ссориться с ней, отвечу, - его безразличный тон нисколько не пугал, он ведь со всеми так говорил, я точно знаю.

Точно, со всеми. Весь такой тихий и загадочный, сразу производил ошибочное впечатление. Сам ненамного выше меня, но такой широкоплечий и длиннорукий, что поначалу было страшно с ним обниматься. Утонуть в таком увальне - это запросто.

А вот отпускать непросто, даже на пару минут. Надеялась, что никогда не почувствую себя влюбленной уррой, но так уж вышло. Все думаю об этом невозмутимом лице, которому пусть и недостает мужественности, но веет некой силой, и это притягивало. В общем, бесполезно даже кому-то что-то расписывать, все равно никто не поймет.

- Еще будешь? - подсел тут Жека и протягивает свою грязную тарелку с остывшим шашлыком, стоило только Вите выйти наружу с мобильником.

- Отвянь, не хочу, - махнула я рукой и отодвинулась.

Грязь преследовала Жеку везде, это какая-то болезнь, внатуре! Руки, лицо, одежда, везде что-то с ним не в порядке. Даже страшно подумать, что у него во рту. К счастью, говорить он умел, почти не размыкая губ.

- Слух, он ушел, наконец, могу тебе сказать, что не мамка ему звонит, - я едва не уронила почти опустевшую бутылку пива, за которой потянулась.

Жека и Витя дружат давно, до сих пор, правда, непонятно, что их держит вместе. Но все равно я отказывалась верить всей этой чуши. То, что Жека давно на меня слюни пускает, не секрет. А уж как с Витькой все, наконец, начало получаться, так и вовсе ходит мрачный.

- Мне плевать, - но запудрить мозги не вышло, пиво помешало.

Кашляя, я отставила бутылку. Когда мне сообщают что-то подобное, комок в горле такой, что вот-вот начнешь задыхаться.

- Он прав, - тут же возник неповоротливый Миша, куривший где-то на кухне.

- Не кури внутри моего дома! Сколько раз говорил! - пригрозил Жека.

Но наш общий друг не боялся. Никто не станет с ним всерьез связываться. Несмотря на невинное круглое лицо, толстяк выглядел опасным. Да и характер у него еще тот, если довести.

Такая вот компания собралась. Еще четверо свалили час назад, ибо жили слишком далеко. А я хотела уехать с Витей... или даже заночевать с ним в машине, неважно. Я слишком устала ждать и не хотела ничего слушать, особенно от этих двоих.

- Я тебе, как друг говорю, а ты не слушаешь, - вновь возник Жека, подсев поближе. - Ничему ты не учишься, уже перед каким по счету хахалем пытаешься ноги раздвинуть... Ааа!

Оставив ему четыре ярких царапины на лице, я гордо направилась на выход, но тут путь перегородила туша Михи.

- Бешеная сука! - раздалось сзади.

- Тебе тоже надо?!

К черту этих идиотов, тоже мне, "друзья"...

Миша не стал возражать и отошел в сторону.

- Вспомни о нас когда-нибудь, что мы пытались тебе помочь, - но я упрямо шла вперед, потому что слушать истерики Жеки и долгие бесполезные рассуждения Миши - это чересчур на сегодня.

Но стоило выйти на улицу, как ноги едва не подкосились от ярости. Ни удивления, ни испуга. Длинные ногти впились до крови в ладони, а через мгновение едва не вонзились глубоко в лицо этой рыжей твари Вики!

Он использовал меня! А теперь прижимает ее у подкосившейся яблони... нож... нож был на кухне, пусть тупой, но убить смогу. Смогу!.. Но не вышло.

Очнулась я, когда поняла, что стою где-то в лесу в промокших от снега осенних кроссовках. Слезы стекали по лицу вместе с расплывшейся дешевой косметикой.

- Сволочь... ничего... меня... с такими... разговор короткий... - глотая слова, я пыталась успокоиться.

С десяток изощренных планов мести промелькнуло в голове, и на каждый хватило бы решимости. Обещала, что больше не сбегу, как сейчас. Плевать на последствия, на все плевать... что меня здесь держит вообще?!

Не зная, куда идти, я пошла еще глубже в лес. Зачем? Не знаю. Здесь заблудиться нельзя, рано или поздно выйдешь на какую-нибудь дорогу, а там, наверное, к утру удастся добраться до города. О маньяках или зверях даже мысли не возникло...

Но когда стих ветер, и мне вдруг стало не по себе. Кто-то наблюдал за мной. Все обиды сразу забылись, а руки задрожали от неприятного чувства. Прежде чем я успела повернуть обратно, полная Луна скрылась за густыми тучами. Впервые за всю жизнь страх темноты довел до паники...

Пока я, скуля, пыталась достать из тоненького кармана джинсов проклятый телефон и позвать на помощь, что-то черное выпрыгнуло из тени и чуть не откусило мне голову в одно мгновение...

Крик оборвался еще в легких. Боль прошла куда-то мимо, несмотря на то, что огромные клыки прокусили плечо насквозь. Дрожащие пальцы коснулись морды страшного зверя. Желтые горящие глаза, наполненные яростью и голодом, навсегда отпечатались в памяти...


Даже самое тяжелое похмелье не похоже на тот момент, когда я проснулась и снова увидела небо. Лунный свет обжег глаза так, что пришлось уткнуться лицом в снег с тихим воем. Все тело не находило себе места, будто любое бесполезное движение спасет жизнь.

Не в силах справиться с конвульсиями, я с хриплым воплем побежала прочь, пока не врезалась животом в поваленное дерево.

Кажется, в этот момент даже стошнило... но неважно, ведь наступило долгожданное облегчение. Да такое, что я почувствовала себя... заново родившейся. Может, так оно и было.

Пальцы медленно нащупали место укуса сквозь разорванную куртку...Ничего?! Невозможно! Я скинула с себя верхнюю одежду, не чувствуя холода. Все вокруг заляпано засохшей кровью, но никакой раны...

Неужели все приснилось? Тогда откуда кровь? Какая разница, что произошла? Хотя, если это загробный мир, то это самая скучная его версия...

После водоворота мыслей забыв про растерзанную куртку и телефон где-то на снегу, я с пустой головой, будто зомби, побрела куда-то сквозь лес, не думая о том, что чертов неизвестный зверь, которому не захотелось меня доесть, может быть где-то рядом.

Где-то на середине пути меня отпустило, и я упала на колени, в этот раз заревев по-настоящему. Перед взором стояли, не исчезая, эти проклятые желтые глаза. Но обиднее всего было, что он предпочел бросить добычу, а не закончить начатое...

Потом я поняла, как мне хотелось домой. Как бы там не было противно, хотелось домой любой ценой.

Я не помнила, как дошла. Помнила лишь робкий рассвет.  Что продрогла до смерти. Горло саднило так, будто кто-то внутри шуровал колючей проволокой. И каждый чих был болезненным. К счастью, хотя бы ключи из кармана джинсов не выпали, и не пришлось стучать в дверь со сломанным звонком.

Но надежда, что родичи не проснутся, не оправдалась. Мать встретила меня в темном коридоре и даже не включила свет, что-то говорила в своей педагогической манере, пыталась преградить путь. В конце концов, она сдалась и, дав хлесткую пощечину в ответ на молчание, убежала плакать на кухню. Щека противно горела, но впервые за долгие годы мне стало по-настоящему жалко маму... но не так сильно, чтобы пойти ее утешать.

. Хорошо еще, что в темноте прихожей ей на глаза не попались пятна крови на серой толстовке, иначе я так и не смогла бы добраться до спасительной кровати...


Пермь. 12 декабря. 2008 год.


Казалось, что после исчезнут все неприятности, я проснусь в новом мире или в лучшей версии старого. Или не проснусь вовсе, пребывая в сладостном забытье без сновидений.

К несчастью, судьбе, похоже, нравилось пинать мою искалеченную душу. После пробуждения мать и отчим устроили очередную головомойку, подивившись при этом моему полному безразличию. Обычно все заканчивалось громкой перепалкой, от которой устали все соседи по захолустной хрущевке. Но вместо получаса криков рано утром все сошло на "нет" через пару минут. Как же раньше не пришло в голову, что все может быть так просто, если закроешь рот?

Кровь, разумеется, заметили, но вранье, что мы разделывали подстреленного отцов Жеки кролика, прокатило без проблем, особенно с легковерным отчимом. Тем не менее, я решила избавиться от проклятой одежды, чтобы не осталось напоминаний. Да и нечего там вспоминать, наверняка все приснилось. А кровь... не было ее. Просто не было.

За потерянную куртку тоже досталось, но главным наказанием стало воспаление легких. Кашель мучил такой, что, казалось, легкие вот-вот окажутся прямо на больничной койке. Соседи или настырные или храпят всю ночь, а то и вместе.

И все же у меня появилось много времени подумать о разных вещах. Правда, ни к чему жалкие терзания не привели. Не осталось даже сил злиться, а слезы окончательно высохли на третью ночь.

Я поражалась тому, как вся жизнь вдруг потеряла краски, пусть и до этого большую часть времени ничего, кроме раздражения и злости, не было. Теперь и лучшей подруги лишилась, не с кем поделиться тяжестью на душе. Жека и Миха, что заходили пару раз, не годились для столь близких разговоров. А родичи? Это смех, да и только... возможно, брат, когда подрастет, сможет понять хоть что-то. Впрочем, растет он в папашку-пустослова, поэтому стоило оставить глупую надежду.

Однако, заточение в больнице пошло лишь на пользу, удалось хоть отдохнуть ото всех. Правда, под конец уже стало невмоготу. Поэтому, когда я резко и неожиданно выздоровела, то быстро оттуда свинтила, наплевав на профилактику и обследования. Почти три недели в белых палатах кого угодно могут довести до белого каления.

На этом странности и не думали заканчиваться. Все больше привлекал вид сырого мяса, да и в целом аппетит был такой, что сначала радовал мать, боявшуюся, что я стану анарексичкой, но потом превратился в повод для упреков за перевод продуктов.

Настроение стало еще хуже, чем раньше, апатия сменялась взрывами ярости. А по ночам, когда голова полностью очищалась от накопившегося за день мусора, я думала о парнях... о Вите... черт, даже о своих друзьях-придурках. Никогда раньше не было такой тяги... а теперь даже Жека выглядел не столь... отвратительным.

Мне начало казаться, что я стала лучше видеть, хоть и раньше вполне обходилась без очков. Да и другие чувства... но я совсем закрылась в себе, не хотела ничего об этом знать, весь мир давил так, что хотелось раздвинуть стенки хоть чуть-чуть и глотнуть спасительного воздуха....

Последней каплей для родичей стал мой обморок пару дней назад. Срубило прямо за завтраком. Врач со скорой сказал, что мое тело просто горело, но вдруг все прошло. От больницы я наотрез отказалась, и до сегодняшнего дня ни врачи, ни родичи меня не трогали.

Стоило забыть про обморок, как вскоре вдруг поменялось в лучшую сторону. Впервые за долгое время я словно летала. Хотелось бегать, неважно как долго и далеко, главное не останавливаться. Мне всегда ставили не больше тройки по физкультуре, но теперь и наши парни могли посторониться!

Чудесное настроение, разумеется, надо было испортить сегодня вечером. Собрался семейный совет, даже двенадцатилетного братца позвали. Максимка, может, и не дурак, да и, на самом деле, самый искренний и живой из нашей семейки, но не место ему было здесь, ох, не место...

- Оля... - нервно теребя руки, лежавшие на гостином столе, начала мать. - Мы звонили в твоей колледж, когда тебе стало плохо... чтобы сказать о том, что ты не придешь, - тут у меня все оборвалось внутри, - и выяснили, что ты так ни разу там и не появилась с тех пор, как тебя выписали...

- Это неприемлемо, - сухо добавил отчим, заставив забыть на мгновение о надвигающихся проблемах.

Непонятно, что моя достаточно красивая и еще молодая мать нашла в этом хлюпике четырнадцать лет назад. Весь такой нескладный, роста ниже среднего, лысый и в очках. Таким жить в обнимку с компьютером, а не чужих матерей охаживать. И еще думал, что поучать имеет право!

- Мне... мне нужно было время, чтобы подумать, - я не хотела провоцировать ссору, но и оставлять за ними последнее слово нельзя.

Но даже тактичность, или как ее там, не помогла....

- И как?! Подумала?! - сорвать мать.

- О чем? - с неподдельным интересом спросил Максим, пытаясь сгладить ситуацию.

Теперь я поняла, зачем он был здесь. Родичи хотели смягчить удар для себя и для меня. Что ж... не вышло.

- Обо всем... о том, как все вокруг неправильно.

Любая откровенность с матерью и отчимом бесполезна. Они просто неспособны на спокойный разговор, не видят дальше собственного носа и не хотят считаться с чужим мнением. Максим для них был идеальный ребенок, послушный, делал все, что велели, и не делал того, что строго запрещали. И вырастет безынициативным дебилом, таким же, как Миша.

- Мне бы быть таким же мудрым в твои двадцать, Ольга, - ехидно усмехнулся отчим. - Если все вокруг тебя неправильно, то ты, значит, прекрасно знаешь, как надо, не так ли?

Я ненавидела эту его манеру иронизировать, кормить окружающих противным сарказмом, да и вообще вести себя как самый умный в комнате. То, что он кандидат наук, ничего не значило. Работает преподом по черчению, хотя мог стать архитектором или кем еще, но уже раз пять рассказывал нудную историю про то, как в тяжелые девяностые не вышло у него ничего... чушь собачья, будь он мужчиной, то добился бы. Все его поступки только подтверждали каждую мою мысль с первого дня его знакомства с матерью.

- Не знаю, - огрызнулась я. - Но просто так сидеть и радоваться может только слепой или дурак...

Весь мат при родичах из меня давно выбили, да и не хотелось при братце материться, пусть лучше с улицы хватает, если уже не нахватался.

- Ольга! - мать вскочила со стула, в последнее время она совсем стала нервная, да и отчим под стать, хоть и прячется за маской спокойствия. - Мы каждый день...

Тут уже вскочила я, очередную нотацию "про каждый день, что они жертвуют ради меня".

- Мы каждый день живем как какие-то неполноценные! Посмотрите вокруг! Ремонта не было двадцать лет, вся квартира разваливается, как какой-то бомжатник! Всю жизнь свою: вечером пришли и уткнулись в телек! - мне стоило остановиться, но тут меня прорвало. - Только бабушка с дедушкой действительно понимали, как жить, как стремиться к чему-то! А вы все на своих работах, которые приносят вам гроши! И вы трясетесь за это место всю жизнь и скулите чуть что, если жизнь вас пинает! Не вам! Меня! Учить!

Пальцы сжали деревянный стол так, что тот натужно заскрипел. В глазах на мгновение помутнело, казалось, что вот-вот хлынут слезы. Но их не было. Зато мать отшатнулась и начала креститься.

Максимка же сидел, понурившись, весь дрожа. Он привык к крикам, но обычно старался сбежать в другую комнату. Я уже почти готова была склониться над ним, обнять... прошептать, что все хорошо, и что сожаленю...

И тут отчим влил последнюю каплю. Им стоило оставить меня прямо здесь, в апатии и жалости к себе. Но разве они могли когда-нибудь понять, что стоит остановиться?..

Никогда еще не приходилось видеть, чтобы мягкий и жалкий отчим побагровел и встал так, что стул за ним с грохотом опустился на деревянный обшарпанный пол.

Я приготовилась защищаться, пусть и не чувствовала угрозы от того, кто был ниже меня на пять сантиметров.

- Да как ты... ты не смеешь! - он почти плакал, но так и остался стоять, сжимая и разжимая кулаки. - Я вас нашел, когда вы прибыли в этот город! Одни, почти без денег! Приютил у себя, пока мы не купили эту квартиру, которая тебе столь отвратительна! Я всегда старался относиться к тебе как к дочери, но тебе всегда было мало! - здесь отчим сорвался на визг, и все зачатки жалости как ветром сдуло.

Мать так и стояла у стены, бледная как мел, не в силах вымолвить ни слова. Мне даже стало страшно, как бы у нее с сердцем чего не случилось...

- У тебя было тяжелое детство, я все понимаю! Но, господи, неужели для тебя настоящий отец, которого ты уважаешь, это тот, кто бьет тебя и мать!

Я знала, что он бросил эту фразу наугад. Но впервые за все время так метко в цель...

Руки задрожали, а перед глазами вновь предстал образ желтых звериных глаз. Почему? Не знаю... но как же отчим оказался прав....

- Психолог хренов.... - голос подвел, горло вновь перекрыл противный комок, что аж дыхание сперло.

Я уже почти разрыдалась, готова была упасть перед обоими на колени и попросить прощения. Просто... за все.

- Я... я пойду завтра в колледж, - спрятать слезы за ладонью не вышло.

Максим хотел подойти, но я выставила руку и велела держаться подальше. Мы простояли в молчании секунд десять, а после резкого рывка удалось спрятаться за спасительной дверью своей комнаты.

Стоило рухнуть прямо в одежде на кровать, как за тонкими стенами послышались голоса. Вот теперь начались бурные обсуждения, которые не закончатся еще несколько часов, ведь пока не обмусолят все и вся по двадцать раз, точно не успокоятся.

Максима, похоже, тоже выгнали из гостиной к нам в комнату, но я уже заткнула уши, чтобы не слышать больше родительский треп. Оказалось непросто, я давно не могла спать из-за того, что слышала чуть ли всех соседей рядом.

А тут еще ощущение такое, будто катком раздавили. Никогда еще не было так больно, даже когда подонок Витька меня использовал.

Разобраться в себе оказалось еще сложнее. Но хуже того, что даже не знала как. И никто вокруг не мог помочь. Еще один повод сбежать, сбежать так далеко, как только можно...

Когда братец решился подойти и тронуть за плечо в своей неуверенной манере, я нервно дернулась, почти ударила. Однако, через мгновение, все же удалось расслабиться.

- Чего тебе? - плач удалось изгнать из голоса, хоть слезы и продолжали течь.

- Ты странная.... - наверняка за спиной Максим нервно теребил руки, как обычно.

Кто же из него вырастет с таким родным папашей?.. Неважно. Как человек он точно был бы лучше, чем я.

- Ну, спасибо...

- Нет, я не об этом, серьезно, - он всерьез решил, что я обиделась, где еще найти такую доброту...

- Просто... если тебе так плохо здесь... то почему хотя бы к своей тетке не поедешь?

Проклятье, лучше на улице, чем с ней.

- Потому что я умею только плакать и жаловаться, а сама ничего не делаю... потому что слабая и ничего не могу, - под таким валом критики я решила уничтожить себя полностью, забыв даже про зачатки самолюбия.

- Но ты же можешь все. Ты изменилась... и можешь много. Как супергерой...

- Что ты вообще несешь? - я повернулась к Максиму, совершенно не понимая, о чем он говорит.

- Я же видел...

- Ничего ты не видел! - резко оборвала я и забралась рукой под подушку.

Все эти странные симптомы, все эти "суперсилы", которые выдумал мой впечатлительный братец, все это ложь. Я просто поехала крышей, тот случай в лесу об этом говорит лучше всего.

Мои попытки вести нормальную жизнь провалились, надо было сбежать подальше от людей, например, в лес, ведь порывы не оставляли ни на секунду.

Но к черту. Под подушкой нашлось снотворное, что как-то давно достал Миша через своего кореша из аптеки.

Три таблетки уже не помогали, поэтому в ход пойдут пять. Да, обещала завтра пойти в колледж, но перебьются. Отчим должен мне еще извинение.

- Не будь такой... я же помню тебя другой... ты не такая, как сейчас, - вновь Максим пытался растолкать меня, думая, что детские наивные слова могут хоть что-то изменить...

Снотворное подействовало быстро, и прекрасное забытье вновь избавило от ответственности за собственные поступки и решения...


Кровь... вся гостиная превратилась в скотобойню. Мать и отчим превратились в бесформенные мешки плоти, а мои когти разорвали грудную клетку брата так, что любой мясник позавидует. Все умерли. Это был ожидаемый финал.

Я ничего не чувствовала, в конце концов, это всего лишь ужасный кошмар, который забудется сразу поутру.

Мои длинные уши стрельнули в сторону, стоило услышать, как стучат в дверь. А когда ее начали ломать, мощное тело само прыгнуло вперед, с легкостью снеся с ржавых петель балконную дверь.

От прыжка с третьего этажа закружилась голова, но удивляться нет времени. К счастью, скрыться в декабрьской стуже глубокой ночью оказалось просто, людей вокруг в такой поздний час не бывает. Да и выбраться в лесную чащу труда не составило, моя квартира находилась на окраине города. Пожалуй, впервые сон настолько ясный, что улицы и дома на том же месте, где и в реальности, без каких-либо вычурных искажений...

В заснеженном лесу я, наконец, надеялась проснуться. Теплая шкура приятно согревала, защищая от морозного ветра. Так и хотелось лечь на бок и растянуться на мягком хрустящем снегу...

Но пробуждение так и не наступило. Ни через час, ни когда наступил рассвет. Я вновь и вновь зажмуривала и открывала глаза, но каждый раз меня пугал все тот же ледяной лесной натюрморт впереди.

Все сильнее и сильнее тревога пронизывала насквозь по мере того, как наседала суровая реальность, от которой нельзя сбежать. Я убила их всех... по-настоящему...

Вместо истошного крика вырвался жалобный волчий вой, на который никто не ответил. Хриплое дыхание смешивалось с рыданиями, больше похожими на рык раненого зверя.

И это недалеко от правды...

Я превратилась во что-то безобразное. Все тело покрыла коричневая шерсть, под которой перекатывались при каждом движении стальные мускулы. Казалось, лицо скрыла маска, столь популярная на модный теперь Хэллуин, но нет, настоящая волчья морда была со мной единым целым. В пасти скрывались острые клыки, по которым вновь прошелся длинный язык. Кровь... на клыках и когтях все еще осталась кровь.

Вместо неприметной слабой девушки на поляне сидел растерянный и напуганный зверь. Но этот страшный кошмар должен когда-нибудь закончиться. Для него. И для меня.

Просто нужно подождать, и рано или поздно я проснусь... так я себя убеждала, и с тех пор эту решимость ничто не могло поколебать.


Пермь. 13 декабря. 2008 год.


Успокоение пришло неожиданно быстро, как после вожделенного пробуждения от кошмара, пусть и неприятный осадок все еще колол сильное волчье сердце. Жаль, что обманка, но это единственное, что помогло окончательно не поехать.

Если это все сон, то можно лежать и ждать, либо что-то сделать. И, как мне кажется, инстинкты сказали свое слово.

Дичь в окрестностях Перми не водится, но только на первый взгляд дилетанта. А взгляд волчицы даст фору самому матерому охотнику. Белки, ласки, даже пара мышей, что пришлось вырыть из глубоких нор - все пошло на корм.

Неуемная энергия вскружила голову, полеты после каждого высокого прыжка захватывали дух. Настроение, правда, ненадолго подпортил неудачный кульбит прямо в небольшую речку, лед которой оказался слишком тонок.

Холод сковывал мокрую шкуру, со стороны, наверняка, я выглядела не лучше любой дворняги. Но горячая кровь не давала продрогнуть насмерть, и веселье продолжилось.

Кажется, я даже смеялась, с рыком, гортанно, что любой нормальный человек посчитает, в первую очередь, угрозой.

Лишь к ночи я поняла, что надо возвращаться. Но куда? И как? Даже если это сон, вряд ли кто-то из людей примет меня такой. Меня не принимали как Ольгу, с чего станут принимать как волчицу?

Размышления на ветке высокого дерева прервал странный спазм, от которого свело все мышцы. Боль... отголоски той боли, что я испытала под снотворным. Неужели... неужели всегда будет так?

Но, прежде чем я успела хоть что-то осознать, мягкую кожу, уже без шерсти, обжег беспощадный пермский холод....

Руки прошлись по телу... по изменившемуся телу... пытаясь хоть как-то его согреть. Шкура вернулась, стоило только сильнее пожелать и напрячься. После десятка превращений туда-сюда на губах заиграла загадочная улыбка. Что теперь может меня остановить?

Нет, неправильно. Зачем оставаться здесь? Можно посмотреть мир, осуществить любые мечты, ведь все дороги открыты, если есть сила...

Но тут перед глазами вновь встали тела родных, растерзанных моими собственными когтями. Нельзя уйти, не придя на их похороны. Это неправильно.

И вдруг мысль перескочила дальше, в тот злополучный день, когда я сбежала в лес от предательства Вити. Тот зверь... он что-то сделал. Тот укус...


Догадки так и не сложились в единое целое до самого Жекиного дома, когда ночная темень вновь превратилась в союзника. Да, больше пойти было не к кому. Родственники и друзья родителей отпадали сразу. Проболтаются. А вот Жека могила, его можно пытать, не проболтается. К тому же, если он так клеится, то почему бы не подыграть?

Да, было достаточно глупо стучаться голой в балконную дверь. Но я знала, что сейчас, кроме него, никого нет. Отец в командировке, так что Жека пока полноправный хозяин квартиры.

- Твою же... Оля, что ты там делаешь?! - заспанный парень открыл дверь не сразу, пока не убедился, что это не наваждение.

И еще секунд восемь он созерцал голое женское тело, которое я не собиралась даже прикрывать, несмотря на холод без шкуры. Только бы никто не заметил, как немаленький такой зверь запрыгнул на второй этаж...

- Твою же! - даже передразнить получилось с недовольным рычанием. - Открывай давай!

Стоило двери открыться, как я быстро юркнула внутрь. Ох... и тут же захотелось прыгнуть обратно.

Если нос в последние дни просто не выносил выхлопы автомобилей, то самый загаженный завод ничто по сравнению с квартирой Жеки. Мусорное ведро, объедки, какая-то химия, машинное масло, пот двух мужиков, пропитавший все поверхности... якх!

К счастью, мой желудок стал в разы крепче, да и нюх постепенно привыкал.

- Прекрати пялиться... - я не выдержала и зажала нос рукой.

- Слух... я... - Жека старался смотреть на мое лицо изо всех сил. - Я... я принесу тебе хотя бы одеяло, накрыться...

- Только чистое!

- Лады, лады, только из стирки, сухое!

Стирка затасканному одеялу не слишком помогла, но все же я закуталась в него и свалилась на старое скрипучее кресло, пока Жека побежал сделать что-нибудь горячего. Вопросы он не спешил больше задавать, позволив хоть как-то оценить последствия всей затеянной глупости.

Все-таки ошибкой было сюда приходить. Нет, не потому что Жека теперь покрывает преступницу, даже если посадят обоих, не растрогаюсь.

Нет, просто мой взгляд, тем временем, следил за каждым шагом парня. Смешанные чувства вновь завладели телом и разумом. Стыда среди них не было, а отогнать прочь подобное оказалось не так-то просто...

- Есть хочешь?

Только сейчас голод напомнил о себе. Да так, что, честно признаться, была не прочь сожрать Жеку.

- Мясо есть?

- Только в морозилке... - парень закрыл холодильник и виновато развел руками.

- Тащи! Тащи говорю!

Только на третий раз перестал пялиться как остолоп и принес свежий кусок говядины.

- Ты что? У стоматолога была? - подивился он, стоило вцепиться зубами в замороженный кусок.

Вот дурак... нашел чему удивиться.

- Чего не так? - чудесное мясо позволило оторваться лишь на мгновение.

- Тебя хоть сейчас в рекламу зубной пасты...

Я махнула рукой и продолжила тщетные попытки урвать кусок. Зубы не ломались, оставляя вместо этого глубокие следы на мясе. Осталось лишь дождаться, пока еще подтает. Поставленный же рядом кофе не привлек и доли внимания.

- Расскажешь, что случилось? - Жека сиротливо сел чуть поодаль на диван, терпеливо дожидаясь ответа.

Долго пришлось ждать. Пока от куска мяса не осталось даже соков на пальцах, я без зазрения совести его игнорировала. Даже во сне старые привычки не меняются.

- Мои родители и брат мертвы... больше сказать нечего. Мне нужно время, чтобы пересидеть, потом уйду...

- К-куда? Что?! Убиты?! - Жека вскочил, но мой злобный взгляд заставил быстро вернуться назад.

- Я не хочу об этом говорить, - на глаза вновь навернулись слезы, но голос ничуть не дрожал. - Просто не задавай вопросов.

- Что с тобой сделали тогда в лесу?

Жека мастер не выполнять настойчивые просьбы. Но еще он мог сложить в голове вещи, когда даже намека на связь не прослеживалось.

- Я... не знаю...

Все вставало на места. То существо в лесу... похоже, это не сон. Я умерла, а это ад. Самое понятное объяснение. Почему ад должен отличаться от нашего мира, когда наш мир ад и есть?

Только вот других убеждать бесполезно, что здесь, что там.

- Но я его найду... - впервые за долгое время появилась уверенность в себе и своих силах.

Если ничего нельзя исправить, то можно хотя бы выследить проклятую тварь и убить. Хотя бы здесь мои родные будут отомщены...

Но сначала... сначала Витя с его подружкой узнают, как сильно оба ошибались.


## Глава 2


Пермь. 15 декабря. 2008 год.


Гостеприимством Жеки я долго не пользовалась, предпочитая бегать по лесам, пробуя новые ощущения и способности. Все, что мне требовалось: еда, убежище - всего хватало с избытком. .

Без людей же чувствуешь себя лучше. Какого черта тогда потребовался Жека, я не знала. Но Мише или еще кому он пока не проболтался, а временное убежище в городе лишним не бывает. К тому же, к ним обоим даже милиция не приходила. Похоже, не стали выяснять, с кем я дружила. Зато среди без вести пропавших моя фотография висела. В одном только РУВД, Жека по моей просьбе специально узнал. Удивительно, что вообще подобное в голову пришло выяснять...

Остальные дела двигались с переменным успехом.

Не сразу мне удалось собраться с духом и пробраться к себе домой за чистой одеждой.

Тела уже давно прибрали, но кровь смывать никто не думал. Вся гостиная напоминала мясокомбинат... Вряд ли кому-то удастся быстро продать нашу квартиру.

Хуже всего то, что какая-то из наших теток уже успела прошерстить все тайники, оставив без денег. Или доблестная милиция постаралась, кто знает.

Единственное, что настораживало, так это спокойствие, пока босые ноги аккуратно переступали через запекшуюся кровь. Может, просто сделанного не воротишь, и ничего, кроме смирения, не оставалось?

Возможно. А, возможно, во сне так и должно быть. По крайней мере, у меня не было других объяснений. Постепенно удалось забыть про бесполезные думы и сконцентрироваться на важных задачах. Впервые за долгое время я делала что-то, что хотела довести до конца любой ценой.

Где Витя и его дура Вика - не секрет. А вот найти волка, который причинил столько зла... его запах то и дело встречался по пути, но найти свежий след в городе оказалось непросто.

Нужно было спешить. Мне не понравился последний взгляд Жеки, когда я сказала, что собираюсь разобраться... со всеми. Неподдельный страх ощущался во всем его хлипком существе.

Но потом зверь внутри сорвался, мои губы прижались к его... и дело едва не закончилось только лишь поцелуем. О чем я тогда думала? Похоже, только о том, что рядом со мной единственный подходящий мужчина...

К счастью, остановиться удалось достаточно легко. Вот только мокрого снегу уже на улице съела килограмма два. Во рту у Жеки и вправду было отвратительно.

Но вскоре всю неловкость затмила месть. Я упивалась своим превосходством. Витя и Вика и подумать не могли, что за ними часами наблюдает то зверь, то хрупкая Оля. Из-за угла, с крыш, через окна брошенных зданий... куда бы они не пошли, я была рядом.

Но постепенно стало ясно, что Вику стоит выкинуть из схемы. Не она, так другая нашлась бы.

Наконец, поздней ночью, мне удалось подгадать нужный момент. Витя нашел тихий уголок между домами, где решил в сумерках зажать свою девку. Как же он любил это дело, а со мной медлил до последнего...

Впрочем, нет смысла вспоминать. Пора рассчитаться за все.

Стоило приземлиться в зверином обличье позади целующейся у стены парочки, как Вика завизжала во всю глотку и зажмурилась, не успев толком ничего разглядеть. Но от легкого удара кулаком по носу ее затылок врезался в бетон. Жить будет... у меня слишком большой опыт женских разборок, чтобы переборщить. Даже в облике огромного, прямоходящего зверя.

Витя только успел обернуться, как я схватила неудавшегося ловеласа второй рукой за горло и прижала к стене, подняв по ней вверх. Острые клыки клацнули всего в метре от его бледного лица, а грозное рычание клокотало в горле.

Вот же он... прямо передо мной.... Осталось лишь откусить поллица и бросить на землю, пусть истечет кровью... или попробовать выдрать сердце...

Но перед глазами вновь встал образ родителей и брата. Они не заслуживали этого, но умерли жуткой смертью... а заслуживал ли такой подонок? Твою же... нет, не заслуживал.

Даже во сне тяжело решиться на убийство. Нет, совесть не замучает. Просто... когда в этом нет большого смысла...

С тяжелым вздохом я разжала пальцы, и полубессознательный от удушья Витька упал рядом со своей шваброй в дешевой дубленке...

Живи, мразь.


Будучи уже далеко, я думала вернуться и завершить начатое. Хотя бы ради себя. Всем ведь расскажет...

Но потом поняла, что вновь отпущу. Так мы и будем играть в кошки-мышки, пока я окончательно не осознаю, что не смогу этого сделать.

Поэтому лучше было отпустить навсегда. Навсегда... он запомнит пережитый ужас. Может, пересмотрит свою жизнь. Да пусть будет счастлив с этой Викой, лишь бы перестал быть таким козлом.

Я обещала себе, что когда проснусь, то отпущу Витю по-настоящему. Пересмотрю себя, изменюсь...

Но стоило почувствовать тот самый необычный запах, что витал в воздухе... как все оказалось забыто. Шерсть встала дыбом на загривке, а с горла сорвался гортанный рык. Свежий след... волк был тут совсем недавно!

Постоянно меняя облик, не жалея свободную одежду, что удалось выудить у себя для превращений, я медленно, но верно нагоняла чудовище. Он бежал в человеческом облике. Бежал и бежал, выбиваясь из сил... на мгновение мне стало страшно. Отчего мог бежать волк? Неужели почуял меня? Нет... запах крови шел бок о бок. Раненый? Кем? Неважно, тем проще будет справиться.

Рано или поздно любая погоня заканчивается. Повезло, что произошло это за городом, где больше не нужно прятаться.

Теперь не он, а я подкрадывалась во тьме. Вопреки ожиданиям, парень оказался вполне молодой, немного симпатичный... проклятье, всегда проще убивать уродливого, взрослого мужика. Может, все-таки это был не он? Может, есть другие...

Но отступать поздно. Тем более, когда хрустнула ветка под глубоким снегом. Твою ж! Выбора нет!

Быстрая атака не удалась, парень оказался быстрее и уклонился. Но напирать не стоило -прыгать снова вслепую слишком опасно...

- Тебя так легко выследить по запаху крови...

Подивившись своему голосу и вообще способности говорить как зверь, я медленно выпрямилась и начала приближаться, оценивая врага.

- Кто ты?! Что тебе нужно?! Стой на месте!

Он... боится? Меня?

При следующем шаге взяла оторопь. Может, и вправду не он? Не мог же он тогда хладнокровно наброситься... или же это страх перед неминуемой расплатой?

- Я долго искала тебя... ты заплатишь за то, что сделал!

И тут его глаза широко раскрылись. Он понял... понял! Больше сомнений не осталось.

- О... Вижу до тебя начинает доходить.

Я... смаковала этот момент. Все больше и больше животное наслаждение овладевало душой. Как тогда, когда обхватила короткую шею Вити мохнатой рукой.

- Послушай... то, что произошло в лесу...

Парень поднял руки, будто я его арестовывать собралась. Меня это развеселило, но после в запале вырвался рык:

- Заткнись!

Вышло громко. И пугающе.

- Ты даже не понимаешь, что сделал! Из-за тебя погибла моя семья, тварь!

Однако, вместо страха я увидела в глазах парня лишь боль. И сожаление... такой искренности никогда не удавалось найти в людях вокруг. Разве что в брате. Нет, не нужно сомневаться. Парень играл. Хотел спасти свою шкуру.

- Ты что... осталась в полнолуние в городе?

Стоило попытаться вновь приблизиться, как новый вопрос поставил в тупик. Причем здесь полнолуние?

- Может, я и виноват в том, что укусил тебя... Но... Своих родителей ты убила сама...

Подонок! Я уже не помнила себя. Выпущенные когти оставили глубокие порезы на бледном болезненном лице, а сам парень подлетел и ударился затылком о сучок дерева. Ох, этот чарующий запах свежей крови... кровь волка совсем не то, что звериная... или даже человеческая.

Дальше схватка должна была превратиться в резню, но парень лишь принял истинный облик за пару мгновений и не спешил нападать. Наверняка больно вот так перекидываться, но я не думала об этом. Внимание приковали желтые глаза...

Будь мой враг смелее, то попытался бы воспользоваться замешательством. Но вместо этого мы стояли друг напротив друга, угрожающе рыча. У него получилось в разы лучше...

- Какие мы грозные... - стало ответом на выходку волка, от которой душа ушла в пятки.

Важно сохранить лицо... не дать страху парализовать... не дать увидеть страх... в конце концов, это лишь сон, смерть ничего не изменит.

И я дала волю ненависти.

- Но ты просто так не умрешь. Сначала я тебя искалечу... А пока ты будешь валяться, убью твоих родителей. И тогда ты действительно поймешь, что натворил...

Черные когти пронеслись в добром метре от меня. Волк ранен, правое плечо совсем не слушается. Подивившись своей реакции, я подрезала когтями бок врага, но снова замешкалась, не так поставив когтистую ногу на снег.

И настал конец. Кулак, прилетевший по волчьему носу, показался цветочками по сравнению с неумелыми оплеухами. Боль вновь ушла на второй план, сменившись ненавистью к собственной слабости. Все попытки защититься закончились, когда чем-то перебили горло и бросили валяться на снег.

Когда-то, подравшись давно с одной из девчонок, чувствовала нечто подобное. Хорошо тогда приложили... с тех пор била наверняка. А теперь... даже непонятно, чего ожидала. Он огромный, массивный... сильный... пусть и сам не знает, насколько.

- Мне... жаль... Я не хотел этого... я сам не знал, что будет в первое полнолуние... Вот и ушел из дома... Чтобы пережить его.

Как же он жалок... сам едва не плачет. И я вместе с ним. Неужели вся эта история - лишь череда нелепых случайностей? Не может быть такого... но зачем тогда эта исповедь? Почему бы просто не убить?

- Я не контролировал себя... Зверю невозможно сопротивляться в этот момент. Ты сама это испытала.

- Хватит оправдываться... - я с хрипом еле-еле перевернулась на другой бок.

Нельзя ненавидеть его сильнее, чем сейчас. Я ожидала безжалостного врага, хладнокровного убийцу. А он... такой же, как я.

Еще хуже, чем с Витькой. Попытаться убить волка после - это попытаться убить саму себя. Ничего не изменится.

Его слабости - мои слабости. Его горе - мое горе. Нет ничего хуже, чем оказаться родственной душой с отребьем. Проклятье, да волк больше похож на отчима! Такая же размазня!

- Я виноват! И признаю это!

Не унимался...

- И что с того?! Ты трусливая тварь. Увидел меня, истекающей кровью... И сбежал!

- Если бы я знал, я...

- Что?! Что бы ты сделал?!

Лапы не слушались, мне едва удалось сесть. Тело само лечилось, долго кости ломить не будет... но боль внутри не заживет никогда, даже после пробуждения.

- Объяснил что к чему...

- Молодец! А теперь вернись обратно во времени и спаси мою семью! Можешь?! Можешь это сделать?!

- Хватит...

Меня было уже не остановить.

- Я очнулась, поедая плоть своего брата... Родители лежали рядом... Кровь была повсюду... Соседи с ума сошли от криков!

- Да прекрати!

Я замолкла и чуть отползла назад, поздно подумав о последствиях собственной глупости. Так ведь и убьет...

- Ты сама их убила! Сама, как дура, осталась сидеть в квартире! Мои родители здесь не причем...

Я и сама не знала, решусь ли убить ни в чем не повинных людей. То, что сын оказался такой тварью, не их вина. Как и мои родители с братом... просто оказались рядом.

Могла ли я остановиться тогда? Может, дело было лишь в снотворном... но, с другой стороны, волк говорил, что также не мог контролировать себя.

По телу прошла дрожь. Стоило только почувствовать себя лучше и встать, как вновь захотелось упасть на снег и завыть, что есть мочи. Неужели мне так и суждено остаться слабой и ни на что не способной?.. Почему мне жаль себя, его, наших родителей? Почему мне не все равно...

- К тому же жизнь уже покарала меня...

Я отвлеклась от своих мыслей и вернулась к тому, что ненавижу волка передо мной. Настолько, что сама готова сбежать, только бы не видеть, не вступать в конфликт внутри себя...

- Это как интересно?

- Охотники... Охотники на оборотней. Выследили нас обоих. Поймали меня. Хотели допросить. Думали, что знаю про тебя. Но мне удалось сбежать...

- Что за чушь ты несешь?

Но я прекрасно поняла, о чем он говорит. И не похоже, что просто пытается спасти шкуру. Это же очевидно, какой же я была дурой, думая, что такие преступления не могут пройти незамеченными... даже для сна слишком уж логичная цепочка событий.

Тем не менее, волк посчитал, что стоит убеждать лучше. Из его захвата можно легко вырваться, но я не чувствовала угрозы.. В ноющий нос с новой силой ударил запах крови. С привкусом металла. Еще бы глубже ткнул в свою рану...

- Видишь? Уже час как не заживает... Стреляют серебром. И их много. Вернемся в Пермь - выследят и убьют. Они знают все. Даже где я живу.

Таинственные "они" нагнали того еще страху. Только удалось свыкнуться с желтыми глазами волка, как новая напасть...

Если знают и про меня... Жека. Нет, не мог. Откуда мог с охотниками связаться? Впрочем, достаточно настучать в милицию. Сука.

Волк отпустил меня сам, но я все равно отступила дальше на несколько шагов. Эта схватка воистину потеряла всякий смысл. Как бы ни хотелось думать обратное.

- Можешь идти в город. Тебя убьют раньше, чем ты доберешься до моих родителей.

Хорошо еще, что я не выследила сначала дом волка, а уже потом его самого. Иначе крышка...

Но за предупреждения благодарить не собиралась.

- Не смей идти за мной... Если встретимся, второй раз я тебя точно убью. Страдай... страдай от той боли, что причинил.

Я не смогла отказать себе в удовольствии и нанести еще один удар по слабой сущности, что скрывалась внутри могучего, красивого зверя. Если есть другие такие, подобные нам, оставалось надеяться, что в них больше мужественности...

Ее было полно в тех желтых глазах, что смотрели на меня той ночью со звериным голодом и свирепой яростью. Но те забытые ощущения так и не вернулись...


Оставив волка размазывать сопли за городом, я запутала след и все же вернулась в город. Глупо, да. Но мне хотелось знать наверняка насчет Жеки.

Хотя, казалось, зачем? Может, все-таки, несмотря на мое презрение, он был единственным настоящим другом?

Да даже если Жека не виноват, все же стоит попрощаться перед уходом.

Возвращаясь в отремонтированный недавно подъезд, не обращая внимания на свои босые ноги, я накинула на голову капюшон просторной куртки и медленно поднялась наверх, на третий этаж.

Внутри квартиры были слышны голоса. Миша тоже там...

Но стоило позвонить в дверь, как сверху и снизу кто-то побежал навстречу.

- Стой! Не двигаться!

Я не помнила, как выскочила через узкое окно подъезда. За спиной просвистела пуля, но на этом все кончилось.

Как же не заметила пару УАЗиков за углом дома? Будь это охотники, настал бы конец.

Но милицию трусам Жеке и Мише я не прощу никогда...

С этого момента старая Ольга умерла окончательно. Новая же собиралась забыть все... все теплые чувства. Всю жалость, что не позволила совершить столь долгожданную месть. Больше никто не сможет ударить в спину или искалечить душу.

Потому что калечить уже нечего...


Иркутск. 28 января. 2009 год.


Казалось, вот она - долгожданная свобода. Ешь, сколько хочешь. Вот только оказалось, что наесться проще, чем ожидалось. Особенно, когда денег ни гроша.

Нет, были и сытные дни. Пусть и приходилось грабить, воровать. Бывало, попадался неплохой куш. Вот только экономить, да и вообще копить, не умела совсем.

Надолго задерживаться в городах опасно, то и дело мои приметы шли по милицейским сводкам. Ничего конкретного, слишком уж я была осторожна, наученная горьким опытом в родном городе.

Чуть что, сразу мотала прочь на электричках куда подальше, стараясь не вылезать дальше юга России.

Была даже мысль свалить в Среднюю Азию, Китай, неважно куда. Все равно не знаю ни один из языков толком. Но пока что-то держало, может, страх, может, еще что. Поэтому дальше плана "добраться до Владивостока, а потом до Канады"... да, когда не дружишь с географией, нельзя серьезно на что-то надеяться. Более того, я бы не удивилась, если бы шла на восток, а оказалась в Европе.

Порой, при грабежах банкоматов или даже прохожих были попытки найти в себе совесть... но после трех убийств и еще двух попыток как-то поздно искать что-то хорошее внутри.

Точнее, даже вредно. То и дело иллюзия вокруг рушилась, намереваясь предстать перед глазами реальным миром. А когда нечто такое происходит, то вот-вот грозит начаться припадок, после которого неизвестно что произойдет.

А то, что долгожданное пробуждение никак не наступало...бывает, что каждый осознает, что находится во сне, но сам проснуться не может. Да и все равно большая часть потом забудется, будто и не было прожитых месяцев. Еще одна иллюзия, что исчезнет после возврата в настоящий мир. Так зачем торопиться?

Хотя, порой, все вокруг навевало скуку. Невольно пришлось понаблюдать за людьми, послушать их разговоры. Как же все бессмысленно... Война в Грузии, конфликт с НАТО, всемирный кризис, людям не о чем больше разговаривать. А если и говорят о насущных делах, то одна бытовуха. Напоминало моих родичей... А про подростков и говорить не приходится.

Хуже всего, когда вольно или невольно встречались другие волки. В городах их насчитывалось от нескольких особей до пары десятков. Возможно, больше. Тогда я и старалась удрать из города поскорее.

Но пару раз все же пришлось столкнуться с ними лицом к лицу. Любопытные взгляды хуже, чем открытая агрессия. Хоть бы прикрикнули, что лезу на чужую территорию...

Шло время. И я постепенно перестала их так бояться. Оказалось, ведут себе волки обычную человеческую жизнь и ничем не выделяются. Чего бояться такой же скучной посредственности?

Это и подвело. Слушая что-то невнятное на украденном у какого-то студента MP3 плейера, я поправила лямки небольшого рюкзака и невзначай оглянулась назад, в темноту улиц.

Слежка... нет, даже не слежка, просто за мной шел один из волков. Молодой, выше на две головы, здоровенный... С таким точно не справиться!

В ушах звучал напряженный рок, но не было времени сорвать наушники. Стоило рвануть, как началась погоня. Простые обманки не сработали, перескакивать через машины тоже не помогало, парень нагонял виртуозно, нисколько не утруждаясь. В то время как я, волчица, задыхалась от напряжения.

Стоило преодолеть пару заборов с колючей проволокой, не желая рук в шерстяных перчатках, мне показалось, что оторвалась. . За спиной никого, вокруг узкий переулок в какой-то промзоне. Только теперь удалось снять наушники.

Уже давно я научилась слышать чужое дыхание, даже могла уловить сердцебиение кого-нибудь неподалеку, сосредоточившись. Однако, волк сумел застать врасплох.

Стоило выйти за угол, как удар ногой в живот не только выбил весь дух, но и отбросил метра на три. Всю силу вложил, скотина! Ни в какое сравнение с прошлой дракой... как же больно...

- Ты чьих будешь? А? Почему убегала? Кто ты? Шпион? Из Китая? - блондин спрашивал быстро, скороговоркой.

Под раскрытой курткой на поясе висел нож. Зарежет...

- Пошел к черту! - огрызнулась я и попробовала принять звериный облик, но меня быстро подняли за капюшон и за густые волосы под ним, что отросли до пояса.

- Неправильный ответ! Пойдешь со мной, там разберемся...

Он чувствовал превосходство, кичился им. Мразь...

Боль вновь вернулась, и в этот раз еще реальнее, чем раньше. Но также боль превратила меня во что-то страшное, в чем боялась себе признаться все это время.

Без лишних слов я выхватила нож из-за пояса волка и пырнула в живот - тот только успел прикрыться ладонью, но сильный удар проткнул как кость, так и кишки.

Таких воплей еще слышать не приходилось. Но я не испытала никакого удовольствия от нечеловеческого ора. Наоборот, хотелось заткнуть уши и бежать как можно дальше...

Я и не заметила, как оказалась уже далеко. Больше никто не преследовал...

А если он мертв? Какая разница? Сам виноват. Но почему обычный металл причинил волку такую боль? Сама себя резала перочинным ножом, пыталась понять, как же быстро все заживает. Не так-то и больно, просто неприятно, да и заживает быстро. Вот же слабак... или просто актер и прибедняется.

Нет, и правда не жалко. Меня больше волновало то, чем такой поступок грозит. Что если нарвалась на объединенную стаю... шпион... шпион... почему они подумали, что я шпион? Для кого можно шпионить в такой глуши?

Бежать, только бежать, лучше в другую страну.


Владивосток. 2 марта. 2009 год.


Единственный город на востоке, известный всем. Непросто оказалось сюда добраться. То и дело чрезмерная осторожность не давала покоя. Заставляла выскакивать из электричек в леса, из которых я не вылезала по неделе, пока не убеждалась, что ложная тревога. Эх и натерпеться тогда пришлось...

Впрочем, в какой-то мере эта игра даже забавляла. Вспомнились детские годы, когда, не найдя общих интересов с девчонками, играла с мальчишками в их грубые игры.

Теперь и при грабежах пришлось вспомнить, как один раз с Жекой и Михой обнесли один из ларьков где-то на окраине Перми. Тогда едва не поймали...

Но, как не старайся, надолго скроешься. Мало того, что в городе оказалось немало волков, так еще и вокруг существа со странным запахом. Таким, что хотелось рычать на любого из них, кто проходил мимо...

Такой открытой злобы в глазах я не видела давно. К счастью, повезло уйти из опасного района прежде, чем кто-то осмелился напасть средь бела дня, несмотря на людные улицы. Впрочем, после того нападения в Иркутске мало что могло удивить.

Желая привести мысли в порядок, я зашла в кафе подальше от центра города, где потише. Чашка кофе ощутимо дрожала в руках, но не от последних весенних морозов.

За исключением официантки, кафе рано утром было безлюдным. Опрятная обстановка позволила расслабиться на мгновение. В этом городе порт, я видела его своими глазами. Хоть один из кораблей должен рано или поздно отплыть в другую страну. Всего-то нужно пробраться на корабль, а там уж вряд ли кто выкинет прямо в море. Если только не окажется корабль, полный волков...

Впрочем, эти планы так и остались приятными грезами. Стоило перед кафе остановиться дорогой машине, как интуиция сразу подсказала, что дело дрянь.

Улыбнувшись, я подозвала официантку, а стоило двум бугаям в темных очках зайти внутрь, как в мгновение ока несчастная девушка превратилась в заложницу, не успев и крикнуть. Перочинный нож у горла, моя голова за ее головой, на случай если выстрелят. Широкая кость стонущей бедняжки закрывала от волков полностью ...

Да, именно волков. Запах не даст соврать.

- Отошли! Оба! Или убью ее нахрен!

Казалось, какое им дело до смерти какой-то официантки? Но, как ни странно, все же подействовало.

- Хорошо, мы стоим на месте. Давай поговорим, - сказал один из них, лысый, попредставительней.

- О чем? Свалите отсюда... нет... бросьте сначала свое оружие! Быстро!

Лезвие оставило красную полосу на горле, волки повиновались. На грязный паркет упали ножи, а потом и пистолеты. Но легче не стало...

- Ты ничего не добьешься. Мы уйдем, но нас здесь много. Из города тебе будет сложно выбраться, - из шатена с короткой стрижкой дипломат вышел похуже.

- Мне плевать...

Действительно, разве не плевать? Что произойдет, обратись ситуация в неприятную сторону? Им есть что терять, а мне нет.

Тут решил было вмешаться менеджер кафе, выглянувший из кухни, но один из волков так цыкнул на него, что тот поспешил скрыться за дверью.

- А нам не плевать. Можешь уйти на все четыре стороны, только ее отпусти. Нам не нужны проблемы. Тебе тоже, - лысый сделал небольшой шаг, и я свободной рукой за волосы задрала голову официантки назад, обнажая горло еще больше.

- Думаешь, я дура? Что тебе стоит нашпиговать меня пулями? Что у вас там? Серебро?!

Вот из чего-то все-таки состоял тот нож в Иркутске. Были подозрения, но теперь все ясно. Какие твари.... не боятся против своих использовать смертельный металл.

- Серебро. А у тебя простой нож. Расклад не из лучших...

- Приведите мне вашего главного! Вожака или кто там у вас... буду говорить только с ним!

Неясно, откуда пришла столь глупая идея. Однако, другого способа потянуть время я не придумала.

Второй волк сразу раскусил уловку:

- Ты блефуешь. И не убьешь ее.

А ведь верно... смогу ли? После предыдущих попыток... Нет, в этот раз смогу. В этот раз ничего не остановит. Больше нет ни страха, ни жалости. Кто она мне? Никто. А свою историю, чтобы попытаться разжалобить, девушка не успеет рассказать. Все ее тело дрожит от ужаса скорой смерти, приходится придерживать, чтобы не повалилась навзничь.

- Хочешь проверить? - я перестала удивляться собственному голосу.

Никаких эмоций, изредка лишь пробивается ярость и злость. Похоже, волки все-таки смогли правильно оценить расклад.

- Наш командир уже едет. Он будет говорить с тобой один на один. Черный ход перекрыт, не пытайся улизнуть, - неизвестно, соврал ли лысый, но через секунду они вдвоем ушли, подобрав оружие.

Что поделать? Как я могла помешать?

К счастью, снаружи у них бы не получилось меня подстрелить. А терпения стоять в нише между стен хватило бы надолго - охота в лесах научила и не такому.

- Пожалуйста... - взмолилась девушка.

- Заткнись, еще хоть слово, и не перережу тебе глотку, а зубами загрызу... - прорычала я.

Наконец, главный прибыл. На неприметной старой Волге черной цвета. Мало того, еще и с ручным волком. Что за?..

Странный тип снял светлое пальто перед тем как войти, показывая руки. Животное же послушно осталось снаружи, сторожа дверь.

Вожак хоть и выглядел старше и мудрее, на вид ему не больше тридцати. Глаза, впрочем, говорили больше, чем крепкое тренированное тело под черной толстовкой. Грусть и усталость смешивались с непоколебимой решимостью. Странное сочетание Чем-то... мы похожи.

Отпущенные назад светлые волосы были зачесаны назад. Но лицом волк больше похож на какого-то мужика-работягу, чем на какого-нибудь красавчика из модных журналов. Грубые черты, ничего примечательного или привлекательного. И все же... обаяния ему не занимать.

- Ты хотела поговорить. Я здесь. Мы можем сделать это и без лишних свидетелей. Для тебя ничего не изменится, если ты отпустишь ее, - такой голос пусть и привык командовать, но сейчас говорил мягко и вкрадчиво.

Но меня не так просто провести...

- Не держи меня за идиотку. Твои люди снаружи расстреляют меня к чертям, стоит ее отпустить! Какое тебе дело до ее жизни?! Она же просто человек!

Девушка уже впала в полузабытье, и мало что понимала из того, что происходит. Тем лучше...

- Просто так разбрасываться чужими жизнями - удел слабых. Нам не нужна лишняя кровь на руках. Как и тебе. Мои люди здесь, чтобы не убить тебя, а чтобы предотвратить глупости с твоей стороны.

Врет... врет ведь... но звучит слишком искренне. Но после всего просто так поверить кому-то? Черта с два.

- Ага... Убей или будешь убит. По-другому никак.

- Кто тебе сказал, что мы живем по звериным законам? Я не первый раз встречаю таких, как ты. Запутавшихся, сбитых с пути. Откуда ты?

- Не... не помню! - я и не ожидала, что выйдет настолько искреннее.

- Тогда все ясно... буду откровенен с тобой. Ты пырнула одного из наших в Иркутске, к счастью, несерьезно. И сейчас ты не сделала ничего плохого. Ничего из того, что мы не можем простить или понять.

Как много они знают? Похоже, мой след в Перми затерялся или волки не имеют там связей. Удастся ли все свалить на охотников, что охотились за тем парнем?..

Я в нерешительности замешкалась, не зная, что предпринять. Никто еще не говорил таких слов...

- Но если сейчас ты проведешь ножом ей по горлу, то наступит точка невозврата. Ты понимаешь меня? Ни я, ни кто-либо еще не сможет тебе помочь.

Слишком хорошо говорит... слишком...

- Я не верю тебе.

- Я знаю. Но тебе придется сделать выбор.

Его сердце бьется быстро. Но не потому что врет, а потому что искренне не хочет смерти официантки. Я до сих пор не могла понять, какое ему дело до человеческой жизни...

Но такой подход не оставил равнодушной. Все-таки непросто же так печется. Может, и меня им нет смысла убивать.

- Пусть они все уйдут. Я им не доверяю, - процедила я, чуть выглянув из-за головы жертвы.

- Они подчиняются моим приказам беспрекословно. Но если тебе будет так спокойнее... - вожак полез рукой за спину, но вопреки ожиданиям вместо пистолета вытащил небольшую рацию. - Отбой. Повторяю, отбой. Отойдите на квартал и ждите команды.

Позади, пусть и с неохотой, волки быстро собрались и уехали. Невольно, но проникнешься уважением к такой дисциплине.

- Теперь мы одни. Здесь у меня снайперов нет. Отпусти девушку, и мы просто поговорим.

К черту...

Я медленно убрала нож и толкнула девушку на ближайший стол, где она и дала волю слезам.

- Идем со мной, - волк направился к выходу, ожидая, что я легко последую за ним. - Можешь оставить нож при себе, если будет спокойнее.

Еще есть шанс сбежать через черный ход... впрочем, какой смысл? Тот волк в Иркутске догнал, нисколько не вспотев.

Я сделала первые шаги навстречу не из опасений за свою жизнь, а из любопытства. Что же мог сказать местный вожак?


Владивосток. 8 марта. 2009 год.


Напряжение не удавалось изгнать дней пять. Каждую ночь ожидание, что кто-то придет и закончит начатое. Визг тормозов машины, хлопок, и я тут же была готова стать волчицей и порвать всех вокруг.

К счастью, волки вокруг оказались терпеливые и понимающие. Даже слишком. От такой заботы начало тошнить. Не хотелось расставаться с независимостью, пусть никто толком на нее так и не посягал.

Разве что задержали до выяснения всех обстоятельств... видимо, до сих пор решали, стоит ли казнить или нет. К счастью, за это время не дали умереть со скуки, прежде всего, объяснив, что да как.

Вожак, что назвался Виктором, оказался не таким уж и главным. Едва ли управлял парой сотен волков, что держали за собой Владивосток. Над ним стоял высший командир, отвечающий за Дальний Восток. А еще выше... некий вожак Маркус. Вот уж птица высокого полета. Стоило кого-то спросить о нем, как тут же в глазах стояло такое благоговение, как у недалеких девок, что добились автографа у любимой поп-звезды.

Я ненавидела, когда люди делали себе кумиров. Впрочем, волки без вожака не могут, он для них закон. Придется привыкать.

Да и, возможно, кто-то должен держать всех в кулаке, чтобы противостоять вампирам. Казалось, чушь, но именно вампирами были те существа с чужим запахом. Повезло еще, что на части не разорвали, стоило зайти в чужой район.

Истории вокруг рассказывали все. Охранники, что то и дело следили за мной. Врачи, что проводили какие-то тесты. В ответ многие норовили выспросить обо всем. Я ни разу не ушла от ответа, врала с каменным лицом, не понимая, зачем эти глупости.

Будто не с какой-то волчьей стаей вожусь, а с военной организацией. Выяснилось позже, что догадка не столь далека от правды.

- Как ты себя чувствуешь? - в кабинете у Виктора было хорошо.

Окна открыты. Морской воздух. Домашняя такая обстановка, несмотря на рабочий стол, заваленный бумагами.

- Не боитесь, что снайпер подстрелит? - невпопад спросила я, слишком уж непривычна вся эта серьезность, что царила в кабинете.

- Пусть себе стреляет. Моя смерть станет лишь маленькой неприятностью, - Виктор не стал настаивать на своем вопросе, прекрасно зная на него ответ. - Да и я в хороших отношениях с местным командиром вампиров. Хоть и доверять им сложно...

Взяв с края стола карандаш, я начала его машинально грызть, не зная, чем себя занять. Командир постоянно ходил вокруг да около, пусть и уважал прямоту в своих людях.

- Мы узнали о тебе побольше. Ты врешь нам насчет своего прошлого. У тебя нет амнезии, о которой ты говорила. Но если мы ничего не нашли о тебе, может, твои грехи не настолько ужасны?

И что на это ответить? Мигом опротивела отличная еда, которой кормили. И мягкая кровать, ставшая отдушиной после ночевок в лесу.

- Может, и не настолько.

- Но, в любом случае, что бы не говорил твой старый знакомый из Иркутска, ты не шпион.

- Слишком тупа? - без усмешки в лоб бросила я.

Если Виктор и смутился, то где-то глубоко внутри, но куда не сможет добраться ни один смертный.

- Нет. Скорее, наоборот. Но, ни один шпион не будет так подставляться, даже если захочет проникнуть в наши ряды. Слишком рискованно, у нас много тех, кто скор на расправу...

- Может, мне стоит извиниться перед тем парнем? - неуверенно спросила я, а то, чего доброго, при следующей встрече несдобровать.

- Пошлешь открытку, как будет время. Незачем вам встречаться. К тому же, он не из моего ведомства, не могу сказать, как он отреагирует. Хотя убийства своих карается страшнее, чем по Уголовному кодексу РФ.

Насчет негласного "кодекса" стаи меня уже успели просветить. Мало чем отличается от обычного, человеческого, вот только где-то свободы больше, где-то меньше. Но получалось, что волки все-таки превыше всего.

А та официантка... после убийства слишком много придется решать проблем с милицией, властями и прочими, чтобы спустить дело на тормоза. Впрочем, еще тогда было ясно, что Виктора волнует именно жизнь несчастной. Впервые перед взором предстал человек дела, способный на сострадание. Стоило у него поучиться... будь такое желание.

- Теперь же главный вопрос. Что ты хочешь делать дальше? - вопрос Виктор заставил выпустить карандаш из рта, на котором остались зазубрины от зубов.

- В смысле?

- В прямом. Какие планы?

Не так-то просто ответить.

- Не знаю, думала из страны свалить, посмотреть мир. Не хотела тут больше оставаться...

- А теперь? - не прекращал наседать Виктор.

Вот же шанс проявить ответственность. Доказать погибшему отчиму, что могу принимать решения о собственной жизни. Если бы все могло срастись так просто...

- Теперь не знаю... мир стал таким сложным. Куда не сунься, могут пристрелить только потому что не такая, как они. Да и без денег, без документов... ничего не умею делать толком. Разве что у шеста можно идти танцевать.

Самый крайний вариант из того, что действительно законно. Воровать и грабить я зареклась. Это простили или спустили на тормоза, но если запалилась бы сейчас, то все, игра окончена.

- На это тоже нужно умение, - без лишней скабрезности усмехнулся Виктор. - Но ты всегда можешь остаться у нас, оборотней. Я бы даже сказал... ты подойдешь для весьма интересной, но опасной работы. Дело в том, что я возглавляю не только этот округ, но и бригаду оборотней, которые занимаются самой неприятной работой. Работают ради порядка. По отношению к своим собратьям. Мало кто соглашается на такое, многие бросают, и их сложно винить.

- Тогда почему я подхожу?

- Ты не испытываешь тех эмоций, которые могут тебе помешать в работе.

Так вот зачем были эти тесты...

- Всегда можно попробовать... - я не принимала решение со всей ответственностью, потому что не знала, в чем именно заключалась работа.

Но кто же знал, как сильно можно во что-то втянуться?


Новороссийск. 20 июня. 2009 год.


Охотник и добыча. Концепция никогда не меняется, меняются лишь роли. Этот оказался быстрый, проворный. И очень хотел жить. Знал, что натворил. Знал, что за это будет.

Может, он и не стоил усилий. Осталось всего ничего, пока оборотень, познавший вкус человеческой плоти, не превратится в жалкое подобие некогда могучего зверя.

Три жертвы. Слишком много, возможно, придется звать лугару, чтобы замести все следы. Я ненавидела общаться с этим видом. Да, у нас много общего, только превращаются они в обычных волков, да и умеют передвигать предметы силой мысли и поджигать врагов. Высокомерные, узколобые, то и дело хотят извлечь выгоду для себя, поставив на второе место важную миссию по сохранению тайны.

Хотя, мы сами виноваты. Запустили ситуацию, проморгали.

Местный отдел никуда не годится, понабрали невесть кого... я, может, не так давно в общем деле, но все-таки понимаю больше местных олухов.

- Идет направо, пытается скрыться на сортировке... - раздалось в ухе.

Раздражали эти рации, слышен каждый маленький треск, но что поделать, без координации на операциях никуда.

Говорил тот самый парень, которого я пырнула в Иркутске. Все еще злой как собака. К счастью, забывает о лишнем на работе. А больше с ним и нет желания общаться, такой же пень, как и многие из молодняка.

Вот с опытными мужиками работать приятнее, пусть и пытаются поучать на каждом шагу.

- Поняла, гони его к тем цистернам.

Глубокая ночь, но сортировка все еще жила, кроме сторожей и охраны еще и рабочих достаточно. Зато у тех цистерн не так людно.

По дороге потерялось еще двое напарников, но эти вообще зеленые новички, с легкостью брали не тот след или терялись в незнакомом городе.

- Держу на прицеле...

- К черту твой прицел, еще рикошетом кого подстрелишь! - рыкнул я, спрыгнув с высокого моста прямо на грузовые вагоны.

- Он прямо передо мной.

- Надо наверняка, его так уже едва не взяли два дня назад!

Очень уж упорный преступник попался. Хотели взять по-хорошему и прикончить потом без свидетелей, но оборотень быстро всех раскусил и сбежал.

Тихий хлопок никто не услышал, но даже я уловила, как чиркнула пуля gj цистерне. Еще раз. Еще...

Неужели неясно, что на таком расстоянии это бесполезно?!

Пятый выстрел, и все стихло. Скрылся? Нет.

Я перепрыгнула в несколько заходов через последние три состава и остановилась с пистолетом наперевес. Вот он... лежит и стонет с разорванным бедром почти у таза. Никуда не уползет, птенчик.

Рабочие, наверное, уже крикнули охранников.

- Не надо! Прошу! Не надо! Я не хотел! - умолял преступник.

Поздно молить. Слишком часто приходилось слышать, везде одно и тоже. И каждый раз виновны, пойманы с поличным.

Два выстрела в голову для гарантии. Глушитель некогда прикручивать, да и пусть полиция разбирается, все равно тело вытащат потом из морга.

Поправив капюшон на голове, я бросила оружие, на котором не осталось отпечатков из-за кожаных перчаток, и побежала дальше уже по вагонам пассажирского поезда.

- Работа сделана? - Володя, тот парень из Иркутска, тоже бежал с места преступления.

Ему нельзя бросать винтовку. Одно дело одноразовая пушка с серебром. А вот СВД вызовет большие подозрения, и так придется работать с криминалистами и коверкать данные об отверстиях в цистернах и тушке оборотня. Говорила же: не нужно стрелять, все под контролем!

- Гильзы подобрал, снайпер? - бросила в ответ я.

- Да. Так работа сделана?

Всегда нужно последнее, железное подтверждение... и не только с Володей. Что это? Недоверие? Думает, что раз волчица, то почувствую жалость и выстрелю в рельс, а не в голову преступника?

- Ему будет сложно собрать мозги обратно без черепной коробки... - раз уж такое любопытство, я решила порадовать напарника сочными подробностями.

- За тобой следят?

- О чем ты?

Кому могло такое понадобиться...

- За мной следят. Двое. Похоже, вампиры.

Их еще не хватало.

- Уверен?

- Да, уверен, черт побери, они даже не особо скрываются! - огрызнулся Володя.

- Тогда на базу нельзя, нужно вызвать подкрепление...

Тут и я почувствовала слежку. Сначала думала, что показалось. Но пару раз на крышах недвусмысленно мелькнула субтильная фигура.

- Кого вызвать, мы тут одни самые подготовленные.

И не поспоришь. Тут простые оперативники, солдат нет. Есть еще люди, что в теме, но их подставлять под удар вампиров как-то нехорошо...

- Тогда сделаем то, чего они не ожидают, - решила я.

- Ты о чем?

- Мы пойдем и спросим их напрямую. Двигайся ко мне, сведем их группы.

Провокации дело привычное, никто из-за них войн не устраивает. Живем же как-то в одной стране вот уже почти двадцать лет. Правда, только вампирам приходит в голову заниматься подобными глупостями. Мы-то следим только за тем, чтобы не зарывались... остальное до лампочки.

- И чего ты хочешь этим добиться? - Володя, впрочем, не стал спорить.

- Может, удастся выяснить, что они вообще тут делают. Это не их город.

- Да, но никто не запрещает им...

- Им запрещено следить за нами при исполнении.

Законы, правила, права и обязанности. Все пришлось выучить. Мне нравилось стрелять, драться, учиться выживать... все остальное пришло как-то само, не пришлось долгими нудными вечерами сидеть на лекциях или вызубривать особую литературу.

Главное практика, а этого хоть отбавляй в неспокойной ситуации вокруг. Кто-то кого убивает или устраивает хаос - наша работа все это пресечь.

Пока все устраивало, работа интересная, зарплата отличная, можно и попробовать рискнуть.

- Не нравится мне этот план...

Если Володе план не нравился, у него наготове всегда был свой. Пусть так. В случае чего вампиры будут встречены во всеоружии.

- Хочешь, чтобы эти попрыгунчики следили за нами до самого Владика? Виктор с тебя три шкуры снимет. Буквально.

Напарник сам все прекрасно понимал, но такое ощущение, что не поспорить по самому идиотскому поводу - это как не покушать.

- Ладно. Что ты предлагаешь? Выйти против них вдвоем? Я могу попробовать прикрыть тебя издали, но мне не дадут спокойно расчехлить винтовку...

- Справимся с двумя пистолетами. У тебя еще граната есть, - напомнила я.

Может и припугнуть хватит.

Выпасть из поля зрения вампира крайне тяжело. Если оборотни легко видят в темноте, то для кровососов любой из нас как новогодняя елка, весь светится, стоит только нос показать.

И все же возможность есть. Метро, туннели, высокие заборы, запутанные нагромождения многоэтажек - все подойдет.

Согласовав действия с Володей, я смогла заманить свой хвост в засаду. Повезло еще больше, стоило второй группе столкнуться с первой за забором.

А уж дальше запрыгнуть на пустую сторожку рядом и взять недоумков на прицел труда не составило.

- Чего вам надо?! - грозно рыкнул Володя, сразу показывая гранату.

Да еще и без чеки.

- Э, вы чего, лохматые! - начал самый борзый.

Судя по говору, обычная шпана. Таких используют как мясо товарищи постарше и поблагороднее.

Давно уже приходилось сталкиваться с разведчиками, что едва обрели силу, только научились контролировать голод и способности. Поди еще и стрелять толком не умеют.

- Хватит притворяться, уже час вас гоняем по городу, прилипли, как репей!

Моей Беретты хватит с лихвой на пятерых. Только уж больно вампиры быстрые и верткие твари. Если выхватят оружие, придется прятаться, перестрелки не избежать.

- Ничо не знаем...

- Отвалите за восемь кварталов, тогда и будете говорить, что "ничо", - холодно приказала я.

- Лады, лады... раскомандовалась... - пробурчал борзый, и вся банда медленно пошла вперед по улице.

Но я заметила взгляд последнего, кто обернулся. Стоит отвернуться, сразу прикончат.

Стрелять в спину не в первой, особенно если перед тобой первосортная мразь, да еще и жалкая шестерка. С прочими вампирами можно договориться миром, эти же настолько ненадежны, что и свои убивают их часто, без колебаний.

Первый выстрел. Пуля пробила затылок и вылетела изо рта. Готов. Второй выстрел. Вампир начал оборачиваться, пуля прямо в висок. Готов. Третий выстрел. Успел обернуться. В глаз. Насмерть...

Володя не стал тут же кричать и возмущаться. В бою он всегда действовал быстро и хладнокровно, что в нем и нравилось.

Граната отвлекла оставшуюся шпану и не дала выстрелить в ответ. Но к моменту взрыва мы успели прикончить остальных.

- О чем ты думала?! - только теперь оборотень высказал все, что хотел. - Бежим отсюда! Дура! Идиотка! Да кто тебя вообще взял в нашу бригаду!

- Заткнись! Они собирались убить нас!

Дальше разговор продолжился на бегу. Новороссийск - это не маленькие поселки и не полузаброшенные города Сибири, здесь не успеешь оглянуться, как поймают. Впрочем, иногда лучше попасться, чем добираться своим ходом, рискуя привлечь ненужное внимание.

- Да откуда тебе известно?! Убили бы нас в городе, тут же пожалели бы об этом!

- Я не знаю, что творится вокруг... - призналась я. - Но в последние недели они совсем обнаглели. Это не просто так...

- Будешь сама объясняться перед Виктором. Не думай, что он спустит это на тормоза, потому что ты с ним спишь!

Не успев погасить инерцию после толчка в плечо, оборотень с грохотом врезался в стальной мусорный бак.

- Повтори эти слова перед Виктором, он сделает с тобой и не такое. Понял меня?

Может, он и пожалел о словах сразу, как только не сумел их удержать в своем поганом рту.

- Понял... - приглядевшись к оставленной вмятине, Володя медленно поднялся на ноги. - Не думай, что и от этого ты так легко уйдешь. Тебе слишком многое простили, ты в ногах у нас должна валяться. Мы дали тебе все...

- И я уже давно отработала всю вашу доброту, - я не спешила убирать оружие и держала его на виду.

Вдалеке бродили лунатики, которым не спится поздней ночью, к счастью, подойти и попросить закурить им смелости не хватило.

- Тебе плевать на нашу борьбу, ты с нами лишь по тому, что тебя сытно кормят...

- Как и многие из нас. Даже в нашей бригаде не так много вас, идейных. Если тебе что-то не нравится, езжай в Москву и хоть с Маркусом целуйся. Но не смей меня трогать, иначе шрамом на пузе не отделаешься...

Пусть и шрамы от серебра заживают через месяцы, оставить еще один Володе на короткую память будет приятно.


Владивосток. 1 июля. 2009 год.


Виктор отнесся к новости об убитых вампирах стойко, никаких криков или нотаций. Оказалось, что не первый раз вампиры вели себя нагло. Да и всего-то стоило чуть приврать, что они едва не напали. Володя долго противился желанию соврать, но за долгую дорогу удалось его уломать.

Правда, после этого стал относиться еще злее. Неблагодарная скотина, о наших же шкурах речь идет.

- Без трупов, значит, было никак? - допрашивали меня с напарником по отдельности.

Да и Володю отпустили слишком уж быстро.

- Никак.

Если только очень постараться, то... нет, я давно оставила прошлое и жила настоящим.

- Значит, за неделю двое наших против семерых вампиров. Такие стычки обычно происходят в Москве, а теперь по всем городам.

В Москве жили оборотни, вампиры, лугару и еще эта группа отбитых, анархисты, где все тусуются со всеми. Такой коктейль лучше не взбалтывать, себе дороже выйдет.

Я отвлеклась, когда волк Виктора положил морду мне на бедро. В последнее время удалось сладить с гордым зверем, и тот не брезговал моими почесываниями лохматой холки.

- Вот только твой напарник говорит, что ты первая открыла огонь. Это было так необходимо? - под взглядом Виктора я вновь чувствовала себя слабой и неуверенной.

Но за месяцы научилась сохранять лицо. Принятие собственной природы меняет до неузнаваемости.

Однако, гнев спрятать не удалось. Договаривались же, подхалим... подлиза... солдафон, которому не терпится выслужиться...

- Да. Это была шпана. Новообращенные. Что у нас, что у них они вообще ни черта не соображают. Перестреляли бы нас, и дело с концом!

Врать нет смысла. Но судить никто не права не имеет. Виктора там не было. Иначе бы понял.

- Я понимаю, что тебя не слишком волнует, во сколько нам обойдется такая уборка трупов...

- Дороже обойдется замять дело с простреленными цистернами. Винтовочные патроны оставили хорошие такие отверстия. Не говоря о бедре преступника. Мы его не теряли из виду, просто кто-то решил, что я не справлюсь. Об этом он не рассказал?

Стало ясно, что отчет до Виктора еще не дошел, местные криминалисты отправили его сначала в Москву, а тут мы уже успели возвратиться.

- Умолчал, хотя я просил рассказать все до мельчайших деталей, - без удивления хмыкнул Виктор и вернулся в свое кресло.

В последнее время он выглядел утомленнее, чем обычно. Видимо, достали чертовы отчеты о нападениях.

Впрочем, виделись мы не так часто, чтобы делать какие-то выводы. Но среди всех "идейных", как я их называла, бывший высший командир оказался самым нормальным. За долгие десятилетия повидал столько, что на сто жизней хватит. Видимо, поэтому и ушел сам с высокой должности.

- Хотя, стоило ожидать. Похоже, ненавидит он тебя за тот случай.

- У нас работа опасная, всегда могут ранить, - я безразлично пожала плечами.

- Гордость у тебя ранить получилось сильнее. Такое отношение сильно мешает работе...

- Чего вы от меня хотите? - волк, не получавший от меня больше и капли внимания, разочаровался и медленно ушел на диван, на котором любил валяться. - Я не шла с ним на конфликты, и из-за меня его никто его не ранил на заданиях.

- Верно. Поэтому я постараюсь больше не ставить вас на задание вместе. И выбирать, кто из вас виноват больше, я не буду. Оба пойдете на другую работу.

- Надолго? - наверняка я побледнела.

Нет ничего хуже, чем заниматься чем-то мирным или унылым патрулированием. Тихая, размеренная жизнь... удел слабых и трусливых.

- Пока я не решу, - твердо заявил Виктор.

Ночь уже давно накрыла город, но я знала, что после проведу долгие часы без сна. Хотелось задушить Володю, и делать это долго, на протяжении часов. Что ж, будем страдать вместе, раз у него не хватило ума выйти сухим из воды...


Поздним вечером я слонялась по набережной. Место Виктор мне еще не определил, наверняка отправят в оплачиваемый отпуск. Только куда тратить чертовы деньги? И дело не в том, что Владивосток не Москва. А в том, что не видела себя довольной спокойной жизнью, которую вели мать и отчим. Повторять их ошибки... ужасно.

Но конфликт разрешился неожиданно, пусть я до конца и не знала, стоит ли радоваться. Звонок с экстренного тайного номера. Такие используют только в самом крайнем случае.

- Война, - короткое, емкое сообщение.

Больше ничего и не требовалось.

Все мирным при получении такого сообщения следовало попрятаться и ожидать дальнейших распоряжений, всем резервам же явиться к местам службы.

Мой отпуск и каторжная ссылка отменялись. Война.


Москва. 4 июля. 2009 год.


Раз в три месяца нашу бригаду созывали на большое совещание, в Москве или в другом городе. Казалось, и сейчас ничего необычного, очередной полет в столице. Тем более, что небольшая стычка между оборотнями и вампирами в гостинице Измайлово, что превратилась в адскую бойню, переросла в стихийную войну. В Москве по ночам стреляли, да и не только там. Все города, где стоило ступить ноге кровососа, превращались в горячую точку.

Задели даже родную Пермь... но я ничего не чувствовала. Вампиры всего лишь очередная угроза стае, давно пора избавиться от всей погани, которую пришлось пустить в страну почти двадцать лет назад.

Но ситуация перевернулась с ног на голову, когда еще перед брифингом в огромном небоскребе на западе столицы Виктор велел идти на тридцатый этаж.

- У тебя будет особое задание, - вот и все слова.

Особое задание - это палка о двух концах. Лучше выслеживать дезертиров, предателей и прочих, делать обычную работу, чем играть в лотерею. Могут дать что-то и вправду интересное. А могут послать куда подальше, да там и забыть...

Одно такое задание уже давали нам с Володей. Мне повезло, а Володе нет. Теперь понятно, почему так взъелся...

Тридцатый этаж не представлял из себя ничего особенного. На мгновение показалось, что я уловила в лифте смутно знакомый запах... но когда работаешь ищейкой, такое бывает.

Нужный кабинет ничем не выделялся среди скучной офисной обстановки. Но внутри меня ждал не его владелец...

А сам Семен. Личный помощник Маркуса. Мне повезло увидеть его издалека месяца два назад, когда тот встречался с Виктором...

- Проходи. Ольга, - секретарь или кто он там по должности будто сверился с содержимым папки.

Человек в костюме с иголочки напоминал, скорее, спеца из ФСБ, нежели офисного работника. Как оборотень он, может, младше Виктора, но серые глаза смотрели настолько же холодно, насколько способны мои собственные.

Притягательные, аккуратные черты лица немного портил чуть длинноватый нос. А чуть отпущенные, зачесанные назад каштановые волосы создавали образ модели для мужских журналов.

- Полагаю, ты знаешь, кто я. Но обойдемся без имен и рангов, - продолжил Семен, стоило медленно сесть на кресло.

Если в кабинете Виктора атмосфера стояла почти домашняя, то здесь дистанция такая, что так и подмывает посмотреть снизу вверх.

- Как скажете, - я крепко сцепила руки на животе.

Что я здесь делаю? Почему такой высокий ранг заинтересовался волчицей, которая и зарекомендовать-то себя не успела толком...

Может, дело в том особом задании? Или же что-то раскопали в моем прошлом... нет, глупости, не станет помощник самого Маркуса заниматься подобным.

Вновь на помощь пришло почти забытое ощущение того, что все происходящее не более, чем глупый, долгий сон...

Сердце вернулось в привычный ритм, а взгляд крепко вцепился в собеседника.

- Этот разговор не должен выйти за пределы этого кабинета. Я еще не решил, кого выбрать для столь важного задания, поэтому решил провести собеседование лично.

- Никто не узнает, - заверила я, прекрасно понимая, какие последствия ждут в ином случае.

- Отлично, - Семен закрыл папку, вероятно, с моим личным делом и потянулся за другой. - Тогда приступим. Задание, которое нужно выполнить, несколько отличается от твоей основной специальности. Тебе приходилось выслеживать тех, кто перешел черту. Но теперь я попрошу тебя о другом. Есть один оборотень, которому нужен присмотр...

Я побагровела, костяшки пальцев захрустели.

- Я должна стать его нянькой?

- Нет, это не понадобится, - Семен не обратил внимания на гнев и продолжил. - Цель задания: время от времени отвечать на наши вопросы о нем. О его поведении. Иногда придется его прослушивать, но работа не пыльная. Разве что воевать будете вместе.

- То есть, он будет моим напарником? - еще одного не хватало.

- Поначалу нет. Вы встретитесь случайно, ты будешь той, кого недавно перевели в округ. Твоя роль требует актерской игры. Меньше уверенности и не показывай свой обширный опыт. Так будет проще наладить контакт. Инструкции будут приходить от моих доверенных людей. Твоя цель не должна ничего заподозрить. Все прочие детали прибудут в случае того назначения. Так что? Берешься?

Прозвучало с вызовом. Но мне уже не нужно никому ничего доказывать. Странное задание... глупость.

- Зачем вам все это? Неужели нельзя за ним просто следить издалека? Что такого особенного в этом оборотне?

Я не хотела попасть в переплет со шпионскими играми. Пусть это и часть моей работы, но не таким же, черт возьми, способом...

- Приказ лично от Маркуса. И мы следим, но этого недостаточно, нужно подобраться поближе. А что особенного... увидишь сама, если удастся, - Семен говорил так, будто речь шла о заклятом враге стаи.

Невольно, но он смог разжечь любопытство, которое мешало вот так вот просто сказать "нет".

- Хорошо... но почему я? Мне всего двадцать один, у меня наименьший опыт во всей бригаде и...

- Тем тебе будет проще. Со старшим, опытным оборотнем контакт будет не таким, а друзья не будут так охотно следить за ним. К тому же, ты женщина. Но тебе не требуется с ним спать, - Семен быстро поправился, стоило мне измениться в лице.

Не очень-то и хотелось. Чертово желание утолить проще простого, но делать это ради глупого задания...

- Я думаю, есть более достойные кандидат... кандидатки. Но если вы решите, что я достойнее остальных, то я выполню приказ.

Тем более, просьба от самого Маркуса. Способ утереть нос Володе, получить уважение и настоящее признание. Не сразу, но в будущем, Все-таки большая часть нашей работы остается в секрете...

- В таком случае, наша встреча закончена. Тебе сообщат обо всем завтра.

Стоило попросить его отправить меня на другую важную миссию, если с этой не срастется. Что ему стоит? Но просить помощника самого вожака... нет, такие глупости и во сне не приснятся.

Я покинула кабинет, до сих пор не понимая, что произошло. К чему Маркусу подобное? У него война идет, а он отправляет свою правую руку решать столь мелкие проблемы.

Стоило отказаться сразу, слишком уж нечисто тут все. Но подводить Виктора, доверие Семена или самого Маркуса... на такой шаг не решился бы ни один нормальный оборотень.


Иркутск. 6 июля. 2009 год.


Назначение на миссию задержалось, возможно, Семен успел пару раз передумать. Или, может, все-таки война дала о себе знать.

Стреляли рядом с казармами, где меня разместили с другими оборотнями-резервистами. Утром они уходили на патрулирование, мне же оставалось мерить шагами спартанские апартаменты, да читать что под руку попадется. Даже в спарринг не с кем вступить...

Ночью еще даже не принесли весть о моем назначении, как велели собирать скромные пожитки и отправляться на самолет.

Такие скачки - дело привычное. Но нет ничего хуже, когда не знаешь, куда толком летишь. Внутренний компас подвел через два часа полета, заставляя нервно ерзать в безвестности.

Да, стая неидеальна, везде свои преступления и перегибы, никто не святой, но оставлять вот так, в неведении... это слишком для меня. Пилоты ничего не знают, а на военном самолете везли одно лишь оборудование, без лишних пассажиров.

Уже на земле я узнала Иркутск, где произошла первая настоящая стычка с собратьями. Настроение испортилось окончательно. Немногословный водитель на выходе из аэпорта передал короткую записку с адресом и точной фотографией, где мне стоит стоять в течении получаса.

Если задание уже началось, то не очень-то похоже на случайную встречу. Что мне придется делать?

Да и, по слухам, в Иркутск умудрились залезть вампиры, опасно стоять без оружия. К счастью, водитель выдал свеженький Макаров на выходе из машины.

- Помни, что ты всего лишь новичок, которого только что сюда перевели, - напомнил мрачный водитель и быстро показал фотографию в последний момент. - Твоя цель...

Сначала мне показалось, что он попросту ошибся. Но нет, на фотографии красовалась спящая в поезде рыжая девушка, чуть постарше меня.

- А... это... - я не успела ничего сказать, как Волга рванула прочь.

Вот повезло... Впрочем, с девушками отчасти проще, чем с парнями. По крайней мере, первые не пытаются выехать только на том, что принадлежат к сильному полу, порой ничего из себя не представляя.

Но в остальном работать с девушками еще хуже. Слишком еще свежи мои воспоминания о бывшей лучшей подруге, Вике и прочих, с кем не повезло повстречаться.

Мне пытались набиваться в подружки внутри бригады, но делали это, соблюдая достойную дистанцию. Не вышло, несмотря на все старания...

А теперь Семен с Маркусом решили совсем перейти грань и поставить в самое неудобное положение из возможных.

Раннее летнее утро, народу вокруг нет, кафе еще закрыты. По фотографии стоять нужно где-то под карнизом одного из старых домов и ждать... неизвестно чего.

В карманах только пистолет и паспорт, никаких палевных документов - все остались в машине. Даже денег не оставили, что, впрочем, свойственно по отношению к новичкам. Те должны уметь экономить или ждать выдачи средств. Просто так стая деньгами не раскидывается, несмотря на огромные богатства.

Прошло полчаса, и я все чаще думала о том, мог ли Семен так подшутить надо мной? Но вот рыжеволосая девушка медленно вышла из-за угла, как заказывали... Привычный шаг, ходит тут каждый день. Вероятно, база волков где-то недалеко.

Я вновь ощутила себя как тогда, явившись в этот город, надеясь что-то добыть, но взамен получив незабываемые приключения. История порой повторяется. Что дальше? Неужели подойдет и, как Володя, начнет докапываться до того, что я тут забыла?

Тут прогремел выстрел... раззява! Зазевалась!

Вжавшись в стену ближайшего дома, я выхватила пистолет и выстрелила несколько раз в ответ. Неизвестный спрыгнул... нет, телепортировался с крыши и продолжил наступать на меня. Вампир. Проклятые твари со своей туманной формой!

Я пригнулась и попробовала перекатиться в сторону, мысля одними лишь инстинктами, но моя рыжая цель выхватила оружие и прикончила тварь метким выстрелом. Вампир только успел пощупать дырку в виске, прежде чем свалился навзничь.

- Ты как? Пошли отсюда!

Девушка не стала подбегать, а звала за собой, оглядываясь в поисках друзей кровососа. Не желая чувствовать себя дурой, я рванула следом, окончательно потеряв голову в происходящем сумбуре.

Квартира рыжей удивила, такое разнообразное убранство еще поискать надо. Картины классической живописи, необычный дизайн интерьера в темно-красных тонах, гитара в углу.

Я поняла, как придется тяжело, хуже всего получалось общаться с творческими на всю голову личностями. Как подружится с кем-то, кто вообще живет в другом, в каком-то высшем мире?

- Теперь и этот город превратится в поганый муравейник, - вздохнула девушка, но потом резко обернулась. - Паспорт покажи.

Я безропотно протянула документ, опустив взгляд. Почему-то оборотень решила проверить бумаги именно сейчас, когда уже привела в дом незнакомку. Неужели так переживала за мою жизнь?..

- Все в порядке, нам говорили, что будет пополнение, - мы прошли на кухню, где расселись на резных стульях. - Маша.

- Ольга... меня сюда из Москвы отправили... - неуверенно призналась я.

И только теперь стало ясно, что не нужно врать. Вся ситуация подстроена. Вампир-шпана, подкуплен. Дали пистолет, патроны холостые. Ни один оборотень в здравом уме не останется на месте преступления.

Вот и сложилось знакомство.

Меня отправили из Москвы, высадили и не сказали толком, что делать и куда идти. Я новичок здесь, и не знаю всей ситуации.

Возможно, не стоило городить огород, но со своей стороны Семен сделал все, чтобы я вошла в контакт с Машей. Теперь, главное, не облажаться...

- Ну и история. А я уже тут два года как. Работала с одним идиотом, Володей звали. Упустил какую-то новообращенную. Та его еще и ножом пырнула, вопли слышало полгорода, - размешивая кофе, Маша усмехнулась, а я едва сдерживала мрачную усмешку.

- Там мы здесь всего лишь наблюдаем за городом? - я была искренне разочарована. - Что это даст? Не лучше ли сосредоточиться на наших основных городах?

- Спроси Маркуса, - фыркнула Маша, тряхнув огненными волосами. - Но командование можно понять. Сейчас такая неразбериха, что черт ногу сломит. Если к вампирам подойдет подкрепление из Америки, то нам всем крышка.

Да, основная часть проклятого вампирского клана, как о ней можно было забыть?

- Неужели все так плохо?

- Не знаю, - Маша вдруг встала со стула, так и не притронувшись к кофе, в то время как я свой приговорила наполовину. - Я бы давила этих тварей всеми возможными способами. Объединилась бы с охотниками и натравила на них. Выжимала бы из городов, сделала бы их существование здесь невыносимым. Как и с лугару. Но чтобы их тут не было...

Меня редко волновали подобные вопросы. Возможно, стоило когда-то задуматься. Но что изменится, если враг останется лишь внешний? Для меня внутренние враги среди стаи всегда будут существовать.

Но новая знакомая совсем не походила на врага. Наоборот... скорее, я враг стаи, ведь меня всегда волновала собственная шкура в первую очередь. Что же хочет услышать Семен? Что указать в отчете?

- Прости... сорвалась, снова. Просто мне порой сложно смотреть на то, как гибнут наши, это слишком для меня, - призналась Маша и хотела было потянуться за бутылкой крепкого на открытой полке, но передумала.

- Думаю, что все будет нормально. Думаю, вожак знает, что делает, - оставалось лишь пожать плечами и разыгрывать из себя патриотку.

- Его командование точно знает, а вот его приказы порой вызывают сомнения... но он смотрит на много ходов вперед, в то время как нам недоступно то, что он видит. Но он сидит в своей башне и наблюдает за всем издалека. Для него нет боли каждого из нас, мы для него лишь винтики в механизме. Может, так и надо, но я не разделяю такой подход. Высший командир Эдвард, наверняка тоже. С Глебом же, командующим Москвы, они одного поля ягоды... даже Семен чаще высказывается против, - Маша все же сделала глоток из бутылки и вернулась за стол.

- Откуда ты все это знаешь? Разве ты не проводишь все время здесь?

- Меня недавно перевели сюда, как и тебя. До этого работала в Москве, часто была в Башне, слышала от солдат, как ведутся здесь дела. Наше же дело маленькое, мы всего лишь оперативники, мелкая работенка, за которую серьезный волк не возьмется... - в этот момент в глазах Маши мелькнуло истинное звериное презрение.

На такое человек не способен. Но прицепиться все равно не к чему... я не первый раз слышала подобные вещи, всем что-то не нравится. Похоже, только Виктор - истинный фанатик во всей стае.

Похоже, задание сильно затянется, прежде чем удастся выудить что-то полезное для Семена. А мне уже хотелось отказаться от задания.

Столько разного, но и схожего между нами, что от этой смеси немного подташнивает. Но выбирать уже не мне, пришлось подчиняться. Тем более, что любопытство не дало бы бросить проклятое дело раньше срока.

- Пойдем, покажу тебе город, познакомлю с остальными, решим, что делать раньше. Или можешь остаться у меня и придти в себя после...

- Нет, нет, я не первый раз в бою, - покачала головой я, решив, что не стоит лишний раз переигрывать со слабостью.

Главное, что найден контакт, остальное приложится...


Иркутск. 20 июля. 2009 год.


Кто-то легко сходится с другими, кто-то нет. Я всегда считала себя потерянной для остальных, но Маше каким-то чудом удалось вселить странную надежду.

Больше всего я не любила в людях навязчивость, но у нее получилось найти ко мне подход так, что и почувствовать не успела. Что-то в простой рыжеволосой девушке было, но что... невозможно разглядеть. Что-то глубоко внутри, такое же великое, как у Виктора или Семена. Может, ей суждено когда-нибудь стать высшим командиром, и Семен хотел получить взгляд со стороны?

Тогда после двух дней общения и сказать-то нового нечего. Кроме еще двух оперативников в другом районе, я проводила большую часть времени с Машей, выполняя скучные обязанности. Вампиры сюда не лезли, все превратилось в сплошную рутину.

Казалось, без азарта охоты и боевого адреналина наступит конец, но... я вспомнила о том, что такое просто сидеть и наслаждаться тихими вечерами.

Сначала все было просто частью игры, сиди себе и поддерживай беседу, лови каждый взгляд или слово. Однако, потом я настолько втянулась, что порой забывала о важном задании.

Маша собрала лучшее, что я видела в людях в родном городе и почти избавилась от их недостатков. Единственное, что откровенно раздражало, так эта "идейность", за недостаток которой в свое время пенял мне Володя.


И две тысячи лет война,

Война без особых причин.

Война - дело молодых.

Лекарство против морщин...


У нее был прекрасный голос, но со слухом все же не очень, для слуха оборотня слишком фальшиво. Правда, наплевать на исполнение, главное, что душевно.

- Скажи...- вдруг подруга прервала свою игру.

Да, похоже, что мы все же стали подругами...

- Да? - я очнулась от транса, заслушавшись мелодией.

- Ты никогда не рассказываешь о себе. Не пойми меня неправильно, я не допытываюсь, но я вижу, что ты держишь это в себе... может, даже годы. Я не права?

Почти. Не годы, гораздо меньше. Но для этого разговора срока давности попросту нет.

- Права, но я не уверена, что об этом стоит говорить. Я сделала много глупостей до того, как пришла в стаю, и не думаю, что есть смысл об этом говорить. Мы ведь начинаем новую жизнь, получаем новое имя...

Смывает ли это старые грехи? О, нет. Насколько мне известно, если вскроется пермский инцидент, то простым объяснением мне не отделаться.

С одной стороны просто стоит соврать Маше и придумать историю. Вот только врать совсем не хотелось...

Тем более, что со мной подруга оказалась предельно честной. Рассказала про сложную жизнь в детдоме, как долго искала родителей, как среди людей, так и среди оборотней, но все без толку. До сих пор не могла понять, что лучше... знать и потерять родных или же никогда их не знать?

- Да, но мы все делаем что-то ужасное. Особенно сейчас, ради стаи, - Маша медленно отложила гитару и разлеглась на кровати поудобнее, в то время как я сидела на кресле рядом, подобрав ноги. - Но при этом... какие бы заслуги у тебя ни были, один раз оступишься... и тебя изгонят навсегда. Маркус так уже делал, во время старых войн с лугару. Говорят, он даже своего сына изгнал... правда, о нем никто не любит говорить, он все же заслужил свое изгнание.

- Подожди, сына? - мне не приходилось слышать эту историю.

- Ага, представь себе, сына. Из-за которого здесь вампиры и лугару. Но он пожалел его, не убил. Все-таки даже у такого как он есть свои слабости. Другого бы он не простил, будь то обычный оборотень или высший командир. Мало кто захочет испытывать терпение вожака...

Снова в голосе Маши звучало неодобрение. Но можно ли отличить измену от простого несогласия с чьей-то позицией? Что мне сказать Семену? В какую же ситуацию умудрились поставить... Володе наверняка досталось задание попроще.

- Возможно, я не сделала ничего дурного, иначе бы стая избавилась от меня, - я пожала плечами, стараясь свернуть неприятный разговор. - Но... не могу себя простить...

Тут подруга встала и села на подлокотник рядом, нежно обняв. Я хотела вырваться и как можно аккуратнее... однако, пальцы на щеке не дали этого сделать.

Слезы... это были слезы... забытые с давних пор.

- Прости, я не хотела... - Маша нежно прижалась щекой к моим волосам. - Многие из нас искалечены, и жизнь продолжает калечить еще сильнее... я никогда не хотела быть сильной, да и сейчас не уверена, что вся эта ноша по мне...

Я же хотела этого и была уверена, что смогу. Но у нее получается, а я... расклеилась.

- Не обращай внимания.

- Прости... - снова извинилась Маша. - Оно того не стоило. Просто мне показалось, что тебе нужно высказаться.

- Когда-нибудь... но не сейчас, - я покачала головой, зная, что никогда этого не сделаю.

Потому что потом возьму и признаюсь в том, что она мишень для Семена. Знала, что не сдержусь, не смогу лгать себе...

А потом... а потом иллюзия, что все это сон, рухнет окончательно. Может, это и правда не сон, но я не готова принять правду. Не готова принять, что все, что произошло... было настоящим.


После двух часов я почти забыла о неприятном разговоре, и все вернулось на круги своя. Но идиллия не успела устаканиться, как тревожный звонок разразил тишину, что воцарилась в комнате.

- Вампиры! Целый отряд!

- Сколько их? - спокойно спросила Маша, включив громкую связь.

- Десять... или пятнадцать... это не новички, они профи, - голос второго оперативника дрожал, он из последних сил старался сохранять спокойствие.

- Твою же... - выругалась я и вскочила с кресла, проверяя свой пистолет. - Уходим отсюда, пока есть время.

- Мы не можем бросить остальных.

- Спятила? Вчетвером против пятнадцати? Какие у нас шансы? - возразила я.

- Это лучше, чем позорно сбежать, бросив других, - Маша была непреклонна. - К тому же... десять... пятнадцать... это не двадцать пять, шансы еще есть.

Я не понимала, о чем она говорит. Оборотни слишком ценят собственные жизни, чтобы вот так кинуться в бой без какого-либо шанса на победу. Что даст наша смерть?

- Я пойму, если ты откажешься. Это опасно. Уходи, предупреди остальных...

- Ну уж нет, - возразила я и двинулась следом, коря себя за то, что подвязалась.

Погибну ни за что...

То, что в одном из тайников нашлась винтовка, делу никак не поможет.

- Умеешь стрелять? - Маша протянула мне ее сразу.

- Училась немного, - я привычным жестом оттянула затвор, а после зарядила оружие, подсчитывая пули.

Если попасть каждому в голову, то хватит с лихвой. Но вампиры твари живучие, да и вряд ли кто из них будет стоять на месте.

Основную базу кровососы решили использовать как собственный штаб. А почему нет? Квартира просторная, дом на окраине города, квартал вокруг безлюдный. Да еще и два заложника внутри. Вот тебе и быстрый штурм...

- Это уже не шпана, - я и Маша разглядывали квартиру с почтительного расстояния.

Около четырнадцати вампиров, даже не пытаются спрятаться, не занавешивают окна.

- Да, обученные вампиры. Парочка из гвардии самого Юрия, если судить по тому, как держатся среди остальных.

Юрий начал чертову войну и если уже успел пожалеть об этом, все равно решил вести войну амбициозно.

- В чем же его план? - в голове прокручивались десятки вариантов.

- Мы как-то допрашивали одного болтливого кровососа... план известен давно. Выбить нас из Владивостока и обезопасить окрестные области. Им нужен перевалочный пункт, через который из Америки пойдут подкрепления.

- Хорошо, мы поняли, что происходит. Позвоним и доложим обо всем Виктору, а уже дальше он решит, что сделать, - я поняла, что едва не проговорилась.

Виктор не мой начальник теперь, мы подчиняемся другому высшему командиру.

- Он единственный здесь компетентный на всем чертовом дальнем Востоке. Он решит, что делать. Вот только номер не знаю, придется выспрашивать по общей линии...

- Можешь этим заняться, а я пока займусь кровососами. Только после прикрой меня с того здания, - Маша уверенно направилась к краю крыши. - Если все пойдет плохо... просто беги.

- Стой... Остановись, пока все не зашло слишком далеко, - я устала подыгрывать, хватит.

- Я должна это сделать, Оль... Просто должна, понимаешь? Если есть шанс...

- Какой шанс?! Там один шанс! Умереть!

- Не кричи! - Маша все же отошла от края, но мне не полегчало.

- Я встречала разных оборотней! Идиотов, безумцев! Но таких безрассудных... - голова закружилась, слова давались так тяжело, что я чувствовала, что задыхаюсь.

- Это не безрассудство!

- А что тогда?!

- Я убила одного из наших, понимаешь?! - сорвалась Маша. - Убила! Я знаю, как все произошло и знаю, на что способна! Прошу, доверься мне здесь. Я должна... нет, я хочу все исправить! Но если не можешь остаться, уходи.

Я не успела возразить, как подруга прыгнула вниз, так и не объяснив все до конца. Ругая ее и всех остальных последними словами, я добралась до крыши, не выпуская из рук телефон и винтовку, рискуя так попасться кому-то на глаза, несмотря на поздний летний вечер.

- Да? - Виктор был в гуще событий, на том конце стреляли, хорошо еще связь работала.

- Это я... задание Семена идет псу под хвост. Я в Иркутске, здесь четырнадцать вампиров, не новички...

- Понял тебя. Но помощь выслать не могу. Убирайся оттуда.

Я надеялась, что сделала достаточно, эти сведения помогут Виктору организовать оборону. Ведь двое других оперативников попросту наложили в штаны и не стали никому звонить, кроме нас... идиоты.

- Не могу. У меня задание.

- Тогда удачи.

И это все? Но разве я вправе требовать что-то большего? Виктор и его люди за сотни километров, а Маша собралась убить кровососов вот уже через несколько минут.

Сколько она смогла бы забрать? Одного, максимум двух. Еще двоих смогу пристрелить я. Остальные не дадут сбежать...

Что ж, хорошее время, чтобы закончить этот глупый сон.

Через прицел видно немного, но вполне достаточно. Маша медленно надвигалась прямо на двух караульных у входа. Те даже не стали вытаскивать пистолеты, несмотря на два пистолета-пулемета в руках оборотня.

Смеялись. Вот они первыми и должны умереть... если Маша вообще успеет поднять оружие. Перепалка привлекла внимание тех, кто сверху. У меня быль только один шанс...

Сможет ли винтовка Драгунова убить двух вампиров подряд? Стоят так хорошо... один оперся на подоконник, второй стоял позади. Один уровень...

Выстрел. Пуля пробила первому вампиру череп насквозь, а второму разнесла сердце. Опытные кровососы могут восстановить даже сердечную мышцу, к счастью, второй такого не умел...

Один из караульных замешкался, но этого хватило Маше, чтобы нашпиговать обоих пулями. Но это все... вампиры окружили и убили ее настолько жестоко, насколько это вообще возможно...

Я отбросила винтовку и закрыла глаза, не чувствуя слез на щеках. Такая бездарная смерть. Во имя чего?

Но что-то заставило меня вновь посмотреть туда....

Никого. Кроме растерзанных трупов вампиров. Все лежали прямо там. Но среди них не было тела Маши...

Я не помнила, как добралась до украшенного внутренностями асфальта. Наверху, в квартире, окна вырваны с корнем. Как же знакомо...

Внутри еще два мертвых вампира. И... оборотней-оперативников не пощадила... Но почему?

Впервые за все время работы замутило так, что едва удалось сдержаться. Нужно было найти ее... попробовать остановить, пока она не натворила дел. Сегодня было даже не полнолуние! Что это за припадок безумия?!

Интуиция подсказала, что зверя потянет в лес. А уж по запаху там выследить Машу труда не составило.

Никогда не приходилось видеть ее звероформы. Шерсть практически красная, тело сильное и грациозное, оторваться было невозможно. Следы от пуль так и не зажили, но кровь запеклась. Но окровавленные когти и пасть не дали насладиться зрелищем...

А когда она медленно повернула морду, вперившись в меня взглядом алых светящихся глаз, я на автомате выхватила пистолет.

Но что делать, если и серебро не берет?.. И все же... Маша может умереть, если не вытащить пули.

- Я... я пыталась остановиться... но не смогла... - тихо рычала оборотень, пока я медленно отступала назад.

Все, как раньше. До мелочей. Безумие повторялось...

Маша продолжала рычать. Сначала, казалось, что на меня...

Выстрел.

Я зашаталась, пытаясь устоять, но упала прямо на простреленное плечо, завыв от боли, пронзившей раздробленную в труху ключицу.

Никогда не хотела знать, как действует серебро... нельзя описать, что чувствуешь. Не можешь думать, потом и кричать уже нет сил... как же больно...

- Тебе дали простое задание. Простое задание - присматривать за ней! - я не сразу узнала голос Володи, что склонился надо мной.

Кажется, он был не один... целый отряд... что он тут забыл...

- Присматривать?.. - прорычала Маша, медленно поднимаясь на ноги.

- Пр... прости... - только и смогла выдавить я.

Стоило сразу обо всем рассказать. Может, удалось бы удержать... те двое все равно были мертвы, а так их смерть теперь на нашей с ней совести.

- Нет, тебе не нужно извиняться, - волчица прошептала и вытянули руки вперед. - Оставь ее, она не виновата. Я признаюсь в преступлении против стаи. Пусть меня судит Маркус.

- Маркус на тебя даже не посмотрит. Как и на нее. Она тоже много чего натворила, - Володя высокомерно фыркнул. - Я все знаю про тебя. Про то, как ты вырезала свою семью и...

- Это было в полнолуние! Я ничего не знала! - я забыла про боль и попыталась встать, но Володя пнул в плечо так, что все вокруг померкло.

- Это уже не мне решать, рапорт у Виктора на столе. Но зная его, могу сказать, что тебе конец.

- Оставь...ее... - прорычала Маша, сделав несколько шагов вперед. - Я - монстр. Она - нет.

- Для меня вы все на одно лицо... или морду... вам плевать на стаю, мне больше не о чем с вами говорить. Прими облик человека и поехали с нами.

- Если только ты скажешь, что твой отчет - ложь.

- Идиотка... Это ничего не изменит, все будет решать Виктор, - Володя сделал знак своим людям.

- Ему придется остаться без главного свидетеля...

Я пыталась встать на нее пути, но слишком поздно. Володя умер за одно мгновение, белоснежные клыки откусили голову в один присест.


Владивосток. 22 июля. 2009 год.


- Казалось, хватит одной войны... но вместо того, чтобы сплотиться, мы грызем друг другу глотки, - с горестью покачал головой Виктор.

Я сидела в тюремной камере, решетки которой, конечно, не сдержут оборотня. Но вот пара автоматчиков в коридоре вполне.

С тех пор, как Маша убила Володю и сдалась его отряду, пусть и получив в довесок полсотни пуль, я не разговаривала. В голове пусто, не знаешь, как можно осмыслить такое.

Как оборотень, я все время шла по лезвию ножа. Думая, что иду в лучший мир. А дальше только пропасть.

- Почему ты не рассказала о том, что сделала тогда в Перми? - Виктор облокотился на решетку по ту сторону. - Если бы информация попала не ко мне, то неизвестно, стал бы кто разбираться....

- Какая разница? Вы тот, кто должен сдать меня тем, кто будет решать мою судьбу.

Маша сдалась сама, теперь ее уничтожат. Мы легко могли поменяться местами, ведь неизвестно, кто из нас двоих большее чудовище.

Я не хотела умирать, несмотря на все, что произошло. Несмотря на всю вину, на все ошибки. Нет, борьба до последнего, другого не дано.

- Я уничтожил отчет, признав его фальшивкой. Слишком много неясного, а сейчас война, у нас нет сил на расследование. Сам Владимир ушел в самоволку, только чтобы досадить тебе, нарушил приказ Семена, так что...

- Что? И что дальше? - я не верила, что всем может быть так просто.

- Послужишь в солдатах, а там посмотрим. По крайней мере, у Семена к тебе нет никаких претензий. Он просил передать благодарность.

- Пусть засунет ее... - процедила я.

- Сама ему скажешь, если придется, - Виктор открыл клетку. - А пока послужишь в солдатах, отдохнешь.

Я не хотела отдыхать. Больше всего хотелось понять, как Маша получила такие возможности. И почему Маркус предпочел всего лишь следить за ней? Делал поблажки, не судил по законам стаи до самого последнего момента...

С тех пор я пыталась осторожно накопать про нее побольше, но ничего не нашла. Ее даже не судили, моя подруга просто исчезла, никаких записей не осталось. С концами...


Эпилог


Москва. 31 августа. 2009 год.


Война между оборотнями и кровососами закончилась быстро. Вампиры так и не прислали подкрепление из Америки, особенно, когда им не удалось закрепиться во Владивостоке. Без него Юрий был обречен. Маркус лично казнил лидера кровососов, выбросив труп прямо к ногам стаи.

Я провела остаток войны, сражаясь с другими солдатами, стараясь не думать о том, что произошло. Даже подумывала, что когда все закончится, уехать куда-нибудь подальше, забыть про желание узнать правду. Возможно, я и не хотела ее знать.

Давно уже стоило проснуться и понять, что засиделась в странном сновидении. Да, это не может быть реальностью, реальность не может вот так расплываться, превращаясь во что-то необъяснимое и далекое от простого человеческого понимания.

Единственное, чего удалось добиться... это простить себя за все. Большего и не нужно. Никто не виноват в том, что произошло с моей семье, с Машей. Все это лишь череда случайностей, как и вся жизнь, начиная с укуса тем жалким оборотнем...

Я не удивилась, получив новое приглашение от Семена, и меня не волновали все предисловия, которыми помощник вожака любил заполнить время.

- Твоя следующая цель прибудет в Америку. В этот раз у тебя будут подробные инструкции.

- Я бы хотела увидеть, кого именно придется пасти...

- Разумеется.

От показанной фотографии я едва не охнула. Сердце бешено забилось, что не ускользнуло от глаз Семена.

- Что-то не так?

- Он... настолько же опасен?

- Нет. По крайней мере, этого не предвидится. Мы лишь хотим убедиться, что он будет лоялен до конца.

Я кивнула, зная, что теперь не смогу отказаться. Фотография того самого парня, что покусал меня, за раз уничтожила весь щит, что удалось построить за прошедшее время.

Почему именно он? Почему судьба насмехалась надо мной?

Был только один способ выяснить. И в этот раз я обещала себе, что не совершу глупых ошибок...